Тьма милосердная. Часть 1

Прелюдия

Прелюдия…

Милостью небес единственный правитель империи Маолан Родерик Второй, взошедший на трон шесть лет назад благодаря военному перевороту и всемернейшей поддержке Богов, армии и народа, сидел на балконе своей загородной резиденции и, мрачно покусывая длинный седоватый ус, разглядывал красочное пятно сбегающего по лунному мрамору стены вина. Осколки хрустального кувшина уже суетливо и по возможности тихо убирали, не рискуя навлечь на себя гнев и без того явно находящегося не в духе господина.

Прорычав что-то невнятное, император резким движением схватил с небольшого плетеного столика серебристый колокольчик и потряс его так яростно, будто тот был схваченным подсылом враждебного государства, пробравшимся в резиденцию Родерика с целью устроить тому максимально мучительную кончину. Против ожидания, в небольшой комнате не раздалось ни звука, однако спустя всего несколько секунд дверь распахнулась, и к императору бесшумным шагом приблизился уже немолодой дворецкий в идеально чистом черном камзоле без единой складочки.

- Слушаю, повелитель, - почти прошипел он, склонившись в почтительном поклоне за правым плечом императора.

- Он прибыл?

- С минуты на минуту, - дворецкий цепким взглядом профессионального убийцы скользнул по интерьеру комнаты, выхватывая отличия между вчерашней обстановкой и сегодняшней, запоминая приметы служанок, вид из окна, положение столика по отношению к балкону.

- Принесите чай. Розовый, - император сжал массивный кулак. – Остальное как всегда.

В прошлом один из самых эффективных убийц, а до этого – подчиненный некогда тысячника Родерика, прихотью судьбы ставшего императором, так же плавно поклонился и будто растаял в воздухе. Императору не пришлось даже поворачиваться, чтобы знать это.

Он знал о своих подчиненных все: способности, слабости, скелеты в шкафу, семейные проблемы… И все это держалось в голове не по причине излишней подозрительности, а исключительно из-за отличной памяти и желания всегда находиться в курсе жизни близких людей, чтобы в нужное время помочь тем, кто однажды рискнул всем и возвел его на трон. Хотя иногда он и находил странным, что человек, давным-давно отказавшийся от своего имени и принявший прозвище Шепот Смерти, не стал претендовать ни на какой пост, оставшись верным слугой и телохранителем.

Короткое императорское «как всегда» означало, что дворецкому необходимо обеспечить максимальную защиту комнаты от прослушивания и подглядывания, хотя, если быть до конца откровенным, желающих рискнуть своей жизнью за последние шесть лет нашлось немного. Шепот Смерти досконально знал свое дело, запросто вычисляя подсылов, выявляя нестыковки в наспех выдуманных историях о причинах замены одного человека другим, находя места засад или наблюдательных пунктов. Все же не зря он провел значительную часть жизни в диверсионных отрядах, выполняя такие задания, просто знание о существовании которых уже могло приравниваться к государственной измене.

Родерик сидел и задумчивым взглядом серых глаз из-под грозно насупленных бровей уже в который раз проходился по кромке виднеющегося вдалеке леса, по высокой стене с длинными шипами, окружающей летнюю резиденцию, по прямой светлой дороге, идущей через поле и исчезающей за деревьями.

Бремя императора оказалось неимоверно тяжелым, но бывший тысячник не привык отступать даже там, где, казалось бы, нет ни одного шанса на благополучный исход дела, пусть и управлять империей было несравненно сложнее, нежели войсками. Наверное, не будь рядом верных друзей, после военного переворота перекочевавших в статус официальных советников, Родерик, может, и забросил бы все это, передав корону кому-нибудь другому. Однако делать этого было нельзя: после свержения предыдущего правителя медленно умирающей страны нынешний император превратился едва ли не в символ, который не имел права проявлять слабости.

Именно он в свое время решился поднять мятеж, отказавшись подавлять голодные бунты на юге империи. Через несколько дней почти все войска поддержали дерзкого тысячника, который прямо в глаза парламентерам высказал мысль о том, что это не простолюдинам следует усерднее работать, а знати надо поменьше жрать от пуза и обдирать и без того нищее население. И никакие обещания самых жутких кар не смогли заставить его поднять оружие против мирных людей. Аристократы, почувствовавшие запах жареного, вроде как вовремя поняли, что деньги надо тратить более разумно, нежели отстраивать замки, давать балы и проигрывать целые деревни: покумекав, они прибегли к услугам наемников, которым щедро заплатили за то, чтобы Родерик больше не доставлял никаких беспокойств.

Однако наемники оказались тертыми калачами: взявшись за дело, они предварительно оговорили условие о том, что если они посчитают затею гибельной, то откажутся. Как в воду смотрели – против них выступили части регулярной армии, собранные, озлобленные, готовые драться до последней капли крови, безоговорочно поддерживаемые населением, знающим тайные тропы в лесах, скрывающим бойцов в схронах, отдающим последние крохи провианта в надежде освободиться от ига обнаглевшей от безнаказанности аристократии. Через несколько дней к сидящему на изрядно пошатнувшемся троне прежнему императору лично явились главы гильдии наемников, вернули все золото вместе с сумасшедшей неустойкой и посоветовали не забывать двух вещей: во-первых, даже за очень большие деньги они, по своей сути, являются наемниками, а не самоубийцами; во-вторых, наемники тоже знают понятие «честь» и не считают возможным поддерживать того, кто заставил восстать собственную армию.

Возликовавшие соседи, вознамерившиеся поделить раздираемую внутренними распрями империю, неожиданно весьма чувствительно получили по своим шаловливым ручкам: генералам уже не приходилось выполнять приказы подкупленных врагами министров, изматывать бойцов в бесконечных маршах и учениях. Ответные удары были точными, сильными, неожиданными, заставив врагов расстаться с частью территорий, на время притихнуть и бессильно скрипеть зубами.

Люди получали посты и должности сообразно своим способностям, а не предкам. Никто не скрывал, что вначале придется затянуть пояса, но ежовые рукавицы, в которые попала империя при военных, не дали разгуляться разбойникам, строго карая любое проявление мародерства, грабежа или насилия, а налоговые послабления или даже освобождения от них самых разоренных провинций позволили понемногу выбираться из пропасти голода. Страна перестала быть сборищем независимых вотчин, превратившись в единое государство, в котором любой облеченный властью человек отвечал лично перед императором.

- Мечтаешь? – сиплый насмешливый голос за спиной заставил отвлечься от воспоминаний.

- Если бы, - Родерик поднялся с плетеного кресла и подошел к стоящему в дверях чуть полноватому невысокому мужчине, прячущему в густой бороде белозубую улыбку и страшный шрам на шее, навсегда изменивший голос и убивший веру в женскую верность. Похлопав своего некогда верного брата по оружию, а теперь - доверенное лицо по вопросам внутренней политики, император приглашающе указал на столик, на котором Шепот Смерти уже точными механическими движениями расставил чашки и наливал розовый чай, так любимый императором – пожалуй, единственная слабость несгибаемого военного. – С той самой поры, как я согласился принять эту треклятую корону, я вообще забыл, что такое мечтать или жить будущим. Настоящее неподъемным грузом давит на плечи и не дает расправить крылья воображению. И кто дернул меня тогда согласиться с вашим предложением? Вы ведь специально выбрали меня? Любой из вас мог стать императором. Любой!

- Любой, - советник мягко улыбнулся, глядя на ставшее уже традиционным раздражение друга.

- Скоты, - беззлобно выругался Родерик.

- Стать мог любой, но ни один из нас не смог бы удержаться на троне столько, сколько ты, - Шарх усмехнулся. – У меня есть острый ум, который может помочь проанализировать ситуацию, увидеть ловушки, просчитать последствия, даже предугадать реакцию… но все это теряет смысл тогда, когда нужна интуиция и звериное чутье. Может, ты и не замечал, но ты принимаешь правильные решения быстрее, чем я успеваю их обосновать. Так что прости, друг мой, но каждый из нас находится на своем месте.

- Ладно, давай ближе к сути, - буркнул польщенный Родерик. – Ответь-ка мне, насколько ты контролируешь внутреннюю обстановку в стране?

- Смотря, что ты понимаешь под словом «контролируешь», - осторожно высказался Шарх, пригубив чай.

- Не придирайся к словам, - император едва сдержался, чтобы не грохнуть пудовым кулаком по шаткому столику, но вовремя сообразил, что случится с хрупкими чашками и его любимым напитком. – Я хочу узнать, в какой степени ты осведомлен о происходящих беспорядках и насколько ты можешь вмешиваться в их решение?

- Ах, вот ты о чем, - советник задумчиво отпил из своей чашки, скривился и зачерпнул небольшой ложечкой меда. – Ну, можно сказать, что ни одно значимое событие не пройдет мимо меня незамеченным. А вмешательство… Так вроде пока некуда запускать свои длинные руки?!

Шарх вопросительно уставился на Родерика, а тот вынужден был скрипнуть зубами. Советник отчасти был прав: тот вопрос, который собирался озвучить император, был скорее личного характера. Это как зубная боль по сравнению с недержанием: при больном зубе дискомфорт испытываешь только ты, можно потерпеть и старательно делать беззаботную физиономию, а вот с недержанием такой фокус не пройдет – оконфузишься при всех, а потому такая болезнь мешает уже не тебе одному.

- Я понимаю, что перед всеми клялся не делать различий между гражданами империи, - издалека начал Родерик. – Но я никак не предполагал, что ко мне будут прибегать с каждой мелочью.

- Странно, - Шарх пожал плечами. – Мы стараемся всю мелочь отсекать заранее. До тебя должны доходить только действительно серьезные вопросы, требующие непосредственного вмешательства.

- Ну, давай посмотрим, - Родерик требовательно протянул руку к неподвижной статуей замершему за правым плечом дворецкому, и тот жестом профессионального фокусника прямо из воздуха извлек толстую пачку ровных листов, умудрившись сделать этот так, что ни один из них даже не сдвинулся. – Итак, обращение сына саура[1] Лаэстри. О чем он тут просит? Ага… «Принимая во внимание все вышеизложенное, нижайше прошу Ваше Величество позволить восстановить поруганную честь и разрешить провести поединок между…» и указание конкретной личности. Следующее: саур Мураари… «Считаю себя униженным и прошу, невзирая на строжайший запрет, позволить собственноручно наказать…» с последующим именованием. Далее… Эрцал[2] Монтори! Ты посмотри-ка, старик стариком, а все туда же: «Понимая всю тяжесть своего будущего проступка и имея намерение в дальнейшем смиренно предаться в руки правосудия, считаю себя обязанным вызвать на поединок чести…». И все в том же духе: «вызвать», «наказать», «восстановить», «вернуть». И везде одно и то же – «честь», «честь», «честь»!!!

Шарх с непониманием смотрел на своего господина.

Ну, пишут. В принципе, имеют право. Когда к власти пришли военные, страна была неимоверно истощена морально и очень сильно – в плане ресурсов, в том числе и людских. А потому одним из первых законов нового императора стал строжайший запрет на убийство по любому поводу. Конечно, детям знати не объяснишь, почему вдруг стало нельзя вызывать на поединок того, кто нанес тебе оскорбление и не планирует приносить свои извинения, а потому даже случались прецеденты в виде нападения на патрульных, у которых был недвусмысленный приказ задерживать всех, кто вознамерился учинить смертоубийство. Потому и был учрежден Трибунал Чести, в который мог обратиться каждый, посчитавший себя оскорбленным, с просьбой о разрешении восстановить свою честь, так сказать, насильственным путем.

По идее, данные письма должны были проходить именно через Трибунал. И почему же они попали лично в руки к императору? По большому счету, во всей этой ситуации не было ничего страшного, ведь Шарх играл открыто, никогда Родерику не врал и ничего от него не скрывал, а потому наличие в руках владетеля подобного рода документов просто сбило его с толку, хотя, надо отдать ему должное, совсем ненадолго.

- Прошу прощения, - Шарх поставил свою чашку на стол, знаком попросив Шепота плеснуть еще чайку. – Родерик, дай-ка мне почитать эти кляузы.

Император передал бумаги советнику и под неразборчивое бормотание своего друга вышел на балкон, подставив свое иссеченное морщинами и шрамами лицо лучам утреннего летнего солнца. Его вся эта возня просто выбешивала; во время военного переворота они вырезали почти всю знать, порядком затопив страну благородной кровью, но это касалось только взрослых. Детей император трогать запретил, считая, что те не в ответе за дела отцов, хотя у многих и отобрал владения, урезал права и еще навешал кучу обязанностей. Вот и ходили теперь по городам злые безземельные дворяне, хватающиеся за оружие при каждом косом взгляде или подозрительном вздохе и вопящие о потерянной чести. Родерик зло усмехнулся: «Хороша честь, которую может вор унесть». Для него как для военного высшим показателем чести была способность выполнить приказ, и для этого нужно было, как минимум, выжить, а не пытаться свести счеты с жизнью самыми изощренными способами.

- А-а-а, понял, - раздался довольный голос Шарха. – Все никак не понимал, почему это направили сюда. А теперь все встало на свои места. Дело в том, что здесь – м-м-м – девяносто восемь запросов за все время твоего правления с просьбой разрешить поединок чести. Причем, что интересно, с одним и тем же человеком. И с этого момента, друг мой, это становится именно твоей проблемой, потому что это ты дал ему дворянский титул и земли, признав тем самым его военные заслуги, и ты же запретил ему участвовать в поединках.

- Почему это стало моей проблемой? – император нахмурился, перебирая варианты в голове. – И кому это я запретил участвовать… Не-е-ет!!!

Родерик вспомнил все мгновенно и отчетливо, словно посреди ночи прямо перед ним в землю ударила молния, осветив все вокруг настолько ярко, что стало возможным различить каждую травинку. Действительно, был в его стране такой уникум, единственный в своем роде человек, к которому, мягко выражаясь, нужен был совершенно особый подход.

Темная лошадка. Бывший солдат из отдельной разведывательной сотни, причем, что самое странное, далеко не из офицеров с их высокой подготовкой. Насколько было известно, ничем не выделялся и не отличался от других за исключением нелюдимости, хотя приказы, надо отдать ему должное, выполнял с рвением, достойным гораздо лучшего применения. Родерик помнил, как этот человек пробился на встречу с ним, тогда еще простым мятежным тысячником, и сказал, что сможет решить вопрос с затянувшейся осадой столицы. Никто ему не поверил. Посмеялись и шутки ради спросили, чего бы он хотел в награду.

- Лен, - спокойно ответил этот странный человек. – Дикий лен и одиночество. Никто не должен меня беспокоить по какому бы то ни было поводу.

Император в меру своих скромных сил выполнил обещанное: этому странному человеку были выделены земли на самой окраине империи, сбор налогов отменили навсегда; Родерик еще тогда подумал, что на этой необычной истории можно было бы поставить крест, но, как только что показала жизнь, он ошибался.

- Что хоть это за тип такой? – Шарх повольготнее развалился в кресле. – Понимаю, что тогда нам было просто не до него, но, может, теперь расскажешь?

- Кабы я знал, - зло пробормотал Родерик, бессильно сжимая и разжимая немалые кулаки. – За все эти годы я не смог выведать ни капли более того, что рассказал он сам. До его появления мне и дела до него не было, а теперь – поди, доберись. Лучше ищейки оказываются бессильны там, где нет ни правды, ни лжи. Лишь недомолвки, заставляющие идти по ложным следам, щедро сдобренным реальными сведениями, - император взял чашку с чаем, задумчиво повертел ее в руках, словно только что увидев давно уже до малейшего завитка изученный узор, и поставил на место. - Мне известно лишь, что он действительно был рожден в нашей империи, происходит из обедневшей, но насквозь преданной нашей стране семьи. Опрошенные свидетели все подтвердили: и детство, и юность, и описали внешность, даже показали могилу родителей… Но с момента нашего восстания вся история становится покрыта непроницаемым туманом.

- Хм, ты сомневаешься в его лояльности? – советник удивленно приподнял бровь.

- Нет, - Родерик покачал головой. – Если можно так выразиться, то его преданность безусловна. Насколько я знаю, из всех вражеских шпионов, которые пытались подбить к нему клинья в его владениях или на редких выездах в столице, в живых не осталось ни одного.

- А-а, так значит, это реальный конкурент Шепота? – Шарх рассмеялся, глядя на непроницаемое лицо убийцы.

- И тут ты не прав, - император устало опустился на свое место. – Я ни разу не видел его в реальном бою, но по рассказам очевидцев, первыми поднявшихся на стены столицы шесть лет назад, он в состоянии вытворять чудовищные вещи. А те, кто ушел из жизни… Шепот убьет и исчезнет, но это будет убийство, что ни у кого не вызовет никаких сомнений. Шпионы же умерли из-за несчастных случаев: удар молнии, сердечный приступ, пожар в комнате, нападение диких зверей на охоте. В один я бы еще поверил, но когда все… И при этом ни одного следа. Мистика какая-то.

- Поправь меня, если я ошибаюсь, - советник побарабанил пальцами по столу. – Конечно, это глубоко твое дело, почему ты выполнил свое обещание в отношении этой странной личности, но по своей сути, мы не имеем никакого понятия о его способностях?

- Ни малейшего, - император покачал головой. – Я знаю лишь то, что привлечь его к ответственности действительно не за что: ни разгневанных соседей, ни разоренных аристократов, ни ущемленных простолюдинов… Ни-че-го. Он точно есть, но при этом словно растворился.

- Ну, про соседей все понять достаточно просто, - Шарх подошел к карте, висящей на стене, после недолгих поисков нашел нужные территории и озадаченно хмыкнул. – Тяжелое место. Его лен далеко выдается на территорию Сумрачного леса, а потому и соседей, почитай, нет вовсе. Кто у нас там? На восток от леса - Урронахватанари, которые давно уже точат зуб на наши территории, на западе - Вараваги, с которыми тоже каши не сваришь. Очень странно. Казалось бы, такое удобное место: бери и отрезай почти всю территорию от основной части империи, - советник ногтем чиркнул по карте, обозначая самое узкое место Забытых Земель. – Уже давно договорились бы и вместе захватили и поделили. Но, по твоим словам, они даже попыток не делают. А крестьяне точно не жаловались?

- Ты мне не доверяешь? – Родерик начал заводиться. – Мы несколько раз посылали соглядатаев – без толку. Они или возвращались, не солоно хлебавши, или вообще – навсегда оставались там, что вовсе звучало бы как нелепица, не будь я сам в этом уверен.

Шарх задумался. Как доверенное лицо императора, он обязан был любую ситуацию проворачивать на пользу государству. Какую пользу из сложившейся ситуации можно было извлечь, он пока решительно не представлял, но кое-какая мысль в голове все же промелькнула.

- А что мы с него имеем на нынешний момент?

- От налогов мы его освободили, как и обещали, - император тяжело вздохнул. – Но при этом он сам исправно платит пошлину за торговлю лесом, шкурами, мясом. Да еще откуда-то умудрился добывать железо…

- Неудивительно, - Шарх покачал головой, все еще не отрываясь от карты. – У него под боком болота, там вполне можно достать руду, пусть и не самого высокого качества. Меня больше занимает другой вопрос: он выбрал этот лен осознанно?

- Чего не знаю, того не знаю, - бывший тысячник пожал плечами. – К его родным местам он вообще никаким боком не относится, хотя и полностью подходит под его желания: далеко и без лишних глаз. А что?

- Просто что-то мне подсказывает, что не просто так он туда нацелился, - Шарх хищно прищурился. – Он ведь сейчас ленвайлд? А что это значит? Это значит… это значит… Это значит, что все земли, которые пока не относятся ни к одному владению, он может запросто присоединить к себе. Конечно, при условии, что у него хватит сил их удержать. Забытые Земли, по сути, отвоеванная людьми часть Сумрачного леса. Их ведь давным-давно почти забросили, потому что люди не смогли жить в таком страшном месте. А он каким-то образом сумел все восстановить.

- Думаешь, он все это спланировал, чтобы отхватить побольше территорий?

- Может быть… может быть…

- Если честно, он не произвел на меня впечатление человека, который заглядывает настолько далеко в будущее.

- Одно другому не мешает, знаешь ли, - Шарх вздохнул. – Так… А что, если мы все же разрешим кому-нибудь вызвать его на поединок? Есть шанс, что его продырявят?

- Пробовали, - Родерик покачал головой. – Без вариантов. Почему, думаешь, я заставил его носить знак действующего убийцы[3]? Он вообще не дает противнику шансов, причем пользуется настолько странной системой боя, что ее не смог опознать ни один из мастеров. Быстро и эффективно. Непробиваемая оборона - один удар – один труп. Потому все рвут и мечут, заваливая меня подобными письмами: нарываться на человека со знаком убийцы запрещено законом, а не просто обычаями. И закон этот появился не на пустом месте.

- Ох, ну и наворотил ты дел, дружище, - советник снова уселся в кресло, но по его сосредоточенному виду было понятно, что он пытается ухватить за хвост какую-то особо юркую мысль. – С одной стороны, от него нет никаких проблем, а с другой – он сам является одной сплошной проблемой. Ладно бы был простым рубакой с незатейливыми желаниями. Так нет же… Тут попахивает неплохо продуманной интригой. И остается только надеяться, что она не перерастет в заговор.

- Шарх, ты тут только что распинался о моей интуиции, - Родерик побагровел от едва сдерживаемого гнева. – Поверь в нее еще раз: он не предатель и не изменник.

- А кто?

- Не знаю, - император без сил откинулся на спинку своего кресла, потерянно глядя на веселые курчавые облака, неторопливо плывущие по голубому небу. – Я уже едва не спятил, пытаясь придумать хоть один логичный ответ на вопросы, которые ты сейчас задаешь мне. Не знаю, кто он.

- Почему же о нем почти никто ничего не знает? Хоть бы меня в свое время в известность поставил…

- Это моя проблема, - бывший тысячник устало помассировал виски. – Он обращался непосредственно ко мне и выполнял мои личные поручения. Так что мне и придется со всем этим теперь разбираться.

- Если честно, я вообще не понимаю, почему ты так озаботился, - Шарх пожал плечами. – Если ты уверен в его верности короне, не можешь предъявить ему ни одного обвинения, то и оставь его в покое. Или тебя гложет что-то другое?

- Он неподконтролен, - Родерик упрямо поджал губы.

- Ну, так возьми его под контроль!

- Как?!

Советник задумался. Предложить всегда было гораздо легче, чем реально выполнить. Действительно, какой можно придумать способ влиять на человека, которого не знаешь?

Деньги? Судя по всему, они ему не очень-то и нужны. Слава? Он бежит от нее, как от огня. Земли? И без того нахапал уже достаточно, удержать бы получилось. Титул? За свои заслуги он мог получить нечто намного значимее простого ленвайлда, на маркграфа получилось бы претендовать, но его устроило именно то, что он имеет.

- Женщины? – в полголоса предположил Шарх.

- Никогда не замечали, - император вздохнул.

- Он что, из «этих»? – советник удивленно поднял бровь.

- Не думаю, - Родерик усмехнулся. – По крайней мере, некоторые особо откровенные декольте рассматривал весьма заинтересованно, но взглядов это не продвинулось.

- Но должна же быть у него слабость?!

Друзья снова замолчали. Шепот Смерти терпеливо и неподвижно стоял у стены, держа под контролем обстановку в комнате и за пределами резиденции. Ветер все так же неторопливо гнал по небу облака, заигрывал с длинной сочной травой, трепал листья на деревьях. Снаружи доносилось приглушенное ржание лошадей, лязг доспехов дворцовой охраны.

- А что, если мы не станем ничего с ним делать? – Шарх прищурился.

Родерик знал этот взгляд. Он много раз видел его еще тогда, в свою бытность тысячником. Это значило, что советник уже придумал план, хотя, по его же мнению, он был достаточно рискованным и еще не проработанным до конца.

- В каком смысле? – император едва не подавился чаем и поспешно поставил чашку на блюдце, хватаясь за салфетку. – На кой ляд мы тогда здесь собрались?

- Ты не понял, - Шарх нетерпеливо отмахнулся от эмоций Родерика, что дозволялось далеко не всем. – Не надо давить на него непосредственно: судя по всему, человек он неглупый и обладает звериным чутьем, так что сразу отступит при первой же опасности. Здесь надо поступить тоньше… Прикройся заботой и используй свою власть.

- Не понял, - император почувствовал, что еще немного, и он перейдет на угрожающий тон.

- Нам нужна девушка, - советник решительно хлопнул ладонью по жалобно скрипнувшему подлокотнику. – Одинокая. Желательно, симпатичная. Состоятельная. Сирота.

- Есть такие, - Родерик покопался в памяти, припоминая нужное имя.

- Это еще не все. Она должна быть влиятельной, в меру амбициозной, умной и… сильной.

- Прости, ты вообще еще здесь? – Родерик не на шутку озаботился состоянием рассудка своего друга.

- Да, - Шарх, уставившись в одну точку на стене, барабанил пальцами по подлокотнику, отбивая только ему слышимый ритм. – Да, это идеальный вариант… Женитьба! В приказном порядке!

- И? – Родерик скептически посмотрел на советника.

- И тогда либо мы узнаем все, ведь между женщинами нет секретов, - Шарх усмехнулся. – Либо, если она достаточно сильна, они просто поубивают друг друга.

- Не знаю, - император с сомнением покачал головой, но все же задумался. – Отчасти ты, конечно, прав: как владыка я имею не просто право, а священную обязанность заботиться о тех, кто в силу каких-либо причин не может устроить свою жизнь. И девиц, которым уже пора бы обзавестись семьей, более чем достаточно. Сам знаешь, что по достижении определенного возраста их личная жизнь становится уже моей заботой, если у самих головы на плечах нет. Но… не знаю, как-то это уж слишком…

- Слишком? Родерик, ты ничего не забыл? Ты император! Если у тебя возникла проблема, то ты должен решить ее любыми способами. Лучше, конечно, наиболее рациональными, но если это не получится, то – подчеркиваю! – любыми.

Шепот Смерти к чему-то словно прислушался, затем вытянул перед собой руку, тряхнул ею, словно пытаясь поймать невидимую муху, после чего положил перед императором еще несколько листков. Родерик бегло просмотрел их, повернулся к своему дворецкому и, глядя ему прямо в глаза, произнес:

- Тащи вино.

- С чего это вдруг? – Шарх нахмурился. – Ты же давно уже зарекся пить.

- Юбилей, - император, иногда сам себе кажущийся до безобразия бессильным и беспомощным, подтолкнул листки к советнику. – Теперь требований разрешить бросить вызов ровно сто. Как ты там сказал? Женитьба? Может, это и не такая уж плохая идея…

[1] Саур – граф.

[2] Эрцал – герцог.

[3] Знак действующего убийцы – небольшой серебряный кулон в виде перевернутого меча с крохотным рубином в рукояти. Официально выдается гражданину империи, с которым запрещено устраивать смертельные поединки ввиду их полной бесполезности. Скрыто носить этот знак запрещается – его обладатель должен открыто показать кулон до того момента, как ему бросят вызов на дуэль.

Главы 1-3

Глава 1

Мелисса[1] Айнара да’Саари эт-Лангори была мрачнее тучи. Мерное покачивание кареты не успокаивало, а только еще больше раздражало; яркое и горячее летнее солнце не радовало, а будто пыталось своими лучами, изредка проникающими сквозь шторку, выколоть глаза; свежий воздух словно обжигал грудь. А виной всему был небольшой, но очень важный конверт, полученный лично от императора Родерика Второго. Айнара, нахмурившись, вновь достала тонкий лист бумаги и пересмотрела содержимое: может, она что-то неправильно поняла?

Нет, неверно истолковать заботу императора (правильнее было бы сказать «прямой приказ») в этих словах, не допускающих двусмысленностей, было бы невозможно даже при очень большом желании. Родерик, после смерти родителей официально считающийся опекуном бедной сиротки, успевшей отрастить весьма острые зубки, коготки, длинные стройные ножки и многое другое, причитающееся красивой девушке, под видом озабоченности ее дальнейшей судьбой и тем, что род Лангори вполне может прерваться, рекомендовал Айнаре сочетаться узами законного брака с указанной в данном письме особой.

Чуть ниже шло перечисление достоинств этой, несомненно, замечательной личности. Но при всех плюсах девушка не нашла того, что ей действительно было бы интересно: известности. Судя по всему, этот жених весьма редко появлялся при императорском дворе, а Айнара, положившая немало сил на то, чтобы оказаться в кругах, весьма близких к царствующим особам, не собиралась так просто расставаться с роскошью и перспективами. Вторым фактом, который насторожил поднаторевшую в интригах мелиссу, было то, что она об этом молодом человеке ничего не слышала. Вообще. Хотя, надо отдать должное императору, расписал он его весьма красочно как человека честного, храброго, верного, сильного, богатого…

Прямо хоть сейчас хватай и сама тащи к алтарю! Девушка сложила письмо и задумчиво постукивала уголком по верхней губе: почему Родерик не расщедрился на описание внешности? Кроме того, что вынужденный претендент на ее руку статен и высок ростом он больше не проронил ни слова… Айнара с холодом под сердцем вновь схватилась за письмо: может, у него еще и не все конечности на месте, ведь успели же его отметить за военные достижения! Ничего. Ни одного слова…

Конечно, подобная практика в стране существовала давно, пусть широко и не использовалась. Древний род, естественно, не имел права прерывать свою линию всего лишь из-за того, что единственная наследница недрогнувшей рукой и с ехидной улыбкой отшивала всех претендентов в женихи. Айнара по праву считала, что не в сточной канаве себя нашла, а потому не торопилась одаривать благосклонностью каждого встречного, даже если тот начинал перечислять заслуги предков или сыпать подарками и рассказами о том, какое поместье достанется ему в наследство. Мелисса тоже была отнюдь не нуждающейся девушкой, а благодаря умелым рукам тщательно подобранных управляющих понемногу и богатела, продолжив политику своего отца, который, хотя и кичился своим происхождением, тем не менее, крестьян и ремесленников не притеснял сверх разумного, справедливо рассматривая их как инструмент, который тоже требует заботы и ухода.

А потому ей и были открыты двери практически всех поместий, разрешен вход на любые балы, приемы и рауты, а на многих ее не просто были рады видеть, но и целенаправленно приглашали. К великому сожалению, необходимость одной вертеться в обществе, которое по своей сути больше смахивало на змеиное кубло с соответствующими взаимоотношениями, привела к тому, что Айнара выросла человеком замкнутым, холодным, расчетливым, амбициозным. Понимая, что надеяться ей просто не на кого, она кропотливо выстраивала свою линию поведения с каждым человеком, который встречался на ее пути, приучив себя собирать любую доступную информацию.

Интриги и скандалы стали неотъемлемой частью ее жизни, заигрывания и недомолвки прочно вошли в ее повседневное поведение, а умение замечать мелочи и мгновенно делать выводы впиталось в кровь.

Однако теперь все это дало сбой, и Айнара не понимала: почему? Что она сделала не так? Где допустила ошибку и навлекла на себя гнев императора, а иначе эту ссылку ничем и не объяснишь? И в том, что это именно ссылка, девушка не сомневалась, потому что владения этого ленвайлда находились на самом отшибе империи, пусть по территории и были побольше некоторых графств. Почему Родерик решил отстранить ее от двора? Она ведь никогда не участвовала в заговорах, а все интриги носили, по большому счету, невинный характер, будучи призванными просто высмеять кого-то из девушек или молодых людей при дворе. Но ведь за это не ссылают!

Мелисса, смешно сопя, задумчиво принялась грызть ноготь на большом пальце, но вовремя спохватилась: не хватало еще появиться перед этим отщепенцем в столь неприглядном виде. Покачав головой, Айнара перевела взгляд на свою служанку:

- Ты что-нибудь выяснила?

Та лишь покачала головой и опустила голову. Хвастать ей было нечем.

Мелисса, еще в нежном девичьем возрасте прекрасно уловив, что именно правит миром, превратила свою прислугу в почти идеальную машину для добычи информации. Служанки, конюхи, стражники – все умели находить подходы к другим людям, были обучены правильно задавать вопросы, выцеплять крупицы информации из гор пустопорожней болтовни, отделять ложь от правды. Даже когда сама Айнара веселилась на каком-нибудь балу, ее люди продолжали работать, посиживая с кем-нибудь за кувшином дешевого вина, кувыркаясь на сеновале или просто подсев на кухне к камину и развесив чуткие уши.

Рокси ничего сказать не смогла, и это было очень плохо. Мелисса потянулась к шторке, некоторое время пыталась поймать ее рукой, после чего с ругательствами сорвала и бросила на пол.

- Найни! – капитан ее гвардии пришпорил коня и через несколько секунд уже был рядом с приоткрытым окном, почтительно склонив голову. – Чем порадуешь?

- Ничем, высокородная, - немолодой стражник покачал головой, совершенно без опаски глядя в опасно сузившиеся глаза цвета дикого орешника. – Кроме того, что известно каждой крысе в столице, больше никто ничего не смог добавить: есть такой, участвовал в перевороте, получил в награду лен и исчез. Некоторые, правда, сказали, что мелькал пару раз на приемах у императора. По их словам, ничем особым не выделяется.

- Ну, хоть это хорошо, - Айнара с несказанным облегчением перевела дух. – Не калека, а остальное уже на любителя будет.

- Есть еще несколько странных историй, - Рокси нерешительно подала голос. – Я не стала обращать на них внимания, потому что это все же досужие россказни… Говорят, что когда он приезжал на приемы, то с ним было несколько человек из свиты. И вот они – странные, если не сказать страшные. Я тут покувыркалась с одним дворецким…

- Он хоть живой остался? – беспокойно осведомилась Айнара.

- Обижаете, хозяйка, - служанка плотоядно улыбнулась. – Так вот, у него в памяти есть лица нескольких людей. Оннара, они действительно странные: изможденные, с черными кругами под глазами, сами глаза красные, словно они рыдали недели напролет. Все, как один.

- Слухи, слухи, слухи, - с досадой зачастила девушка. – Нам хоть что-то доподлинно известно?

- Доподлинно? – задумчиво повторила Рокси, запустила руку в многочисленные складки своего платья, призванного скрывать немаленький арсенал, прикрепленный к разным частям стройного тела, и явила миру несколько небольших листков, которые принялась задумчиво перебирать. – Во-первых, нам известно, что данный человек существует. Асги да’Равери не миф, а реальный ленвайлд. Во-вторых, действительно отмечен нашим императором за заслуги при возведении его на трон. В-третьих, здравствует по сей день: несколько раз был замечен при дворе по личному приглашению Родерика, однако при этом ни разу не отметился на балах и званых ужинах. Причина неизвестна. В-четвертых, богат. Его лен активно занимается торговлей, причем продают то, чего нет в других землях. Они являются крупнейшими поставщиками мяса, речной рыбы, древесины разных пород, даже рудного железа. В-пятых, этот господин обладает весьма сложным характером. Есть подтвержденные сведения, что как минимум пять раз в его владениях объявлялись высокородные дамы с, якобы, дружественными визитами.

- Якобы? – Айнара вопросительно подняла идеально ровную бровь. – А на самом деле?

- А ты не догадываешься? – служанка усмехнулась. – Охмурить, женить, ободрать и все сопутствующее.

- И? – девушка внезапно почувствовала легкий укол ревности, что для нее было нехарактерно.

- Ничего, - Рокси пожала плечами. – Вернулись обратно. Все, как сговорившись, в один голос твердят, что не вышли бы за такого замуж даже под страхом смерти. Остальное, - она еще раз быстро пролистала свои записи, - только домыслы, выдумки, слухи…

- Высокородная, а могу я узнать причину нашей внезапной поездки? – Найни вопросительно уставился на хозяйку.

- Можешь, - мелисса снова помрачнела. – Считай, что это смотрины.

- И кто на кого будет смотреть? – хихикнула из глубины кареты Рокси, не особо любившая яркое солнце.

- А вот это уже большой вопрос, - девушка закусила губу. – Нам долго еще? Почитай, пятый день уже в дороге, надоело из окна на мир смотреть.

- Нет, если все будет нормально, то к полудню должны приблизиться к границам его лена, - капитан покачал головой. – А вот о нем ходят действительно странные слухи…

- Слышала, - Айнара поморщилась, словно от зубной боли. – Пристанища демонов, лесные монстры, человеческие жертвоприношения… Фантазия некоторых не знает границ.

- Думаешь, это неправда? – служанка тоже приникла к окну.

- Сама посуди, - мелисса пожала плечами. – Если хоть один из этих слухов окажется правдой, то к нашему таинственному жениху тут же пожалует клика из Солнечного Ордена: Исцеляющий Свет или кто-то еще из боевых фанатиков. Думаешь, они позволят подобной нечисти оставаться безнаказанной? Выжгут дотла, не сомневайся. Поэтому я думаю, что все эти истории об ужасах лена – чистой воды выдумка. Плохо не это.

- А что?

- Что правды никто не знает, - Айнара откинулась на спинку каретного диванчика. – Если люди выдумывают небылицы, пусть мы и предположим, что в них есть доля правды, значит, они не могут выяснить истину. И это, как бы сказать помягче, меня…

- Выбешивает? – подсказала находчивая Рокси, прекрасно чувствующая настроение хозяйки.

- Пожалуй, да, - мелисса кивнула и благодарно улыбнулась. – Вся эта история с таинственным ленвайлдом как бездонная пропасть: все в нее проваливается и ничего нельзя вернуть обратно. Домыслы, басни, страшилки… Я его еще не знаю, но уже ненавижу.

- Высокородная! – Найни бесцеремонно постучал кулаком по крыше кареты. – Вам стоит на это посмотреть!

Айнара приказала остановить карету, вышла на пыльную укатанную дорогу и задумчиво посмотрела на странное сооружение: совсем рядом с колеей в землю был вкопан огромный очищенный от коры ствол дерева высотой роста в четыре и толщиной в несколько обхватов. Мелисса подошла к нему и провела пальцем по потемневшему от времени дереву. Ничего странного не ощущалось, разве что пальцы прошлись по странным зарубкам, слишком ровным, чтобы быть естественного происхождения.

- И что это может быть?

- Межевой столб? – послышалось сзади предположение, и на землю легко, несмотря на тяжелый доспех, спрыгнул капитан стражи. – Говорят, такие ставили, чтобы отграничить землю одного господина от другого. Только зачем такой огромный? Да еще посреди поля?

- Не знаю, - Айнара покрутила головой и решительно отошла от столба на несколько шагов, вновь принявшись рассматривать заинтриговавшие ее узоры. – А ведь на нем что-то написано, только я никак не разберу, что именно. Кто из наших понимает в этом языке?

- Судя по некоторым буквам, которые можно еще опознать, это верхольское наречие, - один из стражников задумчиво почесал в затылке. – Считается языком простолюдинов, потому его мало кто из высокородных знает.

- Тогда тем более непонятно, - капитан пожал плечами, внимательно изучая буквы.

- Да нет, - Айнара снова вовремя одернула себя, поймав за очередной попыткой погрызть ноготь. Да когда же эта детская привычка исчезнет? – Все как раз предельно ясно. Это не просто столб – это предупреждение. Именно потому он такой огромный. А написано на верхольском затем, чтобы даже простые люди могли его прочитать, а знать, видимо, и без того должна быть в курсе, о чем здесь написано. Только вот я, как ни странно, ничего об этом не слышала.

- Там над лесом дымок заметно, - капитан снова запрыгнул в седло. – Небольшой, значит, это не пожар. Скорее всего, постоялый двор. Судя по времени, как раз до наступления ночи успеем добраться. Вот там предлагаю и спросить.

- Согласна, - Айнара забралась в карету. – В путь!

Вся эта поездка нравилась ей все меньше и меньше. Мало того, что она не имела ни малейшего представления о ее настоящей цели, ничего не знала о том, к кому направляется, так с каждым днем накапливалось все больше странностей. Пока она путешествовала по дорогам центральной части империи, казалось, что она просто отправилась на очередной прием или бал, разве что взяв с собой охрану больше обычного и вещей про запас. За окном проплывали сады, попадались другие кареты, конные разъезды, периодически ее останавливали и ненавязчиво интересовались сопроводительными документами – все это создавало ощущение активной жизни, не утихающей ни днем, ни ночью.

Но этот межевой столб со странными надписями заставил не на шутку задуматься. Вроде как ничего и не менялось: за ним была все та же пыльная, пусть и практически ровная дорога, все так же зеленела трава, не менее ярко светило солнце, но внутренним чутьем Айнара улавливала, что существует как бы два мира – ДО этого столба и ПОСЛЕ него. И тот мир, который ожидал ее впереди, был пугающим, неизвестным, заставляющим с тоской оглядываться назад и подспудно рождающим мысль: «А может, наплевать на заботу императора? Ну, пошумит Родерик, накажет, но ведь все равно успокоится! А что ждет впереди?».

Казалось, что ее настроение передалось всему небольшому отряду. Стражники подтянулись, прекратились смешки, все сгрудились ближе к карете. Служанка тоже стала более серьезной, прекратив развлекать мелиссу и принявшись подправлять лезвия тонких стилетов, закрепленных на предплечьях и умело спрятанных в рукавах платья. Айнара понимала, что это все самовнушение, что ничего не поменялось, но все равно казалось, что небо стало темнее и теперь с чувством ненависти давит на голову, начавшийся за окнами кареты лес выглядел диким и дремучим, хотя глаза и улавливали отметки на стволах деревьев, дорога будто становилась все уже и уже, а стволы и ветки словно нависали прямо над ней, заслоняя начавшее темнеть небо.

- Это все закат, - девушка старалась дышать ровно и спокойно, хотя и получалось плохо. – Это просто закат. Мы в чужом краю, начинает темнеть… Это предрассудки.

От резкого выкрика, прилетевшего из леса, она вздрогнула, а служанка, прикусив губу, приникла к окну, высматривая опасность. Хотя это и оказалась какая-то чересчур горластая птица, хорошего настроения отряду это не прибавило. Стражники нервно хватались за оружие при каждом шорохе, усмиряя не на шутку разволновавшихся коней, которым передалось настроение людей.

Так или иначе, но все понимали, что выход у них один – двигаться вперед. Никто не смог бы объяснить, почему именно, но бывалые воины, готовые отдыхать в любых условиях и при первой же возможности, даже и не думали заночевать в этом лесу, пусть и недалеко от дороги. Поэтому словно выпрыгнувший из-за деревьев постоялый двор все встретили с нешуточным облегчением и едва сдержали себя, чтобы не ломануться за крепкий частокол вперед своей госпожи.

На звуки прибывших постояльцев из добротной конюшни, слаженной из толстых бревен, выскочил в меру заспанный парнишка, который шустро похватал брошенные ему поводья и, наметанным взглядом определив степень усталости бедных животных, увел их под навес, не забыв поймать брошенную ему уверенной рукой монетку. Второй конюх уже помогал выпрягать из кареты.

Айнара выбралась наружу и устало потянулась: не привыкла она к таким дальним путешествиям. Обычно все заканчивалось за один-два дня, благо, родовое имение располагалось совсем недалеко от столицы империи. А тут… Пришлось сначала пересечь всю центральную часть империи да еще два дня ехать до этого странного столба. Так что теперь не мешало бы привести себя в порядок, отдохнуть и хоть немного приготовиться к тому, что ожидало упрямую девушку впереди.

Хозяин постоялого двора, вопреки опасениям мелиссы, оказался вполне себе человеческого вида: здоровенный, чуть заплывший жирком, но при этом на диво ловкий и юркий. Роскошная русая борода не всегда была в состоянии скрыть его белозубую улыбку, которой он реагировал на шутки немногих посетителей в зале, хотя его глаза серо-стального цвета, прячущиеся под кустистыми бровями, оставались цепкими и внимательными, словно крючьями на мгновения цепляясь за каждого.

Увидев вошедшую в двери мелиссу, он отвлекся от очередного клиента, сидевшего за стойкой и тоже обернувшегося к новым посетителям, и тяжелым взглядом обвел небольшой отряд. Айнара буквально физически почувствовала, как из общего зала испарилась атмосфера веселья и беззаботности, ощущаемая мгновения назад. Им здесь были не рады, и никто не собирался это скрывать. Хозяин сдернул с плеча белоснежное полотенце и протер и без того идеально сверкающую стойку; хотя он и видел, что перед ним высокородная, но бежать навстречу и ломать спину в поклонах он не спешил.

- Как-то здесь все запущено, - прорычал один из стражников, судя по звуку, схватившись за меч. – Никто не смеет проявлять такое непочтение к высокородной госпоже!

- Замолкни, - резким шепотом осадила Айнара торопыгу. – Они пока ничего нам не сделали. Более того, посмотрите внимательно: в их глазах нет ни капли страха. Нам здесь не рады, но это пока все. И если мы покажем себя высокородными и заносчивыми ублюдками, на пользу нам это точно не пойдет.

Глубоко вздохнув, девушка приказала вошедшей с ней части стражников занять один из свободных столов и направилась к стойке, не дожидаясь, пока к ней пришлют прислугу. В конце концов, она не переломится, дойдет, разомнется после долгой поездки, а на хозяина, глядишь, и произведет неплохое впечатление.

- Милость Богов над прожившими день, - традиционно начала мелисса и заметила, что в глазах хозяина мелькнуло едва заметное одобрение.

- И жалость Их к непроснувшимся утром, - прогудел здоровенный человек, возвышавшийся над Айнарой подобно скале, после чего легко склонил голову в поклоне. – Чем могу помочь?

- А чем еще может помочь хозяин постоялого двора? – обнажила в открытой улыбке ровные белые зубки мелисса. – Дать приют, не обделить едой и добрым советом. Я не так часто путешествую, но, судя по рассказам, у рачительного хозяина всего этого должно быть вдосталь.

- Внимательные слушатели сейчас на вес золота, - хозяин криво усмехнулся, оценивающе разглядывая девушку.

Одним движением брови он отправил прочь сидящего рядом клиента, напоследок поставив перед ним небольшую пузатую бутыль, а затем коротко свистнул, заставив выскочить из кухни взъерошенного здоровенного малого, заспанно почесывавшего могучую грудь с густой порослью, выглядывавшей в длинном разрезе на воротнике свободной рубахи. Кивком головы он указал на настороженно державшихся стражников и снова обратил внимание на девушку:

- Чего изволите?

- Моим людям – чего попроще и посытнее, - Айнара вздохнула. – И побыстрее: нам скоро опять в дорогу.

- Не беспокойтесь, - хозяин усмехнулся. – Раньше рассвета все равно не тронетесь.

- Почему это? – девушка нахмурилась.

- Вы что, столб закона не видели? – брови хозяина едва не заползли на высокий лоб с тремя глубокими горизонтальными морщинами.

- Видели какую-то громадину, - мелисса закусила губу. – Только не смогли прочитать, что там нацарапано. Не разобрать почти ничего.

- Вот спасибо, - хозяин суетливо закивал. – Это хорошо, это вы вовремя сказали; как бы не случилось чего плохого. Эй, Борк! - из кухни показалась голова верзилы, успевшего принять заказ от стражников. – Завтра же с рассветом дуй к столбу, и чтобы к полудню буквы блестели! Высокородная госпожа только милостью Богов до сумерек сюда успела добраться – прочитать законы не смогла. Еще не хватало нам господина гневить.

- Зверствует? – понимающе кивнула Айнара и тут же напоролась на бритвенно-острый взгляд серых глаз.

- Господин справедлив, - отчетливо, будто роняя валуны, произнес хозяин. – Он никогда не наказывает из прихоти. Советую запомнить это и не пытаться вызвать на себя гнев жителей этого лена.

- Простите мою глупость, - девушка снова виновато улыбнулась. – Я ведь издалека и просто понятия не имею, что здесь происходит. Чую только, что не по душе мы пришлись всем, кто здесь сейчас сидит.

- Не забивайте голову, - хозяин усмехнулся. – Это у нас в крови. Повезло вам, высокородная, что вы до темноты сюда успели. А если бы законы прочитали, то и вовсе поторопились бы.

- И что за законы такие? – Айнара заинтересовалась.

- Что заказывать будете? – хозяин покачал головой, дивясь безрассудству юной особы. – На голодный желудок такое обсуждать не следует. А то еще плохо станет…

- Ох, тогда мне бы купальню сообразить – все же весь день в карете да по жаре, - начала перечислять девушка. – Потом, если есть, запеченную птицу, зелень и легкое вино. Найдется?

- Все есть, - хозяин огромной пятерней почесал в затылке. – Только вот с помощью вам я ничего поделать не могу. У меня ведь того – одни парни на подхвате. Так что не обессудьте, но с омовением придется справляться самой.

- Это ничего, у меня с собой служанка, - Айнара пальчиком указала на вошедшую в двери горничную.

- Служанка… Ну-ну, - хозяин многозначительно хмыкнул, добавив странности к своему образу, и протянул небольшой ключ. - Тогда вам на второй этаж, а там третья дверь по левую руку. На полках водные камни, разберетесь. А уж на предмет разнообразия ароматов мы прощения просим – провинция.

- Главное, чтобы вода была, - мелисса до конца решила сыграть роль поверхностной и неизбалованной аристократки. – Остальное не так уж важно.

Несколькими щелчками пальцев она объяснила служанке, что от нее требуется, и, пока та отправилась за сменной одеждой и полотенцами, поднялась в купальню. Ничего необычного она не заметила: простое помещение размерами пять на семь шагов, без окон, с до блеска отполированными деревянными стенами. У дальней стены стоял шкаф, небольшая тумба, купальня… из льдистой стали!

Айнара даже дышать прекратила. Как же так? Ведь это же невероятная редкость! Льдистую сталь, стоило о ней упомянуть, тут же выкупали за бешеные деньги. Этот металл обладал невероятным свойством снимать усталость и возвращать силы; по легендам, если в купальню из льдистой стали положить раненного человека, то он намного быстрее излечивался. Потому и предпочитали богатеи носить при себе фляжки из этого чудесного металла, обивать им кровати, любимые кресла.

А здесь… Прямо на постоялом дворе…

- Госпожа? – бесшумно появившаяся за спиной служанка проскользнула мимо и положила одежду и полотенце на тумбу. – Моя помощь нужна?

- Останься, - Айнара сверкнула глазами и заперла дверь на задвижку. Она нисколько не сомневалась, что сейчас с той стороны встали двое стражников, чтобы отбить охоту желающих подглянуть за купанием высокородной.

Подойдя к шкафу, мелисса пальчиками пробежалась по выставленным в ряд разно-цветным камням с запечатанным водным заклинанием, выбрала один из них, придирчиво понюхала, положила обратно, затем взяла второй, третий… Наконец, она остановила свой выбор на нежно-сиреневом камне, который небрежно бросила в купальню. Стоило ему коснуться льдистой стали, как купальня почти мгновенно заполнилась водой, а по комнате поплыл нежный цветочный аромат.

Глава 2

Проведя руками по поясу, Айнара пальцами нашла хитрую застежку, на которую и надавила. Платье тут же ослабло, позволив свободно дышать и добавив мрачному миру несколько светлых штрихов. Мелисса с ожесточением почти содрала с себя одежду, с блаженным вздохом погрузившись в купальню. Вода была чуть горячее, чем она привыкла, но сейчас, после долгого пути, это было кстати, давая возможность измученным мышцам расслабиться.

- Залезай, - девушка одним движением пальцев показала служанке на купальню. Та, не говоря ни слова, тут же скинула с себя немудреное платье, оставшись почти полностью обнаженной, если не считать двух стилетов на предплечьях и еще стольких же на щиколотках. С ними она не расставалась никогда.

- Госпожа, вы же знаете, что вам придется делать после всего этого? - напряженным голосом спросила служанка перед тем, как войти в воду.

- Не забивай голову, - Айнара досадливо дернула бровью. – Здесь никого нет, можешь не отыгрывать свою роль.

Служанка, а по совместительству весьма известная в свое время телохранительница, со счастливым визгом запрыгнула в купальню, подняв кучу брызг, и поцеловав в щеку мелиссу. Ей было от чего радоваться: за свою короткую жизнь Рокси успела еще на этапе обучения наполучать множество шрамов, которые отнюдь не красили нежную девичью кожу. Потому Айнаре приходилось периодически обрабатывать спину своей помощницы специально заказанным у магов кремом, который заставлял шрамы исчезать. К счастью, был этот состав полностью естественным, то бишь, не опознавался как иллюзия или результат иного магического действа, но, к великому сожалению, смывался после первого же купания. А поскольку Рокси не считала себя вправе посвящать кого бы то ни было в свою тайну, приходилось это делать самой Айнаре.

- Заметила что-нибудь странное? – мелисса наслаждалась хоть каким-то подобием отдыха, ни на секунду не переставая размышлять.

- Странное? – Рокси на мгновение задумалась. – Странное здесь все. А вот опасности не чувствуется.

- И это тоже странно, - Айнара куснула ноготь и снова с проклятием спрятала руку под воду. – Когда я нелицеприятно отозвалась о ленвайлде, хозяин это не оценил. И здесь возможны две версии: либо они запуганы до такой степени, что даже без своего господина боятся сказать правду, либо же они просто фанатики. И я даже не знаю, к какому варианту склониться. Если к первому, то нужна очень разветвленная сеть шпионов, которые собирали бы информацию и доносили ее ленвайлду, но я не заметила ничего такого. И не почувствовала.

- Соглядатаев тут нет, - служанка согласно кивнула головой, довольно отфыркиваясь и барахтаясь в ванне словно ребенок. – Никто никуда не уходил, ничего не подслушивал. Конюхи занимаются своими делами, на кухне – своими. Словно никому ни до чего дела нет.

- Это и интересно, - Айнара подала Рокси пенную губку и повернулась к ней спиной. – Они знают, что за ними никто не следит, но при этом ведут себя так, словно их господин стоит прямо за спиной. При этом как-то странно: они не боятся наказания, но признают его неотвратимость. Ничего не понимаю.

- Не ломай голову, - телохранительница хихикнула и плотоядно облизнулась. – Сейчас я тебя вымою, одену, а потом ты поговоришь с хозяином, а я попробую растрясти кого-нибудь из обслуги. Там и станет понятно.

- Без жертв, - резко отрубила Айнара. – А то знаю я тебя…

Рокси понятливо кивнула, аккуратно губкой протирая тело хозяйки, которой была предана телом и душой. И было за что. С самого малолетнего возраста маленькая девчушка, оказавшаяся сиротой, попала под действие имперского закона о беспризорных, обязывающий государство заботиться о таких детях, которых собирали и массово отправляли на обучение в соответствии с их способностями. Не помнившая своего прошлого девочка, которую подобрали на улице после очередной попытки украсть еду, даже не умела толком говорить, но при этом весьма ловко уворачивалась от попыток стражников схватить ее, пока не столкнулась с Измененным.

Тот далеко не сразу, но все же сумел скрутить маленькую проныру, после чего поднял за шиворот обреченно скулящий кулек, внимательно ее осмотрел, даже не побрезговал понюхать, после чего рассмеялся, повесил на плечо и лично отнес к мастерам боя. Те сначала покрутили пальцами у виска, глядя на звереныша, в которого жизнь превратила довольно милую девчушку, но после слов Измененного о том, что он даже со своими способностями не сразу ее схватил, взялись за нее всерьез: отмыли, одели, причесали и со всем усердием взялись за обучение. Как оказалось, Рокси была пусть и не сильна физически, но на диво ловкой и быстрой, а прекрасная память и гибкое сознание помогали в учебе. Так продолжалось до тех пор, пока не вскрылась причина таких способностей: в один прекрасный момент Рокси прямо на тренировочном поединке выбила у противника оружие, легко полоснула его по руке стилетом и… с урчанием вцепилась в горло, проколов артерию выросшими клыками.

Как было ни жаль, но девочка оказалась полувампиром, который от человеческой матери взял больше, чем от нелюди-отца. Пусть она и быстро регенерировала, но на ее белой коже оставались шрамы, периодически просыпался голод, который было не унять никакой едой, и старела она почти с той же скоростью, что обычные люди. При этом темные, почти черные глаза и матовая белая кожа притягивали к ней взгляд, а миниатюрная фигурка заставляла очень многих с вожделением представлять, как они сжимают ее в объятиях.

К великому сожалению, до государственного переворота было еще несколько лет, и до этого времени Рокси считалась полностью бесправным существом, которое даже не имело возможности толком постоять за свою жизнь, поскольку один из ее родителей был нелюдью. К счастью, это же «не могло» распространялось исключительно на юридическую сторону жизни, а материальная оказалась намного более привлекательной, заставив снова оставшуюся в одиночестве уже девушку добиваться своего с минимальным количеством следов, указывающих на нее. Люди страдали, периодически пропадали, иногда, при подаче жалобы, отчаянно краснели, но прижать пронырливую девицу с поличным не получалось. А когда получилось, то светила ей смертная казнь, не вмешайся Айнара.

Подключив все свои связи, мелисса смогла устроить подставную смерть, заполучив себе преданную помощницу и весьма умелого и хитрого телохранителя. «Однако, при всем этом, - мрачнея, вспомнила девушка выражение глаз хозяина постоялого двора, - обмануть этого с виду простого человека она не смогла». Тот сразу раскусил, в чем именно помощницей является так похожая на мраморную статуэтку девушка.

- Они опасны, - пробормотала Айнара, млея под сильными руками Рокси. – Очень опасны, хотя я пока и не понимаю, чем именно.

- Выясним, - ладони Рокси бегали по плечам мелиссы, легко их массируя.

- Не было бы поздно, - Айнара покачала головой.

- Вот сразу после купания и выясним…

Когда мелисса спустилась в общий зал, посетителей поприбавилось. Некоторые уже собрались тесными компаниями, другие просто переходили от стола к столу, перебрасываясь несколькими словами со знакомыми. Тех, кто сидел в гордом одиночестве, было очень немного. Стражники уже закончили ужинать, двое из них явно собирались уходить для охраны лошадей, как они делали всегда, даже если приехали на несколько часов в столицу: отравить животных не составит большого труда, а при поспешном бегстве это сыграет решающую роль.

- Сидеть, - глухо припечатал хозяин ладонь к стойке, а начавших подниматься стражников – к скамье. – Вы не местные, потому вам простительно не знать. Но у нас есть законы.

Айнара насторожила уши – вот оно! Сейчас хоть что-то станет ясно.

- Законы в наших землях простые, даже вы в состоянии их запомнить. Вы только что чуть не нарушили третий – «После заката на улицу не выходить», - закончил свою мысль бородач. – Ничего с вашими лошадями не случится. Отдыхайте.

- А что будет, если выйти? – мелисса уселась напротив хозяина за стойку и изобразила на лице живейший интерес. – Вы же не откажете бедной девушке в рассказе?

- Ничего не будет, - буркнул хозяин, выставляя перед Айнарой блюдо с уже разделанной птицей, политой ароматным пряным соусом, и кружку с южным вином. – В прямом смысле: тех, кто нарушил этот закон, мы больше не видели. Никогда. Так что некому рассказывать.

- Как вас величать можно? – мелисса, не чинясь, руками ухватила внушительных размеров крыло и разорвала на две части.

- Каргом кличут, - хозяин пожал плечами. – И вы можете так звать.

- А меня – Айнара, - девушка склонила голову, справедливо рассудив, что ее родовым именем и титулом здесь никого не удивишь. – Любезный Карг, не затруднит вас перечислить все законы, а то прочитать их мы не смогли, а нарушить - очень бы не хотели.

- Отчего же не перечислить, - бородач усмехнулся. – Закон первый – «На все воля господина». Объяснять, что это значит, думаю, не надо? Все, что происходит в этих землях, случается только по воле ленвайлда. Второй звучит как «Слово господина – закон». Это касается любого распоряжения ленвайлда, каким бы глупым оно ни казалось. Если он сказал – это должно быть сделано. Третий закон уже слышали.

- А четвертый?

- Четвертый – самый главный, - Карг наклонился к уху мелиссы. – «Никогда не рассказывать о том, что ты видел в Забытых Землях».

- И что, под каждым из них реальная основа? – Айнара глотнула вина.

- Под каждым.

- И вы никогда не задумывались, почему они именно такие?

- Закон первый, - пожал плечами Карг. – Если ленвайлд сказал, что должно быть так, значит, так оно и должно быть. Нам не нужны доказательства и обоснования. На все воля господина.

- Странные вы какие-то, - проворчала под нос девушка. – И никому в голову не приходило спросить, почему должно быть именно так, а не иначе?

- Приходило, - бородач степенно погладил бороду и, подумав, кивнул. – Вот только у них уже не спросишь. Все, кто нарушает законы, пропадают. Без следа.

- О-о, да я смотрю, вас тут запугали, - Айнара отодвинула ужин. – Несогласных с политикой ленвайлда убивают? А мне его описали как человека справедливого, умного и спокойного. Получается, он не терпит инакомыслия?

- Вот что, высокородная, - хозяин перегнулся через стойку, нависнув над мелиссой, так быстро, что девушка даже не успела отшатнуться. – Я сделаю вид, что не слышал твоих слов. Про меня и мое заведение можешь говорить что угодно, но если хочешь оскорблять милостивого господина Асги, то тебе придется иметь дело со всеми постояльцами. И поверь мне, тебя не спасет даже твоя стража.

- Угрожаешь высокородной? – едва не зашипела Айнара.

- Предупреждаю, - Карг распрямился. – Если вы считаете, что в отсутствие господина у вас есть право его оскорблять, то глубоко заблуждаетесь. Ленвайлд Асги – наша жизнь, в самом буквальном смысле этих слов, и каждый из присутствующих здесь готов защищать его до последней капли крови. Если бы не он, то никто из нас не выжил бы в этих землях. Благодаря третьему закону постоялые дворы стоят на расстоянии дневного перехода друг от друга, а иначе трудно представить, что было бы с вами на улице после наступления темноты. Благодаря четвертому закону никто не лезет в нашу жизнь, потому что знают, что это бесполезно: мы не рассказываем ничего о нашей земле даже под пытками. Были прецеденты. А благодаря первому и второму законам у нас нет преступности. Вообще. Людям нет смысла портить отношения с теми, кто может оказаться ночью под одной крышей.

- Ты сейчас намекаешь на то, что вы можете нас выбросить на улицу? – мелисса насмешливо отсалютовала Каргу кружкой. – И концы в воду?

- Вы невнимательно меня слушаете. Есть второй закон, - покачал головой хозяин постоялого двора. – Как бы вы мне не нравились, как бы мне не хотелось отправить вас обратно, но закон есть закон – никто не должен оказываться на улице после наступления темноты. Поэтому даже если бы вы решили сами выйти за дверь, я бы первый бросился вас отговаривать.

- Дурость! – резко бросила Айнара. – Вы похожи на фанатиков! «Наш господин то, наш господин сё…», «господин сказал»… Неужели вам в голову не приходило, что вами просто управляют! Вам угрожают смертью за нарушение законов и ею же – за то, что вы кому-то расскажете обо всем этом. Вы все просто находитесь в ловушке и не видите этого.

В ответ на это Карг поднял голову к потолку и громогласно расхохотался. Смеялся он самозабвенно и долго, в конце уже вытирая бегущие из глаз слезы. Он уже не первый год держал постоялый двор и насмотрелся на многих людей, которые прибывали в лен по разным причинам. Видел он и убийц, присланных по чью-либо душу, и наемников, ищущих хоть какой-то заработок, и торговцев, и шпионов, и уже потерявших смысл жизни людей. И сейчас он напрочь отказывался видеть перед собой злобного подсыла. Нет, напротив него за стойкой сидела в душе перепуганная и ничего не понимающая девушка, которая старалась скрыть свой страх за бравадой. И это было простительно.

Карг перестал смеяться и со стоном вытер мокрые от слез глаза.

- Ох, ну, вы и высказали, высокородная, - бородач глубоко вздохнул, успокаиваясь. – Вам надо просто узнать господина Асги получше. Поверьте, вы поменяете свое мнение. Из ловушки, оннара, стараются убежать, как бы ни хотели это скрыть. А мы никуда не стремимся. Наша жизнь здесь. И она нам нравится. Да, наш лен был заброшен, здесь почти никто не жил, хотя земля очень плодородна и богата. Не всем это было по силам. Но наш ленвайлд смог изменить ситуацию. Так что вы просто не понимаете, о чем говорите.

- Да как тут поймешь! – Айнара в сердцах шарахнула кружкой по стойке. – У вас же есть пресловутый четвертый закон, правильно я понимаю? Потому и гуляют о вашей земле сказки, одна страшнее другой. То у вас монстры по лесам бегают, то призраки людей утаскивают, то темные обряды проводятся.

- Всякое бывает, - Карг серьезно и степенно кивнул, поглаживая бороду.

- И призраки? – неверяще уставилась на хозяина девушка.

- А как же, - бородач широко улыбнулся. – Добро пожаловать в Забытые Земли.

И почему-то Айнаре в его улыбке почудился зловещий оскал.

Мысленно в сердцах плюнув на все эти загадки, девушка щелчком пальцев позвала за собой охрану и отправилась спать. Судя по словам Карга, никто до самого рассвета их отсюда не выпустит, так что смысла в напрасной трате нервов она не видела, как не было его и в том, чтобы посылать некоторых особо пронырливых людей на разведку и сбор информации. К чужакам в этих землях отношение было настороженное и недоверчивое. Спасибо и на том, что открытой агрессии пока никто не проявлял.

Комната была почти квадратной, с двумя добротно сделанными кроватями, основательным столом и стульями из толстых гладко ошкуренных досок, небольшим окном с мощными ставнями, сейчас предусмотрительно закрытыми. Но мелиссу смутило далеко не это: она с удивлением в глазах смотрела на стену, сложенную из крепких до блеска отполированных бревен. Айнара даже не побрезговала подойти к стене и прикоснуться к странному материалу, после чего отдернула руку и озадаченно завертела головой. Ничего не понимающая Рокси получила странный приказ изучить стены в комнатах стражников, после чего вернулась с подтверждением того, что там точно такие же бревна.

- Не может быть, - девушка провела языком по пересохшим губам. – Этого просто не может быть.

- Да что случилось-то? – Рокси не на шутку обеспокоилась за трезвость рассудка своей госпожи.

- Ты знаешь, что это за материал? – Айнара пристально посмотрела на свою телохранительницу.

- Без понятия, - полувампир пожала плечами, не видя смысла в том, чтобы хранить в голове бесполезные знания.

- Это сталеница, - высокородная госпожа снова подскочила к стене и принялась возбужденно выхаживать вдоль нее, периодически поглаживая пальцами. – Удивительное дерево, растущее всего в нескольких местах нашей империи. Оно обладает прочностью, сравнимой со сталью, за что и получило свое название… Так вот почему здешний ленвайлд так богат!

- Продает это дерево? – недоверчиво прищурилась Рокси, рискнув поколупать стену длинным ногтем и убедившись, что ничего у нее не получилось.

- Дело не в этом, - Айнара отмахнулась. – Оно не считается слишком уж редким, с этим нет проблем. Но из-за своей прочности его невероятно трудно обрабатывать, даже просто срубить – уже почти невыполнимая задача. Вот на этом и зарабатывают те, кто торгует этим материалом. Но меня пугает не это.

- Да что опять не так? – служанка схватилась за голову.

- Сталеница лучше всего проявляет себя против врагов, то есть, когда ею обшиты, например, ворота в город, чтобы их нельзя было сломать или сжечь. Понимаешь? Она должна быть направлена на внешних врагов, но здесь…

Заканчивать мыль не пришлось. Рокси по-новому взглянула на свой будущий ночлег: комната была обработана сталеницей изнутри. Такое чувство, что ее и Айнару просто считали врагами и на всякий случай готовились ко всему.

- А я еще подумала: почему замок такой необычный? – полувампир покачала головой. – Его нельзя одновременно закрыть или открыть и из коридора, и из комнаты. Только по очереди: если закрыл из комнаты, то только из комнаты и откроешь.

- Это что-то странное, - Айнара решительно топнула ногой, направившись к выходу. – Я должна поговорить с хозяином. За кого они нас принимают?..

- Да ни за кого, - Карг спокойно пожал плечами в ответ на возмущенные вопросы высокородной. – Если хотите знать, на всех постоялых дворах все комнаты сделаны точно так же – распоряжение господина Асги. И тут совершенно ни при чем ваше происхождение, просто всем вам надо понять и осознать, что вы находитесь в Забытых Землях, а это кое-что значит.

- И что же именно?

- Что люди могут казаться совершенно не теми, кто они есть, - серьезно ответил хозяин постоялого двора. – Приедет так на ночлег вполне себе благообразный господин, поужинает, почивать отправится, а ночью – раз! – и обратится. Вот на этот случай сталеница нам и нужна: не даст она до утра вырваться на свободу и безобразий натворить. А с рассветом, глядишь, это уже и не перевертыш вовсе, а все тот же самый обычный господин: и завтрак заказывает, и счет оплачивает, извинения приносит. Да тут некоторые личности, кто имеет в себе силы признаться в нечеловеческой природе, открыто просят, чтобы их до утра запирали, дабы не вышло чего.

- И вы так спокойно об этом говорите? – мелисса даже рот прикрыла от ужаса, представив, что сейчас под одной крышей с ней может быть оборотень.

- А что не так? – Карг протер стойку полотенцем и забросил его на плечо. – Мы все в Забытых Землях, а это значит что? Правильно: «Слово господина – закон». Если он сказал, что никого не должно быть на улице после заката, значит, это касается всех, у кого есть уши и хоть крупица сознания, чтобы все это понять. Так что, можете смело засыпать – никто вас не тронет и не запрет, ведь ключ от вашей двери только один, и он у вас. Даже больше вам скажу: вы никого не тронете. Поверьте, это тоже многое значит.

Ошарашенная полученными сведениями и возможность столкнуться с оборотнем, Айнара поднялась в комнату, пустым взглядом посмотрела на пытавшуюся что-то узнать Рокси, после чего, почти ничего не соображая, пожала плечами, с помощью служанки скинула опротивевшее платье, облачилась в ночную сорочку и завалилась на оказавшуюся неожиданно мягкой и свежей перину. Конечно, это мало напоминало то, что она могла позволить себе в собственном замке, но было намного лучше ожидаемого, так что жаловаться пока было не на что. Выбросив лишние мысли из головы, и без того измученной постоянными загадками и безответными вопросами, мелисса закрыла глаза и провалилась в сон.

Как оказалось, бородатый хозяин постоялого двора не обманул. По крайней мере, Айнара, проснувшаяся незадолго до рассвета, успевшая привести себя в порядок и сменившая платье, которое ни на кого здесь впечатления не производило, на дорожный костюм, получила доклад, что лошади в полном порядке, отдохнувшие и сытые, из сумок и кареты ничего не пропало и можно спокойно двигаться дальше.

В общем зале было светло и людно: народ торопился отбыть с рассветом, чтобы до наступления ночи успеть попасть на следующий постоялый двор. Причем было заметно, что нет никого, кто всю ночь гулял бы и теперь выглядел весьма помято – люди серьезно относились к своей безопасности.

- Далеко пойдете, высокородная, - Карг усмехнулся, с удовольствием разглядывая длинные ноги в аккуратных сапожках для верховой езды, тонкую талию, высокую грудь мелиссы, туго обтянутые невзрачным коричневым костюмом.

- В каком смысле? – Айнара, привыкшая хотя бы к элементарной вежливости, оказалась сбита с толку отсутствием традиционного приветствия.

- Правильные выводы делаете, - бородач открыто хохотнул, глядя на не выспавшихся гвардейцев. – А вот они – нет. Я же сказал: у нас нет преступности. Никому здесь не нужны ваши деньги, жизни или что-то еще. Каким бы мрачным ни был наш край, чувствовать себя здесь можно совершенно спокойно.

- Но только до наступления ночи? – уточнила девушка.

- Только до наступления ночи, - согласился Карг. – Вы переоделись в более удобную одежду, пренебрегая красотой, значит, слушали меня вчера внимательнее, чем мне показалось. Или оказались более умной, нежели старательно выставляемая напоказ маска наивной глупышки.

- Это запрещено? – Айнара прикусила губу. Создавалось ощущение, что все ее актерские навыки, так необходимые при дворе, здесь совершенно бесполезны. Этот странный человек видел ее едва не насквозь.

- Отнюдь, - бородач пожал плечами, выставляя перед девушкой омлет и горячий травяной чай. – Кто вы есть на самом деле и кем хотите казаться – ваше личное дело. Мне на это наплевать, ведь вы не нарушаете закон. А в нашем краю жизнь сама счистит с вас лишнее, поверьте на слово. Скоро встанет солнце, можете отправляться в путь. Хотите добрый совет?

- Если он добрый, - осторожно кивнула Айнара.

- Оставьте карету у нас, - Карг покачал головой. – Я даже не стану драть с вас лишнее за то, что вы надолго займете место. Просто верхом вы сможете передвигаться быстрее, даже ускоритесь в случае надобности. Помните: вы должны успеть добраться до следующего постоялого двора засветло. А карету заберете на обратном пути.

- После всего, что вы мне тут наговорили, я сильно сомневаюсь, что вообще смогу вернуться, - проворчала девушка, без особого аппетита приступая к завтраку.

- А вы не сомневайтесь, - Карг заговорщически подмигнул. – Главное – не нарушать четыре закона. И все с вами будет в порядке.

- Тогда, может, еще в одном деле поможете? – неожиданно даже для себя самой решилась Айнара.

- Хм, это смотря что за дело, - почесал в затылке хозяин.

- Никакого нарушения законов, - мелисса замахала руками, едва не сбив кружку. – Это касается цели моей поездки. Император велел мне прибыть на личную встречу с ленвайлдом Асги.

- Вот оно что, - Карг как-то странно посмотрел на девушку и откинулся назад, сложив руки на груди. У мелиссы возникло противное ощущение, что ее сейчас оценивают и что-то решают, не собираясь ставить ее в известность. – А что… Вполне может быть, может быть...

Бородач прикрыл глаза и на несколько секунд словно вывалился из реальности. Именно так: Айнара готова была поклясться, что человек будто пропал, а на его месте осталась просто пустая оболочка из плоти. Однако через несколько мгновений наваждение исчезло, Карг уперся в девушку пытливым взглядом и задумчиво пожевал губами.

- Ленвайлд сейчас в своем замке, как впрочем, почти всегда, - прогудел хозяин постоялого двора. – Считая отсюда, вам пять дней пути, вечером шестого дня должны будете добраться.

- М-м, получается, еще пять или шесть раз ночевать на таких же постоялых дворах?

- Ну, возможно, они будут не совсем такими же замечательными, как мой, - Карг расхохотался. – Но в остальном верно. Как выедете отсюда, направляйтесь на северо-запад до первой развилки, на ней возьмите правее и дальше прямо по большаку, не отвлекаясь на мелкие повороты. Основную дорогу у нас всегда проверяют, чтобы ничего не валялось, не мешало, деревья на дорогу не вылезали…

- Деревья… вылезали? – Айнара помертвела.

- Бывает такое, - бородач не заметил ее странной реакции и увлеченно продолжил, руками прямо в воздухе показывая направления. – Не заметишь вовремя верхний корень, не погрозишь пальцем - ан, на дорогу за ночь и вылезет. Страшного, конечно, ничего, но попробуй потом прогони. О чем это я? Ах, да! Через пяток суток увидите шпили Черного Замка, вот в нем наш ленвайлд и живет. На него и правьте. А как только доберетесь до огромного селения, почитай, нашли нашего господина.

- Ясно, - Айнара мельком взглянула на капитана стражников, едва заметно прикрывшего глаза в ответ; значит, он все это запомнил. – Ладно, спасибо за все, господин Карг. Было приятно в этих странных землях встретить такого замечательного и доброго человека. Думаю, мы последуем вашему совету насчет кареты.

- Тогда с вас четыре серебряка, - бородач прикинул в уме стоимость. – Это уже с учетом содержания кареты. Доброго пути и не забывайте – добраться до постоялого двора до наступления темноты. Вертитесь как угодно, но не нарушайте закон. И последнее: путешествие через Забытые Земли далеко не прогулка по столице империи. Если почувствуете, что вымотались, устали, нет настроения, апатия одолела – передохните. Останьтесь на постоялом дворе на денек, от вас не убудет. Это намного лучше, чем потом остаться беззащитной с наступлением ночи.

Айнара кивнула и, щелкнув пальцами, через заднюю дверь отправилась на конюшню. Конечно, она могла отдать приказ и словами, но в свое время специально разрабатывала систему сигналов, которая была бы понятна только своим… голос может и исчезнуть, например, когда рот заткнут или магией дыхание перехватят, а вот обездвижить пальцы догадаются немногие.

Карг внимательно посмотрел вслед удалившейся высокородной, после чего, зловеще оскалившись, вызвал Борка:

- Готовь краску: надо буквы на столбе подновить. И отошли почтового голубя, пусть передаст весточку о гостье…

Глава 3

Мелисса отнюдь не брезговала верховой ездой, поэтому вся кавалькада, неуклонно следуя советам Карга, продвигалась по дорогам довольно бодро. Пересевшая в седло Рокси вертела головой, рассматривая все вокруг, хотя, по мнению Айнары, смотреть особо было не на что: лес, лес, лес… Вдоль дорог сплошняком тянулся густой темный лес, не позволяющий видеть дальше нескольких рядов деревьев. И если стволы находились довольно далеко от наезженного тракта, позволяя передвигаться без опаски, то кроны нависали над путниками, местами даже переплетаясь друг с другом до состояния полной темноты. Было страшно и… волнующе.

Девушка давно не испытывала подобных эмоций, с самого детства, когда, вопреки запрету родителей, выбралась в заброшенный сад. Со стороны казалось, что там сам черт ногу сломит, но когда она преодолела первые деревья, ей показалось, что она попала в совершенно другой мир, который находился рядом, но при этом явственно отделен от реального невидимой, но ощущаемой гранью, которую можно было заметить в искореженных стволах деревьев, выпирающих из высокой травы сухих обломанных сухих ветках, бесстыже раскинувшихся кронах… Тогда казалось, что ты попадаешь не в старый сад, а в сказочное место.

Нечто подобное, только совершенно других масштабов, ощущалось и сейчас. Стоило только на мгновение представить себе размеры леса, как начинало казаться, что не отряд всадников движется по дороге, а вереница жалких мурашей топчет едва заметную тропку. Не оставляло ощущение, что из-за кустов на них испытующе смотрят, словно оценивая, но это был взгляд не хищника, скорее, какого-то эскулапа, заметившего на земле интересное и ранее невиданное насекомое.

- Хотелось бы мне знать, сколько человек направляется в этот замок - Айнара поежилась, поскольку ей показалось, что звуки тонут в громаде леса, едва отдалившись от дороги. – За полдня пути мы не заметили ни одного путника.

- Почему же? – Рокси покачала головой. – Пару раз мелькали повороты. Наверное, ведут к каким-нибудь деревушкам. Только ума не приложу, как люди могут жить там, в лесу, совершенно одни?

- Ты же слышала нашего доброго хозяина? – мелисса усмехнулась. – Главное – не нарушать законы. Если у них есть хоть какое-то убежище на ночь, думаю, ничего страшного с ними не случится.

- Да, этот хозяин – тот еще фрукт, - служанка недобро усмехнулась. – Вроде как пухленький, добренький, в меру болтливенький, а меня сразу срисовал. Понял, что никакая я не служанка.

- И что? – Айнара пожала плечами.

- А то, - Рокси закусила губу, подражая своей хозяйке. – Немалый опыт у него имеется, и опыт специфический. Вот стражники его вообще не впечатлили, хоть и пытались за меч хвататься, а при виде меня он напрягся; раскусил, значит, что я из себя представляю. А подобное могут сделать только те, кто тоже работал телохранителем или наоборот – убивцем. Ты его движения видела? Плавные, но при этом очень стремительные: он нарабатывал не силу удара, что удивительно при его телосложении, а скорость. Значит, ориентировался на нанесение единичных ударов в уязвимые места на теле.

- К чему ты клонишь?

- Пока не знаю, - служанка снова покачала головой. – У меня какая-то догадка в голове вертится, но пока никак не могу ее поймать. Что-то мне во всем этом кажется странным: и сам хозяин, и посетители, и кухонные работники, и конюхи. Есть в них что-то такое…

- Думаешь, в засаду нас направили? – стражники при этих словах закрутили головами активнее.

- Нет, здесь другое, - Рокси поморщилась. – Как ни странно, законы они действительно блюдут. Но суть твоего предположения верна: тянет от них чем-то… разбойным. Вроде как они с миру по нитке собраны, случайно на этом постоялом дворе оказались, но при этом общность в них какая-то ощущается. Не знаю, как точнее выразиться.

- Точнее не надо, - Айнара вздохнула. – И так понятно. Чует мое сердце, что ничего мы толком не разузнаем, пока до этого ленвайлда не доберемся. Так что рот на замок и шпоры в бока.

Остаток дня занимались исключительно тем, что ехали по дороге. Пару раз делали небольшие остановки, чтобы немного перекусить и дать отдых лошадям, но и без перерывов бедных животных старались не нагружать, двигаясь попеременно легкой рысью или шагом. Третий закон горячим дыханием дикого зверя обжигал спину, заставляя с опаской коситься на солнце, которое с каждым часом казалось все более далеким, хотя разум кричал во все горло, что это невозможно.

Айнара уже не первый раз ловила себя на том, что с того момента, как они миновали злосчастный межевой столб, в их жизни стало все чаще появляться невозможного и нереального. Глаза говорили об одном, ощущения настаивали на втором, а сознание, не прекращая попыток вернуться к реальности, упорно бубнило третье, и этот диссонанс просто рвал на части саму суть человека, не давая возможности прибиться хотя бы к одному настоящему островку в этом океане сомнений и иллюзий.

Солнце уже редко-редко промелькивало между деревьями, заставляя сердце болезненно сжиматься от ощущения надвигающейся беды, когда они выскочили все же ко второму постоялому двору. Подобных чувств радости и облегчения они все не испытывали уже давно. Внешне это прибежище желающих скоротать ночь не на улице выглядело более респектабельно: каменный первый этаж, тщательно выбеленный, сложенные из здоровенных бревен второй и третий, мощный забор из частокола с металлическими шипами на заостренных концах, длинная конюшня с толстыми воротами, усиленными стальными же полосами.

- Как-то мне не по себе, - Айнара широко раскрытыми глазами изучала ворота конюшни, куда увели их лошадей. – Вроде бы приближаемся к замку, а вместе с тем ощущение страха и опасности становится все отчетливее. Может, ну все это? Рванем назад? Плевать на гнев императора, перебедуем.

- Ты сама понимаешь, что это невозможно, - Рокси покачала головой и успокаивающе положила руку на плечо мелиссы. – При дворе ведь те еще падальщики: за невыполнение приказа императора тебя растерзают на клочки, смешают с грязью и никогда не позволят снова забраться на ту высоту, которой ты достигла. Так что сожми зубы и иди вперед. Плохо не только тебе.

Айнара обернулась и поняла, насколько была права телохранительница: гвардейцы из последних сил сдерживались, чтобы толпой не влететь в двери постоялого двора под надежную защиту крепких стен. Не она одна чувствовала, что здесь происходит что-то не то, каждый из ее стражников ни на мгновение не расслаблялся всю дорогу, ожидая нападения. Они даже не представляли, кто мог бы устроить на них засаду или броситься из такого тихого, но вместе с тем враждебного леса, но каждый из них в своем воображении уже нарисовал монстра, который отрывает, откусывает, проламывает ему голову.

- Этого не может быть, - потерянно приговаривала девушка, глядя на своих людей, которые даже не допустили бы мысли о побеге при виде многократно превосходящих сил противника, но сейчас были вымотаны и морально сломлены одним только ощущением разлитой повсюду опасности. – Значит, так. Приказ всем – отдыхать. Рокси сможет позаботиться обо мне, а вы нужны свежими и полными сил. Проверим, как тут законы работают.

Изнутри постоялый двор был явно больше того, на котором они ночевали впервые, но при этом Карг не покривил душой: обставлен он был намного скромнее. Все добротное, крепкое, но без особых изысков – вместо стульев были поставлены лавки, никаких узоров, все не новое, проверенное временем, но чистое, выскобленное. На лавку можно было спокойно садиться, не боясь потом оставить часть штанов прилипшими к луже подсохшего пива. Множество людей, но при этом вновь эта странная смесь легкой радости и настороженности. Каждый из оказавшихся здесь был рад тому, что успел до заката, что ему не довелось оказаться на улице в темное время так быстро заканчивающихся суток, и все не думали расслабляться, прекрасно понимая, что завтра снова начнется гонка со временем, в которой нельзя давать послаблений, где никто не поймет фразы «завтра успею то, что не получилось сегодня», потому что завтра для таких людей может и не наступить.

- Милость Богов, - устало обратилась Айнара к трактирщику.

- Она самая, - невысокий мужичок, передвигавшийся словно на шарнирах, усмехнулся, показывая выбитый зуб. – Чем могу?

- Три комнаты на ночь, - мелисса достала деньги. – Ужин в комнаты.

- Вам будет предоставлен номер девятый на третьем этаже, а охранникам - четырнадцатый. Купальню? – трактирщик вновь осклабился в улыбке, вызвав жгучее желание двинуть кулаком в слишком часто сверкающие зубы.

- Обойдусь, - девушка пересилила себя и вернула улыбку. – До Черного Замка, говорят, немного осталось. Вот там и приведу себя в порядок.

- Будет сделано, - мужичок перестал ухмыляться, решительно пододвинул мелиссе сдачу и будто начал оплывать.

- Да чтоб тебя! – Айнара шарахнулась прочь, увидев заросшую шерстью морду и чрезмерно длинные волосатые руки с внушительными когтями на пальцах.

Стражники похватались за оружие, быстро оттолкнув госпожу за спины и организовав ощетинившийся мечами круг. Рокси, молча встав за плечом Айнары, исподлобья смотрела на посетителей, запустив руки в широкие рукава костюма.

Ответом им был лишь взрыв смеха. Хохотали буквально все, в том числе, взревывая, странный зверь за стойкой. Только сейчас Айнара заметила, что на нем все еще одеты добротные кожаные бриджи, на покрытом узлами крепких мышц торсе – щегольская безрукавка, а на предплечьях – цельнокованые наручи.

- Ох, высокородная, вы и отмочили, - неизвестное существо, всхлипывая от душащего смеха, вышло из-за прилавка, и девушка с оторопью уставилась на его будто вывернутые в обратную сторону тонкие мохнатые ноги. Мотнув головой и смешно дернув острыми ушами, едва виднеющимися в роскошной густой шерсти, хозяин попытался успокоиться, но снова едва не рассмеялся. – Ох, минутку… Ой, да… Прощения просим, высокородная, это у нас обычай такой: каждый приезжий, кто первый постоялый двор миновал, со мной сталкивается, так и проявляется суть людей. Конечно, кто уже не впервые здесь, иммунитет к моей способности имеют, а вот с вами не удержался.

- И что проверял? – беря себя в руки, спросила Айнара, нерешительно выходя из оборонительного круга.

- Разное, - странное существо пожало плечами. – Вот с вами, например, непоняточки выходят. Да... Вам ведь Карг говорил о законах наших? Не должен был не сказать. Вот и оно… того… не верите вы в них.

- Да как же тут поверишь, когда перед тобой такое, - пробормотала мелисса.

- Какое «такое»? – хозяин обиженно осмотрел себя с головы до ног, вернее, до лап. – Самый обычный волчер. Даже глаза красным не горят, я ведь с рождения крови людской не пробовал.

- Да что за волчер такой?! – в отчаянии вскрикнула Айнара.

- Ясно, - существо снисходительно усмехнулось и хлопнуло в широкие ладоши. – Все, люд честной, представление окончено. Выпивка за мой счет. А вас, высокородная, приглашаю за мой столик.

Девушка безропотно позволила себя отвести в дальний угол, поближе к жаркому камину. Сразу было видно, что это место хозяина: тут тебе и скатерть, и стулья, и вилки с ложками. Мелисса, все еще стараясь успокоить бешено скачущее сердце, села на предупредительно выдвинутый стул и послушно подставила бокал под струю рубиново-красного вина.

- Я не представился, - волчер сел напротив девушки и, несмотря на свои здоровенные лапы, легко ухватил со стола второй бокал. – Меня зовут Сиргиус. Сиргиус да’Лариэль эт-Варрафи.

- Быть не может! – Айнара поперхнулась вином и закашлялась. – Сиргиус Варрафи?

- А в чем дело? – существо с недоумением посмотрело на собеседницу.

- Так ведь ты погиб, - мелисса отодвинула бокал подальше от себя.

- Серьезно? – Сиргиус нахмурился. – Значит, мне просто забыли об этом сообщить. А вообще, вроде как, жив и здоров, чего и всем остальным желаю.

- Ну, да, - Айнара уверенно кивнула. – Сиргиус да’Лариэль из рода Варрафи был признан погибшим после неудавшейся охоты на оборотня…

- Ах, вот оно что! – волчер хлопнул себя ладонью по мохнатому колену. – Теперь все ясно. Да, была такая история. Я гнался за оборотнем, которого не смог убить еще мой отец. Сильный оказался, зараза, но я сумел его прищучить, загнать в угол. Как оказалось, зря…

- Почему?

- Ты знаешь о способностях оборотней? – Айнара задумчиво нахмурилась, после чего неопределенно покрутила рукой в воздухе. – Ясно. У оборотней всегда есть два пути: убить жертву или оставить искалеченной. Если человек был убит, то с высокой степенью вероятности он действительно окажется мертвым. А вот с покусанными все не так просто, - Сиргиус уставился на огонь. – Они почти всегда сами становятся оборотнями. Ликантропия передается в кровь через слюну: чтобы человек оказался заражен, достаточно его укусить, конечно, не обычному волку. Мой отец охотился на такого оборотня, но потерпел неудачу. Мы так и не нашли его тело. А я решил пойти по его стопам.

- И что случилось?

- То, что и должно было, - Сиргиус невесело усмехнулся. – Я был моложе, сильнее, быстрее, выносливее… Но все это стало неважно, когда я загнал зверя в угол. Схватка была жаркой, мы оба были на границе жизни и смерти, вот тогда и стало понятно, куда делся мой отец. Он сумел победить в той схватке, но оказался покусанным и наивно решил, что если сбежит подальше, то сможет уберечь всех остальных. Не успел. Когда произошла первая трансформация, он все равно вернулся в родные края и продолжил терроризировать своих же людей. А потом на него вышел я… Короче, мы оба умирали. Я помню лишь, что потерял сознание, а когда очнулся, то был уже среди людей, перевязанный, вымытый… и тоже сначала подумал, что меня ждет та же судьба. Но оказалось, что из этого порочного круга есть выход, мне его подсказал господин Асги. И я стал тем, кем являюсь – волчером.

- И чем тебе это грозит? – девушка постепенно успокаивалась.

- Под защитой ленвайлда – ничем, - волчер открыто улыбнулся во все свои четыре десятка острых белоснежных зубов. – Я не творю беззакония, а господин Асги разрешает мне не просто жить, но и заниматься тем, что приносит пользу нашим землям.

- Идиллия какая, - Айнара едва не сплюнула на пол от отвращения. – Прям плакать хочется. Или умиляться.

- А что не так? – Сиргиус удивленно поднял брови и смешно дернул ушами.

- А то, что ты – по своей сути – монстр, - мелисса припечатала волчера к стулу. – И мне совершенно непонятно, почему все к тебе так спокойно относятся.

- Вон оно как повернулось, - странное существо без малейших признаков раздражения откинулось на спинку стула. – Ну, да… чего еще я мог ждать? Вы же не прониклись нашими законами, хоть и знаете их формулировки. Ладно, вижу, что я вам глубоко противен. Не переживайте, мы законопослушные граждане, так что никто вас здесь не тронет, можете идти отдыхать. А я пока отдам распоряжения касательно вашего ужина.

- И все? – Айнара, ожидавшая совершенно другой реакции, даже растерялась.

- А что еще нужно? – волчер абсолютно серьезно посмотрел в ее глаза. – Вы ожидали, что я сейчас буду с пеной у рта доказывать, какой я хороший? А смысл? Думаете, я ни разу не видел подобных щеголей из столицы, которые морщат свои высокородные носы, смотрят на всех с презрением, пытаются побольнее подколоть тех, кто ниже их по статусу? Море! Карг, скорее всего, уже говорил, только вы снова не поняли его слов: наши земли быстро отучат от всего, что ненастоящее - ваших привычек, лжи, фальши, лицемерия. Если в наших тавернах ты сам себя называешь великим охотником, мы вежливо киваем в ответ, но рано или поздно сама жизнь заставит любого показать свое истинное лицо. Нам плевать на внешность человека, потому что жить нам все равно предстоит с его сутью; поверьте мне, если вы решите спросить у любого из моих постояльцев, кто я такой, то услышите исключительно описание моего характера – им плевать на внешность. Так что можете спокойно ужинать и утром отправляться дальше.

- Странный какой-то, - мелисса вернулась к своим людям, периодически недоверчиво оборачиваясь на одинокую фигуру в темном углу. – Может, он уже и не человек вовсе?

- Все в порядке? – Рокси была заметно встревоженной.

- Да кто тут их порядок знает? – Айнара покачала головой. – Больная страна – больной народ. Может, для них так пугать людей и есть порядок вещей? Откуда я знаю.

- Но с ночлегом все хорошо?

- Да, законы никто нарушать не спешит, - девушка вздохнула. – И это как раз самое странное.

Девушки поднялись вслед за хорошенькой служанкой на третий этаж и зашли в свою комнату с массивной девяткой на двери. Как и на предыдущем постоялом дворе, все было простым и добротным: стол, стулья, кровати. И неизменное тусклое сверкание сталеницы на стенах. Айнара выглянула в коридор и увидела, что у дверей все же переминается пара гвардейцев, а остальные, убедившись в безопасности комнаты, отправились к себе. Мелисса покачала головой и щелчком пальцев отправила оставленных на ночное дежурство стражников отдыхать.

- И что же в этом странного? – Рокси быстро переоделась и уселась внимательно осматривать свои стилеты, благо, магические светильники работали на полную мощность.

- Мы в этих землях уже два дня, - Айнара прямо в дорожной одежде плюхнулась на кровать. – И за это время ты увидела хоть одного местного стражника? Нам не попался ни один. Но порядок здесь царит полнейший. Ни одного преступления. О чем это говорит?

- О том, что наказание непременно последует, как бы далеко преступник не находился, - полувампир отложила оружие и задумчиво подперла щеку рукой. - Весь смысл преступления в том, что тебя не должны потом поймать, но здесь он полностью теряется, а значит, нет смысла нарушать закон. Какая интересная схема, нам бы такую в столицу!

- Типун тебе на язык, - сердито бросила Айнара, стягивая сапоги и с удовольствием разминая пальцы ног. – Ты сама прекрасно знаешь, сколько дверей может открыть обычный мешочек с золотом. Как мы все потом без этого будем?

Рокси благоразумно промолчала. Погрузившаяся в невеселые думы мелисса тоже не была настроена вести долгие беседы, потому переодевание произошло в полной тишине, нарушенной лишь доставленным в номер ужином. Без особого аппетита перекусив, мелисса забралась под одеяло, но сон не шел, хотя день выдался не из легких.

Странная земля. За весь день с ними ничего не случилось, но казалось, что сама природа по капле вытягивает их силы. Мир словно ополчился на небольшой отряд, вынужденный выполнять приказ императора, и то со всей страстью давил на бедных людей, играя на и без того до предела натянутых нервах, то, словно морские волны, отбегал, создавая странное сосущее ощущение полной пустоты и неосознанной потери. Как же здесь живут люди? Мелисса знала, что Забытые Земли ведут достаточно активную торговлю с империей, но ведь все, что продают, надо как-то получить! Как чувствуют себя те, кто вынужден от рассвета до заката работать под этим непрекращающимся давлением?

Айнара откинулась на подушку, зевнула и поежилась: сама она, наверное, уже сдалась бы или сошла с ума. И без того казалось, что лес, через который они ехали весь день, и не лес вовсе, а какое-то живое существо, которое расценивает путников или как букашек, или как добычу. И не напали на них всего лишь по той причине, что до сих пор не определились со своим отношением…

[1] Мелисса – наследуемый титул, которым владели особы женского пола («Мелис» - фюрст, «са» - уважительное обращение к женщине).

Глава 4-5

Глава 4

- Госпожа, - голос Рокси едва доносился откуда-то из глубин. – Госпожа!

- А? – мелисса просыпалась с трудом. – Что случилось? Уже утро?

- Нет, вставать еще не скоро… Но не в этом дело. У нашего монстра гость! – Айнара пока не разделяла радости своей телохранительницы.

- И что? – девушка потерла глаза и повернулась на другой бок. – У него полна таверна гостей.

- Да, Айнара! – полувампир едва удержалась, чтобы не куснуть свою хозяйку, и ограничилась чувствительным тычком в бок. – Они тут нам распинаются про соблюдение законов, но при этом сами их нарушают!

- Ты о чем? – в голосе высокородной появилось любопытство, пока еще осторожно, но с каждым мгновением все более уверенно вытесняющее сон.

- Он приехал ночью! – Рокси едва не подпрыгивала от возбуждения. – Я уверена. Подобного человека вечером в этом здании не было.

- Ручаешься?

- Обижаете, госпожа, - телохранительница надула свои губы. – Я специально прошла по этажам и постаралась запомнить отпечатки[1] всех людей. Этого среди них я не видела. Значит, он появился уже после наступления ночи!

Айнара раздумывала недолго. В конце концов, чем она рисковала? В этих странных землях и без того было слишком много непонятного, чтобы старательно прятаться от очередной загадки: одной больше – одной меньше…

- Костюм, быстро! – мелисса откинула одеяло и вскочила с кровати, сквозь почти невесомый пеньюар ощущая прохладу. – Я пока умоюсь. Поможешь одеться. Хотя нет, стой! Лучше следи за тем, чтобы он никуда не делся, ведь скоро рассвет, а ему, судя по всему, и темнота совсем не помеха.

Пока Рокси послушно наблюдала за странным гостем, Айнара по возможности быстро привела себя в порядок, слегка подкрасила и без того длинные густые ресницы, придавая выразительности своему взгляду, несколько раз глубоко вздохнула и решительно направилась вниз.

Стоящая у самого спуска на первый этаж телохранительница кивнула и указала на тот самый темный хозяйский угол, куда до этого приглашали для душевной беседы саму Айнару. Теперь единственным источником света был не камин, а пара магических светильников, правда, сильно приглушенных, настолько, что девушка могла рассмотреть разве что блеск клыков волчера и бесформенную фигуру кого-то, сидящего к ней спиной. Еще раз вздохнув, мелисса нацепила на лицо свою самую обворожительную улыбку и, спустившись по лестнице, легкой походкой направилась к хозяину постоялого двора, старательно делая вид, что неизвестный ночной гость ее нисколько не интересует, а нужен ей исключительно Сиргиус. За спиной едва слышались быстрые шаги Рокси.

Айнара готова была поклясться, что волчер не делал ни одного знака, не произнес ни одного звука, но странный гость неожиданно повернулся к девушке, и та отшатнулась, глядя в горящие внутренним светом глаза яркого золотистого цвета. В голове совершенно не к месту пронеслась мысль о том, что если хозяин таверны является не человеком, то с чего бы ночному страннику быть им? Казалось, необыкновенные глаза, больше похожие на два озера расплавленного золота, должны были кричать об этом, но что-то заставило Айнару не в страхе и отвращении направиться обратно, а присмотреться внимательнее. Разум. Это были глаза не зверя, а человека, обладающего незаурядным умом, и, судя по их выражению, не только острым, но и весьма извращенным: у девушки возникло ощущение, будто ее только что догола раздели и бесстыже рассматривают со всех сторон, словно оценивая рабыню перед покупкой.

Все это пронеслось в голове за те мгновения, что неизвестный смотрел на нее, но затем что-то словно разом изменилось: глаза потухли, интерес к ней пропал, и странный гость снова отвернулся к Сиргиусу.

Айнара заставила себя сделать сначала один шаг, потом второй, тщетно пытаясь на ходу придумать причину, которая была бы достаточно уважительной для того, чтобы тревожить волчера в такую рань. Как назло, в голову ничего не приходило, и мелисса, наплевав на фальшивые поводы, просто подошла к столу и села на свободный стул, всматриваясь в гостя.

- Что-то желаете? – со смесью вежливости и равнодушия поинтересовался Сиргиус, прекрасно понимая, что он сейчас нужен за этим столом меньше всего.

- Завтрак, - бросила сквозь зубы Айнара, не удостоив волчера даже взглядом.

- С вашего позволения, я распоряжусь, - хозяин поднялся на свои мохнатые ноги и с удовольствием потянулся, хрустнув суставами. – Скоро рассвет, постояльцы начнут спускаться, надо приготовиться. Рад был нашей беседе. Надеюсь, не в последний раз мы так приятно общаемся.

Мелиссу неприятно укололо то, что последние слова относились отнюдь не к ней. Привычка везде быть лучшей и получать, как ей казалось, заслуженные комплименты, за пару дней не исчезает. Человек – а Айнара больше не сомневалась, что странный гость был человеком – молча отсалютовал волчеру кружкой, в которой что-то плескалось, неторопливо отпил из нее и так же молча поставил на место, даже не взглянув на девушку.

Он действительно был очень странным, начиная от бесформенной одежды, которая больше всего напоминала какую-то мешковину неопределенного цвета, просто наброшенную на тело, и заканчивая внешностью. Конечно, самой регулировать свет магических ламп было бы высшей степенью невежливости, но и отсветов от камина хватало, чтобы составить портрет этот человека. Ровное гладкое лицо, без шрамов, с небольшой двух-трехдневной щетиной, прямой нос, тонкие поджатые губы, густые брови, под которыми прятались удивительного золотистого цвета глаза, словно обведенные черными кругами – от недосыпания. Волосы были короткими и чуть тронутыми сединой. В принципе, ничего особо привлекающего или отталкивающего. Человек как человек. Вот разве что…Кожа! Кожа была именно такой, которую описывала Рокси: серой, землистой. Значит, он один из тех, кто приезжал с ленвайлдом в столицу?

Айнара перевела взгляд на его руки: правая с узким браслетом на запястье все так же сжимала кружку, а левая… левая, насколько позволяла увидеть эта странная мешковатая хламида, по какому-то недоразумению принятая за одежду, от плеча и до кончиков пальцев была закована в сталь странного иссиня-черного цвета с красными прожилками. Казалось бы, в этом не было ничего удивительного: мелисса знала, что в некоторых странах воины не пользуются щитами, предпочитая просто сильно укреплять некоторые части доспехов, призванные исполнять роль защиты даже от сильных ударов. Скорее всего, эта броня была такого же типа – с местами торчащими под разным углом шипами разной длины, призванными останавливать ход чужого оружия и наносить сильные удары по незащищенным местам; но почему-то красные прожилки были очень похожи на обнаженные артерии, а пляшущее в камине пламя создавало неприятное ощущение, что они меняют интенсивность цвета будто бы в такт ударам сердца.

Молчание затягивалось. Айнара не желала начинать беседу, справедливо полагая, что это покажет ее заинтересованность и поставит в зависимое положение, поэтому вся извертелась, ненавязчиво демонстрируя то длину закинутых одна на другую ног, то округлость туго обтянутой костюмом груди, то бросала заинтересованно-томные взгляды. Гость же молчал по той простой причине, что ему, собственно, эта беседа и не нужна была. Он уже успел насмотреться на подобных столичных путешественников, желающих постигнуть тайны и разгадать загадки Забытых Земель, и в большинстве случаев они ничего из себя не представляли: пустышки, богатые детки не менее богатых родителей, почему-то решившие, что именно у них и как раз сейчас все получится.

- Я думала, что здесь законы соблюдаются неукоснительно, - проворковала Айнара, разглядывая свои безупречно и любовно обработанные ноготки. – Очень жаль, что приходится разочаровываться.

- Не понимаю, о чем идет речь, - глухо буркнул человек прямо в кружку, будто разговаривал сам с собой.

- В первый же мой день пребывания в этих землях добрые люди поведали о том, что законов всего четыре. Третий из них звучит как?

- «После заката на улицу не выходить», - неохотно отозвался незнакомец.

- И что же мы видим? – мелисса вполне натурально разыграла крайнее удивление, смешанное с возмущением. – Некто появляется на постоялом дворе в ночное время! И как это понимать прикажете?

- А вам можно приказать? – в мимолетном взгляде, брошенном на девушку, зажегся интерес.

- Не придирайтесь к словам, - Айнара поморщилась. – Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю.

- Можно и так сказать, - глаза снова потухли. – Вы просто слабо разбираетесь в трактовках. «После заката на улицу не выходить»… Главным является словосочетание «не выходить», а что делать тем, кто изначально был не в здании, когда село солнце? Не задумывались?

Девушка озадаченно притихла. Действительно, ее внимание особо обращали именно на сочетание «не выходить», и для соблюдения закона этого казалось достаточно. Вопросов о том, что случается в противном случае, не возникало. Хотя, вроде бы, Карг обмолвился о том, что никто не мог определенно сказать, что происходит с людьми после заката; сказал только, что рассказывать, мол, некому. Однако сейчас перед ней сидел тот, кто мог бы пролить свет на эту темную сторону Забытых Земель.

- И что же они делают?

- Стараются как можно быстрее добраться до убежища, - пожал плечами ночной гость.

- И получается?

- Кому как повезет. Мне повезло.

- Или дело не только в везении?

- Вы о чем? – Айнаре определенно доставляло удовольствие наблюдать за тем, как эти глаза удивительного цвета загораются внутренним огнем.

- Везение зачастую должно быть подкреплено опытом, знаниями, умениями, - мелисса покачала головой. – И мне почему-то кажется, что вам не просто повезло: вы четко знали, что делаете, как и то, что сумеете избежать опасности. У меня только один вопрос: откуда такая уверенность?

- Голова работает, это хорошо, - едва слышно пробормотал человек, все тем же потухшим взглядом глядя на пляшущий в камине огонь. – Жаль, что не получится ничего…

Айнара напряглась, чувствуя, что речь идет о ней, и остро сожалея, что не понимает, в каком именно ключе. Ее будто примеряли к чему-то и давали оценку, хотя, скорее всего, этот странный человек уже списал ее со счетов. Тихо подошедший волчер поставил перед девушкой тарелку с вилкой, бухнул на стол кружку, вопросительно посмотрел на гостя, который едва качнул головой, и так же неслышно исчез, перед этим успев выразительно и многозначительно глянуть на телохранительницу.

- Чувствую, что человек вы здесь совсем не новый, - мелисса наколола на вилку кусочек тушеных овощей и посмотрела на него так пытливо, словно это именно он утаивал ответы на все интересующие ее вопросы. – Можете ответить мне на вопрос?

- Смотря какой, - человек пожал плечами. – Судя по всему, четвертый закон вы тоже слышали?

- Почему все присутствующие нас так ненавидят?

Гость молчал долго, словно обдумывая свой ответ. На самом деле, он его знал. Он прекрасно понимал, почему каждый гость из других земель вызывает именно такие чувства у жителей этого лена. Да, Забытые Земли довольно активно занимались торговлей, но все ограничивалось поездками торговцев в другие города и страны, потому что появляться в мрачных владениях не менее мрачного ленвайлда никто не рисковал. И это всех устраивало! Но если вдруг из ниоткуда выпрыгивал подобный гость из больших городов, объяснением этому всему могло быть только одно – личная встреча с ленвайлдом. А это означало перемены, которых никто не желал. Пусть даже на то время, что делегация будет гостить у господина Асги, пусть они и уедут через несколько дней, но эти дни будут отличаться от тех, когда ни одна чужая душа не тревожила покой Забытых Земель.

- Их жизнь меняется из-за вас, - ночной путешественник вздохнул.

- Но мы ведь ничего не делаем!

- Она уже изменилась в тот момент, когда вы пересекли границу лена, отмеченную столбом законов, - человек покачал головой. – И с этим ничего не поделаешь. Смиритесь. Когда вы уедете, то никто о вас не вспомнит и уж точно не будет ненавидеть.

- Сомневаюсь, что мы сможем быстро покинуть эти проклятые земли, - девушка вспомнила причину своего вынужденного путешествия и отодвинула от себя тарелку.

- Почему же? – золотоглазый человек удивленно поднял бровь. – Я же чувствую: как вас ненавидят все эти люди, так и вы ненавидите эти земли. Развернитесь, езжайте обратно и забудьте обо всем этом как о кошмарном сне.

- У меня личное дело к вашему ленвайлду, - скрипнула зубами Айнара.

- Ну, в крайнем случае, можете прислать ему официальное приглашение на встречу где-нибудь в более приятном месте, - странный гость рассмеялся.

- Если бы все было так просто, - мелисса сжала кулачки. – У меня к вашему господину письмо от самого Его Императорского Величества Родерика Второго.

- Ого, - неизвестный хмыкнул. – Ну, в принципе, я могу передать.

- С чего бы вдруг?

- Позвольте представиться: сакрегар[2] личной охраны ленвайлда Асги да’Равери, - золотоглазый едва заметно поклонился, хотя больше это походило на издевательство над этикетом. – Можете звать меня… просто Гиас.

- Ах, вот оно что, - Айнара понятливо кивнула. – Теперь понятно. Звание сакрегара подразумевает большой боевой опыт, и вы, видимо, много путешествовали по южным землям?

- С чего вы взяли?

- Ваша левая рука в доспехах определенного типа.

- Ах, это, - странный человек поднял свою руку, несколько раз сжал и разжал кулак, словно проверяя, как она работает. – Да, можно и так сказать.

- Не поведаете, откуда взялась такая диковинка?

- Откуда он взялся, никто уже точно сказать не может, потому что было это давным-давно, но он передавался из поколения в поколение старшему сыну. Однако времена меняются, люди – тоже. Мы с братьями уже не желали жить в изоляции от всего мира, потому решили покинуть свои земли и отправиться на поиски счастья. Отец в качестве единственного наследства разделил этот доспех между нами. Мне, как видите, досталась левая рука. Теперь таскаю ее как память о родине и ума не приложу, что с ней делать дальше: продать все равно не получится, и как доспех она, вроде как, не очень. Так что там с письмом?

- Сожалею, но я вынуждена передать его лично, так как у меня есть серьезный повод полагать, что его содержимое касается непосредственно меня, - решительно покачала головой мелисса. – Так что, как бы мне ни хотелось развернуться и помахать ручкой вашим замечательным землям, придется встречаться с вашим господином.

- Зря вы так, - Гиас с сожалением покачал головой. – Уезжали бы вы отсюда. Забытые Земли не любят гостей.

- Да бросьте, - Айнара отодвинула полупустую тарелку и взялась за кружку. – Я же знаю, что у вашего господина периодически гостят разные… люди, в том числе и продолжительное время.

- О чем это вы? – ночной гость нахмурился.

- Ну, говорят, что несколько раз ваш ленвайлд едва не женился, но не понравился его избранницам, - мелисса с деланным равнодушием пожала плечами. – По столице ходит много слухов о том, что довольно симпатичные девушки наносили визиты господину Асги с определенными целями, но свадьбы не состоялись. А ведь это дело не одного дня: за такой короткий срок человека не узнаешь, тем паче, такого скрытного, как ваш ленвайлд…

- А-а, тогда понятно, куда ты клонишь, - скарегар первые за все время разговора улыбнулся. – Да, какие-то приезжали, но только они не проехали дальше первой или второй таверны. Не смогли пересилить себя. Забытые Земли их сломали. Они просто жили здесь пару недель, дрожа в страхе от каждого шороха, а потом в спешке сбегали.

- Странно, - Айнара высокомерно поджала губы. – Почему тогда они говорят совершенно другое?

- А как часто мы имеем силы признаваться в своих слабостях? – Гиас покачал головой. – Конечно, ведь легче соврать, что причина не в тебе…

- Но отчего тогда ваш господин молчит? Ведь они же возводят на него напраслину!

- Ему плевать, - начальник личной охраны пожал плечами. – Собака лает – ветер носит. Ему нет дела до того, что происходит за пределами лена. Так что и вам я от всей души советую: уезжайте. Иначе Забытые Земли и вас сломают.

- Сомневаюсь, - мелисса упрямо замотала головой. – Пока что я не встретила ничего необычного, кроме некоторых странных существ. Но, знаете ли, в каждой стране могут быть свои особенности. Где-то, например, и лошадей разводят на убой, а у нас они в чести в качестве скакунов. Доберемся до вашего ленвайлда, а там видно будет.

- Видно будет? – неожиданно ночной гость зло оскалился. – А будет ли на что смотреть? Думаешь, что это все смешки? Считаешь, что законы наши на пустом месте появились? Не веришь, что за каждым стоят десятки и сотни потерянных жизней? Хорошо. Раз ты такая смелая…

Он резко встал, оказавшись довольно высокого роста, и протянул ей руку, хвала Богам, нормальную, а не закованную в броню:

- Пошли. Докажи мне свою смелость на деле.

- Госпожа! – Рокси повисла на другой руке. – Здесь что-то странное происходит! Я ничего не понимаю… Люди меняются! Они… Они не те, что были раньше!

Айнара замерла. Неужели это то, о чем ей рассказывал Карг: приходят обычные люди, а оказываются оборотнями и прочей нечистью? Нет, телохранительницу так просто не проведешь, она видит саму суть человека, пропустить перевертышей она просто не могла. Но и ночью никто не приезжал. Она чувствовала, что ей бросили вызов, что ее сейчас испытывают на прочность и провоцируют, как сопливую девчонку, которая готова доказать кому угодно, что она лучше всех, даже если для этого придется на несколько мгновений стать хуже всех. Она не знала, что может ждать там, куда поведет ее этот странный человек, но одновременно с этим понимала, что от ее ответа зависит ее дальнейшая судьба. Если она сейчас сломается, откажется хотя бы на мгновение приоткрыть завесу тайны над этим странным местом, то, как и те невесты до нее, никогда уже не продвинется дальше этой таверны. Это будет ее предел, ее граница, за которую она не зайдет уже до конца своей жизни.

Потому Айнара, до скрипа сжав зубы, так же решительно поднялась на ноги и взяла странного человека за руку.

- Мы никогда не нарушаем наши законы, - Гиас сжал ладошку девушки и широкими шагами направился к выходу. – И здесь не должно быть никакого «но», в том числе и для меня. Есть лишь тонкая грань между светом и тьмой, ночью и днем, когда солнце еще не озарило землю, но сумрак уже не так силен. Ты готова рискнуть и заглянуть за эту грань? Найдешь в себе силы?!

Девушка, глядя в его горящие фанатичным огнем глаза смогла лишь пискнуть едва слышное «Да», после чего он одним движением распахнул дверь, выскользнул за нее и так же моментально захлопнул. И Айнара оказалась за пределами дома, где царила темнота.

Нет, она не сразу поняла эту разницу тогда, во время путешествия по дороге, когда солнце только начало скрываться за горизонтом, но теперь… Это была уже не темнота, а ТЬМА. Небо было не темно-синим, а иссиня-черным, и не держали его вверху тонкие бриллианты далеких звезд, а орды демонов взирали на землю тысячами голодных глаз. В воздухе не было свежих лесных ароматов, лишь жар раскаленных пустынь, раздирающий горло и не дающий даже вдохнуть. Ветер перестал ласкать кожу, превратившись в обжигающее дыхание бешеного зверя, готового наброситься со спины и одним движением челюстей разорвать горло. Тени на земле от растений и ветвей казались черными щупальцами невиданного чудища, кровожадно тянущегося к ногам в стремлении утащить в глубины мрака.

Айнара ощутила себя так, словно в мгновение ока очутилась не в Забытых Землях, а попала в мир демонов, жаждущих человеческой крови. Она не знала, что ей делать, и лишь сильная рука, крепко держащая ее за ладонь, оставалась тем единственным островком, который не давал измученному разуму оторваться от реальности. Девушка помнила лишь одно: она должна держаться, во что бы то ни стало. Стоять рядом с этим странным и страшным человеком, даже если ее жизни будет угрожать опасность. На короткое мгновение это стало смыслом ее жизни – держаться. Она не помнила, как в ужасе закрыла глаза, хотя и понимала, что никто прямо сейчас на нее не бросится, как сначала подняла лицо к небу и дико закричала, а затем вцепилась зубами в ту самую руку, которая удерживала ее в этом ужасном дворе.

Она хотела лишь одного: уйти отсюда, прекратить эту невыносимую пытку, смешавшую воедино реальность и мнимый ужас. Она билась в истерике, пытаясь вырвать свою ладонь из стальной руки ночного путешественника, заставившего ее переживать весь этот кошмар. И когда рука разжалась, Айнара, даже зажмурившись, словно наяву увидела выражение удивительных глаз золотого цвета и внезапно для себя осознала, что не эти демоны страшнее всего в мире, а разочарование, которое сейчас испытает этот человек. От демонов еще можно было скрыться, ведь Гиас, не смотря ни на что, продолжал стоять посреди двора, а впечатление о мелиссе как трусливой и легкомысленной аристократке уже не исправишь. Второго шанса не будет. И она со всей силы вцепилась в разжавшиеся пальцы, зажмурившись, мотая головой и разбрызгивая во все стороны бегущие от страха слезы, вспоминая и бормоча все когда-либо услышанные молитвы известным Богам.

Айнара не поняла, когда все закончилось. Осознала она себя без сил сидящей на земле, мертвой хваткой вцепившейся в руку ночного гостя и ревущей, словно маленькая девочка. Сакрегар сидел рядом с ней на корточках и даже не делал попытки вырвать свою искусанную руку, глядя на мелиссу своими странными горящими глазами. И девушка не могла понять их выражение: ей казалось, что воедино смешались и одобрение, и сожаление, и жалость, и восхищение.

- Ты как? – произнес он первые слова.

- Что? – каркнула пересохшим горлом Айнара и с трудом заставила себя прокашляться. Ей только что показалось, что горячий ветер пустошей ей отнюдь не почудился. – Что это было?

- Крохотная часть того, что ждет людей после заката, если они не успели скрыться, - сакрегар осторожно высвободил свою руку, помог девушке подняться на ноги и придержал, когда ноги снова подкосились.

- Это страшно, - Айнара подняла кажущуюся невероятно тяжелой руку и вытерла слезы. – Нет, не так… Это ужас. Тот самый, глубинный, который не оставляет ни шанса трезвому рассудку и вынуждает без оглядки бежать куда глаза глядят. Я все это пережила, потому что чужая?

- Нет, - Гиас запрокинул голову, с улыбкой глядя на едва заметно светлеющее небо. – Это переживают все.

- Но ведь ты…

- Я просто не подаю вида, - золотоглазый человек покачал головой, снова переведя взгляд на мелиссу. – Это происходит каждую ночь, и все люди, которые оказываются за пределами убежища, испытывают то, что пережила ты. Только если на тебя ужас обрушился на несколько ударов сердца, у них впереди вся ночь.

- Но почему я ничего не заметила прошлой ночью?!

- Ты сама ответила на свой вопрос – ты чужая, - ночной гость вздохнул. – Если ты не уедешь в самое ближайшее время, ты изменишься. Забытые Земли тебя сломают, перекрутят, выжмут все соки и соберут заново, но ты уже не будет той, кем была раньше. Те, кого наш край уже успел переделать, все это ощущают каждую ночь. Разве что, если нет никаких гостей, все проходит гораздо легче. Так что теперь ты должна понимать причину ненависти людей ко всем вам – просто из-за вашего присутствия они теперь вынуждены каждую ночь переживать этот ужас. Да, не все. Да, в более легкой форме, потому что подчиняются третьему закону. Но факт есть факт.

Айнара сплюнула на землю кровь из прокушенной руки Гиаса и неуверенными шагами направилась обратно на постоялый двор. Действительно, тут возненавидишь всех, кто заставляет тебя переживать подобное, даже если он делает это неосознанно. Она испытала на себе все прелести ночного ужаса всего ничего, но желания повторить почему-то не появилось. На пороге девушка остановилась и оглянулась на оставшегося во дворе сакрегара, который не торопился уходить. Что еще он нашел во всем этом?

Мелисса увидела, как стремительно светлело небо, как нехотя уползали в самые темные уголки непонятные тени, а трава начинала подниматься, будто с нее только что свалился неподъемный груз. Мир, на краткий миг замерший в безмолвии, робко, неверяще, но с каждой минутой все смелее подавал голос, оживал пением птиц, шелестом листьев, шорохом травы. Даже солнце, только-только показавшее свой край из-за горизонта, казалось, можно было ощутить физически, потрогать руками яркие, пусть пока еще холодные, лучи, решительно разгонявшие ужас ночи.

И Айнара почувствовала, что хотя и не полностью, но отчасти уже понимает этих странных людей и их ужасный край. Они ненавидели чужаков просто потому, что не было причин их любить. И такими суровыми все выглядели потому, что каждая ночь для них была сродни войне, в которой победитель был неизвестен. Сегодня они выиграли. Сегодня тьма отступила, и все, кто выдержал этот бой, на который у самой мелиссы не хватило бы ни сил, ни решимости, по праву могли считать себя победителями, даже если это было всего на один день. Они получили право его прожить, чтобы на следующую ночь все началось заново.

- Почему? – прошептала Айнара, не имея сил открыть массивную дверь, но упрямо не оставляя попыток это сделать. – Почему так происходит? Что за кошмарное место?

- Вопрос был риторическим? – рука в странном доспехе легко толкнула тяжеленную створку и вовремя подхватила ослабевшую девушку. – Потому что в противном случае я, как глава личной охраны, подумаю, что ты хочешь проникнуть в тайны наших земель и нашего господина.

- Как же, помню: четвертый закон, - мелисса вяло отмахнулась.

- Сиргиус! – громко рявкнул Гиас, которому по непонятным причинам будто бы стало легче. Во всяком случае, от прежней меланхолии, с которой он встретил Айнару, не осталось и следа. – Свет! И купальню высокородной госпоже. Можешь гордиться, - выскочивший на призыв волчер вопросительно посмотрел на гостя. – Гость с твоего постоялого двора сумел устоять на Грани.

- Всего лишь на Грани? – Сиргиус разочарованно вздохнул.

- Не наглей, - сакрегар отвесил волчеру болезненный щелчок по кончику уха. – Ты же знаешь, что Грань не выдерживали даже у Карга, а он ведь на самом краю наших земель.

Гневно сверкавшая глазами Рокси подхватила свою госпожу под руку и торопливо повела в комнату, а ночной гость остался на месте, задумчиво глядя на соблазнительные формы Айнары, которые только подчеркивались прилипшей к костюму пылью.

- А если серьезно? – вернувшийся волчер перекинул мокрое полотенце через плечо и скрестил руки на груди, глядя на своего гостя.

- А если серьезно? – задумчиво повторил вопрос Гиас. – Странная девушка. Если бы я не знал, что так не может быть в принципе, я бы сказал, что она не менее странная, чем все Забытые Земли.

- Совсем ума лишился?! – неверяще уставился на ночного путника Сиргиус. – Ты же за всю свою жизнь подобных слов не говорил!

- Значит, настала пора перемен.

- Ты знаешь, чем перемены грозят всем нам, - волчер положил тяжелую руку на плечо собеседника. – Неприятностями.

- Как сказать, - сакрегар покачал головой, явно не соглашаясь со словами хозяина постоялого двора. – Как сказать… Она не говорит, что ей нужно, но настаивает на личной встрече с Асги.

- И ты дашь «добро»? – Сиргиус вздохнул. – То, что она протянула до этого места, еще ничего не значит.

- Значит, друг мой, - золотоглазый стражник снова покачал головой, продолжая смотреть на опустевшую лестницу. – Она упряма, обладает весьма сильной волей, умна… Смесь только этих качеств уже опасна для окружающих. Но как она за время жизни при дворе сумела сохранить способность чувствовать? Это для меня загадка.

- Брось! Что она могла почувствовать?

- Ненависть, - сакрегар наконец-то оторвал взгляд от лестницы и решительно зашагал к любимому месту волчера, плечами раздвигая уже спустившихся к завтраку постояльцев. – Она еще не осознала, в чем причина таких эмоций, но поняла их правильно. Карг не ошибся, когда описывал ее. И сейчас, на Грани… Обычным людям хватало неба, и я был уверен, что она бросит все и сбежит, сдастся, не выдержит. Она была близка к этому, даже руку вырвала, но что-то ее остановило.

Волчер ушел на кухню и вернулся с большой плоской тарелкой, на которой лежали закуски: бастурма[3], балык[4], билтонг[5], несколько видов сыров. Во второй заход он принес две здоровенные кружки светлого пива.

- Ночь прошла – и хвала Асги, - Сиргиус с удовольствием глотнул пива и широкой ладонью стер пену с длинных усов.

- Можно и так сказать, - Гиас отсалютовал ему кружкой и тоже приложился к холодненькому пенному.

- Прости, я не дал тебе закончить мысль, - волчер подцепил когтями пару ломтиков бастурмы.

- Она почувствовала, - глава личной охраны снова глотнул пива и поставил кружку на стол, задумчиво глядя на пляшущий в камине огонь и так и не притронувшись к закускам. – Я не знаю как, но она почувствовала мое намерение не пустить ее дальше, если она не удержится на Грани. Ты бы видел ее дрожь, а какие слезы лились, как она кричала… Но удержалась.

- А это значит, - Сиргиус отодвинул от себя еще наполовину полную кружку.

- А это значит, что к Асги ее подпускать нельзя, - сакрегар решительно покачал головой и залпом допил пиво.

Глава 5

- Боги, что он с тобой сделал?

Рокси торопливо срывала одежду со своей госпожи, которую била крупная дрожь. Блузка была насквозь мокрой, словно Айнара попала под дождь, хотя на самом деле это были пот и слезы. Купальня из льдистой стали призывно посверкивала из полумрака, уже наполненная горячей – насколько могла выдержать мелисса – водой. Телохранительница, не боящаяся наедине проявлять свою силу, легко подняла хозяйку на руки и бережно опустила в купальню, придерживая и не давая с головой погрузиться в воду.

- Ужас, - стуча зубами словно от нечеловеческого холода, смогла выдавить из себя Айнара через несколько минут. – Это какое-то нечеловеческое место. Здесь не могут жить люди…

- А они и не люди, - тихо проговорила полувампир, зачерпывая горячую воду пригоршнями и поливая ее на голову мелиссы. – Я же сказала перед тем, как ты вышла за дверь – они меняются.

- В каком смысле? – девушка нашла в себе силы со стоном выпрямиться и теперь сидела в горячей воде, обняв свои колени и уставившись на плавающие лепестки цветов.

- Ты поверишь, если я скажу, что не знаю, как это описать? – Рокси покачала головой. – Я уверена, что они не оборотни или кто-то еще из их братии. Люди, которые разошлись по своим комнатам, были именно людьми. И то, как они менялись…

Телохранительница замолчала, подбирая слова. Айнара ее не торопила, пытаясь разобраться в собственных чувствах. С одной стороны, показанного ей было достаточно, чтобы просто отдать письмо и бежать без оглядки из этого ужасного места. Мелисса была уверена, что император не сказал бы ей ни слова, потому что пережить подобное способен далеко не каждый. Такой очевидный и заманчивый вариант. И потому – подозрительный. Почему ей показали это все именно сейчас? Зачем? Не затем ли, чтобы она, поджав свой распушенный столичной жизнью хвостик, убралась прочь? Тогда это становится еще более подозрительным.

- Эти люди, - Рокси все же решила попробовать объяснить. – Из них всех словно внезапно хлынула тьма. Понимаешь? Вот, только что ты была человеком, а через несколько мгновений становишься кем-то другим. Ты не меняешься физически, уж это я могла отследить, но внутри тебя уже что-то другое.

- И откуда оно взялось? – Айнара нахмурилась.

- Не представляю, - полувампир пожала плечами, растерянно бултыхая пальцами в воде. – Я могу поручиться только за две вещи: это нечто невообразимое и это началось у всех одновременно.

- Невообразимое?!

- Неописуемое. Непонятное, - телохранительница опустила голову. – Я не знаю, как сказать. Наверное, это можно сравнить с дверью, которая неожиданно открылась в человеке. И мне страшно подумать, куда она может вести.

- Тебе? – Айнара легонько щелкнула свою горничную по носу, оставив на нем каплю воды. – Ты же полувампир.

- При чем здесь это? – Рокси с раздражением дернула плечом. – Пусть и так, но я все же часть этого мира, понимаешь? Мой бестолковый отец и моя неразборчивая мать родились здесь, под этим солнцем и луной. А в этих… появилось что-то настолько чуждое, что даже меня передернуло.

- От отвращения?

- От страха.

- Бред какой-то, - мелисса закрыла глаза и откинулась на спину, погрузившись под воду с головой. Вынырнув, она протерла глаза и откинула за спину мокрые волосы. – Хотя… Может быть, это и не бред. Вспомни нашу первую ночь на том постоялом дворе, у Карга. Люди почему-то разошлись по своим комнатам словно по команде. В общем зале не осталось почти никого. Может, в тот раз ночью было то же самое, просто мы никак не почувствовали?

- Исключено, - Рокси, на мгновение было встрепенувшаяся, с досадой отмела эту мысль. – Во-первых, тогда почему-то разошлись не все, впрочем, как и сегодня. Когда я тебя разбудила, несколько человек вполне спокойно сидели в общем зале и не подавали никаких поводов для беспокойства. Во-вторых, на предыдущем постоялом дворе никто не менялся. Я ничего не ощутила.

- Час от часу не легче, - Айнара задумчиво куснула ноготь, опомнилась и с тихим проклятием ударила ладонью по воде. – Но становится все интереснее…

Мелисса схватилась за края купальни и одним движением подняла себя на ноги. Вода сбегала по стройному телу, расплескиваясь на пол, но девушку это мало волновало. Рокси заботливо подала ей грубое полотенце, и Айнара, поморщившись, решительно растерлась им до красноты.

- Костюм!

- Что тебе становится интереснее? – телохранительница разложила дорожный костюм на широкой лавке.

- Получается, что этот сакрегар мне соврал, - мелисса, до этого дня относившаяся к своему внешнему образу довольно придирчиво, из-за чувства злости даже не заметила, что едва не порвала тонкую рубашку. – Он сказал, что подобное происходит каждую ночь!

- И что?

- Он знает намного больше, нежели рассказывает, - Айнара надела короткие сапожки, поднялась на ноги и, недовольно скривившись, поудобнее застегнула узкий ремень. – А если и рассказывает, то врет. Подумай сама: вчера ты ничего не ощутила, а сегодня совершенно точно почувствовала. Он знает, что на постоялом дворе у Карга ничего не произошло – сказал об этом Сиргиусу. Откуда? Значит, ему сообщили. Но почему тогда никто не послал сообщения, что я еду в гости к ленвайлду?

- Может, и послали, - Рокси почесала в затылке. – Думаешь, откуда этот сакрегар так внезапно появился?

- Тогда почему просто не сопроводит меня к нему? – мелисса устало села на лавку, полотенцем старательно просушивая волосы. – К чему демонстрация всей этой жути?

Телохранительница пожала плечами. В конце концов, ее делом было заботиться о сохранности своей госпожи, а не разгадывать загадки, которые заботливо подбрасывают всякие мутные личности. Этот ночной гость вызывал у Рокси беспокойство, но пока она сама не понимала, по какому поводу, и списывала все на странности этих земель. Однако руки далеко от своих любимых стилетов не убирала, в любой момент ожидая нападения.

- Завтракать? – полувампир расправила складки на своем переднике.

- Уже, - хмуро ответила Айнара, без особого удовольствия вспомнив трапезу с сакрегаром. – Почему?

- Что «почему»?

- Почему одновременно и почему не все? – аристократка прикусила губу, поднялась на ноги и медленно направилась к выходу, не прекращая ухаживать за волосами. – Некоторых не коснулось то, что происходило ночью в комнатах. Скорее всего, за пределами постоялого двора они испытали бы то же, что и я, но это, как мне кажется, было бы реакцией обычного человека. Я тоже в комнате ничего не ощущала, а снаружи едва не умерла от ужаса. Но я не менялась.

- Что ты там бормочешь? – не выдержала Рокси.

- Эти люди отличаются, - решительно выдала Айнара, резко остановившись в дверях. – Может, ты и не ощущаешь, но сейчас на постоялом дворе два типа людей.

- В каком смысле?!

- Одни – обычные, - мелисса сжала кулаки. – Как ты или я. Мы не подвержены никаким ночным изменениям, ничего не ощущаем под защитой стен и будем совершенно раздавлены тем, что творится на улице ночью. Другие – странные. Думаю, они тоже подвержены ночному кошмару, но он действует на них как-то иначе, словно пробуждая что-то внутри человека. Они будто измененные. Теперь мне понятно, почему комнаты изнутри отделаны сталеницей. Если все так, как я предполагаю, то нам дико повезло, что никто из них не смог вырваться наружу… Собирайте вещи!

Решительно распахнув дверь, Айнара направилась вниз. Если верить словам Карга, то сейчас в телохранительнице не было особой надобности: никто не станет причинять мелиссе вред и ставить на кон собственной жизнью. Сейчас стоило серьезно поговорить с этим странным сакрегаром, пока он не исчез. Девушке казалось, что с его помощью она сможет быстрее добраться до замка ленвайлда и как можно скорее покончить с этим поручением императора.

Гиас никуда не делся. Все так же сидел за столом вместе с волчером и периодически перекидывался с ним парой-тройкой тихих слов, изредка прикладываясь к немаленькой кружке. Айнара не могла слышать, о чем они разговаривают, но по серьезному выражению лица поняла, что беседа была не из легких. Подслушивание никогда не было ее коньком, а потому мелисса решила не мучить себя тем, что у нее никогда не получалось, и напрямую прошла к золотоглазому человеку, не без удовольствия отметив, что он, как только ее заметил, шикнул на сидящего к ней спиной волчера. Значит, разговаривали все же о ней.

- Интересный у вас край, уважаемый, - девушка села напротив ночного гостя, бесцеремонно заглянула в его кружку и повернулась к Сиргиусу. – Плесни-ка мне того же.

- Но вам ведь сейчас в путь, - начал сопротивляться волчер, явно не горя желанием стать тем, кто будет виновен в смерти мелиссы.

- Сделай, - спокойно сказал, словно отрезал, сакрегар. – Пусть восстановит свой пошатнувшийся внутренний мир. Если она настолько же умна, насколько красива, то никуда она дальше не поедет.

- Комплимент? От мужчины, мужество которого едва ли не заставляет дрожать демонов? – Айнара подцепила на вилку пару ломтиков балыка, с обворожительной улыбкой отправила их в рот и продолжила заниматься волосами, уже не обращая внимания на сверлящие спину ненавидящие взгляды.

- С чего такие странные выводы? – начальник личной охраны ленвайлда заинтересованно приподнял правую бровь.

- Ну, как же, - девушка отбросила мокрое полотенце на угол стола, облокотилась на столешницу, давая возможность заглянуть в глубокий вырез якобы неосмотрительно не застегнутой рубашки, и уставилась прямо в золотые глаза, в сердцах отметив, что он даже на мгновение не стрельнул взглядом в направлении ее груди. – Это сколько же мужества нужно иметь, чтобы показать слабой женщине весь ужас ночного времени в ваших Богами забытых краях? Конечно, немало.

- О, какие громкие слова. Яда в них хватило бы на то, чтобы убить человека сотню раз, - Гиас вернул свою кружку, глотнул пива, после чего наклонился вперед и прошептал почти на самое ухо Айнары, обжигая ее шею горячим дыханием, от которого все тело пробирала дрожь. – Какое счастье, что он на меня не действует.

Появление волчера еще с тремя кружками не дало возможности разозленной мелиссе отвесить наглецу пощечину, которую, как она рассудила несколькими мгновениями позже, он бы, скорее всего, даже не заметил. Сиргиус молча поставил кружки на стол, забрал у сакрегара уже пустую и снова ушел.

- Итак, если уж мы все выяснили, думаю, у тебя хватит ума отказаться от дальнейшего путешествия по нашим землям, и ты благополучно вернешься обратно, не испытывая капризную судьбу лишний раз, - устало выдохнул ночной гость.

- Отнюдь, - лучезарно улыбнулась Айнара, усилием воли отодвинув желание разборок на более удобное для этого время. – Теперь я еще больше хочу познакомиться с вашим ленвайлдом.

Гиас подавился очередным глотком пива и отчаянно раскашлялся.

- С ума сошла? – прохрипел он, стараясь отдышаться.

- Почему же? Посуди сам: у вас такая жуть происходит после заката, в тавернах ночуют странные люди, неизвестные существа владеют постоялыми дворами… Неужели правитель этих земель не в курсе? Думаю, что он прекрасно знает положение вещей. Более того, законы не позволяют вам попасть под влияние этого ужаса. А кто их выпустил? Ваш ленвайлд. Это значит, что он сам испытал это на себе, пережил, осмыслил и сделал так, чтобы больше никто не страдал, - девушка тоже приложилась к кружке, с удовольствием глотнув холодного светлого пива. – Я очень хочу познакомиться с этим интересным человеком.

- Ах, ты… Дрянь упрямая, - зло прищурился сакрегар.

- Возможно, - холодно улыбнулась в ответ Айнара. – А ты думал, что при дворе нашего дорого императора живут наивные дурочки? Поверь мне, показанное тобой достойно того, чтобы заставить многих людей поседеть, но придворные интриги пусть и не настолько будоражат кровь, однако неплохо развивают мозги. Так что не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что ленвайлд знает о происходящем в своих землях побольше вашего. И мне очень хочется с ним пообщаться. Более того, я считаю, что свои издевательства над бедной слабой девушкой ты с радостью компенсируешь тем, что поможешь мне попасть в замок вашего ленвайлда.

Глаза начальника охраны опасно сузились. Он не ошибся, когда сказал, что эта гостья, в отличие от всех предыдущих, умна, а потому опасна. Ее ни при каких обстоятельствах нельзя было подпускать к Асги, но отказаться сейчас сакрегар возможности не видел. Она не просто прочувствовала все прелести проявившейся Грани, она еще и людей смогла прочесть. Вдобавок ко всему теперь сидит, закинув, надо признать, весьма красивую ногу на ногу, потягивает пиво и почти с ходу делает такие неудобные умозаключения.

Кружка в левой руке сакрегара с резким звоном лопнула, заставив Айнару вздрогнуть. Она уже давно считала себя человеком, который способен прочитать ход мыслей собеседника по выражению глаз, движению бровей, губ, повороту головы, потому небезосновательно гордилась своим умением. Однако только сейчас поняла, что, возможно, перегнула палку в части попыток заставить поступить этого странного человека так, как нужно именно ей. В конце концов, у него есть опыт ночной жизни в этом страшном месте, а весь ее отряд, если его завести в глухое место и оставить без крыши над головой, вполне может оставить о себе разве что память.

- Прошу понять меня правильно, - мелисса взяла себя в руки и перешла на нейтральный тон. – То, что я увидела этим утром, не добавило красоты вашим Забытым Землям, и я с радостью покину их, как только будет решен вопрос с моим поручением от имени императора. Поверьте, я пока не нашла ни одного повода для того, чтобы остаться здесь дольше, чем необходимо. К тому же, раньше начнем - раньше закончим.

- Закончить мы можем в любой момент, - сакрегар оскалился в улыбке, которая не предвещала ничего хорошего. – Думаю, высокородная госпожа загнала меня в ловушку, не оставив выбора… Ну, что ж, извольте. К исходу сегодняшнего дня мы будем в замке ленвайлда.

- Как так? – Айнара нахмурилась. – Карг сказал, что нам предстояло пять дней в пути. А тут, выходит, мы сможем прибыть на место на четыре дня быстрее?

- Конечно. Он ведь, скорее всего, и дорогу вам описал, - ночной гость кивнул. – Он сделал все для того, чтобы вы ехали так, как и положено официальным гостям нашего края. Я же поведу вас коротким путем.

- Это как?

- Это лесными тропами, если будет угодно, - сакрегар вздохнул. – Мне, знаете ли, тоже хотелось бы поскорее завершить всю эту историю с личными встречами.

- Тоже не любите чужаков?

- Даже не представляете, насколько, - скрипнув зубами, начальник личной охраны поднялся на ноги. – Жду у ворот через десять минут. Завтракать будем на ходу, времени очень немного. Если, конечно, нет желания испытать все прелести любования ночными звездами еще раз.

- Это не звезды, это демоны, - севшим голосом прошептала Айнара. – Почему мы должны верить тебе?

- Первый закон, - золотоглазый покачал головой. – Если вы все еще живы, значит, господин решил ничего с вами не делать. Ленвайлд уже знает, что ты здесь, так что убивать тебя нет никакого резона. Я потом больше времени потеряю на объяснения своему господину и вашему императору. А так… Приедешь, передашь, и… с глаз долой – из сердца вон.

- Меня устраивает, - мелисса величественно кивнула.

Провожая глазами облаченную в странную хламиду с неровно оборванными краями фигуру, девушка тяжело вздохнула. Да, жизнь в столице, конечно, была далеко не сахар, приходилось постоянно следить за своими словами, держать врагов в поле зрения, мило улыбаться там, где хотелось рвать и метать, равнодушно реагировать на провокации, но все же было и время, когда можно было расслабиться и побыть собой. Забытые Земли такой возможности не давали. Айнара ощущала это постоянное давление, не дающее ни минуты покоя. Бешеный темп жизни днем и ожидание чего-то ужасного ночью выматывало.

То, о чем ее предостерегали на самом первом дворе и что казалось просто выдумкой, теперь нешуточно пугало. Каждый из спускающихся в общий зал гостей, бросающий на мелиссу тяжелые ненавидящие взгляды, казался готовым обратиться в страшное чудовище и броситься на бедную девушку. Такие простые ограничения, уложенные всего в четыре закона, не давали возможности получить хоть толику нужной информации. Жизнь казалась сплошной гонкой, и Айнара с трудом понимала, за чем она бежит или от чего убегает, хотя иногда ей начинало казаться, что всего понемножку.

- Рокси! – телохранительница тут же будто материализовалась за левым плечом девушки. - Поднимай ребят. У нас появился шанс закончить все это побыстрее. Думаю, не стоит его упускать…

Сакрегар терпеливо ждал спутников у ворот, поглаживая по длинной шее свою лошадь. Когда за спиной послышались шаги, он даже голову поворачивать не стал, потому что прекрасно знал того, кто обладал такой походкой. Волчер встал рядом с золотоглазым человеком и некоторое время молчал, глядя на то, как постепенно исчезает роса с травы в тех местах, куда солнечные лучи не дотянулись сразу.

- Все же проведешь ее в замок? – Сиргиус не мог долго молчать, тем более, сейчас, когда вздорная девица с минуты на минуту появится на дворе.

- Скажем так: я доведу ее до замка, а там уже пусть сама решает свои проблемы, - сакрегар усмехнулся. – Хочет встречу с ленвайлдом – получит. И пусть потом не плачет, что ее не отговаривали.

- Брось, - волчер покачал головой. – Ты же сам не хуже меня знаешь, что все эти истории об Асги – всего лишь выдумки, половину из которых сочиняет и распускает он сам.

- Ну, к великому сожалению, уже никто не верит в то, что и сам Асги – вымысел, - начальник личной охраны рассмеялся. – А как было бы хорошо: нет человека – нет проблем.

- Нечего было тогда перед будущим императором светиться, - Сиргиус пожал плечами. – Получил, что хотел.

- Ты же знаешь, что выбора тогда не было, - Гиас вздохнул. – Сейчас речь не о прошлом. Надо думать, что с этой… этой…

- Не ругайся, - волчер рассмеялся.

- Гостьей, - Гиас взял себя в руки. – Что с этой гостьей делать? Ладно, она на встречу с Асги претендует, но ведь после этого она отсюда уедет. И что тогда?

- А что тогда?

- Четвертый закон, друг мой, - Гиас снова согнул левую руку и несколько раз сжал и разжал закованный в броню кулак. – Его никто не отменял. Кто может поручиться за то, что после возвращения она будет держать язык за зубами? Сам должен понимать, что Орден Света, всюду сующий свой длинный нос, нам здесь совершенно не нужен.

- Так они ведь ничего не найдут, - волчер блаженно прищурился, когда на него попал свет поднимающегося солнца. – Как и всегда.

- Не найдут, - сакрегар рассмеялся, но затем снова стал серьезным. – Вопрос только в том, какую цену придется за это заплатить.

- Заплатим, - Сиргиус посмотрел в глаза своего друга. – Какой бы она ни была. Ты ведь сам прекрасно знаешь, чем мы все обязаны ленвайлду и что мы готовы для него сделать. Так что не бери все только на себя.

- Ладно, хватит лирики, - Гиас вздохнул. – Продолжай присматривать за теми, кто прибудет. Карг предупредит тебя в случае опасности, так что пока можешь побыть в своем облике, но напрасно не высовывайся. И смени свою личину на что-нибудь менее мерзкое, а то иногда самому хочется тебе в зубы двинуть.

- Так на то и расчет! – рассмеялся волчер. – Провокация, друг мой, зачастую может рассказать о человеке больше, чем неделя наблюдений. А если серьезно: будь с ней осторожен. Девка, действительно умная, не проболтайся о чем-нибудь, чтобы потом не пришлось…

- Не пришлось что?

- Жалеть или убивать, - жестко закончил Сиргиус, направляясь на постоялый двор. – Жалеть о сказанном или убивать услышавших - выбирать-то самому придется.

Навстречу ему из конюшни уже выходили будущие спутники Гиаса, ведя за собой оседланных коней. В Забытых Землях с этим было строго: к лошадям всегда можно было пройти из основного строения постоялого двора, избегая выхода на улицу, поэтому конюхи всегда начинали седлать коней еще до рассвета, чтобы с первыми лучами солнца постояльцы могли сразу трогаться в путь, не теряя драгоценного времени.

- Мы готовы! – объявила Айнара, ловко забравшись в седло. – Можем трогаться.

Сакрегар посмотрел в ее светящиеся радостью глаза цвета дикого орешника и снова сжал левую руку в кулак, испытывая едва сдерживаемое желание придушить эту высокородную на месте. Вместо этого Гиас фальшиво улыбнулся, показывая, как он счастлив сопровождать столь выдающуюся особу, молча запрыгнул в седло и легким касанием пяток послал лошадь вперед.

Гвардейцы мелиссы, имеющие лишь общее представление о происходящем со слов Рокси, решительно выстроились в боевой порядок, постаравшись оградить Айнару в том числе и от сакрегара, которому вполне обоснованно не доверяли.

Однако Гиас никаких провокаций не устраивал, всего лишь окинул весь отряд беглым взглядом и перешел на легкую рысь. Ему, по большому счету, на боевые порядки случайных гостей было глубоко наплевать, потому что он прекрасно представлял возможные опасности и то, как с ними бороться. Самым серьезным врагом для них сейчас было время, а не какие-то мифические убийцы. Если они будут задерживаться, тьма безжалостно настигнет их и убьет вернее самого сильного яда. А учитывая то, что идти им предстоит по лесным тропам, все эти попытки защитить свою госпожу организованным отрядом будут обречены на провал там, где невозможно двигаться даже парами – только в одну лошадь.

Хмыкнув себе под нос, сакрегар вытащил из седельной сумки полоску острого вяленого мяса, с удовольствием зубами оторвал от него кусок и рассасывал его, напевая про себя какую-то песенку. Хотя веселиться, если честно, у него поводов почти не было. Карг выполнил возложенную на него обязанность, передав весточку о гостье, вот только оказалось, что он отнюдь не приукрасил, а скорее преуменьшил ее способности. Ленвайлд Асги будет очень и очень недоволен, если она попадет к нему на прием. Гиас сильно сомневался, что она сможет прямо с порога узнать все про такого непростого и скрытного человека, как ленвайлд, но береженого, как известно, и свинья не съест, так что на сердце у сакрегара было тяжело.

[1]Рокси, кроме впечатляющих физических данных, унаследовала от своего отца способность вампирского зрения, позволяющую видеть не только внешность человека, но и особенности его внутреннего строения: кровеносную систему, сердце, легкие. Поскольку у каждого человека подобное строение уникально, Рокси таким образом запоминает отпечаток внутреннего строения каждого человека.

[2] Сакрегар – военное звание уровня майора внутренних войск.

[3] Бастурма - вяленая вырезка из говяжьего мяса.

[4] Балык - солёная и затем провяленная на воздухе спинка крупных рыб ценных пород.

[5] Билтонг - разновидность вяленого мяса, которое сначала маринуется, а затем уже вялится на открытом воздухе или сушится в печах.

Глава 6-7

Глава 6

Провожаемый бьющими прямо в спину лучами солнца, отряд рысью двигался по хорошо наезженной дороге, и начальник личной охраны уже физически чувствовал зреющий вопрос: когда же они перейдут к лесным тропам? А какие возможности открываются перед Гиасом в лесу! Завести поглубже и просто исчезнуть… У них не хватит времени на то, чтобы засветло добраться до убежища, и весь этот отряд, в конечном итоге, просто перебьет сам себя; если все сложится удачно, то утром можно будет еще застать в живых последнего, кого-нибудь самого сильного, ловкого, поседевшего и обезумевшего, способного только бессвязно бормотать и пускать слюни.

И кто что скажет? Никто. Забытые Земли на то и являются неприкосновенными для разного рода личностей, желающих пощекотать якобы стальные нервы: не понимают они условностей и игр, на каждого человека реагируя совершенно серьезно. Потому и спроса с ленвайлда Асги никакого быть не может: либо езжай по общей дороге, либо вообще не появляйся, а уж за каждого отлучившегося в лесок господин ответственность нести не может.

- Мечтаешь о том, как было бы хорошо без нас? – прервала размышления радостно улыбающаяся Айнара.

- С чего это ты взяла? – неприветливо отозвался Гиас, оторванный от стоящего перед глазами созерцания того, как мелиссу пронзают мечами ее же собственные гвардейцы, лишившиеся рассудка.

- Лицо у тебя слишком уж довольное, - девушка хихикнула. – Слушай, я понимаю, что мы в ваших землях никому не нужны. Но Забытые Земли – часть империи, и приказ императора – увы и ах! – должен быть исполнен даже вами. Если мне сказали, что я должна доставить письмо Родерика вашему ленвайлду, то я должна это сделать, понимаешь?

- Нет, - сакрегар пожал плечами. - Вся поездка к нам – сплошная авантюра. Ты даже не знаешь, доживешь ли ты до следующего утра, но все равно стремишься к ленвайлду со своим треклятым письмом. Откуда ты знаешь, что там написано? Откуда я знаю, что там написано? Может, у тебя приказ убить моего господина при личной встрече? В этом случае я должен из тебя ремней нарезать еще до того момента, как ты перешагнешь порог Черного Замка.

- Хм, твои рассуждения, конечно, не лишены смысла, - Айнара тяжело вздохнула, подавая Найни знак приотстать вместе с основным отрядом. – Как сакрегар личной охраны ты должен беспокоиться о безопасности своего господина. Но уверяю тебя, его жизнь мне не нужна. Я, как бы это сказать, скорее не на его жизнь претендую, а на…

- На что? – Гиас недоуменно приподнял бровь, с подозрением глядя на девушку.

- Ну, как бы это сказать? – девушка поняла, что неожиданно для себя самой начинает краснеть. – Не на жизнь, а… Ох, что же вам, мужчинам, все объяснять надо? Неужели не понятно?

Сакрегар старательно изобразил всем своим существом предельное внимение, но Айнара по его глазам видела, что ему очень хотелось бы убедиться в трезвости ее рассудка.

- Короче, приказ у меня, - с плеча рубанула девушка. – Прибыть в Забытые Земли для замужества.

- Ну, это дело хорошее, - Гиас с облегчением вздохнул. – В нашем лене гнилья не бывает, я же говорил: жизнь быстро обнажает настоящий внутренний стержень человека. Подберем тебе кого-нибудь, не боись. Только стоило ли ради этого столько таинственности нагонять?

- Ой, дура-а-ак, - Айнара едва за голову не схватилась. – Да за вашего ленвайлда мне выйти приказано!

- Иди ты?! – Гиас даже дышать забыл от такой новости.

- Не ори! – зашипела на него девушка, опасливо оглядываясь на свой отряд. – Думаешь, меня эта мысль греет? Поверь, замужество с твоим господином отнюдь не цель всей моей жизни. Но я обязана подчиняться приказам императора.

- Как же так? – сакрегар, опомнившись, ошалело зашарил глазами по окрестностям, словно где-то за деревьями или в траве спрятался ответ на этот вопрос. – Родерик же обещал… Он слово дал… Оставить в покое…

- Что ты там бормочешь? – Айнара старательно напрягала слух, силясь разобрать шепот на грани слышимости.

- Родерик обещал… нашему господину покой, - прокашлявшись, собрался с мыслями Гиас. - Когда Асги помог императору взойти на трон, он попросил в награду дикий лен и полное одиночество. С землями все сложилось отлично, а вот с последним пунктом в просьбе как-то не заладилось: в земли потянулись люди. Поначалу ленвайлд собирался всех разогнать; его остановило только то, что все приходили сами, а не по приказу императора. Это были люди, которые устали от фальши мира, которые хотели жить честно, работать, были готовы бороться. Тогда появилось единственное условие: за тобой не должно быть преступлений, потому что Забытые Земли – это не возможность избежать правосудия, а здесь оно бывает еще более жестоким, чем в остальной империи. Почему же тогда прислали тебя?

- У вашего господина никогда не бывает гостей? – удивилась мелисса.

- Бывают, - сакрегар отмахнулся. – Только Асги все равно их всем своим нутром не переваривает. Не любит он людей. Старается держаться от них подальше.

- Вот, - Айнара облегченно вздохнула. – Можешь рассказать мне о твоем господине? Все равно ведь это не секретные сведения, а мне, может быть, помогут найти причину, чтобы не выполнять приказ Родерика. В конце концов, сердцу ведь не прикажешь? Не сойдемся характерами или еще что…

- Рассказать? – Гиас задумался. – Это можно. Только подождешь, пока мы в лес не свернем? У ленвайлда везде есть уши, а за россказни о нем он меня по головке не погладит. Лучше лишний раз не рисковать... Это что еще за безобразие?!

Последнее выражение прозвучало настолько неожиданно, что девушка завертела головой, отыскивая, к кому оно было адресовано, а встревоженные гвардейцы тут же оказались возле Айнары, окружив ее оборонным ордером. Но сакрегар не проявлял к гостям никакой враждебности, вместо этого остановив свою лошадь и негодующе глядя на стоящее рядом с дорогой дерево.

Покачав головой, он легко спрыгнул на землю, пошарив в седельной сумке, вытащил на свет клубок длинной узкой серой ленты. Положив один конец этой конструкции на край дороги, Гиас принялся разматывать клубок, постепенно спиной приближаясь к полосе леса. Когда лента закончилась, сакрегар личной охраны придирчиво изучил что-то между вторым ее концом и ближайшим деревом, после чего, бормоча под нос ругательства, снова принялся сматывать ленту в клубок.

- Что-то случилось? – не на шутку встревожилась Айнара.

- Да тут постоянно что-то случается, - Гиас досадливо дернул плечом, забрасывая клубок обратно в сумку, после чего подошел к стоящему рядом с дорогой дереву и присел на корточки, что-то изучая в траве. – Вот так вот отвлечешься, а потом дороги не будет…

Найни повернулся к своей госпоже и знаками показал: «Не в своем уме человек. Не стоило с ним ехать». Айнара ответила ему в том же стиле: «Пока все равно движемся по дороге, которую нам описали. Дальше видно будет». Гвардеец осуждающе покачал головой: не было бы поздно.

- Уважаемый, - наконец подал голос Гиас, уже поднявшись на ноги, отряхнув от пыли руки и вежливо постучав по стволу дерева. – Вам не кажется, что нарушение оговоренных границ выглядит вопиюще вызывающим? В то время как остальные смиренно придерживаются рамок, некто решил, что ему все позволено?

Мелисса, озадаченно повертевшая головой, сама решила, что их спутник действительно начинает сходить с ума, во всяком случае, девушка не увидела того, к кому Гиас мог бы обращаться. Однако сакрегар оставался на месте, нетерпеливо притопывая носком, словно отбивая одному ему слышимый ритм, и продолжая сжимать и разжимать закованный в странную броню кулак. После того, как ничего не произошло, золотоглазый человек еще раз легонько постучал по стволу дерева:

- Я к кому обращаюсь, уважаемый? Не соблаговолите ли вернуться к ранее установленным договором границам?

Неожиданно словно по всей округе пронесся разочарованный вздох, после которого трава сначала вздулась бугром, а после этого с треском разошлась в стороны, обнажая извивающийся корень, шарящий по земле подобно щупальцу слепой морской твари. Очевидно, найдя одному ему видимое место, корень молниеносно вонзился в землю и стремительно начал в нее ввинчиваться; словно по команде, дерево выпростало из земли второй, третий… После чего неторопливо начало переносить себя в направлении опушки леса.

Гиас еще некоторое время стоял на месте, пристально следя за уползающим на место деревом, затем еще раз отряхнул руки, будто успел где-то запачкаться, и вернулся к отряду, с недоумением глядя на широко распахнутые глаза Айнары и ее гвардейцев.

- Что это было? – решилась на вопрос девушка, когда они снова тронулись в путь.

- Дерево, - пожал плечами сакрегар.

- Просто дерево? – не поверила ему мелисса, повернувшись и разглядывая медленно и величаво передвигающееся по полю растение.

- Ну, можно и так сказать, - Гиас усмехнулся. – У нашего ленвайлда с лесовиками договор заключен: он без особой нужды не вырубает лес и не охотится на лесных животных, а взамен деревьям запрещено захватывать территории, которые отведены для людей. Приходится периодически проверять, как договор соблюдается. Сами лесовики – существа слова, они не умеют обманывать; а вот дереву за один раз не объяснишь, почему нельзя выбраться из-под крон своих более высоких собратьев и отхватить себе побольше солнечного тепла и света. Приходится таких инициативных созданий обратно возвращать.

- Иначе что?

- Была дорога – нет дороги, - глава личной охраны усмехнулся. – Сегодня одно выползет, а завтра остальные подумают, что им тоже можно, так и затягивает лесом за несколько дней целые поля, если слабину дашь. Лесовиков на все не хватает, хоть они и стараются.

- А кто это такие – лесовики? – заинтересовалась девушка.

- Хозяева леса, - послышался из-за спины голос Рокси. – Вживую я их не видела, но говорят, что они похожи то ли на древние деревья, то ли на валуны. Живут в лесу, никуда из него не выходят, зато им подвластно все, что происходит в его пределах. И под словом «подвластно» следует понимать не только «известно». До определенных пределов, конечно…

- Все не так просто, - Гиас отрицательно помотал головой. – В общих чертах, конечно, все правильно, а по сути… В пределах леса эти создания могут очень многое, в том числе и наказать за плохое обращение с растениями и животными. Но лесовики не просто управляют лесом, они являются его частью. Каждое срубленное дерево, каждый убитый зверь возвращается к лесовику болью. Гибнет лес – умирает лесовик. Вот и получается, что некоторые личности бессовестно пользуются подобными знаниями и намеренно уничтожают деревья, чтобы убить лесовиков. И те бегут туда, где есть хоть какая-то надежда на выживание.

- Можно подумать, они понимают, что такое жизнь или смерть, - проворчала Рокси, краем уха прислушиваясь к тому, что говорил Гиас.

- К твоему сведению, пониманием обладает любое существо, с которым возможно договориться, - сакрегар повернулся к телохранительнице. – И лесовики в этом отношении весьма приятные создания, во всяком случае, жителей Забытых Земель они подкупают пусть и не добротой, но честностью.

- Странно это все как-то, - Айнару передернуло. – Живые деревья, лесовики, волчеры… Такое чувство, что в ваших землях существует то, что для других – просто сказки.

- Ну, оборотни – далеко не выдумка даже по меркам остальной империи, - Гиас пожал плечами. – Лесовики тоже в каждом лесу живут, просто не видел их почти никто, да и осталось их не так много. Волчеры… Эти да – явление уникальное, я бы даже сказал, что штучное, но ничего сверхъестественного в них тоже нет: всего лишь сплав знаний и опыта.

- Хотелось бы мне взглянуть на эти знания, - презрительно усмехнулась полувампир.

- Я улавливаю в твоем голосе недоверие, - сакрегар уставился на Рокси. – Если вдуматься, то ты ведь тоже сплав знаний и опыта, хотя тебя и вовсе не должно существовать.

- Почему это? – вскинулась телохранительница.

- Потому что от союза живого и нежити ничего не рождается, - сказал, словно отрезал, Гиас. – Это закон мира. Вампирам в свое время была оказана великая честь: им раскрыли тайну перевода части магических сил в жизненные. И они стали единственными представителями нежити, имеющими возможность произвести на свет потомство от живых существ. Думаю, никто из вас не слышал, чтобы где-то по земле гуляли дети от гулей, упырей, стрыг, навьев, личей и прочих тварей? Это просто невозможно. Но ты есть. И, как ни странно, ты ведь тоже хочешь жить, а не умереть. Так чем же ты отличаешься от лесовиков? Почему ты обвиняешь их в том, что они готовы сделать все, чтобы остаться в этом мире?

- Ну, я – другое дело, - Рокси усмехнулась. – У меня есть разум.

- Другое дело? - Гиас повернулся к полувампиру, глядя на нее засветившимися золотыми глазами.

Телохранительница не успела понять, что ее насторожило. Не хватило времени, а может быть, просто расслабилась за всеми этими разговорами о жизни. Всего на мгновение она замерла, пригвожденная к седлу этими страшными глазами, но этого мгновения оказалось достаточно, чтобы разобрать одними губами произнесенное слово:

- Умри.

Рокси по праву могла похвастать скоростью своей реакции. Даже если ей подсыпали в пищу снотворное или яд, она запросто могла успеть защитить свою госпожу или сделать все необходимое для восстановления, во всяком случае, она всегда думала, что у нее достаточно сил в резерве хотя бы для одного молниеносного рывка. И сейчас она дернулась было за своими верными стилетами, рассчитывая одним метким броском попасть в горло, и у нее, конечно, все получилось бы, но не тогда, когда предавало собственное тело. Ее скрутила настолько жуткая боль, что полувампир с придушенным воплем просто вывалилась из седла, хватаясь за сердце. Каждая попытка вдохнуть или просто пошевелиться снова сводила тело судорогой. Руки и ноги не слушались, легкие отказывались делать вдох, не смотря на все усилия.

Она видела, как ее перевернули на спину, попытались расстегнуть воротник, чтобы облегчить дыхание. Все тело горело огнем, не получая жизненно необходимый воздух. Из глаз полувампира потекли горячие слезы, вызванные ощущением собственного бессилия и невозможности сделать хоть что-нибудь. Телохранительница видела над собой лица перепуганных стражников и Айнары, пытающейся привести ее в чувство; их голоса доносились будто через множество стен, далекие и едва слышимые. И над всем этим царили страшные своим равнодушием золотые глаза.

«Ползи, - раздался в голове незнакомый низкий и глухой голос. – Если хочешь жить – ползи!».

Рокси не понимала, как это можно было сделать, ведь тело ее не слушалось, а каждый удар сердца отдалял ее от мира живых, все ближе подводя к границе, после которой не будет возврата. При попытке вздохнуть возникало отвратительное чувство, что сердце сдавливает чья-то когтистая рука, не давая ему возможности биться.

Умирать не хотелось, как не хотелось и подводить Айнару, спасшую ее от смерти. Она ведь еще не отплатила за добро, ни разу по-настоящему не рисковала своей жизнью, защищая госпожу. Она еще столько не сделала: не нашла достойного мужчину, не завела детей, не выпила с гвардейцами после очередного посещения столицы, не увидела следующее так манящее ее полнолуние. Она ведь должна все это сделать! Никто не имеет права отнимать это у нее просто потому, что так захотелось!

Золотые глаза заполнили собой весь мир…

«Ползи».

«Если хочешь жить – ползи».

Пальцы закованной в броню руки слегка шевелились, будто что-то поглаживая, и каждое их движение отдавало болью в сердце…

«Ползи»…

«Если хочешь жить – ползи»…

И Рокси нечеловеческими усилиями, раскрыв в беззвучном крике рот, тщетно напрягала все силы, пытаясь пошевелить хотя бы одним пальцем, отобрать у бесчеловечного мира еще глоток воздуха.

«Ползи»…

Внезапно золотые глаза уменьшились, а затянутый пеленой начинающегося забвения разум внезапно ощутил, что снова может контролировать свое тело, сперва робко сделав первый вдох, а затем выдав полный боли и муки крик. Перевернувшись на живот, Рокси лежала в пыли и заходилась в кашле, который никак не проходил. Каждый вдох обжигал иссушенное горло, каждое движение отзывалось в теле уколом сотни иголок, но полувампир не умерла. Она жила, пусть и не сделала то, что приказывали страшные золотые глаза.

С трудом встав на колени, телохранительница подняла полный боли взгляд затуманенных слезами глаз на Гиаса и с содроганием увидела презрительно изогнутые губы. Это не она справилась, это ее пожалели и оставили жить. Вместо того, чтобы пускаться в философские споры, этот страшный человек просто показал ей всю глубину заблуждений, каким-то страшным способом приказав умереть, а потом пощадив.

Рокси поняла все это, прочитав в нечеловеческих глазах не уважение, а жалость. Судорога скрутила живот, и полувампира вырвало желчью.

- Что с тобой? – донесся издалека обеспокоенный голос мелиссы.

- Забытые Земли, - спокойно ответил Гиас, не сводя с телохранительницы взгляд. – Я же предупреждал, что если вы останетесь, то они вас изменят.

- Так быстро? – Айнара требовательно повернулась к проводнику. – Ты не рассказывал ни о чем подобном.

- Она не совсем человек, - сакрегар усмехнулся, глядя в горящие ненавистью глаза Рокси. – На ней все сказалось быстрее.

- Что-то мне не верится, - девушка прищурилась, успокаивающе поглаживая руку приходящей в себя телохранительницы.

- Все вам доказывать надо, - тяжело вздохнул Гиас.

Спешившись, он подошел к мирно стоящей лошади Рокси, уверенной рукой схватил ее за уздечку и заставил задрать верхнюю губу. Айнара с содроганием увидела заметно заострившиеся зубы. Гвардейцы, шепча охранительные молитвы, с проклятиями убеждались, что их лошадей постигла такая же участь.

- Приведите ее в порядок, - сакрегар, усмехнувшись, снова запрыгнул в седло. – У нас нет времени нянчиться со слабаками. Если кто-то будет отставать, его придется бросить.

- Она не слабак! – вспыхнула Айнара. – Рокси очень сильная, ты просто даже не знаешь, насколько. Ты не видел…

- Мне и не надо, - холодно перебил ее Гиас. – Забытые Земли покажут все гораздо правдивее тысячи слов. Если все так, как ты рассказываешь, значит, она выживет и станет еще сильнее. Слабакам, трусам и лжецам здесь не место. У нас остаются только честные, сильные, трудолюбивые…

- Послушать тебя, так у вас не лен, а прямо сказочная страна, - ядовито отметила Рокси, с трудом поднимаясь на ноги и держась за стремя. – Все живут в мире и согласии, никто никого не убивает, ничего не крадут, люди со всех ног бегут на обустройство… Не жизнь, а мед.

- Я этого не говорил, - золотоглазый отвернулся от полувампира и послал лошадь спокойным шагом дальше по дороге. – Вот ты, вроде как, большая девочка, а в жизни, по-моему, совсем ничего не соображаешь.

- И что я должна соображать?

- Что за все приходится платить свою цену, - мертвым голосом ответил Гиас, заставив Айнару, намеревавшуюся вмешаться в их спор, замолчать на полуслове. – Вся жизнь заключается в том, что перед тобой всегда есть возможности и есть цена, которую за них придется платить. И ты постоянно кладешь их на весы реальности, чтобы понять, готов ли ты платить за то, что тебе предлагают.

- Как-то мудрено, - почесал в затылке Найни, по привычке снова нагнавший свою госпожу.

- Ничего мудреного, - сакрегар усмехнулся. – Ваша госпожа уже узнала цену нашей спокойной жизни. Так ведь? Люди платят ее каждую ночь. Почти все. Но никто не уходит. Значит, цена их устраивает. А если, к примеру, я предложу тебе, гвардеец, стать неуязвимым?

- Как так? – седой стражник опешил.

- Полностью, - Гиас совершенно серьезно посмотрел на Найни своими странными глазами. - Абсолютно. Прямо сейчас. До конца твоей жизни. Ни оружие, ни яд, ни сама природа не смогут тебе повредить. Согласишься?

- Ну, скорее всего, да, - гвардеец пожал плечами.

- А если окажется, что ценой за все это будут твои ноги? – глава личной охраны даже на мгновение не отвел взгляд. – Ты будешь неуязвим, но не сможешь ходить. Согласишься ты на это тогда?

- Не-е, - тут же отперся Найни. – Зачем мне тогда неуязвимость?

- Вот видишь, - Гиас усмехнулся и снова перевел взгляд на дорогу. – Ты не готов заплатить цену за ту возможность, которую тебе предоставят. Но это я тебе предложил, сам. Скажи-ка мне, как ты относишься к детям?

- Ну, люблю, конечно, - Найни удивился такому странному вопросу.

- Что ты будешь делать, если увидишь, что детям грозит опасность?

- Брошусь на помощь.

- Не раздумывая?

- Ни мгновения!

- Хорошо, - по голосу Гиаса уже было понятно, что приготовил очередную гадость. – А теперь представь себе, что ты идешь по берегу реки, а в ней тонет ребенок. Ты ведь умеешь плавать? Можешь его спасти. Вот тебе возможность. Ты готов ее получить?

- Если следовать твоему замыслу, то дальше мне придется узнать цену?

- Молодец, - сакрегар зло оскалился. – Ты начинаешь мне нравиться! Цена – твоя жизнь.

- Не раздумывая, - гвардеец сжал кулаки, с ненавистью глядя в насмешливые золотые глаза.

- Хвалю, - Гиас даже похлопал в ладоши. – А если детей несколько? Как ты будешь решать, кому из них жить, а кому – умирать?

- К чему ты это все нам рассказываешь? – разозлилась Айнара.

- У нас таких детей – целый лен, - глухо ответил глава личной охраны ленвайлда. – И они тонут каждую ночь. Каждую ночь у нашего господина стоит выбор: утонуть самому или дать умереть кому-то из своих людей, чтобы остальные могли прожить еще немного.

Гиас тяжело вздохнул и обреченно махнул рукой. Этим людям все равно его не понять, и не было времени на то, чтобы доказывать им свою правоту. Они не жили в Забытых Землях, они не видели и не испытывали того, что выпало на долю жителей лена, и сакрегар изо всех сил старался верить, что и не испытают, как можно быстрее выполнив свою миссию и исчезнув из привычной и размеренной жизни людей Забытых Земель.

Айнара состроила Рокси страшные глаза, давая понять, что не следовало задевать их провожатого, который, очевидно, принял все эти разговоры близко к сердцу. В конце концов, они были не вправе лезть со своими законами на чужую землю. Мелисса все отчетливее понимала, что этот лен хоть и является частью империи, но по своей сути представляет собой государство в государстве, и пусть все волей или неволей подчинялись императору, законы в Забытых Землях царили свои собственные, более жестокие и бесчеловечные.

- Кто-то обещал нам лесные тропы, - подала голос Айнара, которая после увиденного ночью особенно остро ощущала скорость убегающего времени.

- Будут, - мрачно ответил Гиас, останавливая лошадь и присматриваясь к кромке стеной стоящего леса. – Обязательно будут. У нас лгать не принято, даже если принято очень много…

Соскочив на землю, сакрегар сказал всем оставаться на месте, перекинул поводья через голову лошади и повел ее за собой. Остановившись у самых деревьев, он прислонился лбом к стволу широченного дерева и замер.

- Тебе ничего странным не кажется? – поинтересовалась мелисса, с недоумением глядя на действия их провожатого.

- Тут все странное, - в сердцах сплюнула Рокси, брезгливо разглядывая испачканное платье. – Куда ни ткнись, у них на все свой ответ и свое мнение. И ни то, ни другое логике не поддается. Внутренним чутьем я понимаю, что во многом они правы, но объяснить или принять это не могу. Никак. Вот и сейчас: глаза говорят, что он непотребство какое-то творит, а инстинкт твердит, что он делает все так, как и следует. И, что хуже всего, еще и расскажет нам все так, что не придерешься. Пожалуй, тут весь Солнечный Орден бессилен окажется…

- Рокси, - Айнара положила руку на плечо телохранительницы. – Я ведь тебя давно знаю. Что тебя гложет?

- Честно? – полувампир тяжело вздохнула в ответ на утвердительный кивок. – Это не человек.

- В каком смысле? – мелисса с трудом проглотила скакнувшее в горло сердце.

- Прямом, - Рокси с ненавистью уставилась на покрытую странной хламидой спину. - Ощущение от него странное. И страшное. Я не понимаю. Не знаю, как сказать. Внешне он человек, в этом сомнений нет. Но у меня такое чувство, что внутри него что-то нечеловеческое.

- Одержимый? – нахмурилась Айнара.

- Может быть, - полувампир сжала зубы. – А может, и нет. Он, как и весь этот лен, вызывает поганое чувство, будто в ясный день смотришь прямо перед собой, а где-то на границе видимости призрачная тень мелькает. Вроде как и не мешает, но ты не можешь ее увидеть, как ни силишься. Стоит только перевести взгляд туда, где она только что была, как там все такая же безоблачная картинка, а эта треклятая тень опять где-то с краю маячит.

- О, я смотрю, теперь тебя выбешивает, - усмехнулась мелисса. – Не надо так переживать. Я ведь не боюсь…

- А следовало бы, - задумчиво проговорил Найни, также не сводя глаз с сакрегара. – Мне этот тип тоже не нравится.

- Нас не заставляют его любить, - Айнара упрямо поджала губы. – Но приказ императора никто не отменял, значит, мы должны его выполнить. А там видно будет.

Гиас наконец выпрямился и махнул рукой, подзывая остальной отряд к себе. Мелисса пришпорила лошадь, добравшись до провожатого в числе первых.

С того момента, как сакрегар оставил их одних и пошел на странное свидание с деревом, времени прошло всего ничего, но золотоглазый глава охраны разительно изменился: круги под глазами стали темнее, белки окрасились красным цветом из-за лопнувших сосудов, цвет кожи стал еще землистее, а красноватые прожилки на левой руке – ярче.

- Ныс порп… - заплетающимся языком начал он, но замотал головой и собрался с силами. – Нас пропустят.

Повернувшись к лесу, он вытянул вперед правую руку и медленно провел по запястью шипом на кисти левой руки, постаравшись сделать так, чтобы хлынувшая кровь попала на ствол дерева, рядом с которым он стоял. Некоторое время он стоял, позволяя крови медленно заполнять трещинки в коре, после чего левой рукой прямо по крови начертил несколько тут же расплывшихся символов, затем вытянул ее вперед и словно схватил окровавленными пальцами невидимый вентиль, резко повернув его влево.

На мгновение мир словно всколыхнуло, как бывает, когда зеркальную гладь воды тревожит упавший в нее камень, а потом кровь с пальцев Гиаса начала будто срываться крохотными частицами, закручиваясь в алый вихрь. Айнара широко распахнутыми глазами наблюдала за тем, как перед ними начал появляться самый настоящий кровавый проход.

Магия. Это явно была магия, но не та, которую девушка видела при дворе императора, как не таким был и сам маг. Те, с кем ей доводилось встретиться, либо были благообразными старичками, занимающимися исключительно мирным делом вроде призыва дождей, поиска животных, помощи в строительстве и прочим, либо покрытыми шрамами суровыми боевыми магами, обученными защищаться и убивать.

- Солнечный Орден, спаси нас, - помертвевшими губами сумела пробормотать Айнара. – Магия крови. Она же запрещена под страхом смерти. За это ведь казнь…

- Потому и нужен четвертый закон, - Гиас повернулся к спутникам, и все поразились, насколько он изменился: похудел, вытянулся, отчасти даже будто помертвел. – Вы не имеете права рассказывать об этом. Если вы заметили, я не использую жертву, а обращаюсь исключительно к своей крови, что не запрещено. Снова цена за возможность, гвардеец. Я раскрываю свои секреты за то, чтобы иметь возможность побыстрее от вас отделаться…

Отряд мрачно молчал. Чем больше они узнавали, тем меньше им хотелось в дальнейшем иметь дело с этим странным человеком, но лезть с замечаниями было уже поздно. Надо было думать и поворачивать тогда, когда они впервые увидели этот столб законов.

Найни со злостью сжал рукоять палаша: попались.

Жизнь текла размеренно и предсказуемо, пока они не отправились в эти Забытые Земли, будь они неладны. Даже если на госпожу и могли покушаться, то в этом не было ничего необычного – жизнь есть жизнь, тем более среди аристократов. Для них ведь подбросить ядовитую змею в постель или сыпануть отравы в кубок как чихнуть. Никуда от этого не денешься. Но змея есть змея, отрава так и будет отравой, а осада фамильного замка остается осадой; здесь же не покидало отвратительное чувство, что смерть не просто поджидает неосторожного человека в каком-то месте, я постоянно ходит по пятам и со своим неизменным издевательским оскалом выбирает вариант безвременной кончины.

- Страшно? – Гиас опустил руку и одним резким движением стряхнул кровь с пальцев. – Это правильно. Всем спешиться! Через проход идем на своих двоих. Лошадей ведем следом за собой. Ничего не трогать, ничего не бояться, ни на что не отвлекаться. Лесовики дали нам тропу, но за тех, кто решит сойти с нее, я ответственность нести не буду.

- А может, ну его? – Айнара в нерешительности попятилась. – В конце концов, проскачем пару-тройку дней, не развалимся. А тут…

- Поздно, - сакрегар повернулся к девушке и уперся в нее своими горящими безумием глазами. – Нам дали возможность, мы согласились на цену…

- И какой же была цена? – Рокси решительно загородила госпожу, запустив руки в рукава своего платья.

- Думаешь, я решил расплатиться вашими жизнями? – Гиас расхохотался, но веселья в его голосе не чувствовалось. – До чего же вы глупые. Вам уже два дня твердят о том, что здесь не лгут. Я обещал довести вас до Черного Замка? Я доведу. В целости и сохранности, по крайней мере, насколько мне будет позволено. А ценой являются мои жизненные силы: лесовики с их помощью восстанавливают свои владения. Быстрее, чем через кровь, у меня передать не получилось бы. Так что рот на замок и шагом марш, в проход!

Айнара замерла в нерешительности. Ей не нравился этот кровавый круговорот, который при одном только взгляде на него словно затягивал внутрь. Ей уже все не нравилось. Хотелось плюнуть на все и поскорее уехать обратно, забраться в такую родную комнату фамильного замка и никогда больше не выходить из нее, даже если это вызовет гнев скорого и крутого на расправу императора.

Девушка подняла глаза и посмотрела на два золотых озера, которые поразили ее тогда на постоялом дворе. Она снова ошиблась. Гиас стоял перед ней, протянув руку, как в прошлый раз перед выходом на Грань, а она снова должна была решить, довериться ему или нет. Тогда она чуть не сломалась, но никто и не обещал, что будет легко. Сакрегар проверял ее и счел достойной того, чтобы попасть в Черный Замок. Кто может поручиться, что это не очередная проверка?

- Я верю тебе, - Айнара глубоко вздохнула и взяла Гиаса за руку, чувствуя, как с ее плеч сваливается груз сомнений и вопросов.

Глава личной охраны улыбнулся, спиной вперед сделал два шага к висящей в воздухе кровавой спирали и одним рывком утянул успевшую вскрикнуть девушку за собой.

Глава 7

- И куда это мы попали?

Гвардейцы приглушенно шептались за спиной, видимо, осуждая безрассудное поведение хозяйки. Найни, как их командир, полностью поддерживал их настроение, при этом понимая, что выбора-то у них особого и не было: все клялись перед Богами следовать за госпожой до самой смерти. Так что, пока она не наступила, отбрехаться и увильнуть от выполнения своих обязанностей не получится…

Айнара, уже отпустив крепко сжатую руку Гиаса, с любопытством осматривалась вокруг. С одной стороны, они попали все в тот же лес, перед которым стояли или через который пришлось ехать предыдущие дни: те же высоченные деревья со стволами в пару обхватов, такие же нависающие кроны, густые заросли кустов, усыпанные яркими ягодами. Кто-то из не в меру шустрых стражников уже потянулся за одной из них, за что схлопотал от Найни звонкую затрещину по шлему и повторное предупреждение от сакрегара – ничего руками не трогать.

- Вот дети малые, - беззлобно проворчал стражник, нервно покусывая длинный ус и зорко присматривая за своим отрядом.

- А почему нельзя ничего трогать? – Айнара повернулась к Гиасу, стоящему ко всем спиной.

- Лесовики не давали разрешения на сбор ягод, - золотоглазый пожал плечами. – Так что лучше их не злить, а то я и сам не знаю, куда они могут в итоге нас вывести.

- А они могут?

- В границах леса они могут почти все, - Гиас кивнул. – Готовьтесь, сейчас нам тропу покажут…

Как и в случае с наглым деревом, по миру словно пронесся тяжелый и разочарованный вздох, заставивший мелиссу удивленно завертеть головой в поисках его источника. Сакрегар покосился на нее и озадаченно прикусил нижнюю губу: плохо. В отличие от тех особ, что рисковали гостить у ленвайлда ранее, эта девушка явно умеет чувствовать, не разучилась… И это плохо. Конечно, Забытые Земли не смогут повлиять на нее настолько, чтобы она внезапно захотела остаться здесь навсегда, да и опасность, если честно, была совсем не в этом. Просто ни один из ее гвардейцев даже не шелохнулся, словно ничего и не было, а она почувствовала. Значит, чем ближе к черному замку ленвайлда она доберется, тем большую опасность будет представлять для господина. И как же отвертеться от всего этого?

С тихим шелестом начала втягиваться в землю трава, открывая для путников полоску земли шириной в полтора шага, уходящую вперед и скрывающуюся за ближайшими стволами деревьев. Низко висящие ветви неохотно отогнулись в стороны, давая возможность идти через лес не пригибаясь и не боясь хлестнувшей веткой выбить глаз идущим позади.

- Готовы? – на мгновение повернулся к отряду напряженный Гиас. – В цепочку за мной.

- Я вторая! – тут же выпрыгнула вперед Айнара, отмахиваясь от предостерегающего шиканья Найни, беря Гиаса под руку и томно к ней прижимаясь. – Ты ведь не дашь меня в обиду?

Золотоглазый сакрегар так стремительно шарахнулся в сторону, что едва не нарушил границы отведенной для прохода тропинки. Обернувшись, он с чувством праведного гнева уставился на девушку, уже открыв рот для отповеди, но увидел ее смеющиеся глаза и обреченно махнул рукой, как никогда в своей жизни ожидая наступления сумерек.

- Ладно, - отсмеявшись, девушка успокоилась и уже серьезно посмотрела на настороженного Гиаса. – Просто, по твоим словам, опасности здесь никакой нет, и ты обещал мне рассказать про вашего ленвайлда.

Глава личной охраны задумался. Было такое дело, просил он подождать, пока они смогут уйти от лишнего внимания.

- В принципе, момент подходящий, - Гиас мельком глянул по сторонам. – Думаю, подальше от опушки отойдем, и я смогу удовлетворить твое любопытство…

Для Айнары и ее людей это было самым странным путешествием в их жизни. Они шли через лес и… не через лес. Деревья казались более серыми и бесцветными, чем раньше, птицы не замолкали при приближении путников, а все так же беззаботно выдавали мелодичные трели или перепархивали с ветки на ветку, неподалеку удалось заметить массивные тени чащобных зверей, обитающих подальше от края леса.

Айнара даже не решилась бы описать испытываемые чувства. Она видела все вокруг достаточно ясно и четко, но при этом создавалось ощущение, что вся картина мира показывается ей через слегка замутненное стекло, а звуки будто пробиваются через плотно прикрытую дверь. Столбы вездесущего солнечного света, пронзающего густые кроны деревьев, казались слишком яркими, едва ли не осязаемыми, словно призывая протянуть руку и потрогать их.

- Как-то это все нереально, - прошептала девушка, помня о предостережении своего проводника и борясь с желанием прикоснуться к сероватой поверхности обычного листа.

- С чего ты взяла? – Гиас повернул голову, прислушиваясь к ее словам.

- Мы будто одновременно здесь и не здесь, - Айнара с восторгом оглядывалась вокруг. – Я не знаю, как лучше объяснить свои ощущения. Твой портал не просто перенес нас в другое место леса, он будто перекинул нас в другую реальность…

- А ты интересная, - сакрегар тяжело вздохнул. – Тем хуже… Ты почти права.

- Почти?

- Да, - Гиас обвел рукой все вокруг. – Реальность никуда не делась. Мы по-прежнему в нашем мире, просто – как бы лучше пояснить? – находимся в другом его слое.

- Как это?

- По моей просьбе лесовики сделали нас частью леса. Конечно, мы не можем ничем управлять, мало что чувствуем, но зато растения и животные не считают нас чужаками. Своим ходом по буреломам мы потеряли бы больше времени, чем на путешествие по тракту. А так – слившись с лесом – к вечеру сможем добраться до замка ленвайлда.

- И я увижу этого таинственного человека? – радостно подпрыгнула на месте Айнара, едва не захлопав в ладоши.

- Было бы чему радоваться, - Гиас отрицательно покачал головой. – Нет, сразу ты господина не увидишь. У нашего ленвайлда установлено правило, согласно которому беспокоить его от заката до рассвета категорически воспрещается. Так что придется тебе подождать еще день. Да и то я не могу гарантировать, что он примет тебя: у ленвайлда всегда дел невпроворот.

- Странно, - мелисса задумалась. – Я всегда считала, что законы гостеприимства свято чтутся во всех землях.

- Может быть, - сакрегар пожал плечами. – Но наш ленвайлд – исключение. Я… Я бы сказал, что он воспринимает людей как врагов, а потому и общается с ними весьма неохотно…

- Так может быть, рассказы о том, что ваш господин – чудовище, не чистой воды вымыслы? - лукаво прищурилась Айнара.

- Не знаю, - Гиас снова пожал плечами, что девушку начало раздражать и настораживать одновременно.

- Как это может быть? – требовательно спросила мелисса. – Ты служишь своему господину и даже не знаешь, кто он такой?

- Мне плевать, - золотоглазый стражник усмехнулся. – Он платит мне деньги – я выполняю свою работу. А кем его считают другие, меня совершенно не касается.

- Ты ведь обещал мне рассказать о нем, - напомнила Айнара.

- Было дело, - Гиас кивнул. – Сама понимаешь, что я не могу ручаться за то, что было до моего прихода в эти земли…

Сакрегар долго смотрел по сторонам, словно пытаясь что-то отыскать или прочитать среди бесконечных стволов и ветвей, после чего прокашлялся и начал свой рассказ:

- Я пришел в эти земли чуть меньше шести лет назад. Прослышал во время странствий, что есть земли, где человека ценят не за его происхождение, а за способности и умение ими пользоваться. Поскольку в своей неотразимости я не сомневался, долго раздумывать не стал и подался сюда. Мне повезло меньше, чем вам, потому что к тому времени законы еще не были установлены, а потому люди очень рисковали.

- Ты хочешь сказать, что ты, не зная о необходимости прятаться после заката, смог доехать до Черного Замка? – ужаснулась Айнара.

- Да, - Гиас кивнул. – Думаю, что мне просто повезло, как и всегда. Может, в то время весь этот ночной ужас и не проявлялся так сильно… не знаю. Так или иначе, я попал на личную встречу с ленвайлдом.

- И каким же было твое первое впечатление? – полюбопытствовала девушка.

- Страх, - сакрегар снова сжал закованную в доспех руку. – Вроде внешне в нем не было ничего странного, человек как человек, очень здраво рассуждающий, спокойный, даже приветливый, но меня постоянно не покидало чувство, что в его присутствии за моей спиной стоит сама смерть. Это подтверждалось слухами о прошлом ленвайлда.

- Ничего интересного, - подала голос Рокси, старательно прислушивающаяся к разговору. - Выходец из обедневшего рода. Родители его умерли рано, но оставленного скромного наследства хватило, чтобы получить неплохое образование. Выбрал стезю военного и подался сначала в академию магических бойцов, но не проявил должных способностей, вследствие чего перевелся в категорию простых военных. Особыми успехами не блистал, но и нареканий не вызывал. Так, серединка на половинку…

- Я не об этом прошлом, - Гиас усмехнулся. - Меня его детство и юность мало интересуют. Когда я столкнулся с ним лицом к лицу, я дал себе слово, что выясню причину таких ощущений… Ленвайлд Асги появился в этом лене около шести лет назад. Земли были заброшенными, хотя и богатыми. Видимо, просто ни у кого не было способностей совладать с ними. Люди здесь жили кое-как, немногие соседи и враги безнаказанно совершали набеги: вырубали лес, грабили крестьян, охотились на дичь. Потом пришел господин Асги…

- И что случилось?

- Набеги прекратились. Сразу, - сакрегар запрокинул голову, словно подставляя лицо далекому солнцу, недосягаемому из-за густой листвы. – Как ему это удалось, я не знаю. И никто не знает. Если раньше путешествовать по Забытым Землям было очень рискованно, то с его приходом появились спокойные дороги. Люди обрели уверенность в том, что все будет хорошо, если следовать законам.

- Но как эти законы появились?!

- Говорят, что ленвайлд лично их вывел.

- Лично? Хочешь сказать…

- Испытал все на собственной шкуре, - жестко ответил Гиас. – Те, кто был с ленвайлдом с самого начала, рассказывают, что господин Асги провел несколько ночей за стенами своего замка. Никто не говорит, какой ценой ему это далось, но после этого появились наши четыре закона.

- И как же он смог? – ядовито поинтересовалась Рокси.

- Для господина Асги нет ничего невозможного, - неожиданно смиренно ответил сакрегар. – До того, как ему достался этот лен, наш ленвайлд успел зарекомендовать себя перед будущим императором, за одну ночь развалив совершенную оборону столицы.

- Слышали, слышали, - телохранительница усмехнулась. – Красивая сказка.

- Почему ты решила, что это сказка? – Айнара недоверчиво уставилась на свою помощницу, которая до сегодняшнего дня не проявляла подобный негатив.

- По двум причинам, - полувампир подняла вверх ладонь, сжатую в кулак, и разогнула указательный и средний пальцы. – Во-первых, это единственная история о, якобы, могуществе вашего господина. Ни до, ни после подобных нет. Такое ощущение, что у него будто по волшебству откуда-то взялась его невероятная сила, а затем по такой же неизвестной причине она исчезла. Во-вторых, сам по себе факт этого невероятен: в одиночку вскрыть нерушимую оборону столицы империи… Представляете, насколько это тяжело? Поэтому мне кажется, что это сделал кто-то другой, а твой господин просто оказался в нужное время в нужном месте и присвоил себе чужие заслуги.

- А что, вполне жизнеспособная версия, - спокойно согласился Гиас. – Одна из десятков.

- И ты не будешь ее опровергать? – недоверчиво поинтересовалась мелисса.

- Споры требуют много времени, а у нас его почти нет, - сакрегар продолжал идти вперед, периодически бросая взгляды по сторонам. – Увидитесь с господином и измените свое мнение. Реальность все расставит по своим местам.

- Сначала нужно увидеться, - буркнула Айнара, чувствуя, как письмо для ленвайлда обжигает кожу даже через одежду. – Может, и не стоит оно того?

- Ты о чем?

- Ну, - девушка замялась. – Может, он какой-нибудь кривой, одноногий, без зубов или весь в шрамах.

- Не-ет, - Гиас рассмеялся. – Я бы заметил.

- А какой он из себя?

- Ну, мне трудно судить, - золотоглазый почесал в затылке. – Так, на вид – ничего особенного. Лицо как лицо, без родимых пятен, без шрамов. Бреется чисто, разве что иногда, из-за большого количества дел, может забыть про заботу о внешнем виде. Ростом примерно с меня. Волосы короткие. Человек как человек. Даже не знаю, что еще сказать.

- Как что? – неподдельно возмутилась Айнара. – Симпатичный хоть или нет?!

- Не присматривался, - сакрегар снова на всякий случай отодвинулся от девушки подальше. – Я, знаешь ли, больше ценю женскую красоту, нежели мужскую. Увидишь – сама решишь. А меня от подобных оценок увольте.

Разговор увял. Гвардейцы, либо уставшие от постоянного напряжения, либо доверившиеся провожатому, без особого энтузиазма топали по уводящей вглубь леса тропе. Только Найни периодически окидывал взором свой отряд и окриками подгонял особо расслабившихся. Рокси старалась держаться поближе к Айнаре, ни на мгновение не выпуская Гиаса из поля зрения.

Полувампиру уже казалось, что произошедшее с ней на опушке леса было страшным сном. Она ни разу в жизни не слышала о том, что кто-либо может владеть подобной ужасающей силой, способной по одному только слову заставить человека умереть. И теперь телохранительница металась между непростым выбором: рассказать все это Айнаре или самой решить проблему с подозрительным спутником? От первого необдуманного поступка ее предостерегало отсутствие доказательств. То, что в тот момент весь мир для умирающей Рокси сжался до пределов глаз странного золотого цвета, еще ни о чем не говорило, как и движения закованной в броню руки, будто сжимающей отчаянно трепещущее сердце полувампира.

Поэтому пока она сама для себя решила, что будет просто приглядываться к Гиасу с большей подозрительностью, чем заслуживает его внешний вид. Так же весьма неприятно грызла мысль о том, каким же окажется сам ленвайлд, если у него на службе такие чудовища? А ведь сам сакрегар сказал о том, что лично у него ленвайлд вызывает страх. И как такому отдавать такую невинную душу, как ее госпожа? В каком состоянии был император, отдавая хрупкому существу настолько чудовищный приказ: выйти замуж за неизвестного и, как теперь выяснилось, весьма даже страшного человека?

Рокси чувствовала, что сейчас в большей степени просто успокаивает госпожу, хотя при этом сама не испытывает никакой уверенности в будущем. Возможно, подобные мысли посещали ее потому, что сам вопрос о замужестве для императора уже не поднимался: он все решил и отдал приказ, а бедная девочка теперь должна вертеться как только сможет.

Неужели настолько поменялся мир? До недавнего времени полувампиру казалось, что для нее нет ничего невозможного, что никто на всем белом свете не сможет причинить вред человеку, который в трудную минуту оказался к ней так бесконечно добр. И вроде бы мир остался прежним, даже страна не изменилась, но уверенность в своих силах стремительно таяла, как снег в конце весны. Нет, Рокси по-прежнему была готова защищать Айнару до последней капли своей крови, просто ей все больше начинало казаться, что в этом страшном месте под названием Забытые Земли этого будет недостаточно. Не пришлось бы отдавать нечто большее, чем жизнь…

- Знаешь, - мелисса нарушила затянувшееся молчание. – Из твоих рассказов мне вашего господина почему-то жаль.

- С чего бы? – удивленно приподнял бровь Гиас.

- Не знаю, - девушка грустно пожала плечами. – У меня складывается ощущение, что он бесконечно одинок.

Гиас остановился так резко, что не успевшая этого понять Айнара врезалась в его спину. С шипением она отступила назад, потирая ушибленный кончик носа, и подняла удивленный взгляд на сакрегара. Тот молча стоял, не делая ни шага дальше, и враждебных действий он не проявлял, но почему-то даже от его спины повеяло такой угрозой, что мелисса невольно попятилась назад, а стражники похватались за оружие, проклиная узость тропинки, с которой не могли сойти.

- Как же все это сложно, - послышался задумчивый шепот сакрегара. – Откуда ты такая взялась, чтоб тебя демоны унесли… Может, наплевать на все? Перебедуем, все равно эти земли больше никого не интересуют… А если это шанс? А если ловушка? Зачем тебя прислали сюда на мою голову?

- Гиас? – нерешительно сделала шаг вперед Айнара. – Все в порядке?

Золотоглазый глава охраны неожиданно замер, вытянувшись в струну, и девушку в очередной раз поразило странное ощущение, будто этот человек напрочь выпал из реальности: только что был и тут же его не стало, лишь пустая оболочка стояла на странной лесной тропе. Но через несколько мгновений все вернулось на круги своя, Гиас тяжело вздохнул и вяло махнул рукой, давая знак продолжить движение.

- Не нравится мне все это, - послышался голос Рокси, придержавшей мелиссу за локоть. – Ты понимаешь, что происходит?

- Отчасти, - Айнара покачала головой. – С самого первого дня в этих землях меня не покидает странное чувство, что люди здесь обладают способностью мысленного общения. Ты заметила, что только что произошло? Он сначала замер, словно выслушивая чей-то приказ, а после этого снова вернулся в реальность и продолжил идти.

- И что тебя пугает?

- Что ему приказали? – девушка напряженно всматривалась в мерно маячившую перед ее глазами спину. – Противно… Каждый раз, когда он смотрит на меня, возникает чувство, что меня постоянно оценивают. Узнать бы еще, для чего все это.

- А может, это любовь? – неожиданно хихикнула Рокси. – Узнал о тебе этот страшный одинокий ленвайлд, проверил на прочность, счел достойной и теперь пылает к тебе нежными чувствами?

- Типун тебе на язык! – сердито отмахнулась Айнара. – И даром мне такого жениха не надо. Сама знаешь, какие красавцы ко мне сватались.

- Ну, кажется мне, что в этом случае дело будет совсем не в красоте, - полувампир задумчиво посмотрела на Гиаса и прибавила шагу. – Пойду-ка я сама с ним пообщаюсь.

Сказать, что Рокси в этот момент было страшно, значит, не сказать ничего. Телохранительница прекрасно знала свои возможности, по праву гордилась ими, но при приближении к этому странному золотоглазому человеку ей становилось жутко. Она не понимала, почему он поступил с ней так в прошлый раз, как не могла гарантировать и того, что сейчас ему не захочется повторить этот эксперимент и, возможно, чувства жалости на этот раз не возникнет.

- Гиас? – полувампир ступала след в след за провожатым. – Ты можешь уделить мне немного своего драгоценного времени?

- Ну? – неохотно буркнул сакрегар, даже не повернув голову в сторону телохранительницы.

- Ты можешь честно ответить мне на вопрос: что нам ждать от твоего господина? – Рокси закусила губу, чувствуя себя просительницей, быть в роли которой она ненавидела всем своим существом. – Пойми меня правильно: я не стараюсь вызнать какие-то секреты вашего лена, хотя, судя по увиденному, у вас их тут пруд пруди. Моя основная задача – защитить Айнару от любой угрозы. И я должна знать, может ли ее представлять ваш ленвайлд, потому что мне совсем не хочется когда-нибудь столкнуться с тобой лицом к лицу.

- Во-первых, я никогда не лгу, - спокойно ответил Гиас после недолго раздумья. – Во-вторых, прости, но я не могу сказать тебе ничего определенного. Не потому, что я плохо знаю ленвайлда, просто никто из нас понятия не имеет, что же может быть в том письме, которое твоя госпожа так настойчиво хочет передать Асги. Как глава личной охраны, я нахожусь абсолютно в таком же положении, что и ты: просто ожидаю от вас чего угодно. Что бы ни рассказывали о ленвайлде, он не дикий зверь. Да, может быть, временами он жесток, холоден, отчужден, но думает он в первую очередь головой, а не эмоциями.

- То есть, можно особо не переживать? – уточнила Рокси.

- Не знаю, - сакрегар тяжело вздохнул. – Если бы вы просто привезли послание от императора, это один разговор. Но вся эта история с замужеством выглядит полным бредом.

- Почему же? – полувампир тоже вздохнула. – Если подумать о том, в каком змеином гнезде приходилось вертеться, то все становится более-менее понятно: этот приказ императора не что иное, как результат чьей-то очень тонкой интриги.

- Цель?

- Просто убрать ее подальше от двора, - Рокси пожала плечами. – Все интриги в своей основной массе направлены либо на получение преимуществ для себя, либо на создание помех для других.

- Нелогично, - Гиас почесал в затылке и пригладил взъерошенные волосы. – Вдруг она испугается, передумает, не сойдем…тся характером. С ленвайлдом…Слишком много неизвестных; большое количество вероятностей легко может свести весь план на «нет». Здесь что-то другое. Тот, кто это провернул, был уверен, что вопрос с Айнарой уже решен. То есть, у нее, по сути, не должно быть никакого выбора. Тогда… Тогда мне уже не нравится то, что будет в этом письме.

- Почему?

- Потому что если дальнейших указаний для твоей госпожи нет, значит, в этом письме они для… моего господина. Не исключено, что там будет подобный же приказ. Только таким образом можно абсолютно точно быть уверенным, что мелисса при дворе в ближайшее время не появится. Подобное мог сделать только тот, кто очень близок к императору, кто может повлиять на его мнение, - сакрегар неожиданно застыл столбом. – Нет! Не может быть… Он же обещал…

- Ты о чем? – с тревогой спросила успевшая подойти ближе Айнара.

- Ни о чем, - опомнился Гиас. – Нам надо поторопиться. У меня намечается кое с кем очень серьезный разговор. И что-то мне подсказывает, что он не понравится нам обоим.

Глава личной охраны ленвайлда резко ускорил шаг, заставив остальных пуститься за ним едва ли не вприпрыжку. Не обращая внимания на раздающиеся позади выкрики, Гиас, прикусив до крови нижнюю губу, размашисто шагал вперед, почти не глядя следуя поворотам тропинки. Разговаривать желания больше не было, да оно уже и не требовалось: для золотоглазого важно было довести Айнару до ленвайлда, а дальше… Дальше главное не давать им встретиться, чтобы она не передала Асги это треклятое письмо и тому не пришлось выполнять изложенные на бумаге приказы. Самым поганым в этой ситуации было то, что Гиас был почти абсолютно уверен в том, чьей руке будут принадлежать выведенные темно-синими чернилами буквы.

Глава 8-9

Глава 8

Гиаса больше никто не тревожил своими вопросами, дав возможность побыть наедине со своими явно не очень радостными мыслями, да провожатый и сам, если честно, настолько ускорил шаг, что мелисса со своей телохранительницей и гвардейцами даже иногда переходили на легкий бег, ненавидящими взглядами прожигая спину золотоглазого сакрегара. Сама Айнара с любопытством вертела головой по сторонам, поэтому успела заметить водоворот перехода в родной мир, хотя остальные загнанными лошадями просто вывалились в реальность, не сразу сообразив, где они находятся.

- А вот это уже интересно, - девушка озадаченно посмотрела на приготовившееся нырнуть за линию далекого леса солнце и громадину черного замка, возвышавшуюся над деревьями. – Получается, что мы срезали путь как минимум на четверо суток?

- Так и есть, - буркнул Гиас, быстро глянул по сторонам и закинул поводья на шею лошади. - Пошевеливайтесь…

- Что это с ним? – Айанара торопливо запрыгнула в седло и вопрошающе уставилась на Рокси.

- Не знаю, - полувампир пожала плечами озадаченно глядя на удаляющегося от них провожатого. – Ему просто не нравится все то, что происходит. Как человека, ответственного за жизнь своего господина, я его в чем-то прекрасно понимаю, потому что вся наша поездка, мягко говоря, выглядит очень странной. Он не может нарушить приказ императора, который был дан тебе: вручить письмо лично ленвайлду; но он очень этого хотел бы, чтобы не давать вам встретиться.

- Но почему?!

- А может, нас послали убить этого злосчастного Асги? – Рокси усмехнулась.

- Нет! – мелисса широко распахнула глаза.

- Ты это ему скажи, - телохранительница кивнула на Гиаса. – А лучше – докажи. Потому что, признаюсь, слова здесь ничего не изменят…

- Ты только посмотри! – ахнула Айнара, хватая свою помощницу за рукав и глядя на открывшееся перед ней зрелище. – Я думала, что весь этот лен сплошь покрыт лесом, а тут такая красота!

Вильнувшая в последний раз дорога вывела путников к целому селению, на которое совсем не походили встреченные ранее постоялые дворы. Лучи заходящего солнца раскрашивали в розоватые тона беленые стены домиков, между которыми были живописно разбросаны валуны, скользили по фигурам бегающих по улицам детей, искрящимися брызгами отскакивали от частей доспехов несущих охрану стражников. Справа от дороги Айнара увидела пологий спуск вниз, к границе леса, возле которой протекала полноводная река шириной в пару десятков шагов, возле которой тоже деловито копошились люди, скорее всего, занимающиеся рыбной ловлей.

Айнара почувствовала себя так, словно ей даже дышать легче стало. Возможно, виной этому был не только расступившийся на несколько сотен шагов пугающий лес, но и достаточно далеко стоящие друг от друга домики. Глаз радовали несколько небольших полей, засеянных рожью и пшеницей, на пригорке лениво крутила лопастями ветряная мельница…

Никто не хватался за оружие, не издавал встревоженных криков, продолжая заниматься своими делами и без особой опаски глядя на приближающихся людей. Даже дети все так же веселыми стайками носились по улице, ныряя за заборы и растворяясь в высокой траве, чтобы потом со смехом вынырнуть в совершенно неожиданном месте. Все казалось настолько мирным и беззаботным, даже игрушечным, что могло бы вызывать умиление и желание проронить слезу радости и легкой зависти к чужой жизни, если бы не возвышался над всем этим великолепием черный замок, который, подобно ведру ледяной воды в жаркий полдень, знатно отрезвлял и возвращал к реальности.

Едва только глянув на него, Айнара вздрогнула и тут же вспомнила, где она находится: в одном из самых страшных мест империи, в лене, из которого можно и вовсе не вернуться. Теперь уже картинка селения не казалась ей такой уж беззаботной, больше напоминая специально выставленную на обозрение иллюзию.

- Странно все это, - сквозь зубы проронила она, старательно делая вид, что улыбается в ответ приветливо машущим стражникам.

- Ты о чем? – Рокси и не думала притворяться и теперь настороженно следила за всеми и каждым, словно ожидая покушения.

- О том, что тут даже частокола нет, - Айнара стрельнула глазами в стороны. – Они не боятся нападения? В империи не протолкнуться от рассказов о том, какое это страшное место, да мы и сами уже видели, что здесь каждый день - словно битва за выживание, а на поверку выходит, что чем дальше от границы, тем беззаботнее себя чувствуют жители.

- Не глупи, - полувампир тяжело вздохнула. – Для них выживание начинается ночью, так что днем они имеют право вести себя так, как захочется. И чего им бояться? Ты сама была ночью на улице – на тебя кто-нибудь напал?

- Нет, - девушка пожала плечами и покраснела, вспомнив, как малодушно укусила за руку Гиаса.

- Теперь понимаешь? От того, что получает здесь власть после заката, частокол не поможет, как не спасут доспехи и верное оружие. Опасность таится в другом…

- Интересно знать, в чем же? – Айнара скептически приподняла бровь идеальной формы.

- Пока не понимаю, но думаю, что здесь под удар попадает разум человека, - Рокси пожала плечами. – Если ты слаб духом и не в состоянии отличить реальность от иллюзии, то просто начинаешь сходить с ума. Судя по твоему рассказу, у тебя был момент, в который ты потерялась, но все же смогла удержаться и вернуться. Хотела бы я знать, что тебе тогда помогло…

- Глаза, - тихо прошептала мелисса, заставив полувампира вздрогнуть. – Для меня было почему-то важно, как эти глаза посмотрят на меня после всего этого.

- Снова глаза, - Рокси до скрипа сжала в руке поводья. – Да что же ты за существо такое?

А Гиас, о котором в этот момент шел разговор, уже остановился перед склонившимися в поклоне стражниками и с задумчивым лицом выслушивал доклад, периодически кивая. Как он и ожидал, ничего не случилось, потому что каким бы безумным ни был человек, столь изощренный способ самоубийства прельщал немногих. К тому же, это они срезали путь в несколько раз, проскочив лесными тропами с позволения лесовика, а другие такой возможности будут лишены, обреченные двигаться к замку полных четыре, а то и пять-шесть дней… И даже способа сделать это быстрее нет: постоялые дворы и таверны, обеспечивающие убежище на ночь, располагаются так, что или двигайся размеренно и медленно, или скачи сломя голову и рискуй расстаться с жизнью, застигнутый сумерками посреди дороги.

- Ладно, это все хорошо, - Гиас хлопнул ладонью по луке седла, заставив лошадь беспокойно переступить ногами. – К нам гости прибыли, будь они неладны, так что придется собраться с духом и показать свое гостеприимство. Знаю, что всем это не нравится, но выбора особого нет… У нее послание от Родерика…

- Давно бы уже вышли из состава империи, - зло сплюнул в дорожную пыль самый молодой из стражников. – Все равно не по их законам живем.

- Даже думать не смей, - зашипел на него сакрегар, беспокойно оглянувшись на Айнару. – Мне только обвинений в государственной измене не хватало. Мало ли, что в реальности происходит. Сам головой подумай: в случае надобности империя обязана нас защищать, понимаешь? Это совсем не то же самое, что самим отбиваться от наседающих со всех сторон врагов. Так что пока нам это удобно и выгодно.

- Если прибыли гости, жди ночи, полной злости, - флегматично процитировал народную мудрость командующий караулом, покручивая длинный седой ус. – Ладно, нам пора заканчивать и предупредить всех, что к ленвайлду приперли… лась! Ух ты! Девица!

Гиас скрипнул зубами и, нацепив на лицо вежливую улыбку, повернулся к подъехавшей Айнаре.

- Милость Богов, - поздоровалась девушка и уже ожидаемо наткнулась на холодные взгляды и неразборчивое бурчание в ответ. – Хм, здесь нас тоже не любят.

- Я уже объяснял причину, - сакрегар вздохнул и повернулся к стражникам. – На сегодня свободны. И скажите всем, что с завтрашней ночи пару дней дожди будут лить. Пусть не расслабляются.

- А почему им нельзя расслабляться в ненастье? – полюбопытствовала Айнара, глядя на спины удаляющихся караульных.

- Облака, - коротко ответил Гиас, направляя лошадь к замку. – За ними не видно солнца и можно запросто ошибиться с определением времени заката. А чем это чревато, ты уже сама знаешь. В такие дни лучше быть в безопасном месте заранее, чтобы не испытывать свою удачу.

- Хм, ну, у тебя-то ее хоть отбавляй, - подколола золотоглазого спутника девушка. – Ты же не побоялся ночью путешествовать.

- Опять ты об этом, - поморщился Гиас, словно вспомнив про давно откладываемое неприятное дело. – Может, хватит?

- Нет, - Айнара на полном серьезе посмотрела собеседнику в глаза такого странного золотого цвета. – И не просто потому, что я молодая столичная глупышка, которым свойственно любопытство, сгубившее немало жизней. Просто… это неправильно. Закон должен быть законом. Если в нем появляются исключения, то он перестает быть тем, что он есть, и становится – как бы это сказать – рекомендацией? Да, пожалуй так…

Гордо подняв голову, девушка проследовала мимо озадаченно замершего Гиаса. Следом за ней так же церемонно проехала Рокси, в конце не удержавшаяся и показавшая язык.

- Да откуда вы свалились на мою голову? – простонал сакрегар, пятками посылая свою лошадь вперед. – Мало мне ума, так еще и чувство справедливости… Нет, убить, чтобы не мучилась - это самый правильный поступок.

Хоть Айнара и вела себя грозно, жестко и неприступно, но чем ближе она подъезжала к страшному черному замку, тем сильнее сжималось все внутри, чем отчаяннее начинало колотиться сердце и тем больше хотелось плюнуть на все и сбежать обратно. До крови закусив губу, девушка заставила себя двигаться дальше, высоко подняв голову и надменно глядя перед собой, как и полагается наследнице древнего и знатного рода.

Замок, словно живой, вырастал ввысь и будто сам надвигался на Айнару, заставляя малодушно вжиматься в седло и покрываться холодным потом. И что в нем было такого? Древний. Стены сложены из огромных валунов, грубо отесанных снаружи и словно наспех подогнанных друг к другу, но девушка уже поняла, что в этом лене нельзя опрометчиво судить по внешнему виду: лучи заходящего солнца бессильно скользили по будто бы отполированным стенам. А когда мелисса пересекла по перекидному мосту ров, то с содроганием отметила, что толщина стен достигает полутора десятков шагов. И как такая громадина под землю не ушла? Хотя, такие же валуны, из которых был сложен замок, валялись и между домиками, скорее всего, все это строение расположено на скальном основании.

Справа и слева от ворот были расположены две огромные башни с узкими бойницами, выступающие за линию стен. Сначала это показалось девушке странным, ведь так намного сложнее их оборонять, потому что, по сути, они первыми принимали удар и могли быть захвачены. Но, поразмыслив и окинув стены еще одним внимательным взглядом, Айнара озадаченно покачала головой. Конечно, это она, не особо сведущая в военном деле, постаралась бы захватить башни, которые были выше линии стен, чтобы можно было в дальнейшем использовать их против защитников; но потом стало понятно, что по захваченной башне вполне можно вести прицельную стрельбу не только с соседних, но и с тех, что стоят внутри замковых стен и даже с донжона и бергфрида.

За стенами будто скрывался небольшой город: множество высоких домиков, разделенных изогнутыми узкими проходами, по которым одновременно могло бы протиснуться не больше двух-трех человек – весьма здравая планировка для тех случаев, когда враг все же сможет проникнуть через ворота, и оборону придется держать уже внутри. Во-первых, уже после нескольких поворотов Айнара, до этого не видевшая замка целиком, начала примерно представлять, насколько же он огромен по своей территории: такое чувство, что при серьезной угрозе в него мог переселиться едва ли не весь лен! Во-вторых, незнание карты проходов запросто могло сбить с толку и запутать, потому что прямых улиц здесь не было, а когда проходы постоянно загибаются под разными углами, периодически проходя под акведуками, невольно теряешь ориентацию. В-третьих, защитники могли вести обстрел и совершать контратаки с любой стороны и даже со спины в любой удобный для них момент.

И над всем этим возвышался прямоугольный донжон, как ни странно, жилой. Как правило, в крепостях жилые строения ставились отдельно, а донжон всегда оставляли нежилым и использовали как наблюдательный пункт и как последний рубеж обороны, в котором хранилось оружие, припасы, был колодец для снабжения чистой питьевой водой на случай осады, тайные проходы за стены для подкреплений или, если уж совсем не повезло, бегства.

Возникало неприятное чувство, что весь этот замок задумывался и строился как отдельный город. Какой же должна была быть жизнь в этом лене, чтобы людям приходилось рассчитывать на длительную осаду и быть к ней готовым? Конечно, сейчас никто не бегал по узким улочкам, бряцая оружием, не слышались отрывистые приказы, Айнаре даже показалось, что весь этот замок словно вымер.

Когда она уже потеряла надежду на то, что сможет увидеть здесь живых людей, Гиас вывел их на большую площадь, на которой и располагался донжон, так хорошо заметный еще из-за стен. Да, мелисса не ошиблась, он действительно был жилым. Хотя снизу на высоту двух-трех человеческих ростов не было заметно ни одного окна, выше они уже были, причем не маленькие, похожие на бойницы, а вполне нормальные, из некоторых даже весело махали понукаемые сквозняками светлые шторки.

- Уютненько тут у вас, - пробормотала девушка, явно впечатленная светлыми пятнами на черном фоне донжона. – Прям, не уезжала бы.

- Скоро твое мнение поменяется, - Гиаса почему-то передернуло, словно он представил жизнь в лене с решившей остаться Айнарой. – Вот встретишься с ленвайлдом, передашь свое письмо и отправишься в обратный путь к своей прежней счастливой жизни.

- Ага, наплевав на приказ императора? – возмутилась Айнара. – Ты хоть понимаешь, что со мной за это сделают?

- Не моя печаль, - сакрегар громко свистнул, заставив гвардейцев схватиться за оружие и завертеть головами, после чего спрыгнул у подножия изогнутой лестницы, ведущей к широким дверям в донжоне, и бросил поводья прибежавшему из конюшни мальчишке. – Раньше мы не знали о твоих заботах, и ничего – как-то спали спокойно по ночам…

- Странно все это, - Рокси спешилась и последовала примеру Гиаса, передав поводья требовательно глядящему на нее мальчишке. – Я чего-то не понимаю.

- Чего? – Айнара едва удержалась, чтобы не сплюнуть горькую слюну прямо на камни внутреннего двора.

- Такое чувство, что ему все тяжелее, - полувампир озадаченно посмотрела на спину поднимающегося по лестнице Гиаса. – А должно быть наоборот. Мы ведь благополучно добрались до ленвайлда, осталось только письмо императора передать… Надо радоваться, а он словно тревожится все больше и больше.

Айнара не знала, что ответить своей телохранительнице, хотя при этом чувствовала примерно то же самое. Само нежелание сакрегара везти их в замок было вполне понятным, но почему его с каждой минутой становилось все меньше? Не будь девушка уверена в Гиасе, она решила бы, что тот вскоре передумает и просто вырежет весь их отряд, чтобы не рисковать и не подпускать к своему ленвайлду: веяло от него периодически чем-то необъяснимо опасным, словно он раздумывал, как поступить.

Здесь уже чувствовалась жизнь. По двору сновала прислуга, занятая своими делами, слышалось ржание лошадей, смех, беззлобная ругань. Каждый, кто встречался с гостями, успевал отвесить поклон и мчался дальше по своим делам. Все происходило очень быстро, но Айанара успевала замечать, как светлели лица людей.

Из донжона навстречу Гиасу вышло несколько человек, по очереди склонившихся в поклоне, что прочно уверило Айнару в том, что сакрегар занимает отнюдь не самый рядовой пост. Девушка, спрыгнув на землю, сделала вид, что проводит ревизию состояния сбруи своей лошади, а сама во все глаза изучала вышедших. Двое приветствующих были ничем не примечательны – люди как люди. Еще двоими, склонившимися в поклоне, были девушки, чьи темно-серые платья и белые переднички не позволяли сомневаться в их месте в Черном Замке. А вот последние двое заслуживали отдельного внимания…

Первый, с кем уже приветственно обнимался Гиас, был высоким худощавым юношей лет двадцати пяти на вид, довольно симпатичным: тонкие черты лица, выразительные глаза, длинные волосы золотисто-пшеничного цвета, полуулыбка на чуть скривленных губах… Мелисса, пожалуй, назвала бы его даже красивым, если бы не землисто-серая кожа, делавшая его похожим на нежить, и воспаленные красные глаза с черными кругами, будто их обладатель не спал несколько месяцев, трудясь на благо Забытых Земель.

Второй, отреагировавший на возвращение сакрегара не так эмоционально, был полной противоположностью первому незнакомцу: основательный, широкий, угловатый. Покатые плечи были с трудом убраны под доспех из многослойной кожи, маленькие глазки едва виднелись из-под нависших кустистых бровей. Руки с буграми мышц будто принадлежали не человеку, а были корнями векового дерева. Если над лицом красавчика явно трудился очень известный скульптор, то на скалоподобном он, видимо, решил отдохнуть и доверить создание его внешности своему не самому одаренному подмастерью: длинные черные волосы неопрятными прядями свисали на высокий скошенный лоб, прозрачно намекавший на то, что посчитать этого человека глупым было бы большой ошибкой. Вкупе с серой кожей его внешность больше напоминала вытесанного из камня голема, нежели человека.

Айнара, конечно, ожидала, что ее представят по всем правилам, как дорогую гостью, но была самым безжалостным образом обманута - Гиас, поприветствовав своих друзей, даже не оглянулся на девушку, вместе со всеми исчезнув за дверью, ведущей в донжон. Девушка едва не задохнулась от этой наглости. До сегодняшнего дня она думала, что законы гостеприимства обязательны для всех, но в Забытых Землях, совершенно очевидно, действовали другие порядки. И теперь даже напоминать не надо было, какие именно: четыре закона этого лена ей огласили в первый же день пребывания во владениях ленвайлда.

- Ты видела? – ткнула ее в бок Рокси.

- Что? – не совсем поняла ее мелисса.

- Тот молодой, - полувампир запустила руки в складки своего платья, отыскав записи и торопливо пробежавшись по ним глазами. – Ну, точно. Это же ленвайлд! Помнишь, я рассказывала, что его несколько раз видели при дворе императора?

- Значит, мы решим все намного быстрее, чем ожидали, - Айнара с облегчением вздохнула. – Не надо будет теперь ждать до следующего утра.

Почувствовав себя так, словно у нее отросли крылья, девушка легко взлетела по ступеням и с усилием толкнула тяжелую дверь, входя в донжон. От увиденного у нее перехватило дыхание.

Большой прямоугольный зал с основательными каменными колоннами, обшитыми сталеницей. Попасть в него можно было только одним способом – через двери, в которые только что вошла она. У противоположной стены широкая лестница заканчивалась площадкой, от которой вправо и влево поднимались еще две, уже поуже, ведущие к небольшим крепким дверям, сейчас гостеприимно распахнутым. Айнара не сомневалась, что именно через них можно попасть во внутренние помещения донжона, и было очень маловероятно, что они пересекались между собой, деля укрепление на два, по возможности, изолированных друг от друга крыла.

В высоком потолке виднелись отверстия, видимо, для того, чтобы можно было основательно угостить врагов, если они смогут пройти наружную оборону донжона. Представив, как на людей будет литься сверху раскаленное масло или горящая смола, Айнара покрылась мурашками.

Стены оказались неожиданно пустыми: на них не было ковров с небрежно развешанным оружием, не смотрели осуждающим мертвым взглядом головы безвинно убиенных животных, никаких знамен, штандартов и вообще какой бы то ни было геральдики. Голый блестящий камень, на котором лишь кое-где висело несколько картин, присматриваться к которым сейчас не было времени, да несколько дверей, скорее всего, ведущих в кухню, столовую и другие вспомогательные помещения.

Ровный пол, сделанный из плотно подогнанных и до блеска отполированных досок, ненавязчиво поскрипывал при каждом шаге, сводя к минимуму возможность подкрасться к человеку незаметно. У правой стены стоял здоровенный камин, перед которым расположился добротный деревянный стол с овальной столешницей и несколько массивных стульев с высокой спинкой. В одном из них уже и сидел Гиас, задумчиво глядя на пляшущий в камине огонь и о чем-то вполголоса беседующий с ленвайлдом и, видимо, его мрачным и внушающим уважение телохранителем.

- Впечатляет? – равнодушно поинтересовался сакрегар у подошедшей к нему девушки, скорее отдавая дань ритуалу, нежели действительно желая узнать ее мнение.

- Необычно, - с трудом проглотив прыгнувшее к горлу сердце, выдавила из себя Айнара, не решившись присесть на второй стул и во все глаза глядя на светловолосого незнакомца. – Я бы даже сказала, что все здесь сделано на удивление, хм, рационально.

- Даже так? – в золотых глазах снова вспыхнул угасший было интерес, который, однако, тут же погас под напором чего-то более мощного. – Может быть, может быть…

- Мы чего-то ждем? – девушка многозначительно глазами стрельнула на ленвайлда.

- А? – отвлекся от внутренних мыслей Гиас, непонимающе глядя на мелиссу. – Да, сейчас подойдет прислуга, покажет вам ваши комнаты…

- А где же сам ленвайлд Асги? – Айнара начала закипать.

- Я же сказал: господина запрещено беспокоить с вечера и до самого утра, - сакрегар покачал головой и чему-то криво улыбнулся. – Так что, на ваше счастье, до завтрашнего утра вы не встретитесь. Но не сомневайтесь: ему передадут, что в замке находятся гости из самой столицы нашей великой и благословенной империи.

- Издеваешься? – прищурилась девушка.

- Так заметно? – Гиас спокойно кивнул, все так же глядя на огонь. – Ленвайлд в курсе вашего прибытия, не переживайте. Однако я повторюсь: беспокоить его до утра запрещено. И не советую это проверять: я первый же грудью встану на его защиту, если потребуется.

- Да вот же он сидит, напротив тебя! – не выдержала мелисса. – Хватит водить меня за нос! Я навела справки в столице касательно внешности Асги да’Равери: высокий, светловолосый, можно сказать даже утонченный…

- Я весьма польщен, госпожа, - тот, кого Айнара назвала ленвайлдом, поднялся на ноги и поклонился. – Однако вынужден вас разочаровать. Меня зовут Райген и я являюсь советником ленвайлда Асги да’Равери по внешней политике. Если говорить проще, на мне все внешние связи и разведка. А вот этот здоровяк, сидящий рядом, носит прозвище Гензу и отвечает за внутреннее спокойствие.

- Гензу? – Рокси скептически прищурилась.

- Да, - Гиас кивнул, усмехнувшись. – В переводе с его родного языка это означает «Камень».

- Просто прозвище? – не поверила мелисса.

- Боги, как же с вами иногда тяжело, - сакрегар вздохнул. – Мне казалось, что я уже говорил вам об именах в Забытых Землях… их нет. Каждый может называться так, как ему больше нравится. Если к нам пришел человек, который может послужить на благо лена, нам абсолютно все равно, какое имя или прозвище он носит. Тот же Сиргиус, хотя и принадлежит к знатному роду, предпочитает, чтобы все жители Забытых Земель звали его исключительно по имени.

- Значит, Райген и Гензу, - разочарованно пробормотала Айнара. – Понятно. А я надеялась встретиться с самим ленвайлдом.

- С Асги? – светловолосый красавчик непонимающе посмотрел на Гиаса. – Так ведь он…

Золотоглазый всего лишь вскинул голову, пронзительно глядя на Райгена, но тот мгновенно прервался на полуслове. И вновь девушке показалось, что сознание сакрегара на несколько мгновений будто исчезло из этого мира, оставив перед присутствующими только тело.

Райген встрепенулся, будто очнувшись от сна, и как ни в чем не бывало, продолжил свою фразу:

- Так ведь он до утра не покажется. Порядок у него такой.

Послышались легкие шаги. Айнара повернула голову и заметила, как из правой двери выпорхнула и стремительно спустилась по лестнице невысокая девушка в белоснежном переднике, так похожем на тот, что носила Рокси, и не оставлявшем ни малейших сомнений в ее роли в этом замке. Айнара, пожалуй, даже назвала бы ее миловидной, если бы не сероватая кожа и покрасневшие глаза, заставившие мелиссу задумчиво посмотреть на свою телохранительницу и затрудниться с ответом на вопрос о том, кто же из них имеет в предках вампира.

- Господин, - она присела в глубоком книксене, низко склонив голову с убранными под строгий чепец светлыми волосами.

- Эссара, покажи нашим гостям их комнаты в левом крыле, - Гиас даже головы не повернул к служанке. – Думаю, им можно отдать четвертый этаж полностью, чтобы они не переживали о своей безопасности. Скорее всего, моего слова им недостаточно…

- Когда мы сможем видеть вашего господина? – прямо в лоб задала вопрос Айнара, внимательно следя за реакцией девушки.

- Господина запрещено беспокоить до утра, - Эссара подняла голову и спокойно выдержала взгляд мелиссы, лишь на мгновение стрельнув глазами в сторону Гиаса, будто оценивая его реакцию. – Завтра, если у ленвайлда будет время, он вас примет и выслушает. А сейчас я настоятельно рекомендую вам отдохнуть с дороги.

- Что будет с моими людьми? – мелисса посмотрела на вымотанных гвардейцев.

- Забирай с собой, - Гиас вяло махнул рукой, потерянно глядя на огонь. – Можете хоть жить в одной комнате. Это уже нас не касается.

- Прошу за мной, - Эссара, даже не повернув головы, направилась к правой лестнице.

- Вот и поговорили, - скрипнула зубами Айнара, сжав кулаки. Глубоко вздохнув, она взяла себя в руки и, подавив рвущееся наружу раздражение, повернулась к Гиасу. – Ну, что же, со своим уставом, как говорится, в чужой монастырь не лезут, так что не вижу причин, по которым вам необходимо нарушать привычное течение жизни. Буду надеяться, что завтра у меня получится встретиться с вашим ленвайлдом и решить все наши внезапно возникшие проблемы. Позвольте откланяться.

Гиас молча помотал в воздухе рукой, что можно было одинаково расценить и как «делайте что хотите», и «да-да, все слышал, на все согласен».

Мелисса молча проследовала за служанкой, ненавидящим взглядом сверля ей спину. Она сама не понимала причин такого поведения, но ничего не могла с собой поделать. Вроде как Гиас ничего плохого ей не сделал, даже выполнил свое обещание и довел до черного замка, как и эта ни в чем не повинная Эссара, которая всего лишь выполняла свои обязанности и вела их в отведенные покои. Да, никто из них не сделал ничего плохого, ни одного действия, даже намека… Но то, как они разговаривали с ней, как вели себя, заставляло не просто злиться, а тихо кипеть от едва сдерживаемой ярости. Возникало ощущение, что вокруг нее все всё знают, и при этом ни у кого нет ни малейшего желания делиться с ней информацией.

Айнара впервые за много лет ощущала себя слепым детенышем лесных животных, который бессмысленно тычется во все стороны в поисках материнского молока, ориентируясь исключительно на запах, а злобная мамка при этом кружит по норе и бесстыже насмехается над своим неразумным отпрыском. Сейчас все насмехались над Айнарой, которая подобно тому самому детенышу ничего не видела и могла полагаться лишь на догадки, а остальные держали ее в неведении и при этом издевались над тем, что мелисса, попавшая будто вовсе в другой мир, не могла постичь истину и найти ответы на вопросы.

- Вам предоставлены комнаты на четвертом этаже. Это гостевые покои, - Эссара рукой указала на ряд дверей дальше по коридору. – По правую руку комнаты на двух человек, по левую – на четверых. Можете занимать, кому какие понравятся – ваши вещи скоро поднимут. Если есть желание освежиться, то вам нужна последняя дверь слева.

- Как у вас насчет перекусить? – грубовато спросила девушка.

- У нас все приемы пищи проходят в четко установленное время, - служанка вновь издевательски улыбнулась самым уголком губ. – Однако подобные вам гости могут воспользоваться правом трапезничать, когда им заблагорассудится, в своей комнате. Об этом надо будет заранее известить меня, чтобы я отдала соответствующие распоряжения. В любом случае, что-нибудь перекусить на кухне найдется всегда, с продуктами проблем не бывает.

Выражение «подобные вам» прозвучало почти оскорбительно; сама Айнара использовала такой тон в том случае, когда сравнивала объект своего высказывания с отбросами человеческого общества. Видимо, в этом лене никто испытывал ни малейшего почтения перед аристократией. Теперь стало понятно поведение посетителей постоялых дворов, глядевших на мелиссу с каким угодно чувством: враждебностью, презрением, ненавистью – но не с почтением. Подобные вам… Эссара четко дала понять, что между ними огромная пропасть, и неважно, кто по какую сторону находится. Пока ситуация складывается таким образом, они друг друга не поймут и не будут к этому даже стремиться.

Айнара знаками указала на то, что гвардейцы могут располагаться в комнатах, которые были ближе к концам коридора, а сама вместе с Рокси вошла в среднюю дверь по правой стороне. Ничего впечатляющего или выделяющегося, разве что мебель была более тонкого изготовления: не такой дубовой, с претензией на некоторый стиль, который, честно говоря, в условиях голых стен смотрелся весьма неуместно.

С тяжелым вздохом девушка подошла к столу, заглянула в выдвижные ящички, найдя в некоторых из них бумагу и письменные принадлежности, после чего распахнула окно и долго смотрела на стремительно темнеющее небо и неторопливо вылезающие из леса языки ночного тумана, с неумолимостью накатывающейся лавины ползущие к деревне.

- Ну, что можно сказать? – Айнара обернулась, посмотрела на свою кровать, на потерянно топчущуюся у двери Рокси и вздохнула. – С приездом нас…

Глава 9

Низкий вибрирующий звук, заставляющий, казалось, зубы стучать друг о друга, пронзил все существо Айнары и растекся по черному замку. Еще не до конца проснувшаяся мелисса подскочила на кровати и ошалело завертела головой, непонимающе глядя на замершую в боевой стойке Рокси, на которой почти не было одежды, но ее отсутствие с успехом компенсировалось большим количеством всяческих перевязей и ножен со смертоносным арсеналом, на начавшее бледнеть небо за не до конца прикрытым окном, на беспокойно пляшущий огонек магического светильника, который решили не гасить ночью, чтобы было не так страшно на новом месте.

Подспудно ожидавшая повторения продемонстрированного недавно ночного кошмара Айнара долгое время не решалась ложиться спать, в окно следя за затихающей ночной жизнью замка. Даже на предложение Рокси озаботиться ужином никак не отреагировала, погруженная в размышления о предстоящем разговоре с ленвайлдом. В конце концов, ее сморил беспокойный сон, прерванный настолько варварским образом.

- Что это? – Айнара подбежала к окну и увидела, что все жители Черного Замка уже высыпали на улицу, но при этом не проявляли никакого беспокойства.

- Не знаю, - Рокси немного расслабилась и соизволила себе закутаться в простыню, которой укрывалась ночью.

За дверью послышались встревоженные голоса гвардейцев, звуки шагов, за которыми последовал настойчивый стук в дверь. Как только полувампир отперла замок, в комнату ворвался Найни, успевший разве что натянуть штаны и схватить оружие перед тем, как броситься на защиту своей хозяйки.

- Что за ерунда? – прохрипел он, водя по сторонам налитыми кровью глазами.

- Сами не знаем, - Айнара пожала плечами. – Но, видимо, ничего страшного. Народ в замке на оборону не бросается, значит, это не нападение.

- Что же тогда?

- Есть у меня одна мысль, - Рокси тоже подошла к окну и внимательно изучила внутренний двор перед донжоном, прошлась взглядом по стенам замка, долго смотрела на выплывающую из неохотно отступающего ночного тумана деревню. – Знаете, какой режим дня принят в селениях, живущих за счет земли? Обычно в них говорят «Летний день год кормит», а потому встают с рассветом и ложатся не раньше, чем солнце скроется за горизонтом. Думаю, этот звук является сигналом к тому, что людям можно появляться за пределами своего дома. А именно таким его сделали для того, чтобы мог услышать каждый.

- Хм, - Айнара тоже вернулась к окну и убедилась в правоте слов своей телохранительницы. – В этом есть смысл. Вчера к ночи весь замок словно вымер, а сейчас… посмотри на них: они как муравьи все разом понеслись по делам…

Найни, раздвинув плечами Рокси с Айнарой, освободил себе место у окна, бросил беглый взгляд вниз, с проклятием и руганью отправился к себе и на прощание так шарахнул дверью, что та едва не слетела с петель. Мелисса с легкой улыбкой покачала головой: в минуты опасности Найни приходилось сдерживать в себе отголоски крови диких предков, ведущих свой род от самых яростных берсеркеров.

- Нашему другу тяжеловато держать себя в рамках, - Рокси серебристо рассмеялась.

- Его можно понять, - Айнара покачала головой, втайне облегченно переведя дух: если бы у капитана ее личной охраны не получилось справиться с рвущейся наружу яростью, то были бы очень большие проблемы. – Больная земля – больной народ. Будить всех таким варварским способом... Как до этого вообще додумались?

- У них нет выбора, - полувампир отшвырнула на кровать простыню, с удовольствием потянулась гибким обнаженным телом и начала одеваться. – Как бы тебе ни хотелось, но в поле после заката не задержишься и домой затемно не вернешься. Они должны успеть все сделать от рассвета до заката. А в том, чтобы не потерять зря ни мгновения драгоценного времени будут хороши любые средства. Освежишься перед завтраком?

- Да, - мелисса грустно улыбнулась, вспомнив свою относительно беззаботную жизнь в своем небольшом замке, и содрогнулась, представив, что таким теперь будет каждое ее пробуждение. – Мы вчера толком даже пыль дорожную не смыли. Приготовь все, я пока накину что-нибудь…

Рокси с тихим ворчанием приподняла крышку путевого короба, в котором перевозили вещи во время путешествий, и начала выкладывать на кровать Айнары все необходимое, но была остановлена странным возгласом своей хозяйки, которая сначала побледнела, а затем, накинув на себя первое, что попалось под руку, выскочила из комнаты. С проклятием полувампир бросила все и последовала за ней, отчаянно надеясь, что никто не взял разум хозяйки под контроль и теперь не заставит ее вытворять всякие глупости.

Неизвестно, что придало Айнаре сил, но бежала она так быстро, что Рокси получилось настичь ее только в главном зале донжона, и это при том, что маршрут пролегал в основном по лестницам.

- Совсем из ума выжила? – прошипела полувампир прямо в лицо хозяйки. – Куда рванула?

- Асги! – выкрикнула мелисса, тщетно стараясь вырваться из стального захвата.

- Ну, Асги, - Рокси ослабила хватку. – И что с ним?

- Ты не помнишь? – Айнара в отчаянии заломила руки. – Нам же говорили, что господина запрещено тревожить до утра!

- И дальше что?!

- Утро наступило! – девушка без сил опустилась на пол. – Как же я не поняла… Нас провели: все уже давно привыкли к этому звуку, который не заставляет просыпаться, а является сигналом к тому, что можно покидать безопасное место. Как только он раздался, ленвайлд просто уехал.

- Что-то не вяжется, - телохранительница помассировала себе виски, чувствуя, что с подобными выходками Айнары скоро сама начнет сходить с ума. – Если следовать твоей логике, то мы имеем дело с отъявленным трусом. Но я не могу припомнить ни одного слуха о том, что Асги избегал проблем, а не решал их. В чем тогда смысл нашего приезда? Гостить здесь до старости, пытаясь вручить письмо императора неуловимому ленвайлду? Бред какой-то…

Погруженная в отчаяние Айнара все же отреагировала на скрип, который раздался возле дверей, ведущих наружу. Подняв полные злых слез глаза, она успела увидеть, как на лице горячо любимого Гиаса, понявшего, что его заметили, надежда по-тихому исчезнуть сменяется разочарованием и отчаянием.

- Ты! – девушка вскочила на ноги и решительной походкой направилась к сакрегару.

Гиас поморщился, словно от зубной боли. Встречаться с гостьей в его планы совершенно не входило, были дела и поважнее, нежели таскаться с этой самодовольной девицей.

- Что еще тебе надо?

- Где ленвайлд?! – будь в руках Айнары нож, она без лишних сомнений приставила бы его к горлу провожатого.

- Откуда мне знать? – сакрегар неторопливо разгладил складки на своей бесформенной хламиде, скрывавшей почти всю фигуру за исключением рук.

- Ты – сакрегар его личной охраны. И ты хочешь мне сказать, что не знаешь, где сейчас находится твой господин? – девушка зло рассмеялась.

- Во-первых, на то он и господин, чтобы передо мной не отчитываться, - Гиас глубоко вздохнул. – А во-вторых, ленвайлду охрана нужна примерно так же, как тебе – грядущее замужество.

- То есть…

- То есть, в гробу он видал всех телохранителей, охранников и прочих сопровождающих лиц, - сакрегар пожал плечами. – Поверь, он прекрасно сам может за себя постоять. Так что Асги не считает необходимым уведомлять меня о своих отлучках.

- Но ты же сказал, что он в курсе моего прибытия сюда.

- И что? – Гиас устало покачал головой, словно ему приходилось уже в сотый раз объяснять прописную истину. – Он – ленвайлд. На его плечах лежит забота обо всех Забытых Землях, а это, поверь мне на слово, очень тяжелое бремя: нужно в кратчайшие сроки решать кучу проблем, встречаться с множеством людей, помогать страждущим и спасать умирающих. Возможно, где-то возникла ситуация, требующая его непосредственного участия…

- И он бросил меня?

- Запросто, - сакрегар с кривой усмешкой повернулся к двери и взялся за массивную ручку. – Если у него будет выбор между самым ничтожным человеком его лена и тобой, он не будет колебаться ни мгновения. Таких как ты приедет еще тьма, а в Забытых Землях каждый человек на вес золота.

Айнара замерла, потерянно глядя на захлопнувшуюся дверь. Никогда в жизни она не ощущала себя настолько мерзко. С самого детства она усвоила, что гость в доме пользуется определенными привилегиями, к нему должно быть особое отношение, не как к обычным людям. И сейчас ее на ее же глазах опустили до уровня даже не рядового жителя Черного Замка, а… просто какого-то дела, которое, конечно, нужно выполнить, но оно вполне еще может подождать.

Гиас не соврал ни в одном слове, когда говорил, что всем здесь на нее наплевать, а чувство ненависти вызвано просто самим фактом ее присутствия. Присутствия… Она в Забытых Землях просто присутствует. На остальной территории империи приезда Айнары ждали, ее звали в гости и на балы, к ней прислушивались, для комплиментов ей готовились, на беседы с ней решались. И в одно мгновение, просто преодолев эту треклятую границу, мелисса Айнара эт’Саари да-Лангори из достаточно могущественного человека превратилась просто в помеху, даже, наверное, какую-то вещь, которую император решил переслать неведомому ленвайлду.

- Ты как? – Рокси тронула госпожу за плечо.

- Ненавижу, - шептала мелисса, сжав кулаки. – Как же я его ненавижу. Какое право он имеет так со мной обращаться? Он считает, что ему все позволено, даже если он в своем лене? Ничего, я заставляю его об этом пожалеть…

- Мы ничего о нем не знаем, - полувампир покачала головой. – Сколько мы уже в Забытых Землях? Три дня? Четыре? И не узнали ничего сверх того, что выяснили в столице. Ни на одно слово. Может, не стоит очертя голову бросаться мстить?

- Нет, не так, - Айнара усмехнулась. – Мы все продумаем, спланируем, подготовим. Не переживай, Рокси, никуда он от нас не денется. От Гиаса мы ничего не добьемся, это было понятно еще с первой встречи, ведь сакрегар не станет предавать своего господина.

- Он ему не господин, - телохранительница презрительно скривила губы. – Наемник. Служит тому, кто заплатил.

- Неважно, - мелисса дернула плечом, будто отгоняя назойливую мошкару. – Мы с тобой попробуем зайти с другой стороны… Эссара!

Служанка не заставила себя слишком долго ждать и появилась в зале буквально через четверть минуты, плавно спустившись по лестнице к гостям.

- Что угодно? – холодно осведомилась она, глядя прямо в глаза девушки.

Ни капли почтения. Холод и отчужденность. Айнара припомнила, что вчера Эссара вела себя более почтительно, но вполне возможно, что причиной этому был сидящий у камина Гиас. Странное ощущение враждебности и при этом полнейшее отсутствие угрозы уже начинало становиться привычным.

- Мне угодно увидеться с ленвайлдом Асги да’Равери, - четко проговорила мелисса, гордо подняв голову.

- Вам назначено? – абсолютно спокойно спросила Эссара, даже не отреагировав на угрозу в голосе Айнары. – Как вчера отметил господин Гиас, ленвайлд находится в курсе вашего визита в его замок и увидится с вами при первой же возможности.

- Где он сейчас?! – девушка схватила за локоть собравшуюся уходить служанку.

- Где? – Эссара высокомерно усмехнулась. – Неужели у кого-то могла появиться мысль о том, что господин Асги будет ставить меня в известность касательно своих планов и намерений? Ленвайлд делает то, что считает необходимым, на то его и назначили ленвайлдом.

- То есть, никто не знает, где сейчас находится ваш господин? – Айнара неверяще отступила на пару шагов, в ужасе прикрыв рот ладошкой. – Как же это возможно? А если с ним что-нибудь случится?

- Мелисса, я бы рекомендовала в следующий раз быть более информированной о тех людях, с которыми Вам предстоит встречаться, - Эссара расправила складочки на рукаве и снова смиренно сложила руки на переднике, все с такой же усмешкой глядя на девушку. – Ленвайлд не нуждается в нашей защите, это мы можем лишь смиренно уповать на то, что он не оставит нас своей милостью и в очередной раз придумает что-то, что поможет нам выжить. Так что не думаю, что беспокойство – разумная эмоция.

- В следующий раз? – переспросила Айнара.

- Не думаю, что ваша компания здесь надолго задержится, - Эссара пожала плечами. – Так что это далеко не последний раз, когда Вы кого-то посещаете.

- И что же мне теперь делать? – мелисса растерянно смотрела на главный зал донжона, не в силах придумать какой-либо выход из складывающейся ситуации.

- Ждать, - служанка едва заметно поклонилась. – И предоставить мне возможность заниматься своими делами.

- Ждать? – Айнара тяжело вздохнула. – Легко сказать… У меня такое чувство, что я в последнее время только этим и занимаюсь – жду. Причем всего и от всех.

В животе предательски заурчало, заставив мелиссу покраснеть. Она только сейчас вспомнила, что со всеми этими путешествиями по другим реальностям и обустройством в замке всего лишь позавтракала еще вчера утром. Хотелось бы что-то положить на зуб, но до чего неприятно было просить об этом Эссару… Айнара твердо решила, что предпочтет остаться голодной, но не опустится до просьб к этой высокомерной выскочке.

Однако служанка, видимо, и сама сообразила, что голодный и недовольный гость отразится и на ее благополучии, во всяком случае, по головке ее точно не погладят, тяжело вздохнула и, сделав над собой усилие, решила предложить хоть какое-то перемирие, пусть и вооруженное:

- Поскольку на завтрак вы не успели, я могу распорядиться о том, чтобы еду принесли вам в комнаты, или проводить на кухню, - Эссара сжала зубы. –У нас не в правилах ради одного-двух человек накрывать целый стол.

- Как же питается ваш господин? – себе под нос поинтересовалась Айнара, направившись вслед за служанкой, но оказалось, что она недооценила тонкость ее слуха.

- На все вопросы о себе ленвайлд ответит сам, если посчитает это необходимым, - Эссара непреклонно прервала все расспросы о своем господине, продолжая в ровном ритме машины следовать по лестницам и наконец-то остановившись перед дверью, из-за которой пахло просто умопомрачительно аппетитно. – Надеюсь, дорогу обратно сможете найти сами?

- Не переживай, - оскалилась Рокси, впрочем, не получив той реакции, на которую рассчитывала: служанка даже глазом не повела, уже успев навидаться более странных гостей своего господина. – Я запомнила путь. Можешь в следующий раз даже не утруждаться, мы сами досюда доберемся.

- Утруждаться? И в мыслях не было, - вернула шпильку Эссара, снова небрежно кивнув и отправившись по своим делам.

Полувампир решила пойти первой и осторожно распахнула дверь, готовая к любому сюрпризу. Но их не случилось. Вошедшая следом за ней Айнара увидела большое прямоугольное помещение, отделанное уже привычной сталеницей, ярко освещенное магическими светильниками, висящими под высоким потолком. Всю середину занимал простой длинный деревянный стол, поверхность которого была покрыта обычной чистой скатертью без малейшего намека на какой-либо рисунок. На простых лавках сейчас сидело четверо мужчин - жителей Черного Замка, видимо, тоже опоздавших с завтраком, что-то весело обсуждавших, торопящихся перебить друг друга.

Вдоль правой стены стояло несколько жаровен разного размера и формы, в большинстве которых сейчас горело пламя. Под жаровнями располагались шкафы с посудой, а между ними оставлено пространство для столов, на которых можно было резать, мешать, отбивать, заливать, мариновать.

Мелисса успела заметить, что на некоторых столах для приготовления уже стоят разные кастрюли, сковородки и тарелки с полуготовыми блюдами, кое-где виднелись баночки со специями, лежали ножи, ложки, черпаки с длинными ручками. И со всем этим успевала справляться всего одна женщина, уже немолодая, полноватая, как и положено хорошему повару, но удивительно быстро порхающая от одной жаровни к другой, ловко пробующая то, что кипело и шкворчало, быстро добавляя в кастрюли, сковородки и котелки то, что считала необходимым, и при этом умудряющаяся не посадить ни капли на свой фартук.

На вошедших гостей она бросила лишь мимолетный взгляд и скривилась, заставив Айнару понять, что здесь им тоже не слишком рады. Веселая беседа моментально увяла, жители лена смотрели на девушек так, словно им только что подарили тачку свежего навоза: и отказывать неудобно, и прямо сейчас подобный презент совершенно не к месту.

Воцарилось неловкое молчание. Один из мужчин что-то недовольно заворчал, но тут же был одернут друзьями, которые уткнулись в свои тарелки. Айнара не стала им ничего говорить, потому что и без слов было понятно, как они относятся к ней и Рокси. С другой стороны, так же ясно чувствовалось, что они так быстро замолчали неспроста: явно боятся сболтнуть что-нибудь лишнее.

- Утро доброе, - преувеличенно бодро поздоровалась мелисса, ощущая себя так, словно попала не на кухню, а на прием к правителю совсем другого царства.

Возможно, так оно и было, потому что то, что вытворяла кухарка, было просто невероятным. Она подобно совершенному правителю знала, что, где и на каком этапе приготовления находится, куда надо досыпать или долить, что снять с огня и остудить или уже сразу разложить по тарелкам. Казалось, будто за всей кухней следит как минимум десяток поваров, а не одна женщина. Рокси удивленно посмотрела на свою хозяйку, но та лишь сделала в ответ страшные глаза, призывая следовать ее примеру и помалкивать.

- Доброе, - приятным грудным голосом ответила кухарка и стрельнула глазами на лавки, четко давая понять, что неожиданные гости получили разрешение хотя бы присесть. Сама она тут же отвернулась к жаровням, попробовав на вкус содержимое одной кастрюли и тщательно перемешав то, что было в соседней.

Мужчины без особого аппетита закончили завтрак, организованно сложили грязную посуду в мойку и быстро ретировались, оставив после себя явный шлейф неприязни.

– Простите, пожалуйста, за беспокойство, но мы только вчера вечером прибыли в ваш замок и не знали, во сколько здесь принято завтракать, а потому, если вас не затруднит, можете нас накормить?

- Накормить? – будто бы удивилась женщина, ни на мгновение не отвлекаясь от своей работы.

- Ну, да, - спокойно подтвердила Айнара. – Мы все же ваши гости.

- Гости, значит, - кухарка наконец-то соизволила повернуться к вторгшимся в ее царство и вперила в них долгий тяжелый взгляд карих глаз, сложив руки на груди и прислонившись к одному из столов. – Интересно, интересно…

- Что именно? – вежливо поинтересовалась мелисса.

- Все это, - кухонная императрица легким взмахом руки указала на Айнару и Рокси. – Если мне не изменяет память, гостей у нас не было очень и очень давно.

- Вы не производите впечатление пожилого человека, - прищурилась полувампир.

- О, не стоит мне льстить, - кухарка поглаживающим жестом, заставившим телохранительницу мелиссы вздрогнуть, сделала свет магических светильников ярче. – Вы в Забытых Землях. Здесь каждый день пролетает так быстро и значит так много, что за один год стареешь будто бы на все пять.

- Может, вернемся к завтраку? – Айнара с подозрением уставилась на Рокси, но та лишь досадливо дернула бровью: позже.

- Завтрак. Да, - женщина усмехнулась. - Что предпочитаете?

- Тут еще выбрать можно? – вырвалось у Рокси.

- Ты за кого меня принимаешь, деточка? – кухарка рассерженно нахмурилась. – Моей кухней сам ленвайлд не брезгует, а ты, значит, решила снизойти?

- Речь не обо мне, - вскипела телохранительница. - Тебя почтила своим посещением мелисса.

- Она не первая, - хохотнула женщина.

- Тихо. Тихо! - Айнара хлопнула ладонью по столу, заставив Рокси замолчать. – Прошу нас извинить. Мы и в мыслях не держали кого-то обижать. Просто ваш лен до невозможного странный, и к этому тяжело сразу привыкнуть. Мы неправильно начали, поэтому я предлагаю забыть то, что было, и попробовать заново. Меня зовут Айнара да’Саари эт-Лангори. Но можете обращаться ко мне просто по имени – Айнара. Мою помощницу и, не побоюсь этого слова, верного друга зовут Рокси.

- Просто Рокси? – недоверчиво подняла бровь кухарка.

- Просто Рокси, - мелисса величественно кивнула. У нее не было никакого желания раскрывать полное имя своей телохранительницы, чтобы не пугать человека раньше времени.

– А я Сангори-Шанти, но вы можете звать меня Шани. Опоздавшие гости, значит… Бывает такое: у нас, как вы успели заметить, распорядок дня своеобразный. Так что ничего страшного в этом нет. Сейчас накормим.

- Как-то здесь необычно, - Айнара с интересом вертела головой, отчасти обращаясь к повернувшейся спиной Шани.

- Что именно? – кухарка даже головы не повернула.

- Все, - мелисса неопределенно повертела рукой в воздухе. – Как здесь все устроено. Как относятся к приезжим. Как держат свое слово… Непривычно.

- Так и не привыкайте, - кухарка ни на мгновение не отвлекалась от своих занятий, все больше укрепляя мелиссу во мнении, что здесь не обошлось без использования магии. – Все равно надолго вы тут не задержитесь.

- Да что такое со всеми вами? – девушка опустила голову, сжав кулачки, и почувствовала, как на белую скатерть закапали злые слезы. – Мы же ничего плохого вам не сделали…

- Предлагаешь нам подождать? – Сангори-Шанти усмехнулась.

- Да при чем здесь это? – Айнара вскинула голову. – Думаете, я сюда рвалась? Да я несколько дней назад даже слыхом не слыхивала о ваших владениях! И уж тем более не представляла, какой ужас здесь творится. Знала бы – ноги моей здесь не было бы.

- Так уезжайте…

- Не выполнить приказ императора? – мелисса тяжело вздохнула. – Не все так просто… И дело здесь не в том, что за всем этим последует наказание.

- Ты о чем? – Рокси ненавидящим взглядом сверлила хозяйничающую на кухне женщину и зло скалилась.

- Гиас был прав: Родерик этот приказ мне не просто так отдал, - девушка покачала головой. – На что-то он или кто-то за его спиной рассчитывали. Поэтому я нисколько не удивлюсь, если окажется, что возвращение для меня смерти подобно.

- Думаете, что-то изменится, если здесь останетесь? – кухарка рассмеялась. – Зря надеетесь. Этот лен сжирает людей почище каких-нибудь ночных монстров. Так что там, откуда вы прибыли, еще есть шанс, поверьте мне. По эту сторону границы его может и не быть.

- Может? – Айнара ухватилась за оговорку. – Значит, он может и появиться?

- Вы не сказали, что будете на завтрак.

- Мне мясо. С кровью, - едва ли не прорычала полувампир, но если она думала запугать Шани, то очень ошиблась, потому что кухарка даже бровью не повела, отвернувшись к жаровням и принявшись сноровисто накладывать что-то на большое блюдо.

- Держи, - кухарка едва ли не метнула тарелку в сторону Рокси. – Мясо с кровью я тебе не советую – вредно для твоего пищеварения, особенно после такого долгого воздержания. Вот тушеное – в самый раз. Да еще с овощами…

Телохранительница потерянно опустила взгляд на блюдо: тушеное мясо, судя по всему, кабана, чечевица, свежая зелень. Очень даже неплохой набор, в котором смущало только одно:

- Как вы…

- Думаю, ты и сама догадалась, - Шани усмехнулась. – Но пока свои мысли при себе оставь. У нас не принято оказывать другим медвежьи услуги. Пусть твоя хозяйка сама головой работает. А то, не ровен час, действительно долго не протянет.

- Почему это? – Айнара нахмурилась.

- Куры лапами загребут, - отрезала кухарка. – Тебе чего подать?

- Рыба есть? – с надеждой спросила девушка.

- Есть, - Шани прищурилась. – Ох, чует мое сердце, что ты морской попросишь. Запечь?

- Можно? – мелисса почувствовала, что день начинает становиться лучше.

- Ну, здесь – да, - кухарка повернулась к одному из котелков, большими деревянными щипцами вытаскивая странный грязный комок, который она ловко расколола одним точным ударом, заставив запекшуюся глину отвалиться в стороны вместе с чешуей, оставив только белоснежную исходящую паром тушку. – Ты ведь кости не любишь, так что я тебе глубоководного румара предложу. У него только хребет, да и тот больше на хрящ похож, так что не поранишься.

Молниеносно покрошив несколько пучков разной зелени, Шани одним движением смахнула ее на рыбу, перенесла все это на блюдо и поставила перед Айнарой, после чего, на мгновение задумавшись, достала пару кружек и черпаком набрала в них содержимое одной из кастрюль.

- Морс! – рассмеялась Шани, глядя на осторожно принюхивающуюся к кружке девушку. – Не переживайте, никто вас тут травить не станет.

Глава 10

Глава 10

Мельком глянув на свою кухонную армию, словно проверяя ее готовность к дальнейшим боевым действиям, Сангори-Шанти присела напротив своих гостей и некоторое время смотрела на них, словно что-то решая про себя.

Айнара почувствовала, что под таким взглядом ей кусок в горло не лезет:

- Вы так смотрите, словно решаете, в какую кастрюлю мы лучше уместимся, - сглотнув обратно прыгнувшее в горло сердце, проговорила мелисса.

- Нет, людоедством не балуемся, - Шани покачала головой, по-доброму улыбнувшись.

- Тогда чем вызван такой пристальный интерес? – Рокси, ловко расправившись с мясом, боролась между двумя противоположными желаниями: гордость не позволяла признаться, как было вкусно, а организм изо всех сил требовал добавки, потому что до сих пор пробовать нечто настолько же изумительное ему доводилось весьма редко.

- Гости у меня редко бывают, - кухарка вздохнула. – Вот и не могу насмотреться.

- А на вопросы ответить можете? – Айнара решила понемногу ковать железо, пока было горячо. – Конечно, если это не запрещено.

- Запрещено? – Сангори-Шанти нахмурилась. – Вроде как в четырех законах ничего подобного не было.

- Четвертый, - девушка скрипнула зубами, решив все же играть по-честному: она не знала, сколько времени ей доведется провести в этом замке, а потому не стоило начинать с обмана.

- Ах, да, - Шани метнула на мелиссу пронзительный взгляд. – Ну, постараюсь ответить так, чтобы не нарушить.

- Вы сказали…

- Ты, - оборвала ее кухарка.

- Что?

- Не надо мне «выкать», - женщина разом прекратила улыбаться, став совершенно серьезной. – Здесь не любят церемонии и прочую мишуру. Если люди ведут между собой нормальный разговор, значит, они считают друг друга равными. Поэтому нет нужды в лести, вежливости и прочем этикете.

- Однако, - Айнара улыбнулась краешком губ. – Ты сказала, что шанса может и не быть. Как это понимать?

- Прямо, - Шани пожала плечами. – В этом лене все зависит от ленвайлда, и чем скорее вы это поймете и с этим смиритесь, тем легче будет вам же самим.

- То есть… - начала Рокси.

- То и ешь, что положили, - кухарка рассмеялась, но затем вновь посерьезнела. – По эту сторону границы наш господин решает, что с вами будет. Если он решит, что вы недостойны того, чтобы прибыть в этот замок, вы не сможете проехать дальше первого постоялого двора. Если ему придет в голову мысль, что вам вообще не следует жить, то больше никто о вас ничего не услышит. Так что можете радоваться: если вы в Черном Замке, значит, смогли чем-то заинтересовать ленвайлда.

- Как мы могли его заинтересовать, если даже не видели, - с досадой бросила Айнара.

- А вам и не надо, - Шани вздохнула. – Поверьте: о вас стало известно, как только вы пересекли границу лена. Хотя нет, вру… Скорее всего, Асги все узнал в первую ночь. И принял решение позволить вам проехать дальше.

- Ой, знаем мы эти решения, - девушка скривилась. – У него тут столько гостей перебывало…

- О чем это ты? – кухарка прищурилась, словно уличив мелиссу во вранье. – Если мне память не изменяет, то у нас уже несколько лет не было ни одного посетителя. Ленвайлд предпочитает даже не являться по приглашениям императора, а уж принимать у себя в замке гостей... Это что-то из области невероятного.

- А как же невесты, которые отвергли вашего господина? – Айнара почувствовала, что произносит эти слова из чувства ревности и какой-то злой радости от того, что удалось поймать на лжи с виду таких честных людей.

- Невесты? – Шани не на шутку задумалась. – Не припомню таких… Думается мне, что женитьба – дело серьезное, и за один день оно не решается. Но я ни на кого, кроме замковых, не готовила… Кто-то где-то врет, и это точно не я. У нас в лене лгать не принято.

- Что за ересь? – Рокси с грохотом поставила кружку на стол, вынула свои записи и быстро перебрала несколько листов в поисках нужного. – Вот же… Последний раз это было семь месяцев назад – каресса[1] Горхи-Таро. Приезжала к ленвайлду Асги да’Равери в гости и пробыла в оных целых восемь дней.

- Семь месяцев? – Шани задумалась, явно что-то высчитывая и припоминая. – Нет, в замке точно гостей не было. Может, на постоялых дворах где-то с ленвайлдом встретились, хотя он подобным не забавляется. Если он не захочет с кем-то встречаться, то найти его будет очень непросто, поверьте. Но невесты… Дай-ка мне этот список, детонька.

- Детонька? – Айнара прыснула в кулак. – Это она-то детонька?

- А что? – Шани бегло просматривала исписанные мелким почерком листки. – То, что она полувампир, не делает ее взрослее или опытнее меня.

- Ты знаешь, кто она? – мелисса ошарашенно посмотрела на кухарку.

- Боги и демоны, когда же вы научитесь не просто слушать то, что вам говорят, но и слышать? – женщина осуждающе покачала головой, не отрываясь от записей.

- Асги узнал все в первую ночь, - медленно произнесла Рокси, не сводя взгляда с Шани. – Поэтому ты и поняла, кто я и что мне лучше дать на завтрак.

- Именно, - кухарка кивнула. – А что все эти поименованные особы говорят?

- Твердят, что ленвайлд Асги оказался совсем не тем, кого они хотели бы увидеть в качестве своего супруга, - телохранительница пожала плечами.

- Угу, - Сангори-Шанти передала листки обратно Рокси. – Небось, и словами одинаковыми говорят?

- Ну, что-то вроде этого, - неуверенно кивнула полувампир.

- Ясно все, - Шани осуждающе покачала головой. – Ну, Асги, чтоб тебя… Они говорят то, что им приказали говорить, причем такое распоряжение отдавал кто-то, у кого совершенно нет воображения – хоть бы слова поменяли или местами переставили…

- Что значит – приказали? – Айнара поняла, что снова начинает ничего не понимать. – Разве подобное можно приказать?

- Приказать можно все, что угодно, - Рокси усмехнулась, не отводя глаз от собеседницы. - Особенно если на кону стоит твоя жизнь. Я правильно понимаю? И тут уже не до понятий чести, древности рода и взывания к совести. Видимо, им пригрозили, что в противном случае просто убьют.

- Но ведь они были со свитой, с охраной, - пылко возразила Айнара.

- Ты тоже была с частью своей гвардии, - полувампир покачала головой. – Сильно они помогли, когда ты с Гиасом за двери вышла?

Мелисса почувствовала, как по спине потек холодный пот. Пожалуй, та самая ночь была воспоминанием, которое очень хотелось бы стереть напрочь, но пока никак не получалось, и любое напоминание о памятном нарушении второго закона яркими видениями всплывало в сознании каждый раз, когда о нем заходила речь. Нет, тут не помогла бы и вся армия империи, потому что бороться, по сути, было не с кем, но Айнаре, которая покрывалась мурашками от осознания всего лишь возможности столкнуться со всем этим ужасом еще раз, легче не было.

- Нет, - вынужденно признала она.

- Ну, Карг, - Шани сжала кулаки. – Попадись ты мне на скором докладе…

- Каком докладе?

- Все владельцы постоялых дворов периодически должны приезжать в Черный Замок и докладывать о ходе своей работы, - кухарка прищурилась, видимо, представляя, что она сделает с этим человеком, попадись он ей под руку. – Судя по тому, что угрожающий расправой не отличался особой фантазией, это мог быть только он.

- Карг? – не поверила своим ушам Айнара. – Это же милейшей души человек.

- А я тебе говорила, что с ним не все так просто, - при всем своем уважении к госпоже, Рокси не смогла удержаться от колкости.

- Но не до такой же степени! – мелисса со смесью отвращения и восхищения покачала головой: каков пройдоха.

- Так что я думаю, что дальше первого постоялого двора все так называемые «невесты» и не прошли, - Шани усмехнулась. – Да и вообще я не слышала, чтобы ленвайлд когда-нибудь речь заводил о семье. Тут не все так просто…

- Почему? – Айнара нахмурилась.

- Как бы сказать, чтобы закон не нарушить? – вздохнула кухарка, выразительно глядя на мелиссу. – Наш господин – очень… своеобразный человек и очень… непростой. И почти всегда он весьма… тяжел в общении, причем не для него. Как ни странно, но страдают его собеседники. А теперь подумайте: какова вероятность того, что кто-то решит выйти за него замуж?

- Весьма высока, - буркнула девушка.

- Никакой, - отмахнулась женщина, легко поднялась на ноги и подошла к одной из сковородок, принявшись перемешивать ее содержимое и с задумчивым выражением лица пробовать на вкус.

- Но я же решила, - Айнара упрямо сжала зубы.

- Ты о чем это? – Шани уставилась на мелиссу так, словно на этот раз действительно прикидывала, как ее лучше разделать.

- О том, - Айнара отодвинула тарелку и собралась откинуться назад, но вовремя вспомнила, что у лавки нет спинки. – Как мне приказали, так и им могли приказать.

- Что приказали? – кухарка потемнела лицом.

- Замуж выйти, - потерянно ответила девушка, погруженная в свои тяжелые раздумья.

- Да как он посмел?! – разъяренно рявкнула Шани.

- Ну, есть возможность, вот и посмел, - Рокси едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, поскольку, в отличие от своей госпожи, сразу поняла, что они разговаривают о разных людях.

- Посмел, - Сангори-Шайни несколько раз глубоко вздохнула, успокаиваясь. – Ну, попадись он мне под руку… Места мокрого не оставлю.

- От кого? – обалдела Айнара.

- От Асги, конечно, - Шани нахмурилась.

- А почему от него?

- А кто же тебе приказал?

- Думаешь, ваш ленвайлд может мне приказывать? – мелисса облегченно рассмеялась. – Нет. Это указание самого императора Родерика Второго, по его словам, чтобы не прервался род эт-Лангори…

- Не прервался род?! – женщина разразилась красивым глубоким смехом. – Ой, не могу… Не прервался род… Надо же было до такого додуматься. И как только в голову приходят подобные мысли?

- А что в этом такого?

- Ничего особенного, - Шани вытерла выступившие от смеха слезы и снова прыснула в кулак, не в силах сдержаться. – Я, конечно, не сомневаюсь в том, что при дворе ты была весьма значимой особой и все такое, но… Видишь ли, продолжение рода – весьма непростая задача.

- Намекаете, что я могу с ней не справиться? – нахмурилась Айнара.

- Нет, конечно. Ничего подобного и в мыслях не было, - кухарка примиряюще подняла перед собой руки, все так же раздражающе похрюкивая от смеха. – Но позволю себе очень и очень усомниться.

- И почему же?

- Честно? – Шани мгновенно стала серьезной, взяв себя в руки. – По двум причинам. Первая состоит в том, что у Асги да’Равери нет рода, поэтому я не совсем себе представляю, что же вы решили продолжать. А вторая… вам нужны будут дети.

- Дети? – мелисса не на шутку озадачилась. Пока перед ней остро стоял вопрос выполнения прямого приказа императора, дальше она как-то не заглядывала.

Кухарка откинулась назад, сложив руки на груди и переводя тяжелый взгляд с Айнары на Рокси и обратно. Она чувствовала, что они не врут, уж это умение у нее было не отнять, но поверить в эту историю было просто невозможно. Неужели еще остались обычаи, которые позволяют одним людям распоряжаться судьбой других? Даже если это император… Тут запросто можно впасть в соблазн прикрываться благими намерениями ради темных делишек. А уж отдать приказ выйти замуж за Асги?! Шани казалось, что есть более простые и безболезненные способы испортить себе жизнь.

- Ох, чует мое сердце, что не врешь ты, детонька, - женщина тяжело поднялась на ноги, словно разом постарела на несколько десятков лет. – Только сама еще не понимаешь, в какой переплет попала. Если хочешь услышать совет мудрой тетки – беги. Беги отсюда, пока хватит твоих сил. Наплюй на императора, на его приказ, на возможное наказание, потому что все это лишь вероятность, а последствия твоего пребывания здесь – суровая реальность.

- Да, мне показывали зубы наших лошадей, когда мы ехали сюда, - Айнара кивнула, судорожно сглотнув. – И это всего лишь второй день.

- Именно, - Шани покачала головой. – Потому у нас очень мало домашних животных. И хуже всего то, что Забытые Земли могут так же непредсказуемо повлиять и на человека.

- На чужака?

- На любого, - кухарка вздохнула. – Если бы все решалось только местом рождения… Тут иногда не знаешь, что с коренными жителями делать, а ты про чужаков говоришь.

- А что с ними не так? – Рокси отодвинула пустую тарелку и теперь неторопливо потягивала про-хладный морс.

- Да как вам сказать, - Шани замялась. – Вроде ничего такого: люди как люди. Со своими проблемами, конечно, не без этого. Только вот их решение зачастую приводит к очень тяжелым последствиям.

- Каким это? – заинтересовалась Айнара.

- А это лучше у других спросить, - Сангори-Шанти покачала головой. – Я могу только за себя говорить, а про других за их спинами – не приучена. Захотят – сами расскажут.

– Знаешь, Рокси, что-то мне подсказывает, что правды мы здесь не найдем. Спасибо за завтрак, конечно, но думаю, нам пора откланиваться. Попытаем счастья с кем-нибудь другим.

- Например, - навострила уши Шани.

- Эссара, - пожала плечами Айнара, направляясь к двери в коридор. – Почему бы и нет.

- Бесполезно, - кухарка покачала головой. – Асги в свое время, можно сказать, вернул ее к жизни, поэтому она беззаветно предана своему господину, как и многие из жителей этого лена. Можете резать ее на куски, она слова вам не скажет.

Мелисса прикусила губу, пытаясь придумать другой вариант. В том, что служанка просто пошлет их дальним лесом, она, если честно говорить, нисколько не сомневалась: слишком уж явной была ее неприязнь к гостям, которую она и не пыталась скрывать. А из остальных… Шани тоже не горела желанием общаться, уже потеряв интерес к беседе, и в сухом остатке был только…

- Гиас, - решилась выложить на стол козырную карту Айнара. – Мы с ним уже знакомы, я примерно поняла, что из себя представляет этот человек. Думаю, у меня получится его разговорить.

- Это кто? – Шани вновь повернулась к почти уже ушедшим гостям, нахмурившись и похлопывая здоровенным черпаком, зажатым в правой руке, по ладони левой, словно прикидывая, сможет ли проломить им череп с одного удара.

- Сакрегар личной охраны ленвайлда, - легкомысленно отмахнулась Рокси, думая о чем-то своем.

- Хм, - кухарка нахмурилась, припоминая. – Что-то я не знаю такого.

- Может, он просто не заходит сюда? – предположила Айнара.

- Возможно, но все равно рано или поздно я бы о нем услышала, - Шани покачала головой, убрав свое страшное оружие на стол за спиной. – Как, говоришь, его зовут?

- Гиас, - девушка пожала плечами.

- Гиас, - Сангори-Шанти немигающим взглядом уставилась вдаль. – Гиас, Гиас, Гиас…

- Ну, странный такой, - не выдержала и зачастила Рокси. – Ростом повыше меня. Лет тридцать пять – сорок на вид. Седоватый. Носит какую-то хламиду непонятную. На левой руке у него еще латная перчатка черная…

- Перчатка? – кухарка пожала плечами. – Всех наемников и не упомнишь. Может, кто из новеньких…

- У него еще глаза такие страшные, - оскалилась телохранительница. – Золотые.

- Хм, страшные глаза? – Шани почесала в затылке. – А, такой есть! Со страшными глазами у нас только один.

Айнара почувствовала, что будто ее в голову ударила молния и пронзила через все тело до самых пяток. Многие детали мозаики встали на свои места, сложившись в один четкий сложный узор, который мог придумать только действительно умный и очень расчетливый человек. Правильно в свое время ее учили: если хочешь что-то действительно хорошо спрятать, то оставь это на виду. Только вот наука впрок, видимо, не пошла.

А ведь ей говорили, что не надо никого искать, что ленвайлд сам найдет ее, если ему будет нужно. Почему она сразу не поверила, почему не прислушалась к словам людей, которые ей все это твердили? Не поверила, что они никогда не лгут? Так ведь ей никто и не лгал. Да, во многом недоговаривали, умалчивали, но лжи она пока не встречала.

Айнара осела бы на гладкий деревянный пол прямо там, где стояла, если бы ее вовремя не поймала Рокси и не повела обратно за стол, бурча под нос, что за последние дни ее госпожу что-то очень уж часто стали подводить ноги.

- Все хорошо, - вяло отмахнулась девушка. – Пойдем. Нам еще это… разговаривать надо со всеми… Узнавать… Информацию собирать…

- У кого? – насторожилась Рокси.

- Так у Эссары, - Айнара подмигиваниями показывала полувампиру, что они уже слишком задержались на кухне. – Все равно, кхм, Гиаса искать и спрашивать. Да еще просто осмотреться надо, нам ведь все равно, чует мое сердце, здесь не один день предстоит прожить.

Телохранительница удивленно посмотрела на мелиссу, явно не понимая, что здесь происходит. Ей казалось, что они потихоньку приближаются к тому, чтобы собрать о ленвайлде хоть какую-то информацию, но внезапно хозяйка решила пойти на попятную. Это настораживало. Рокси присмотрелась к Айнаре и кивнула в ответ своим мыслям: видимо, хозяйке известно больше, чем она может рассказать.

Бережно придерживая под локоть мелиссу, полувампир коротко кивнула на прощание и вышла с хозяйкой за дверь. Она не видела, как Шани улыбнулась им в спину и медленно растаяла в воздухе, и только черпаки, ножи и ложки остались в воздухе, порхая от одной кастрюли к другой…

Айнара в ответ на все попытки разговорить ее упрямо мотала головой: потом. Не до разговоров ей было, слишком многое нужно было обдумать. Тем более теперь, когда стало понятно так много, казалось, что едва ли не из каждой стены торчат уши. Конечно, девушка и не думала бежать к Эссаре за объяснениями, ведь служанка четко дала понять, что на задушевные разговоры не настроена. Да и неизвестно было, кому и что она доносит; не исключено, что тот же злосчастный Гиас уже к вечеру будет в курсе всех их разговоров. Нет, доверять она могла только своим.

- Можешь рассказать, что произошло? – нахмурилась Рокси, едва только закрылась дверь, ведущая в их комнату.

- Это же надо, - прошептала Айнара, стоя у окна и потерянно глядя на внутренний двор замка. – Какой же я была дурой…

- Ты о чем? – полувампир напряглась, чувствуя, что упустила что-то важное.

- Развесила уши, - мелисса сжала руку в кулак и с силой ударила по подоконнику, не чувствуя боли. – И этот… соловьем заливался о Забытых Землях… страхи демонстрировал…

- Да что происходит?! – не выдержав, Рокси взяла девушку за плечи, повернула к себе лицом и основательно встряхнула. – Можешь ты внятно ответить?

- А ты еще не поняла? – Айнара сердито вырвалась из захвата и снова отвернулась к окну. – Эти вроде как ничего не значащие оговорки Шани… Странная неизвестность такого влиятельного человека… Его уникальность…

- Ты про Гиаса? – нахмурилась полувампир. – Он-то здесь при чем? Вернется вечером и все расскажет.

- Ты и в самом деле не понимаешь? – девушка сквозь слезы посмотрела на свою телохранительницу. – Ну, тогда… Произнеси несколько раз имя нашего дорогого проводника. Только быстро.

Рокси уже приготовилась покрутить пальцем у виска, демонстрируя свое отношение к умственным способностям хозяйки, и звать на помощь Найни, но посмотрев на нее, обманутую и отчаявшуюся, решила не протестовать:

- Гиас. Ги-ас-Ги-ас-Ги-ас-Ги-Ас-Ги-Ас-Ги-Ас-ги…

И сама почувствовала, как внутри все похолодело, словно ей предстояло выйти на заведомо проигрышную битву. Занятая разговором с кухаркой, она не обратила внимания на то, что сразу бросилось в глаза ее госпоже.

- Вот тварь, - ахнула Рокси, потерянно шаря глазами по комнате, словно в попытках найти что-нибудь поувесистей, чтобы приголубить этим по голове драгоценного проводника. – Ты посмотри… Он даже заморачиваться не стал, просто слоги местами переставил. Это же просто…

- Вот-вот - просто, - Айнара горько усмехнулась. – Шани ведь сказала, что ленвайлд все знал уже в первую же ночь. Потому и не стал он огород городить, а лично вызнал у нас все, что ему требовалось. А мы и рады стараться, распинались перед ним о том, для чего нас в эти проклятые земли прислали…

- Но как ты догадалась?

- Просто кусочки мозаики сложились, - девушка покачала головой. – Подозрение вызвали слова Шани о том, что о нас все известно.

- Да нет, не может этого быть, - Рокси решительно тряхнула длинными волосами. – Я же специально узнавала внешность ленвайлда у тех, кто видел его при дворе. Никто не заметил за ним ничего странного. Поверь мне, уж про глаза-то обязательно растрепались бы.

- Конечно, - Айнара все так же потерянно усмехнулась. – Очень простая стратегия: врать тем, кто никогда не встретится. Каждая из сторон свято верит в то, что правда известна только ей… Ты не заметила, что Шани сказала? Она, конечно, всеми силами старалась не нарушать четвертый закон, вот только по тому, о чем человек обмолвился как о чем-то незначительном, тоже можно многое сказать. Ленвайлд предпочитает даже по приглашениям императора не являться… Значит, вместо него просто другой человек приезжал.

- Но тогда получается, что нас обманули, - полувампир впилась когтями себе в ладони, едва сдерживаясь от того, чтобы прямо сейчас не броситься на поиски ленвайлда и не оторвать ему голову.

- В том-то и дело, что нет, - мелисса горько усмехнулась. – Нам ведь никто не говорил, что к императору приезжал именно ленвайлд, это мы сами уже так решили, а пребывать в блаженном неведении – привилегия любого человека.

- А имя?

- Не припоминаешь? Он ведь сам сказал: «Можете звать…», - девушка без сил опустилась на пол. – Мы могли выбирать любое имя вместо того, что он нам подсунул… Просто, красиво, изящно – дать нам самим возможность придумывать все, что душе угодно. Боги, стыд-то какой!

Мелисса спрятала лицо в ладонях и разрыдалась, не в силах больше сдерживаться.

Рокси присела рядом с ней, приобняв и успокаивающе поглаживая по плечу.

- Знаешь, еще никогда в жизни я не чувствовала себя такой брошенной и одинокой, - прошептала она на ухо своей госпоже. – Как-то паршиво у нас первый день в гостях начался…

[1] Каресса – маркиза.

Глава 11

Глава 11

Ленвайлд Асги да’Равери сидел на густой траве, прислонившись к дереву на опушке леса, после которой начиналось поле, ведущее к деревне возле замка, лениво покусывал сорванную травинку и смотрел на пронзающие пока еще голубое небо угольно-черные шпили башен. Предмет его гордости, оплот надежности и царство одиночества уже не освещался солнцем, и оттого казалось, будто скорая ночь начинается с замка.

Асги поднял перед собой сжатую в кулак руку, поднял большой палец и измерил расстояние между солнцем и линией леса: около часа. Какое бы ни было время года, ленвайлд всегда знал, сколько у него времени до заката, потому что от этого зависела жизнь каждого человека в его лене – один палец. Селяне уже расходились по домам, даже дети не сопротивлялись и торопливо прощались друг с другом до следующего утра. Ленвайлд горько усмехнулся: больше всего ему было жаль именно детей, потому что Забытые Земли отнимали у человека многое, но самым страшным, самым дорогим, что они могли отобрать, было то, что всегда составляло часть человека – надежду. Ни дети, ни взрослые – никто из них не мог быть уверен в том, что вообще проснется утром.

Каждый вечер они ложились спать со страхом, с осознанием того, что от них ничего не зависит, что ночью может случиться абсолютно все, что угодно. И только ленвайлд был залогом того, что темное время суток пройдет без происшествий. А для этого Асги должен до заката солнца вернуться в свой замок… Нет, конечно, бывали ситуации, когда он пропадал, уезжал по делам, и особо страшного не происходило. Почти. Но лучше было не рисковать.

Да и не стремился Асги никуда исчезать, даже на приглашения императора отвечал очень неохотно, предпочитая связываться с тем с помощью магии, а не покидать пределы своего лена. Нет, он любил свой почти безлюдный замок, обожал тишину и прохладу его пустующих переходов, ценил даруемое им чувство покоя и всегда старался вернуться, даже если не успевал ко времени. Но сейчас ему особенно остро не хотелось ехать в место, которое он с чистым сердцем называл своим домом, и причина была в том, что рано или поздно начинает составлять часть жизни любого человека, у которого есть жилище – гости. Вернее, одна конкретная гостья, надо признать, весьма симпатичная.

Асги покачал головой в ответ на свои внутренние мысли. Странная особа. До недавнего времени к нему не так часто наведывались в гости девушки, но с ними все было понятно с первого взгляда, который совершенно не предполагал дальнейшее знакомство: избалованные жизнью дамочки, считавшие, что все перед ними в долгу. Потому и встречи с ними проходили примерно в одном и том же ключе: сначала демонстрация провинциальному ленвайлду ослепительного сияния столичной богемы, а после этого полнейшее непонимание, почему этот малоизвестный и никого особо не интересующий аристократ не падает ниц и не благодарит за благосклонность столь великолепной особы… Конечно, Забытые Земли весьма быстро сбивали спесь и в значительной степени приводили самооценку в соответствие с реальностью, но все это было не то. Скука…

Ленвайлд в очередной раз вспомнил про Айнару, и глаза его загорелись внутренним огнем. Нет, эта девушка совсем не такая. Красивая. Умная. Сильная. Волевая. По ее дивным глазам цвета орешника сразу было понятно, что она не столько привыкла всегда побеждать, сколько просто бороться. И бороться она будет до конца. А если к этому прибавить еще и то, что она, несмотря на жизнь в растлевающей душу столице, смогла сохранить способность чувствовать, то мелисса становилась очень даже опасной особой. Опасной именно для Асги.

Конечно, в силах ленвайлда было сделать так, чтобы гости не проехали дальше первого постоялого двора, а то и вовсе сгинули без следа в бесконечных дремучих лесах Забытых Земель, но как бы Асги не кичился, как бы не бил себя в грудь, от присяги его никто не освобождал, а это означало, что он обязан выполнять приказы императора, даже если нет никакого желания это делать. Да и исчезновение человека, который вез слово императора, вызовет очень нездоровое любопытство и потянет за собой тех, кто любит задавать вопросы и привык получать на них ответы.

Поэтому Асги старательно следовал древней мудрости, гласившей, что если ты не знаешь, что делать, лучше не делай ничего. Однако сам при этом прекрасно понимал, что бесконечно так продолжаться не сможет. Айнара четко дала понять, что без встречи с ленвайлдом не уедет, и бегать от нее до конца своей или ее жизни Асги не улыбалось – были дела и поважнее.

Лошадь легко толкнула задумавшегося Асги в плечо, и тут улыбнулся, похлопав ее по морде:

- Чувствуешь, что скоро ночь? Не переживай, сейчас поедем.

Асги да’Равери не любил неопределенности, стараясь всегда находиться в курсе тех дел, которыми предстояло заниматься, но тот, как ситуация сложилась в настоящий момент, не давало возможности на долгие размышления. Ленвайлд мог бы еще пару раз прикинуться сакрегаром своей собственной охраны, как уже делал множество раз, вот только его мучали сильные сомнения в том, что Айнара до сих пор не смогла раскусить его притворство. А это означало только одно: куда ни кинь – всюду клин. И возвращаться не хочется, и не вернуться нельзя.

- А с другой стороны: чего тянуть? – Асги поднялся на ноги, отряхнул свою хламиду и, взяв лошадь за уздечку, прижался своим лбом к ее. – Если отрубленная рука спасет пациенту жизнь, то лучше сразу так и поступить.

Вскочив в седло, ленвайлд на рысях поскакал к деревеньке, на околице которой уже столпились несколько ополченцев, привычно ожидающих своего повелителя. Они прекрасно знали, что Асги как раз в это время прибывает в свой замок, разве что может немного задержаться, а это значило, что нужно быть готовыми его встретить и доложить о том, как прошел день.

- Как дела? – ленвайлд остановил лошадь перед селянами и похлопал ее по шее.

- Все как обычно, - самый старший из ополченцев выступил вперед, на мгновение согнувшись в легком подобии поклона. – Из леса и с полей вернулись все. Заблудившихся и опоздавших нет. Пострадавших тоже. Дети уже по домам, ленвайлд.

- Что с гостями? – Асги перевел взгляд на замок.

- Не можем знать, - ополченцы, переглянувшись, пожали плечами. – За весь день никто из чужаков замок не покидал.

- Значит, решили дожидаться меня, - обреченно вздохнул золотоглазый владыка Забытых Земель. – Жаль. Я надеялся, что у меня будет еще пара дней. Хотя… Молодцы. Всем по домам.

- Лорд, - один из селян тронул лошадь за стремя. – Как у вас все прошло?

Асги мгновенно повернулся к ополченцу, пригвоздив его к земле взглядом горящих глаз:

- Ты о чем?

- О деревеньке Насхари. Вы ведь туда ездили?

- Ах, да, - ленвайлд покивал. – Точно. С этими гостями совсем забыл, чем сегодня занимался… Все хорошо, потерь нет. Это самое главное.

- Ну, и хвала Богам, - ополченец радостно улыбнулся. – Приятно ложиться спать с хорошими известиями. Спокойной ночи, ленвайлд.

Асги рассеянно кивнул и, глубоко вздохнув, словно перед нырком в прорубь, направился к замковым воротам. Лошадь, чувствуя близость родной конюшни, привычно сворачивала в нужных местах, давая хозяину возможность полностью погрузиться в размышления, и ленвайлд старался использовать это время с максимальной пользой, прокручивая в голове способы разрешения возникшей проблемы в лице симпатичной мелиссы. Не замечая ничего вокруг, он раз за разом проигрывал в голове варианты встречи с Айнарой, придумывал наиболее обтекаемые ответы на неудобные вопросы, которые непременно последуют.

Конечно, лучше всего было бы вовсе не встречаться, проникнув в донжон тайными ходами, но тут Асги просто упал бы в своих собственных глазах. Как ни крути, а проблема была, и затягивание решения просто отнимало ценное время, заставляя скрываться, прятаться, врать, изобретать. И ни один человек в Забытых Землях не имел права позволять себе терять самое ценное, что было в его жизни.

Так и не придя к какому-то определенному варианту – слишком много неизвестных участвовало в размышлении, - ленвайлд устало спрыгнул с лошади и передал поводья подоспевшему конюху.

- Как обычно? – поинтересовался седоусый конюх, опытным глазом оценивая состояние животного. – Вроде, прихрамывает на правую переднюю?

- Проверь, - Асги вздохнул. – Может быть.

- На завтра готовить?

- Нет, пусть передохнет - ленвайлд покачал головой. – Пока никуда не собираюсь. Если только непредвиденное что-то случится.

Поднявшись по ступеням, Асги остановился перед дверью, несколько раз вздохнул, собираясь с духом, затем решительно взялся за ручку и потянул на себя.

Против его ожидания, внутри ничего не поменялось. Почти. Все так же приглушенно горели светильники по стенам, приятно потрескивали поленья в камине, бросая отсветы пляшущего пламени на пол. Разве что за столом напротив любимого места Асги сейчас сидела Айнара в свободном платье темно-бирюзового цвета с открытыми плечами и, покачивая в одной руке бокал с вином, задумчиво смотрела на огонь, а перед ней стояли две бутылки из личных запасов ленвайлда и лежал злосчастный конверт с распоряжениями императора. Бесшумно вошедший Асги, досконально знавший каждую досочку на полу собственного замка, едва не поддался искушению незаметно проскользнуть мимо мелиссы, но обуздал собственные сомнения и шагнул вперед.

Айнара мгновенно отреагировала, повернув голову и взглянув на Асги.

- С возвращением, - грустно улыбнулась она, отсалютовав ему бокалом. – Я уже и не ждала, что появишься.

- Спасибо, - настороженно нахмурился Асги. – Но не стоило так утруждаться. У сакрегара много забот, я ведь вполне мог и не вернуться сегодня.

- Не мог, - Айнара допила вино, поставила бокал на стол, поднялась на ноги и подошла к ленвайлду. – Даже сейчас осторожничаешь и отвечаешь обтекаемо… У сакрегара много забот, а ты мог и не вернуться… Как же ты можешь?

- Что можешь? – спросил Асги, спокойно глядя на бегущие по щекам слезы.

- Вести себя так, будто ничего не происходит, - девушка вздохнула и залепила ленвайлду пощечину.

Асги даже не вздрогнул. Щеку обожгло моментально стихшей болью. Ленвайлду не надо было даже ни с кем говорить, чтобы понять – знает. Догадалась она сама или подсказал кто – все это было уже не важно. Теперь словам о том, что у ленвайлда нет времени на встречу с ней, никто не поверит. Вот он, ленвайлд Асги да’Равери собственной персоной стоит перед мелиссой, которую он встретил на второй день пребывания в Забытых Землях и лично привел в свой замок. Можно было бы снова начать изворачиваться и врать, что она ошиблась, что он не тот, за кого она его принимает, только смысла уже не было: она не те дурочки, что приезжали раньше. Она догадалась. Сама. Хотя бы это было достойно уважения и соответствующего отношения.

- Ты ведь мог увернуться? – девушка потерла отбитую руку: ощущение было таким, словно ударила по камню.

- Мог, - Асги потер щеку и глупо улыбнулся, прислушиваясь к чувствам внутри себя. – Догадалась, значит?

- Догадалась, - Айнара кивнула, закусив губу. – Выбора не было. Потому что кажется мне, что ты так и продолжил бы врать и избегать встречи.

- Никто ни от кого не бегал, - ленвайлд покачал головой и прошел к своему любимому креслу. - Если ты помнишь, это ведь я приехал к Сиргиусу. Сам. А мог бы не появляться.

- Не мог, - мелисса села напротив Асги и плеснула еще вина в бокал. – Конечно, все стараются не нарушать четвертый из ваших безумных законов и молчат, словно у них государственные тайны выпытываешь, но некоторые вещи можно выболтать и неосознанно.

- Например?

- Например, что ленвайлда запрещено тревожить от заката и до рассвета, - девушка сделала неторопливый глоток. – Значит, для этого есть причина. Мы ведь законопослушные граждане? Правильно. Слово ленвайлда – закон. И неважно, почему он так решил. О чем это говорит? О том, что ленвайлд от заката до рассвета должен быть где-то, где его возможно тревожить. Ты должен был вернуться, так ведь?

Асги скрипнул зубами. Он еще ничего не сделал, а люди, задающие очень неудобные вопросы, уже появились. Пока радовало только одно: Айнара задавала их не очень умело, давая простор для полуправды. Будь она опытнее в делах подобного рода, она старалась бы сделать так, чтобы ленвайлду оставалось бы давать исключительно прямые ответы.

Мелисса, исподволь внимательно следившая за ленвайлдом, готова была поклясться, что он не издал ни звука, однако наверху лестницы из темноты прохода, словно призрак, вынырнула Эссара.

- Приготовь купальню и чистую одежду, - даже не повернув головы, обронил Асги. – Ужинать не буду. Меня немного задерживают. До утра не тревожить.

Айнара не смогла бы объяснить, почему она так решила, но совершенно четко осознала, что только что произошедшее было спектаклем, устроенным специально для нее. Что ей хотели показать? Что ленвайлда все беспрекословно слушаются? Что ему не надо даже пальцем шевелить, чтобы отдавать приказы? Что он прекрасно знает, кто и где находится?

- Где твоя ручная зверушка?

- Ты о ком? – не поняла Айнара.

- Весьма привлекательная кровососочка, - усмехнулся ленвайлд. – А то как-то странно получается: ты поднимаешь руку на страшного меня, а ее рядом нет. Вдруг пришибу?

- Я приказала ей остаться в комнате, - девушка покачала головой. – Хочешь знать, почему? А я и сама не знаю. Просто чувствую, что ничего ты мне не сделаешь. Нет, не потому, что не можешь. В этом я как раз не сомневаюсь. А потому, что если бы хотел, то сделал бы еще в лесу, когда вел нас этими проклятыми тайными тропами. Я права?

- Может быть, - Асги вздохнул. – Допустим, что ты не ошиблась – пока только допустим – и мне нужно быть здесь после заката. Тогда что же делать с тем, что мы встретились совсем не в замке, а за его пределами? Да еще и ночью. Тебе не кажется, что в твоей версии не все гладко? Я вполне могу и не быть тем, кого ты хочешь видеть вместо меня.

- Может быть, - повторила Айнара фразу ленвайлда и снова глотнула вина. – Все может быть. Ты опять не отвечаешь прямо, а задаешь вопросы, заставляя меня сомневаться в самой же себе… Я все равно узнаю правду, какой бы она ни была. Неважно, сколько я потрачу на это времени, все равно император считает, что у меня в Забытых Землях целая жизнь. Так что ты сейчас можешь сэкономить время и просто сказать мне правду. Зачем тебе все это?

- Что именно? – нахмурился Асги.

- То, что делаешь со мной?

- А что я с тобой делаю? – ленвайлд не на шутку изумился.

- Врешь. Скрываешь. Избегаешь, - горько усмехнулась Айнара. – Мне продолжать?

- Думаю, смысла нет, - золотоглазый покачал головой, глядя на девушку с непонятной грустью. – Ты все равно понапридумываешь себе всякой ереси, как бы я ни утверждал обратное. И пока ты идешь по этому пути, ты никогда не сможешь увидеть истину. Жаль, мне казалось, что ты отличаешься…

Асги поднялся на ноги, собираясь уходить.

- Так скажи мне, - Айнара в мгновение ока оказалась перед ленвайлдом, глядя ему прямо в глаза. Ей пришлось встать на цыпочки, но даже так она была ниже него. – Скажи мне сейчас прямо в лицо: почему ты так поступил?

- А разве непонятно? – Асги осторожно взял ее за плечи и рывком усадил на свое место. – Чтобы уберечь тебя.

- Но от чего?! – в отчаянии воскликнула мелисса.

- От того, что невозможно будет исправить, - ленвайлд, вопреки ожиданиям, даже не пытался прятать взгляд. – Ты боишься наказания за то, что не выполнишь приказ Родерика, но задумывалась ли ты, что иногда выполнение может стать еще большим наказанием? Поэтому последуй моему доброму и совершенно искреннему совету: сделай вид, что ты никогда меня не встречала и никакое письмо мне передать не смогла. Возвращайся. Родерик имеет общее представление о моем характере, так что легко поверит в то, что я так и не объявился в замке.

- Но ведь приказ вот он. Лежит на столе, - почти простонала Айнара.

- Чего ты от меня хочешь?! – нависнув над девушкой, внезапно прорычал Асги, и глаза его полыхнули золотым пламенем. – Ты хоть иногда внемлешь голосу разума?

- Определенности, - честно ответила мелисса. – С того момента, как я получила свой приказ, который ты обманом у меня вызнал, я живу словно в тумане.

- Я тебя ни разу не обманул, - ленвайлд распрямился, взяв себя в руки. – Это ты сама все простодушно выболтала, так что нечего валить с больной головы на здоровую. А твой туман… Думаешь, смерть лучше?

- Да, лучше, - Айнара снова прошла на свое место и допила вино прямо из бутылки. – Хотя бы не медленно погибаешь. Лучше на раз отмучиться!

И до Асги внезапно дошло, почему Айнара не стала брать с собой Рокси, которая, скорее всего, сейчас выла и обливалась слезами от страха за свою госпожу и невозможности нарушить приказ, почему она напилась, дожидаясь возвращения ленвайлда, почему всячески старается вывести его из себя. Ей просто было очень страшно. Страшно от недостатка информации, отсутствия определенности, странности Забытых Земель. За последние несколько дней на нее обрушилось столько всего, что внутренний мир вышел из так необходимого ему равновесия, потеснив даже инстинкт самосохранения.

- Определенности, говоришь? – ленвайлд криво усмехнулся. – Изволь. Я, ленвайлд Асги да’Равери, подтверждаю, что получил переданные мне императором Родериком Вторым распоряжения.

Асги взял со стола конверт, небрежно махнул над ним ладонью, подтверждая свою личность и снимая магическую защиту, шипом на левой руке аккуратно распорол его сбоку и вытащил письмо, не забыв бросить конверт в камин. Пламя на мгновение полыхнуло бирюзовым цветом, подтвердив то, что конверт был запечатан лично императором, но Асги в этом и так не сомневался, придирчиво изучив золотую печать в конце письма. Писал Родерик… Ленвайлд вчитался в строки и почувствовал, как по мере чтения, его начинает пробирать холодный пот. Почерк, бесспорно, принадлежал императору, но абсурдность написанного, как и некоторые обороты речи, заставляли в этом сомневаться.

- Что там? – хрипло каркнула Айнара, вжавшись в спинку кресла.

- Приказ, - мрачно выдавил из себя Асги, смяв письмо в руке и глядя на огонь в камине. – Очень странный приказ.

- Касательно меня? – девушка опустила голову, смирившись со своей судьбой.

- Тебе это знать не обязательно, - ленвайлд покачал головой, словно не соглашаясь со своими внутренними мыслями. – Это приказ мне. Эссара!

Служанка вновь будто по волшебству появилась на верхних ступеньках лестницы, согнувшись в поклоне.

- Проводи нашу гостью в ее комнату, - не глядя на девушку, отдал распоряжения ленвайлд. – Скоро закат, так что пусть пошевеливаются. И приготовь желтую комнату, у меня появились срочные дела.

- Да, господин, - служанка разогнулась, и Айнару, которая ничего не понимала в происходящем, поразили преданность и обожание, светящиеся в глазах Эссары. – Мелисса, прошу следовать за мной.

- А если я не пойду? – наследница рода эт-Лангори встала, гордо глядя перед собой.

- Со своим уставом в чужой монастырь? - напомнил Асги. – Второй закон ты уже слышала? Будь добра его соблюдать.

- То есть, сейчас ты меня убивать не станешь? – тихо спросила Айнара, поравнявшись с ленвайлдом.

- А с чего ты решила, что я вообще должен это делать? – криво усмехнулся золотоглазый. – У меня на тебя более интересные планы, поверь мне.

Мелисса тяжело вздохнула и ровным шагом, придерживая подол длинного платья, направилась за служанкой.

Асги несколько секунд смотрел ей вслед, невольно любуясь телом, контуры которого были заметны даже сквозь струящуюся ткань, после чего отвернулся к камину и с яростью ударил кулаком по столу. Что за бред?! Как Родерик, с которым они шесть лет назад заключили соглашение, мог так поступить с ним? Как он вообще решился на то, чтобы отдавать Асги приказ, да еще такой глупый?

- Переговорная готова, господин, - Эссара появлялась подобно призраку, невесомо и бесшумно. – Могу я помочь чем-то еще?

- Нет, - ленвайлд, быстро прыгая через несколько ступенек сразу, почти взлетел по лестнице, стянул с себя хламиду, оставшись в простых полотняных штанах и безрукавке, перетянутой ремнями боевого пояса, бросил ее на вовремя подставленные руки. – Гости в своих комнатах? Проследи, чтобы по этажам не шатались. Хватит мне сюрпризов от них. Кто проболтался?

- Никто, господин, - служанка покачала головой. – Она почти ни с кем не разговаривала. Так, на завтрак сходила, после чего весь день почти не покидала комнату. Только под вечер приказала принести вина и спустилась сюда.

- И ты не нашла ничего лучше, чем взять пару бутылок из моих запасов? – съязвил Асги.

- Ну, она просила хорошего вина, а я в нем, как помните, совершенно не разбираюсь, - Эссара безбоязненно улыбнулась. – Не обеднеете.

- И то верно, - ленвайлд кивнул.

- Что будете делать дальше?

- Поговорить надо, - Асги повел плечами и покрутил головой, словно разминаясь перед поединком. – Тут письмо от Родерика пришло.

- И что в нем?

- Приказ, - ленвайлд усмехнулся. – А ты знаешь, что я больше всего не люблю в жизни.

- Когда кто-то указывает, как поступать, - Эссара с благоговением снова поклонилась. – Не смею больше задерживать.

Асги да’Равер, на ходу избавляясь от боевой сбруи, широким шагом направился к переговорной, которую он для маскировки именовал желтой комнатой. Быстро оглянувшись и прислушавшись, он указательным пальцем закованной в броню руки вывел на двери мудреный символ, который на мгновение засветился и погас, отпирая магический замок. Войдя в комнату, ленвайлд захлопнул за собой дверь и встал на тускло светящийся камень диаметром в пару шагов. Все той же рукой он нарисовал в воздухе перед собой символ вызываемого человека и прикрыл глаза, ожидая, когда вокруг него закрутится рой сине-зеленых светящихся песчинок…

Глава 12

Глава 12

Родерик Второй стоял перед картой, висящей на стене кабинета в столичном дворце, задумчиво подергивал седеющий ус и уже в который раз перечитывал очередное донесение от тайной стражи. Судя по всему, где-то за кулисами зрели беспорядки, имеющие все шансы перерасти в полноценный заговор с целью свержения существующей власти и установления новых порядков.

Итак, одного из соглядатаев насторожило то, что за последний месяц грасса[1] Истуари несколько раз встречалась с мелиталом[2] Фарх-Аррахи. По большому счету, ничего в этом странного не было. Мелитал был дипломатом королевства Урронахватанари, что высокопарно переводилось как «Владения, парящие в небесах над всеми», а на деле означало весьма обедневшую высокогорную страну, которая могла разве что предоставить услуги наемников. Пожалуй, в этом они были действительно весьма хороши.

Так или иначе, но королевство исправно расплачивалось кровавым золотом за провизию, дерево, шкуры, железо, старательно следуя всем условиям заключенного шесть лет назад договора. И вроде как косо смотреть на них было не за что, но была во всей этой бочке меда и значительная ложка дегтя: с запада Урронахватанари граничило с Сумрачным лесом, который формально являлся землями империи Маолан, а фактически – никому не подконтрольной территорией, весьма богатой не только рудными ископаемыми, но и лесом, и реками со всеми вытекающими: зверье, рыба, дерево.

Родерик снова дернул себя за ус: он давно подозревал, что Урронахватанари честны далеко не в той степени, в какой пытаются убедить его. Чувствовалось, что они или пускают слюну при взгляде на эти территории, или уже понемногу разбойничают на них. И пока не было никакой возможности их остановить.

И что же подвигло его к таким заключениям? Подтвердивший подозрения вывод аналитика тайной стражи: грасса виделась с мелиталом аккурат после встречи с эрцалом Руаргисом. Родерик подошел к небольшому сундучку, откинул крышку и пальцами пробежался по небольшим невзрачным камням, каждый из которых был промаркирован особым символом. Выбрав один из них, император несколько раз потер его большим пальцем и замер, изучая вспыхнувшую перед ним схему: в центре кабинета повисла небольшая призрачная фигурка аристократа, и от нее во все стороны потянулись разноцветные нити, каждая из которых вела к другой личности, играющей хоть какую-то маломальскую роль во внешней или внутренней политике империи.

Родерик вытянул руку и потянул за одну из темно-синих нитей, внимательно глядя на то, что всплыло перед глазами – один из сакрегаров министерства обороны. Обычная кабинетная крыса, за которой не числилось ничего криминального. Не то…

Вторая нить вела в то же самое министерство обороны, явив взору императора еще одну фигурку с пояснениями, но теперь в цвете фигуры превалировал зеленый цвет: этот неизвестный добровольно сотрудничал с тайной стражей, исправно снабжая ее сведениями. Причем цвет явно говорил о том, что трудится этот гражданин не ради наград, а по идейным соображениям. Надо бы Шарху сказать, чтобы присмотрелся к этому типу повнимательнее.

Третья нить… А это уже было интересно. Доренгар[3] министерства обороны, причем с южных границ. От этого военного тоже начиналось несколько нитей, но они обрывались, прозрачно намекая, что вся нужная информация записана на другом кристалле, который Родерик достал, почти не глядя, выложив рядом с первым. Призрачная схема стала больше, заиграла новыми красками, расцвела дополнительными нитями, заставив потерять драгоценное время на распутывание связей.

Южные границы. Место весьма неспокойное и, на первый взгляд, никак не связанное с королевством на северо-западе империи. Но это лишь так казалось. Доренгар весьма часто общался с неким каррегаром[4], бывшим в весьма тесных отношениях с доренларом[5]… Родерик закрыл глаза и устало помассировал переносицу. Он ненавидел разбираться во всех этих связях, интригах, заговорах, предпочитая действовать, но на этот раз Шарх посчитал, что данная информация точно заинтересует господина.

И что же этот доренлар? Император взглянул на имя над фигуркой – Арацугури. Имя было нетипичным для страны, заставив внимательнее пробежаться по родне, часть которой была отмечена серым цветом – усопшие. И среди этих серых фигурок была одна, заставившая Родерика крепко задуматься, а после этого с тяжелым вздохом обратиться к внутренним циркулярам, позволявшим выяснить, к сведениям какого уровня секретности имел доступ этот доренлар.

Наконец-то наведя все нужные справки, Родерик одним движением смел все камни обратно в сундук и уселся за стол, схватившись за перо и старательно царапая распоряжение Шарху:

«Взять под пристальное наблюдение и всесторонний контроль доренлара Арацугури. По положению своему он имеет доступ к сведениям, касающимся внешней политики, в том числе и предполагающихся боевых действиях вне империи. Поскольку прабабушка субъекта своим происхождением указывает королевство Урронахватанари, имею подозрение, что данный доренлар через каррегара Суараха передает сведения доренгару Руахараму, состоящему в браке с родственницей грассы Истуари. Информация сия становится известна мелиталу Фарх-Аррахи, после чего доходит до ушей короля.

За сим усматриваю предательство интересов государства и постановляю:

Во-первых, всю цепочку злостных предателей взять под неусыпный контроль, не принимая никаких мер до особого распоряжения советника по внутренней политике.

Во-вторых, доренлара снабдить ложными сведениями, исключительно для врагов государства предназначенными.

В-третьих, карательные экспедиции на территорию кочевников приостановить, ограничившись усилением пограничных гарнизонов.

В-четвертых, войска освободившиеся следует в обстановке строжайшей секретности к западным пределам перекинуть в состоянии боевой готовности.

Ответственность и контроль за выполнением постановления оставить на советника по внутренней политике».

Перечитав написанное, Родерик поставил размашистую подпись и усмехнулся: теперь отдуваться придется Шарху. Не исключено было, что император перестраховывается, усматривая измену там, где ее и нет вовсе, но тут уже голова не у него должна болеть.

Бывший тысячник сворачивал свое постановление вместе с отчетом аналитиков внутренней стражи, когда браслет на левой руке начал ощутимо подрагивать, прозрачно намекая, что некто хочет связаться с императором по весьма важному вопросу. Родерик бросил мимолетный взгляд на пульсирующий желтый камень – личная линия. Это было очень серьезно. Император одним прикосновением к черному камню на том же браслете блокировал дверь, установив магическую защиту от прослушивания, после чего активировал переговорный портал.

Долгое время ничего не происходило, Родерик даже пожал плечами, устав дожидаться пока сине-зеленые горящие песчинки сформируют достаточное для общения пространство. Император вновь вернулся к прерванному занятию, когда по его кабинету пророкотал зловещий голос:

- Родерик!

Бывший тысячник на мгновение поднял голову с намерением увидеть собеседника и едва сумел удержаться от желания выскочить прочь, когда из мерцающего омута портала на него обратились всего лишь два горящих золотых глаза.

- Чтоб тебя, - с несказанным облегчением проворчал император, вовремя вспомнив, кому они могут принадлежать. – Тебе обязательно каждый раз так появляться?

- Будь моя воля, я бы вообще с тобой не разговаривал, - Асги с трудом сдерживал ярость. – Мне казалось, что мы с тобой договорились.

- М-м, не понимаю, о чем ты, - Родерик сделал вид, что полностью поглощен чтением.

- Я просил меня не беспокоить, - ленвайлд скрипнул зубами, отчего у императора по спине стройными рядами побежали мурашки. – А что сделал ты? Прислал мне какую-то девицу! Да еще с приказами!

- Ну, во-первых, не какую-то, - император тяжело вздохнул, понимая, что разговаривать все равно придется. – Это весьма замечательная во многих отношениях особа. И я бы хотел, чтобы ты присмотрелся к ней внимательнее…

- Зачем это мне?

- Это нужно не тебе, а стране, - твердо отрубил Родерик. – Я все понимаю: мы заключили соглашение, и до недавнего времени я старался его придерживаться. Если ты помнишь, я даже не возражал, когда ты на приемы вместо себя присылал непонятно кого, лишь бы тебя при дворе не видели. Но сейчас ситуация складывается так, что тебе придется еще потрудиться на благо своей родины.

- Убив эту столичную штучку? – язвительно поинтересовался Асги.

- А она еще жива?! – не на шутку изумился император.

- Я твой приказ только несколько минут назад распечатал, - ленвайлду совершенно не понравилось то, что он увидел: видимо, Родерик всерьез предполагал, что Айнара уже должна быть мертва. – Так что пока ничего не успел сделать.

- Тогда советую не тянуть, - бывший тысячник пожал плечами.

- С выполнением твоего приказа? – золотые глаза опасно сузились. – Ты не припомнишь, с какой поры я перестал их выполнять?

- Но от присяги тебя никто не освобождал, - напомнил ему Родерик.

- Какой прок в ее смерти?

- Никакого, - император пожал плечами и криво усмехнулся. – Для меня важно, чтобы она побыла как можно дольше и как можно дальше от дворца. У меня тут, знаешь ли, некоторые заговоры зреют, и есть опасения, что отосланная к тебе особа играет в них отнюдь не самую последнюю роль. Так что мне крайне желательно, чтобы ее в столице не было.

- И что мне с ней делать? Убить?

- Мне это не интересно, - Родерик покачал головой. – Можешь выдать за кого-то замуж. Можешь собственноручно свернуть ей шею. Можешь сделать так, чтобы она исчезла на пути в твой замок… Так ведь иногда происходит в Забытых Землях?

- Так вот, значит, какая молва ходит о моих владениях? – зло прищурился Асги. – То есть, ты требуешь от меня смерти этой несчастной?

- Да не нужна мне ее смерть! – император небрежно бросил запечатанное письмо на стол и устало помассировал виски. – Слушай, у меня тут интриги международного масштаба одна интереснее другой, так что времени разбираться с внутренними проблемами нет. И пока все ведет к тому, мелисса в них замешана. Нет, возможно, не по своей воле, а как фигура, которую многие желают использовать втемную. Но это ничего не меняет. Пусть и на некоторое время, она должна исчезнуть из столицы и – очень желательно – оказаться в недосягаемости для тех, кто имеет на нее виды. Смекаешь?

Ленвайлд задумался. Родерик гладко стелил, и подкопаться вроде как было не к чему, но чувствовалось во всем этом что-то неправильное: или цель всей этой авантюры была совершенно другой, или император просто о чем-то недоговаривал. Так или иначе, но Асги понимал, что истинных причин отданных ему и Айнаре приказов он, скорее всего, никогда не узнает, что заставляло мириться с текущим положением дел. Хотя бы для вида.

- Что с этого буду иметь я? – золотоглазый человек осуждающе покачал головой.

- Возможности, - Родерик усмехнулся. – Сейчас ты почти бесправный ленвайлд. Но если сумеешь правильно решить вопрос с этой куклой, то не только получишь право голоса во всех внутренних вопросах страны, но и сможешь вести боевые действия без предварительного одобрения короны, если посчитаешь, что это на благо государства.

- Это ты так прозрачно даешь «добро» на то, чтобы я своей широкой грудью прикрывал западные границы? – напрямую спросил Асги, недобро ухмыльнувшись.

- Не только – ты сможешь еще и увеличить свой лен, - император демонстративно несколько раз хлопнул в ладоши, словно отдавая дань прозорливости собеседника. – Но если сейчас некоторые правители могут пожаловаться на тебя при чрезмерно жестоком отпоре, то в случае твоей женитьбы на Айнаре ты будешь считаться членом одного из самых древних родов, а это уже дает определенные привилегии.

Ленвайлд снова задумался. То, о чем сейчас говорил Родерик, было более чем правильным, и от этого становилось еще хуже. Действительно, если сейчас Асги имел в своих предках всего лишь семью да’Равери, то после сочетания браком он формально уже входил в род эт-Лангори, а это развязывало руки в выборе средств защиты границ империи Маолан. Но чудилась Асги во всем этом какая-то ловушка. С одной стороны, Родерик оставил решение вопроса о мелиссе на его совести, а с другой – всеми силами подталкивал к тому, чтобы Асги именно женился: и все плюсы расписал, и прелести перечислил, и возможности обрисовал; прямо хоть сейчас хватай Айнару и тащи в храм. И это как раз было самым подозрительным.

- Это все, конечно, очень заманчиво, - Асги вздохнул. – А если я решу твою проблему другим способом?

- То есть? – Родерик нахмурился.

- Если она пропадет, как ты и предлагал, - ленвайлд уставился на императора своим тяжелым взглядом. – Что я получу тогда?

- Ну, тогда ты сам лишишь себя перспектив, которые открываются перед тобой, но можешь полностью рассчитывать на мою поддержку и снисхождение, если в будущем на тебя решит кто-то пожаловаться, - бывший тысячник пожал плечами. – Ты же знаешь, что я как император могу вынести любое решение по любому вопросу, если посчитаю, что дело требует моего участия и касается безопасности государства. Все, что касается тебя, поставлю на особый контроль и будут принимать посильное участие в решении твоих вопросов. Поверь, это тоже немало…

- Не нравится мне все это, - Родерик с содроганием увидел, как ярко полыхнули золотые глаза, затем сперва пошел волной, а потом и выгнулся переговорный портал, и к императору потянулась закованная в шипастую броню рука. Однако через мгновение все вернулось на свои места. – О чем-то ты умалчиваешь, Родерик. Я все равно это выясню, и моли Богов, чтобы все это было в интересах страны, а не имело целью меня…

Страшные золотые глаза погасли, и портал рассыпался мириадом затухающих искорок, оставив тяжело дышащего императора в одиночестве.

Родерик дрожащей рукой смахнул со лба холодный пот: он ни разу не слышал, чтобы через переговорные порталы могло пробиться что-то материальное, но Асги в очередной раз подтверждал свою репутацию странного и страшного человека. Конечно, угроза императору должна была жестоко караться, но Родерик сам прекрасно понимал, что добраться до своенравного ленвайлда будет не так легко, как потребовать выполнения приказа, каким бы глупым он ему не казался.

Нет, не зря они решили, что Асги должен быть под контролем и присмотром. Родерик понятия не имел о силах, которыми владел этот золотоглазый человек, но они явно должны быть в руках тех, кто сможет использовать их более продуктивно.

Император вспомнил описания военных, которые первыми проникли за стены столицы после того, как Асги разрушил оборону… Бывалые вояки описывали такую жуть, что многим дознавателям пришлось брать с них клятвы, что в их рассказах чистая правда, без прикрас. И даже в этом случае выходило, что будущий ленвайлд не просто взломал оборону столицы, одинаково рассчитанную и на длительную осаду, и на массированное наступление, а уничтожил часть защитников: море крови и ни одного тела, словно люди просто исчезали.

Родерик покачал головой и едва не изменил своему же собственному правилу – не выпивать. Что-то в последнее время все чаще его начинало тянуть приложиться к бутылке, чтобы хоть немного восстановить пошатнувшийся внутренний мир. И хуже всего было то, что причиной такой тяги был именно Асги…

Ленвайлд, убедившись, что переговорный портал окончательно угас, смачно выругался: не сдержался. Слишком уж захотелось ему добраться до императора, схватить его за горло и вытрясти всю правду о его намерениях, вот и потянулся прямо через портал, забыв о том, что делать этого не следует. Но Родерик тоже хорош – не договаривает.

- Кукла… Нет, она совсем не кукла, что бы ты ни говорил.

Асги развернулся и махнул рукой, сдирая с двери магическую защиту. Выйдя из комнаты, он снова запечатал ее магическим знаком и широкими шагами направился в ванную, где уже должна была ждать купальня, приготовленная Эссарой. Сбросив с себя всю одежду кроме латной перчатки на левой руке, ленвайлд бухнулся в воду, не обращая внимания на то, что изрядная ее часть выплеснулась на пол, и задумался.

Вся эта история очень дурно пахла. Пожалуй, с того самого момента, как Асги пробил считавшуюся совершенной защиту столицы, поддержав мятеж Родерика, его ни разу не посещало ощущение того, что к нему подобрались очень и очень близко. Ленвайлд не понимал, откуда оно взялось, но уходить это чувство категорически отказывалось. Возможно, причиной тому было поведение самого императора: как-то равнодушно он отнесся к вариантам, предложенным в отношении Айнары. О чем это могло говорить? О том, что ему наплевать на то, что с ней будет? Возможно. Так же как возможно и то, что именно Родерика устраивают оба варианта.

Асги закрыл глаза и, задержав дыхание, с головой погрузился под воду, которая уже обрела насыщенный кроваво-красный цвет. Сразу навалилась тишина, изредка нарушаемая приглушенным шумом падающих капель. Выбросив все из головы, ленвайлд дождался, пока легкие не начнут гореть от недостатка воздуха, и только тогда вынырнул, глубоко вдохнув.

Плескаться особо много времени не было. Все так же погруженный в размышления, ленвайлд, даже не особо понимая, что делает, вышел из купальни на голый пол, не глядя взял полотенце и растерся им, оставив на чистой ткани кровавые разводы от незаживающих шрамов на спине и груди, после чего все так же неторопливо оделся и направился в свои покои, нисколько не заботясь об оставленном беспорядке.

За дверью, все также склонившись в поклоне, стояла неизменная Эссара.

- Все готово? – совершенно пустым голосом поинтересовался Асги.

- Как всегда, мой господин, - служанка подняла голову, с обожанием глядя на ленвайлда.

- Хорошо, - ленвайлд с легкой улыбкой потрепал ее по голове. – Прибери там все. Как всегда.

- Господин! – девушка перехватила его руку, на мгновение прижалась к ней щекой и поцеловала ладонь. – Пусть Боги не обделят вас силами…

- Боги тут ни при чем, глупышка, - Асги аккуратно вытер бегущие по щекам Эссары слезы. – Это мой собственный груз. Не лей слезы понапрасну. Мне они не помогут, а вот тебе, когда встретишь человека, который будет их действительно достоин, слез может и не хватить. Заканчивай дела и отдыхай. И отдай приказ проследить, чтобы гости не шатались по замку. Не хватало еще нескольких поводов для объяснений.

- Прикажите – и я убью их, - служанка в ярости сжала кулаки. – Они больше никогда не причинят беспокойства. Никому.

- Спасибо, конечно, за предложение, но не стоит влезать в долги настолько глубоко, - ленвайлд покачал головой, с тяжелым вздохом отправляясь дальше по коридору. – Ты же прекрасно знаешь цену…

- Я готова заплатить любую, если моему господину станет легче, - прошептала Эссара, глядя на спину удаляющегося Асги и ощущая, как от набегающих слез размывается его силуэт, а ее тело начинают сотрясать беззвучные рыдания.

Ленвайлд шагал по полуосвещенным коридорам, прекрасно зная, что сейчас происходит в его владениях. До заката оставались считанные минуты…

Все жители уже должны были сидеть по своим домам и молиться, чтобы у их господина нашлось время вернуться в свой замок и чтобы те, кто не успел добраться до убежища, нашли в себе силы дожить до утра. Окна закрывались ставнями, дети укладывались в кровати, двери запирались на засовы… Приближалась ночь, которая в очередной раз должна была решить, кто доживет до рассвета, а кому не суждено это сделать…

Асги будто наяву видел, как все жители лена спешно доделываю то, что еще не успели, и торопливо скрываются в домах, словно перед нашествием врагов. А ему не оставалось ничего иного, как идти по коридорам к своим покоям, в которых предстояло продержаться очередную ночь, выполнить то, для чего он обязан был быть в своем замке после каждого заката. Айнара оказалась весьма прозорливой: не просто сумела установить его личность, но еще и просчитала закономерность и сделала выводы. Интересная девушка, очень интересная…

Сложись жизнь по-другому, Асги даже заинтересовался бы ею с весьма далеко идущими планами, не исключающими и семейную жизнь. Но сейчас перед его глазами стоял отданный императором приказ, который отнюдь не двусмысленно давал указания в отношении столь примечательной персоны. И были они совсем не заботой, которой безуспешно пытался прикрыться Родерик…

Поднявшись на второй этаж, ленвайлд дошел до конца коридора, остановился перед ничему не выделяющейся стеной и некоторое время просто стоял, словно собираясь с силами; на самом же деле он старательно прислушивался, не притаился ли кто на лестнице, хотя сам при этом прекрасно понимал, что подобные мысли являются лишь малодушной попыткой оттянуть время, когда ему придется открывать эту дверь.

Прижав руку в доспехах к камню, Асги дождался, пока ладонь кольнет мимолетная боль, а вспыхнувшие и обдавшие жаром символы не погаснут, признав хозяина, после чего часть стены, обозначив проем, отъехала вглубь и влево, давая возможность пройти. Уже перешагивая через порог и привычным жестом заставляя разгораться магические светильники, ленвайлд неожиданно понял, что именно ему не понравилось в поведении Родерика. Как Асги и думал, ключ крылся в том, как император отреагировал на предложения самого золотоглазого касательно Айнары, просто смотреть следовало немного глубже - как политику, а не как человеку слова.

Да, Родерику было все равно, что Асги сделает с Айнарой. Почему? Ответ на этот вопрос был простым до безобразия – он в любом случае добивался того, что ему было нужно. Во-первых, он убирал подальше от столицы девушку, в чьей лояльности не был до конца уверен. Во-вторых, поездка была подкреплена приказом выйти замуж, что по своей сути приравнивалось к «навсегда остаться в этих землях». То есть, Родерик подстраховался на тот случай, если она захочет вернуться. В-третьих, в конверте, предназначенном Асги, лежал прямой приказ решить вопрос дальнейшего пребывания Айнары да’Саари эт-Лангори на этом свете – порешить своими руками или устроить несчастный случай.

И вот тут начиналось самое неприятное… Миссия-то не была тайной. О том, куда направляется девушка из отнюдь не самого захудалого рода империи, знали очень многие, следовательно, ее исчезновение независимо от причин, вызовет много лишних вопросов и ненужного внимания. Не этого ли добивается Родерик или тот, кто стоит в тени за его спиной?

Убрать Айнару… Под предлогом заботы о будущем свести с ленвайлдом… А потом либо наслаждаться тишиной, будучи свято уверенным в невозможности мелиссы вернуться в столицу, либо недрогнувшей рукой посылать в страшные Забытые Земли дознавателей с благородной миссией: выяснить судьбу несчастной девушки. Нетрудно догадаться, кто останется крайним в этом расследовании. Как ни крути, а преступление будет совершено на территории лена, за который отвечает Асги. И можно будет до хрипоты убеждать всех, что ты не хотел, что не отвечаешь за всех, кто прибывает в твои владения, тем паче не озаботившись заранее уведомить о своем визите, что в твои обязанности не входит следить за всей нечистью…

Как Айнара приехала сюда с конкретными приказами, так и дознаватели будут допрашивать Асги с совершенно четкими установками – найти признаки вины и подвести под суд.

Асги устало покачал головой: он же просил оставить его в покое. Ему была совершенно не интересна политическая жизнь империи. Ленвайлд предпочитал заниматься исключительно собственными владениями, еще не вкусив прелестей столичной жизни, но прекрасно осознавая, к чему она ведет. И у него не было ни малейшего желания вращаться в высшем свете, строить козни, скандалить, стараться обратить на себя внимание, или же работать на тайную стражу… Асги до безумия хотел остаться один. Но сейчас, уже в который раз закрывая дверь своих покоев, своей толщиной больше напоминающую замковые ворота, ленвайлд с сожалением понял, что план его с оглушительным треском провалился…

[1] Грасса – обращение к супруге граса (ландграфа)

[2] Мелитал – дипломатический титул советника министра обороны государства.

[3] Доренгар – военное звание уровня полковника внутренних войск.

[4] Каррегар – военное звание уровня капитана внутренних войск.

[5] Доренлар – военное звание уровня полковника армии.

Глава 13

Глава 13

Вновь раздавшийся глубокий гул на этот раз не заставил Айнару в страхе подскочить на своей кровати. Возможно, она была к нему уже готова, возможно, причина была в том, что она этой ночью так и не сомкнула глаз, к утру вымотавшись настолько, что большинство событий происходили словно не с ней, а всего лишь затрагивали краешек погруженного в тягостные раздумья сознания.

Рокси сразу заметила, что еще вечером вернувшаяся в слезах госпожа с самого утра не похожа на саму себя: всегда собранная и внимательная, она на этот раз отвечала невпопад, постоянно что-то переспрашивала, иногда замирала на одном месте, потерянно глядя в одну точку. И самым страшным было то, что полувампир понятия не имела о том, что же было причиной.

Как она вчера ни умоляла, но Айнара наотрез отказалась брать ее с собой, сказав, что разобраться с лживым ленвайлдом, не имеющим мужества даже открыто назвать девушке свое имя, в состоянии и сама. Ее не было почти до заката, а затем она вернулась, вся в слезах, даже не стала ничего объяснять, а прямо в платье рухнула на кровать, продолжая рыдать.

- Может, расскажешь, что вчера произошло? – все же полюбопытствовала Рокси, требовательно глядя на мелиссу.

- Что? – в очередной раз отвлеклась девушка от своих внутренних раздумий.

- Так, - телохранительница поняла, что пора брать все в свои руки. – Либо ты сейчас же все рассказываешь сама, либо я начинаю приводить тебя в чувство.

- А, ты об этом, - грустно усмехнулась Айнара. – Можно сказать, что все в порядке. Мы были правы – он оказался ленвайлдом Асги да'Равери. Мы почти мило побеседовали, если бы…

- Если бы что? – нахмурилась Рокси, предчувствуя, что ничего хорошего за этими словами не последует.

- Боги, что же я натворила? – мелисса вновь опустилась на свою кровать, закрыв лицо руками, так что теперь полувампиру приходилось прислушиваться к ее словам. – Я обвинила его в трусости, ударила по лицу, заставила прочитать этот проклятый приказ… И все это я сделала с человеком, в полной власти которого мы находимся. Что же я наделала?

- Ну, может, еще ничего страшного? – Рокси покрылась холодным потом, судорожно начав перебирать в голове планы спасения. – В конце концов, он ведь нас обманул.

- Да никого он не обманывал, - Айнара вытерла слезы, подняв на телохранительницу покрасневшие глаза. – Я всю ночь прокручивала в голове наши разговоры, и ни разу не смогла найти признаков лжи. О чем-то он умалчивал, где-то давал возможность самим придумывать, что захочется. Но обмана не было.

- И что же нам теперь делать? – полувампир хищным взглядом обвела комнату. – Надо придумать способ незаметно отсюда исчезнуть. Лучше, конечно, было бы все это совершить ночью…

- Не вздумай! – мелисса даже вздрогнула, вспомнив предрассветный кошмар на постоялом дворе. – Поверь, я даже думать не хочу о том ужасе, который мне довелось пережить.

В дверь постучали, размеренно и настойчиво, словно сразу давая понять, что уловки с еще не проснувшимися гостями не сработают - все прекрасно все знают, и открыть все равно придется. Резонно рассудив, что хуже уже не будет, Айнара подошла в двери и распахнула ее, ожидая кого угодно.

Стоящая за дверью Эссара внимательно изучила девушку и пренебрежительно подняла бровь, глядя на заплаканные глаза. Изобразив всего лишь намек на поклон, служанка холодно обронила:

- Рассвет. Ленвайлд приглашает всех вас на завтрак с ним. Советую поторопиться, поскольку в дальнейшем господин Асги намерен отбыть по делам лена. И… приведите себя в порядок. Появляться за столом в столь непотребном виде неприлично даже для таких гостей.

- Ах, ты, - Айнара едва успела перехватить рванувшуюся ответить на укол Рокси. – Я до тебя доберусь, дрянь такая.

- Жду с нетерпением, - Эссара даже не моргнула, когда перед ее лицом мелькнули скрюченные пальцы телохранительницы, все так же чуть склонив голову, словно получив приказ от господина.

А когда она ее подняла, Рокси увидела… нет, не улыбку, всего лишь намек, легкую тень, но от источаемой ею жажды крови и золотистого отблеска в глазах ей стало не по себе. Возможно, именно на это намекала Шани, когда рассказывала о том, что Эссара беззаветно предана Асги – они же оба одинаково безумны.

- Ну, вот и отпрыгались? – затравленно заозиралась Рокси.

- Здесь что-то не так, - задумалась Айнара. – Почему он пригласил на завтрак? Ведь он мог бы этого и не делать. Зачем ему нужны мы все? Можно же по-тихому прирезать всех в своих комнатах.

- Что думаешь? – полувампир подобралась, приготовившись получать приказы от вновь вернувшейся к реальности госпожи.

- Думаю, что он принял какое-то решение, - Айнара критически оглядела себя и удивилась, будто только сейчас заметив, что платье было порядком измято. – Помоги мне переодеться. И позови Найни с его отрядом. Ленвайлд ведь передал, что приглашает всех.

- А если он имел в виду только нас? – нахмурилась Рокси.

- Тогда пусть выражается яснее, - ослепительно улыбнулась девушка, недовольно осматривая себя в зеркало и спешно принявшись приводить себя в порядок.

Нельзя сказать, что они тянули время как могли, в конце концов, Айнара сама прекрасно понимала, что если она перейдет невидимую, но явно существующую грань, то завтракать будет исключительно со своими гвардейцами. Поэтому мелисса старательно выждала положенное, по ее мнению, время, чтобы ее опоздание на завтрак уже считалось хорошим тоном заботящейся о своем внешнем виде девушки, но еще не успело перейти рамки приличий.

В главном зале донжона стоял уже накрытый стол, уставленный тарелками, салатницами, блюдами, подносами, и в свете магических светильников восседал за ним всего лишь один человек – ленвайлд Асги да’Равери собственной персоной в своей неизменной хламиде и с латной перчаткой на левой руке, в довольно неплохом темпе работающий ножом и вилкой. Айнара мысленно похвалила себя за безупречность внутреннего чутья: господин Забытых Земель явно торопился, и опоздание мелиссы не явилось бы для него достаточным основанием для того, чтобы отложить поездку.

Асги всего на мгновение поднял свои глаза на Айнару, и девушка почувствовала, как ее пробрала дрожь. Нет, не от страха. Она сама не могла сказать, почему, но ленвайлда она не боялась. Она признавала его странность, догадывалась о его возможностях, горела желанием приоткрыть завесу тайны над его личностью, но страха не было. Просто ленвайлд временами казался ей не от мира сего, каким-то потусторонним человеком. Даже этот мимолетный взгляд успел словно пронзить Айнару насквозь, вывернуть наизнанку, вытащить на свет все, что происходило ночью, и мелисса внезапно почувствовала, что… краснеет?

Ее опасения подтвердила незаметно дернувшая за рукав Рокси. Айнара прижала ладони к щекам. Что же такое происходит? Чтобы она, Каменная Дева, мелисса, за всю свою жизнь не одарившая благосклонностью ни одного ухажера, не подарившая ни одного поцелуя, порядком подпортившая репутацию не одной придворной дамы, и покраснела? Да что не так с этим ленвайлдом?!

- Времени у нас немного, - Асги все же поднялся и отодвинул мелиссе стул, ясно давая понять, что для девушки он отвел место напротив себя. – Присаживайтесь. Беседовать будем за столом, уж извините.

- Ну, спасибо и на том, что соизволили пригласить, - буркнула Айнара, с величием императрицы присев на стул и давая знак столпившимся за спиной гвардейцам, чтобы они тоже усаживались за стол.

- Если бы не обстоятельства, поверьте, у меня бы даже мысли подобной не возникло, - вернул шпильку ленвайлд, накладывая себе в тарелку приличную горку салата. – А почему здесь не все? Вижу, что четверых не хватает.

- Что поделать? – оскалилась мелисса, изображая любезную улыбку. – Кому-то приходится нести службу.

- Упрямство, дорогая мелисса, до добра вас точно не доведет, - покачал головой Асги и основательно приложился к бокалу с красным вином. – Я ведь уже говорил: здесь некого бояться. Никто вас не ограбит, не убьет, не покусится на вашу честь. Что бы ни говорили о нашем лене, но жить здесь можно совершенно безбоязненно.

- Конечно, - не удержалась от язвительности полувампир. – Но только до наступления ночи?

- До наступления ночи, - подтвердил ленвайлд и вопросительно посмотрел на Айнару, покачивая в руках бутылку. – У всего своя цена.

- Нет, благодарю, - девушка покачала головой, отказываясь от выпивки. – Как-то не привыкла начинать день с вина. Предпочитаю, чтобы у меня было чистое сознание.

- Как хотите, - Асги пожал плечами и вылил остатки в свой бокал. – А мне надо потерю крови компенсировать.

- И чем же это вы таким занимались, что пришлось ее терять? – не удержалась Айнара.

- А вот это, к счастью, не вашего ума дело, - ленвайлд точным умелым движением распластал хорошо пропеченную тушку какого-то зверя и перетащил несколько кусочков мяса себе, едва ли не урча от удовольствия. – Собственно, я не за этим вас пригласил… А почему вы не завтракаете?

Айнара и ее люди, последовав настойчивому приглашению, столбами сидели за столом, мрачно глядя в стол и не прикасаясь к блюдам. Мелисса, прищурившись, испытующе уставилась на Асги и сверлила его взглядом до тех пор, пока он не почувствовал это и не поднял голову. Ничего… Айнара не увидела ни малейшего отблеска сомнений, радости, страха. Эти глаза странного золотого цвета были совершенно спокойными.

- Думаете, что еда отравлена? – догадался ленвайлд и рассмеялся. – Я вас умоляю… Если бы я хотел что-то сделать со всеми вами, мне не пришлось бы так утруждаться: приводить в замок, готовить на вас всех, подсыпать яд, самому заранее принимать противоядие… Это так утомительно и ненадежно.

- А что надежнее? – с вызовом поинтересовалась Айнара.

- Руки, - Асги отодвинул опустевшую тарелку, допил вино, аккуратно вытер губы салфеткой и откинулся на спинку своего стула, не сводя глаз с девушки. – Ладно, если ты так хочешь, давай закончим с этой комедией.

- О чем ты?

- О том, что ты и сама прекрасно поняла, - господин Забытых Земель криво усмехнулся. – Ты же догадалась, что я вас позвал отнюдь не на завтрак.

- А для чего же? – вкрадчиво спросила Рокси, подбираясь для прыжка.

- Для принятия решения, - Асги пожал плечами. – Эссара! Отправь-ка гвардейцев этой особы на кухню, пусть Шани накормит их по-нормальному. Нечего походные рационы подъедать, они еще понадобиться могут. А мы в это время с госпожой поговорим по душам.

- Ленвайлд, может, мне лучше остаться? – с надеждой обратилась к Асги служанка, но, наткнувшись на твердый встречный взгляд, прикусила губу, и, сдерживая слезы, склонила голову.

- Найни и Рокси останутся со мной, - решительно возразила Айнара, вызвав не бурю эмоций, как она предполагала, а всего лишь вялое пожатие плечами.

Гвардейцы вышли, оставив в зале четверых человек. Асги долгое время молчал, переводя взгляд с одного гостя на другого. Что представляла из себя Рокси, он уже знал. Ему даже не надо было ее провоцировать, чтобы определить пределы возможностей ее тела и сознания. Найни пока еще был темной лошадкой, хотя Асги сильно сомневался, что стражник сможет ему помешать. Здесь главная трудность состояла скорее в том, чтобы определить степень доверия между ним и госпожой, но, судя по тому, что он остался за столом, Айнара в известной степени позволяла усатому воину участвовать в принятии важных решений. И сама мелисса… Странная, пугающая и при этом весьма притягательная особа…

- Итак? – осмелилась нарушить молчание девушка.

- Ах, да, - Асги улыбнулся. – У нас ведь кое-кто не любит неопределенность…

- Мог бы и не напоминать, - вновь отчаянно покраснела Айнара, вспомнив, что накануне умудрилась еще и напиться.

- Как скажешь, - легко согласился ленвайлд.

- Ты обмолвился о том, что нам нужно что-то решить, - напомнила Рокси.

- Совершенно верно, - Асги мило улыбнулся, но за этой улыбкой полувампиру почудился оскал. – У меня возникла проблема, которую необходимо решить. И эта проблема – вы.

- Как это – мы? – у Айнары пересохло в горле.

- Именно так, как ты и поняла, - кивнул ленвайлд, не обращая никакого внимания на руку Найни, медленно ползущую к ножнам. – Просто пока почему-то отказываешься в это поверить.

- Все дело в приказе?

- И в нем тоже, - Асги задумчиво кивнул, все так же неотрывно глядя на Айнару и заставляя ее чувствовать себя крайне неуютно. – Помнишь, о чем я говорил, когда мы шли через лес?

- Это когда ты прикинулся сакрегаром личной охраны? – не преминула напомнить девушка.

- Могла бы и не напоминать, - вынужден был повторить слова своей гостьи ленвайлд. – Я обмолвился о том, что понятия не имею, с каким именно приказом вы могли здесь появиться. Не исключено, что там было два конверта, и второй, в котором содержалось указание убить меня, было бы велено передать вам… Вариантов много, а потому размышлять на эту тему считаю бессмысленным занятием. История, как мы знаем, сослагательного наклонения не терпит…

- А можно ближе к теме нашей беседы? – не выдержала девушка.

- Да, конечно, - царственно кивнул Асги. – Как будет угодно. Но сначала я хотел бы тактично выяснить степень доверия к тем особам, которые были оставлены за этим столом. Во избежание, так сказать…

Айнара потемнела лицом от гнева. В любом случае, отпускать Рокси, которой она безоговорочно доверяла свою жизнь, девушка не собиралась, а Найни, присматривавший за мелиссой с ее младых ногтей, и вовсе был обязательной частью любого мало-мальски значимого события в жизни Айнары. И сам вопрос, возникший в процессе весьма странного завтрака, если и не оскорблял мелиссу, то по меньшей мере звучал достаточно дико.

- А вот это, как кое-кто недавно выразился, не вашего ума дело, - набычилась девушка. – Я считаю, что эти люди вправе слышать, о чем пойдет речь.

Асги поднял на девушку удивленные глаза, после чего внимательно осмотрел Рокси и Найни и пожал плечами:

- Мне, собственно, наплевать, - ленвайлд снова взялся за бокал. – Речь пойдет о словах самого Императора. Никому ведь не нужно пояснять, что это значит? За разглашение – обвинение в государственной измене и суд с последующей казнью. За подслушивание – тот же суд, который может смилостивиться до пожизненного заключения в какой-нибудь особо заброшенной тюрьме. Вам, мелисса, собственно, терять нечего, а вот о подчиненных я бы все же подумал: ссылка – еще не конец всей жизни.

Айнара нахмурилась, признавая правоту ленвайлда. Действительно, Найни и Рокси могут услышать то, что им совершенно не понравится, но поделать с этим они ничего не смогут. Вариантов у них будет всего два: либо сжать зубы и выполнять то, что приказано, или хотя бы не препятствовать этому, либо воспротивиться воле Императора и получить статус врага короны. И никому не надо объяснять, какие минусы из всего этого вытекают. Но это было лишь одной стороной медали…

- Они останутся со мной, - упрямо выдала Айнара. – Это моя семья, мне от них скрывать нечего.

- Как скажешь, - Асги пожал плечами. – Итак, я ознакомился с содержимым конверта, который ты так милостиво мне вчера передала. Как я и предполагал, ничего сверхъестественного там не было. Приказ непосредственно от Родерика Второго любыми средствами держать тебя в Забытых Землях.

- Любыми? – непонимающе переспросила девушка.

- Мне казалось, что я достаточно внятно говорю, - ленвайлд с удивлением уставился на Айнару. – Любыми.

- То есть, ты…, - мелисса, ощутив, как пересохло в горле, даже не смогла закончить свою мысль.

- Именно, - Асги с кривой усмешкой кивнул. – Ты все правильно поняла.

Найни, еще не поняв, о чем идет речь, все же почувствовал, что дело начинает пахнуть жареным, и потянулся к рукояти меча. Однако ленвайлд бросил на него отчасти удивленный взгляд, и потомок берсеркеров застыл, будто пригвожденный к стулу. Он был далеко не слабым человеком, а уж предки и вовсе озаботились тем, чтобы потомство было способно выжить в любых условиях: тренировали с самого детства все, что только было возможно. Потому Найни был не просто боевым безумцем, способным не обращать внимания на раны и драться до полнейшего изнеможения. Отнюдь. Этот седоусый гвардеец по своей сути был едва ли не произведением искусства боевой подготовки, умея впадать в частичный боевой транс, позволявший с характерной яростью крушить врагов, но сохранявший достаточное количество трезвого рассудка, чтобы в пылу схватки не пройтись еще и по своим.

И сейчас Найни, прекрасно знавший свои возможности и их пределы, совершенно ясно понял, что не сможет ничего противопоставить ленвайлду. Даже если полностью погрузится в боевое безумие. Максимум, что он сможет сделать – выиграть немного времени для Айнары, которая могла бы броситься бежать. Но догонит ее Асги через пять шагов или через десять – большой разницы не было.

- И что ты планируешь делать? – девушка гигантским усилием воли взяла себя в руки.

- Честно? – ленвайлд вновь переключился на завтрак. – Ничего.

- В смысле? – мелисса почувствовала себя так, будто уличный мошенник водит ее за нос. – То буду, то не буду… То приказали, то не надо.

- Давай заглянем немного дальше, - золотоглазый с тяжелым вздохом и явным сожалением отодвинул от себя опустевшую тарелку и откинулся на спинку кресла, вытирая губы салфеткой. – Итак, ты получила от Императора приказ. Что будет являться показателем его выполнения?

- Ну, то, что я замужем за ленвайлдом Асги да’Равери, - непонимающе буркнула Айнара. – Причем здесь это?

- Правильно, - ленвайлд кивнул. – При этом идеально было бы, если бы ты при этом еще не совала носа в столицу. Теперь смотрим с другой стороны: что будет свидетельствовать о выполнении приказов мной?

- М-м, моя смерть? – вопросительно подняла бровь девушка, уже не чувствуя такого страха, как несколько минут назад.

- Неправильно, - Асги покачал головой, укоризненно глядя на девушку: можно было бы соображать и лучше, поднаторев в придворных интригах. – То же самое: твое отсутствие в столице. Думаешь, кто-то захочет ехать и проверять, что с тобой случилось? Поверь, если ты больше не при дворе императора, то никому и дела до тебя не будет.

- К чему ты ведешь? – нахмурилась Рокси, даже не рискуя хвататься за оружие. Она прекрасно знала возможности Асги: он успеет произнести свое слово раньше, чем она коснется рукояти стилета.

- К тому, что мне нет необходимости ничего с вами делать, - ленвайлд посмотрел на своих собеседников, как на маленьких детей. – Вы еще не поняли? Тот, кто отдал этот приказ, собирался убить двух зайцев одним выстрелом. И если с первым зайцем все понятно, то вторая жертва вызывает у меня очень много вопросов.

- И кто же она? – Айнара прищурилась, приготовившись слушать о еще одной несчастной, которая попала в сети проклятых земель.

- Я, - ленвайлд поднялся на ноги и потянулся. – Если я тебя не убью, значит, я не выполнил приказ императора и должен за это ответить. Если я выполню приказ императора, то убью тебя и должен буду отвечать уже за преступление против высокородной. Куда ни кинь, всюду клин. Так что пока мне нужно время, чтобы разобраться в том, кто же этот охотник.

- И что ты будешь делать, когда узнаешь, кто это? – девушка вопросительно уставилась на Асги.

- Докажу, что попытка усидеть разом на двух стульях – не очень хорошая затея, - оскалился ленвайлд в улыбке, не предвещавшей ничего хорошего. – Сожалею, но вынужден откланяться, ибо неотложные дела лена требуют моего непосредственного присутствия. Оставляю замок в полном вашем распоряжении, но при этом не рекомендую отлучаться куда-либо на сколько-нибудь продолжительное время.

- Почему?

- Тучи, - коротко пояснил Асги. – Они не дадут правильно определить время заката, и вы рискуете остаться на улице после наступления ночи. Поэтому я бы посоветовал вообще воздержаться от длительных прогулок. За сим прощаюсь и желаю приятно провести время.

- Как это понимать? – вскочила на ноги Айнара. – Мы что – пленники?

- Нет, - ленвайлд улыбнулся. – Как можно было такое подумать? Гости. Прошу прощения, меня ждут дела.

Легко кивнув головой на прощание, Асги покинул донжон, оставив мелиссу стоять посреди зала с глупым выражением на лице. Она совершенно не понимала, что происходит. Только что на ее глазах гражданин империи Маолан отказался выполнять приказ императора, мотивировав это какими-то личными домыслами и выводами. Хрупкая жизнь девушки перестала принадлежать ей и теперь целиком и полностью находилась во власти этого странного и страшного человека, который так буднично рассказал ей о приказе вычеркнуть мелиссу из списка живущих на этом свете. А ее личная охрана не сделала ни малейшей попытки защитить свою госпожу.

- И как это понимать? – Айнара повернулась к Найни и Рокси. – Меня тут собрались, как бы это помягче выразиться, немножко убить, а вы даже ухом не ведете?

- А смысл? – Найни пожал плечами.

- Не поняла, - девушка уставилась на гвардейца широко открытыми глазами.

- Во-первых, если бы он действительно решил тебя убить, то уже убил бы. Без предисловий, предупреждений, цитирования приказов и прочей шелухи. Поверь мне, - стражник задумчиво смотрел на вилку, которую крутил в руках. – Во-вторых, если бы он собрался это сделать, то препятствием для него не стали бы ни я, ни Рокси, ни весь наш отряд, ни вся гвардия императора.

- Откуда такая уверенность? – прищурилась мелисса.

- В глаза ему посмотрел, - совершенно серьезно ответил Найни. – Ты, конечно, в реальном бою не бывала, да тебе и не положено, коли уж на то пошло, но чтобы не увидеть отражение своей смерти – слепым быть надо.

- Найни боится смерти? – усмехнулась Рокси, недоверчиво глядя на берсеркера. – Это что-то новенькое.

- Не смерти, - спокойно покачал головой гвардеец. – К тому, что я в любой момент могу покинуть этот мир, меня готовили с детства. Но тут… в его глазах читается что-то похуже.

- И что же это? – Айнара затаила дыхание.

- Сам не до конца понял, - Найни покачал головой и отпихнул от себя тарелку. – Как бы тебе сказать… Странное такое ощущение, словно он может отнять то, что у тебя может быть после смерти. Понимаешь?

- Не совсем, - девушка покачала головой.

- Не бери в голову, - гвардеец усмехнулся. – Может, я просто стареть начинаю.

- Не сказала бы, - полувампир скрипнула зубами, опомнилась и недоверчиво посмотрела на вилку, которую неосознанно смяла в комок. – Твой возраст тут ни при чем. Тут действительно все странное, и твои ощущения – не исключение.

- Да что же ты такое, Асги да’Равери? – прошептала мелисса, поворачиваясь к двери, ведущей на улицу.

Глава 14

Глава 14

Айнара задумчиво посмотрела на закрытую дверь, а затем выскочила во внутренний двор и остановилась на пороге донжона, глядя на ленвайлда. Тот как раз стоял рядом с конюшней и тихо о чем-то переговаривался с конюхом, поглаживая по морде уже знакомую всем лошадь, которая приветливо кивала головой, изредка потряхивая гривой и шутливо пытаясь схватить Асги за руку своими страшными острыми зубами. Золотоглазый улыбался, отвешивал ей обидные щелчки по носу и снова гладил, словно приглашая продолжить эту странную игру.

- Ненавижу, - послышалось из-за спины бурчание Найни. Гордый сын вечных снегов терпеть не мог морось, которая не просто капала с неба, а словно постоянно висела в воздухе, проникая в каждый шов одежды, под каждую деталь доспеха, издевательски вытягивая тепло из тела.

Мелисса тяжело вздохнула: даже на животину он смотрел с улыбкой, а на нее…

С другой стороны, а на что она рассчитывала? Ленвайлд жил своей жизнью. Пусть замкнутой, одинокой, даже страшной, но своей; а тут в нее внезапно вмешалась мелисса, принеся с собой беспокойство, опасность, возможно, даже угрозу. С чего бы ему радоваться всему этому? А девушка была бы совсем не против, чтобы ленвайлд вот так же, немного склонив набок голову, иронично приподняв правую бровь и слегка улыбаясь, посмотрел на нее.

Кивнув на прощание конюху, Асги накинул на голову капюшон и побрел прочь по извилистым проходам Черного Замка, не обращая внимания на стоявших на пороге гостей, хотя не было ни малейшего сомнения в том, что он прекрасно знает, где они находятся. Айнара все еще стояла и смотрела на его спину, позабыв про накрапывающий с неба мелкий противный дождь, ни на что не рассчитывая. Она сама понимала, что по отношению к Асги чувствует лишь злость, недоумение, недоверие, но при этом ощущала, что с каждым его шагом от нее словно отдаляется что-то очень важное. Она не могла сказать, что именно, но это было не менее важным чем то, что она осознала на том постоялом дворе, когда ощутила всю враждебность Забытых Земель.

Ленвайлд замедлил шаг и, словно ощутив на себе взгляд Айнары, обернулся. Всего на мгновение, но девушка почувствовала, что время словно застыло. Весь мир для нее превратился в эти золотые глаза, смотрящие в самую душу. С каждым ударом сердца они разгорались все ярче, превратившись из двух янтарных камней в озера расплавленного золота. Девушка почувствовала, что на нее начинает накатывать уже знакомый страх, но на этот раз она знала его источник и не собиралась сдаваться. Сжав зубы, она выпрямилась, дрожа, но не отводя взгляда от ленвайлда. Сила, исходящая от золотых глаз, сметала все внутренние укрепления, ломала, безжалостно выкручивала, но Айнара почувствовала, что причина всего этого прячется гораздо глубже, чем выставленная напоказ ненависть к чужакам.

Страх? Нет, Асги не боялся. Девушка поняла о чем говорил Найни: наверное, в мире не существовало явления, которое могло бы напугать ленвайлда. Сила? Да, золотоглазый был невероятно, необъятно, необъяснимо силен, но эта сила бушевала внутри тщательно выверенных границ, не пересекая их.

За этим ревущим золотом глаз мелисса ощущала тоску, печаль, одиночество и что-то еще, что пугало и интриговало одновременно, но никак не поддавалось определению, словно ингредиент салата: вроде как его ощущаешь, но никак не можешь сообразить, что же именно добавил этот проклятый повар. Какие странные или страшные желания прятал этот нелюдимый ленвайлд? О чем говорил взгляд его нечеловеческих глаз? Девушка с ума сходила от невозможности поймать за хвост мысль, которая вертелась прямо на виду.

Айнара ощутила нарастающую боль в левой ладони. Зашипев, она повернула голову и отдернула руку от Рокси, которая с каменным лицом все глубже выпускала коготь ей в ладонь.

- С ума сошла? – девушка принялась растирать руку.

- Это ты меня спрашиваешь? – полувампир поиграла желваками. – Долго мы тут стоять еще будем?

- Долго? – Айнара хмыкнула. – Не знала, что несколько секунд для тебя это…

Она повернула голову, с недоумением оглядывая пустой двор.

- А где он?!

- Асги? – Рокси осуждающе вздохнула. – Уже четверть часа как ушел. Повернулся, посмотрел на тебя и убрел во-он по тому проходу, а ты на месте стояла, смотрела ему вслед и чего-то шептала. Я так и не разобрала.

- Шептала? – Айнара непонимающе посмотрела на полувампира.

- Ага, - телохранительница покачала головой. – Честное слово, как любимого на войну провожала. Оставалось только слезу уронить и платочком вслед помахать.

- Этого еще не хватало, - мелисса шутливо толкнула Рокси в плечо. – Давайте внутрь: нечего тут дрогнуть, еще подхватим что-нибудь под этой хмарью.

Найни с Рокси, о чем-то перешептываясь и похихикивая, при этом многозначительно посматривая на Айнару, пошли в донжон, а девушка еще некоторое время стояла, глядя на опустевший двор, а затем последовала за ними.

Хлопнув дверью, мелисса прислонилась к ней спиной и некоторое время размышляла над тем, что же им всем делать дальше. По большому счету, их основная задача была выполнена – поручение императора передано ленвайлду, который теперь просто-напросто от греха подальше сбежал из своего Черного Замка, пытаясь прикрыть этот трусливый маневр заботой о своих владениях. Чем заниматься дальше, Айнара решительно не представляла.

- И какие будут предложения? – девушка медленно подошла к столу и вольготно развалилась на кресле, с сомнениями глядя на початую бутылку вина.

- Ты о чем? – Рокси непонимающе посмотрела на хозяйку.

- Что дальше будем делать? – Айнара вопрошающе подняла брови. – Сидеть здесь и ждать у моря погоды? Рассчитывать на благосклонность ленвайлда? Становиться женой этого странного человека? Или будем бороться и искать выход?

- Ну, учитывая твой характер, думаю, что особого выбора у нас и нет, - Найни тяжело вздохнул. – Но я бы повременил.

- С чем? – не поняла Айнара.

- С опрометчивыми шагами, - стражник пожал плечами. – Как ни крути, но мы в ловушке. Нас слишком мало, чтобы пытаться найти способ улизнуть отсюда. Кроме того, ленвайлд, надо отдать ему должное, хорошо продумал свои ходы…

- Ты не заболел? – озаботилась Рокси, пытаясь потрогать лоб Найни, от чего тот отмахнулся.

- Сама посуди, - гвардеец начал неторопливо загибать пальцы. – Во-первых, ни один из нас не знает обратной дороги…

- Но мы ведь сюда добрались! – пылко возразила мелисса.

Гвардеец рассмеялся и поманил за собой:

- Пошли. Покажу вам кое-что…

Все трое миновали уже знакомую лестницу, ведущую через четвертый этаж дальше, и поднялись на верхнюю площадку донжона. Берсеркер подошел к зубцам с одной стороны, покрутил головой, что-то изучая, затем прошел к другой, третьей…

- Смотрите, - Найни обвел рукой пространство вокруг Черного Замка. – Видите? Из леса выходят шесть дорог, которые через деревню ведут прямо к главным воротам. Каждая из них выглядит примерно одинаково, это значит, что навскидку мы не можем определить ту, которая используется чаще других. Как вы помните, Асги привел нас в замок и вовсе седьмым путем, исключив возможность запомнить дорогу.

- Да, - Айнара снова куснула себя за ноготь, с прищуром изучая кромку дальнего леса. – Он решил, что ему безопаснее рассказать о владении магией крови, нежели открыть путь до замка.

- А это значит, что путь существует, - спокойно подтвердил гвардеец, сложив руки на груди и прислонившись спиной к одному из зубцов на верхней площадке донжона. – Только что это нам дает? Ровным счетом ничего.

- Как это? – Рокси едва удержалась от того, чтобы стряхнуть берсеркера хорошенько. – Мы же знаем, куда нам надо идти…

- И куда? – Найни издевательски усмехнулся, не упуская возможность подтрунить над телохранительницей.

- Ну-у-у, - полувампир задумалась, вертя головой по сторонам. – Хотя бы вон туда.

- Случайное направление? – берсеркер хмыкнул. – Можешь попробовать.

- Ты говоришь так, словно знаешь, что из этого ничего не выйдет, - мелисса повернулась к гвардейцу, требовательно глядя на него.

- Нет, конечно. Не знаю, - Найни пожал плечами. – Но с очень высокой долей вероятности предполагаю. Вы обратили внимание на два интересных факта?

- Даже два? – Рокси издевательски присвистнула. – Да тут этих фактов пруд пруди.

- Девочка, не мешай в одну кучу мух и котлеты, - берсеркер присел на корточки и начал водить кончиком ножа по плотно подогнанным доскам сталеницы, выцарапывая план. – Смотрите: мы прибыли в первую таверну во второй половине дня, ближе к вечеру. Благоразумно решили не ехать дальше и заночевать. Как оказалось, нас никто и не выпустил бы за ворота на ночь глядя. Второй постоялый двор располагался практически на расстоянии дневного перехода. Не наталкивает на размышления?

- Хочешь сказать…, - Айнара не закончила свою мысль.

- Именно, - Найни кивнул, глядя на свою госпожу. – Весь маршрут потенциальных гостей рассчитан до последнего шага. Они могут двигаться только по одному единственному пути: от одной таверны до другой. Свернул в сторону, загляделся на красоты леса, решил отдохнуть посреди дороги – пиши пропало. Только вперед, не снижая скорости. Но это лишь на первые несколько ночевок. Дальше будет сложнее… Если сначала можно было ехать весь день, то теперь ты будешь тратить примерно половину светового дня на то, чтобы проделать нужное количество пути, четверть на то, чтобы добраться до безопасного места, и четверть – снова выбраться на дорогу.

- Как-то все слишком сложно, - пробормотала мелисса, скептически изучая набросанную гвардейцем схему. – С чего ты взял, что это так?

- Если бы я не любил гостей, я сам так сделал бы, - берсеркер пожал плечами и выпрямился, глядя на голубоватую линию леса, отделенную от него моросью. – Несмотря на то, что никто не спрашивает у нас цель визита, без надежного провожатого сюда не попасть. Ну, пройдешь ты две-три таверны, а дальше? Шансы остаться ночью под открытым небом становятся почти стопроцентными… Дальше надо знать путь: где свернуть для поиска ночлега, как там устроиться, каким образом выбираться обратно, куда продолжать движение… И Асги словами не разбрасывается. Помните, что он сказал нам тогда: не обратишь внимание, а потом на месте дороги лес растет. Тут так же может получиться: зашел переждать ночь в одном лесу, а вышел – он уже другой.

- Ужас какой-то, - Айнара передернула плечами, представив, что они могли и вовсе не встретить самого ленвайлда и остаться ночью на улице. – Так ведь невозможно жить!

- Напротив, - гвардеец усмехнулся, чувствуя отношение девушки к Забытым Землям. – Хоть тебе и кажется, что здесь хаос, на самом деле все это совершенно не так.

- С чего ты взял?

- «На все воля ленвайлда», - тихо процитировала Рокси, заслужив одобрительный взгляд Найни. – Наш усатый друг хочет донести мысль, что во всем здесь стройная система, которая нам пока непонятна: в расположении таверн, в количестве путей, в отношении к чужеземцам.

- Молодец! – полувампир едва успела увернуться от дружеского хлопка по спине, способного выбить плечевой сустав. – Можешь ведь, если захочешь!

- А второй? – Айнара провела рукой по глазам, стряхивая нависшие на густых ресницах капли противной мороси. – Ты сказал, что мы не обратили внимания на два факта.

- Гости, - берсеркер пожал плечами. – Они здесь очень редки, а это значит, что мы не сможем найти места ночлега с той легкостью, на какую рассчитываем.

- Понятно, - мелисса задумалась.

Пока картина вырисовывалась совершенно безрадостная. Мало того, что Родерик весьма однозначно высказался о том, что не хочет видеть ее при дворе, так еще и Асги сделал так, что она не сможет самовольно уехать даже при всем своем желании. Как ни грустно было осознавать, но ленвайлд переиграл поднаторевшую в интригах девушку, с легкостью сделав ее заложницей Забытых Земель.

- Итак, насколько я понимаю, подбор отряда был в корне неправильным, - мелисса снова куснула себя за ноготь. – Мы не взяли с собой мага, глупо понадеявшись на то, что задворках империи ему просто нечего будет делать. Мы опирались на мобильность вместо того, чтобы поверить хотя бы части слухов и взять больше бойцов. Отряд в основном состоит из людей, которые умеют разбалтывать других, но в Забытых Землях, где преданность ленвайлду абсолютна, эти навыки совершенно бесполезны.

- Ну, не все так печально, - Найни, прикусив губу, снова и снова изучал едва видимые из-за мороси тропки. – У нас есть сносный следопыт, жаль, что один… Но можно выделить пару-тройку человек для его охраны. Он может хотя бы начать проверять лес. Может, на что-то наткнется. Вот только будет это нескоро. В крайнем случае, можем отправить этот отряд на разведку, чтобы нашли нормальный путь. Не думаю, что эти схроны рассчитаны больше, чем на пару переходов.

- Почему?

- Не практично, - гвардеец пожал плечами. – Если придется уходить самим, то будешь терять слишком много ценного времени. Резоннее просто поводить врага за нос, а затем быстро перемещаться самому или позволить подмоге подойти в кратчайшие сроки… Интересно, конечно.

- Что именно? – отвлеклась Айнара от тяжелых раздумий.

- Все это, - берсеркер рукой обвел территории вокруг Черного Замка. – Я не знаю, что здесь было до того, как стал править Асги, но то, что я вижу сейчас, выглядит очень странно.

- Ты о чем? – нахмурилась Рокси.

- Понимаешь, если кто-то решает начать захват чужих земель – вражеских или дружественных, - финальное сражение обычно разворачивается за вотчину господина. То есть, хочешь победить – захвати замок, - Найни поднял перед собой руки, предусмотрительно пресекая возможные возражения. – Конечно, мы говорим только о том случае, когда владелец земель порядочный и смелый человек, не собирающийся сдаваться, сбегать и потом ябедничать императору. Поэтому при грамотно построенной стратегии наступающие войска при продвижении к сердцу земель несут не так уж много потерь. Опять же, если противник не решит вдруг дать генеральное сражение…

- Слишком много «если», - Айнара покачала головой. – Ближе к истине!

- Как скажешь, - берсеркер усмехнулся. – Забытые Земли – это один огромнейший замок. Весь этот лен от южных границ до северных представляет из себя единую систему обороны, которая начинает работать, как только противник вторгается на ее территорию. Ни секунды передышки, невозможность пополнить припасы, неослабевающее давление ночью… К тому времени, как вражеское войско подойдет к цели своего вторжения, оно будет обессилено, измотано, истощено, в то время как обороняющиеся находятся на своей территории, прекрасно знают местность, ее особенности, имеют запас провизии и план действий.

- Ты хочешь сказать…

- Я не удивлюсь, если за все время существования Забытых Земель никто даже не пробовал их захватить, - Найни покачал головой. – Я не знаю, что именно здесь сумел переделать Асги, но лично я вижу только один вариант победы: превратить все на своем пути в пустыню. Но в таком случае, как сами прекрасно понимаете, эта территория уже никому не будет нужна.

Айнара подошла к зубчатой стене донжона и уже по-другому посмотрела на линию леса. До того, как гвардеец рассказал ей о своих мыслях, Забытые Земли представлялись ей совсем не такими… Казалось, что это ужасное место, в которое сбегают люди, не нашедшие в себе сил жить по законам нормального общества, всякие преступники, изгои, отщепенцы. И как люди низшего сорта, попадать они должны были в самые ужасные условия жизни.

Но теперь девушка понимала, что это совершенно не так. Ложные представления других людей о Забытых Землях заботливо культивировались, взращивались и подогревались в первую очередь самими жителями лена, которым было совершенно не нужно чужое внимание. Никто здесь никого зверски не убивал, не грабил и не насиловал, по улицам не разгуливали монстры в обнимку с нечистью, а сам ленвайлд оказался пусть и во многом необычным, но все же человеком – в этом не было никаких сомнений. А некоторые странности вроде самостоятельно перемещающихся деревьев особого волнения в душе Айнары, за свою не очень долгую жизнь успевшей и вампиров увидеть, и с призраками в подземельях фамильного замка пообщаться, не вызывали. Кое-где и более жуткие дела творятся, и ничего: никто тревогу бить не спешит.

«Так может, Найни и прав? – девушка прикусила губу, раз за разом прокручивая в голове доводы гвардейца и стараясь взглянуть на них то с одной, то с другой стороны. – Здесь нет преступников и угроз, люди знают друг друга, знают правила жизни в этом странном месте… Это мы с нашим столичным взглядом на жизнь считаем, что все здесь зашуганы, забиты и боятся слово поперек молвить. А на деле получается, что Забытые Земли готовы дать человеку ощущение уверенности, спокойствия. В империи Маолан действуют законы, но могу ли я утверждать, что они позволяют гражданам чувствовать себя так же? Нет».

- Смотрите! – Рокси вытянула руку, указывая на край леса.

Мелисса повертела головой, пытаясь понять, к какой стороне света отнести это направление, но небо было затянуто ровным слоем темно-серых облаков, не дающих никакой надежды на то, что в ближайшие несколько часов погода наладится. Нахмурившись, она прикрыла глаза, вспоминая положение солнца в тот день, когда они прибыли в Черный Замок. Если память ей не изменяла, то…

- Северо-запад? – Айнара снова открыла глаза, глядя на то, что заинтересовало полувампира. – Что там?

- Люди, - Рокси, прищурившись, всматривалась в размытые дождем силуэты. Айнара не без гордости за свое правильное решение много лет назад заметила, что телохранительница даже пыталась принюхиваться, хотя, конечно, обычные запахи для нее не существовали. – Отряд. Девять… нет, десять человек. На лошадях. Взрослые. Мужчины.

- Как думаешь, Найни, - девушка как ни старалась, не могла различить никаких подробностей, - можно ли считать, что именно на этой тропе находится путь к спасению?

- Как знать? – берсеркер зябко передернулся. – Будь я…

- Да-да, - мелисса вздохнула. – Будь ты на месте ленвайлда, ты бы всячески старался запутывать следы и вывести чужеземцев не там, где на самом деле находится правильная дорога. Мы уже поняли твою мысль.

- Давайте спустимся вниз, - предложила Рокси. – По-моему, на сегодня мы достаточно времени провели под дождем. Если мы сами о себе не позаботимся, навряд ли это сделает наш гостеприимный хозяин.

Глава 15

Глава 15

Путь вниз занял намного меньше времени. Видимо, лестницы и переходы с темными коридорами уже становились привычными для Айнары, как и главный зал донжона, приятно пахнущий разогретым деревом и остывающим завтраком.

- Что-то мы зачастили на улицу в такую мерзопакостную погоду, - вздохнула Айнара, снова присаживаясь на свое место. – Эссара!

Служанка снова возникла, словно из ниоткуда, заставив даже Рокси невольно вздрогнуть. Мелисса нисколько не обольщалась насчет ее расторопности, потому что на довольно миловидном личике, если не обращать внимания на цвет кожи, была высочайшая степень раздражения.

- Мы немного замерзли, провожая ленвайлда в дальний путь, - девушка застенчиво опустила очи долу. – Не думали, что простая морось в ваших землях может пробрать до костей. Можно подать нам чай?

Глаза Эссары вспыхнули. В первое мгновение Айнара, вновь с легкой усмешкой взглянувшая на служанку, решила, что та все же сорвется и попробует прибить ее на месте. Однако чувство долга и своевременное упоминание её господина взяло верх, а потому Эссара скрипнула зубами, изволила едва заметно склонить голову в знак того, что услышала просьбу столь неудобных для нее гостей, и отправилась на кухню.

- Горячий, - пискнула ей в спину Айнара.

Служанка резко остановилась, словно наткнувшись на невидимую стену, после чего медленно развернулась, глядя на мелиссу не менее горящими глазами, чем это получалось у Асги:

- Не злоупотребляй моим расположением, - прошипела Эссара, оскаливая клыки. – Ты и без того ходишь по самой границе моего необъятного терпения.

Тем не менее, служанка чай принесла и даже соизволила не швырнуть на стол, а четко выверенными движениями расставить приборы перед гостями, разлить по чашкам, не проронив мимо ни капли, после чего сходить за сладостями. Айнара, предпочитавшая в столице не налегать на сдобу, без малейшего сопротивления капитулировала перед способностью Шани готовить различные виды сладкого и всего лишь мимолетно удивлялась, откусывая часть очередного эклера или пирожного, как у кухарки хватает времени на готовку такого количества блюд.

- У меня еще вопрос, - девушка, почувствовавшая благодатное тепло, поуютнее устроилась в кресле. – С донжона мы видели, что к замку направляется группа из десяти человек. Это кто?

- Видимо, гости ленвайлда, - служанка пожала плечами.

- Гости? – мелисса удивилась. – Ты хочешь сказать, что к Асги могут приезжать гости?

- Ну, вы же здесь, - Эссара пожала плечами.

- Я не об этом, - Айнара нахмурилась. – Рокси сказала, что там десять мужчин. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы предположить у них наличие оружия… А я за три дня здесь не встретила ни одного стражника. Даже на бергфриде никого нет, хотя, казалось бы, следить за появлением из леса врагов очень даже логично. Почему никто их не встречает, никто за ними не следит?

- Как же тяжело с чужаками, - служанка закатила глаза. – Вы в своей империи вообще умеете слышать? Не слушать, а именно слышать. Вам наверняка уже не один раз сказали первый закон: «На все воля ленвайлда». Если эти гости добрались до замка, значит, Асги так было угодно. Или он посчитал, что они не представляют опасности. Или он оценил исходящую от них потенциальную угрозу и решил, что мы сумеем справиться с ней своими силами… Вариантов тут много, но все они сводятся к одному…

- Да-да, - буркнула Айнара в свою вновь поднятую чашку, - «На все воля ленвайлда».

- Начинаете постигать мудрость наших земель, - издевательски поклонилась Эссара. – Совершенно верно. Неужели у вас могла возникнуть даже тень мысли о том, что кто-то может подойти к Черному Замку незамеченным? Об их приезде Асги должен был уже знать несколько дней назад.

- И что? – мелисса поставила опустевшую чашку на стол, с ногами забралась в кресло и сделала знак служанке налить еще чая, а та, увлеченная объяснениями, забыла о своей ненависти и сделала то, чего от нее и ожидали. – Не получается ли, что Асги просто в очередной раз сбежал? Если сейчас по лабиринтам замка продвигаются гости, значит, они едут именно к ленвайлду – больше тут искать некого. А он как раз в такой ответственный момент решил отлучиться.

- Поверь мне, - Эссара прикрыла глаза и улыбнулась. – Если возникнет такая необходимость, наш господин не оставит нас без помощи.

И Айнара поразилась тому, сколько обожания и слепой заразительной веры было в ее улыбке. Эссара верила в своего ленвайлда всем своим существом, не допуская даже тени сомнения в его непогрешимости или способности решить любой вопрос, не собираясь даже помышлять о поисках причины такого могущества Асги. Он был рядом, и ей этого было достаточно для того, чтобы жить.

- Хотелось бы мне знать, что им понадобилось, - Айнара спрятала улыбку за чашкой. – Кажется мне, что нас ждет очень неплохое развлечение.

- Развлечение? – служанка удивленно подняла бровь. – Думаешь, мы здесь развлекаемся?

- Не думаю, а точно знаю, - мелисса спокойно поставила полупустую чашку на стол. – Вы невероятно серьезны во всем, что касается вашего лорда или Забытых Земель, но в остальном… Я, конечно, сужу по самому Асги, а он далеко не показатель. Но ты его просто обожаешь, а значит, принимаешь его манеру поведения с другими людьми…

По лестнице спустился Райген и остановился перед входом, ожидая гостей. Звонко хлопнула входная дверь донжона, впустив в зал тот самый десяток, который Рокси заметила с башни. Судя по недовольным голосам, путешествие им совершенно не понравилось. Айнара посмотрела на отблески огня в образующихся на полу лужах и понятливо усмехнулась: видимо, с того момента, как они ушли с крыши, дождь основательно припустил. Эссара, тяжело вздохнув, направилась к гостям.

- Приветствую, - миролюбиво начала она, сделав над собой усилие, чтобы казаться приветливой и услужливой, как, собственно, и положено прислуге. – Что привело вас в Черный Замок?

- Мерзость! – повысил голос один из вновь прибывших, явно постаравшись, чтобы его услышали все присутствующие. – Какой край, такая и погода. Прими!

Все посбрасывали плащи служанке, явив взору Айнары и ее стражников однотипную одежду, разве что один из них, как раз жалующийся на дождь, одет был побогаче. Мелисса мысленно поставила себе зарубку: не каждый господин заботится о том, чтобы его люди носили одежду соответствующих геральдических цветов. Этот явно хочет, чтобы все вокруг сразу понимали, с кем им придется иметь дело, одежду шил на заказ, следил за ней. Даже сейчас заметно, с каким неудовольствием он осмотрел свои испачканные грязью сапоги.

Франтоватый тип. Айнара таких не любила, хотя прекрасно осознавала, что даже после чисток, устроенных Родериком, при дворе осталось достаточно подобных людей, для которых внешность и репутация имели гораздо большее значение, нежели реальные возможности. Такой запросто наймет того, на ком хорошо сидит форма, и при этом отправит на виселицу за не к месту появившееся пятнышко грязи, которое, по мнению некоторых хлыщей, бросает тень на репутацию господина.

Асги, например, было совершенно наплевать, в чем ходили его люди. Главное, чтобы им самим было удобно и чтобы они выполняли свои функции. Вот и разъезжали по Забытым Землям вассалы ленвайлда да’Равери одетые, кто во что горазд. Айнара поймала себя на мысли, что начинает сравнивать других с ленвайлдом, и нахмурилась: ей не очень понравилось то, что Асги начинает занимать в ее мыслях определенное место, вернее, то постоянство, с которым он в них всплывает.

- Где ваш ленвайлд? – франт стянул тонкие перчатки и пригладил мокрые светлые волосы, требовательно глядя на Райгена.

- Господин Асги да’Равери сейчас не в замке, - спокойно ответил советник ленвайлда. – В его отсутствие я уполномочен решать возникающие проблемы. Чем могу помочь?

- Мне. Нужен. Асги, - прошипел неизвестный, презрительно поджав губы. Видимо, считал ниже своего достоинства общаться с прислугой. – Когда он вернется?

- Мы и сами были бы не против это знать, – мелисса глядела на гостя из глубины кресла, уютно устроившись в нем прямо с ногами и потягивая пока еще горячий чай. – Может, подкрепитесь с дороги? Погода не из приятных. Согреетесь…

- Не имею привычки питаться объедками, - аристократ – в этом больше не было ни малейших сомнений – подошел к столу и бросил на него презрительный взгляд.

- Ну, зачем же так сразу? – примирительно покачала головой девушка. – Сейчас мы все устроим… Эссара, скажи, чтобы убрали со стола и подали новые приборы…

Служанка нахмурившись повернулась к Айнаре с намерением выяснить отношения и явно не понимая, с какой стати та решила ей приказывать, но нерешительно остановилась, наткнувшись на сверкнувшие глаза, едва заметный кивок головой и слегка приподнятый в издевательской улыбке уголок губ.

- Слушаюсь, - Эссара поклонилась и отправилась на кухню; постаравшись пройти мимо Айнары, едва слышно прошипела: – Совсем ополоумела?

- Помоги мне немного, - чуть слышно ответила мелисса, вновь прячась за чашкой, – а потом смотри и наслаждайся.

Эссара, хмыкнув, ушла, а девушка внимательнее присмотрелась к посетителям Черного Замка. Девять мужчин разной степени потрепанности жизнью не вызывали никакого интереса, сразу записавшись в разряд простых охранников неопределенной приближенности к господину. А десятый – тот самый, что решил публично выразить недовольство погодой – выделялся. И богатством костюма, и чрезмерно утонченной внешностью, и аристократической бледностью…

Айнара поставила бы на то, что он является таким же ленвайлдом, что и Асги. На более высокий титул он не тянул ни внешностью, ни поведением, а к низкому не позволяло причислить выставляемое напоказ богатство. Видимо, этим он старался компенсировать собственную невзрачность: светлые волосы непонятного оттенка, чахлые усики над капризно поджатой губой, почти прозрачные глаза чуть навыкате.

- Могу я чем-то помочь? – проворковала Айнара, томно пряча глазки.

- Мне нужен этот проходимец, - прорычал аристократ, пытаясь бешено вращать глазами, что получалось у него, честно говоря, не очень убедительно.

- Какой именно? – все тем же ангельским голосом поинтересовалась мелисса.

- В смысле? – яростный настрой оказался сбит одним единственным вопросом.

- Какой именно из проходимцев вам нужен? – не сочла за труд уточнить девушка.

- Хотите сказать, что их тут несколько?

- Это не я сказала, - Айнара пожала плечами.

- То есть? – опешил аристократ.

Эссара с помощью нескольких служанок, которых до этого Айнара ни разу не видела, появилась из дверей, ведущий на кухню, и принялась расставлять на столе приборы и свежие блюда, чутко прислушиваясь к разговору.

- То и есть, - мелисса с тяжелым вздохом поставила чашку на стол. – Вы заявились в чужой замок, назвали неизвестную мне личность проходимцем, не предоставив при этом никаких доказательств, не указав на конкретного человека. Отсюда я делаю вывод, что проходимцами вы считаете всех…

- Да как ты..., - аристократ побагровел. – Я ленвайлд Дариил да’Рамари, один из достойнейших представителей Конклава Южных Ленвайдов, левая рука его главы. Кто ты вообще такая?

- Я? – Айнара с удивлением посмотрела на себя, будто впервые увидела. – Гостья этого замка. Повторю свой вопрос: могу я чем-то помочь?

- Гостья? – Дариил презрительно поджал губы, окинув девушку оценивающим взглядом со стройных поджатых ног до головы с небрежно уложенными длинными волосами. – Понятно… Я намерен разговаривать с ленвайлдом, а не его подстилкой…

Эссара от подобного обращения едва не уронила поднос, который в этот момент держала в руках. Наглость, с которой вел себя этот ленвайлд, была просто неслыханной. Рокси, конечно, прореагировала совершенно спокойно, ведь в ее обязанности входила непосредственная защита госпожи, а ей в данный момент никто не угрожал. А вот Найни не стерпел. Грозно рыкнув, он начал подниматься из-за стола, глаза его бешено засверкали, и получилось это не в пример лучше, чем у невзрачного ленвайлда. Стражники похватались за оружие, прекрасно понимая, чем им грозит странное поведение этого, как оказалось, вспыльчивого и агрессивного усача, доселе мирно сидевшего на месте.

Устало вздохнув, мелисса соизволила наклониться вперед и постучать по столу пальцем. Звук был вроде бы и тихим, но на Найни подействовал отрезвляюще. Берсерек, пересилив себя, помотал головой, стряхивая начавшее застилать разум боевое безумие, и вопросительно посмотрел на осуждающе качающую головой госпожу.

- Не хватало еще в моем замке кровопролитие устраивать, - Айнара вздохнула.

- В твоем? – Дариил со злобой уставился на девушку. – Да кем ты себя…

- А я до сих пор не представилась? – мелисса в притворном испуге прижала ладошки к щекам, чудесно зная, как она выглядит в этот момент: прекрасная, со свободной прической, наивно хлопающая большими честными глазами и чуть румяная от неловкости созданной ей ситуации. – Где же мои манеры… Я имею честь или несчастье – еще не определилась - быть невестой ленвайлда Асги да’Равери.

На некоторое время воцарилась тишина, прерываемая лишь шумом дождя и потрескиванием двор в камине. Затем Эссара с другими служанками закашлялись, Найни едва слышно хмыкнул себе под нос, а Рокси продолжила с интересом изучать потолок, делая вид, что она вообще здесь случайно и совершенно не интересуется разговором.

Настала пора бледнеть и краснеть Дариилу. Причина его появления в Черном Замке была довольно болезненной, и в своем стремлении убрать ее ленвайлд совершенно упустил из виду, что на пути к цели могут стоять другие люди, от которых уже так просто не отмахнешься незнанием их имени или положения в обществе.

Дариил судорожно искал выход из ситуации. Он ведь старательно наводил справки об Асги, выискивал слабые стороны, особенности характера, поведения. Поэтому для него не были секретом все эти попытки расфуфыренных дамочек завоевать расположение богатого и таинственного ленвайлда, как не составляли тайны и их провалы. А потому сосед поспешил с выводами, решив, что в гостях может находиться исключительно девушка наилегчайшего поведения и сомнительной нравственности наравне с таковой же репутацией.

- Э-э, кхм… Кхе… Прошу простить меня за столь необдуманные слова, - прокашлявшись, как можно учтивее поклонился он, чуя неладное, но при этом все еще не понимая, кто же находится перед ним и насколько могут быть правдивыми слова этой девушки. Насколько он помнил, Асги не просто не горел желанием связать себя узами брака, но даже не делал попыток найти претенденток на место своей супруги. – Я, если честно, несколько сбит с толку действиями ленвайлда да’Равери, а потому позволил себе быть несдержанным и во многом даже грубым, как простолюдин. Еще раз приношу свои извинения и… могу ли я как-то загладить свою вину?

- Можете, - меланхолично кивнула Айнара, великодушно пропустив большую часть болтовни мимо ушей. – Я уже сказала: я хочу узнать, что вам нужно? Поскольку я являюсь невестой Асги да’Равери, то, думаю, могу претендовать на право решать некоторые вопросы в его отсутствии от его имени.

Эссара почувствовала, как ее кулаки непроизвольно сжимаются. Да кто такая эта девица? Появилась тут всего несколько дней назад, а уже смеет утверждать, что является невестой всеми обожаемого господина? Конечно, следует отдать ей должное – она все же сумела достичь Черного Замка, что доселе удавалось только избранным. Более того, сам Асги счел нужным лично проводить ее, явно имея на счет этой малоизвестной особы свои, пока никому не известные виды.

Служанка, старательно изображая послушную прислугу, опустила голову, чтобы никто не видел выражение ее лица. Она чувствовала, как от творящейся у нее на глазах несправедливости внутри разгорается предательское пламя, готовое пожрать ее сознание и выпустить наружу совершенно неприглядную сторону ее личности. Этого никак нельзя было допустить. Ленвайлд был милостив, но даже за опосредованное нарушение четвертого из непреложных законов накажет так, что мало не покажется.

- С вашего позволения, я присяду? – Дариил, не дожидаясь разрешения, уселся за столом. – Не хотелось бы никого обидеть, но я сомневаюсь, что вы сможете помочь мне решить мою проблему…

- Так вы еще и не пробовали, - Айнара пожала плечами, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди.

- Думаете? – судя по его виду, Дариил все же терзался сомнениями. Возможно, он сомневался в том, стоит ли доверять невесте своего, очевидно, не самого дружелюбного соседа, или же он считал, что женщины в принципе не способны решать мужские дела. – Здесь дело несколько деликатного свойства…

- Я заметила, особенно когда вы ворвались и с ходу затребовали встречи с проходимцем, - язвительно заметила девушка. – Деликатностью отдавало едва ли не до границ лена. Так что советую не стесняться и посвятить меня в суть проблемы.

- Как будет угодно, - ленвайлд склонил голову. – Дело в том, что… как бы понятнее выразиться, ленвайлд да’Равери совершил то, что идет в разрез с кодексом дворянина и просто порядочного человека: пока я отсутствовал в своих владениях, он вторгся на мои земли и сжег две деревни с полями! Вы можете себе это представить? Возделанные!

- И у вас, конечно же, есть доказательства всего этого? – скучающим тоном спросила Айнара, глядя прямо в глаза заерзавшего на кресле Дариила. – Надеюсь, они будут более весомыми, чем те, на основании которых вы смеете называть моего жениха проходимцем – о нем ведь шла речь?

- Дело в том, что пару недель назад Асги да’Равери заявился в мой замок и обвинил меня в том, что я разорил часть его лена, пленив и угнав в свое владение людей из трех приграничных селений, - нервно улыбнулся Дариил и оглянулся на своих людей, словно ища у них поддержки. – При этом у меня есть большое количество свидетелей, которые подтвердят, что в указанное моим соседом время я находился в своих владениях и никуда не выезжал…

- Обвинения – это хорошо, - Айнара величественно кивнула, словно дозволяя ленвайлду продолжать. – И что он хотел?

- Позволю себе спросить: в каком смысле? – осторожно поинтересовался ленвайлд да’Рамари.

- Я, конечно, знаю Асги да’Равери не настолько хорошо, как хотелось бы, но мне слабо представляется, что он мог проделать такой путь исключительно ради того, чтобы поставить вас в известность о поступке, который, по его мнению, вы же и совершили, - мелисса пожала плечами, оторвала от грозди винограда ягодку и повертела в тонких пальцах, любуясь игрой света на фиолетовой кожуре.

- Он не имеет права ничего от меня требовать, - побагровел Дариил. – Это я хотел бы потребовать возмещения нанесенного мне ущерба в размере восьми тысяч золотых ариев[1] и публичного принесения извинений… но вас это, конечно, касаться не должно. Вы же понимаете, что это все относится к категории административных дел и должно…

- И должно или решаться между вами в личном порядке, или быть решено высшей аристократией, имеющей на это право, или вынесено на рассмотрение суда, - закончила цитату Айнара. – Я прекрасно знаю закон, как и то, какой из вариантов обычно выбирается. Судебные разбирательства могут затянуться на неопределенное время, что не играет на руку ни одному из вас. Между собой вы тоже разобраться не сможете: как ни крути, а личности вы занятые, а потому вероятность встретиться кроме как по официальному приглашению стремится к нулю. Так что остается только уповать на милость особ, приближенных к Родерику Второму. И, на ваше счастье, такая особа здесь есть.

Ленвайлд удивленно приподнял брови. Когда он направлялся в Черный Замок, то сведения, которые он смог собрать об этом месте и о Забытых Землях вообще, были довольно скудными и по большей части относились к тому, что происходило за пределами лена, как то торговля, гости, приглашения. Внутренние порядки оставались тайной за семью печатями. Например, он запросто мог выяснить, кто именно направляется в этот чертов лен, но не имел никакой возможности узнать, что происходило с ними после пересечения границы. Так что у Дариила не было никакой уверенности в том, что он сможет пересечься к Асги и решить все вопросы. Но на такой случай существовал запасной план: надавить на прислугу, которая должна была прогнуться перед высшим сословием, и просто передать требования ей, а если очень уж повезет, то и стрясти с них материальный ущерб.

Но все с самого начала пошло не по плану. Внезапно оказалось, что земля за границей закрыта. Совсем. Нельзя по ней путешествовать без разрешения. И даже если его удалось получить, то все равно остаешься под пристальным наблюдением проводников, без которых пропадешь в первые же дни, вернее, ночи. А если вдруг тебе посчастливилось добраться до сердца этих всеми забытых земель, то еще не факт, что ленвайлд окажется на месте и почтит своим присутствием. Люди неразговорчивы, не ведутся на предложение выпить или покурить са’ардак[2], не смеются, не обсуждают слухи. Дариилу даже казалось, что они находятся в постоянном напряжении, словно ожидая чего-то, и самым страшным было то, что к самому ленвайлду и его охране эти ожидания совершенно не относились: проводники и просто случайные встречные воспринимали гостей как нечто мимолетное, недостойное внимания или места в памяти.

Однако сейчас все расчеты оказались напрасными: Асги не было на месте, его вассалы не торопились падать ниц и выполнять требования не их господина, да еще и весьма щекотливое дело имело все шансы разрешиться самым неожиданным образом.

[1] Арий – основная золотая монета империи Маолан. Включает в себя двадцать пять серебряных стерий по пятьдесят медных орусов каждый. Самая крупная монета – гвонк - используется весьма редко в банках и хранилищах и состоит из ста ариев.

[2] Са’ардак – растение, достаточно широко распространенное в южных землях. Представляет собой толстый стебель с несколькими мясистыми широкими листьями и небольшими голубоватыми цветками. В высушенном и измельченном виде используется для курения, поскольку обладает легким дурманящим эффектом. При длительном использовании вызывает стойкое привыкание.

Глава 16

Глава 16

Повисло напряженное молчание. Дариил изо всех сил старался продумать стратегию своего поведения, сообразить, как именно правильно построить разговор, но получалось ужасно. Хуже всего было то, что он не имел ни малейшего понятия, кто же именно перед ним сидит.

То, что эта девушка представилась невестой, уже говорило о многом, как и то, что никто не поторопился ее останавливать или опровергать ее слова. Значит, имеет на это полное право. Но одним только статусом будущей жены особо ничего не добьешься. Эта же девушка вела себя так, словно имела на это право от рождения: спокойно, чуть скучающе, отчасти безразлично и даже немного устало, словно ей уже давно надоела вся эта возня.

- Так я хотела бы узнать: вы сами видели, что Асги да’Равери с факелом бегал по вашим землям и поджигал ваши поля и деревни? – осведомилась Айнара, терпеливо дожидаясь ответа и про себя посмеиваясь над реакцией Дариила.

- Я? Нет, - ленвайлд сглотнул и ослабил воротник, словно тот его душил. – Я находился у себя в замке, а поля в совсем другой стороне моего лена. Но это не мог быть никто другой.

- Даже так? – мелисса поднялась, спокойно подошла к камину и протянула руки к огню, согреваясь. – Интересно… И когда же это произошло?

- Девять ночей назад.

- Ясно, - Айнара вздохнула и повернулась к Дариилу. – А сколько времени прошло между всеми этими событиями? Ну, между приездом Асги в ваш замок, пожарами, вашим ответным визитом…

- Да’Равери заявился ко мне на третий день после инцидента на его границах, - пожал плечами ленвайлд. – А поля сгорели… через шесть дней, считая от его приезда. Я сразу отправился сюда. Три дня до моих границ, потом шесть дней по этим проклятым землям… Считайте, больше половины месяца миновало.

- То есть, мой жених должен был вернуться буквально перед вашим приездом. Но вынуждена вас разочаровать: прошлой ночью Асги да’Равери вместе со мной находился в своем замке, как и позапрошлую, и другие ночи. Так что вам следует не заявляться к своим многоуважаемым соседям с подобными обвинениями, а сначала установить истину, - Айнара мягко покачала головой, заставив Рокси улыбнуться: госпожа всегда начинала вести себя так обходительно, когда загоняла жертву в расставленные сети логических ошибок.

- Но мне сказали…

- Кто сказал? – мелисса вопросительно подняла брови, глядя на ленвайлда честными глазами. – Асги вот вам сказал, что вы угнали его людей, но у вас были свидетели, что вы не покидали свой замок. Так почему у моего жениха не может быть тех, кто в состоянии подтвердить его невиновность? Мне кажется, что вы просто не там ищете.

- Не там? – Дариил посмотрел на девушку злым взглядом. – Я уверен, что там!

- И на чем зиждется ваша уверенность? – девушка криво усмехнулась. – Вам же сказали, что Асги да’Равери не покидал своих покоев ночью. Даже если бы он придумал хитроумный план по уничтожению вашей собственности и днем успел доехать до ваших пределов, чтобы ночью все запалить, то он банально не успел бы вернуться домой. То есть, он вынужден был бы отсутствовать несколько дней кряду. А он все это время был рядом со мной.

- Пусть даже не он, но его люди! – упрямо боднул головой воздух Дариил.

- Какие? – Айнара уже открыто рассмеялась. – И зачем это им? В Забытых Землях все беспрекословно подчиняются ленвайлду. Это значит, что сначала он должен был приказать им это сделать, а потом определенное количество его людей должно было незаметно проникнуть на вашу территорию, несколько дней скрытно добираться до необходимого места, совершить поджог и уйти так, чтобы никто ничего не понял. И прошу учесть, что мы сейчас говорим о людях, которые вообще стараются не покидать пределов лена.

- Значит… значит, - ленвайлд да’Рамари судорожно пытался найти ответы на новые вопросы, потому что его теория рушилась на глазах. – Значит, они уже были там… И никуда не уходили… Вот твари неблагодарные. Я спас их от произвола этого тирана, создал для них все условия…

- А это заставляет нас думать, что обвинения Асги в ваш адрес были не такими уж беспочвенными, - Айнара улыбнулась Дариилу словно маленькому и глупому ребенку. – Вы ведь тоже сразу поняли, что все неприятности вам устроили те самые люди, которых вы силой захватили у моего жениха. И мне кажется, что это далеко не последнее происшествие. Поверьте на слово, жизнь ваша скоро очень круто изменится.

- Что это значит? – да’Рамари нахмурился.

- Это значит, что вы совершили ту же ошибку, что и я чуть ранее: вы собрали очень мало информации о том месте, в которое сунулись, - мелисса пожала плечами, снова садясь на свое место. – Я даже не считаю нужным спрашивать у Райгена, как далеко от границ находились разграбленные деревни моего жениха: полдня пути от границ лена или даже чуть менее. Правильно? – советник по внешней политике кивнул. – Возьмите и сложите простые факты. Во-первых, вы ничего не должны знать о том, что происходит в Забытых Землях, потому что такова политика этого лена, но при этом вы почему-то прекрасно осведомлены о том, когда именно были разорены деревни. Почему? Потому что вы же сами это и сделали. Вы даже не заметили, что отсчет времени ведете не от того момента, как Асги заявился к вам, а от того, когда сами разграбили его земли. Это о многом говорит – вы цепляетесь за ключевое событие. Во-вторых, между вашим предполагаемым поступком и ответом моего жениха прошло ровно столько времени, сколько хватило бы, чтобы увести захваченных людей на другой конец вашего лена.

- Вы… что вы несете? – Дариил побледнел. – Да как вы смеете! Это будет решать суд…

- До суда вы не доедете, - Айнара снова покачала головой. – А поскольку вы сами отнесли это дело к административным, то я - мелисса эт-Лангори - по праву, дарованному мне императором Родериком Вторым, как раз и занимаюсь решением вашего вопроса. И пока что факты говорят о том, что Асги невиновен в том, что вы хотите на него повесить.

- И кто же будет возмещать мне ущерб? – да’Рамари побелел от гнева. – Вы можете себе представить, сколько времени и труда было затрачено на то, чтобы эти поля заколосились?

- Представьте себе, могу, - девушка кивнула, и взгляд ее стал неожиданно жестким и колючим. – А вы думали, что Забытые Земли – дремучий край? Думали, что никто из них носа не высовывает? Что одним нет дела до других? Зря. Потрудились бы хотя бы законы этого лена узнать. Они весьма специфичны, знаете ли. Хотя я предполагаю, что либо вам помогал кто-то из местных, что маловероятно, либо вы о них знаете: ведь по какой-то причине были разорены деревни на самой окраине лена. Вы не рискнули уходить далеко от границы. Почему?

Ответа не последовало, потому что он никому из присутствующих и не был нужен, разве что охрана ленвайлда непонятливо крутила головами. Все прекрасно знали причину, по которой Дариил рискнул напасть только на приграничные селения: ему жизненно необходимо было успеть до заката выбраться за пределы Забытых Земель, ведь убежище ему никто не предоставил бы, а это значило, что шансы дожить до утра у всех были очень призрачными.

- Но самое интересное даже не в этом, - Айнара усмехнулась. – Я абсолютно уверена, что никто из жителей Забытых Земель вам ничего не говорил.

- Почему ты так думаешь? – прищурился Райген.

- Знаешь, что больше всего поразило меня в первый день в вашем лене? – мелисса мягко улыбнулась, вспоминая встречу с Каргом. – Безграничная вера в своего господина и в законы Забытых Земель. Они для вас почти божественны, а потому никто из вас даже помыслить не может хотя бы просто отнестись к ним несерьезно. Я уже не говорю о том, чтобы нарушить. И это касается всех без исключения. Среди вас нет предателей просто потому, что вы свято соблюдаете первый закон.

- «На все воля ленвайлда», - тихо процитировал Райген, понятливо улыбаясь.

- Именно, - Айнара снова повернулась к да’Рамари. – Видите? Во-первых, никто ничего вам не сказал бы. А если вам все же удалось что-то провернуть, то это не ваша счастливая звезда или безалаберность местной охраны. Это…

- Воля Асги, - Эссара благоговейно склонила голову. – Господин знал, что должно было произойти на его землях, и позволил вам сотворить задуманное.

- Что? – вскинулся Дариил, глядя на сидящих безумными глазами. – Хотите сказать, что он специально отпустил меня восвояси? Что за бред?!

- Ну, не такой уж это и бред, - мелисса снова усмехнулась и наклонилась к собеседнику, доверительно глядя в глаза и перейдя практически на шепот. – Отпустил он вас или не отпустил, но вы все же здесь, не так ли? Приехали сами, по собственной воле. Никто вас не принуждал.

- Но как? Ведь он же… Он сам…

- Он? – девушка оскалилась. – Он просто сказал в нужном месте нужные слова, выбрав для этого правильное время. Представьте себе, что он зажег лампу в кромешной тьме, а вы, словно мотылек, устремились к ее обжигающему пламени.

Дариил замолчал, нервно покусывая губы. Игра не сложилась. Он настолько жаждал навязать другим свои правила, что совершенно не заметил, как стал играть по чужим. Эта странная девушка, представившаяся мелиссой эт-Лангори, загнала его в ловушку по его же собственным недомолвкам и оговоркам. И если она сейчас примет определенное решение, то даже суд не сможет его отменить, потому что административные дела, рассмотренные высшей аристократией, обратного хода уже не имеют. Все. Отпрыгался.

- И что же мне теперь делать? – ленвайлд да’Рамари гулко сглотнул вязкую слюну.

- Вы спрашиваете у меня совета? – Айнара удивленно подняла бровь. – Понимая, что я сейчас могу просто вынести решение о вашей виновности, вы решили уцепиться за соломинку? Похвально. Пожалуй, при дворе вы далеко пошли бы…

- Правда? – явно обрадовался мужчина похвале.

- Абсолютная, - девушка кивнула. – Там пруд пруди таких же беспринципных, готовых переобуваться на ходу, лишь бы их не потопили. Будете как в своей тарелке.

Дариил сник, поняв, что слова мелиссы были отнюдь не похвалой. Но реальность была стервой очень упрямой и неуступчивой, готовой предать в любой момент, особенно если ей удавалось почувствовать слабость. Лен да’Рамари был достаточно обширным по территориям, но единственное, чем он мог похвастать – лес. Больше источников дохода не было, а простой народ почему-то охотнее торопился в Забытые Земли, не обращая никакого внимания ни на огромное количество жутких слухов об этих землях, ни на наличие рядом более спокойных территорий.

Тем более, Дариил ни разу не слышал о том, чтобы у Асги были голодные бунты, восстания, выступления недовольных, с чем ему самому за время своего правления уже доводилось сталкиваться не раз. Напротив, этот страшный лен поглощал одного человека за другим, словно бездонное болото: ухнешься в трясину, и спустя несколько ударов сердца даже волн на поверхности черной воды не останется, будто и не было никогда и ничего, разве что ряска сперва робко разбежится в стороны, а потом снова с равнодушием вернется на место, навсегда скрыв несчастного от последних лучей солнца. Потому Дариил и решил, что это народ в Забытых Землях настолько послушный, что можно просто разграбить пару селений и увести людей в полон. Они ведь, по идее, вон, какие безропотные, на него так же работать будут.

Просчитался. К великому сожалению, недостаток информации не остановил Дариила, прозрачно намекая на то, что следовало бы быть осторожнее, а подтолкнул к неправильным выводам и поспешным шагам. Спокойствие Забытых Земель держалось не на покорности и терпении его жителей, а на непререкаемом авторитете самого ленвайлда Асги да’Равери.

- Я думаю, что мой жених был более чем добр и терпелив в вашем отношении, - пожала плечами Айнара. – Сначала он никоим образом не стал препятствовать вашим преступным намерениям. После этого он предложил решить вопрос мирным путем…

- Это вы называете мирным? – взвился Дариил. – Я несу страшные убытки. В моем лене возделанные поля, можно сказать, на вес золота, а тут за такой короткий срок потеряны сразу два!

- А могли бы потерять больше, - спокойно возразила девушка.

- О чем это вы? – нахмурился да’Рамари.

- Асги сам предложил решить все переговорами, - мелисса устремила на ленвайлда тяжелый взгляд. – Не постеснялся сам явиться в ваши владения, обвинить в нападении на своих людей… Меня только одно смущает: он ничего не потребовал взамен. Это очень…

- Странно? – на этот раз голос подал Найни.

- Нет, не странно, - Айнара поморщилась, стараясь точнее сформулировать мысль. – Как мне кажется, это как раз в его духе. Это… как бы правильнее сказать? Страшно! Вот.

- Чем же? – Дарии опешил от такого заявления.

- А вы еще не поняли? – девушка тяжело вздохнула. – Вы совершили преступление – это факт. За любое преступление полагается определенное наказание – это закон. Но если пострадавшая сторона не заявила, как именно вы будете возмещать причиненный моральный или материальный ущерб, то… Она сама будет вправе выбрать способ возмещения. Я думаю, что Асги да’Равери сам решит, что именно он отнимет за ваш не самый дальновидный поступок: территории, людей, деньги, жизнь…

- Что за варварство? – ленвайлд нервным движением выхватил из рукава платочек и вытер внезапно вспотевший лоб, хотя в помещении было довольно прохладно. – Это же ни в какие ворота… Есть ведь кодексы, правила, законы…

Кодексы? Правила? Айнара криво усмехнулась: снова вокруг одно и то же. Все начинают вспоминать о законах тогда, когда это начинает касаться только их самих. Почему же никто не думал об этом, когда вторгался в Забытые Земли? Дариил разорил две деревни Асги, увел селян, особо не заботясь о том, что совершает преступление, предусмотренное законодательством империи Маолан. Видимо, в тот момент Дариилу казалось, что он не делает ничего предосудительного. О чем он думал? Подумаешь, деревенщины? Ленвайлды в случае чего разберутся на своем, недоступном для простолюдинов уровне?

Не вышло. Мелисса, на скорую руку проанализировав ситуацию, неожиданно для себя поняла, почему все настолько прозрачно для нее и совершенно неясно для этого ленвайлда. Все дело было в отношении: у девушки и ее суженого оказался очень схожий взгляд на тех, за кого они отвечали. И неважно, была это личная гвардия, телохранители, советники, конюхи или простая прислуга – все заслуживали к себе как минимум ответственного отношения, являясь отличным инструментом или оружием. Она нисколько не сомневалась, что Асги знает очень многих жителей по именам, но это не мешает ему ставить каждого на то место, которое позволит человеку проявить свои качества в полной мере.

Потому и встречал на первом постоялом дворе людей хмурый и внушающий некоторый страх Карг, многое повидавший в этой жизни, прекрасно разбирающийся в людях и вовремя докладывающий, куда следует, о гостях. По этой же причине вторую таверну содержал Сиргиус, давно отрекшийся от своей прошлой жизни и теперь проверяющий тех, кто прошел первый отбор, на прочность и вшивость: если Айнара со своими гвардейцами просто насторожились, готовые в любой момент перейти к обороне, то другие, видимо, сразу хватались за оружие. Да и были у девушки большие сомнения, что в дальнейшем кто-то соизволил поговорить с этим странным созданием хотя бы настолько же прохладно, как и мелисса. Увы, но человек всего странного в первую очередь боится, если страх не пересиливается врожденным любопытством.

- Как бы для вас дико это ни звучало, но для Асги да’Равери очень ценен каждый человек из тех, кого вы соизволили присвоить, - Айнара нехотя вернулась из глубин своих размышлений к мрачной реальности. – Каждый. К вашему несчастью, он мыслит конкретными людьми, а не целыми деревнями. И отношение у него к своим подчиненным соответствующее. В данном случае ваш поступок воспринимается моим женихом как проявление крайней степени неуважения к его способностям.

- Как это понимать? – Дариил обалдело посмотрел на девушку.

- Думаю, я могу ответить на этот вопрос, - Райген, старательно пряча усмешку, с легким поклоном выступил вперед. – Выражаясь доступным языком, господин Асги решил, что вы считаете его бесхребетным идиотом.

- Что?! Да как вы…

- Это как вы! – рявкнула Айнара, заставив даже Найни вздрогнуть от неожиданности. – Как вам пришло в голову считать себя самым умным и хитрым? В ваш ограниченный алчностью ум никогда не приходила мысль о том, что Асги никогда не связывается с вами по одной единственной причине – вы ему просто не интересны? Райген, я не слишком обременю тебя, если задам один вопрос?

- Какой угодно, высокородная, - поклонился втянувшийся в игру помощник Асги.

- Мой жених состоит в той организации, которую упомянул наш гость? – девушка наморщила лоб, притворяясь, что воспоминания даются ей тяжело. – Как там ее?

- Конклав Южных Ленвайлдов? – учтиво подсказал Райген. – Нет. Ему неоднократно поступало предложение войти в состав объединения, но он даже не удостоил его ответом.

- Считает себя выше нас! – словно выплюнул эти слова Дариил.

- Не думаю, - Айнара указательным пальцем водила по ободку чашки, из которой только что пила чай. – Просто ему уже есть о ком заботиться, и Асги не горит желанием взваливать на себя дополнительные обязательства. Зачем? У него есть его лен, его люди, его проблемы. Решать еще и ваши? А это привело к тому, что вы о нем ничего не знаете…

Айнара внезапно замолчала подобно человеку, который шел ровным шагом, а затем неожиданно для себя самого врезался в стену и застыл в недоумении, осознав, что все это время шел не туда.

- Вы о нем ничего не знаете, - прошептала она снова. – Мы все о нем ничего не знаем. Мы ему неинтересны. Все, чего он хочет – чтобы его оставили в покое. И мне кажется…

- Что тебе кажется? – наклонилась к ней бесшумно подошедшая Рокси, все же решившая не оставлять свою госпожу беззащитной перед начинающим звереть ленвайлдом да’Рамари.

- Неважно, - отмахнулась мелисса, сильно зажмурившись и вновь открыв глаза. – Итак, господин да’Рамари, мы возвращаемся к нашим баранам? Вы пришли сюда для того, чтобы требовать возмещения своих убытков, а ситуация повернулась так, что опустошать свою казну предстоит вам. Хотите мой совет?

- А он поможет? – хрипло спросил Дариил и закашлялся.

- Все зависит от вас, - Айнара рассмеялась и скромно потупила глазки. – Ну, и от меня, конечно, тоже… Верните Асги его людей, заплатите выкуп, который сами собирались с него стребовать, возвращайтесь в свой лен и даже дышать забудьте в сторону Забытых Земель. И тогда у вас появится крохотный – прошу это запомнить - шанс, что Асги да’Равери забудет о вашем существовании.

- А если я этого не сделаю?

Девушка наклонилась вперед, нависнув над столом, и прошипела прямо в лицо Дариилу:

- Тогда я даже представить не смогу, что с вами сделает Асги. Но поверьте на слово, приятного будет мало. Уничтожать и разрушать у него получается очень хорошо, я бы даже сказала, что у моего жениха к этому талант.

Эссара изменилась в лице, поспешно опуская голову, чтобы никто не успел заметить ее реакцию на эти слова. Как она посмела? Как эта расфуфыренная столичная кукла смеет говорить такое о ее господине после нескольких дней пребывания в Забытых Землях? Откуда она все это знает? Кто мог сойти с ума настолько, чтобы преступить четвертый из законов?

Для служанки Асги во многом был похож на океан: могучий и неуправляемый, способный казнить и миловать одним только своим присутствием, дающий надежду и отнимающий жизни. В Забытых Землях не счесть людей, которые обязаны своему господину жизнью, как и тех, что сгинули на просторах лена; жители лена боготворили ленвайлда, соседи – ненавидели, но все сходились в одном мнении: Асги да’Равери изменил их жизни. И кто бы что ни говорил, но та часть жизни, которую можно было назвать «до Асги» обычно оказывалась разрушенной. К добру это было или нет, каждый решал сам для себя, но способность золотоглазого человека изменять все, к чему он может прикоснуться хотя бы краешком своего влияния, хотя бы слухом о нем, сомнению не подлежала.

И самым необычным было то, что никто об этом не говорил. Вообще. Попавший под влияние Асги человек сам понимал, что уже никогда не станет прежним, сам ставил перед собой новые цели и искал смысл жизни, ни с кем не советуясь и не спрашивая чужого мнения о ленвайлде. Просто… так складывались жизни тех, кто оказывался рядом с этим странным человеком.

Так откуда же эта странная девушка, появившаяся в Забытых Землях словно из кошмаров, всю жизнь проведшая в столице в окружении лжи, лести, предательства и лицемерия, могла что-то знать об Асги? Эссара, уже не один год прожившая в Черном Замке, видела лишь часть возможностей своего господина, а потому с уверенностью могла утверждать, что пределов силы ленвайлда не знает никто. И тут человек, который по своей сути является совершенно чужим для Асги, заявляет подобное. С чего она это взяла? Кто мог ей это рассказать, если рассказывать подобное запрещено? И как на это отреагирует сам ленвайлд?

- Райген, если ленвайлд да’Рамари немедленно тронется в путь, он сможет до наступления ночи добраться до первого безопасного места ночлега? – Айнара обратилась к помощнику Асги.

- Конечно, высокородная, - серолицый блондин, отчаянно смахивающий на вампира, особенно при пляшущем свете огня из камина, благосклонно кивнул. – В деревне всегда есть несколько проводников, которые готовы исполнить приказы ленвайлда в любое время дня и ночи. Так что у наших гостей есть солидный запас времени. Но я бы не рекомендовал не тратить его попусту.

- Слышали? – широко улыбнулась мелисса, подводя черту под разговором. – Вам здесь не рады.

- Что? – Дариил не поверил своим ушам. – Вы выгоняете нас прочь в такую погоду?

- Не выгоняем, - участливо покачала головой девушка. – Заботимся о вашем здоровье.

- Это еще как?

- Чем меньше времени вы проведете в пределах лена, тем меньше влияния он окажет на вас, - лучезарно улыбнулась из-за плеча Айнары Рокси, демонстрируя более длинные клыки и игриво постреливая глазками, явно отливающими красноватым цветом. – Неужели об этом тоже не слышали?

Стражники Дариила резко похватались за оружие, причем парочка даже промахнулись мимо рукоятей, завороженные страшной красотой Рокси. Одно дело, когда ты просто слышал об ужасах Забытых Земель, ни разу не столкнувшись с ними за все время путешествия до Черного Замка, и совсем другое – посмотреть этому ужасу прямо в глаза, замереть от осознания того, что твоя возможная смерть сейчас рядом с тобой, дышит тебе прямо в лицо, улыбается, показывая длинные клыки из-под соблазнительных губ. Тут не то что про оружие, про свое имя забудешь.

- Ай-ай-ай, Рокси, нельзя же так сразу, - осуждающе покачала головой Айнара, старательно пряча улыбку. – Нужно же людей подготовить, чтобы кровь по жилам быстрее бежала, а то она от страха у них застынет сейчас. Что это будет за обед? А если быть серьезной, ленвайлд, то я бы рекомендовала не пренебрегать нашим пока еще хорошим отношением и поскорее освободить нас от вашего присутствия. У нас тоже, знаете ли, есть дела помимо ваших.

- Так, значит? – Дариил стиснул зубы, с ненавистью обведя взглядом присутствующих. – Ладно. Будем считать, что мы поговорили. Искренне надеюсь, что эта встреча не последняя.

Резко поднявшись так, что отодвинутое кресло едва не упало, ленвайлд да’Рамари подошел к дверям и тяжелым взглядом окинул Эссару, предупредительно держащую в руках его плащ. Но служанку этим все равно было не пронять. Она с издевательски-вежливой улыбкой смотрела прямо на беспокойного гостя, не отводя глаз, и Дариил содрогнулся, на несколько мгновений уловив в них золотистые отблески. Дрожащей рукой он взял свою верхнюю одежду, старательно убеждая себя, что это просто отсветы огня в камине, торопливо набросил плащ на плечи и выскочил за дверь, даже не дожидаясь своих гвардейцев.

- Райген, проследи, чтобы он точно отбыл в свои владения, - задумчиво приказала Айнара, даже не заметив, что стала распоряжаться так, словно это был не Черный Замок, а ее родные владения. – Не нравится мне то, что сейчас произошло.

- И что же? – язвительно спросила Эссара, подойдя к девушке. – Ты решила, что можешь приказывать нам так, словно являешься хозяйкой? Что это за странные слова о том, что ты невеста нашего господина?

- Во-первых, это не странные слова, а приказ самого Родерика Второго, - спокойно ответила мелисса, твердо глядя на служанку. – И поверь мне, от моего желания тут ничего не зависит. Совсем недавно я о ваших землях даже не слышала, не говоря уже о поисках супруга. Во-вторых, этот хлыщ заявился сюда отнюдь не случайно.

- С чего ты взяла? – сложила руки на груди Рокси. – По-моему, все в порядке вещей.

- Я бы тоже так решила, если бы перед этим Асги не отбыл по делам, - Айнара, забывшись, снова куснула себя за ноготь. – Нет, тут все не совсем чисто. Он явно рассчитывал застать здесь людей, которые прогнутся перед его положением, выполнят все, что он скажет; Асги потом пришлось бы в первую очередь спрашивать с вас, а этот пройдоха как бы ни при чем оказался. Жаль, Райген ушел. Надо бы у него вызнать причину отсутствия Асги. Как бы не оказалось, что все это снова Дариил подстроил.

- Ерунда какая-то, - фыркнула Эссара, собирая со стола посуду. – Так можно додуматься до того, что весь мир против тебя.

- Если ты относишься ко всем с чрезмерной подозрительностью, это еще не значит, что для этого нет повода, - покачала головой Айнара. – Я предпочитаю с попавшимся на лжи людьми вести себя осторожно. Тем более, я, кажется, все лучше начинаю понимать ваши законы, как и то, что их можно обойти. А ведь провела в ваших землях неполную неделю. «На все воля ленвайлда»… Это работает только в пределах Забытых Земель, не так ли?

Эссара замедлила шаг. Глубоко вздохнув, она пальцем проверила остроту края подноса и с сожалением отказалась от мысли метнуть его в шею мелиссы: все равно эта страхолюдина с кроваво-красными глазами успеет перехватить его раньше. Действительно, законы Забытых Земель работали только на их территории. Асги знал все и обо всех исключительно в границах лена, на большее его влияние не распространялось. С одной стороны, было очень интересно, кто мог рассказать это вновь прибывшим гостям? С другой – никто не делал из этого большой тайны, достаточно было просто пораскинуть мозгами, чтобы уловить некоторые закономерности, вытекающие из общеизвестных законов Забытых Земель.

- Эссара, пусть стол приберут другие служанки, а мне нужны перо, чернила и бумага, - лицо мелиссы расплылось в улыбке. – Ваш ленвайлд тащит на себе такой груз ответственности за Забытые Земли, что я как его невеста просто не могу смотреть на это спокойно. Надо помочь вашему господину.

- Что ты задумала? - прищурилась Рокси, явно не понимая, куда клонит госпожа.

- Все очень просто, - Айнара пожала плечами. – В чем сейчас основная проблема? В нас. Асги должен решиться на очень непростой шаг: прекратить наше бренное существование. Других вариантов для него, к сожалению, не существует. И единственное, что нас пока спасает, это желание Асги найти тех, кто пытается ему приказывать.

- И что ты предлагаешь? – Найни пригладил усы, видимо, прикидывая варианты.

- Нанесем упреждающий удар, - Айнара усмехнулась. – Асги оставил нам свободу действий, так что будет ее использовать. Что мы имеем? Два приказа. И кто быстрее выполнит то, что требует от него Родерик, того, как говорится, и тапочки. Давайте возьмем на себя ответственность и сами определим свое будущее.

- На что ты намекаешь? – похолодела Эссара, предчувствуя, что решение ей не понравится.

- Думаешь, я не осознаю, что мы сейчас словно в тюрьме? – мелисса покачала головой и в сердцах ударила кулаком по столу. – Мы сидим в замке и можем уповать только на милость вашего ленвайлда! А если я выйду замуж за Асги, то это не просто снимет с него обязанность марать руки нашей смертью, но и даст нам некоторые права. Так что неси перо и бумагу – мне надо написать несколько приглашений на свадьбу.

Глава 17

Глава 17

Асги с облегчением выдохнул, когда ощущение взгляда в спину пропало. Все же Айнара была весьма странной и пугающей особой.

Ленвайлд по праву гордился своей осведомленностью о делах, происходящих на территории Забытых Земель, о жизни людей, решившихся принести ему клятву верности. С гостями разговор тоже был не очень долгий: иногда достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что человек из себя представляет, или чтобы человек понял, что ему здесь не рады и нет смысла и дальше докучать хозяевам своим присутствием. С мелиссой эт-Лангори тоже все было предельно ясно, во всяком случае, с ее личностью и характером. Мотивы ее поступков пока были покрыты туманом, но не было никаких сомнений, что в скором времени все тайное станет явным.

Асги тревожили отнюдь не они, как и не смышленость Айнары, ее красота или прибывшие с ней гвардейцы. В конце концов, учитывая незаурядный ум этой девушки, глупо было бы рассчитывать, что она взяла с собой в путешествие первых, кто под руку подвернулся. Нет, скорее всего, на каждое место рядом с ней люди подбирались с особым тщанием, после многократного взвешивания всех «за» и «против». И такой подход к подчиненным импонировал Асги, полностью разделяющему подобное отношение к людям.

Пугающей она казалась отнюдь не поэтому, напротив, то, что видел ленвайлд, было предельно логичным и понятным, как полет стрелы к мишени. Асги поднял золотые глаза к небу и закрыл их, с удовольствием ощущая, как веки холодит понемногу усиливающаяся морось. Что бы ни говорили о ленвайлде Забытых Земель, он был человеком, а человеку свойственно пугаться неизвестного. Ленвайлд не боялся Айнары, скорее, он был похож на зверя, который осторожно выписывает петли вокруг интересующего, но могущего оказаться опасным объекта.

И что же могло напугать человека, который, как считал он сам, давно уже разучился бояться? Неизвестность. Но неизвестность своя. Это был не страх перед будущим, когда ты не знаешь, к чему может привести твое незнание; это было опасение, побужденное непониманием причин. Асги был полностью уверен: как бы ни сложилось будущее, ему опасаться совершенно нечего. Но Айнара… Она не могла поколебать эту уверенность, однако, вела себя так, словно ей было известно об Асги то, что не знает больше никто во всем мире, словно она узнала его сокровенную тайну и теперь может позволить себе вести себя покровительственно по отношению к ленвайлду.

Золотоглазый с рычанием тряхнул головой, разбрызгивая осевшие на лице капли. Выбить бы эти мысли из головы. Если даже на мгновение – хотя бы на мгновение! – допустить, что ей что-то может быть известно, то в душе сразу же гадким клубком начинают вертеться мысли: «Что именно она знает? Когда ей стало известно? Ей кто-то сказал? Я сам где-то оплошал? Она кому-то говорила?». И выход из этой ситуации начинает видеться одним – убить источник беспокойств.

Однако именно сейчас этого делать нельзя. Асги обернулся на свой замок и вздохнул. Все вокруг начинало складываться не самым лучшим для него образом. Свобода, которая раньше казалась безграничной, пусть и в пределах Забытых Земель, теперь уже не казалась такой сладкой. Ленвайлд ощущал себя коровой, которую вывели на поле, привязали к колышку и оставили на весь день пастись одну. Вроде как и жуй травку, ни о чем не заботясь, но проблема была в том, что дальше длины веревки ты все равно никуда не денешься. Ни одного лишнего шага.

Как бы ни крутился Асги, как бы ни старался избегать встреч и контактов с мелиссой, ему все равно придется к ночи возвращаться в свой замок, к этому своеобразному колышку. А если он не вернется… страшно подумать, что случится с большинством его жителей. Были прецеденты – повторять больше не очень хочется. А значит, снова предстоит встреча с Айнарой, вновь могут быть заданы очень неудобные вопросы, в очередной раз, видимо, придется трусливо спасаться бегством.

Асги тошнило от осознания того, что он все свои попытки сбежать из Черного Замка он гордо именует «поездкой по неотложным делам». На самом же деле все выглядело намного более прозаичным.

Ленвайлд быстрым шагом спустился вниз, к крепостным стенам, пересек ворота, прошел по подъемному мосту и остановился, с наслаждением ослабляя шнуровку на горле. Он очень любил свой замок, но в последние дни в нем появилось столько нежданных гостей, что Асги становилось душно в собственных покоях. Только сейчас ему показалось, что он может дышать полной грудью.

На границе леса показались размытые тени. Ленвайлд на несколько мгновений прикрыл глаза и недовольно скривился: весьма беспокойный сосед все же решился пожаловать в гости. Конечно, весьма сомнительно, что с дружественным визитом. Скорее всего, снова будет кичиться своим положением, орать, что все ему обязаны просто потому, что он такой замечательный и сейчас стоит перед ними, требовать выполнения приказов… Асги недобро оскалился: сам ведь был у него несколько дней назад, предлагал решить все тихо-мирно. Вернул бы людей, выплатил бы компенсацию за беспокойство и потерянное время и все – жил бы дальше. Нет же, ему на месте не сидится. А может, пусть? Оставить своих людей у него? Посмотреть, что будет дальше? Через сколько дней он в слезах и соплях на коленях приползет умолять забрать их обратно? И для этого всего-то и нужно пару ночей провести вне надежных стен Черного Замка.

Глаза начала застилать красная пелена, в ушах отдавал стук сердца, появился навязчивый шум, в котором при желании можно было узнать шепот, вкрадчиво уговаривающий решить этот вопрос здесь и сейчас. Асги даже поднял левую руку, направляя ее в сторону едущих всадников. Всего одно движение, и ленвайлд да’Рамари перестанет существовать. И любой лекарь установит, что у него просто не выдержало сердце. К Асги не будет никаких претензий и вопросов, все же жизнь приграничных районов империи никогда не была легкой. Всего одно движение… А потом еще одно, чтобы никто не смог допросить его спутников, а потом…

Асги привычным усилием воли подавил рвущуюся наружу жажду убийства и опустил руку. Все начинается как раз с такого «всего одно»: оступишься один раз – потом никогда не найдешь дорогу назад. Золотоглазый немного отступил назад, позаботившись, чтобы его не было видно с донжона, снял плащ, заботливо встряхнул его от осевшей влаги и скатал в компактный валик. Сегодня он не стал брать с собой лошадь, потому что возникшие вопросы быстрее получится решить собственными силами. Убрав плащ в заплечный мешок, Асги забросил его за спину, потуже затянул ремни и даже попрыгал на месте, проверяя, насколько ему будет мешать ноша. Убедившись, что мешок плотно прилегает к спине, ленвайлд ровным бегом устремился по кратчайшему пути к лесу.

Плевать на да’Рамари. В конце концов, в замке остался Райген, пусть разбирается с этим вопросом. А у Асги есть дела поважнее: с южных территорий пришли тревожные вести о нападениях неизвестных. Пока все это не переросло в полноценный грабеж, следовало рубить попытки вторжения в Забытые Земли на корню. Люди из тех двух селений, что разорил Дариил, все равно вернутся домой, никуда он от справедливого возмездия не денется, а вот убитых уже не вернешь. А для Асги каждый человек был на вес золота.

Войдя под сень первых деревьев, ленвайлд остановился, уже привычным движением полоснул себя по руке и брызнул побежавшей кровью на ствол подходящего дерева, ожидая открытия тропы. Это в прошлый раз все было намного тяжелее, потому что пришлось упрашивать лесовиков пропустить целый отряд, люди в котором вообще не должны были знать о магии крови. Сейчас все должно было пройти намного проще.

Так и получилось. Асги едва ощутил несколько капель, успевших упасть на него с листвы, как перед ним привычно закрутился портал, приглашающий в соседний слой пространства. Ленвайлд благодарно кивнул, ни к кому конкретно не обращаясь, и шагнул в водоворот, моментально затянувшийся за его спиной.

На той стороне все было так же: серые оттенки, молчаливые тени, скользящие в полумраке далеких деревьев, полная тишина и стелящаяся перед ним тропа. Асги все тем же бегом устремился вперед, по едва успевающей появляться дорожке, машинально уклоняясь от ветвей, полностью игнорируя заманчиво подмигивающие цвета ярких ягод, перескакивая через выпростанные из земли корни. Хоть лесные тропы и экономили весьма приличное количество времени, почти ничего не требуя взамен на переход одного человека, все же времени было катастрофически мало.

Золотоглазый, контролируя свое дыхание, старался даже не задумываться о том, скольких усилий стоит лесовикам сейчас успевать вести его туда, куда ему нужно. Он был ленвайлдом, а это значило, что любые его требования в пределах владений должны исполняться беспрекословно. Сейчас ему была нужна кратчайшая дорога, и лесовики должны будут ее предоставить.

Асги редко доводилось идти лесными тропами в дождь. И если в обычное время этот путь отличался от того, который можно ожидать при простой прогулке по лесу, то в дождь добавлялась еще одна деталь, усиливающая ощущение нереальности происходящего. Со стороны все путешествие было необычным: нельзя было касаться ветвей, звери, которые обычно прятались при малейшем намеке на присутствие человека, бесплотными тенями кружили вокруг, не обращая никакого внимания на сломя голову несущегося через лес человека, не было слышно ни одного звука кроме приглушенных шагов и мерного дыхания Асги. Но было что-то, что постоянно отвлекало внимание, заставляло бросать косые взгляды и находиться в напряжении.

Сначала ленвайлд сам не понял, что это было, а затем сообразил: дождь. Из пространства, через которое пролегали лесные тропы, капли были совершенно незаметны, но, падая с деревьев вниз, они то там, то здесь заставляли неожиданно вздрагивать заостренные листья папоротника, колыхаться будто рассеченную прозрачным мечом паутину. Со стороны казалось, что кто-то невидимый скачет по веткам или бежит по траве, стараясь не отстать от Асги. И хотя ленвайлд совершенно определенно не чувствовал чужого взгляда, сверлящего спину, глаза сами собой цеплялись за каждое подозрительное движение неподалеку.

Асги усмехнулся: неплохое упражнение для сознания. Он каждый раз радовался возможности отвлечься от постоянного самоконтроля, хотя сам же понимал, чем это грозит. Он ни в коем случае не должен терять самообладания, вынужден постоянно проверять каждый свой шаг, анализировать причины, которые побудили его поступить так или иначе. И сейчас ему нужно было заставить свое тренированное тело реагировать на признаки опасности так, словно их и не было.

Тропа резко свернула в сторону, и Асги неожиданно, как и всегда, выскочил в привычный мир. Снова тихонько выругавшись, ленвайлд мгновенно обернулся назад, но за спиной был обычный и ничем не примечательный лес, и только яркий свет поднимающегося солнца бил в глаза, прозрачно намекая на то, что он все же находится не рядом с Черным Замком, над которым в несколько слоев собрались дождевые облака, торопящиеся избавиться от накопившейся в них влаги. Каждый раз Асги, как ни старался, не мог уловить переход из одного пространства в другое. Если честно, он даже не уверен был, что места, по которым ему позволяли перемещаться, были именно другими, уж в этом-то вопросе он поднаторел. Но, к великому сожалению, с лесовиками мало кто общался и тем паче удостоился чести ходить лесными тропами, а посему поделиться своими измышлениями было не с кем, как и перенимать чужой опыт.

- А вот это уже интересно, - процедил сквозь зубы Асги, глядя на поднимающиеся на горизонте горы.

Лесная тропа вывела его совсем не туда, куда требовалось ленвайлду. Судя по всему, золотоглазый вышел на пару десятков миль севернее. По большому счету, ничего страшного в этом не было – не столь уж большое расстояние составляла разница, чтобы из-за этого расстраиваться. Наверстает, если не будет сильно лениться. Вопрос был в другом: почему? Ленвайлд прекрасно понимал, что предоставляя ему лесную тропу, лесовики просто проявляли благосклонность, ведомые чувством признательности за предоставленное им убежище или же своими личными мотивами. И теперь, когда их расположение проявилось столь странным образом, Асги следовало разобраться с причинами.

- И как это понимать? – громко спросил золотоглазый, ни к кому в частности не обращаясь.

Конечно, можно было бы самому потерять очень много времени и поискать в округе следы, указывающие на то, что что-то здесь произошло. В том, что он находится в правильном месте, Асги не сомневался – лесовики были созданиями вполне конкретными, значит, искать надо там, куда тебя привели. Но ленвайлду, честно говоря, было не до того. Странные хозяева лесов почти никогда не вмешивались в дела обычных людей, предпочитая даже умирать так, чтобы никто их не видел. И если они в нарушение требования привели господина совсем в другое место, значит, причина была очень и очень серьезной.

В двух шагах от Асги медленно и величаво вспучилась трава, после чего лопнула, выпустив на свет каменный валун высотой в пару человеческих ростов. По валуну во всех направлениях побежали трещины, однако, он не развалился на части, чего можно было бы ожидать; змеящиеся трещины соединялись между собой, постепенно вырисовывая на поверхности валуна сначала руки, затем подобие головы, коротких и массивных ног. Как только часть каменного тела оказывалась законченной, она со звонким щелчком откалывалась от основной массы камня и зависала на некотором расстоянии от тела лесовика. Через минуту перед ленвайлдом стояло человекоподобное каменное создание, чьи руки, ноги и голова парили на некотором расстоянии от тела, а темные провалы глаз требовательно смотрели на Асги.

Увидеть лесовика – большая и редко оказываемая честь. Тем более было очень странным то, что этим таинственным существам что-то требовалось от простого смертного. Ленвайлд вопросительно поднял брови, всем своим видом показывая, что не понимает причины своего присутствия в этом месте.

Часть валуна, которая больше всего походила на левую руку, поднялась, по ней поползли уже знакомые трещины, со звонкими хлопками выделившие пальцы, указавшие на запад. Асги сначала заинтересованно изучил не просто отдельно зависшую руку, но и будто парящие в воздухе пальцы, уже начав подгонять под это интересное явление одну из теорий, но с великим сожалением вынужден был отвлечься и проследовать в указанном ему направлении, прекрасно понимая, что лесовик так просто не отстанет: даже домой тропами спокойно вернуться не даст, будет все время выводить к этому месту. Конечно, можно передвигаться и обычными дорогами, теряя уйму времени, или просто пойти на конфликт с этими существами… Но гораздо проще выполнить то, что они просят. Тем более…

Повинуясь нарастающему внутри чувству тревоги, золотоглазый перешел на быстрый бег. Тем более, что лесовики очень редко просят что-то только для себя. Если они решили пойти на открытый контакт с человеком, значит, произошло нечто из ряда вон выходящее. Асги уже представлял, куда его вывели: наименее обжитые земли. И дело было не в том, что его люди боялись здесь селиться. Просто ресурсов и потребности в рабочих руках хватало и в других местах, а здесь, на юге, по соседству с Сумрачным лесом можно было не опасаться чужих набегов. В конце концов, чтобы пройти через это всеми проклятое пристанище монстров, надо быть не менее безумным, чем сам господин Забытых Земель.

Поэтому и не жил здесь никто ближе, чем на три дня пути от границ. Ибо незачем. Но подобное положение вещей имело и оборотную сторону: если что-то случится, то ты узнаешь об этом далеко не сразу. Особенно если произошедшее недалеко от границ. Кто доложит? Некому.

На этот раз, очевидно, пострадал лес, потому что в противном случае лесовики даже и не подумали бы выходить на прямой контакт. Контролируя дыхание, Асги перебирал в голове последние донесения – ничего неординарного в голову не приходило. Конечно, эта Айнара, будь она неладна, порядком портила уже устоявшийся порядок совещаний в Черном Замке. Ленвайлд привык выслушивать доклады, сидя перед камином, дышащим успокаивающим теплом, отбрасывающим на стены причудливые тени от пляшущего пламени, привык бросать короткие взгляды на висящую на стене карту, просчитывая пути и варианты, привык задавать уточняющие вопросы и тщательно обдумывать приказы и поручения.

Всего этого он теперь был лишен. Айнара, от которой так просто не отмахнешься – все же с приказом от самого Родерика прибыла – и с положением которой в своем замке Асги пока никак не мог определиться, была лишними ушами. Если она останется в живых, в чем у ленвайлда были большие сомнения, она будет никому не нужным свидетелем. Конечно, избавляться от нее именно сейчас было бы очень большой ошибкой. Мелисса при всей своей ненужности Асги все еще может побыть наживкой, с помощью которой золотоглазый не на шутку рассчитывает узнать, кто же держит в руках удочку, заброшенную на его территорию.

Райген молчал. Даже ни разу не намекнул на то, что где-то творится беспорядок. Значит, он и сам находится не в курсе, а это очень плохо. Потеря контроля над положением вещей на своей территории говорит о многом. Появление Айнары спутало множество карт, разрушило привычное течение жизни, и за это теперь приходилось расплачиваться. Конечно, самым большим неудобством было то, что теперь Асги приходилось каждую ночь появляться в Черном Замке.

Да, лесные тропы – это хорошо. Они позволяют существенно экономить время, но у этого всего была и оборотная сторона: за подобное удобство приходилось расплачиваться собственной кровью, а ее потеря для Асги могла стать фатальной. Не будь столь неудобных гостей, ленвайлд даже внимания не обращал бы на то, в какой части Забытых Земель он находится – везде он был как дома. Находясь у границ своих владений, Асги вполне успевал реагировать на то, что происходило на окраинах, будучи полностью уверенный в безопасности своего тыла. Теперь все поменялось. И ленвайлд сам себе честно признавался, что просто не представляет, как на это реагировать.

Асги чуть сменил направление, приближаясь к деревьям. Набравшее силу солнце неприятно выпаривало недавно намокшую рубаху, заставляя обливаться потом, поэтому ленвайлд предпочел передвигаться в благодатной тени деревьев. Да и скорость его могла существенно вырасти, если уж быть до конца честным.

Ленвайлд выбрал подходящее дерево, способное без труда выдержать его вес, некоторое время придирчиво его осматривал, облюбовывая ветку, после чего без видимых усилий прыгнул прямо вверх. Цепко схватившись за середину толстой ветки, ленвайлд в два перехвата приблизился к стволу, уперся в него ногами и резко оттолкнулся, перескакивая на другое дерево.

Левая рука привычно ухватилась за следующую опору, по нему разлилось уже знакомое ощущение силы, плавно перетекающее во все тело. Сердце застучало быстрее, в ушах начал нарастать невнятный шум, чувствовалось, что нагрелась правая рука, налились силой ноги. Асги знал, что именно такими длинными скачками с небольшими задержками на деревьях он может передвигаться наиболее быстро. Прыжок, мимолетное касание ветки, перехват, новый прыжок… Ленвайлд был настолько сосредоточен на перемещении, что не обращал внимания ни на что вокруг. Только движение, только контроль.

И снова тело предало его. Левое плечо и грудь внезапно прострелило резкой колющей болью, дыхание сбилось, и рука вместо ветки схватила пустоту. Асги едва успел заслонить лицо, чтобы глаза не выбило хлещущими ветками. Удар о землю был жестким, выбившим воздух из легких. Ленвайлду оставалось только кататься по земле и беспомощно хрипеть. Но пугало его отнюдь не отсутствие возможности вдохнуть. Боль в очередной раз хитрой змеей проникла внутрь, ласково шепча, что он находится на самом пороге смерти, что пришло время выживать любой ценой, что у него есть для этого возможности…

И эта возможность, радостно и не веря в происходящее, подняла голову. Кроваво-красные прожилки на левой руке вспыхнули ярким светом, разум затопила жгучая боль. Асги чувствовал, как рубашка на спине моментально стала тесной, раздался треск разрываемой ткани. Буквально все начало выводить из себя: деревья вокруг, колющая трава, даже чистый свежий воздух. Бешенство тяжелыми молотами бухало в виски, заставляя до скрипа сжимать зубы. Змеи боли горящими плетьми от левого плеча неуклонно ползли вправо, по пути словно пожирая остальное тело.

Знакомое ощущение. Примерно то же самое совсем недавно накрыло перед замком. Асги с рычанием ударил кулаком по стволу ближайшего дерева, пытаясь подняться на ноги и отчаянно борясь с жаждой убийства, до последнего стараясь сдержаться, не дать себе озвереть, не сойти с ума и остаться самим собой.

Глава 18

Глава 18

Цена. Все в этом мире имеет цену. За все надо платить.

Он знал, что будет дальше, как и то, что времени у него очень мало: шепот в голове будет становиться все сильнее и разборчивее, боль также будет нарастать, заставляя организм изменяться. И силы на эти изменения придется брать в источнике, к которому категорически нельзя обращаться. Если ленвайлд сейчас не сдержится и не сможет вернуть контроль над бунтующим телом, не сможет удержаться от соблазна избавиться от боли, то начнется все с невинного желания прибить какую-нибудь ни в чем не повинную зверушку, а закончится неприятностями для многих жителей Забытых Земель. Как знать, может, и на части основных территорий империи аукнется.

До крови закусив губу, Асги с трудом поднялся на одно колено, тяжело дыша и мотая гудящей головой.

Держаться. Он должен держаться. Во что бы то ни стало. Дышать. Сейчас до безумия тянет туда, где легкие обжигает сухое дыхание лавовых озер, но он здесь, в лесу, значит, надо дышать тем, что есть здесь. Не обращать внимания на то, куда его тянет и чего ему хочется.

Тяжелый вдох и хриплый выдох.

Снова.

Еще раз.

В голове раздался разочарованный вопль, и ленвайлд вымученно улыбнулся, сплевывая тягучую горькую слюну, перемешанную с кровью из закушенной губы. Боль начала отступать, зрение прояснилось, дышать с каждым вдохом становилось все легче. Наконец, он может позволить себе разогнуться, не опасаясь, что тело вновь его предаст. Асги не беспокоился за раны или переломы – приятная сторона медали, которую ему придется носить до конца своих дней. Кости уже должны были встать на место, а от порезов и ссадин, пусть и очень глубоких, даже шрамов не останется.

Золотоглазый сбросил на землю заплечный мешок и с тихой руганью принялся вылезать из лохмотьев, всего несколько минут назад бывших рубашкой. Хорошо, запасную с собой всегда носит на всякий случай. Переодевшись, Асги тщательно свернул и уложил на дно мешка обноски: он прекрасно знал, что оставленные без присмотра вещи могут использовать маги, а потому внимательно следил за тем, что и где оставляет. По уму, конечно, надо бы и остатки слюны убрать. Маловероятно, конечно, что в такую глушь потащится какой-нибудь даже самый безумный маг, но ведь и на старуху, как говорится…

Ленвайлд поморщился, затем уже привычным движением когтем на левой руке полоснул по ладони правой, обмакнул в кровь палец и прямо в воздухе нарисовал несколько символов. Для него легче всего было снова прибегнуть к магии крови, тем более, что он сейчас далеко от обжитых земель, ни у кого лишних вопросов не вызовет, да и на траве уже достаточно его собственной крови, оставшейся после не самого удачного падения с высоты. Зависший в воздухе узор медленно полетел вперед, затем завис над тем местом, где была кровь Асги, и плавно опустился на землю.

Ленвайлд увидел, как темно-красные капли, уже успевшие подсохнуть, набухли, налились светом, а затем из них во все стороны поползли огненные плети, словно крохотные потусторонние молнии, слепо и жадно шарящие по земле. От жара начали чернеть и скручиваться травинки, а после место падения золотоглазого на несколько мгновений полыхнуло ослепительным жаром, оставив после себя выжженный круг в пару шагов в поперечнике. Асги присел, зачерпнул щепотку еще горячей земли и прислушался к своим ощущениям: отголосок магии был, но очень слабый. Скоро собственная жизнь леса все здесь перемешает и сотрет малейшие следы. Разве что трава еще долго не будет расти, но тут уж все версии произошедшего придется за уши притягивать, а при отсутствии доказательств он может чувствовать себя совершенно спокойно.

Ленвайлд тряхнул головой, старательно прогоняя прочь и без того затихающий голос, из последних сил бубнивший что-то нечленораздельное. Его проблемы – это его личное дело, его же сюда позвали совсем для другого: лесовики вышли на открытый контакт с человеком. А значит, произошло что-то неладное, и ему даже указали направление, в котором оно находится.

Асги еще раз внимательно осмотрел место своего падения, убедился, что никаких следов не оставил, после чего снова закинул за спину мешок, с кривой усмешкой глянул на деревья, покачал головой и уже стандартным для любого человека способом – то бишь, ногами – отправился дальше, пока солнце было высоко.

Неладное Асги заметил еще издали, нешуточно удивившись: часть леса была просто вырублена. Теперь стало понятно, почему лесовики вывели его именно сюда: пострадал лес – их вотчина. А в Забытых Землях они не могли больше рассчитывать ни на чью защиту, кроме ленвайлда. Поэтому разобраться сейчас в произошедшем было прямой обязанностью Асги.

Ленвайлд подбежал к краю оголенной местности и остановился, тяжело дыша и прикидывая свои потери. Присев перед ближайшим пнем, золотоглазый внимательно осмотрел срез. Тот был уже сухим и желтовато-оранжевого цвета. Асги поднял голову и, закусив губу, еще раз осмотрел врубку, прошелся взглядом по кромке нетронутого леса и опустил глаза вниз, отыскивая следы.

Тот, кто сотворил подобное с собственностью да’Равери, основательно подготовился. Асги переходил от одного пня к другому, поднимая и рассматривая сломанные и срезанные ветки, едва ли не принюхиваясь к примятому мху. Неизвестные – пока неизвестные! – имели четкую цель и план. Они не стали сжигать лес, потому что поднявшийся дым вызвал бы тревогу у местных жителей и, как правило, весьма быстрое появление ленвайлда, скорого на расправу. Они не ограничились простой вырубкой деревьев – вокруг не было ни одного брошенного ствола; все вывезли в неизвестном направлении.

Но самым плохим было не это. Асги с тяжелым вздохом сел прямо на траву и зло взъерошил себе волосы. Вся эта ситуация попахивала изменой, что было немыслимо. Те, кто провернул это почти под самым носом у Асги, явно знал, что делает. Да, в Забытых Землях действовали четыре закона, которые не просто регламентировали жизненный уклад, но и давали для всех четкую картину, которая сводилась, по сути, к двум словам: ленвайлд всемогущ! Да, Асги знал обо всем, что происходит в его землях, обо всех, кто приехал или уехал, о каждом преступлении (каковых почти не случалось) или несчастном случае (эти случались довольно часто, но в основном с приезжими). Со стороны могло казаться, что эти законы безупречны, как и власть ленвайлда.

Но не все было так просто. В любой, даже самой совершенной обороне, всегда есть крохотный изъян. Асги, в свое время в одиночку сумевшему проломить ранее считавшуюся несокрушимой оборону столицы, не знать ли об этом. И у его власти было одно ограничение: чтобы попасть в поле зрения ленвайлда, человек или событие должны провести на территории Забытых Земель хотя бы сутки. Если было совершено преступление, то преступившего закон ждало неминуемое наказание, но только в том случае, если он не успел покинуть границы лена до наступления заката. О любом госте было известно не тогда, когда он только въезжал в Забытые Земли, а с заходом солнца.

И кто-то рассказал об этой слабости врагам, совершившим с лесами то варварство, которое Асги теперь оставалось только тоскливо созерцать. Поднявшись, ленвайлд еще немного покрутился между деревьями, после чего уверенно направился к границе своих земель, которая была совсем рядом. То, что было непонятно лесовикам, для него сложилось в единую картинку.

Неизвестные с рассветом вступили в пределы Забытых Земель в самом необитаемом месте. Они точно рассчитали точку удара, даже не позарившись на заросли сталеницы – та явно была им не по зубам, да и следы оставляла достаточно заметные. Конечно, Асги лично каждый ствол не помечал, но очень хорошо помнил, куда и сколько было продано. В этом месте владений лес широким языком выдавался вперед, словно стараясь дотянуться еще и до чужих земель. Неизвестные быстро и организованно зашли, несколько часов ударно трудились, вырубая и загружая стволы деревьев на повозки, после чего так же быстро и без лишней суеты отступили.

Время было рассчитано идеально: задержись они до заката и не успей вовремя покинуть Забытые Земли, ленвайлд непременно узнал бы о происшествии. А так… Пока суд да дело, пока разобрались в том, что случилось, пока передали всю информацию Асги, прошло уже немало времени, следы порядком остыли, дерево, скорее всего, уже распилили на доски или прямо так использовали для строительства домов. И вроде как доказать уже никто ничего не сможет.

Но не в этом случае. Асги уже давно научился использовать свои слабости. Да, они были, и, к великому сожалению, ленвайлд пока не понимал, как от них можно было избавиться, но это не значило, что он не знал, как можно воспользоваться ими в своих интересах. По сути, у незваных гостей было всего полдня на то, чтобы успеть убраться восвояси, – граница хоть и рядом, но не в одном шаге – а судя по тому, что деревьев они успели нарубить немало, времени на петляние у них не было. Уходили напрямки. Кроме того, нужно было как можно быстрее избавиться от улик, значит, тянуть точно не будут. Никаких обманных маневров, только движение прямо к цели.

А что у нас находится в этой стороне? Асги прикрыл глаза, словно погружаясь в давно изученную карту. Перед его внутренним взором проносились леса, речки, поля, овраги, а сам ленвайлд подобно стремительной птице летел к конечной точке своих интересов. Да, в этой стороне уже заканчивались владения империи Маолан. Забытые Земли и без того загребущей рукой вторглись на территорию соседних государств, так что неудивительно, что кто-то решил пощипать столь наглых выскочек.

Плохо. С одной стороны. А с другой… Асги открыл зло полыхнувшие глаза и оскалился: это не внутренние дела империи, здесь перед Родериком отчитываться не надо. Это его личные дела с соседями. И плевать ему, что они живут в другом государстве. Привилегий им это не дает. А дипломатические каналы прекрасно умеют затягивать любой процесс. Прямой долг Асги защищать интересы и собственность империи, а фактически сейчас на его глазах было совершено самое цинично разграбление ценностей империи Маолан. Разве он как ленвайлд может оставить это без ответа? Конечно, нет.

Асги приглушенно рассмеялся. Ему ведь даже с Родериком советоваться не надо, потому что тот фактически отдал на откуп ленвайлду Забытые Земли и все, что с ними было связано. Со всеми из этого вытекающими правами и обязанностями. И теперь не надо бежать и жаловаться императору на несправедливость соседей. Можно просто решать вопрос своими силами.

Ленвайлд уже поднял левую руку, но вовремя остановился и заскрипел зубами от злости - Айнара! В его замке сейчас сидела эта заноза, которая была способна все испортить. Асги не сомневался в том, что вычислит преступников и накажет так, как посчитает нужным, но за это придется заплатить соответствующую цену. Сам он знал, какой она будет. Жители его лена – тоже, и были к этому готовы, как и к тому, что господин будет отсутствовать в Черном Замке некоторое время. А вот мелисса… Она многого не знала, да и не надо было ей вникать во все. Айнара воспринималась ленвайлдом как явление временное. Помеха. Просто пылинка на пути бурного течения его жизни. Но она обладала поистине пугающей способностью по незначительным фактам устанавливать истинную картину мира, как бы старательно ее ни прятали.

Да, чтобы добраться до преступников, Асги понадобится около дня. Еще одна ночь уйдет на то, чтобы они понесли заслуженную кару. Ленвайлд знал, что после этого он изменится. Это было неминуемо. Может, незначительно, но точно. Заметит ли это Айнара? Какие выводы она из этого сделает?

С другой стороны, почему Асги должен об этом думать? За последние несколько лет золотоглазый прекрасно усвоил одну простую истину: лен – главнейшая ценность. Без Забытых Земель не будет и самого ленвайлда. Поэтому в первую очередь надо заботиться о своих владениях, потому что они гарантируют выживание Асги. А остальные… Ленвайлд сжал руки в кулаки. Остальные рассматриваются либо как помощники, либо как помеха. И помехам не место в жизни ленвайлда.

Асги разжал левый кулак, согнул пальцы, словно когти, и полоснул перед собой крест-накрест, оставляя висящие в воздухе огненные следы. Убедившись, что они не собираются пропадать, ленвайлд, сжав зубы, протянул к ним руку, ощущая страшный жар. Боль, которую он испытывал, была всего лишь частью той платы, которую ему придется отдать за возможность наказать преступников и оставить урок другим. Боль была неотъемлемой частью жизни Асги, он давно уже к ней привык и не боялся ее. Вторая часть была куда менее приятной и более страшной.

Стоило левой руке коснуться пылающих разрывов пространства, как Асги ощутил, что его голова готова взорваться. По левой руке побежали мурашки одновременно с ощущением рвущейся в него безграничной силы. Боль от потустороннего огня уже не обжигала, а ласкала, убаюкивала, звала за собой, манила, обещала. И Асги прекрасно знал, что если он согласится, то боль действительно уйдет. Но он сжал зубы и, чувствуя, как заворочались под кожей стремительно меняющиеся мышцы, по локоть засунул руку в разлом, тяжело дыша и мысленно призывая посланника.

Кровь тяжело стучала в висках, чужие мысли горячим ветром носились в голове, не давая ни мгновения передышки. Волна ненависти неумолимо поднималась по телу, медленно и неотвратимо подкатывая к голове. И Асги знал, что будет дальше: как только злоба и ненависть затопят его сознание, он не оставит здесь ничего живого. Он не просто разнесет деревья вокруг. Они перестанут существовать. Совсем. Как и лесовики, звери, птицы.

Когда он испытал подобное последний раз, очевидцы последствий его безумия опорожняли желудки прямо на том месте, где стояли. Это было настолько чудовищно, что человеческое сознание, не в силах смириться с этим, решило отгородится версией, будто ничего не было. Действительно, как один человек может уничтожить веками создаваемую и многократно проверенную оборону не простого города, а целой столицы? Никак. Многие говорят, что от защитников ничего не осталось? Не может этого быть. Люди просто ничего не видели, поэтому теперь стараются придумать какую-нибудь легенду. Один человек не в силах совершить подобное. И точка.

Старательно удерживаясь на тонкой грани безумия, Асги ощутил, что в руку вцепились тонкие коготки, и отчаянным прыжком метнулся прочь от провала, спеша покинуть зовущую тьму. Тяжело дыша, он сидел на земле, спрятав лицо в сгибе правой руки и все еще не веря в то, что ему удалось удержаться. Он предполагал, на какой риск идет, знал, что это опасно, но при этом не менее четко понимал, что он просто обязан это сделать.

Собравшись с силами, каждое мгновение твердя себе, что это далеко не конец, а только начало, он поднял голову и мутным взглядом посмотрел на создание, которое вытащил с другой стороны им же сделанного пролома в реальности. Скорее всего, когда-то оно было птицей, по крайней мере, на это намекали остатки перьев на его теле, длинный и хищно изогнутый клюв со следами крови и лапы, кривые когти на которых крепко вцепились в левую руку Асги. Голая шея была местами обуглена, местами – покрыта сочащимися гноем язвами. Крылья уже давно потеряли свое оперение, которое заменили тонкие кости и перепонки, как у летучей мыши. В целом, это создание было похоже на кошмарного монстра, тупого и кровожадного, если бы не лютый голод и злой разум, отражающиеся в золотых глазах твари.

Асги содрогнулся, поняв, что смотрит на какую-то часть себя самого, и отвел взгляд, не в силах больше смотреть на призванное создание.

- Ищи тех, кто был здесь несколько дней назад, - буркнул он. – Найдешь, доложи мне. Сам ничего не предпринимай.

Птица наклонила голову, словно задавая Асги какой-то вопрос.

- Если никто не заметит, можешь делать все, что хочешь, - скривился ленвайлд. – До других мне нет дела. Забытые Земли под запретом. Ты знаешь, что не имеешь права причинять вред людям и другим созданиям на моей территории.

Сильным броском он зашвырнул монстра вверх. Тот издал протестующий крик, противно ударивший по ушам, расправил свои крылья и, сделав несколько кругов над вырубленной поляной, устремился на юго-запад.

Ленвайлд ладонью закрыл глаза, сосредоточившись на птице. Он нащупал ее сознание и даже успел услышать гневный клич перед тем, как бесцеремонно вломился в ее мысли. Короткая вспышка боли быстро прошла, и золотоглазый ощутил себя парящим в воздухе над бесконечным зеленым ковром леса, кое-где прореженным черными пятнами искореженных стволов, проплешинами болот, полянами сухостоя. Не обращая внимания на отчаянное сопротивление, Асги заставил своего посланника снизиться, то одним, то другим глазом оглядывая землю. Старания его были очень быстро вознаграждены: посреди густой травы ярко светились желтым многочисленные следы лошадей, людей, тяжелых повозок. Странно: сам ленвайлд смог разглядеть только некоторые из них, так много он не увидел…

- Как я, собственно, и предполагал, - скрипнул зубами Асги.

Среди желтого великолепия, указывающего на явные признаки недавней жизни, пыталась затеряться тоненькая фиолетовая ниточка – маг! Вместе с теми, кто вероломно вторгся на территорию Забытых Земель, был маг, который старательно прятал следы своего присутствия. Именно он заставил порядком вытоптанную траву вновь подняться, разве что сил не хватило на всю – вторжение было все же очень масштабным, но и без того были все шансы на то, что Асги спишет это на проделки браконьеров и не станет искать виноватых. Но вышел прокол: призванное создание из другого мира видит все по-другому. Его не интересует магия, ему наплевать на тип живого существа, на его силу, но живое излучение, присущее каждому, от демонического взгляда не ускользнет. Вот и в этот раз тварь прекрасно рассмотрела желто-оранжевый цвет людей и животных, начисто лишенных магии и годных лишь для использования их грубой силы, а так же едва заметный фиолетовый оттенок человека, обладающего магическими силами.

Что это значило? Что кражей леса управлял кто-то весьма обеспеченный, потому что только такие люди были в состоянии или нанять мага, или держать его в своем окружении. Круг подозреваемых стал только шире, разрастаясь до приближенных к трону.

Посланник постепенно удалялся от Асги, и тому нехотя пришлось возвращаться в оставленное тело. Проморгавшись и вытерев бегущие слезы из глаз, которые сейчас пытались вновь перестроиться под его тело, ленвайлд поднялся на ноги, с ненавистью глядя в ту сторону, куда улетело призванное создание. Конечно, он уже не мог его видеть, но явно чувствовал, как какую-то частичку его словно тянули в ту сторону. Можно было не сомневаться, что он сможет найти это чудовище в любой точке мира, пока оно не сгинет.

Из-за расстояния смотреть глазами призванного уже не получается, но и без того Асги успел заметить, что линия следов, выйдя за пределы Забытых Земель, сначала тянется вдоль границы между двумя соседними странами, заметая следы, а затем сворачивает на запад.

Вараваги. Эта страна никак не могла успокоиться. Будучи одной из первых решившая, что можно безнаказанно напасть на империю, пока в той бушевал переворот, она весьма чувствительно получила по протянутым к богатствам рукам, не просто вынужденная убраться восвояси, но и потеряв часть собственных территорий. Но зачем им лес? В отличие от Урронахватанари, это государство не было обделено природой, у него не было нужды в еде, которую давали обширные поля, в дичи и древесине, которыми щедро делились богатые леса. Так почему же они решили прихватить себе часть Забытых Земель?

Асги заскрипел зубами: он не успеет. У него не получится решить эту проблему и успеть вернуться домой, а оставлять Айнару одну без присмотра в Черном Замке не очень хотелось, особенно учитывая свое грядущее отсутствие. Отчего-то мучило чувство, что Райген один не справится, и не спасет даже возможная помощь Эссары.

До сегодняшнего дня ленвайлд некоторыми ночами пусть и не находился в своем замке, но все же не покидал территорию Забытых Земель, старательно удерживая устоявшийся порядок вещей, поэтому все изменения, которые происходили, были незначительными, не вызывающими подозрений, хотя Асги готов был поклясться, что Айнара со своими людьми все же ощущает что-то страное. Но теперь ему предстояло уйти за границу, а это означало, что обязанность по поддержанию порядка ляжет на всех жителей лена, и мелисса не преминет заметить малейшие изменения в их поведении.

Ох, как же все не вовремя! Асги поднял к небу тоскливый взгляд: сговорились там все, что ли? Кому он мешал своей спокойной жизнью? Нет же, решили вывалить на него все и сразу: и приезд странной гостьи, и проблемы с императорским двором, и нападения на Забытые Земли. И вроде как чувствуется, что это все взаимосвязано, но цепочку Асги пока проследить не мог.

А может… Ленвайлд даже дышать перестал от простоты внезапно пришедшей мысли. А может, Айнара – ловушка? Только не настолько простая, как ему показалось сначала - либо жениться, либо убить, - а намного более хитрая, ведь не зря же все складывается так, чтобы ему пришлось уйти из Забытых Земель. Возникало ощущение, что кто-то пытается окольными путями собирать информацию. И не о лене, как могло показаться на первый взгляд, а о нем самом. Попыток проникнуть в Забытые Земли и потом исчезнуть из них с ценными сведениями было немало, Асги это прекрасно знал, ведь пресекал их лично. Но на этот раз все было по-другому, как-то более изящно, хитро, продуманно, спланированно. Любое событие, поначалу кажущееся обычным, при внимательном рассмотрении начинало обретать второе дно.

А с другой стороны – Асги поднял лицо к небу и оскалился – какая разница? Ему плевать на Айнару, ему плевать на императора, ему плевать на все вокруг. Его мир – его лен. И недавно в его мир кто-то вторгся. Нагло, в грязных сапогах и полной уверенности в собственной безнаказанности. Но так не бывает.

Каждое действие имеет свои последствия, особенно если оно непосредственно касается Забытых Земель.

Что может сделать мелисса? Ничего. Даже если она что-то узнает, у нее не будет возможности поделиться с другими своими выводами. В крайнем случае, можно приказать Райгену ее убить. Возможно, будет тяжело, потому что ни эта странная Рокси, мало похожая на человека, ни усатый гвардеец, от которого временами начинало веять нешуточной опасностью, не позволяли жить иллюзией, что с ними получится легко справиться.

Но все это было мелочами. Пылью. Не справится Райген, начатое довершит Гензу. Не мытьем, так катаньем, но жизнь все равно будет возвращена в привычное русло. Главное – лен. Главное – покой. Главное – защита. А если кто-то считает, что может просто прийти и отнять это все у Асги, тот, видимо, не поверил рассказам об ужасном ленвайлде или посчитал их глупой выдумкой.

Золотоглазый покачал головой и уже совершенно спокойно сделал широкий шаг. Демонический посланник улетел на запад, значит, Асги придется идти туда же…