Обложка книги Тихая Гавань
Роман

Тихая Гавань

0.00 оценок 0 отзывов0+

Он ушёл в море, чтобы сбежать от девушки, которая его не выбрала. Якуб Векшин — двадцать один, сварщик, восемьдесят килограммов и человек, который устал быть фольгой. На траулере в Баренцевом море его ждут шторма, ржавые тросы и холод сильнее мыслей. Элина осталась на берегу.

Или говорили о пустяках: о том, что на ужин будет уха, о том, что завтра обещают волну, о том, что Кривой опять проиграл в карты и должен Митьке шоколадку.

О книге

Он ушёл в море, чтобы сбежать от девушки, которая его не выбрала. Якуб Векшин — двадцать один, сварщик, восемьдесят килограммов и человек, который устал быть фольгой. На траулере в Баренцевом море его ждут шторма, ржавые тросы и холод сильнее мыслей. Элина осталась на берегу. Она собирает мебель, чинит вещи и учится дышать одна. Она боится его тепла. Он боится своего огня. Это не просто роман о любви, которая не случилась. Это история о том, как человек строит себя с нуля — вахта за вахтой, ошибка за ошибкой. О том, как шов в ледяной воде держит крепче заводского. И о том, что рваное, честно зашитое, крепче целого. Якуб учится держать дугу. Учится отпускать трос. Учится не сгорать, светя другим. Но есть вопрос: когда он вернётся на берег — тот ли человек сойдёт с трапа? И сможет ли он посмотреть в глаза той, из-за которой ушёл? Примечания автора: Основано на реальных событиях и переживаниях! Советую к прочтению и эту книгу https://author.today/work/646770 Это первая сторона монеты. Вторая — в книге "Угол падения света".

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1. Первый штормМурманск пах соляркой.Не морем, не рыбой, не льдом — соляркой. Густой, маслянистой, въедливой. Она оседала на языке, забивалась под ногти, пропитывала воротник куртки так, что через час ты переставал её чувствовать, а через год, казалось, будешь пахнуть ею даже во сне.Якуб Векшин стоял у причала и смотрел на траулер.Судно называлось «Полярный-7». Ржавые борта, облупившаяся краска на надстройке, тросы, свисающие с кормы, как сухожилия старого зверя. Не красавец. Не тот корабль, который фотографируют для открыток. Рабочая лошадь. Таких в Мурманском порту стояли десятки — одинаково серых, одинаково уставших, одинаково готовых уйти в море на два месяца и вернуться с трюмами, забитыми рыбой и людьми, которые стали чуть тише, чем были до рейса.Якуб сжал лямку вещмешка. Пальцы побелели.Восемьдесят килограммов живого веса. Сто восемьдесят семь сантиметров роста. Двадцать од…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.