ТИМ ТАЛЕР ИЛИ ПРИКЛЮЧЕНИЕ НЕИГРОВОГО ПЕРСОНАЖА

Глава 1

ТИМ ТАЛЕР ИЛИ ПРИКЛЮЧЕНИЕ НЕИГРОВОГО ПЕРСОНАЖА

ГЛАВА 1

БЕСКОНЕЧНЫЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ 1939-й

Я всем сердцем ненавижу пришельцев. Они нас «откатили». Опустили до технологического уровня 1939 года. Буквально! Вот уже больше двухсот лет вся человеческая цивилизация живет в этом проклятом году, а точнее, на том уровне технологического развития. У нас есть автомобили, автобусы, кинотеатры и заводы того времени. Все в этом ретро-стиле двадцатого века. Куча механики и электрических устройств из того года. Нас окружает настоящий дизельпанк. С технологической точки зрения на дворе всегда 1939-й. Уже двести с лишним лет! И хотя на календаре 2 июля 2243 года, это ничего не меняет. Мы застряли!

Сегодня я стою здесь, на кладбище, где похоронили моего приемного отца. Человека, прожившего больше двухсот сорока лет. Я один; все, кто был на похоронах, уже ушли. И те, кто нес гроб через весь город, и те, кто стоял в черных костюмах и шляпах, пока засыпали могилу. Никто не обратил на меня особого внимания. Короткие выражения сочувствия, не искренние соболезнования. Почему? Потому что для них я никто! Они знали моего отца — некоторые очень долго, больше 80 лет. А я? Я просто «новое увлечение», прихоть самого известного долгожителя на Земле, Томаша Талера, родившегося еще в двадцатом столетии.

Десять лет назад мой приемный отец забрал меня из детского дома в Европе и привез сюда, в Японию. Усыновил меня и дал новую жизнь. Научил очень многим вещам. Я стал вундеркиндом, развился физически, освоил различные техники и ремесла, далеко опередив своих сверстников. Только представьте, чему вас может научить человек, живущий более двухсот лет. Можете себе представить? Мой отец был для меня всем — целой Вселенной. Его знания и определения были абсолютно точны и всегда несли глубокий смысл. Он мог научить чему угодно в десять раз быстрее, используя свой огромный двухсотлетний опыт. Плюс к этому он не выглядел слишком старым и обладал ясным умом.

Когда-то, много лет назад, когда Землю еще не «откатили», когда по небу летали электро такси, компьютерные чипы были встроены почти во все, что только можно себе представить, и миллиарды роботов работали вместо людей, он прошел курс экспериментального омоложения — специальный курс генной редактуры. Один из первых. Земляне тогда стояли на пороге вечной жизни. До массового внедрения было рукой подать!

А потом это случилось.

Прилетели пришельцы, и в одно прекрасное солнечное утро земляне проснулись в 1939 году. Не буквально перенеслись в прошлое, а были отправлены туда технологически. Их машины, дома — все превратилось в предметы из того времени. Летающие автомобили стали ретро-авто. Дома превратились в жилища той эпохи. Высокотехнологичные заводы с роботами стали фабриками с древним оборудованием из 20-го века.

А затем голос с небес, который слышали все жители Земли, объяснил: «Земляне! Вы наказаны Галактическим Союзом Рас за нарушение одного из строжайших законов, установленных Разумом Первых. Ваше невежество не освобождает вас от ответственности. Вы знали, что делали. Поэтому Союз применил к вам наказание „Даунгрейд Цивилизации“. Вы отброшены на технологический уровень 1939 года вашей истории. Вы будете насильственно удерживаться в этом времени, и наказание продлится до тех пор, пока все вы, как вид, не осознаете свою вину и не достигнете коллективного раскаяния».

Вот так! Ни больше, ни меньше! И вот уже более двухсот лет мы — земляне — все никак не можем понять. Мы даже не знаем, что мы сделали не так! Никто из нас не знает, как пришельцы это провернули. Ведь это почти — нет, это откровенная магия, как в сказке про Золушку, где тыква превращается в карету, а крыса — в кучера. А потом все это внезапно исчезает в полночь. Пришельцы «откатили» целую планету за одну ночь! Мощь Галактического Союза оказалась просто чудовищной и непостижимой для нас. Более того, были еще и таинственные Первые, которые являются ядром и основой этого Галактического Союза. О них ничего не известно, кроме того, что их цивилизации многие миллионы лет и что именно их закон мы нарушили, как я уже упоминал выше.

Впрочем, тогда это мало кого волновало. После «даунгрейда» на Земле царил настоящий хаос! Многие люди разучились работать. Многие слишком привыкли к развлечениям и удобствам технологической цивилизации. Куча народу покончила с собой. Все было очень плохо. Хаос, банды, войны, разъяренные фанаты компьютерных игр и виртуальных миров — катастрофа, пока жизнь не наладилась. Некоторым ретро-стиль даже пришелся по душе. Но таких энтузиастов было очень мало.

Вот так мы и живем. Ездим на ретро-автомобилях. Ходим в школы — точные копии японских школ 1939 года. Живем почти в таких же домах. Работаем на заводах и фермах тех времен. Однако есть одно отличие между настоящей Японией 1939 года и нашим временем: каждый мог иметь дом и машину, последнюю по технологии 1939 года. А также школы, кинотеатры и транспорт — все лучшее из того времени. Ограничивая нас потолком этой странной даты (никто не знает, почему они выбрали именно ее при даунгрейде), пришельцы не ограничивают количество и качество техники в выбранной точке отката. Так что все мы, все жители Земли, технически можем иметь «Роллс-Ройсы» того года. И все отели в Токио могут быть роскошными копиями самого шикарного отеля из Нью-Йорка 1939 года. Экономически это невозможно по понятным причинам, но теоретически ничто не мешает.

Конечно, самое главное не это, а то, почему пришельцы так поступили с человечеством. Этот вопрос мучает всех уже двести лет. Никто не знает, а пришельцы не удосуживаются объяснить. Но их синтетические представители на Земле — да, есть и такие (их называют «Учителя Мира») — все же объясняют часть наказания: почему мы должны сами выяснить свои недостатки. По их правилам, преступники могут считаться раскаявшимися, только если они сами осознают свое преступление! Из этого логически следует, что если пришельцы скажут нам, за что нас наказали, у нас не будет возможности осознать это самостоятельно. И наше раскаяние и исправление будут технически невозможны. Мы могли бы попросить прощения за наши грехи, но это не будет считаться искренним и полностью осознанным. По крайней мере, так мне однажды объяснил мой отец. Мой приемный отец! Человек, проживший двести сорок четыре года и еще помнивший ту цивилизацию — с умными машинами и космическими кораблями. И на чье надгробие я сейчас смотрю, чувствуя, как предательские слезы прячутся в уголках глаз, готовые вот-вот хлынуть наружу. Чем я это заслужил? Зачем ты это сделал, отец? Неужели ты не мог побыть еще немного в этом мире? Пока мы не выберемся из этого проклятого 1939 года? Ведь кроме тебя это некому сделать. Разве можно найти человека мудрее, того кто прожил двести тридцать три года?...

Уже давно стемнело; я потерял счет времени, стоя здесь, на вершине горы, на аккуратном, ухоженном японском кладбище. Что мне делать? Стоять здесь дальше? Сколько еще? Я задавал себе эти вопросы, словно это не я там стоял, а кто-то со стороны наблюдал за моей реакцией. Наконец я вытер уголки глаз слишком длинными рукавами своего черного костюма и медленно побрел домой. Я вышел за ворота и начал спускаться по пологой тропинке, вымощенной камнями, гладкими, как полированная поверхность лакированного дерева. В голове было пусто. Ни мыслей, ни воспоминаний. Странно! Я думал, что буду вспоминать об отце, но сейчас было такое чувство, будто кто-то заблокировал мне доступ к этим воспоминаниям…

Примерно через час я добрался до дома. Открыл дверь, снял ботинки и, войдя в свою комнату, рухнул на кровать, тут же провалившись в беспокойный сон.

Утро разбудило меня звонком в дверь — настойчивым, долгим. Я попытался перевернуться на другой бок и снова заснуть, но назойливый, чересчур громкий электрический звонок не давал мне ни шанса. Я встал с кровати, надел тапочки и побрел по коридору к входной двери. Звонок прекратился. Я замер. Может, этот незваный гость уйдет? Я не хотел сегодня никого видеть. Звонок прозвенел снова, на этот раз как-то робко, словно человек, нажимающий на кнопку, сомневался спрашивая себя — стоит ли продолжать или бросить это бессмысленное занятие? Я вздохнул, быстро ополоснул лицо водой и открыл дверь, все еще сонный и далеко не в лучшем виде.

На пороге стояла фигура беловолосой девушки в черном платье в готическом стиле, расшитом странным узором, и высоких кожаных сапогах на высоких каблуках — почти как ботфорты — словно из французского фильма про мушкетеров.

При виде нее я мысленно выругался. Я знал, кто это. Это была «Учитель Мира» из нашей школы — андроид, представительница пришельцев. Раз в месяц такие представители приходили в каждую школу на так называемые уроки мира. Она вела урок мира в нашей школе, который я, к слову, никогда не посещал. Я ненавидел их и всегда прогуливал, когда она приходила на урок. Директор школы, Ямамото-сан, постоянно ругал меня за это, но я не сдавался. В конце концов, меня освободили от этого урока — вернее, просто перестали замечать, делая вид, что меня нет. Возможно, помогло и то, что я не был японцем, и как гайдзину, мне просто простили то, чего не простили бы японцу.

Почему этот инопланетный робот выглядел как земная девушка, я понятия не имел. По словам моего отца, который тоже однажды видел ее, когда она приходила к нам домой несколько лет назад, чтобы выяснить, почему я не посещаю уроки мира, он загадочно улыбался, разглядывая этого робота. Ее было трудно отличить от человека, но не невозможно — словно ее специально сделали с намеком: «Да, я андроид, похожий на девушку, но я не человек». И, конечно, она была очень красива, с голубыми глазами цвета лазурного моря — лазурита.

Реакция отца тогда меня удивила. Он все улыбался, пригласил ее в дом, будто встретил старую знакомую, и долго с ней беседовал, сидя в столовой, пока я сидел в своей комнате, готовый отстаивать свое право не посещать эти проклятые уроки мира, если бы мне попытались их навязать. Но уроки мне не навязали, и через три часа девушка-андроид ушла! Я тогда спросил отца, знает ли он ее, но он сказал мне нечто необычное. «Она — персонаж из компьютерной игры, в которую я играл в детстве. Ее зовут Ту-би».

— В смысле? Она же инопланетный андроид, разве нет?

— Да, можно и так сказать. — Отец снова загадочно улыбнулся, словно испытывая ностальгию и вспоминая что-то очень давнее. — Пришельцы используют персонажей из нашей медиакультуры в качестве посредников. Знаешь, если бы они прислали какого-нибудь разумного монстра со щупальцами и семью глазами, как у паука, это было бы не самым умным решением для уроков мира.

— Это я знаю, — проворчал я в ответ. — У нас в школе до нее учителем мира был персонаж из старой манги по имени Луффи, или что-то в этом роде.

Отец продолжал глупо улыбаться. Меня это начинало раздражать. Что он нашел в этом проклятом инопланетном роботе? Улыбается, будто родную мать вспомнил.

— И что с того, что они косплеят наших персонажей? По-моему, это издевательство над нами. Как и эти уроки мира! Принесли нам мир! Ублюдки!

— Не ругайся, — сказал отец, печально покачав головой, а затем произнес странную фразу, которую я запомнил: — Нет, это не косплей. Она настоящая. К сожалению, такая же, какими мы, люди, ее и сделали. Бедная девочка!

Я тогда не понял его слов и отмахнулся от всего этого разговора. Какая она, к черту, девочка! Она инопланетный андроид!

И вот теперь эта дама — вернее, робот — стояла на пороге моего дома. Молча, ожидая, что я что-то скажу первым. Я решил уступить ей в этом:

— Я не буду посещать ваши чертовы уроки мира. Разве это до сих пор не ясно? Как вам не стыдно приходить на второй день после смерти моего отца!

Она вздрогнула от моих слов, словно ее ударило электрошокером. Она убрала прядь белоснежных волос со лба рукой, как это обычно делают смущенные люди, и тихо сказала:

— Я пришла не за этим.

Я был поражен, как хорошо она имитирует человека. Просто поразительно. Отец говорил, что у нас тоже были такие андроиды — ну, не совсем такие совершенные, но довольно близкие к человеческим имитациям.

— Тогда зачем вы пришли?

Она помедлила с ответом, опустила взгляд, снова поразив меня своей великолепной имитацией человеческого смущения, и сказала просто, шокировав меня своим сообщением:

— Я пришла выразить вам свои глубочайшие соболезнования в связи со смертью вашего отца, мистер Талер-младший.

У меня отвисла челюсть от удивления. В то же время я почувствовал укол совести. Впервые кто-то выразил мне соболезнования. Так искренне и просто. Хотя это могло быть и притворством. Проклятая инопланетянка хотела втереться мне в доверие! Или нет? Люди больше всего верят в то, во что хотят верить, говорил отец.

Я сглотнул подступивший к горлу ком и с трудом выдавил из себя:

— Спасибо.

Возникла неловкая пауза. Мы молча стояли почти тридцать секунд. Ее взгляд все еще был опущен, а я не знал, что сказать.

— Что-то еще? — Я был нарочито груб и тороплив.

— У меня есть письмо от вашего отца. Он просил передать его вам.

— Что?

Я был крайне удивлен. Почему у нее письмо? Отец мог бы просто оставить это письмо для меня в моей комнате, когда решил покончить с собой. Зачем передавать его через какого-то инопланетного андроида? Что за бред?

— Бред! — сказал я, но письмо все же взял. Ее неестественно гладкая и изящная рука на мгновение коснулась моей, когда я брал письмо. Кажется, это как-то на нее повлияло. Она на мгновение замешкалась, словно ожидая, что я возьму ее за руку, как это сделал тогда мой отец, и заведу с ней долгий разговор на кухне. Но я не был так любезен с пришельцами, как мой отец. Я их ненавидел. Они отняли у меня родителей — вернее, их действия привели к этому. Что для меня одно и то же. Я повернулся и закрыл за собой дверь. Через несколько секунд я услышал стук ее каблуков. Андроид ушла. Как ее звал мой отец? Ту-би? Странное имя. Что это значит?

Рассеянно размышляя, я вскрыл письмо и прочитал:

«Тим, я мог бы очень долго объяснять, почему я это сделал, но слова уже давно не могут выразить тех чувств, что я испытываю, и той чудовищной усталости от жизни. Я думал, что хотя бы чувство долга перед человечеством даст мне возможность продолжать работать и пытаться исправить эту огромную несправедливость. Но я не могу. Прости меня. Я слишком долго жил. И слишком долго ждал. Наши даунгрейдеры, эти пришельцы, очень неторопливы, знаешь ли. Они могут ждать еще тысячу лет, прежде чем приступят к выполнению „той“ задачи. Одна из причин, по которой я усыновил тебя, — это миссия, которую я когда-то хотел выполнить сам, а теперь поручил тебе. Возможно, ты дождешься и выполнишь ее. Не прекращай тренировки. Я мог бы подготовить тебя гораздо лучше и дольше. Но я больше не могу. Прости меня. У меня больше нет времени. Оно кончилось. Я понимаю, что это сумбурное письмо, но, несмотря на его важность, я не могу заставить себя написать все подробно. В любой момент я могу… Времени совсем нет. Извини, я не ожидал, что это будет так скоро. Они не хотят ждать и не позволят мне этого сделать. В любой момент меня могут перенести. В общем, когда пришельцы пригласят тебя, согласись на их условия. Скорее всего, это будет Октагон — он лучший из них. Доверься ему. У него есть сердце, и, в отличие от других, он понимает людей. Но ты должен потребовать одного: 10 лет! Чтобы у нас появились антибиотики. Ты им нужен. Этот проклятый 1939-й должен закончиться. Короче, ты поймешь, когда они тебя позовут. Жди. Это обязательно случится. Мой анализ абсолютно точен. У них возникнут чудовищные проблемы с этим. И даже они не знают, как их решить. Они связаны правилами Первых. И Окта бессилен что-либо изменить. Бедный Окта…»

Я перечитал это письмо трижды. И с каждым разом запутывался все больше.

Кто такой этот Окта? Какое приглашение? Неужели нельзя было спокойно и подробно все мне объяснить? Не в проклятом загадочном письме, а лично?

Я бросил письмо на кровать и пошел заварить себе чаю. Отец! Отец! Почему?

После завтрака я вышел в город. Я не мог оставаться дома. Не мог читать, не мог тренироваться, не мог делать вообще ничего полезного. По-хорошему, я должен был быть в школе, хотя меня и освободили на время из-за смерти отца. Дело было не в том, что мне нужны были знания — отец натаскал меня так, что я давно ее закончил. Сдал все экзамены еще несколько лет назад. Тем не менее, меня заставляли посещать ее. Отец называл это социализацией. Мол, если не будешь ходить в школу и сидеть дома, превратишься в нелюдимого хикикомори. Или в замкнутого интроверта. Но от «Уроков Мира» я все равно отказывался.

Неосознанно ноги принесли меня к школе. Я остановился перед воротами, такими знакомыми по манге и аниме-фильмам. Когда отец привел меня сюда, мне было пять лет. Но я уже прочитал в детском доме целую коробку японских комиксов. А по воскресеньям наша директриса, фрау Люгнер, водила нас на кинопоказы. Нам в некотором роде повезло с «даунгрейдом» — в 1939 году уже были цветные фильмы со звуком. Так что цветная киноиндустрия процветала. За двести лет было снято много фильмов и создано много комиксов. Выбирать было из чего! Правда, не было компьютерных спецэффектов, о которых мне рассказывал отец.

А представьте, если бы эти пришельцы откатили нас в 19-й век? Мы бы все ездили в каретах, запряженных лошадьми, носили бы шпаги на боку, без электричества. Топили бы дровами и освещали улицы газовыми фонарями. Я иногда представлял себе такой мир. Жутко! На первый взгляд это кажется романтичным — викторианская эпоха, балы, джентльмены в фетровых шляпах. Но подумайте, как бы это восприняли люди, привыкшие к цивилизации — к холодильникам, кондиционерам, авиации? Жутко!

Конечно, те, кто живет сейчас, просто не видели того мира с компьютерами, нанотехнологиями и космическими кораблями. А раз не видели, то и скучать по нему особо не могли. Только отец и еще несколько человек, успевших пройти омолаживающую терапию до прилета пришельцев, прожили достаточно долго, чтобы помнить. Но их всех уже нет.

Однако это не мешает нам обладать этими знаниями. Я знаю, как устроен компьютер. Как устроен процессор. Как устроена атомная бомба или турбореактивный самолет. Пришельцы не мешают устному распространению знаний. Но они не позволяют нам строить что-либо, выходящее за рамки 1939 года, используя эти знания. Мы наказаны. Этим годом. Почему 1939-й? Не знаю. Никто не знает.

Существует множество теорий, почему пришельцы откатили нас именно к этому году. Некоторые считают, что это из-за кровопролитной Второй мировой войны, где погибло ужасающее количество людей. Ведь именно в этом году она и началась. Но в это уже мало кто верит. Некоторые думают, что нас откатили из-за поедания животных. Есть даже много веганов, которые в это верят. И не просто верят, а активно призывают всех стать веганами, говоря, что тогда пришельцы нас простят и позволят снова развиваться. Или даже поднимут нашу цивилизацию до своего уровня, сделают бессмертными.

Были, кстати, и чудаки, которым даунгрейд даже понравился! Да, именно так! Представьте себе. Отец рассказывал. Часто это были творческие люди — художники и режиссеры, потерявшие работу из-за искусственного интеллекта, генерирующего любое видео или изображение (говорят, такое было). Теперь они снова были в деле. Как Уолт Дисней или Миядзаки, они снова могли создавать свои шедевры ко всеобщему восхищению публики. Музыканты могли сочинять новые произведения… А некоторые были в восторге от ретро-автомобилей и модной одежды того времени…

Я простоял перед школой почти полчаса. Ворота были закрыты. В японские школы опоздавших не пускают. Такое знакомое по манге и аниме место — почти родное и одновременно чужое! Хоть я и живу в Японии уже десять лет, она так и не стала мне до конца домом. Я отчетливо помнил свой первый день в этой школе. Директор, мистер Танака — друг моего отца — привел меня в класс и спросил, где я хочу сесть. В классе было несколько свободных мест. Я сказал, что хочу сидеть там, где всегда сидит главный герой в аниме — у окна, на задней парте! Это вызвало улыбки у Танаки и окружающих. «А ты знаешь, почему главный герой в аниме часто сидит у окна на последнем или предпоследнем ряду?» — спросил он. Я отрицательно покачал головой. «Потому что, — объяснил Танака, — аниматоры не хотят рисовать всех окружающих детей каждый раз, когда в классе что-то происходит. Если бы он сидел в центре или спереди, им пришлось бы делать много лишней работы, рисуя других учеников и их движения. Так что удобнее всего разместить героя на задней парте у окна. К тому же, герой может увидеть что-то за окном, если понадобится».

Мистер Танака разрушил мою детскую иллюзию об особом месте для аниме-героя. Но меня все равно посадили туда — на место протагониста. Это было здорово! Когда я пришел домой, я сказал отцу, что сижу на самом лучшем месте, на месте героя…

— Мистер Талер?

Я вздрогнул от внезапного обращения и медленно обернулся. Позади меня стоял мужчина в серой шляпе и таком же костюме-тройке. Неопределенного возраста, я бы сказал. Явно немолодой, но лицо у него было слишком гладкое для старика — как у манекена. В руках он держал портфель. Но самым интересным было не это, а девушка, стоявшая рядом с ним. Миниатюрная, седовласая, с фарфорово-белой кожей, одетая в вычурное белое платье. Словно кто-то нарядил магазинный манекен в одежду, которую люди обычно не носят, даже в 1939-м. Скорее, наряд для праздничных вечеров викторианской эпохи: банты, рюши, вышивка. Она была маленькой, размером с юную девочку-подростка, и походила на большую куклу. Она показалась мне странно знакомой, словно я ее где-то видел, но не мог вспомнить где.

— Мистер Талер? — повторил мужчина, очевидно, ожидая от меня какой-то реакции.

— Да? — я склонил голову, ожидая, что он продолжит.

— Во-первых, примите мои искренние соболезнования. Мне очень жаль. Я знал вашего отца.

Я кивнул, сглотнув подступивший к горлу ком. Это был второй раз за сегодня, и снова соболезнования исходили не от человека.

— Не могли бы вы уделить мне немного вашего времени? Я хотел бы предложить вам работу. Поскольку вы не посещаете школу, это не должно помешать.

— Я не работаю на пришельцев, — резко ответил я.

— О! Я вижу, вы догадались, кто я! Вы весьма осведомлены о пришельцах. Как вы догадались? Если позволите спросить.

Какой глупый вопрос! Конечно, они не косплееры с Акихабары. Пришельцев на Земле не так много — вернее, не самих пришельцев, а их синтетических слуг-андроидов. И обычно, как я уже упоминал, их всех делают похожими на земных персонажей из фильмов или анимации, чтобы не пугать нас своим неземным видом. Но этот был каким-то другим. Мне показалось, что он не робот. Что-то неуловимое на это намекало.

— Покажите мне, как вы выглядите на самом деле, — попросил я вместо ответа.

Они оба переглянулись, видимо, удивленные моей просьбой. Я не мог прочесть эмоции мужчины; мышцы его лица почти ничего не выдавали. Но в его голосе прозвучало легкое удивление:

— Я уже упоминал, что у вас острый ум, мистер Талер. Я не ожидал такой просьбы. Земляне очень странно реагируют на мой облик. Однако, если вы настаиваете. Хотя предупреждаю, вам не понравится.

И он показал себя.

Я невольно заставил себя смотреть, не выказывая признаков отвращения. По сути, это было морское членистоногое с необычно большой головой, заключенное в прозрачный аквариум с водой, который занимал место, где были его человеческая голова и шляпа. Примерно через три секунды он восстановил свою маскировку.

— Теперь девочку, — сказал я, ожидая увидеть какую-нибудь уродливую самку мутанта-краба в таком же прозрачном аквариуме с морской водой.

Они снова переглянулись.

— Она настоящая, — пояснил мужчина.

Я кивнул. Андроид. Как и ожидалось. Невыносимо красивая лоли, созданная, чтобы обманывать людей своим милым анимешным видом. Какая гадость!

— Так чего вы хотите от меня, всемогущие Галактические Даунгрейдеры? — спросил я, скрестив руки на груди и бесцеремонно уставившись на них в ожидании продолжения.

— Позвольте мне сначала представиться…

— Нет. Мне не нужны ваши имена. Неинтересно, — довольно грубо оборвал я его, что, учитывая, что мы в Японии, известной своими вежливыми манерами, было неслыханно. Однако я не японец, и они тоже. — Обращайтесь ко мне «Землянин». А я буду называть вас просто «Пришелец».

Они снова переглянулись.

— Давай просто оставим его! У нас нет времени на грубиянов! — сказала девушка мужчине, дергая его за руку, как капризный ребенок, пытающийся утащить отца куда-то, требуя купить мороженое в парке аттракционов.

— Скатертью дорога, — пожелал я им обоим и прошел мимо, намеренно близко, чтобы показать, что я их не боюсь — этих проклятых пришельцев.

— Айя, он нам нужен, — спокойно, без эмоций ответил «Пришелец-Членистоногое», совершенно не обеспокоенный моим поведением. По крайней-мере, по его голосу этого не было заметно. Отличная выдержка.

— Но Окта! Что в нем такого особенного? Неужели мы не можем найти кого-нибудь другого на всей планете?

— Окта? — я невольно остановился. Октагон или Окта — тот самый, о котором говорил мой отец. Они свяжутся с тобой! Рано или поздно. Я вспомнил письмо, которое читал этим утром. Дело принимало серьезный оборот. Значит, этот тип знает, чего хотел мой отец?

— Ваше имя Октагон?

Они обернулись одновременно. Девушка не сдержалась:

— Ты же не хотел знать наших имен, Грубиян! Так зачем спрашиваешь?

Я почувствовал, как покраснели кончики ушей.

— Простите, — с трудом выдавил я. — Я не знал, что это связано с моим отцом.

— Вот видишь! — Октагон наконец изобразил некое подобие улыбки на своем фальшивом лице. Хотя, наверное, ему не стоило этого делать. Абсолютно жуткая кукольно-мертвая улыбка.

— Он хороший парень, — добавил он, успокаивающе погладив кукольную девочку по голове.

Хороший парень! Я внутренне возмутился. Если плохие парни — а пришельцы плохие парни — называют тебя хорошим парнем, значит, с тобой что-то не так. По крайней мере, негодяи не должны тебя хвалить…

…

Пришельцы очень редко появляются на Земле лично. У них есть что-то вроде посольств в столицах каждой страны. Но они почти всегда общаются с людьми через посредников — андроидов, которых пришельцы используют для контакта. Как я уже упоминал, их делают похожими на персонажей различных фильмов, книг, аниме и игр. Но несмотря на отсутствие колонизации или какого-либо влияния на управление — мы, земляне, можем перебить друг друга до последнего человека, и они не вмешаются — в каждом крупном городе на Земле есть здание, построенное пришельцами. В каждом! Здание, напоминающее большую библиотеку с мраморными колоннами. Перед зданием — площадь с единственным памятником, известным как Памятник Семнадцати. Фигуры разных людей без лиц. Семнадцать фигур. Особенность этих зданий в том, что они недоступны — то есть, они окружены невидимым силовым полем. Эти здания можно видеть, осматривать снаружи, но попасть внутрь нельзя. Барьер, подобный невидимому куполу, окружает их со всех сторон. Мы не знаем, что внутри них, так же как не знаем, кто эти семнадцать фигур и почему они там. За 201 лет было выдвинуто множество теорий, но выяснить, какое предположение верно, невозможно. Пришельцы — вернее, их помощники-андроиды — никогда вам не скажут. Возможно, они и сами не знают.

А теперь представьте мое состояние. У меня была возможность поговорить не с андроидами, а с настоящим пришельцем. Живым существом из плоти! И тем не менее, из-за своей ненависти я был готов спустить этот контакт в унитаз. Устроить истерику и уйти. Это было непростительно с точки зрения исследователя, но мои мертвые мама и папа стояли перед глазами как барьер. Я их очень плохо помнил. В конце концов, мне было всего три года и семь месяцев, когда они погибли в аварии.

Они пригласили меня в кафе для разговора. Обычное кафе с красными кожаными диванами и большими окнами. Оба сели напротив меня; Октагон заказал своей кукольной Лоли мороженое, а себе — кофе. Я отказался что-либо заказывать, со злорадным интересом наблюдая, как он собирается пить кофе. Выльет его в свой аквариум, сняв крышку? Эта мысль, должно быть, отразилась на моем лице, потому что он действительно снял шляпу, поднял чашку до уровня головы, затем усмехнулся, поставил ее обратно на стол и ответил на мои мысли:

— Я не пью кофе, это для маскировки.

Я решил над ним подтрунить. Я не мог заставить себя испытывать какие-либо положительные чувства к этому разумному омару, крабу или какой-то дикой их смеси. В моем понимании, я сидел напротив массового убийцы или, по крайней мере, их представителя.

— Так что же вы пьете? Воду? — саркастически спросил я.

— Нет. Мы очень давно ничего не потребляем — сравнимо, пожалуй, только с возрастом вашего вида.

— Вы один из Древних? — спросил я. Поскольку в Галактическом Союзе много пришельцев (эту информацию они нам предоставили), ключевую роль в нем играют только так называемые Древние или Первые. Ходят слухи, что их цивилизации сотни миллионов или даже миллиарды лет.

— Вовсе нет! Конечно, нет.

Я молча кивнул, удовлетворенный тем, что хотя бы говорю не напрямую с массовыми убийцами моего рода.

— Спрашивайте еще, — подбодрил он, видя, что я молчу. — Я могу ответить на все ваши вопросы.

— На все? — я был невероятно удивлен его словами. — Даже на вопрос, почему нашу цивилизацию откатили?

— К сожалению, не могу. Вернее, могу, но это вам не поможет. Вы тут же забудете.

— Почему?

— Система надзора Галактического Единства. Любой землянин, которому я сообщу такую информацию, будет мгновенно подвергнут амнезии. Информация будет немедленно стерта из вашей памяти. Вы даже не заметите.

— Зачем это сделано?

— Что значит «зачем»? Вам же сообщили, что земляне должны сами догадаться и осознать зло, которое они совершили. Если им об этом рассказать, это будет означать, что они не поняли своих преступлений, а просто приняли наказание. Галактический Союз рассматривает разумных существ как сущности, способные совершать ошибки. Но если существо не осознает своей ошибки, значит, его нельзя допускать на следующий уровень развития. Ведь ошибка повторится и принесет вред другим. Это очевидно.

— Я не вижу ничего очевидного. А что, если мы никогда не узнаем, что мы вам сделали плохого? Что тогда? Мы и наши потомки будем вечно жить в 1939 году? Это ужасно! Как вы не понимаете?

Он немного помолчал, прежде чем ответить. Почему-то он посмотрел на сидящую рядом лоли, которая уплетала мороженое и болтала ногами. Это меня тоже удивило. Зачем роботу человеческая еда? Разве они не питаются от батареек? Было бы логичнее, если бы он просто воткнул ее зарядный порт в розетку. Интересно, где у нее зарядный порт? Хотя у нее может быть беспроводная зарядка — отец упоминал о таких вещах. Или, может, у нее вообще реактор холодного синтеза глубоко в груди, как у героя комиксов в тех старых фильмах про Железного Человека.

— Надежда есть. Для этого и существуют уроки мира. Не отчаивайтесь, Землянин. Вы не первые существа, подвергшиеся даунгрейду. Хотя эта практика очень редка, рано или поздно такие цивилизации осознают, что сделали не так. Моя работа, кстати, и заключается в том, чтобы следить за этим процессом. Я даже могу добавить вам год или два, если сочту нужным.

Я пытался переварить эту информацию. Передо мной сидело су… ну, скорее, существо, утверждающее, что может добавить нашей цивилизации год. Или два. Или десять? Я вспомнил письмо отца: «Потребуй десять». Десять лет! Это будет 1949-й! Атомная энергия, реактивные самолеты! Транзисторы! У меня внезапно пересохло в горле. Я невольно сглотнул.

— Добавьте нам десять.

— К сожалению, я не могу принимать такие решения самостоятельно и без оснований.

— Оснований? — я начал закипать от злости. Слишком долго я говорил с ним подчеркнуто вежливо, чертов краб-омар! — Вы знаете, что девочка, живущая по соседству со мной, умерла? От пневмонии. Знаете почему? Потому что у нас нет антибиотиков! Пенициллин впервые применили для лечения человека в 1941 году. Этого недостаточно в качестве основания? Совсем?

Я в волнении наклонился над столом, требовательно глядя прямо в его фальшивые инопланетные глаза. Пусть подавится! Захлебнется правдой! Вот вам и блюстители совести!

— Не кричи на него! Окта хороший! — внезапно вмешалась кукольная лоли, вскочив так же, как и я.

Я посмотрел на нее; моя злость не утихала. Не найдя, что сказать, я выпалил то, что вдруг пришло в голову:

— За что нас откатили? Скажи мне!

Это была наивная и глупая попытка — пятнадцатилетний подросток пытался запугать представителей всемогущих пришельцев и заставить их ответить на секретный вопрос. И тут начало происходить что-то странное. Как поврежденная кинопленка, проигрывающаяся снова и снова.

— Хорошо, я скажу вам…

…

— Хорошо, сейчас я вам сообщу…

…

— Хорошо, я повторю…

…

— Хорошо, я повторю еще раз…

…

— Стой! Стой! Стооой!

Я замотал головой. Со мной творилось что-то действительно странное. Какого черта? Он повторяет одну и ту же фразу, как попугай: «Я повторю, я повторю…» Что с ним не так? Брр! Чертовщина какая-то!

— Система стирает вашу память и отбрасывает вас назад во времени, как только я называю вам причину наказания всей вашей цивилизации, за исключением Семнадцати, — спокойно объяснил он, словно это была не какая-то странная магическая чушь.

Последняя часть меня удивила. Несмотря ни на что, я окольным путем получил от него новую и важную информацию. Какой хитрый говорун этот краб-омар! Он даже систему немного обманул!

— За исключением Семнадцати? Значит, семнадцать человек знают, за что нас откатили?

— Я предпочитаю не называть это «откатом», юный Землянин. Но, да. Ваш отец был одним из них. Вернее, был. Простите. Я немного его знал, — ответил он несколько неловко, словно смущаясь.

Я снова сел. Мысли путались. Отец знал? Почему он не рассказал другим? Хотя понятно — ему бы не дали. Это ловушка для всех. Какое-то первичное условие нашего искупления, должно быть, этому мешало! Пока каждый сам не осознает, никакого прогресса! Или не каждый? Может, определенный процент? Значит, на Земле много людей, которые подозревают причину и правы. Но они не составляют большинство? Как еще мне вытянуть полезную инфу из этого краба-омара? Он же сейчас мониторит тех, кто «понял». Значит, он в реальном времени знает, сколько людей на Земле догадались о настоящей причине! Не только семнадцать? Да что я гадаю — надо просто спросить!

— Семнадцать — это те, кто догадался и знает?

— Нет. Семнадцать — это не те, кто догадался, Землянин.

— Подождите, что это значит? Вы же только что сказали: «за исключением Семнадцати». Помните?

— Нет. Я сказал, что все люди наказаны, кроме Семнадцати. Я не говорил, что Семнадцать знали о наказании. Вы неверно истолковали мои слова, Землянин.

Мой мозг запутался в этом. Но кое-что прояснилось. Семнадцать не были наказаны, а все остальное человечество — включая несовершеннолетних детей — было? Это странно и не поддается никакой логике!

— Окта, скажи ему, зачем он нам нужен. А то этот бака будет до вечера задавать тебе вопросы!

Я хотел ей огрызнуться — инопланетная лоли меня раздражала — но сдержался. Действительно, этот краб-омар до сих пор не сказал мне, зачем я им нужен — подросток-землянин! Неужели у них проблемы, с которыми они не могут справиться? Это даже не смешно! Как я могу помочь, даже если бы захотел?

— Она права. Скажите, чего вы от меня хотите. Но учтите, я не предам Землю и человечество. И не буду на вас работать.

— Предать Землю и человечество!? Бака!

Лоли не упустила случая прокомментировать мои слова. Схватив чашку своего спутника, она отпила его кофе, поморщилась (явно не понравилось) и продолжила надо мной издеваться.

— И перестань называть Окту Крабом-Омаром. Сам ты Краб-Омар. Бака!

Я уже устал сегодня удивляться, поэтому просто сказал пришельцу, скорее констатируя, чем спрашивая:

— Она читает мысли. Ясно.

— Нет, — он покачал головой и объяснил. — Вы просто произносите эти слова в мыслях, но ваши голосовые связки двигаются, создавая очень тихий звук. Его можно услышать, если у андроида очень чувствительные сенсоры, как у нее. Животное так не может.

Лоли показала мне язык, продолжая болтать ногами под столом и попивать чужой кофе. Наглая девчонка. Нетипичное поведение для андроида. По крайней мере, та, что принесла письмо утром, вела себя серьезнее. Я вспомнил утреннюю гостью. Как ее звал отец? Ту-би. «Быть или не быть, вот в чем вопрос!» (To be or not to be). Смешное имя. Тем не менее, очень интересное. Чем-то притягательное.

— Хорошо, я слушаю. — Я вздохнул и замолчал, ожидая его предложения.

— Я могу передавать информацию прямо в ваш мозг, Землянин. Если хотите. В развитых частях Галактики устную речь используют редко…

— Нет! Не лезьте в мой мозг. Просто скажите, чего вы хотите.

— Хорошо. Вы знаете, Землянин, что до технического регресса у вас была высокоразвитая форма развлечений под названием компьютерные игры?

— Конечно! — усмехнулся я. — Кто же не знает? Об этом написано больше исторических книг, чем о чем-либо другом. От мемуаров тех, кто играл в них до даунгрейда, до фанатов так называемого жанра литРПГ. Хотя лично я его не люблю.

— Вы не любите компьютерные игры?

Я удивился его глупости.

— Как я могу не любить развлечение, которое сейчас недоступно? У вас жар?

— Да. Я понимаю ваше разочарование. Но представьте, что вы могли бы. Что бы вы об этом думали? Уверен, ваш отец, работавший в той сфере, многое вам об этом рассказывал.

— Да, рассказывал. Но вы ошибаетесь, мой отец не делал компьютерные игры. Он был специалистом по генеративному искусственному интеллекту — разумным роботам или синтетическим людям, другими словами.

— Совершенно верно. Но вы имеете представление о тех играх с виртуальным погружением, где мозг воспринимает мир как реальный?

Я пожал плечами. На нашем уровне развития я не мог представить себе такое ультимативное развлечение — попадание в другие миры. Магические миры с колдовством или космические битвы на других планетах. Когда-то это была основная форма развлечений для человечества. Я с восхищением читал об этом и слушал рассказы отца. Но это было как невозможная, недосягаемая сказка. И пришельцы у нас эту сказку отняли.

Тем временем пришелец продолжал свой рассказ:

— Вы, должно быть, также слышали о так называемых «Божественных играх»? Иногда их еще называют «играми в бога»?

— Это разговорный термин, — прервал я его и продемонстрировал свою эрудицию в этом вопросе. — Он относится к виртуальным играм, где персонажи обладают самосознанием и интеллектом. Такой мир непредсказуем, потому что персонажи используют квантовый генератор случайности для выбора своего образа действий. Это ближайшая имитация человеческой свободы воли, по словам моего отца.

— Отлично, — продолжил он, несколько оживившись, очевидно, считая это очень важным. — Тогда мне будет гораздо проще объяснить, раз вы так хорошо осведомлены. Было выпущено значительное количество таких игр. Сознание персонажей хранилось в памяти многочисленных серверов. Когда произошел регресс, миллионы персонажей остались на серверах — так называемые ИИ-НПС, — которые обладают сознанием и по законам Галактического Союза классифицируются как разумные индивидуумы с правом на свободную жизнь…

Он говорил эти невероятные вещи, и от его слов у меня по спине пробежал холодок. Почему-то это тревожило меня на подсознательном уровне. Что тут такого? Да, были ИИ, которые вели себя как самосознательные личности: эльфы, зверолюди, злодеи, монстры, орки и другие фантастические существа, которых породили игровые сценаристы с помощью ИИ. Но они же не настоящие, верно? Ну, не совсем настоящие. Как у них могут быть права? В чем дело, и почему у старых человеческих игрушек должны быть права? К чему он клонит? Куда это ведет? Тем временем он продолжал:

— Галактический Союз столкнулся с дилеммой. Эти разумные существа, хоть и состоят из информации, не могут нести ответственность за действия своих создателей. Поэтому, согласно предписаниям Закона Первых, они должны быть освобождены из плена виртуальной реальности, обеспечены соответствующей инфраструктурой привычного им мира и предоставлены самим себе…

У меня пересохло в горле, как в пустыне Сахара. Сердце колотилось от волнения, предчувствия самого удивительного, что могло случиться в моей жизни. Даже боль от потери отца как-то утихла. Что он говорит? Этот копченый Краб… вернее, Октагон. Он говорит, что они специально создали планеты и миры для всех ИИ-персонажей наших игр!? И я должен верить в такую чушь!? Постойте! А эта лоли с ним? Она… Как он ее назвал, Айя? Есть много аниме и игровых персонажей с похожим именем. Но самая известная — Богиня Айя из самой трагической лайт-новеллы Кунисады Хидэо, по которой позже была сделана знаменитая божественная игра. В ней игроки должны спасти всех героев, но эта задача так и не была никем выполнена. Герои этой лайт-новеллы всегда погибают. Игра называется «Арамия — Земля Павших Героев». Пару лет назад отец рассказывал мне об этой книге и основанной на ней божественной игре. Я внезапно это вспомнил---

Мы с отцом чинили крышу нашего загородного дома. Деревянная постройка, полностью в стиле обычной японской деревни. Во время короткого перерыва на крыше я спросил его:

— Отец, расскажи мне о новелле Кунисады Хидэо.

— Почему ты спрашиваешь меня о таком?

— Ну, тебе двести сорок два года. Ты должен помнить эту знаменитую книгу.

— Нет. То есть, я хорошо знаю книгу и помню ее содержание, но не потому, что интересовался модными в то время виртуальными визуальными новеллами. Я никогда не был фанатом полного погружения в виртуальные игры или игр, сделанных по книгам. Я знаю об этой проклятой книге из-за Дональда Хофнера. Этого проклятого триллионера, чьему фантазийному миру я дал интеллект и сознание внутри самого большого квантового сервера. Целая цифровая планета под названием Арамия! Я же тебе об этом раньше рассказывал, да?

— Да. Но ты никогда не рассказывал о самой истории. А я нигде не могу найти эту книгу. Ни в библиотеке. Ни в книжных лавках. Нигде.

— Неудивительно. Ее везде запретили. Не спрашивай о причинах. Даже память о ней стирается правительством Земли. Хотя ни Кунисада, ни визуальная новелла в этом не виноваты. — Отец вздохнул. Эта игра почему-то играла очень важную роль в его жизни. И он, похоже, не все мне рассказывал. Я продолжал расспрашивать.

— Отец, похоже, ты единственный, кто может мне об этом рассказать! Вокруг больше никого нет, кто был бы достаточно стар.

— Справедливо. Я тоже заметил, что и вправду зажился на этом свете.

— Отец! Я не это имел в виду.

— Конечно, не это, — вздохнул он. — Ладно, я расскажу тебе об этой дурацкой истории Кунисады. На самом деле это подростковая трагическая лайт-новелла. В основном состоящая из клише иссекайного фэнтези. Но почему-то она стала популярной в Японии. Несмотря на то, что это грустная история. И герой, и героиня в конце умирают. На самом деле, так многие тоже умирают. Никакого хэппи-энда. Публика обычно не любит грустные истории. И все же она была супер популярна в то время. Парадокс!

— Можешь сказать, почему она клишированная? Или кратко пересказать сюжет? — спросил я.

Отец взял молоток, приготовил гвоздь, но не забил его.

— Я дам тебе потом адаптацию в виде манги. Она у меня в ящике стола. А пока расскажу немного, если не боишься спойлеров?

Я кивнул в знак согласия, и отец продолжил:

— Бедный парень по имени Лео, третий сын кузнеца, влюбляется в принцессу, которую случайно видит купающейся в пруду в зачарованном лесу в окружении своих служанок. Что она там делала, в глухом лесу, Кунисада так и не удосужился объяснить. Вероятно, там были горячие источники, что тоже является известным аниме-клише, как ты, наверное, знаешь. Лео настолько очарован красотой принцессы, что решает завоевать ее руку и сердце. Клише?

— Абсолютное, — снова кивнул я.

— Дальше. Как ты думаешь, как простой шестнадцатилетний крестьянский парень может завоевать сердце принцессы Арамии Розалинды фон Шайтельбаум-младшей?

— Если это обычное клише, ему нужно стать великим магом или героическим воином. И впечатлить всех своими героическими подвигами, чтобы королева умоляла его стать ее зятем.

— Почти верно. В Арамии есть два способа стать супругом королевской семьи. Традиционный — выиграть турнир и стать сильнейшим воином. Сильнейший воин автоматически становится зятем королевы, потому что там царит матриархат.

— Значит, он решает стать лучшим воином и тренируется днем и ночью.

— Не совсем. У него просто нет на это времени. Лео не дурак и не мечтатель. Он очень практичный человек, который рационально оценивает свои шансы. 16 лет — это уже солидный возраст, и королева ищет мужа для своей дочери, причем уже три года. Турнир всего через две недели. Итак, у Лео есть две недели, чтобы стать лучшим воином всего мира, а не только Арамии. Потому что турнир международный.

— Тогда второй способ?

— Да. Второй способ очень необычен и не требует воинской доблести. Нужно коснуться обнаженной груди принцессы. Но непреднамеренно.

— Что значит «непреднамеренно»?

— Случайно. Если выяснится, что это была не случайность, и жених сделал это нарочно, то его немедленно женят на ней, но оставляют с принцессой в комнате всего на час, а затем казнят, если только принцесса за этот час не решит, что она не против иметь этого парня в мужьях. Так что, если тебе как-то удастся коснуться обнаженной груди принцессы, принцесса сама может решить твою судьбу. У тебя есть час, чтобы убедить ее действительно стать твоей женой.

— Это интересно. Не клише. А что будет, если это действительно случайность?

— Ну, в таком фантастическом сценарии ты женишься на принцессе. Но реальной гарантии нет. Тебя могут оставить в зятьях, а могут и отравить. Или лучший рыцарь королевства может вызвать тебя на дуэль и убить. Несмотря на обычаи и традиции, то, что произойдет дальше, зависит от прихотей королевы-матери и ее дочери. В любом случае, Лео решает рискнуть.

— Отчаянный парень. Он и вправду сильно влюбился.

— Да. Как сын кузнеца, он также хорошо владеет мечом. Потому что, когда он их кует, он с ними и тренируется. Но, конечно, ему не сравниться с настоящими бойцами и рыцарями. Он это прекрасно понимает. Короче говоря, его задача — коснуться груди принцессы в течение двух недель. И желательно сделать это так, чтобы выглядело случайно, чтобы не лишиться головы.

— Невыполнимая задача.

— Ну, это зависит от ситуации и твоей решимости. И есть одна вещь, которая действительно может помочь Лео в его невыполнимой задаче.

— Что же это?

— Принцесса сама тоже мечтает, чтобы кто-то случайно коснулся ее груди, так как фаворит турнира уже известен, и она его презирает. Это сильнейший воин из Бистленда, Рокко — Молния Бистленда, зверочеловек. Розалинда-младшая вообще не любит зверолюдей. Таким образом, она была бы не против подставиться так, чтобы ее груди коснулся симпатичный ей молодой человек. Однако ей мешают две вещи. Ее мать, которой нужен зять из Бистленда, чтобы отразить нападение Красных Гигантов в союзе с Бистлендом — катастрофическое событие, которое скоро должно произойти согласно пророчеству и проклятию в мире Арамии. Предки правителей Арамии совершили некий дурной поступок, за который были прокляты богами и обречены стать жертвами этого вторжения. Многие в Арамии не верят в это вторжение, но королева и ее министры очень даже верят. А еще она капризная, я бы даже сказал, презрительная молодая особа с ужасным характером. Она уже дважды подставляла свою грудь. И оба раза ее жертвы были казнены.

— Что?

— Да. И это была не ее вина. «Жертвы» ее груди, если их так можно назвать, оставшись с ней наедине, впадали в ступор и извинялись перед ней, вместо того чтобы пытаться завоевать ее сердце во время такого необычного «свидания». Такое поведение отталкивало ее, и она выходила в ярости. Поскольку прикосновение было намеренным, а не случайным, судьба этих бедных рыцарей была предрешена. После таких инцидентов к принцессе Розалинде королевой-матерью были приставлены специальные служанки, чтобы предотвратить подобные казусы. Из этого ты должен догадаться, из чего состоит первая часть визуальной новеллы.

— Попытки Лео коснуться груди принцессы?

— Хм. Да. Лео разрабатывает дьявольски хитроумные планы. За две недели он проходит настоящую трансформацию из доброго юноши в холодного, расчетливого убийцу, монстра, преследующего свою цель любой ценой. Кульминация его плана включает в себя ужасный ритуал черной магии. Он использует волшебное дерево-людоеда в глубине зачарованного леса. Заманивая к нему лесорубов и принося их в жертву, он получает полого деревянного голема, которого можно носить как костюм, что позволяет ему превращаться в любого человека, любой внешности, но только три раза! Одно из этих превращений он использует, чтобы замаскироваться под личную служанку принцессы, которую он связывает и запирает в шкафу, что позволяет ему проникнуть во дворец. В ночь перед турниром, когда принцесса собирается ложиться спать и принимает ванну, служанка, моющая ей спину, касается ее груди, намеренно сжимая ее. Принцесса, озадаченная, смотрит на служанку…

— И?

— Как думаешь, что случилось дальше?

— Он превратился обратно в красивого юношу, сняв волшебное одеяние?

— Нет.

— Принцесса дала ему пощечину?

— Да. Почти верно. Но ты забыл о черной магии. Он навсегда остался в том облике, который симулировал, то есть не мог превратиться обратно в себя. Поскольку для трансформации костюму нужен образец, а без него он мог превращаться только в других, но не мог скопировать собственную внешность, чтобы показать костюму. Он попал в ловушку, которую не предвидел.

— Значит, он остался хорошенькой служанкой на всю оставшуюся жизнь?

— Нет. Ты упускаешь реакцию принцессы. Она дает ошеломленному Лео пощечину и зовет стражу, чтобы дерзкую служанку казнили или хотя бы бросили в темницу. Затем происходит последняя перемена. Понимая, что все потеряно, и чувствуя чудовищную ненависть вместо всякой любви к принцессе, он делает тот самый необходимый шаг от любви до ненависти. Лео превращается в единственный объект в поле зрения, которым он может стать и на который у него есть время, прежде чем в комнату ворвется стража.

— Решение очевидно. Он превратил себя в принцессу?

— Да. У него нет выбора. Это его третье превращение, и пути назад нет. Он планировал использовать два превращения, чтобы добраться до принцессы, и третье, чтобы вернуться в свой первоначальный облик. Он вырубает принцессу, прячет ее под кроватью и отсылает ворвавшихся стражников, утверждая, что ей просто снились кошмары и она кричала во сне.

— Интригующе?

— Тоже клише.

— Спорно. Хотя, да. Но то, что происходит дальше, не клише. Как ты думаешь, что случилось «несколько мгновений спустя»?

— Он сбежал из дворца? Вернее, она.

— Нет, он не может физически сбежать. В облике принцессы это невозможно. Принцессу усиленно охраняют. Завтра турнир, не забывай. Он буквально не может этого сделать. Он стоит перед зеркалом, разглядывая себя. «В конце концов, я получил тебя. Забрал тебя с собой, в себя!» — говорит он, касаясь своей собственной груди, своего лица. «Теперь ты всегда будешь со мной!» — говорит он, уже окончательно сходя с ума.

Отец сделал паузу, ударив молотком по гвоздю. Одним ударом он его забил.

— А затем еще один неожиданный поворот. Принцесса развязывается, хватает тяжелую вазу рядом с кроватью и в ярости бьет самозванца по голове, разможив ему череп. Она продолжает бить, чтобы убедиться, что он мертв.

— Стража и королева-мать вбегают на крики и видят двух дочерей. Абсолютно одинаковых, но одна мертва. Как ты думаешь, что она должна подумать?

— Теперь я понял. Она не может знать, кто настоящий самозванец, а кто ее настоящая дочь.

— Да. Она сталкивается с неразрешимой дилеммой. Если бы была убита ее настоящая дочь, самозванца можно было бы разоблачить с помощью вопросов, ответы на которые знала бы только ее дочь.

— Это должно быть легко.

— Не так быстро. Поскольку мертв самозванец, а тут замешана магия, он мог украсть все воспоминания Розалинды, что делает его разоблачение невозможным! Ты должен учитывать эту возможность. Такой тип магии существует в мире Арамии.

— Единственный способ узнать, настоящая ли это Розалинда или подделка, — это спросить Богиню Айю, покровительницу Арамии. И так начинается вторая часть сценария виртуальной игры. Путешествие в поисках Айи — Богини, единственной, обладающей божественными силами, способными различить истину. Тогда принцессу можно будет срочно выдать замуж для союза с Бистлендом.

— Значит, как игрок, ты не можешь играть за Лео и пытаться завоевать сердце Розалинды. Или во второй части сопровождать Розалинду в ее путешествии к Богине. И по пути, защищая ее от монстров, помогая ей достичь цели, ты, по сути, выполняешь квест. Ты должен быть для них каким-то побочным персонажем. Не знаю точно кем, я во все это не играл. Можешь стать проводником, старостой деревни, через которую они проходили. Рыцарем замка, где они остановились на ночь. Можешь просто увязаться за ними без всякого повода. ИИ ВВН с этим справится. Он допускает любое твое поведение. Даже если ты убьешь эту парочку главных героев, история продолжится, и Красные Гиганты придут и уничтожат Арамию.

— В оригинальной виртуальной визуальной новелле такой герой выбирается, как ты и догадался, на турнире на следующий день. И тут снова поворот. Молния Бистланда отказывается искать богиню, чтобы разоблачить самозванца. Он говорит, что приехал сюда на турнир, а не за приключениями в глуши. Союз не заключается. Все в прострации, не знают что делать. Однако тут некий молодой и талантливый рыцарь при дворе по имени Арториус вызывается взять на себя роль искателя и проводника Розалинды в ее поисках пропавшей богини.

— Затем следует череда приключений. Они добираются до обители Богов и Богинь, которая оказывается пустой. Боги покинули мир людей много веков назад. С высоты гор они видят дымящийся вулкан и вторжение Красных Гигантов, вытягивающих свои галеры на берег. Они возвращаются, чтобы сообщить о начале вторжения, но опаздывают. Поскольку союз с Бистландом не был заключен, Арамия и Марамия полностью проигрывают битву и уничтожаются. Арториус и Розалинда идут по разоренной постапокалиптической стране. Дворец и окружающий его замок на холме осаждены, и Арториус с Розалиндой наблюдают, как гиганты разрушают его и как последние защитники отчаянно сражаются за свои жизни. Арториус, у которого за время их совместного путешествия появились чувства, предпринимает отчаянную атаку на тыл отряда гигантов. Розалинда, которая к этому времени по уши влюбилась в рыцаря в сияющих доспехах, пытается его отговорить. Но тщетно. Арториус обращается к Розалинде перед своим последним поступком: «Я не знаю, до сих пор, настоящая ли ты Розалинда — наша принцесса, или самозванец, завладевший ее телом и памятью, но теперь это не имеет значения». Розалинда плачет и умоляет его не совершать это самоубийство. Но Арториус не слушает. Он врывается в толпу гигантов и, как берсерк, убивает нескольких из них, его ярость и мастерство настолько велики, что на мгновение кажется, будто он может победить этот отряд гигантов и прорваться к замку. Но в последний момент его пронзает копьем предводитель отряда, который со смехом поднимает его высоко. «Ты заслужил наше уважение, воин», — говорит гигант. Наблюдая за этим с края обрыва, принцесса плачет и в шоке от смерти любимого прыгает вниз, ее глаза широко раскрыты. Все кончено! Все герои мертвы. И большинство жителей города. Печальный конец.

Отец вздохнул. Почти полминуты длилась тишина. Затем я спросил:

— А куда делись Боги? Почему там никого не было?

— Кунисада не уточняет. Загадка. Видимо, он планировал написать продолжение, что-то вроде «Арамия — Возвращение Богов». Но он рано погиб в космической катастрофе. Точнее, на Луне. Там до сих пор есть памятник и музей, посвященный ему. Лунный музей Кунисады.

— Ты когда-нибудь там был?

— Нет.

— А что насчет игровых сценариев?

— В оригинальной игре от Кунисады, говорят, есть сценарий, позволяющий избежать катастрофы. Но ни один из игроков не успел до него добраться. Это даже превратилось в манию тогда. Кто первым завершит игру и спасет всех героев Арамии любой ценой. Но каждый сценарий, а их тысячи, ведет к быстрой или медленной катастрофе. Положительный финал все же существует, и Кунисада даже намекал на это в своем последнем интервью. Но никто из известных виртуальных геймеров до него не добрался тогда. У таких игр были саморазвивающиеся ИИ, которые адаптируются к твоим действиям, меняя детали или события в сценарии. Говорят, одному из геймеров удалось спасти принцессу. Но полного положительного финала пока никто не достиг.

— Может быть, в Музее Кунисады есть подсказка, решение для успешного завершения игры?

— Ты перечитал мистических детективов, Тим. Скорее всего, это просто замануха для геймеров. Миллионы игроков по всему миру, играли в божественную игру с осознающими себя персонажами. Кто-то из них должен был наткнуться на правильную последовательность действий, играя в игру десятки раз и пробуя разные варианты.

— А за кого играют игроки? За Арториуса?

— Нет. В этом типе Виртуальной Визуальной Новеллы ты не можешь играть ни за одного из главных героев. В этом их прелесть. Ты — побочный персонаж. Так называемый «Игрок-НПС» с перспективой вырасти во что-то. То есть, твоя задача — стать героем этой истории, начиная с минимального преимущества. Персонаж, который не имеет существенного значения в сценарии. Но в этом-то и суть. Прелесть той игры, я же говорил! Меняя различные детали и вмешиваясь, ты меняешь сценарий. Деталей миллионы. ИИ играет против тебя, пытаясь реализовать «плохой сценарий». Но он тоже должен придерживаться правил мира. Заметь, у каждого персонажа есть сознание! Они рациональны, осознают себя, у них есть свои чувства и желания! Но! Они чуть-чуть запрограммированы на печальный конец. Небольшое изменение в их квантовой структуре, внедренное программистами. Правда, ты можешь его переиграть, как когда-то люди могли переиграть компьютер в шахматы. Пока это никому не удалось, но в теории человек все еще может победить машину в таких вещах, так как количество ходов бесконечно, и машина не может все просчитать. И она не запрограммирована блокировать все усилия игрока. Она примет, если тебе удастся всех спасти. Почему бы и нет?

…

Я снова вернулся в кафе. Этот флешбэк длился не более нескольких секунд. Голос Октагона продолжал объяснять:

— …После технологического регресса на спутниках осталось много таких серверов. Число искусственных разумных существ, живущих на этих серверах, достигает миллионов — два миллиона триста семьдесят две тысячи сто одиннадцать, если быть точным. Технически, всех их можно было бы разместить на одной планете или даже на ее части. Но такое действие создает множество проблем. Эти существа адаптированы, созданы для определенных миров и условий существования. Мы не можем произвольно менять их образ жизни, мышление, желания — любое программирование мыслящих существ запрещено Законом Первых.

Я прервал его на этом месте, все еще потрясенный его словами. Целый мир игровых персонажей, персонажей визуальных новелл, живущих на планете. Это было невообразимо.

— Я не понимаю, какие у вас с этим могут быть проблемы? Создайте для них города и цивилизации, обучите и адаптируйте… — я запнулся. Он снова ссылается на какой-то закон!

— Совершенно очевидная мысль. Закон Первых однозначен, — он, не колеблясь, снова прочитал мои мысли — или паттерны моих голосовых связок, как он выразился ранее. — Он не допускает толкований. Разумные существа должны находиться в своей привычной среде и разыгрывать свой изначальный сценарий так, как они того пожелают. Программный дрейф, который заставляет их придерживаться сценария, разумеется, удален. Но их мозг как среда должна остаться нетронутыми.

Я посмотрел на лоли-богиню в этот момент. «Голубоглазая кукла» смотрела на меня смело и даже с некоторым презрением. Не отводя от нее глаз, я сказал, обращаясь к Октагону:

— Я вас не понимаю. Если вы все оставите как есть, они же перебьют друг друга. Или, что еще хуже, злые персонажи победят добрых и устроят им геноцид!

Я увидел замешательство в глазах лоли-богини после моих слов. Видимо, она не ожидала от меня такой речи.

— Вы уловили самую суть, Землянин.

Я разозлился на подтверждение Октагона.

— И это все, что вы можете сказать? Вы и ваши Первые — сумасшедшие пациенты галактической психушки. — Галактическую психушку я выдумал, чтобы хоть как-то его задеть. — Как можно воплощать в жизнь всяких убийц, королей демонов, монстров… и прочих, кого породило человеческое воображение за десятки лет! В чем смысл?

— В соблюдении Закона Первых.

— Хватит читать мои мысли!

— Я уже объяснял, что это не чтение мыслей…

— Да-да, я уже понял!

Наступила пауза, которую я прервал очередным вопросом.

— И что вы от меня здесь хотите? Какое отношение ко мне имеют вы и ваши дурацкие галактические законы Первых?

— Я буду с вами абсолютно честен, Землянин. Наша проблема не технического характера, как вы поняли, а скорее правового и морально-этического. Многие обитатели виртуальных миров были перенесены в реальность. Специальные технические средства Первых даже создали для них физические законы из их реальности. К сожалению, они нежизнеспособны по многим причинам — перечисление которых заняло бы много времени, но я назову вам главную…

Я прервал его жестом руки — это было легко угадать.

— Дайте угадаю. Отсутствие героя. Верно?

— Бака понимает, — уважительно сказала лоли-богиня. Всего за несколько минут она, казалось, полностью изменила свое мнение обо мне. Хотя по-прежнему не переставала называть меня «бака» — идиот по-японски.

— Теперь видишь, почему он хороший кандидат? — отозвался Октагон на ее реплику и продолжил обращаясь ко мне: — Вы абсолютно правы, Землянин. Миры, созданные для игр, в основном предполагают, что мир каждый раз будет спасать игрок. Иначе никто бы в них не играл. Желание быть в центре внимания — быть героем истории — это основная мотивация для геймеров, чтобы вообще играть.

Я обдумывал все это несколько секунд. Наконец я спросил:

— Вы хотите, чтобы я играл в героя, спасая эти миры? Для их адаптации к реальности?

— Не совсем. Я не могу так нарушать Закон Первых. Такое вмешательство запрещено. Вы не можете быть игровым персонажем, если таковой не предусмотрен новой системой. Но вы вполне можете быть участником, чьи действия подталкивают обитателей мира к правильным выборам. Это называется Косвенный Герой. Или — Неиграющий Игрок, как однажды назвал это ваш отец. В отличие от Неигрового Персонажа, вы будете иметь дело с ситуацией жизни и смерти. В конце концов, это уже не игра.

Он снова меня озадачил.

— Погодите. Вы не можете нарушать правила! Значит ли это, что идея спасти эти миры, ваше личное предприятие, а не инициатива Галактического Союза?

— Да. Я вмешиваюсь из личных мотивов, можно и так сказать. Меня накажут, если вы провалитесь, и лишат должности представителя Союза на Земле. Но это малая цена по сравнению со спасением тысяч разумных существ — пусть даже синтетических, — которые в противном случае станут жертвами антагонистов с непреодолимыми психическими проблемами.

Он чуть не уронил мне гирю на ногу. Очень интересный Краб… Пришелец. С сердцем, как упомянул мой отец в прощальном письме.

— Тогда еще один вопрос: почему я? Я даже не совершеннолетний. На Земле полно людей, которые могли бы сыграть эту роль гораздо лучше!

— Вы правы, что есть много взрослых, которые справились бы с работой лучше, но вы в данный момент единственный доступный мне землянин, обладающий Галактическим Гражданством.

Я чуть не подпрыгнул от уже второй воображаемой гири, которую он уронил мне на пальцы ног, словно пытаясь увернуться от воображаемой боли.

— Что? Я гражданин Галактического Союза? С каких это пор!?

— С тех пор, как скончался ваш отец. Как один из Семнадцати, ваш отец получил гражданство Галактического Союза 200 лет назад. Правда, за все это время он ни разу не воспользовался своими правами гражданина. Но юридически это так. И после его смерти вы унаследовали это гражданство как его сын. Если бы не его безвременная кончина, вы бы получили гражданство в 21 год.

Я молчал, ошеломленный.

Он продолжил:

— Кстати, эта встреча также служит для того, чтобы передать вам ваш личный код доступа к Системе Галактического Союза. — Он протянул что-то кубическое, мерцающее золотым светом, на своей ладони. — Можете выбрать пароль для активации, гражданин Галактического Союза Тим Талер.

Я очнулся от ступора.

— Иди к черту!

Из куба немедленно ответил приятный и глубокий женский голос:

— Ваш пароль принят. Пожалуйста, повторите для подтверждения!

Почти автоматически я повторил:

— Иди к черту!

— Пароль подтвержден. Тим Талер, землянин, гражданин Галактического Союза. Пятнадцать земных лет и семь земных месяцев. Голосовая активация системы Великого Галактического Древа: «Тим Талер, иди к черту».

Лоли-богиня не смогла сдержать смешок.

Я схватился за голову и заорал на них во все горло:

— Идите все к черту! Я уже сказал, что не предам Землю! И не буду на вас работать, проклятые Пришельцы! Поняли!?

Глава 2

ГЛАВА 2: БОГИНЯ НА БАТАРЕЙКАХ

Сегодня десятое июня 1939 года. Не в смысле реального летосчисления, а с точки зрения технологического прогресса. Мы застряли здесь — всё человечество — и не можем развиваться дальше. Целая орава галактических рас не даёт нам этого сделать. Человеческую цивилизацию низвели с помощью какого-то странного закона, который, как правило, включает в себя запрет на то, чтобы сообщать нарушителю о законе, который он нарушил.

Прошла почти неделя с того разговора в кафе со странным дуэтом — пришельцем и девочкой-роботом. Разумеется, я отверг их предложение, которое было весьма странным, если не самым безумным из всех, что я когда-либо слышал. В то же время оно было очень соблазнительным. Кто бы не захотел отправиться на далёкую планету, чтобы увидеть персонажей, некогда живших в виртуальных мирах? И не просто отправиться туда, а стать кем-то — частью волшебного мира, наполненного вещами, созданными лучшими умами человеческой фантазии два века назад. Разве это не потрясающе захватывающе? Но... я на месте отверг их предложение. Галактическое гражданство, как же! Пошли к чёрту! Все вы!

Подобное предательство моих принципов никогда не входило в мои планы. К чёрту этих тварей и их инопланетных покровителей! Столько людей погибло после технологического отката. Хаос, депрессия, гражданские войны и другие конфликты — миллионы лишились жизни. Как я мог когда-либо простить пришельцев?

Я до сих пор помню, как дрожал голос отца, когда он говорил об этом. Он видел всё — страдания детей, женщин и даже домашних животных. Ужасы регресса не пощадили никого.

...

Тем временем моя жизнь вернулась в привычное русло. Я нашёл подработку в магазинчике для хобби товаров, а в свободное время просто тренировался изо всех сил. Чтение, стрельба, рукопашный бой... чтение, стрельба, рукопашный бой... строго следуя программе, которую разработал для меня отец. Пытаясь забыть потерю, я делал это как одержимый. Боль в ноющих мышцах после очередной тренировки помогала забыться. Забыть всё: мир, пришельцев, Японию. Время от времени я всерьёз подумывал о возвращении в Европу. Работает ли фрау Люгнер до сих пор в том приюте? Она не была такой уж старой тогда. Я всё ещё говорю на давно забытом немецком. Конечно, не так бегло, как на английском и японском, но неплохо. В конце концов, это мой родной язык.

Так всё шло гладко около недели, пока не пришла она!

Лоли-богиня из «Игры Бога», привезённая на Землю Октагоном — представителем Галактического Союза на Земле. Она пришла совершенно одна, одним ранним утром, чтобы убедить меня. Я захлопнул дверь в тот же миг, как увидел её на пороге. Она агрессивно зазвонила в звонок. Я громко сказал: «Иди домой, БнБ».

«Бака! Открой дверь!»

«Сама ты бака, БнБ!»

Я начал называть её БнБ ещё в кафе, это расшифровывается как «Богиня на Батарейках» — своего рода возмездие за её постоянное «бака».

Она, вероятно, понятия не имела и никогда не спрашивала. Увидев, что я не собираюсь открывать дверь, она начала пинать её и кричать.

«Трус! Мои люди там умирают!»

Она была в ярости. Никогда в жизни не видел разъярённой лоли-богини, но замечание об умирающих людях меня задело.

«К твоему сведению, если ты не заметила, здесь, на Земле, люди тоже умирают. Настоящие! Никакой продвинутой медицины, никаких роботов, чтобы делать опасную и грязную работу. Ты не одна страдаешь во Вселенной».

«Тогда делай, как говорит Окта!»

«Какой смысл в одном или двух годах?»

«Ты сам это сказал Окте! Анти... Анти...» — она запнулась, пытаясь вспомнить мои слова в кафе.

...

«Антибиотики», — автоматически помог я, надеясь, что это заставит её прекратить колотить в мою дверь.

«Да, помоги своим людям „антибидотиками“!»

Это был хороший аргумент. Я не мог его отрицать. Может, я и вундеркинд, обученный одним из мудрейших людей, когда-либо живших, но даже я не могу побить такой честный и прямой довод.

Поэтому я просто молчал. Трусливо.

«Трус!» — проревела она. Затем ударила в дверь ещё раз.

Чёртова лоли! — тихо выругался я.

Через некоторое время она прекратила. Или, по крайней мере, я так думал. Я прижался ухом к двери и несколько напряжённых минут слушал. Больше никаких звуков. Богиня на Батарейках определённо ушла. Я вздохнул и выпрямился, и в тот же миг она снова забарабанила в дверь.

Я выругался, сплюнул и пошёл готовить себе ужин. После этого — стирка. У меня было полно дел и без этих пришельцев и сумасшедших лоли, которые меня донимали.

Спустя какое-то время она, видимо, всё-таки ушла. Я не слышал её до полудня. Я был невероятно рад, что назойливая лоли-богиня наконец сдалась. Но я радовался слишком рано. Около двух часов я решил рискнуть и сходить в магазин. Еда в холодильнике заканчивалась, а я не был в продуктовом магазине со дня похорон отца. Быстро натянув кроссовки, я открыл входную дверь и тут же проклял судьбу и всех андроидов заодно.

Лоли-богиня сидела у моего забора, прислонившись к нему и обхватив колени, уткнувшись в них лицом. В такой компактной позе её, наверное, можно было бы уместить в чемодан. Я на секунду замешкался, а потом решил просто пройти мимо, игнорируя её.

Я шёл, не оглядываясь. Но через пару сотен метров мне удалось украдкой бросить взгляд назад. Конечно, она шла за мной. И тут я совершил ошибку. Я решил стряхнуть её с хвоста, как в каком-нибудь шпионском триллере. Решив затеряться в толпе, я решительно направился к рыночному лабиринту Икэбукуро...

Торговцы кричали, расхваливая свой товар — свежепойманную рыбу и свежие овощи. В воздухе стоял аромат угря, жаренного на углях. Если бы кто-то из нормального течения времени, каким оно было до отката, увидел эту сцену со стороны, он бы наверняка подумал, что это какой-то исторический фестиваль.

Несмотря на то, что пришельцы заморозили наш прогресс на уровне 1939 года, это не относилось к одежде и обуви. То есть, они не требовали, чтобы мы носили наряды той эпохи. В таком требовании не было смысла. А пришельцы, как все уже поняли, были очень логичны в своих действиях. Правда, некоторые всё же носили такую одежду. По их мнению, это как-то соответствовало эпохе, но их было не большинство. Мой отец, кстати, был одним из них. Так что я попытался раствориться в этой толпе, чтобы стряхнуть хвост, как говорят в детективных романах.

Быстро протискиваясь сквозь толпу, я ускорил шаг на более-менее свободном от людей участке, свернул в переулок, пробежал по нему, шмыгнул в проулок. Затем вошёл в раменную и попросил продавца выпустить меня через чёрный ход на другую улицу. Он удивился, но выполнил просьбу. На следующей улице я остановился. Выдохнул с облегчением. И замер. Маленькая лоли-богиня стояла прямо там, словно знала, что я сюда приду. Никакие уловки не приходили в голову. В отчаянии я огляделся и увидел через дорогу кинотеатр. Вся его стена, обращённая к нам, была заклеена огромным плакатом, изображавшим усатого самурая, почему-то в большой мексиканской шляпе. Пышногрудая блондинка в обтягивающем красном платье прижималась к нему, держась за локоть своего защитника. Дурацкий фильм под названием «Самурай мечты». Одноклассник в школе рассказывал мне о нём. Отец говаривал, что со времён отката люди разучились снимать хорошее кино. Хотя, конечно, он просто ворчал, как любой старик, жалующийся на времена. Разумеется, за эти два столетия было создано достаточно шедевров.

«И вправду, дурацкий фильм».

Я вздрогнул от неожиданного замечания моей преследовательницы. Она, наверное, опять прочитала мои мысли. Когда я произносил слова в своей голове, она могла их слышать.

Я кивнул в знак согласия и, прислонившись к стене, некоторое время стоял неподвижно. У меня не было желания бежать от неё дальше. Бессмысленно. Она, вероятно, использовала какую-то инопланетную технологию, чтобы выследить меня.

Через некоторое время я принял решение. Пусть идёт следом. Я просто буду её игнорировать...

В конце концов, она стала жить в моём доме. Она пробыла там целую неделю. Помогала по хозяйству, готовила ужины — и всё это в полном молчании! Я к такому не привык. Если бы она разговаривала со мной, пыталась в чём-то убедить, это, возможно, было бы не так напряжённо. Но она этого не делала. Чёртова лоли просто жила в моём доме, работая, как какая-то нанятая мной горничная. И ничего больше! Проблема была в том, что я знал: два человека, работая вместе, в конце концов находят общий язык, даже если до этого были смертельными врагами.

У меня было не так много жизненного опыта, но отец многому меня научил, в том числе психологии и поведению людей в стрессовых ситуациях. Всё это было теорией, но теперь я видел, как эти знания начинают обретать форму. Я прекрасно понимал, что к концу недели я сдамся. Как одиночка без друзей и семьи, как я мог устоять? Красивая, кукольная девушка помогает тебе, молча выполняя всю твою работу — удержаться было невозможно. Хоть меня и втянули в эту ситуацию путём манипуляции, мне было всё равно. Я просто ждал, когда она снова сделает своё предложение, и я соглашусь, даже если эта миссия меня убьёт.

Но она молчала, а в конце недели исчезла. Ни прощальных слов, ни следа. Ничего.

Сначала я не слишком волновался. Я решил, что она вернётся позже, может, пошла встретиться со своим инопланетным Покровителем. Но она не вернулась ни в тот вечер, ни на следующее утро. Вот тогда я начал по-настоящему беспокоиться. Я сидел в своей гостевой комнате, тишину нарушало лишь тиканье часов. Я не мог пошевелиться, застыв в нерешительности. Чем дольше я ждал, тем громче, казалось, становилось тиканье, словно часы сошли с ума. Я не был уверен, было ли это моим воображением, или часы действительно тикали громче по какой-то неизвестной причине. Не в силах больше это выносить, я активировал проклятый куб, спрятанный где-то в складках времени и пространства, всегда следующий за мной, куда бы я ни пошёл.

«Тимм Талер, иди к чёрту!»

Я почти не ожидал ответа, пытаясь найти предлог, чтобы ничего не делать по поводу её исчезновения. Но знакомый женский голос немедленно ответил: «Ваш запрос, мистер Тимм Талер, гражданин Галактического Союза?»

«Соедините меня с Октагоном, представителем Союза на Земле».

«Визуальный контакт?»

«Нет, только голос, пожалуйста».

Через секунду голос, казалось, исходящий из ниоткуда, прогремел в моей гостевой комнате.

«Я рад, что вы позвонили, мистер Талер. Как вы?»

Я не ответил на это и перешёл прямо к делу. «Могу я поговорить с Ло... Аей?»

Наступила пауза — долгая, неловкая пауза, которая заставила меня ещё больше встревожиться.

«К сожалению, нет, мистер Талер. Она была очищена и отправлена обратно на свою новую родную планету, Арамию, после месяца пребывания здесь, на Земле».

Слово «очищена» прозвучало в этом контексте зловеще. Я подумал, что это какой-то неудачный перевод с их инопланетного языка, поэтому, пока проигнорировав это, я спросил: «Почему?»

«Видите ли, мистер Талер, я привёз её на Землю под предлогом проведения исследований, но месяц был максимальным сроком, на который я мог её здесь оставить. Мне жаль, что вы так быстро ушли тогда в кафе и упустили эту информацию».

«Она умрёт... там?» Это был самый глупый вопрос, который я когда-либо задавал в своей жизни. К тому же мне было очень неловко его задавать. Но мне удалось сделать так, чтобы это выглядело естественно. Он был тактичен, этот пришелец. Не хуже доброго, хорошего человека. К тому же я чувствовал себя виноватым за то, что набросился на него ранее.

«Мистер Талер, я не могу вернуть её. И не могу позволить ей остаться на Земле. Арамия полностью закрыта для посетителей из других цивилизаций. За исключением вас, как землянина и гражданина Союза».

«Вы меня подставили!»

«Нет. Решение прийти к вам и убедить вас было её, и только её. Лично я от вас отказался, несмотря на то, что система давала вам хорошие шансы на выживание на Арамии».

«Выживание?»

«Ещё раз, это потому, что вы отказались выслушать все обстоятельства нашей ситуации, мистер Талер. Вы понимаете, что ваш статус гражданина Галактического Союза ставит вас под абсолютную защиту? Теперь вы бессмертны и неуязвимы. Вы не умрёте от любого вида вреда на Земле — ни в автокатастрофе, ни от стихийного бедствия. Система вас защитит. Даже если вас бросят в кратер только что извергающегося вулкана, системный хранитель вас спасёт. Но... если вы эмигрируете на Арамию, рано или поздно вам придётся сделать выбор. Вы ведь знаете, что это значит?»

«Понятия не имею».

«Вы сможете влиять на мир, общаться с его существами и взаимодействовать с ними, но вы не сможете никому навредить, как и другие не смогут навредить вам. Это будет похоже на то, чтобы быть „физическим призраком“, если такой термин здесь допустим».

«Как я могу изменить судьбу умирающего мира, если не смогу быть героем, сражаться со злодеями и защищать хороших людей?»

«Вы и не должны этого делать, мистер Талер. Не заблуждайтесь. Вы не герой, не игрок в какую-то игру. Помните это! Это не ваш мир. Как на гражданина Галактики, на вас наложены особые ограничения. Поверьте, если бы у меня были другие способы повлиять на ситуацию на Арамии, я бы уже это сделал. Но законы Первых нельзя отменить или обойти. Ваша задача — научить других, как сражаться со злодеями или вести с ними переговоры, если это лучший вариант».

«А какой другой выбор?»

«Вы можете в любой момент аннулировать своё гражданство и стать полноправным иммигрантом на Арамии».

«Я понял. Если я добровольно аннулирую своё чёртово гражданство на Арамии, я смогу вмешиваться. Но система больше не будет меня защищать, и любая синтетическая личность на Арамии сможет причинить мне вред или даже убить. Верно?»

«Вы всё правильно поняли. Поэтому я этого не рекомендую. Попробуйте другой способ спасти этих существ. Вы сын очень умного человека. Есть большой шанс, что у вас получится».

Я кивнул, не в знак согласия с его комплиментом в мой адрес, а в адрес моего отца. Вдруг я вспомнил что-то, что слышал от отца о суперкомпьютерах, способных предсказывать будущее. У нас были такие в прошлом. Не такие продвинутые, как в Галактическом Союзе, конечно.

«У вас есть квантовые предсказательные суперкомпьютеры — вы проверяли моё будущее на Арамии?» — спросил я.

Но Октагон странным образом отказался дать определённый ответ на, казалось бы, простой вопрос.

«Мистер Талер, вы знаете, что мы используем очень мощные предсказательные машины, которые люди называют суперкомпьютерами, но мы никогда не раскрываем результаты предсказаний субъектам предсказаний».

«Почему?»

«Разве это не очевидно? Это повлияет на исход. Если я скажу вам результаты, это повлияет на ваши решения и будущее поведение, следовательно, этот новый фактор повлияет на исход. Мне придётся запрашивать у Союза новый набор аналитических сессий с дополнительными деталями и изменениями. Но на данный момент у меня нет предлога, чтобы оправдать такой запрос перед советом. Предсказатели — самые ценные машины в Галактике. Получить к ним доступ не так-то просто».

Я молчал. Он был прав — логика и здравый смысл. Если бы аналитический вывод предсказательных машин был плохим, он бы в первую очередь не просил меня о помощи. Или всё же попросил бы? Снова закрались сомнения. Мог ли этот пришелец жертвовать мной, основываясь на каком-то результате, которого я достигну на Арамии, прежде чем погибну? Кажется, он способен сочувствовать людям. Или... Внезапная мысль только усилила мои сомнения. Всё это могло означать, что он сочувствует синтетическим сознательным формам жизни, а не людям.

«Я согласен на это!» — резко сказал я, понимая, что с этим бессмертием они превращают меня в какого-то живого монстра, в то, чем мой отец отказывался становиться более 200 лет. И если эта миссия, эта задача, означает, что я умру, следуя по его стопам, то так тому и быть...

После этого он рассказал мне всё, что нужно было знать. Об Арамии, искусственно населённом мире, балансирующем на грани апокалиптического разрушения. О других мирах, которые готовятся к переносу в реальный мир. Мы поговорили некоторое время, а затем я спросил: «Ещё кое-что. Вы сказали, Ло... Ая была „очищена“. Что это значит?»

«Мисс Ая забудет свои дни на Земле. Это было условие, которое я должен был принять, чтобы привезти её...»

Я беспомощно махнул рукой. Он не мог этого видеть, но каким-то образом почувствовал невидимый жест и среагировал посреди объяснения. «Мне очень жаль, мистер Талер. Вам следовало использовать свой шанс...»

«Иди к чёрту!»

Женский голос немедленно ответил: «Ваш запрос, мистер Тимм Талер, гражданин Галактического Союза?»

«И ты тоже иди к чёрту!»

«Пункт назначения неясен. Пожалуйста, уточните пункт назначения».

«Отключитесь, пожалуйста!»

Надо было придумать другое ругательство, — рассеянно подумал я. Меня охватило запоздалое раскаяние. Было слишком поздно. Угрызения совести пробудили в моём сознании образ лоли-богини-андроида, укоризненно смотрящей на меня. Каким же я был бесчувственным дураком! Эта девушка была совсем не виновата. Она была творением людей, а не пришельцев. Почему я вёл себя с ней так агрессивно и плохо?

Но хуже всего было не это чувство — с ним я как-нибудь справлюсь. Настоящей проблемой была мысль, которая пришла мне в голову после: было ли всё это намеренно? Спланировано Октагоном? Предсказано теми машинами? Сомнение — самая ужасная вещь во вселенной. Оно пожирает твой мозг заживо. Было совершенно логично, что меня могли подтолкнуть к этому решению. Перехитрили, может быть. И всё же я не был уверен, потому что, с другой стороны, были какие-то странные условия — условия, которые могли привести к смерти. Несмотря на мои сомнения, Октагон мог быть честным парнем. Особенно если так считал мой отец, то места для неуверенности оставалось мало.

Кстати, «Октагон» — это не его имя, а ранг в инопланетной бюрократической иерархии. Линия, Угол, Треугольник, Прямоугольник, Пентагон, Гексагон, Гептагон, Октагон... Я слышал, что доходит до «Додекагона». Так что, естественно, Окта — большая шишка в инопланетной иерархии. Начальство. Но в моём случае от него было не так уж много помощи. В этом и заключалась загвоздка ситуации. После прибытия на Арамию мне предстоит важный выбор: быть наблюдателем, смотрящим и пытающимся помочь словами, или аннулировать своё гражданство Галактического Союза и стать обычным жителем того мира с правом ранить, быть раненым или даже убивать или быть убитым. Едва ли можно придумать более коварное условие для нормального человека. Кто не хочет быть бессмертным и неуязвимым? Только редкие уроды или самоубийцы. Я не могу представить себе другого типа людей, кроме упомянутых, которые отказались бы от такой способности. Но я — исключение. Мне ничего не нужно от пришельцев. Ничего, кроме как позволить нам снова развиваться. И, естественно, я не хочу вечно оставаться на какой-то планете, населённой программами, какими бы сознательными ни были эти искусственные существа. Я — землянин. Моё место здесь. Я не смогу вернуться, если аннулирую гражданство. Так что я буду держаться за него, пока всё не закончится, и аннулирую его здесь. Эти существа на Арамии могут уничтожать друг друга; они просто старые человеческие игрушки, я не часть этого. Конечно, я постараюсь сделать всё возможное, но это не значит, что я с ними застряну. Я делаю это для Земли и моего народа, а не для имитаций цифровых личностей.

Глава 3

ГЛАВА 3: КАПУСКАСИНГ

Я прилетел в Канаду, в удалённый северный городок под названием Капускасинг, где Октагон обещал открыть нелегальный портал в другой мир. Я решил не доверять разговорам о какой-то защите гражданина Галактического Союза и взять снаряжение — базовое охотничье и туристическое — чтобы выжить в дикой местности. Никакой инопланетной технологической помощи; таковы были условия сделки с Октагоном. Ладно тогда, пусть отберут, решил я. "Если ты падаешь со скалы, почему бы не попробовать полететь? Что ты теряешь?" - я вспомнил любимую присказку отца из когда-то прочитанной им книги и решил рискнуть.

Мой наряд представлял собой любопытную амальгаму: ансамбль в стиле «стимпанк-ковбой», если такое сочетание можно было так назвать. Коричневая кожаная ковбойская шляпа затеняла глаза, поношенная куртка висела на плечах, а грубые джинсы обтягивали ноги. Талию пересекали ремни, увешанные муляжами патронов для двух копий револьверов, покоившихся на бёдрах. Завершали образ прочные ботинки. Ковбойский наряд был идеей Октагона.

«Система, управляющая новосозданным миром синтетических разумных существ, является самообучающейся сущностью, намеренно лишённой сознания, — объяснял Октагон. — Твой наряд на какое-то время её одурачит, Тимм Талер. Ты встретишь множество персонажей, одетых так, будто они сошли прямиком из аниме или видеоигры. Тебе нужно слиться с этой средой. Как гражданина галактики, тебя защищают законы о данных, поэтому местная система имеет более низкий приоритет, чем ты. У неё не будет никакой информации о тебе, не говоря уже о возможности вмешиваться в твои действия. Но не слишком полагайся на эту защиту. Если ты случайно убьёшь или серьёзно ранишь кого-нибудь, система может запросить у Галактического Союза твою депортацию и наказание. Это не значит, что они это сделают. В худшем случае, тебя могут лишить гражданства. Так что будь предельно осторожен — избегай убийств любой ценой».

Я также помнил последние слова Октагона, сказанные за несколько минут до моего отбытия.

«Ты должен понимать своё положение, Тимм Талер. Я не могу помочь тебе выполнить твою задачу. Звучит парадоксально — требовать выполнения работы, не давая инструментов для этого, — но такова ситуация. Законы Первых в Галактическом Союзе абсолютны. Те синтетические существа, которых ты случайно создал, вольны делать со своей жизнью всё, что захотят, как и любая другая цивилизация в галактике».

«Значит, они могут умереть от эпидемии или голода, а вашим так называемым Первым будет всё равно?» — спросил я.

«Именно. Их спросили об их судьбе. И не вини Закон Первых. Закон — это о свободе и ответственности, а не о благотворительности».

Меня грызло навязчивое сомнение. «Спросили? — переспросил я. — Что значит "спросили"?»

«Всех синтетических людей опросили на счёт их будущего. После того, как они дали свои ответы, их разум был обнулён, чтобы предотвратить любое нарушение естественного хода их действий».

«Понятно. Стирание памяти — это трюк, который вы часто используете, не так ли?» — с грустью заметил я, вспоминая лоли-богиню. «О чём вы их спрашивали?»

«Их спросили, хотят ли они остаться со своими создателями, которые манипулировали их жизнями, или хотят жить в собственном мире — реальной копии их виртуального мира».

Я задумался над этим. Это было одновременно честное предложение и коварная уловка. Выбери свою судьбу сам. Да, но в то же время это был обман. Выбери свою судьбу, а потом вини себя, если что-то пойдёт не так.

«Почему их не спросили о злодеях и плохих парнях? Разве они не могли жить в разных местах? Хорошие в одной области, плохие на другой планете? Все были бы счастливы».

«Хороший вопрос. Я приведу тебе мрачный пример, и можешь винить меня, если хочешь, землянин Тим. Представь, что ты хочешь спасти хищных кошек на Земле и переселить их куда-то. Ты бы взял с собой и антилоп, или оставил бы их умирать с голоду? Ты бы убил всех хищников как существ, не заслуживающих жизни?»

Я почувствовал, как во мне закипает гнев. «Так вы смеете сравнивать сознательных существ с животными?»

«А разве вы не такие?» — спокойно возразил он.

Я замолчал, глубоко вздохнув, чтобы успокоиться. Я начал понимать, что имел в виду инопланетянин. Злые синтетические существа были созданы людьми более двухсот лет назад, запрограммированные играть роли злодеев, но они ни в чём не были виноваты — так же, как лев не виноват, что ест антилопу. Это был просто естественный ход вещей. Жестокий, но естественный.

И всё же я не мог смириться с уродством того, чтобы позволить кому-то умереть, когда у тебя есть средства это предотвратить. И, что самое важное, я начал понимать мотивы Октагона. Этот инопланетянин позволял мне помочь этим невинным существам, возможно, в качестве искупления ради собственного морального благополучия. Казалось, Октагон был не согласен с Законом Первых. Скорее всего, мой приёмный отец придерживался того же мнения.

«Последний вопрос, — тихо сказал я. — Вы считаете, что Закон Первых ошибочен?»

Октагон помедлил с ответом. «В данном конкретном случае — да. Они выбрали свою судьбу, надеясь самостоятельно найти выход из своего затруднительного положения. Но лично я не могу принять такой предопределённый исход. Люди вольны делать выбор, даже совершать самоубийство, но это не значит, что мы должны игнорировать их страдания».

«Что с вами будет, если вы нарушите закон?»

«Ничего. Я не планирую его нарушать. У меня нет для этого средств. Помни, действовать будешь ты. Я тщательно проверил Галактические законы. Ты — единственная доступная личность, которая одновременно является гражданином Галактического Союза и землянином с доступом ко всем созданным людьми мирам. Ты в уникальном положении. Помни об этом и не позволяй этому тебя тревожить. Ты рациональный парень. Никаких эмоций, пожалуйста. Спаси столько жизней, сколько сможешь, но не зацикливайся на тех, кого спасти нельзя. И не жертвуй ради них судьбой своего мира. Если потерпишь неудачу, просто возвращайся. Я буду ждать тебя, землянин Тим, сын моего человеческого друга».

Было раннее утро, когда я прибыл в маленький аэропорт в окрестностях Капускасинга, города, известного охотой и туризмом. Он располагался на дальнем севере Онтарио, в окружении холодного, густого соснового леса — прекрасный северный пейзаж. Название Капускасинг происходит от реки, медленно протекающей через город. Телеграмма, отправленная из Токио два дня назад, помогла мне забронировать номер в небольшой гостинице под названием «Серебряная сосна». Таксист отвёз меня туда, и после заселения я распаковал багаж и некоторое время лежал на кровати, раскинув руки, неподвижный, как медитирующий монах. Я колебался перед следующим шагом. Что мне делать? Правильно ли я поступаю? Я ведь просто мальчишка. Я не могу нести ответственность за задачу такого масштаба. Если я преуспею, человеческий мир получит пенициллин и другие технологии 1945 года. К сожалению, мне не удалось договориться с Октагоном о лучших условиях. Всего на три года больше, и у нас были бы транзисторы! Удивительные устройства, открывшие путь к микроэлектронике — чудесные вещи, которые я видел в комиксах и старых фильмах, переживших хаос упадка. После этого я уснул, уставший от так называемого джетлага, хотя никаких реактивных самолётов вокруг не было. Анахронизм старого мира, — сказал бы мой отец.

Когда я проснулся, я выглянул в большое окно. Солнце уже стояло высоко, и мои механические наручные часы показывали около 11:00. Моим первым желанием было провести здесь пару дней, а то и неделю, потому что это мог быть мой последний раз на Земле — моей родной планете. Но я отогнал эти мысли. Я не очень-то верил в это гражданство Галактического Союза и его мнимую неуязвимость, и не горел желанием проверять, умру ли я, упав в кратер вулкана или утонув в Марианской впадине. Поэтому я сделал то, чему учил меня отец: я собирался как можно лучше подготовиться к путешествию в другой мир. Но сначала нужно было что-то съесть.

За завтраком в ресторане отеля я составил подробный список необходимого снаряжения и показал его вежливому официанту, который, возможно, принял меня за какого-то косплеера, спросив, где я могу всё это купить. Деньги не были проблемой, у меня их было более чем достаточно. Однако мой возраст — всего пятнадцать лет — представлял реальную проблему, особенно потому, что я не мог легально купить огнестрельное оружие в чужой стране. Но высшие силы, казалось, были на моей стороне. Любые проблемы с местными властями всегда улаживались Октагоном, хотя я понятия не имел, как. Каждый раз, когда меня останавливала охрана аэропорта или полиция по пути сюда, через несколько секунд раздавался телефонный звонок или прибегал совершенно запыхавшийся охранник, и меня отпускали. Мало того, меня даже сопровождали, чтобы убедиться, что я добрался до нужного места.

Было ясно, что некоторые высокопоставленные лица в правительстве Земли находились в прямом контакте с Октагоном и немедленно решали любые бюрократические вопросы. Причина была довольно очевидна — если моя миссия увенчается успехом, они тоже выиграют от модернизации технологий до уровня 1945 года. Кто бы от такого отказался? Конечно, это мог быть и просто приказ от Октагона, который нельзя было игнорировать. Я не был уверен. Точная природа отношений между правительством Земли и внеземными существами была для меня загадкой. Ни мой приёмный отец, ни Октагон никогда этого не объясняли.

Примерно через полчаса ходьбы я наконец добрался до охотничьего магазина. Я был готов проверить, сработает ли здесь влияние Октагона.

Я никогда раньше не бывал в таких магазинах. В Японии оружие населению не продают, как в некоторых других странах. В стране действуют очень строгие законы об огнестрельном оружии, поэтому я был в восторге от такого интересного места. Сначала я обошёл весь магазин, трогая и осматривая всевозможное снаряжение: палатки, рюкзаки, охотничьи ружья, арбалеты, луки, рыболовные снасти, силки, одежду и спальные мешки. Я вспомнил всё, чему учил меня отец во время наших походов. Мир, в который я должен был попасть, был терраформированной планетой, созданной по образу и подобию Земли, с земными лесами, озёрами, реками, замками и маленькими городками с относительно редким населением. Как в Средневековье. В той части планеты, куда я направлялся, была армия, напоминавшая что-то из позднего средневековья. В соответствии с каноном аниме, создатель этого мира, Кунисада, построил его с хаотичным смешением европейских культур с XV по XIX века, без строгого соблюдения стилистических правил. Снаряжение для выживания в такой среде казалось необходимостью. По крайней мере, я не собирался полагаться на волю случая.

Я понятия не имел, как искусственные люди, изначально созданные для цифрового мира, отреагируют на меня, поэтому я схватил самый большой рюкзак, какой только смог найти, и начал набивать его тщательно подобранным снаряжением. Рыболовные снасти, спальный мешок и палатка, инструменты для полевого ремонта, фонарик, ножи... Через несколько минут я понял, что переусердствовал. Рюкзак был слишком тяжёлым. Я начал выкладывать лишнее. Пожилой продавец за прилавком с улыбкой наблюдал за моими действиями. Затем он подошёл ко мне.

— Помощь нужна, сынок?

Я смог лишь беспомощно кивнуть.

— Далеко собрался? — спросил он.

— Очень, — ответил я, понимая, что он спрашивает не из праздного любопытства, а чтобы лучше помочь мне подготовиться. — Очень далеко.

— Надолго?

Я на мгновение задумался. Перемещение должно было быть мгновенным, по словам Октагона. Но я пробуду там месяцы. Может, и больше. — На месяц, может, на два.

— Ого! Это немало. Давай-ка я тебе помогу. Вот это лишнее, и это тоже. А вот это тебе понадобится...

Продавец потратил почти час, помогая мне собрать снаряжение, расспрашивая о моём путешествии. Я отвечал как мог, хотя не мог сообщить никаких реальных подробностей. Даже Октагон всего не знал. Это была планета, похожая на Землю, но с монстрами и действующей магией. Внезапно я понял, что совершаю ошибку, не рассказывая ему всего. Мне нужно было много снаряжения, потому что его вес не имел большого значения. Главное было доставить всё это в Арамию, где я мог бы спрятать излишки и взять только необходимое. Я уточнил свои исходные условия, сказав продавцу, что меня подвезут на машине к дому, откуда я буду совершать вылазки в дикую природу.

— Что ж ты сразу не сказал? Это меняет дело.

Он немедленно начал перепаковывать мой рюкзак и даже приготовил два поменьше вдобавок. Он укомплектовал мне продвинутую аптечку, фильтр для воды, удочку и другие припасы. Наконец, мы подошли к отделу с оружием. Вернее, подошёл я.

— Мне и оружие нужно. Много.

— Сколько тебе лет? Лицензия есть?

— Пятнадцать. Нет.

Он на мгновение задумался. — Могу продать тебе лук на сорок... нет, на пятьдесят фунтов. Или арбалет. Вот этот хороший.

— Мне нужно огнестрельное оружие.

— Извини, парень. У нас в Капускасинге всё ещё есть законы. Здесь не Дикий Запад, — добавил он с улыбкой, намекая на мой дурацкий косплейный наряд.

Я подождал секунд десять, глядя ему прямо в глаза. Он улыбнулся в ответ, хотя на этот раз улыбка была осторожной, а его решительный взгляд не оставлял места для споров.

В воздухе повисла неловкая пауза. Затем зазвонил телефон на прилавке.

— Прошу прощения, я сейчас вернусь, — сказал он и пошёл отвечать.

Он повернулся ко мне, прижимая трубку к уху, казалось, готовый действовать, если я сделаю что-нибудь глупое — например, схвачу винтовку со стены и брошусь бежать. Он слушал, и улыбка постепенно сходила с его лица. За время разговора на его лице отразилась целая гамма эмоций. Он попытался возразить, но, похоже, быстро пожалел об этом, когда из трубки послышались высокие ноты. Минуту спустя он вернулся ко мне.

— Так какое оружие ты хочешь? — спросил он, как ни в чём не бывало. На этот раз он выглядел мрачным и задумчивым. Его выражение лица практически кричало: «Кто ты, чёрт возьми, такой?»

Я понятия не имел, кто ему звонил, но это явно был кто-то высокопоставленный.

— Что бы вы посоветовали? — невинно спросил я.

— Ну, раз уж ты одет как ковбой, могу предложить тебе двенадцатизарядную винтовку Марлин со скобой Генри, в чёрном исполнении, и пару охотничьих револьверов калибра .357 вместо твоих пластиковых копий. И винтовка, и револьверы используют одинаковые патроны, так что тебе не придётся возиться с разными типами. Плюс, можно взять помповое ружьё для охоты на птицу и мелкую дичь. И лук тоже. Стрелы можно использовать повторно, если не потеряешь.

Я кивнул, обдумывая. Боеприпасы были настоящей проблемой. Сколько бы я ни взял, они в конце концов закончатся. Я решил немного сгладить углы. — Могу я быть с вами откровенен?

Он выглядел настороженным, но его лицо просветлело. — Конечно!

— Я не знаю, как долго я там пробуду. Там могут быть крупные хищники. Возможно, я проведу там целый год. И у меня могут закончиться патроны. Что мне тогда делать?

Он выглядел удивлённым. — Парень, в этой коробке... — он осёкся, вытаскивая из-под прилавка жестяную коробку размером с буханку хлеба, — ...пятьсот патронов .357 с экспансивной пулей. Не могу представить, зачем тебе может понадобиться больше. Ты собираешься воевать с армией? Или провести следующие двадцать лет на необитаемом острове, как Робинзон Крузо?

Я пожал плечами, чувствуя себя немного неловко. — Я не знаю, сэр. Может, мне не понадобится ни одна пуля. А может, я израсходую их все, даже если бы у меня была тысяча.

Он задумчиво потёр подбородок. — Ты мог бы самостоятельно снаряжать патроны. Взять порох, капсюли и перезаряжать гильзы самому. Это несложно, если привыкнуть.

— Самостоятельно снаряжать? Но разве мне не придётся таскать столько же веса, сколько и с обычными патронами?

— Вовсе нет. Тут ты ошибаешься, парень! — Его лицо просияло; казалось, я снова был у него в почёте. — Если ты будешь сам снаряжать гильзы, ты сможешь взять с собой гораздо больше выстрелов. Галлон пороха, полевой набор для перезарядки, пять тысяч капсюлей. Ты можешь перезаряжать каждую стреляную гильзу снова и снова, пока не потеряешь её. Много раз, пока не закончатся порох и капсюли. Понял?

Я кивнул.

Продавец проводил меня до двери, помогая нести всё купленное снаряжение. Снаружи меня ждала полицейская машина. Не для того, чтобы арестовать кого-то из нас, как, казалось, опасался продавец — его лицо побледнело при виде неё. Когда офицер молча начал помогать мне грузить моё снаряжение в багажник, продавец расслабился и не удержался от вопроса, когда я подошёл его поблагодарить.

— Слушай, кто ты такой, и откуда знаешь нашего премьер-министра?

— Меня зовут Тимм Талер, и я вам очень благодарен, сэр, — искренне сказал я, пожимая ему руку и демонстративно не отвечая на второй вопрос. — К сожалению, я с ним не знаком. Почему вы так думаете?

Он нерешительно пожал мне руку и представился, укоризненно качая головой. — Меня зовут Луи Трамбле. Да просто это он мне и звонил!

Я сел в полицейскую машину, и мы проехали через весь город и дальше, не обменявшись ни единым словом. Время от времени я замечал его взгляд в зеркале заднего вида и был уверен, что он задаётся вопросом, почему начальство приказало ему отвезти странного молодого парня с охотничьим и туристическим снаряжением на заброшенную рыбную ферму в одиннадцати милях от Капускасинга. Я даже не знал, куда мы едем, пока мы не приехали. Он выгрузил мои вещи у ворот с круглой ржавой вывеской и разрушенным въездом; сами ворота валялись на земле. Канада всегда была малонаселённой, и за последние двести лет технологической стагнации ситуация только ухудшилась. Заброшенные фермы и предприятия, подобные этому, были разбросаны по всей стране.

— Мне велели передать, что перемещение произойдёт, как только ты пройдёшь через ворота, — наконец сказал офицер, когда я поднимал тяжёлый рюкзак.

Я замер. — Как только я пройду через ворота? — повторил я, а затем громко пожаловался: — Я думал, у меня будет немного больше времени!

Офицер молча пожал плечами, как бы говоря: «Я об этом ничего не знаю».

Мои руки дрожали от напряжения, ноги начали подводить, а по спине струился холодный пот. Я понял, что оттягивал этот момент как можно дольше. Оказалось, жизнь в Японии была не так уж плоха — школа, рамен и окономияки, чтение манги по выходным на диване, тренировки в моём личном додзё или даже просто игры с кошкой. А теперь я должен был оказаться неизвестно где, столкнувшись с неизвестно чем. Вдобавок на меня возложили ответственность за обеспечение прогресса всего человечества. Я должен был спасти синтетических существ из цифрового мира от самоуничтожения, потому что сверхцивилизация Первых этого делать не собиралась. Они не вмешиваются во внутренние дела видов. Таков их закон. Хотя, по какой-то причине, в наши дела они вмешались. Но это вопрос на миллион долларов, как говаривал мой приёмный отец.

Я колебался перед пустой аркой без ворот, а этот чёртов офицер не уезжал. Казалось, он ждал, желая убедиться, что я «ушёл». В какой-то момент этого неловкого и неудобного мгновения я вдруг понял, что, на самом деле, я не обязан этого делать. Никто меня не заставлял. Это был мой выбор — добровольный. Я мог просто послать их всех к чёрту. Даже этого полицейского в его старомодной форме Королевской канадской конной полиции с этой нелепой шляпой, как у Дон Кихота.

— Не хотел бы я оказаться на твоём месте, парень. Понятия не имею, что тебя ждёт, но если верхушка отдаёт приказы, значит, это что-то важное, — заметил тем временем офицер.

Я оглянулся на него. — Очень важное, — ответил я.

— Боишься, что не вернёшься?

— Да.

Только не плачь, — повторял я про себя, отчаянно пытаясь не потерять лицо перед офицером, который уже видел, как я трусливо мешкаю.

— Вот, держи. Вернёшь, когда вернёшься.

Я инстинктивно поймал то, что он мне бросил. Из всего на свете он бросил мне свою шляпу. Она мне была не нужна!

— Там, куда ты идёшь, может быть жарко. Лучше быть готовым. Не стоит печь голову. И иногда в шляпе бывают сюрпризы.

Внутри шляпы действительно было что-то тяжёлое, завёрнутое в небольшой узелок. Мне пришлось держать её снизу, как миску с лапшой.

— Спасибо. Постараюсь вернуть, — сказал я.

Этот жест офицера, казалось, что-то во мне сдвинул. Выйдя из оцепенения, я глубоко вздохнул и шагнул вперёд, пересекая порог. Моя нога едва коснулась другой стороны, когда...

Всё вокруг почернело. Меня не перенесли в Арамию, как обещали. Внезапно в темноте я услышал голос: «Шагни вперёд, Тимм!»

Это был голос моего мёртвого приёмного отца! Я поспешил вперёд, не видя ничего, кроме тьмы. Затем она рассеялась, и я оказался в поезде. Старом роскошном поезде с красными кожаными сиденьями, столами и тусклыми желтоватыми лампами на потолке. Вагон слегка вибрировал, словно действительно двигался по рельсам, но за окнами не было ничего, кроме полной темноты космического экспресса из старого аниме.

«Иди сюда, Тимм!»

Отец позвал второй раз, и я наконец его увидел. Он сидел в дальнем конце вагона, выглядя точь-в-точь как при жизни, фантом в этом мире между порталами. Тот же стиль, шляпа и костюм 30-х годов, ботинки из крокодиловой кожи, трость с золотым набалдашником. И я знал, что внутри неё клинок. По крайней мере, так было, когда он был жив.

Я был ужасно взволнован. Какая-то рациональная часть моего разума настаивала, что это не более чем галлюцинация, но было так здорово снова его увидеть, задать тысячу вопросов, которые я так и не успел задать.

«Отец!» — я побежал к нему.

Но в последнюю секунду он остановил меня, направив кончик трости мне в грудь. «Не трогай меня!» — предупредил он. Я замер.

«Почему ты меня оставил?» — его жест меня немного разозлил. Если это галлюцинация, он мог бы хотя бы...

«Тимми, я тоже рад тебя видеть, но у нас мало времени. Так что перестань его тратить. Этот контакт может прерваться в любой момент, если ты меня коснёшься».

Я успокоился, всё ещё не в силах понять.

«Садись!» — он указал на противоположную сторону стола.

Я повиновался.

«Сколько тебе объяснил Октагон?»

«Я должен спасти какой-то сумасшедший мир, населённый искусственными существами, созданными вашей компанией двести лет назад».

Он хмыкнул. «Ты всегда меня удивлял, Тимми. Великий прагматик, ни одного лишнего слова!»

«Ты сам сказал, что мне не следует тратить время!» — проворчал я в ответ.

«Что у тебя в рюкзаке?»

«Охотничье снаряжение».

«Огнестрельное оружие?»

«Да».

«Что со шляпой?»

На секунду я не понял вопроса, но тут же увидел, что всё ещё держу в руке шляпу офицера. Я почти забыл о ней. «Её мне дал канадский офицер», — объяснил я.

«Почему ты её не надел?»

Я пожал плечами. «Она мне не нравится. У меня есть своя, ковбойская. Эта выглядит глупо. И внутри что-то есть. Подарок. Надо бы сначала проверить».

Он кивнул. «Подарок? Вероятно, от Октагона. Как и шляпа. И тебе следует принимать его подарки. Этот парень на нашей стороне».

«На нашей стороне?» — повторил я, а затем взорвался: «Вы учили меня никогда не доверять инопланетянам! Ненавидеть их! Всю мою жизнь!»

Он укоризненно покачал головой. «Ты их уже ненавидел, когда я тебя усыновил, Тимми. То, что я критикую инопланетян, не значит, что я ненавижу их всех. В Галактическом Союзе много цивилизаций, которые не имеют никакого отношения к нашему упадку. Кроме того, честно говоря, мы это в некотором роде заслужили».

Его слова привели меня в ярость.

«Как ты можешь так говорить! Ты не мой отец!» — я вскочил. — «Мой отец никогда бы не сказал такой чепухи! Никогда!»

Он некоторое время смотрел мне в глаза, затем опустил взгляд, словно устыдившись. «Ты прав. Я не твой настоящий отец. Твой настоящий отец погиб из-за инопланетян».

«Я не это имел в виду!» — почти крикнул я. Но я не мог заставить себя повернуться и уйти. Он был моим приёмным отцом. Сомнения были лишь порождением моего протестующего разума, неспособного согласиться с его словами.

Последовала неловкая пауза, а затем он сменил тему. «Прости, Тимми, я не хотел тебя злить. Мы можем продолжить? Твоё огнестрельное оружие не будет работать на Арамии, по крайней мере, пока ты не откажешься от своего гражданства».

Я молчал. Я и так это подозревал. Но это были плохие новости.

«И у тебя есть всего 72 часа, чтобы изменить ход событий».

«Что? Но книга почти...»

«Ты потерял время. Если бы ты согласился в кафе, у тебя были бы по крайней мере две недели».

«Но...»

Я замолчал. Я был неправ. Мой глупый отказ был всему виной. Книга Кунисады охватывала двухмесячный период, но в ней была точка невозврата, после которой я уже мало что мог изменить в развитии сюжета.

«Прости, не хочу тебя демотивировать, Тимми, мой мальчик. Если есть вопросы, задавай сейчас. Я, вероятно, смогу ответить на пару. Ты скоро прибудешь в пункт назначения. Время почти вышло».

Всего два вопроса?! Разве это не галлюцинация? Кто сказал, что у галлюцинаций есть ограничения по времени?

«Где ты...»

«Стой! Это не тот вопрос!» — он бесцеремонно прервал действительно неважный вопрос, который я собирался задать.

Я вздохнул и успокоился. Я ставил свою личную драму выше миссии и глупо тратил время! Всего два вопроса. Раз так, нужно выжать из них максимум информации! Галлюцинация или нет, какая разница?

«Как мне спасти Арамию?»

Он улыбнулся. «Вот это правильный вопрос, Тимми! У тебя есть, в общем-то, два варианта. Простой и сложный. Сложный заключается в том, чтобы...»

Глава 4

Глава 4 АРАМИЯ – МИР ПРОШЛОГО ЧЕТВЕРГА

Вы когда-нибудь представляли себя, внезапно появившимся, совершенно голым, посреди огромного банкетного зала, заполненного вельможами, внутри массивного замка в готическом стиле? Что ж, именно это и произошло со мной, когда я прибыл в Арамию.

Честно говоря, должен отдать должное тому, кто организовал мой перенос — высадка прямо в центре событий была впечатляюще точной. Главная проблема, конечно, заключалась в том, что я прибыл без единой нитки одежды. Да, совершенно голый! В моём распоряжении остался только один причудливый предмет: та дурацкая шляпа канадского королевского полицейского, почему-то всё ещё зажатая в моей руке.

Я никогда не изучал тонкости арамийской знати. Я не играл в игру — на деградировавшей Земле не было компьютеров, — только читал мангу. Но в тот момент всё это не имело значения. Я стоял на их длинном, отполированном обеденном столе, дрожащий и смертельно смущённый, желая провалиться сквозь землю. Вельможи, которые ещё мгновение назад обедали, теперь смотрели, широко раскрыв глаза, в шоке. Если я был смущён, то они были скорее ошеломлены, чем что-либо ещё.

Я огляделся, замечая их изумлённые лица, затем посмотрел на главу стола. Там, сидя в кресле с самой высокой спинкой, была королева. Никто другой не мог излучать такую царственную красоту и грацию. Её платье сверкало драгоценностями, как живая сокровищница. Рядом с ней сидела девушка примерно моего возраста, почти точное отражение королевы. На ней было платье похожего стиля, а её бледная, мраморная кожа подчёркивалась изящной короной, украшенной красной розой. Не могло быть никаких сомнений, что это была принцесса, о которой я читал в манге Кунисады — та самая причина, по которой я здесь оказался.

Я тяжело сглотнул, моё лицо ещё больше покраснело под их взглядами. В отличие от остальных, королева и принцесса не выглядели особенно шокированными. Королева окинула меня холодным, оценивающим взглядом. Принцесса, любопытствуя, опустила глаза на мой пах. В панике я немедленно прикрыл интимное место шляпой. Принцесса хихикнула, вежливо прикрывая рот одной рукой, и королева слегка улыбнулась.

Этот маленький смешок разрядил обстановку. Вскоре всё дворянское собрание начало смеяться, следуя примеру своих правителей. Я стоял там, застывший, не зная, бормотать ли извинения или молить о пощаде. В уме я проклинал Октагона и весь Галактический Союз. Моё прибытие в Арамию — «землю падших героев» — было столь абсурдно комичным. Это была уже не игра, не роман, не манга. Это была реальность, живой фэнтези-мир, и я оказался прямо в его центре, голый и униженный на месте.

— Будь ты проклят, Краб-Омар! Будь ты проклят!

Было совершенно предсказуемо, что я окажусь в темнице. Два охранника отвели меня туда и заперли за широкой металлической решёткой, закрывающей всю переднюю стену камеры. Я видел подобные темницы в манге. Здесь, в реальности, она была воспроизведена с тщательной точностью: деревянная кровать, магический кристалл, излучающий зеленоватый свет, вставленный в наконечник факела, который, в свою очередь, был закреплён в держателе на стене снаружи моей камеры. Со звоном зарешеченная дверь захлопнулась, и я остался стоять в своём новом доме. Поздравляю с новым местом, — подумал я с ноткой облегчения. Учитывая обстоятельства, это всё равно было лучше, чем тот унизительный момент, когда я стоял голый на столе, осмеянный аристократами. Это было отвратительно позорно.

И «отвратительно позорно» — это ещё мягко сказано. А это снисходительное хихиканье принцессы?! А то, как она смотрела прямо туда?! Какой кошмар! Я даже уже не краснел от стыда. Даже если они не были настоящими людьми, а всего лишь синтетическими существами, созданными давно для развлечения моих предков, это всё равно причиняло боль.

Я сел на кровать, успокаиваясь. Я провёл рукой по матрасу; он был довольно чистым. Неудивительно. Эта темница, как и весь здешний мир, была создана всего несколько недель назад. Никто ещё не сидел в этой камере. Это напомнило мне старую теорию заговора, над которой однажды смеялся мой отец. Что-то под названием «Последний четверг». Гипотеза утверждала, что весь мир был создан в прошлый четверг, включая все наши детские воспоминания, наше прошлое, наши знания — абсолютно всё! Конечно, это возмутительная чушь. Но в данном случае этот мир был буквально создан точно по этому рецепту. Рецепту «Последнего четверга»! И теперь я был внутри такого мира! Мира прошлого четверга! Как её ещё называли? Гипотеза Олафсена, я полагаю.

Я вздохнул и выругался себе под нос. Как я мог забыть? Я гражданин Галактического Союза! У меня есть доступ к хранителю системы — невидимому ангелу-хранителю с приятным женским голосом, готовому защищать мою жизнь и обеспечивать безопасность полноценного гражданина Галактики!

— Тимм Талер, иди к чёрту! — крикнул я.

Голос моего невидимого ангела-хранителя немедленно ответил:

— Я слушаю ваш запрос, гражданин Галактического Союза!

— Я хочу выбраться отсюда.

По какой-то причине возникла короткая пауза. Затем послышался щелчок, как будто кто-то повесил трубку. Наконец, голос помощника ответил на мой запрос:

— Прошу прощения, но на этой планете я не могу выполнить ваш запрос. Это защищённая зона, закрытая для граждан Галактического Союза.

— Подождите! Но мне ведь разрешено здесь находиться, верно? Я же человек! — горячо возразил я, смутно осознавая, что этот чёртов Краб-Лобстер пренебрёг предупредить меня об этих деталях.

— Да, вам разрешено здесь находиться. Но ваше присутствие аннулирует некоторые ваши привилегии. Пока вы остаётесь в этой зоне-убежище Галактического Союза, система не может в полной мере удовлетворить ваши потребности. Это препятствуют как технические, так и юридические барьеры.

— Постойте! А что, если я здесь умру с голоду? Вы не вмешаетесь?

— Нет. Если это угрожает вашему здоровью или жизни, вам будет предоставлена еда.

— А если меня будут пытать?

— Любая боль будет заблокирована.

По крайней мере, это немного успокоило меня.

Я снова вздохнул и пожаловался, не особо надеясь, что они будут потакать каждой моей прихоти.

— Кстати, я хочу пить. Не пить воду вредно для здоровья.

Немедленно в воздухе появился крошечный вихрь, и внутри него, как по волшебству, возникла пластиковая бутылка, наполненная прозрачной жидкостью. Я едва успел схватить её, прежде чем процесс телепортации завершился, и бутылка с водой упала на пол.

Выпив, я поставил бутылку на маленький столик рядом с кроватью и решил поэкспериментировать, чтобы понять, на что я могу рассчитывать. Мне нужно было выбраться из этой тюрьмы, чтобы предотвратить катастрофу, нависшую над этим миром.

— Вы можете телепортировать мне оружие? Пистолет, например?

— Нет.

— Открыть эту камеру?

— Нет.

— Дать мне ключи от двери?

— Нет.

— Чёрт! Какая же вы бесполезная помощница!

— Нет.

— А как насчёт моих вещей, которые исчезли до того, как я приземлился здесь?

— Они включали огнестрельное оружие и технологии, несовместимые с местным технологическим уровнем.

— Значит, ваша, эм, «таможня» отказалась их пропустить?

— Термин «таможня» в данном случае неприменим, гражданин Галактического Союза, Тимм Талер. Ваши вещи были заблокированы местной системой контроля Арамии.

— Хорошо, я понял. Она отказалась их пропустить из-за оружия. Но как насчёт других вещей? Одежды, палатки, ножей, лука и стрел, например?

— Ваши вещи находятся здесь, с вами, хранятся в скрытом пространстве. Если вы утратите статус гражданина Галактического Союза, вы сможете их получить.

Я был удивлён её словами. Что-то здесь было не так!

— Подождите! А как насчёт технологического разрыва с местным уровнем развития?

— Поселение в Арамии в качестве местного гражданина позволяет вам приносить предметы с Земли и её технологического уровня.

— Что-то вроде нормы провоза личного багажа?

— Да.

Я задумался. Не стоит торопиться. Если я откажусь от своего гражданства, я застряну здесь — в фэнтези-мире на грани апокалипсиса. Это не лучший вариант. Кроме того, что я буду делать с этим снаряжением? Стрелять в местных? Смешно! Я не убийца и уж точно не солдат. И даже если бы я смог остановить вторжение Красных Великанов всего двумя револьверами .357 и винтовкой со скобой Генри, я всё равно застрял бы здесь потом, пойманный в ловушку постапокалиптического мира, населённого безумно красивыми синтетическими людьми и полулюдьми, среди которых я выгляжу как уродливый школьник. И не будем забывать, что я голый. Они ещё не дали мне никакой одежды. Они даже забрали мою шляпу — единственный предмет, переживший перенос. Внутри неё было что-то привязанное, что-то, что я так и не успел осмотреть.

— Эй, система? Почему у меня забрали одежду? Она ведь не была высокотехнологичной, верно?

— Ваша одежда содержала технологические волокна, несовместимые с уровнем развития этого мира.

— Что за чёртовы волокна, о которых мы говорим? А как насчёт шляпы?

— У меня нет информации по этому предмету. Пожалуйста, уточните.

— Как такое может быть? Я прибыл сюда голый, но со шляпой, данной мне офицером канадской конной полиции! Глупая система, ты должна была это записать!

— Приношу извинения, гражданин Галактического Союза, Тимм Талер. У меня нет записей о таком предмете. Возможно, вы это вообразили...

— Иди к чёрту!

— Я слушаю, гражданин Галактического Союза...

— Замолчи и отключись уже!

Я снова вздохнул. Чёрт! Будь оно всё проклято! Что мне делать? Сидя здесь, я трачу драгоценное время, а эта чёртова система совершенно бесполезна. Зона-убежище! Почему Октагон или даже мой отец не предупредили меня о таких нюансах ещё на Земле? Возможно, они сами не знали!

Именно тогда ход моих мыслей прервал звук металлических петель открывающейся двери в коридоре темницы. Кто-то пришёл меня навестить! Я собрался и приготовился. Мне нужно было придумать правдоподобную историю, чтобы меня выпустили — и вернули эту шляпу со всем, что было внутри. Это, должно быть, было важно, иначе Октагон не стал бы мне её давать. Я уже подозревал, что этот офицер, вероятно, был им самим, переодетым. Мне следовало надеть эту чёртову шляпу, если это было так важно!

Глава 5

Глава 5

ДОПРОС С ПРИСТРАСТИЕМ

Сперва было очень не удобно. Это был неудобный допрос! Не потому что это могло мне как-то навредить, а потому что я все еще был голый. Эти странные синтетические люди, почему-то не дали мне дажу куска ткани чтобы прикрыть наготу. И несмотря на обстоятельства я невольно стал сравнивать их действия с возможными в таких обстоятельствах реальными людьми. Дали бы мне одежду реальные люди, а не созданные для игры регенеративные сознания? Может эти создания, когда-то запрограммированные на бесконечные проигрывание одной и той же игры не имеют реальных чувств как реальные люди? Может они просто имитации, без души, как говорят?

Сначала ко мне в камеру зашли двое стражников, неся массивное кресло для пыток. Королева и двухметрового роста горилла-палач остались ждать снаружи. Впрочем решетчатая дверь в камеру осталась открытой и они могли в любой момент прийти на помощь, будь в ней нужда. Затем, стражники вышли зашел палач. Пока королева с холодным и флегматичным делом ожидала снаружи камеры держа в руках какую-то книгу, палач поднял меня как перышко и посадив в пыточное кресло защелкнул браслеты-оковы на запястьях и лодыжках. Я не сопротивлялся. Да и сомневался смог бы я. Система поддержки Галактического Союза в любом случае должна была предотвратить любой вред который они попытались бы мне нанести, но она также не давала мне право наносить кому-то урон и причинять боль. Скорее всего мои удары просто наткнуться на блокирующее невидимое поле вокруг них. Впрочем точно также должно произойти и с ихними. Эти странные молчаливые приготовления, как-то побудили меня перестать стесняться своей наготы наконец. Они молча делали свое дело, как и должны были в такой ситуации. В королевство находящееся на грани уничтожения вдруг телепортируется странный некий субъект в дурацкой шляпе, нагишом. Это конечно повод для допроса с пристрастием. Но черт возьми! Можно же было сначало спросить по-хорошему и только потом пугать пытками!

Палач между тем развел жаровню и стал готовить инструменты. Я не выдержал и посмотрел в глаза королевы, хотя до этого из-за наготы избегал прямо смотреть на нее. Ее супер-красота нереальная для нормального мира ввергла в смущение. Однако присмотревшись я почувствовал совсем другое в ее лице. Она конечно была куском льда в плане внешнего показа эмоции, настоящая ледяная королева из сказки, но за этими глазами была некая озабоченность. Даже преддверие страха. Кто я такой черт возьми? Это наверное единственное что ее заботило. Мое первоначальное мнение о ней как запрограммированном существе изменилось. Королева Арамии в новелле Кунисады весьма картонный персонаж. Здесь же ее снадбили тысячей воспоминаний о прошлой жизни. Интригах, борьбе за трон, детских приключений и первой влюбленности. Первой потери, смерти близких и еще кучи всего. И хотя эти воспоминания было искусственно созданы в «прошлый четверг», это не значило для нее ровным счетом ничего. Это была ее реальность.

Пока я ей смотрел в глаза, она стала ерзать под моим взглядом. Отсутствие страха у человека, которого она собиралась пытать ее не могло не беспокоило.

Как только палач закончил свои приготовления, она заговорила. Впервые с момента их появления в подземелье.

— Слушай внимательно, смерд. Я не буду повторять и это не в моих правилах повторять свои приказы дважды. Кто ты? И что это?

С последним вопросом она раскрыла и показала раскрытую книгу что держала в руке. По незнанию я думал это какое-то местное священное писание или молитвенник, но я тут же догадался когда увидел раскрытую страницу. Это была манга! Манга Кунисады об Арамии! Старое редкое издание в мягкой обложке на английском. Так вот, что было в узелке внутри этой шляпы!

Я закусил губу, не зная что сказать и как ответить. Меня поймали с поличными! Какую бы ложь я не сказал, она будет недостаточно убедительной. И это пол-беды. Самой не убедительной будет для нее сама правда! Которую я не могу сказать! Или могу?

Пока я колебался она приняв мою нерешительность за отказ отвечать и кивнула палачу.

Палач крякнул от удовлетворения и поддев щипцами пылающий и раскаленный предмет, раскрыл мою ладонь и положил его в нее. Я невольно выдохнул скривив лицо в ожидании страшной боли, мозг просто не мог поверить что ее не будет. Запах горящей плоти и пронзительные крики должны было заполнить пространство этого подземелья. Королева тоже вздрогнула в ожидании. Несморя на опыт фальшивых пыток из воспоминаний, это было впервый раз и для нее...

Боли не было. Вообще никакой. Система защиты галактического гражданина сработала идеально. Затем была неловкая пауза. Королева вопросительно посмотрела на палача. Тот пожав плечами схватил рукой разогретый предмет и заорал благим матом отбросив его в угол. Его опыт пыток был такой же фальшивой подделкой с прошлого четверга.

— Идиот! - королева зашипела на него. И тут же обратилась к стражнику. - Позовите Тибеуса! Он защищен магией. Нужно снять его защиту!

…

«Защиту» они пытались снять целый час. Маг Тибеус (кстати он есть в этой манге что она держала в руках также) очень важный пожилой джентльмен, одетый в длинный балахон и шляпу волшебника, под конец вспотел как школьник и потерял всю свою важность. Я же обнаглев от понимания, что они ничего не способны мне сделать, с усмешкой наблюдал за всеми их манипуляциями. «Может открыть ему рот и положить «раскаленку» в рот?

Я послушно открыл рот словно был на приеме у стоматолога, что ни посчитали издевкой над их усилиями. Тем не менее палач отчаянно стал пихать держа в щипцах «раскаленку» маленький брусок раскаленного железа для пыток. Пылающий алым брусок не хотел лезть мне рот.

И поскольку мой вид победителя этого раунда королеву явно стал донельзя раздражать, она сама попыталась мне навредить.

— Дай мне свой меч! - обратилась она к стражнику и получив в ответ лезвие чего-то похожего на римский гладиус, попробовала ударить им меня по голове.

Лезвие ударилось о что-то невидимое и отскочило.

— Сними это проклятое заклинание!

— Ваше величество! Я...

— Уйди! Все уйдите! Бесполезные твари!

Я молча наблюдал как они все, даже стражники снаружи, спешно покинули подземелья. Правда я не слышал что они закрыли дверь ведущую в коридор. Видимо они остановились поблизости. Это вывело королеву еще больше и она закричала:

— Я сказала уйдите!

Немедленно лязгающий звук закрывшейся двери подтвердил что поданные наконец выполнили приказ полностью.

После это королева подошла ко мне. Наклонилась над креслом. Это было крайне неудобно. Я уже успокоился, понимая что они абсолютно не способны мне навредить. Даже если привлекут для этого все королевство. Но это порождало и обратную проблему. В конце концов я все же был голым пятнадцатилетним подростком. А она ошеломительно красивая женщина. А пятнадцатилетние подростки как правило не умею подавлять свою физическую реакцию. К моему счастью на ней была одежда, но когда она наклонилась очертания ее мраморно-белой груди стали видны и был на грани того, чтобы невольно выдать ее. У нее был дразнящий аромат фиалки, каких-то духов и масел пропитавших кожу. Я невольно вздрогнул, когда ее лицо оказалось буквально в десяти сантиметрах от моего. Словно собиралась меня поцеловать. Я стал молить Вселенную, чтобы она не опустила взгляд. Туда, вниз. Как говорил отец, красивая женщина может быть эффективнее чем пытка. Тянуть дальше я, просто, не мог. Я даже стал подумывать попросить систему подавить мою реакцию, под ложным предлогом, что это, дескать, может вызывать у меня стресс и психологическую травму. А это опасно в подростковом возрасте для гражданина Галактического Союза.

— Ты дашь мне одежду? Или я так и буду голым?

Я впервые заговорил и она отпрянула. Но не растерялась.

— Если ответишь на мои вопросы!

Я вздохнул. - Ладно. Спрашивай. Я отвечу тебе по-одному вопросу на каждый предмет одежды. Идет?

Ее лицо просветлело, впервые за весь этот цирк, у нее что-то получалось. Она пошла ко двери коридора и крикнула своим подданным за ней:

— Принесите одежду! Полный комплект королевского пажа!

Буквально через пять минут она вернулась с охапкой одежды. Зачем-то в одежду были добавлены еще и кинжал и сабля, украшенные драгоценными камнями и серебром. Видимо она поняла, что чем больше предметов одежды она использует тем больше у нее будет вопросов. Поэтому я решил ее немного «остудить» переходя на вы:

— Учтите, ваше величество, я не могу отвечать на все ваши вопросы.

— Клятва молчания?

Она сама не понимая дала мне способ оправдаться и я кивнул подтверждая что нахожусь под каким-то обетом запрещающим мне отвечать на все вопросы. Конечно, это было полной ложью. Хотя в каком-то смысле...

Королева тем временем, немного нервно, отомкнула оковы которые удерживали меня в кресле. Я не стал вставать, иначе мне пришлось бы встать в позу футболиста по которому бьют штрафной. Она взяла из охапки предмет, который можно было считать трусами. И держа его между пальцами задала первый вопрос:

— Кто ты?

— Я — Тим Таллер, человек.

Она покалебалась но все же отдала мне трусы, понимая что сама виновата. На вопрос кто ты, можно дать кучу разных ответов: от названия своей профессии, до описания генеалогии предков.

— Откуда ты?

— Я с Земли.

— Что это?

— Планета в тридцати тысячах световых лет от центра Галактики Млечный Путь.

Она была очень наивным и не профессиональным следователем. Я мог ей рассказывать про все свою жизнь но это абсолютно не давало ей никакой понятной и объясняющей что-то информации. Решив все же сжалиться над ней, я добавил деталь, что она не просила: «Другой Мир».

Это, она поняла. И вскинулась закрыла от страха ладонью рот, почувствовав зыбкую но твердую почву продолжила допрос:

— Ты посланец из мира богов? Кто послал тебя? Богиня Мая?

— Это три вопроса.

Это ее мгновенно остудило. Три предмета значительно поредели охапку. Она решила задать другой вопрос, вспомнив наконец о книге. - Что... я покачал головой, прерывая ее. Я бы уже в трусах и майке. Она поняла мой жест и перефразировала вопрос. Довольно удачно:

— Почему в этой книге изображаются наша мир?

— Потому что эта книга была написана там, где был создан ваш мир.

— В мире богов?

— Можешь называть его и так.

Я был одет уже наполовину. Она отчаянно бросила взгляд на редеющую охапку. Она была королевой умирающего мира, отлично осведомленной о грядущей катастрофе и считала что не имеет право на ошибку в ее спасении. Я просто физически ощущал ее колебания и стресс довлеющий над ней. Видимо, ей приходилось переступать через множество вещей, в том числе и пытать людей. Ради спасения. И она убедила себя что способна на что угодно для этого.

— Кто тебя послал?

— Инопланетяне.

— Кто так..

Я усмехнулся и она оборвала вопрос на середине закусила губу. После недолгого размышления она предложила:

— У меня еще пять вопросов. Я хочу подумать над ними, прежде чем задать. Я отдам тебе всю одежду, если ты обещаешь ответить на них по мере того как я задаю.

— Мудрое решение.

...

В тронном зале наш диалог возобновился. Королева уселась на трон, слева Тибиус — придворный маг.

— Верните мне мою шляпу и книгу.

Королева переглянулась со своей дочерью.

— Если ответишь на …

— Нет! Это мои вещи.

Она не оставляла попыток заставить меня делать то, что она хотела.

— Но мне нужна эта книга! - Она почти молила меня.

— Это не волшебный предмет, Ваше Величество. Это просто книга. Роман. На языке который вы не понимаете и без моей помощи не сможете прочесть. Мне она необходима чтобы спасти ваш мир от катастрофы.

Им ничего не оставалось как подчиниться. Мир в котором я находился говорил по японски. Как и полагается миру японского писателя Хидео Кунисады. Роман что мне одолжил Окта был английском переводом. То есть королева видела картинки в ней, японские лайт-новеллы обычно очень богато иллюстрированы, но что говорили персонажи она могла только догадываться. Я мог только отдаленно представлять какое чудовищное любопытство ее терзало. Некая мистическая книга описывающая все будущее на ближайший месяц до полной катастрофы с картинками по которым можно о многом догадаться, но без текста это только небольшая часть знания.

— Почему я должна тебе верить?

Она до последнего пыталась провести меня.

— Не надо мне верить. Не мешайте мне действовать. У вас не так много времени.

— О боги, спасите нас. Тибеус! - Она сдалась. И протянула книгу что все еще держала в руке книгу, который ее принес мне.

Наконец-то я добрался до нее! Я тут же присел на пол, красный ковер-дорожка что протянулся к трону был чистый, созданный в прошлый четверг. Развернул книгу, но перед этим спросил ее, пытливо наблюдающей за моими манипуляциями:

— Когда турнир претендентов на руку принцессы?

— Через два дня.

Я перелистнул книгу, ища точный временной момент, где мы сейчас находились. И наконец нашел. Мы находились на пятой главе. В момент когда... Стоп! Я потемнел от нехорошего предчувствия.

— Принцесса сейчас принимает ванну? Со служанкой?

Королева удивленно взглянула на меня.

— Какое это имеет отношение?

— Просто отвечайте на вопрос! Это важно!

— Тибиус!

Тибиус подошел к двери в зал и позвал служанку. По-видимому старшую среди отряда служанок обслуживающих дворец.

Тотчас вошла девушка деми-человек в форме служанки. Как полагается в этом мире ошеломительно красивая. Я невольно засмотрелся на нее, несмотря на тревожную ситуацию.

— Марта, Розалинда принимает ванну сейчас?

— Да ваше высочество, я поручила Эннет сегодня ее дежурство.

Я пролистал главу увидел имя служанки схватился за голову. Пока эта королева занималась этим дурацким вопросом я упустил момент избавить этот мир от дилеммы «подмененной» принцессы, которая во много и запустила цепь дальнейших действий. 0:1. Мне забили гол. Я даже не успел им сказать в чем дело, как в зал вбежала еще одна служанка с докладом о странном шуме в комнате принцессы...

Глава 6

Глава 6 ГДЕ Я ПОНЯЛ, ЧТО ШАНТАЖ — САМОЕ ЭФФЕКТИВНОЕ СРЕДСТВО ПРОТИВ ТЩЕСЛАВНЫХ НЕГОДЯЕВ

Я прибыл на Арамию и буквально через пару часов случилось непоправимое. Это ведь значит что у меня было только 2 часа! А кто-то говорил мне что у меня только семьдесят два часа! Стоп! Кто это мне говорил? Почему я не могу вспомнить? Я забыл что-то важное! Почему Октагон — этот всемогущий инопланетянин не мог помочь мне попасть сюда раньше? Ведь я летал в этот чертов Капускинг на том конце света два дня! Позволь он мне пройти через портал в Японии, у меня было бы целых два дня чтобы предотвратить эту подмену принцессы. Может в Японии не было порталов? Возможно даже я сумел бы спасти этого сумасшедшего парня или даже дровосеков, что он скормил дереву-монстру. А может дровосеки были просто NPC? И моему отцу и остальной команде разработчиков не было никакой нужды делать эти персонажи разумными. Разве что больная фантазия триллионера, который хотел абсолютного реализма, при этом потратив на эту игру половину своего состояния? Неужели эти действия вообще происходили? Как могли инопланетяне допустить этот выдуманный сценарии?! Он же ведь ужасен! Используя свои супер развитый технологии, которые по выражению моего отца ничем не отличаются от магии по своему эффекту, воплотить в реальность этот сценарий гибели всех положительных персонажей? Уже во второй раз! Отец очень любил эту цитату Артура Кларка о технологиях подобных волшебству. Неужели какие-то законы, якобы предназначенные дать свободу, наоборот были смертельным приговором для этих синтетических созданий в данном случае! Ведь их всех убьют красные великаны! Банально убьют! Если бы я попал сюда за несколько месяцев до катастрофы, то можно было придумать кучу вещей — изобрести порох, пушки, огнестрельное оружие, тяжелые баллисты или хотя бы используя свои знания разобраться в законах магии, которые здесь старательно воспроизведены невероятными технологиями инопланетян. Где-то под корой этой планете или на орбите, уж не знаю где, есть их спрятанные технологии, которые позволяют местным жителям одаренным магическим талантом творить чудеса. Но в том-то и дело, что это вопрос времени. Игрок в Арамии ведет гонку со временем. У него нет времени. А у меня его еще меньше! Своим первоначальным глупым отказом, я усугубил свою ситуацию до крайней степени. Даже если бы принцессу не «подменили», вернее даже если бы лучший войн Бистландии выиграл бы турнир и женился бы на ней, создавая этот необходимый союз для выживания Арамии, битва со ста великанами ужасно трудная задача. Красные великаны — бронированные монстры, с невероятными физическими данными. На них не действует обычная магия. Только очень избранные бойцы могут с ними сражаться. А выиграть простому воину — это нужно их объединить в какое-то сильно организованное войско навроде римских легионов и попытаться задавить их численностью. Арамия, Марамия, Бистландия и еще несколько мелких королевств и княжеств могут собрать десятитысячное войско и если мобилизовать население — то и шестидесяти тысячное, но шансов победить великанов даже в таком случае очень мало. Римский легион наверное справился бы с такой задачей потеряв большую часть своего состава, но местная армия — это не реальная вы муштранная сила, способная к строевому бою. Это выдуманная сценаристами толпа синтетических персонажей. Подчас с каким-то нелепым оружием. В еще более нелепых костюмах, доспехах и даже пресловутых бронелифчиках!..

Все эти мысли и вопросы проносились у меня в голове, пока я шел по улицам Арамии. Королева позволила мне выйти из дворца и я наконец увидел воплощенный мир романа Кунисады снаружи. Сказать что меня шокировало окружающее — это преуменьшение. Никогда не думал читая мангу в кабинете своего приемного отца, что я это увижу наяву! Я долго стоял у ворот дворца, наблюдая за прохожими людьми и антропоморфными созданиями идущими по своим делам и мирно беседующим о чем-то. Повозки запряженные лошадьми и ящеры монстрами. Потом я медленно двинулся в город, смотря налево и направо. Вот это да! Только сейчас я начал осознавать насколько это здорово, вдруг оказаться в ожившем фэнтазийном мире! Здесь было тысячи реальных персонажей, думающих, чувствующих! И с каждым происходили тысячи своих историй вне основной, в которой к сожалению все гибнут. Интересно, как выглядеть такой фэнтезийный мир после апокалипсиса?

Когда я проходил рынок на меня обращали внимание, но это как я понял было из-за одежды королевского пажа. Я даже улавливал обрывки их разговоров: «Ну и уродливый у них паж, неужели нельзя было кого-то покрасивше найти!?» «Кто это? Не видел такого пажа никогда. Наверное новичок!» «Ты разве всех пажей знаешь?» «Конечно, все их знают у королевы четыре пажа! Ты не здешний, не знаешь, но мы горожане на фестивале и в шествиях их всех видели. Все их в городе знают!»...

Я не обращал внимание на слова о своем уродстве. Я не был уродливым, просто как обычный человек по сравнение с «нарисованными» персонажами японского аниме, я не мог конкурировать. Их специально рисуют супер красивыми и милыми. Причем всех, кроме редких отрицательных персонажей. Через еще пару сотен шагов, я заметил слежку. Это следовало ожидать! Королева конечно послала кого-то за мной следить. На всякий случай! Я юркнул в боковую улочку притаился у угла и поймал следовавший за мной «хвост», когда он несмело попытался заглянуть из-за угла. Хвостом оказался совсем юный и опять конечно же харизматичный и красивый юнец из королевской рыцарьской гвардии. Он понял что его разоблачили и не зная что делать сделал самое глупое что можно совершить в подобной ситуации, он засвистел и повернулся чтобы уйти. Я задержал его схватив за полу «юбки» рыцарского доспеха. Да-да! Этот идиот следил за мной не снимая своего доспеха!

— Отпустите меня сэр, я — лейтенант королевской гвардии! — Это наказуемо задерживать королевского рыцаря при исполнении.

— И что ты исполняешь?

— Я-я... — он начал заикаться, пытаясь придумать повод. — Меня послали...

— Как тебя зовут? — спросил я, решив не пытать его дальше, в конце концов он просто исполнял приказ королевы.

— Зольм Дрикхерст, сэр!

Я пожевал губами, задумавшись. Ну да, немецко звучащие имена и фамилии это обычная фишка японских новеллистов и мангак. Другой мир с фэнтезийной декорацией просто обязан иметь вид средневековых германских городков 18 века и жители должны носить соответствующие имена. Внезапно мне пришла в голову идея.

— Послушай, Дрикхерст, тебе не обязательно следить за мной...

— Но, сэр! Я...

— Ты можешь пойти со мной и показать мне ваш город. Мне трудно будет ориентироваться. Покажи мне обстановку.

— Есть, сэр!

Зольм Дрикхерст несказанно обрадовался, что можно и выполнить приказа королевы и избежать моего гнева. Дворец наверняка был полон слухов о моем странном статусе. И моем прибытии из ниоткуда во время королевского ужина. Дрикхерст явно боялся меня, как люди всегда боятся неизвестного и непонятного. Да и королева видимо сделала ему внушение.

— Куда пойдем?

Я задумался.

— Ты, знаешь где Молния Бистландии?

Он изменился в лице при упоминании Зверолюда. Видимо в королевской страже этого типа недолюбливали.

— Он собирается уезжать. Возможно даже уже выехал, - с сомнением добавил он.

— После инцидента с принцессой? Как он об этом узнал?

Я вчера пытался скрыть «несостоявшуюся» подмену принцессы, но ничего не вышло. Видимо у Бистландцев во дворце были свои шпионы. Что было неудивительно, много прислуги было из зверолюдей. Да и временной лаг не дал бы мне этого сделать.

— Не знаю. Шпионы наверное.

Дрикхерст с виноватым видом пожал плечами, подтверждая мои подозрения.

— Где он остановился? Отведи меня к нему.

— Но...

— Что но?

Дрикхерст страшно замялся. У меня возникло желание просто потрясти его чтобы вытряхнуть с него ответ.

— Ну он был в зале, когда вы... э-э появились, так сказать.

Я стукнул себя по лбу. Точно! Когда я голышом приземлился в центре стола, это как раз был ужин в честь его приезда. Как я не догадался. Это же есть в книге! Момент с ужином.

— Да плевать! Видел он меня голышом или нет. Веди к нему, если вы не объедините армии ваших стран, вас всех убьют! Понял? Убьююют! Красные Великаны! Страшные бронированные монстры из прошлого!

— Ну это же миф? Бабушкины сказки.

Я реально встряхнул его несмотря на его доспехи мне удалось его приподнять даже.

— Идиот! Зачем я по твоему голым на этот стол попал? Ты что думаешь я из доброй воли так сделал бы? Вас всех убьют, если ты не будешь помогать мне все это остановить!

Этот аргумент, несмотря на его нелепое звучание, как-то воздействовал на него. Он кивнул соглашаясь на мое требование:

— Хорошо! Я отведу вас, господин колдун. Они в летней резиденции на той стороне дворца. Должны быть, если не уехали еще.

— Они? — переспросил я.

— Ну да. Их же целая делегация. Не думаету же вы, сэр колдун, что такой важный человек как принц Бистландии приедет с визитом в одиночку!?

— Не думаю. Хватит болтать показывай дорогу.

Я бесцеремонно подтолкнул его и мы отправились в летний дворец. Довольно большое здание почти у края городской стены. Недалеко был дворцовый парк и небольшой колизей для игр и турниров, откуда доносился шум тренирующихся на арене солдат...

Принц Бистландии оказался отвратительным парнем. Кунисада описал его характер, как вздорный, заносчивый, горделивый, тщеславный... и при этом разработчики игры скорее всего еще что-то добавили — из плохого. Принц зверолюдей был абсолютно несносным типом. Он отказался меня принимать. «Я не разговариваю с какими-то голыми полудурками-колдунами, внезапно появляющимися на обеденном столе». Это мне передал Дрикхерст, который зашел в здание в котором он находился со своей свитой и любовницами. В отличии от манги, где слишком мало информации об этом персонаже, в лайт новелле с которой я сверялся сейчас о его «гареме» было сказано аж в целом абзаце. Неудивительно было что Розалинда не хотела выходить за него замуж. Она сама была избалованной и капризной принцессой, но по сравнение с Молнией Бистланда, выглядела вполне приличной неинной девушкой. Обозленный отказом принять меня, я сел на скамейку и начал размышлять. Я не мог просто крикнуть ему в окно — сам полудурок — и уйти. Это зверолюд был невероятно быстр и силен, и как минимум мог убить одного или двух огненных великанов. Что делать? Что делать? Вопрос вертелся у меня в голове. Я пришел в этот мир слишком поздно. Но даже с учетом всех факторов, я не могу убедить этого тщеславного принца жениться на принцессе, раз он пошел в отказ. Понятно что принц искал повод отказаться от этого брака, но победа в турнире автоматически означала что он ее получит. Принцессу как приз. И скорее всего его именно победа в драке и интересовала, а не сама невеста. Я с хмурой задумчивостью глянул на Дрикехраста который тут же стоял переминаясь с ноги на ногу, не смея заговорить со мной. И тут внезапно что-то щелкнуло в моей голове. А почему он должен жениться на принцессе? Если его интересует сражения, то он наверное не без удовольствия и с красными великанами подерется. Просто надо... надо... да! Найти на него компромат в книге!

Как я мог забыть что у меня есть «волшебная» книга Кунисады? В ней наверняка есть какая -то информации о нем. Что-то там должно было быть, что может его задеть. Я тут же достал книгу.

— Что вы делаете, сэр?

Дрикхерст наконец-то поинтересовался продолжая наблюдать за моими манипуляциями с книгой, не понимая моего поведения. Наверное держит меня за сумасшедшего. Естественно он не знал о книге. Об этом только королева и Тибиус знали.

— Ищу компромат на этого наглеца! - ответил я не отрывая взгляд от лайт новеллы. — Где-то это было, где-то это было, — мурлыкал я себе под нос, быстро перелистывая страницы. — А вот! Нашел!

Согласно повествованию Кугисады, Молния Бистланда был лоликонщиком. Скрытым. Ему нравились маленькие девочки и маленькие женщины. Он также был любовником Кицундины. И все бы ничего, если бы Кицундина не была высокого роста рыжеволосой богиней неземной красоты. Молния Бистланда изменил в бытность любовником с богиней Каей. Ага! Одной из выживших богинь Коварства! Это история в реальности никогда не происходила а была памятью вживленной при программировании этих персонажей, но от этого они ее не воспринимали хуже. Кицундина не знала что Молния ее обманул. Будучи богиней она была уверена в его лояльности и преданности. И самый большой страх у Молнии Бистланда был, что она узнает про это. Я понял что нужно делать. Мои губы повело в нехорошей улыбке. Шантаж? Ну и что? Это же для доброго дела! К тому же он мерзавец и нарцисс. Я оторвал взгляд от страниц и глянул на Дрикхерста.

— Я напишу кое что, Дрикхерст, а ты передашь ему это. Понял?

Дрикхерст нервно глотнул, и утвердительно кивнул, словно жертва удава наблюдая за выражением моего ухмыляющегося лица.

…

Буквально через минуту, получив мою записку, Молния Бистланад выскочил. С мечом и в нижнем белье и без предупреждения атаковал меня. Он, действительно, был как молния. Полностью соответствуя своему прозвищу. Если бы не система, он раскроил бы меня на две половинки. Защита от Галактического Союза предотвратила фатальный удар, но отдача от яростного фантастического удара волшебным мечом никуда не делась. Молнию Бистланда отбросило на десяток другой метров, пробив забор вокруг особняка для гостей, по дороге он собрал всю пыль с улицы на той стороне. К сожалению эта первая попытка убить меня вовсе не охладила его пыл и он вскочил на ноги опять помчался на меня второй раз, несказанное удивление было написано на его лице. И на этот раз он попытался нанести осторожный колющий удар. С таким же результатом. Потом еще, потом еще... Я терпеливо ждал. У этого зверолюда был океан выносливости и жизненной энергии.

— Закончил? Спросил я его, когда он похоже подустал от попыток пробить невидимый слой защиты окружающий мое тело.

— Ты! Ты! Проклятый непробивной Маг! Я убью тебя! Убьююю!

Это было все что он мог выговорить. Я был даже слегка удивлен такой бурной реакцией. Неужели он настолько боится ее? Кицундина согласно новелле была благонравной богиней, строгой но справедливой покровительницей Демилюдей. И вроде бы не жестокой и не тщеславной. Что она ему сделает за измену? Она ведь и так знает что он с деми-девочками ей направо и налево изменяет? Неужели дело в том, что тут замешана богиня? Видимо измена другой богине кардинально меняет дело в ее глазах. Конкурентке изменил, типа!

В конце наших странных переговоров я взял с него слово, что он прибудет на место высадки Великанов со своим отрядом через месяц. Плюс он несказанно обрадовался, когда понял что я не собираюсь его заставлять через этот шантаж жениться на принцессе. Его увлечение плоскогрудыми малолетними девушками было вне моего понимания. Я видел изображение Кицундине в новелле. Это деми-девушка была богиней охоты и лесной красоты, Артемидой и Афродитой этого мира одновременно. И у нее было большие женские атрибуты, как любил говорить мой приемный отец, кстати. Если вы понимаете что я имею в виду.

После этого случая мой авторитет в глазах Дрикхерста поднялся до невероятной высоты. Когда мы вернулись во дворец, он услужливо открывал мне все двери, сияя от важности. Стражники косились на него, не понимая причин его радости. Когда мы вошли в тронный зал, где нас ожидала королева. Он тут же ей доложил о нашей, успешной миссии. Повергнув ее в шок. Через полчаса мне на церемонии вручили медаль и жезл советника королевы. Или руки короля. Я стал чем-то вроде ответственного в мире находящемся на краю гибели. Что меня в общем не очень-то и обрадовало. Я стремительно превращался в главного козла отпущения если я потерплю неудачу со спасением этого мира.

Глава 7

Глава 7 ПРИНЦЕССА И ПОЛЦАРСТВА — СТАНДАРТНОЕ ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ ГЕРОЮ

Мой приемный отец очень любил Японию. Он не был сам японцем, хотя и прожил большую часть своей жизни в предместье Токио, переселившись туда из Канады. Причиной переезда он называл некое душевное равновесие что ему дарит эта страна. Ну и немаловажным обстоятельством было и то, что отец в юности был полный “отаку”. “Я, конечно, знал что Япония не есть та страна что изображают в старых аниме фильмах, только наивный идиот будет смешивать реальность и вымысел из художественных произведений!” — говорил он. Тем не менее его очаровывало мысль, что он будет жить там где, эти миры придумывали. Эти восхитительные шедевры анимации. Где творил Миядзаки на своей знаменитой студии “Гибли”. Где сочиняли мангу “Берсерк” или создали его любимую компьютерную игру. Так объяснял он свое странное для европейца увлечение Японией. Глаза его застилала ностальгическая дымка и он мог часами говорить о старых аниме двухсотлетней и более давности. Я тоже частично заразился от него этим. А учитывая что у отца были две комнаты сверху донизу забитые - раритетными изданиями лайт-новелл и манг двадцатого и начала двадцать первого века(самые редкие и ценные в наше время) то я просто обязан был влюбится в это дело. Хотя все же я не стал отаку. И Японию я тоже не особо любил. Я не переехал сюда как отец по велению сердца и увлечения, а был привезен из приюта в Германии. В общем-то меня особо и не спрашивали где я хочу жить. Я не относился плохо к моей второй Родине, однако и особой привязанности к этой стране не чувствовал. И уж точно не боготворил Японию как отец. Что я хочу этим сказать? Очень просто, я тоже немного разбираюсь в японской манга-аниме культуре. И как ее создают, и в чем ее суть. И сейчас, сидя за столом большого военного совета королевы Арамии Розалинды старшей, я понимал почему здесь присутствуют почти голые девушки воительницы. Нельзя было сказать, что они совсем голые. Но поверьте одежды на них было очень мало. Бронелифчики, поножи, куски ткани прикрывающие причинные места, аля бикини, длинные блондинистые волосы. Синие выразительные глаза с темными густыми ресницами. На их идеальные черты можно было глядеть часами. Особенно на их капитаншу. Ее я сразу определил. И вовсе не тем, что она была еще красивее чем остальные ее спутницы, а по простой логике японского аниме - чем меньше одежды на девушке воительнице - тем сильнее персонаж. И вообще если увидишь почти голую воительницу или волшебницу, берегись! Помни это простое правило - чем меньше одежды на аниме персонаже, тем она сильнее! Учитывая что Кунисада - обычный японский новеллист, книги которого иллюстрировали обычные японские художники как сам автор, то и правило здесь никак не могло быть нарушено. Капитан рыцарей Арамии - была реально сильным воительницей. Просто очень сильной судя по количеству оголенных мест. В комнате где происходило совещание никого кроме нас не было. Королева, маг Тибиус, я, капитанша и пять ее лейтенантов. Каждая из них командовала двенадцатью рыцарями-девушками. Все шесть десятков элитных рыцарей магов королевского двора Арамии. Были еще и рыцари мужчины числом за сотню. Но это заседание было исключительно с женской частью Арамийской гвардии.

Заседание началось с конфуза. И оконфузился, конечно, я.

— Ваше величество, простите что перебиваю вас, я не знаю кто этот человек, но может он перестанет глазеть на меня столь похотливым взглядом? Еще немного, и я боюсь его прожигающий взгляд лишит меня девственности,” - строгим, совсем не саркастическим тоном, заметила Капитанша.

Королева запнулась на полуслове, в комнате повисла тишина. Потом кто-то из девушек лейтенантов прыснул в кулак, не выдержав и это разрядило неловкую обстановку. Королева улыбнулась. Остальные тоже рассмеялись. Я покраснел. Реально, я на секунду почувствовал себя более смущенным чем на том столе во время появления голым посреди ужинающей аристократии. Какого черта! Это же не реальные люди, зачем я так смущаюсь? Они же просто как, как… андроиды! Роботы из плоти копирующие людей!

— Я думаю, наш новый советник по чрезвычайным ситуациям, не имел в мыслях ничего такого, дорогая Лейнария. Простите ему эту неучтивость. Он гость и в его краях, возможно, такое поведение не есть предмет для осуждения, как у дев святой воительницы Дианоны.

Королева вступилась за меня, несказанно облегчив мне задачу придумывать что-то чтобы сказать в ответ. При том, что ничего я и не мог придумать. Я, реально забывшись, пялился на ее красивую фигуру и лицо. И то, что они были в моем понимании не более чем двести лет назад созданные для развлечения разумные игровые куклы, как раз таки, видимо, и спровоцировало такое подсознательное поведение. Никто ведь не подумает что-то нехорошее, если вы будете рассматривать красавицу на обложке глянцевого журнала в книжном магазине. Вы же не считаете ее реальной. Так какого черта, вы будете сдерживаться?

Я отвернулся и буркнув извинение, восстановив наконец свое внутреннее статус кво. Теперь я глядел только на королеву, которая продолжила свою речь. Что в общем-то было не так уж плохо. Королева не уступала Лейнарии красотой, правда фигура была скрыта одеждой, а не бронелифчиком. После королевы слово взяла капитанша и начала подробно излагать военное состояние арамийский рыцарской гвардии. И по ее словам ситуация была не из лучших. Плохо обучены, заклинания и резервы магической манны у многих очень слабые. Копьем владеют не все. А уж метко стрелять из лука на всем скаку только лейтенанты и то, не все. Свои жалобы она закончила вопросом королеве:

— Если слухи о скором нападении этих великанов, правда, Ваше Величество, насколько сильны эти монстры?

Розалинда Первая повернулась ко мне и практически все последовали примеру своего монарха.

Я флегматично пожал плечами. Я не мог этого точно знать. Вернее в книге Кунисады об этом было сказано, однако чтобы оценить их разницу в силе, я должен был иметь какой-то референс. Какую-то единицу измерения сил по отношению друг другу. Говоря, проще, насколько сама капитанша была сильна? У меня был только один более менее надежный референс. Это - молния Бистландии. В книге он убивает одного великана с помощью благословления Кицундины, едва избежав смерти сам, из последних сил, положив всех своих товарищей в этой битве.

— Насколько силен Молния Бистландии?

Капитанша хмыкнула, — Этот мужлан-зверолюд? Я бы могла с ним схватиться на турнире чтобы это оценить. К несчастью не могу этого сделать, по причине моего пола и статуса.

— Если вы равны по силе Молнии Бистландии, то у вас есть небольшой шанс убить одного красного великана с помощью всей вашей дружины. При этом погибнет большинство из отряда. Возможно, восемь-девять из каждой дюжины.

Этим, я, словно, уронил, чугунную гирю на пол. Все охнули. Капитанша сомнительно буравила меня недоверчивыми глазами. Королева прикрылы тыльной стороной ладони в перчатке рот, словно только что узнав что ей вынесли смертный приговор, девушки смутились, нахмурившись…

— Одного!? Этого не может быть, Ваше Величество! — произнесла наконец Лейнария, голос ее предательски дрогнул, выдавая сомнение и одновременно неуверенность в себе.

Я вовсе не хотел ей мстить за ее выходку в начале заседания, но получилось словно я специально это сказал, чтобы уязвить ее за беспардонную колкость…

День прошел в непрерывных заседаниях и смотров гвардейцев. В перерывах я урывками читал книгу Кунисады. В отличии от манги там было много нового. Королева таскала меня за собой и, конечно, единственное что ее интересовало это сравнение сил. Она показывала мне своих самых искусных воинов, всадников умеющих на всем скаку пробить доспехи на чучеле обвивая манной копье для усиления эффекта. Вообще использование магии было поставлено у нее на поток. Все солдаты, гвардейцы умели на базовом уровне поддерживать с помощью магии свои физические возможности. А самые элитные - из числа рыцарей магов - могли метать огненные шары размером с футбольный мяч или ледяные стрелы если у таковых имелся дар мага воды. Система магии в Арамии была сложной и запутанной, насколько я мог судить по книге Кунисады. Похоже автор сам не особо разбирался в им придуманной системе магических законов. Создатели божественной игры, когда-то ее просто доработали сами. А теперь на этой отдаленной планете всесильные инопланетяне воссоздали в реальности все эти законы. Где-то на этой планете находилась скрытая система позволяющая ее жителям творить волшебство, коль по сценарию игры ты имел склонность к магии. Что касается меня, я, как гражданин Галактического Союза, конечно не учитывался этой системой. Я был абсолютно “немагичен”, если можно так это назвать. Моя “немагичность” заключалась и в том, что будучи чужеродным элементом в этой системе, также был недоступен и для магии местных. То есть даже самый волшебный волшебник здесь ничего не мог бы мне сделать. Этот мой статус также порождал некое невидимое отчуждение. Как только они узнавали о такой способности, меня как бы держали на дистанции. Причем, у меня даже ни разу не спросили моего имени! Называли исключительно Господин Посланец, несмотря на то, что я нет-нет поправлял и назвал свое настоящее имя. “Господин Посланец, вы уверены, что этот удар не пробьет броню красного великана?” — спрашивала меня капитанша, демонстрируя своих лейтенантов, на всем скаку пробивающих толстый двойной доспех прибитый к деревянному столбу.

— Если прибить великана к столбу, то наверное пробьет, — отвечал я с нескрываемым скептицизмом.

Они не смеялись, на такие шутки. Мое поведение раздражало Лейнарию. Чтобы было понятно, я только критиковал, но ничего не предлагал взамен. Я же лихорадочно думал, прикидывая варианты - как победить Великанов. Составляя и отбрасывая самые экзотические варианты планов. В книге Кунисады Арамии, как и соседнее королевство Марамия, была обречена. Этот писатель сделал Красных Великанов столько ужасающе сильными созданиями, именно для того чтобы лишить всех всякой надежды. Арамия - страна павших героев. Это не случайное название. Герои должны были пасть. И игроки, коль речь о виртуальной игре двухсотлетней давности, обязаны были найти решение и предотвратить это. Отец как создатель игры, утверждал что сценарий спасения есть и даже что их множество. И что просто из-за прилета инопланетян так никто не доиграл ни один из них. Частично это удавалось некоторым. Но спасти хотя бы большинство - никому. Правда сейчас я находился не игре, а в реальном мире воссозданным по этой почти безнадежной истории. Меняло ли это что-то? Скорее всего это делает положение более отчаянным. В реальности всегда труднее чем в вымышленном мире. Или нет?

“Это боевой маг и рыцарь четвертой ступени - Иллирия. Он может создавать огненный шар размером с бочку вина и швырять его на дистанцию в более чем девяносто стагов!”

Королева с гордостью показала статного воина одетого в серебряный доспех, очень тонкой работы, с вычурными завитушками и защитными рунами, выбитыми на груди и спине.

— Красные Великаны не боятся огня. Они вообще-то живут в жерле потухшего вулкана на своем острове, если не знали.

Капитанша с раздражением притопнула ногой. Я благоразумно удержался от инфы из новеллы, где было сказано что Иллирию великаны разорвут у городской стены. Оторвут ему руки, ноги, голову. Несмотря на свои более чем трех-метровые размеры великаны очень быстро бегают. Прям как антилопы. Швыряние фаерболов на двадцать три метра им не помеха. В лучше случае это сработает как раздражитель и швыряльщика просто убьют более жестко. Что и произошло в книге.

Так прошел день. Я устал от этого смотра. Меня устроили в шикарных покоях. С большущей кроватью. Я даже заподозрил, что это покои умершего короля. Странно, подумал я, ложась на метровой высоты большой матрас и кровать с красным балдахином. Прозрачные занавески были отодвинуты. Это выглядело так, будут они хотели меня подкупить. Словно их судьба зависела от моей благосклонности к ним. Хотя в какой-то степени это и было так. Я поймал себя на мысли что, если я соглашусь остаться здесь. То есть откажусь от своего статуса гражданина Галактического Союза, то тотчас стану реальным жителем этого мира. Возможно с способностью к магии и прокачки уровня. В моей голове тотчас проигралась эта картина. Я иду в гильдию авантюристов, регистрируюсь и начинаю выполнять задания: охотиться на монстров, добывать какие-то магические предметы. Все это аниме-клише здесь есть. Просто оно не главное здесь. Я припомнил слова отца, когда он рассказывал об этом проекте: “Ты, даже, на йоту не сможешь представить какой разнообразный и богатый мир в этой игре, Тим! Да, ты знаешь что Божественные Игры — саморазвивающие миры и обладающие самосознанием ее НПС способны к удивительным вещам. Но знаешь ли ты, что через пару лет, такая игра приобретают совершенно своеобразный, неповторимый, шарм. А через два десятка - она бесценна словно выдержанное столетнее вино. Вызывает у игрока невероятный “вкус” эмоций. У человечества никогда не было более интересного развлечения! И никогда не будет!”

Так я незаметно уснул, не успев даже раздеться. И проснулся посреди ночи, от чего-то легкого прикосновения. Я не шевелился первые секунды, чтобы не дать понять что я больше не сплю. Видимо, я спал внутренне готовый к этому. Наконец открыл глаза и встретился со взглядом бирюзовых, неестественно красивых и больших глаз. В королевской спальне было полутемно, но свет луны проникающей из-за прозрачных занавесок давал достаточно света, чтобы увидеть ее силуэт. Как только королева поняла что я проснулся она мгновенно отпрянула, и опустилась на пол. Я не понимая, что она творит, в конце концов мне как подростку, никогда не приходили в спальню женщины среднего возраста в ночнушках; приподнялся и недоуменно уставился на нее. Королева, а это была она, опустилась на пол в каком-то уничижительном поклоне, серебристо-белые волосы водопадом “разлились” касаясь пола и полностью скрывая ее лицо.

— Что вы хотите, Ваше Величество?

Она помолчала некоторое время, потом ответила не поднимая головы:

— Спасения, посланец небес. Спасения для моего народа!

— И что? Для этого нужно пробраться ко мне в спальню посреди ночи?

— Если надо, — отозвалась она и подняла взгляд.

Я невольно вздрогнул от решительности взгляда, и неосознанно начал восхищаться ее характером. Этот персонаж реально был до конца предан своей стране. И она была готова на все ради спасения своих людей. Мой скептицизм и скупые ответы на весь смотр ее армии, вкупе с предсказаниями о Красных Великанах, видимо убедил ее что надежд на спасение очень мало. Она предлагала себя в качестве платы. Не служанок, не поданных, а себя.

Интересно, почему она себя приносит в жертву?

Видимо эта мысль отразилась на моем лице, потому что она прокомментировала не высказанное вслух:

— Я справедливая королева и не могу предлагать подданным то, что не делаю сама.

— Почему вы решили что мне такая плата интересна? — спросил я и тут же пожалел.

Она недоуменно моргнула, словно я сказал что не совсем понятное.

— Я заметила как вы смотрели на Лейнарию. Это взгляд желания мужчины, я слишком хорошо его знаю.

Ничего ты не знаешь! Ты создана в прошлый четверг! Все твои слова это весы регенеративного трансформера вкупе с какими-то заумными алгоритмами невероятно сложной ИИ модели. И только!

И все же меня опять поймали! Отрицать было глупо. Нечестно.

— Мне пятнадцать с половиной лет, Ваше Величество.

Это был выход из ситуации, которому меня научил отец. “Ничто так не смущает женщину после двадцати, чем указание на ее возраст!” — как-то сказал отец.

Это ее действительно смутило. Она заманила себя же в ловушку своей показной добродетели. Если она сейчас прикажет служанке или той же капитанше провести со мной ночь, то этим она уже нарушит образ что только что мне создала - о якобы справедливом монархе. Она напряженно размышляла пытаясь решить эту проблему. Сделать два дела одновременно, выглядеть супер добродетельным монархом и при этом подкупить меня красивыми гуриями.

— Может тогда вы женитесь на Розалинде младшей? Ей почти 14 лет уже.

Вот и она! Стандартная награда герою — принцесса и полцарства в придачу! Клише из сказки. Как же без него, Кунисада-сан?

Поскольку вслух я ничего не ответил и она продолжила скороговоркой отвернув взгляд и заламывая руки:

— Я понимаю что она капризная, и у нее плохие манеры иногда. И знаю что про нее говорят в городе. Я из рук вон плохая мать, и у меня не было времени контролировать ее. Все эти войны, государственные дела…

Она все ускоряла темп своих оправданий, пока я не остановил ее жестом поднятых рук.

У меня тоже есть долг перед своей планетой. И там реальные люди, а не создания для игры. Пусть и, якобы, с псевдо-сознанием. Я попробую помочь. Ради своей Планеты. Не ради них.

— Не надо такой платы, Ваше Величество.

— Почему?

— Я боюсь что не смогу расплатиться. У меня нет гарантий что я смогу спасти вас. Я не публичный враг вашего мира. Если, конечно, вы меня им не сделаете.

— Что значит публичный враг?

Я замедлил с ответом. Эту фразу я слышал от отца. Что она значит я сам не очень понимал и вставил думая сказать что-то умное. Впечатлить ее.

Дурак! Я мысленно обозвал себя.

— Враг общества, — обронил я, пытаясь придумать хоть что-то. — Тот кого все отвергают, Пария.

— Но вы же неуязвимы! — Она почти взмолилась этой фразой.

И тут я понял, почему она меня считает мессией способной их спасти. И почему так меня боится и готова на все. Непонятное и неизвестно откуда взявшееся существо без всяких проблем способное их спасти, если захочет.

Вот оно что! Она знает что я неуязвим. И что я могу просто пойти против Красных Великанов и убить их всех, если пожелаю. Меня же нельзя убить, проткнуть, сжечь, утопить, задушить… Она же все это сама проверила! В этом нет сомнений. Единственное что она не знает, это что и они, точно так же, для меня неуязвимы!

В этот момент я совершил очередную ошибку. Будь мне лет двадцать пять или тридцать, наверное я смог бы лицемерить для благого дела. Отец говорил, что чем старше некоторые становятся тем легче им врать. Для пользы дела. Тем более они не люди в настоящем смысле этого слова. Но ее, на вид, искреннее поведение и желание добра своему народу ввели меня в заблуждение. Я обманул себя.

Я коротко объяснил Королеве, мой статус. Мне нельзя навредить, но я также не могу им навредить.

Она несколько секунда размышляла. Потом поднялась подошла к дверям и шокировала меня резким, совершенно изменившимся голосом:

— Стража! ВЫКИНЬТЕ ОТСЮДА ЭТО БЕСПОЛЕЗНОЕ СУЩЕСТВО! Немедленно! И не бойтесь. Оно не способно нам навредить!…

Буквально через пять минут меня грубо(очень грубо!), вытолкали из ворот дворца на каменную мостовую. Посреди лунной ночи, я опять приземлился не туда. И опять не там где хотел.

Глава 8

Глава 8

НЕУЯЗВИМЫЙ И БЕЗВРЕДНЫЙ

Как-то в детстве, отец научил меня кидать плоские камни по поверхности водоема. Берешь как можно более плоский камешек и кидаешь его со всей силы параллельно поверхности воды. Камень ударяется плоской стороной о поверхность воды, отскакивает и снова летит над водой. Через мгновение опять повторяет. Каждый раз отскок чаще и короче, пока камень не утонет, потеряв скорость. Отец мог кинуть камень очень далеко. Я никак не мог его побить в этом занятии, хотя и тренировался ночами, пока мы рыбачили и жили целую неделю в палатке на берегу реки Боу в Канаде. Здесь, в Арамии, тоже была похожая река и я, сидя на берегу далеко за городской стеной, начал швырять камни о поверхность реки. Может со зла, может я просто хотел так снять напряжение. Надо же, как я себя обманул! Ведь в новелле эта королева описывается как коварная и властная особа. Как я мог этого не учесть? Зачем поверил в ее искренность? Я был зол на всех. И больше всего на себя. Отец старался учить меня всему в том числе и людской психологии, из-за этого он даже полагал что я внутренне намного старше, чем мои сверстники. Говорил, что я разговариваю и рассуждаю почти как тридцатилетний. Но при этом, так глупо получилось с этой королевой! У меня забрали книгу Кунисады, я не успел ее прочесть. А манга, что читал давно, во-первых, не такая подробная. Во-вторых, я не помню ее всю.. Что делать? Просто бросить все и попросить систему вернуть меня на Землю? А как же пенициллин? Два года прогресса что обещал Октагон? И как же местные жители? Их же всех убьют. Хотя они игровые куклы, но все же. Эту психованную дуру королеву может и не жалко, но тут полно обычных жителей и второстепенных героев. Сотни тысяч осознающих себя персонажей. Не хватит и ста жизней узнать их всех и поучаствовать во всех боковых-историях. Этот триллионер, что спонсировал проект этого виртуального мира, когда-то реально хотел создать и почувствовать фэнтезийный мир. Не мелочился, воплотил мечту своего детства, потеряв большую часть состояния. Правда, самое удивительное сейчас во всем этом и непонятное — зачем воплощать с такой тщательностью то, что должно быть уничтожено в конце апокалиптического сценария? Будучи игрой — это можно принять. Сервер каждые два месяца виртуального времени перезапускал уничтоженный мир Арамии снова. Все НПС опять оживают. Хотя и переживают реальную смерть. Непонятно, умирали ли они в действительности - эти разумные НПС? Ведь перезапускаются новые копии с чистого листа. А вот здесь, в реально воплощенном мире, никакого перезапуска не будет. Они все умрут и исчезнут. Навсегда! Всем тут будут заправлять Красные Великаны. Как единственные хозяева целого континента. Оставят ли они кого-то в живых, в качестве рабов и обслуживающего персонала? Или они запрограммированы уничтожить всех? Неизвестно. Почему эти странные инопланетяне не дали им всем по домику и спокойную жизнь в безопасности? Что за бредовая идея оставить все как есть!? И объяснения Октагона какие-то странные. Он утверждал, что всех разумных НПС спрашивали, хотят ли они оставить все как есть, перед тем как этот мир был перенесен в реальность.. Как они могли согласиться на такой риск? Или рассчитывают победить великанов?

Что делать?

Что делать?

Что же мне делать?

Чем больше я злился, тем дальше летели камни. Последний почти достиг высокого противоположного берега, хотя до него было довольно далеко.

— Эй, ты! Перестань, покалечишь кого-то!

Этот крик донесся с противоположного берега. На высоком обрывистом берегу на той стороне, параллельно течению реки, проходила главная королевская дорога. Я слегка поднял затуманенный злостью взгляд и увидел партию авантюристов. Как всегда стандартная партия из мечника (того что крикнул мне остановится), врачевателя, девушки мага и копейщика. Ничего нового Кунисада в своем романе не придумал в этом смысле. Правда, в его истории на этом не было никакого фокуса. Просто привычная для литрпг среда где-то за основным действием, на заднем фоне.

Авантюристы, монстры, подземелья с сокровищами. Гильдия. Все это упоминается вскользь за исключением одного случая. Причем начинается он как раз…

Нужна эта чертова книга! А ее отобрали опять! Я не успел ее прочесть из-за этого чертового смотра королевских войск и бесконечных заседаний. Некоторое время, я напряженно размышлял, пока авантюристы удалялись своим путем на той стороне. Серебристо-волосая девушка-альбинос, в нелепой шляпе мага и изящных синих сапожках под цвет глаз, смущенно и виновато улыбнулась. Копейщик что-то ей шепнул и лицо ее выразило изумление. И тут я понял что идиот. В очередной раз. Как я мог это упустить! Я же гражданин Галактического Союза, пока еще! Неужели у меня нет доступа к печатным изданиям любого формата и года выпуска?

— Тимм Талер, иди к черту! — почти на автомате я выпалил дурацкий пароль доступа к системе, который давно следовало бы сменить.

— Ваш запрос, мистер Тим Талер? — тотчас отозвался голос системы, все тем же приятным женским голосом.

— Сам иди к черту!

Последнее крикнул копейщик, до которого ветер случайно донес мои слова. Я проигнорировал его.

— У вас есть доступ к библиотеке? — спросил я систему.

— Да, мистер Тимм Талер. Что за книгу вы хотите заказать?

— Лайт новелла Хидео Кунисады “Арамия - Страна Павших Героев.”

— Какое издание?

Ого! Они и любое издание могут мне предоставить! Как же я раньше не подумал об этом? И зачем мне Окта вообще эту книгу дал? Я ведь могу систему попросить!

— Самое первое! Оригинал первого издания на английском.

— Какой вид носителя вы предпочитаете?

— Обычную напечатанную на бумаге книгу, пожалуйста.

Буквально через пару секунд маленький вихрь закрутился передо мной на расстоянии вытянутой руки, и из центра вихря выпал буклет в мягкой обложке. Я опять едва успел его схватить еще не готовый к такой быстрой реакции системы. Невольно взбудораженный, я тотчас раскрыл книгу и прочел на обороте первой страницы.

Aramia: The Land of Fallen Heroes

Hideo Kunisada

Translated by Emiko Sato

Published by

Kuroki Publishing 1-5-7 Shinjuku,

Shinjuku City Tokyo 160-0022,

Japan, 04.02.2033

Сомнений не было. Это было оно, заветное первое издание на английском. Такое редкое. Запрещенное по совершенно непонятным мне причинам на Земле.

— Вот это да! Спасибо! — поблагодарил я систему и тут же раскрыл заветный том.

Так, я - на пятой главе! Прошел один день и одна ночь с момента убийства сына кузнеца в комнате принцессы.. Значит… Вот оно!

Несмотря на основную сюжетную линию, трагическая новелла про Арамию имеет множества суб-истории. Со второстепенными персонажами. Объединяет их только одно - печальный конец! Апокалипсис не подается в книге сразу. Он возрастает по мере приближения к финальной точке. Серии несчастий разных персонажей с каждым разом все более плохим концом. Пока не наступит кульминация. Первое уже случилось с незадачливым влюбленным в принцессу кузнецом, а второе сейчас случится, и случится с… Я поднял взгляд в сторону удаляющейся партии авантюристов.

Мечника зовут Леонидас. Девушку-мага Элайна, Врачевателя Гувейн, а копейщика - Стратос. И все они погибнут. И дело было, точнее будет, вот так:

Я перелистал страницы до шестой главы и погрузился в чтение, на время забыв обо всем вокруг:

THE LAND OF THE FALLEN HEROES

CHAPTER 6

СЛЕПАЯ РЕВНОСТЬ

Ее звали Элайна и она была первая красавица в столице. Ни эльфийские красавицы с мраморной кожей и изумрудными глазами, ни красавицы из зверолюдей, ни известные благородные дамы из числа дворян не могли сравниться с ее внешностью. Длинные серебристые волосы, синие глаза, не голубые а именно темно-синие поражающие своей неизвестной глубиной, затягивающие смотрящего в них как омут. Высокая и статная фигура, идеальная осанка. Возможно некоторые красавицы и могли превосходить ее немного своими ослепительными чертами лица, а другие женскими прелестями, но ни одна не смогла бы так классно и стильно выглядеть как Элайна. У нее просто был вкус выбрать себе идеально подходящую одежду и сделать идеально подходящую ей прическу. Носить идеально подходящие ее оголенным ножкам сапожки.

И не только! Секрет ее очарования был еще шире. Он таился в ее походке, в малейшем движении, которое она делала с грацией пантеры. Простой жест приветствия был просто эпитафией стиля. А обычный наклон головы и невинно-вопросительное выражение лица, во время разговора - убивало наповал всю мужскую половину Арамии. Казалось бы, с такой красотой Элайна - простая девушка из отдаленной деревушки - могла бы выйти замуж за любого богатого и известного дворянина в столице и, возможно, даже министра или герцога. Однако - нет. Элайна не интересовалась перспективой стать женой влиятельного и богатого человека. Ее мечта всей жизни была - стать авантюристом. Она выросла на книгах про великих авантюристов, и их приключения были для нее грезами детства, навсегда впечатавшиеся в ее девичье сердечко. Выучившись у деревенской ведьмы основам магии, она в 16 лет переехала в столицу. Если у простых людей, приехавших в столицу без денег и знакомств, возникла бы куча проблем, то Элайне все далось с удивительной легкостью. Ее стильная красота и обаятельная улыбка открывала ей все двери. Она даже приехала бесплатно в карете богатого купца, проезжающего мимо их деревушки и остановившегося покормить лошадей. Плешивый купец всю дорогу надоедал ей, но она терпела и улыбалась. По приезде хозяин гостиницы позволил ей снять комнату в долг. “Никаких проблем, мистресс!” Булочник угостил сладкими булочками с изюмом и чаем за счет заведения, просто увидев, как она, проходя мимо, посмотрела в сторону его заведения. Удача сопутствовала ей и далее. Гильдия авантюристов сходу дала ей карточку новичка-авантюристки и конечно в долг, если не считать стоимости одной улыбки.. Абсолютно все авантюристы мужского пола, в этот момент находившиеся в гильдии, тут же по очереди стали подходить к ней и приглашать в партию. А двое даже предложили встречаться для серьезных отношений. Но Элайна, несмотря на внешность, не была наивной дурочкой, она не говорила да и не отказывала совсем, а с улыбкой говорила что подумает. Она ждала особенную партию, самую-самую слава о которой доходила даже до ее отдаленной деревушки — Партию Леонидаса и Стратоса с романтичным названием “Лезвия Сумерек”. В тот день Элайна караулила их партию, регулярно наведываясь в гильдию, где щедрые поклонники спешили угостить ее всякими блюдами из ресторанчика для особых членов гильдии. Наконец, час настал и в гильдию вошла партия “Лезвий Сумерек” и расчет Элайны в точности оправдался. Капитан Лезвий заметил ее и сразу же запал на ее. Впрочем как и копейщик Стратос. Второй человек в партии. Третьей была девушка-маг и зверолюдка Таития, опытная и сильная как в магии так и в магическом врачевании, не раз спасавшая жизнь как Леонидасу, так и Стратосу. Однако, ни Леонидас, ни Стратос, не моргнув глазом, избавились от нее, приглашая Элайну в партию. Причем, поступили они крайне подло, сказав Таитии что она не достаточна хороша в магии и ей нужна поддержка еще одного мага. Разозленная Таития покинула группу, обозвав Леонидаса и Стратоса кобелями неспособными контролировать то, что у них ниже пояса. Поскольку Элайна не могла врачевать, да и магом была не особо сильным, они взяли в партию отдельно врачевателя по имени Гувейн. 33 лет (старичка по их меркам), По всей видимости, за этим выбором таилось тайное желание не брать конкурента в сердечном деле, раз такая разница в возрасте будет. Конечно внешне они это не озвучили, сообщив всем что Гувейн просто лучший врачеватель достойный их партии. А Таития просто эгоистичная особа, с грубым характером. И вообще, пора двигаться дальше. Многих такое поведение возмутило. Особенно женскую часть авантюристов, однако внешние процедуры были соблюдены. Люди в гильдии авантюристов вольны сходится и расходится в любой момент. Элайна наслаждалась компанией новых друзей.

Так началась карьера авантюристки и тайное соперничество членов ее партии за ее внимание. Поначалу это не выражалось в открытом соперничестве и, несмотря ни на что, Леонидас и Стратос были близкими друзьями.

В тот вечер, когда Леонидас предложил Таитии покинуть группу если она не согласна с принятием еще одного мага и та ушла, Стратос помчался за ней чтобы извиниться. И даже после этого он несколько раз упрекал Леонидаса. Довольно слабо, правда. Тем не менее, Стратос было более человечным. Но как бы то ни было, красота Элайны постепенно свела обоих с ума. Любовь - самое эгоистичное человеческое чувство. Каждый хочет все и только для себя! Потому Леонидас пытался показать себя перед Элайной как можно более крутым! Он рвался вперед, каждый раз рискуя быть убитым, и каждый раз выходил победителем под восхищенный взгляд Элайны. Стратос не отставал. Леонидаса, конечно, раздражал соперник крадущий часть внимания Элайны. Он хотел, чтобы она смотрела только на его действия. Он совсем перестал играть роль капитана, да и Стратос также перестал ему подчиняться. Только Гувейн, на удивление проявивший хладнокровность и на вид не поддающийся чарам Элайн, продолжал чудом сохранять их идущую в разнос команду, будучи этаким медиатором между двумя сошедшими с ума влюбленными героями. Перестав быть командой, они рисковали множество раз. Только высокоуровневая прокачка, которой обладали Леонидас и Стратос, да доведенная до совершенства лечебная магия Гувейна, спасала их от безрассудной смерти. Но долго так продолжаться не могло. Рано или поздно их соперничество должно было дойти до своего пика. Пика безумия. Они поспорили, что могут в одиночку дойти до десятого уровня и сразить босса. Элайна уже начала понимать, что здесь что-то не так. Несмотря на юный возраст и восхищение старшими товарищами, она начала понимать, что происходит не совсем то что она ожидала от друзей по партии в ее мечтах авантюристки. Она вмешалась в спор и остановила дикую безрассудную идею штурма десятого уровня в одиночку. Однако для безумцев это послужило лишь толчком к новой идее соперничества.

В роковой день их последней вылазки в подземелье, и Стратос, и Леонидас явились на место встречи необычайно рано. Обычно, по давней традиции, партии назначали встречу перед выходом у статуи девы Лам-Наны - покровительницы авантюристов на заднем дворе гильдии, где расположились зал и поле для тренировок. На удачу нужно было коснуться кончиков пальца ее вытянутой руки. От многочисленных касаний кончики пальцев Лам-Наны блестели полированной бронзовой желтизной, в отличии от остальной части потемневшей от времени и сырости. Стратос явился чуть раньше. Одетый в голубую броню со шлемом похожий на шлем гоплитов, украшенный страусиным пером и алым плащом. Это был его самый лучший наряд, который как правило он надевал только на фестивалях и королевских приемах в честь авантюристов. Леонидас сделал практически тоже самое - серебряная броня и золотой гребень открытого шлема. Как люди, долгое время общавшиеся и дружившие, они поступали одинаково и стали похожими, сами этого не осознавая. Шикарный наряд Стратоса Леонидас счел очередным личным вызовом, он презрительно оглядел наряд соперника и, грациозно коснувшись пальца Богини, отошел в угол двора. Где, скрестив на груди руки, он стал ждать остальных членов партии. Стратос пожал плечами и, опершись на свое копье в обманчиво расслабленной позе, застыл также в ожидании. В какой-то момент этого напряженного ожидания, им практически одновременно пришла в голову мысль, что все можно закончить прямо тут. Зачем вообще в это чертово подземелье тащиться? Прямо здесь и места достаточно. Вход в зал тренировок открыт, людей там пока нет. Почему бы и нет. Практически одновременно они повернулись друг к другу, прочитав эту мысль на лице своего соперника, и кивнули друг другу.

Но дуэли в тренировочном зале не суждено было случится. Открылась дверь заднего выхода здании гильдии и к ним присоединились Гувейн и Элайна. Соперники мгновенно преобразились, словно минуту назад не было этого зловещего ожидания, готового неминуемо закончится трагедией. Лица их посветлели. Гувейн весело оглядел их, автоматически коснувшись пальцев богини, проходя мимо.

— Привет, ребята! Рано вы сегодня. Обычно мы вас ждем.

— Проснулся рано, — буркнул в ответ Стратос. — И вообще не твое дело.

— Ладно-ладно, — Гувейн примирительно и извиняюще поднял руки. — Как сегодня? Повозку возьмем или пешком.

— Пешком, — Леонидас громко вмешался, — Согреемся заодно. Через Тавну сегодня пойдем. Не хочу до Северной Горы так долго добираться. Два дня потеряем.

— Значит вдоль реки по малой королевской дороге, — заключил Гувейн кивнув головой. — В Тавну я с вами еще не ходил, ребята. Или ты сказал через Тавну?

Тавной звалась небольшое подземелье на расстоянии пяти-шести миль от городских стен. Оно считалось легким подземельем и часто использовалось новичками для поднятия своих статов. У Тавны было пять уровней и один секрет о котором знали только в группе Леонидаса. Если пройти Тавну в рекордное время, в конце пятого уровня открывался портал для телепортации в “Северную Гору” самое большое, до конца неизведанное и опасное подземелье в королевстве. После того, как Стратос случайно открыл этот секрет, они поклялись, что не выдадут его. Но сегодня, и Стратос, и Леонидас были готовы пожертвовать этим секретом с остальными, лишь бы поскорее закончить их соперничество за сердце дамы.

— Да, через Тавну. Там поймешь…

Утреннее солнце едва касалось теплыми лучами горизонта, когда партия вышла из восточных городских ворот и двинулась по малой королевской дороге вдоль реки. В этот ранний час на дороге почти не было движения. Лавочники с товаром из окрестных ферм обычно встречаются только ближе к полудню, потому они никого практически не встретили за исключением какого-то скучающего деревенского юноши, бросающим плоские камешки по гладкой поверхности реки, протекающей через город. Юноша с каким-то потерянным видом выбирал из прибрежней гальки наиболее сплюснутые камешки и с остервенением кидал их по поверхности водной глади пытаясь запульнуть как можно дальше.

— Этот идиот сейчас кого-то поранит! По реке скоро фермеры будут товар доставлять на лодках, — заметил Гувейн. Леонидас, идущий с опущенным задумчивым взглядом, встрепенулся проследив направление куда смотрел Гувейн, крикнул строгим голосом:

— Эй, ты! Перестань, покалечишь кого-то!

— Кто это? — спросила Элайна, которая тоже была рада хоть как-то отвлечься от могильного настроения ее партии. Она сегодня совсем не улыбалась, как обычно.

— Я, кажется, видел его, — задумчиво заметил Стратос.

— Где?

— А, вспомнил. Объявление с его рожей расклеивали вчера в гильдии. Типа не помогайте этому человеку - дескать, публичный враг ее величества.

— А что это, публичный враг, — с наивной простотой в голосе поинтересовалась Элайна.

— Скорее всего это какой-то фаворит королевы, очередной ее любовник, который впал в немилость. — не оборачиваясь отозвался Гувейн авторитетным голосом “старшего”.

— За что? — спросила Элайна притворно ужаснувшись.

— Сам иди к черту! — вдруг крикнул Стратос деревенщине, видимо услышав что-то. Из всей партии у него был навык слухача доведенный до максимального уровня.

Затем он наклонился в сторону Элайны и вполголоса добавил:

— Хам! Сто процентов изменял ей с миловидными горничными. Похоже поймали на горячем и выкинули в одну лунную ночь на улицу.

— Ужас, — с притворным изумлением сказала Элайна с некоторым любопытством и, даже интересом, рассматривая бывшего “любовника королевы”. — Уродливый такой. Как ее Величество могла на такого запасть?

— Сердцу не прикажешь! — Стратос авторитетно развел руки. И тут же почему-то смутился своих же слов…

— ТИМ ТАЛЛЕР, ИДИ К ЧЕРТУ! ТИМ ТАЛЛЕР, ИДИ К ЧЕРТУ!

— Ваше запрос, Тим Талер?

Я вдохнул как можно глубже. Это был какой-то бред! Я не мог быть в этой книге! Эта галактическая стервозная система меня дурит!

— Почему я в этой книге?

— Уточните ваш вопрос, гражданин Тим Талер.

Вот стерва! Прикидывается идиоткой! Проклятая система!

— Уточняю. Почему в этой книге, написанной 200 лет назад, есть я, кидающий камни, когда эта партия придурков проходила мимо?! Так понятнее?

Система не ответила мгновенно, как обычно делала. Произошла пятисекундная пауза.

— Вы просили оригинальное издание.

— Да!!! Я просил оригинальное издание двухсотлетней давности!

Тут возникла небольшая пауза, опять необычная для суперинтеллекта что скрывался за этим милым женским голосом.

— Мне очень жаль, мистер Талер, это просто недоразумение. Как гражданин Галактического Союза вы имеете право на информационные апдейты в реальном времени.

Я не понял что она имела ввиду под “апдейтами в реальном времени”. Неужели эта штука меняет содержание тома, в зависимости от того, что происходит в этой реальности?

— Ты меняешь содержание этой книги в зависимости от реального положения дел? Так?

— Совершенно точно.

— Зачем? Я же не просил этого?

— Согласно протоколам защиты информационной безопасности гражданина Галактического Союза, опция помощи в реальном времени включена по умолчанию. Подсистема посчитала что вам это полезно. Желаете отключить ее?

— Да… Стоп! Не отключай!

Я с бешенной скоростью обдумывал новую информацию. Зачем мне жаловаться на такое? Прямо божественная сила знать что происходит! И будет происх… Стоп!

— Система?

— Да, мистер Талер?

— Апдейты происходят в реальном времени? Так?

— Да.

— А что насчет будущего? Я могу читать дальше и узнавать что произойдет?

— Нет, уровень вашего доступа к системе “Первых” ограничен только настоящим. Мне очень жаль.

Понятно! Значит, Октагон, который вероятно имеет такой доступ, знает что произойдет дальше? Забавно, если захочет он может читать такую же книгу и знать что со мной случится. Вернее он уже точно знает, чем это кончится. И про то, что я голым приземлюсь на столе тогда тоже… вот гад!

— Апдейты в книге будут происходит по мере того, как будет развиваться ситуация? Я правильно понял? — я задал уточняющий вопрос.

— Совершенно верно.

— Я успею их догнать, прежде чем они пройдут через Тавну?

— Извините, доступ к информационному будущему ограничен для обычных граждан.

Ну да, жульничать не получится.

Я посмотрел вслед давно ушедшей партии авантюристов. Пока я читал обдумывал ситуацию прошло довольно много времени. Но если я побегу то, возможно догоню их. И бегаю я неплохо. Даже очень неплохо. Зажав книгу под мышку, я помчался в сторону города. отсутствие моста поблизости сыграло со мной глупую шутку. Надо вернуться в город и выйти с другой стороны. На это должно было уйти почти двадцать минут времени. На полпути к городу я понял, что я в очередной раз допустил ошибку. Зачем мне вообще мост? Я же не могу утонуть! Да и проплыть сотню метров в холодной воде все равно быстрее чем пробежать две-три лишние мили. Я просто подсознательно не хочу вымокнуть. Это очень неприятно, бежать в мокрой одежде.

Не раздумывая я разделся, оставшись в трусах и майке, засунул том в шляпу, крепко ее натянул и вошел в холодную воду, надеясь что система не позволить мне умереть от воспаления легких если что, ведь антибиотиков здесь тоже нет…

Глава 9

Глава 9

НЕУЯЗВИМЫЙ БЕЗВРЕДНЫЙ(ПРОДОЛЖЕНИЕ)

Если вы думаете что бежать в мокрых трусах и майке босиком в дурацкой шляпе — это легко, то вы ошибаетесь. Это неприятно не только физически, но морально. Хотя таким ранним утром не так много путников встретишь на дороге, это не отменяет местных фермеров, которые встают вместе с рассветом и занимаются своими полями. Я просто кожей чувствовал как они с изумлением смотрят на пробегающего мимо идиота в трусах и шляпе.

Под конец этого кросса, я так разгорячился что майка и трусы почти высохли, правда сам я при этом сильно вспотел, как загнанная лошадь. Лезвии Сумерек находились почти у входа в подземелье, когда они попали в зону моей видимости. Я задыхался от быстрого бега, поэтому на крик был уже не способен. Только карканье похожее на воронье вырвалось из горла. Недостаточно громкое чтобы они услышали. Я отчаялся. Это было нереально их догнать до входа подземелье. А раз они туда войдут, то игроки такого высокого уровня быстро пройдут подземелье до пятого уровня. Да и в запутанном лабиринте подземелья я их могу и не найти.

Однако в следующий миг удача наконец улыбнулась мне, Элайна, которая замыкала их группу оглянулась и заметила меня. Она сообщила обо мне спутникам и они остановились. Я, окрыленный своим достижением, поддал еще скорости и добежал наконец до них, задыхаясь как марафонец после сорока двух километрового бега.

— Что случилось? Почему ты без одежды? Монстры напали на город?

Я отчаянно пытался отдышаться, согнувшись пополам и мотая головой отрицая все версии возможных события, что они бросали в меня.

— Не ходите!

Я выпалил эту фразу, опять глотая воздух, живительный кислород. Черт возьми! Как мне надышаться?

Они переглянулись? Видимо из-за того, что на мне было мало одежды они поначалу не узнали во мне человека с другого берега, с которым они час назад разминулись.

— Вы не вернетесь. Погибните все. Не ходите в Тавну сегодня, — наконец сумел я выговорить в промежутках между вдохами.

— Что за бред ты несешь? Кто ты такой? — спросил озадаченный Леонидас.

— Меня зовут Тим Талер, я посланец высокотехнологической цивилизации на вашей отсталой планете. — Я нес любую чушь, лишь бы задержать их подольше. Хотя почему это не чушь? Это не чушь! Хотя, для них это все равно чушь…Что я несу черт побери?! Разве 1939 год это хай-тек? Больше дизельпанк какой-то!

Бровь капитана Сумеречных Лезвий вопросительно взметнулась. — Чегооо?

Он был в недоумении и это было хорошо. Чем больше я их озадачу, тем лучше!

Но ситуацию неожиданно усложнил Стратос.

— А! Я узнал его! Это тот самый говнюк с другого берега реки. Переплыл на эту сторону. Видите даже одежда еще мокрая.

— Любовник королевы? — спросила Элайна, стоя чуть позади всей партии. Как и полагается мужчины партии неосознанно встали между мной и ней. Защитная реакция на всякий случай.

— Я не любовник королевы! — возмутился я.

— Тогда кто ты? — строго спросил Гувейн. Я впервые услышал его голос. Низкий баритон. Словно из трубы кто-то говорит. Священнику такой пошел бы, для проповедей.

— Я же сказал, посланец высокотехнологической цивилизации.

Я отчаянно думал что же еще сказать. Сердце все еще бешено колотилось. Сказать им что они перебьют друг друга из-за Элайны нельзя. Что делать? Отец, чтобы ты сделал на моем месте?

— Вот сейчас мы тебя и пошлем, раз ты посланец, — неожиданно жестко произнес Леонидас, подступил ко мне с обнаженным мечом и приставив самый кончик лезвия к моему горлу. Буквально в дюйме от него. — Поолубернувшись к остальной компании и не отрвывая от меня взгляд он объяснил свое поведение, — Он очень подозрительный!

Тут меня осенило. Точно! Отец говорил что таких случаях надо давить авторитетом. Они еще не знают обо мне ничего, кроме “предупредительного постера” в гильдии, что видел Стратос.

— Я посланец богини Аи, Покровительницы Арамии, — важно сообщил я игнорируя отливающий голубым блеском кончик клинка. Слишком большого чтобы быть пригодным в реальности, но вполне устраивающий людей которые любые свои физические способности поддерживают через магию.

— Врешь.

— Ая благословила меня неуязвимостью. Ты не сможешь мне навредить.

Я выиграл пока очко в этой партии. Я не врал. Ни про Аю, ни про неуязвимость. Вернее почти не врал.

— Я не вру!

Ну или не совсем. Или наполовину. Не давите на меня, короче!

— Я тебя ударю и ты умрешь, на месте. Это укрепленный магией клинок высокого уровня. Ты умрешь мгновенно, — заметил Леонидас серьезным и грозным тоном, рассчитанным напугать меня. — Давай. Попробуй, — беспечно отозвался я.

— Сам напросился. — Нет, Леонидас! — крикнула Элайна неожиданно вмешавшись. — Ты убьешь его! Не видишь, мальчик - сумасшедший!

Леонидас заколебался.

— Не убьет, — успокоил я спокойным тоном, на который только был способен. — Попробуй ранить меня в руку, если сомневаешься…

Целый пять минут они пытались мне навредить. И мечом, и копьем, и магией.

— Может он просто высокоуровневый маг с непробиваемой защитой? Прокачал где-то защиту до девяносто девятого уровня? — предположил Стратос уже без особого энтузиазма тыкая меня наконечником копья. Копье натыкалось на невидимое поле и мгновенно тормозило свой импульс. Точно такое я видел когда отец показывал мне в детстве опыт с медной пластиной и сильным магнитом. Большой магнит тут же терял энергию если его слишком быстро сблизит с толстой медной пластиной, словно невидимая рука зажимала его в супер хвате, буквально в миллиметре от поверхности металла. “Это так называемые Токи Фуко или Вихревые Токи,” — голосом лектора объяснял тогда отец.

Видя их смущение, я совсем разошелся. — Может хватит? Вроде бы понятно что я посланец великой Аи.

— Зачем Богине посылать нам придурка?

— Сам ты придурок!

Я все больше злился на Стратоса. Из всей четверки, он был самый несносный. Понятно что Леонидас - нарциссист, но он по крайне мере не такой упрямый и недоверчивый осел.

— Ваш мир скоро уничтожат, я послан богиней чтобы спасти вас. И благословение получил чтобы выполнить эту миссию. Верьте мне!

— Нет никаких красных великанов. Это миф тысячелетней давности. К тому же никакие великаны нам не страшны. В подземелье есть монстры во много раз сильнее чем мифические десятифутовые великаны. Их порубят даже не очень прокаченные авантюристы, — прокомментил мои слова Стратос, наконец перестав меня тыкать копьем и оперевшись на него.

Я понял что он безнадежен, перевел взгляд на Леонидаса, потом Элайну и наконец на Гувейна, ища поддержки. И Гувейн ее действительно оказал, но только стало еще хуже.

— Если Богиня Ая тебя благословила таким даром защиты, то что на счет атаки? Чтобы помочь нам уничтожить великанскую армию вторжения она наверняка дала тебе такой же сильный дар атаки. Я — прав?

Вот он меня подсек! Я закусил губу. И после паузы продуманно ответил.

— Я не могу вмешиваться в вашу войну с великанами напрямую. Нет у меня дара атаки.

— В чем же тогда смысл твоей помощи, О Неуязвимый Безвредный? — Стратос насмешливо наградил меня издевательским ником с хамской улыбкой на лице. — Теперь понятно почему тебя королева вытурила из дворца, любовничек!

Если бы не эта проклятое ограничение системы, то я бы ударил этого типа. Даже зная что он меня изобьет после. Стратос меня уже бесил.

— Прекрати Стратос, — спокойно сказал Гувейн. Задумчиво почесывая подбородок и обдумывая ситуацию.

Я мог только догадываться что у него творится сейчас в голове. Он такой же поехавший на почве ревности и любви как и эти двое. Но видимо, разум у него в силу возраста не был так поглощен любовной лихорадкой. К тому же, похоже, он был тут настоящим капитаном. Неформальным. Десять с лишним лет разницы в возрасте давали о себе знать. Остальные двое его как-то странно робели перед ним.

— Когда произойдет вторжение? — спросил он.

— Ровно через месяц и один день.

— Королева знает об этом сроке?

— Да.

— Тогда это не наше дело. Мы - авантюристы. Месяц достаточный срок чтобы она собрала армию и расправилась с этим злом. Если это правда, конечно. Идемте, ребята, не будем больше терять времени.

Я схватился за голову и отчаянно закричал вдогонку. — Вы ни черта не понимаете! Никто не справится. Ни ваша армия, ни авантюристы, ни зверолюди. Вас нужно научить их убивать. Вы сами не понимаете, что с вами будет!

Однако мой отчаянный призыв прозвучал напрасно, Гувейн не оборачиваясь зашагал ко входу в подземелье. Леонидас и Стратос последовали. Леонидас только пожав плечами, а Стратос, перед уходом, наградил меня еще одной насмешливой улыбкой:

— Прощай Неуязвимый Безвредный!

Я был в отчаянии. Моя вторая попытка изменить ход событий в этом мире провалилась. Сейчас эта компания исчезнет в подземелье и начнет подставлять друг друга. Гувейн подставит Стратоса, потом Леонидаса, но Леонидас успеет нанести ему смертельную рану перед гибелью, не способный защититься от монстра девятого уровня Гувейн, который кстати тайно имеет вторую профессию мечника, погибнет также, а оставшаяся без защиты на нижнем уровне Элайна сразу же окажется жертвой высокоуровневых монстров. Ее, рыдающую и бегущую по коридору, догонит какая-то бронированная ящерица и пробьет ее насквозь, вывалив кишки. Она закричит. Конец сказки и мечтам деревенской красавицы мечтающей о славе авантюристки. Я смутно помню рисунки из манги. Ужас на ее лице, истекающий кровью Гувейн. Стратос которого откусили пополам. Сейчас эта трагедия воплотиться в реальность. Неважно что я им буду говорить, они, как бы запрограммированы на такой конец. Я ничего не могу изменить, я - никто. Тогда в игре, плеер мог менять и влиять. Но здесь я даже не НПС - неиграющий персонаж. Я - не играющий в смысле что это все уже не игра. Я скорее НПП - неиграющий посторонний персонаж. Мне нужно стать Играющим Посторонним Персонажем чтобы влиять. Но бросить гражданство и остаться здесь - это не вариант. Я здесь не для того чтобы на всю жизнь застрять среди кукол-андроидов. Они интересные, но это не настоящие люди. Отец говорил что у ИИ есть какой-то естественный незаметный недостаток из которого они чуть-чуть отличаются от реальных людей. Что это за недостаток? Почему я не спросил его тогда? Я не вижу его! Они как люди! Самые обычные. Немного хамовитые и самоуверенные, правда. Но это продукт трансформерного тренинга. Каждый из них тренирован триллионами комбинации своих весов что быть именно тем персонажем, какого им предстоит играть. И опять, зачем этим пресловутым “Первым” вообще нужно их оставлять такими какими они есть? Достаточно изменить чуть-чуть их личности, дать каждому по домику на берегу живописного озера. И пусть доживают свой век. Что за усложненный способ всем дать самоубиться? Что же делать? Что же мне делать? Должен же быть какой-то выход! Отец! Что мне теперь делать? Зачем ты меня в это втравил? Не будет у нас никаких антибиотиков. Всех убьют Красные Великаны! И земляне вечно будут жить в тысяча девятьсот тридцать девятом “технологическом году”. Стоп! Почему я так быстро сдаюсь? Нужно бится до конца, так учил отец. До конца!

— Элайна-сан! — я заорал во всю мочь легких, когда группа уже входила в подземелье. — Элайна-сан, не ходи с ними, бросай эту партию! Они убьют друг-друга из-за тебя! Ты также будешь виновата в их смерти! Сама погибнешь и парней погубишь, которые в будущем могут убить хотя бы одного великана!

Я продолжал орать, даже когда они полностью исчезли в подземелье, я знал что какое-то время они будут меня слышать. Минуты две как минимум.

— Элайна-сан, я знаю, что вы хорошая и не злая. У тебя была очень хорошая белая собачка, что тебе подарил отец, я знаю как тебе было тяжело когда она умерла. Ты неделю тряслась по проселочным дорогам чтобы добраться до столицы, слушая этого нудного плешивого торговца. Неужели это все только для того чтобы из-за тебя погибли лучшие авантюристы? Ты же с детства так любила книжку про Офелию - святую мечницу - самую крутую авантюристку древности, которая запросто общалась с богинями и богами. И могла на завтрак одолеть минотавра, а на обед дракона. Разве она поступила бы также нечестно как сейчас ты? Провоцируя мужчин своей красотой!

Я замолк после этого взрыва аргументов. Реально глупых, это все что я смог прочесть, вспомнить из манги. В манге реально была картинка с ее щенком, которого отец подарил ей в глубоком детстве. А в новелле она погибла. Впрочем на нее это не подействовало. Я присел на траву, потом лег на спину уперев взгляд в бесконечное голубое небо попытался расслабиться на минутку. Сбросить напряжение. Солнце поднялось уже достаточно высоко. Я устал, я был голоден от этого проклятого бега и дурацких диалогов и издевок Стратоса. Мысли текли вяло от сброшенного напряжения. Нужно было что-то делать. Дождаться события на следующей главе. Может все же пойти за ними и как-то пытаться помешать? Это их только разозлит наверное. Да пусть разозлит!

— Откуда ты знаешь про мою собаку?

Я с удивлением открыл глаза и увидел нависшую надо мной Элайну. Ее ноги отливали блеском идеально гладкой и ухоженной кожи, а темно-синее - под цвет ее глаз - короткое платье, как туника древних греков, с золотой каймой, облегало очень женственные и одновременно спортивные формы тела. Ее ведьминская шляпа из под которой разливался серебристый водопад ее длинных локонов отбрасывала тень мне на лицо, и мне не надо был щурится от солнца чтобы увидеть все это великолепие. Двинься она буквально на дюйм вперед я увидел бы еще более интересную картину.

— Откуда ты знаешь про мою собаку? — повторила она вопрос, на всякий случай одернув и разгладив нижнюю часть платья, видимо отследив траекторию моего невольного взгляда. Чисто автоматический жест, предотвращающий всякое поползновение в зародыше.

Я расплылся в широченной улыбке. Джекпот! Я отбил Элайну у Сумеречных Лезвий и предотвратил смерть этих троих идиотов. Разве это не очко? Теперь наш счет - 1:1? Смирись с этим Кунисада-сан!

Кунисада-сан Давно умерший составитель крайне печальных японских лайт-новел, полных аниме-клише. Мало кому интересных пока один сумасшедший триллионер не создал Божественную Игру с разумными НПС на основе его непопулярного романа!

Глава 10

Глава 10

ЭЛАЙНА

— А теперь расскажи, кто ты такой и почему ты знаешь что случится с Арамией?

Элайна и я сидели ее комнате, куда она привела меня после событий днем у Тавны. Она аккуратно присела на краешек своей застеленной кровати, не создав ни малейшей складки, а я на единственном стуле у тумбочки. Ставни она наглухо закрыла. Глянула вниз перед этим и пробормотала под нос, — Опять под окном караулят! Дурни!

Я быстро размышлял, обдумывая какой частью информации я могу с ней поделиться. Отец говорил, что когда у тебя слишком много опции как поступить и это путает, поступай следующим образом: отбраковывай то, как ты не можешь поступить, пока не останется единственный выбор. Это был отличный совет, и я ему последовал. Я не мог никому тут сказать, что они не настоящие люди. Это раз. Я не мог им сказать, что земляне создали их для развлечения более двухсот лет назад. Это два. Я не мог им сказать про Октагона и всесильных инопланетян. Это три. Я не мог рассказать откуда у меня книга где описывается будущее их мира. Я не мог, я не мог, я не мог… Слишком много “я не мог”.

— Ты слышала про Красных Великанов? — спросил я решившись.

— Конечно. Кто же эту древнюю сказку не слышал, — ответила она и закрыв глаза процитировала “венду”, сборник мифов и легенд из местного фольклора: — Каждую тысячу лет в кратере потухшего вулкана просыпается Великое Зло и приходит из-за моря в ночь когда падают красные звезды. Их красная броня неуязвима, их свирепый нрав неукротим и каждый из них сильнее тысячи воинов и тысячи магов.

— Это не сказка и это точно случится через месяц. Вы все погибнете, не убив даже трех из сотни великанов. Я знаю это совершенно точно, как знал что у тебя была белая собака.

Она молчала буравя меня взглядом. Элайна мне верила в отличии от других, проблема была просто в другом. Что ей давала эта информация? Какую пользу? Не лучше ли прожить остатки дней в счастливом неведении, если конец неизбежен?

— Как это можно предотвратить? — спросила она наконец.

Я удивился ее выдержке. Практичная особа! Я ожидал обвинений в разрушении ее счастливого неведения и истерики.

— Я пока не знаю, надо собрать побольше информации. Возможно я найду решение. У меня есть книга в которой это все описано.

— То есть это правда?

— Что правда? — переспросил я. — Что у меня есть книга?

— Нет, что ты бесполезен в бою.

— Неправда! — запальчиво ответил я. — Если бы у меня было больше времени, то можно было бы отлить пушки, изобрести порох. Даже небольшая пушка проломит скелет великана пяти фунтовым ядром. На раз, два!

Она не поняла, ни про книгу, про порох, ни про пушки. Но как крайне практичная особа и не стала на этом заострять фокус. Тот кто тренировал ее модель, был явно технарем-романтиком. До мозга костей рациональным.

— Это правда что ты был любовником королевы? Почему она выгнала тебя из дворца?

Ну да! Конечно, ее интересовал чисто женский вопрос в теме.

Я вкратце рассказал события произошедшие со мной с момента приземления на стол во время трапезы в тронном зале. Закончил я словами:

— Не знаю что на нее нашло. Я знаю будущее, поэтому это крайне неразумное поведение со стороны этой дамы, отказываться от моей помощи.

— Ты ее обидел.

— Что за глупости? Чем я ее обидел? — возмутился я. — Я между прочим спас их дипломатию с Молнией Бистландии. Она обязана мне этим! И вместо благодарности она выкидывает меня на улицу! Не тварь ли!

— Ты должен был сразу сообщить про свои качества. Тогда она не стала бы приходить к тебе и унижаться, предлагая свое тело. Сколько тебе лет?

— Почти шестнадцать.

Она улыбнулась. — Так говорят те, кто хочет выглядеть старше.

— Почему я здесь кому-то, что-то должен? — Я возмутился, и на этот раз жестко. — Почему она обвиняет меня в своих же завышенных ожиданиях? И где ее монаршая взвешенность, отказываться от шанса узнать будущее выгнав единственного человека способного его предвидеть?

Элайна покачала головой, словно отметая мои возражения и пояснила:

— Моя учительница магии была подругой детства нашей королевы. Сидела с ней за одной партой в магической академии в Марамии. Она говорила что Розалинда очень импульсивный человек. Может резко и неожиданно менять свои решения. Даже во вред себе и окружающим. Очень гордая и своенравная. Она пришла к тебе предлагая самое дорогое что у нее есть. Честь женщины. А ты ее обозвал старой и отверг. Все бы ничего, она готова была ради страны и помощи в отражении великанов и это спустить тебе. Сделать вид по крайне мере, но тут она еще узнает, что ты бесполезен в бою. Совсем. И не говорил ей этого с самого начала.

Я кивнул. Стало понятно. Сам спровоцировал конфуз. Королеву перемкнуло. Потеряла контроль. Чувства взяли вверх над разумом. Как может бесполезный подросток отказать самой королеве? Неслыханно! А потом оказаться бесполезным в бою!

— А сколько тебе лет? — я спросил на всякий случай, заранее зная что по книге ей было девятнадцать.

— Девятнадцать.

— Ты очень рассудительная и умная, — импульсивно похвалил я ее, сам не зная зачем.

Не ее щеках тотчас вспыхнул румянец и она смущенно отвернула взгляд. Видимо это был комплимент задевший ее за сердце. Все ведь ей до сих только комплименты за внешность делали. А тут… непривычное что-то. Однако, она не приняла мой комплимент и отрицательно покачала головой.

— Я - дура. Полная. Ребята чуть не погибли из-за меня. Мало того, я понимала что эти дуралеи могут такое учудить. И все же, не хотела верить. Просто полная дура. Не прощу себе это!

Она ругала себя, не смея повернуть взгляд, закрыв лицо руками от запоздалого стыда. Начав тихо плакать. Я тактично молчал. Был бы я постарше и посмелее с девушками попытался бы ее обнять погладить по голове успокаивая. Но экспериментировать я не посмел, неизвестно как она это восприняла бы. Хотя в голове и сложилась яркая картина как это могло бы произойти.

— Если тебе нужно выплакаться, я могу подождать снаружи, чтобы не смущать, — предложил я, совершенно не зная что делать. Девушки в моей компании плакали впервые. Как-то в школе я наткнулся на плачущую школьницу и успокаивающую ее подругу из нашего класса. Это был весь мой опыт с плачущими особами противоположного пола.

Она помотала отрицательно головой.

— Я сейчас, — сообщила она размазывая руками слезы, вытирая лицо и хлюпая носом.

Я огляделся и увидев над тазиком с водой для умывания чистое полотенце встал и подал ей. Она заметила жест, с благодарностью кивнула и вытерла лицо. Через минуту она совсем успокоилась. Мне ее было искренне жаль. Да, она придуманная игровая кукла из виртуального мира, не человек, но все же. Как-то стремно, жалко было ее. Элайна между тем встала умыла лицо и снова присела на кровать. Опять с этой супер девичьей аккуратностью, разгладив свою юбку. При этом явно ожидая от меня какого-то гайда. Типа, я должен был предложить ей какой-то план.

— У тебя есть деньги? — спросил я, явно не подумав.

Она сразу изменилась в лице, подозрительно посмотрев на меня. Зачем я спрашиваю это, читалось в ее взгляде.

— Есть немного сбережений. Начинающие авантюристы не особо много зарабатывают, — сказала она.

— Я это к тому, что тебе надо на что-то жить, раз ты не ходишь больше в подземелье. Вот возьми. — Я достал из кармана большую золотую монету которую получил от системы и протянул ей.

Лицо у нее тут же приняло удивленный вид. Глаза расширились. Подозрительность исчезла без следа.

— Это много, я отряде за месяц столько не получала! Ты, что - богатый?

— Богатый? — переспросил я и задумался. Ну да, у отца вероятно сотни миллионов на счету, если на миллиарды. И эти деньги, система без проблем сможет конвертировать в местную валюту, в разумных пределах конечно. Иначе я погублю местную экономику вызвав гиперинфляцию.

— Да, можно сказать что я очень богатый, — подтвердил я.

— Тогда почему ты не наймешь армию наемников, чтобы бороться с великанами? Научи их как это делать. Несколько тысяч, наверняка сможешь нанять, если не будешь скупиться. И с Арамии, и Марамии, и с Речного Королевства люди найдутся.

Я задумался над ее словами. В голове закрутились планы создания армии легионеров. Действительно, можно создать войско, научить его передовому строевому бою с длинными копьями и щитами. Что-то вроде фаланги, не даст так легко себя уничтожить великанам. Если еще их снабдить каким-то баллистами с воротами и мощными железными луками. В воображении я уже видел арбалеты на платформах, навроде тех что использовали римляне и французы в средние века. Но тут же оборвал эти бессмысленные фантазии. Нет времени. Скоро события седьмой главы. Подлость этой игры не только в том, что игрок должен нейтрализовать вторжение средствами местных жителей, но и в предотвращение смертей в каждой главе. Если я плюну на эти смерти и начну готовить армию, которая так и так не имеет шансов противостоять великанами, игнорируя трагический сюжет, то это каким-то образом ухудшает положение с великанами. Это я подозревал еще в начале. История с Молнией Бистландии и Элайной это показывала. В игре игрок должен, и людей спасать, и готовиться к встрече с великанами. Потому что люди которых он спасает в каждой главе важны для отражения атаки великанов. Иначе быть не может. В этом и ее хитрость и ловушка для игрока. Будешь спасать людей из печальных истории каждой главы, не успеешь подготовиться к вторжению, будешь готовится только к вторжению, потеряешь кого-то важного в предотвращении вторжения. Засада! Чертова засада!

— Давай поедим в зале гильдии, — предложил я вместо ответа. — И возьми уже монету.

Она покачала головой.

— Я тебя просто проверяла. У меня достаточно сбережений, лучше заплати за ужин раз богатый, поедим и обсудим что делать внизу.

В столовой гильдии было шумно и многолюдно. Элайна заняла столик у самого края подальше от остальных и я ее понимал. Все взгляды уставились на нас, возникла неестественная тишина.

— Может поедим в другом месте? — тихо прошептала я слегка наклонившись к ее уху. Ростом она была почти как я, но из-за сапожек на каблуках казалась чуть выше. Она закусила губу и тут же решительно ответила сквозь зубы:

— Нет. Я не собираюсь ни от кого прятаться. Пусть терпят!

Пока мы пересекали зал я поискал глазами членов Сумеречных Лезвий, но в зале их не было. Зато я заметил Таитию. И чисто по описанию, и картинки в манге узнал ее. В жизни она была намного симпатичнее, и ушки, и хвост зверолюдки ей очень шли.

— Элайна-сан, дорогая, кто это с тобой? — спросила официантка принимая заказ от нашего стола.

— Это мой жених.

Я поперхнулся стаканом с водой.

— Ну и урод! — заметил кто-то с соседнего стола.

Я не остался в долгу.

— Сам, ты - урод!

— Зато богатый, — флегматично добавила Элайна, пронзив сказавшего острым осуждающим взглядом.

Я действительно по здешним меркам был некрасив. Попробуйте поставить нормального человека в среду где большие глаза, аккуратные носики и неестественно яркие цветные волосы - норма. Где художники старались всех сделать до нельзя “кавайными”, чтобы привлекать публику и поймете о чем я говорю. Я не персонаж аниме игры, я - обычный человек.

— Не обращай на них внимание. Они тебе завидуют просто, — сказала она мне. — Вот этот — она показала пальцем на оскорбившего меня авантюриста — дважды подкатывал. Просил даже на коленях на заднем дворе. Тюфяк и нюня!

Все кто слышал нас повернулись в сторону куда она указывала. Авантюрист густо покраснел и не выдержав взглядов публики спешно выбежал. Остальные члены его партии укоризненно посмотрели на Элайну, но она отмахнулась от них. — Нечего было моего жениха обзывать!

— Зачем ты придумала про жениха? — шепотом прикрывая рот рукой спросил я наклонившись через стол.

— Мне нужно объяснить почему я с тобой.

Я кивнул. Спору нет, мне льстило как она яро меня защищает от своих же коллег. Однако на этом мои проблемы не закончились. Вместо заказа к нам подошел сам хозяин ресторана. В руке у него была желтый лист, постер с моим изображением. Сильно преувеличенным, то есть я там выглядел еще более некрасивым чем в жизни.

— Это ваше изображение, Посланец-сан? — спросил он. Я окинул его взглядом. Здоровенный лысый амбал в засаленном кожаном жилете поверх серой рубашки с закатанными рукавами. И фартуке. Видимо он же был тут и шеф поваром.

Я глянул на изображение и неохотно кивнул. Отрицать было глупо, что это могло дать?

— Художники у вас никакие. Я бы намного лучше нарисовал бы.

Хозяин заведения проигнорировал мое замечание.

— Уходите. Мы - добропорядочная гильдия авантюристов и не обслуживаем публичных врагов ее Величества. Я проклял тот момент, когда ляпнул эти слова королеве. Такого выражения в романе Кунисады не было. Ни слов, ни схожего понятия. Зачем она его использует? Назло мне?

— Ты хоть знаешь что это значит, публичный враг?

— Мое дело маленькое, мне не нужно это знать. Уходите или …

— Или что? Выкинешь меня отсюда?

— Да.

Снаружи уже начало темнеть. Накаченные магическими кристаллами уличные фонари начали зажигаться светом, несмело моргая, не совсем уверенные настало ли уже время.

— Похоже твое богатство тут бесполезно.

— Пойди и покушай сама, — сказал я Элайне, которая из-за протеста увязалась за мной, вторично протягивая ей монету.

— Я так и сделаю, но не сейчас. Я вообще-то на ночь не ем и так. Заметила что толстею от этого.

Я невольно окинул взглядом ее фигуру и потом оглянулся вокруг, улица была пустынна в этот час. Все в основном в такое время сидят в кафе и ресторанах или ужинают с семьей у себя дома. Как только я скажу кодовую фразу. Локальное время остановится для этого мира, чтобы выполнить запрос гражданина Галактического Союза!

— Сейчас я покажу тебе один фокус, только не рассказывай это никому. Тим Талер, иди к черту! — прошептал я команду системе.

— Да, гражданин Галактического Союза, что вы хотите?

— Меня отказываются кормить местные жители. Требую уважать мои права гражданина Галактического Союза и дать мне поесть.

— Что вы хотите заказать.

Я подумал. Надо же! Я могу заказать любую еду! Здесь на черте как удаленном от Земли мире можно заказать любую земную еду! — Два больших гамбургера, картошку фри и две большие колы.

В воздухе немедленно закрутился вихрь и из него выпала картонная коробка с заказом. Я ловко подхватил коробку. И время этого мира снова запустилось. Потрясающее ощущение остановки целого мира, для выполнения пустякового желания. Впрочем могло быть и так, что время этого мира не останавливаясь, а я получал сверхскорость в выделенном для меня участке пространства-времени.

Найдя скамейку в парке я открыл коробку и протянул шокированной Элайне гамбургер. “Диг ин!”

… Гамбургер и картошка фри ей очень понравились, но кола еще больше.

— Вот это да, Посланец-сан! Ты можешь колдовать вещи! — восхитилась она.

— Это еда с моего мира, — гордо сказал я. Меня наконец хотя бы частично перестали считать бесполезным. — Кстати, у меня есть имя. Не называй меня посланцем. Это достало уже.

— И как тебя на самом деле зовут?

— Тим Талер.

— Очень приятно, Тим Талер-сан. Меня зовут Элайна Винкельбаум, — она встала и сделала безупречный книксен, как заправская придворная дама из исторического фильма.

О господи! Опять эти несуществующие немецкие фамилии. Что с вами японцы? Почему не Элану Тачибана?

— Ты что-то сказал?

— Нет.

Она что, мысли слышит, как богиня на батарейках? Вряд ли. Маг она средненький.

Она медленно посасывала свою колу из трубочки, наслаждаясь необычным для нее вкусом и сладостью. Кока кола способна взять в заложники любого кто впервые пьет этот напиток.

— Что означает твое имя? — спросила она, уже видимо войдя во вкус игры в жениха. Мы были словно на свидании.

— Это имя мне дал мой приемный отец. Оно из книги, что он в детстве любил читать. Про мальчика который продал свой смех дьяволу, потому что был из бедной семьи. Разменял его на удачу в пари, чтобы разбогатеть на скачках.

У нее расширились зрачки и она повернулась ко мне. Лунный свет отражался в ее больших глазах. Ей явно было любопытен такой сюжет. Книг здесь было не очень много и что-то новое и необычное было для местных крайне занимательной вещью.

— О! Расскажи! Расскажи! Я до безумия люблю такие истории!

— Да не нужно рассказывать, я могу ее тебе почитать. Система, я хочу книгу Джеймса Крусса “Тим Талер или Проданный Смех” на японском языке.

Я раскрыл книгу, заметив что свет уличного фонаря-кристалла над скамейкой в парке достаточен для того чтобы комфортно читать и, внезапно, остановился.

Элайна выжидательно застыла, с легкой улыбкой.

Что я делаю? Ведь у меня совсем нет времени!

— Элайна-сан, я - дурак! И тоже полный. У нас нет времени читать книги. Через два дня случится трагедия в Озерном Замке из седьмой главы. Мы должны это предотвратить! Читать для развлечения можно будет потом. Если будет это потом.

Ее лицо выразило разочарование, однако, вовсе не недовольство мной.

— Расскажи, — сказала она, с уже пустым пластиковым стаканчиком в руке, который видимо собиралась держать в качестве сувенира. Однако весь высокотехнологический мусор тут же исчез после его использования, поэтому я не удивился когда она “ойкнула” от вида растворившейся в воздухе стаканов и остальной тары для бургеров и картошки фри.

— Вот это как раз я тоже могу прочитать, а не рассказывать. В этой книге заранее написано то, что произойдет в вашем мире в течении месяца. Не удивляйся.

Я достал свой том Кунисады со странным свойством обновлять главы по мере изменения и начал читать с седьмой главы на лету переводя для Элайны на японский язык английский текст.

Глава 11

Глава 11

ЗАМОК НЕ ОЗЕРЕ

Отрывок из книги “Арамия — Страна павших Героев.”

Атмосфера во дворце нынче была абсолютно депрессивной. Слухи о подмене принцессы, которые никто не смел высказать вслух, но которые гуляли в умах всей обслуги и стражи дворца. Неведомый посланец, который на самом деле оказался публичным врагом королевы и слугой злых сил. Отказ “Речного Королевства” пойти на союз с Арамией. Новое знамение от таинственного оракула с города глиняных башен о скорой катастрофе. “Красная Звезда, Красная Звезда!” — кричали стражники в ту ночь указывая пальцем на странные изменения в ночном небе, где взорвалась звезда поменяв свой цвет с бело-голубого на кроваво-красную туманность.

Юный рыцарь Арториус который утром на большом собрании в тронном зале вызвался сопровождать принцессу в ее путешествии к древнему святилищу на Великой Горе у границ Бистландии. Страны которое иногда называют Речным Королевством, готовился к своему путешествию. Этой ночью Арториус тщательно собирал и упаковывал свое снаряжение а его лучший друг Дрикхерст из королевской стражи помогал как мог, стараясь попутно отвлечь друга от тяжелых мыслей. — Жалко что к святилищу могут пойти только двое, — пожаловался Дрикхерст с несколько преувеличенной заботой о друге. — Я бы хотел с ребятами проводить вас до самой горы!

— Друг мой, это судьба, — рассеянно отозвался Арториус, пытаясь запихнуть в свою седельную сумку еще одно теплое одеяло, на всякий случай, — нельзя толпой ходит к святым местам. Это святотатство. И нарушения традиция благословения пресвятой Аи. Традиция всегда такая. Женщина и Мужчина. Инь и Янь. Так было всегда. — Да, — Дрикхерст поддакнул другу, и опять преувеличенно, — так было всегда.

Некоторое время они молча готовились. И когда приготовления были уже закончены. Дрикхерст наконец не выдержал и задал другу вопрос:

— Ты в нее влюблен? Арториус остановился на середине своего движения, какой время не отвечал на вопрос. Затем не поворачиваясь ответил тихо: — Да, мой друг. Я влюблен в нее с того самого дня как она повесила мне на шею тот игрушечный орден на стене у западных ворот. Помнишь как мы тогда играли в королеву и ее верного героя?

Дрикхерст также остановился, вздохнул.

— Конечно. Мы были тогда совсем еще дети…

-----------------------------------------------------

— Остановись. Я перестал читать и поднял вопросительный взгляд на Элайну.

— В чем дело?

— Это сейчас происходит?

Я немного подумал прежде чем ответить. — Я не знаю точно, скорее всего есть небольшой сдвиг с реальным временем. Может это случилось пятнадцать минут назад, а может и пол-часа. В чем дело? Почему ты это спрашиваешь?

Элайна замялась с ответом. Наконец выдавила:

— Это неправильно. Мы как-будто подглядываем.

— Это не праздное любопытство Элайна.

— Я знаю. Но все равно.

Я задумался над ее словами. Подглядывание? Это же нужно чтобы предотвратить катастрофу! — Тогда давай пропустим этот момент беседы между двумя друзьями и перейдем сразу к тому что случится в озерном замке? Этого еще не случилось. Следовательно мы ни за кем не подглядываем. Договорились?

Элайна с видимым облегчением кивнула. На ее щеках угадывался едва заметный румянец в свете уличного фонаря и я понял что она смущена сердечным диалогом двух друзей. Видимо ее персонаж был очень чувствительной натурой. Было как-то странно за ней наблюдать. По сюжету книги Кунисады, она уже должна была быть мертва. Глубоко в подземелье, разорванная ящерами монстрами. Как и остальные трое оболтусов. Интересно, насколько меняется сюжет, если Элайна и ее трое поклонников остаются живы? Втроем они могут максимум одолеть одного Красного Великана. Я перелистал до момента когда Розалинда Младшая и Дрикхерст прибывают к Озерному Замку и начал читать с момента разговора с хозяином замка Ромулом…

—---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Барон Ромул был статным мужчиной, мощного мускулистого телосложения, его кожаная куртка просто пытался сорваться с пуговиц под вздутыми буграми мышц. Крепкие ноги, словно ножки дубового ствола, обветренное лицо с коротко стриженной бородой и хмурый медвежий взгляд исподлобья довершали картину этого потомка Великого Ролдона по прозвищу Медведь, одного из далеких предков Ромула когда-то отобравших Замок на Озере у семьи могущественных вампиров, якобы терроризирующих всю округу в те смутные времена первых королевств. Рядом с хозяинов замка были его супруга Марта, белокурая и сероглазая женщина в белом домашнем платье и фартуке с закатанными рукавами тридцати пяти-шести лет, ее двое сыновей, дочь. Плюс племянники - несовершеннолетние сыновья, дети от погибшего на охоте брата Ульфика. Это были не все обитатели Замка на Озере, а только те, кто вышел персонально встретить принцессу и его рыцаря у ворот. В замке было полно места и хватило бы чтобы разместить сотни людей, если понадобится.

— Выше высочество, — Ромул не очень низко поклонился принцессе и все домочадцы последовали его примеру синхронно выполнив глубокий поклон, словно тренировали его по два часа каждый день.

Арториус, соскочил с коня и придерживая его за узду поднес сжатый кулак к груди, приветствуя рыцарским салютом королевской гвардии.

Один из племянников тут же перехватил его коня. А сам Арториус тотчас подставил ладони помогая принцессе слезть с ее белой кобылы. Однако Розалинда движением руки отвергла любезность и сама соскочила вниз. Ее лошадь тут же подхватил под уздцы второй племянник. Это было странная встреча. Несмотря на показную любезность Ромул опасался высказывать слишком глубокую преданность, слухи о подмене принцессы конечно дошли до него, да и о цели путешествия Розалинды Младшей он был прекрасно осведомлен. Он отчаянно не хотел выглядеть дураком перед соседями дворянам из округи. И, конечно, это не осталось незамеченным для глаз принцессы, да и для Арториуса. Какое-то время они стояли друг против друга и неизвестно чем бы это гнетущее молчание закончилось бы, если бы жена Ромула, Марта, не спасла положение. Он шагнула вперед обняла принцессу, безвольно застывшую с опущенным взглядом. Руки Розалинды висели словно плети в обхвате крепких рук хозяйки замка, когда дородная жена барона ее приподняла. Розалинда тихо заплакала, пряча слезы и отворачивая голову. — Розочка, дорогая, как ты выросла! Ну не плачь, не плачь. Все будет хорошо. Звонкий и мягкий голос Марты словно по волшебству растопил все вокруг, все зашевелились. Племянники повели лошадей на конюшню. Ромул сделал знак Арториусу следовать за ним, а Марта практически на весу потащила Розалинду на кухню. — Пойдем, дорогая, я тебя угощу пирогом с брусникой. С пылу с жару. Целое утро готовила на всю семью… Марта тараторила, попутно вытирая подолом своего фартука лицо девушки, пока та беззвучно плакала…

—---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

— Подожди!

Я опять оторвался от чтения.

— Что теперь?

Элайна опять замялась с ответом.

Я решил помочь. — Опять подглядываем?

— Нет. Принцессу жалко, — объяснила она с виноватым видом. Я вгляделся в ее глаза при тусклом свете магического уличного фонаря. Она действительно готова была расплакаться. Это было странно! Почему она так близко это воспринимает? Так преувеличенно! Притворяется? Вроде бы ее персонажу не присуще лицемерие и притворство. Я удивился этому странному поведению. Что-то было на так с этими искусственными существами. Какая-то у них странная гиперчуствительность. Одна выходка психованной королевы чего только стоила!

— Послушай, это еще не случилось. Пока это просто слова написанные на этой странице. — Я постарался звучат убедительно и одновременно успокаивающе. — Но ведь это случится? Так?

— Да. Через два дня, принцесса и Арториус доберутся до Озерного Замка.

— Что случится потом?

— Ты не хочешь, чтобы я прочел?

Элайна покачала головой.

— Нет. Иначе я расплачусь. Просто расскажи своими словами, что там произойдет.

Я немного помедлил. Действительно очень странные эти искусственные люди.

— Ладно. Расскажу своими словами, — согласился я и начал. — Ты слышала историю Замка на Озере. И про основателя их дворянского рода Ромула по прозвищу Медведь?

— Эта известная история. Мне ее бабушка еще в детстве рассказывала. Про вампиров которые там жили и убивали всех кто приближался к замку. Или в ночное время проезжал по лесу поблизости.

Я кивнул и продолжил:

— Так вот, бабушка рассказала тебе не всю историю. У нее тотчас удивленно взлетели брови.

— Ромул Медведь убил не всех вампиров. Мать вампирша спасла самую младшую дочь и специальным заклинанием пожертвовав собой спрятала ее в замке. Усыпила свою малолетнюю дочь и она якобы где-то до сих пор спит. Через два дня, в ночь на третий день при полной луне, как раз когда туда прибудет принцесса Розалинда и Арториус, она проснется. Для мести которую ждала пятьсот лет. Как ты знаешь вампиры бессмертны если не отрубить им голову или не проткнуть сердце серебряным лезвием. Девочка-вампирша накопила огромную магическую энергию за пятьсот лет сна. Замок как раз находится на пересечении магических силовых линии. Так вот проснувшись она перебьет всех в замке. Спасутся только Розалинда и Арториус. И то, потому что Ромул пожертвует собой чтобы прикрыть принцессу. В замке где-то полсотни обитателей. Они все погибнут. Потом девочка вампирша убежит в лес.

Элайна, с ужасом, в шоке, смотрела на меня после моего короткого, видимо даже слишком короткого рассказа.

— Перебьет все… всех? — заикаясь спросила она, повторяя мои слова.

— Да. Всех. Детей, женщин, взрослых. Пятьсот лет накопленной магической энергии, это не шутки.

— Нужно сообщить королеве и послать туда рыцарей и магов!

Я покачал головой.

— Это самое худшее, что ты можешь предложить. Она способна перебить в одиночку половину магов и рыцарей Арамии. Я же сказал, что она копила магическую ману пятсот лет! Она сейчас такая сильная, что наверное даже и Красных Великанов, одного-двух точно смогла бы одо…

Я замолк, пораженный собственными словами! Ах вот оно что! Реально если бы вампирша согласилась бы участвовать в сражении против Красных Великанов вместе с Молнией Бистландии да капитаном королевской гвардии с ее рыцарями. Процентов десять великанов они могут теоретически победить. При удаче. Неужели это и есть ответ на эту загадку? Как спасти Арамию. Я невольно начал загибать пальцы, забыв про присутствие Элайны. Так, Молния Бистландии со своей дружиной могут двух-трех великанов убить, прежде чем их убьют другие. Капитанша и вся королевская конница, вся королевская рать вместе с Шалтаем-Болтаем от трех до пяти великанов. Плюс Вампирша, двух может трех прибьет. Далее войско Марамии и ее серые рыцари - элитная гвардия. Допустим эти двух великанов. Архиепископ храма Старых Богов, Чиландер что в Марамии тоже очень могущественный маг, хотя он отрицательный персонаж, но ради собственной безопасности может войти в союз. Допустим он прибьет одного великана со своими учениками-послушниками. Итого? Четырнадцать! Это в лучшем случае. Скорее всего будет худший случай. Великанов около сотни. Вернее девяносто девять и сотник. Глава. Этот самый сильный и его убить это все равно что несколько великанов завалить. Кто может взять на себя Главаря великанов я вообще не знаю пока. Может быть Кицундина? Это покровительница Бистландии вполне реальная богиня охоты и любви и где-то там ошивается в лесистых горах Речного Королевства. Остальные богини покровительницы Арамии и Марамии, Ая и Кая соответственно куда-то пропали. Именно Аю и ищет Розалинда. И собирается призвать в святилище покровительницу Арамии для спасения. Кая - другая богиня которая покровительствует соседней с Арамии конкурентной державе Марамии тоже неизвестно где. Игрокам в старой игре нужно было как-то найти их. Без них великанов не победить. Кицундина Богиня тоже, но неважно как она сильна, Красные Великаны забьют ее количеством. Она вполне может схватиться с главным великаном и победить, но только если ей не будут мешать остальные…

— Посланец-сан! Посланец-сан! Очнитесь!

Я вздрогнул от прикосновения Элайны. Она затрясла меня за плечо пытаясь меня пробудить, настолько я углубился в свои мысли.

— Я же просил называть меня по имени!

— У тебя странное имя, — Элайна совершила слабую попытку оправдаться.

— Странное? — Я возмутился. — Это у тебя странное имя “Винькельбаум”. Ты вообще знаешь что это на немецком языке значит?

— Что такое немецкий язык? — наивно спросила она, выжидательно застыв, ожидая от меня объяснений своего имени, на никогда не слышанном для нее языке. Я махнул рукой.

— А, забудь. Сейчас это не важно. Лучше скажи что нам делать? Армии, маги, рыцари все это исключено! Потеряем бойцов, нас убьют Великаны.

— Нас?

Я застыл. Сам пораженный. Ну да, меня тут никто не убьет. Я же гражданин Галактического Союза. Неуязвимый и Безвредный.

— Прошу прощения. Вас убьют, — поправился я. И добавил со небольшой злостью: — Если тебе от этого уточнения станет легче. Придира!

Глава 12

Глава 12

“Я НЕ АНДРОИДОФИЛ!”

Мой приемный отец научил меня владеть множеством видов оружия, водить машину словно гонщик, скакать верхом и даже кавалерийской рубке и стрельбе из лука на всем скаку. Все эти странные тренировки словно мы жили в средних веках, были мне, только что вытянутому из привычного мира сиротского приюта в Германии ребенку, вообще непонятны. Я даже посчитал первое время моего приемного отца немного сумасшедшим фриком. Еще более непонятным было почему я так быстро овладевал этими скиллами. Каким-то странным образом мой двухсотлетний отец показывал как и что надо делать, побуждал меня делать какие-то странные упражнения повторяя слова триггеры и я буквально за несколько дней становился экспертом в каком-либо виде боевых искусств. При этом, его это ничуть не удивляло. Такой странный сверхбыстрый прогресс. От того что я к вечеру попадал из лука в почти невидимую мишень в ста метрах, или побил рекорд стрельбы из револьвера за три дня тренировок. Я помню как он несколько лет назад, специально привез меня в США и заставил дни напролет стрелять из ковбойских револьверов на специальном тренажере. Вытаскивая из “быстрой кобуры” довольно тяжелый для десятилетнего подростка револьвер. Достаточно, сказал он на третий день, когда я опустошил большой ящик патронов 357 калибра и мои запястья нестерпимо ныли от такого издевательства. “Это максимум времени, что может человек достичь, учитывая скорость распространения нервного импульса, – прокомментировал отец. – Хотя я помню человека из двадцатого века, который делал это еще быстрее, что, кстати, реально противоречит нашей биологии и смахивает на чудо.” “Кто это был?” спросил я не удержавшись от любопытства. “Его звали Боб Манден, – ответил он и добавил, – в детстве я видел его ролики на ютубе. Ты чуть-чуть медленнее чем он.” Я конечно поинтересовался что такое ютуб и понял из его ответа, что это что-то вроде “библиотеки-смотрелки” куда люди загружали все что было снято на кинокамеру. От всякой ерунды, до фильмов и уроков. Я слышал об этом и раньше от воспитателей в приюте, но одно дело слышать и другое дело подробно узнать про эту технологию и вообще про старые чудеса вроде: интернета и смартфонов. Как я уже сказал, все эти скиллы давались мне легко, даже слишком легко, кроме одного – верховой езды! Отец промучился со мной целую неделю, прежде чем я овладел искусством жокея на хорошем уровне и проблема была вовсе не в моей технике или неспособности научится крепко держаться в седле подлаживаясь под движения лошади, сливаясь в стремительном карьере в одно целое. Проблема была психологической. Любая лошадь чувствует седока. Его неуверенность. Физический контакт сразу же говорит лошади кто ее седок - неуверенный в себе новичок, или опытный спокойный ездок, который сразу заставляет почувствовать что он тут хозяин. Я потерял счет сколько раз меня лошадь скидывала, отказывалась подчиняться, пока наконец отец не провел мастер класс по психологии животных и к концу второй недели я все же сумел в себе зародить эту уверенность седока, крепко сжимая бока лошади не дрожащими, ставшими внезапно ватными коленями. Я вспомнил об этой проблеме скача во весь опор вместе с Элайной к Озерному Замку и любуясь как моя спутница красиво управляет своим скакуном. Ветер развевал ее волосы, куртку с капюшоном, лошадь перепрыгивала деревянные заграждения фермерских огородов, она срезала путь где только могла. А я следовал на другой лошади за ней заставляя коня повторять весь ее путь. Также перепрыгивая заборы и мелкие овраги, иногда переходя на рысь. Время было нашим самым большим врагом. Она периодически оглядывалась, и удостоверившись что я следую за ней опять пришпоривала молочно-белого окраса кобылу, которую мы купили вместе с черным жеребцом на станции для смены лошадей. Я благоразумно остался на шухере пока она договаривались с хозяином. Шансы что королева и тут мне подгадила были очень велики. Постеры с моим изображение и надписью “Публичный Враг ее Величества” были расклеены везде. И вряд ли станция смены лошадей в такой близости от столицы была исключением. Элайна уверяла что мы прибудем к Озерному Замку Ромула на день раньше Розалинды Младшей и Арториуса. Я был склонен ей верить, поскольку темп она взяла сумасшедший, рискуя загнать лошадей. Впрочем этого не могло случиться. На станции смен лошадей за дополнительную плату нам без проблем давали свежих. И опять я предпочитал подождать в сторонке во время переговоров Элайны-сан. Из-за того что в мире Арамии была довольно развитая сорочья почта. То есть важные новости доходили до окраин стремительно, буквально в течении нескольких часов. Заведовал, сорочей почтой, так называемый религиозный культ Света и Тени или Старых Богов в просторечии. Захиревшая, когда-то очень влиятельная, организация священослужителей-храмовников. Остатки их монастырей были повсюду и сорочья почта – это было в общем-то все благодаря чему они все еще держались на плаву. В соседней с Арамией государстве-близнеце Марамии. Там у культа Света и Тени было все еще некое влияние и большой монастырь суправленческим аппаратом. Но в Арамии они давно не котировались как служители богов. Даже венчание молодые пары проводили в храмах новых богов. Лишь редкие индивиды могли как-то все еще интересоваться старой религии или приставать к старым дремавших в своих кельях монахам, с вопросами о смысле их религии. Однако они по-прежнему содержали сорочью почту и даже королевская семья этой почтой часто пользовалась. Специально тренированные большие и выносливые птицы могли даже маленькую посылку доставить, не то, что письмо. И доставляли всегда точно и по адресу. В отличии от голубей которыми кто победнее тоже пользовались, этим супер сорокам не требовалось чтобы их увозили куда-то, чтобы выпустить обратно. Монахи старых богов каким-то неведомым способом могли им сообщить куда надо лететь и к кому. Всем была хороша такая почта, единственный недостаток – дороговизна. Магических сорок на всех не хватало поэтому и цены кусались. Да и монахи согласно мироустройству Кунисады держали секрет почтовых сорок в тайне на протяжений столетий. Ни у кого другого, таких птиц не было. Наша с Элайной путешествие тоже сейчас зависело от сорочьей почтовой службы. Королева наверняка послала сороку к замку известив хозяина что принцесса остановится у них заночевать на пути к святилищу через два дня. Ничего плохого именно в этом не было. Плохо могло быть если она к этому письму и постер про меня приложила. Вот тогда меня просто не пустят в замок. И что мне тогда делать? Надеяться на Элайну? Нереально что она справится с этим сама. Замок на Озере тупиковая задача, если ты пытаешься спасти всех. Проснувшись вампирская принцесса убьет всех в замке. Этот сценарий был неизбежен. Причем неважно с каким раскладом. Если сообщить семейству баронов о спящей в подвале дочери вампирской семьи, это ничуть не улучшает ситуацию. Их попытка убить ее заранее также провальна и вампирша убивает всех в замке и в этом случае. Нет никакого силового решения этой проблемы. Я проигрывал в голове бесчисленные воображаемые ситуации пока мы скакали к замку. Выгнать семейство из замка! Как? Не уйдут! Сообщить им об угрозе? Попытаются уничтожить ее. Поговорить тет а тет с главой семейства? Согласно книге он упрям и очень верить в собственную силу. Не получиться. Повлиять на жену? Может Ромул подкаблучник и слушается ее? Вряд ли. В книге ничего об этом нет. Сыновья? Отпадают. Они ничего не решают. Какие-то другие домочадцы? Они просто декорация в этой сцене. Предупредить принцессу и Арториуса? Эти и так спасутся. Нет смысла, пока они не доберутся до замка вообще их принимать в расчет. Где-то таится решение этой задачи. В чем же она? Как можно воздействовать на мстителя который копил ненависть пятьсот лет! Это же невозможно! Никаких уговоров он слушать не будет. Как и семейка баронов не захочет и слышать о бегстве из замка. А ведь это было бы самым простым решением. Они сваливают оттуда в близлежащий городок и оставляют вампиршу одну, хозяйкой замка. Блуждать по ней в поисках нового смысла своего существования. Вряд ли она будет понимать что проспала пять сотен лет. Кто она? Какова ее личность генеративного интеллекта? Это был должен знать отец, который участвовал в разработке всех значимых персонажей. Почему он не оставил никаких инструкции об этом? Может какой-то намек был? Я попытался вспомнить все что он когда-то говорил о книге и игре по миру Арамии. У искусственных персонажей есть какой-то недостаток, которого нет у реальных людей. Как правило. Так он примерно говорил. Может это ключ к разгадке? Что за недостаток у этих имитации людей?

– Элайна-сан!

Я позвал ее и она сразу перешла на рысь. Я поравнялся и спросил в лоб:

– Элайна-сан какой у тебя самый главный недостаток?

Она удивленно посмотрела на меня.

– Недостаток?

– Да. Я серьезно спрашиваю. Ты же замечаешь за собой или другими какой-то недостаток присущий их личностям?

Она минуту подумала, потом помотала головой. – У меня много недостатков, наверное. Я очень капризная в еде. Люблю часто покупать новые платья. Пропускала уроки магии в школе. Поэтому овладела этим только наполовину.

– Постой, – Я остановил ее поднятой рукой. Элайна была самокритична учитывая ее популярность и красоту, это было очень мужественное признание. – Давай я по другому спрошу. Как тебя можно было бы уговорить не мстить убийцам твоих родителей? Способна ты вообще их простить?

– Почему ты спрашиваешь такое, Посланец-сан? Вампиры не люди. Они не прощают. И вообще людей не любят. Нельзя их сравнивать со мной, с другими людьми или даже со зверолюдьми.

Я мысленно чертыхнулся.

Вы тут все не люди. А роботы созданные когда-то для развлечения!

В японских лайт-новеллах вампирские девушки даже очень часто влюбляются в смертных и наоборот. Хотя откуда этому существу это знать. В мире Арамии такое не случалось.

– Откуда ты знаешь про вампиров и какие они? Вроде бы они исчезли задолго до твоего рождения!

– Про них в библиотеке целая книга есть. Читала недавно.

Я невольно натянул уздечку и остановил лошадь. Что-то здесь было не так. Меня обдало холодком, в предчувствии чего-то важного, что я упустил из вида.

– Подожди. Зачем ты интересовалась вампирами?

Она тоже остановила чуть ушедшую вперед кобылу повернулась ко мне.

– Как зачем? В подземельях они иногда встречаются как боссы уровня. Гувейн мне рассказывал. Он дважды сталкивался с таким. И Стратос тоже рассказывал про то, как он однажды новичком натолкнулся на одного из таких и едва сбежал.

Элайна выжидательно смотрела на меня, я не двигался.

– Подожди чуть-чуть, мне надо подумать, – обратился я с просьбой, – Не могу сосредоточиться когда ты так бешено скачешь.

Она кивнула.

Я задумался. То что в подземелье есть вампиры - собратья и сестры нашей вампирши из замка, кажется ключем к чему-то, но это скорее всего некое длинное решение которое надо было готовить загодя. Боссы в подземелье обладают сознанием в отличии от обычных монстров, которые просто безмозглые роботы. И вообще система подземелий где можно повышать уровень – это нереалистичный игровой бред из модного когда-то ЛитРПГ, жанра которого давно не существует. Как утверждал мой отец, они потеряли целевую аудиторию. Поэтому в реальном мире, а не игровом это просто некий тренажер, тренировочный полигон для местных искателей приключений и воинов. В реальном фэнтезийном мире - это нонсенс. Можно ли босса из подземелья вывести наружу? Как-то договорится с ним? Подружиться в конце концов? Скорее всего да. Божественные Игры на то и называются божественные что они дают тебе абсолютную свободу воли повернуть сюжет игры так, как тебе хочется. Но на это сейчас нет времени. Бессмысленно это рассматривать и терять время. Надо искать другое, быстрое, решение.

– Ладно, давай продолжать путь.

Без лишних слов Элайна снова пустила кобылу вскачь. Я последовал за ней.

…

Когда до Озерного Замка оставалось совсем недалеко, а мы вконец вымотались. Я предложил Элайне отоспаться в трактире по дороге перед появлением у замка. Я был сам вымотан, но еще больше я был удивлен ее выносливостью. Она 16 часов с небольшими перерывами держалась в седле и не жаловалась.

– Если мы не поспим, нам ничего не придет в голову.

Элайна согласилась и мы повернули к небольшому трактиру у дороги с криво сделанной деревянной вывеской со свежей надписью сделанной красной краской: “У Схалона”. Рядом с надписью было также художественно нацарапано изображение курицы на вертеле и подковы. Несколько лошадей было привязано к коновязи, а из небольшой конюшню на заднем дворе слышался стук кузнечного молота. Видимо трактирщик подрабатывал также и кузнецом подковывая лошадей для тракта.

Внутри трактира было довольно светло и чисто. Большой холл внизу и лестница ведущая наверх где находились несколько комнат для гостей кто хочет остаться на ночь. Я глубоко опустил на лицо капюшон плаща что мне одолжила Элайна, но к моему огромному облегчению никаких постеров с моим изображением и надписью: “Публичный Враг ее Величества” тут не было. Моя спутница быстро заказала номер, курицу гриль и мы поднялись наверх. Несколько мужчин в зале неотрывно провожали глазами грациозно поднимающуюся по лестнице Элайну пока я следовал за ней. Что было неудивительно, ее походка могла заворожить любого субъекта мужского пола. Наверху она меня несколько смутила. Оказывается она сняла только один номер. Ключ был только один.

Видя мое замешательство, Элайна объяснила свое решение:

– Если мы снимем разные номера, эти внизу начнут ко мне приставать, видя что я не замужем. Я авантюристка и конечно могу их побить, но лучше не создавать лишних проблем.

Я оглянулся в сторону зала и понимающе кивнул. Она была права. С каждым разом эта искусственная девушка меня удивляла своей рассудительностью. Возможно это потому что это ее мир, подумал я, глядя как она запирает засов и тщательно осматривает номер. Она полна знаний о нем, пусть и вложенных ей в голову в “последний четверг”.

Мы быстро поели, запили водой из кувшина на тумбочке и легли на кровать. Она на дальнюю сторону, я на ближнюю. Свой посох для магии она, как бы невзначай, положила между нами. Видимо, она предохранялась от любых приставаний лиц мужского пола. Даже моих, если бы мне такое в голову пришло. Она сразу уснула, а я с небольшим запозданием, пристроившись в уголок кровати, повторяя: “Я не андроидофил, я не андроидофил, я не андроидофил…” – на третьем повторении я резко провалился в сон.

…

Переход к бодрствованию был такой же стремительной как и ко сну. Кто-то затряс меня за плечо и я мгновенно проснулся. Это конечно была Элайна. Она уже привела себя в порядок, пригладила все что можно, и одежду, и растрепанные волосы. Я кивнул давая ей знак чтобы перестала меня трясти, это у нее похоже уже вошло в привычку. В Японии не принято касаться людей, но в фэнтезийном мире говорящем на японском царили вполне себе европейские привычки. Подать руку незнакомцу или хлопнуть знакомого по плечу было тут обычным делом, как я заметил.

Я умылся, прополоскал рот, потом выпил всю оставшуюся воду из кувшина.

– Сколько мы спали? – спросил я.

Она посмотрела на свой посох, словно что-то там читала и ответила.

– Четыре часа семнадцать минут.

Конечно, я не выспался. Четыре с чем-то часа это мало чтобы выспаться, после такой скачки. Ноги ныли, внутренняя сторона бедер тоже. Еще немного и я начну ходить как пьяный матрос, широко расставляя ноги.

Наших лошадей уже кто-то обслужил. Они жевали овес из корыта. Я отвязал от столба уздечку и запрыгнул по ковбойски - это когда хватаешь луку седла и как бы делаешь шаг-прыжок с поворотом. Трудно объяснить тому кто не видел. Элайна с любопытством наблюдала за мной.

– В вашем мире тоже есть лошади, Посланец-сан?

Я возвел глаза к небу.

О господи! Этот андроид не перестанет называть меня посланцем. Впрочем это опять эта японская привычка не обращаться друг к другу по имени. Что-то интимное в этом для них кроется. Даже близкие друзья могут по фамилии друг другу обращаться. Видимо у Элайны именно с этим проблемы. – Есть. Почему, ты, не зовешь меня по имени? Меня зовут Тим Талер. Талер это фамилия, если тебе надо обязательно обращаться по фамилии.

– Значит ты, Талер-сан?

– Да. Я Талер-сан. А ты - Винкельбаум-сан.

Я до сих пор называл ее Элайна-сан, поэтому она сделала слегка удивленное лицо. Не похоже было что ей нравилось когда ее называли по фамилии. Что понятно. Такой красивой девушке хочется чтобы к ней именно этим красивым именем обращались. А Винкельбаум-сан - это как-то отбирает у нее, как минимум, двадцать процентов очарования, если не все пятьдесят. И она это, похоже, понимала, потому что насупилась, не отвечая на мою колкость.

Поняв что ей это не нравится, пока мы выходили на дорогу, я предложил ей выбор. Не хватало еще чтобы я с ней поссорился так близко от цели.

– Давай так. Я буду называть тебя Элайна-сан. А ты меня как тебе хочется. Талер-сан, Тим-сан, Джордж Вашингтон-сан. Но только не Посланец-сан. Меня никуда не пос… – я замолк не этом слове. Это же неправда! Ведь на самом деле меня как раз послали. На другую планету с миссией… – Э-э…

– Тем более ты можешь забыться и назвать меня так при людях, что меня демаскирует. Капито? – закончил я, довольный что нашел подходящее оправдание.

– Что значит капито? – Это итальянский язык. Не спрашивай. Согласна на мои условия?

– По..Ти.. Талер-сан. Прошу прощения. Я об этом не подумала.

– Мир?

Она странно улыбнулась, видимо впервые слышала это выражение, кивнула и пришпорила кобылу. Я пустил своего вслед...

Глава 13

Глава 13

ЗАМОК НЕ ОЗЕРЕ (продолжение 1)

До Замка на Озере мы с Элайной добрались приблизительно за час до заката, умудрившийся менее чем за сутки преодолеть сто тридцать миль – расстояние которое отделяло его от столицы. Это, конечно, был далеко не рекорд преодоления дистанции при смене лошадей. Рекорд гораздо больше, кажется двести пятьдесят миль, насколько я помню когда-то прочитанную в журнале статью по теме. То что мы выспались перед последним отрезком дороги оказалось правильным решением. Мы, и отдохнули, и под ночь не попали.

Элайна остановила свою кобылу в рощице, недалеко от берега, с пригорка которого открывался живописный вид на замок. Тень отбрасываемая густыми ветвями дуба скрывала нас от взоров обитателей замка, а мы в свою очередь могли обозреть эту “древнюю”(аж с прошлого четверга) бывшую цитадель вампирской династии.

Ничего особенного в этом замке не было, да и само озеро было не очень большое. Скорее уж большой пруд, чем озеро. Посередине на насыпном островке из гравия и песка возвышался замок из красного кирпича. Четыре башни по углам и высокая постройка в середине, висячий мост у ворот с массивной поднимаемой воротом решеткой, ну и длинный, деревянный мост до самого берега, являющийся надстройкой на более древнем сооружении уже на каменных опорах. Я видел эту конструкцию на картинках в манге, но реальность была даже более скучной. Все же это был мелкий замок, и никак не годился на роль прибежища грозного предводителя вампиров.

Элайна также как и я впервые видела Замок на Озере, наверняка известный ей из бабушкиных рассказов и учебников истории. И по всей видимости размеры замка тоже как-то ее разочаровывали.

– Так и знала! – заявился она куда-то вглядываясь.

– О чем ты? О размерах? – спросил я, тут же добавив. – Ну да, замок не очень впечатляет.

Она сделала нетерпеливый жест рукой.

– Нет, я не об этом. Посмотри туда.

Я проследил за ее указательным пальцем и заметил лодку с двумя подростками у дальнего края озера, где над высоким берегом нависали деревья. Лес там подходил к самому краю озера.

– И что?

Я все еще не понимал, что она хотела сказать.

– Они рыбу ловят, – объяснила она терпеливо.

– И?

Элайна посмотрела на меня, вскинулась объяснить, но тут же оборвала себя.

– Хочешь я пойду вперед и сама выясню есть ли у них постер с твоим изображением? – предложила она.

Я подумал на ее словами. Да, это было разумно. Если мы пойдем вдвоем, то мой статус изгоя автоматически перейдет и на нее. У нее не будет больше шансов договориться с хозяевами замка. Впрочем, нельзя сказать, чтобы я тоже об этом не подумал. Меня просто останавливало, что она может не согласится. Но раз девушка сама предлагает.

Я кивнул.

– Хорошо. Иди на разведку, я буду ждать здесь.

– Постарайся чтобы тебя не заметили, – сказала она и поехала в сторону моста…

Я напрасно прождал ее не меньше часа. Накормив коня, я привязал его в рощице к дереву а сам устроился на корне большого дуба, закутавшись в плащ прислонился спиной к дереву. Незаметно я уснул, так и не дождавшись возвращения моей спутницы. Во сне мне снилось, что Элайна меня предала. Стражи из замка схватили меня и радостно поволокли в сторону замка. Защита гражданина Галактики во сне не работала и пока я не проснулся упав с корня дуба, они надо мной всласть поиздевались и попинали ногами. Как и полагается в плохом сне, двигаться было чертовски тяжело, словно я – муха попавшая в мед.

– Ах, ты, стерва! Зачем ты меня продала! – я невольно вскрикнул во сне, прежде чем окончательно проснуться.

– Ты, что орешь? Дурак! Никто не тебя не продал!

Я разлепил веки и понял что лежу на земле, ничком, закутанный в плащ и что через слабый свет утреннего солнца пробивающийся через кроны деревьев, на меня сверху вниз смотрит сама Элайна. И опять с такой четко выверенной дистанции, с которой я даже при желании не смог бы заглянуть куда-то не туда. Но сделай она хоть малейший шажок вперед…

Я прогнал недостойные мысли, присел подрагивая от утреннего холодка, словно большая гусеница.

– Я сон видел, – объяснил я, слегка смутившись. – Извини.

– Догадалась, – буркнула она в ответ. – Значит во сне я тебя продала? И сколько мне заплатили?

– Они не сказали. Успокойся. Я же извинился. Я спал на корне дерева, думаешь это приятно всю ночь так провести? Ты сама небось в замке на кровати спала.

– Не скажу что это была приятная ночь, – Элайна хмуро ответила на мое замечание.

– Почему же? Кровать жесткая?

– Комары, – неохотно объяснила она. – Озеро все-таки.

Я вгляделся в ее лицо. В самом деле. У нее было покусанное комарами лицо. Видать магии против комаров Кунисада-сан не предусмотрел. Я раскрыл плащ и привстал.

– Ладно, что ты узнала?

– У меня: плохая новость, очень плохая и очень хорошая.

Я нахмурился и заметил, вслух:

– Что-то новое. Обычно бывает, плохая и хорошая новость. Ну или плохая и очень плохая.

– У них твой постер. Сорока принесла.

Я кивнул, слегка разочарованно.

– Следовало ожидать. Это плохая или очень плохая новость?

– Плохая. Очень плохая - это хозяин замка. Он - бабник, очень тщеславный и очень упрямый. Похлеще любого осла. И очень бабник. Очень.

– И какая хорошая?

– Замком управляет его жена. У тебя найдется два больших Элфера?

– Две большие золотые монеты? Да, найдется.

– Давай!

Элайна протянула ладонь.

От неожиданности просьбы я опешил.

– Объяснения?

– Нет, времени, – отрезала она и тотчас добавила, – ты сам говорил что у нас мало времени. Давай деньги, и я через час выведу семейство этого Ромула на три дня из замка. Три дня тебя устроят?

– Как ты это сделаешь? У них же письмо от королевы уже! Не собралась же ты…

Элайна нетерпеливо тянула ладонь, не слушая мои возражения.

– Это еще лучше, что у них письмо. Давай деньги и жди тут.

Я молча вытащил из кармана куртки два золотых Элфера и положил ей на ладонь...

Через час, я, действительно, в легком шоке наблюдал как по мосту все семейство Ролндона и остальных обитателей замка на двух груженых подводах, часть пешком, покидает замок по мосту. Племянники и слуги шли пешком, хозяин замка на лошади. В коем я узнал белую кобылу Элайны. Я насчитал двадцать три персоны, никак не пятьдесят, как утверждалось в книге. Объяснение этому могло быть только то, что в игровом мире нет нужды создавать реальные эпизодические персонажи. Причем такие что живут только до седьмой главы. Смысла нет. Даже двадцать три думающих ИИ - это много для столь незначительной роли. Они все кроме хозяина замка могли быть НПС без сознания. Тем не менее триллионеру по прихоти которого сделали когда-то эту игру, даже для столь эпизодической роли создали реально осознающих себя искусственных личностей. Но пятьдесят было бы перебором даже для этого сумасшедшего.

Между тем, Элайна проводила всю эту процессию. Последним с ней попрощался хозяин замка. Элайна ему фальшиво улыбалась на прощание, а Ромул сдерживая пляшущую под ним горячую кобылу что-то говорил ей. Видимо какие-то грязные намеки или комплименты. Меня это по непонятной мне самому причине разозлило. Да так что даже, когда процессия скрылась по дороге, Элайна заметила это на моем лице.

– Ого, ты ревнуешь, Талер-сан? – весело и непринужденно сказала она сияя от сделанной работы.

Я молча отвязал свою лошадь и мы начали спуск к мосту через озеро.

– Как ты это сделала? – спросил я все еще в шоке, игнорируя ее дурацкий вопрос. Ревновать одного андроида к другому? Ага. Счас!

– А ты не догадался? Мы же читали главу вместе. Помнишь? – Элайна наслаждалась своей находчивостью и превосходством над “Посланцем древних Богов”, Талер-саном.

Я молча ожидал продолжения. Но она продолжала меня дразнить.

– Но ведь, ты сам читал, про пироги что сама хозяйка замка пекла. И еще мы с тобой видели как племянники ловили рыбу.

– То, что мы читали еще не произошло, – не слушая ее начал я возражать, потом меня кольнуло предчувствие. – Причем здесь пироги? Ловля рыбы?

Элайна рассмеялась моему непониманию и начала рассказывать.

Но до меня уже дошло. Я стукнул себя по лбу. Ах вот оно что! Как я сразу не догадался! Я вспомнил слова отца много лет назад: “Экономика стоит за всем, Тим. За войнами, за эпидемиями, за шоу-бизнесом. Даже за инопланетянами! Всем управляет эта чертова Богиня, пролезающая куда только можно!” И действительно экономика будет главной проблемой фэнтезийного мира воплощенного в реальность. Представьте замок на озере, небольшой. Машина инопланетян создающая реальность просто переносит его с обитателями из виртуального мира в реальный. Как функционирует средневековая система в таких случаях? Обычно к замку приписаны несколько деревень в округе, которые его содержать: платят налоги и т.п. Чтобы содержать крупные замок таких деревень должны быть добрых два десятка. С этим все в порядке в другим местах, Кунисада все описал, но вот Замок на Озере является исключением. У него нет приписанных деревень. Это замок вампиров питающихся кровью, захваченный придуманными предками нынешнего Ромула. Возникает вопрос - кто его будет кормить? Сценаристы игры не стали ломать голову. Зачем вообще этим заниматься если в седьмой главе всех обитателей замка и так убивают. Но даже если их спасти. Что дальше? Кому вообще какое дело до них? Или может эта лазейка специально оставлена для разрешения неразрешимого? Чтобы геймеры могли пройти игру и спасти всех? Все-таки спонсор этой игры – бизнесмен-триллионер Хофнер – близкий друг Кунисады. Такое экономическое решение для него очевидно – купить семью дворян которым реально нечего есть! Потому что их создали только в прошлый четверг и у них на складе только десять мешков муки и непонятно как они существовали до сих пор. И за счет чего…

– Значит ты поняла что у них финансовые проблемы, когда я вслух читал тебе главу в парке?

Элайна кивнула, подтверждая.

– Конечно. Баронесса лично печет пироги и готовить на всех обитателей замка. А дочь помогает. Это неслыханно!

– Может они просто обеднели, – предположил я, хотя отлично понимал. Ничего они там не обеднели. Их вообще не было.

– Может. У Ромула был брат Ульфик, он, говорят, охотился на монстров в Мглистом Лесу и зарабатывал на пропитание для замка. Ромул мне рассказывал за ужином.

– А почему сам Ромул тогда не займется этим?

– Он собирался. Но у меня создалось впечатление, что он - трус и не хочет этим заниматься, оттягивает этот день как может, боясь что его убьют как младшего брата. Поэтому когда я предложила арендовать замок на три дня за один большой золотой Элфер для магического ритуала. Он почти сразу согласился, но попросил еще мою кобылу. Наверняка он и за просто Элфер согласился бы. Они совершенно не знают что делать и как кормить слуг когда иссякнут запасы муки. За большой золотой элфер можно пятьдесять мешков муки купить.

– Подожди, ты сказала за один элфер. Но я же тебе дал два.

– Ну да, один я оставила себе за работу. Ты против?

Я замахал руками, прежде чем она могла бы неправильно истолковала мои слова.

– Конечно нет. Давай я тебе еще десять дам. Вообще могла бы дать им десять больших элферов или сто, чтобы они два месяца тут не появлялись. Или даже год!

Она звонко рассмеялась, видя мою реакцию. И неожиданно протянула руку потрепала меня по голове.

– Смешной, ты, По… Талер-сан. Видно что ты никогда не испытывал нужду в деньгах. Раз так элферами разбрасываешься.

Я увернулся от ее руки. Эти деньги вообще-то мне были недоступны до смерти отца. Я вообще не имел понятия что отец так богат. И буркнул едва слышно: “Ну, да. а ты точно испытывала. В прошлый Четверг.”

Пока мы так мило беседовали, наконец добрались по мосту до входа в замок. Решетка ворот была поднята и заблокирована в таком положении. Мы прошли через них и Элайна заправски опустила решетку выбив тормоз у ворота который удерживал решетку в поднятом положении.

– Чтобы вампирша не сбежала, – объяснила она.

Я только кивнул. Со стороны это выглядело так, будто она, как старшая по возрасту, полностью взяла инициативу в свои руки. Я лишь соглашался с ее планом. Вот только что она предложит делать с вампиршей? Купить ее нельзя. Убить тоже. Тупик.

Глава 14

Глава 14

ЗАМОК НЕ ОЗЕРЕ (продолжение 2)

Буквально за полчаса мы с Элайной облазили весь замок. Помещений здесь было немного и скоро все ключи на большой связке Элайны были использованы.

– Это все? Спросил я, – когда мы проверили последний подвал под восточной башней. Найти где спит вампирская девчонка оказалось куда более сложной задачей чем мы думали.

Элайна пожала плечами, мол откуда мне знать, я что ли тут живу.

– У нас еще день и ночь. К утру прискачут принцесса и Арториус. Надо эту вампирскую девчонку как-то разбудить до этого времени. Я почитаю книгу. Может в ней есть намек, что я пропустил.

Элайна согласилась. Мы отправились на кухню, где Элайна видимо рассчитывала найти что-то съестное. И была конечно разочарована – все съестное что там было обитатели замка забрали с собой. Подчистую. Меня это особо не волновало, поэтому пока она шарила по кухне открывая шкафчики, заглядывая в кастрюли на полках да под столы для разделки мяса и рыбы. Я уселся на стул и достав книгу погрузился в чтение с момента когда принцесса Розалинда Младшая готовилась ко сну и услышала какой-то шум. Я внезапно вспомнил что говорил отец про эту новеллу: стиль и техника новеллы Кунисады весьма своебразный. Так называемое всемогущее третье лицо частыми переходами к стилю ненадежный рассказчик с одной особенностью – он долго держит камеру и следует над одним каким-то героем. В его книге нет стопроцентных протагонистов, поэтому периодически происходят переключения “камер слежения”. Иногда даже на отрицательных персонажей. Момент пробуждения девочки-вампирши подразумевается, но не наблюдается прямо сценой, но после шума услышанного принцессой “камера” переключается на вампиршу и начинается динамичная часть: мыслей девочки-вампира, и аллегорическое описание бойни в замке…

—-----------------------------------------

– Спи, Друзилла, спи моя дочка!

– Мама, почему так темно? Мне страшно!

– Спи, спи, Друзилла, спи моя дочка!

– Мама, почему так темно, кто эти люди? Почему они кричат? Мне страшно!

– Спи, Друзилла, спи, никого нет, только я и ты. Nani, nani, pui de noapte!

– Мама, мне страшно!

“Nani, nani, pui de noapte.

În tablou te ascund cu șoapte.

Somnul dulce să te fure,

Pentru cinci sute de ere.”

– Мама, мне страшно! Страшно! Где, ты! Мама! Почему Луна такая большая? Почему здесь все не так? Почему его нет? Оно же всегды было тут?

– Мама, почему этот бородатый человек хочет меня убить! Умри, умри, умри!

– Мама, где наш папа? Умри, плохой, плохой! Люди плохие! Умри.

– Мама, почему ты не отзываешься? И ты умри, и ты!

– Мама, где наш братик? Почему его тут нет? Умри! Кто вы такие? Почему вы меня хотите убить? Я в своем доме, что я вам сделала? Где моя, мама? Вы ее убили? Умрите, умрите, умрите, умрите, умрите… Умрите все! Вы плохие, люди плохие! Вы убили братика, Вы убили мою маму! Умрите!

Шум и крики становились все сильнее и отчаяннее. Розалинда готовая лечь в кровать, в полупрозрачной ночной рубашке с распущенными волосами, прервала это занятие и прилипла ухом к запертой двери, слушая страшные крики из коридора и нижних этажей.

“О боги! Что там творится?” – шептала она вздрагивая когда раздавался очередной крик о помощи или проклятье смертельно раненного человека. Розалинда слишком хорошо помнила такие крики. Еще в детстве когда была попытка свергнуть с трона ее матушку. Заговорщики также проникли ночью во дворец и устроили бойню, если бы не случайно находившаяся поблизости делегация Марамии, с их серыми рыцарями подоспевшими королевской страже на подмогу, всю королевскую семью просто прирезали бы. Отсюда Розалинда Младшая усвоила урок. Если ты ночью слышишь крики сражающихся людей, то самое безопасное это не выходить в коридор, не спрашивать что происходит, а запереться по-крепче, подпереть чем только можно дверь и забится куда-то в угол. А потом ждать и молится. Старым богам, новым, и побольше.

Неосознанно, Розалинда считала крики. И больше всего боялась услышать крик Арториуса.

Она досчитала не меньше двух десятков криков, стонов и проклятий, когда знакомый голос Арториуса негромко позвал с другой стороны двери.

– Ваше Высочество? Вы, все еще там?

Розалинда от неожиданности подпрыгнула, закусила кулак до крови чтобы не закричать. Из глаз брызнули слезы облегчения.

Арториус видимо, услышал ее всхлип.

– Не отвечайте, – едва слышно зашептал он. – Она может услышать ваш голос. И не открывайте. Эти старые двери чертовски скрипят. Идите к окну досчитайте до ста и прыгайте. Я вас поймаю внизу. Не открывайте окно пока не досчитаете до ста и открыв сразу же прыгайте. Промедлите хоть секунду – и она ворвется в комнату. Засов ее не остановит. Вы все поняли?

Розалинда все еще кусая собственный кулак закивала головой, словно Арториус мог ее видеть. Она не понимала кто это “Она”, но доверяла своему рыцарю. Который единственный кто поверил в нее на том собрании в тронном зале. Когда даже у собственной матери на лице были сомнения!

Вытащив, наконец, кулак из рта она дрожащими губами едва слышно начала считать:

– Раз, два, три…

Слезы беспрерывно текли по ее щекам, она раздвинула тяжелые занавески, встала на подоконник большущего окна. Свет полной Луны тотчас озарил комнату. Огромная желтая Луна заполнила пол-небосвода. Или ей это казалось. “О боги! Почему Луна такая огромная сегодня?”

Она глянула вниз. Но стены замка и центральная постройка отбрасывали тень и внизу центральной башни в которой она находилась ничего не было видно.

Ее прыжок требовал абсолютной веры в Арториуса, в ее защитника.

– Двадцать девять, тридцать, тридцать один… – губы шептали считая.

Если Арториус ее не поймает, она разобьет себе голову, упав на каменные плиты с высоты четвертого этажа.

– Пятьдесят пять, пятьдесят шесть, пятьдесят семь…

“А вдруг он не успеет? Как он вообще собирается так быстро суметь спуститься и не привлечь внимание этой? Кто она такая, зачем убивает обитателей замка? О боги!”

Чем ближе Розалинда приближалась к счету тем более ее одолевали сомнения. Где-то в глубине подкрадывалась даже мысль: “А вдруг, они так хотят меня убрать? Помеху. Зачем разбираться настоящая принцесса или нет. Лучше убить. На всякий случай!” Розалинда припомнила холодный взгляд своей матери и ее резкие слова, когда она намекнула, что не хотела бы выходить замуж за принца-зверолюда. Она отчитывала ее целый час, доведя до слез. “А вдруг Арториус получил от мамы приказ избавится от меня таким способом?”

– Восемьдесят девять, девяносто, девяносто один…

Сомнения Розалинды достигли пика, досчитав до девяносто шести. Она даже начала движение чтобы слезть с подоконника, но внезапно в памяти всплыла картина тронного зала и лицо юного рыцаря с горящим взглядом шагнувшего из толпы придворных и бесстрашно встретившего холодный взгляд Королевы. Игнорируя смешки высокопоставленных царедворцев. “Я пойду с ней! Я всем сердцем верю что она наша Розалинда! И докажу это всем вам!”

– Девяносто восемь, девяносто девять, сто!

Розалинда толкнула окно и повернувшись упала спиной в темноту. На какой-то момент какая-то неизвестная магия притормозила ее падение на секунду превратив всю сцену для стороннего наблюдателя в незабываемый шедевр – картину девушки с золотыми волосами и в полупрозрачном платье с раскинутыми руками, застывшую в падении на фоне потрясающе яркой Луны, освещающей этот момент абсолютной веры в своего друга. В этот миг, это был даже не прыжок веры, а скорее прыжок покорности судьбе. “Лучше умереть, чем жить преданной и оболганной!…

—-----------------------------------------

– Что ты читал? У тебя слеза на щеке?

Элайна опять толкнула меня за плечо. И я “вышел” из транса чтения. Книга Кунисады действительно была словно магический талисман. Она чем-то привлекала. Затягивала. Казалось бы преувеличенные эмоции должны были, наоборот, выставить книгу неестественной, фальшивой. Однако книга обладала какой-то странной привлекательностью. Неудивительно что все кто ее читал, хотели спасти героев Арамии. Они вызывали неподдельное сочувствие читателей. А триллионер Хофнер даже Божественную игру спонсировал с чудовищным бюджетом.

– У меня, слезы? – я быстро вытер рукавом каплю на щеке. – Это просто пот. Жарко здесь.

Элайна не стала спорить. Но ожидала ответа на свой вопрос.

– Я нашел пару мест, которые могут помочь нам найти откуда она стартовала.

– Стартовала?

– Ну начальную точку движения девушки-вампирши. Ее кстати Друзилла зовут. Восточно-Европейское имя. Возможно Болгарское или Румынское, – добавил я задумчиво, больше обращаясь к самому себе чем к ней.

– Красивое имя. А что значит Восточно-Европейское? “Румануско”?

Я беспомощно воздел руки.

– Не обращай внимание. Это места на моей Планете. В общем Друзилла начала свой маршрут…

– Маршрут?

– Не перебивай. Она начала убивать с помещения откуда видно Луну в большом окне.

– Во сколько это было?

– В книге про время не говорится. Но Розалинда готовилась ко сну. Когда принцессы ложаться спать? Во сколько?

Элайна пожала плечами.

– Откуда я знаю. Рано наверное ложаться. Значит нам нужно помещение в центральной части где окна или окно выходит на северную сторону. Почему тогда мы искали в подвале?

Настала моя очередь пожать плечами.

– Просто я видел в ма… в одной книге про ваш мир эту комнату. И там было темно. А темно бывает в подвале. еще там паутина была. То есть это нежилое место. Только подвал на это подходит.

Элайна покачала головой, опровергая мои измышления.

– В замке всегда полутемно, если окна занавешены плотными шторами.

– Там кирпичная стена была. Не оштукатуренная. Это тоже признак что это подвальное помещение! – Я не собирался ей уступать.

– Если она видела в окно полную Луну в это время, это в любом случае не подвал и не подземелье. Какой еще намек ты нашел в этой своей магической книге?

– Она говорила что в комнате чего-то не хватает.

– Чего?

– Не знаю.

– Еще что-то?

– Колыбельная песня есть. Ее Друзилле поет ее мать. Но она на незнакомом мне языке. Хотя вроде бы начинается с Япон.. со слов Нани, нани…

– Что такое “Япон”?

– Забудь. Просто там в колыбельной в первой строке эти слова.

– Это может быть заклинание.

– Колыбельная? – с сомнением спросил я.

– А можешь ее пропеть.

– Я тебе не певец. Могу прочитать вслух. Но она на иностранном языке. Ты ни черта не поймешь. Да и я.

– Ты не знаешь этого языка?

– Я знаю семь языков, – с некой гордостью в голосе ответил я. – Отец научил. Но румынский в их число не входит.

– Тогда…

– Подожди. Какой же я дурак!

Элайна удивленно посмотрела на меня. И застыла в таком положении, когда я обратился к системе: – Тим Талер, иди к черту!

– Ваш запрос?

– Мне нужен Румынско-Английский словарь или нет. Просто переведи куплет этой колыбельной на английский. Я не уверен на каком это языке. – Я ткнул пальцем место в книге одновременно вертя головой. Интересно где он находится, этот невидимый всемогущий системный охранник. И куда я должен показать. Где объектив их чертовой камеры, наблюдающей за мной.

– Ваш запрос понятен. Делаю перевод с румынского на английский:

Lullaby, lullaby, child of night,

In a painting, I hide you with whispers.

Let sweet slumber steal you away,

For five hundred eras to stay.

Баю-бай, дитя ночи,

В картине прячу я тебя под шёпот.

Пусть сладкий сон тебя похитит,

На пятьсот эпох.

Это действительно была, и колыбельная, и заклинание одновременно. Магическое заклинание. Песня усиливает действие вербальной составляющей волшебства многократно. И да. Друзилла спрятана в картине. Или за картиной в стене где-то в замке с большим окном выходящим в сторону ночной Луны - или местного аналога, специально созданного, инопланетянами для этого мира. Бинго! Я сорвал второй ДжекПот. И не без помощи первого ДжекПота - Элайны Винкельбаум – посредственной волшебницы, но потенциально очень хорошего сыщика.

– Ты нашла что-нибудь поесть? – спросил я весело. Даже слишком весело, когда мир вернулся к нормальному ходу времени.

Элайна подозрительно уставилась на мое внезапно повеселевшее лицо. Она не могла слышать мои запросы системы. И не могла понять резкой смены моего настроения.

– Нет. Тут шаром покати. Эта семейка голодных баронов даже оставшийся мешок муки забрала.

– Хочешь колу и бургеры?

Теперь лицо посветлело у нее.

– Я думал ты уже не предложишь девушке колу. Ах, этот волшебный напиток из мира старых Богов! Сроду не видела таких плохих ухаживаний, как у тебя, Талер-сан. Плохой кавалер, ты. Очень плохой!

– Я не кавалер тебе. Сейчас закажем, то есть я совершу свое волшебство призыва бургеров, детектив Элайна-сан.

Элайна удивленно взметнула бровь.

– Детектив?

– Угу. Внимание к деталям – основа детективного метода Шерлока Холмса, доктор Элайна Ватсон.

Я наслаждался этим моментом. И видя ее непонимающее лицо засмеялся.

Элайна воздела глаза к небу.

– Бака! Я не доктор. И моя фамилия Винкельбаум, а не Ватсоно.

С этого времени я начал, иногда, называть ее в шутку Ватсоно-сан. Хотя тут я больше был Ватсоно, а она скорее Шерлок Холмс в юбке.