Теплые объятия

Глава 1

Отец Майкла в его не очень-то теплом детстве для юноши походил на размытое серое пятно, постоянно игнорирующее его присутствие или злясь. Майкл именно поэтому и ненавидит его. Чтобы он ни делал, его отец этого не замечал. И вот снова возвращаясь домой юноша думает о семье, когда все покатилось вниз? Он и не помнит лицо своей матери. Не помнит, когда в последний раз нормально общался со своим «папой», впрочем, зачем ему это надо? Звук ключей в двери, тихое шуршание в прихожей, и вот он идет в сторону своей комнаты, которая, к слову, находится на втором этаже мини-особняка. Проходя мимо комнаты «мелких», он краем глаза увидел Кессиди и Элизабет, которые спокойно сидели на своих кроватях напротив отца и слушали, как Уилл читает им сказку. Глаза Майкла загорелись огнём, когда он увидел нежную улыбку на лице отца, она была мягкая, настолько мягкая, что хотелось бы умереть, лишь не видеть эту картину. С ним Уильям не позволял себе таких улыбок, он вообще не интересовался его жизнью. Майклу это и не надо было, по крайней мере, он так думал. Нахмурившись и поджав зубы, он пошёл дальше, в свою комнату, насквозь пропитанную пылью, будто ее месяцами не убирали, шторы были закрыты, не впуская свет. Бросив рюкзак на пол около кровати, Майкл упал на кровать лицом. Голова у него была полностью пустая. Ни одной мыслишки. Сердце сжималось — обида томилась очень неприятная, но холодок в лёгких не давал ей надавить посильнее. Это был его единственный недостаток. Он не мог заморозить Майкла так, чтобы тот разбился от малейшего прикосновения на ледышки, а она не могла разорвать его на куски. Он лежал. Целый и невредимый. Повалявшись так пару минут, хотя кто знает, возможно, и часов, юноша все же поднялся с кровати и осмотрел комнату. Темнота. Ни единого лучика света. Как будто и солнце вдруг решило отвернуться от подростка. Майкл подошел к окну, которое находилось чуть левее кровати, подошел и раздвинул шторы. Пыль заполонила всю комнату, все же чуть-чуть, но убраться стоило, чем и решил заняться Афтон младший. Через час комната не сияла, конечно, но выглядела лучше, чем до этого. Майкл тяжело вздохнул и посмотрел на рюкзак, что теперь валялся на письменном столе. Домашка. Как же он ненавидел это все. Но юноша ненавидел еще и не доводить дело до конца, поэтому с чуть подавленным настроением взялся за уроки, тем более у него скоро экзамены, стоит больше времени уделять учёбе. Шторы были открыты, Майкл, непонятно почему, сидел на полу и, уперевшись о кровать, читал книгу, но не прошло и десяти минут, он с тяжёлым обречённым вздохом откинул книгу и, подогнув под себя колени, упал на них головой. День был слишком тяжёлым, и его голова просто не воспринимала никакой информации. Тогда Майкл совершенно спонтанно решил проветрить голову и выйти погулять. Вот он уже стоит в прихожей. Обувшись, он выходит на улицу. Вся их семья живет на окраине Бостона, не роскошь, конечно, но позавидовать можно. Майкл пару раз моргнул, хоть солнце уже уходило за горизонт, но будто на прощание оно решило все свои силы потратить на то, чтобы оповестить всех о своей смерти. Поэтому-то и сияло оно столь ярко, слепя своим светом. Юноша оглянул улицу и пошел по поребрику в парк. Наверное, парк был не лучшей идеей, но Майкл нашёл довольно-таки хорошую лавочку (хорошую – в понимании Майкла, отдаленную от излишнего шума) и присел на нее, просидел он так недолго, потому что буквально через пару минут ему позвонили.

- Да? - не скрывая недовольный голос, небрежно бросил Майкл в трубку.

- Где ты находишься? - голос у Уильяма был не хуже стали, и когда Майкл слушал его, у него в груди будто все рассыпалось на куски.

- Гуляю, тебе зачем? - так же небрежно сказал Майкл, он слишком упёртый и гордый, чтобы показать отцу слабые стороны и то, что ему обидно, что к нему так относятся.

- Иди домой, ты не сделал уроки. - сказав это, Уилл отключился. Майкл так и сидел на скамейке. Сидел и думал. Вот он наконец-то опомнился, уже стемнело, стоит поторопиться, дома отец его сожрёт с потрохами. Все уже разошлись, ни мам с колясками, ни мелких людишек, постоянно бегающих и кричащих. Буквально через пару минут юноша уже дома, сидит за столом с радостным братом под одним боком и такой же счастливой сестрой под другим, напротив сидит отец. Кэссиди и Элизабет что-то обсуждают, Майк и Уилл сидят молча, Майклу и кусок в горло не лезет, но он заставляет себя есть через огромный ком в горле. Тяжело вздохнув, юноша поднялся со своего места.

- Спасибо, я больше не буду. - сказав это он направился к раковине, помыв руки, он молча пошел в свою комнату. Все это время его разъедало чувство несправедливости, ему хотелось устроить истерику, кричать и крушить все на своём пути, чтобы его, чтобы его наконец-то приняли и поняли. Как только двери в комнату закрылись, у него стали течь слёзы, обжигая холодное лицо Майкла, он сразу стал утирать их кулаком. Чего это он разревелся, если у него все есть, все хорошо, все цветёт и пахнет. Так думал Майкл, но где-то на корке подсознания он проклинал отца. Ладно, сейчас стоило пойти делать уроки, прошло два часа с того момента, как он сел делать домашку, в его комнату постучались

Глава 2

К нему в комнату постучались.

- Что? - Майкл нервно дёрнулся.

- Можно? - открыв дверь, Уилл просунул голову внутрь комнаты.

- Да, - Майкл не поворачивался лицом к отцу и что-то писал в тетради, хмурясь. Внутри у него всё сжималось, захотелось выблевать все органы. Уилл тихо подошёл к кровати Майкла и присел на неё.

- Тебе что-то надо? - парень сжал ручку в руках сильнее и уткнулся глазами в стену, не поднимая головы.

- Я хотел с тобой поговорить, - Уильям замолчал, подбирая слова. - Иди сюда. - Подросток не отвечает, лишь быстрее что-то пишет в тетради.

– Говори, что надо, и уйди из моей комнаты.

- Майкл, послушай, - многозначительная пауза. - Да я не очень хорошо к тебе относился, но это все было раньше, сейчас я хочу стать для тебя настоящим отцом. - Уилл поднялся с кровати и подошел к столу, за которым сидел Майкл, который чуть ли не горел от смеси какого-то страха и злости. - Прости меня, да, я виноват, и я надеюсь, ты сможешь простить меня за это все. - Майклу все это осточертело, он просто устал, ему хотелось сейчас взять и вырубиться. Но это заветное «прости» от отца... Он точно не спит? Это точно не иллюзия? Его отец извинился перед кем-то?

- Тебе не за что извиняться, - огромный ком в горле пришлось проглотить ради пары совсем тихих слов. - Я ни на что не...

- Майкл! - ему не дали договорить, Уильям его оборвал, слишком жёсткий голос он сделал, слишком наполненный холодком, который вот-вот должен был стать спасением для Майкла, ведь если его отец разозлится, он же отстанет от него? - Я знаю, что тебе до жути обидно, и я хочу загладить вину. С тех пор как твоя мама ушла от нас, я по горло был занят работой, - при упоминании матери Майкла передёрнуло, как будто по его телу пустили нехилый такой разряд тока. - И совсем не замечал Эвана, Бетти, тебя. - Да-да-да, просит прощения, а на следующее утро он все забудет и все и пустит все по кругу.

- Отец, давай все оставим на потом. Я устал и к тому же мне нужно готовиться к экзаменам, - максимально спокойным голосом выдал Майкл, он был на грани, его психика не выдерживает такой нагрузки, уж лучше бы он сейчас сидел где-нибудь на лавочке в парке или гулял по городу, отмораживая себе все конечности, чтобы прийти в час ночи домой и завалиться спать, так и не сделав ничего из домашней работы. Уилл молчал, молчал долго, казалось, что время остановилось, заморозилось, но нет, прошло всего лишь три минуты.

- Ладно, хорошо, спокойной ночи, я, пожалуй, пойду. - Да он и вправду ушёл, перед этим разлохматив и без того лохматые волосы парня и мимолётно поцеловав юношу в макушку, он ушел. Правда, Майкл не знал, что, закрыв дверь, Уилл еще долго стоял около его двери. Сердце его проткнула насквозь длинная и толстая игла вины. Уилл усердно пытался её вытащить, но пальцы всякий раз соскальзывали с идеально гладкого металла. Все же Уилл пошел к себе, но долго не мог уснуть, а Майкл сидел за письменным столом еще до четырёх часов утра, обрабатывая в голове все сказанное его отцом.

Утро.

Ужасно.

Обшарпанный потолок накатывал волну апатии. Не хотелось смотреть на себя в зеркало, не хотелось есть, спать. Ничего. Но противное солнце норовило выжечь ему глаза, ежели он не проснётся. Все как обычно, встал, умылся, причесался, оделся, поел и уже было хотел выйти из дома, как его окликнул сонный голос отца.

- Майк, останься сегодня, - Уилл стоял рядом с подростком, потирая сонные глаза, судя по всему, он только проснулся.

- Зачем?

- Последи за Элизабет, она не будет ходить в садик некоторое время, - он хотел сказать что-то еще, но передумал, развернулся и пошел на кухню. Майкл разулся и пошел за ним.

- А взять ее с собой ты не можешь?

Глава 3

Как раз-таки вы поедете вместе со мной. Майкл сел на стул, скрестив руки на груди.

- И зачем? - Уилл сделал себе кофе и сел перед парнем.

- Скоро у Лиз будет день рождения, я не смогу быть на нем, и это, так скажем, будет день рождения не в срок. - Старший отпил из кружки, расслабленно смотря на сына.

- Понятно. - Только и сказал Майкл, после чего достал свой телефон и начал что-то писать в нем. Через полчаса Уилл собрал и отвёз в садик Кэсси и, уходя, сказал разбудить и привести в порядок Бетси. Майкл все сделал, как сказал отец, ближе к девяти утра все уже одевались в прихожей (все, кроме Уилла, он уже был одет). Одевшись и обувшись, они вышли из дома, сели в машину и поехали. До пиццерии от их дома было достаточно далековато, где-то полчаса на машине, за это время Майк успел уснуть, разбудил его радостный визг Лизы.

- Майк! Смотри, смотри! - Радостная Элизабет тянула Майкла за рукав рубашки.

- Мх, Бетти, отстань.

- Ну, Майк! Посмотри! - С трудом Майкл разлепил глаза и увидел в окне машины пиццерию отца, он уже не помнил, сколько времени прошло с тех пор, как он тут был последний раз. Все вышли из машины, отец Майкла, как только зашел внутрь здания, сразу же завернул влево.

- Поищи Чарли, она тебе скажет, что куда. И ушел, оставляя Майкла наедине с Элизабет за ручку, ну, наедине сказать трудно, так как тут находились несколько людей, два официанта и пара людей за столиками.

- Черт бы тебя побрал. - Шепотом произнёс Майкл.

- Ваааау, Мааайк, смотри! Там куколка!

- А? Ага... - Афтон младший взглянул на сцену, где должны были стоять аниматроники, но вместо них всех там стояла огромная кукла (если так ее можно назвать), то ли металлическая, то ли это был костюм.

- Пошли поближе посмотрим! - Майкл молча кивнул, и Лиз потащила его в сторону сцены.

- Нет. - Как гром среди ясного неба прозвучал голос отца. - Лиз, пойди к той тете, она тебя покормит. - Уилл указал пальцем на темноволосую девушку в рабочей форме официанта, эта девушка помахала рукой Элизе и поманила ее пальцем к себе, последняя же, радостно улыбаясь, побежала к ней. Будто и забыла про куклу. Тяжело вздохнув, Майк обречённым взглядом обвел лицо отца.

- Что? - спросил он, нахмурившись, казалось, что он никогда не улыбается, но Уилл всё, как всегда, сваливал на подростковый возраст, оставляя проблемы нерешёнными.

- Не позволяй ей подходить к бейби. - Афтон старший, увидев вопрос в глазах сына, ткнул пальцем на аниматроника, как уже понял Майкл, это был именно аниматроник. - Понял меня? Младший лишь молча кивнул поджав губы, Уилл как не странно улыбнулся. - Пошли-ка со мной и взял Майка за руку, ведя, судя по всему, в свой кабинет.

- Куда? А Элизабет?

- Она пока с Чарли побудет. - Они оба дошли до дубовой двери в конце коридора, она и еще одна очень сильно выделялись среди других, Уилл открыл дверь и прошел в помещение, Майкл последовал за ним.

- Это мой кабинет, ты тут еще когда маленьким был бегал и мои чертежи разбрасывал. - Как-то воодушевлённо начал рассказ Уильям, но Майкл просто осматривал кабинет, будто и не обращая внимания на то, что рассказывал его отец.

- Я всё прекрасно помню. - В помещении воцарилась тишина. И никто ее не осмеливался нарушить. До того хрупки были те воспоминания, когда мама ещё была в семье, когда отец только-только начинал задерживаться на работе, когда всё вроде было хорошо. Сейчас эти воспоминания словно острый кинжал воткнулись в сердца обоих, и их уже было не вытащить, эти раны уже не затянутся, они будут кровоточить, кровоточить до тех пор, пока кровь не кончится. Майк взглянул на отца. Этот взгляд был полон ненависти и обожания, столько противоречивых чувств. Столько слез было пролито перед тем, как этот самый взгляд стал пустым, холодным, казалось еще шаг навстречу и тебя этот взгляд буквально разорвет на куски.

В кабинет зашла Чарли, но без Элизабет.

- Мистер Афтон, я покормила вашу дочь, и она пошла поиграть с парой ребят, надеюсь, вы не против?

- Да, только смотри, чтобы она не подходила к бейби

- Хорошо. - Девушка коротко кивнула головой и ушла, закрыв дверь. В кабинете снова тишина.

-Я так понимаю, дверь рядом с твоей это кабинет дяди Генри? - Майкл подошел к полке на стене, на которой стояли мини фигурки аниматроников, вот Фокси, Чика, Бонни, но почему-то тут не оказалось Фредди, хотя он, казалось, сердце этого заведения.

- Да он пока не может быть тут, приболел.

-Понятно.

- Надеюсь, ты узнал Чарли?

- Конечно, как же ее не узнать. - Майкл неловко усмехнулся, в голове отмечая, что видел он ее почти каждый день. В школе. Правда, она учится в параллели, но все же.

***

Так прошел почти весь день, после нескольких минут разговора с отцом Майкл пошел за Элизабет, и они играли весь день, после окончания рабочей смены все работники разошлись по домам, и никого не осталось в заведении кроме Уилла и Бетти. Майкла позвала прогуляться Чарли, он согласился. И вот вечер, отец вернулся домой с Эваном, но рядом с ним не видно Элизабет. Майкл этого еще не знает, он отказался ужинать и вообще впускать кого-либо в свою комнату, сделал он это закрыв дверь на замок и благополучно уснув, так как хорошенько так подустал за день

Глава 4

На следующее утро было почти всё так же, как и всегда, если не учитывать тот факт, что проснулся Майк раньше обычного. Сделав все утренние процедуры, юноша решил не тратить время на что-либо бессмысленное и заняться подготовкой к экзаменам, время пять утра, еще два часа у него есть.

Время семь двадцать, Уилл проснулся и готовил завтрак на всех, по крайней мере внизу было слышно, как кто-то копошится и что-то делает. В семь тридцать Майкл понял, что делать нечего (он уже успел сделать всю домашнюю работу и даже решить два пробника по экзаменам), можно пойти и позавтракать, хотя он сам и не особо хотел, это скорее просто было привычкой.

Майк, зайдя на кухню, увидел отца, и как же странно было видеть его... В фартуке? Да, он был именно в фартуке, что очень удивило младшего Антона, ведь даже если Уилл и будет знать, что заморает всю свою одежду, но не наденет фартук. Старший будто и не заметил ничего странного, всё как всегда, через пару минут на кухню прибежал еще и заспанный Эван.

- Папа! А где Лиза? Ты говорил, что она придёт сегодня! - какой-то странный вопрос.

- Эви, милый, давай сейчас поедим, я отвезу тебя в садик, после садика мы кое-куда пойдём, а вечером я тебе расскажу, где Лиза, хорошо? - Уильям подмигнул сыну, на что тот радостно улыбнулся.

- Хорошо!

- Вот и отлично, а теперь живо мыть руки и есть, - радостный мальчик убежал в ванную, а Майк с нескрываемым интересом посмотрел на отца.

- Где Бетти? - без лишних слов спросил он, на что Уилл не обратил внимания, тогда Майкл повторил вопрос и снова не получил ответа. Пару минут прошли в тишине.

-Сегодня тоже не идёшь в школу? - снова тишина.

Все дружненько поели в тишине, спустя полчаса Уилл, как всегда, отвез Эвана в садик, а Майкл пошел искать Элизабет, ее не было ни в общей комнате Эвана и Лизы, ни в тех местах, где она любила прятаться. В итоге он прекратил это дело и, как всегда заперся в комнате, а там уже просто валялся на кровати, разглядывая потолок. Отец вернулся домой через минут пятнадцать.

- Майк, выйди из комнаты, - Уилл постучал в дверь комнаты сына, а тот не ответил, так как пребывал, так скажем, в трансе и не слышал ничего и никого. Уилл стоял так еще минут десять, после чего догадался написать Майклу. Зайдя в директ, Афтон старший довольно удивился, в последний раз он и его сын переписывались аж два года назад, и это несмотря на постоянные командировки Уилла. Вздохнув, Афтон все же написал сыну: «Выходи, надо поговорить» и пошел на первый этаж на кухню. Его лицо было довольно спокойным, но то, что он постоянно заглядывал в телефон, говорило об обратном, сообщение так же оставалось непрочитанным.

Минута.

Две.

Три.

Такое ощущение, что время не шло, а остановилось на одном месте. Слишком сильно давят и сдавливают сердце воспоминания. То, как он сам кидал безразличное «потом» сыну, то, как это потом никогда не случалось, и то, как Майкл тихо-тихо плакал в своей комнате. Он всё помнит и знает и может сказать точно, что Майкл уже не маленький мальчик, за которым нужен постоянный присмотр, он уже взрослый человек, которому нужно внимание.

Уилл выдохнул и потер переносицу рукой, после чего пошёл умыться в ванную, и какого же было у него удивление, когда он снова пришёл на кухню и увидел там Майкла, пьющего кофе.

- Ты мне писал, что-то случилось? - оглядев отца, спросил Майкл довольно незаинтересованным голосом, из него как будто все жизненные силы высосали.

- Да... - Уильям сел на стул и стал теребить пальцами по столу, не зная, как начать разговор, юноша просто спокойно сидел и смотрел на него. Прошло, наверное, уже пару минут, но Уилл так же молчал.

- Ну?

- В общем, Элизабет пропала, - протараторил Уилл и выдохнул. Майкл молчал, единственное, что сейчас слышалось, это чириканье птиц за окном.

- Что? - спросил он. - Ты не смог даже за дочерью нормально проследить? - реакция Майкла не заставила Уилла долго ждать. - Ты серьёзно? Ты даже за ребёнком присмотреть не можешь? И почему это ты такой спокойный? - Майкл положил кружку, которая была у него в руке, на стол и пристально наблюдал за отцом. Он смотрел как-то даже презрительно.

- Послушай, Майк, она всё это вр... - ему не дали договорить.

- Какая разница, сколько она была с тобой!? Каким долбанутым отцом ты можешь быть после этого!? - кажется, на глазах Майкла стали появляться слёзы. А нет, это были отблески злости. - Я всегда знал, что рано или поздно ты облажаешься, хотя нет, ты уже. Лучше бы я оказался тогда с мамой, было бы гораздо меньше проблем.

Глава 5

Майк поднялся со своего места, взял в руки свою кружку и пошел к выходу из кухни.

- Браво, отец, ты просто великолепен. - И ушёл. Оставил Уилла на попечение совести, но совесть его отца сжигала его изнутри так, как не представлял сам Майкл. Он ведь не знал, куда именно делась Лиза...

***

Время шло, прошел целый месяц, следствие не сдвигалось с мертвой точки. Только через пару недель Майкл узнал, что это была далеко не первая пропажа в пиццерии. Не первая и не вторая. Младший Афтон помогал следствию, как только можно было, но результатов было ноль. Дома же воцарилась чуть ли не гробовая тишина, которую разбавлял лишь Эван. Майк также продолжал открыто показывать то, насколько омерзителен ему родной отец. Минус два.

***

Уже зима. Следствие закрыли. Некоторое время подозревали самого Уильяма, но прямых доказательств не было. На день рождения Элизабет Уилл был дома, сказав, что отложил поездку на потом. Эван плакал почти каждый вечер перед сном и расспрашивал Уилла о том, где его сестра.

***

День рождения Эвана. Хоть на нем Майкл улыбался, смотря на то, как его брат пытается выбраться из головы аниматроника. Все пошло не по плану. Больница, капельница, режущий уши писк. Он скончался. Минус три. Дом совсем затих.

***

Новый год, вроде должно быть радостно и тепло на душе, но дома даже елка не стоит, каждый в своей комнате. Уилл совсем ушёл в работу, дабы отвлечься от своих ужасных мыслей, а Майкл перестал вообще появляться дома.

Но в один момент что-то поменялось. Кто-то крутанул гайку не в ту сторону, и весь механизм стал медленно рушиться. В один момент Уилл заметил поведение сына, и они стали ходить к семейному психологу. Удивительно, но после долгих походов к врачу, психолог понял, что у Майкла явно что-то не то, и направил его к психиатру и психотерапевту. Его положили в психбольницу, так как обнаружили у него биполярное расстройство, повышенную тревожность и депрессию уже слишком тяжелой стадии.

Дома никого. Пыль, грязь, паутина и тишина. Через месяц его выписали, и он вроде как чувствовал себя лучше, но это было совсем не так. Опять семейный психолог, опять попытки Уилла наладить отношения с сыном, и всё без толку. Скоро каникулы и экзамены.

***

- Майк, - в комнату юноши постучался отец, - иди есть. - Младший Афтон, кажется, уже весь вчерашний день не выходил из комнаты и ничего не ел. Из комнаты не было слышно ни звука. Старший Афтон дёрнул ручку двери, и на удивление она поддалась, и дверь открылась. Зайдя в комнату, Уильям оглядел ее и увидел Майкла, лежащего на кровати и свернувшегося в позе эмбриона. Он не шевелился.

- Майкл, иди есть, - повторил Уилл, но снова не получил ответа, поэтому подошел ближе к сыну, пытаясь разглядеть его лицо, так как в комнате были плотно закрыты шторы. И разглядел. Мертвенно бледное лицо, казалось, он даже не моргал, лишь смотрел в стену напротив, и всё. Уилл обошел кровать и присел на корточки, смотря на младшего Афтона.

- Майк, всё хорошо? - Помахал рукой перед лицом сына, ноль реакции. Буквально через пару секунд из глаз Майкла покатилась слеза и капнула на подушку, сам Майк улыбнулся, все так же смотря будто сквозь отца.

- Решил позаботиться о своих детях, и почти сразу же они умерли. - Взгляд юноши изменился, теперь он смотрел на отца. - Знаешь, каково чувствовать себя лишним?

- Майкл, давай поговорим за столом, вставай, пошли поешь, смотри какой бледный. - В ответ молчание. Майк повернулся туловищем к потолку.

- Хреновый из тебя отец. - Юноша прикрыл глаза и, казалось, даже перестал дышать.

- Слушай, Майкл, я понимаю, ты обижаешься, но пойми, что это лишь чтобы прокормить вас. - Молчание. Такое тянущееся, но через пару минут того, как Уилл пристально разглядывал такое болезненное лицо своего сына, он вдруг открыл глаза и поднялся с места. Точнее сказать, он перешел в положение сидя и посмотрел на отца таким затуманенным взглядом.

- Ты считаешь это оправданием? Я столько лет терпел то, что ты постоянно не сдерживаешь свои обещания, я терпел, то как ты хорошо обращался с Лиз и Эваном, я столько лет жил, наблюдая то, как отстранённо ты на меня смотришь, и это твое оправдание!? - Глаза Майкла стали наливаться слезами, и почти сразу эти слезы полились. Майк пытался утереть их, но они шли еще больше. Тремор в руках стал увеличиваться, он будто не управлял своим телом, вмиг он встал с кровати и побежал в ванную. Но не смог, ноги не держали, все-таки проблема с питанием сказалась на нем очень сильно. Не выдержав, он упал на пол. Синяки на коленях обеспечены.

Глава 6

Майкл попытался встать, но всё бестолку, ноги попросту не держат, в итоге он обессиленно просто расселся на полу, обнимая руками колени, и плакал, он не мог контролировать эти слёзы, они просто шли, шли и шли. Всё, что находилось в этом помещении, будто давило на Майкла так, что ему дышать было тяжело и больно. И чего Майкл точно не ожидал, так это того, что Уильям его обнимет. Погладит по голове и станет успокаивать. Чего он еще больше не ожидал, так это то, что он, сам Майкл Афтон, прижмётся к нему. Майк жался к человеку, которого буквально ненавидел за существование. А этот человек, в свою очередь, позволял ему — ненавидевшему его всё это время — так просто обнимать его и истерить у него на глазах. Глаза Майкла распухли и покраснели, нос тоже стал довольно красным, а слезы все шли, шли, шли... Он все прижимался к отцу и прижимался. Стало так тепло на душе. Удивительно, но таким простым объятием Уилл успокоил взбунтовавшегося мальчика, живущего в Майкле, успокоил мальчика, которому всё это время просто не хватало внимания.

***

Стоит ли говорить о том, как долго Майк так просидел в объятиях отца? Стоит ли говорить о бабочках, которые запорхали и буквально устроили ураган в теле младшего Афтона? Стоит ли говорить, как он потом стыдился, что так взял и разревелся перед отцом?

- Майк, вставай, пошли поешь, - шёпотом на ухо сказал Уилл, его голос разрезал тишину, как острый мел по доске, как скрип колёс в тиши дороги, как мерзкая синтезированная музыка. Но от этого почему-то пробежали мурашки по телу младшего, от этого стало как-то теплее, и он будто выпал из этой реальности. Майк слегка приподнялся, до этого он почти что лежал на груди отца, и взглянул на него. Красными и распухшими от слёз глазами. Уилл приблизился ближе к лицу сына, разглядывая каждую слезинку на лице парня. Майк замер, даже моргать перестал, ожидая того, что произойдёт дальше. Их лица стали еще ближе, еще и ещё, Уилл приобнял Майкла за плечи и поцеловал его в лоб.

- Пошли поешь. - Поднявшись, Уилл подал руку сыну, помог ему подняться и дойти до кухни.

Перед Майклом стояла тарелка с супом, он ковылял ее ложкой и, судя по всему, не собирался есть. Проблема отсутствия аппетита уже не первый месяц его беспокоит, она настолько плотно успела окутать жизнь юноши, что он даже периодически забывал о ней. Ровно так же забывая поесть. Сейчас, смотря на свою тарелку, он ощущал то, что ему всё больше и больше хочется блевать. Тошнило так, что голова закружилась.

- Майк поешь, прошу - Уильям сидел напротив Майкла и смотрел на него, он сам уже давно всё съел и теперь наблюдал за Майклом, который, к слову, не собирался отвечать отцу что-либо. Мысли давили на него, словно давление давит под водой, еще и тошнить начинает, кажется, сейчас он не выдержит и просто либо свалится вниз без возможности о чем-либо думать, либо его вырвет прямо в эту же тарелку с едой.

- У меня аппетита нету, - совсем уж бесчувственно, совсем шёпотом, потрескавшимися губами произнес младший. И тут его словно током ударило, он резко дёрнулся назад, опираясь на спинку стула, и почти сразу же побежал в ванную комнату. Все-таки не выдержал. Уилл испуганным взглядом смотрел вслед сыну пару секунд и пошел за ним, мало ли что. Из ванной доносились довольно дотошные звуки, когда Афтон старший попытался ее открыть, он понял, что она заперта. Майк ощущал какую-то дрожь по всему телу, он опирался на все, что попадалось под руку, но его носило то на один угол, то на другой. Он стоял над раковиной, пытаясь удержать равновесие и не приложиться головой о кафель. Холодно. На душе холодно.

Парень не заметил, как все мысли буквально растворились, уступив место полной пустоте. Взглянув на себя в зеркало, юноша ужаснулся: огромные круги под глазами, мертвенно бледное лицо, красные глаза, на которых можно было заметить капельки слёз, и такие же красные губы из-за того, что сейчас произошло с его организмом. Оторвавшись от столь неприятного зрелища, Майкл умылся и как ни в чем не бывало вышел из ванной комнаты.

Отец его снова позвал на кухню и стал расспрашивать его, что случилось такого, что он аж блевал, параллельно ища таблетки в шкафчике. Майк опустошенно смотрел в стенку, не думая ни о чем, глаза его были словно стеклянные, еще чуть-чуть и они разобьются и полетят осколками из слёз, хотя в ванной такого не было, лишь приятное ощущение пустоты.

Отец поставил на стол перед юношей стакан с водой и две таблетки.

- Выпей, - только и сказал он. Майк послушал Уильяма, выпил обе таблетки разом и сморщился от неприятного привкуса. Уилл стоял перед ним неподвижно и молчал, осматривая его. - Может, стоит сходить к врачу?

Глава 7

- Возможно, - Майкл так же спокойно сидел на стуле, он проморгался и встал с него. - Я пойду, - Майкл хотел было встать, но его отец его одёрнул.

- Нет, Майк, мы едем к врачу, - Уилл вздохнул и пошел в прихожую, младший пошел к себе собираться, сил спорить не было от слова вообще.

Вот они уже едут в машине в поликлинику. Юноша сидит на переднем сидении и думает. А думает он о том, что он подумал и, главное, захотел, когда отец его поцеловал в лоб. Почему он это решил обдумать, он сам не знает, но точно знает, что это ненормально.

Хотя это, наверное, можно объяснить тем, что Майкл все это время только и жаждал внимания со стороны отца. На момент юноше показалось, что у него поднялась температура, так как ему стало слишком жарко в области щек, посмотрев в зеркало, он ужаснулся, его щеки были такие красные, любой помидор позавидует. К счастью, Уилл был занят дорогой, поэтому не заметил этого.

Уже через пару мгновений они сидели на приёме у врача. То, что он уже пару минут сидел и что-то записывал себе в компьютер, уже начинало подбешивать, особенно младшего, потому что Майк (земля ему пухом) сидел прямо у врача перед мордой, и он буквально каждую секунду посматривал на Майкла так, будто он какой-то инопланетянин. Все же отвлёкшись, врач угрюмо взглянул на Уилла и стал задавать ему вопросы по поводу самочувствия его сына. Такое ощущение, как будто это не Майк пришел на обследование. Его это, чесно говоря, слегка подбешивало, но он держал себя в руках.

- Майкл, - обратился врач к юноше, надо же, про него вспомнили, - в последнее время ты не чувствуешь усталость? - Этот врач ещё и голос сделал такой, словно Майк — ребенок ничего не понимающий.

- Ну да, чувствую.

- Мм, понятно, а бессонница есть? Или, может, постоянно спать хочется?

- Бессонница.

- А с питанием, я так уже понял, не всё хорошо, - врач опять-таки повернулся в сторону своего компьютера. - Я направлю вас к неврологу и психиатру, - напечатав что-то в компьютере, он отдал какую-то бумажку Уиллу. - Думаю, вам стоило бы еще взять анализы, тут написан номер кабинета, врач — Дэвид Хендерсон. - Спешно попрощавшись, Майк вылетел из кабинета так, будто пуля вылетела из ствола. Уилл еле успел нагнать своего сынишку.

- Майк? Почему ты не говорил мне про то, что у тебя проблемы со сном? - Встав наравне с ним, спросил отец юноши.

- Это не очень-то и важно, - Уильям тоже начал выглядеть как-то подавленно, глядя на Майкла, который буквально излучал апатией, смешанной с тревогой, последнее можно было бы понять по дрожащим и, судя по всему, холодным пальцам юноши. Уильям посмотрел на его руки и, не задумываясь, схватил одну и буквально потащил сына к лифту. - Что ты делаешь? - Попытавшись вырваться, Майк отдёрнул руку и чуть не грохнулся назад в стенку лифта, но отец Майкла его придержал.

- Осторожнее, у тебя руки холодные, дай погрею, - Уилл взял теперь уже обе руки Майкла в свою и стал их согревать, что получалось у него довольно хорошо, так как его руки были довольно тёплыми.

Майк смущённо отвернулся и стал разглядывать пол лифта, странные мысли снова стали посещать его голову, но руки Уилла были такими тёплыми... Он сжал губы в ниточку и одёрнул себя от таких постыдных ощущений. Вот они оказались на нужном этаже, вышли из лифта и пошли в нужный кабинет. Отец Майкла уже отпустил его, и теперь они просто шли рядом. В коридоре, который вел в кабинет врача был абсолютно пустой. Уилл постучался и зашел внутрь.

- Можно?

- А? Да, заходите, вы — Уильям Афтон? - Врач был на удивление с очень приятной внешностью и улыбкой от уха до уха.

- Да, - вслед за отцом зашел и Майкл, врач показал ему сесть на стул рядом с ним.

- Так, ну что ж, что вас беспокоит? - Майк, судя по всему не собирался рассказывать что либо, поэтому ситуацию объяснил Уилл.

- Так понятно, теперь я хотел бы попросить вас выйти и подождать около кабинета, я вас позову, когда нужно будет, хорошо? - Дэвид миловидно улыбнулся, Уильям слегка кивнул и пошел к выходу из кабинета, врач посмотрел каким-то странным взглядом на Майкла после чего начал задавать вопросы. - Так, милый мой, ну может попробуешь рассказать что нибудь, например знаешь ли ты, из-за чего у тебя бессонница? - Майк молчал пару секунд, после чего отрицательно покачал головой. - Хорошо, тогда давай поговорим, что тебя беспокоит и тревожит? - Врач встал и подошёл к столику напротив его стола, налив чай и достав какие-то печенья, психиатр сел обратно, предлагая Майклу выпить чая, и терпеливо начал ждать, когда Майк заговорит.

Глава 8

- Ну, пару месяцев назад у меня умер брат, а еще несколько месяцев назад пропала младшая сестра... - Майк просто тупо пялился на свои руки, не обращая внимания ни на чай, ни на угощения, что дал ему психиатр. Ему казалось все это иллюзией, никогда бы он не подумал, что будет сидеть в кабинете психиатра и рассказывать про то, что его могло травмировать.

Его тело слегка дрожало. Он вспомнил то, как Эван перестал шевелиться и пытаться выбраться из головы этого чертового Фредди. Его охватили с головой воспоминания. Это такое странное даже тянущееся ощущение, неприятно прилипающее к каждой частичке тела, что хотелось оторвать эту жижу с плотью. Чувство вины буквально поглотило Майкла с головой. Он даже периодически не мог дышать. Тремор и холод рук, полностью забитая голова, как каша с комочками тянущиеся мысли и воспоминания...

- Братик, я же просто хотел поиграть с тобой! - он оглядывается, никого в поле зрения кроме врача. Голос Эвана возник то ли у самого Майка в голове, то ли это и вправду был Эван. Этот голос был похож на внезапно вспыхнувшую лампочку в его голове. Она быстро включилась и так же быстро отключилась. Голос будто резал уши юноше, надо сказать, что Майкл в последнее время стал очень нервным, поэтому сейчас он мог скинуть это «видение», если так можно выразиться, на усталость или что-нибудь подобное. Он хочет что-то сказать... Открывает рот и, о ужас, он будто онемел. Ни единого звука.

- Майкл! - Дэвид стоит перед лицом юноши и щёлкает перед ним пальцами. - Все хорошо?

- А, простите, я задумался. - И вот Майк, как прежде, сидит и рассказывает что-то психиатру. Они пообсуждали что-то, и в конечном итоге врач позвал обратно Уилла, выписал таблетки, и они пошли домой. Уже дома Майк хотел было пойти к себе в комнату и готовиться к завтрашнему дню, как-никак завтра в школу, но его подозвал отец.

- Майк! Иди ко мне! - стоя на кухне, сказал Уилл, завидев сына, проходящего мимо кухни.

- Что? - Майк подошёл к отцу и пытался рассмотреть, что делает последний, Уилл в очередной раз что-то готовил.

- Садись, я тебе коктейлей купил. - Увидев непонимание в глазах сына, Уильям поспешил ему всё объяснить: - Это та же еда, но в жидком виде, надеюсь, ты это выпьешь? - Отец Майка с надеждой взглянул на него, тот с тяжёлым вздохом и обречённым взглядом кивнул и пошёл к столу, сел на стул и стал дожидаться отца.

- Вот, возьми. - Уилл отдал сыну стакан с этим самым смузи (он даже трубочку туда подложил) и сел напротив своего сынули, дожидаясь, когда он это выпьет. Майк это начал пить, но, не отпив и половины, положил стакан на стол со словами:

- Я всё, не могу больше. - Уильям промолчал, обречённо смотря на сына.

- Ладно, я сейчас поеду за таблетками, ты со мной? - Понятное дело, почему «папочка Уильям» так заботится о своём сыне, он единственный близкий человек (в плане родства, конечно же, иначе у него есть Генри и куча других хороших друзей), которому он может передать наследство.

***

На окно падают капельки дождя, разбиваясь вдребезги о стекло, падая вниз. Холод замораживал всё, что так отчаянно билось о череп, замедлял ход времени. Стоя у окна так долго, Майкл с высокой вероятностью мог заболеть. Но сейчас рядом не было того, кто сказал бы ему «не стоять в футболке с открытым окном», поэтому он продолжал и продолжал дышать. Продолжал до мелкой дрожи в мышцах — едва почувствовав её, закрыл окно и рухнул обратно на кровать. И мысли опять-таки вернулись. Он снова начал думать. Слава богам, Майк вспомнил про успокоительное, которое валялось в шкафчике на кухне уже года два, если не меньше. Придя на кухню, он отыскал-таки таблетки. Налил воды, выпил. И, к счастью, голову, которую от этого движения неисправимо повело, после выпитой таблетки стало понемногу отпускать. Вернувшись в комнату, Майк поплотнее закутался одеялом, потому что ему стало как-то холодно, а действие таблетки одолевало слишком мучительно долго. Но, к счастью вскоре он уснул.

***

Уилл держал подрагивающие руки у руля, пытаясь сосредоточиться на дороге. В последнее время он очень странно реагирует на обыденные вещи, он понимал, что с этим могло быть связано, но все равно продолжал искать настоящую причину его размышлений. Он даже работать стал только пять дней в неделю. До появления Эвана и Элизы он работал все семь и даже оставался иногда ночевать там же, а после он просто стал оставлять работу, которая должна была быть выполнена в воскресенье, на понедельник, и так, наверное, и продолжалось бы, если бы не Майк. Он думал только о Майкле, психотерапевт сразу же после того, как Майк вышел из кабинета, сообщил кое-что ему. И его эта мысль не покидала ни на минуту.

Глава 9

- Майк, я дома. - Огромный и совсем опустевший дом, единственный звук здесь - тишина. Тяжелый выдох, положив пакет с таблетками на тумбочку рядом с обувницей, Уилл снял обувь и направился к комнате подростка. Постучавшись, он зашел в комнату, так как дверь была открыта. - Майк, не занят? - Юноша сидел на кровати и с кем-то переписывался.

- А? Да-да. - Майк с интересом глянул на пакет в руке отца. - Что это?

- Это твои таблетки. - Уилл пояснил, как и когда принимать каждую таблетку, и ушел к себе.

На следующий день все было вроде как отлично, Уилл не поленился отвести Майкла в школу, после чего поехал на работу.

***

Уильям Афтон, человек с большой буквы, если так можно сказать. Владелец сети крупных пиццерий, примерный семьянин...

Но на данный момент - отец-одиночка, потерявший двух своих детей и живущий с бунтующим подростком (конечно, трудно сказать «бунтующим», но, полагаю, так будет более правильно).

Телепрограмма «Шоу Опры Уинфри».

На кресле бежевого оттенка сидела женщина лет так тридцати-тридцати пяти, чуть пухловатая, но не толстая, она была одета довольно официозно: серые брюки, белая, чуть бежевая рубашка и поверх нее пиджак такого же оттенка, что и брюки, классика. Волосы у нее были распущенны, но укладка ей очень шла. Лицо ее выражало несколько сожаление и сострадание. Прямо напротив сидел сам Уильям.

Он не показывал абсолютно никаких эмоций, лишь поджатые губы говорили о том, что тот нервничал. Рядом с ним сидел Генри, тот казался очень расслабленным и даже чутка весёлым.

- Мистер Афтон, вы потеряли аж двоих своих детей, как вы думаете, это случайность или кто-то вам желает зла? - Уилл слегка кивнул и начал раздумывать над ответом, Генри же, с минуту назад сидевший с довольной улыбкой, нахмурился и сел прямо, слушая всё, что говорит Уильям.

- Я стараюсь думать об этом как о том, что это была чистая случайность, но если углубиться в это, то, наверное, будет больше похоже на нашего недоброжелателя, хотя, наверное, и конкретно моего недоброжелателя. Всё же есть куча таких заведений, которые хотят соревноваться с нашим Фредди.

-А что вы про это думаете, мистер Эмили? - Женщина уже слегка улыбнулась, глядя на Уилла, как бы поддерживая его, видя его подавленное состояние.

- Я предпочитаю нейтрально относиться к этому, да, это нехилая потеря, всё же Уилл мой друг, с которым я дружу с детства, но я предпочитаю оставаться на нейтральной стороне.

***

Прошло время после того, как Майк начал каждодневно ходить к психологу и принимать таблетки, вроде как всё было отлично, но в один момент Уилл опять заметил то, что сын запирается в себе. Этот его пустой взгляд, иногда какой-то даже стеклянный, может, Уиллу стоило отдать всё свое время Майклу. Он снова увлекся работой, позабыв о том, что обещал себе каждый день общаться с сыном, расспрашивать его о новых делах в его жизни и вообще помогать ему как только можно, чтобы наверстать упущенное за столько лет.

И вот снова суббота. Ночь, часы на стене показывают уже 00:45. Генри ушел еще пару часов назад, а Уилл всё так же сидел и рассматривал, что же не так с чертежами. Новый аниматроник, придуманный Эмили, никак не получалось нормально счертить, всё как-то куда-то да не подходило, да и что скрывать, денег на его создание ушло бы немало, как минимум их полугодовалый гонорар, поэтому такой масштабный проект еще требовал обдуманности. Да, дело рискованное.

Все же с тяжелым выдохом старший Афтон упал головой на стол, котелок уже давно не варил, у него выключили огонь, точнее, потушили холодной водой, в которой и лаве не грех превратится в сосульку. Все же Уилл решил собраться и поехать домой. Майк уже два дня сидит дома один, точнее, Уильям просто не бывает дома. Отец года, что сказать.

***

Зайдя в дом, первое, что увидел Афтон-старший, так это то, что свет в гостиной не горел, но оттуда исходило некое сияние. Сняв обувь и бросив пиджак на комод, Уилл неспешным, усталым шагом направился в зал, зайдя туда, он расплылся в улыбке, стоя в проеме, опираясь на дверной косяк и глядя на Майкла завороженным взглядом. Он лежал так расслабленно, обхватив руками подушку, по телевизору крутили очередную ересь про то, что произошло очередное нападение в Саунт-энде. Это уже как-то неудивительно, этот район стал довольно преступным в последнее время.

Но Уилла это мало интересовало, он разглядывал Майкла, он выглядел таким расслабленным, и в особенности уставшим. Синяки и красные следы под глазами подтверждали это. Отец Майкла не стал его будить, просто сел рядом с ним и стал смотреть, что же такого произошло в очередной раз. Он долго не мог уснуть, все слушал про 19-летнюю Венди Дансеро, которую убили в отеле «Дипломат», вокруг нее поднялась куча шумихи, конечно, это же пятизвёздочный отель, убийство в элитном заведении - это как остро наточенный нож под дых владельцам. Чем-то и Афтона с Эмили напоминает.

Глава 10

Майк проснулся ближе к трем часам утра. Шея ужасно затекла от неудобного положения, поэтому он решил разлечься на всем диване. Какого же его удивление было, когда он ощутил вместо бархатной поверхности дивана мягкие бедра отца. Майк сразу же вскочил как ошпаренный и с удивлением глянул на Уилла. Постояв так в ступоре пару секунд, он пошёл почти что бегом в ванную комнату.

Сгорая от стыда, он начал умываться холодной водой, чтобы прийти в себя. Успокоившись, он умылся, почистил зубы, причесываться Майкл смысла не видел: выходной все-таки, лишний раз время тратить. Выйдя из ванной, он направился на кухню, заварил себе крепкий кофе и сидел за столом, глядя в открытое нараспашку окно, отмораживая себе конечности. Скоро экзамены, а значит, лето, но по утрам все равно было холодно. Несмотря на это, Майкл сидел и прислушивался к пению птиц за окном и шуршанию листвы от ветра. Тихо и спокойно. Ближе к четырём проснулся и Уилл.

- Утро, - произнес он, его голос разрезал тишину, и она разбилась вдребезги. Уилл выглядел довольно сонным, вероятно, не выспался.

- Угу, - прикрыв глаза, ответил Майк. Дальше опять тишина. Уилл поставил чайник на плиту, и лишь он создавалээ хоть какой-то иной звук, помимо того, что происходило на улице.

- Ты почему так рано проснулся? Время всего четыре утра, да и выходной, - Уильям тоже приготовил себе кофе и сел напротив сына.

- У меня шея затекла, снова уснуть я не смогу, - Майк замолчал. Теперь уже точно тишина. Но она не давила, эта тишина была скорее нужной, они смотрели друг на друга, пили кофе и обдумывали свое отношение друг к другу. Атмосфера была довольно лёгкая, спокойная и даже в каком-то роде приятная.

- Прости, что меня не было эти два дня, - Уилл глянул в свою чашку, рассматривая свое отражение. Его собственный взгляд показался ему довольно странным, поэтому он снова посмотрел на сына.

- Ничего, - Майкл внимательно наблюдал за каждым движением отца. Солнце посвечивало на них обоих, стало аж теплее. Их взгляды пересеклись, и взгляд Уилла в тот же момент стал серьезнее, после чего он поднялся со своего места, подошел к окну и закрыл его.

- И как долго ты тут мерз? - сев обратно, спросил Уильям.

- Час, полчаса, - Майк глянул на окно. Когда его закрыли, ему стало теплее, но появилось ощущение, что он в клетке. Душно. Ужасно. Захотелось выбежать на улицу в одной футболке и шортах, чтобы вздохнуть свежим воздухом.

- Как у тебя дела в школе?

- Нормально.

- Куда хочешь поступить?

- Еще не решил.

- Что с тобой? - Уилл посмотрел в синие глаза Майкла, они ему напомнили туманный лес холодной зимой, когда они, Майк, его, к слову, уже бывшая жена и он решили выбраться отдохнуть в горы. Было хорошо до ужаса. Тряхнув головой, Уилл отдёрнул себя: не сейчас об этом думать. Снова посмотрев на младшего взглядом а-ля «отвечай, никуда не убежишь», Уилл отхлебнул кофе из чашки. Майклу же под таким тяжелым взглядом отца стало не по себе. Ему становится неловко от тишины. Уильям же не стремится её нарушить. Он даёт немому отвращению пропитать всё вокруг — въесться в каждый сантиметр стола или стены. Майк сглатывает нарастающий ком в горле.

– Ты о чем? - он делает вид, будто все в порядке, и только сейчас Уильям заметил, как потускнели глаза Майкла. Он отчётливо помнит, как в детстве у Майка не любившего причёсываться, и когда ему хотели отстричь уже довольно длинные локоны, то яростно протестовавшего, готового откусить руку по локоть, он помнит как у того маленького бунтаря бегавшего по всему дому с дикими воплями в пижаме лягушки и отказывающегося чистить зубы, помнит как у него буквально светились глаза при виде кошек, пробегавших на улице, готового выдернуть им хвосты, его глаза тогда были совершенно другими. Они сияли и горели ярым огнем.

– Ты странный в последнее время, можешь рассказать все мне, я выслушаю.

– Все у меня в порядке. - Майк допил свой кофе, встал, положил чашку в раковину, забрал свою подушку и направился в свою комнату. Завалившись на кровать лицом вниз, он начал думать. Ему все еще было душно и жарко, а мысли из-за этого становились еще запутаннее. Голова тяжелела и начала гудеть. Пролежав так всего то пару минут, Майкл встал как ошпаренный, и пошел опять-таки на кухню. Пульсация в голове отдавалась ноющей болью, разливаясь по всему телу неприятным тремором. Уилл все еще сидел там. Пока младший Афтон искал таблетки, шарясь в шкафчиках, он наблюдал за ним. Все же Майк очень похож на Уильяма в подростковом возрасте, только вот он не был таким... Безэмоциональным..? Да, пожалуй, это слово больше всего подходит, Уилл в молодости крушил все как ураган, постоянно сбегал из дома, не слушался и так далее. Но Майк не такой. Его взгляд пустой, его действия не очень резкие, расслабленные и спокойные. А мысли, скорее всего, тихие. Если нервы Майкла на данный момент были медными проводами, нервы Уилла в его возрасте были тонкими-тонкими нитями, которых в природе не существовало — они рвались, едва появляясь на свет. Но сейчас Уилл такой же, как и его сын, точно Майк его копия, единственное, что передалось ему от матери, это синие глаза, словно васильки, такие прекрасные.

Майк уже выпил таблетку и собирался уходить, как Уильям его одёрнул

- Давай посмотрим фильм?

***

Они сидят вместе на диване и смотрят фильм. Но каждый думает о своем. Майкла уже какой день посещают странные мысли по поводу отца, и сейчас он думает об этом. Прикрыв глаза, Майк старается избавиться от мыслей о нем и от всех других беспорядочных, ненужных мыслей – будто подметаешь пол: поднимаешь краешек подсознания, словно ковер, и заметаешь туда весь мусор. Всё. Готово. Выдохнув, младший Афтон все же глянул в сторону телевизора и краем глаза увидел Уилла. Он смотрел на него. Майкл не обратил на это внимание, пытаясь вникнуть в сюжет фильма.

Генри всегда был голосом совести Уильяма, но тот его не слушал. Никогда. И вот спустя аж двадцать с лишним лет старший прислушался к нему и попытался наладить контакт с сыном. Но Майк, словно упёртый баран, не шел навстречу. Он развернулся на триста шестьдесят градусов и пошел в совсем противоположную сторону. Жизнь их не готова свести.

Глава 11

- Слушай, Майк, - Уильям придвинулся ближе к Майклу, а тот посмотрел на него.

- М?

- Думаю, нам стоит поговорить, - старший явно нервничал, он похрустел пальцами и продолжил: - Помнишь, пару месяцев назад мы ходили к семейному психологу? - Кивок в ответ. - Тогда я находил время и ходил к этому же психологу отдельно, и он сказал, что нам стоит поговорить друг с другом о своих чувствах и переживаниях. - Тишина. - Конечно, если не хочешь, то не... - Уильям не договорил, его оборвали на полуслове.

- Тогда начинай, - Майк сел по-турецки, внимательно вглядываясь в глаза напротив. - Я слушаю, - но он не слышал, весь шум для Майка был будто бы размытый, словно он заперся в огромном вакууме, который не пускал резких звуков. Это тот разговор, который нужен был им обоим.

- Знаешь, я только недавно понял, что я совсем забыл про твое существование, - опять-таки тишина, - Но в последнее время я только и думаю о тебе, как у тебя дела, все ли хорошо с тобой. Я всегда тебя любил, просто не находил времени, когда ты родился, я был еще молодым и совсем не знал, что нужно делать. Я знаю, это не оправдание, но я надеюсь, что ты меня поймёшь, я тебя люблю очень сильно, как бы ты ни сопротивлялся. Я всегда замечал, в каком ты настроении, когда ты злой, когда ты радостный или грустный. Я хочу стать тебе настоящим отцом, пожалуйста, дай мне шанс... - Молчание, Майк уставился в поверхность дивана под собой, а Уилл смотрел на него, он пытался понять, что чувствует Майк. Но он молчал. Молчание длилось мучительно долго. Это было гораздо страшнее любой пытки.

- Ладно, можешь попробовать, - хоть Майк и согласился, даже слегка кивнул в подтверждение своим словам, его лицо выражало озабоченность. Он все еще думал. Уилл вздохнул.

- Что насчет тебя? - Удивленный взгляд младшего, в мыслях Уильям отметил, что он похож на олененка, глаза большие, большие и еле заметные веснушки.

- Мне нормально, - пожав плечами, сказал Майкл.

- А я так не думаю, - Уилл приблизил свое лицо к лицу Майка, глядя ему в глаза. - Тебе просто нужно все рассказать, мы все обсудим и будем жить дальше вместе, счастливо и спокойно, - Уилл обхватил правой ладонью щеку подростка, поглаживая большим пальцем, младший сглотнул, ему не хотелось бы раскрывать себя перед ним.

- А про что рассказывать? Жизнь как жизнь, - он опять сглотнул. К горлу подступал комок, наверное, нервов, так как ему все больше хотелось сорваться и разреветься, а Уилл как назло продолжал смотреть на него таким томным взглядом. Близко. Его дыхание обжигает кожу лица...

- Расскажи, что ты чувствуешь по отношению ко мне, - Старший Афтон взял в руку пальцы сына и стал их поглаживать, как бы согревая, потому что руки Майкла опять-таки были холодными, даже ледяными. Майк опять сглотнул уже в третий раз, но комок из горла не уходил, наоборот, будто становился больше. Слишком близко.

- Я... - Он умолк. Что ему было говорить? Он сам не понимал, что чувствует. Ненависть, обожание, любовь и отвращение смешались в одну кучу, путая мысли подростка. Уильям не дождался ответа. Молча обнял сына.

- Ладно, можешь не отвечать. Главное, чтобы с тобой было все хорошо, - И опять он тает в таких тёплых и желанных объятьях. В каком-то смысле Майк ощущал себя рабом отца, но ему это нравилось. Мысли отошли на задний план, сейчас он тут с папой. Сердце бешено заколотилось. Еще чуть-чуть, и оно выпрыгнет, сделает двойное сальто, оббежит весь свет и вернётся обратно. Уилл не удивился тому, что Майк не ответил. Он не был склонен разговаривать, и практически каждое слово из него нужно было вытягивать клещами. Совсем неуверенно Майк почти что обхватил плечи отца тонкими и холодными пальцами. Он не спешил обнимать его. Сомнения его все еще одолевали, Уилл одной рукой уткнул его голову себе в шею. И как раз в этот момент Майкл обнял его. Тепло. Он вдохнул запах парфюма отца, который, словом, сразу же задурманил его. От Уильяма пахло вишней, и миндалем вперемешку с запахом кофе. Несмотря на сладость, запах был довольно тяжёлым. Все эти запахи уже почти что выветрились, но от этого они становились еще лучше. Прошло от силы полминуты, и Уилл выпустил Майкла из объятий.

-Я надеюсь, что рано или поздно ты все-таки расскажешь что-нибудь, - Приподняв уголки губ, Уилл сел в положение, в котором сидел еще до всех этих нежностей, и стал смотреть фильм. А Майкла будто током шибануло, он лег отцу на колени в позе эмбриона и тоже стал смотреть фильм. Уилл на это промолчал, но стал поглаживать голову юноши. Его волосы такие мягкие.

Глава 12

Фильм уже давно закончился. Они просто сидят и наслаждаются тишиной. В последнее время именно тишина и держит их рядом друг с другом, всё больше и больше сближая. Им не о чем друг с другом говорить. Они не знают друг друга, словно чужие люди, но что их держит - это тишина.

Долгая, вязкая и противная тишина.

Позже Уилл говорит что-то, это что-то для Майкла в тумане. Хочется его поцеловать. Уилл сейчас такой красивый, с синяками под глазами, с растрёпанными волосами и уставшим видом. Майк переворачивается на спину, все так же лежа на коленях отца.

- Я хочу, чтобы ты уделял мне больше времени и внимания, - это единственное, что он произнёс, оборвав отца, и то потом, лежа в своей комнате на кровати, почти что волосы на себе драл, говоря себе, какой же он идиот. Уилл молчит. Стоит ему открыть рот, чтобы что-то сказать, как Майк его прерывает: - Я видел, как ты читал Бетти и Эвану книгу, - губы подростка бледнеют, но от этого они становятся ещё привлекательнее. - Я тогда сидел в своей комнате и думал, какой же ты мудак, - взгляд устремился в потолок. Глаза слезятся, но на этот раз Майк не хочет останавливать слезы, подступающие к ужасным, как думает сам Майкл, синим глазам. - Мне всегда было обидно из-за того, что ты уделяешь мне минимум внимания, проверить, где я нахожусь, и сделал ли я домашнее задание - это всё, чем ты интересуешься, - он хочет поймать этот гребаный шанс получить хоть капельку внимания от отца. - И то для галочки, - он сглотнул.

***

Странные ощущения. Тепло разливается от груди по всему телу. Ощущение, что в каждую частичку тела Майкла вливается доза наркотика. Он никогда не был зависим, но сейчас, лежа на своей кровати, он понимает, что ему снова хочется, чтобы отец его погладил по голове. Чтобы он снова поцеловал его в лоб и в... Юноша дает себе смачную пощёчину, так что остается еле заметный красный след. Как он мог о таком подумать..? Мысли копятся, не давая нормально думать. И в конечном итоге они выходят на свет градом из слёз. Он ненормальный...

***

- Мистер Афтон, у нас есть к вам еще пару вопросов лично к вам, - женщина слегка улыбнулась, глядя на Уилла, но улыбка сразу же сползла с лица. - Как ваш старший сын, Майкл Афтон отнесся к смерти столь близких для него людей? - взволнованный и удивленный взгляд Уилла.

- Нуу, он довольно долго не мог принять факт того, что Бетти умерла, а насчет Эвана... - Афтон кашлянул. - У него периодически даже истерики случались, - Уилл замолчал, вспоминая, как его собственный сын бился в истерике у него на руках. Эти холодные пальцы... В тот момент Уильям хотел их расцеловать так, чтоб они в момент стали тёплыми и не дрожали так сильно... Его столь прекрасные глаза, эти мягкие волосы, эти гу... Проморгавшись, Уилл тряхнул головой.

- С вами все хорошо? Может, дать воды? - взволнованно спросила девушка, приподнимаясь со своего места, но Уилл остановил ее жестом руки.

- Нет, не стоит, все хорошо, - темноволосая присела обратно и с невозмутимым лицом продолжила:

- Я очень вам соболезную, могу ли я задать вам еще пару вопросов? - кивок Афтона и недовольный взгляд Эмили.

***

Сидя за своим собственным столом и что-то печатая в компьютере, Уилл думал совсем не о работе. Не о новом проекте, который предложил ему Генри, не о том, насколько хороший был фильм, который они смотрели с Майклом, хотя это было довольно непривычно, ведь после просмотра какого-то не было фильма он всегда задумывался на час-два, размышляя про то, какие прекрасные или же наоборот ужасные были детали. Сейчас он думал о нем. Сын ему всегда казался отстраненным и даже оторванным от мира, и если почти всегда это было не так заметно, то когда они сидели... Его лицо было через чур задумчивым и каким-то грустным..?

***

Их грызли одни и те же мысли. Их грызло изнутри чувство неприязни к себе. Их грызло чувство неправильности. Если бы Уиллу сказали тогда, когда он был тем шестнадцатилетним мальчуганом, который едва почувствовал все изыскания женщин, что он будет любить собственного сына, он бы плюнул этому человеку в лицо и вдобавок они со своей компанией дружно бы побили этого человека. Но сейчас, сидя за своим столом, откинувшись назад и глядя в потолок, он осознавал ужасное. Это состояние, когда вмиг всё осознаёшь, и всё, что было до этого, кажется, находилось. Ужасно. Выдохнув, Уилл глядит в окно. Солнце едва успело встать. Нужно написать Генри, иначе это одиночество разорвёт его на мелкие куски, которые с лёгкостью будут опадать на пол с кровью вперемешку с желанием убить себя же.