Тепла хватит на всех - 4

Расследование

«Север — 2» изначально строился для дальних экспедиций и обладал приличным запасом автономности. В полёте и тем более в других мирах могло случиться всё, что угодно; конструкторы отдавали себе в этом отчёт. Поэтому рядом с медицинским отсеком был предусмотрен пускай и небольшой, но самый настоящий морг, с холодильниками для тел. Так что я мог позволить себе не ограничиваться полумерами вроде отрезания головы или забором проб.

«Жень… как ты?» — беспокоился Вася, пока я дистанционно занимался транспортёром, снимая его с консервации.

«Нормально», — ответил я.

«Мне-то не ври. Я же всё вижу и чувствую».

«Зачем тогда пристаешь?»

Вася обиженно замолк.

«Отвлеки пацана, — попросил я. — Займи его чем-нибудь. Чтобы не пытался выбраться вместе с транспортёром».

«Ладно, — вздохнул Вася. — Скажу ему, чтобы следил за горизонтом — на случай, если враги захотят подкрасться незаметно».

«Хорошо, — ответил я. — Сейчас сработает, но на будущее осторожнее с ним. Парнишка не по годам смышлёный».

«Кстати, странно, что информацию о его родителях так и не нашли до нашего отлёта. Просто знатных семей, где случались подобные несчастья, по всей Империи не так много».

«Странно, — согласился я. — Но это после. Сначала надо Макса найти».

Транспортёр представлял собой плоскую платформу на электрической тяге. На её торцах располагались два сложенных крана, которые при необходимости выдвигались в рабочее положение. Эта штуковина могла вытащить до трёх тонн полезной нагрузки и доставить её на высоту грузового люка. Пробег и автономность тоже нареканий не вызывали — транспортёр мог в полностью автоматическом режиме отъехать на полторы сотни километров по пересечённой местности, перелетая сложные места благодаря четырём встроенным пропеллерам, и вернуться обратно, забрав нужный груз.

Полезная штуковина. Перед отлётом я лишь бегло ознакомился с содержимым склада, и он всё ещё был способен преподносить сюрпризы.

Я не стал пользоваться манипуляторами, чтобы погрузить тело. Здесь, в очень сухом климате, запах был несильным, да и саван оказался в очень хорошем состоянии. Нигде ничего не подтекало. Мне почему-то не хотелось грузить своего двойника кранами, будто тот был каким-то мешком картошки. Словно в этом было какое-то неуважение, что ли…

«В прошлый раз отрезание головы у тебя вопросов не вызвало!» — встрял Вася.

«Хватит подслушивать!» — возмутился я.

«Ты слишком громко думал! Я посчитал, что ты это мне…»

Я мысленно зарычал. К счастью, у Васи хватило сообразительности, чтобы не пытаться продолжать этот разговор.

«С прошлого раза я многому научился, — всё-таки ответил я, спустя пару минут, когда тело в саване уже лежало на погрузчике. — Сделай так, чтобы пацан случайно в кольцевом коридоре не столкнулся с ним».

«Ладно. Не беспокойся. Сделаю».

Погрузчик, едва слышно жужжа моторчиками, покатил обратно к «Северу — 2». Я же перевёл дух, вытер пот со лба и пошёл к месту аварии.

Осмотр занял много времени — воздушный корабль оказался неожиданно большим. В самом центре находилась гондола. Её каркас был сделан из какого-то дерева, так что выгорел почти полностью, оставив лишь следы на скальном основании. Удивительно, что с момента аварии их не размыло осадками и не выдуло ветром. Видимо, это одно из самых спокойных мест на планете. Тем более удивительно, что дирижабль упал именно здесь.

На месте гондолы по идее должны были бы находиться остатки припасов и оборудования. И кое-что действительно было: примитивные кислородные баллоны, редукторы для дыхания, ёмкости для хранения воды, нечто, сильно напоминающее установку для гидролиза. Однако ни запасов воды или одежды, ни даже хозяйственной утвари я не заметил.

«Что думаешь?» — спросил я, тщательно осмотрев остов воздушного корабля.

«Водородный тип. Было воспламенение, это понятно», — сказал Вася.

«Тебе не кажется, что они сами уничтожили корабль? — спросил я. — Предварительно вытащив все припасы?»

«Похоже на то, — согласился напарник. — Очень уж организованно они всё собрали».

Я выпрямился и ещё раз оглядел место катастрофы. Потом прикрыл глаза и мысленно, уже привычным усилием воли, потянулся, пытаясь нащупать следы нанитов. Однако же меня ждал сюрприз: на местности, по крайней мере в радиусе километра, их не было совсем.

«Женя, магов среди них не было, — напомнил Вася, имея ввиду сопровождающих Императора и Максима. — Только воины. Самые верные».

«Надо было всё-таки на них досье составить до отлёта. Поговорить с теми, кто их знал», — сказал я.

«Ты же сам спешил. И, похоже, правильно делал… думаешь, предательство?»

«Не представляю, от чего он ещё мог погибнуть».

«Несчастный случай в полёте. Не уследил за кислородом, потерял сознание ночью, никто не заметил, к утру замёрз. Случайно вывалился при посадке, когда пытался что-то внизу разглядеть. Заболел какой-нибудь болезнью, от которых у остальных был иммунитет», — перечислил Вася.

«Ну да. Или случайно узнал о моём прибытии на планету и поспешил отправиться на тот свет, чтобы мы ни в коем случае не пересеклись живьём!» — зло заметил я.

Вася промолчал.

«Ладно. — продолжал я. — Подготовь пару зондов, надо следы поискать. Выяснить хотя бы в какую сторону они направились».

Однако же, никаких следов мы не нашли. Хотя искали очень тщательно. Вася сначала поднял пять зондов со сканирующими камерами и лидарами, потом ещё штук тридцать.

Точнее, следы были — но только возле сгоревшего корабля. Возникало полное впечатление, что его команда приземлилась, чтобы похоронить Императора, после чего просто растворилась в воздухе.

«Вася, мы что-то упускаем», — говорил я, в который раз обходя место крушения. Давно наступила ночь. В небе горели обе луны, но на их призрачный свет я не рассчитывал, пользуясь сгенерированной Васей картинкой.

«Если мы не можем подтвердить наиболее вероятные версии — значит, пора переходить к менее вероятным», — ответил тот.

«У них появился другой воздушный корабль? — предположил я. — А с этим они… ну, допустим, не захотели морочится».

«Это возможно. Например, Макс мог найти аналог Друнлуга, — ответил Вася. — Может, именно поэтому они и приземлились здесь. Заметили сверху что-то необычное. Император первым подошёл к предполагаемому боевому модулю, сработала защита и…»

«В Друнлуга столько народу не поместилось бы», — заметил я.

«Так, может, здесь находилась другая версия боевого модуля? — предположил Вася. — Более… объёмная? И настроенная на Макса».

«Тогда почему он не остановил модуль, если его защита действительно убила Императора?» — спросил я.

«Допустим, не успел, — ответил Вася. — И вообще, это всего лишь предположение».

«Странно, что вокруг вообще нет нанитов. Такая совершенно свободная от здешней «магии» территория… кажется, на Небесном Щите они вообще повсюду. Разница только в концентрации».

«Согласен, это необычно».

«А что, если их забрал кто-то из местных «магов»? Выгреб все доступные наниты, соорудил что-то вроде огромных крыльев, например?» — предположил я.

«Согласен, это возможно и даже более вероятно, чем вариант с боевым модулем», — ответил Вася.

«Понять бы ещё, что на самом деле привлекло их внимание и почему они решили садиться…»

«Даже если и было что-то — скорее всего, оно уже не здесь. Иначе мы бы заметили».

«Пожалуй», — согласился я.

«Кстати, Варрэн всё ещё на посту. Но то и дело выглядывает в коридор, в сторону столовой», — сказал Вася.

Только в этот момент я почувствовал, что проголодался. И мысленно отругал себя. Раз уж решил взять на себя ответственность за жизнь пацана — значит, надо соответствовать.

«Активируй кухню, пожалуйста. Я поднимаюсь»

Варрэн не жаловался и не возмущался, когда я зашёл в центральный пост. Наоборот — очень серьёзно и обстоятельно доложил мне обо всех результатах своего наблюдения. Заметил, что место здесь необычно тихое, и что за всё время ему не попалось на глаза ни одно живое существо. Ни тени румлы, ни даже хварлиссов — мелких членистоногих, различные виды которых встречались, практически, по всей планете. Он даже сделал вывод, что находиться здесь не следует, потому что живые существа обычно чувствуют такие вещи, которые обычный человек учуять не в состоянии.

Я поблагодарил его. И пригласил на ужин.

Земные столовые приборы были для Варрэна в диковинку, однако он настоял, чтобы я объяснил ему, как их использовать. После некоторой тренировки он научился сносно орудовать вилкой и ложкой.

— Скажи, Тейдан, — заговорил он, убедившись, что я закончил со своей порцией. — Теперь мы вернёмся обратно в Друун-Тор? Или сразу полетим за небо, к тебе домой?

— Погоди, мы пока что никуда не возвращаемся, — улыбнулся я.

— Но ведь Император и все остальные погибли, — удивился Варрэн. Разве не так?

— Император действительно погиб, — ответил я. — А вот насчёт остальных я не уверен.

— Да? Ты нашёл какие-то следы? Хочешь добраться до них, чтобы они ответили за то, что не уберегли Императора?

Я вздохнул. Видимо, придётся мальчишке рассказать про Максима. Любое другое объяснение дальнейших поисков будет выглядеть натянуто, он не поверит. А доверие сейчас разрушать нельзя, ни в коем случае.

— Помнишь я тебе говорил про друга, которого мне надо выручить? — спросил я.

— Помню.

— Так вот: он был с Императором. А на месте катастрофы я обнаружил всего лишь одно тело. Самого Императора.

— Так остальные, наверно, сгорели дотла, — Варрэн пожал плечами. Так бывает, Грайя рассказывала.

— Не в этом случае, — ответил я. — Императора похоронили. Кто-то должен был это сделать. К тому же, из корабля вынесли все припасы.

— О-о-о, наверно, на них напали! Император погиб в бою, когда вёл за собой своих воинов, но они отбились. А потом кто-то из раненых врагов в последний момент, перед своей смертью, уничтожил воздушный корабль!

«А фантазия у парня что надо!» — прокомментировал Вася.

«Есть такое дело. А вообще мне нравится ход его мыслей».

— Скажи, Тейдан — а в твоих землях принято сражаться в поединках ради того, чтобы войти в благородную фамилию? — неожиданно спросил Варрэн.

«Уверен?» — тут же ехидно прокомментировал Вася.

— Нет, Вар, — ответил я. — У нас иначе ухаживают за девушками.

Пацан нахмурился.

— Ясно… наверно, мне сложно будет добиться руки дочери вашего Императора, — сказал он.

— У нас нет Императора, — ответил я. — Государство устроено иначе.

— Да? Наверно, у вас, как в древности, управляют волхвы? Вообще не удивительно — учитывая, какая мощная у вас магия! — он повёл рукой, видимо, имея ввиду корабль как чудо магического промысла.

— Я ведь говорил: нет у нас никакой магии. Это называется технология.

— Но она ведь работает, так?

— Так.

— Тогда какая разница, как она называется? — Варрэн пожал плечами.

Я улыбнулся.

— Поймёшь чуть позже, когда мы тебя учить начнём.

— Правда? Так и думал, что ты искал ученика — наследника! — просиял пацан. — Я люблю учиться и хорошо учусь!

— Я помню.

«Женя, у меня новости», — снова вмешался Вася. Его голос звучал в моей голове одновременно озабоченно и растерянно.

«Давай уж…»

«Вскрытие и автоанализ только что закончено».

«Ну? Не томи».

«Генетически это ты».

Наверно, где-то на уровне подсознания я ожидал чего-то подобного — потому что нельзя сказать, чтобы новость меня поразила.

«Но нет ни твоих шрамов, ни звания-статуса на плече, — продолжа Вася. — То есть, он не был на Нарайе. А ещё у него нет искусственного иммунитета, ни одной из версий. И меня. Ни в каком виде».

«То есть он, скорее, клон, чем пришелец из другой временной линии или из другой браны?»

«Это спорный момент. Видишь ли, биологически он старше тебя на пять лет».

«Получается, клоном могу быть я?»

— Что-то случилось, Тейдан? — с беспокойством спросил Варрэн.

— Нет, ничего. Всё в порядке, — ответил я.

— Просто у тебя лицо так изменилось, будто на нас враги напали. Может, сходить проверить?

— Не беспокойся, — ответил я. — Не напали. Точно.

— Ладно.

— Если ты наелся — иди в свою каюту. Обязательно прими душ на ночь, и оставь одежду в бытовом отсеке. Автоматы её почистят. А вообще — привыкай к форменному комбинезону.

Варрэн вздохнул.

— А это обязательно?

— У нас на Земле в юбках чаще ходят женщины. Так принято.

Варрэн весело засмеялся. Я сохранял серьёзное выражение лица, и он осёкся.

— Что, правда?

— Чистая.

— Вот дела, вы чудные!

— Ничего, привыкнешь.

Мальчишка доел кусок яблочного пирога, запил его подогретым чаем, потом церемониально кивнул мне, спрашивая разрешение выйти из-за стола. Я кивнул в ответ, улыбнувшись.

Потом я допил собственный чай, отнёс контейнеры в утилизатор, вышел из столовой и направился к своей каюте.

«Жень, утром полетишь на мегалит? — уточнил Вася. — Если что, у нас на борту коптеры есть. Можно без нанитов обойтись. И я могу переместить нас поближе, чтобы удобнее было».

«Нет, Вась, не надо пока. Чую, что дело тут не в мегалите, и ничего мы там особенного не найдём. Давай так: пошли к нему зонды. Пускай табличку поищут. Ну и вообще поисследуют. Подготовь к утру доклад, пожалуйста».

«Принял. На Землю пока ничего не отправляем? Может, пойти по пути Максима? Я могу набросать иносказательные сообщения, а ты выберешь лучшее».

«Нет, Вась. Не стоит. Сергеич умный, сам догадается о многом, по нашему молчанию. Пока не выясним, где Макс и что с ним, рисковать не будем».

Вылазка

Я чувствовал себя подозрительно отдохнувшим и свежим. Будто бы проспал дольше, чем уже начал привыкать спать на О-деа.

— Внешняя панорама, на экран, — скомандовал я системе каюты.

Экран послушно засветился. Ну так и есть: местное солнце уже стояло в зените.

— Я решил, что тебе не помешает адаптационный отдых, — сказал Вася через внешние динамики. После чего сам появился на обзорном экране. За прошедшие месяцы я уже начал забывать, как он выглядел, когда мы впервые встретились — чтобы познакомиться и наладить доверие. Его светлые волосы были растрёпаны, а серые, стальные глаза смотрели на меня встревоженно и озабочено. А ещё он зачем-то нацепил медицинский халат.

— Ты чего это? — спросил я больше удивлённо, чем возмущённо.

— Жень, ты вчера даже не спросил меня о результатах вскрытия.

— Так ты же сказал, что генетически…

Я осёкся. Ну конечно: вскрытие ведь проводят вовсе не за тем, чтобы определить родственника. Для этого достаточно пробы. Его делают, чтобы установить причину смерти.

— Блин, — вырвалось у меня.

— Акклиматизация и адаптация к здешнему циркадному ритму идёт не так хорошо, как мне бы хотелось, — продолжал Вася. — Так понимаю, предыдущие два дня ты держался только на волевых? Отсюда это странное решение подобрать пацана и…

— Оно не странное, — холодно ответил я. — Оно нормальное. Продуманное.

— Ну и зачем тебе это было надо? Ты хоть представляешь, через что нам теперь придётся пройти, когда и если мы вернёмся на Землю? — продолжал Вася. — Усиленный карантин. Адаптация его иммунной системы, прививки… несколько месяцев ему придётся провести на Луне! В полной изоляции! Ты об этом думал?

— Думал, — ответил я. — Ничего, переживём.

— А когда тебя отправят на следующую миссию — тоже переживём?

— Тоже переживём! — упрямо ответил я.

— А сам перелёт? Кто рассчитает детскую дозу психопротектора?

— Обойдёмся без него, — ответил я. Конечно, этот момент меня беспокоил — но я решился забрать Варрэна, потому что у меня появилась гипотеза, что дети гораздо легче переносят перелёты в другом измерении. Просто потому, что жизненного опыта у них сильно меньше, и они живут настоящим. Да что там: я уверен, подкоркой чую, что всё хорошо будет!

Вася молчал, глядя на меня своими стальными глазами с экрана. Картинка была такой совершенной, что возникала полная иллюзия живого присутствия.

— Понимаешь… некоторые вещи я пока не могу объяснить. Есть интуиция. Она мне жизнь спасала не раз, — продолжал я. — Так вот, мне показалось это правильным. Ну не мог я бросить пацана. Ты сам разве не чувствуешь, что он слишком хорош для этого мира?

— Может, как раз поэтому он был бы нужен здесь, — ответил Вася.

— Да. Но я не готов приносить детей в жертву. Чему бы то ни было!

Я вздохнул, поднялся на кровати, поискал глазами что-нибудь, чем можно прикрыться. После пребывания на О-деа я привык спать полностью голым, как здесь принято. Конечно, в случае Васи это была чистая условность — но мне почему-то она показалась важной, раз он решил показаться, так сказать, лично.

— Мне это было важно, Вась… — признался я. — Спасти хотя бы одного ребёнка. Я уж думал, что больше случая не предоставится. А оно вон как обернулось…

Вася чуть поджал губы. Потом повернулся и посмотрел на долину, где лежали останки дирижабля.

— Ты извини если что, Жень… — сказал он. — У меня действительно нет доступа ко многим моментам твоего прошлого. Особенность технологии. Пока ты об этом не думаешь и не вспоминаешь — я этого не вижу.

— Да понятно… кстати, мы говорили что-то о причине смерти Императора?

— Точно, — спохватился Вася. Рядом с ним на экране появилось синтезированное изображение человеческого тела с условными обозначениями. — В общем, формально он умер от сердечного приступа. Спазм коронарной артерии, разрыв оболочки, кровоизлияние в сердце, инфаркт.

Я удивлённо поднял брови.

— Только вот предпосылок для такого исхода не было никаких, — продолжал мой напарник. — Сердце совершенно здоровое, совсем как у тебя. Никаких бляшек или чего-то подобного. Никаких признаков аневризмы. Поэтому я предполагаю использование природного токсина, который быстро разлагается.

— Ясно. Но для остальных это выглядело как сердечный приступ.

— Совершенно верно. Даже для Макса. Его Вася не смог бы заподозрить яд без специального вскрытия. Которое, по понятным причинам, не проводилось. И ещё кое-что.

— Да?

— Ты заметил, что при встрече Императрица тебя узнала? — спросил Вася. — Ну то есть не тебя, а Императора.

Я нахмурился, припоминая нашу первую встречу. Пожалуй, действительно, что-то такое было.

— Получается, она знает куда больше, чем показывала, — ответил я.

— Верно, Жень. И это настораживает.

— Ничего. Хоть какая-то зацепка. Вернёмся — поговорим как следует.

— Если, конечно, она вообще рассчитывала на наше возвращение, — вздохнул Вася.

Я дотянулся до полотенца, которое после душа оставил на спинке стула, прикрылся и встал.

— Как там Вар? — спросил я, направляясь в санузел.

— Нормально. Мальчишка хорошо адаптируется. Я приготовил ему завтрак, после чего запустил синтезированный урок русского. Пускай начинает адаптацию — искусственные воспоминания ему не светят точно, врачи такого не разрешат.

— Молодец, — одобрительно кивнул я.

— Кстати, только что закончил анализ данных от зондов, которые ночью работали на мегалите, — сказал Вася с ноткой хитрецы в голосе.

Я остановился в дверном проёме санузла и высунулся обратно в комнату. Практического смысла в этом не было никакого — но так сохранялась иллюзия общения с материальным собеседником.

— И?

— Всё очень интересно. Эти колонны — что-то вроде гравитационных процессоров. Правда, куда менее совершенных, чем наши отражатели. Те, кто их разработал, пошли немного другим путём в освоении этой технологии, поэтому им пришлось строить такие громоздкие штуковины для перенаправления потока гравитонов, — ответил Вася.

— То есть, даже если это «Север» — то не наш «Север»? — на всякий случай уточнил я.

— Совершенно точно не тот, где родился я, — ответил Вася.

— Ладно, допустим. В чём практический смысл применения технологии? Эти штуковины… летали? — спросил я.

— Это вряд ли, — улыбнулся Вася. — Кстати, я обратил внимание, что оба мегалита — здешний и на Небесном Щите — находятся точно на противоположных концах планеты, на одной оси.

— Хм… и зачем? Регулирование вулканической активности?

— Возможно. Но, как мне кажется, с помощью этих штуковин можно было бы добиться постоянного решения проблемы, — ответил Вася.

— Поясни.

— Уменьшение скорости вращения. Возможно, изменение орбиты одного из спутников при смещении фокуса гравитационного потока. Это резко уменьшит тектоническую активность.

— Так, а почему в таком случае они не на полюсах?

Вася улыбнулся.

— Потому что нужен рычаг для момента инерции как минимум. Ну и четырёхмерная фокусировка гравитационного потока легче, когда эмиттеры находятся именно в такой конфигурации.

— Вижу, ты всё уже посчитал, — ухмыльнулся я. — А выдаёшь за гипотезу.

— Посчитал. Ладно, назовём это теорией. Всё равно могут быть другие факторы, которые мы пока что не учитываем, потому что о них не знаем.

— Ясно, — вздохнул я. — Пойду всё-таки помоюсь. Надо позавтракать — на голодный желудок что-то тяжело думается.

— Скорее, уже пообедать.

Вася кивнул, снова улыбнулся, после чего развернулся и ушёл. Экран в комнате медленно погас. Я же, наконец, смог нормально помыться и почистить зубы.

Варрэн очень старался учиться. Даже освоил несколько русских слов: «здравствуйте», «пожалуйста» и «разрешите» и теперь корпел над изучением алфавита. Сама идея, что каждый отдельный звук можно записывать своим простым знаком привела его в восторг.

— Ну как ты? Не скучаешь? — спросил я, когда вошёл в его каюту, предварительно постучав.

Сегодня он надел серый комбинезон члена экипажа, подогнанный автоматикой по его мерке.

— Нет, это очень интересно — изучать языки.

— Это хорошо, что тебе нравится. Но учиться придётся ещё много.

— Спасибо, Тейдан.

— Кстати… — я хотел сказать ему про своё настоящее, земное имя, но в последний момент передумал. Рано ещё, только с толку собью. Уже потом, на Земле, расскажу, что к чему.

— Что «кстати»? — Насторожился Варрэн.

— Хочешь прогуляться наружу?

Пацан просиял.

— Очень хочу!

— Хорошо. Тогда доделывай упражнение, надевай скафандр и выходи.

— Обязательно скафандр? — грустно переспросил он.

— Пока что — обязательно. Будем в более безопасных местах — там посмотрим, — ответил я.

«Жень, куда ты собрался?» — настороженно спросил Вася.

«Следы искать, конечно».

«Так вчера же вроде…»

«Они должны были куда-то деться, Вась. Я чую — они на материке. Ну не могли они с помощью местной «магии» океан перелететь. Да и вообще слишком далеко переместиться не могли, энергоресурс нанитов не бесконечен, там, в Друун-Торе, его едва хватило, чтобы меня на вершину башни поднять! И то — пришлось потом довесок брать».

«Разумно».

«Подними пока зонды, посмотри, где ближайшее поселение, — сказал я. — Вот туда мы и направимся. Кстати, как у нас в южными наречиями?»

«Загрузил всё, что зонды добыли, — ответил Вася. — Для простого общения должно хватить. Если, конечно, не попадётся какой-то совсем экзотический диалект. Кстати, поднимать их нет нужды: я обследовал окрестности детально, по пути к мегалиту. В двадцати местных вёрстах от нас, в ущелье, есть поселение рыбаков. Довольно большое, думаю, тысяч на двадцать. Я бы начал с него».

«Отличная работа. Проанализируй угрозы, сделай карту, будь готов давать тактические подсказки».

«Так точно, товарищ полковник!» — ответил Вася. В его голосе звенели весёлые нотки. И меня это радовало.

«Север – 2», конечно же, остался на месте. Зачем таскать махину на такое незначительное расстояние, да ещё и местных распугивать? Была мысль воспользоваться коптерами — но её я тоже отверг. Незачем сходу демонстрировать собственные возможности.

Так что большую часть пути мы с Варрэном проделали на ровере. Он представлял собой ту же грузовую тележку, но с небольшими удобствами для пассажиров в виде пары сидений и раскладной кабины. Поскольку погода стояла ясная и безветренная — мы не стали её ставить.

Мальчишка с восторгом оглядывался по сторонам, и такая наблюдательность меня радовала. Всё-таки есть у него задатки воина.

— Говорят, у южан четыре руки! — крикнул он, когда мы отъехали от корабля километров на пять. — Как думаешь, правда?

— Нет! — ответил я громко, чтобы набегающий воздушный поток не заглушил. — Точно не правда!

— А ещё у них цвет кожи другой!

— А вот это, скорее всего, так и есть!

— Ого!!! Интересно!!! Как думаешь, они враждебные?! Ты будешь с ними сражаться? Я могу помочь, у меня вот! — он потянулся к ноге и достал из сформированного, видимо, по его инструкции внутреннего кармана нож-заточку.

— Вар! — мне не нравилось, что приходилось кричать. Так плохо удавалось тон передать, а это было важно. — Без моей команды даже не вздумай совать нос хшарруну в глотку!

— Ладно, не буду, — пробормотал Варрэн; я, скорее, догадался о смысле сказанного, чем расслышал.

Совать нос в глотку хшарруна — выражение, распространённое на Небесном Щите. Означает примерно то же, что наше «лезть на рожон». Забавно, что название животинки происходит от глагола «хшарло» — «свистеть». У него есть особый раструб в носу, которым оно способно издавать пронзительные звуки. Охотится оно в темноте, устраивая засады на мелкую лесную живность. Причём иногда специально раскрывает пасть пошире, привлекая запахом падальщиков, которые таким образом сами становятся добычей.

Весь этот массив информации молнией промелькнул в моей голове, пока я подбирал нужное выражение. И, судя по реакции Варрэна, подобрал удачно.

Где-то за пару вёрст до ущелья мы спрятали ровер среди многочисленных скальных обломков. Он обладал собственной системой безопасности, шокерами, но на всякий случай я оставил на месте пару зондов, чтобы отреагировать своевременно, если вдруг нарисуется неожиданная угроза.

Потом мы двинулись пешком. Я ориентировался по карте, составленной Васей. Похоже, у границ ущелья было несколько сторожевых постов. Я не собирался их обходить или прятаться — наоборот, старался сделать так, чтобы наше приближение точно не осталось незамеченным. Такая открытость многое скажет о наших намерениях, а о возможных неприятностях, вроде стрел, вполне могли позаботиться наши скафандры.

— Я чувствую магию, — сказал Варрэн, когда до поста оставалось половина версты.

Сосредоточившись, я действительно обнаружил присутствие нанитов. Что ж, получается, не всё здешнее плато напрочь лишено «магии». Может, действительно какой-то сильный «маг» все запасы «высосал».

За двести метров до ущелья из замаскированных позиций поста вышли встречающие. Несколько воинов в кожаных доспехах. Варрэн увидел их даже раньше, чем Вася дал картинку с зондов.

— Гляди! Тейдан, гляди! — воскликнул он, указывая рукой в сторону приближающихся человеческих фигур.

— Вижу, Вар. Ты рукой-то не тыкай, а то за угрозу могут принять.

Пацан тут же вытянул руки по швам и нахмурился.

— Извини. Не подумал.

— Ничего, ты учишься, это нормально

Кожа у воинов, как мне было известно по данным зондов, действительно была другого оттенка, чем у обитателей северного полушария: медная, с зеленоватым оттенком. Плюс золотистые глаза миндалевидной формы, которые глядели настороженно, но без страха. Хороший признак.

— Приветствуем, путники, — сказал самый старший из встречающих; у него было морщинистое лицо и седые волосы, но при этом фигура оставалась мускулистой. — Скажите, вы из тех же земель, откуда прибыли обитатели Небесной Лодки, которая сгорела в пустыне.

Тофет

Бледные тени Илтар и Вехн крались в ясном, иссиня-оранжевом небе. Наступало время Большого Прилива. Я знал об этом явлении — теоретически, после инструктажа и последующей имплантации памяти. Но одно дело знать и совсем другое — видеть своими глазами.

Поселение людей буквально висело на почти вертикальных скалах. Домики, вырубленные в камне, верёвочные лестницы-переходы, нависающие над пропастью. Небольшие площадки для общественной жизни: торговли, собраний, нехитрых развлечений.

Казалось, что наступающая снизу с ужасающим низким гулом пенная масса неизбежно поглотит всё это. Ощущение неминуемой катастрофы сжимало тоской сердце.

«Это инфразвук, — прокомментировал Вася. — Конфигурация ущелья-залива создаёт низкие звуковые волны. К счастью, они не слишком мощные, иначе даже ты не выдержал бы. А местные привычные».

Сквозь белую пену проглядывала чёрная, блестящая вода. А ещё я с огромным удивлением увидел, что вместе с водой к скальному поселению поднимаются небольшие крутобортые лодчонки. Они не были похожи на классические земные лодки — скорее уж, напоминали овальные деревянные тазики с загнутыми внутрь бортами. Такую форму определило их предназначение и особенности использования: на них не выходили в море и не преодолевали сколь-нибудь значимое расстояние. Всё, что от них требовалось — это вернуть обратно на уровень селения тех, кто ставил в нижних ярусах силки-ловушки на крупных морских обитателей.

Не всегда это получалось. Даже опытные ловцы, бывало, не могли предсказать неожиданное появление водоворота, несущегося прямиком на острую сказу, тем более вовремя отвернуть с помощью огромных плавников-вёсел. Поэтому главный промысел жителей приморских скал был делом опасным, но почётным.

Однако же в этот раз всё обошлось. Все двенадцать лодок благополучно поднялись на уровень селения. И поднимающаяся волна, которая, казалось, вот-вот с неизбежностью рока должна была смыть крошечные домишки, послушно застыла у самых нижних ярусов селения.

Старейшина посмотрел на меня, потом сделал знак своим людям. Вниз, к пирсам, устремились швартовщики и смена, чтобы успеть забрать улов предыдущего цикла, закрепить лодки в специальных доках, подлатать, если надо, и отправить вниз с припасами и новыми командами — отступать вместе с водой чуть ли не до самого дна узкого залива.

Его звали Граш-халай, что означает «чующий водоворот» на местном наречии. Почётное имя. До того, как стать старейшиной, он пережил множество циклов и принёс достаточно добычи, чтобы селение процветало.

— Предания говорят, что на землях за Огненным Кольцом нет рыбаков, подобных нам. Что вы промышляете, выращивая растения на вашей земле, которая хорошо родит. И что потом вы откармливаете этими растениями животных, а потом едите их мясо, — медленно и деловито произнёс Граш-халай. — Но, я вижу, предания не правдивы. У вас есть такие же люди.

— Предания говорят правду, — возразил я.

Старейшина неспешно повернулся в мою сторону и посмотрел в глаза.

— Ты веришь в то, что говоришь, — произнёс он тем же спокойным тоном. — Но ты даже не дрогнул при виде Большой Воды. Так сильно она поднимается всего лишь два раза в год. Даже люди из внутренних земель не могут это выдержать. А ты смотрел спокойно.

— Мне не доводилось видеть этого раньше.

Ещё один взгляд.

— Правду говоришь, странный человек, — продолжал Граш-халай. — Ты не похож на тех, кто пришли раньше.

— Что с ними случилось? Вы вчера не ответили, — рискнул спросить я.

— Я покажу. Отведу тебя к ним, — кивнул староста.

— Так они живы?

— Да, живы. Почти все. Кроме того, что ушёл пытать свою долю в Пещеру Судьбы.

Вождь кивнул, отвернулся, после чего полез вверх по узкому трапу. Немного подумав, я решил последовать его примеру.

«Получается, часть имперской команды уцелела? — мысленно спросил я. — А «пытать свою долю», разумеется, отправился Макс».

«Возможно, ты прав, но давай не будем делать поспешных выводов. Ты вообще заметил, что здесь спешить как-то не принято?» — ответил Вася.

«Да уж…»

Вчера вечером нас встретили вроде бы нормально, по-человечески: дали нам комнатку в одном из домиков, обогрели, накормили варевом из местной рыбы (очень полезным, по мнению Васи, но вкус у него был так себе). Потом долго обсуждали в нашем присутствии погоду, фазы лун и виды на будущий улов. Любая моя попытка задать наводящие вопросы или перевести разговор в нужное русло пресекалась или полным игнором, или же взглядами, в которых сквозило недоумение и даже презрение.

В конце концов, я принял решение не форсировать события. Дать местным соблюсти этикет, как они себе его понимают. И вот, сегодня утром я был вознаграждён: сам старейшина-вождь пришёл за мной и повёл смотреть на Большую Воду.

Мы поднялись на пару уровней, потом вождь свернул в неприметный коридор, уходящий вглубь скалы. Он не оглядывался, не пытался меня окликнуть — но я всё равно решил следовать за ним.

В коридоре было темно и сыро. Поначалу я ориентировался на шаги Граш-халая, но потом Вася включил синтетическое зрение. Судя по протоптанной многочисленными стопами «колее», коридор выдолбили очень давно и пользовались им несколько поколений. Теперь, когда стало темно, вождь несколько раз оглядывался, будто хотел убедиться, что я следую за ним.

«Они что, в темноте видят?» — спросил я Васю.

«Не думаю. Но снаружи светло, твой силуэт всё ещё можно разглядеть. Он просто проверяет, что ты не растерялся и следуешь за ним по звуку шагов».

«Ясно. Ну, посмотрим…»

Коридор привёл нас в небольшую прямоугольную камеру. Тут находилась пара воинов, вооружённых копьями с костяными наконечниками. Один из них зажёг масляный факел, когда вождь вошёл в камеру.

«Что-то не похоже это на нормальное жилище, — заметил Вася. — Их держат в тюрьме? Может, и нас тоже сейчас того?..»

«Пускай только попробуют», — ответил я.

«А Вар как же?»

«Приглядывай за ним. Если что — я вмешаюсь. Нанитов кругом хватает».

«Кстати, мы ещё не сталкивались с местными «магами». Так что будь осторожен!»

— Мы держим их здесь, потому что с ними приключилась головная хворь, — сказал вождь, наконец, снова обратив на меня внимание. — Они могут навредить себе и людям. Если ты знаешь, как их вылечить — то помоги им.

— Что они натворили? — осторожно спросил я.

И в этот раз вождь даже снизошёл до ответа:

— Они не давали сжечь летающую лодку. Даже после того, что мы им показали.

«Тебе не кажется, что у этих у самих мозговая хворь приключилась?» — заметил Вася.

«Посмотрим. Надо разобраться сначала, — ответил я. — Вась, когда войдём, внимательно фиксируй реакцию на моё появление. Надо понять, был ли кто-то из гвардейцев достаточно близок к Императору, чтобы видеть его без маски».

«Принял, Жень. Сделаю».

Один из стражников откатил в сторону круглую каменную дверь. Сразу за ней оказалось овальное помещение, в которое снаружи проникал солнечный свет из отверстия где-то под потолком. Ещё здесь горел камин, в котором, похоже, сжигали рыбий жир. Его тут часто использовали вместо привычных дров.

Гвардейцев было пятеро. И выглядели они вполне прилично, если не считать того, что вместо привычных кожаных доспехов с металлическими вставками на них были плетёные из рыбьих шкур мантии. Типичная домашняя одежда обитателей ущелья.

Все пятеро были крепкими воинами, примерно одного возраста. Я специально встал так, чтобы свет из окошка в потолке падал на меня. Теперь оставалось только наблюдать.

Тот, кто знал Императора лично, не смог скрыть своего удивления. И это мягко сказано: он побледнел, затрясся. Вскочил с места, будто собираясь рвануть мне навстречу. Потом рухнул на колени и опустил голову.

— Что это с тобой Крэй-хас? — спросил его другой гвардеец.

Стоявший на коленях предполагаемый убийца Императора молчал. Я сделал шаг ему навстречу. Тот дёрнулся, будто его ударили палкой по спине.

— Вот, смотри — мозговая хворь, — заметил вождь.

«Кстати, спроси потом обязательно: как они между собой общались? Эти, похоже, его не понимают», — вмешался Вася.

«Блин, ну ты выбираешь время! — недовольно ответил я. — У нас тут драма разворачивается, не видишь?»

«Ну извини».

«Макс был с ними изначально. А у него свой Вася», — всё-таки сказал я.

«Технически не свой, а тоже я, который…»

Я не дослушал Васину реплику. Гвардеец, которого звали Крэй-хас заговорил:

— Вину признаю. Готов сам отдать жизнь. Только семью не трогайте, Ваше Величество.

— Величество? — с удивлением переспросил другой гвардеец, глядя на меня изумлённо.

— Ты виновен не только в покушении на убийство, но и в разглашении государевой тайны, — сказал я ледяным голосом.

Казалось, гвардеец ещё сильнее вжался в каменный пол.

Теперь вождь посмотрел на меня, изобразив некоторое удивление, но промолчал.

— Скажи, у тебя есть дети? — спросил я гвардейца.

— Сын, — ответил тот, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. — После пожалования сотника положено… помилуйте, Ваше Величество!

Я подошёл к распластанному гвардейцу и встал над ним.

«Вась, что-то не чисто, — обратился я к невидимому напарнику. — Он не похож на матёрого заговорщика-убийцу…»

— Хорошо, — ответил я. — Мне не нравится воевать с детьми и женщинами. Даже из тех семей, кто утратил свою честь.

Гвардеец замер, боясь вдохнуть.

— Но ты расскажешь мне всё.

— Да, Ваше Величество, я… — начал было тот.

— Не здесь и не сейчас, — оборвал его. После чего обратился к старейшине, на языке его племени: — Могу я забрать этого с собой? Обещаю, что он не доставит неприятностей. Нам нужно поговорить.

— Забирай, — легко согласился Граш-Халай. — Это он убил твоего брата, который похоронен в кургане?

«Получается, они знали, кто лежит в могиле», — заметил Вася.

«Обстоятельные ребята».

— Возможно, — сказал я вслух. — Не знаю пока. Но мне надо выяснить.

— Понимаю тебя, — кивнул вождь. — Его отведут в жилище, где ты ночевал со своим учеником. Он будет ждать твоего разговора. А нам нужно идти дальше.

— Куда? — спросил я, предполагая, что ответа не будет.

Однако же я ошибся.

— Показать тебе, почему воздушный корабль нужно было сжечь, — ответил вождь. — И почему вашу огромную лодку тоже нужно предать огню. Не мешкая.

«Вася, слышал?» — спросил я.

«Разумеется, Жень. Зонды ещё пару часов назад зафиксировали две группы, которые двигаются к «Северу — 2». Вооружены примитивно. Угрозы не представляют».

«Следи за ними. Их маги с нанитами могут неприятности доставить», — ответил я.

«Слежу, Жень».

— Так. С вами разберёмся позже, — сказал я, обращаясь к оставшимся гвардейцам. — А пока сидеть тихо, не высовываться.

Ответом мне были взгляды, полные растерянности и недоумения.

«Женя, ты заметил одну странность в этом селении?» — спросил Вася, когда мы шли дальше вырубленными в скале тоннелями.

«Одну? Всего одну?» — мысленно усмехнулся я.

«Серьёзно. Тут детей как-то маловато, — сказал напарник. — Я видел всего пару пацанов, помогающих с уловом. Ещё несколько малышей прогуливались на площадке за тонкой решёткой. Видимо, чтобы случайно не выпали вниз. И это всё. Как-то подозрительно. Или они остальных прячут и держат внутри скалы, или…»

«Или что? Устроили здесь вторую Спарту?»

«Они странные, — ответил Вася. — Так что на всякий случай будь ко всему готов».

Не могу сказать, что Васины наблюдения и соображения мне понравились, но я счёл за лучшее промолчать.

Очередной тоннель закончился винтовой лестницей. Поднявшись по ней, мы оказались на небольшой площадке, нависающей над поселением. Где-то далеко внизу плескалась чёрная вода залива, бликуя в свете приближающегося к зениту солнца.

— Рыбаки всегда гибли во время Большой Воды, — медленно, в своей обычной манере, произнёс старейшина. — Мы улучшали лодки. Тренировали людей, чтобы предсказывать повороты воды. Но всё было тщетно.

Он вздохнул, видимо, чтобы добавить значимости своим словам.

— Мой прадед, о котором запрещено вспоминать, хотел это изменить. Он придумал машину, работающую на огне, которая была способна вытащить со дна любой улов. За ним больше не нужно было спускаться на лодках, — продолжал он. —Такие машины запрещено строить. Все, кто чтит Завет, знают это. Но прадед решил, что времена изменились…

Ещё один вздох. Потом старейшина поднял руку и указал на скалу справа от площадки, вдоль которой шёл узкий карниз. В скале было множество ниш, закупоренных высохшей донной глиной.

— Детей запрещено хоронить в море, — сказал он. — Малым душам страшно, кто-то из взрослых должен сопровождать их в мир мёртвых. Они ждут здесь, пока их родители не заберут их с собой.

Долгая пауза. Я отчаянно пытался понять, что вождь имеет ввиду, чувствуя, как по позвоночнику пробежал неприятный холодок. Какой-то особый ритуал «очищения»? Местный вариант Карфагена?

— Магия взбунтовалась, — продолжал вождь ледяным тоном, в котором ощущалась сильная затаённая боль. — Ни один Великий не мог справиться с тем, что происходило. Ушло целое поколение. Все, кто не успел вырасти. Их жизни поглотила магия.

Он замолчал, глядя перед собой невидящим взглядом. Я же терпеливо ждал продолжения.

— Огненные машины — харам, — сказал Граш-халай. — Летающие машины — тоже харам. Основа мира наказывает народ, допустивший это. Его лишают будущего. Его детей.

Ещё одна долгая пауза.

— Мы живём богато. К нам приходят те, кто не может пережить бедствий внутренних земель, и мы всех принимаем, — снова заговорил старейшина. — Первое поколение после Катастрофы вообще не хотело рожать новых детей. Это первыми начали делать пришельцы. Только так удалось сохранить основу нашей крови — разбавив её новой.

Теперь он смотрел мне в глаза. В его золотистой радужке плясали зловещие искры.

— Ты, твой брат и тот, кого называют воин Сим пришли пытать Пещеру Судьбы, — сказал он. — Это не харам. Но вам, обитателям Севера, за огненное кольцо не добраться иначе, чем на кораблях по воздуху. Писания гласят, что раскаяние помогает избежать наказание. Ваши корабли — харам. Они убьют и ваше, и наше будущее, если не предать их огню вовремя. Теперь, когда ты видел и знаешь всё — бери свои припасы и помоги нам всё сделать правильно. Потом или пытай Судьбу, или оставайся жить среди нас, нам нужны могучие воины, способные производить потомство.

«Вася… а ведь Грайя, похоже, права была. Слышишь?»

«В том, что Император ограничивал развитие наук? Похоже на то».

«Получается, он знал? Но почему на Севере этого «харама» нет даже в преданиях?»

«Да потому что раньше они даже не приближались к этому уровню, — ответил Вася. — Хотя бы поэтому… и потом: тамошние феодалы очень любят мешать, заимствовать и править поверья под свои нужды. Возможно, мы просто не увидели нужную информацию во время первичного анализа источников. Не там смотрели».

«Но мой двойник это точно знал».

Разговаривая с Васей, я лихорадочно обдумывал ситуацию. Конечно же, сжигать «Север – 2» я не планировал. Но и допустить, чтобы с местными детьми из-за моего вмешательства что-то случилось я тоже никак не мог.

«Надо бы разобраться точно, что произошло, — сказал я мысленно. — Нужно, чтобы зонд взял образцы из захоронений, попробуем установить причину смерти».

«А что делать с этими… эм… перестраховщиками?»

«Давай устроим им спектакль. С визуальными эффектами», — ответил я.

Вася промолчал, переваривая картинку, которую я ему нарисовал в уме.

— Ты поможешь? Или ты так же подвержен мозговой хвори, как твои соплеменники? — спросил старейшина.

— Я помогу, — ответил я, и добавил: — А после этого ты покажешь мне дорогу к Пещере Судьбы. Идёт?

Открытие

Взрыв получился убедительным. Даже слишком. После того, как огненный цветок расцвел в небе, я сразу обратился к Васе: «Всё в порядке?»

«Да, Жень, всё штатно, не беспокойся», — ответил тот.

Ледяной ком, уже успевший поселиться где-то в глотке, медленно таял.

«Хорошо, — сказал я. — Как-то слишком натуралистично получилось!»

«Я старался!» — ответил напарник.

Вчера мы с Васей придумали небольшое представление, которое должно было убедить здешних обитателей в том, что корабль уничтожен. На деле же мы просто эвакуировали его на низкую орбиту.

Я договорился с Граш-Халаем, что «харам» будет сожжён в воздухе — чтобы случайно не навредить ничему на земле и не вызвать обрушение горных пород. Мои доводы показались тому достаточно убедительными, и тот согласился отозвать своих воинов, чтобы дать мне возможность всё сделать самому.

Ещё нам с Васей пришлось как следует постараться, чтобы избежать жертв из числа воинов селения, которые направлялись «спасать» нас и себя самих от запрещённого технологического изделия. То есть, от «Севера-2».

Оперативной связи с ними не было. Даже магической — ведь в пустыне возле обломков дирижабля не было никаких нанитов. И эта странность, кстати, так и осталась необъяснённой.

«Боги не дают творить магию в Пустые Каменного Сердца, — говорил Старейшина. — В прошлом там проводились поединки за право стать старейшиной селения. Чтобы маги не могли вмешаться. Но в наши времена никто не хочет добровольно брать на себя это бремя. Но, значит, так нужно богам».

Зонды для общения мы использовать не могли — ведь это тоже «харам», как и ровер. Так что единственное, что оставалось, это сдерживать автоматику корабля, чтобы она мгновенно не испепелила нападающих, которые заливали горючим составом опоры. Конечно, такая «атака» самому кораблю повредить не могла — но мы с Васей всё равно приглядывали за «героями», чтобы они случайно не выкинули какой-нибудь финт.

Тягловых или верховых животных у обитателей ущелья не было. Так что нам пришлось пересекать пустыню пешком, вместе с отрядом личной охраны старейшины. Впрочем, тот к такому путешествию отнёсся совершенно спокойно, неутомимо шагая по камням в своих высоких сапогах и рыбьей кожи.

По дороге я пытался несколько раз заговорить, чтобы выведать побольше информации о самом селении, о Пещере Судьбы и о мегалите. Но каждый раз Граш-Халай отвечал односложно, явно досадуя, что ему приходится прерывать молчание ради таких мелочей.

Лишь после имитации взрыва в небе он как-то повеселел, стал глядеть на меня более дружелюбно. Перед обратной дорогой он подошёл, положил обе ладони мне на плечи и сказал:

— У тебя нет мозговой хвори. Я покажу тебе вход в Пещеру Судьбы, если пожелаешь. Возможно, ты ещё встретишь там своего человека, воина Сима. Желаю тебе удачи.

— Спасибо, — автоматически ответил я, несколько шарашенный таким неожиданным вниманием.

Вождь промолчал, потом повернулся и направился к своим людям, давая необходимые распоряжения о порядке перехода.

Варрэн, конечно же, пошёл вместе с нами. Я не рискнул оставлять пацана на попечение местных обитателей.

— С твоим кораблём точно всё в порядке? — спросил он, когда старейшина отошёл от меня.

— Точно, не переживай, — ответил я.

— Взрыв был как настоящий…

— Он и был настоящим. Но кораблю не повредил.

— Ясно. Хорошо, что они нас не понимают — говорить можно свободно. А ещё язык у них чудной… ещё хуже вашего, — вздохнул пацан. — Пробую учить, но выходит плохо.

— Это ты молодец, — одобрил я. — Разминка для мозгов. Полезно!

Варрэн улыбнулся.

— Хорошо, что они не понимают, что наши скафандры — это тоже новая магия твоего мира, — тихо добавил он.

— Техника, — поправил я. — Технология.

— Как скажешь — технология так технология, — легко согласился Варрэн.

— Но ты прав: надо быть осторожнее, чтобы не заподозрили.

Теперь пацан просиял так, что в ночи, в свете Илтар и звёзд, сверкнули его белые зубы.

В поселение мы вернулись под утро. Солнце едва позолотило края каньона. Варрэн начинал клевать носом на ходу, и я решил попросить старейшину выделить ему ещё одну комнату, где пацан мог бы отоспаться, пока я разговариваю с гвардейцем. Граш-Халай без лишних разговоров пошёл навстречу моей просьбе. Вот только сам Варрэн, конечно же, возражал: очень уж хотелось ему послушать, о чём расскажет предполагаемый убийца Императора. Однако же пришлось настоять. Допросы всё-таки не детское дело.

Конечно, оставлять гвардейца наедине с самим собой перед допросом — не самая лучшая тактика. У него было полно времени, чтобы успокоиться и постараться выработать такую линию ответов, которая и меня бы столку сбила, и ему бы позволила выйти сухим из воды. Но выбора не было: оставлять горе-поджигателей возле «Севера-2» надолго тоже не хотелось.

Гвардеец примостился на одной из циновок, сплетённых из водорослей. Было заметно, что он не спал — хотя, видимо, старался уснуть, чтобы освежить голову. Увидев меня, он медленно поднялся и поклонился, как полагается.

— Садись, — просил я, устраиваясь на соседней циновке, скрестив ноги.

Тот снова поклонился и сел, поджав под себя ноги.

— Рассказывай, как ты докатился до жизни такой, — я намеренно выбрал простой и сочувствующий тон, чтобы сбить его с толку и разрушить сценарии разговора, который тот наверняка подготовил.

Гвардеец позволил себе посмотреть на меня с удивлением.

— Ваше Величество, я страшно сожалею о своём поступке… — начал было он, но я перебил, небрежно махнув рукой.

— Да брось, пустое. Нужно думать о будущем, а не о прошлом. Ты вот зачем так сделал? Чего хотел добиться?

— Ваше Величество, они угрожали моей семье…

— Кто угрожал? — я резко сменил тон и подался вперёд. Гвардеец отпрянул.

— Ну… как же… заговорщики! Лорды Будущего. Я даже не знаю, кто именно, они общались со мной через сообщения… доказали свои возможности в городе, и я понял, что никто не может быть в безопасности.

— И это всё? Угрозы семье? — спросил я.

— Нет… Ваше Величество, — вздохнул гвардеец, будто бы внутренне настраиваясь на тяжёлое признание. — Они предлагали мне должность в новой империи…

— Какую же?

— Старшина над кадетами и рекрутами, — ответил он, тяжко вздыхая. — Каюсь, загорелся мечтой…

«Врёт» — констатировал Вася.

«Вижу. Примитивно очень, — ответил я. — Пытается играть на слабостях моего двойника. Значит, они были знакомы близко, ещё до его гибели».

«Прямо Брут настоящий!» — усмехнулся Вася.

— Надеешься выкрутиться? — спросил я добрым, понимающим голосом.

Вот теперь мне удалось сбить его с толку. Мой двойник явно предпочитал строить диалоги иначе.

— Надеюсь на великодушие Вашего Величества, — ответил Крей-Хас, но неуверенно, тихо.

— Скажи, ты боишься магии? — спросил я, снова подавшись вперёд.

В этот раз он удержался на месте. Что ж, какая-то воля присутствует. И желание до конца бороться за свою жизнь.

— Я уважаю магию, Ваше Величество. Как и все подданные Империи, — ответил тот, явно заранее подготовленной фразой.

Что ж, пришло время двигаться дальше.

Я чуть прикрыл глаза и активировал управление нанитами. Здесь их было немного, но для моих целей должно было хватить.

Наноботы тонким слоем распределились по грудной клетке пленника. А потом начали забирать тепловую энергию.

Несколько секунд он не понимал, что происходит. Потом его глаза расширились от ужаса.

— Помилуйте, Ваше Величество! — горячо взмолился гвардеец.

— Ты понимаешь, что происходит? — тихо спросил я.

— Да, Ваше Величество! С Вами был сильный придворный маг! Как мудро с Вашей стороны подстраховаться! Поэтому Вы живы, хотя смерть выглядела так правдоподнобно…

Я протянул перед собой ладонь и зажёг в её центре небольшой люминесцентный огонёк из нанитов, имитирующий крохотное пламя.

— Простейшее заклинание, — сказал я.

Судя по выражению лица, гвардеец уже готов был сломаться, но всё никак не желал пересекать эту последнюю черту.

— Мне очень не нравится, когда мне врут, Крей-Хас, — продолжал я. — Врут продуманно, расчётливо. Хуже врунов, по моему мнению, только предатели и убийцы.

Он снова посмел посмотреть мне в глаза, пытаясь угадать направление дальнейшего разговора. Я чуть ли не физически ощущал, как он перебирает заготовленные аргументы и фразы. Но я не дал ему такой возможности.

Я начал делать то же самое, что начинал делать маг там, в таверне.

— Ещё одно простейшее заклинание, — продолжал я. — Знаешь, не так страшно умереть, как точно знать, какая именно смерть тебе уготовлена. Когда я залезу тебе в голову — назад дороги не будет.

И вот именно в этот момент гвардеец, наконец, сломался.

— Вэл-Ксиора… — пробормотал он.

— Что? — тихо спросил я.

— В заговор меня втянула Вэл-Ксиора, — сказал он.

— Ну и для чего же ей это вдруг понадобилось?

— До неё дошли сведения, что, возможно, ваш наследник выжил, — ответил гвардеец.

Он снова выпрямился. Теперь, когда, по его мнению, пощады ждать уже было бессмысленно, в нём проснулась храбрость отчаяния.

— В ночь, когда погибла Рэл-Дейлайя, младенцев подменили, — продолжал Крей-Хас. — В императорской усыпальнице покоятся другие останки. Говорят даже, что наследник похож на… — гвардеец осёкся, будто раздумывая. После чего уверенно завершил фразу: — на Императора.

— Значит, понял, что Император не воскресал, — констатировал я.

— Понял. Такие маги как ты очень редки, но я о вас слышал. Вы можете копировать лица. Но это ничего не меняет. Кто бы ты ни был — прошу, помилуй семью. Я признаю, что ты победил…

«Вася, я идиот», — мысленно проговорил я, улыбаясь и раздумывая, что делать с гвардейцем.

«Мы оба идиоты, Жень», — вздохнул мой невидимый напарник.

«Мы сильно недооценили Грайю. Она сделала куда более высокую ставку, чем мы думали», — продолжал я.

«И не уделили должного внимания истории императорской семьи… но всё-таки надо проверить, Жень. На борту остался биоматериал: волоски, эпителий. Если позволишь — я сделаю анализ».

Только теперь до меня дошло прямое последствие того факта, что Варрэн, похоже, сын моего двойника. И генетической копии.

«Ох ты ж блин…» — вырвалось у меня.

«Держись, Жень», — вздохнул Вася.

— Вэл-Ксиора причастна к убийству своей предшественницы и наследника? — спросил я.

— Нет! — поспешно ответил Крей-Хас. — Понимаю, ты мне уже не веришь — но нет! И она никогда не стала бы делать то, что сделала, если бы смогла дать тебе наследника.

«Похоже, не врёт», — сказал Вася.

«Не врёт, — согласился я. — Кстати, теперь понятно, почему Грайя так легко отпустила нас из подземного города. А я, идиот, посчитал, что моя небольшая демонстрация сработала…»

«Ей было выгодно форсировать события, — сказал Вася. — Но она не знала, как на самом деле выглядит Император. И что твоё появление с пацаном приведёт к совершенно другому эффекту чем тот, на который она рассчитывала».

— Хорошо, — сказал я, поднимаясь.

— Подожди… — спросил гвардеец. — Разве ты не хочешь узнать, что стоял за заговором? И кто мог бы использовать появление наследника к своей пользе?

— В этом нет необходимости, — ответил я, улыбнувшись. — В столице многое поменялось.

Крей-Хас растерянно заморгал глазами.

— Твою семью никто не тронет, — пообещал я. — Что касается тебя… ну расклады ты понимаешь. Убийство Императора есть убийство Императора. Могу обещать суд. Настолько беспристрастный, насколько это вообще возможно. И то, что тебя унижать не будут.

— Это уже не мало. Спасибо, кем бы ты ни был на самом деле…

Я кивнул.

— Ещё одно. Скажи, этот наследник, о котором говорила Вэл-Ксиора — он и в самом деле существует?

На этот вопрос я, разумеется, отвечать не стал.

Возле входа в домик, где мы разговаривали, стояли два стражника. А с ними, к моему большому удивлению, Граш-Халай.

— Ты поговорил со своим человеком? — спросил он.

— Да, — кивнул я.

— Тогда я могу вернуть его к остальным, — произнёс старейшина, использовав особую конструкцию местного языка, которая означала вопрос-утверждение. Такие применялись тогда, когда некто старший и уважаемый обращался с вопросом или уточнением к людям более низкого положения или же к чужестранцам.

— Подожди, — сказал я. — Его надо отделить от остальных. Те, что там сидят — честные воины. И с головой у них всё в порядке. А этот — предатель и убийца. Но мы бы хотели сохранить его в нормальном состоянии для суда. Готовы будем отблагодарить.

Граш-Халай посмотрел на меня с прищуром, изобразив удивление.

— А ты привык повелевать. Вот и сейчас думаешь о грядущем, которого у тебя не будет, если не передумаешь идти в Пещеру Судьбы, — сказал он.

— Посмотрим, — ответил я.

— Смотреть надо сейчас, отлив начинается, — произнёс старейшина. — Лодка готова.

Он явно хотел сказать что-то ещё и какое-то время раздумывал, видимо, как это лучше сделать.

— Твой сын, — наконец, продолжил он. — Ты в праве, но всё же я прошу тебя, от имени нашего народа, оставить его на берегу и не брать с собой в последний путь. Обещаю вырастить его достойным человеком. Он не будет ни в чём знать нужды, и я обучу его как приёмного сына.

«Проблемка, Вася, да? — вздохнул я. — Нужно было его на борту оставить…»

«Нужно было. Но сейчас Граш-Халай прав: мальчишке нельзя с тобой. Это наверняка очень опасно! Может, правда оставишь его пока здесь?»

Я почесал подбородок. Старейшина терпеливо ждал моего ответа.

«Кстати, анализ готов», — сказал Вася.

«И?»

«Как мы и предполагали: у вас половина общей ДНК. То есть вы близкие родственники».

Вроде и ждал эту новость — а всё равно голова поплыла немного.

«Нет, Вась. Я не смогу так. Особенно сейчас».

«Но что делать-то потащишь его с собой? Чтобы потерять у себя на глазах как… — он осёкся и спустя секунду добавил: — извини».

«Мы поступим иначе, — сказал я, проигнорировав и Васину неловкую реплику, и его извинения. Очевидно, что он тоже в этой ситуации начал нервничать и вести себя совершенно по-человечески. — Мы вернём его на «Север»».

«Но… как?»

«Он сказал про лодки. Так что вход в пещеру наверняка расположен ниже уровня прилива. Значит, его затапливает. Значит, есть возможность уйти незамеченным — на нём же скафандр», — ответил я.

«Я возвращаю «Север-2» с орбиты, добро? — спросил Вася. — И готовлю челнок-лодку».

«Молодец», — ответил я.

— Понимаю тебя, — сказал я вслух, обращаясь к старейшине. — Спасибо. Но мальчик должен идти со мной. И я обещаю, что с ним всё будет в порядке. Скажи, если со мной всё закончится плохо — он сможет вернуться к вам? Вы его примете?

Старейшина растянул свои узкие губы в подобие улыбки.

— Мы его примем. Но нужно, чтобы он успел. Объясни ему хорошо, — ответил он.

— Обязательно сделаю, — кивнул я.

— Тогда бери своего сына и пойдём со мной к лодке, — сказал Граш-Халай.

Я почувствовал, как у меня сжалось сердце при слове «сын».

«Женя, сын — это что-то большее, чем просто гены», — сказал Вася.

«Вась… — ответил я. — Давай не надо, ладно?»

Варрэн успел поспать после возвращения и даже позавтракать. По крайней мере, в своём домике он встретил меня вполне бодрым и довольным.

— Что, пора? — спросил он.

— Пора, Вар.

Пацан просиял.

— Я боялся, что ты меня здесь оставишь. С этими людьми, — сказал он.

— Мы вместе вернёмся домой, — ответил я. — И я тебя не оставлю. Ни за что.

Варрэн насторожился.

— Что-то случилось? — спросил он. — У тебя такой голос… странный.

— Да, случилось, — признался я. — Но расскажу позже, сейчас не время и не место.

— Ладно… — нехотя ответил он и вышел вслед за мной на площадку перед домиком, где нас ждал старейшина.

— Вар, это важно, — тихо сказал я, пока мы шли к лодке. — Мне очень нужно, чтобы ты незаметно вернулся на корабль.

— Но как? — спросил Вар, округлив глаза. — Я не знаю таких сильных заклинаний полёта, я ведь совсем недавно маг…

— Место, куда мне надо попасть, похоже, находится в самом низу, — ответил я. — Скафандр, который на тебе, может поддерживать жизнь и дыхание под водой. Как только ты окажешься в воде, возникнет прозрачный шлем. Когда я скажу — но не раньше! — тебе нужно будет нырнуть в воду. А там тебя встретит специальный аппарат, который я пришлю с корабля. У него снизу будет открыт… — я замялся на секунду, пытаясь придумать аналог слова «шлюз». — Открыта дверца. Ты ныряй внутрь, в маленькую камеру. Дверца закроется, из камеры откачают воду. После этого откроется внутренний люк, ты заходи внутрь. Остальное сделает автоматика. Главное — слушайся указаний, которые будут звучать внутри. Вася оставит инструкции.

— О, дух тоже будет со мной?

— Нет, только его голос. Но это не важно. Важно, чтобы ты был на борту, когда я пойду в пещеру выручать своего друга, — сказал я. — Сделаешь, как я сказал?

— Конечно, Тейдан, — радостно кивнул мальчишка. — Обязательно сделаю!