Тьма пожирает. Книга вторая

Пролог

Ганс был дезертиром. Он не стыдился этого слова. В армии Гримвальда стыд выбивали палками еще на учебном плацу, заменяя его страхом перед сержантом. Но страх перед тем, что творилось в Мертвых Топях последние сутки, оказался сильнее.

Он видел, как небо разверзлось столбами света. Видел, как элитные отряды "Гончих", которых боялись даже генералы, уходили в туман и не возвращались. Ганс решил, что с него хватит. Он бросил копье, срезал кошель у мертвого товарища и пополз в самую глубь болот, надеясь пересидеть бурю в старой бобровой хатке у выхода подземного ручья.

Теперь он сидел в мокрых кустах, дрожа от холода, и молился, чтобы рассвет наступил быстрее.

Звук раздался со стороны воды.

Сначала Ганс подумал, что это крупная рыба или утопец всплыл подышать. Но затем вода вспенилась, пошла черными кругами, и на берег выбралось... Нечто.

Ганс зажал рот рукой, чтобы не вскрикнуть.

Это был человек. Или то, что когда-то им было. Его доспехи, некогда черные и качественные, превратились в лохмотья, сплавленные с кожей. Сама кожа была серой, как пепел костра, и покрыта сеткой вздувшихся, пульсирующих черных вен.

Человек упал на колени в грязь. Его тело била крупная, неестественная дрожь. Это не было похоже на озноб от холода. Это напоминало припадок.

Ганс, завороженный ужасом, смотрел, как незнакомец вцепился пальцами в свою голову, словно пытаясь расколоть череп. Из его горла вырывались звуки — не слова, а хриплое, звериное рычание, перемежающееся скулежом.

— Нет... — донесся до Ганса едва различимый человеческий голос. — Назад... В клетку...

Человек ударил кулаком в землю. Раз, другой. Грязь разлетелась в стороны. Он боролся. Не с невидимым врагом, а с самим собой. Его спина выгибалась дугой, суставы хрустели, словно кто-то перестраивал его скелет изнутри.

Это длилось минуту. Может, две. Ганс видел, как человек поднял лицо к небу. В его глазах еще теплился разум — отчаянный, загнанный в угол.

— Я... держу...

А потом тело незнакомца замерло.

Судорога прекратилась мгновенно. Напряженные плечи опустились. Руки, царапавшие виски, бессильно упали вдоль тела.

Тишина, повисшая над болотом, стала тяжелой, звенящей.

Человек медленно опустил голову. А когда поднял её снова... Ганс почувствовал, как его мочевой пузырь не выдержал.

В глазах существа больше не было ни боли, ни борьбы, ни отчаяния. Там не было ничего человеческого. Зрачки исчезли, радужка была залита антрацитовой чернотой. Лицо разгладилось, лишившись всех эмоций, став похожим на посмертную маску.

Это был больше не человек, борющийся с демоном. Это был демон, который надел человека, как удобный костюм.

Существо медленно, с грацией богомола, поднялось на ноги. Оно потянулось, и Ганс услышал влажный хруст — кости вставали на места, удобные новому хозяину.

Оно повело носом, втягивая воздух.

Ганс сидел тихо. Он был мастером пряток. Он был с подветренной стороны, укрытый магическим амулетом отвода глаз, который украл у офицера. Его не могли заметить.

Существо повернуло голову. Медленно. Точно.

Черные глаза уставились прямо в кусты, где сидел дезертир. Сквозь ветки. Сквозь тьму. Сквозь амулет.

Оно видело не Ганса. Оно видело тепло. Жизнь. Еду.

Губы существа дрогнули в подобии улыбки — но это была не улыбка, а оскал черепа.

— Первый, — проскрежетал голос, который звучал так, словно в горле перекатывали камни.

Ганс хотел вскочить, побежать, закричать, но его тело отказало. Он просто смотрел, как серая фигура делает шаг в его сторону. Спокойный, уверенный шаг хозяина, который вошел в свою кладовую.

Крик дезертира был коротким. Он оборвался влажным хлюпаньем и треском разрываемой плоти.

Через минуту на берегу ручья снова стало тихо. Существо, вытирая серую руку о лохмотья плаща, вышло на тропу, ведущую на восток. Туда, где горизонт горел огнями войны.

Оно шло не прячась. Ему больше не нужно было прятаться. Зверь сорвался с цепи, и поводок волочился следом, оборванный и никому не нужный...

Глава 1

Сержант Бронн ненавидел это утро. Он ненавидел туман, который лип к лицу, как мокрая паутина. Ненавидел этот проклятый пост в глубоком тылу, где единственным развлечением было гонять крыс из склада с провизией. И больше всего он ненавидел тот факт, что поставки табака задерживались уже на три дня.

Он стоял на деревянной вышке над воротами заставы «Восточный Клин», сжимая кружку с остывшим, горьким отваром, который повара называли кофе. Внизу, во внутреннем дворе, десяток солдат лениво занимались утренней рутиной: кто-то чистил лошадей, кто-то точил мечи, перебрасываясь скабрезными шутками.

— Эй, сержант! — крикнул снизу капрал Йенс, рыжий детина с вечно красным носом. — Говорят, в Мертвых Топях какая-то чертовщина творится. Вроде как весь отряд Крелла там сгинул. Может, нам усиление запросить?

Бронн сплюнул за ограждение.

— Крелла может убить только старость или сам Император, — проворчал он. — Меньше слушай слухи, Йенс. Мы тут сидим, охраняем дорогу, по которой даже белки боятся ходить. Какое к демонам усиление? От кого? От комаров?

Солдаты загоготали. Бронн хмыкнул, довольный тем, что пресек панику в зародыше. Это был глубокий тыл. Здесь войны не было. Здесь была скука.

Туман на дороге, ведущей с запада, начал сгущаться. Обычно к полудню он рассеивался, но сегодня белая пелена, казалось, становилась только плотнее. Она глушила звуки леса, создавая вокруг заставы ватный кокон тишины.

Бронн прищурился. Ему показалось, или в этом молоке что-то двигалось?

— Движение на тракте! — крикнул дозорный с соседней вышки.

Бронн выплеснул остатки отвара и перегнулся через перила.

Сначала это было просто темное пятно. Бесформенное, размытое. Но оно приближалось. Медленно, но с какой-то пугающей равномерностью. Ни рывков, ни остановок.

Из тумана выплыла фигура.

Это был человек. Одиночка. Он шел по центру разбитой колеи, не выбирая дороги, шлепая прямо по лужам. На нем были остатки черной брони, висевшей лохмотьями, и плащ, который больше напоминал грязную тряпку.

— Дезертир? — предположил Йенс, поднимаясь на стену с арбалетом в руках. — Или беглый каторжник с рудников?

— Похоже на то, — кивнул Бронн. — Видишь, как идет? Ногу волочит. Раненый или больной.

Фигура приближалась. И чем ближе она подходила, тем меньше Бронну нравилось то, что он видел. Странник не просто хромал. Его походка была механической, дерганой, словно его кости были сломаны и срослись неправильно. Голова была опущена, длинные седые волосы, слипшиеся от грязи, закрывали лицо.

Но самым странным было то, как на него реагировала природа.

Лошади в конюшне внезапно затихли, а потом начали биться в стойлах, издавая дикое, паническое ржание. Сторожевой пес, старый волкодав, который обычно лаял даже на ветер, забился под крыльцо казармы и скулил так, будто его резали.

Бронн почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Воздух стал холодным. Металлический привкус появился во рту.

— Эй, ты! — крикнул сержант, перекрикивая ржание лошадей. — Стоять! Имя, звание, цель!

Фигура не замедлилась ни на секунду. Она продолжала идти на заставу, как будто ворот и стен перед ней не существовало.

— Я сказал стоять! — рявкнул Бронн, чувствуя, как раздражение сменяется липким страхом. — Это военный объект! Еще шаг, и мы стреляем!

Человек поднял голову.

Бронн отшатнулся. Он ожидал увидеть истощенное лицо беглеца. Но он увидел маску смерти. Кожа была серой, как пепел. На шее и лице пульсировали черные, вздувшиеся вены. А глаза... Там, где должны были быть белки, была сплошная, антрацитовая чернота.

Это был не человек.

— Огонь! — заорал Бронн, срывая голос. — Вали его, Йенс!

Щелкнула тетива. Капрал Йенс был отличным стрелком, лучшим в роте. Расстояние было смешным — тридцать шагов. Промахнуться было невозможно.

Болт со свистом рассек воздух и ударил незнакомца в левое плечо. Удар был сильным — фигуру должно было развернуть или хотя бы заставить пошатнуться.

Но человек даже не сбился с шага.

Бронн с ужасом смотрел, как существо на ходу поднимает правую руку и хватает древко болта. Не было ни крика боли, ни гримасы. Существо просто выдернуло стальной штырь из своего тела.

И тогда произошло то, от чего у Бронна подкосились колени.

Раны не было. Черная, густая жидкость мгновенно затянула отверстие в плоти. А болт в руке существа начал... меняться. Дерево почернело, сгнило и рассыпалось прахом за одно мгновение. Наконечник покрылся ржавчиной и осыпался рыжей пылью.

Оно убило оружие. Просто прикосновением.

— Что за... — прошептал Йенс, его руки задрожали, пытаясь перезарядить арбалет. — Сержант, оно не останавливается!

Существо подошло к воротам. Это были крепкие дубовые створки, окованные железом, способные выдержать таран легкой конницы. Засовами служили бревна толщиной в ногу.

Серый человек не стал стучать. Он просто ускорился.

Это было похоже на то, как скала падает с горы. Существо врезалось в ворота плечом.

КРАК!

Звук был таким громким, что у Бронна заложило уши. Дубовые бревна, которые стояли здесь десять лет, взорвались щепками внутрь двора. Железные петли вырвало с мясом из каменной кладки. Одну створку сорвало полностью, и она рухнула на землю, подняв тучу пыли.

В проеме, в клубах тумана и пыли, стояла серая фигура.

Теперь Бронн чувствовал это физически. Волну. От существа исходила невидимая, но осязаемая волна — холодная, тошнотворная, пахнущая гнилью и старой кровью. У сержанта из носа потекла теплая струйка. Он вытер ее тыльной стороной ладони — кровь.

Рядом Йенса вырвало прямо на настил вышки. Солдаты во дворе пятились, выставив копья, но их лица были белыми, как мел. Они чувствовали себя больными. Слабыми. Само присутствие этого монстра высасывало из них силы.

Существо шагнуло во двор. Оно не доставало оружия. Его руки, покрытые серой коркой и черными венами, безвольно висели вдоль тела, но пальцы подрагивали, словно играли на невидимом инструменте.

— К бою! — закричал Бронн, хотя понимал, что это бессмысленно. — Окружить! Копьями его!

Трое самых храбрых или самых глупых солдат бросились вперед, выставив алебарды.

Существо даже не уклонилось. Оно пошло прямо на острие.

Первый удар алебарды пришелся существу в грудь. Наконечник должен был пробить его насквозь. Вместо этого сталь звякнула, как об камень, и согнулась. Серая кожа оказалась тверже лат.

Существо лениво, почти небрежно махнуло рукой.

Удар пришелся солдату в шлем. Голова бойца дернулась под неестественным углом, шея хрустнула, и тело отлетело на пять метров, врезавшись в коновязь.

Второго солдата существо схватило за древко копья. Дерево мгновенно почернело и рассыпалось в труху в руках монстра. Солдат застыл, глядя на свои пустые ладони. Существо шагнуло вперед и просто прошло сквозь него, толкнув плечом. Удар был такой силы, что грудная клетка парня вмялась внутрь, и он рухнул, кашляя кровью.

Это был не бой. Это была стихия.

Бронн, забыв про устав, скатился по лестнице вниз, но не для того, чтобы сражаться, а чтобы добраться до сигнального колокола.

Во дворе творился кошмар. Солдаты кричали, но не от боли, а от ужаса. Существо не использовало магию. Оно не метало огненные шары. Оно просто рвало людей на части голыми руками или ломало их, как сухие ветки. Меч, висевший у него на поясе — черный, зловещий клинок — оставался в ножнах. Оно не считало их достойными стали.

Капрал Йенс, который спрыгнул со стены, попытался ударить тварь кинжалом в спину.

Существо развернулось с невероятной скоростью. Оно поймало руку Йенса в полете. Бронн услышал вопль своего друга, когда серые пальцы сжали запястье. Кожа Йенса начала чернеть и отслаиваться прямо под хваткой монстра, словно от кислоты.

Монстр дернул рукой, и Йенс полетел в стену казармы, оставив на штукатурке кровавый след. Он больше не шевелился.

Застава умирала. Из двенадцати человек на ногах осталось двое. Они бросили оружие и жались к стене, рыдая и закрывая лица руками. Они сошли с ума от ауры страха.

Бронн добежал до колокола. Схватил веревку. Но его руки так тряслись, что он не мог ударить в набат.

Тень упала на него.

Сержант медленно, как во сне, повернулся.

Существо стояло прямо перед ним. Близко. Слишком близко. Бронн чувствовал запах, исходящий от него — запах могильной земли, озона и чего-то бесконечно древнего.

Сержант сполз по столбу на землю. Он посмотрел в черные глаза монстра и понял, что там никого нет. Ни жалости, ни злости. Только голод и пустота.

— М-мама... — прошептал Бронн, закрывая глаза и ожидая удара.

Он слышал тяжелое, хриплое дыхание существа. Слышал, как скрипят его суставы.

Секунда. Две. Три.

Удара не последовало.

Бронн приоткрыл один глаз.

Существо смотрело не на него. Оно смотрело на дорогу, ведущую на восток. Сержант для него был не врагом. Он был мебелью. Камушком на дороге.

Монстр перешагнул через ноги Бронна, едва не задев его тяжелым сапогом, и двинулся дальше.

Он прошел сквозь разрушенные ворота, оставляя за собой двор, усеянный иломанными телами и скулящими от ужаса выжившими. Трава под его ногами чернела и умирала.

Бронн лежал в грязи, слушая удаляющиеся шаги. Он был жив, но знал, что прежний Бронн умер здесь, на этой заставе. Он видел то, чего не должно существовать в мире живых.

Сержант начал истерически смеяться, глядя в серое небо. Туман смыкался за спиной уходящего чудовища, скрывая его силуэт, который теперь направлялся в самое сердце Империи. И Бронн знал: никто и ничто не сможет его остановить.

Глава 2

В шатре генерала Крейга пахло воском, чернилами и холодным, металлическим запахом озона, который всегда сопровождает мощные магические артефакты. Генерал стоял над тактической картой, расчерченной на коже гигантского ящера. В его позе не было напряжения — только монументальное спокойствие скалы, о которую разбиваются волны.

Капитан Крелл стоял перед ним, вытянувшись в струнку. Его доклад был сухим и точным, лишенным ненужных эмоций.

— Объект загнан в Древний Могильник в секторе Мертвых Топей, — чеканил Крелл. — Вход в катакомбы обрушен. Сверху наложена «Печать Белого Солнца» силами трех магистров. Сканирование не фиксирует признаков жизни на поверхности. Учитывая ранения объекта магией Порядка и враждебную среду внутри, вероятность выживания стремится к нулю.

Крейг медленно кивнул, не отрывая взгляда от карты, где черные фишки Гримвальда сжимали кольцо вокруг Черного Озера.

— Отличная работа, капитан. Эта заноза слишком долго гноилась в нашем тылу. Мы не могли позволить диверсанту, даже такому способному, нарушить график Ритуала. Возвращайтесь к своим обязанностям. Охрана периметра...

Договорить он не успел.

В углу шатра, где располагался узел магической связи — массивный кристалл, оправленный в черное железо, — раздался низкий, вибрирующий гул. Кристалл, обычно светящийся ровным синим светом, вдруг потемнел, наливаясь багровым, и по его поверхности пошли трещины.

Дежурный маг-связист, сидевший рядом, вскрикнул и отдернул руки, словно обжегся. Из его носа потекла кровь.

— Доклад! — рявкнул Крейг, мгновенно разворачиваясь к связисту.

Маг, дрожащими руками прижимая к вискам усилители, вслушивался в хаос эфира. Его лицо побелело.

— Срочное сообщение, мой генерал... Это приоритетный канал "Красный". Застава "Восточный Клин".

— "Клин"? — переспросил Крелл, и под его маской пролегла тень сомнения. — Это глубокий тыл. Двадцать лиг от Могильника.

— Заставы больше нет, — выдохнул связист. — Последний сигнал пришел минуту назад. Это был ментальный слепок памяти сержанта Бронна. Он... он бессвязен, сэр. Он транслирует только образы.

— Выводи на проекцию, — приказал Крейг.

Маг коснулся кристалла. В воздухе над столом возникло мутное, дрожащее изображение — то, что видели глаза умирающего или сошедшего с ума сержанта.

Туман. Разрушенные ворота, словно их выбили тараном. И фигура.

Крелл подался вперед. Он "видел" магией, и то, что он видел на проекции, заставило его холодную кровь застыть.

Это был тот самый наемник. Но он изменился. Его аура, раньше черная и хищная, теперь стала серой, плотной и тяжелой, как могильная плита. Он не просто шел сквозь заставу. Он фонил смертью. Солдаты падали, даже не вступив в бой, их воля ломалась об этот чудовищный фон.

— Он выжил, — тихо произнес Крелл. — Но как?

В голове капитана Гончих шестеренки завертелись с бешеной скоростью. Он сопоставил факты. Рана от Света Порядка, которую невозможно исцелить обычной регенерацией. Древний Могильник, полный голодной нежити и некротической энергии. И существо, способное поглощать магию.

— Я совершил ошибку, — голос Крелла был твердым, но в нем звучало осознание катастрофы. — Я не похоронил его. Я запер его в кладовой.

Крейг перевел тяжелый взгляд на капитана.

— Поясни.

— Свет Порядка сжигал его. Ему нужно было топливо, чтобы выдавить магию из своего тела. И я сам загнал его туда, где этого топлива — океан. Он сожрал обитателей Могильника, мой генерал. Он переработал некротику и ассимилировал её. Теперь это не просто быстрый мечник. Это ходячий реактор Изнанки. Обычная сталь его больше не возьмет.

Генерал Крейг молчал несколько секунд. В шатре повисла тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием связиста. Паники не было. В ставке Гримвальда панике не было места — только холодному расчету.

— Значит, мы перестаем охотиться на человека, — наконец произнес Крейг. — Раз он стал чудовищем, мы встретим его как чудовище.

Генерал подошел к столу и смахнул фишки, обозначающие пехотные резервы.

— Крелл, твои Гончие бесполезны против такой плотности ауры. Они сгорят, даже не подойдя на удар. Мне нужно то, что не чувствует страха. И то, что способно разорвать камень.

— Проект "Химера"..., — понял Крелл.

— Именно. Транспортная колонна с образцами сейчас проходит через Волчье Ущелье. Развернуть клетки. Выпустить "Особей". Пусть они встретят его на дороге.

— Но, генерал, — осторожно заметил Крелл, — они нестабильны. Укротители могут потерять контроль.

— Плевать, — отрезал Крейг. — Если этот Серый Человек дойдет до Озера, мы потеряем всё. Выпустить зверей. И молитесь Темным Богам, капитан, чтобы их когтей хватило, чтобы остановить то, что вы создали.

***

Солнце стояло в зените, заливая холмы Альмериона ярким, безжалостным светом. "Золотой Легион" шел на восток. Пять тысяч человек, закованных в полированную сталь и бронзу, двигались с пугающей синхронностью. Земля под их ногами гудела, и этот ритмичный гул был слышен за многие лиги.

Маршал Лиам ехал в авангарде на белом боевом коне. Его доспехи сияли, отражая солнце, но сам он был сосредоточен и мрачен. От его фигуры исходило мягкое, едва заметное золотистое свечение — Аура Усиления. Он не тратил силы зря, лишь поддерживал выносливость солдат, позволяя пехоте идти в темпе кавалерии.

— Маршал! — крик дозорного прервал размышления Лиама.

С востока неслись три всадника дальней разведки. Лошади были в мыле, на боках животных виднелись кровавые полосы от шпор.

Лиам поднял руку, останавливая колонну.

Командир разведчиков, лейтенант с посеревшим лицом, спрыгнул на землю и, едва не упав от усталости, подошел к стремени маршала.

— Докладывай, — приказал Лиам.

— Гримвальдский заслон у Волчьего Клыка... его больше нет, милорд.

— Они отступили? — нахмурился стоявший рядом полковник Валдис.

— Нет, сэр. Они уничтожены. Две роты тяжелой пехоты. Укрепления разбиты, ворота вынесены.

Лиам переглянулся с офицерами. Волчий Клык был ключевой точкой обороны на тракте. Чтобы взять его штурмом, потребовалась бы осада на несколько дней.

— Кто это сделал? Наш авангард еще не подходил так близко.

Разведчик сглотнул.

— Там следы одного человека, маршал. Или существа, похожего на человека. Оно прошло сквозь заслон, как таран. Трупы... их не рубили в схватке. Их ломали. Доспехи смяты, как жесть. И повсюду следы некроза, металл ржавый, дерево гнилое.

Лиам почувствовал холодок, пробежавший по спине. Описание было жутким, но для полководца оно означало одно: путь свободен.

— Одно существо прорвало линию обороны? — переспросил он, обдумывая услышанное.

— Так точно. И оно движется дальше, прямо по тракту к Черному Озеру. В тылу врага паника, мы перехватили их магические сигналы. Они стягивают резервы, чтобы остановить его.

В голове Лиама сложилась картина. Кто бы это ни был — безумный маг, чудовище из Изнанки или неизвестный герой — он сейчас делал для Альмериона то, что не смогла бы сделать целая армия. Он создал хаос. Он отвлек внимание Крейга.

В сердце кольнуло странное, полузабытое чувство узнавания. Стиль прорыва — грубая, неумолимая сила, идущая напролом — напоминал о чем-то из далекого прошлого. О ком-то, кто никогда не останавливался. Но Лиам отогнал эту мысль. Сейчас было не время для призраков.

— Это наш шанс, — громко произнес Маршал, обращаясь к офицерам. — Враг дезориентирован. Их оборона прорвана в ключевой точке. Крейг сейчас смотрит не на нас, а на этого диверсанта.

Он выхватил меч, и клинок вспыхнул золотым светом, видимым даже под солнцем.

— Приказ по Легиону: ускорить темп! Мы не будем ждать обозы снабжения. Мы входим в прорыв прямо сейчас. Пока Гримвальд пытается поймать одного монстра, мы ударим им в спину всей мощью Альмериона!

Солдаты ответили ревом одобрения.

— Вперед! На Черное Озеро!

Лиам пришпорил коня. Армия двинулась с удвоенной скоростью. Маршал понимал: времени мало. Тот, кто идет впереди, расчищает им дорогу, но даже у чудовищ силы не бесконечны. Нужно успеть воспользоваться этим подарком судьбы, пока "союзника" не уничтожили.

***

Укротитель Варг вытер потные ладони о кожаный фартук. Несмотря на прохладу ущелья, пот заливал ему глаза. Он служил в корпусе «Химера» пятнадцать лет, выращивал тварей, от одного вида которых седели ветераны, но никогда еще его питомцы не вели себя так... жалко.

Транспортная колонна остановилась в самом узком месте Волчьего Ущелья, перегородив тракт тяжелыми, обитыми железом клетками. Внутри, в темноте, ворочались, скулили и бились о прутья гордость имперской биомагии — модифицированные варги, сшитые с плотью троллей для регенерации, и две "Особи Класса А" — кошмарные гибриды медведя и мантикоры, чья шкура отражала арбалетные болты.

Обычно эти твари жаждали крови. Они рычали при виде мяса, рвали цепи, стремясь убивать. Но сегодня они выли. Это был тонкий, визгливый вой ужаса, от которого у Варга сводило зубы. Звери жались к дальним стенкам клеток, царапая настил до щепок, пытаясь зарыться, спрятаться, исчезнуть.

— Мастер Варг! — подбежал адъютант. — Приказ генерала подтвержден. Открыть клетки. Встретить противника здесь.

Варг посмотрел на дорогу, уходящую на запад, в полосу тумана.

— Ты видишь, что с ними? — рявкнул он, ударив хлыстом по клетке. В ответ гигантская тварь внутри лишь жалобно заскулила. — Они чувствуют хищника. Кого-то, кто стоит выше них в пищевой цепи. Выпускать их сейчас — это безумие. Они неуправляемы.

— Приказ есть приказ. Если вы не откроете замки, это сделаю я. А вас казнят за неподчинение.

Варг сплюнул и дернул рычаг запорного механизма.

Стенки клеток упали с грохотом.

— Фас! — скомандовал он, используя магический свисток, воздействующий на болевые центры в мозгу чудовищ. — Убить!

Твари, подгоняемые магической болью, неохотно выползли на свет. Их шерсть стояла дыбом, из пастей капала пена. Они сбились в кучу, рыча в сторону тумана, но не решаясь ступить дальше.

И тут из серой дымки появился Он.

Варг ожидал увидеть армию. Или мага на големе. Но это была одинокая, сутулая фигура в лохмотьях. Человек шел медленно, волоча ноги, словно марионетка с перерезанными нитями.

— Это? — нервно хохотнул адъютант. — Из-за этого бродяги мы подняли "Особей"? Взять его!

Варг дунул в свисток изо всех сил.

Боль пересилила страх. Первая "Особь" — трехметровая гора мускулов и когтей — взревела и бросилась в атаку. Земля дрожала от её бега. За ней, повизгивая, рванулась стая модифицированных варгов.

Укротитель прильнул к окуляру наблюдательной трубы, ожидая увидеть, как бродягу разорвут в клочья.

Серый Человек не остановился. Он даже не поднял голову.

Когда гигантский монстр навис над ним, занося лапу для удара, способного снести крепостную стену, человек просто... шагнул навстречу.

Он поднял руку — лениво, без замаха.

Варг увидел, как серая ладонь коснулась груди летящего в прыжке чудовища.

Не было удара. Не было звука столкновения. Монстр просто... остановился в воздухе, словно врезался в невидимую скалу. А затем его плоть в месте касания взорвалась черным гноем.

Шкура, которая держала сталь, почернела и осыпалась прахом за долю секунды. Мышцы отслоились от костей. Громадная туша рухнула к ногам человека мешком гнилого мяса, из которого торчали белые ребра. Тварь даже не успела взвизгнуть — она сгнила заживо в момент касания.

Стая варгов, бежавшая следом, не смогла затормозить. Человек прошел сквозь них, как ледокол.

Он схватил одного варга за челюсти и развел руки в стороны. Хруст. Тварь отлетела в кусты. Другого он ударил плечом, и Варг увидел, как тело зверя деформировалось, словно было сделано из глины.

Это была не битва. Это была утилизация.

Серый Человек шел, и вокруг него умирала жизнь. Трава под его сапогами превращалась в черную слизь. Кровь брызгала на его лицо, но впитывалась в серую кожу, не оставляя следов.

Оставшиеся в живых химеры, забыв про боль от свистка, развернулись и бросились бежать. Они бежали не на врага. Они бежали на своих хозяев. Обезумевшие от ужаса твари смели заграждение, растоптали адъютанта и рванули вверх по склонам ущелья, ломая когти о скалы, лишь бы убраться подальше от этого места.

Варг остался один посреди разгромленного лагеря.

Фигура приближалась.

Укротитель упал на колени. Он смотрел в черные глаза существа, проходящего мимо клетки, за которую он держался. Он ждал смерти.

Но существо прошло мимо.

Оно не смотрело на Варга. Его взгляд был устремлен на восток. Укротитель увидел профиль монстра — застывшая маска безразличия, пересеченная пульсирующей черной веной. От него пахло так, как пахнет в склепе, который не открывали тысячу лет.

Варг сполз в грязь, чувствуя, как его сердце пропускает удары от одной только близости к этой ауре.

— Мы привезли не охотников... — прошептал он в пустоту, глядя на гниющие останки своего лучшего творения. — Мы привезли ему еду...

А Серый Человек продолжал свой путь, оставляя за спиной мертвых чудовищ и живых мертвецов, и его тень накрывала дорогу к Черному Озеру, как саван.