Тишина в её мире

Пролог

«Любовь - это не когда два человека становятся одним, а когда два разных мира, по началу несовместимые, учат друг друга существовать рядом.»

Пролог

Я не люблю изменения. Это пугает меня, как неизведанная дорога, по которой мне предстоит идти в темноте. Новый город, новая школа - всё кажется слишком большим, слишком шумным, слишком чужим. И вот я тут, как будто за тысячу километров от дома, в этом холодном и чужом месте, где каждый человек - как чужая планета. Я могу только наблюдать, как они все смеются, разговаривают, двигаются с уверенностью, которой мне не хватает. Мы сидим на завтраке, но я не ем. Всё вокруг меня слишком громко. Мама и папа что-то обсуждают. Они всегда обсуждают что-то важное, что я не понимаю. Какие-то прибыли, расходы... Это всё, что я слышу. Иногда мне кажется, что их мир слишком большой для меня. Мир, где я просто тень, наблюдающая за всеми, но никогда не ставшая частью этого. Я опускаю взгляд и смотрю на свои пальцы, которые нервно перебирают края салфетки. Я всегда обращаю внимание на такие маленькие детали, как движения пальцев. Мне нравится сосредотачиваться на чём-то, чтобы не думать о том, что будет дальше. О том, как я буду завтра в этой новой школе, среди людей, которые даже не подозревают о моих страхах.

-Ты не хочешь поесть? -спрашивает мама, не отрываясь от разговора с папой. Я вздрагиваю, будто просыпаюсь.

Протягиваю ложку, но так и не подношу её к губам. Ещё не готова.

- Да, всё в порядке, - отвечаю я, но мой голос звучит тихо, почти неслышно. Я чувствую себя чужой здесь, даже в этой комнате. Я бы хотела вернуться домой, в тот старый город, где всё было привычным. Я не могу представить, как я буду утром заходить в эту новую школу, где все будут смотреть на меня. Я хочу просто исчезнуть, быть невидимой. Сквозь туман моих мыслей я слышу, как папа говорит о каких-то новых проектах, как мама отвечает ему, а я просто... сижу. Смотрю на пальцы, на белую скатерть, которая вдруг становится центром моего мира.

Глава 1 — Принцесса

Принцесса

Утро. Я собрана, но внутри все как-то не так. Черная юбка, белая кофта, сверху мини-чёрный жакет и тёмно-серый галстук с белыми полосками. Когда я вынуждена носить что-то новое, кажется, будто оно меня колет. Такое ощущение, что каждый шов на этой одежде - это напоминание о том, что я не в своей тарелке. Обычно я выбираю себе один образ и ношу его всю неделю, а может, даже больше. Это было привычно, комфортно. А теперь... всё это словно чуждо мне. Я медленно расчесываю волосы, глядя на своё отражение в зеркале. Тишина вокруг, только скрип расчески по волосам и мои мысли, которые уносят меня куда-то далеко. Вдруг мама окликает меня с кухни:

-Алина, пора выходить!

Я вздрагиваю и мгновенно очаровываюсь реальностью. Питер. Большой город, красивый, но шумный. Столько людей, столько машин, столько всего, что кажется, ты просто растворяешься в этом потоке. Я замираю, смотря на своё отражение в зеркале, пытаясь найти в себе силы для следующего шага. Всё вокруг кажется чужим. Но я знаю, что мне нужно идти.

Мама подходит ко мне, её лицо нежно озаряет улыбка, и она проводит рукой по моим волосам, словно подтверждая, что я готова к этому дню.

-Ты выглядишь просто замечательно, - говорит она, её голос тёплый и ласковый. - Настоящая леди. Уверена, сегодня будет твой день.

Она вручаёт мне сумку - небольшую, квадратную, с чёрной кожей. Лёгкая, но прочная, она словно сочетает в себе элегантность и утонченную практичность. Я беру её, чувствуя, как тепло её кожи перетекает в мои ладони. Это немного успокаивает.

Мы обе выходим из дома. Чистое, холодное утро касается лица, но я не чувствую холода. Мы идём к машине, маленькому чёрному «Мерседесу», который стоит на тротуаре. Уютный, неприметный, словно созданный для того, чтобы не привлекать лишнего внимания. В машине пахнет свежим кожаным сиденьем и лёгким ароматом её парфюма. Такие запахи вызывают тошноту, но до школы думаю терпимо.

Я сажусь на пассажирское место, аккуратно застёгиваю ремень безопасности и смотрю в окно. Шум города, спешащие люди привыкшие к этому миру .А я не ощущаю этого мира как свой. Мама включает двигатель, и автомобиль плавно тронется с места. Она улыбается мне в зеркало заднего вида, глядя с лёгким беспокойством.

-Не переживай, всё будет хорошо. Ты привыкнешь. Ты не одна, помни об этом. В школе все будут тебя воспринимать как свою. Всё будет хорошо, обещаю. Просто будь собой.

Её слова не дают никакое успокоение. Во мне всё так же бурлит маленькая тревога, которую пытаюсь спрятать от себя. Молча смотрю вперед, не реагирую. Внутри всё как будто замерло. Приручить свой страх - это не так просто. Ели заметно улыбаюсь ей в ответ, но это не настоящая улыбка. Я просто не знаю, что ответить. Просто хочу, чтобы этот день как можно быстрее закончился.

Мы мчимся по улицам города, и я чувствую себя как птица в клетке - маленькая, запертая, без крыльев.

Мы подъехали. Шум города, оглушающий и беспокойный, обрушился на меня, как волна, захлёстывающая лодку. Глаза, которые только что пытались сохранить спокойствие, теперь ловили мелькание прохожих, яркие школьные формы, скопление людей, что суетятся и спешат. На улицах всё было так живо, так ярко. Чистые небеса, утренний свет, разноцветные банты, обувь, с блеском шагнувшая в этот мир, и вдруг, словно всё это окружение затягивает меня в бурю. И я - маленькая, хрупкая фигурка, стоящая на берегу, ощущающая холод от внешнего мира.

Мама выходит из машины первой. Она движется уверенно, её шаги плавные и лёгкие. В её руках - та самая сумка, что я держала почти всю дорогу, а её лицо, как всегда, наполнено спокойствием, несмотря на весь этот хаос вокруг. Она открывает мою дверь, и я, по привычке, задерживаю дыхание, на мгновение забывая, как двигаться.

-Ну, давай, зайчонок, - её голос так же мягок, как всегда, но в нём слышится лёгкое нетерпение.

Я выхожу. Мои ноги, несмотря на всю мою попытку быть спокойной, слегка дрожат. Я вдыхаю воздух, и он кажется чужим - слишком насыщенным, слишком громким. Шум города, музыка, голос чужих людей, стоны машин - всё это напоминает мне о том, что я здесь не дома, а в каком-то другом месте, чужом и непонятном. Я сжимаю руки в кулаки, пытаясь держать себя в руках. Но ни один кулак не может успокоить этого тревожного пульса внутри меня, ни одна мысль не способна затмить этот поток чувств.

Мама видит это. Она мягко кладёт руку на моё плечо, тянет меня за собой. Это как бы невидимая поддержка, невидимая сила, которая заставляет двигаться, несмотря на страх. Мы входим в толпу, среди людей, таких разных, в этом нескончаемом потоке лиц. Я стараюсь не смотреть в глаза, потому что боюсь увидеть в них чуждость, смех, или что-то схожее.

- Всё будет хорошо, Алина, - её слова, как всегда, звучат как успокоение, хотя я не могу понять, действительно ли она верит в это или просто пытается создать иллюзию.

Всё это - как сон, в котором я не могу проснуться. Мы шаг за шагом пробиваемся сквозь толпу, и вот, наконец, мама находит классную, женщину средних лет с тёплым взглядом и мягкой улыбкой. Она приветствует нас, но мне кажется, что её слова растворяются в этом шуме.

- Доброе утро, Алина! - говорит она, и я едва слышу её голос.

Я киваю, но остаюсь молчаливой, так же как всегда. Всё вокруг - оно словно просачивается через меня, но я не могу полностью поглотить этот мир. Я не могу стать частью этого, несмотря на все старания. В глазах мамы есть такая уверенность, а в моих - лишь пустота, наполненная глухим эхом звуков, что теряются в этом огромном, громком мире.

Классная протянула руку, но я, не осознавая, как быстро это происходит, сделала шаг назад, избегая прикосновения. Сердце пропустило удар, и я почувствовала, как холод проходит по телу. Это касание - оно оказалось слишком близким, слишком личным. Я не могу объяснить, почему, но руки чужих людей всегда заставляют меня чувствовать себя не в своей тарелке. Это не была даже тревога - скорее, что-то невыносимо тесное, сковывающее. Мой шаг назад был инстинктивным, как защита, и я в тот момент не могла остановить это.

Мама заметила моё движение и сразу извинилась.

- Прошу прощения, - её голос был мягким, но в нём звучала лёгкая тревога, как если бы она знала, что я не могла бы почувствовать себя комфортно от этого прикосновения. Она повернулась к классной и добавила: - Она просто не очень любит, когда кто-то касается её.

Классная, не удивившись, улыбнулась с тёплым пониманием. В её глазах не было осуждения, только сочувствие, и её улыбка стала ещё мягче, как если бы она узнала меня через этот маленький момент неловкости.

- Всё в порядке, я понимаю, - сказала она, её голос не звучал принудительно, но был таким спокойным, что мне стало чуть легче. Я почувствовала, как маленькая нить отчуждения между нами вдруг исчезла.

Мама наклонилась ко мне, её тёплый голос прошёл как тень по моим ушам, заставив меня поднять взгляд:

- Не переживай, - её слова были тихими, но полными уверенности. - Классная руководителница проведет тебя, познакомит с ребятами. Ты будешь с ними, а я приеду за тобой после уроков. Всё будет хорошо, помни.

Её слова звучали как обещание, как нечто знакомое и тёплое, и я почувствовала, как в груди на мгновение что-то растаяло, как если бы её уверенность наполнила меня хоть на малую долю. Но внутри всё равно оставался холод, такой неизбежный. Я не знала, как справляться с этим, как быть в этом огромном мире, полном прикосновений, слов, и того, что казалось слишком большим для меня.

Я кивнула, стараясь скрыть дрожь, и посмотрела на классную. Она не торопила меня, не делала резких движений, а просто ждала, пока я буду готова. Мама, заметив моё напряжение, тихо улыбнулась и обняла меня. Её прикосновение не было таким чужим, оно было родным, привычным, но всё равно оставалось невыносимо тяжёлым.

- Всё будет хорошо, Алина. Я верю в тебя, - сказала она ещё раз, прежде чем отступить, а я осталась с классной, которая, казалось, ждала меня, будто знала, что мне нужно время, чтобы привыкнуть.

Мы стояли в этой тихой паузе, и я всё ещё ощущала её взгляд, не требующий ничего взамен, не навязчивый. Только потом, когда мама слабо помахала мне на прощание, я позволила себе сделать шаг вперёд.

Шум вокруг был невообразим - смех, разговоры, музыка, обрывки диалогов, яркие вспышки света и движение. Ученики, как и ожидалось, были в центре всего этого хаоса. Девушки снимали видео, хихикали, обмениваясь комментариями, их лица озарялись в свете вспышек. Мальчики весело прыгали друг на друга, посмеиваясь, выкрикивая что-то неразборчивое, и тут же, как только одна группа начинала свою активность, другая немедленно вступала в игру. Какая-то девушка на сцене пела, пытаясь развлечь других, и её исполнение было настолько нелепым, что все вокруг громко смеялись, подражая её движениям.

Неподалеку парень подкрался к декорациям, схватил шарик и быстро, почти бесшумно, подкрался к группе девушек, снимающих видео. Он лопнул его прямо у них за спинами. Шум был оглушительным, и девчонки от испуга вскрикнули, отступив назад. Все вокруг замерло на секунду, а потом в воздухе раздался уже знакомый голос.

-Дима! - крикнула классная, отрываясь от наблюдения за происходящим.

Тот самый парень, который и стал причиной этого маленького хаоса, откинулся назад, не скрывая своей улыбки. Его лицо сияло от смеха, а его друзья вокруг тоже не сдерживались, разразившись громким хохотом.

Я стояла, как обычно, поглощенная тишиной внутри себя. В моих глазах не было удивления, не было смеха. Я просто наблюдала за всем этим, но не ощущала нужды вовлекаться. Всё происходящее было для меня как фон, не имеющий значения. Всё звучало и двигалось вокруг, но я оставалась в своём собственном мире.

Я заметила, как тот самый дима подошел ко мне. Его уверенные шаги выделялись среди всех других. Он подошел ближе, и я заметила его взгляд - внимательный, но с каким-то интересом. Его уверенность была заметна даже в том, как он двигался, как говорил. Его голос был низким, с оттенком дружелюбия, но в нем скрывалась лёгкая насмешка.

-О, ты новенькая? - спросил он. - Я Дима, рад знакомству.

Он протянул руку, но я не взяла её. Вместо этого продолжила смотреть вниз, не желая подниматься взглядом. Я не любила, когда чужие люди пытались прикасаться, а тем более, когда они делали это без разрешения. Я не могла понять, что мне с этим делать, как реагировать.

-А... Алина, - мой голос едва прорезал шум вокруг. Я сказала это, не поднимая взгляда, ощущая, как слова исходят из меня с усилием.

Классная, заметив, что момент стал неудобным, сделала шаг вперёд, чтобы развеять напряжение. Она мягко вмешалась, стараясь помочь мне не чувствовать себя так неловко.

-Алина, это твои новые одноклассники, - сказала она, указав на ребят, стоящих рядом. - Приветствуйте её.

Я почувствовала, как моё лицо слегка покраснело. Я не могла сдержать это, но старалась не показывать чувства, которые возникли внутри. Все взгляды были направлены на меня, и я чувствовала себя под микроскопом. Каждое движение, каждый взгляд казался слишком заметным. Мои шаги становились всё тише, а я всё больше погружалась в себя. Я не знала, как реагировать на эти взгляды. Эти ожидания, эта настойчивость в том, чтобы я "влилась" - всё это давило на меня.

Я опустила глаза, стараясь сосредоточиться на чем-то одном. На своих ногах, на мелких деталях асфальта, на чем-то, что казалось безопасным. Я не смотрела на их лица, не слышала их слов. Я просто стояла, пытаясь справиться с тем, что для меня казалось чуждым и неудобным.

Девушки и парни, представились мне, улыбаясь, но не навязчиво. Это было похоже на попытку быть вежливыми, но они, кажется, понимали мою тишину. Они не пытались сразу что-то от меня получить. Все вернулись к своим делам, как будто ничего не случилось. И этот момент, как будто растворился в шуме, в хаосе, везде.

Только я осталась стоять, с ещё большей твердостью внутри себя. Я не пыталась вписаться в этот мир. Я просто стояла в стороне, смотря на всё это, как будто оставаясь на его краю, вне его.

Когда нас всех проводили в класс, я тихо прошла вдоль коридора, следя за тем, как другие дети с весёлым смехом и оживлёнными разговорами находят себе места. С каждым шагом я ощущала, как внутри меня что-то становится более тяжёлым. Я была привычна к одиночеству, и это не было чем-то странным для меня, но здесь, среди новых лиц, мне было особенно неуютно.

Я выбрала место у окна - в самом конце класса. Мне всегда нравилось сидеть на таком месте, далеко от всех. Там было удобно, и никто не мог бы слишком близко подойти, и я могла спокойно смотреть на мир за окном. Деревья, улицы, небо - всё это успокаивало. Я смотрела в окно, поглощенная своими мыслями, как обычно, когда вдруг почувствовала шум рядом. Чья-то сумка с громким стуком приземлилась рядом, и я ощутила резкое движение рядом с собой.

-Это место обычно занято мной, - послышался знакомый голос. Я чуть повернулась и увидела, как Дима усаживается рядом. - Но красивой девушке уступлю, - он подмигнул, его глаза искрились с нескрываемым весельем.

Я попыталась отвести взгляд, чтобы не реагировать, но его уверенность и непринуждённость поразили меня. Я не знала, как реагировать, и просто молча продолжала смотреть на него. В это время раздался смех, и девушка, сидевшая спереди, обернулась к Диме. Она резко ударила его по голове не сильно и вернулась ко мне.

-Извини за него, - сказала она с лёгкой улыбкой. - Он наш клоун класса, не обращай внимания. - Она при этом повернулась ко мне, и её лицо стало более дружелюбным. - Кстати, я Лиза. Рада знакомству.

Я кивнула, чувствуя, как мои плечи немного расслабляются. Лиза как будто вливалась, в этом классе, она была частью этого мира. Её энергия была заразительной.

-Лиз, - сказал дима, снова перебив разговор. - А ты что так накрасилась? Чтобы Егору из 11в понравится?

Лиза нахмурилась, и её выражение лица изменилось. Она мгновенно отвернулась от Димы и с раздражением вернулась взглядом к классной. Вся её энергия ушла в одну короткую реакцию, как будто вопрос Димы задел её в самое сердце. Я заметила, как её руки слегка сжались, но она быстро скрыла это, вновь сосредоточив внимание на уроке.

Я молча сидела, стараясь не привлекать внимания, но я всё же не могла не заметить, как легко они общаются. Мне было странно - их бесконечная лёгкость, их способность быть такими уверенными и непринужденными в этом новом мире, который теперь должен был стать моим.

Я снова посмотрела в окно. Там всё было так же - деревья качались под лёгким ветром, и я чувствовала себя частью чего-то, что было далеко. Но внутри меня оставался тот же вопрос, который не отпускал меня с самого начала: как быть здесь? Как быть собой, когда всё вокруг кажется чуждым и таким непохожим на то, что мне привычно?

Классная ушла, и сразу начались уроки. Первым уроков была история. Учительница была строгой женщиной с чётким голосом, который легко перекрывал шум в классе. Её серьёзный взгляд пробегал по рядам, пока она рассказывала что-то о древних цивилизациях. Я старалась сосредоточиться, внимательно слушать и не отвлекаться. История всегда меня завораживала. Мне нравилось погружаться в другой мир, где было всё так далеко от настоящего - без шума, без чужих взглядов, и... без Димы.

Похоже, Дима на этот раз решил, что спокойствие в классе - не для него. Он не переставал ерзать, шуметь, постоянно что-то ронял, а затем достал телефон и начал смотреть что-то. Я краем глаза заметила, как его пальцы листали экран с такой лёгкостью, будто он был уверен, что никто его не заметит. И вдруг, громкая мелодия разорвала тишину. Это был какой-то смешной трек из ТикТока, который тут же наполнил кабинет абсурдной веселостью.

Я вздрогнула от неожиданного звука, сердце заколотилось быстрее. Громкость была оглушающей, и это мгновение словно выбило меня из равновесия. Все вокруг начали смеяться. Некоторые ученики хлопали по столам, другие переглядывались и хихикали, прикрывая рты руками. Смех и шум нарастали, как волна, и я почувствовала, как напрягаются мои плечи. Всё это казалось слишком громким, слишком хаотичным.

-Дима! - голос учительницы прозвучал резко, как удар грома. Она хлопнула ладонью по столу, и это заставило всех разом замолчать. - Это первый день! Хотя бы сегодня веди себя прилично! Ты уже в 11 классе, не ребёнок. Немедленно отдай телефон!

Дима, как всегда, совершенно не был смущён. Он поднялся, широким жестом кивнул, как будто отдавал честь, и, улыбнувшись, вышел к столу учительницы. Он положил телефон с таким видом, будто это был самый драгоценный предмет в мире, а затем, оглянувшись на одноклассников, сделал лёгкий поклон.

-Прошу, мадам, - сказал он насмешливо, и в классе снова послышались смешки. Учительница лишь тяжело вздохнула, явно привыкнув к его выходкам, и жестом отправила его обратно на место.

Дима вернулся, сел, достал тетрадь и начал что-то черкать в ней, наигранно сосредоточенно, словно бы пытался компенсировать своё поведение. Я снова попыталась погрузиться в слова учительницы, но всё ещё чувствовала, как моё сердце стучит немного быстрее обычного. Этот день только начался, а уже был полон неожиданностей.

Учительница продолжала объяснять тему, чертя на доске длинные схемы для домашнего задания, а я старательно записывала каждое слово. Внезапно Дима, сидящий рядом, наклонился ближе, касаясь локтем моей парты. Я почувствовала, как напряглась, не привыкшая к такому вторжению в своё личное пространство.

-Эй, Алина, - прошептал он, стараясь привлечь моё внимание.

Я сделала вид, что не слышу, надеясь, что он отстанет. Но Дима, конечно, не собирался сдаваться.

-Слушай, ты же не жадина? - его голос был чуть громче, и несколько одноклассников уже начали посматривать в нашу сторону.

-Что? - тихо спросила я, наконец повернув голову.

-Ластик одолжишь? - Он протянул руку, и в его глазах мелькнула насмешка. - Я просто подумал, что раз ты такая умная и тихая, то у тебя наверняка есть запасной.

Я невольно нахмурилась, протягивая ему ластик. Вот это сравнение он сделал..

-Спасибо, принцесса, - сказал он, принимая его с лёгкой улыбкой. - Я буду стирать им все свои ошибки. Правда, для этого мне, наверное, понадобится целый ластик, а не кусочек.

Его шутка вызвала смешки у соседей, но я ничего не ответила, просто отвернулась и вернулась к своим записям.

Но слово "принцесса" застряло у меня в голове. Это было странное чувство - я никогда не слышала, чтобы меня так называли. Неожиданно стало как-то не по себе. Не то чтобы я обиделась, но мне было неловко от этой непривычной фамильярности.

Спустя минуту Дима снова наклонился.

-Знаешь, твой ластик реально магический, - прошептал он, крутя его в руках. - Он превращает мои ошибки в чистый лист. Может, ты ещё и волшебница?

Я закатила глаза, пытаясь не обращать внимания на его глупые слова. Но внутри меня росло раздражение - не от его шуток, а от того, что он, похоже, решил превратить меня в объект своего внимания.

Лиза обернулась, посмеиваясь, и бросила на Диму насмешливый взгляд:

-Клоун, закрой рот уже и отстань от бедной девушки, она уже боится тебя!

Её слова вызвали новую волну смеха у соседей. Я почувствовала, как щеки заливает жар, и снова уткнулась в тетрадь, стараясь не смотреть на них.

Дима же лишь усмехнулся, облокотившись на парту, и притворно вздохнул:

-Боится? Да ладно, я же такой милый, правда, Алина? - Он чуть наклонился ко мне, будто ожидал ответа.

Я молчала, чувствуя, как моё сердце забилось быстрее. Что он вообще хочет? Почему не может просто оставить меня в покое?

-Ну, видишь, Лиз, я ей нравлюсь, - с издёвкой добавил он, бросив быстрый взгляд на одноклассницу.

Лиза закатила глаза, снова повернувшись вперёд - Ты просто невыносим, Дима.

Он же, похоже, был доволен, что привлёк к себе внимание, и не собирался отступать.

-Ладно, принцесса, - сказал он, возвращая мне ластик. - Спасибо за помощь. Но в следующий раз приготовься, у меня будет список требований.

Я посмотрела на него краем глаза, ничего не ответив. Но где-то глубоко внутри закралась странная мысль: почему ему вообще интересно общаться со мной?

После урока класс наполнился шумом. Кажется, все одновременно начали говорить, смеяться и двигаться, будто сорвались с цепи. Я надела наушники, стараясь отгородиться от этого хаоса, и достала книгу. Погрузиться в чтение, даже на несколько минут, всегда было для меня спасением. Но шум казался невыносимым - пять минут перерыва растягивались в вечность.

Наконец, прозвенел звонок, и все, нехотя, начали рассаживаться по местам. В класс зашла учительница математики - строгая женщина лет сорока, с выпрямленной осанкой и холодным взглядом, который словно бы говорил: «Никаких шуток. Только работа.» Она начала урок без лишних слов, как будто у нас не было права на раскачку.

Прошло минут пятнадцать, когда в дверь кабинета громко стукнули, и в класс вошёл Дима. Его лицо сияло озорной улыбкой, будто он был на каком-то шоу, где каждое его движение вызывает аплодисменты.

- Ну что, Елена Петровна, успели соскучиться? - произнёс он с легким поклоном, словно актер на сцене.

Учительница, явно не в настроении для подобных выходок, сердито вздохнула и сложила руки на груди.

- Дима, хотя бы в этом году веди себя нормально! Ну сколько можно?! Пожалей уже нервы учителей!

- Постараюсь, но ничего не обещаю, - с ухмылкой бросил он, проходя к своему месту.

Его друзья хихикнули, но Елена Петровна их быстро приструнила взглядом и продолжила объяснять тему.

Дима сел рядом со мной, не теряя своей уверенной манеры. Я сосредоточилась на доске, стараясь не обращать на него внимания. Уравнения заполняли мой лист, и я увлечённо копировала каждую строчку, пока внезапно на мою тетрадь не упал небольшой батончик с ореховым шоколадом.

Я удивлённо подняла взгляд. Дима улыбался, будто ничего необычного не произошло.

- Они вкусные, - сказал он тихо, будто бы разделяя какой-то секрет. - это самый дорогой шоколад в сталовке, делюсь.

Его улыбка была искренней, даже слегка обворожительной, но я не могла понять, зачем он это сделал. Мои пальцы неуверенно дотронулись до батончика, а внутри всё сжалось от неловкости.

- Спасибо, - прошептала я, отводя взгляд.

Дима подмигнул, а затем сделал вид, что полностью сосредоточился на уроке. Но я заметила, как он краем глаза следил за моей реакцией.

Класс постепенно успокоился, и всё вокруг снова погрузилось в тишину. Лишь шумное шуршание ручек и время от времени - тихие всплески смеха от того, как кто-то что-то не так понял или ошибся. Все, кроме Димы. Он, как обычно, оставался вне этого молчаливого порядка.

Учительница ходила между рядами, проверяя, кто пишет, а кто нет. Я сосредоточенно переписывала с доски, а Дима продолжал рисовать свои шедевральные каракули на последней странице новой тетрадки. Он сидел с беззаботным выражением лица, разрисовывая страницы своей тетради какими-то абстрактными линиями и фигурами.

Учительница, заметив его пустую тетрадь, направилась к его парте. Когда она подошла, взгляд её моментально упал на страницы, которые были чистыми, кроме нескольких неаккуратных каракулей, которые Дима с упорством художника рисовал по всей последней странице.

- Дима! - произнесла она строго, прерывая его занятие. - Ты что, в художественную школу записался? Почему твоя тетрадь пуста, а не переписаны задания?

Дима, не поднимая взгляда от своего произведения, хихикнул и с лёгкой улыбкой ответил:

- Конечно, записался. Вот только не знаю, в какую: в школу картин или в школу каракулей. Я для себя - искусство.

Учительница, скривив губы, попыталась сдержать улыбку, но не смогла. Видно было, что она привыкла к его выходкам, но всё же строгость была необходима.

- Дима, это урок, а не выставка абстрактного искусства! - сказала она с нажимом. - Пожалуйста, хоть сегодня занимайся тем, для чего пришёл!

- Ладно-ладно, - ответил он, наконец, поднимая глаза. - Но учёба без креатива - как кофе без сахара. Неинтересно же!

Учительница, уже не в силах скрыть улыбку, посмотрела на него, но сдержанно сказала:

- Креатив оставь для перемен, если хочешь. А пока давай лучше перепиши, что на доске. Это поможет тебе избежать цифров с хвостиком в журнале.

Дима подал вид, что огорчён, но, как всегда, с ухмылкой согласился. Он положил ручку и сдался, хотя был явно не в восторге от того, чтобы оставить своё "искусство" на второй план.

Учительница продолжала писать на доске, и тишина снова наполнила класс, прерываемая только звуками её мелка, скользящего по поверхности. Задание, которое она писала, было новым, и все начали его переписывать, но Дима, видимо, был слишком занят чем-то другим. Он повернулся ко мне и, с характерной ухмылкой, прошептал:

- Эй, принцесса, дай списать.

Я только скользнула взглядом на его тетрадь, в которой по-прежнему красовались каракули вместо заданий, и не ответила. Он снова повернулся ко мне, не унимаясь, и добавил:

- Ты же не хочешь, чтобы я тут застрял, как на своих бессмысленных рисунках, правда? Давай, подари мне чуть-чуть своих знаний.

Я покачала головой, чувствуя, как его просьба меня немного раздражает. Он, наверное, ждал, что я позволю ему списать, но я не собиралась этого делать. А Дима, не заметив моего молчания, продолжал:

- Ну, знаешь, я думаю, что если ты мне поможешь, то, возможно, однажды я буду твоим рыцарем. Правда, без доспехов, но с ручкой и списыванием.

Я посмотрела на него.

- Ты что, с ума сошел? - прошептала я, - Принцесса тебе не поможет. Ты сам и виноват, что не слушал.

Он улыбнулся, как всегда, не обращая внимания на мой ответ.

- Ну, ладно, ладно. Так уж и быть, буду твоим рыцарем без доспехов. Принцесса, ты ведь не обидишься, если я немного повредаю твою корону?

Я перевела взгляд на его тетрадь и увидела, что он уже рисует какой-то новый рисунок, оставив меня в покое, по крайней мере, на этот момент.

Учительница продолжала ходить по классу, проверяя работы, и Дима, по-прежнему не обращая внимания на свои недостатки, отложил свой телефон в сторону и вернулся к своей тетради. Я же, уже закончив задания, взглянула на его работу и, едва сдерживая раздражение, тихо вздохнула. В конце концов, не смогла больше смотреть на это.

Я резко вырвала его тетрадь, не подумав о том, что могла бы просто сказать, чтобы он сам её дал. Тетрадь дернулась, и на бумаге появилась заметная полоска от того, что он не успел убрать ручку, когда я её вытащила. Дима даже не успел понять, что произошло, как я уже начала решать его задачу.

- Ты что, решаешь за меня? - спросил он, удивленно наблюдая за тем, как я быстро пишу, без всяких эмоций. Он, как всегда, был слегка задет моим решением помочь, но и одновременно пытался это скрыть под маской легкомысленного юмора.

Я продолжала решать, не отвлекаясь. Чувствовала, как его взгляд остаётся на мне, но мне было всё равно. Я была слишком сосредоточена, чтобы обращать внимание на его реакцию.

- Будет позорно, если в первый день получишь двойку, - сказала я, не поднимая головы, продолжая писать. Не было ни гнева, ни насмешки, только факт, что это может случиться, и что это будет неудобно для него.

Дима посмотрел на меня, как на странное существо, которое внезапно вырвало его работу, а теперь ещё и решает её за него. Его обычно самоуверенное лицо было слегка ошарашено.

его голос был смешан с удивлением и лёгкой насмешкой. - Ты что, принцесса, решила всех спасти своего рыцаря?

Я не сразу ответила. Мой мозг не сразу отреагировал на его вопрос. Это были просто слова, они не значили ничего для меня. Всё, что я могла сделать - это завершить задачу, потому что не любила оставлять что-то недоделанным.

- Не спасаю, - наконец, тихо ответила я, не отрываясь от решения. - Просто так проще. Тебе будет легче, если не получишь двойку.

Он сидел, будто не зная, как реагировать. Я продолжала писать, а он только смотрел, как я быстро и уверенно решаю задачи, понимая, что сейчас он не может скрыться за своими шутками.

- Ладно, ладно, принцесса, не злись, - сказал он, пытаясь вернуть свою прежнюю расслабленную манеру, - Ты меня пугаешь, когда так серьёзно на что-то настраиваешься.

Я не ответила. Мои руки продолжали двигаться по тетради, а его слова растворялись в шуме урока.

Я быстро переписала всё из своей тетради, аккуратно подправив ответы, и вернула ему тетрадь. Дима посмотрел на меня с благодарностью, но в его голосе всё равно звучала та же привычная ирония.

- Ты спасла меня, принцесса, - сказал он, ухмыляясь. - Я тебе, наверное, жизнь свою должен.

Я только вздохнула и повернулась к доске, когда учительница подошла к его парте и, немного скривив лицо, заглянула в тетрадь. Она осмотрела его работу с подозрением, а потом взглядом переключилась на меня.

- Списал? - спросила она, её голос тихий, но полный подозрений.

Дима, не смутившись ни на секунду, тут же выпрямился и положил руки на стол, словно защищая свою честность.

- Нет, что вы, - с искренним удивлением ответил он, а его лицо приняло выражение, которое могло бы затмить любое профессиональное актёрское мастерство. - Я как раз думаю, что мой ответ на этот вопрос просто гениален. Тут не было никакого списывания! Это же математика, учитель! Ну, кто, если не я, должен знать, как решать такие задачи?

Учительница фыркнула, но не стала спорить. Всё-таки она знала, что с Димой, как с ребёнком, бесполезно. Она просто покачала головой и пошла дальше, проверяя работы.

Дима повернулся ко мне, его глаза полны самодовольства.

- Видишь, как всё выходит? - сказал он, не скрывая гордости. - Я тут вообще без помощи... Ну, в смысле, я сам всё решил, я же не какой-то там списыватель, - он сделал драматическую паузу и широко улыбнулся. - Хотя, если бы не ты, принцесса, я бы наверно получил двойку.

Я не сказала ни слова. Он снова продолжил, не обращая внимания на моё молчание:

- Если что, я к тебе за помощью. - героический положил руку на сердце

Я вздохнула, не реагируя на его шутки, а Дима продолжил с видом великого мученика.

Уроки проходили не скучно, хотя Дима все время заставлял меня нервничать. Его шутки, забавные и порой бесконечно наглые, не давали мне покоя. Я старалась игнорировать его, но это не всегда удавалось. В классе было как-то слишком шумно и беспокойно на третьем уроке, а каждый его взгляд или подкола мешали сосредоточиться. В итоге, к третьему уроку я начала чувствовать, что мое терпение вот-вот лопнет. Но, как бы там ни было, я просто следила за тем, чтобы не сделать никаких резких движений, чтобы не привлекать внимание.

Когда прозвенел звонок на перерыв, почти все ученики устремились в столовую. Как всегда, шум, суета и какие-то поспешные разговоры, я же осталась сидеть за партой. Я не хотела идти в столовую, где гул голосов и смех перебивали все вокруг. В такие моменты мне хотелось просто уединиться, где можно спокойно поесть, не переживая о взглядах других.

Мой ланчбокс был для меня почти как священный ритуал. В нем было все, что я привыкла есть - сваренный рис, несколько нарезанных огурцов и куриная грудка. Это был мой обычный обед. Я не могла есть что-то другое. Не могла покупать еду в столовой или за пределами дома. Все эти жареные картошки, котлеты и прочее вызывали у меня дискомфорт, и я чувствовала себя неуютно, если ела что-то, что не готовила сама или не сварила моя мама. Я не любила, когда мне приходилось есть «не то», мне было трудно вписаться в этот ритм. Поэтому я предпочитала оставаться в классе и есть спокойно, не рискуя быть замеченной.

В этот момент, когда все выбежали в столовую, я продолжала сидеть за партой и тихо есть. Сосредоточившись на своем ланчбоксе, вдруг, раздался резкий звук шагов, и я увидела, как к столу учительницы подошел Дима. Он быстро забрал свой телефон, который ему отобрали на уроке, и, заметив меня, подошел с той самой ухмылкой, которую я уже успела запомнить.

- Принцесса, ты что? Тут будешь есть? - его голос был такой привычно веселой и легкой иронии, которая всегда вызывала у меня странное чувство.

Я подняла взгляд и встретилась с его взглядом. Дима стоял рядом с моей партой, его слова едва ли были беззаботной шуткой. Он явно не ожидал увидеть меня здесь, наедине с собой и своим ланчбоксом.

Я тихо вздохнула, не зная, как ответить. Я не могла объяснить ему, почему я не шла в столовую. Он был для меня как буря, как вихрь, с которым я не могла бороться. Но он был рядом, и это как-то заставляло чувствовать себя странно. Я продолжала есть, не обращая внимания на его взгляд.

- Это, знаешь, - сказала я немного смущенно, - я не могу есть в столовой. Там слишком шумно, а я... ну, стесняюсь, наверное.

Дима наклонился немного ближе, все еще с улыбкой, которая становилась чуть мягче.

- Стесняешься? - повторил он, как будто удивленный, но с тем же странным теплом в голосе. - Ты же принцесса, тебе что, не по плечу сесть там среди всех? Ты бы взглянула на их лица, если бы они тебя увидели.

Я, конечно, не могла ответить. Это было так странно, так неожиданно. Но его слова почему-то заставили меня чувствовать себя как-то... по-другому. Никак не могла объяснить, почему.

- Ты что, не ешь в столовой, потому что у тебя тут какая-то своя «диета»? Чтобы фигуру не испортить? - он снова пытался поддразнить, но на этот раз его взгляд стал менее насмешливым и более серьезным.

Я не знала, что ответить. Все мои привычки - казались такими чуждыми для других, я не могла объяснить ему, почему это так. Я просто не могла позволить себе есть что-то другое, и я не могла измениться.

- Это просто... привычка, - ответила я, стараясь не смотреть ему в глаза.

Дима, как мне казалось, снова немного застыл, но затем его улыбка вернулась.

- Ну что ж, ты тут - как королева. Это твой мир, твоя еда, твои правила. Ну а я, наверное, буду сидеть тут с тобой. Вроде бы тоже не так уж и плохо.

Я подняла глаза, удивленная его предложением. Он - в классе, со мной. Оказавшись рядом, Дима на мгновение молчал, а потом добавил с усмешкой:

- Ну а кто еще будет тебя защищать, если вдруг на налетит беда? Ты же мой рыцарь.

В его голосе теперь не было той привычной дерзости. Дима, вытащил из своего рюкзака пакет с чипсами и с удовольствием начал хрустеть. Каждый его хрустящий укус сопровождался его характерной, немного озорной улыбкой. Я, тихо наблюдая за ним, продолжала есть свой рис и огурцы, стараясь не обращать внимания на его привычки.

Он вдруг протянул мне пакет, я заметила, что он смотрит на меня, ожидая ответа. Я снова покачала головой.

- Нет, спасибо, - тихо произнесла я, снова пытаясь сосредоточиться на своем ланчбоксе.

Но вдруг, когда его рука с пакетиком чипсов не коснулись моей руки, я резко вздрогнула и отодвинулась, как будто чипсы и его рука были чем-то опасным. Я не могла удержаться, чувствуя, как что-то внутри меня сжалось от неожиданного . Это было так неприятно и неожиданно. Я почувствовала, как у меня закраснелись щеки, и пыталась сдержать неловкость, но внутри я была смущена.

Дима, заметив мою реакцию, не сразу понял, что произошло. Он наклонился ближе ко мне, его лицо оказалось так близко, что я едва смогла удержаться от того, чтобы не отступить ещё дальше.

- Ты какая-то странная, принцесса, - сказал он с недоумением, его голос звучал мягко и почти настойчиво. - В роль что ли вжилась?

Я опустила взгляд и почувствовала, как вся эта неловкость охватывает меня. Я пыталась найти слова, чтобы не выглядеть странной, но ничего, кроме тихого вздоха, у меня не получилось.

Сложив руки на коленях, я взяла глубокий вдох и все же решилась. Мои пальцы нервно зацепились за край ложки, которую я оставила рядом с ланчбоксом.

- У меня... аутизм, - наконец тихо сказала я, взгляд все так же опущен в сторону. Слова вышли как-то слишком быстро, и я почти сразу пожалела, что сказала. Я чувствовала себя так, будто выложила перед ним самую сокровенную часть себя, которая должна была оставаться скрытой. Это было страшно. В школе кроме учителей никто не знал об этом.

Дима на мгновение замер, и я почувствовала, как его взгляд смягчился. Он не говорил сразу. Он смотрел на меня, а его лицо постепенно стало более серьезным, хотя в нем всё ещё была та лёгкая улыбка, которая так сильно контрастировала с моими переживаниями.

- Это не странно, - сказал он тихо. - Ты не странная. Просто... может, я не совсем понимаю, как это, но... - он запутался, смотрел вниз на пол, как-будто что-то искал там, как маленький котёнок - короче, это не странно, хорошо?

Я всё ещё чувствовала, как в груди что-то сжимается от стыда, но в то же время было так тепло от его нелепых слов. Видеть то, как он пытался поддержать, но не мог найти нужные слова.

- Спасибо, - сказала я. Я знала, что он не мог понять всего до конца, но в тот момент мне было достаточно того, что он не отнесся ко мне как к чему-то странному. В его глазах не было осуждения, не было насмешки. Только принятие.

Он нахмурился, как бы удивленный моими словами, и с улыбкой вздохнул.

- Да не переживай ты так, - сказал он. - Всё в порядке. Мы как-то отлично друг друга понимаем.

Я кивнула и не сказала больше ничего, просто продолжала есть, а Дима, казалось, успокоился. Мы сидели так несколько минут в тишине, но она не была неловкой. Это была просто наша тишина, спокойная и непринужденная. И, возможно, впервые мне не было страшно рядом с ним.

Пока ела, заметила взгляд Димы. Его глаза были полны вопросов, но пытался держаться.

- Спрашивай. - сказала я посмотрев на него.

- О! - Дима сразу улыбнулся мне. - Мне интересно.. как это выражается? Вроде аутизм бывает разным.

Я положила ложку в рис, не поднимая глаз, слегка положила свою руку на ноги, сжав их вместе. Я не торопилась говорить, мои слова были аккуратно подобраны, как будто каждая мысль тщательно выверена, чтобы не создать лишнего шума в этом тихом моменте. Мне нужно было сохранить контроль - контроль, который всегда был важен для меня.

- Мне сложно... выражать свои чувства, - тихо начала я, чуть приподняв взгляд, но быстро вернула его к своей еде. - Я не всегда понимаю, как реагировать на то, что чувствую. Иногда всё внутри меня буквально переворачивается, и я не могу найти слов, чтобы это объяснить. Я боюсь шума... его слишком много, и он не даёт мне сосредоточиться. Шум - это как волны, которые накрывают меня. И резкие движения... Я не знаю, как реагировать, когда кто-то вдруг дернется, может быть даже просто скажет что-то быстро - и я не успею отреагировать... Это пугает меня.

Я сделала небольшой перерыв, сжимая пальцы на ногах, будто мой контроль был вот здесь, в том, как я сидела. Я чувствовала себя уязвимой, но не отводила глаз от стола, продолжала говорить, несмотря на растущее напряжение внутри себя.

- Я не могу выносить касания, - мой голос чуть дрожал, но я продолжала, как будто находила в этом какой-то неписаный порядок, который помогает мне быть самой собой. - Особенно если они неожиданны. Даже если кто-то случайно касается меня, я ощущаю это как что-то слишком резкое. Я не могу этого контролировать, и мне становится трудно дышать... Иногда мне кажется, что если кто-то нарушит этот малый баланс, я не смогу снова почувствовать себя в порядке.

Я снова сделала паузу, собирая в себе силы для следующего слова. Как будто каждая фраза была для меня подвигом, каждое слово приносило больше открытости, чем я обычно себе позволяла.

- Я боюсь перемен... - наконец я подняла глаза, моё выражение ни на секунду не менялась. - Мне нужно, чтобы всё оставалось одинаковым, чтобы я могла предсказать, что будет дальше. Одежда, которую я ношу. Еда, которую я ем. Это всё должно быть как по расписанию. Если хотя бы что-то изменится, я теряюсь. И поэтому, школа... она меня пугает. Я была на домашнем обучении. Это было так спокойно и предсказуемо. Но когда мы переехали в Питер... мои родители решили, что мне нужно учиться в обычной школе, и я... я не была готова.

Мой голос постепенно затихал, я чувствовала, как открытость заставляет меня становиться более уязвимой. Но, несмотря на всю эту тревогу, в моих глазах был стойкий взгляд, что-то твёрдое, что-то, что не позволяло мне полностью сломаться.

- Но я стараюсь... - прошептала я почти в пустоту, мои слова были важны мне, как будто я подтверждала их себе. - Я стараюсь научиться справляться. И, может быть, это всё будет не так страшно. Может быть... когда-нибудь я смогу почувствовать себя в этом мире немного... уютнее.

Я опустила взгляд на свою еду, пытаясь найти в этих привычных вещах ту самую стабильность, которую так искала в окружающем мире.

Я заметила, как Дима внимательно слушал, не перебивая, его взгляд был сосредоточен, а он даже не шевелил губами, пока говорила. Я говорила, не торопясь, иногда задерживая дыхание, но он не спешил с ответом, что заставляло меня чувствовать себя немного более уверенно. В его присутствии было какое-то спокойствие, которое я не могла объяснить. И вот, когда я закончила, он поднял пакет с чипсами и медленно откусил один, словно не спеша, чтобы переварить мои слова.

- Принцесса, не переживай, я твой рыцарь, - сказал он с улыбкой, указывая на пустой класс, - Я защищу тебя от этих страшных драконов.

Его слова, конечно, не могли не вызвать в моём сердце лёгкую ироничную усмешку. Я же не искала рыцаря, но... может быть, мне так и не стоило бы бояться всего этого. Но все равно, я не могла не ответить на его шутку.

- Если им спросить, - сказала я, слегка приподняв взгляд и подбирая огурчик с тарелки, - самый страшный дракон - это ты.

Он смеялся, а я снова вернулась к своему обеденному ритуалу. В этот момент, когда я сидела за столом, в сравнении с шумным классом, я чувствовала себя в безопасности.

Дима продолжал смеяться, его смех был лёгким, искренним, и это было приятно. Я вернулась к своим огурцам и курице, но вдруг почувствовала, как его рука проскользила через стол и тихо забрала один из моих огурцов. Я морщилась.

- Эй, ты... - начала я, смотря на него с прищуром, но в глубине души мне было немного приятно, что он со мной всё ещё открыт. - Это мои огурцы! У тебя есть свои чипсы, что ты их ещё у меня забираешь?

Дима лишь на мгновение остановился, будто задумавшись, а затем с улыбкой на лице снова схватил ещё один огурец.

- Не переживай, принцесса, - сказал он, стиснув огурец в руках. - Я ведь твоим рыцарь. А рыцари иногда и воришками бывают.

Я посмотрела на него, снова чувствуя, как от его слов появляется странное тепло. Порой такие моменты, как этот, казались самыми настоящими в этом мире, полном ожиданий и переживаний. В этот момент я почувствовала, что, может быть, мне не так страшно быть собой рядом с ним.

Дима заметил книгу на моей парте, лежавшую там аккуратно, как всегда. Он, с интересом прищурив глаза, указал на неё:

- А что это у тебя? - спросил он, явно любопытствуя.

Я посмотрела на книгу и немного нервно потёрла её обложку пальцами.

- Это... любовный роман, - сказала я тихо, но так, чтобы он мог расслышать.

Дима приподнял брови и улыбнулся, как-то удивлённо:

- Роман? Ты любишь читать о любви? - его улыбка была не слишком серьёзной, но в её тоне был лёгкий подтекст.

Я аккуратно поставила книгу на стол, не зная, как точно объяснить. Я всегда чувствовала, что такие вещи трудно понять людям, если они не знают, как это бывает на самом деле.

- Да, в свободное время люблю читать про такое, - сказала я, вздыхая. - В таких книгах всё как-то ярко показано, все эти чувства... Я могу так их видеть, потому что сама не всегда способна их почувствовать.

Дима, казалось, задумался на мгновение, но быстро вернулся к своему юмору.

- Ой, всё ты способна почувствовать, - сказал он, закатив глаза. - Просто кое-кто зануда.

Я взглянула на него, и он сел поближе, не отрывая взгляд от меня. Он явно не собирался успокаиваться.

- Ну? - продолжал он с улыбкой, словно пытался меня разыграть. - О чем там? Принц спас принцессу, потом у них родилось пятьдесят детей, и они жили счастливо?

Я немного покраснела, чувствуя, как на губах появляется еле заметная улыбка.

Но он, кажется, заметил мою едва заметную улыбку.

- Вот видишь! - сказал он. - Ты улыбнулась!

Я сразу убрала улыбку с лица и почувствовала, как щёки начинают пылать от неловкости. Немного смутившись, я поспешно отвела взгляд и прикусила губу.

- Я... - начала я, но не знала, что ещё сказать. Просто покраснела, и всё.

Дима продолжал сидеть рядом, и его взгляд был тёплым, будто он сам был доволен тем, что я хоть немного раскрыла себя.

Глава 2 — Принцесса

Принцесса

Я медленно вошла в класс, крепче прижимая к себе учебники. Второй день в новой школе, а ощущение, что на меня смотрят, не покидало. Это было как невидимое давление, от которого хотелось спрятаться куда-нибудь в угол. Я подняла глаза, оглядываясь, Дима уже сидел за своей партой, сутулясь, он что-то крутил в руках, его внимание было рассеянным. Но стоило мне сделать шаг, как его взгляд вдруг остановился на мне. Я почувствовала, как внутри всё сжалось, словно он одним этим взглядом мог прочитать все мои мысли.

- Принцесса! - громко сказал он, заставив меня вздрогнуть.

Я остановилась как вкопанная. По классу пробежал лёгкий смех, и все обернулись. Меня будто пронзили десятки глаз. Я почувствовала, как лицо заливает жар, и опустила взгляд, не зная, что делать.

- Ты что, меня игнорируешь? - его голос звучал насмешливо, но почему-то в нём не было злости, только какая-то лёгкая игра.

Я подняла голову, надеясь, что он говорит не со мной, но встретила его взгляд. В этот момент я ощутила, как будто стены стали ещё ближе, а воздуха меньше.

- Я... просто не поняла, что ты мне говорил, - прошептала я, едва слышно.

- У меня только одна принцесса, - он говорил мягче, но всё с той же улыбкой, которая, казалось, читалась даже в его голосе.

Я кивнула, стараясь как можно быстрее занять место в самом дальнем углу. Села, аккуратно сложив учебники на стол, и опустила голову, надеясь стать невидимой.

Но это не помогло. Я чувствовала, как он продолжает смотреть. Этот взгляд был слишком настойчивым, и я никак не могла сосредоточиться.

Когда учитель вошёл и начал урок, я пыталась записывать, что он говорит, но мысли путались. Всё время казалось, что я что-то делаю не так, что Дима заметит любую мою ошибку.

- Принцесса, - его голос прозвучал рядом, тихо, чтобы никто больше не услышал. Я замерла, не поднимая глаз. - Не переживай. Если что, я помогу тебе справиться с этим драконом.

Я посмотрела на него. Он улыбался. Его карие глаза светились какой-то лёгкостью, словно весь мир был для него одной большой шуткой. Я не знала, что ответить. Просто кивнула. Мои щеки вспыхнули, но я тут же отвела взгляд и вернулась к своей тетради, стараясь успокоиться. И почему я так остро чувствовала каждое его слово?

Уроки шли своим чередом. Учитель что-то объяснял у доски, а я старательно записывала каждое слово, боясь упустить хоть малейшую деталь. Иногда я ловила себя на том, что слышу не только его голос, но и тихий смешок. Дима. Он разговаривал с каким-то парнем - его другом, который пересел ближе, - и весь урок шептался, комментировал всё вокруг, едва сдерживая смех.

Я старалась не обращать внимания, но временами это было невозможно. Его голос, громкий и уверенный, легко перекрывал учителя, а когда кто-то начинал смеяться над его очередной шуткой, класс превращался в настоящий улей. Учитель неодобрительно смотрел на него, но Диму это, казалось, совсем не волновало. Он продолжал, будто никто, кроме него, в этом классе не существовал.

На пятом уроке я уже начала уставать. Голова гудела от обилия информации, а от шума в классе хотелось спрятаться куда-нибудь подальше. Я опустила взгляд, снова уткнувшись в тетрадь, когда в класс вошла классная руководительница.

- Так, всем внимание! - сказала она, хлопнув в ладоши, чтобы заглушить шум. - У нас важное объявление.

Класс притих, хотя пару человек всё же продолжали тихонько перешёптываться. Я подняла голову, стараясь не пропустить ничего важного.

- Наша школа будет ставить спектакль к осени, - с энтузиазмом начала учительница. - Участвуют все классы.

По классу пронёсся ропот. Кто-то засмеялся, кто-то выдохнул с явным раздражением.

- Да мы уже не дети, зачем нам эти спектакли? - проговорил кто-то с задней парты.

- А если кто-то откажется? - спросила другая девочка.

Учительница прищурилась, будто ждала этого вопроса.

- За участие в постановке каждый получит пятёрку в журнал.

Тишина, на миг повисшая в классе, сменилась громким смехом.

- Пятёрку? - переспросил один из парней. - Ну, тогда я готов быть кем угодно, хоть декорацией!

- Я буду помогать со сценарием, - сказала одна из девочек, сидящая впереди.

- А я могу заниматься декорациями, - подхватила другая.

Класс загудел. Все начали наперебой предлагать, чем могут помочь, и атмосфера стала какой-то лёгкой, почти праздничной.

- А я хочу быть в главной роли! - неожиданно громко заявил Дима, резко вставая со своего места. - Принцем, конечно же.

Класс разразился громким хохотом. Кто-то хлопнул его по плечу, а один из парней с передней парты шутливо кинул в него сумку.

- Да кто тебя принцем возьмёт? - смеясь, сказал кто-то из ребят.

Дима поймал сумку и с усмешкой бросил её обратно.

- Вы ещё пожалеете, что сомневались во мне. Принц Дима - звучит идеально, - с серьёзным видом заявил он, но его глаза блестели от сдерживаемого смеха.

Я сидела, стараясь не привлекать к себе внимания, но улыбка сама собой тронула мои губы. Дима умел завести весь класс, и это было даже... приятно. Его энергия как будто окутывала всех вокруг, заставляя забыть о рутине.

Класс шумел, словно ульи перед грозой. Кто-то высказывал свои идеи, кто-то задавал вопросы учительнице, а несколько ребят уже спорили, кто и что будет делать. Я, как всегда, пыталась раствориться в этой суматохе, скрыться за спинами одноклассников, чтобы никто даже не подумал задать мне вопрос.

Внезапно я почувствовала на себе чей-то взгляд. Повернув голову, я увидела, что Дима смотрит прямо на меня, облокотившись на парту с лёгкой усмешкой.

- А ты? - спросил он, качнув головой в мою сторону. - Не будешь участвовать?

Я замялась, быстро опуская глаза.

- Нет, - коротко ответила я, покачав головой.

- Почему? - его голос звучал мягко, почти заинтересованно, что было для него необычно.

- Я боюсь публики, - тихо произнесла я, стараясь, чтобы это услышал только он. - Не могу выносить, когда на меня смотрят. Это... слишком страшно.

Дима кивнул, будто полностью понимал, о чём я говорю. На его лице мелькнула улыбка - не насмешливая, а тёплая, словно он хотел успокоить меня.

- Жаль, - сказал он с лёгкой долей грусти в голосе, откинувшись на спинку стула. - Мне бы не хотелось играть с другой принцессой свою роль.

Я замерла, чуть удивлённо взглянув на него. Его глаза блестели, словно он сам не до конца верил в то, что сказал, но в его голосе всё же прозвучала искренность.

- Ну, - добавил он спустя паузу, немного пожав плечами, - а вдруг мне не повезёт, и дадут какую-нибудь злого дудку вместо принца? Тогда точно пропал...

Я не удержалась от тихого смешка, который сразу же попыталась скрыть, но его взгляд показал, что он заметил.

- Вот, видишь! - воскликнул он, слегка наклонившись вперёд. - Ты даже улыбаешься. Всё не так страшно, как кажется.

Я снова быстро отвела взгляд, чувствуя, как к щекам приливает тепло. Дима смотрел на меня ещё несколько мгновений, но затем в классе кто-то громко позвал его, и он обернулся, снова включаясь в шумный разговор.

Я же осталась сидеть на своём месте, чувствуя странное тепло от его слов.

Класс шумел всё громче, но его слова продолжали звучать в моей голове, как заевшая пластинка. "Мне бы не хотелось играть с другой принцессой". Это было сказано, конечно, в шутку. Как и всё, что говорил Дима. И всё же...

Я тихо сидела, стараясь не выдавать, что в этот момент мои мысли кружились вокруг одного. Он так просто и непринуждённо сказал это, будто ничего не значащая фраза. Но почему-то мне хотелось верить, что в его голосе была искренняя нотка. Может быть, он действительно хотел, чтобы это была я?

Дима снова обернулся ко мне, ловя мой взгляд.

- Ну что, принцесса, - сказал он, его тон был всё ещё насмешливым, но не злым, - ты точно не передумаешь? Могла бы спасти этого бедного рыцаря от злой ведьмы.

Я почувствовала, как уголки моих губ едва заметно дрогнули в улыбке.

- Не умею спасать рыцарей, - ответила я тихо, но голос предательски дрожал.

- Хм, - он поднёс руку к подбородку, будто задумался. - Тогда, может, рыцарь спасёт принцессу?

Вокруг шум продолжал нарастать. Кто-то уже спорил, как сделать декорации, кто-то выкрикивал варианты сценария, а Дима, казалось, полностью выпал из этого хаоса, сосредоточившись на мне.

- Я... не смогу, - прошептала я, ощущая, как слова даются с трудом.

- Смогла бы, - отозвался он с уверенностью, которая удивила меня. - У тебя получится. Даже если ты думаешь иначе.

Я покачала головой, стараясь отвести взгляд, но он снова поймал его, подался чуть ближе, понизив голос так, чтобы слышала только я.

- Знаешь, - начал он, и в его тоне уже не было ни капли шутки, - мне кажется, ты могла бы быть потрясающей принцессой. Просто... попробуй. Не для них, - он махнул рукой в сторону шумного класса, - а для себя.

Его слова застали меня врасплох. Я ничего не ответила, опустив взгляд на парту. Моя рука невольно сжалась в кулак, пальцы теребили уголок учебника.

- Ладно, - протянул он с улыбкой, словно ничего и не было. - Подумай об этом.

Он вернулся к своим друзьям, снова смеясь и шутя, как будто этот разговор никогда не происходил. А я осталась сидеть на месте, чувствуя, как внутри странно тяжелеет. Его слова звучали в моей голове снова и снова.

Может быть, он действительно верил в то, что сказал. Или просто умел так хорошо говорить, что это звучало искренне. Но что-то в его голосе заставило меня задуматься. Впервые за долгое время я почувствовала... сомнение.

После последнего урока я, как обычно, осталась в стороне, ожидая, пока коридор опустеет. Вокруг царил хаос - громкие голоса, шаги, смех. Ученики спешили вниз, торопясь вырваться из тесных стен школы. Толпа казалась мне непреодолимой стеной, поэтому я просто стояла у окна, придерживая рюкзак и глядя в стекло.

Скоро все спустятся, и я смогу пойти одна, без суеты и страха быть задетой случайной рукой или плечом.

- Ты что тут, стоишь спрятавшись?

Я вздрогнула, услышав знакомый голос. Повернув голову, увидела Диму. Он стоял рядом, одной рукой держа рюкзак на плече, а другой засунув в карман. Его взгляд был чуть насмешливым, но какой-то теплый.

- Я... просто жду, - ответила я тихо, чувствуя, как голос чуть дрогнул.

- Чего ждёшь? - Он прищурился, словно разгадывал загадку. - Принца на белом коне? Или рыцаря с ластиком?

Я опустила глаза, чтобы не выдать смущения.

- Нет, - пробормотала я. - Жду, пока все уйдут.

Он на секунду замолчал, а потом кивнул, будто понял.

- Знаешь, тебе не обязательно ждать, - сказал он, в его голосе звучала неожиданная мягкость. - Если кто-то толкнёт тебя, я буду рядом. Подстрахую.

Я подняла на него взгляд. Его карие глаза казались искренними, и от этого внутри что-то защемило.

- Мне так легче, - призналась я едва слышно.

Дима усмехнулся, но без насмешки. Скорее, с лёгким сожалением.

- Ты слишком всего боишься, Алин.

- Я просто не люблю толпу, - возразила я, чуть крепче сжав лямку рюкзака.

- А что, если я составлю тебе компанию? - предложил он вдруг, опираясь на стену рядом со мной.

- Не надо, - поспешно сказала я. - Твои друзья... тебя ждут.

Он махнул рукой, будто это совсем не важно.

- Пусть подождут, я не тороплюсь.

Мы стояли в тишине, слушая, как шум в коридоре постепенно стихает. Дима смотрел куда-то вдаль, будто думая о чём-то своём. А потом снова повернулся ко мне.

- А ты всегда так одна уходишь?

Я кивнула.

- Знаешь, - начал он после небольшой паузы, - это немного грустно.

Я удивлённо посмотрела на него, не понимая, почему он сказал это.

- Почему?

- Потому что ты... не должна быть одна, - сказал он, пожав плечами. - Ты ведь не злая колдунья, которая всех избегает, а просто... принцесса, которая боится людей.

Я едва заметно улыбнулась, вспомнив его слова о спектакле.

- Не принцесса, - тихо ответила я.

- Ну, почти, - парировал он с ухмылкой.

Я снова отвела взгляд, чувствуя, как щеки начинают гореть. Дима продолжал стоять рядом, словно специально ждал, пока я решусь уйти.

- Ладно, - сказал он, заглядывая мне в лицо, - тогда я провожу тебя.

- Не надо, - возразила я, но он лишь усмехнулся.

- Ну уж нет. А вдруг злые драконы внизу нападут?

Я не знала, шутит он или всерьёз, но почему-то его слова немного успокоили.

Когда коридор наконец стих, и последняя пара торопливых шагов затихла где-то за лестницей, я тихо выдохнула. Теперь можно было спуститься. Дима стоял рядом, скрестив руки на груди, явно не собираясь уходить.

- Ну что, принцесса, идем? - спросил он, склонив голову набок и слегка улыбнувшись.

Я кивнула, немного растерянно. Мы двинулись вниз по пустой лестнице, и каждый шаг эхом отдавался в тишине. Мне было непривычно идти рядом с кем-то, особенно с ним.

- Ты всегда так долго остаешься? - спросил он, нарушив молчание.

- Иногда, - ответила я, стараясь не смотреть на него. - Когда слишком много людей.

Он покачал головой, - В сталовке бы так уже все пирожки расхватили и я бы остался без них. - Улыбнулся своей загадочной улыбкой.

Мы вышли на улицу, и холодный воздух заставил меня плотнее натянуть куртку. Дима накинул капюшон, спрятав растрепанные волосы, и сунул руки в карманы.

- А ты далеко живешь? - спросил он, глядя перед собой.

- Не очень, - ответила я. - Минут десять пешком.

- Отлично, значит, провожать недолго, - подметил он, взглянув на меня краем глаза.

Я хотела возразить, но передумала. Спорить с ним было бесполезно, да и, если честно, это внимание оказалось... приятным.

- А ты? - спросила я неуверенно, чтобы не молчать. - Ты далеко живешь?

- Да так, - он махнул рукой, - пару остановок на автобусе. Но мне не привыкать ходить пешком, я спортсмен.

Я хмыкнула, не удержавшись, и он тут же повернул ко мне голову.

- Ты сейчас смеялась надо мной? - притворно возмутился он.

- Нет, - быстро ответила я, хотя по глазам было видно, что он понял.

- Ладно, ладно, я всё равно знаю, что в глубине души ты в восторге, - поддразнил он.

Я покраснела и снова отвела взгляд, но на губах появилась лёгкая улыбка, которая почему-то не исчезала.

Мы шли так ещё минут пять, пока я не заметила знакомую машину неподалёку от дома. Возле неё стояла мама, улыбаясь, когда увидела меня.

- Алина! - позвала она, открыв дверь машины и махнув рукой.

Я подошла ближе, а Дима, не отставая, следовал за мной.

- Привет, мама, - ответила я, чувствуя, как щеки снова начинают розоветь.

Она перевела взгляд на Диму и слегка приподняла бровь, явно удивлённая.

- Это кто? - спросила она, мягко улыбнувшись, но с заметным интересом.

Дима тут же сделал шаг вперёд, откинув капюшон и легко склонив голову в шутливом поклоне.

- Рыцарь с ластиком, к вашим услугам! - заявил он с серьёзным выражением лица, но глаза его весело блестели.

Мама растерянно посмотрела на меня, потом на него, не до конца понимая, но не удержалась от лёгкого смеха.

- С ластиком? - переспросила она, всё ещё не веря в его слова.

- Ну да, принцессе ведь нужно кого-то, кто стирает драконов с дороги, - ответил он так уверенно, что даже я не сразу поняла, шутит он или нет.

Мама рассмеялась и покачала головой.

- Ну что ж, приятно познакомиться, рыцарь, - сказала она, протянув ему руку.

Он пожал её, а потом повернулся ко мне с той самой искренней улыбкой, которая почему-то заставляла сердце биться чуть быстрее.

Мама была явно рада, что я не одна. Я это сразу поняла по её выражению лица: глаза светились теплотой, а губы тронула мягкая, одобрительная улыбка. Она внимательно посмотрела на нас, будто что-то проверяла, а потом весело предложила:

- Может, ты пойдёшь с нами?

Я тут же подняла на неё удивлённый взгляд и торопливо сказала:

- Мам, он занят... У него дела...

Но Дима, будто специально, чтобы разрушить мои слова, легко пожал плечами и с улыбкой ответил:

- А почему бы и нет? С радостью.

Я обернулась к нему, не веря, что он это сказал. У меня внутри всё перевернулось. Но Дима лишь ухмыльнулся, поймав мой взгляд, и подмигнул, как будто заранее знал, что я ничего не скажу.

Мама, кажется, была довольна. Она села в машину, Дима сделал несколько шагов вперёд и неожиданно галантно открыл дверь для меня, склонившись в полуигривом поклоне, как какой-то сказочный принц.

- Прошу, ваша светлость, - сказал он, распахнув дверь с преувеличенной торжественностью.

Я растерянно посмотрела на него, а потом на маму, которая, кажется, едва сдерживала смех. У меня не было выбора, и я тихо прошептала:

- Спасибо...

Села на сиденье, стараясь не встречаться с ним взглядом, чувствуя, как лицо заливает жар. А он, как ни в чём не бывало, обошёл машину и сел рядом со мной, удобно устроившись.

Когда дверь захлопнулась, мама, бросив взгляд в зеркало заднего вида, с улыбкой спросила:

- Ну что, Дима, ты всегда такой джентльмен?

Он ответил без промедления:

- Только для принцесс, - и снова посмотрел на меня с той своей лукавой улыбкой.

Я опустила глаза, чувствуя, как щеки становятся всё горячее. Но в груди было странное, тёплое чувство, как будто что-то впервые было не так страшно, как мне всегда казалось.

- А ты, наверное, часто с Алинкой вместе? - спросила она с мягким интересом.

Дима, с его типичной самоиронией, сразу же наладил разговор.

- Ну, можно сказать, что я её личный рыцарь, - сказал он с улыбкой, совершенно не стесняясь. - Забочусь, чтобы с ней всё было в порядке. Ну, и как настоящий рыцарь, иногда заставляю её смеяться.

Мама кивнула, глядя на нас с пониманием.

- Это хорошо, что у неё есть такие друзья, - сказала она, и в её голосе была заметна лёгкая нежность. - Алина, ты ведь не часто показываешься в таких компаниях. Надеюсь, с ним тебе комфортно?

Я немного смутилась от её слов, ведь хотя мне было приятно, что мама заботится, я всё равно не была готова открыться полностью. Я кивнула, но взгляд снова упал на свои руки.

Дима заметил моё смущение и тут же добавил:

- Конечно, ей комфортно, я же такой красивый, смелый, умный, - сказал он с задорной улыбкой, пытаясь развеять неловкость. - Принцесса не могла не довериться своему рыцарю.

Мама засмеялась, но тут же, с заметной заботой, добавила:

- Рада, что у тебя есть человек, с которым тебе хорошо. Ты часто на одиночке бываешь. Так что... мне приятно, что у тебя появился друг.

Я слегка покраснела, но от её слов стало немного теплее на душе. Дима, заметив, что я снова смутилась, подмигнул мне, словно подтверждая, что всё будет в порядке.

- С удовольствием продолжу быть на страже, - шутливо подытожил он, и в машине повисла лёгкая, уютная тишина.

Когда машина наконец остановилась у нашего дома, я собиралась выйти, но тут почувствовала, как Дима легко, но уверенно схватил меня за руку. Я мгновенно дернулась, инстинктивно убирая её, чувствуя, как на моём лице вспыхивает лёгкое замешательство. Он заметил это, его губы расплылись в игривой улыбке, и я услышала его голос, полный уверенности:

- Принцесса, я сам, - сказал он, и в его тоне сквозила лёгкая насмешка, которая мне даже немного понравилась, хотя я не могла этого признать.

Я взглянула на него, готовая возразить, но он уже быстро открыл дверь и, не теряя ни секунды, выбрался из машины. Его движения были быстрыми, почти грациозными, и через мгновение он оказался с другой стороны, подбежав к моей двери. Он открыл её с таким манерным жестом, как будто это был самый обычный жест для «принца», и его улыбка только усилила моё чувство неловкости.

Мама сидела на переднем сиденье, её глаза с доброй искоркой наблюдали за происходящим. Я заметила её улыбку, не слишком явную, но тёплую, как будто она одобряла всё это. Её взгляд был полон того тихого понимания, которое можно было бы ожидать от человека, пережившего гораздо больше, чем я могла бы понять в свои семнадцать лет.

Я немного растерялась, не зная, как реагировать, но в какой-то момент, чувствуя себя как-то немного запутанной, всё-таки сдержала своё замешательство. Взгляд Димы был спокойным и уверенным, а его слова - просто шуткой, как всегда.

Он чуть наклонился, смотря на меня с лёгкой ухмылкой:

- Ну что, принцесса, выходи. Жду тебя.

Я почувствовала, как тепло разливается по груди, и, несмотря на всё своё смущение, всё-таки вышла из машины, позволив ему снова открыть передо мной дверь. Взгляд мамы по-прежнему оставался на нас, и она не могла скрыть свою радость, но в её глазах было что-то ещё - как будто она понимала, что в этот момент что-то меняется.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж, и я почувствовала, как на мне что-то изменилось - даже обычное возвращение домой стало немного другим. Шаги Димы звучали рядом, и его присутствие ощущалось всё острее. Когда мы подошли к двери и я открыла её, я медленно сняла куртку, стараясь не привлекать лишнего внимания. Дима же, начал снимать свою куртку ещё в подъезде, словно не мог дождаться, чтобы войти в дом и увидеть его поближе.

Как только он переступил порог, его взгляд моментально зацепился за обстановку. Я заметила, как его глаза расширились от удивления. Он осматривал всё вокруг, и я почувствовала, как он внимательно изучает каждый уголок. Дом, действительно, был немаленьким и выглядел особенно светлым. Всё в нём было белым - стены, мебель, даже занавески. Я не могла не заметить его реакцию, но вместо того, чтобы чувствовать себя неловко, я лишь слегка улыбнулась, наблюдая, как он осматривается.

- У тебя здесь как в музее, - сказал он, в голосе его была лёгкая доля удивления, почти восхищения. Я знала, что он не ожидал увидеть такой дом. Он взглянул на меня с любопытством, его глаза искали объяснение.

Я несколько секунд молчала, обрабатывая этот взгляд, но затем ответила спокойно, как всегда, стараясь объяснить то, что для меня было естественным.

- Я знаю, что это странно, но... мне нравится белый цвет. Это делает всё таким спокойным. Белый ассоциируется с чистотой, с порядком, с каким-то уютом, который помогает мне чувствовать себя в безопасности. - Я пожала плечами, будто не было смысла слишком углубляться в детали. Но это было важно для меня - я всегда чувствовала спокойствие, когда все вокруг было белым. Это дарило ощущение света и чистоты.

Мама, тем временем, уже направилась на кухню, видимо, чтобы приготовить нам чай, и, обернувшись, сказала:

- Пойдите в комнату Алины, а я скоро принесу вкусное.

Я кивнула и направилась в свою комнату, Дима неуверенно пошёл следом, явно ещё не привыкший ко всем этим тихим, почти стерильным порядкам моего мира. Я старалась не замечать его удивление, хотя оно и вызывало у меня лёгкую неловкость. Когда мы вошли в мою комнату, я почувствовала, как Дима задерживает дыхание, когда взглянул на её обстановку. Его взгляд снова метался по комнате, пытаясь понять, что здесь особенного. Всё было так, как я привыкла - всё в том же белом, спокойном стиле, но вот взгляд Димы был наполнен смешанным чувством. Взгляд Димы сразу же упал на стену, заставленную книжными полками. Я заметила, как его глаза задержались на этих рядах книг, как он невольно улыбнулся, будто уже знал, что здесь будет что-то такое, что его удивит, но не настолько. Все полки были уставлены романами - лёгкими и трагичными, с теми самыми историями, которые я так любила читать, погружаясь в них с головой.

Дима не смог сдержать усмешки, и, обернувшись ко мне, сказал:

- Ого, я думал, ты просто любишь читать. Но, похоже, это у тебя серьёзное увлечение, а не просто хобби.

Я почувствовала, как слегка краснею, но быстро собралась и ответила с улыбкой:

- Я всегда любила романы. Они как будто... дают возможность пережить чужие чувства, чужие истории, но при этом не теряешь свою реальность. Я, знаешь, всегда была немного в своём мире, и книги - это мой способ не выходить из него.

Дима продолжал изучать полки, явно любуясь этим миром, который я так тщательно выстроила вокруг себя. Он подошёл к одной из книг и, приподняв её, с удивлением замер.

- Ты серьёзно? «Гордость и предубеждение»? Ну, ты точно девочка-романтик. Чего только не прочитаешь, да? - он посмотрел на меня с весёлым искоркой в глазах.

Я невольно улыбнулась, поднимая плечи:

- Да, люблю старые классические романы. Они всегда такие искренние, без фальши. Чистые чувства, понимание, что каждый пережитый момент важен. Это как... словно возвращение в другую эпоху. Может быть, даже в другой мир.

Он положил книгу обратно на полку, а затем взглянул на меня с интересом, словно пытаясь разгадать, что за человек скрывается за этим миром книг.

- Ну, возможно, мне нужно больше почитать. Вдруг я начну понимать, как живёт такой романтик, как ты. - Он подмигнул мне, и я едва сдержала смех, почувствовав, как его слова наполнили комнату лёгким настроением.

- Может быть, - ответила я, - но предупреждаю, тут есть свои особенности. Романы - это не только розовые очки, но и часто разочарования, ошибки... Но, может быть, это и есть жизнь. Кажется, ты пока ещё не готов к этому.

Дима ухмыльнулся, сделав шаг в сторону окна.

- Кто знает. Может быть, однажды я попробую. Но мне и так хорошо тут. - Он обернулся ко мне и, наверное, заметил, как я немного смутилась. - Хотя, знаешь, я и сам люблю хорошие истории. Просто не всегда нахожу время для них.

Я кивнула, взглянув на свою полку, и вдруг поняла, что мне было бы приятно, если бы он когда-нибудь решил попробовать читать хотя бы одну из моих книг. Но, наверное, это ещё слишком смело для него.

- Хорошо, - сказала я тихо. - Как только найдёшь время, можешь начать с чего-то лёгкого. Я, например, всегда рекомендую «Ромео и Джульетту».

Дима покачал головой с улыбкой, как будто раздумывая, стоит ли воспринимать это серьёзно или нет, но его взгляд оставался мягким, и в его глазах я заметила что-то новое, чего раньше не видела.

Мне было немного странно, что Дима так искренне заинтересовался моими увлечениями. Обычно я не делилась этим с другими, предпочитала оставаться в тени, но сейчас что-то внутри меня тихо ворочалось. Может, это было странно, но мне почему-то стало приятно, что он интересуется этим, что не отвернулся от того, что мне близко. Я всегда считала, что книги - это что-то личное, что я оставляю только для себя, но сейчас как-то захотелось, чтобы он продолжал спрашивать, продолжал интересоваться.

Я указала на стул у рабочего стола, стараясь быть спокойной, но голос чуть дрогнул.

- Ты можешь сесть там, если хочешь.

Дима взглянул на стул, а затем - на меня. Сначала я подумала, что он просто сядет, как я предложила, но он неожиданно шагнул ко мне, улыбаясь, и сел прямо рядом на кровать. Я даже не успела что-то сказать, как его голос раздался с лёгким насмешливым оттенком:

- Почему именно там? Здесь куда удобнее.

Я удивленно посмотрела на него. Это было... не так, как я ожидала. В его словах не было насмешки, скорее, лёгкое желание сделать так, как ему хочется. Я чуть наклонила голову, стараясь скрыть смущение. Он не только сел рядом, но и не считал нужным отказываться от моего предложения. Мы просто сидели рядом, и я чувствовала, как мне стало немного легче.

Это было странно - сидеть рядом с ним так близко. Но вместо того чтобы чувствовать себя неудобно, как я обычно бывала в таких ситуациях, я тихо усмехнулась и решила не говорить ничего лишнего. Просто сидеть. Просто быть.

Когда мама вошла, неся чай и тарелку с пряниками, воздух наполнился сладким ароматом. Она поставила всё на стол с лёгким движением, и глаза Димы тут же заблестели. Он словно не мог оторвать взгляд от пряников, глаза его немного расширились, и на губах появилась лёгкая улыбка. Всё это было так... искренне, что я не смогла удержаться от улыбки сама.

Мама на мгновение остановилась, посмотрела на нас обоих и, заметив, как Дима быстро вскочил, чтобы поблагодарить её, она просто кивнула и вышла из комнаты, оставив нас вдвоём.

- Спасибо, - сказал Дима, глядя на маму с благодарностью, а потом снова перевёл взгляд на угощение. Он уже схватил чашку с чаем и, несмотря на свою сдержанность, не смог сдержать улыбки. - Это просто... идеально.

Он поднес чашку к губам, слегка прищурившись от удовольствия, а потом с каким-то детским восторгом взял пряник. Этот его взгляд, когда он откусил кусочек, был таким смешанным - от радости, как у ребёнка, и лёгкой удивлённости, как у человека, который давно не чувствовал чего-то такого простого и хорошего. Я наблюдала за ним с небольшим смущением и почти не заметила, как мне стало уютно от этой лёгкой атмосферы.

Я наблюдала, как он наслаждается моментом. Это было странно, но как-то приятно - видеть его таким, настоящим, без всякой защитной маски. Заметив, что я его смотрю, Дима улыбнулся ещё шире.

- Ты не хочешь попробовать? - спросил он с улыбкой, протягивая мне пряник, словно это был самый важный подарок на свете.

Я, немного растерявшись, протянула руку и взяла пряник. Его улыбка стала ещё ярче, и я почувствовала, как это маленькое, вроде бы незначительное, но тёплое движение заставило меня почувствовать себя немножко уютнее в этом моменте.

Снова погрузившись в разговор с Димой, мне стало почему-то легче, чем обычно. Может быть, в его компании было что-то такое, что позволило мне не прятаться за своими привычными барьерами. Он говорил о книгах, и я впервые не молчала, отвечала ему, не чувствуя того напряжения, которое обычно было со всеми остальными. Его слова, полные интереса и лёгкой насмешки, создавали такую атмосферу, в которой мне было не только комфортно, но и интересно.

Вдруг, среди разговора, мы услышали тихий хлопок двери. Отец пришёл. Я замерла на мгновение, а потом, едва ли не машинально, встала с кровати и направилась к выходу. Дима тоже поднялся, как будто это было естественно - идти следом за мной. Я не подходила близко, не стремилась к объятиям. Просто тихо, с лёгкой улыбкой на губах, я сказала:

- Привет, пап.

Отец стоял у двери, сняв куртку, с привычной доброй улыбкой на лице. Он косо посмотрел на меня, будто что-то замечая, и тихо погладил меня по голове, как когда-то в детстве. Я почувствовала, как его ладонь скользит по волосам, и на душе стало тепло. Всё было так спокойно, как будто ничего не изменилось, как будто это просто очередной вечер, а не какой-то особенный момент. Для меня.

Тогда его взгляд переместился на Диму. Он слегка приподнял бровь и сделал небольшой поклон, что было его фирменным жестом, когда он хотел пошутить или немного разрядить атмосферу.

- Рыцарь Алины, - сказал он с усмешкой, протягивая руку. - Очень рад познакомиться.

Я заметила, как Дима улыбнулся в ответ, но его взгляд, хотя и тёплый, был немного настороженным. Он пожал руку отцу, и мне стало немного неловко от того, что мой мир, который обычно был таким тихим и защищённым, вдруг оказался на виду. Но при этом было странно приятно видеть, как эти два мира пересекаются.

Отец всегда был немного... ну, скажем, чрезмерно внимателен, когда речь шла о друзьях. К Ивану, к моему старшему брату, он не так сторого относился, так как он был парнем. У него всегда было такое оправдание. Как будто я могла встречаться и общаться с плохими парнями. Я невольно почувствовала, как мои плечи напряглись, когда его взгляд снова упал на меня, а затем, как обычно, поднял одну бровь, как будто хотел прочитать все мои мысли в этот момент. Я отвела взгляд в сторону, нервно прикусив нижнюю губу, и почувствовала, как неловкость окутывает меня.

Он сел на диван с таким выражением лица, как будто только что обнаружил нераскрытый космический секрет, а затем перевёл взгляд на Диму. И это был тот самый момент, когда я поняла, что мой отец готов устроить «разбор полётов». Слегка наклонив голову, он посмотрел на Диму, словно не знал, на кого именно он смотрит. Улыбка отца всегда была немного насмешливой, когда дело касалось «новых» друзей. «Друзьями» чаше были дети знакомых моих родителей, которые не очень то и горели желанием дружить со мной, как и я.

- Ну, Димочка, кто ты такой? - начал он с той самой интонацией, которая вызывала у меня лёгкую панику. - Откуда у нас такой паренёк?

Я заметила, как Дима даже немного напрягся. Это было так, как обычно бывает, когда старшие мужчины решают испытать на прочность «молодого человека». Но мама не заставила себя долго ждать. В её голосе сразу появилось игривое, но от того не менее решительное вмешательство.

- Ах, не начинай, - сказала она с усмешкой, взглянув на мужа. - Не пугай бедного парня, он ещё убежать отсюда успеет!

Я скосила глаза на маму, поняв, что она искренне пытается разрядить обстановку, но меня это только больше смущало. Отец только покачал головой, явно не согласившись с её попытками отпустить ситуацию, но, несмотря на это, снова перевёл взгляд на Диму, как будто этот разговор был совсем не завершён.

- Я должен знать, с кем общается моя дочь, - сказал он с серьёзным выражением, но я видела, как уголки его губ всё-таки слегка подёрнулись в улыбке. Он не был страшным, но этот тон всегда знал, как поставить меня в неловкое положение.

Дима, похоже, уже привык к таким ситуациям и не растерялся. С улыбкой он встал и подошёл к отцу, а потом уверенно сел напротив, не теряя ни грамма своего спокойствия.

- Ну, что ж, - начал он, - я, скорее всего, обычный парень, но если вам интересно, то я обещаю быть достойным другом вашей дочери. И не разочарую, - сказал он с лёгкой усмешкой, и я заметила, как он даже слегка подмигнул.

Слова Димы, сказанные с таким спокойствием, как будто этот разговор был самым обыденным в мире, заставили меня почувствовать, что всё не так уж плохо. На самом деле, мне было даже немного весело. Отец несколько секунд молчал, а затем кивнул, удовлетворённый, как всегда.

Я же сидела, как в тумане, пытаясь понять, почему вся эта ситуация казалась мне такой одновременно смешной и немного напряжённой.

- Друг. Больше ничего, - сказал мой отец, его голос звучал решительно, но я заметила, как в его глазах мелькнула привычная настороженность. Он пытался скрыть это, но я видела, как он оценивающе посмотрел на Диму. Я мгновенно почувствовала, как моё лицо окрасилось в яркий, обжигающий цвет, и от этого ощущения хотелось просто исчезнуть. Сколько раз я мечтала о таких моментах, но вот они - всё-таки не были такими идеальными, как в мечтах.

Мама громко цокнула языком, и я точно знала, что она не говорила это просто так. Её предупреждающий взгляд был явно направлен на моего отца, давая понять, что на этой теме нужно поставить точку. Но, несмотря на это, я всё равно чувствовала, как моё сердце бьётся быстрее. Наверное, только в такие моменты можно понять, как сильно тебе важен этот странный, нелепый, но такой важный момент - как твой отец пытается разобраться, кто этот парень, с которым ты начинаешь всё больше времени проводить.

А Дима... Дима, как всегда, успевал удивить. Он, не теряя своей легкости и обаяния, посмотрел на моего отца и, с лёгкой улыбкой на губах, сказал:

- Друг, конечно. Но, если честно, я бы с радостью был для вашей дочери кем-то большем... - его слова были не слишком дерзкими, но в них была такая искренность, что я почувствовала, как у меня внутри, прямо в животе, зародились маленькие, лёгкие бабочки. Казалось, он сказал это совершенно невинно, но от этого моё сердце заколотилось сильнее. Я не могла не заметить, как его взгляд на мгновение остановился на мне, а в его глазах было что-то такое... тёплое, что я не могла понять, что именно заставило меня почувствовать себя так.

Мама снова громко цокнула, но уже с легким юмором, как бы подразумевая, что ей это тоже не особо нравится, а отец... он лишь задумчиво прищурился и усмехнулся. Он явно ожидал более «официальных» слов, но в этот момент, я знала, что ничто не может вернуть этот момент назад. Он просто уже стал частью чего-то другого - чего-то немного волнующего и захватывающего.

Я сжала руки в кулаки, пытаясь скрыть свою неловкость. Как Дима говорил эти слова, как его взгляд задерживался на мне - всё это было таким... странным, но в то же время неотразимо привлекательным. В груди тепло, а в животе - настоящая буря.

Мама снова попыталась перевести разговор в более спокойное русло, но мне было уже не до этого. Я, всё так же краснея, не смогла больше выдержать взглядов, сдерживаясь от нервозности. Я тихо сказала, что пойду в свою комнату и быстро направилась туда, в мыслях прокручивая слова Димы.

Я вошла в свою комнату и, не раздеваясь, подошла к окну. Смотрела на улицу, сжала пальцы на холодном стекле, пытаясь сосредоточиться на чём-то привычном, чтобы перенести свои мысли на что-то другое, отвлечься от того, что произошло.

В комнате стало тихо, а я, не успев успокоиться, почувствовала, как напряжение, которое охватило меня, не отпускало. Я закрыла глаза, пытаясь выдохнуть и успокоиться, но, как назло, всё внутри меня продолжало пульсировать в унисон с биением моего сердца.

Через несколько минут я услышала лёгкий стук в дверь. Тихий, осторожный. Я обернулась, хотя заранее знала, кто это.

- Алина? - голос Димы был мягким, почти шёпотом. Я встала и подошла к двери, осторожно открыв её.

Он стоял в коридоре, в лёгкой, но уверенной позе. Он не вошёл сразу, как бы ожидая, пока я сама приму решение. Его взгляд был мягким, но в нём читалось что-то непривычное для меня - смесь обеспокоенности и, возможно, даже легкого волнения. Я молча отошла в сторону, давая ему возможность войти, и, как только он вошёл, я снова почувствовала, как он наполнил пространство своей присутстием. Всё вокруг, казалось, стало чуть более плотным, и я не могла избавиться от того, что каждая его мысль, каждое движение казались важными, как никогда.

- Ты... в порядке? - спросил он, его голос был тихим, но с лёгким оттенком заботы, чего-то, что заставило меня на секунду остановиться и просто смотреть на него. Я кивнула, но сразу поняла, что это была не совсем правда. Я не была в порядке. Во мне всё ещё была напряжённость, вызванная тем, что только что произошло, но я не могла этого объяснить.

- Всё нормально, просто... - я замолчала, не зная, что сказать. Я действительно не знала, что думать. Мой взгляд скользил по комнате, по его лицу, и я почувствовала, как он подошёл чуть ближе, не переставая смотреть на меня с тем самым взглядом, который снова заставил моё сердце биться немного быстрее. Словно он всё понимал, но не осуждал.

- Ты ведь не хочешь, чтобы это всё так быстро развивалось, да? - его вопрос был осторожным, как будто он не хотел заставлять меня чувствовать себя неудобно, но в тоже время пытался понять, что творится внутри меня. Его слова не были прямыми признаниями, но в них было что-то большее, что нельзя было не заметить. Он понимал, что для меня всё ещё было слишком рано, что я была не готова. И это было... странно, но в то же время так трогательно.

Я, немного смущённо, опустила взгляд, но, когда снова подняла глаза, в его взгляде не было ни намёка на осуждение или нетерпение. Он просто ждал, пока я сама пойму, чего я хочу. И мне стало легче, потому что в этом молчании я чувствовала, что он не торопит меня, не пытается заставить сделать что-то, чего я не готова.

- Да... Я просто... не знаю, что с этим делать, - сказала я, чувствуя, как внутри меня появляется лёгкое напряжение, но и какая-то необъяснимая мягкость. Он чуть наклонил голову, его взгляд стал ещё более тёплым.

- Я понимаю, - ответил он, его голос звучал мягко и уверенно, как будто его слова были сдержаны, но с настоящим пониманием. - Всё будет в своё время. Мы можем просто поговорить, если ты хочешь.

Я кивнула, ощущая, как в груди всё немного успокаивается. В этом простом, но важном моменте, я поняла, что не надо торопиться. Мы оба находились в этом новом и непонятном для нас обоих состоянии, и, возможно, это было именно тем, что я искала - медленным и осторожным, без лишних спешек. И, несмотря на это, мне было так тепло от того, что он здесь, рядом, что я могла просто сидеть и чувствовать, что всё будет хорошо.

Я села на кровать, а Дима, не произнеся ни слова, встал рядом и аккуратно присел на край кровати. Его присутствие рядом с этим простым, но уютным уголком комнаты вдруг наполнило её какой-то странной атмосферой. Мы сидели молча, и я почувствовала, как тишина, которая казалась почти плотной, окружала нас, создавая пространство, в котором не было ни суеты, ни спешки. В голове мелькали тысячи мыслей, но вот, с его спокойным взглядом, всё будто замедлялось.

- Я понимаю, что это всё слишком быстро... - сказал он, его голос был тихим, почти едва слышным, как если бы он пытался убедить сам себя. - Не переживай. Я не буду торопить события. Мне просто хочется быть рядом... Просто так. - Он посмотрел на меня с такой мягкой улыбкой, что в груди стало тепло, а сердце, кажется, чуть замедлило свой бег. Мне не нужно было искать в его словах скрытых смыслов. Это было так просто и, в то же время, так... успокаивающе.

Его слова повисли в воздухе, а я лишь молча кивнула, стараясь не выдать того комка чувств, который сдавил моё горло. Он посмотрел на меня, словно у него на губах ещё оставалась та же теплая улыбка, которая так давно мне не встречалась.

Он подмигнул мне, и от этого взгляда я почувствовала, как на щеках вдруг появились розовые пятна. Всё вокруг будто стало чуть ярче, когда он, вставая с кровати, спокойно сказал:

- Ну, я, пожалуй, пойду. - Он шагнул в сторону двери, и я заметила, как его движения были такими плавными, уверенными, и в то же время... бережными.

Я хотела что-то сказать, но все слова, которые пытались вырваться, застряли где-то в горле, как всегда, когда внутренние чувства не укладывались в простые фразы. Я лишь тихо кивнула, несмотря на то, что хотела его остановить. Сказать что-то важное. Но... мне казалось, что в этот момент ничего не требовало слов. Он понял меня. Я могла просто молчать, а он всё равно знал.

- Пока, Алина, - сказал он, уже стоя на пороге. Его голос был мягким, но с лёгкой теплотой, словно прощание между нами было не прощанием, а чем-то вроде обещания. Обещания, что мы снова увидимся.

Я улыбнулась ему в ответ, несмотря на то, что внутри меня было ещё столько эмоций, что они рвались наружу. Просто улыбнулась и сжала губы, не зная, как лучше попрощаться.

Когда он ушёл, я услышала, как он чуть громче, чем обычно, сказал «спасибо» моим родителям, а затем услышала, как закрылась дверь. Я осталась одна в комнате, но почему-то это одиночество уже не казалось таким тяжёлым. В его улыбке, в том, как он ушёл, оставалась какая-то лёгкость, которая заполнила пространство.

А мне... мне оставалось только молчать, сидя на кровати, и пытаться понять, что именно происходит внутри меня.

Глава 3 — Рыцарь

Рыцарь

Марк сидел за своим компьютером, в очередной раз погружённый в игру, и даже не смотрел в мою сторону. Я лежал на кровати, сцепив руки за головой, и пытался смотреть в потолок, но, честно говоря, ничего не видел. Мысли были где-то далеко. Или, может быть, слишком близко.

Марк — мой старший брат, ему двадцать один, и он учится на архитектора. У нас с ним всегда были довольно ровные отношения, хотя иногда он слишком любит поумничать или подтрунивать надо мной. Мы не ссоримся часто, но когда это всё-таки случается, он обычно быстро находит способ свернуть спор в свою пользу. Я всегда знал, что могу положиться на него, но иногда его сарказм просто выводит меня из себя. Особенно сейчас, когда у меня и без него голова идёт кругом.

— Что с тобой? — наконец подал голос Марк, даже не оборачиваясь.

Я молчал несколько секунд, не зная, стоит ли вообще отвечать. Но внутри что-то так сильно клокотало, что мне просто нужно было это озвучить.

— Если ты с девушкой знаком только два дня, но она не вылезает у тебя из головы, это что? — спросил я, стараясь говорить как можно более спокойно, будто это что-то незначительное. — Симпатия или интерес?

Марк резко повернулся на стуле, раздался скрип. Он смотрел на меня так, будто услышал самое смешное, что когда-либо говорил его любимый младший брат.

— Малой, любовь с первого взгляда, что ли? — ухмыльнулся он, слегка наклонив голову.

— Да иди ты, — пробурчал я, чувствуя, как лицо невольно заливается краской.

— Подожди, подожди! — Марк поднял руки, будто защищаясь от моих слов. — Ты это серьёзно сейчас? Это что-то типо она тебе улыбнулась, и ты уже пропал?

Я не выдержал. Подушка, лежавшая рядом, полетела в его сторону с такой силой, что прямо попала ему в лицо. Марк дёрнулся, его наушники слетели с головы и с глухим звуком упали на пол.

— Ты нормальный вообще?! — возмущённо воскликнул он, смахивая с лица невидимые хлопья «оскорбления».

— Идиот, — сказал я сквозь зубы, но уголки губ предательски дрогнули.

— А ты у нас романтик, я смотрю, — не унимался Марк, наклоняясь, чтобы поднять наушники. — Ну, так что? Как зовут твою даму сердца?

— Не твоё дело, — буркнул я, отворачиваясь.

— О, понятно, дело серьёзное, — с усмешкой продолжил он. — А знаешь, если она тебе так в голову въелась, тут два варианта: либо ты просто малой, который впервые увидел красивую девчонку, либо…

— Либо что? — я резко обернулся, пытаясь игнорировать, как у меня пересохло в горле.

— Либо ты влип, братан, — сказал он, усмехнувшись, и вернулся к своей игре.

Я лежал, глядя в потолок, и впервые не мог понять, смеётся он надо мной или говорит серьёзно. А может, и то, и другое.

Я перевернулся на бок, уткнувшись лицом в подушку. Слова Марка цепляли. «Влип». Он произнёс это так, будто знал, каково это, возможно сам однажды был в моей ситуации. Но я не хотел верить, что это правда. Влипнуть из-за девушки, с которой знаком всего два дня? Да ладно, это просто… глупо.

Но воспоминания о том, как Алина смотрела на меня, всё никак не уходили. Её взгляд, смущённый, но такой искренний. Как она говорила тихо, словно боялась нарушить тишину. А её улыбка, такая редкая, но безумно красивая… Словно кто-то включил свет в тёмной комнате.

— Ты там не уснул случайно? — прервал мои мысли голос Марка. — Или мечтаешь о своей «даме сердца»?

Я вздохнул, перекатился на спину и уставился в потолок.

— Ты же знаешь, что я всё равно не отстану, пока ты мне всё не расскажешь, — продолжил он, на этот раз с чуть более серьёзным тоном.

Я знал, что он прав. Марк всегда был таким — не только старшим братом, но и тем, кто выуживает правду, даже если ты сам ещё не готов её признать.

— Она… другая, — наконец выдохнул я.

Марк поднял брови, явно заинтересовавшись.

— Другая, говоришь? Это как? У неё рога или хвост?

— Ты не понимаешь, — пробурчал я, бросив на него сердитый взгляд. — Просто… Она не такая, как все.

— Да, это я уже понял, — ответил он, пододвинув стул ближе. — Но если ты хочешь, чтобы я понял, поясни.

Я замялся. Рассказывать про Алину было странно. Как будто я делился чем-то слишком личным, чем-то, что пока даже для меня самого не до конца понятно.

— Она… милая, — начал я, подбирая слова. — И… настоящая. Она не пытается что-то из себя строить. Она просто… она.

Марк на секунду задумался, а потом хитро прищурился.

— Ну, знаешь, если ты уже так о ней думаешь, то, может, и вправду влип.

Я хотел что-то возразить, но слов не нашлось. Вместо этого я просто повернулся к стене, чтобы не видеть его довольного лица.

— Слушай, малой, — услышал я его голос снова. — Если она такая особенная, то, может, стоит что-то сделать?

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, не поворачиваясь.

— Ну, не знаю, — задумчиво произнёс он. — Может, хотя бы просто быть рядом, как ты говоришь? Не париться о том, что будет дальше, а просто… быть.

Его слова задели меня. Наверное, это было именно то, что я хотел услышать.

— Ты же не собираешься сидеть тут и пялиться в потолок всю ночь? — добавил Марк с усмешкой.

Я усмехнулся, но ничего не ответил. Может, он и прав. Может, мне просто нужно быть рядом.

Утро началось с хаоса. Я проснулся от грохота кастрюль на кухне и громкого смеха Марка. Ему всегда удавалось создавать шум, словно это был его персональный способ сказать: «Доброе утро».

— Вставай, спящий красавец, — прокричал он, заглянув в мою комнату. — Завтрак на столе, а я уже опаздываю!

Я поднялся, потерев глаза. Марк стоял в дверях, одной рукой застёгивая рубашку, а другой пытаясь забросить рюкзак на плечо.

— Ты почему всегда такой активный по утрам? — пробурчал я, пытаясь прийти в себя.

— Просто я взрослый и ответственный человек, — с усмешкой ответил он, нагло подмигнув. — Учись, малой.

Я только покачал головой, провожая его взглядом, когда он исчез за дверью. Через несколько секунд хлопнула входная дверь, и тишина вернулась в дом.

Я спустился на кухню, где на столе лежала тарелка с недоеденной яичницей. Марк всегда был таким: готовил что-то, ел пару кусочков и убегал по своим делам. Я уселся за стол, уткнувшись в тарелку, и вдруг заметил, как мысли снова возвращаются к Алине.

Её голос, её взгляд, как она смущённо улыбалась. Всё это всплыло передо мной, как будто это было вчера. Ах да, это и было вчера.

— Дима, ты идиот, — пробормотал я себе под нос, чуть не уронив вилку.

Звонок телефона выдернул меня из мыслей. Это был Марк.

— Ты уже проснулся? — спросил он с таким тоном, будто сомневался в моих способностях подняться с кровати.

— Ага, — ответил я, поднося телефон ближе. — Что тебе надо?

— Сегодня планы? — коротко спросил он.

Я замялся. Планов не было. То есть… они могли бы быть.

— Не знаю. Почему ты спрашиваешь?

— Да так, подумал, может, тебе пора вытащить свою задницу из дома, — сказал он, и я услышал, как он смеётся.

— Ты слишком много говоришь, — ответил я, закатив глаза.

— Ладно, ладно, — отмахнулся он. — Не забудь, ты всё ещё мне должен за вчерашнее.

— Должен? — переспросил я.

— Ну, ты же бросил в меня подушку. Это обязывает тебя к искуплению. Мои наушники чуть не пострадали. — заявил он с важным тоном.

Я только вздохнул и сбросил вызов. Марк был неисправим.

Добив завтрак, я решил, что действительно не стоит сидеть дома. Может, прогуляться. Или… вдруг снова повстречать Алину? Эта мысль заставила меня улыбнуться, хотя я и пытался убедить себя, что это было просто совпадение.

После завтрака я долго сидел за кухонным столом, вертя в руках телефон и лениво пролистивая ТикТок, который не особо помогал отвлечься. В квартире было тихо — родители ушли на работу еще рано утром, Марк убежал на учебу. Вчера всю ночь рисовал свои чертежи, будущий архитектор. а я всё не мог найти себе занятия. В какой-то момент я просто встал, накинул толстовку и решил выйти в парк. Обычно я с моими тусуюсь на выходных в парке

Это место всегда было для меня чем-то вроде убежища. Здесь я мог отвлечься от всего — дома, школы, даже собственных мыслей, которые с недавнего времени слишком часто блуждали в одном направлении.

Я знал, что ребята уже будут там. Они всегда приходили раньше, занимали нашу любимую скамейку под старым дубом и начинали свои бесконечные разговоры о школе, спорте и всем, что казалось им важным.

Подойдя ближе, я заметил их — Толик, Ромка и сашка уже сидели, громко смеясь над какой-то шуткой.

— Эй, Дим! Где пропадал? — крикнул Толик, махнув мне рукой.

— Да дома был, — отозвался я, усаживаясь рядом и стягивая капюшон.

Так началось наше обычное утро. Ребята рассказывали свои тупые истории, Толик в очередной раз изображал героя дня, а я просто слушал, иногда вставляя пару слов. Всё было привычно и обыденно, пока Ромка не вытащил из кармана маленькую коробочку, которая сразу привлекла внимание всех, кроме меня.

— Эй, пацаны, гляньте, что я купил, — вдруг раздался голос Ромки.

В его руках была маленькая упаковка с надписью на каком-то иностранном языке. Он с довольной физиономией достал оттуда электронную сигарету — одноразку с яркой, кислотно-голубой раскраской.

— Что это? — лениво спросил я, хотя ответ и так был очевиден.

— Это, Дим, — сказал он, делая паузу, как будто открывал нам тайну вселенной, — одноразка. Вкус манго, между прочим.

— И что? — спросил я с явным безразличием, наблюдая, как он щёлкает кнопкой, и сигарета загорается мягким голубым светом.

— Давай попробуем, пацаны! — оживился Толик.

Я сидел, глядя на всю эту сцену, как будто со стороны. Ромка первым затянулся, сделал серьёзное лицо и выдохнул облако дыма.

— Блин, реально вкус манго! — заявил он с гордостью, будто открыл новый континент.

— Дай сюда! — Толик вырвал у него сигарету и начал неуклюже повторять его действия.

На меня тоже попытались свалить это дело. Ромка сунул мне одноразку в руки с вызовом в глазах.

— Ну, давай, Дим, не стесняйся.

Я покрутил её в руках. Лёгкая, почти невесомая, с приятной матовой поверхностью. Даже запах от неё был ненавязчиво сладким.

— Нет уж, обойдусь, — ответил я, вернув ему эту штуку.

— Чё, боишься? — подначил Толик, весело ударив меня по плечу.

— Нет, просто не хочу, — сказал я спокойно, смотря прямо на него.

Ребята переглянулись, но я знал, что никто не осмелится меня упрекнуть всерьёз.

— Ладно, ты у нас святой, что ли? — буркнул Ромка, затянувшись ещё раз.

Я лишь пожал плечами, откинувшись на спинку скамейки. В такие моменты мне казалось, что я стою где-то отдельно от всех, наблюдая за их привычной жизнью. Их разговоры продолжались, но я снова улетел мыслями куда-то далеко.

Сашка вдруг встрепенулся, заметив что-то вдалеке, и, ухмыляясь, подал всем знак.

— Это разве не наша новенькая?

Парни сразу обернулись, следуя его взглядом. Ромка, чуть прищурившись, спрашивает:

— Кто?

Толик, как всегда, был чем-то занят, не особо вникая в разговор. Я же, с едва заметным напрягом в глазах, следил за тем, куда смотрел Сашка.

И вот она, Алина.

Шла одна, как будто не замечая никого вокруг, держа в руках пакетик, так крепко, как будто он был чем-то важным для неё. Шаги её были тихими, а её волосы, падая на плечи, придавали ей вид загадочности. Она не спешила, не суетилась, словно весь мир подстраивался под её спокойное присутствие.

Сашка, увидев, что все глаза обращены на Алину, усмехнулся и, глядя на парней, продолжил:

— Это реально она, наша новенькая. Знаете, она такая тихая, не лезет в коллектив. Всё делает по-своему, вон и сейчас одна. Хорошо учится, всегда за учебой, не возникает проблем. Димка с ней сидит, повезло ему. Она ему списывать даёт.

Ромка только хмыкнул, но не особо заинтересовался. Сашка добавил с легкой насмешкой:

— Может, и не лезет к кому-то, но зато по-настоящему умная.

Я почувствовал, как внутри меня что-то ёкнуло. Вот она, опять передо мной, как бы случайно, но точно в моём поле зрения. Молчаливая, одна, поглощённая своими мыслями. Вроде ничего необычного, но что-то в ней тянуло моё внимание.

И вот тогда, вдруг не раздумывая, я встал с места. Парни ничего не заметили, их мысли были заняты совсем другими вещами. Я даже не сказал им ни слова, просто направился к Алине. Ноги будто сами вели меня к ней, не было страха, не было смущения. Только ощущение, что я должен подойти. И вот, когда я оказался рядом с ней, все остальное вокруг перестало существовать.

Алина шла так тихо, что я мог бы не заметить её, если бы не сосредоточился. Её шаги едва касались земли, а взгляд был куда-то в пустоту. Я шёл рядом, пытаясь не выделяться, но, несмотря на это, почти не мог оторвать глаз. Зачем-то я решил, что это будет подходящий момент для того, чтобы подойти, и сделал шаг в её сторону.

— Привет, — сказал я, слегка наклоняя голову и улыбаясь.

Но Алина даже не взглянула в мою сторону. Шаги её не сбавились, она будто не слышала, а может, и не хотела слышать. Я чуть-чуть приостановился, не зная, что делать. Подождал.

— Эй, Алина, — сказал я чуть громче, пытаясь привлечь её внимание.

Тишина. Ни ответа. Ни взгляда. Я на секунду почувствовал себя немного глупо, но, не сдаваясь, решился на крайний шаг. Лёгким движением руки я коснулся её плеча.

Она вздрогнула, как если бы её вырвали из каких-то своих мыслей, и отступила на шаг назад. Повернулась, глаза её встретились с моими. Ближе не подходить, но не уйти. Её взгляд был немного растерянным, будто она не ожидала меня рядом.

— Дима? — прошептала она, как будто не веря, что это я.

Я мгновенно почувствовал себя виноватым. Сразу извинился, не зная, что ещё сказать.

— Прости, я не хотел тебя напугать, — сказал я быстро, чувствуя, как неловкость переполняет меня. — Я звал тебя, а ты не услышала.

Алина опустила глаза, будто пытаясь скрыть смущение. Чуть прикусив губу, она произнесла, почти шепотом:

— Извини, это со мной часто бывает… я как-то не обращаю внимания.

Что-то в её словах заставило меня улыбнуться. Мне хотелось разрядить ситуацию, хоть немного. Я помахал рукой, как будто это не имеет значения.

— Да не переживай, всё нормально, — сказал я, стараясь не звучать слишком серьёзно. — Я вообще не обижен.

Она взглянула на меня с лёгким удивлением, как будто не знала, что и думать. Но её глаза, хоть и слегка смущённые, теперь стали чуть более расслабленными. Я заметил, что она стояла в красивом длинном платье, которое хорошо ложилось на её фигуру, но выглядело несколько необычно для такого дня. А голове белый платочек про.

— Ты как-то необычно одета, — сказал я, не скрывая любопытства.

Алина на мгновение замерла, как будто не ожидала такого вопроса. Она сжала пакет в руках, и я заметил, как её пальцы слегка дрожат. Она опустила взгляд и долго не могла найти слов, будто не совсем готова была открыться.

— Я была в церкви, — сказала она наконец, тихо, почти шепотом.

Что-то в её голосе было таким искренним и мягким, что я на мгновение не знал, что ответить. Она явно старалась не акцентировать внимание на себе, но я почувствовал, что для неё это важно.

Она сжала пакет ещё сильнее, и в какой-то момент я заметил, что в нём лежат просфоры — маленькие круглые хлебцы, которые обычно дают в церкви.

— Для меня это важно, — продолжила она, стараясь объяснить.

Она подняла взгляд, и в её глазах было что-то такое, что я не мог понять, но чувствовал, что она не хочет, чтобы я задавал лишние вопросы. Я просто кивнул, осознавая, что ей нужно пространство для таких вещей.

Алина протянула мне один из просфор, и я заметил, как её рука слегка дрожала. Она выглядела немного смущённой, но я не мог не улыбнуться, принимая её дар. Я поблагодарил её, аккуратно взяв просфору, ощущая, как в этот момент всё вокруг будто замедляется.

Она вдруг спросила:

— А ты зачем здесь? Ты же от нескольких остановок отсюда живешь.

Я пожал плечами и усмехнулся.

— Да, но здесь с друзьями встречаемся. Чисто по выходным, знаешь, чтобы отвлечься от всего.

Алина задумчиво кивнула, как будто переваривала мои слова, и потом вдруг спросила:

— А часто ты сюда приходишь?

— В парк? — переспросил я, и она кивнула.

— Ну да, — сказала она.

Я с интересом посмотрел на неё, когда она снова сжала пакетик с просфорами. Она выглядела как-то… уязвимой, но в то же время сильной.

— А ты часто ходишь в церковь? — спросил я, стараясь не звучать слишком любопытно, но в голосе чувствовалась искренняя заинтересованность.

Алина взглянула на меня, её лицо мягко потемнело от мысли, и она тихо ответила:

— Да, я там почти каждое воскресенье. Это важно для меня. Я молюсь, пытаюсь не пропускать дни. Для меня церковь — это не просто место для молитвы. Это как… место, где я могу быть сама собой. Все эти суеты, эти люди — это всё как шум, который мешает услышать что-то важное. А когда я там, всё как-то спокойно. И я чувствую что там меня слушают.

Я слушал её, и мне казалось, что время замирает. В её голосе была такая искренность, такая спокойная сила, что я почти забыл, где нахожусь. И несмотря на её скромность, я чувствовал, что в её словах скрыто нечто гораздо большее — глубина, которая шла куда-то в самую душу.

Она продолжила, не отрывая взгляда:

— Когда молишься, становится легче. Ты как бы… приходишь к себе, понимаешь, что не один. И всё, что ты переживаешь, теряет свою тяжесть. Поэтому мне так важно там быть. Я просто не могу иначе.

В её словах было что-то трогательное, искреннее, и, признаюсь, я немного растерялся. Никогда бы не подумал, что буду стоять рядом с такой девушкой, которая так открыто и уверенно говорит о таких важных для неё вещах. Она не пыталась выглядеть лучше, не притворялась. Она была просто Алина, и это привлекало.

— Это… здорово, — сказал я тихо, пытаясь подобрать слова. — Мне нравится, что ты так серьезно относишься к этому. В наше время это редкость.

Алина немного покраснела, опустив взгляд, и сжала пакетик в руках ещё крепче. Но я заметил, как она немного расслабилась, как будто мои слова дали ей почувствовать себя немного увереннее.

— Спасибо, — прошептала она, улыбнувшись так, что мне показалось, что этот момент был как маленькая искорка, зажженная в её глазах.

И вот, в этом непростом разговоре, я вдруг понял, что это именно те моменты, которые я буду запоминать. Её простота, её искренность. Всё это заставляло меня думать, что возможно, в мире, полном суеты, всегда есть место для чего-то настоящего.

Я не знал, что ещё сказать, и, чтобы как-то заполнить паузу, невольно продолжил:

— А я не хожу… точнее, никто у нас как-то не углублялся в эти темы, — сказал я, пытаясь объяснить, но в голосе звучала странная неуверенность, будто мне вдруг стало неудобно, что я не мог поделиться чем-то более важным.

Алина тихо кивнула, а я не мог понять, почему вдруг стало так сложно продолжать разговор. Может быть, мне не хватало слов, или она говорила что-то настолько глубокое, что я даже не знал, как продолжить.

И в этот момент я услышал, как издалека меня позвал Сашка:

— Эй, Дим! — его голос прорезал тишину. — Ну чего там, жужжишь? Пойдём, нас все уже ждут!

Я быстро обернулся, и сразу понял, что мои друзья не собирались оставлять меня в покое. Сашка уже широко улыбался, а за ним стояли Ромка и Толик, которые с любопытством заглядывали в мою сторону. Пару секунд я размышлял, не зная, как поступить, но вскоре мои друзья не оставили мне выбора.

— Ну что ты там с девчонкой стоишь, всё крутишь? — подмигнул Сашка, явно видя, что мне некомфортно. — Алин, дарова! — помохал Алине, ей явно тоже было некомфортно от этого.

— пойдем уже! — добавил Ромка с ехидной улыбкой, и я почувствовал, как они слегка толкнули меня в спину.

Не хотелось, чтобы она почувствовала себя неловко, поэтому я резко повернулся к Алине и сказал:

— Извини, мне нужно идти… Друзья зовут.

Алина, казалось, немного удивилась, но быстро поняла, что это просто ситуация, не требующая больших объяснений. Она кивнула и тихо сказала:

— Всё в порядке, Дима. Хорошего дня вам.

Я немного застыл, наблюдая, как она сдержанно улыбается и начинает отходить. А потом, как всегда, один из моих друзей решил вставить своё слово.

— Ты что, её на свидание пригласил? — с усмешкой заметил Толик, и вся компания рассмеялась.

Я с лёгким раздражением покачал головой. Ну конечно, всё, что мне нужно было — это ещё больше внимания на себе. Я пытался игнорировать их, хотя в какой-то момент, все-таки вырвалось:

— Эй, не смейте так шутить. Я не пригласил её на свидание, просто разговаривал.

Ребята, конечно же, не унимались, но я уже не обращал на них внимания. Я махнул рукой Алине на прощание, и когда она повернулась, я увидел, как её глаза немного потускнели от лёгкой грусти. Возможно, ей было не совсем комфортно с тем, что всё это произошло так быстро и неожиданно. Но она всё равно снова улыбнулась, и это было нечто.

— Пока, Алина, — сказал я, в ответ она тихо произнесла:

— Пока, Дима.

Когда я вернулся домой, вечер уже настигал квартиру, и я сразу заметил, что на кухне сидит не только Марк, но и ещё кто-то. Парень, которого я никогда не видел, сидел напротив моего брата, болтая с ним о чём-то. Марк, заметив, что я вошел, быстро встал, размахивая рукой, как всегда, когда кого-то представляет.

— Эй, братан, познакомься, это Иван, — сказал он с улыбкой, явно довольный, что опять привёл какого-то нового знакомого домой. — Мой друг.

Я кивнул, не зная, что и сказать. Всё как-то вышло не по плану, и меня это немного насторожило. Я не был готов встречать новых людей, особенно в такой день, когда голова была полна мыслей о чём-то другом.

— Привет, — сказал я Ивану, сдержанно кивая в его сторону. Тот сразу ответил улыбкой и коротким приветствием.

Марк, заметив, что я не особо настроен на разговор, с любопытством посмотрел на меня. Он всегда был как чуть ли не настоящий психолог, постоянно пытаясь разобраться, что у меня в голове.

— Что-то не так, Дим? — спросил он, сидя на краю стула, всё ещё внимательно наблюдая за мной.

Я не ответил, а просто прошёл включать приставку, чтобы отвлечься. На душе было как-то тяжело, и я не хотел сейчас общаться. Я просто хотел провести время в тишине, пытаясь успокоить свои мысли. Погрузился в игру, надеясь, что хотя бы она сможет вернуть мне спокойствие.

Марк и Иван громко смеялись на кухне, что-то обсуждая между собой. Я сидел на диване, пытаясь сосредоточиться на игре, но смех и разговоры с кухни не давали покоя. В какой-то момент Марк позвал меня:

— Эй, Дим, идём сюда, присоединяйся, — его голос был таким привычным и непринуждённым, как всегда.

Я не очень-то хотел, но, зная, что Марк будет настаивать, решил пойти. Поднявшись, я пошёл на кухню и сел рядом с ними за кухонный бар. Марк, заметив, что я подошёл, наливает мне пиво и, подмигнув, говорит:

— Ну что, братан, немного можно расслабиться. Тебе ж точно не помешает.

Я не стал спорить и взял стакан, хотя на самом деле не был в настроении для этого. Сел, стараясь не выглядеть слишком напряжённо, и сразу почувствовал, как стало немного легче. Иван с Марком продолжали что-то обсуждать.

Иван, сидящий напротив, явно был в хорошем настроении. Он вёл разговор с таким интересом, будто его заботила каждая деталь того, о чём они беседовали. И вдруг его взгляд переключился на меня, и он с лёгкой улыбкой сказали.

— Кстати, ты ведь, наверное, знаешь мою сестру, Алинку, да? Марк сказал что ты в 45 школе учишься. Моя сестра тоже там.

Я, подняв брови, посмотрел на него, немного удивлённый. Он заметил моё недоумение и продолжил:

— Ну, Алина, новая девчонка в школе. Такая, знаешь, спокойная. Очень умная, кстати. Правда, немного странная, но это не мешает ей.

Я не знал, что сказать, ведь, честно говоря, я был ещё не готов обсуждать Алинину жизнь с кем-то, кроме неё самой. Понимал, что её жизнь и так не была лёгкой, и мне не хотелось, чтобы кто-то делал её тему лёгкой добычей для рразговоров.э

— Да, знаю её, — я попытался сказать как можно спокойнее, но внутри что-то немножко ёкнуло. — мы в одной классе учимся.

Иван продолжил с ещё большей заинтересованностью:

— Ну, она у нас такая, немного замкнутая, я как-то пытался с ней поговорить… Но она всегда как-то отстраняется. Я надеюсь её не обижают у вас.

В словах Ивана было какое-то странное беспокойство, но, несмотря на это, его тон был всё равно лёгким, будто разговор о человеке, с которым не так уж и близко знаком. Мне стало немного не по себе. Я не знал точно, что ответить, потому что на самом деле не мог сказать о ней ничего чёткого, кроме того, что она была совсем другой, чем остальные.

— Ну, как-то так… — начал я, глядя на стакан в руках, в котором лёгкие пузырьки пива начали плавно подниматься вверх. — Она немного… не очень открытая. Она так легко идёт на контакт.

Как только я произнёс эти слова, почувствовал, как разговор становится странным, как будто я не совсем то сказал, о чём на самом деле хотел бы говорить. В голове начали смешиваться разные мысли: об Алине, о том, что она совсем не похожа на других девочек в школе, об её странной, но по-своему притягательной молчаливости.

Иван, кажется, не заметил моё смятение. Он кивнул, по-прежнему неспешно жестикулируя и продолжая разговор, но я почувствовал, как в его словах исчезает тот интерес, который был раньше. Я же не мог избавиться от мысли о том, что, возможно, у меня есть нечто большее, чем просто любопытство к Алине. Что-то неуловимое, что я сам не мог понять.

Я попытался собрать свои мысли, но они как-то не складывались. Что-то заставляло меня обращать внимание на её движения, на каждый её взгляд, который казался одновременно и чуждым, и одновременно личным. И этот неуловимый момент, когда она смотрела на меня, заставлял сердце немного ускорять пульс, а мысли путались в голове.

В голове продолжали прокручиваться те пару минут, которые мы провели с ней — и как она подарила мне просфору, как её руки были немного дрожащими, как она избегала прямого взгляда. Она была иной. И эта инаковость почему-то была для меня важной.

В это время Иван продолжал говорить, но его слова становились для меня как белый шум. Я пытался понять, что именно в её молчаливом присутствии оставалось таким важным для меня, но никак не мог найти ответа. Взгляд немного метался, и я вдруг понял, что мысли мои не так уж и ясны, а весь разговор с Иваном стал лишь фоном для чего-то более важного, что происходило внутри меня.

Иван заметил, что я как-то странно молчал, и бросил мне пару шуток, но я их уже не услышал. Мои мысли были только о ней. И чем больше я пытался избавиться от этого, тем сильнее было ощущение, что мне нужно было просто быть рядом с ней, поговорить с ней, понять её. Почему-то казалось, что она скрывает что-то большее, чем может казаться на первый взгляд.

Марк, видимо, снова вспомнил вчерашний разговор и с ухмылкой посмотрел на меня, когда мы с Иваном продолжали болтать. Я заметил его взгляд, но не сразу понял, что он задумал. Он немного закашлялся, а потом, с каким-то смешанным выражением лица, обратился к Ивану:

— Слушай, Иваныч, у нас тут, похоже, у Димки кто-то появился. Он тут, знаешь ли, не отрывается от мыслей.

Я не сразу понял, что он имеет в виду. Только когда Иван с любопытством повернул голову в мою сторону, а его лицо начало расплываться в улыбке, я понял, что началось.

— Что-о? — с удивлением спросил Иван, в глазах которого уже начали танцевать игривые искры. — Димка, да ты что, с кем-то там, что ли?

Я постарался скрыть недовольство, но оно всё равно вырвалось наружу.

— Да не, вы что. Это всё ерунда, — буркнул я, но Марк явно не собирался отпускать эту тему.

— Эээ, не-не, ты давай, не криви. Я ж помню.

Иван хмыкнул, явно решив подхватить шутку. Его глаза сверкнули, как у человека, который только что заметил слабое место.

— Оооо, и кому так повезло? — Иван почти что подкатил к мне, заливаясь смехом.

Я почувствовал, как лицо быстро покраснело. Это было одновременно и неловко, и забавно. Задержаться в этом разговоре не хотелось, но, похоже, мне не удастся так просто выйти из этой ситуации.

— Слушайте, — сказал я, пытаясь взять себя в руки. — Я просто, ну, интересовался, почему у неё так много внимания от меня. Вот и всё. Да и вообще, почему вы решили, что это я?

— А ты ж не один такой, — подхватил Марк, — вон Иван тоже постоянно кого-то выискивает. Так что ты не один, мы тебя поддерживаем!

— Ага, точно, — сказал Иван, бросая быстрый взгляд на меня. — Но только вот тут вопрос: ты точно просто интересовался? Или там что-то большее?

Марк и Иван переглянулись и начали перешептываться между собой, явно увековечив в своих мыслях эту тему, как настоящий «доказанный факт». И вот этот их заговор выглядел настолько нелепо, что я не смог не посмеяться, хотя внутренне чувствовал легкую обиду.

— Да ладно вам, — сказал я, пытаясь вырваться из этого круговорота шуток. — Это всё просто наблюдение. Я же не собираюсь тут «влюбляться», как вы там думали. Мне просто интересно, почему это так…

Иван подмигнул:

— Ну, ничего, будем следить за развитием событий.

Я чуть не рассмеялся, но попытался взять себя в руки и по-серьёзному ответить:

— Да какие события, ребята? Вы чего? Просто вопросы, всё. Никакой там не влюбленности.

Марк с ехидной улыбкой махнул рукой:

— Ну-ну, мы-то знаем, как тут всё на самом деле. Дима, ты скоро нам всё расскажешь, мы тут подождем, — сказал он, поднимая бокал пива.

Я только покачал головой, откидываясь назад и внимая этому всему с лёгким чувством смущения. И вот, с каждым их словом, мне становилось ещё яснее, что они, похоже, действительно начали подкидывать мне мысли о том, что я, может быть, действительно начал смотреть на Алинку по-другому. Но, конечно же, не мог признаться в этом вслух.

Мама Алины с улыбкой взглянула на нас, оценивая ситуацию, и сказала:

— Я подвезу вас. Так вам и быстрее, и удобнее будет.

Я сразу встрепенулся, подскочив на месте, стараясь не выдать свою скрытую радость. И хотя мысль о том, чтобы прокатиться с ней на машине, была заманчивой, я быстро сообразил, что такая возможность может больше не выпасть. Глядя на Алину, я вдруг понял, что именно сейчас нужно было что-то придумать. Постарался выглядеть уверенно, чтобы она не заподозрила, что я что-то замышляю.

— Ой, да не стоит, — сказал я, быстро кивая. — Мы дойдём пешком, школа прямо тут. Через пару минут уже будем у входа. Да и Алине будет лучше, если она привыкнет ходить. Мы с ней по пути, так что всё будет нормально, не переживайте.

Мама Алины немного прищурилась, как будто пыталась понять, что за мотивация скрыта в моих словах. Но, видимо, она решила, что раз я так настаиваю, то стоит довериться.

— Ну что ж, раз ты так говоришь… — Мама немного подумала, а потом с улыбкой добавила: — Ладно, доверюсь тебе Димочеа, она с тобой не потеряется. Только следи за временем, не опаздывайте, хорошо?

Алина кивнула, но всё ещё выглядела немного смущённой, словно не до конца верила, что я на самом деле собираюсь вести её в школу, а не куда-то в сторону. Но я был настроен решительно, и за этот короткий момент мне хотелось показать, что я могу быть надёжным.

Когда мама Алины поехала в сторону работы, мы с Алиной остались стоять на тротуаре. Я чуть шагнул вперёд и с улыбкой сказал:

— Ну что, готова покорять этот мир пешком? — сказал я, чуть подмигнув. — Знаешь, у меня всегда так, если день начинается с хорошей компании, то он точно не будет скучным.

Алина слегка улыбнулась, но, видимо, всё ещё не знала, как реагировать. Мы пошли вместе, шаг за шагом, всё ближе и ближе к школе. И вот, несмотря на её молчание, я понял, что этот путь будет для нас обоих немного особенным.

Глава 4 — Принцесса

Принцесса

Я шла рядом с Димой, стараясь держаться ближе к обочине тротуара, где не было людей. Толпа на улице раздражала, звуки машин сливались в шум, от которого хотелось спрятаться. Дима шел спокойно, будто совершенно не замечая этого хаоса.

—Всё нормально? — вдруг спросил он, наклонившись ближе. Его голос прозвучал мягче, чем раньше, как будто он заметил моё напряжение.

—Да, — тихо ответила я, глядя на землю.

—Если что-то не так, ты можешь сказать. — Он улыбнулся, словно хотел меня подбодрить.

Я лишь кивнула, не зная, что сказать. Мы подошли к перекрёстку, и поток машин заставил меня замереть. Люди вокруг быстро переходили дорогу, кто-то даже бежал, а я осталась стоять, не двигаясь.

—Эй, Алина, ты чего? — Дима остановился рядом, посмотрев сначала на меня, потом на дорогу.

—Машины… слишком много, — выдохнула я.

—Всё в порядке, — его голос стал серьёзнее. Он огляделся и шагнул ближе ко мне. — Пойдём.

Прежде чем я успела ответить, он протянул мне руку.

—Возьми, так будет безопаснее. — Его тон был таким уверенным, что я нерешительно вложила свою руку в его.

Дима сжал мои пальцы, словно давая понять, что всё под контролем.

—Видишь, мы всё сделаем по правилам. Сейчас зелёный загорится, и спокойно перейдём. — Он говорил уверенно, не торопил меня.

Когда свет светофора сменился, он не отпустил меня, а спокойно повёл через дорогу. Его рука была тёплой, и почему-то рядом с ним я почувствовала себя чуть спокойнее.

—Видишь? Легче, чем кажется, правда? — Он улыбнулся, когда мы оказались на другой стороне.

Я кивнула, чувствуя, как сжимается горло от слов благодарности, которые я не могла произнести.

Мы шли дальше, и Дима как-то инстинктивно держал меня на той стороне, где не было толпы. Иногда он бросал короткие взгляды, проверяя, всё ли со мной нормально.

—Ты в порядке? — спросил он снова, когда мы подошли к узкому тротуару у дороги.

—Да, спасибо… — мой голос прозвучал чуть громче, чем я ожидала.

—Хорошо, — он усмехнулся, но не отпустил мою руку.

Я посмотрела на него.

—Ты… хороший.

Дима поднял брови, а потом тепло улыбнулся.

—Спасибо. Это, знаешь ли, приятно слышать.

Мы продолжили путь, и он всё ещё держал меня за руку, хотя уже давно находимся достаточно алеко от дороги. Ему, кажется, это даже не мешало, а я вдруг поняла, что впервые чувствую себя спокойно рядом с кем-то, ктт не является членом семьи.

Школа уже была близко. Мы пересекли последние метры до входа, и я начала замечать, как вокруг собирается всё больше учеников. Толпа на крыльце шумела, и мне захотелось остановиться. Но Дима не отпускал моей руки.

—Всё нормально, мы почти пришли, — сказал он, глядя на меня так, будто его слова могли успокоить каждую мою тревогу.

Я молча кивнула, чувствуя, как его пальцы слегка сжали мои. Мы вошли в здание, и на мгновение шум стих, сменившись гулом голосов в коридорах.

—Держишься? — спросил он, не торопясь отпускать мою руку.

—Да, — тихо ответила я, опустив взгляд.

Я пыталась сосредоточиться на чём-то другом, когда услышала позади знакомый голос:

—Ого, вы что, теперь пара? — прозвучало весело, чуть громче, чем хотелось бы.

Я резко обернулась. Это была Лиза, наша одноклассница. Она подошла ближе, сверкая своей широкой улыбкой.

—Лиза, ты что несёшь? — с усмешкой спросил Дима, наконец отпустив мою руку.

—Ну, я просто не могла не заметить, что вы шли за руку, — продолжила она, глядя то на него, то на меня. — Это… мило, если честно.

Я почувствовала, как по щекам начинает подниматься жар. Хотелось спрятаться, исчезнуть, чтобы только никто не видел моего лица.

—Мы просто шли вместе, — спокойно ответил Дима, но уголки его губ слегка приподнялись.

Лиза подняла брови, явно не поверив.

—Ладно, ладно, молчу, — сказала она, но в её голосе всё равно чувствовалась насмешка. — Алина, — она обратилась ко мне, — тебе идёт улыбаться.

Я замерла, не зная, что ответить. Дима посмотрел на меня и легко добавил:

—Видишь, я же говорил.

Я опустила взгляд, стараясь не встречаться с их глазами.

—Ну ладно, пойду к другим, — сказала Лиза, сделав шаг назад. — Увидимся на уроке!

Когда она ушла, я почувствовала, как напряжение немного отпустило.

—Не обращай внимания, она просто любит всех подкалывать, — сказал Дима, слегка наклонившись ко мне.

Я кивнула, пытаясь выровнять дыхание.

—Спасибо, что… — начала я, но не знала, как закончить фразу.

—Да не за что. Пойдём. — сказал он с лёгкой улыбкой.

Когда мы вошли в класс, уже почти все собрались. Шум стоял привычный, почти домашний: кто-то переговаривался, кто-то спорил о чём-то важном, а кто-то, как обычно, пытался доделать домашнее за минуту до начала урока.

Я прошла к своему месту и села, стараясь не смотреть ни на кого. Дима сел рядом меня, его голос то и дело звучал в моих ушах, даже если он говорил с кем-то ещё. Я украдкой взглянула на него через — он что-то быстро писал в своей тетради, но выглядел спокойно, будто ничто в этом мире не могло его волновать.

Через несколько минут вошла учительница литературы. Она поставила свои книги на стол и оглядела нас строгим, но доброжелательным взглядом.

—Доброе утро дети. Приношу извинения за опоздание. Так, начнём разбора домашнего задания, вы должны были написать на тему “что для нас значит любовь”— сказала она, — Кто готов прочитать свое эссе?

Класс мгновенно притих. Никто, конечно, не хотел быть первым. Учительница подняла взгляд от своих бумаг.

—Дима? Может, ты?

Я услышала, как он тихо хмыкнул.

—Конечно, Елена Сергеевна. — сказал он с лёгкой усмешкой, поднимаясь со своего места.

Он начал читать, и я не могла не заметить, как его голос, обычно такой шутливый и расслабленный, стал серьёзным. Слова звучали чётко и глубоко, он говорил о любви, но не о той, что в книгах, а о той, что делает нас лучше, даже если мы боимся её.

Когда он закончил, в классе на секунду повисла тишина. Даже те, кто обычно болтал на уроках, слушали его. Я почувствовала, как у меня сжалось сердце. Как он мог говорить так красиво?

—Очень хорошо, — сказала Елена Сергеевна, улыбнувшись. — Но постарайся в следующий раз писать чуть меньше и не превращать эссе в целую повесть.

Класс тихо засмеялся, и Дима сел обратно, бросив короткий взгляд на меня.

—Как тебе? — шепнул он, наклонившись вперёд, чтобы я услышала.

—Красиво, — ответила я, опустив взгляд на свою тетрадь.

—Ты это серьёзно? — его голос звучал с легкой иронией, но я почувствовала, что он был рад моему ответу.

Я кивнула, не зная, что ещё сказать.

—Спасибо, Алина, — сказал он неожиданно, и в его голосе прозвучала искренность.

Мне стало теплее. Не из-за урока, не из-за того, что он говорил. Просто из-за того, как он посмотрел на меня в этот момент, будто для него имело значение, что я думаю.

Остальная часть урока прошла как в тумане. Дима всё время шутил — то с Лизой, то с ребятами, сидящими о соседству. Однажды он даже сдерживал смех, когда кто-то случайно уронил книгу с грохотом на весь класс.

—Дима, потише, — строго сказала учительница.

—Конечно, Елена Сергеевна, — ответил он с виноватым видом, но улыбка всё равно не сходила с его лица.

Я заметила, что всё это время не могла не слушать его, даже когда он говорил совсем не со мной.

Уроки пролетели быстро, словно кто-то нарочно перемотал время. После третьего урока шумный поток одноклассников хлынул в столовую, раздаваясь смехом, разговорами и стуком обуви по полу. Я, как обычно, осталась в классе. Толпа никогда не вызывала у меня желания присоединиться. Мне всегда было проще здесь — в тишине и покое.

Я аккуратно достала свой ланч-бокс, где лежал белый рис, кусочек варёного мяса и свежие огурцы. Это был мой привычный обед, который мама всегда готовила с заботой. Я взяла вилку и начала есть, стараясь ни на что не отвлекаться.

Неожиданно я услышала тихий шорох. Подняв взгляд, я увидела, что Дима остался в классе. Он сидел рядом, доставая из сумки пакетик чипсов. Открыв его с характерным хрустом, он бросил на меня короткий взгляд и широко улыбнулся.

—А ты чего не в столовой? — спросила я, чувствуя, как он нарушил привычный уклад моего обеда. Снова.

Дима, жуя чипсину, пожал плечами. — Ну, а ты чего тут сидишь одна? Давай, я составлю тебе компанию. Мне же тоже скучно.

—Мне не скучно, — тихо ответила я, отводя взгляд и аккуратно беря кусочек огурца.

—Заметил, — ответил он с лукавой улыбкой. — Ты так серьёзно ешь, как будто проводишь какой-то эксперимент.

Я чуть смутилась и покачала головой. — Просто… я так привыкла.

Дима наклонился к столу, положив подбородок на руку, и посмотрел на мой ланч-бокс. — Рис, мясо, огурцы… Снова.. Ты что, готовишься к спортивным соревнованиям?

—Нет, — я покачала головой, чувствуя, как уголки губ начали предательски подниматься в улыбке. — Это просто полезно.

—А чипсы, значит, вредно? — с притворной обидой спросил он, поднимая пакет и демонстративно разглядывая его.

—Ну… да, — ответила я.

Дима рассмеялся и протянул мне одну чипсину. — Ладно, нарушим правила. Попробуй.

Я замялась, не зная, стоит ли брать. Но он с такой уверенностью держал чипсину передо мной, что я всё-таки протянула руку и осторожно взяла её.

—Видишь? — победно сказал он, снова закинув чипсину в рот. — Всё полезно, если есть с правильным человеком.

Я улыбнулась, ощущая, как странное тепло разливается внутри. Впервые за долгое время я почувствовала себя немного… не одной.

Дима сидел рядом, тихо распаковывая что-то из своей сумки. Я продолжала сидеть за партой, уткнувшись в свой учебник. Время от времени я замечала, как он украдкой смотрит на меня, но, как всегда, пыталась не обращать внимания. И всё же я не могла не заметить, как его взгляд словно задерживается на мне, а потом быстро отворачивается. Я почувствовала, как он немного напрягся.

Он вдруг заговорил, и его голос стал мягким, немного задумчивым.

—Знаешь, Алина, ты… немного отличаешься от других, — сказал он с лёгкой улыбкой.

Я повернула голову, чуть приподняв бровь. Неужели он только сейчас заметил?

—Только сейчас заметил? — спросила я, немного теряя нить разговора.

—Нет, не в томсмыслее. Просто … ты такая спокойная, — продолжил он, слегка нервно потирая руки. — Все вокруг бегают, суетятся, а ты… как-то спокойно воспринимаешь всё. Это прикольно.

Я замерла, не зная, что ответить. Мне казалось, что он хотел сказать нечто большее, но я не могла понять, что именно. Не привыкла к таким комплиментам, тем более от него. Я просто улыбнулась и быстро вернулась к своим мыслям.

—Мне кажется, ты просто не видишь, как я на самом деле нервничаю, — ответила я с лёгкой улыбкой.

—Да ну? — он приподнял бровь, как будто удивился. — Ну, в любом случае, это круто.

Я не ответила. Мы сидели так несколько минут, я тихо листала страницы учебника, а он продолжал перебирать что-то в своей сумке, будто что-то искал. С каждым его взглядом я чувствовала, как внутри меня что-то немного ёкает, но я продолжала делать вид, что ничего не замечаю.

Время шло, и я постепенно начала привыкать к его присутствию рядом. Тихо, но с каким-то особым интересом, Дима продолжал наблюдать за мной. Я не понимала, что происходит, но было странное чувство, будто он видит что-то во мне, чего не замечают остальные.

Глава 5 — Рыцарь

Рыцарь

Я сидел за компьютером, опершись локтями о стол, и пристально всматривался в экран. В комнате стояла полная тишина, если не считать тихого гудения системного блока. Сайты, один за другим, открывались и закрывались, пока я искал то, что могло помочь мне лучше понять Алину. Она в школе по время разговора упомянула мимоходом: «У меня вторая стадия аутизма».

Первым делом я нашёл общую информацию. Термины, которые ничего мне не говорили: «социальная адаптация», «особенности сенсорного восприятия». Все эти слова звучали слишком сухо, слишком научно. Я искал что-то более простое, что-то, что объяснит мне, почему она такая... другая.

«Люди с аутизмом второй стадии часто избегают большого количества социальных контактов», - прочитал я. Да, это было похоже на Алину. Она почти не разговаривает с одноклассниками, всегда держится особняком, но при этом её взгляд... он всегда такой внимательный, цепкий, будто она замечает то, что не видят другие.

«Они могут иметь трудности с выражением своих эмоций, но это не значит, что они их не чувствуют», - продолжал я читать. На мгновение перед глазами всплыло её лицо: спокойное, почти невыразительное, но в то же время такое искреннее. Она, наверное, чувствует больше, чем показывает. И я... я хотел бы это увидеть, понять.

Я пролистал дальше, наткнувшись на статью о том, что такие люди часто имеют особую чувствительность к шуму, свету, прикосновениям. Вспомнилось, как она однажды чуть отстранилась, когда кто-то случайно задел её в коридоре. Не грубо, не резко, но заметно. Тогда я подумал, что это просто её замкнутость.

-Алина... - тихо выдохнул я, не отрываясь от экрана.

Следующая статья говорила о том, что они могут сильно привязываться к вещам, людям или привычкам. Я улыбнулся. Наверное, её ланчбоксы - это не просто удобство. Может быть, это её способ сохранить стабильность в хаотичном мире. А её аккуратность, когда она так тщательно всё раскладывает? Это уже не просто черта характера, это часть её мира.

Я откинулся на спинку стула, чувствуя, как в груди разливается какое-то тёплое, непонятное чувство. Я хотел не просто знать. Я хотел понимать. Её мир, её мысли, её страхи.

Вдруг я заметил свою руку, которая невольно сжалась в кулак. Захотелось снова оказаться рядом с ней. Просто быть, ничего не требовать, ничего не навязывать. Хотелось... быть рядом.

Я вздохнул, снова склонился к экрану и начал читать дальше. Информация была и правда интересной - кажется, я стал понимать немного больше. Оказывается, у людей с аутизмом второго уровня может быть сложность с общением, но они всё равно чувствуют мир глубже, чем другие. Особенно цепляло то, что многие из них обладают удивительной внимательностью к мелочам и уникальным взглядом на мир.

-Ну что, профессор, опять всемирные тайны разгадываешь? - раздался голос Марка. Я даже вздрогнул от неожиданности, так глубоко был погружён в чтение.

-Ты что, не можешь постучаться? - буркнул я, оборачиваясь к нему.

Марк как всегда выглядел расслабленно - с чашкой кофе в одной руке и какая-то манга в другой. Он опустился на кровать и уставился на экран моего компьютера.

-О-о-о, а это что тут у нас? - начал он, пододвигаясь ближе. - Ты что, решил стать психологом? Или это новый проект?

Я тут же закрыл вкладку и попытался выглядеть как можно более равнодушным.

-Да просто... наткнулся случайно. Интересная тема, вот и всё, - ответил я, стараясь не выдать ни малейшего признака волнения.

-«Случайно», - протянул он с усмешкой. - Слушай, я тебя знаю. Ты просто так ничего не делаешь.

-Ты что-то хотел? Или пришёл сюда исключительно, чтобы меня достать? - сменил я тему, надеясь, что он перестанет лезть в моё дело.

Марк улыбнулся ещё шире, отпил кофе и посмотрел на меня с той самой хитрецой, от которой я всегда чувствовал, что вот-вот что-то произойдёт.

-Ладно, ладно, не парься. Просто странно видеть, как ты изучаешь... ну, вот это, - он кивнул в сторону компьютера. - Обычно тебя больше футбольные форумы интересуют.

-Люди меняются, знаешь ли, - отрезал я, возвращаясь к экрану и открывая совершенно другую вкладку, чтобы отвлечь его внимание.

-Ага, особенно когда за этим «изменением» скрывается что-то интересное, - ухмыльнулся Марк, но, к счастью, не стал настаивать. Вместо этого он встал, направляясь к двери, но перед уходом добавил: - Если тебе когда-нибудь понадобится помощь... или совет старшего брата, ты знаешь, где меня найти.

Когда он ушёл, я наконец смог выдохнуть. Марк, конечно, ничего не знал, но его внимание к деталям всегда напрягало. Я вновь открыл закрытую вкладку и продолжил читать.

Я снова взглянул на экран. Слова сливались в одно сплошное полотно, и я уже не мог сосредоточиться на статье. Голова была забита... об Алине.

Я захлопнул ноутбук и откинулся голову. Мозг работал на пределе, перебирая все детали: как она говорила, как смотрела на меня. Я вспоминал, как мы шли вместе в школу, её осторожные, едва заметные движения, её тихий голос, который почему-то остался в памяти громче всех звуков вокруг.

«Хватит думать о ней», - сказал я себе. Но легче от этого не стало. Всё снова возвращалось к ней. Её необычная манера говорить, её спокойствие, даже её отстранённость - всё это не давало мне покоя.

Решив отвлечься, я вышел из комнаты и направился на кухню. На столе лежала коробка с печеньем, а рядом - Марков недопитый кофе. Казалось, он оставляет за собой следы, чтобы я точно знал, где его искать.

Я налил себе воды и посмотрел в окно. На улице уже вечерело, но в голове всё крутились её слова о «второй стадии». Что это вообще значит для неё? Как она с этим справляется? Почему это стало для меня так важно?

«Это просто интерес», - убеждал я себя. - «Просто хочу понять её лучше. Ничего больше».

Но даже я не был уверен, что это правда.

Проснувшись рано, я быстро оделся и не задерживаясь, выбежал из комнаты. Нужно было успеть - я решил вновь «случайно» встретить Алину.

Я прошёл по коридору и оказался на кухне, где как раз сидели мама и Марк. Марк, казалось, ещё не осознал, что я тут, и только когда я сел на кухонный бар, он наконец заметил меня.

-Ничего себе, - с удивлением сказал он, слегка поднимая брови. - Ты рано встал. Так бывает вообще? Я думал, что ты обычно просыпаешься только когда до уроков остаётся 15 минут, и то едва успеваешь накинуть футболку.

Я не обратил внимания на его подколы. Просто пожал плечами и начал наливать себе кофе. Я думал, что разговор закончится. Но нет, Марк был в своём репертуаре.

Он хитро посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на маму и с невинным выражением лица сказал:

-Мам, а ты в курсе, что у нашего Димки там одна девчонка появилась? Он влюбился, и не признаётся.

Я чуть не подавился своим кофе. Вижу, как мама делает паузу. Она взглянула на меня, но промолчала, продолжая заваривать чай.

Марк не остановился на достигнутом. Он заметил, как я нервно попытался оправиться от его слов и, едва сдерживая смех, продолжил:

-Нет, ну правда, он ходит, как в облаках, с каким-то странным видом. Ты только посмотри, глаза блестят, а в ответ на все мои вопросы - молчит. Что это, если не влюблённость?

Я покраснел, пытаясь как можно быстрее сосредоточиться на чашке с кофе, надеясь, что это поможет мне избежать продолжения этого разговора. В ответ на это Марк начал ещё сильнее издеваться.

-Ой, ну точно, это же такой очевидный намёк. Точно влюбился, мам.

Я просто снова пожал плечами, при этом с трудом скрывая свой смущённый взгляд.

-Это не так! - выдохнул я, пытаясь казаться убедительным. - Просто рано встал, вот и всё. Кто-то влюбляется, а кто-то нормально в школу ходит. Серьёзно.

Марк в ответ расхохотался:

-Конечно, конечно, я всё понял. Просто в какой-то момент перестал следить за временем, а вот теперь ловлю тебя на горячем.

Мама, наконец, подняла голову и с лёгким упрёком сказала:

-Марк, хватит. Ты что, с ним как с ребёнком разговариваешь? Молчи лучше, а то из-за твоих шуточек всё утро портишь.

Но Марк не успокоился. Он продолжал смеяться и подмигивать мне:

-Ладно, ладно, не буду тебя мучить. Но я знаю, что ты влюблён, Димка. Вопрос только в том, когда ты решишь признаться.

Мама, не дождавшись продолжения, просто вздохнула, сделав вид, что ничего не слышала. А я всё так же сидел, пытаясь держать лицо, не выдавая своей растерянности.

Я выскочил из дома так быстро, будто за мной гнались все шутки Марка. Схватив свою сумку и впопыхах натянув капюшон, я направился к автобусной остановке. В голове все ещё звучали насмешливые слова брата, но я старался не придавать им значения. Главное - успеть.

В автобусе я сидел молча, держа рюкзак на коленях и ловя своё отражение в окне. Смешанные мысли то и дело накатывали: «А если она всё поймёт? А если мама Алины меня просто пошлёт?» Но я уже решил для себя, что сегодняшний день будет прекрасным.

Как и остальные после встречи с ней.

Когда автобус остановился, я вышел на одну остановку раньше. Холодный утренний воздух бодрил, и, заметив, что у меня ещё было время до встречи, я решил зайти в ближайший магазин.

-Гранатовый сок, гранатовый сок... - пробормотал я себе под нос, подходя к полке с напитками. Мой взгляд тут же наткнулся на знакомую бутылку. Алина говорила что любит очень. Я быстро взял две бутылки - одну для неё, одну для себя. В голове мелькнула мысль: «Ну это не выглядит странно же... Просто сок».

Когда я вышел из магазина, меня встретило утреннее солнце, подсвечивающее улицы золотыми лучами. Я только начал оглядываться, как заметил её. Алина и её мама уже вышли из подъезда и направлялись к машине.

Я побежал к ним, держа бутылки с соком в руке.

-Алина! - позвал я её, немного сбивчиво, но стараясь говорить бодро.

Она остановилась, её мама тоже обернулась.

-О, Дима? - удивилась её мама.

-Доброе утро! - я поспешил поздороваться, натягивая свою самую дружелюбную улыбку. - Вот так совпадение! Я... тут на встрече у друга был..

Алина смотрела на меня с лёгким недоумением, но не сказала ничего, а её мама подняла брови.

-Ты не опоздаешь? - её голос звучал строго, но без ноток подозрения.

Я поспешил заверить:

-Нет-нет, школа уже рядом, буквально в пяти минутах. Кстати, раз уж мы встретились... Может, Алина пойдёт со мной пешком? Всё равно тут недалеко, да и полезно немного пройтись. Она же шла уже со мной, всё будет хорошо.

Тётя Елена посмотрела на меня с лёгким сомнением, потом перевела взгляд на Алину, будто спрашивая её мнения.

-Что думаешь, Алина?

Она посмотрела на меня, потом на маму и тихо ответила:

-Ну... можно...

Я, заметив её неуверенность, добавил:

-Не переживайте, я присмотрю за ней. Мы пойдём прямо, никаких лишних остановок. Алина будет в полной безопасности.

Мама, вздохнув, кивнула:

-Ладно, раз уж так настаиваешь.

Я кивнул, пытаясь выглядеть максимально серьёзно.

-Конечно. Всё будет хорошо.

Алина подошла ко мне, и мы направились по дороге к школе. В руке я крепче сжал бутылку с гранатовым соком.

Мы шагали в сторону школы, когда я, будто случайно, протянул Алине одну из бутылок сока.

-Это тебе, - сказал я с непринуждённой улыбкой. - В магазине акция была, вторую бесплатно дали.

Алина посмотрела на меня, немного удивлённо, но потом её губы тронула лёгкая, тёплая улыбка.

-Спасибо, - тихо ответила она, принимая бутылку.

Мне показалось, что она слегка смутилась, и это как-то даже обрадовало меня. Мы шли дальше молча, каждый погружён в свои мысли, пока я не открыл свою бутылку и сделал пару глотков.

Алина тоже попыталась открыть свою, но крышка будто решила сопротивляться. Она зажала бутылку в руках и старалась изо всех сил, но успеха не было. Я бросил взгляд на неё и не удержался от лёгкой улыбки.

-Давай помогу, - предложил я, протягивая руку.

Она, чуть поколебавшись, всё же передала мне бутылку. Её пальцы на мгновение коснулись моих, и я почувствовал лёгкий холод её кожи. Повернув крышку, я без труда открыл бутылку и вернул её Алине.

-Вот, готово, - сказал я, протягивая напиток обратно.

-Спасибо, - снова тихо поблагодарила она, осторожно взяв бутылку.

Мы продолжили идти, разговор так и не начался, но тишина между нами не казалась неловкой. Приятное покойствие.

Когда мы подошли к дороге, я на секунду замедлил шаг, вспомнив её стах. Алина застыла, словно оценивая, как далеко машины. Её лицо стало чуть напряжённым, глаза сосредоточенно следили за движением.

Это уже было не в первый раз.

-Всё нормально, - мягко сказал я. протянул руку к ней, пальцы чуть согнуты, в жесте, который не давил, а только предлагал. -Можно? - вежливо спросил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Алина подняла на меня взгляд, немного растерянный. Она явно колебалась, но через несколько секунд нерешительно кивнула.

Я осторожно взял её руку в свою. Она была хрупкая, прохладная, будто фарфоровая. Я сжал её чуть крепче, переплетая наши пальцы, и сказал:

-Не бойся. Всё будет хорошо.

Алина молча кивнула, а я улыбнулся, будто пытаясь передать ей через эту улыбку уверенность. Мы начали переходить дорогу, и я чувствовал, как её пальцы немного дрожат в моей руке.

Когда мы дошли до другой стороны, я заметил, что Алина немного расслабилась, её рука всё ещё оставалась в моей.

-Ну, видишь? Всё не так страшно, - сказал я с улыбкой, глядя на неё.

Алина бросила на меня короткий взгляд, явно собираясь предложить отпустить её руку, но я сделал вид, что не замечаю.

-Знаешь, - добавил я,- с тобой так спокойнее идти.

Она ничего не ответила, только слегка покраснела и отвела взгляд. А я почувствовал, что улыбка на моём лице становится шире. В конце концов, отпускать её руку я действительно не собирался.

Мы продолжали идти рядом, её рука всё ещё лежала в моей, тёплая и доверчивая. Я старался смотреть только вперёд, чтобы не выдавать своего волнения, но мои пальцы чуть сильнее сжались на её, когда я заметил, как легко и естественно мы шли, будто так и должно быть.

Она молчала, но я чувствовал её присутствие каждой клеткой, слышал её мягкое дыхание рядом. Это молчание не казалось пустым - оно, напротив, было наполнено чем-то важным, чем-то, что невозможно было выразить словами.

-Ты всегда так рано выходишь? - вдруг спросил я, решив, что пора нарушить эту тишину.

Она взглянула на меня краем глаза, чуть приподняв уголки губ.

-Да. Мама подвозит и потом на работу едет.

-Этот день точно будет прекрасным, - ответил я, слабо улыбаясь.

-Почему?росила она с лёгкой ноткой удивления в голосе.

-Ну... - я ненавязчиво пожал её руку. - Увидеть тебя до начала школы - уже хорошее начало дня.

Она смутилась, я заметил, как её щеки стали чуть краснее. От этого я почувствовал странное удовлетворение.

-С кем обычно ты ходишь в школу? - вдруг спросила она.

-Не с кем-то, а с тобой, - спокойно ответил я. - Это же большая разница.

Она снова смутилась, опустив взгляд на дорогу перед собой, но я видел, как её губы дрогнули в попытке скрыть улыбку.

-Ты странный, - прошептала она, но в её голосе не было упрёка.

-А тебе не нравится странное?

Она задумалась, прежде чем тихо ответить:

-Иногда... нравится.

Я засмеялся, и её глаза заискрились от моего смеха. Это было настолько естественно, что я на мгновение забыл, где мы находимся, и просто наслаждался этим моментом.

Мы шли уже почти к воротам школы, когда я всё-таки рискнул:

-Если вдруг ты решишь завтра выйти чуть раньше... я могу тебя подождать.

Она остановилась, посмотрела на меня внимательно, будто пыталась понять, насколько я серьёзен. Я слабо пожал её руку, которая всё ещё была в моей, и добавил:

-Я не тороплюсь. Не вставай так рано по утрам.