Точка Бифуркации IV

Глава 1

Это она?

– Да.

– Ты уверена?

На этих словах Алина оглядела меня так, что все лишние вопросы моментально отпали. Мы стояли во дворе, недалеко от главного выхода из здания школы, откуда сейчас выходили десятки учащихся. Ребята неспешно направлялись в сторону КПП, за которым их ожидали припаркованные автомобили с личной охраной.

– Ладно, я сейчас.

Следом, переходя на быстрый шаг, я догнал несколько девушек, на одну из которых мне указала подруга, и отчётливо произнёс:

– София? – отмечая как одна из них оборачивается, поспешно добавил: – Добрый день. Меня зовут Алексей.

– Здравствуйте, Алексей, – слегка опешила девушка.

Она была одного со мной роста, в стандартной школьной юбке по колено и белой блузке – пиджак находился в руках, так как на улице было сегодня достаточно жарко.

– Не хочу отнимать у тебя много времени. Всего пару вопросов, – сопровождая слова скромной улыбкой, промолвил я. Следом, отметив, что девчонка от меня не шарахается, перешёл к делу. – Второй день ищу твоего брата, но никак не удаётся с ним пересечься в школе. Его местонахождение не является тайной?

– А зачем он тебе? – всерьёз забеспокоилась собеседница, моментально меняясь в лице. – Я ничего не скажу, – следом же добавила она, нахмурившись.

– Эм... я бы хотел с ним поговорить, – отмечая, что девчонка по-прежнему напряжена, добавил, демонстрируя открытые ладони. – Ничего такого... ну... плохого.

– Ты со всеми дерёшься, конфликтуешь, вокруг тебя столько проблем... не лезь к моему брату. Пожалуйста...

На этих словах она едва слезу не пустила, и явно была в шаге от того, чтобы расплакаться. Что, чёрт подери, происходит? Может, её имеет смысл тоже по спине погладить, и тогда передо мной каким-то чудом объявится Васнецов?

– Так, стоп, – предельно спокойно произнёс я, заглядывая собеседнице в глаза. – Не надо нервничать. У меня к нему всего лишь интересное, и даю гарантию, заманчивое предложение. Никаких драк и конфликтов, обещаю. Просто передай Сергею, что я ищу с ним встречи. Это важно и срочно. Вот, – на этих словах я протянул бумажку со своим номером. – Пусть позвонит, я всё объясню.

Бумажку София приняла, затем достаточно внимательно меня оглядела и, чуть-чуть помешкав, выдала на одном дыхании:

– А ты мне скажи – я ему передам!

– А вот и нет.

– Ну тогда и мой ответ «нет».

В эту секунду я немного замешкался, спешно принимая решение как лучше в текущей ситуации отреагировать. Но затем мысленно сплюнул, решив, что уж что-что, а гоняться за этим Сергеем я точно не буду.

– Тогда твой брат, благодаря тебе, рискует пропустить то, что изменит всю его жизнь.

Если честно, последняя фраза была брошена без всякой надежды на успех. Я собрался на этом закончить и возвращаться к своим друзьям, но к моему большому удивлению, Васнецова вновь резко поменялась в лице и сейчас смотрела на меня совершенно иными глазами.

– Честно?

– Более чем, – немного нахмурившись от её странной реакции, ответил я.

В мозгу Софии не иначе как что-то перещёлкнуло, и она неожиданно для меня произнесла:

– Хорошо, я всё передам.

– Ну... тогда всё, пока, – неуверенно поглядывая на странную девчонку, бросил я, и кивнув, развернулся в сторону школы.

Но не успел я пройти и пары метров, как перед моими глазами вдруг оказалась Орлова. Я, в свете большого количества произошедших событий, и думать про неё забыл, а тут на тебе, нарисовалась.

– Лёшенька, да ты ловелас! – разбавляя свою фразу заливистым девичьим смехом, произнесла девушка.

Выглядела она как всегда бесподобно: длинные распущенные волосы, тесная в области груди белая блузка и чуть выше колена синяя юбка. Женская сумочка вместо школьного портфеля, приятный макияж и небольшой каблук дополняли образ. Благодаря последнему, кстати, мне приходилось слегка задирать голову, иначе взгляд непроизвольно упирался в и так привлекающий внимание бюст.

– Привет, Анна, – улыбнулся я в ответ, остановившись напротив.

– Ну чего же ты так официально? «Анна», – передразнила меня Орлова. – Зови меня «Аня», – добавила девушка, с улыбкой подмигнув вдобавок.

Улыбалась и флиртовала она так очаровательно, что боюсь, я мог невольно расплыться в улыбке как кот при виде сметаны. Но следом же, вспоминая историю нашего с ней знакомства, я себя мысленно одёрнул и опустился на землю.

– Договорились, Аня. Хорошего тебе вечера, – хотел было я уже идти дальше, но девушка меня остановила.

– Постой... не желаешь проводить меня до ворот? Сумка такая тяжёлая... – потешно надув щёчки и сделав бровки домиком, будто ребёнок, произнесла она.

Ну уж нет, я в её хоровод мальчиков-зайчиков вступать был не намерен. И тем более нести женскую сумочку, в которую кроме тетрадок ничего и не влезет, не собирался.

– Не желаю. Без обид, много дел. Пока, – улыбнувшись, бросил я и, кивнув на прощание, направился в сторону терпеливо ожидающих меня ребят.

По ощущениям, спина в эту минуту у меня плавилась от чужого взгляда, что и подтвердили мои друзья, едва я к ним подошёл.

– Не знаю что ты ей сказал, но она тебе ещё полминуты сверлила спину, – расхохотался Максим.

– Со всеми девками переобщался? – улыбаясь, прокомментировала Маша происходящее с лёгким сарказмом в голосе.

– Она заверила, что всё передаст Васнецову. Так что ждём, – пропуская мимо ушей шутки друзей, сообщил я главное.

После чего, под лёгкий допрос со стороны ребят на тему предмета нашей короткой беседы с Орловой, мы направились на обед.

***

Традиция проводить вечерние тренировки вернулась вместе с окончанием турнира и победой в короткой войне против двух аристократических родов.

Что же касалось развязки событий с моими уже бывшими врагами, то закончилось всё довольно быстро. После судьбоносной встречи в ресторане, следующим же утром возле ворот школы меня ждали два кортежа. Мужчины собственнолично передали мне в руки подписанные документы и сообщили, что готовы произнести слова присяги.

С последним тянуть не стали, и вечером того же дня Тенишев и Коломойцев преклонили колени, признавая меня своим господином. Унизительная для этих двоих процедура и признание проходили в том же ресторане, только на этот раз в частной кабинке, без присутствия лишних глаз.

Для всего остального общества вокруг, по сути, ничего и не изменилось: фаза конфликта стихла, стороны остались при своём, если, конечно, не считать уже разрушенных заводов и внезапно перешедшей в имущество Белорецких территорий этих господ, и главное, все остались живы.

Но в действительности же, в мою собственность перешли около сорока процентов территорий от каждого рода, а также, в качестве откупных, они обязались в ближайшую неделю начать строительство моего особняка. Хотя, правильнее сказать, спонсировать его строительство – строить будет Белстрой, одна из Тюменских строительных кампаний, принадлежащих Белорецким.

По всему выходило, что благородные отделались от меня вполне себе малой кровью, если не считать потерю суверенитета, и должны были быть просто счастливы, но нет. «Тёмная разведка», как я теперь стал называть своих бесовок, докладывала, что мои бывшие-будущие враги просто взяли тайм-аут, и от своих смертоубийственных планов на мой счёт отказываться и не собирались. Просто сейчас, когда я нахожусь в школе, претворить их в жизнь текущими силами для них было практически нереально. Но плох тот глава рода, что мыслит сегодняшним днём, неделей или даже годом. Ходы и комбинации могут просчитываться на десятилетия. Правда, этим двум охламонам до такого уровня ещё далеко. Впрочем, как и мне, пока что.

По итогу выходило, что у нас просто образовалось длинное перемирие на моих условиях, и это в текущих реалиях меня полностью устраивало. В том числе потому, что выпустив свою агрессию на эти две семьи через череду проведённых по их собственности атак, а также в ходе избиения Артёма и Егора, я малость растерял запас злобы. И сейчас к каким-то более радикальным мерам был готов только в случае обострения ситуации с их стороны или хотя бы отказа идти на мои условия мира. Поэтому на текущий момент было решено встать в наблюдательную позицию, и в случае чего, аккумулировать запас злости.

– Твари в разломах, как вы помните из школьных уроков, по силе и опасности делятся на ранги, которые для удобства восприятия обозначаются латиницей. Начиная с самого слабого А, и В, которые фактическим ничем не отличаются по степени своей опасности от животных из нашего мира, и заканчивая S рангом. Последние, как правило – матёрые вожаки стай, и справиться с ними в одиночку может разве что какой-нибудь князь, вошедший в полную силу. Последние, как мы понимаем, в разломах не бывают от слова «совсем». Поэтому такие особи убиваются элитными спецотрядами МБА, – наблюдая, как парни спаррингуют между собой, не торопясь, рассказывал я. – Мы с вами будем тренироваться на самых слабых особях. Во-первых, это...

– А где ты их найдёшь, прям слабых? – перебил меня Стёпа. – Или у тебя там их целая ферма для таких случаев где-то припрятана? – хохотнув, добавил он.

Мною было принято решение отныне брать Степана на наши с Максимом вечерние тренировки. Во-первых, товарищ показал в трудную минуту свою надёжность, а во-вторых, Максиму такой спарринг-партнёр был ближе по уровню владения оружием, что положительно сказывалось на росте навыка у обоих ребят. Да и веселее втроём нам тренироваться, плюс общие секреты – сближают.

– Ты за это не переживай. Найдутся, – произнёс я и вернулся к своему рассказу. – Так вот, тренировки с ними позволят посмотреть на себя в реальном бою, преодолеть страх и грамотно подойти к боям с более серьёзными особями, – оглядев вяло бьющихся и уже явно уставших ребят, я добавил: – Так что настраивайтесь, скоро всё будет. А пока ускоряем темп, неужели так быстро выдохлись? Двигаетесь как дохлые мыши!

– А сам не хочешь помахаться? – громко дыша, бросил Максим. – Я, например, совсем не против, чтобы ты меня подменил.

– Не-а, работай. Мне ночью в разлом, я там «намахаюсь», – уже не первый раз произнёс я, присаживаясь под деревом и наблюдая за поединком товарищей.

Сказанное было правдой, Боба этим утром озадачил меня тем, что мне внезапно и срочно нужно идти в аномалию, чтобы устроить геноцид местных тварей. И учитывая то, что договорённость нашу с ним я чтил уже не первый год, да и мотивация зачищать разломы у меня только росла, потому что ненависть к кровожадным тварям не иссякала и за прошедшие годы никуда не делась, колючему я, естественно, отказывать не стал.

Что же касалось тренирующихся парней, то Стёпа устал много больше Максима, но стойко терпел все тяготы, старательно и уже неправдоподобно изображая бодрый вид. И дело тут не в том, что он выделывался перед оппонентом или наоборот, Макс внезапно стал активно симулировать. Просто, скорее всего, я малость переборщил со стращанием товарища в том, что наши тренировки с Авериным несколько тяжелее тех, что проходят в школе. Делалось это чтобы он сразу понимал на что даёт согласие и не думал жаловаться или филонить.

Сам я, кстати, как можно было подумать, весь вечер не прохлаждался, а напротив, был занят сбором рюкзака. Времена, когда я в разломы ходил чуть ли не в домашних тапочках, давно канули в Лету. Теперь в моих путешествиях по чужому миру меня неизбежно сопровождал не только рюкзак, специально для этих дел купленный и снаряжённый, но и боевой клинок. И несмотря на то, что к срочному боевому выходу я старался быть всегда готовым, в обычных ситуациях амуниция всегда проверялась, перебиралась и при нужде реставрировалась либо менялась на новую.

А с недавних пор, ко всему этому прибавился и настоящий боевой пистолет, вместе с кобурой перекочевавший на мой пояс. Взятый с теперь уже моего склада с оружием ствол внешне чем-то напоминал «Пустынного орла» из моего прошлого мира, но был несколько легче по ощущениям и имел обойму в восемь патронов калибра двенадцать и семь.

Глава 2

Положив в боковые карманы рюкзака две бутылки с водой, я дал ментальную команду Кали, и та перенесла меня на полюбившуюся нам опушку леса, где Боба практически сразу открыл портал.

Другая сторона встречала нас утренней прохладой, но наученный прошлым опытом, раньше времени радоваться этому факту я не спешил. Днём здесь может быть такая жара, что под прямыми лучами солнца разве что уши не плавятся.

Оглядевшись по сторонам, я пришёл к неутешительным выводам, что колючий перенёс нас в какие-то дремучие джунгли. Сам Бобик был несколько напряжён, и на вопросы отвечал неохотно. Изначально я сбрасывал это на иногда случающуюся у него переменчивость настроения, но в действительности, ощущения и наблюдения подсказывали, что ёжик сегодня просто запредельно серьёзен и сосредоточен на своих ощущениях.

Закончив исследовать взглядом окружающее пространство, я, молча переглянувшись с колючим, отметил, что он взял какой-то курс. Ничего другого не оставалось, кроме как следовать за Бобой, на всякий случай вытащив клинок из ножен.

В условиях плотных зарослей, огромный ёж выступал бульдозером, расчищающим своей тушей дорогу позади идущим. Правда шёл сзади только я один – демониц отправил на разведку в разные стороны, потому как колючий интриган и так был не лучшим собеседником ввиду используемого им метода общения, а сегодня и вовсе меня в половине случаев попросту игнорировал, изображая концентрацию на каком-то своём деле.

– Боба, мы уже пришли?

– ...

– А сейчас?

Пока я в течение получаса терроризировал ёжкины ушки, бесовки периодически «радовали» меня докладами о монстрах, кишащих в окружающих нас зарослях. И к моему удивлению, несмотря на то, что некоторые из них отчётливо нас видели, нападать решались совсем единицы.

Первый раз это была какая-то крупная кошка, которую, несмотря на её навыки незаметно подкрадываться, мне всё-таки удалось вовремя увидеть и фактически в моменте прыжка поймать телекинезом над собой.

Боба, бросив мельком взгляд на зависшую надо мной тварь, спокойно себе продолжил движение дальше. Я же, сковав монстра силой мысли и продолжая на ходу удерживать его в воздухе, параллельно нанёс кошке ментальный удар. С первого раза вышло не совсем удачно, отчего тварь сильно заскулила, выгибаясь от боли. Но уже вторая попытка принесла результат – сердце твари, подчиняясь моим ментальным манипуляциям, разорвалось в груди, а сама кошка повисла в воздухе будто чучело, безжизненным взглядом смотря сквозь меня.

Бросив её тело на землю, я, ускорившись, продолжил путь – сейчас отставать от Бобика было довольно опасно.

Что же до моих новых возможностей, то никакие они не новые. Кропотливая работа со спичечными коробками, начавшаяся ещё во втором классе, потихоньку давала свои плоды. Теперь я мог не только оппоненту волосы под брюками выдирать, что носило исключительно развлекательный характер и особую пользу в бою принести вряд ли могло, но и развил возможность нанести полноценный удар по любому внутреннему органу врага. Правда, всё было не так легко, как кажется, и даже на не самом сильном монстре С-ранга получалось не с первого раза. Впрочем, в критических ситуациях, как когда-то с одной нехорошей кураторшей, выходило довольно неплохо. Но тогда обошлось без летального эффекта, на который, уверен, сил в тот момент у меня точно бы не хватило.

Что касалось этих самых рангов, на которые мы разделяли тварей из аномалии, то определять их я научился уже на глаз. На самом деле, ранжировка была всегда примерной, хотя в соответствующей литературе существовали и более точные критерии разделения. К примеру, в самом начале это обычно были лишь изменения в размерах. А вот далее, за счёт появляющихся наростов брони, либо огрубевания шерсти, а в некоторых случаях даже появления барьера у монстра на самых высоких рангах, можно было и определить хищную тварь в какую-либо категорию. Были, соответственно, и другие критерии, такие как скорость передвижения, агрессивность и даже сопротивление телекинезу.

Размышляя на эту тему, я мирно шествовал вслед за Бобой. К этому моменту Люси уже вернулась с разведки и доложила, что на ближайшие несколько километров в любую сторону от нас простираются одни лишь сплошные джунгли, редко пересекаясь с не особо широкими местными реками. А вот Кали я отправил строго по нашему маршруту, обозначенному исполинским ежом, но та пока что тоже ничем интересным меня порадовать не смогла.

***

Мы неспешным шагом двигались в спину колючему проводнику, и уж не знаю как так вышло, потому как я старался максимально не терять бдительность, но в один момент я вдруг обнаружил, что был буквально целиком поглощён какой-то тварью. Вот так просто, бац – и вокруг меня одна лишь сплошная темнота, едва переносимая жуткая вонь и вязкая субстанция, благодаря которой я быстро скользил внутри проглотившего меня мутанта.

К такому жизнь меня явно не готовила, и потому, охватившая мозг паника едва позволила пробиться голосам демониц. Бесовки наперебой сообщали, что не могут прорваться внутрь громадного змея, с которым, кстати, Боба уже успел вступить в бой.

Хотелось как минимум здорово продышаться, чтобы унять нервы, но с кислородом тут тоже были серьёзные проблемы – дышать было практически нечем. Судорожно соображая, что делать дальше, я со всей силы воткнул клинок в темноту перед собой. Оружие я так и не выпустил из рук, но всё, чего мне удалось этим добиться, это как следует зацепиться и перестать проваливаться дальше вглубь твари. На этом всё.

Понимая, что срочно нужно что-то предпринять, иначе мне придёт конец, я в первую очередь усилием воли постарался заставить себя успокоиться – лишние нервы и учащённое дыхание тут мне явно не помощники. Для этого прикрыл глаза и, концентрируясь на своём даре, медленно досчитал до десяти. Почувствовав внутри своей груди с огромной охотой откликающийся поток энергии, я стал создавать десятки светлячков, сразу же формируя их в большой круг. Следующим шагом, без лишних промедлений, направил их прямо перед собой, заставляя прожигать тело огромной рептилии изнутри.

Дальнейшие события были из разряда совсем неописуемых: тварь, по всей видимости, стала испытывать дикую боль, отчего начала истерично кататься по земле и даже биться тем местом, где я находился, о различные выступы.

Старательно держась за меч, я с трудом не провалился глубже, и уже через полминуты, задыхаясь и на одних морально-волевых оставаясь в сознании, наконец-то смог вдохнуть поток поступившего внутрь свежего воздуха. Ощущения после такой кислородной голодовки были просто непередаваемые, вдобавок ещё и голова закружилась.

Несмотря на активно льющуюся на меня сверху кровь, заливающую глаза и уши, я наконец-то мог дышать!

«Кали, вытащи меня отсюда!» – прорычал я ментально, параллельно этому жадно хватая ртом поступающий воздух.

Дыра была размером практически с небольшой обруч. Но толку от её избыточных размеров, кроме поступающего внутрь воздуха, было мало – эта тварь так извивалась и билась о землю, что мне даже ухватиться за что-то кроме плотно засевшего в теле монстра клинка, не представлялось возможным.

Долго ждать демоницу не пришлось: Кали легко проникла в образовавшуюся дыру и следом же вылетела из неё, но уже вместе со мной.

– Ну-ка поставь меня на то дерево! – грозно скомандовал я демонице, наблюдая как с поистине громадным, даже на фоне Бобика, змеем, бьются Люси и мой ёж. – Охраняй меня, – справедливо опасаясь других гостей, добавил я.

Весь липкий, воняющий каким-то дерьмом, слизью и змеиной кровью, я оказался на одной из веток росшего в этих джунглях огромного дерева, под которым, собственно, и проходил наш бой.

К этому моменту времени, я уже смог немного отдышаться, а затем спокойно сконцентрироваться и начать формировать один из самых смертоносных на моей памяти энергетических шаров. И сила его заключалась не в каких-то особенно больших размерах, а в концентрации и плотности генерируемой мной энергии. Другими словами, я за пару лет работы с маной, в основном для создания заготовок под свои бомбы, научился производить более качественную энергию, отличающуюся ввиду этого особой агрессивностью.

Едва шар моей маны, размером с баскетбольный мяч, был готов, я не теряя и секунды времени, силой телекинеза отправил его точно в голову извивавшегося на земле вокруг Бобика змея.

У них внизу, кстати, была практически патовая ситуация – никакого урона этот монстр колючему нанести не мог, и уж тем более оставалась безнаказанной Люси, во время схватки находившаяся в бесплотном состоянии. Правда, работало это и в обратную сторону: толстая и грубая шкура змея на поверку оказалась абсолютно непробиваемой снаружи, разбивая все попытки бесовки и ежа нанести урон монстру.

Но спустившийся на голову исполинского змея тёмный, с проблесками алого и фиолетового, шар был орудием совсем другой категории. Словно раскалённый нож в масло, он фактически без особых усилий погрузился прямо между глаз зашипевшей твари, которая моментально стала биться в агонии, будто под электрическим током.

Громадный змей издавал такой громкий шипяще-трещащий звук на всю округу, что я невольно поморщился, с трудом перенося последние секунды жизни этого монстра.

Едва мой шар возмездия полностью утонул в голове местного ужаса джунглей, как я заставил его двигаться по спирали, выжигая внутри всё, что могло оставить хоть малейший шанс на теоретическую регенерацию и спасение змея.

Когда всё было кончено и Кали спустила меня вниз, мы все четверо молча зависли над неподвижно лежавшим трупом убитой твари. Под впечатлением от произошедшего боя остался даже вечно невозмутимый Бобик. Правда, скорее всего, по большей части ввиду внезапности атаки этой громадины. Как мы умудрились прозевать такую огромную тварь, так и осталось вопросом. Но лично я склонялся к теории, что из-за природной маскировки мы не заметили монстра и сами приблизились в зону его досягаемости. Последнему оставалось только открыть свой пасть пошире и обрушиться на меня со своей атакой.

– Дамы, я хочу морду этой твари забрать с собой, – обращаясь к демоницам, произнёс я, приближаясь к дымящейся пасти.

Желание сделать это возникло внезапное и непреодолимое – будет моим трофеем. Мы когда-то с Бобой уже бились с подобным монстром, но тот был не только поменьше, но и послабее.

– Эм... надо бы как-то её тогда отделить от тела... – оглядывая фронт работ, произнесла Люси.

– Ну так и?

– Нам нечем, господин.

Шар, которым я убил гиганта, никуда не делся и до сих пор находился внутри головы змея, зависнув в воздухе. Под воздействием моей силы телекинеза, он прежним путём покинул поражённый объект, и в метре от моего лица стал делиться на сотню более мелких шаров.

Подчиняясь следующему приказу, стая моих мелких убийц облепила шею змея по окружности, кроме того места, которым он лежал на земле, и принялась сосать из меня энергию. Можно было маной и не делиться, но тогда светлячки расходовали собственную энергию и очень быстро «прогорали», следом же исчезая.

Буквально прожигая своей маной невероятно толстую шкуру, покрытую, как оказалось, каким-то особым слоем гибкой биоброни, я через несколько минут смог наконец-то отделить морду твари от тела.

– Боба, тащить придётся тебе.

На удивление, колючий в который раз оказался совершенно не против выступить в подобной роли. Поэтому мы спокойно загрузили на него огромную голову змея и, передохнув, направились по известному одному только Бобику маршруту дальше.

Глава 3

Идти пришлось практически весь день. И вопрос, почему колючий сразу не создаёт портал неподалёку от нужного места, не только терзал меня всё это время, но и был озвучен несколько десятков раз. Ёж поначалу что-то пытался мне объяснить, но в моменты, когда он чем-то занят, все эти смайлы и мыслеобразы были настолько недоступны для усвоения моими мозгами, что я просто плевал на все эти ребусы и на долгое время замолкал.

Особо скучать не приходилось: вначале мы свернули к ближайшему водоёму, которым оказалось одно небольшое озеро. Подходить и мыться в нём было настолько ссыкотно, что я заранее создал несколько опасных энергошаров и, заставив их парить вокруг моего тела, решился на купание.

Терпеть окружающую вонь после невероятно близкого знакомства с местным Каа, было просто на грани моих возможностей. Вдобавок, несмотря на довольно продолжительное время, которое приходилось находиться измазанным всей этой гадостью, я так и не смог «принюхаться» к этому мерзкому запаху, чтобы перестать его ощущать.

К слову, я от всей души поблагодарил себя за то, что когда только купил рюкзак и впервые начал его комплектовать, мне пришла здравая идея обзавестись запасным комплектом одежды, в том числе нижним бельём и носками. Помню, для этого нам с Кали пришлось ненадолго вырваться из школы после учебного дня и посетить ряд магазинов. Подобные путешествия, в отличие от ночных вылазок, давались тяжелее.

На озере обошлось без происшествий, поэтому, поглотив обратно энергию трёх из четырёх шаров, я вернулся в строй. Последний шарик таки остался висеть надо мной, став таким же спутником в дороге, как и шедшие по обе стороны от меня бесовки.

В течение дня нам пришлось отбить ещё пару атак не особо умных тварей, где во всех без исключения случаях я тренировал уже свою ментальную магию. Сложности с таким родом дистанционных атак возникали именно в боевых условиях. Сконцентрироваться и мысленно «нащупать», к примеру, то же сердце, во время схватки было очень сложно. И напротив, в тепличных условиях, без воздействия каких-либо внешних факторов или когда враг просто-напросто обездвижен и не представляет опасности, атаки получались крайне опасными и даже смертоносными. В общем, в этом направлении у меня ещё много работы, чем я и занимался всю дорогу до цели нашего маршрута.

***

Чем ближе мы приближались к финальной точке, тем больше становилась концентрация монстров в окружающих джунглях. Поразительно было то, что Бобу твари не только не трогали, но и здорово его шугались, обходя стороной, а вот на меня смотрели как на самый редкий деликатес и все чаще срывались в атаку, практически полностью тормозя наше продвижение.

Убив очередную тварь, я огляделся по сторонам и, отмечая голодные изучающие взгляды мутантов, раздумывающих как лучше меня атаковать, пришёл к неутешительным выводам, что дальше так продолжаться не может.

– Давай, Боба, ускоряйся, мы за тобой по воздуху, – следом подняв глаза на Кали, утвердительно ей кивнул и набрал полную грудь воздуха.

В изнанке, как я стал называть это параллельное нашему измерение, в которое меня утаскивала демоница во время подобных перемещений, я мог находиться комфортно минуту, максимум – полторы. Дальше начиналась сначала лёгкая тошнота, потом к этому добавлялось головокружение, мигрень, ну и по нарастающей ситуация усугублялась до такого невыносимого состояния, что терпеть было просто невозможно.

Эти ощущения мне отдалённо напоминали школьный выпускной из прошлой жизни, точнее то, что было после него. Я тогда по молодости и неопытности так напился, что едва дополз до дома. И последующие четыре ужасных и долгих часа в обнимку с тазиком так врезались в мою память, что как оказалось, запомнил я их аж на две жизни вперёд. Тогда я ещё несколько лет алкоголь не то что не употреблял, даже нюхать не мог, до того было противно. Родители, кстати, наблюдая как мне было плохо, даже наказывать не стали, впоследствии шутив, что мой организм сделал всю работу за них самостоятельно.

Сейчас же, путешествия по изнанке дольше пресловутых двух минут неизбежно возвращали меня в ту ужасную ночь, заставляя переживать схожие ощущения с ещё большей силой и интенсивностью накатываемых волн.

В какой-то момент такого путешествия, когда во времени ты уже совершенно не ориентируешься, приходит стойкое ощущение, что «я сейчас сдохну». Хотя Кали абсолютно серьёзно утверждала, что умереть в изнанке я совершенно не могу, верилось в это с трудом. Да и проверять, естественно, желания тоже не было.

Впрочем, слова демоницы о том, что я со временем привыкну, пусть и слабо, но подтверждались. Во-первых, раньше я и полминуты в изнанке находился с трудом. Во-вторых, после неё ещё было и состояние, так называемого, похмелья. И сейчас, вне зависимости от того, сколько я пробыл в другом измерении, приходил в себя я значительно быстрее, нежели чем пару лет назад. Но на этом, к сожалению, всё.

Возвращаясь к текущему путешествию… Как и ожидалось, время пребывания в изнанке минутой или даже двумя совсем не ограничилось. Поэтому я стал в полной мере испытывать все прелести скоростного перемещения в объятиях Кали и очередной раз вспоминать давным-давно прошедший праздник.

Поначалу старался стойко переносить неизбежные тяготы, связанные с этим процессом, но в какой-то момент стало накрывать так, что я потихоньку стал крыть матом Бобика, его маму, бабушку и всю их колючую братию, вместе взятую.

– Всё, вытаскивай меня, – в какой-то момент не своим голосом прорычал я.

Но демоница приказ выполнить спешить не стала.

– Господин... тут их столько... просто негде.

– Кали… мать твою!.. Ищи! – сразу же бросил я в ответ, зажмуривая глаза.

Первое время по неопытности и любопытству, я пытался, наоборот, внимательно разглядывать окружающее пространство и всё вокруг изучать, но куда там! Всё мелькает, картинка быстро сменяется, ничего непонятно и самое главное – тошнит в два раза сильнее! Поэтому я уже давно либо смотрю ровно перед собой расфокусированным взглядом, либо и вовсе глаза закрываю, что чаще.

– Кали, я знал твою родню, бесовка проклятая! – крикнул я, ощущая как моя голова буквально раскалывается, а тошнота не просто подступает к горлу, а уже там обосновалась, сохраняя это мерзкое состояние, к которому просто нельзя привыкнуть.

– Вы их не знали, господин.

– Я сейчас тебя узнаю!

– Я совсем не против, господин.

– Агрх! Вытащи меня, быстро! – бросил уже из последних сил, зачем-то открыв глаза.

Хотелось сплюнуть, но почему-то здесь этого сделать не получалось. Хотелось дать волю организму и наконец-то проблеваться, но и с этим беда – всё моё оставалось со мной до самого последнего момента. И к моему большому счастью и облегчению, он наконец-то наступил.

– Господин, я нашла, – спешно сообщила демоница и сразу же добавила: – Только постарайтесь потише...

Но едва Кали вернула мою бедную тушку в более привычный мир, как я на всю округу выдал громогласное:

– Бууээээээ!

Не знаю точно, что происходило вокруг, потому что мне потребовалось немного времени, чтобы хоть как-то прийти в себя, но когда я смог нормально оглядеться, цензурные слова мой лексикон быстро и скопом покинули.

Количество монстров, находящихся в ближайшей округе, куда только доставал глаз, было просто запредельным. Тысячи и тысячи самых разных тварей, часть из которых я даже не мог как-то классифицировать, не могли найти себе места на тесном берегу, ежесекундно терпя неудачи в безуспешных попытках преодолеть невидимую преграду. Все они, будто ведомые какой-то силой, со всех сторон обступили озеро, в центре которого на скале мы сейчас находились, и артачились на берегу, явно во что бы то ни стало желая оказаться рядом с нами.

Приводя себя в порядок и наконец-то с трудом отходя от долгого путешествия, я плюхнулся на задницу, с высоты немаленькой скалы упираясь взглядом в воду. Ярко-бирюзовая, чистейшая как слеза младенца, она завораживала своей красотой и спокойствием – никакого ветра, полный штиль. Если бы ещё не этот вой и рык сотен кровожадных глоток, доносящийся с берега...

– Боба, а если они не могут пройти, как ты прошёл? По воде бегаешь? – внезапно задумался я.

Хотя с той скоростью, которую развивает колючий, ничего удивительного здесь нет. Тем не менее, ответа никакого с его стороны не последовало, вместо этого я был награждён странным взглядом. Бобик будто мялся на месте, в желании мне что-то сказать, но не знал как это сделать более лучшим образом.

– Я надеюсь, ты меня сюда притащил не на заклание? – не переставая изучать тварей на берегу, шутливо бросил я в сторону ежа.

Но ответ Бобика меня крайне не порадовал. Нет, в жертву меня тут никто приносить не собирался, всё было много хуже.

– Если ты думаешь, что я полезу в эту воду, то хер ты угадал! – зло и возбуждённо бросил я в ответ, указывая пальцем вниз.

Колючий спорить со мной не стал, собственно, он никогда этого и не делал. Вместо этого ёжик просто плюхнулся на пузо и прикрыл глаза, прежде мне в мозг отправив картинку с посылом о том, что портал назад он не откроет, пока я не выполню его требование.

– Дурацкий ты шантажист! А если там какой-нибудь Мегалодон курсирует под нами и только и ждёт, пока я нырну в воду?! – недовольно проворчал я в сторону ежа.

Но последнему было глубоко плевать на мои переживания. Боба лишь добавил, что внизу должен быть небольших размеров грот, который и является целью нашего визита.

Упёртость ежа была мне известна как никому другому в этой компании, поэтому, раздражённо сплюнув, я сел и уставился вдаль, раздумывая о насущном.

Спустя пару минут в желудке заурчало, недвусмысленно напоминая о том, что можно бы подкрепиться. Будто мне и не было плохо десять минут назад. Но оно и правильно, если уж я сегодня и погибну, то хотя бы на сытый желудок!

Благо, рюкзак меня спасал и в этом случае: заготовлена в нём была не только вода и армейские сухпайки со склада, но и вполне себе приличная еда из ближайшей к школе кафешки. Ну а что? Деньги у меня есть, в столовой воровать не хочется – отправил бесовку, заранее изучив их меню через интернет, и сейчас передо мной был полноценный обед из двух блюд и даже вкусного сока, вместо малость приевшегося за это время школьного компота.

Пока ел, поднялось настроение и окончательно вернулось в норму самочувствие после неприятного путешествия по местным джунглям.

– Знаешь что, колючий? Если я туда и полезу, то только вслед за тобой.

На этих словах Боба странно меня оглядел и даже поджал свои маленькие, как для такой туши, ушки. Ну а как он хотел? Чтобы я один туда полез? Вода, конечно, прозрачная… но доверия у меня к ней нет о слова «совсем».

– Показывай давай, где тут грот. Чтобы поближе к нему ныряли.

Колючий неуклюже покрутился на месте, а затем приблизился к одному из краёв скалы и сразу же отступил назад, опасливо поглядывая в мою сторону.

– Так, стоп. А вы чего расселись в скромном молчании? – повернувшись к сидевшим за спиной бесовкам, бросил я. – Я готов потерпеть ещё пару секунд, чтобы вы перенесли меня куда надо, – добавил, едва не ударив себя по лбу за то, что сразу не подумал о таком простом решении.

– А мы вам здесь не помощницы, господин, – опуская взгляд в пол, произнесла Кали, после чего её же примеру последовала и напарница. – Через воду можем проходить, только заняв оболочку.

Кисло поморщившись и окончательно смирившись с тем, что в воду лезть придётся самому, подошёл к берегу, недоверчиво оглядывая водную гладь под собой.

– Чёрт с вами, – бросил я, махнув рукой, и принялся снимать одежду – ещё одного запасного комплекта в рюкзаке у меня уже не было.

Закончив с этим и аккуратно всё сложив в сумку, я передал её Кали и следом отозвал бесовок. После чего перевёл свой взгляд на медленно попятившегося назад Бобика.

– А чего ты нервничаешь, собака колючая?

В следующую же секунду, подняв тушку своего «питомца» с помощью телекинеза, без лишних заминок и полностью игнорируя поток входящих от него ментальных сообщений, бросил его вниз, а затем, набрав полную грудь воздуха, и сам прыгнул следом.

Высота была на вскидку метров десять, поэтому прыгал «солдатиком» – все эти киношные прыжки вниз головой я не одобрял даже с активным барьером. Коли нет должного навыка, совершать подобные прыжки нужно наиболее безопасным способом. По крайней мере, так я себя я успокаивал.

В следующее мгновение оказавшись под толщей воды, я ощутил довольно комфортную температуру, несмотря на немаленькую глубину. Открыв глаза, быстро нашёл шевелящего своими мелкими лапками, будто пропеллерами, ежа, и последовал за ним. Найти глазами грот было довольно легко, потому как он неслабо подсвечивался изнутри, привлекая к себе тем самым внимание. Сам коридор пещеры, конечно, казался тёмноватым, но вдали отчётливо виднелся свет.

Не теряя времени, я изо всех сил направил себя в нужную сторону, не желая тратить драгоценные секунды на изучение окружающих красот. Большая вода всегда меня немного пугала, оказывая некое давление на сознание, несмотря на то, что я прекрасно плавал как над водой, так и под ней. Поэтому, уставившись строго в направлении цели, я стал активно грести, пробираясь по камням и грудам обломков некогда обвалившегося прохода в эту пещеру. По всей видимости, раньше он был намного шире, хотя и сейчас назвать узким тоннель, в котором с лёгкостью поместились бы пару Бобиков, было нельзя.

Под самый конец запаса воздуха стало уже не хватать, ведь я, хоть и спортивный парень, но задерживать дыхание на рекордные сроки, к сожалению, был не обучен и тренировок подобных не проводил. Поэтому едва отметил, что потолок прохода, через который мы плыли, внезапно пропал, как сразу же направил своё тело вверх.

Последующий жадный вдох, который я совершил, едва всплыв, наверняка могли слышать даже те монстры, что голодными мордами внимательно наблюдали за мной, пока я решался на эту авантюру.

В очередной раз за этот день я дал себе как следует продышаться и только затем взял курс в сторону берега.

Пещера была небольшая, и действительно ярко освещалась. Да так, что когда я вылез, пришлось немного прищуриться с непривычки после темноты. Но когда немного привык к свету, то моментально узнал витавший в воздухе яркий, переливающийся разными оттенками голубого объект, как и в прошлый раз вызывающий у меня ассоциации с солнышком.

Только вот едва я ступил на берег, вслед за косо поглядывающим в мою сторону ежом, как моментально ощутил, что что-то сильное и скользкое обхватило мою грудь, поднимая тело над землёй.

«Чшшшеерффффь...» – прошелестело в мозгу, когда непонятная тварь развернула меня к себе лицом.

Мысли в голове стали крутиться с бешеной скоростью. Во-первых, я отметил, что был охвачен ничем иным, как мерзким, вонючим щупальцем. Во-вторых, что тварь, удерживающая меня, явно являлась разумной.

– Боба, бармалей ты редкостный! Я тебе говорил, что тут какая-то дрянь водится?! Говорил?! – возмущённо проорал я, пытаясь найти глазами ежа.

«Ннннннххеее дтттасттоиннн...» – вновь раздалось в голове.

– Господи, ну какой же ты страшный, – бросил я, наконец сумев разглядеть огромную, просто исполинскую тварь перед собой.

Осьминоги... кальмары... все как один – не очень приятные на вид твари, а уж когда они мутируют до таких колоссальных размеров, так вообще без отвращения не взглянешь. И это я молчу про жуткую вонь, исходящую хотя бы от его противного щупальца.

– Ты, что ли, достоин? Головохер! – бросил я в ответ, наблюдая как Боба на большой скорости вписывается в это существо, пробивая его плоть своими огромными иглами.

Но самое интересное было то, что я заметил следом. Глаза монстра были полностью непроглядно-чёрного цвета, а от него самого веяло знакомой аурой.

– Это ведь то, что я думаю? – вытягивая руку в сторону твари, вяло реагирующей на потуги Бобы, спросил я у демониц.

Бесовок выпустил сразу же, едва эта громадная тварь на меня напала.

– Да, господин, – произнесла Кали, срываясь вместе с Люси в атаку на исполинскую тварь.

Демон внутри этого монстра почувствовал мою силу и активно стал сопротивляться, не желая подчиняться моей воле. Мельком вспоминая ситуацию с той же Люси, когда я с лёгкостью выдернул её из тела девчонки, которая, кстати, сейчас лежит в нашей комнате в общежитии, я ощутил большую разницу в силе этих демонов.

Находившаяся передо мной тварь была гораздо сильнее и здорово огрызалась. И если ухватиться за демонскую сущность в теле монстра мне вполне себе удалось, то вырвать... вырвать его наружу оказалось проблемой.

Кальмар, кстати, пусть внешне и бездействовал, зависнув на одном месте, но стоило понимать, что ментально между нами происходила нешуточная борьба. Борьба, в которой я медленно и буквально по маленьким кусочкам стал отрывать от сущности демона частички его естества.

К сожалению, этого было мало для какой-то скорой и безоговорочной победы, но в тоже время достаточно, для того чтобы эта тварь меня зауважала и старательно перешла в оборону. Если, конечно, не считать бесконечные попытки продавить мой барьер силой щупальца, которым сдавливал меня гигантский кальмар.

Тем временем, усилия Бобика стали наконец-то заметны – монстр с нескольких сторон активно кровоточил и уже несколько раз пожалел, что предпринял попытки схватить ежа своими погаными отростками.

В эту секунду проявились и результаты работы моих бесовок, которые таки укоротили одно из ключевых щупалец кальмару, которым он, собственно, меня и держал, отчего я чуть не упал обратно в воду. Вовремя перехватив, Кали перенесла мою тушку на берег, тем самым моментально разрывая дистанцию между мной и атаковавшей нас тварью.

Как только это произошло, я ощутил тепло, приятно растекающееся в груди, и мощный, ободряющий прилив энергии, правда, одновременно с этим, в пещере вновь стало темно.

Ноги задрожали, руки налились кровью, перед глазами стало всё плыть, а в ушах жутко звенеть. Но на этот раз сознание я, к счастью, не потерял.

Ощущение небывалой мощи или даже какой-то первобытной дури в мышцах и волнение в собственных резервах энергии, мягко говоря, опьяняло. Вытянув руку в сторону кальмара, стремительно приближающегося ко мне навстречу, я будто наяву ощутил, как огромной ладонью хватаю за шкирку демона, засевшего внутри, и следом же, как какую-то заскулившую шавку, выдираю его из тела монстра.

Последний, едва это произошло, моментально попытался ретироваться, но настырный ёж наделал в нём столько дырок, что тот едва смог вообще двигаться, потеряв за прошедшее время, наверняка, уже не меньше тонны крови.

Видеть я этого всего не мог, так как было довольно темно без угасшего освещения, поэтому приходилось ориентироваться на доклады демониц. Зато зависшее в паре метров от меня бесформенное облако дыма я ощущал всеми фибрами души.

«Тдддааааассссзззтооооинн...» – прошелестело у меня в мозгу.

Глава 4

«Ваши субъективные оценочные суждения относительно моих личных качеств являются исключительно плодом ваших же фантазий», – неожиданно всплыла в моей голове чужая фраза из прошлого мира.

Впрочем, с этой мыслью я был сейчас полностью согласен – вертел я мнение этой мерзкой сущности, мгновение назад активно старающейся меня убить.

– Ниц, тварь! – сухо бросил я, оглядывая демона.

Но тёмный и не думал подчиняться. Вместо этого, воспользовавшись тем, что я ослабил хват, он, напротив, попытался атаковать.

– Умрёшь!

Ответа не последовало. Тварь предприняла отчаянную попытку броситься в мою сторону, выпуская огромное облако чёрного дыма вокруг себя. Но я лишь покрепче ухватил бьющуюся в захвате сущность и без лишних сожалений стал рвать его на куски. Непередаваемый шелест, скрип, переходящий на ультразвук, и целая какофония до этой минуты незнакомых мне инфернальных звуков разлетелись по всей пещере, благодаря эхо заставляя поморщиться от их громкости.

– Господин, если его подчинить... – вслух произнесла Кали, проявившаяся рядом со страдающим тёмным.

– Нннннеее смоооошщщщщеттт, – перебил он демоницу, попытавшись при этом наотмашь её задеть своей лапой.

– Так хочешь умереть? – вмешалась Лилит.

– Дддафвноооо...

Короткий разговор быстро пришёл в никуда, поэтому мне пришлось завершить начатое, окончательно умертвляя, как оказалось, мечтавшего о смерти демона. Возможно, жизнь в гигантском кальмаре ему не очень была по нраву и тёмный тронулся умом, но что мешало ему покинуть эту тварь и бросить охрану этого места? А ведь именно охраной он, судя по всему, и являлся.

– Охраной и своеобразным тестом для того, кто решится претендовать на дар, – дополнила мою мысль Кали, прикусив нижнюю губу и оглядывая остатки разорванного на куски огромного старого демона. – А сбежать не мог, потому что был запечатан в нём. Я могу показать эти знаки на теле гуфрагки.

– Кого? – поморщился я. – Впрочем, плевать, не надо. Дай мне рюкзак, – бросил я демонице и сразу же достал оттуда большой электрический фонарик.

Включив свет и оглядевшись по сторонам, я пришёл к выводу, что лучше бы я его и не включал вовсе. Окружающий пейзаж больше походил на декорации из фильма ужасов и не способствовал желанию находиться здесь больше положенного.

– Боба, а можно было предупредить, а? Сказать заранее, что это очередное, мать его, испытание?! – недовольно поглядел я в сторону возвращающегося от мёртвого кальмара ежа, прекрасно вписывающегося благодаря своему не менее устрашающему внешнему виду в окружающую картину.

Весь измазанный голубой кровью мерзкого монстра, Боба флегматично плыл себе в нашем направлении, и утруждаться ответами не спешил. Что же касалось его поверженного оппонента, то огромный труп этой твари сейчас возвышался всего лишь на пару метров над водой, но даже так выглядел не только мерзко, но и очень страшно. Его кровь не изменила цвет воды, но сделала её крайне мутной, дополняя к и так сюрреалистичному антуражу новые нотки безумства.

Победить в прошедшей схватке колючему удалось, на мой взгляд, исключительно потому, что пока демон был внутри кальмара и противостоял мне, Боба умудрился нанести ему такое количество урона, что когда монстр лишился демонической силы, сопротивляться, да и особо двигаться, он уже просто не смог.

Ещё раз придя к мысли о том, что светить фонариком по сторонам была не лучшая идея, я вновь посмотрел на ежа.

– Ты доволен? Может, теперь домой, колючее ты недоразумение? – уже представляя, как плюхнусь в свою постель, произнёс я.

Но планам моим сбыться было не суждено. Исходя из того, что я понял по традиционно сумбурным объяснениям этой громадной колючей крысы, внутри этой пещеры он не может открыть разлом.

– Ты... ты серьёзно?! – воскликнув, бросил я, вновь включив фонарь и направив в сторону этого гуфрагки. – Ты хочешь, чтобы я мимо этого ужаса проплывал? У меня жопа сжимается от одного его вида! Психика детская и ранимая ещё, понимаешь? – бухтел я на полном серьёзе. – Да там крови его больше, чем воды... он хоть точно сдох? Кали, а ну проверь. Мало тебе было, морда колючая, что я в животе у змеи побывал?

Нервишки и правда к концу дня, мягко говоря, подводили. Хотелось выругаться, выговориться и дать кое-кому под задницу хорошего пенделя. Но с Бобой это, конечно, было только себе дороже... Да и не виноват он был, по сути. Переживает вон за меня, ходит, глаза в пол... А нет, показалось, жрёт что-то, поганец.

– Я ему душу изливаю, а он щупальце жуёт. Иди вон кальмара этого обожри, может, хоть в проход пролезешь, – прикидывая, как эта тварь вообще сюда через него протиснулась, добавил я.

– Господин, гуфрагки мёртв.

– Что это за слово такое у тебя опять?

– Гуфрагки – название этого вида существ. Они разумны.

– И чёрт с ним... Как выбираться будем? – оглядев окружающих, бросил я, но уловив их взгляды, сразу понял, что ответ на этот вопрос мне изначально известен и ничего принципиально не поменялось.

Достав из рюкзака припасённые бутерброды и бутылку с компотом, я присел на один из наиболее на мой взгляд удобных камней и стал есть. Так и сил больше будет, и настроение поднимется, и может, ещё что-то хорошее случится. Откуда только такой аппетит – не понятно…

– Пещеру обследуйте.

Но увы и ах, мне пришлось довольствоваться только тем, что желудок больше не просил его чем-нибудь подкормить – и на этом всё. Никаких шкатулок, посланий и уж, тем более, сокровищ. Демона и того подчинить не удалось, хотя этот был очень сильным. Даже пещера и та бесполезна – склад из неё, как из прошлой, не сделаешь – каждый раз сюда нырять у меня желания никакого нет. Поэтому, собравшись с духом и передав рюкзак демоницам, я в одних трусах направился во всё ещё мутную воду.

Слегка прохладная вода быстро выбила из головы все пессимистичные мысли. Мне, собственно, грех жаловаться, если посудить трезво. Усиление дара ведь очень неслабое получил, пусть и пришлось за это попотеть и жизнью рисковать, и вот сейчас непонятно в чём купаться...

Правда, сходу же отметил и другое: на этот раз «прокачался» только лишь мой дар. То есть, вновь возросло качество маны и, может быть, даже её объём, а также сила, позволяющая управлять демонами. Но никакого «бонуса» к телекинезу и его силе я, к сожалению, по собственным ощущениям, не получил. Пыхтел и над кальмаром, пытаясь его вытащить или хотя бы подвинуть в воде, а также попробовал выполнить парочку своих упражнений. Но увы, тут всё по-прежнему.

Проплывая мимо этой гигантской твари, я последний раз глубоко вдохнул и нырнул практически вплотную рядом с этим гуфрагки. Боба, как и в прошлый раз, плыл впереди, и уже умудрился протиснуться в проём грота, который должен был нас вывести наружу. Это означало только одно: несмотря на то, что часть щупалец мёртвым грузом осели на дне этого тоннеля, места для меня здесь будет с избытком и не придётся тереться о мерзкую кожу кальмара, покрытую множеством присосок.

Путь назад прошёл гораздо быстрее, хоть на последних секундах я вновь жадно искал воздух и грёб что есть мочи. Вынырнув и оглядевшись по сторонам, я сразу же выпустил Кали, которая в ту же секунду перенесла меня на скалу, откуда всё и началось. Голова убитого змея дожидалась нас здесь же, безжизненным взглядом встречая меня с Бобиком на небольшой площадке, с которой открывался вид на всю округу.

И ведь было на что посмотреть... собравшиеся вокруг монстры однозначно потеряли интерес к скале в центре озера и устроили самую настоящую грызню не на жизнь, а на смерть, превращая побережье этого места в какой-то филиал ада... Да, было их уже не так много – большая часть всё-таки разбежались, но это не значит, что на берегу внезапно стало много места.

– Что они творят? – удивлённо оглядывая происходящее, вслух спросил я.

– Такое происходит, когда много агрессивных тварей оказывается рядом друг с другом. Примерно то же самое можно наблюдать в преисподней, когда случается пробой, – отозвалась Кали.

Повернувшись к Бобе, внимательно следившему за округой, я окрикнул колючего, привлекая его внимание:

– Открывай портал.

Следом же, с помощью телекинеза поместил на спину ежа трофейную пасть убитого змея, стараясь не отвлекать его от порученного задания.

***

Поспать удалось всего час, но на удивление самому себе, самочувствие с утра у меня было отличным и никакой сонливости и в помине не было. Всё утро во время зарядки, утренней пробежки и завтрака я внимательно отслеживал своё состояние. И судя по всему, никакой сущности на этот раз ко мне не подселилось, что не могло не радовать.

Кто оставил для меня подобные возможности усиления вместе с экзаменами, кто вбил в голову Бобы и Бибы нужную программу по развитию моего дара, и для чего всё это – я мог только догадываться. Впрочем, последний вопрос был наиболее понятным: на мой взгляд, предок, позаботившийся о потомке, явно рассчитывал на то, что я пожелаю восстановить свой род и справедливость. Каковы мои планы сейчас, понимая всё это? А никакие.

Мстить за тех, кого я даже не знал, на текущий момент в список моих дел не входило как минимум потому, что этот самый предок плохо озаботился тем, чтобы снабдить меня нужной информацией. В сети и современных учебниках по истории старательно вычищали все упоминания о моём роде, будто таковых в нашем мире никогда и не существовало. Поэтому оставалось довольствоваться только скупой информацией от бабы Маши.

Бабушка рассказала мне о произошедшей войне, в которой скоропостижно был истреблён наш клан. Рассказала о заклятых врагах нашей фамилии, в числе которых на самом первом месте были фанатики веры. Но что конкретно произошло, кто участвовал в заговоре, кто предал, где мои родители и ответы на ряд других интересных вопросов ей были просто неведомы.

И всё прошлое там бы и оставалось, если бы не случившееся на этой неделе событие. К чёрту конфликт с аристократами, потрясло меня другое. Как выяснилось, Белорецкие, в лице князя и его младшего брата, каким-то образом поняли, кто я есть. Прямо с потрохами, со всей подноготной, причём по их же словам, знают они это уже достаточно давно, не предпринимая совершенно никаких действий. В том числе враждебных.

Папка с документами, которую передал мне граф, была ничем иным, кроме как моим досье. Черногвардейцев Алексей Михайлович, как гласили бумаги. Кстати, завтра, двадцатого мая, у меня был день рождения, который ранее мы с бабушкой праздновали на Новый год.

Белорецкие не просто так вскрыли свою осведомлённость. Граф от лица рода в очередной раз прямо поинтересовался о моих планах на жизнь и предложил свою помощь в кое-каких вопросах, в том числе, в вопросах становления полноправным дворянином.

Дело это не быстрое и требовало серьёзной подготовки, но начинать стоило уже сейчас. Именно поэтому мне настоятельно посоветовали оттяпать земель у Тенишевых и Коломойцевых: безземельный аристократ – посмешище. Именно поэтому настояли на том, чтобы я их подчинил, чему в итоге был свидетелем сам Сергей Константинович. Простолюдин, сумевший подмять под себя два дворянских рода, без сомнений, имеет право претендовать на титул. Их, кстати, за последние два десятка лет не так уж часто кому и дают – всего два раза за всё время, если говорить о княжеских, и чуть больше двух десятков – графских. О более мелких читать не стал.

Помимо этого, всегда есть вариант объявить себя миру и заявить о восстановлении рода. Но здесь, несмотря на то, что после соответствующих проверок, признать меня и дать титул будут просто обязаны, возникает ряд других проблем. А именно, огромная стая бывших врагов моего рода. По словам графа, в таком случае у меня будет как минимум по три покушения в день, и новые враги будут совсем не ровней тем, с которыми я разобрался недавно. И школьные стены меня защищать не смогут. Поэтому сейчас для этого точно не время, что, на самом деле, вполне логично.

Впрочем, это всё перспективы далёкого будущего, до которого ещё нужно дожить. Но фундамент мы начали закладывать уже сейчас.

Для чего всё это Белорецким? Вопрос довольно сложный. Сам граф от него красиво увернулся, ответив, что род Белорецких ценит мой вклад и помощь, оказанную им ранее, и желает ответить добром, потому как до текущей минуты такого шанса я им не предоставлял.

И даже если учесть то, что граф был со мной предельно честен, а люди такого уровня врут в исключительных случаях, коим я вряд ли являлся, это не отменяло того факта, что кое-что он всё-таки не договорил. Я долго изучал, насколько это позволяли открытые источники, политическую обстановку и в мире, и в частности – внутри Российской Империи. И не раз пришёл к выводу, что в современном мире внутриимперская политическая кухня настолько прочно устаканилась, что крупному игроку найти нового сильного союзника фактически невозможно. Кровные враги, союзники и условно нейтральные рода были давно и прочно обозначены, и ни о каких подвижках в этих вопросах на текущий момент речи не шло. В том числе и потому, что новых центров сил за прошедшие десятилетия вообще не появлялось. Так вот, я предполагаю, что Белорецкие, прекрасно знающие ситуацию, планируют вручную вырастить союзный подконтрольный клан – уж сил и влияния на это, если подыскать достойного кандидата, у них точно хватит. Особенно здесь, вдали от Москвы и тех акул, что могут спутать карты.

Вот тут-то как раз и появляюсь я. И если на счёт союзного клана на данный момент ничего против не имею, то становиться «подконтрольным» вообще не согласен. С другой стороны, обратных условий мне никто не ставил и всё вышесказанное было исключительно, хоть и небезосновательно, лишь плодом моих размышлений.

Все эти мысли внезапно стали роиться в моей голове после возвращения из разлома. Да так, что все утренние мероприятия, включая завтрак, пролетели, казалось бы, в один миг.

– У тебя в волосах что-то, – промолвил товарищ, нарушая тишину под конец нашего завтрака.

– Вытащи, пожалуйста, – спохватился я, оглядываясь в поисках директора. Не хватало ещё в очередной залёт перед ним попасть.

– Фу. Выглядит мерзко. Что это? – разглядывая на салфетке непонятную грязную слизь, брезгливо бросил Стёпа.

– Лучше бы тебе не знать... Посмотри, больше нет? – наклонил я голову в сторону соседа.

И ведь мало того, что в разломе целых три раза купался, так ведь и, вернувшись, не поленился и сходил в душ! Что за въедливая дрянь была в животе у того змея? Его башка, кстати, сейчас была перенесена в нашу пещеру, в ожидании лучших времён, когда этот трофей будет куда поставить.

– Нет, всё, – поковырявшись в моих волосах, ответил товарищ.

– Ну вот и отлично, – выдохнул я.

Наверное, со стороны это выглядело довольно нелепо, но мне было совсем не до того, что могут подумать сейчас окружающие. Учебный год близился к концу, а значит, наступила пора контрольных, а следом и экзаменов. Помимо этого, уже на носу маячила Зарница, и я на днях должен буду дать свой ответ Виктории Павловне. Но к сожалению, Васнецов пока так и не дал о себе знать, что тоже напрягало.

Тем не менее, несмотря на мои переживания и домыслы, Сергей всё-таки объявился. Уже ближе к последнему уроку, мне пришло сообщение с неизвестного номера. Парень сухо известил о том, что я могу позвонить после занятий, если разговор всё ещё актуален. Что, собственно, я и сделал, едва прозвучал звонок с последнего урока.

– Приветствую, надо поговорить с глазу на глаз. Не против?

– Привет, – следом возникла небольшая пауза, видимо, абонент на том конце малость смутился. – Тема беседы? У меня так-то дел своих хватает.

– Тема беседы – «Зарница», – серьёзно ответил я, не желая строить лишних интриг.

– Я не справочная, почитай об этом в сети.

– Если хочешь попасть на это мероприятие, жду тебя через десять минут в столовой, – не став дожидаться его реакции, я положил телефон и направился с друзьями в место, где проходили не только все наши обеды, но и обсуждалось всё на свете.

Глава 5

В столовую мы с Сергеем пришли практически одновременно. Встретившись с ним взглядом, я безмолвно предложил занять один из столов, указывая на него открытой ладонью.

– Я очень надеюсь, что брошенная тобой фраза не была шуткой, – присаживаясь напротив, произнёс Васнецов, внимательно уставившись на меня своими глазами.

– Никаких шуток. В команде осталось одно место, и я решил пригласить тебя, – серьёзным тоном ответил я, без труда выдерживая взгляд аристократа.

– Звучит бредово. Сбором команды занимаются не школьники. И уж, не посчитай за грубость – не пятиклассники, – без какой-либо агрессии заметил собеседник.

– Проверить достоверность моих слов у тебя будет возможность немного позже, – произнёс я, а затем, предупреждая один из его следующих вопросов, твёрдо добавил: – После того, как дашь предварительное согласие.

– Почему я? Мы с тобой, как бы, не друзья, – резонно заметил молодой аристократ.

Оглядев сидевшего напротив парня, я не смутился довольно прямолинейному вопросу, и напротив, был готов удовлетворить любопытство оппонента вполне честными ответами.

– Во-первых, несмотря на нюансы нашего с тобой знакомства, негатива у меня к тебе нет. Смею надеяться, что это взаимно, – отслеживая его реакцию, я продолжил: – Во-вторых, ты прекрасно себя показал на турнире и можешь серьёзно усилить нашу команду. Этого достаточно?

– Есть немало других ребят, кто хорошо выступил на турнире, – попытался возразить Васнецов, по всей видимости, выискивая подвох.

– И все они уже либо в нашей команде, либо в команде конкурентов. Той, которую собирает Тимофей Степанович, – закончил я.

Возникла небольшая пауза, во время которой мы обменивались многозначительными взглядами. Благородный держал марку и, образно говоря, не бросался в мои объятия, на радостях от полученного предложения. Но я этого и не ждал, хотя всем за столом было понятно, что парень буквально в шаге от того, чтобы вытащить свой счастливый билет. И это было действительностью даже по меркам аристократов его уровня.

– Есть какие-то нюансы, о которых мне стоит знать заранее? – нарушил тишину Сергей, немного сместив фокус диалога в другое русло.

– Да. Один и самый главный. Лидером этой команды буду я, но на бумаге им значиться будешь ты, – уперевшись взглядом в его лицо, твёрдо и без колебаний озвучил я.

– И почему я должен на это согласиться? – позволил себе лёгкую ухмылку Васнецов.

– А почему не должен? – не желая уходить в оправдания и уговаривать собеседника, ответил я вопросом на вопрос.

– Мне известно, что без аристократа в команде заявка на турнир потеряется в бумагах и выше не пройдёт. Уверен, будь в вашем составе хоть один благородный, мне бы текущее предложение не поступило бы, – вслух порассуждал Васнецов, а затем добавил: – Что скажешь?

Позволив себе небольшую паузу, я, сохраняя серьёзный вид и стараясь не выдавать удивление его излишней осведомлённости, принялся отвечать:

– Скажу, что ты подготовился. Молодец, – задумчиво кивнул я на свои слова и продолжил: – Но условия не меняются. Заявка на участие в Зарнице уходит через три дня. Соответственно, на «подумать» у тебя, Сергей, остаётся только два. Приятно было побеседовать, спасибо, что пришёл, – поднялся я с места и протянул руку благородному.

Васнецов, спустя мгновение также встал и, выдержав небольшую паузу, ответил на рукопожатие.

«Вот ведь говнюк...» – усмехнулся я. Информацию о том, что нам нужен аристократ и какую роль его присутствие играет, я, естественно, скрывать не собирался. Правда и выдавать её в неудобный для себя момент тоже не спешил. И уж не знаю как, но судя по всему, Сергей примерно понимал, о чём будет идти речь в ходе нашего сегодняшнего диалога, и удосужился к нему подготовиться.

Поставив благородному жирный плюсик за это дело, я направился к своим друзьям, уже вовсю предвкушающим от меня подробности произошедшей беседы.

– Даст ответ позже, – предупреждая все вопросы, коротко озвучил я, оглядев сидевших за столом ребят, не став при этом вдаваться в нюансы.

Когда обед подошёл к концу и мы стали собираться на выход, Алиса негромко меня окликнула, встав сбоку. Едва я остановился и загруженный собственными мыслями повернулся в её сторону, Белорецкая подала какой-то условный знак своей охране, и те моментально окружили нас, закрывая собой от любопытных взглядов окружающих.

В следующую секунду девчонка расстегнула верхнюю пуговицу на своей белой блузке и вытащила на моё обозрение шикарный массивный кулон, представляющий собой обрамлённый в золото камень, на толстой витой цепочке. Как можно было догадаться, камень именно тот, что совсем недавно я подарил маленькой княжне.

– Спасибо, Лёша. Он очень красивый и сильный, – затем, по-детски хихикнув, Алиса добавила: – Дома все ломают голову от того, где ты его достал.

– Где достал, там больше нет... – почесав затылок, задумчиво ответил я, разглядывая работу мастера.

Да уж, повадился я просто так раздавать многомиллионные подарки, не зная им цены. Но с другой стороны, жалко отчего-то тоже не было. Хотя впредь, я зарёкся с такими вещами быть внимательнее. Во-первых, подобный жест могут банально неправильно понять, благо, сейчас всё можно списать на возраст. А во-вторых, на будущее следует учитывать такой момент, как «соразмерность услуг». Ибо в противном случае меня могут легко принять за малообразованного примата, готового с радостью менять блестящие стекляшки чуть ли не на еду.

– Очень красивый кулон получился, – улыбнувшись, добавил я. – Тебе идёт.

И это было правдой. Несмотря на некую громоздкость, изделие приятно смотрелось на малышке, хотя, конечно, никто напоказ подобную вещь носить не будет.

– Только ты мне больше ничего такого не дари, пожалуйста. Мама меня отругала, – опустив глаза, скромно добавила Алиса.

«Отругала, но подарок возвращать заставлять не стала», – подумал я, едва сдерживая улыбку. Похоже, кто-то с более прагматичным подходом всё же настоял, чтобы камушек оставили.

– Передай маме, что это исключительно ради повышения уровня твоей безопасности, – громче, чем нужно, произнёс я для окружающей нас охраны, а затем тише, почти шёпотом добавил, прикладывая палец ко рту: – Ну а если вдруг что, мы им ничего не скажем.

Белорецкая довольно хихикнула, состроив хитрую моську, ну а я, поглядывая на часы, понял, что рискую опоздать, и поспешно произнёс:

– Ладно, носи на здоровье, мне уже пора бежать.

Попрощавшись с девчонкой, я спешно покинул столовую, вместе с дожидавшимися меня внизу друзьями отправляясь в выделенный специально для нашей команды спортзал. Охрану к этому дню с меня уже сняли, сообщив, что по докладам разведки, «угроза миновала». Поэтому с ребятами из Тайфуна мне пришлось попрощаться, хотя, если честно, к их присутствию и опеке я стал постепенно привыкать.

Добравшись до места наших занятий, я уже традиционно издалека отметил ожидавших нас Мишу с Ксюшей. Правда, на этот раз рядом с Волковым стояла ещё и его девушка, имя которой я запамятовал.

– Вы не против, если Настя с нами позанимается? – обращаясь ко всем, но остановившись взглядом на мне, произнёс Михаил, когда мы приблизились.

– Нет, пускай присоединяется, – приветливо кивнул я девушке.

Мы с Максимом тоже пришли не вдвоём – с нами были и Стёпа, и даже Алина с Машей. И если Белорецкая просто периодически «тусила» с нами за компанию, так сказать, для обмена опытом, то остальных моих друзей я позвал, отчётливо понимая, что от тренировок со мной и остальными чемпионами они, вероятно, получат больше пользы. Да и привыкли мы вместе заниматься и традицию эту нарушать не стали даже сейчас.

К тому же, Алина пришла сюда сегодня, как говорится, не с пустыми руками. Не совсем уверен, что это была её личная идея, но подруга предложила мне, чтобы нашу команду тренировал её личный инструктор. Во-первых, он имеет представление о том, что происходит на турнире, а во-вторых, должен всё-таки иметь опыт и навыки организации учебного процесса, в отличие от меня.

И едва вся наша объединённая группа, поприветствовав друг друга, вошла в зал, как послышался строгий командный голос из-за спины:

– Строиться, тараканы!

Следом мимо нас по помещению прошагал слегка полный мужчина среднего роста, и оглядывая нас цепким взглядом, рыкнул вдогонку, добавляя стали в голос:

– Быстро!

Переглянувшись с Алиной, которая лишь скромно пожала плечами, мол, она тут ни при чём, мы выстроились в одну линию.

– С одобрения Его Сиятельства, уважаемого графа Белорецкого, я был направлен сюда, к вам, обормотам, дабы в короткий срок подготовить вашу шайку-банду к грядущему выступлению на турнире, – встав перед нашей шеренгой, стал громким звонким голосом с лёгкой хрипотцой вещать мужчина, оглядывая каждого в строю. – Обращаться либо по званию, то бишь «господин майор», либо по имени-отчеству – Геннадий Иванович. Я пока что понятно объясняю?

Загоревшее, гладко выбритое лицо, короткая армейская стрижка и воинская выправка моментально выдавали в нём кадрового военного, коих я в своей прошлой жизни навидался не счесть сколько и узнавал, едва взглянув на человека.

Несмотря на то, что наше учебное заведение выпускало в том числе и будущих военных, отвечать согласно воинскому уставу никто из нас был ещё не приучен, кроме, как оказалось, Миши, Насти и Ксюши. Собственно, именно они сейчас и прокричали в один голос «Так точно!»

– Бардак, – вздохнув, заключил наш новый сенсей, обходя строй с нахмуренной рожей и заглядывая каждому из нас в лицо, кроме, конечно, своей ученицы. – Тэк-с... те, кто будет в одной команде на Зарнице, встаньте вместе. Остальные – на два шага правее, – остановившись напротив меня, совершенно обычным и спокойным тоном произнёс он, и следом же добавил, уперевшись в меня взглядом: – Так вот ты какой, Обломов...

Следующие несколько секунд майор, не стесняясь, изучал меня практически с ног до головы, а затем быстро пробежался глазами и по вставшим по обе стороны от меня ребятам.

– Не понял. Где пятый?

– Последнего ещё не нашли, – ответил я, понимая, что вопрос адресован мне.

– В ВДВ последнего не бывает! Только крайний! – недовольно рыкнул майор, одаривая меня колючим взглядом.

– Но мы ведь не в ВДВ, – пожал я плечами, возвращая военному безэмоциональный взгляд.

– Пока я рядом с вами, вы, – ткнул он пальцем перед собой, следом чертя горизонтальную линию напротив наших лиц, – все в ВДВ!

Ну вот... отбитого солдафона нам тут ещё не хватало. На что я подписался? А ведь Алина этого майора постоянно хвалила... как она вообще его терпит? Впрочем, скорее всего, почти так же, как и я всю свою прошлую жизнь. Правда, я, со временем, наверняка, стал превращаться в нечто подобное. Хотя, харизмы ему, к слову, было не отнимать. Майор умело играл интонацией, нередко вызывая улыбки на лицах окружающих, даже когда говорил на повышенных тонах. Была в нём какая-то задоринка.

– В десанте служат одарённые? – удивился я, решив проявить любопытство.

– И только исключительно мы, – громко закончил за меня мужчина, лязгнув своим голосом, а затем, резко меняя тон и тембр, спокойно спросил: – Что, серьёзно ещё не нашёл?

– Пятый – я! – ворвавшись в зал, громко произнёс Васнецов, и остановившись в паре метров от майора, добавил: – Разрешите встать в строй?

Глава 6

Геннадий Иванович перевёл на меня вопросительный взгляд, на что я, удивлённо, в свою очередь, оглядывая Васнецова, утвердительно кивнул, вслух добавив:

– Нашёлся.

Обмениваясь многозначительными взглядами с Сергеем, пока тот стоял напротив нашего строя, мы не сразу услышали команду майора.

– Становись в строй, – следом, оглядев аристократа, военный добавил: – Предупреждаю сразу, во время тренировок и в целом, на время нашего сотрудничества, отношение ко всем подопечным у меня одинаково хреновое, вне зависимости от сословного статуса и древности фамилии. Поэтому если среди присутствующих имеются особо ранимые, им лучше покинуть зал сразу, – оглядывая нас, но не обращаясь ни к кому конкретно, объявил Геннадий Иванович.

Тем не менее, я был уверен, что в первую очередь эти слова были направлены в сторону появившегося в последнюю минуту здесь благородного. И в то же время, зуб даю, сказанное абсолютно никоим образом не коснётся Белорецкой. В остальном же, радоваться особо не приходилось: с первых же секунд солдафон показывал особенности своего дурного характера, что не могло вызывать приступов радости. Надеюсь, что слова подруги о его высоком профессионализме окажутся правдой, потому как иначе, мне ещё один проблемный персонаж рядом с собой даром не нужен – одним директором сыт по горло.

– Вижу всех всё устраивает, тогда начнём, – разворачиваясь к нам спиной, бросил военный и добавил: – Вашей пятёрке предстоит вести боевые действия в составе отряда. То бишь, работать в команде, прикрывать друг друга, грамотно защищаться и атаковать. К достойному уровню слаживания многие отряды идут годами, у нас же в запасе столько времени нет, поэтому постараемся освоить хотя бы базовые вещи, – открывая ящик со стальными клинками, он, придирчиво нас оглядев, произнёс: – Надеюсь, среди присутствующих нет инвалидов без барьера?

К счастью, таких и правда среди нас не оказалось. Повинуясь следующей команде нового учителя, все, в том числе ребята, пришедшие сюда с нами за компанию, взяли себе в руку по учебному клинку и вернулись в строй.

– Занимайте оборону, защищайтесь. Проведём тренировочный бой без применения способностей. Готовьтесь, – повернувшись в мою сторону, произнёс мужчина и подошёл вплотную к отдельно стоявшей четвёрке наших друзей.

Отметив, что майор начал их о чём-то негромко инструктировать, я понял, что нужно бы тоже не терять времени.

– Миша, шаг вперёд. Мы с тобой в авангарде, – рассудив, что у меня с Волковым из присутствующих барьеры на самом высоком уровне в группе, скомандовал я. – Сергей и Максим – по флангам с двух сторон от Ксюши. Работаем от защиты, вперёд не вырываться, за спину никого не пускать. Как приняли?

– Принял, – отозвался товарищ, остальные же просто молча заняли указанные места.

– А мне что делать? – подала голос Ксения.

– Даром отодвигай и путай ноги наиболее активным. Учись делать это незаметно. Пока всё, – оглядев девчонку, бросил я.

Как её применить иначе в таком бою, я не представлял, как и в целом не понимал, что с ней делать в команде. По регламенту соревнований в отряде обязательно должна была быть хотя бы одна девушка, и только поэтому я согласился на присутствие Ксении. Но в практическом смысле, на текущую секунду, смысла от девчонки никакого не было.

Можно ли было найти кого-то посильнее неё? Возможно. Но вряд ли среди простолюдинов. А если искать среди аристократов, то в таком случае начинался такой же квест, как и с Васнецовым. Я, кстати, до сих пор удивлён, что он так быстро согласился и не стал тянуть время и выбивать какие-то дополнительные условия.

Тем временем, наши друзья, напрягая лица и перехватив покрепче свои клинки, твёрдой походкой направились в направлении нас, будучи возглавляемыми новым инструктором. Ребята также изобразили некое подобие строя и, не мешкая, практически одновременно атаковали, едва вышли на дистанцию ближнего боя.

Степан с Машей вышли на Максима вдвоём, хотя я бы на их месте отдал Машу в помощь Белорецкой, которая оказалась напротив меня.

Геннадий Иванович взял на себя Мишу и моментально связал его с собой боем. И пусть на Волкова у него приходилась большая часть внимания, своими молниеносными атаками майор частенько доставал бившегося с Настей Васнецова, сбивая с того спесь и не позволяя парню развить хоть какой-то значимый успех с противником кратно ниже его по уровню. Да, девчонка знала с какой стороны держать меч и вполне себе неплохо с ним обращалась, но с чемпионом ей, конечно, сравниться было нельзя. Но как оказалось, ей этого и не требовалось.

Что касалось меня самого, то оказавшаяся напротив Алина начала бой неожиданно дерзко и жёстко. Я даже малость опешил от такого напора, и в ту же секунду за это поплатился, получая клинком по голове от рядом с ней бьющегося майора.

По сему выходило, что несмотря на то, что команда противников явно уступала нам качеством бойцов, одного майора было вполне достаточно, чтобы нагрузить сразу двоих из нашего отряда, а также не давать расслабляться и третьему бойцу в лице меня.

Удар был настолько отрезвляющим, что я, прикусив губу, быстро взял себя в руки и за ближайшую минуту реабилитировался в собственных глазах. Подловив момент, хитрым финтом отвёл удар соперницы от своей головы и следом же выбил клинок у неё из рук, завершая атаку пинком в грудь Алины, отправляя её на кратковременный отдых, тем самым ненадолго исключая девчонку из нашего противостояния. Получилось довольно жёстко, но на наших тренировках и не такое бывает. Если они надеялись, что я с девчонкой буду сюсюкаться, то зря. В конце концов, это вредно для неё самой.

Всё это было проделано не для того, чтобы красиво расправиться с Белорецкой, а исключительно ради последующей атаки. Моментально переключившись на инструктора, я стал забирать немалую часть его внимания, стараясь наносить удары по этажам, тем самым позволяя Мише провести одну удачную серию. Правда, будь этот бугай более аккуратным и приспособленным для боёв в паре, успех можно было бы развить и более серьёзный. А так, выходило, что мы периодически мешали друг другу, отчего «напарник» явно злился, хоть и старался открыто этого не демонстрировать.

По итогу выходило, что инструктор довольно легко отбивался от нас с Мишей, сделав пару шагов назад лишь единожды. Догонять его в ту секунду, чтобы не разорвать строй, я не позволил ни себе, ни Волкову, придерживая парня за рукав.

Несмотря на обилие промелькнувших перед глазами событий, всё это успело произойти за довольно короткий срок. Алина растерялась ненадолго, и быстро сбегав к ящику с оружием, спустя пятнадцать секунд вернулась уже с другим клинком в бой. Её прежнее оружие я намеренно отшвырнул ногой себе за спину, как раз таки подобного эффекта и добиваясь.

– Настя! Смена! – пробасил майор.

Рекомая, услышав команду, сразу же сделала пару шагов назад, оставив своего противника на учителя, после чего, сделав небольшую дугу вокруг своего отряда, пришла на помощь к Маше и Стёпе. Последние с Максимом справиться не могли даже вдвоём, правда, ему Ксюша вроде как чем-то помогала, но видеть этого я не мог, а Кали докладывала мне лишь то, что считала более важным.

В целом, бой хоть и был довольно динамичным и непростым, но было очевидно, что в ход не идут все резервы и ребята бьются, экономя силы.

Также я невольно отметил, что несмотря на то, что майор бился одновременно с двумя бойцами, не считая периодической моей помощи ребятам, особого успеха в бою с ним достичь так и не удалось. А это, на минуточку, два чемпиона-старшеклассника.

– Достаточно! – пробасил инструктор и сделал шаг назад. – Строиться.

Дождавшись, пока мы все встанем в одну линию, мужчина подобрел взглядом и, оглядев нас, произнёс:

– По большей части все присутствующие меня приятно порадовали. В бездумные атаки никто не срывался, строй старались держать. Даже кое-кто пытался провести несколько ментальных атак, – хохотнул майор. – Недочёты будем разбирать отдельно, и да – через пару дней вернёмся в общий зал. Нельзя, будучи в школе, не использовать имеющийся ресурс, – выждав небольшую паузу, инструктор вновь резко сменил тон и стал едва ли не рыком раздавать указания. – Ты и ты, вместе против него! Сразу начали, не ждём! Вы вдвоём бейтесь, – мягче он добавил для Белорецкой и Насти, а затем, хищно улыбнувшись, оглядывая меня, Волкова и Васнецова, добавил: – Ну а вы будете биться со мной. Ксения, ты там тоже ворон не считай, со спины за парнями приглядывай. Нет-нет маны подлей, ну и что умеешь.

На этих словах мы с ребятами синхронно перевели свои взгляды в сторону Арментьевой, на что та лишь скромно повела плечиком. Во дела... в ней, никак, дар лекаря открылся?!

Удивлению моему не было предела. Это вполне себе объясняло выбор Виктории Павловны в пользу девчонки, да и её саму моментально превращало из обузы, в ряды которой я опрометчиво мысленно записал Ксюшу, в полезного для отряда человека.

Итого выходило, что нас, вместе с Ксенией, было четверо, против одного инструктора. И несмотря на то, что мы фактически сразу обступили его со всех сторон, двигаться в направлении ближайшей стены, чтобы защитить спину, он не стал.

– Бой! – объявил майор и следом же обозначил короткий выпад в сторону Михаила.

Последний мгновенно среагировал и, отбивая удар, сразу же перешёл в контратаку. Не стали стоять на месте и остальные ребята, включая меня. Буквально со всех сторон обрушившись на учителя, мы с удивлением через секунду обнаружили, что противник в два движения, каким-то макаром вышел из нашего окружения и уже развивал свою атаку, тесня нашу четвёрку, оказавшуюся прямо перед ним.

Времени изумляться плавным и отточенным движениям инструктора, собственно, не было вообще. Пользуясь тем, что после его манёвра мы неизбежно мешаем друг другу, толкаясь локтями и плечами, Геннадий Иванович не только по несколько раз протестировал барьер каждого из нас, но и умудрился выбить клинок из рук у Волкова.

Миша от такого поворота событий здорово покраснел, как я успел вскользь заметить, и вернувшись назад с оружием, стал сражаться с удвоенной яростью.

Все наши попытки окружить майора и в полной мере воспользоваться нашим численным превосходством, легко разбивались о его невероятное чувство дистанции и умение в самый последний момент уйти с линии атаки. Это было похоже на боксёрский «циркуль», во время которого инструктор, сделав шаг в нужную сторону, проворачивался на одной ноге и выходил на уже более выгодную позицию, где сейчас противники в лице нас, были спереди.

Да, нередко это сопровождалось несколькими пропущенными от кого-либо из нас ударами, но их явно было бы больше, если бы майор оставался зажатым внутри нашей тройки.

Ксюша периодически стояла с вытянутой рукой в направлении одного из нас. В полной мере прочувствовать влияние её дара мне удалось под самый конец поединка. Как оказалось, девчонка восполняла нам запас энергии, благодаря которому ребята не только чувствовали себя бодрее, но и не оставались без маны. Действие её дара ощущалось как приятное тепло в груди и растекающаяся по мышцам бодрость. Правда, надолго Ксению не хватило. Уже через десять минут поединка девчонка побелела кожей и плюхнулась на пятую точку, не в силах нам как-то более помочь.

Ещё через пять минут, майор нас поочерёдно обезоружил и следом же объявил о конце поединка. Вот так всё и закончилось... три школьных чемпиона не смогли заставить даже как следует вспотеть одного мужика, не то что одержать над ним верх. От такой мысли стало малость неприятно. Не то чтобы задетое самолюбие... хотя и оно тоже, но себя я оценивал немного выше, чем удалось показать.

Геннадия Ивановича, конечно, «простым мужиком» совсем не назовёшь, несмотря на странную манеру общения и, как сказала Алина, отсутствие какого-либо дворянского титула. «Простого мужика» ей в качестве личного инструктора однозначно бы не взяли. Надо бы узнать о нём поподробнее...

Бились, кстати, все честно, никаких уловок с помощью телекинеза в свою сторону я не ощущал, и ничем подобным не стал заниматься и сам. Думаю, и остальные не рискнули.

– Строиться, тараканы! – рыкнул он злым басом, не замечая как все мы без исключения глубоко и громко дышим, стараясь восстановиться после изнурительной схватки.

– Лёгким бегом вокруг зала. Все, кроме Ксении, марш! – пробасил он следом. А затем, повернувшись к девчонке, уже совершенно спокойно произнёс: – Рыбка моя, ты зачем раньше времени стала им подливать? Так не делается, – терпеливо добавил он, присаживаясь на корточки рядом с Ксюшей. – Ждёшь, пока они собственные ресурсы подызрасходуют, только потом включаешься. Оно, во-первых, и им полезнее будет, так как тренировка, а во-вторых, и тебя на дольше хватит. Всё поняла?

– Так точно, господин майор, – хлопая глазками, пролепетала Арментьева.

Зал был не очень большой, и детали их разговора не ускользали от наших ушей даже во время лёгкой пробежки.

– На шаг перешли, – вновь рыкнул инструктор, спустя какое-то время.

После нескольких минут спокойного шага по периметру зала, в течение которых мы с ребятами восстановили дыхание, вновь прозвучала команда строиться.

– Итак, промежуточные итоги первой встречи, – заложив руки за спину, начал говорить инструктор. – В принципе, по отдельности вы все представляете из себя довольно неплохой материал. При должном усилии, вполне можно слепить достойный отряд, а не то говно, которым вы сейчас являетесь, – без агрессии в голосе и спокойным тоном произнёс майор, слегка поморщившись в конце. – Обмельчали, конечно, богатыри на Руси-Матушке, но ничего, в вашем возрасте ещё не всё потеряно.

Дальше была уже общая тренировка, во время которой майор внимательно наблюдал за поединками, периодически меняя нас между собой и комментируя ошибки. Продолжалась тренировка около трёх часов, по окончании которой мы все были мокрые, уставшие и немного голодные.

***

– Привет, дядя Святогор, – улыбнулся я, присаживаясь напротив мужчины.

За прошедшие пять лет он не особо изменился, но черты лица всё же стали грубее. Ярко выраженные скулы и волевой подбородок дополняли образ не покидающего полевой лагерь воина. Высокий, сухой, поджарый, он смотрел на меня с улыбкой, едва я появился в поле зрения дядьки.

Вечерняя набережная в будний день радовала не очень большим количеством людей, поэтому мы могли с комфортом разместиться вдвоём за столиком одного из стоявших здесь пустующих кафе и спокойно беседовать, не переживая быть кем-то подслушанными.

– Вымахал, Лёшка! – сгребая меня в свои объятия, произнёс дядька, прежде поприветствовав.

Проболтав около десяти минут ни о чём, дядя Святогор внезапно посерьёзнел взглядом и, отпив принесённого услужливой официанткой кофе, промолвил:

– Я полагаю, ты меня не просто так выдернул со словами «У меня всё хорошо, но ты мне срочно нужен».

– Всё верно, дядя. Начну издалека, – выдержав серьёзный взгляд собеседника, ответил я и после продолжительной паузы продолжил: – Помню ещё в самом детстве ты нередко делился, что более не желаешь служить в войсках. Но после того как угроза спала и активность аномалий вернулась в свою так называемую «норму», ты отчего-то не стал спешить возвращаться в родную деревню, хотя возможность такая была и есть.

Внимательно меня выслушав и буквально на мгновение улыбнувшись, дядя произнёс:

– Всё просто, Лёшка. Деревня эта мне никакая не родная... Всё, что у меня там было, это ты с бабой Машей. А сейчас... сейчас ты в этой школе, а меня там более ничего и не держит. Скорее даже напротив... – взгляд Святогора был направлен поверх меня, а в голове мужчины явно прокручивались не самые приятные воспоминания.

– Не будем о плохом. Перехожу сразу к делу, – деловым тоном начал я, отгоняя прочь всплывающие картины из прошлого. – Мне нужен человек, которому я могу доверять. Я бы хотел предложить тебе работу.

– Работу?.. – удивлённо вскинул брови собеседник.

– Именно.

– Неожиданно, – позволил себе усмехнуться Святогор, а затем добавил: – Даже если отнестись к твоему предложению на полном серьёзе, я не могу взять и всё бросить. У меня свой отряд, и я имею обязательства перед парнями. Мы с ними через многое прошли, и оставить их...

– Не надо их оставлять. Я готов дать работу вам всем.

Мужчина напротив завис с уже совсем нескрываемым удивлением на лице, продолжая внимательно изучать меня взглядом.

– Дела-а, – хохотнув, бросил дядя Святогор, нарушив возникшую паузу. Серьёзная мина окончательно покинула его лицо. – Дни, когда ты был обычным ребёнком и не заставлял всех вокруг ежедневно удивляться, уже стёрлись из моей памяти. Ну-у... рассказывай давай, что опять натворил.

Глава 7

Семь дней назад

– В общем, сон Софии сбывается. Он предложил мне место в команде, – сидя на лавочке в школьном саду и оглядываясь по сторонам, произнёс в трубку молодой парень.

– Какие условия? – раздалось в ответ.

– По сути, только одно. Обломов хочет быть лидером отряда, – спокойным, но весьма недовольным тоном отозвался Сергей.

– Это неслабый имиджевый удар... – вслух задумался абонент на том конце связи, слегка раздражаясь. Но тем не менее, однозначно отказываться он спешить не стал.

– Понимаю, отец. С другой стороны, я с детства хотел туда попасть...

– А я с детства тебя учил, что выражение «я хочу» – это не аргумент. Мужчина, не контролирующий свои «хотелки», обречён быть их рабом.

– Это будет полезно для рода и для меня в частности, – послушно поправился парень, ничуть не раздражаясь нотациям отца.

– Да уж... тут не поспоришь. Сколько у нас есть времени подумать?

– Два дня. Затем они отправят заявку на турнир.

– Значит, подобные предложения, если он не идиот, будут озвучены и другим родам, – заключил граф Васнецов, развивая свою мысль.

– С другой стороны, на бумаге командиром буду я, – выдал Сергей придерживаемый аргумент, который несколько менял ситуацию.

– Не понял... – слегка опешил мужчина, что чувствовалось даже через телефон. – Он добровольно это принял?

– Да. Думаю, что сам всё понимает.

Возникла небольшая пауза, которую спустя несколько мгновений нарушил Фёдор Анатольевич.

– Это уже другой разговор. В таком случае, условия вполне приемлемые. В конце концов, неформальное лидерство – штука переменчивая... Я даю добро, – заключил граф.

– Д-да? – отчего-то удивился Васнецов-младший.

– Да, – твёрдо обозначил своё решение его отец и добавил: – Тут, в общем-то, есть ещё кое-что... мне птичка нашептала, что граф Белорецкий временно выделил под тренировки какой-то школьной команды своего дружинника из личной гвардии. Опытный ветеран в ранге Мастера, у которого точно есть чему поучиться. Так что вечером жду от тебя доклад о первом дне тренировок.

– Ну... хорошо. Принял, – не особо веря в происходящее, растерянно ответил Сергей.

Ещё секунд десять он просто сидел с телефоном в руках, после чего спешно поднялся и направился в сторону спортивных залов, в одном из которых, по логике вещей, и должны были проходить тренировки его новой команды.

***

Вся следующая неделя прошла в довольно напряжённом графике. Конец четверти в школе ознаменовал целую череду контрольных работ, что неизбежно оттягивало на себя немалую часть моего внимания. Да, учёба по-прежнему давалась мне достаточно легко, но в отличие от начальных классов, уроки уже не делались за десять минут и времени обучению приходилось уделять значительно больше.

Основная причина этому – различные исторические события и открытия. К примеру, законы Ньютона в этом мире открыл какой-то Вудс, а теорему Пифагора доказал Анаксимен. И так было если не во всём, то во многом.

Из чего выходило, что некоторая часть моих знаний из прошлой жизни здесь были попросту неактуальны, что-то просто забылось, а в чём-то я и раньше был не особо силён.

Вторую половину времени заняли всевозможные тренировки с новым тренером. Майор Ланцов, фамилию которого позже нам сообщила Алина, изобретательно подошёл к нашим тренировкам, и несмотря на особенности его характера и странную манеру общения, я был очень рад, что ответил согласием на предложение Алины заниматься с её инструктором.

Вместе с окончанием учебного года близилась и дата старта глобального имперского мероприятия, мысли о котором занимали головы всех наших ребят. Геннадий Иванович не стеснялся и не ленился напоминать о том, как нам повезло, что у нас есть шанс там оказаться, и самое главное – быть одной из команд, представляющих княжество. Последнее накладывало и свои обязательства: как минимум, «не обосраться», если цитировать самого майора.

В конце недели было решено провести тренировку в общем зале со старшеклассниками. Из них инструктора набрали два десятка самых подготовленных ребят, и всю эту толпу, разбив на четыре группы, отправили на наш отряд с одной простой целью – разнести местных чемпионов.

И если кто-то мог подумать, что Геннадий Иванович во время этого группового поединка с количественно превосходившим нас противником был на нашей стороне, выкрикивал нам советы или хотя бы просто молчал, то он ошибался. Напротив, майор беззастенчиво отвёл в сторонку всю толпу и не просто накидал им пару стратегий, но и умудрился так накачать духом ребят, что едва прозвучал гонг, те обрушились на нас будто на заклятых врагов.

Естественно, первое, что мы сделали – это отступили к ближайшей стене, чтобы не переживать о тыле и единственном слабом звене отряда – Ксении. В следующие пару минут мы активно сбивали спесь с самых агрессивно настроенных ребят, выбивая им оружие и старательно нанося как можно более жёсткие удары, чтобы прочность барьеров противников стремительно угасала.

Но эта тактика, вкупе с нашей честностью и добровольным отказом даже незаметно пользоваться телекинезом, оказалась проигрышной. По прошествии нескольких минут, мы были просто зажаты между разбушевавшейся толпой и стеной за нашими спинами. Фактически не считаясь с входящим уроном, ребята старались полностью блокировать нам все конечности, в то время как их товарищи с задних рядов абсолютно безнаказанно лупили нас из-за спин впереди стоявших, медленно, но верно понижая прочность наших барьеров. Со стороны всё это наверняка походило на обычную детскую «кучу-малу», в которой нас просто пытались завалить телами, параллельно избивая стальными клинками по голове.

– Так не пойдёт, – рыкнул я. – Отбрасывайте их даром!

– Но!..

– Никаких «но»! – решительно добавил я, понимая, что так долго наша команда не протянет, и первым сконцентрировался на впередистоящих ребятах, отталкивая всю толпу на метр от себя.

Следом же, пользуясь их недоумением, моментально переходящим в негодование, я разразился целой серией ударов, нещадно обрушая на головы раздосадованных ребят свой стальной меч.

Моему примеру последовали и Сергей с Максимом, развивая успех начатой мной атаки. А вот Волков упёрто старался действовать по правилам и «вывез» только благодаря тому, что мы с Васнецовым отбросили большую часть навалившихся на него ребят.

На раздавшиеся по всему помещению возгласы негодования, майор, как и остальные инструкторы, наблюдавшие за боем, реагировать не стал. Далее так активно прибегать к помощи телекинеза уже не пришлось. Достаточно было периодически кого-то из атакующих придерживать за ногу, за руку или даже за клинок, не позволяя тем самым навалиться на нас всем скопом, как это было ранее, и в целом нормально вести бой.

Наша атака телекинезом послужила спусковым крючком, и часть противников также решились атаковать ментально. Правда, лично мне их атаки были до фени, как и Васнецову. А вот Мише с Максимом было сложнее, всё-таки один больше развивался с упором на физику, а второй банально пока ещё не дорос до нужного уровня. Тут уж вмешался я, заставляя самых наглых и не стесняющихся после произошедшего открыто нас атаковать, присесть на пятую точку, держась за голову. Делал всё аккуратно, насколько это могло получаться вкупе с одновременным ближним боем, и это подействовало – ребята брали в руки оружие и, уже не чувствуя моих атак, шли драться на мечах.

Бой кончился тем, что большая часть нападающих остались без барьера и выбыли, а остальные банально выдохлись. Да, поединок этот честным с нашей стороны назвать было нельзя. Но и быть забитым толпой старшеклассников я при любом раскладе желания не имел.

Наша пятёрка, напротив, сейчас выглядела достаточно бодро, но это всё было исключительно благодаря Ксюше. Правда, сама Арментьева едва стояла на ногах, хотя и была при этом абсолютно цела и невредима. Девчонка, по словам тренера, неплохо качала свой дар на подобных тренировках, но давалось ей это, судя по её виду, очень сложно.

– Достаточно, – грозно рыкнул майор, хотя никто из сторон уже и не рвался в бой.

Из двух десятков старшеклассников, лупивших нас на протяжении последнего получаса, напротив стояло только восемь. Остальных, несмотря на по большей части показушное рвение продолжать бой, инструктора принудительно отстранили – без барьеров шутки быстро заканчивались, и ребята могли получить серьёзные травмы.

***

– Строиться, тараканы! – рявкнул майор, глядя на нашу пятёрку. – Остальные – в конец зала, разбиться по парам и биться так неистово, чтобы звон ваших клинков ласкал мой слух! – бросил он в сторону находящихся вне команды ребят и сразу же добавил: – Степан, ты здесь останься.

После минувшего боя, новый учитель поблагодарил наших оппонентов, похвалил их выдержку и напор, и постарался каждому дать ценный совет, чтобы тот мог улучшить своё мастерство. После чего Ланцов всех нас собрал и приказал следовать в зал, выделенный под тренировки команды.

– Ну что, довольны собой? – не меняя тона, бросил он, недовольно оглядывая наши лица. – Не слышу ответа?!

Вопрос-то, по сути, был риторическим, и никто из нас выделяться своими шибко умными соображениям на счёт произошедшего не спешил. Все стояли молча и кисло поглядывали на стоявшего напротив строя инструктора.

– Надеюсь, что нет, – продолжил мужчина свою отповедь. – Вы с какой луны свалились все такие добрые и честные? Или кто-то за углом устроил распродажу книжек о белых рыцарях света? – испепеляя нас своим взглядом, прорычал он.

– Отбились же в итоге, – недовольно бросил Васнецов, по всей видимости, раздражаясь от такой манеры общения.

– Что ты там проблеял? Повтори громче, принцесса?!

– Мы не проиграли! – краснея, воскликнул Сергей, отвечая более злым голосом.

– Заплачь ещё! Отбились они... Да будь моя воля, я бы все ваши чемпионские грамоты и медали в деревенский сортир сбросил после такого боя!

Мы лишь недовольно переглянулись, но отвечать майору никто не стал. Ребята не рискнули, а я отлично понимал, какую работу он сейчас ведёт, и даже не думал оскорбляться. В таких случаях это не только бесполезно и бессмысленно, но и контрпродуктивно. Вдобавок, этот энергетический вампир только и ждёт, с кем бы зацепиться языками.

В то же время, моим ребятам, да и, возможно, мне самому, нужна была встряска – чтобы команда, наконец-таки, работала как команда. До единства нам было ещё ой как далеко.

– Этот лосяра вообще бьётся сам по себе! – встав напротив Михаила и слегка задрав голову, чтобы побуравить его взглядом, майор добавил: – Ты в команде или где? Что за вы**оны, Миша? – последнюю фразу он процедил ему в лицо.

– Не понимаю, о чём вы, – смотря перед собой и не меняясь в лице, ответил Волков.

– Всё, ты, бройлер-переросток, понимаешь. Кому характер показываешь? Мне, команде, капитану?

Повисла тишина, которую долго никто не нарушал. На лице Волкова отображались мыслительные процессы, в то время как Геннадий Иванович так и стоял напротив, не сводя с него глаз.

– Ну? Скажешь или так и будешь как баба молча обиды множить?

– Ничё я не как баба! – разозлился Михаил. – Вас бы поставили в команду, где какой-то щегол по блату капитаном стал!.. Посмотрел бы я на вашу реакцию!

– Ах вот оно что?! – удивлённо вскинул брови инструктор. – А чего же ты раньше молчал? Тебе когда условия ставили, ты головой своей кивнул, согласился?

Волков на вопрос отвечать не стал, лишь покраснел и сжал челюсть.

– Хрена ли ты тогда сейчас из себя строишь? Или тебя кто-то против воли сюда записал? Заставляет бедняжку в Зарнице участвовать силком?! – продолжил майор язвительным тоном.

– Сам согласился.

– Ну и? Где логика? Ты либо своему решению соответствуй, либо если гордыня пересиливает – вали из команды! Нечего их назад тянуть! – рыкнул инструктор, а затем перевёл взгляд на меня. – А ты чего вылупился, капитан штаны на лямках? Я что ли за тебя этот вопрос решать должен?

– Общий враг и дух соревнований сближает, – выдержав взгляд Геннадия Ивановича, произнёс я. – Питаю надежды, что Михаил проникнется и будет как и все остальные в команде действовать во имя общей победы.

– «Питаю надежды», «проникнется», – передразнил меня майор. – А если нет? Если хер забьёт?

«Случайно травмируется и вылетит из команды», – подумал я, но вслух произнёс другое.

– Я думаю, мы обязательно договоримся.

– Самое время, ребята. Самое время, – гневно нас оглядев, Ланцов сменил тему. – Чёрт с вами, сами разберётесь. Но что касается прошедшего боя, я всё-таки выскажусь. Первое: ни на какую честность, благородность и порядочность от своих соперников на турнире даже не смейте рассчитывать! Раздавят и переедут, – спокойным тоном без былого запала промолвил майор. – Отсюда выходит второе: примите за факт, что там, где можно или будет незаметно для наблюдателей, правила будут нарушаться всеми. И летальные исходы, особенно в случаях стычек между благородными и простолюдинами, там совсем не редкость. Это чтобы вы понимали, на что дали согласие.

Подобная информация заставила задуматься всех присутствующих. Естественно, в открытых источниках об этом ничего не говорилось, но и объективных причин не доверять Ланцову я пока что тоже не видел. Как бы там ни было, все решения давно приняты, хотя, конечно, о подобном стоило бы предупреждать и заранее.

Наша тренировка на этой ноте была закончена. Майор раздал всем моральных пилюлей, выбросил кусок неподтверждённой информации и, оставив нас её переваривать, отправился в сторону бьющихся девчонок.

Трудно было однозначно сказать, как эмоциональный монолог Ланцова повлиял на нашу команду, но по крайней мере на дальнейших занятиях, каких-либо проблем больше не возникало. Оставшиеся полторы недели до нашего отъезда мы упорно и без выходных тренировались практически по полдня, и надо сказать, что новый инструктор был великолепен не только в ближнем бою.

Мы с отрядом за короткий срок изучили несколько боевых формаций, освоили азы группового барьера и даже попрактиковали на полигоне боевой выход с применением своих даров. Мне, правда, пришлось продолжать имитировать свою патологию, но учитывая то, как я владел телекинезом, ни у кого лишних вопросов в мой адрес не возникало.

Был ещё один групповой бой против ребят из старших классов, но в данном случае нам всё-таки удалось показать хороший прогресс и наглухо разбить оппонентов, демонстрируя какую-никакую, а слаженность.

Один раз к нам на занятия заглядывал Тимофей Степанович. Двумя визитами порадовала Виктория Павловна, но в целом, нас никто никуда не дёргал и даже про моё наказание, что несвойственно директору, как-то позабылось.

Подготовительные сборы закончились спустя четыре дня после даты окончания последнего школьного экзамена. Замдиректора в третий раз посетила наши занятия, заглядывая на этот раз под самый конец.

Майор Ланцов к этой минуте уже сказал свою короткую напутственную речь и слово взяла Виктория Павловна.

– Поздравляю вас с окончанием учебного года и тренировочной сессии! Все вы к этой секунде уже являетесь гордостью нашей школы. Но сегодня у вас появилась возможность увековечить ваши имена и по-настоящему зажечь свою звезду. Мы в вас верим! – сделав небольшую паузу, женщина грациозным взмахом ладони указала на пять больших пакетов, стоявших недалеко от входа в зал. – Это наш вам подарок от школы. Носите с честью и покажите всему миру, чего стоят чемпионы нашей школы! Мы в вас верим и желаем, чтобы удача сопутствовала вам в грядущих играх!

Пламенная речь замдиректора закончилась аплодисментами ребят, к которым присоединился и я. Никогда не понимал эту традицию, ну да ладно – портить момент всё же не хотелось.

Глава 8

Утром следующего дня у меня был ранний подъём. Раздавшийся стук в дверь известил о прибывшем по мою душу кураторе, специально назначенном для организации нашей отправки из школы.

– Обломов Алексей?

– Я.

– На завтрак. Чемодан оставь, ещё вернёмся. А с товарищем можешь попрощаться, скорее всего, не пересечётесь сегодня уже.

Чемодан мне выдали ещё вчера вечером – притащила наш куратор, а не этот, незнакомый. Он был большой, фиолетовый и новенький, даже бирки остались. Впрочем, спецы Белорецких уже успели к нему приложить свои руки, напихав сразу несколько жучков.

Я то сам ни разу не специалист, а вот Кали, в отличие от той же Люси, отлично чувствует не только наличие камер и прослушки в помещениях, но и вполне способна просканировать какой-то отдельный предмет на наличие установленной в нём электроники. Сама демоница призналась, что эту её особенность даже и даром нельзя толком назвать, потому как для расы демонов это чем-то сродни управлению самолётом для человека в нашем мире – могут единицы, но при особом желании и немало потраченном времени, научиться может почти каждый.

– Давай, Лёша, я буду за вас болеть. Возвращайтесь с победой! – прогоняя сон, бросил Стёпа и, пожав протянутую руку, слегка шлёпнул меня по плечу.

– Ты тут тоже не скучай, про тренировки не забывай, – бросил я напоследок и, кивнув товарищу, вышел из комнаты.

Следом мы с куратором зашли за Ксюшей, которую пришлось подождать минут пять, а затем и Михаилом. Последний был готов и уже даже успел попрощаться со своей девушкой. Так что едва мы постучались к нему в дверь, Волков сразу вышел, и мы всей группой направились на выход из жилого блока.

Миша, кстати, в отличие от Арментьевой и меня, был бодр и свеж, будто не спит уже как минимум час.

В столовой за столом нас сиротливо дожидался Максим – товарища пораньше привезли в школу родители, с которыми, по всей видимости, у руководства учебного заведения была отдельная договорённость.

Завтрак прошёл практически в тишине. Мы достаточно быстро съели всё то, что поставили перед нами, и без лишних разговоров поднялись из-за стола. Куратор тоже был не из болтливых, и кстати, даже не удосужился кому-либо из нас с утра представиться.

Спустя чуть более чем час с момента подъёма, вся наша компания уже направлялась в сторону школьных ворот. И если для меня, и особенно Максима, бывать вне территории школы было совершенно привычным делом, то для Миши и уж, тем более, Ксюши, это было событием довольно редким. Волков-то нет-нет да в наряды заступал и мог хоть со стен полюбоваться видом на город или даже встать на охрану самого КПП, а вот Арментьева выходила за ворота от силы пару раз в год, когда для учащихся организовывали какие-нибудь экскурсии.

У школьных ворот нас ждал небольшой чёрный микроавтобус с услужливо открывшейся дверью при нашем приближении. Из салона вышел высокий темноволосый мужчина в чёрном костюме и жестом указал, чтобы мы загружались внутрь.

– А я вас не знаю. Вы кто? – вопросительно подняв бровь, уставился я на мужчину, остановившись в нескольких метрах от двери. Ребята последовали моему примеру.

Охранник, стоявший рядом с машиной аж опешил на мгновение, а затем перевёл взгляд на сопровождавшего нас куратора, который тоже сначала растерялся, но в итоге быстро пришёл в себя и первым нарушил возникшую тишину:

– Обломов, это ваше сопровождение до аэропорта. Садись давай, – с лёгким напряжением в голосе произнёс мужчина.

– А вы кто? – повернувшись к куратору, промолвил я. – Я так-то вас сегодня тоже впервые вижу. Ребята, кто-то этого мужчину наблюдал ранее в школе? – не оборачиваясь на застывшую за моей спиной команду, добавил я.

Возникла очередная напряжённая пауза, в которой все присутствующие лица застыли на месте. Кто-то в нерешительности, кто-то в шоке, а кто-то просто долго соображал, будто только проснулся.

– Малой... харош чудить. У нас плотный график. Опаздывать нельзя, – зло оглядывая меня и с трудом сдерживая раздражение в голосе, произнёс ещё один мужчина, вылезший из салона микроавтобуса.

Этот был лысый и со шрамом на щеке, и вообще выглядел подозрительно. И от него даже начала исходить лёгкая чёрная дымка.

– А где Тайфун? Меня всегда они сопровождают. А вы вообще какие-то подозрительные... – не реагируя на просьбу лысого, ответил я и добавил: – В общем, звоню дяде Тимофею. Узнаю, кто такие.

– Какому на хер дяде, болезный? – бросил тот, что вышел первым.

– Замолчи, – моментально одёрнул его лысый, – это директор школы.

Едва тот произнёс эту фразу, а я демонстративно вытащил телефон и, не переставая пристально изучать взглядом окружающих, стал тыкать пальцем по его экрану, возникла очередная пауза. Впрочем, мешать мне никто не стал, и все, напротив, зависли в молчаливом ожидании.

– Кому хочешь звони, только быстрее. Время, – добавил лысый, который уже буквально испепелял меня своим недовольным взглядом.

– Хм, – задумался я, играя с ними в гляделки, и убрал трубку в карман.

Затем демонстративно заложил руки за спину и спокойным шагом прогулялся сначала к переднем бамперу автомобиля, а затем, сделав полукруг, оглядел и задний. Проверял, естественно, номерные знаки, на которых крупно красовался герб рода Белорецких. Даже пальцем его покарябал – настоящий.

– Ладно, будем считать, я вам поверил и позволяю нас своровать, – направляясь в сторону открытой двери, под наблюдением всей окружающей толпы, громко произнёс я. А затем, остановившись в проходе, добавил: – Но имейте ввиду, если вдруг вы окажетесь какими-то злоумышленниками, то вот этот амбал вам покажет Кузькину мать, – указывая на обалдевшего от такого заявления Волкова кивком головы, промолвил я. – Он тренированный, если что.

Следом, всё так же держа руки за спиной, я шагнул в салон микроавтобуса и занял второе место от двери, с обзором на всех, кто сидел внутри, спиной к лобовому стеклу и водителю.

– Он у вас **анутый? – послышалось с улицы, но отвечать лысому никто не стал.

– Я всё слышу! – недовольно бросил я через плечо.

Когда все загрузились внутрь и машина наконец-то тронулась, внутри салона образовалась довольно странная обстановка. Миша с Ксюшей периодически бросали в мою сторону изучающие взгляды. Лысый с напарником и вовсе сверлили без остановки, будто пытаясь выиграть меня в «гляделки». Ну а я, в свою очередь, прищурив глаза, по несколько минут театрально изучал взглядом то одного их бойца, то другого.

Максим был к таким моим придурствам давно привыкший, ровно как и Алина, поэтому товарищ всю дорогу ехал навеселе, забавляясь с происходящего. Ну а я... я не только традиционным способом коротал время в дороге, но и изучал новых ребят, которых, судя по всему, приставили нас охранять на этом турнире.

Это была с моей стороны своеобразная проверка «свой-чужой». К примеру, охрана Алины по обычаю прикалывалась надо мной в ответ, те же ребята из Тайфуна тоже были не обделены чувством юмора и агрессивно не реагировали. А вот эти пока быкуют...

Но это всё ладно, в первую очередь, дело всё-таки в том, что новая охрана оказалась какой-то... непрофессиональной, на мой взгляд.

Нет, я, конечно, по косвенным признакам был абсолютно уверен, что они люди Белорецких, но с точки зрения «клиента», кто так делает?

Мы их действительно впервые видим. А пообщавшись с Тайфунами и по опыту взаимодействий с охраной обоих девчонок Белорецких, я примерно понимал как устроена их служба и каков алгоритм действий у охраны на старте работы с новым объектом. Они же элементарно не позаботились о том, чтобы познакомиться с нами вчера днём или хотя бы вечером, когда только прибыли в город. Да, информация на их счёт у меня была ещё со вчерашнего дня.

Не стали утруждаться знакомством эти ребята и сейчас, а просто приняли эстафету у куратора и загрузили нас в машину. Двое других бойцов в салоне микроавтобуса вообще дрыхли, пока мы не сели внутрь, и сейчас были в полном недоумении с происходящего. И всё это совпало со странным, возможно, случайным решением руководства школы отправить на это короткое задание незнакомого всем нам четверым куратора. Хотя Миша его, вроде как, узнал, но мою общую мысль и претензию он уловил сразу, и вслух об этом не отметился, лишь коротко кивнув на прозвучавший вопрос.

За всем этим я видел довольно халатное отношение к порученному заданию у этих ребят и откровенное пренебрежение по отношению к нам. Впрочем, кто его знает, откуда они вернулись такие загорелые и с обветренными лицами? Может, всё-таки есть причина такой усталости и ребятам нужно дать второй шанс? Поэтому обозначив своё «Фи» и убедившись, что они всё-таки свои, никому звонить и ничего уточнять я не стал. Мне вот одно любопытно...

– За что вас так наказали? – вновь переведя взгляд на лысого, громко произнёс я.

– Что? – нахмурился он, зачем-то переспрашивая, а затем всё-таки «ответил» на вопрос, бросив раздражённое: – Не разговаривай со мной как с другом или знакомым. И вообще, сиди молча и не отсвечивай.

– Увы, это не про меня, – театрально вздохнув, еле слышно ответил я и добавил уже громче: – А насчёт наказания я серьёзно.

– Чего это вдруг «наказание»? – удивился один из мужчин, до этой секунды в разговоре не участвовавший.

Всего их, не считая водителя, в салоне было четверо.

– Так всё просто. На задания с моим участием отправляют только исключительных профессионалов. Потому что со мной всегда весело и приключений много, – добродушно улыбнулся я лысому, внимательно слушавшему мою речь. – Нужно, как говорится, держать руку на пульсе всегда. Но вы на профи вообще не тянете. Скорее всего, где-то жёстко накосячили и вас отправили сюда, ко мне. Здесь вы неминуемо накосячите ещё пару раз, помимо того, что уже сделали, точнее, чего не сделали... а затем у вас будет показательная порка, так сказать, по совокупности залётов. Ну или, напротив, если всё хорошо пройдёт, то вам индульгенцию выпишут, – отметив, как изменились лица у лысого и темноволосого, пока их третий товарищ о чём-то задумался, а четвёртый тупо смотрел в окно, но тоже слушал, я поспешно добавил: – Но вы на этот вариант шибко не рассчитывайте. Со мной всё хорошо, к сожалению, никогда не проходит.

Лысый поднялся с места, заправил руку за пояс и одним движением отключил подсоединённую гарнитуру. Следом сделал три шага в сторону передних кресел, а затем грубо взял меня за отворот пиджака и одной рукой поднял с места, притягивая к своему лицу.

– Я тебя сразу предупреждаю: будешь творить х**ню – я тебе что-нибудь сломаю, а потом скажу, что так и былО. Залепи свою варежку и выполняй мои команды. С тобой тут никто сюсюкаться не будет! – уперевшись злым и раздражённым взглядом, процедил мне в лицо боец.

Судя по тому, что я наблюдал, он у них был за главного. На вид лет тридцати, высокий, широкоплечий и, в целом, крепко сложенный, он словно гора возвышался надо мной, пытаясь запугать одним видом. Впрочем, над ним сейчас действительно развевалась лёгкая чёрная дымка, недвусмысленно мне намекая о намерениях этого человека.

– Зря вы так злитесь, я как лучше хотел, – улыбнулся я в ответ и попытался пожать плечами, на секунду переводя взгляд под ноги мужчине.

– Затухни, – всё также пренебрежительно произнёс лысый и грубо бросил меня назад в кресло.

Но не успел бугай развернуться и шагнуть в сторону своего места, как неуклюже споткнулся и с высоты собственного роста жёстко впечатался головой в пол микроавтобуса. Если честно, я даже подумал, что он его своей тыквой и вовсе пробьёт... такой был мощный удар.

Что касалось меня, то я ничего особенного и не делал, лишь развязал один шнурок этому типу и на два узла привязал ко второму берцу, благо, длины хватало. Ну и за руки лысого придержал, когда тот падал, чтобы он рефлекторно не успел их выставить перед собой.

– Ах ты сучонок! – злобно прошипел мужчина, дёрнувшись в мою сторону.

Но по неудачному для него совпадению, водитель громко сообщил, что мы уже приехали, и остановил машину. Поэтому, не дожидаясь пока лысый поднимется, я, придерживая всю дорогу молча сидевшего рядом со мной охранника телекинезом, первым покинул автобус, под недовольные крики охраны.

Уходить от машины никуда не стал, спокойно дожидаясь, пока вся переполошившаяся охрана вывалится на улицу и окружит меня. Максим, кстати, сейчас стоял сбоку – тоже успел прошмыгнуть вслед за мной, пока бойцы поднимались со своих мест и торопились на выход, стараясь не топтаться по спине командира.

– А ты не переборщил, Леха? – оглядывая красного и очень злого лысого мужчину, спросил сбоку Максим.

– Да как-то само, – повёл я плечом. – Кто ж знал, что он такой агрессивный?

– Ты чё, сука, творишь? – выдохнул один из бойцов, вмешиваясь в наш диалог.

– Пойдёмте, а то на самолёт опоздаем, – как ни в чём не бывало бросил я в ответ, отмечая, что все члены нашей команды покинули микроавтобус, и попытался шагнуть в сторону входа в здание терминала.

Попытался, но крепкая рука охранника удержала меня на месте.

– Во-первых, рядом со мной пойдёшь, – пристёгивая меня к себе за руку наручником, произнёс он над ухом, и следом же добавил: – А во-вторых – вешайся.

– Мне просто любопытно, – подняв голову и внимательно оглядывая лысого, промолвил я, – ты принципиально не изучал личные дела доверенных лиц или вам их просто не выдали?

– Шуруй молча, не доводи до греха, – направляя нас в сторону входа в здание аэропорта, бросил лысый.

В очередной раз пожав плечами, я под присмотром нескольких пар глаз и под руку с пылавшим злобой бойцом, направился вслед за остальными.

***

– О, привет, народ. Ваше Сиятельство, – изобразив короткий кивок головой княжичу Белорецкому, произнёс я, останавливаясь перед группой ребят, внимательно меня оглядывающих.

Это был вип-зал, в котором, кроме наших двух команд, сейчас никого больше и не наблюдалось.

– Лёшка! – воскликнула Орлова, широко улыбаясь, и сделала пару шагов навстречу.

– Привет, Анна, – улыбнулся я в ответ.

Девушка недовольно поморщилась моему официозу, но перед братьями кокетничать и акцентировать внимание на этом не стала.

– С княжичем Андреем Белорецким вы уже знакомы, поэтому возьму на себя смелость представить тебя моим братьям и пятому члены нашей команды, – вернув улыбку на своё милое личико, прощебетала Анна. – Александр, мой старший брат. Евгений, соответственно – младший. А это Костромской Леонид.

– Мы с ним уже знакомы, – приветственно кивая всем представленным, ответил я.

Парни, в свою очередь, тоже поздоровались со мной, в том числе и сам княжич не обделил меня приветствием, но в воздухе всё равно висело лёгкое напряжение. Тому виной был наверняка Костромской и история нашего знакомства несколько лет назад. Не знаю как у него, но лично у меня в голове минувшая сценка в том парке промелькнула. Впрочем, кто старое вспомнит, тому...

– А он так и будет тут стоять? – коротким кивком головы указав на находившегося вплотную рядом со мной лысого мужчину, спросила Орлова.

– А... он? – поворачиваясь вправо, уточнил я, будто бы рядом был кто-то ещё. – Пришлось пристегнуть, – демонстрируя цепь от наручников, принялся я отвечать, – агрессивного какого-то выдали, кидается на всех. Так безопаснее.

Повисла неловкая пауза. Лысый стоял, а если быть точнее, то парил в паре миллиметров от пола рядом со мной по стойке смирно, с вытянутыми руками по швам и плотно сомкнутым ртом. Сказать он мне сейчас хотел многое, даже очень. Но не мог.

– Я так-то просто поздороваться подошёл. Если помощь на соревнованиях будет нужна – обращайтесь, – доброжелательно улыбнулся я.

– Помощь? – не выдержав, ухмыльнулся Костромской.

– Ну да. Мы туда побеждать едем и вам поможем, если вдруг что.

Андрей Белорецкий, как ни странно, мне в ответ доброжелательно улыбнулся, надеюсь, по достоинству оценивая мой сценический образ, а вот его друг и товарищ, Костромской, не скрывая эмоций, усмехнулся и отчётливо произнёс:

– Непомерные амбиции. Доживите хотя бы до второго тура.

– Вот и познакомились, – с улыбкой резюмировала Анна.

– Доживём, – не замечая его скепсиса, ответил я и добавил: – Удачного полёта.

– Мы летим вместе, – зачем-то уточнил княжич, а затем добавил: – Пройдёмся? – и следом же сделал шаг в моём направлении.

Остановившись в десятке метров от его команды, он оглядел сначала меня, затем моего охранника, следом перевёл взгляд на оставшихся четверых, сидевших вместе с нашей группой и внимательно наблюдавших за происходящим из-за моей спины.

– Отпусти его.

Выдержав небольшую паузу и приподняв бровь, я оглядел Белорецкого. На вид лет пятнадцати, среднего для этого возраста роста, черноволосый, как и практически все в их семье, и очень похожий на отца. Парень смотрел без агрессии, но взгляд был решительный.

– Это приказ? – упираясь в него глазами, спокойно уточнил я.

– Просьба. Он тебе не собака, чтобы так ходить.

– Слышал? – повернулся я к застывшей статуе рядом с собой. – Так собак выгуливают, а не меня, – затем добавил уже для княжича: – Я тебя услышал. Если на этом всё, то до встречи.

Дождавшись его утвердительного кивка, я принял, что на этом наша беседа закончилась, и развернувшись в сторону своих команд, мы пошли каждый в своём направлении.

Дразнить Белорецкого я не стал, поэтому буквально на ходу отпустил контроль над лысым, отчего тот едва не споткнулся. Следом же, едва придя в себя, охранник достал из кармана ключи от наручников и молча снял браслет, изредка косо поглядывая в мою сторону.

Друзья, дальше платка. Вам спасибо за внимание к творчеству и поддержку в том числе и рублём!

Пусть денежки, потраченные на мои книжки, вам возвращаются десятикратно!)