Точка Бифуркации V

Глава 1

С территории военной базы нам пришлось убираться в экстренном порядке. С разрешения Евгения Константиновича, команда Тимирязевых была эвакуирована вместе с нами. Сразу три боевых вертолёта на низкой высоте покидали воздушное пространство Москвы в сторону Рязани. Именно там была территория союзного Белорецким княжеского рода Новицких, на военном аэродроме которых мы и остановились для пересадки.

Затем был короткий допрос о случившемся в разломе и на этот раз уже более обстоятельный диалог с Тимирязевыми. Вопрос с ними стоило решать здесь и сейчас, потому что была большая вероятность того, что в будущем ситуация может стать резко неактуальной.

В то же время, был один большой нюанс. Штурм княжеской резиденции Тимирязевых, которая была вдобавок захвачена демонами, требовал подготовки, времени на которую не было от слова «совсем».

– Слишком близко к усадьбе нам подобраться незамеченными не дадут. Будет бойня, – начал говорить дядя Витя, которого по случаю присутствия привлекли к планированию операции. – Если бы ты смог перетащить нас незамеченными непосредственно в саму усадьбу...

На этих словах мужчина перевёл на меня внимательный взгляд, как и все остальные в этом помещении, изучая мою реакцию. Людей внутри, в общем-то, было и немного: князь Белорецкий с братом и сыном, Виктор и я с Семёном Степановичем. Да-да, тем самым грозным пожилым дядькой, который едва не придушил меня в тот день, когда я спас маленькую княжну после запомнившейся на всю жизнь экскурсии.

Остальные были либо уже отправлены в Тюмень частным бортом, либо в соседней комнате дожидались решения князя о предоставлении или отказе в помощи. Впрочем, Евгений Константинович долго не думал: спасти княжеский род и потенциально завести себе ещё одного союзника в этом регионе – очень многого стоило. И упускать такую возможность, тем более сейчас, под шумок, было бы очень глупо. А тут ещё и полезный боевой опыт для собственных спецподразделений… Так что мыслей об отказе, насколько я мог судить, не было даже в помине.

– И сколько людей надо провести? – задумчиво уточнил я.

– Понятное дело, что чем больше – тем лучше, – сразу же, подобравшись, произнёс Виктор, – но хотя бы нас.

– И меня, – безапелляционно добавил Семён Степанович.

На брошенную фразу я моментально кисло поморщился. Осадочек, как говорится, ещё с того раза остался – «знакомство» с ним было не из приятных.

– Чего ты так на меня косо смотришь? Кто старое вспомнит – того придушу, – довольно улыбнувшись, промолвил пожилой мужчина, на что князь его пристыдил.

– Семён Степанович, негоже так.

– Не обращай внимания, Твоё Сиятельство. У меня с этим малым свой прикол, – делая на последнем слове акцент, продолжил улыбаться Степаныч. – Он знает.

Куда уж там не знать... Шутки у старика, конечно, были весьма своеобразные, но и я юморить тоже умел.

– Смогу. Но есть одна проблема, – вальяжно начал я и, переводя взгляд на лыбившегося мужчину, добавил: – Деда могу случайно забыть в изнанке. Так что если что, звиняйте заранее.

– Так! – рыкнул князь и следом уже спокойнее добавил: – Юмор в сторону. Всем! – последнее слово он произнёс, повернувшись в сторону старика.

Тот в свою очередь ни капли не обиделся и даже слегка хохотнул, но после замечания Белорецкого всё же нацепил серьёзную мину.

– Отвечай серьёзно, – произнёс сбоку граф уже для меня.

– А если серьёзно, то как и сказал – смогу. Но это будет разовая акция. Мне подобное нелегко даётся, – немного подумав, я добавил: – И вам придётся немного подождать. Будьте готовы.

Отметив, что ключевые лица ответили своими утвердительными кивками, я развернулся и стремительно покинул кабинет, который нам для совещания любезно предоставили Новицкие.

***

Ближайшие сутки Российская Империя находилась буквально на грани самой настоящей гражданской войны. Усадьба Жеваховых была стёрта с лица земли, несмотря на то, что они были далеко не самые последние люди при дворе императора. Не помогла ни его протекция, ни взывания к разуму, ни собственная гвардия. Впрочем, как стало известно позже, сам князь и его семья всё-таки остались живы, чудом избежав праведного гнева разъярённых родичей погибших на Зарнице детей.

Именно пока разворачивались все эти события, мы с Белорецкими и проворачивали нашу операцию в Туле, где проживал род Тимирязевых.

Добирался я туда сначала на самой обычной машине, которую где-то добыл мне дядя Витя, посадив туда водителем Глеба. Потом уже, сориентировавшись по карте внутри города, перемещался с помощью Кали. Правда перед всем этим, ещё в Рязани мне пришлось выбраться в ближайший лес, чтобы встретить Бобика, оставшегося по ту сторону портала и закрывшего его по моему приказу. Ну не мог же я его там вытащить на всеобщее обозрение? Так много агентов МБА и представителей княжеских фамилий вместе с главами своих родов, что я не столько лишних вопросов боялся, сколько за саму тушку колючего. Вот и пришлось ежу погулять по своему родному миру чуть больше нашего.

Боба вернулся с «подарком». Едва он вышел из разлома, как я отметил изуродованную ослабевшую тушку Люси в его пасти. Бесовка едва подавала признаки жизни, но оно и неудивительно, ведь тварь нарушила свою клятву и теперь несла за это суровое наказание.

Люси настолько ослабела, что даже не могла развоплотиться, чтобы избежать мучительного контакта с ежом. Никаких разговоров, выяснений обстоятельств и причин предательства не было – бесовка была добита, и на этом история с ней закончилась.

Тула нас встретила ночными огнями. Я всю дорогу проспал и проснулся лишь когда Глеб сообщил, что мы в городе.

– Дальше сам.

Молча кивнув и пожав протянутую руку, я выбрался из авто и следом же растворился в темноте ближайшего переулка.

Уже через минуту мы с Кали стояли на балконе особняка в центре города, и оглядевшись по сторонам, практически сразу переместились внутрь дома.

Тимирязев вместе со своим подчинённым сидели в гостиной и явно кого-то ожидали. Разговор не вели, на лицах обоих читалось очевидное напряжение наряду с большим трудом сдерживаемым гневом. Приняв решение, что лучшего момента и не найти, мы с бесовкой отступили вглубь дома, где я и выпустил Бобика, который должен будет открыть портал ребятам из Тайфуна.

Боба, узнав о моей просьбе, долго недовольно ворчал в голове, что было колючему вообще несвойственно. Я уже ему и отпуск пообещал, и внеочередное путешествие по разлому, и даже предложил проведать его даму сердца. Впрочем, именно напоминание о последнем и остудило его пыл, после чего колючий дал своё принципиальное согласие.

Наблюдая, как Бобик создаёт портал, я невольно развернулся на лёгкий дверной скрип, в ту же секунду отмечая, как в коридор, где мы всё это осуществляли, высовывается женская голова. К счастью, и одновременно моему большому удивлению, она не стала истошно орать, увидев огромную тушу Бобика и меня с Кали. Мы просто оба застыли в изумлении с приоткрытыми ртами и секунд пять молча буравили друг друга взглядами.

Следом, женщина так же с лёгким скрипом закрыла дверь, скрываясь в своих апартаментах. Не дожидаясь её дальнейших действий, мы с Кали моментально переместились в её комнату. Оказавшись за спиной у княгини, коей на мой взгляд и являлась эта женщина, мы замерли, наблюдая как та села на стул и, обхватив руками поджатые ноги, стала слегка вздрагивать.

Ну вот... напугали бедную женщину...

– Кх-кх. Я извиняюсь... – скромно начал, отмечая, как княгиня подпрыгнула со стула и вытянула руку в мою сторону.

Выдерживая её давление, я без резких движений оперся на край высокой кровати и, вздохнув, добавил:

– Вам будет трудно поверить, но я от Толи и Леры. Мы познакомились с ними на турнире.

– Где они?! Они живы?! – было первое же, что вырвалось из уст женщины.

– Да. Они в Рязани, – начал по порядку негромко отвечать я, – с ними всё хорошо. Ребята попросили вам помочь с... мужем.

– Помочь?.. Вы знаете, что в нём...

– Демон, – закончил я за женщину.

– А разве вы не...

– Я – нет.

– А она? – указывая на Кали, уточнила княгиня.

– А она... она – да, – честно признался я.

– Но...

– Прошу вас. Скоро всё закончится. Оставайтесь здесь, пока я не вернусь за вами, – произнёс я и вместе с Кали исчез из комнаты, перемещаясь в гостиную, где уже шёл бой.

Я опоздал всего лишь на каких-то десять секунд, но помещение уже было не узнать. Половина мебели переломана, шторы, люстра и местами даже половые доски с паркетом были разбросаны по всей комнате, превращая некогда шикарную гостиную чуть ли не в барак.

Пользуясь тем, что оба демона были полностью увлечены боем с превосходящим противником, я сконцентрировался на князе и, активируя дар, стал сжимать сидевшего в нём беса.

Демон сразу запаниковал, не успевая под нажимом Семёна Степановича как следует оглядеться по сторонам. Я же энергию попусту не тратил, вместо чего старательно изводил обоих бесов, не давая тем нормально вести бой.

Это моментально отразилось на схватке, сходу понижая боеспособность обороняющихся. Со стороны было даже и не сказать, что здесь сейчас целый князь сражается, но и удивляться, на мой взгляд, не стоило. Внутри-то ведь сидит ещё душа хозяина тела, и сейчас как никогда у него появилась воля к сопротивлению и возможность мешать ослабевшему демону.

Кончилось всё тем, что обоих бесов прижали к полу, жёстко контролируя каждое их движение. Снаружи, к слову, тоже шла операция, но больше для отвлечения внимания охраны усадьбы, а не чтобы прорваться внутрь.

Подойдя к месту минувшей схватки поближе, я склонился сначала над помощником Тимирязева, бес внутри которого уже потерял волю к сопротивлению и выскочил из тела, едва я его потащил.

– Представься, – коротко бросил я, отмечая, как дядя Витя берет под контроль принявшего человеческий облик демона.

– Калим, – коротко выдал тот, изучая меня взглядом.

Следующим был князь, демон внутри которого оказался не только сильнее, но и более упёртым. Пришлось буквально оторвать от него пару кусков плоти, отбрасывая её в сторону Калима, и только потом выдернуть из Тимирязева засевшего внутри паразита.

– А ты у нас кто будешь?

– Асур, – сплёвывая кровь и так же принимая человеческий вид, кинул бес.

А вот это было плохо. Я ведь искренне надеялся, что удалось выйти на их лидера по имени Ваал, информацию о котором у нас вышло добыть ещё будучи в разломе на Зарнице. Но увы, не тут-то было.

В следующий миг к допросу приступил Семён Степанович, и надо сказать, что несмотря на отсутствие такого изобилия инструментов в работе с демонами, как у меня, дело он своё знал хорошо.

Я, чтобы лишний раз не слушать стоны боли двух тёмных, приблизился к князю Тимирязеву и помог тому переместиться в соседнюю комнату, подхватывая телекинезом обессиленного благородного вместе с его помощником.

– Воды? – немного растерянно произнёс я, усаживая мужчин в кресла, находившиеся в соседствующей с гостиной кухне.

Ответа не последовало. Оба находились в состоянии полной растерянности и, судя по всему, слабо понимали, где они находятся и что происходит. Очевидно, долгое пребывание демона в теле имело свои последствия.

– Кали, пригласи княгиню, – ментально обратился я к бесовке, а для присутствующих в комнате мужчин добавил: – Я сейчас.

Вовремя спохватившись, что княгиню стоило бы сюда провести мимо незнакомых людей и творящегося в гостиной хаоса, я подорвался с места и направился к лестнице.

– Ваш муж здесь, на кухне, – попытавшись выдавить улыбку, бросил я, скромно махнув рукой в нужную сторону.

Женщина ошарашенно оглядывала окружающий хаос, в конце концов сосредоточив свой взгляд на мне.

– Спускайтесь, пожалуйста.

Каждый шаг по лестнице княгине давался с трудом, но она старательно боролась с собой, стараясь не смотреть в сторону рычащих от боли тварей.

– Чтобы вам было немного легче, спешу сообщить, что один из тех двух демонов занимал тело вашего мужа, – неожиданно вмешался дядя Витя, наблюдая испуганный взгляд Тимирязевой.

– Д-да?.. – неуверенно бросила она, практически моментально меняясь в лице. – А где Виктор?..

– Так говорю же – здесь. Идёмте, – спешно добавил я, беря за руку княгиню и уводя из разгромленного помещения.

Испуганным и неуверенным взглядом изучая лицо супруга сбоку, Тимирязева остановилась напротив, осторожно и недоверчиво заглядывая ему в глаза. Её руки буквально тряслись, тело била мелкая дрожь, а на глазах вновь выступили слёзы.

– Прости... – скупо выдал князь, сразу же узнав лицо жены.

Прикусив нижнюю губу, она, похоже, только-только стала понимать, что худшее уже позади. Казалось, что возникшая тишина, несмотря на приглушённые звуки из соседней комнаты, продлилась вечно. Княгиня опустилась на колени перед мужем, и уперевшись лицом в его ногу, перестав сдерживаться, громко зарыдала.

Наблюдая эту сцену, я почувствовал себя очень неловко, поэтому, оставив стаканы с водой на столике между двух кресел, направился прочь.

Уже на балконе, куда я вернулся, не желая наблюдать за проходившим в гостиной допросом, меня вновь нашёл тот самый демон, что совсем недавно повстречался мне в пещере.

– Сззнаал, чшшшто вффстречщууу вфаасс сздесссь, гозссподииин.

Глава 2

После успешного выполнения операции в Туле, Евгений Константинович спешно вернулся в столицу своего княжества, оставив меня с сыном и братом погостить у Новицких. Если я верно понял, то правилом хорошего тона было выказать благодарность союзникам за сотрудничество и помощь. Для нас был организован праздничный ужин, небольшая экскурсия по княжеству, в том числе и по нескольким предприятиям. Естественно, молодой княжич Новицкий весь день провёл вместе со мной и Андреем, лично организуя наш досуг. Таким образом аристократы укрепляли межродовые связи и союзнические отношения. Ну а я... я воспринимался просто как свитский. Правда, по всей видимости из-за того, что на турнире победила именно моя команда, отношение было весьма уважительным.

Что касалось нашего признания, и в целом освещения финала турнира, то имперская пресса выпустила пока только один ролик, в котором скромно, довольно кратко и без упоминания о нашествии демонов описывались произошедшие события, а также демонстрировалась картинка выходящего из разлома с камнем в руках Васнецова. И как я понял, победители турнира, не принадлежащие ни к одному княжескому роду, в условиях нестабильности и разгоревшегося междоусобного конфликта в империи, устраивали в нашем аристократическом обществе более чем всех.

Уже вечером второго дня после нашего возвращения из разлома стало ясно, что самого страшного, а именно гражданской войны, удалось избежать. С грустной речью выступил по телевидению сам император, объявив завтрашний день днём скорби и памяти о погибших детях. Было обещано провести серьёзное расследование на самом высоком уровне, и естественно, самая суровая кара для всех виновных и причастных. За кулисами творилось ещё много всяких вещей, но я просто физически, даже притом, что имел серьёзный ресурс для шпионажа в виде Кали, не мог за всем этим следить.

Тюмень встретила нас жарким июльским утром. Из аэропорта мы с Андреем отправились прямиком в их усадьбу, где после полдника и ненавязчивой беседы за столом, были вызваны в кабинет князя. Там уже находились едва ли не десяток человек, в том числе сам Евгений Константинович, его брат и боевой дед Степаныч, который, к слову, увёз обоих покалеченных демонов с собой в Тюмень, едва мы покинули дом Тимирязевых. Спецотряд Тайфун, кстати, до сих пор находится в Туле, обеспечивая безопасность их семьи вместе с парой десятков воинов, прибывших к ребятам на подмогу.

На этот раз допрос был очень подробным, и я бы даже сказал – дотошным. Радовало одно: страдали мы с Андреем вместе, и глядя на то, как он стоически переносит все вынужденные тяготы общения с несколькими представителями аналитиков рода, терпеть приходилось и мне.

Отпустили нас уже к вечеру, сразу же пригласив на ужин, где я с радостью смог отметить присутствие Алины и Алисы. Девчонки, никого не стесняясь, по очереди обняли и меня, и своего брата, после чего в процессе ужина допрос последовал уже с их стороны. Со вздохом переглянувшись с Андреем, нам не осталось ничего другого, кроме как частично повторить пересказанную уже много раз историю заново.

В школу я попал ещё через день, да и то, потому что сам туда попросился. В поместье Белорецких было, конечно, сытно и хорошо, но лично я ощущал определённый дискомфорт. Как это было ни странно, школьное общежитие успело стать для меня домом, да и друзья меня мои здесь, уверен, заждались.

Следующим запоминающимся событием стало большое интервью нашей команды, которого знакомая московская журналистка добивалась около двух недель. В итоге всё прошло под суровым контролем местных структур, но Евгения и её команда остались довольны.

Болезненные темы в интервью старались сильно не задевать, хотя частично упомянуть о произошедших событиях всё же пришлось. В основном мы делились впечатлениями, страхами и радостью спасения – эмоции к тому дню были ещё вполне живые и, думаю, это чувствовалось. Справедливости ради, на камеру было чётко обозначено, что камень мы захватывали в составе объединённого отряда с Белорецкими, и победа у нас одна на двоих. Решение сообщить об этом было принято нами самостоятельно, ни сам Андрей, ни кто-либо из его родни на нас не давил и даже намёков на этот счёт не кидал.

Камень, кстати, пришлось вернуть. Ну тот... что был фальшивкой. Настоящий я, конечно, экспроприировал себе. «Такую штуку доверять кому попало нельзя» – справедливо решил я тогда и спрятал артефакт в пещере у Бибы, от всего мира подальше.

После выхода интервью, Белорецкие организовали собственное награждение нашей команды на центральной площади Тюмени. Событие было по масштабу небольшое, но людей в итоге пришло немало. Нас наградили дипломами перед всем городом, выдали денежные сертификаты на круглую сумму, подарили гранты на обучение в любом вузе города, а также вручили медали «Почётных граждан Сибирского княжества».

Из неофициального, был ещё небольшой праздник в самой школе, на который из аристократов, кроме Орловых и Белорецких, никто не прибыл. Но детям, думаю, было и без благородных вполне себе весело и приятно провести время.

Что касалось громкого расследования, то князь наотрез отказался высылать хоть кого-нибудь из нас в Москву для дачи показаний. Поэтому отряду следователей пришлось самолично на несколько дней прибыть в Тюмень и ознакомиться с теми данными, что им предоставила канцелярия Белорецких.

Имперская служба безопасности и следственный комитет были вынуждены умыться и работать на предложенных условиях. Впрочем, проблем и претензий от княжеских родов у них на тот момент было столько, что подобные мелочи приходилось решать исключительно полюбовно.

Естественно, на фоне случившегося очень сильно активизировалась церковь, но её влияние и авторитет, по понятным причинам, тоже серьёзно упали. Вдобавок, была информация, что на светлых разгневался и сам император.

Дальше всё медленно и постепенно стало возвращаться в своё русло. Периодически всплывали результаты расследований, проходили суды и даже казни. Вслух про демонов в прессе не было и звука. Даже семьи погибших благородных эту тему публично не озвучивали, но в самих аристократических кругах информация о возвращении тёмных распространилась довольно быстро.

В остальном же, уже после начала следующего учебного года, весь мир постепенно забыл о произошедшем и стал жить как прежде. И как по мне, это было самое неправильное решение руководства нашей империи. Вместо того чтобы бить тревогу, объединяться, искать и выявлять тёмных, они напротив, всё попытались скрыть и работать уже тайно. Демонам это было однозначно на руку, и те спокойно себе ушли в подполье, более не афишируя своё существование.

Присягнувший мне на верность бес поведал, что в таком подполье представители его расы живут на нашей планете уже давно, и им к подобному не привыкать. Так что в серьёзный успех операции имперской службы безопасности по их выявлению и поимке я не верил.

Рикс – так звали демона, самовольно пожелавшего поступить мне на службу – прежде чем я взял его себе, был мною долго и с применением силы допрошен. В большей степени на подобных допросах я полагался на то, что присягнувшие бесы, если я им отдавал такой приказ, абсолютно не могли мне врать. Ну и клятву верности ему пришлось мне принести уже с учётом различных нюансов, которые имели место быть при «сотрудничестве» с Люси. Впрочем, я понимал, что демон – он, как и человек, может быть верен, а может и легко предать, если ему будет выгодно. Поэтому иллюзий я более на их счёт не питал и сильно надеяться на клятвы себе запретил. Хотя, конечно же, произошедшее с предавшей меня демоницей ярко говорило о том, что безнаказанно для тёмных подобное предательство пройти не может.

В целом, управление демонами – тот ещё дар… О том, что у этой расы, да и по сути – индивидуально у каждого беса есть свои особенности и характер, мне стоило догадаться заранее. Дар позволял подчинить своей воле абсолютно любого тёмного, при условии, конечно же, что я был его сильнее. Но вот о плодотворном сотрудничестве можно было забыть, если бес на него не был достаточно замотивирован. Клятва и угроза жизни были не панацеей. Тут, как оказалось, всё как у людей.

Первым заданием Риксу было забрать из снятой Люси квартиры оставленную там девушку. К моей большой радости, с ней ничего плохого произойти не успело – до наступления четвёртого этапа турнира Люси наведывалась к девушке каждый день. После, её забрали мы.

Наплевав на всякого рода конспирацию, я попросил, чтобы в Тюмени её осмотрели наши лекари. Но к сожалению, вытащить девушку из комы местные целители не смогли. Проблема, по их словам, была на психическом уровне, когда само тело было уже абсолютно здоровым. Врачи посоветовали оставить её в больнице, что мне и пришлось сделать, ввиду отсутствия каких-либо альтернатив.

Вопросов мне тогда граф Белорецкий задал много, даже очень... но что делать, пришлось держать ответ. Бросать невинную девушку где попало и делать вид, что не имею к ней абсолютно никакого отношения, у меня не хватило совести, хотя и обязанным чем-то ей, я, объективно, мог себя не считать.

Что касалось судьбы военной базы в разломе, то всё закончилось грустно. Закрытая аномалия больше не появилась на том же месте, а волна последующих пробоев носила не такой масштабный и энергоёмкий характер, то бишь они были нестабильны – едва эти разломы зачищали агенты МБА, они тут же закрывались.

Несколько экспедиций, собранных в такие аномалии, успеха не принесли – потусторонний мир был огромен, и найти заброшенную базу, людей и погибших наследников аристократических родов, оставшихся там, к сожалению, не удалось. Соответственно, вторую часть базы, находившуюся в нашем мире, также пришлось закрыть – об этом, позже, нам довелось узнать из новостей.

Единственными, кто смог заново попасть в печально прославившийся на весь мир лес, по всей видимости, были только мы с Бобиком и моими демонами. Я совмещал обязательные тренировки в разломе вместе с поисковыми экспедициями, но кроме следов сражений, которые встречались по пути минувшего маршрута в лесу, более ничего найти нам не удалось. Ни тел, ни костей, ни хотя бы одежды.

Заброшенная военная база, кроме склада с оружием и боеприпасами, тоже ничем не порадовала. Демоны и монстры уничтожили там всё живое, оставив лишь засохшие следы крови и повсеместные погромы.

Если не считать следственные органы и личные расследования пострадавших в тот день семей, печально завершившийся турнир стал быстро забываться обществом. Вместе с этим, серые будни вернулись и в мою жизнь, а слава победителей Зарницы очень скоро угасла, чему я был, кстати, очень даже рад.

К слову, правила и критерии детской Зарницы были серьёзно пересмотрены, и ни о каких этапах внутри аномалии, что неудивительно, больше не могло быть и речи.

***

Шесть лет спустя

– Тоже хочу в наряд, – проворчала Алина сбоку.

– У аристократов свои причуды, – хохотнул я на удивлённый взгляд Максима, услышавшего странное желание подруги.

– И зачем? Там скучно. Всю ночь не спишь... оно тебе надо? – очевидно пропуская мои слова мимо ушей, включился в разговор Аверин.

– Ага, скучно! Вы там все без меня ходите, болтаете. Потом столько историй...

Нам с ребятами не оставалось ничего другого, кроме как громко рассмеяться. Алина на нас недовольно покосилась, после чего шёпотом добавила:

– В разлом меня тоже не берёте…

– Не женское это дело – по разломам шастать, – моментально отмахнулся я безапелляционным тоном.

– Сексист!

– Ещё какой! – вторила Белорецкой Маша, которая тоже раздражалась от подобной несправедливости.

– Это да. Я такой, смиритесь, – отмечая, как парни сдерживают улыбки, бросил я.

– Почему отца не попросишь? – решил вернуть разговор в былое русло Степан. – Он бы тебе быстро пару нарядов организовал.

– Самой нужно уметь справляться, – гордо вздёрнув носик, промолвила подруга и следом же добавила: – Тем более, нечего его по таким мелочам от дел отвлекать.

– Да кому ты лапшу вешаешь? – ехидно покосившись на Белорецкую, произнёс я. – Уже наверняка раз пять спросила и ровно столько же раз получила отказ.

– А вот и нет!

– А вот и да!

– Нет!

Молча продолжив улыбаться, я лишь одарил девушку лукавым взглядом, но спор продолжать не стал.

– Он тебе позвонил, да? – неожиданно нарушила возникшую тишину сама Алина.

– Угу, – согласно хмыкнул я.

– Ну может, хотя бы тайно, один разочек? – подобралась девушка, занимая место напротив и уставившись на меня своим умилительно-просительным взглядом.

– Во-первых, твоя магия на меня не действует, – решительно начал я оборону, – а во-вторых, если там что-то случится...

– То вы с Максимом и Степой меня спасёте! – закончила за меня подруга.

– Это да. Но вот кто потом спасёт нас от твоего отца?.. Так что давай со всеми своими вопросами и предложениями к заводу-изготовителю обращайся.

– Так и передам папе как ты его назвал, – фыркнула Алина, откинувшись на спинку кресла.

– Заодно привет передашь, – ни капли не испугался я.

– Ма-а-ксим... ну хоть ты ему скажи, – пошла в обход Белорецкая.

– Ага, бегу, – коротко буркнул товарищ.

Он, в отличие от меня, хоть и был подвластен чарам Алины, но тюфяком никогда не был и слово «Нет», если нужно, говорить умел твёрдо.

Подруга же, беспомощно вздохнув, огляделась по сторонам, но не найдя поддержки во взгляде Маши, сердито тряся щёчками, приступила к обеду.

Всё это баловство и словоблудие иногда разбавляло наши серые будни. Несмотря на действительное желание девчонки вкусить военной романтики, обид на наши отказы и запреты отца у неё не было. По крайней мере, подобные глупости она никогда не демонстрировала.

– Внимание! Боевая тревога! Внимание! Боевая тревога!

Глава 3

– Похоже опять пробой где-то рядом, – недовольно поморщился Степан, поднимаясь с места.

– Не скучай, – улыбнулся я Белорецкой, поднимаясь следом.

Охрана подруги заметно напряглась, один из них сразу же придавил динамик на ухе указательным пальцем левой руки, параллельно наблюдая за моей реакцией. Коротко качнув головой из стороны в сторону, я дал понять бойцам, что, по моим сведениям, ничего серьёзного не произошло, на что те совсем капельку расслабились.

Тем не менее, несмотря на то, что мне здорово доверяли, так как знали, что я в большинстве случаев актуальную информацию получаю быстрее всех, ребята предписанные инструкции игнорировать не смели и комплекс действий на возникшую угрозу выполняли в полной мере, пока полученные данные не будут перепроверены.

У нас же, учеников старших классов, были эти самые инструкции свои, подчиняясь которым, наша четвёрка, за исключением Белорецкой, оставшейся с охраной в столовой, лёгким бегом направилась в сторону казарм. Далее получение под роспись комплекта оружия с боезапасом, включающего в себя и огнестрел, и стальной клинок. Ну а после уже спринт в сторону закреплённой за нами боевой позиции на стене. Правда, спринта, как такового, не было, вместо чего на свою позицию мы просто быстрым шагом прибыли.

Наша школа представляла собой самую настоящую крепость, которая, на мой взгляд, была покруче любой воинской части. По периметру Потенциал был окружён высокой стеной, наверху которой по тревоге место было закреплено для всех старшеклассников, проживающих на территории школы. Те немногие из простолюдинов, что жили вне стен учебного заведения, были также приписаны к боевым расчётам, и если тревога происходила в дневное время, они были обязаны занять место рядом.

Естественно, в отдельную категорию выделялись аристократы. Они строились повзводно на плацу, также получали оружие, после чего ожидали дальнейших указаний. За их счёт формировалась некая гвардия на тот случай, если нужно будет усилить какое-то направление или локализовать прорыв. Командовал ими целый полковник, и обязательно при этом благородных кровей.

Само собой, школу охраняла собственная обученная служба безопасности, находившаяся здесь круглосуточно. Мы, по сути, только усиливали их потенциал, и в случае особо серьёзной заварушки должны были помочь продержаться до прибытия сил быстрого реагирования.

На этот случай к школе в обязательном порядке подтягивалось и боевое крыло клана Белорецких, и подразделения агентов МБА. Но это только если школа запросит это самое подкрепление, в противном случае никто лишний раз серьёзных дядек, конечно, не дёргал.

А этих «лишних разов» было только за последние полгода около трёх десятков. И самое удивительное, что ничего особо серьёзного и не происходило. Где-то за городом или чуть к нему ближе открывался портал, оттуда вываливались несколько тварей, после они неизменно направлялись в сторону школы.

С тех пор в Тюмень, как в ныне разломоопасный район, перебросили воинскую часть МБА, для изучения и борьбы с возникшей угрозой. Кстати, именно ту, что некогда едва не расформировали под Москвой шесть лет назад.

Что касалось самой причины происходящих метаморфоз, то в конкретно данном случае никаких загадок лично для меня, в отличие от всего остального мира, здесь не было.

Всё началось едва ли не через месяц после финала печально известного турнира. В один из самых обычных дней, когда мы с ребятами были на учёбе, внезапно мой мозг атаковал Бобик. Колючий не на шутку распереживался и вовсю бил тревогу, заставляя меня в прямом смысле всё бросить и идти вместе с ним в разлом.

Помню мне тогда пришлось отпроситься с урока в туалет, и уже там, отключив пару камер видеонаблюдения, давать ежу добро на создание портала.

Если уж быть совсем точными, то тревогу била дама сердца моего громилы. Биба ему посредством их какой-то нереальной космической связи сообщила, что наше убежище находится в опасности. А ведь там, помимо склада с контрабандой оружия и боеприпасов, таился ещё и присвоенный мной артефакт!

К слову, на тот момент пещера охранялась уже не только моей ежихой, но и подросшим выводком её с Бобиком отпрысков. Те, правда, были размером примерно с крупную собаку, но даже при таких данных, «ежата» неслабо кошмарили окружающий мир в радиусе нескольких километров. Те ещё оказались мелкие разбойники, если, конечно, слово «мелкие» по отношению к ним уместно.

Когда мы с Бобой прибыли в пещеру, то быстро смогли убедиться в правдивости высказанных опасений. Мутанты со всей округи, пока ещё маленькими группами, неумолимой силой тянулись в сторону нашего убежища. Всем стало очевидно, что монстры были ведомы эманациями энергии, исторгаемой артефактом, потому как других причин на это быть просто не могло. В общем, пока не поздно, было решено камень перепрятать.

На первое время я не придумал ничего лучше, нежели чем оставить его в своей уже отстроенной загородной усадьбе. Дом, можно сказать, пустовал, если не считать охрану и отряд дяди Святогора, а подземный этаж, где я оставил свою драгоценность, надёжно запирался мощной дверью из зачарованного сплава, и по сути, артефакту ничего не угрожало, если бы не одно «но».

Этим «но» оказалось появление разломов на приграничной к усадьбе территории. И если забыть о переживаниях за сохранность собственного имущества, в конце концов, территория охранялась, то вот жизни грибников и туристов, что любили отдыхать в окружающих лесах и парке, на свою совесть вешать не хотелось.

А вот район нашей школы такими местами похвастаться не мог. Школа находилась на окраине города, граничив с рекой, небольшой промзоной и лесочком через ту же реку, где тренировались мы с ребятами во внеучебное время. Но тут рядом была военная база Белорецких, а также сама школа неплохо охранялась. Поэтому, в конечном итоге, мной было решено перенести камень в нашу со Степой комнату. Так сказать, попытался минимизировать риски.

Мысли о том, чтобы кому-то отдать артефакт, к примеру, тем же Белорецким, я гнал сразу прочь. Эта затея не только лишала меня моей родовой реликвии, но и ничего, по сути, не меняла – монстры просто станут открывать порталы в другое место.

Что насчёт реликвии? Да, как оказалось, артефакт принадлежал моему роду и был утерян в момент вероломного нападения врагов на нашу крепость. Об этом мне поведал сам Рикс, который служил ещё моему деду. Он мне вообще много чего рассказал... Впрочем, главное сейчас другое: артефакт вернулся в руки законного наследника рода, и я не собирался его кому-то уступать, хоть и терпел из-за этого определённые издержки, как и все вокруг меня...

И лежала эта штука за пятьдесят миллиардов рублей, а по словам моих демонов – и вовсе бесценная, ни где иначе, кроме как в обычной обувной коробке у меня под кроватью. Знал бы об этом кто-то из тех, кто ищет артефакт – наверняка долго бы хохотал.

Стёпа, кстати, когда увидел моё сокровище, тоже немало удивился, а потом, вдоволь налюбовавшись этой красотой, окрестил артефакт «Яйцом дракона», ну а меня – его батей, за то, что на нём сплю.

Шутки шутками, а постоянные тревоги всех серьёзно достали. Поначалу это, конечно, привело к серьёзному прогрессу в плане нашей обороноспособности. Базу МБА, опять же, в Тюмень перекинули, что есть хорошо. Но в дальнейшем будущем, а именно – последние полгода, стала отмечаться некая рутинизация этих тревог, что стало неизменно приводить к лёгкой деградации всего оборонного комплекса Потенциала. Уже не закрывались бронепластинами окна школы и общежития, военные и учащиеся не спешили на свои посты, и только агенты МБА неизменно спешили на выезд даже ради небольшой кучки тварей, выброшенных из очередной аномалии.

Вот и сейчас наша четвёрка, получив оружие и спокойно экипировавшись, не особо спеша, направилась к участку стены, закреплённому за нашим отделением. Естественно, произойди что-то серьёзное, о чём бы мне непременно доложила Кали, мы бы с ребятами были бы уже давно на своём посту. Но тот десяток монстров, что выскочил из появившейся аномалии, никого напугать здесь не мог, отчего и двигались мы в направлении стены без особого рвения.

– Долго, – недовольно буркнул сержант Найдёнов, приставленный к нам командиром отделения.

Сержант Владимир Найдёнов был высокорослым молодым парнем с крючковатым носом и карими глазами. Любил всюду таскать с собой спичечный коробок, хотя не курил, и непременно держал во рту одну спичку, изредка ковыряясь ею в зубах.

– Уже кусаю локти из-за того, сколько всего мы тут пропустили, – оглядывая совершенно пустое поле перед собой, голосом, полным иронии, бросил в ответ Стёпа.

Отношения с Найдёновым не сложились практически сразу же. Демобилизовавшийся с одного из горячих направлений парень, каким-то образом устроился в школу в штат внешней охраны. Поначалу он даже пользовался нашим уважением ввиду боевого опыта и заслуг, но чуть позже всё изменилось. Владимир то ли решил выслужиться перед старшим начальством, то ли просто расслабился на спокойной службе, но в конечном итоге сержант стал постепенно демонстрировать не лучшие черты своего характера. В частности, он пытался ввести против нас дедовщину, стал позволять себе мелкие грубости, да и в общем, отвернул от себя всех внутри нашего тесного коллектива.

Пришло всё к тому, что мы его попросту стали игнорировать, чем ещё больше вбивали клин между нашими лагерями. Тогда Найдёнов попытался и вовсе силой вернуть свой авторитет, и был немножко, совсем капельку, бит. Причём я во всё это даже не вмешивался, лишь наблюдал со стороны ошибки его грубой работы с личным составом. Со своими советами лезть, естественно, тоже не спешил. Хотя, как бывший командир, с какой-то стороны я Владимира очень даже хорошо понимал.

– Вы в курсе, что у вас один из самых хреновых результатов? – зло пробубнил сержант.

– Конечно, – улыбнулся Максим. – И мы каждый раз старательно повышаем ремесло в штурме твоих антирекордов. Сколько там сегодня?

На самом деле Найдёнов лукавил, и прибыли мы сюда далеко не самыми последними. Просто этот товарищ с самого начала имел свойство занижать наши результаты, чем серьёзно демотивировал ребят стараться оказаться на посту как можно скорее. Сейчас же, когда мы попадали под проверку руководства, ему за нас неслабо прилетало, отчего сержант и бесился.

– Очень смешно, юморист. Обхохочешься, – недовольно бросил в ответ Найдёнов и добавил: – Следующий раз чтобы поторапливались. Я на вас рапорт составлю.

Максим с Машей лишь многозначительно улыбнулись, совсем не испугавшись угрозы, а вот мой сосед по комнате моментально нахмурился.

– Можешь его сразу в трубочку свернуть и знаешь куда...

– Стёпа, – негромко произнёс я, дёрнув товарища за рукав, – остынь.

Эти двое невзлюбили друг друга больше всего. Собственно, с необоснованных придирок к Стёпе и начался наш конфликт. Астапов был парнем довольно спокойным и доброжелательным, если его не трогать, но в противном случае, пыл товарища порой остудить было совсем непросто.

К слову, все немногочисленные доносы, что от бессилия успел накатать на нас сержант, никуда выше не ушли – бумажки таинственным образом пропадали, едва он их клал на стол секретарю, и ситуация за пределы нашего круга практически не выходила.

Вполглаза отметив, что ребята вроде как успокоились, с высоты школьной стены я наблюдал за происходящим на горизонте. Только вот здесь всё было не так чисто, как изначально мной предполагалось.

– Кали, почему я вижу десяток демонов под нашими стенами, когда ты об этом молчишь?! – недовольно прорычал я.

– Господин, я в лесу. Тут никого. Группу монстров, прошедших через разлом, уже уничтожили агенты, – постаралась оправдаться бесовка.

Глава 4

Спешно достав телефон из кармана, я отошёл на несколько метров в сторону от ребят и набрал Алине.

– Алло? – прозвучал слегка растерянный голос подруги.

– Срочно дай трубку тёте Тоне.

Надо отдать должное Белорецкой – в критических ситуациях девчонка не задавала лишних вопросов и делала что нужно.

– Слушаю, – послышалось из трубки буквально через пару мгновений.

– Код шестьсот шестьдесят шесть. Насчитал десять штук. Сообщите выше сами.

На этих словах я отключил вызов и, обернувшись на ребят, одними губами произнёс:

– Вырубите его.

И если Максим с Машей удивились, в нерешительности переглянувшись друг с другом, то Стёпе два раза такое предлагать было не надо.

– Только аккуратно. Барьера на нём уже нет, – успел добавить я, отмечая расплывшуюся улыбку на лице товарища.

Делалось это не баловства ради, и личная неприязнь была тоже ни при чём. Просто если была возможность избежать лишних свидетелей – я ею пользовался.

Сами по себе десяток демонов не были грозной силой. Вся проблема была в том, что их никто кроме меня не видел. И что тёмные могут здесь натворить, пользуясь подобным преимуществом, оставалось только гадать.

Естественно, без дела стоять я тоже не собирался. И хоть переловить всех бесов я не мог просто физически, так как они разлетелись широкой полосой в небе над школой, но вот явить их миру...

Создав несколько десятков светлячков, я стал направлять их в разные стороны, силой мысли заставляя своих верных помощников атаковать демонов. На большой урон при таком подходе надеяться, конечно, не приходилось, но мне оно сейчас было и не нужно. Цель атаки – лишь проявить миру витавших над школой бесов, с чем я справился на десять из десяти баллов.

Реакция на это у защитников школы была с небольшим временным лагом: сначала одарённые зависли с приоткрытыми ртами, задрав головы к небу, а затем последовала дружная атака на всех оказавшихся в зоне досягаемости тёмных. Одного из них удалось поймать и нам с ребятами.

Наблюдая, как бесов рвали в клочья в небе над школой, своего пленника я убивать не стал, не давая этого сделать и ребятам из нашего отряда.

– Хочешь попробовать его допросить? – сходу догадался Максим.

– Да, – утвердительно кивнул я, ментально приказывая демону принять человеческий образ.

Черноглазый, с внешностью неприятного старика, злой и ещё не смирившийся с поражением, он смотрел на нас с глубочайшей ненавистью и явно не был настроен сотрудничать. Отметив этот факт, я, абсолютно молча, не тратя времени на отыгрыш роли «хорошего полицейского», натравил на него десяток светлячков, вмиг облепивших тёмного с разных сторон.

Пожалуй, называя их в своём детстве «светлячками», я несколько погорячился. Слишком милое и доброе название для этих мелких демонов, безжалостно вгрызающихся в плоть и уничтожающих всё, что становится у них на пути. Общего со светлячками у них было только то, что мой рой мелких убийц тоже светится в темноте при достаточной подпитке маной.

– А-а-ргх-а-а! – громко зарычал бес, извиваясь от боли в моём захвате.

– Кто отправил, откуда прибыли, как давно здесь, какая цель? – присаживаясь на внезапно оказавшееся рядом со мной раскладное кресло, начал я.

Особо скрывать свои возможности перед друзьями, после турнира уже не было никакого смысла. Тем более, что мы вместе проводили тренировки не только в нашем лесочке, но и с недавнего времени периодически путешествовали по разломам. Группу для этого дела пришлось создавать и тренировать заново, так как прошлый отряд, отлично себя показавший на турнире и, собственно, его выигравший, распался в силу разницы в возрасте между участниками.

Миша, например, уже не только закончил университет, но и успел отслужить почти два года в МБА, куда парня забрали с большой радостью. Сергей тоже отучился, и в данный момент был на фронте – также проходил обязательную воинскую службу. Ну а Ксюша училась на третьем курсе лучшего Тюменского медицинского вуза, что было очень престижно и открывало перед девушкой невероятные для абсолютного большинства простолюдинов возможности.

К слову, никого из этой тройки не выпустили учиться за пределы княжества Белорецких. Правда, сделали это всё же методом мягкой силы, предложив ребятам особые условия и привилегии, на что те и согласились.

Возвращаясь к допросу демона… Он недолго смог продержаться, и вскоре стал медленно выдавать всё, что знает.

– Я получил приказ от Кархама. Над ним только Ваал, – сплёвывая чёрную густую субстанцию, которую я считал демонской кровью, сухо начал он после того, как мои светлячки приостановили пытку. – Прибыли из Москвы неделю назад. Ищем артефакт.

– Какой артефакт и почему вы решили, что он здесь? – продолжил допрос я с кресла, параллельно наблюдая, как над территорией школы, не считая перекличек военных, уже воцарилась тишина. Бой с демонами скоротечно закончился.

– Не знаю ответы на ваши вопросы, этим ведает Кархам...

– Он ещё жив?

Демон на секунду завис, после чего отрицательно покачал головой.

– Отвечай правду! – придавил я его своим даром, громко при этом рыкнув.

Несмотря на удивлённый взгляд тёмного, его ответ не изменился. Впрочем, то, что демоны в конечном итоге пронюхают примерное местонахождение камня, было только вопросом времени. Пусть я и старался периодически артефакт перемещать, большую часть времени он всё же находился у меня под кроватью, а значит, так или иначе притягивал своей силой к Потенциалу ненавистных мне тварей.

По всей видимости, такая мощная штука неизбежно выбрасывала в окружающее пространство эманации силы, и пусть демоны напрямик эти колебания и не ощущали, но те же монстры из соседнего с нами мира почему-то неизбежно рвались к артефакту. Их, в отличие от всех других известных мне существ, тянуло к камню будто пчёл на мёд, и даже само мироздание, судя по тому, что я наблюдал, казалось, тварям в этом помогало. Иначе как объяснить все эти порталы, открывающиеся к нам с очень неприятной периодичностью?

Невольно стали вспоминаться времена, когда подобные разломы открывались и по мою душу. Правда, тогда всё «вылечилось» тем, что я начал путешествовать по аномалиям...

***

Шумиха, конечно, поднялась серьёзная. После того, как стало ясно, что угроза миновала, и настал черёд разбора полётов, охрана стала спешно поднимать видеозаписи, допрашивать очевидцев и изучать останки демонов, разбросанных по территории Потенциала.

Сам князь, узнав, что атака успешно отбита, торопиться к нам сюда не стал. Зато в школу спешно прилетел его брат, Сергей Константинович. И естественно, первым, с кем он захотел поговорить, был именно я.

Так как действия нашего отряда на камеру не попали, на допрос к ведущим расследование военным нас никто не приглашал. Ввиду чего, конкретно мы со Стёпой и Машей, после отмены тревоги спокойно себе отдыхали в нашей комнате, наслаждаясь редким моментом безделья – оставшиеся немногочисленные занятия в школе были отменены. К слову, поэтому Максим и остальные дети из тех, кто не проживал в жилом блоке Потенциала и не был задействован на допросах, тоже вернулись домой.

– Приветствую вас, ребята, – коротко постучавшись, прежде чем войти в нашу комнату, произнёс граф Белорецкий.

О его прибытии мне сообщила не только бесовка, но и Алина, вместе с которой Сергей Константинович поднялся к нам на этаж. Похоже, подруга захотела обо всем узнать из первых уст и напросилась вместе с отцом. Впрочем, с учётом того, что угроза миновала, почему бы и нет.

Поздоровавшись и любезно предложив гостям кресла, мы с товарищами заняли мою кровать, стоявшую напротив письменного стола, за который и уселся граф, развернувшись в нашу сторону.

– Кучеряво живёте, – любопытно оглядываясь по сторонам вместе с дочерью, с лёгкой улыбкой произнёс Белорецкий.

Висевший на стене огромный телевизор, небольшой холодильник в углу комнаты, пара ноутбуков и два новых кожаных кресла сразу бросались в глаза любому вошедшему. И это мы ещё немного постеснялись и убрали в шкаф нашу приставку для игр...

Что тут скажешь, жили мы с товарищем и правда, по местным меркам, хорошо, даже матрасы себе поменяли. Ну а с другой стороны, чего мне ещё делать со своими деньгами, кроме как хоть немного улучшить свою и друга жизнь? Отношения у меня с комендантом и руководством школы были хорошие, право на некоторые привилегии заслужено честно, поэтому никаких замечаний с их стороны и не было. Заодно и для других ребят был большой стимул усердно тренироваться и развиваться. Хотя мы, конечно, экскурсий никому не устраивали и уж тем более не занимались хвастовством.

Кстати, именно по причине имевшихся привилегий и хороших взаимоотношений, к нам в четырёхместную комнату никого больше и не подселяли с самого пятого класса, и жили мы со Стёпой все эти годы исключительно вдвоём. Морозова вон только гостила у нас частенько.

– Грех жаловаться, – уклончиво ответил я, украдкой поглядывая в сторону шкафа с плохо прикрытой дверцей, откуда едва виднелся провод от джойстика...

– Это у всех детей тут так? – задумчиво бросила Алина, за все эти годы впервые оказавшаяся в нашей комнате.

Подруга легко могла и раньше прийти к нам в гости, и вряд ли бы кто-то из охраны или комендатуры смог сказать ей что-то против. Но тут в дело вмешивался другой фактор. Мы и так проводили немало времени в школе вместе, а если молодая аристократка начнёт ещё и в нашу комнату захаживать... В общем, лишние слухи и глупые домыслы были никому из присутствующих совсем ни к чему. Зато сейчас, она здесь находилась вместе со своим отцом, и утоляя собственное любопытство, абсолютно не несла каких-либо репутационных потерь.

– Ага, конечно, – едва сдерживая хохот, прыснула Маша. – Такая мажорская комната только одна на всю общагу.

В следующую секунду Морозова поджала губы и, вжав голову в плечи, отвела взгляд в сторону, поймав при этом на себе целых два недовольных взгляда от меня и Стёпы.

– Я бы попросил!.. – возмущённо нахмурился я. – Мы не мажоры. Всё честным трудом наворовано.

На этих словах взгляды всех присутствующих вмиг перекрестились уже на мне. Поняв, что граф – не самый великий ценитель моего юмора, пришлось спешно добавить:

– Да шутка же. Купили всё. На кровно заработанные.

– Ладно, я здесь, как вы понимаете, по делу, – вернув улыбку на лицо, после небольшой паузы продолжил Сергей Константинович. – Рассказывай всё сам, по порядку. Подробно.

Но едва я успел открыть рот, как граф, перебивая меня, добавил:

– И не забудь в этом рассказе обязательно уточнить, зачем старшину своего приложили, – на этот раз голос мужчины был вполне себе серьёзен и строг.

Скрывать мне было, по сути, нечего, кроме некоторых деталей, поэтому графа ждал вполне себе откровенный рассказ о произошедшем. Я даже поведал ему о случившемся допросе пойманного нами беса. Единственное, что пришлось утаить, это информацию о цели визита демонов в нашу школу.

Артефакт, к слову, я на время вернул в пещеру, ввиду чего искренне питал надежды, что бесы, как и разломы, сюда в ближайшее время не вернутся.

– Убивать, конечно, его не стоило. Тёмного однозначно следовало допросить и нашим ребятам тоже, – посетовал Белорецкий в конце.

Объяснять графу, что его люди не смогут допросить демона так, как это сделает человек с моим даром, я не стал. Следом разговор перетёк в русло обсуждения предшествующих схватке с бесами событий.

Моё объяснение причины атаки на сержанта Найдёнова собеседник критиковать не стал, но и одобрения подобным методам с его стороны тоже не последовало. Напротив, граф всем своим видом демонстрировал непринятие, хотя наверняка и понимал, что на моём месте бы поступил точно так же.

– Есть предположения, зачем они сюда наведались?

Вот чего-чего, а врать Белорецкому мне уж точно не хотелось. Но и правду говорить я сейчас откровенно не желал.

– Трудно сказать... – начал я, напрягаясь от вопроса. – Была мысль, что они ищут меня и ребят из нашей прошлой команды. Но не сходится. Демон не узнал ни меня, ни Максима, – бросив фразу, я задумчиво замолчал.

Разговор с Сергеем Константиновичем закончился его просьбой отныне проявлять повышенную бдительность, и в случае тревоги спешно следовать на свой пост. Алина всё это время лишь глазела по сторонам, не участвуя в беседе, и когда отец закончил, попрощавшись с нами, вместе с ним покинула комнату.

Глава 5

– Дядя, привет.

– Привет, Лёша, – послышался родной голос из трубки.

– Как там у нас дела? – решил я начать издалека.

– Отчёт я тебе отправил на почту, ну... из того, что можно там обсуждать. В воскресенье приеду – есть что обсудить и лично. В целом, ничего сверхсрочного и критичного. По телефону большего не скажу, – закончил дядя Святогор.

Пообщавшись с ним ещё несколько минут на отвлечённые темы, я попрощался с дядей, напомнив ему не тянуть с приездом. Будь он здесь, в Тюмени, я бы этим же вечером прилетел в нашу усадьбу, где разместил его вместе с их боевой группой, и обсудил всё с глазу на глаз. Но ввиду того, что Святогору нужно было отъехать в Курган по нашим делам, беседу пришлось отложить.

Прогулочным шагом двигаясь в сторону школьного парка, где как раз в эту минуту под надзором кураторов играли дети в свой редкий свободный час, я углубился внутрь. Спортивные площадки остались за спиной, как и шум детворы, дальше в парке были только скамейки и столы. Последние для особых любителей заниматься учёбой на свежем воздухе, а вот скамейки, в основном, были заняты влюблёнными парочками.

– Я думала, ты уже не придёшь! – обиженно надув губки, проворчала девушка, едва я вышел из-за поворота и оказался практически напротив занятой ей лавочки.

– В таком случае я бы предупредил, – присаживаясь сбоку и сгребая в объятия Анну, произнёс я.

– Что-то случилось?

– Нет. Просто Григорий Иванович немного задержал.

– Эх, Лёшенька... – улыбнулась Орлова, проводя своей рукой по моим волосам. – Всё у нас наоборот. Обычно парень ждёт девушку на каждом свидании по полчаса, а в нашем случае тебя вечно дожидаюсь я.

– Ты бы меньше любовные романы читала, драгоценная моя, – усмехнувшись, ответил я, приближаясь к губам девушки.

– Да это не только там...

На этих словах я поцеловал Аню, не дав ей закончить свою фразу. Орлова была совсем не против и охотно подалась вперёд, обнимая мою шею своими нежными руками.

– Скучала, говоришь, – оторвавшись от манящих губ, с улыбкой констатировал я, заглядывая девушке в глаза.

– Ещё бы! Платье, вон, новое надела, тебя порадовать... Ты хоть заметил?

– Конечно, – часто закивал я головой, спешно оглядывая возлюбленную.

– И где же тогда мои заслуженные комплименты? – хохотнула она, отчётливо понимая, что новое платье я заметил только сейчас.

– Так это... дар речи от красоты твоей неземной потерял. Столько восхищенных эпитетов в горле застряло... кх-кх...

– Ой ладно, всё, – на этих словах Анна сама прильнула к моим губам, и на некоторое время все разговоры завершились сами собой.

После Зарницы мы с ней как-то сами собой стали тепло общаться. Она очень часто вспоминала мне проявленную к ней заботу на турнире, хотя, на мой взгляд, ничего особенного с моей стороны там и не было.

Но сблизились мы с Аней, как ни странно, намного позже. Это произошло около полутора лет назад, когда девушка уже закончила школу и училась на первом курсе одного из местных вузов.

Мы тогда со Стёпой и Максимом гуляли по набережной, устроив себе небольшой праздник втайне от всех. Класса с седьмого у нас появилась традиция праздновать дни рождения вне школьных стен. Для этого Кали и Рикс после дневных занятий вытаскивали меня с товарищем из школы, после чего мы уже были предоставлены сами себе практически до следующего утра. Машу тоже с собой нередко брали, но конкретно в этот раз, девушка по какой-то причине осталась в общежитии, ввиду чего мы праздновали день рождения Астапова исключительно мужской компанией.

Поужинав в одном из кафе в центре города, мы решили закончить вечер прогулкой, в ходе чего и оказались у городской достопримечательности нашего города под названием «Мост влюблённых».

Так, наблюдая за уже сверкавшими на небе звёздами и красивым отражением фонарей в воде, мы, сидя на одной из лавочек у моста, болтали о чем-то своём. Может быть, тот вечер и закончился бы спокойно, без всяких приключений, но вселенная решила распорядиться иначе.

***

– Лёх, смотри, – указывая кивком головы вправо от себя, негромко произнёс Стёпа, – кажись, твоя знакомая идёт.

– Орлова? – моментально узнал я девушку, несмотря на большое расстояние.

Это было нетрудно – Аня всегда одевалась и выглядела максимально эффектно. Вот и сейчас образ и точёная фигура девушки не могли остаться без внимания всех мужчин по пути её следования. Парни нередко провожали красотку взглядом, с трудом отлипая от её стана. Не исключением оставался и я, с интересом отмечая, что Орлова теперь носит пепельный блонд, который девушке был невероятно к лицу.

– С подругами, но без охраны, – мимоходом отметил Максим, сидевший по другую сторону от меня.

– Ага, не похоже на неё, – согласился я.

– Та эти аристократки все странные, – махнул рукой Стёпа. – Вечно своим телохранителям создают лишние проблемы. Одна Алина чего стоит.

Белорецкая действительно изнывала от постоянного общества своей охраны и часто сетовала на это при случае. Оно и неудивительно: девушка вполне себе стала уже взрослой, но при этом личной жизни у неё не было абсолютно никакой. Отца её тоже можно было понять: возраст возрастом, а количество угроз, особенно сейчас, при внезапной активности демонов, только прибавилось.

Вот и ходили обе Белорецкие под охраной даже в туалет, а рядовой поход в кино или ресторан и вовсе превращался порой в маленькую спецоперацию. И было совсем неудивительно, что изредка девчонки немного бунтовали, усложняя и так непростую работу своей службе безопасности.

– Подойдёшь поздороваться? – повернулся ко мне Аверин, пристально заглядывая в глаза с хитринкой во взгляде.

– Нет. Нас тут, по идее, быть не должно, – не раздумывая, бросил я в ответ.

– Как знаешь, – пожал плечами товарищ и отвернулся в сторону реки.

Аня нас не видела, так как мы с ребятами сидели на дальней лавочке сбоку от входа на мост, а путь девушки лежал по нему же, но не доходя до нас.

Проследив взглядом за ступившей на мост группой девушек, я было уже хотел развернуться к ребятам, как внезапно услышал неприятный мужской гогот, сопровождающийся сальными шуточками в сторону Орловой и её подруг. И если бы всё на этом и закончилось, я бы даже с места не сдвинулся, но нет. Компания парней, внешне напоминающая классических гопников, моментально увязалась вслед за аристократками, настойчиво предлагая тем знакомство и своё общество. Помню я ещё тогда грозно про себя выругался, за то, что девушкам взбрендилось гулять без охраны…

Улыбки с лиц благородных моментально пропали. Пытаясь игнорировать навязчивых ухажёров, те продолжали движение по своему маршруту, но на середине моста одна из подруг Ани не выдержала и, развернувшись к парням, вытянула в их сторону руку, а затем, зачерпнув воды прямо с реки, окатила ею всю четвёрку.

Мы с ребятами наблюдали этот момент с улыбками и большим облегчением, потому что к этой минуте складывалось ощущение, что пора спешить на помощь. А мне влезать в какие-то приключения за пределами общежития хотелось в самую последнюю очередь.

Несмотря на то, что на дворе стояло хоть и позднее, но лето, этим вечером на улице было немного прохладно и парням пришлось спешно ретироваться, дабы просто не замёрзнуть.

Казалось бы всё, проблема решена: девушки спокойно себе пошли гулять дальше, парни тоже пропали с горизонта, ну а мы смогли себе позволить с чистой совестью отдыхать, проводя остатки вечера за дружеской беседой.

Но нет. Рикс, на всякий случай приставленный мной к девчонкам, очень скоро сообщил, что проблема обрела ещё более серьёзный характер.

Как оказалось, парни то ли жили где-то неподалёку, то ли вовсе имели с собой запасную одежду... не важно. Важно то, что четыре ублюдка подкараулили решивших уже возвращаться домой девушек на нижнем ярусе парковки, примыкающей к этой части набережной, и в эту самую секунду окружали благородных с целью дальнейшей атаки.

Анна, конечно, могла за себя постоять, но всё же воином, как братья, она не была. О боевых возможностях её подруг мне и вовсе было мало известно, а между тем, по докладу демона, все четыре урода оказались одарёнными.

Действовать пришлось быстро и решительно. Кали моментально переместила нас на подземную парковку, где разворачивались все события, и мы в ту же секунду стали сокращать расстояние с группой оборзевших хулиганов.

Мельком отметив, что несколько парней, решивших вступиться за девчонок, валялись на земле, будучи грубо отброшенными подальше, мы с товарищами, не сговариваясь, перешли на бег. Аристократки уже лежали на земле, прижатые к грязному асфальту телекинезом, в то время как трое гопников стояли вокруг них с вытянутыми руками. Четвёртый тоже зря времени не терял и подогнал к месту событий белый фургон, предусмотрительно открывая заднюю дверь с отнюдь недвусмысленно читающимися намерениями.

– Здорова, бандиты, – хмуро бросил Стёпа, привлекая внимание парней к нам.

– Съе***ись отсюда! – моментально рыкнул тот из парней, что подгонял машину и сейчас навис над одной из девушек.

– Вы хоть знаете, что вам за них будет?

– Нет. Зато знаю, что будет вам, если вы нафиг не свалите! Уматывайте!

Парень явно был не из тех, кто разбрасывается словами, и едва он отметил, что мы, несмотря на его предупреждения, свой курс движения не меняем – не мешкаясь, вытянул руку в мою сторону, так как я шёл на самом острие атаки, и атаковал.

Почувствовав его попытку окутать моё тело силой, я без лишних слов просто выломал конечность в районе локтя атаковавшему меня гопнику, в мгновение продавливая его барьер и сопротивление. Парень сразу же упал на асфальт возле аристократок, и с криками вперемешку с отборным матом, стал баюкать свою руку.

Мигом развернувшаяся в нашу сторону тройка бандитов была атакована моими ребятами. Оставшиеся гопники, несмотря на более короткий язык, оказались немного сильнее своего товарища, поэтому, чтобы ускорить процесс, одного я взял на себя, и не став заморачиваться, провернул с ним ровно то же, что сделал полминуты назад с его товарищем.

Криков и матов на подземной парковке стало заметно больше. Максим со Стёпой так жёстко продавить соперников не смогли, поэтому действовали парни несколько иначе. По моим поверхностным наблюдениям, бандиты уже, наверное, с десяток раз встретились лицом с асфальтом, вследствие чего довольно быстро теряли волю к сопротивлению.

– Не перестарайтесь, – коротко бросил я своим друзьям.

Лишние проблемы, и уж тем более – трупы, нам были ни к чему. У девушек есть благородные родичи, вот пусть те и спрашивают с обидчиков по полной. А наше дело уже выполнено.

Хотя, если быть честным, злость и раздражение на поступок этих уродов меня так быстро не отпустили, что заставило невольно покоситься на стоявший в нескольких шагах от нас внедорожник, куда по гнусному плану бандюганов они хотели упрятать девушек.

Аристократки к этому времени уже поднялись на ноги и приводили себя в порядок, испуганно оглядываясь по сторонам. В то же время я, попросив товарищей уложить тела всех четверых беспредельщиков в одну линию перед собой, силой телекинеза поднял в воздух автомобиль и, заставив его зависнуть прямо над гопниками, стал превращать машину в компактный кубик...

Треск стоял жуткий, краска и стекло отлетали во все стороны, а машина продолжала ужиматься в размерах и пугающе нависать над четырьмя уродами. У последних в глазах читался откровенный ужас, ведь упади на них сейчас этот кусок металлолома – и парни все как один превратятся в лепёшку. Вся четвёрка на текущий момент была уже без щита.

– Лёша, стой! – внезапно воскликнула Орлова.

Повернувшись в сторону девушки, я удивлённо вскинул бровь. Честно говоря, ввиду произошедшего я наоборот думал, что Орлова захочет жестокой расправы над ними. Но не угадал.

– Тут камеры, полицию уже однозначно вызвали. Их накажут! Не марай руки! – добавила она, подбежав ко мне.

Я-то, в принципе, и не собирался, а машину раскурочил так... чтобы нервы унять и силы свои проверить. Ну и бандитов, конечно же, немного напугать. Да и вообще, если быть откровенным, то всегда хотелось что-то такое сломать, хоть я и не вандал, вроде как, ни разу...

– Ну хорошо, – бросил я, пожав плечами, и аккуратно поставил металлический «кубик» рядом с лежавшей на земле четвёркой беспредельщиков.

– Спасибо... – вытирая слёзы, ответила Аня.

Было видно, что девушка серьёзно испугалась и едва держит себя в руках. Остальные её подруги выглядели не лучшим образом.

– Ты бы это... без охраны больше не гуляла, – не удержался я от нотаций. – Или одеваться надо скромнее, иначе такое будет повторяться.

Аня ничего отвечать не стала, лишь облокотившись на стоявшую рядом машину, накрыла ладонями лицо и начала громко всхлипывать.

– Ну успокой её, чего стоишь... – неожиданно пихнул меня в бок рядом стоявший Стёпа.

Делать было нечего, девушку было действительно жаль. Тем более, что у нас со школы сохранились довольно приятные отношения.

Подойдя к ней ближе, я приобнял дрожащую девчонку и попытался подобрать слова, чтобы девушка смогла прийти в себя. Как ни странно, вскоре это подействовало.

– А ты как здесь оказался? – неожиданно произнесла Орлова, когда наконец-то немного отошла от произошедшего.

– А вот это лучше никому не знать. И вообще, нам пора бежать. Никому не говори, что знаешь меня и моих ребят. Не хочу лишних проблем в школе.

Орлова быстро сориентировалась и, пару раз задумчиво моргнув, следом же согласно кивнула, давая понять, что информацию усвоила.

– Всё, пока, – спешно бросил я, отмечая, что к месту событий бегут полицейские.

Девушка хотела было что-то сказать, но я уже отдал сигнал своим товарищам сматывать удочки, и в следующий миг мы вместе с ними стремительно направились в глубину подземной стоянки, оставляя покалеченных бандитов и девушек наедине. Уж с такими инвалидами, да ещё и без барьера, до приближения полиции они точно справятся.

***

– Ты меня слышишь? – отвлекла меня от воспоминаний Аня.

– Задумался что-то, – переключая внимание на Орлову и одновременно с этим открывая глаза, ответил я.

Надо мной склонилось красивое лицо девушки, которая отчего-то озорно улыбалась, теребя мои волосы. Я лежал у Ани на коленях и похоже даже слегка задремал под её щебетание.

– Чего смеёшься?

– Вы, похоже, все мужчины такие. Мама постоянно возмущается, что папа её не слушает.

– Да слушаю я, просто...

– Дай угадаю, – уже не сдерживая смеха, перебила меня возлюбленная. – Мой «сладкий голос» баюкает тебя, будто пение соловьёв, или же мои нежные объятия погружают тебя в нирвану безмятежности, отчего ты так смешно сопишь? Или на этот раз что-то другое?

– На этот раз твой пьянящий чарующий запах, от которого я безнадёжно потерял сознание...

– Ха-ха-ха! Всё хватит! – продолжая смеяться, отмахнулась девушка. – Ты опять меня смешишь!

– Всё, я пришёл в себя. Говори, что хотела, я внимаю.

– День рождения у меня скоро, – сразу же подобралась Аня и добавила: – Я очень надеюсь, что ты сможешь прийти... У тебя получится вырваться из школы?

Да уж... хорошо сама напомнила, а то ведь так бы со всеми этими событиями и забыл! В прошлом году так и вовсе мне пришлось это мероприятие пропустить из-за того, что был выезд на полигон. Поэтому в этот раз, по-хорошему девушку стоило бы порадовать.

– Я постараюсь. Где и когда будет праздник?

– В воскресенье. У нас дома.

– Дома?! – с трудом сдерживая панические нотки в голосе, бросил я.

Глава 6

– Как мне осточертела эта стрельба... – зевнув, с досадой проворчала Маша, бросая при этом в сторону мишеней недовольный взгляд.

– Мы тут всего лишь два дня, – улыбнувшись её стенаниям, ответил я. – И вообще, привыкайте. Кто в университет не поступит, ближайшие два года проведёт на фронте.

– Пожалуй, это лучшая мотивация, – вздыхая, согласилась со мной Морозова.

– А меня не столько стрельба бесит, сколько бесполезность этого дела. Мы же одарённые, в конце концов! – поддержал подругу Максим.

– Я вас не понимаю, – бросил сбоку Астапов, из стороны в сторону качнув головой. – С автомата стрелять научили, с гранатомёта – тоже. Я бы ещё с СВД с радостью попрактиковался... – мечтательно добавил он.

Разделившиеся на два лагеря, друзья скептично поглядывали в сторону друг друга, после чего почти синхронно перевели свои взгляды в мою сторону, очевидно намекая высказаться и мне.

– Стёпа прав, ребята. Нашу программу тренировок разрабатывали неглупые люди. И, к слову, заметьте, что аристократы не меньше нашего тут потеют. Значит, зачем-то это надо всё.

– И зачем же мне, лекарю, умение стрелять из гранатомёта? – усмехнулась Морозова.

В воздухе повисла небольшая пауза, которую, немного подумав, нарушил я сам.

– Вы когда-нибудь читали, чем Абсолют отличается от того же Гроссмастера? – задал я вопрос, решив зайти издалека.

– Сильнее, – не особо задумываясь, пожал плечами Стёпа.

– К сожалению, их в мире меньше одного процента от и так небольшого количества одарённых, – всерьёз заинтересовалась диалогом до этого сонная Маша. – И они особо не делятся подробностями на этот счёт.

– Верно. Но всё-таки есть кое-что из общеизвестного, – выдержав театральную паузу и оглядев своих ребят, произнёс я. – Абсолюта делает таковым, помимо всего прочего, бездонная «бочка энергии» под задницей, образно говоря.

– Прямо таки бездонная?

– Ну не прямо, конечно... – замялся я. – Но чтобы оставить разумного, перешедшего на высший ранг силы, без маны, потребуется аналогичный соперник, а лучше два. Но ты немного не в ту сторону диалог уводишь, – следом, подбирая слова, я продолжил: – В остальных случаях, имею в виду более слабые ранги, энергия, то бишь мана, в интенсивных боевых действиях имеет свойство заканчиваться. Особенно быстро это происходит тогда, когда по ту сторону от тебя воюет такой же одарённый, как и ты. В общем, я к тому, что лучше бы вам учиться уметь и стрелковым оружием воевать, и холодным.

– Вот и я о том же – никогда не знаешь, что может пригодиться! – поддержал меня Стёпа.

На самом деле то, что я сейчас рассказал ребятам, далеко не один раз было вслух озвучено нашими преподавателями, просто на других примерах.

– Есть ещё один важный момент, – произнёс подошедший сбоку инструктор. – Нередко бывают ситуации, когда одарёнными на фронте усиливают боевые отряды обычных штурмовиков. В таком случае вам может не только перепасть роль командира подразделения, как старшему по званию, а это, на минуточку, ответственная должность, которая должна быть подкреплена с вашей стороны самыми разными специфическими знаниями и умениями. Помимо этого может статься так, что вам придётся выполнять роль прикрытия для бездарных, либо какую другую помощь им оказать. Ввиду всего сказанного, теоретические знания о современном оружии и его возможностях, а также практические навыки его использования, сослужат вам хорошую службу и помогут сохранить людям жизни. Всем всё ясно? – закончил Георгий Иванович, оглядывая нашу четвёрку, выстроившуюся перед ним в одну шеренгу.

– Так точно! – стройным хором ответили мы.

– А раз всё ясно, то на исходную. Вижу, что доели уже, – буркнул мужчина и первым покинул помещение.

Военная палатка, служившая нам на полигоне столовой, следом же опустела на четыре человека. Мы и вправду уже успели отобедать, а значит, стоило уступить место другим.

В отличие от остальных ребят, для меня время на полигонах пролетало быстро. Совсем нередко я с ностальгией вспоминал свою прошлую жизнь, где в подобных условиях прожил едва ли не её половину. Военных учений, к слову, стало много именно в выпускном классе, тогда как ранее нас вывозили на подобные мероприятия гораздо реже.

Присоединившись к строю одноклассников, ожидавших прибытия Георгия Ивановича, мы застыли в ожидании дальнейшего инструктажа. Мужчина прибыл через пару минут, и оглядев строй, начал свою речь:

– Стал я, значит, сейчас случайным свидетелем разговора о смысле и полезности военных учений для одарённых. Долго разглагольствовать не буду. РПГ-30 – последняя модификация. Два выстрела из этой штуки гарантированно обнуляют барьер одарённому в ранге Боевик.

Дальше инструктор повторил нам технические характеристики гранатомёта и перешёл к объяснению техники безопасности. Многие ребята на этом моменте стояли кислые и недовольные, так как знали всё это уже давным-давно назубок, но Георгий Иванович совершенно оправданно исходил из собственного правила «Повторение – мать учения».

Этот день на полигоне так и затерялся бы среди множества других, аналогичных, если бы не внезапно произошедший взрыв... А за ним с небольшой задержкой – сразу ещё несколько.

Рефлекторно припав к земле, я спешно развернулся в сторону перевёрнутого и искорёженного взрывами грузовика в паре сотен метрах от нас. Хотя грузовиком эту груду металла назвать было уже сложно…

Как выяснилось позже, именно в нём находился небольшой склад боеприпасов, который военные привезли с собой на полигон для наших учений.

– Всем оставаться здесь! – грозно рыкнул Георгий Иванович, припадая к рации. – Что у вас там творится?! – рыкнул он уже по связи кому-то из своих.

Я же, практически сразу как опомнился, отправил Рикса на разведку к месту событий. А сам внимательно изучал округу, вместе с этим краем глаза наблюдая, как несколько стихийных магов спешно тушат возникший пожар.

– Девчонка из гранатомёта по грузовику шарахнула! – послышался ответ из рации в руках инструктора.

И буквально пару мгновений спустя, дал оценку произошедшему и круживший над грузовиком Рикс:

«Господин, тут каким-то чудом без жертв. Разве что девчонку сейчас удавят...»

«Зачем?» – опешил я, сосредоточившись взглядом на образовавшейся толпе военных, за спинами которых ничего не было видно.

«Думают, что в ней демон».

– Обломов! Стоять! – гаркнул мне в спину инструктор.

Игнорируя мужчину, я сорвался в их сторону, на ходу отбрасывая невидимые клешни ментального захвата, которым Георгий Иванович попытался меня удержать.

Две сотни метров дались мне рекордно быстро. Силой расталкивая инструкторов, я пробрался в их импровизированный круг и бегло оглядел распятую на земле девушку, испуганный взгляд которой беспомощно скользил по лицам окружающих. Лицо посинело, вены на лбу вздулись, глаза красные... но внутри никого нет!

– Стоять! Убьёте же! – не на шутку перепугавшись, крикнул я, перекрывая её своим телом.

– Уйди, придурок! – послышалось следом, а затем последовала попытка отбросить меня телекинезом.

– Она сейчас задохнётся!

– Обломов, мать твою! В ней демон! – на разные голоса послышалось с нескольких сторон.

– Отошёл быстро!

И что мне теперь делать? Мирно смотреть, как на моих глазах задушат эту беднягу? Или громко заявить о том, что в ней никого уже нет? Что делать с последующими вопросами?

Всё это за пару секунд пронеслось в моей голове и в конечном итоге вылилось в одну фразу:

– Если там и правда демон, Его Сиятельство захочет эту тварь допросить!

– Отошёл, сука! – уже в третий раз зарычал на меня один из бойцов.

Он, как и несколько его коллег, стоял с вытянутой рукой и контролировал тело девушки.

– Игнат, угомонись. Ослабили хват, она никуда не денется! – прозвучал голос их командира.

Все его бойцы, за исключением того самого Игната, опустили руки и внимательно следили за изо всех сил сопротивляющейся удушью девушкой.

Пересекаясь взглядом с настоящим бесом, я невольно сжал зубы. В эту секунду каждому из нас всё стало ясно. Он понял, кто такой я. Я – кто такой он.

Тварь в теле Игната на несколько секунд довольно оскалилась, после чего, подмигнув мне, демон застыл в ожидании дальнейшей моей реакции. И так как свою атаку на девушку он при этом не прекращал, медлить мне больше было нельзя.

Вытянув руку в сторону беса, я со скоростью пули выдернул его из общего строя окружающих меня военных, и приподняв прямо перед собой в воздухе, сразу же впечатал тварь головой в землю. За спиной послышался громкий жадный вдох – девушка наконец-то смогла дышать.

Зато мне, напротив, дышать в следующий миг стало очень тяжело. Целый десяток окруживших меня бойцов вытянули в мою сторону свои руки, вливая в объединённую атаку столько энергии, что у меня от перенапряжения помутнело перед глазами. Колени стали дрожать, а спина от свалившейся на мои плечи горы, по ощущениям и вовсе стремилась к тому, чтобы надломиться. Занимательна была реакция беса под моими ногами, который продолжал противно и самодовольно улыбаться, лёжа на спине. Тёмный буквально наслаждался моментом и собственноручно созданной комбинацией, и совсем не спешил покидать это место и тело.

Как ни странно, издевательская улыбка демона наоборот придала мне сил. Припав на одно колено, я что есть мочи напрягся, а затем, прилагая титанические усилия, поднялся во весь рост, одновременно с этим широким взмахом руки отбрасывая целый десяток бойцов и вместе с ними ещё нескольких инструкторов, приближающихся к месту схватки.

В следующий же миг мне заметно полегчало. Гора с плеч упала, а голова перестала разламываться на части от испытываемых перегрузок.

Следом опустив взгляд себе под ноги, улыбнулся уже я, но вместо самодовольной бесовской рожи меня встретило окровавленное разбитое лицо солдата, оглядывающегося вокруг в полном недоумении. С досадой отпуская контроль над его телом, я обратился к своим демонам:

«Надо догнать. Сможем?»

«Это возможно, господин. Но там гарантированно будет ловушка», – моментально отозвался Рикс.

«Так какого же чёрта вы его упустили?!» – раздосадовано бросил я.

«Эм... схватка с демоном моментально бы нас демаскировала».

Да уж... об этом я не подумал. Бес, кстати, умудрился уйти довольно незаметно. Пока я был занят коротким сражением с военными, демон извернулся лицом вниз и спокойно себе покинул тело, а затем и место схватки, утекая отсюда подальше и прижимаясь к земле.

Тем временем, разбросанные по сторонам бойцы все как один поднялись на ноги, пока я, сидя над девушкой, наблюдал, как она приходит в себя.

– Обломов! Ты что творишь?! – услышал я сбоку голос Георгия Ивановича.

– Вызывайте сюда графа, пока кто-нибудь не умер, – предупреждающе оглядев военных, бросил я. – И медика для неё, – добавил, немного подумав.

Наш инструктор знал меня почти всю мою осознанную жизнь, и мы с ним вполне себе ладили. Знал он и о моих сверх меры и возраста развитых талантах к телекинезу, а сейчас и на себе по касательной кое-что ощутил... Тем не менее, мужчина, ни капли не страшась, направился в мою сторону, жестом руки давая понять остальным, чтобы те не вмешивались.

– Лёша, скажи мне, что ты не сбрендил, – внимательно заглядывая мне в глаза, подчёркнуто спокойным голосом произнёс инструктор.

– Со мной все нормально, Григорий Иванович. А вот девчонке нужна помощь. И этому парню теперь тоже. В них обоих, судя по всему, бес побывал, – стараясь выглядеть как можно более адекватно, ответил я инструктору.

– А сейчас, по-твоему, демон ушёл? – кивнув на мои слова, уточнил собеседник, перекинув взгляд на пострадавших.

– Думаю, да. Лица испуганные, что происходит, не понимают, сопротивление не оказывают.

– Это всё можно и сыграть! – бросил сбоку один из бойцов, что брали меня в кольцо.

– Вот пусть знающие люди и проводят допрос. А убивать никого не надо, – старательно маскируя хищный взгляд, оценивающий окружающую обстановку, громко произнёс я. – Они не оказывают сопротивление, – добавил следом, в том числе и для приходивших в себя людей возле меня.

– А ты?

– А я только защищаюсь.

К счастью, благодаря авторитету Георгия Ивановича, ситуацию удалось разрешить. Пробивавшихся ко мне моих ребят пустили внутрь, после чего Маша и ещё один лекарь из числа военных приступили к осмотру пострадавших.

Учения пришлось свернуть. На полигон спешно прибыли следователи и другие специалисты, ну а нас всех увезли в школу. Ребят ждал больше формальный допрос, как очевидцев произошедшего, мне же о такой блажи даже мечтать не приходилось.

Глава 7

– И долго ты будешь молчать?

– Пока вы не перестанете задавать тупые вопросы, – устало бросил я.

– Даже так? – недовольно бросил сидевший напротив капитан. – И какие же, по-твоему, здесь будут «умные» вопросы?

Внимательно оглядев собеседника, я задумался, а стоит ли вообще распыляться? Но затем, устав от однообразия последних нескольких часов, всё же решил дать волю эмоциям.

– Ну-у... например, почему вы просрали атаку демонов? Точнее, совершенно не были к ней готовы? Или, допустим, почему вместо того чтобы попытаться сохранить жизнь девчонки, ваши люди, напротив, чуть её не убили? – сверля взглядом собеседника, выдал я и после короткой паузы продолжил: – Критически мыслить не могут, действуют как безумные бараны, критику не воспринимают. Да у любого детского утренника организация будет чётче и слаженней, нежели на ваших учениях! – разводя руками, недовольно бросил я. – Как мог у девчонки оказаться гранатомёт в руках, вне зоны стрельб? Какого чёрта она с ним разгуливала, и куда смотрели ваши люди? По-хорошему, боец на полигоне заряженный ствол может держать только в направлении мишеней! Так что готовьте, господин капитан, баночку вазелина, потому что когда во всём разберутся – мало тут никому не покажется, – выдохнув, выплеснул я накипевшее.

Хотелось ещё в довесок добавить что-то из разряда «Опухли вы тут на мамкиных пирожках», но дальше я себя уже сдержал, справедливо посчитав, что и так позволил себе больше положенного.

Капитан от меня таких наездов явно не ожидал и сейчас пребывал в лёгком замешательстве, задумчиво переваривая услышанное.

– И как же ты предлагаешь нам противостоять демонам, если мы их даже не видим? – очевидно, эмоционально вовлекаясь в беседу, бросил он в ответ.

– Ага. Так вы меня и послушали, – скептично оглядев собеседника, бросил я. – Пускай дяденьки в больших погонах напрягают мозги и задницы. А там вам по цепочке достанется.

Возможно, это и прозвучало крайне пафосно, но я отлично понимал: что бы я ему тут сейчас ни рассказал, это будет либо пропущено мимо ушей, либо и вовсе воспринято в штыки. А вот когда им высшее командование как следует накрутит хвосты, тогда можно и пару советов дать, если спросят, конечно.

– Так и знал, что только языком трепать можешь, – раздражённо ответил капитан и следом же добавил: – С нетерпением будем ждать твоих консультаций. Всей ротой в твою камеру на гауптвахту будем ходить.

В этот момент дверь в кабинет открылась и заглянувший внутрь мужчина отчётливо произнёс:

– Обломов, на выход!

– На приём придётся записываться в другое место, – подмигнув, ответил я на его выпад, поднимаясь с места.

– Э, куда?! – недовольно вмешался капитан.

– Приказ, – выдохнув, бросил вошедший и, развернувшись, направился вслед за мной.

На ходу уточнив у Кали местонахождение графа Белорецкого, с которым мы общались буквально неделю назад, я, безошибочно выбирая путь, направлялся в сторону кабинета, где он находился.

– Здесь налево, – сухо произнёс за спиной мужчина.

– Сам знаю, – проворчал я себе под нос.

Да уж, разозлился я сегодня на военных не на шутку. Мало того, что на полигоне дел чуть не натворили, так ещё и после всего случившегося под жёстким конвоем утащили меня в свою кутузку, где и мариновали без еды и воды почти до вечера. Так что неудивительно, что я на них сейчас ворчал.

Для допроса меня привезли в штаб гарнизона, находящегося рядом с одной из казарм на территории нашей школы. Именно по коридорам этого здания мне сейчас и пришлось попетлять в поисках нужного помещения.

Входя в приёмную начальника школьного гарнизона, я встретился взглядом с молодой девушкой, которая вмиг попыталась воспрепятствовать моему движению в сторону двери генерала Ашихмина. Фамилию последнего я прочитал на оказавшейся перед глазами табличке справа от входа в кабинет.

Весьма кстати будет отметить, что он и его гарнизон, несмотря на высокий чин и большое количество личного состава, косвенно подчинялся начальнику охраны самого Потенциала. По сути, они делили обязанности по внешней и внутренней охране учебного центра. Люди Ашихмина несли службу исключительно на КПП и в дозоре на вышках по периметру школы, обслуживали небольшой парк боевой техники, и по тревоге занимали стены нашей крепости. Ещё одной обязанностью, которую повесили на их гарнизон, было курирование и помощь в проведении военных учений для выпускных классов.

Штат внутренней охраны Потенциала был поменьше. Он, в основном, состоял из тех же кураторов, бойцов охраны внутреннего периметра и операторов камер слежения за объектом. Также в их же ведомство входила столовая и наши вахтёры, бдящие за порядком в общежитии. Всю эту мутную для рядового обывателя схему я стал понимать только ближе к старшим классам.

– Здравствуйте.

– Молодой человек! Вы кто?! Вы куда?! – засуетилась девушка, громко цокая каблуками по паркету в мою сторону.

Но, на её удивление, охрана, стоявшая у дверей, расступилась, пропуская меня внутрь.

Постучавшись в дверь, я следом же вошёл, оглядывая внутреннее убранство нашего генерала. И по первым же оценкам сразу сделал вывод, что аскетом Ашихмин уж точно не является. Впрочем, не мне его судить, главное – чтобы обязанности и службу свою знал, а остальное не моего ума дело.

– Здравия желаю! – громко бросил я, заставив присутствующих слегка поморщиться, и следом же направился к т-образному столу, во главе которого вместо хозяина кабинета сейчас сидел Сергей Константинович. – Я думаю, на ближайшее время с подобными учениями нам лучше завязать, – закончил я фразу, присаживаясь напротив генерала.

Последний, к слову, судя по виду, был очень недоволен моим неформальным общением и сейчас недовольно изучал меня взглядом. Я, в свою очередь, отворачиваться не стал и тоже рассматривал местного чиновника.

Среднего роста, слегка полноват, что для этой должности довольно канонично, генерал имел небольшие залысины на лбу, крючковатый нос и глубоко посаженные глаза.

– Знакомься, Олег Михайлович. Это Алексей Обломов – наш самородок. Будет консультировать вас в вопросах противодействия демоническим сущностям.

Тут уж хозяин кабинета сдержать себя не смог, вылупившись на меня глазами по пять копеек.

– Этот школьник? – пренебрежительно выдавил он, поворачиваясь в сторону графа.

– Я разве с первого раза неясно выразился? – добавив стали в голос, сходу же ответил Белорецкий. – Более того: на ближайший месяц, вы, Олег Михайлович и весь ваш гарнизон поступаете в подчинение к Обломову. Уж сейчас, надеюсь, я всё понятно изложил? – так же жёстко произнёс граф, и следом же добавил: – Или ты думал, что князь спустит вам всем с рук такой прокол?

Последняя фраза была сказана таким тоном, что Ашихмин в ту же секунду поднялся с места и, оглядев сначала мою обалдевшую физиономию, потом непреклонное лицо графа, чётко отрапортовался:

– Так точно, Ваше Сиятельство!

– Кх-кх... – привлёк я внимание Белорецкого. – А меня никто спросить не хотел?

Стоит отметить, что я опешил не меньше Ашихмина, и только-только стал соображать что произошло. Будто мозги затуманены были на десяток секунд.

– А что тебе не нравится? – посмотрел на меня из-под бровей Сергей Константинович. – Видео с твоего допроса мы посмотрели. Ты там неоднозначно дал понять, что знаешь как повлиять на ситуацию. Ждём от тебя грамотных решений и результата. Князь, кстати, привет вам обоим передал. Работайте, я теперь здесь, в Тюмени, всегда на связи, – закончил граф и поднялся с кресла, оставляя нас с генералом в кабинете вдвоём.

Едва дверь за Белорецким закрылась, Олег Михайлович поднялся с места и, дошагав до своего кресла во главе стола, плюхнулся в него, вновь одаривая меня взглядом из-под бровей.

– Значит так, сопляк, слушай сюда...

***

Граф неспешным шагом двигался в сторону выхода из здания штаба, попутно размышляя о произошедшем.

– Ваше Сиятельство! – коротко бросил дожидавшийся его на выходе высокий крупный мужчина.

– Привет, Витя, – протягивая руку силовику, ответил Белорецкий и, слегка улыбнувшись, добавил: – Вам уже передали, что будете опять работать с нашим особым товарищем?

– Так точно, – кивнул уже немолодой офицер. – Не погорячились, кстати, с назначением?

– То не я, – качнул головой граф, – Его Светлость так решил. Но я поддерживаю. Идеальное решение, – кивнул он собственным мыслям.

– Идеальное? – не скрывая удивления, произнёс лидер Тайфуна.

– Ну а нет что ли? Пацану опыт хороший, серьёзная ответственность, что полезно, опять же, – стал вслух рассуждать Сергей Константинович. – Лидерские качества у него с самого детства есть, нужно их развивать. Да и за языком следить начнёт, – под конец усмехнулся он, вспоминая просмотренное видео с допроса и последующую реакцию князя на него.

– И Ашихмина, стало быть, в то же время воспитываем, – продолжил мысль аристократа Виктор.

– Естественно. Его бы вообще стоило снять... – на этих словах граф посерьёзнел. – Но ввиду былых заслуг Женя дал ему шанс.

В сопровождении рассредоточившейся по округе охраны и шедшего рядом силовика, Белорецкий шагал в направлении учебного центра, где его уже дожидались директор школы вместе с начальником охраны Потенциала.

– Думаете, договорятся? – скептично поглядывая в сторону штаба по левую руку от себя, внезапно спросил Виктор.

– Думаю, придётся.

В эту секунду окружающую тишину резко нарушил раздавшийся едва ли не на всю округу грохот. Мелкие кусочки стекла разлетевшейся оконной рамы долетели даже до мирно ведущих беседу на тротуаре людей. После чего, мгновение спустя, сопровождая своё падение глухим звуком, практически прямо в центр клумбы перед зданием штаба, лицом вниз впечатался генерал, успевший на лету прокричать что-то нечленораздельное.

– Как видишь, процесс идёт, – неожиданно спокойно прокомментировал увиденное граф, но в сторону окна всё же на всякий случай бросил взгляд, полный недовольства.

Обломов же, проследив за проделанной работой и сделав вид, что ничего, кроме матерившегося в клумбе генерала, не заметил, быстро скрылся в глубине помещения.

– Погода сегодня нелётная? – встречаясь взглядом с Ашихминым, не сдержался от едкого комментария Виктор.

– Я надеюсь, случившееся не является следствием того, что вы, Олег Михайлович, решили ослушаться приказа Его Светлости? – оглядев безэмоциональным взглядом перепачканное грязью лицо генерала, сухо произнёс граф.

– Да я его сейчас...

– Не советую, – моментально вмешался в диалог Виктор. – Субъект уже как, – на этих словах он демонстративно поглядел на часы, – две минуты находится под нашей охраной.

***

Дожидаясь в гостевом кресле возвращения Ашихмина, я спокойно себе попивал кофе, которое принесла мне с любопытством заглянувшая в кабинет секретарша.

Генерал молча вошёл в помещение и, бегло оглядев окружающую обстановку, направился к своему месту. Можно было, конечно, и самому усесться во главе стола, но я решил не добивать остатки самолюбия этого человека и предложить ему кое-что другое.

– Начало у нас вышло так себе, но договариваться всё же придётся, – следом отметив, что собеседник меня наконец-таки слушает, а не пылает гневом, как несколькими минутами ранее, я продолжил: – Есть ряд правил, которые до личного состава нам нужно будет довести как можно скорее. Остальное будем планировать сообща. К слову, опыт борьбы с демонами у меня есть, сами поймёте. Если готовы сотрудничать, жду построения гарнизона на плацу через час. Также вводим казарменное положение.

Не дожидаясь ответа от Ашихмина, я молча поднялся с места и покинул кабинет. Пусть подумает, поварится – ему сейчас полезно. Сам же направился в столовую, так как кофе с булочкой, которые мне до этого принесла секретарша, очень быстро провалились в желудок, и я вновь хотел есть.

***

– Лёха, ну ты ведь понимаешь, что это всё не поможет? Если демоны захотят пробраться на территорию школы, то они это сделают легко, – сидя напротив и наблюдая, как я ем, справедливо отметил Стёпа.

– Более того: возможно, они уже здесь, – кивнул я в ответ. – Хотя, в таком случае я очень скоро об этом узнаю – мои бесы тоже не дремлют.

– Тогда для чего всё это?

Возникла небольшая пауза. Прежде чем отвечать, я решил до конца расправиться с едой. Настроение, к слову, по мере моего насыщения постепенно возвращалось.

– Во-первых, людей обучить как действовать в случае подобных угроз. Там все ребята, конечно, с боевым опытом, но именно с бесами они дел никогда и не имели, – отложив столовые приборы, я, заглянув в глаза товарищу, продолжил: – Во-вторых, хотелось бы не допустить ещё один теракт. Ну и, в конце концов, незачем тварям задачу облегчать. Не сидеть же нам теперь в их ожидании, свесив лапки?

– Тоже верно, – вынужден был согласиться Стёпа.

Что же касалось настроения, то у товарища оно, напротив, немного упало, после того как я поделился с ним своими рассуждениями. В них было всё просто: когда мы в первый раз переловили и уничтожили всех демонов над территорией школы, это не осталось незамеченным для их лидера. Ввиду чего, как я полагал, на разведку им был послан ещё один отряд. По всей видимости, более опытный.

Появление бесов мы проспали, что в принципе, учитывая их расовую особенность, совсем неудивительно. Но покоя мне не давало другое, а именно то, что вдобавок ко всему прочему я упустил беса, который мастерски меня раскусил и однозначно понял, кто я такой.

Его довольная улыбка до сих пор мерещилась мне перед глазами, вызывая нотки раздражения. Собственно, в том числе именно поэтому я сегодня и был немного на нервах во время допроса и при общении с генералом. С другой стороны, они сами виноваты: могли бы хоть немного меня покормить, а не держать чёрт его знает сколько часов без еды и питья.

Глава 8

Пока мы со Стёпой вели неспешную беседу, отправленная на разведку бесовка мне доложила, что Олег Михайлович всё-таки принял благоразумное решение и к указанному времени построил личный состав гарнизона на плацу. Это означало, что мне следует в срочном порядке прибыть на место и провести обещанный инструктаж. Что, в общем-то, мы с товарищем и собирались сделать.

– Здравия желаю, бойцы, – начал генерал Ашихмин, оглядывая строй военных перед собой. Дождавшись громогласного ответа подчинённых, мужчина продолжил: – До вас уже довели информацию о том, что мы временно переходим на казарменное положение. Причину все знают: аномальная активность демонов в нашем регионе. По этой же причине Его Светлость распорядился назначить куратора и инструктора в одном лице для подготовки гарнизона к отражению возникших угроз, – на этих словах Олег Михайлович указал открытой ладонью в мою сторону и, коротко кивнув головой, добавил: – Передаю слово Алексею Михайловичу.

В голове невольно всплыли воспоминания из прошлой жизни, где мне нередко приходилось стоять перед строем своих бойцов и толкать какую-нибудь речь.

Вечер, асфальтированный плац, как в моей части, до отправки на фронт, и лица солдат напротив, одетых в военную униформу. Будто на один миг вернулся в прошлое...

– Здравия желаю, господа, – принимая эстафету, начал я, внимательно оглядывая строй скептично поглядывающих на меня бойцов. – Прошу не обманываться моим юным возрастом и отнестись к озвученной сейчас информации очень серьёзно. С демонами я дело имел, и ведаю, о чём говорю, – выдержав небольшую паузу и вместе с тем одаривая людей перед собой твёрдым и уверенным взглядом, я продолжил: – Как вам всем, надеюсь, известно, в нашем противостоянии с этими тварями у них есть одно большое преимущество: тёмных не видит не только обычный человек, но, к сожалению, даже и одарённый. Исключением являются ситуации, когда бес атакует, пытается занять чью-то тушку или её покидает.

Судя по лицам военных, эта информация была абсолютному большинству из них в диковинку. Хотя даже если учесть, что в прошлом никто из них с тёмными не сталкивался, кое о чём можно было догадаться самостоятельно и после двух минувших атак.

К слову, как я понял, текущее поколение солдат вообще не имеет хоть какого-нибудь опыта войны с демонами. Более того, им и не каждый ветеран может похвастаться – на протяжении веков люди с моим даром контролировали бесов и, судя по всему, в последние полвека если и использовали тёмных в своих целях, то живых свидетелей тому оставалось совсем немного.

Интересно, конечно, как дела с подобными специалистами обстояли у светлых. Тут сразу же невольно вспоминались прибывшие в нашу деревню ещё в пору моего детства церковники. Там ребята по ощущениям были из разряда «что надо», но это только разве что именно по моим детским ощущениям. Как оно есть на самом деле, я пока не ведаю. Да и за прошедшее десятилетие всё могло серьёзно измениться как в лучшую, так и в худшую сторону.

Тем временем, моя речь перед строем бойцов в более чем четыре сотни человек продолжалась:

– В целом, если обеспечить должным вниманием стратегически важные объекты, а это в первую очередь склады с боеприпасами и наша столовая, то серьёзный ущерб тёмные нанести учебному центру не смогут, – продолжил я, переходя к делу. – И это и есть ваша самая важная задача. Второй задачей, которая посильна каждому из вас, является не допустить собственной одержимости. На самом деле, несмотря на различные мифы, которые стали ходить по территории Потенциала, занять тушку одарённого очень и очень сложно даже сильному демону. В ситуациях, когда у тёмных возникает подобная нужда, действуют они большой группой против одиночной цели. Твари толпой атакуют в самом неожиданном месте зазевавшегося одарённого и подавляют его волю к сопротивлению, – выдержав очередную паузу, чтобы информация успевала перевариваться в головах стоявших напротив бойцов, я продолжил: – Защитить себя от этого и легко и сложно одновременно. Для этого достаточно просто не перемещаться в одиночку. И это то правило, которое вам всем нужно будет принять, начиная с этой минуты. В том числе и командованию, – на этих словах я повернулся в сторону молча стоявшего в нескольких метрах от меня генерала, который, в свою очередь, мне в ответ повторно коротко кивнул. – Исходя из сказанного, командирам рот следует разбить личный состав на группы по три-пять человек. И да, на толчок вы будете тоже ходить в этом составе, потому что на месте любого демона я бы именно там вас и ловил.

Отмечая, как бойцы недовольно морщатся, но, по всей видимости, принимают логичность мной озвученного, я продолжил:

– Следующее правило, опять же, исходя из вышесказанного – это по возможности не вступать в бой с превосходящим числом противником. Ваша задача – в первую очередь известить всех окружающих о том, что произошло проникновение на объект, и только потом действовать. В противном случае вы серьёзно рискуете просто подарить свою тушку противнику, со всеми вытекающими последствиями. Так что крик, шум, призывы поднять тревогу – в ход должно идти всё. К слову, я уже отправил запрос в канцелярию князя о поставке нам большой партии сигнальных пистолетов, но они будут только завтра. Можете, как бы это смешно ни звучало, свистки себе на шею повесить.

Немного задумавшись, я вспомнил ещё кое-что, чем сразу же поспешил поделиться.

– Важное замечание! – привлекая внимания улыбающихся бойцов, громогласно бросил я. – Если вы обнаружили кого-то, очевидно одержимого демоном, не нужно его убивать! Это исключительно крайняя мера. В абсолютном большинстве случаев, специалисты Его Светлости смогут выдавить беса из человека. Ваша задача его только блокировать, что в составе отделения сделать вовсе не трудно. Главное – не забывайте, что перед вами человек, которого мы можем спасти, – молча прикинув в мозгу, всё ли я сказал, было решено речь заканчивать. – На этом, думаю, всё. Вопросы имеются?

Память об утреннем ЧП на полигоне была свежа как никогда, и в курсе произошедшего должны были быть уже все. Поэтому на лицах большинства людей отображались мыслительные процессы – народ переваривал услышанное.

– Что демонам вдруг здесь так внезапно понадобилось? – послышался голос из толпы.

– Я думаю, что тот из вас, кто сможет поймать беса и передать его в вышестоящую инстанцию для допроса – однозначно сможет претендовать на награду от Его Светлости. Там наверху тоже хотят знать ответ на этот вопрос, – уклончиво ответил я.

– Есть какие-то признаки, по которым мы можем определить, что в условного соседа по койке вселился бес?

– Охоту на ведьм устраивать не надо, – сразу же обозначил я свою позицию. – Что до признаков, то да, есть ряд общих маркеров, которые должны вызывать у окружающих подозрения. Например: повышенная агрессия, подстрекательство к конфликтам, различные провокации, в том числе сексуального характера, – на этих словах почти все бойцы в строю неприятно поморщились. Оно и неудивительно, ведь абсолютное большинство окружающих были мужчинами. – Поэтому внимательное отношение к смене поведения знакомых и товарищей никому не повредит. Обо всех подозрениях стоит докладывать своему командиру, или, как вариант – лично мне.

– Прямо в школу к тебе на урок забегать? – хохотнул один из бойцов с конца строя.

– Если прям срочно, то можно и так, – ни капли не смутившись, ответил я и тут же добавил: – Но вообще, я себе рацию для этого дела выделил.

– В школу каждый день приходят и уходят сотни людей. Их на казарменное положение не посадить. Любой из них, в том числе из самих школьников, может оказаться одержимым. В таком случае все наши старания и принятые меры оказываются совершенно бесполезны.

– Тебя послушать, так нужно сесть сложа руки и ничего не делать, – не сдержавшись, хохотнул я, но следом же, посерьёзнев, добавил: – У вас своя зона ответственности, предлагаю на ней и сосредоточиться. Внутри школы будут работать другие люди.

Вопросов больше не последовало, ввиду чего, передав слово генералу Ашихмину, я покинул плац, прежде найдя глазами стоявшего под деревом неподалёку товарища.

***

Огромная бесформенная ледяная глыба, на фоне других в этом зале, более стройных и антропоморфных, выглядела весьма чужеродно. В пользу этого говорило и то, что небольшое внутреннее пространство в ней было заполнено не искажёнными болью и страхом лицами, а густым чёрным дымом. Впрочем, через толщу льда и без этого было трудно что-то рассмотреть, но князь Белорецкий, стоявший едва ли не в упор к ледяной статуе, внимательно вглядывался в черноту.

– Может, просто его убьём?

– Тимирязев попросил, чтобы он как следует пострадал, – дёрнул щекой князь, не отводя взгляда. – Демонам не нравится холод и вода. А ему там очень холодно.

– Как знаешь.

Возникшую тишину нарушил сам Евгений Константинович, повернувшись лицом к брату:

– Что там с нашим экспериментом?

– Алексей... включился в работу, – подбирая слова, медленно произнёс граф.

– И всё прошло спокойно и гладко? – с сомнением в голосе бросил Белорецкий-старший, в удивлении приподнимая бровь.

– Ну, не совсем.

– Ну ещё бы, – выдохнул мужчина, не сдерживая улыбку. – Ну и?

– От твоего имени пообещал бойцам награду за поимку бесов.

– Неправильно это без моего ведома, – недовольно буркнул князь, больше для проформы. – Но в целом, всё верно. Одобряю. Всё?

– По мелочи ещё. Раскошелил нас на сигнальные пистолеты и рации.

– Издеваешься? – отметив, что Сергей с трудом сдерживает ехидную улыбку, недовольно бросил князь. Было очевидно, что брат что-то придерживает на самый конец. – Говори уже.

– Ашихмина в окно выбросил, – улыбаясь во весь рот, как озорной мальчишка, довольно озвучил младший из братьев. – Прямо мордой в клумбу.

– Однако! А малой-то, похоже, серьёзно подрос, – немного задумавшись, князь махнул рукой и бросил: – А старому – поделом. Пускай задницу теперь напрягает, а то расслабился.

– Может, Виктора на его место?

– Взвоет. Не штабной он, – моментально отринул предложение Евгений Константинович.

– А Семёна Степановича?

– Там не так всё запущено. Та и это всё равно что баллистической ракетой по муравейнику, – вновь отрицательно покачал головой князь.

– Тогда другого Степаныча? Тимофея.

– Я всё же думаю, что Ашихмин сделает выводы. Ты его недооцениваешь. Так что будем наблюдать.

– Тебе виднее, – согласился граф и, взглянув в сторону дверей, добавил: – Может, переместимся в кабинет?

– А чего это ты? – хлопнув брата по плечу и улыбаясь, бросил князь. – Замёрз, никак?

– Ага. Аж коленки трясутся, – поморщился Сергей Константинович и следом же добавил: – Нет, конечно. Просто это место навевает мне дурное настроение.

– Ну хорошо. А то смотри мне, – продолжая потешаться над младшим братом, Евгений Константинович раскатистым басом добавил: – Мороз Белорецких бодрит, а всех остальных он убивает на хер!

– Чем старше становишься, тем сильнее напоминаешь мне отца, – улыбаясь, заключил граф, шагая в сторону выхода из помещения.

– Кстати, возвращаясь к Черногвардейцеву, он так и дружит с Орловой?

– Мягко сказано, Твоя Светлость, – поморщился Сергей Константинович.

– Ну-у... дело молодое, – задумчиво произнёс князь и внезапно решил сменить тему. – Какого чёрта к нам эти бесы лезут, довелось узнать?

– Нет. Только догадки.

– Тоже на Алексея грешишь?

– Зуб даю, – моментально ответил Сергей Константинович. – Может, и не конкретно по его душу, но уверен, их активность так или иначе как-то с ним связана.

– Отдел аналитики считает так же. Уверяют меня, что наш товарищ у них артефакт выкрал. У бесов, имеется в виду.

– Какой ещё артефакт? – вслух задумался граф, оглядывая своего брата.

– Ну ты же помнишь те события на Зарнице? Чтобы демоны смогли спровоцировать пробой в преисподнюю, им однозначно нужен был серьёзный источник силы. Тот бесполезный камень, что сын Васнецова вернул в Москву, естественно, на это не способен.

В беседе двух людей возникла небольшая пауза, во время которой каждый из них возвращался мыслью в события шестилетней давности.

– Учитывая полученные доклады от наших ребят, выглядит логично... хотя несостыковок тоже очень много, – нарушил тишину граф. – Это же надо где-то найти фальшивый камень, потом его заменить... они полагают, что была возможность всё это там провернуть? – усмехнулся он, раскручивая в голове озвученную версию.

– Уверяют, предполагают, доказывают... все мозги мне проели недавно, – недовольно поморщившись, отмахнулся князь. – Лёха – тот ещё ухарь, мог и извернуться как-нибудь.

– Да уж... тут не поспоришь. Но в таком случае выходит, что за всю эту аномальную активность в нашем регионе стоит сказать «спасибо» именно ему...

– Выходит, так, – безэмоционально произнёс Белорецкий-старший, открывая дверь в кабинет.

– Как-то ты чересчур спокоен, – очередной раз нахмурился Сергей Константинович, поглядывая на брата. – Я чего-то не знаю, может быть?

– А чего мне нервничать? – усаживаясь в кресло в своём кабинете, бросил князь. – Да, неудобства. Да, риски. Но и пользы ведь немало, если рассматривать ситуацию прагматически.

– Я не могу прагматически – у меня тут дети учатся. Как и у тебя, между прочим, – нахмурившись, ответил граф, невольно прокручивая в голове самые отрицательные сценарии, как это водится у заботливого родителя.

Князь согласно кивнул, но судя по лицу, точку зрения не изменил. Выдержав небольшую паузу, он оглядел брата и произнёс:

– Часть прогнозов нашего аналитического отдела сходятся на том, что минувшее шесть лет назад столкновение с тёмными – это лишь начало. И к теоретически грядущей в будущем войне, мы, благодаря происходящему, будем готовы лучше всех. Да и наличие лояльного экзорциста под боком нивелирует большинство угроз. А что касается всех остальных, то я думаю, что империи ещё аукнется этот заговор против рода Черногвардейцевых, – произнёс Евгений Константинович и очень тихо, практически неслышно добавил: – Нельзя нарушать баланс.

– А если что-то пойдёт не по плану?

– Надавим на пацана, чтобы он переместил артефакт. Например, в Казань, – мечтательно добавил князь, вспоминая о врагах рода.

– Если он у него, конечно, есть.

– Вот это тебе и придётся выяснить, – одарил брата серьёзным взглядом Белорецкий-старший. – Намекни, что на камень мы не претендуем.

– А мы действительно не претендуем?

– Нет. Пусть оставляет себе. У нас и своих игрушек хватает.

Глава 9

– Первую половину занятия традиционно отрабатываем групповой барьер, – хлопнув в ладони, громко произнёс Георгий Иванович, оглядывая ребят. – Сегодня лично буду проверять ваши успехи.

Следом инструктор удалился в тренерскую, оставляя нас на своих подопечных. Мы же, молча переглянувшись с друзьями, привычно построились, формируя уже традиционный боевой клин.

Место Миши в своё время пришлось занять мне. По бокам сзади прикрывали Стёпа с Максимом, между которыми затесалась Морозова, ну и замыкала строй с тыла Белорецкая Алина. Подруга в старших классах стала стабильно посещать с нами занятия по боевой подготовке и входила в состав отряда.

– Обломов, надень каску! – недовольно бросил вставший напротив инструктор.

– Всё ещё тешишь себя мечтой пробить наш щит? – беззлобно улыбнулся я.

– Давай-давай. Поживее.

Станислав Викторович был одним из относительно недавно прибывших в школу бойцов, пополнивших штат наших инструкторов. Внешне самый обычный парень: чернявый, слегка кучерявый, широкий в плечах, но заметно уступающий мне в росте.

Клинком он владел великолепно, даром, для своего ранга – тоже. Но вот по характеру... по характеру этот дядька порой был таким занудой, что терпения на него хватало далеко не у всех. В том числе речь шла и о собственных коллегах по цеху.

И вот как назло, именно его частенько и ставили работать с нашей группой, тем самым моментально наводя тоску и уныние на моих ребят. Как нередко шутил Максим, Мельников и сержант Найдёнов были нашей кармой за какие-то грехи.

Я к этому всему старался относиться спокойнее, чем друзья, хотя и подшучивал периодически над обоими. Впрочем, в конкретно данной ситуации он был прав, так как по технике безопасности, инструктор мог допустить нас к тренировке данного упражнения только после надетой на голову каски, что мне и пришлось сделать, несмотря на комментарий.

Мельников тем временем поудобнее перехватил клинок и, дождавшись, пока мы дадим сигнал о готовности, принялся колошматить сферу барьера над нашими головами, точнее – именно над моей.

Занятие это было, на мой взгляд, само по себе глупое, если одарённые под куполом более-менее освоили технику создания группового щита. Но правила требовали начинать тестирование именно с этого упражнения, и наш инструктор послушно его исполнял.

Вдоволь намахавшись клинком, параллельно убеждаясь в том, что наш барьер «достоин», Станислав Викторович убрал меч в ножны и отошёл назад на несколько метров. В следующий миг мужчина вытянул руку перед собой, в результате чего на меня моментально обрушился небольших размеров огненный шар. Последний, впрочем, тут же расплылся по сфере группового барьера, совершенно никак не повлияв на целостность нашей защиты.

– Стас, ты каши мало с утра ел? – разочарованно вздохнул я. – Играй жёстче!

– Какой я тебе «Стас», Обломов?! Обращайся согласно уставу! – недовольно рыкнул Мельников.

Эмоциональный ответ инструктора я пропустил мимо ушей, вместо чего, заранее зная его реакцию, стал готовиться к следующей более мощной атаке.

Бам!

Станислав Викторович не подвёл и выбросил такую «плюху», как мы с друзьями иногда называли дистанционные атаки даром, что плёнку барьера повело рябью, а на резкий и громкий звук столкновения фаербола с ним развернулся едва ли не весь зал.

– Другое дело! – улыбнулся я, довольно поглядывая на Мельникова. – Пошла жара! Давай ещё раз!

– Обойдёшься... – буркнул инструктор, отметив, что я только и рад его лёгкой вспышке злости.

– Тю-ю... – состроив грустное лицо, бросил я и добавил: – Не думал, что ты из тех, которые «однопалчане».

Шутку поняли, ожидаемо, не все. Максим со Стёпой хрюкнули, с трудом сдерживая смех, но больше меня удивило то, что улыбнулся и сам Мельников.

– Ладно. Ещё один раз. Барьер, надеюсь, на месте? – убирая улыбку с лица, серьёзно уточнил он.

– Обижаете, Станислав Викторович! – поспешил довольно ответить я, сразу меняя тон.

Коротко кивнув, мужчина выждал несколько секунд и в следующий же миг, сделав короткий резкий взмах рукой, выбросил по нам ещё один огненный шар.

Бам-м-м!

Он был немного больше предыдущих и ещё сильнее заряжен маной, отчего довольно ярко светился. Поэтому и жахнуло соответствующе, заставляя на этот раз всех в радиусе десяти метров опасливо вжать головы в плечи.

Довольный произведённым эффектом, я оглянулся на друзей, отмечая их не менее ошарашенный вид. Весело подмигнув товарищам и сделав невозмутимое лицо, я вновь уставился перед собой.

– Позёр! – негромко фыркнула мне в спину Морозова.

– Ещё какой! – хохотнув, вторил ей Максим.

– Да ну вас, – немного засмущавшись, бросил я, отмахиваясь от посмеивающихся товарищей.

Трудно было описать свои эмоции в этот момент... Мы с ребятами действительно долго и кропотливо работали над слаженностью в отряде, уделяя этому много внимания. Естественно, много этого самого внимания уделялось и качеству создаваемого нами барьера, который был явно в разы лучше, чем у всех окружающих нас сейчас выпускников. Поэтому неудивительно, что мне не только хотелось испытать на прочность групповой щит, но и продемонстрировать результаты трудов нашим инструкторам – это и их заслуга тоже. Ну а потешить своё эго параллельно, выходило совершенно случайно! Честно!

На раздавшийся громкий звук из тренерской выскочил Георгий Иванович, сходу фокусируя свой взгляд на нашем отряде. Бросив что-то явно матерное себе под нос, главный инструктор направился к нам, параллельно скомандовав для остальных, чтобы ребята продолжали тренировку.

– Вы мне что, зал разнести хотите?

Мы лишь молча потупили взгляд вместе со Станиславом Викторовичем, не желая вступать в заранее проигрышный спор.

– Этот отряд мы будем тестировать на полигоне, – буркнул тренер и с десяток секунд зло побуравил нас всех, после чего развернулся и, не переставая ворчать себе под нос, направился к другим ребятам.

Учитывая, что на полигоне мы, ввиду случившегося, теперь окажемся нескоро, сказанное меня немного расстроило. Впрочем, если подходить к делу трезво и прагматически, мне и моим ребятам должен был быть важен реальный результат, а не субъективная оценка инструкторов. Поэтому, переглянувшись друг с другом, мы решили спокойно вернуться к тренировке.

Именно за этим занятием нас застала прибывшая в школу делегация, которую лично сопровождала по пути их следования Виктория Павловна. После нашей победы на турнире вернувшаяся к своей должности женщина, казалось, просто забыла про старость и в свои сорок с хвостиком по-прежнему прекрасно выглядела.

Делегация состояла из пяти человек, четверо из которых были мужчинами. Все они рыскали своими цепкими взглядами по помещению, слабо отвлекаясь на болтовню директора. Я в их сторону глянул лишь один раз, сходу отмечая исходящую от каждого из них знакомую чёрную дымку, после чего отвернулся, возвращаясь к своему делу.

О прибытии церковников мне сначала сообщил граф Белорецкий, объяснив, что дальнейшее игнорирование этой организации, которая после произошедшего шесть лет назад удара уже оправилась и вновь встала на ноги, будет выглядеть крайне подозрительным.

В общем, светлых пустили в княжество и дали добро на исследования участившихся пробоев. Ну и последний случай со взрывом на полигоне тоже утаить от широкой общественности не удалось, а это и вовсе считалось их прямым профилем. Так что фанатики теперь здесь всерьёз и надолго, что не могло меня не раздражать.

– А я вас, кажется, знаю, молодой человек, – произнёс мужчина, останавливаясь сбоку от меня.

К этой минуте Георгий Иванович дал команду на самостоятельное занятие, что подразумевало под собой сеанс медитации, чем, собственно, все учащиеся сейчас и занимались.

«А я вас – нет» или «Креститься надо, когда кажется» – застыло на моих губах. Но с мозгами и самообладанием у меня было всё хорошо, поэтому, приоткрыв глаза, вслух я ответил нейтральное:

– Мы вряд ли знакомы.

– А я и не сказал, что мы знакомы, – улыбнувшись, промолвил мужчина, присаживаясь напротив. – Я видел вас по телевизору. Обломов Алексей?

Удивляться его проницательности я не стал. На моей персоне при исследовании помещения на мгновение остановил взгляд буквально каждый из их пятёрки.

– Сильно изменился с тех пор? – на свой лад ответил я собеседнику.

– Вполне. Серьёзно вымахал. Наверное, под метр восемьдесят пять, – попытался угадать мужчина. – Взгляд другой, но лицо всё то же.

Церковник не стеснялся в открытую пялиться мне в глаза, что воспринималось от малознакомых людей не очень приятно. Но в то же время, беседу он вёл вполне себе вежливо и спокойно.

– Чем могу быть полезен? – кивнув на сказанное, поинтересовался я, выдерживая взгляд оппонента.

– Расследование мы тут проводим. С ребятами вот знакомимся, вопросы задаём, – между делом отметив, что я кивнул в знак согласия на сотрудничество, мужчина продолжил: – Как давно стали появляться эти разломы вблизи Потенциала?

– Быть может, обойдёмся без вступительных вопросов? Об этом гремело во всех новостях империи, – пожал я плечами, но отметив настойчивый взгляд мужчины напротив, поморщившись, добавил: – Ну-у... года полтора назад, примерно. Точнее не вспомню.

– Какие инструкции руководство школы ввело на этот счёт?

– Стандартные. Выйти по тревоге на свою позицию и сдерживать мутантов до прибытия подкрепления. Правда, тварей мы за всё время видели только один раз. И то, до стен никто из них так и не добрался.

– А что до недавнего происшествия на полигоне? – коротко кивнув на услышанное, сменил тему светлый.

– Там было всё серьёзнее. Как я понял, демон вселился в девчонку и натворил делов, – не желая развивать эту тему, произнёс я.

– Да уж… натворил, – согласился он. – Кстати, по нашей информации, именно благодаря тебе она осталась жива, – пристально изучая меня взглядом, медленно промолвил собеседник.

– Возможно, – неуверенно ответил я. – Её ведь чуть не придушили.

– Не расскажешь поподробнее?

– Что именно? Вы, я вижу, и так всё знаете, – повёл плечом я, слегка поморщившись.

– Как ты понял, что она не одержима?

А вот это был довольно щекотливый вопрос, ради которого, возможно, весь этот разговор и затевался.

– Да никак. Я просто видел, что она может умереть... вот и вмешался.

– «Вмешался» – мягко сказано, – усмехнулся собеседник. – Ты там опытных бойцов раскидал как ветер – листья.

– Скажете тоже. Кто-то преувеличивает, – намекая на его источник информации, произнёс я. – А насчёт своего решения: когда десять солдат давят одну школьницу, то ещё большой вопрос, в ком из них демон. Что, кстати, и оказалось правдой.

– И не поспоришь, – с улыбкой согласился светлый, внимательно меня слушавший.

Он меня ещё минут двадцать мучил своими вопросами, в ходе которых плавно подвёл тему и к событиям шестилетней давности. Но здесь что и как говорить было мною давно и не раз отрепетировано, поэтому разговор быстро сошёл на нет.

Покинув наш зал, группа церковников весь оставшийся день изучала место недавней битвы с демонами возле стен нашей крепости. Что они там хотели найти, было неясно, но по словам Рикса, рылись светлые там едва ли не до темноты. После они настойчиво желали продолжить свои исследования уже на территории нашего жилого корпуса, но комендант и вахтер, имеющие на этот счёт чёткие инструкции, никого внутрь не пустили. Фанатикам ничего другого не оставалось, кроме как с этим смириться и возвращаться восвояси.

«Господин», – внезапно позвал бес в моей голове. – «Они очень странные».

«Да ладно?» – иронично воскликнул я, но демон это предпочёл совершенно не заметить.

«Они практически не разговаривают между собой, господин. Даже когда остаются наедине. Даже когда вернулись в гостиницу, куда их заселили. Только по мелочам и изредка, на отвлечённые темы, типа погоды или приёма пищи».

«Продолжай следить, Рикс», – задумавшись, бросил я, откидываясь на мягкую подушку.

Глава 10

– Угощайся, дядя, – протягивая ему вафельный стаканчик с мороженым, произнёс я.

– Ты, вижу, своим традициям не изменяешь, – разглядывая в своих руках угощение, ответил он. – Выпавший ночью снег тебя не смущает?

Приезжать к дяде с совсем пустыми руками мне было неудобно. Но когда я покупал что-то дороже ста рублей, он на меня ворчал, так как отчего-то считал, что это именно он должен быть в роли угощающего. Так и сошлись на том, что я покупаю мороженое, а дядя Святогор накрывает стол.

– Смущает, – угрюмо вздохнул я, оглядываясь, и добавил: – Придётся вместо трёх только одно съесть.

Мы прогуливались по саду на территории моей усадьбы, ветки деревьев которого были густо усыпаны лёгким пушистым снегом. Свежий воздух, красивый пейзаж и родной дядька, с которым, несмотря на все возможности, мы не так уж и часто виделись.

Святогор вёл мои дела с присягнувшими аристократами, которые, к слову, в обход данных клятв всё-таки умудрялись создавать проблемы. «Бомба замедленного действия» – называл их дядя и даже один раз предлагал от этого «ненадёжного актива» избавиться (мирным путём).

Я же эту точку зрения не разделял, отчётливо понимая, что Тенишевы и Коломойцевы, в случае проявления слабости, в покое меня точно не оставят. В итоге приходилось закручивать гайки, чем ещё сильнее увеличивать между нами напряжённость.

– Возвращаясь к нашим баранам. Что там на этот раз?

– Бюрократия и мелкие подставы, – вздохнул Святогор. – Вообще не по нашему профилю, как ты понимаешь. Поэтому пришлось нанимать знающих людей. Я тебя об этом предупреждал. Так вот, эти уроды намеренно впутывают твою фамилию во всякие грязные схемы и махинации.

– Это каким ещё образом? Я нигде своих подписей не ставил. А печати у них моей тоже нет. Как это возможно? – недоумевая, бросил я, заглядывая в глаза собеседнику.

– А так, – поморщился дядя и жестом руки предложил продолжить движение. – То, что они тебе присягнули, было зафиксировано князем документально. То есть, к примеру, поставки боеприпасов и оружия, которые они получают и от Белорецких, и из имперских складов, проходят через твою фамилию, как сюзерена. А они отчитываются лишь о том, что уже дошло непосредственно до них. Дальше объяснять?

– Это всё легко проверить, – пожал плечами я, но злобу на барона с графом уже затаил.

– При желании – да. Но тут ещё смотря кто будет проверять. И насколько непредвзято, – моментально возразил дядя и тут же добавил: – Особенно если учесть то, что они, в отличие от тебя, принадлежат к благородному роду и имеют кучу связей в высших кругах. Так что я бы на твоём месте не был бы так спокоен, Лёша.

Услышанное заставило серьёзно задуматься, отчего я ненадолго потерял связь с действительностью, на автопилоте шагая рядом со Святогором.

Жить «на два фронта» получалось не лучшим образом. С одной стороны, я практически самый обычный простолюдин без лишних забот и проблем – только знай себе учись в школе, развивай навыки владения оружием и силой, а также периодически заступай в наряды по охране территории этой самой школы. Довольно простая жизнь, даже несмотря на нюансы в виде проблем с возникающими пробоями, возобновившейся активностью демонов и появления фанатиков.

С другой стороны, простолюдином, как уже давно выяснилось, я не был. Не был им не только по крови, но похоже, и по призванию. Жизнь упорно меня тянула в лоно аристократических интриг и проблем, непременно связанных с их миром. Быть простолюдином-школьником и одновременно с этим успевать следить за подконтрольными территориями, строительством той же усадьбы или медленно распоясывающимися вассалами, удавалось едва-едва. И то, только благодаря помощи дяди Святогора. Верный друг и товарищ шесть лет назад очень вовремя подставил мне своё крепкое плечо, и с тех пор со своими ребятами неустанно трудится на благо нашего уже общего дома.

Да, я принял их всех к себе, иначе зачем мне эта трёхэтажная махина, если там будет тихо и пусто? Полностью закрыл Пересвету – так назывался их отряд – финансовый вопрос, взяв к себе на довольствие, и в то же время делегировал на мужиков часть своих забот. Так и жили.

– Информацию принял. Что по остальным нашим делам? – наконец вернулся я в наш мир.

– Движется, – на этот раз уже довольно улыбнулся Святогор. – Кого надо подкупили, доклады идут. Нам бы ещё твоего Рикса на недельку в аренду, – добавил он, мечтательно почёсывая затылок.

– Может, лучше Кали? – удивился я, вспоминая, что раньше дядя просил «демона в помощь», не имея ввиду кого-то конкретного, а теперь указал именно на Рикса.

Недоумевал я ещё и потому, что Кали была в плане шпионо-диверсионных задач несколько более способная, нежели её коллега по цеху, который имел немного другие таланты.

– Нет, лучше Рикса, – подчеркнул Святогор и на мой удивлённый взгляд недовольно бросил: – Чертовка ведёт себя неподобающе. Жопой вертит, юбку задирает. Невозможно работать… И не надо смеяться! – попытался строго добавить он, поглядывая на меня искоса.

– Распустилась, – хрюкнул я, едва сдерживая смех. – Хорошо, будет тебе Рикс, дядя.

Кали, если её не одёргивать, была ещё та оторва. Правда, мой характер она уже выучила и провокации сексуального характера могла позволить себе устроить только наедине. Причём, суккуба, как я её иногда стал из-за этого называть, была очень даже за «полномасштабное продолжение», если дело касалось лично меня. А вот остальных лиц мужского пола из моего окружения, кому демоница была представлена, она любила просто подразнить. Что, учитывая крайне аппетитные формы бесовки, в большинстве случаев получалось крайне легко. Стоит ли говорить, что она получала от всего этого просто дикое наслаждение?

Как я ко всему этому относился? Трудно сказать. Не одобрял, конечно. Но и запрещать безобидное баловство Кали тоже не спешил. Единственное, это ограничил ей рамки допустимого – дабы избежать каких-либо жертв. Случилось это, к слову, после того, как дядя Святогор передал мне результаты расследования перемещений предавшей меня бесовки. Как оказалось, в том же вагоне, в котором ко мне в Москву ехала Люси, пропало двое мужчин, изуродованные тела которых позже нашли на железной дороге. И если никаких свидетельств её причастности к их пропаже и убийству официальному следствию найти не удалось, то вот опрос мужчины-попутчика, проведённый Святогором, оказался весьма продуктивным. Он-то и поведал нам о том, как бесцеремонно и нагло девушка намекала ему на более тесное знакомство и не забыл добавить, что получив отказ, та надолго пропала из их общего купе, вернувшись только поздней ночью.

Сложив все эти данные, мы с дядей практически без сомнений пришли к выводу о том, кто именно совершил это злодеяние. Что тут скажешь... зол я тогда был на всех и, в первую очередь – на себя лично, но прошлого не воротишь. Зато можно было повлиять на будущее. Отсюда у меня и произошёл долгий и серьёзный диалог с подчинёнными демонами.

Я сделал им, так скажем, «шаг навстречу». Учитывая, что мои бесы до того дня меня ни разу не подводили и как подчинённые никоим образом себя не дискредитировали, я позволил им иногда развлекаться, естественно, в хорошем смысле этого слова. Они ведь существа разумные и вполне себе имели свои потребности. Потребности, которые были мною условно разделены на опасные для окружающего общества, за которые я прямо пообещал им жестокую казнь, и те, что не ломали чужие жизни и уж тем более их не отнимали.

Рикс, например, заигрывался в казино, а свои выигрыши спускал на дам с пониженной социальной ответственностью. Хотя, если верить его байкам, в которые Кали, напротив, не верила, приплачивали как раз таки именно ему.

Что же касалось бесовки, то она просто ходила по клубам, где с радостью на всеобщее обозрение крутила задницей у шеста, получая наслаждение от всеобщего внимания и так нужную ей, как оказалось, мужскую энергию.

Бесам моё отношение к ним и такой жест понравились, и судя по тому, что я наблюдал, лояльность их с того времени только возросла.

Что же касалось возникающих рисков, то я их прекрасно осознавал, но в то же время и понимал, что если демоны захотят предать, их ни клятва не удержит, ни нахождение у меня под плащом, как это было с Люси. Поэтому и было принято решение избрать такую стратегию и прямо на деле проверить её работоспособность или, напротив, абсолютную непригодность.

«Ну вот. Баловалась, теперь будешь со мной в общаге скучать», – произнёс я ментально для Кали, комментируя для неё слова дяди.

«Мы можем с вами и не скучать, господин...» – бархатным грудным голосом сходу же ответила бесовка.

«Ага... мечтай. Не для тебя моя роза цветёт», – отмахнулся я, сдерживая смех.

«Вот поэтому и приходится искать внимание на стороне…» – театрально вздохнула демоница, изобразив в конце лёгкое подобие плача. – «А у меня, между прочим, и сисечки больше, чем у вашей этой Анны, и попа круглее...» – продолжала она шептать мне на ухо своим томным чарующим голосом.

«Ничего у тебя не больше. Рисуешь какие хочешь», – стараясь переключить мысли, парировал я.

«Но ведь рисую я, полагаясь именно на ваши сны и фантазии, господин...»

«Эй! А ну, больше не подглядывать!» – нахмурившись, возразил я, едва не притопнув.

«Да, мой господин... как скажете, мой господин...»

«И хватит таким голосом разговаривать!»

Прямо на ходу я потряс головой, стараясь переключить мысли в другое русло, на что заслужил удивлённый взгляд от Святогора.

– Ты чего?

– Да... так. Кстати, на день рождения сегодня иду. Мне сопровождение нужно будет. Для солидности, – немного смущаясь, добавил я.

– Это легко. Два Тигра и один Сенат. Нормально?

– Нормально, – согласно кивнул я, отгоняя похабные мыслеобразы Бобика, в которых он рисовал незамысловатые картины совокупляющегося человека и демона. На кого они были похожи, угадать было не трудно.

«А тебя, колючий, я вообще к супруге на недельку сдам. На перевоспитание», – добавил я, сдерживая хохот.

Аурус Сенат, к слову – шикарная машина представительского класса, которую мне подарил сам князь за победу на Зарнице. Подарок был немного запоздалый, как он потом объяснил, делались такие машины под заказ, и мою выполнили не совсем в срок ввиду турбулентности в имперском обществе в те дни. Как бы то ни было, подарку я был хоть и рад, но прокатился на нём всего один раз – до гаража нашей усадьбы, собственно, с усадьбы Белорецких. Так что мы даже трёх сотен пробега не намотали к сегодняшнему дню.

– Стоп. А у кого банкет? – внезапно опомнился Святогор.

– Так у Ани. Там и родители её будут... – вытянув губы трубочкой, добавил я.

– А... у Ани, – кисло повторил он. – Ну-у... так можно и не идти, раз родители. Рано ж ещё, – пожимая плечами, добавил он.

– Пойду. И ты со мной тоже пойдёшь. Ладно?

Дядя лишь косо меня оглядел. Не нравилась ему Орлова, и я это знал. Но вслух он подобного, конечно, не произносил. Ну ничего, может, после сегодняшнего вечера он изменит своё мнение.

– Нам бы тогда костюмы прикупить, – поджав губы, скупо бросил он.

***

Перемещаться по городу на лимузине было непривычно. Во-первых, долго, а во-вторых, было ощущение, что все на меня смотрят даже за затемнёнными окнами. То ли дело передвигаться по изнанке с помощью Кали. Если не пытаться бить рекорды по преодолённому расстоянию, то я уже даже почти не замечал всех неприятных эффектов, неизбежно связанных с этим мероприятием. Тем не менее, лимузин в этом плане, конечно, здорово выигрывал – комфорт был на самом высшем уровне.

Усадьба Орловых сегодня светилась издалека. Красиво подсвеченные ели и две беседки возле громадного, облицованного кирпичом забора, были первым, что сразу привлекло моё внимание.

Анна встречала меня у ворот, нетерпеливо перетаптываясь с ноги на ногу. Короткая шуба тёмного цвета поверх чёрного платья с пышной юбкой чуть выше колена, немного напоминающей балетную пачку. Смущали меня только туфли не по сезону, в которых, очевидно, она и выскочила из дома, чтобы меня встретить.

– С днём рождения! – наслаждаясь удивлённым взглядом девушки в момент моего выхода из лимузина, громко произнёс я, следом же вручая ей огромный букет роз. – Это тебе.

– Лё-ё-ша! Спасибо! – кинувшись на шею, прощебетала подруга и тут же, рассмеявшись, добавила: – Ты гараж Белорецких обворовал?

– Ну-у... можно сказать и так, – неловко улыбнулся я. – Знакомься с моим дядей. Это Святогор Васильевич, – указывая открытой ладонью на возникшего сбоку от меня мужчину, произнёс я и сразу же добавил: – Дядя, это Анна Владимировна.

– Можно просто Аня, – улыбнулась девушка, протягивая мужчине свою руку.

Когда представленные обменялись стандартными любезностями, Орлова, взяв меня под локоть, пригласила нас внутрь, куда мы, не теряя лишнего времени, сразу же и направились.

– Туфельки явно не по погоде, – ворчливо бросил я, сбоку поглядывая на девушку.

– Дома очень тепло, а переобуваться мне было лень, – быстро передвигая ножками, промолвила Аня, в отличие от меня, не обращая абсолютно никакого внимания на украшенный к празднику сад и двор. – Костюм надел! Мне нравится! – в свою очередь, на ходу меня оглядев, одобряюще кивнула она. Я на это предпочёл промолчать, лишь коротко улыбнувшись.

Гирлянды в саду по дороге к самому дому и фонарные столбы с причудливыми светильниками создавали невероятно праздничную атмосферу уже на подходе к их особняку.

В глубине участка стоял огромный двухэтажный дом, встречающий нас приглушённым шумом и фонарями, подсвечивающими его фасад. Да, несмотря на вечер и раннюю в это время года темноту на улице, сегодня здесь было очень светло.

В гостиной нас встречали. Графиня Орлова была уже дамой в годах, но несмотря на лёгкую полноту, выглядела довольно ухоженной и приятной на вид. Без вычурного макияжа и тонны косметики, что по моим наблюдениям было нередко присуще женщинам в её возрасте, она оставляла довольно приятное первое впечатление. Думаю, что помимо прочего, главной причиной этому была её улыбка, с которой и началось наше с графиней знакомство. Хотя признаюсь, я немного переживал, что буду далеко не самым желанным гостем для родителей девушки. Но нет, первое впечатление оказалось вполне себе приятным.

Приветствовал нас вместе с матерью и Орлов-средний. Тот, с которым мы в своё время делили первое место на чемпионате школы. Евгений уже совсем окрепчал и, забегая наперёд, мало чем внешне отличался от старшего брата.

– Прошу к столу, – практически в один голос промолвили местные хозяйки, когда мы познакомились и возникла неловкая пауза.

Уже за самим столом, как оказалось, ждали только нас. К моей большой радости, здесь не присутствовала вся местная аристократия и, что называется, собрались довольно узким кругом. Я сразу же узнал старшего брата Ани, который после выпуска из школы уже успел жениться и прибыл на мероприятие не только с женой, но и своим малышом. Узнал я и несколько подруг Анны, которые сейчас смотрели на меня, буквально не моргая.

Пока меня с дядей представляли всем присутствующим, я быстро отметил, что здесь не хватает только главы семейства. Правда, граф, будто читая мои мысли, себя долго ждать не заставил и спустился к ужину, едва мы присели за стол.

– Так вот он какой – Алексей Обломов, – внимательно меня оглядев, произнёс глава рода Орловых и протянул для рукопожатия свою огромную ладонь. Теперь было понятно, в кого своей статью пошли оба его сына.

Глава 11

Как бы я ни старался расслабиться и получать удовольствие от проходившего вечера, ощущение, что мы с дядей здесь – белые вороны, никуда меня не покидало. К слову, Святогор был весьма учтив и в то же время крайне серьёзен и немногословен. От периодического внимания аристократов дядька не терялся, любезничать не пытался и, где это было возможно, отвечал односложно или вовсе с улыбкой молчал.

Дядю можно было понять, ведь большинство вопросов в его сторону шли обо мне или о моём детстве, а последнее было именно той темой, которую он мне загодя наказал не обременять подробностями. Хотя, справедливости ради, этой беседе было уделено всего лишь пару минут времени, да и Орловы однозначно знали меру в любопытстве.

– Какие планы после окончания школы? – оказавшись возле меня сбоку, низким голосом произнёс граф.

Мы стояли возле барной стойки, разделяющей огромный банкетный зал на танцевальную и обеденную зоны. Да, под подобные мероприятия в особняке Орловых было предусмотрено целое отдельное помещение.

– Бокал вина мне и моему гостю, – бросил Владимир Анатольевич стоявшему за стойкой мужчине.

– Буду поступать в университет, – повернувшись лицом к собеседнику, ответил я, отмечая, что впервые за весь вечер мы с ним оказались наедине.

Аня с подругами и братьями веселилась на танцполе, от приглашения на который, к слову, я наотрез отказался.

– Высшее образование – это хорошо, – кивнул граф, принимая бокалы с вином от бармена и следом же передавая один из них мне. – А что насчёт армии? Насколько мне известно, ты не имеешь обязательств на этот счёт перед школой и Белорецкими.

– Благодарю, – промолвил я, принимая напиток. – В нашем мире человек, не прошедший службу в армии, никем и нигде не уважается. Так что придётся, – пожал я плечами, отпивая из бокала.

– То есть, рвения особого не испытываешь, – заключил Владимир Анатольевич, серьёзно уставившись на меня.

– Я просто отношусь к этому без романтизации и прочего фанатизма. Есть воинский долг перед империей, и я его выполню, – выдерживая взгляд графа, ответил я и вновь отпил из бокала.

Вино оказалось довольно вкусным, но как бы мне ни хотелось попросить ещё, напиваться этим вечером я себе запретил. Тем более, что моё юное тело в этом мире ещё не знало алкоголя, и проводить эксперименты на этот счёт дома у Анны у меня никакой охоты не было. Что же касалось Орлова и его вопросов, то я не имел никакого желания зарабатывать перед ним баллы и говорил в точности как оно есть, вернее, как мне думалось.

Как бы для кого это было ни удивительно, но графа мой ответ, по всей видимости, вполне устроил, после чего наша беседа перетекла в совсем иное русло. Отец Анны интересовался моими политическими взглядами, аккуратно прощупывал лояльность к роду Белорецких и, как на удивление, полностью избегал каких-либо тем о наших взаимоотношениях с его дочерью и серьёзности моих намерений.

Последнее, безусловно, меня не могло не радовать и, на мой взгляд, характеризовало собеседника как довольно умного и даже в некотором смысле тактичного человека. Хотя с его брутальной внешностью и той пропастью, что была между нашими социальными статусами, это всё вязалось очень слабо.

– А этот твой дядя, он ведь не твой кровный родственник? – повернувшись в сторону названного, внезапно спросил Владимир Анатольевич.

– После смерти бабушки он единственный, кто у меня остался. Но да, вы правы, нас роднит не кровь.

– Интересная у тебя судьба, молодой человек, – хмыкнул собеседник, опустошая уже третий бокал. – Ты даже не представляешь, сколько людей за тобой уже наблюдает, – неожиданно добавил граф, очередной раз меняя тему.

– Располагаете какой-то интересной информацией? – невольно подобрался я.

– Положение обязывает, – уклончиво бросил Орлов, встречаясь со мной взглядом. – Например, тебя очень ждут в Московских вузах, – следом отметив мою безразличную улыбку, он добавил: – Также Тенишев какие-то мутные схемы варит. И там отчего-то фигурирует твоя фамилия. Хотя помнится, что после прошлого вашего конфликта все стороны весьма неожиданно и быстро пришли к миру, – будто бы невзначай добавил он, отказывая бармену в намерении вновь наполнить его бокал.

– К сожалению, эти люди не смогли смириться с новым порядком вещей в нашем регионе и не придумали ничего лучше, кроме как опуститься до мелкой мести, – расплывчато ответил я, стараясь при этом не проявлять никаких эмоций.

Судя по всему, Орлов, как и многие другие, не был в курсе, что сейчас речь идёт о моих так называемых вассалах, решивших идти кривой дорогой. И просвещать его на этот счёт, естественно, я не собирался.

– Папа! Держу пари, ты Лёшу уже утомил политикой! – на волне громкого смеха, в сопровождении братьев подошла к нам Анна, немало раскрасневшаяся после пары бокалов шампанского и бурных плясок.

– О политике можно говорить вечно. Если нервы крепкие, – подумав, добавил граф, улыбнувшись дочери.

– Любимая тема нашего отца, – улыбнувшись, вторил сестре старший из братьев, Александр. – Дай угадаю, – прикрыв глаза и вытянув вперёд руку, начал он, изображая провидца, – он говорил он проблемных территориях на юге империи?

Граф на это лишь расхохотался, но комментировать не стал, очевидно, предлагая ответить мне самому.

– Та нет же, – хохотнул я. – Речь шла о Тенишеве.

– Хм... Стоило бы догадаться, – вмиг посерьёзнел Александр.

– Премерзкая семейка вместе со своими подельниками Коломойцевыми, – фыркнул Евгений, стоявший до этой секунды молча.

Граф в ту же секунду бросил на сына недовольный взгляд, но прилюдно одёргивать не стал. Впрочем, тому хватило и такого сигнала, чтобы сбавить пыл и попытаться всё свести к шутке.

– В детстве часто конфеты не могли поделить, – бросил он, пожав плечами и широко улыбаясь.

– У нас примерно такая же история, – согласно кивнул я, с трудом сдерживая улыбку.

– Да знаем мы твою историю! – хохотнул малость подвыпивший Александр, и к нему медленно присоединились все остальные. – То Вяземских задирал, то Костромских. Потом и до Тенишевых с Коломойцевыми добрался. Хотя до твоего появления в школе пальма первенства в этом деле прочно сидела именно в моих руках, – театрально вздохнул парень, будто серьёзно сожалеет об упущенном.

– Ц! Нашёл чем гордиться! – задрав брови и покачав головой, учительским тоном бросила Анна.

Граф к этому времени покинул нашу компанию, предварительно забрав бокал вина с барной стойки. Остальные Орловы перебрасывались шутками, вспоминали свои школьные пакости и не стеснялись напоминать о моих. Ну… тех, что были преданы огласке. Мельком разговор коснулся и Зарницы, прошедшей шесть лет назад. К слову, оба брата обмолвились, что готовятся вновь принять участие в этом соревновании, но уже среди взрослых, намекая мне на место в команде. Я тактично перевёл тему в другое русло, предпочитая не давать каких-то обещаний, чем и воспользовалась Анна, утаскивая меня за руку на танцпол, на котором заиграла медленная музыка.

***

Праздничный вечер уже подходил к концу. И должен сказать, что в конечном итоге прошёл он, несмотря на весь скепсис Святогора и мою собственную паранойю, более чем хорошо. По крайней мере, под занавес мероприятия у меня оставались самые приятные впечатления от общения с людьми, и это не могло не радовать. В кои-то веки я не блевался от проведённого времени в обществе аристократов, если, конечно, не брать в учёт Белорецких. А это, всё-таки, немалого стоило.

Несмотря на то напряжение, которое у меня было изначально, после располагающих бесед с хозяевами дома мне удалось наконец-то немного расслабиться и отвлечься от лишних мыслей.

Но как назло, именно в этот приятный момент и произошло то, что заставило меня вмиг вернуться к былому тревожному состоянию.

Чёртов демон в одной из официанток, обслуживающих столы, внимательно изучал обстановку в зале, периодически искоса бросая взгляды в мою сторону. И как я раньше её не заметил?!

«Кали, вы вообще куда смотрите?» – недовольно бросил я, обращаясь одновременно к обоим бесам.

Те моментально поняли, о чём речь, и поспешили оправдаться:

«Господин, ещё десять минут назад в ней никого не было!»

«Разведайте дом и округу. Надо знать нет ли у нас ещё гостей», – зло скомандовал я, отложив разбор полётов до более удачного момента.

Сам же решил не спешить с действиями и понаблюдать за бесом, пока он думает, что его присутствие не обнаружено. Естественно, в отличие от всех остальных, мне было уже не до веселья. Мысль о том, что тёмные плотно упали мне на хвост и удавка на шее постепенно сжимается, стала укрепляться в моём сознании. Но только что им делать в доме Орловых?

Частично всё стало вставать на свои места, когда уже под занавес мероприятия Кали доложила мне о готовящейся диверсии.

– Мне можно начинать ревновать? – внезапно послышался девичий голос над ухом.

– А? – слегка вздрогнул я от неожиданности.

– Пялишься на неё, – усмехнулась Анна, прижимаясь к моему плечу. – Раз пять уже отметила.

– Да ничё я не...

– Или мне стоило вместо своего вечернего платья надеть наряд горничной, чтобы ты так же за мной следил? – театрально надув губки, заявила Орлова, заглядывая мне в глаза.

– Та я же говорю...

– Хотя, знаешь... я бы могла и одолжить такой на одну ночь... – томно прошептала девушка мне на ухо, отчего я едва не поперхнулся соком, который пил весь остаток вечера вместо вина.

– Кричи громче! – шикнул я на Анну, оглядываясь по сторонам, отчего та лишь рассмеялась.

– Не переживай, мы одни, – добавила она следом же, незаметно положив свою ладонь мне выше колена.

За барной стойкой, конечно, было ничего не видать, да и со стороны картина выглядела совершенно обычно, но учитывая количество гостей и самое важное – присутствие в зале её родителей, мне стало слегка не по себе.

– Так, девушка. Контролируйте себя, пожалуйста, – убирая её руку, произнёс я, тщетно стараясь возвратить себе серьёзный вид, но Орлова вошла в кураж.

– Мой мальчик такой скромный...

– Вон, смотри.

– Не хочу. Я, может быть, тону в твоих глазах! – продолжала наигранно флиртовать Орлова, но мне было уже не до шуток.

– На поднос смотри! – зашипел я. – Она что-то подлила в бокалы и понесла по залу! Твой дар достаточно подрос, чтобы...

– Я всё вижу! – растерянно перебила меня подруга, моментально посерьёзнев.

– Пошли, – взяв девушку под руку, бросил я и поднялся с места.

Спешно выскочив в нескольких метрах напротив официантки, Анна вытянула в её сторону руку и в ту же секунду опрокинула на пол поднос вместе со всем содержимым. Я в это время силой телекинеза выбил из рук гостей два бокала с напитками, которые девушка уже успела раздать по пути своего следования.

– Не дёргайся! – крикнула Анна, силой контролируя служанку.

Подскочившему к нам графу ничего объяснять было не нужно. Быстро вращая головой по сторонам, мужчина жестом руки дал команду отключить музыку.

– Никому ничего не пить! – громогласно объявил он, и уже тише, для дочери, добавил: – Вместе с матерью проверяйте зал.

Помещение стало быстро наполняться охраной. Графиня Орлова с дочерью ходили от стола к столу, внимательно оглядывая пищу и напитки, в то время как Женя и Саша блокировали оба выхода из зала, что в случае с демонами было практически бесполезно.

Я же продолжал оставаться в центре помещения, наблюдая, как граф прожигает взглядом лицо стоявшей в полуметре от него девушки.

Следом один из охранников стал прощупывать карманы девушки, и уже через несколько секунд держал в руках небольшого размера тёмного цвета бутылёк.

– Что это? – рыкнул Орлов, сдерживая гнев.

– Яд, – не стала отпираться пойманная, опуская взгляд.

– Откуда он у тебя?

На этот раз официантка не проронила и звука, пока захват Орлова на её шее не стиснулся.

– Лучше по-хорошему, – грозно добавил он.

Девушка пустила слёзы, а через секунду громко разрыдалась, указывая пальцем в мою сторону. Следом актриса вновь стыдливо опустила взгляд, продолжая вздрагивать и лить слёзы. А вот все присутствующие, вместе с охраной, медленно развернулись на меня.

В тот же миг рядом со мной оказался дядя Святогор, бесшумной тенью юркнувший в центр помещения за каких-то пару секунд и вставший точно за моей спиной.

Стоило признаться, что такого эпического окончания вечера я даже не мог себе предположить. Хотя, обнаружив орудовавшего в усадьбе беса, очень даже стоило.

Друзья, дальше платка. Вам спасибо за внимание к творчеству и поддержку в том числе и рублём!

Пусть денежки, потраченные на мои книжки, вам возвращаются десятикратно!)