Тенсей: Тень Сэймэя

Глава 1 Глава 1: Первый коготь, первая кровь

Сознание вернулось к нему не всплеском, а тихим щелчком, будто кто-то переключил канал в его разуме. Акира лежал в грязи, прислонившись к обугленному бревну, и смотрел в багровое небо. Воздух был густым от запаха гари и смерти, с едва уловимым металлическим привкусом, который он узнал мгновенно.

Амарита.

Интерфейс, знакомый до боли, возник перед внутренним взором: Уровень: 1 Очки Амариты: 12 Ки: 100/100 Доступно: Дерево навыков «Меч», «Кусаригама», «Оммёдо»

Текст светился, знакомый и чужой одновременно. Nioh 2. Значит, так. Не сон, не галлюцинация. Эта скотобойня была его новой реальностью. Более жестокая, более опасная и… идеально знакомая той части его сознания, что провела сотни часов в этом цифровом аду.

Он поднялся, и его новое тело — лет девятнадцати, по прикидкам — заныло в знак протеста. Он стряхнул пепел с грубого крестьянского кимоно. Хорошо. Боль означала, что он жив. А жизнь здесь была главным ресурсом.

Его взгляд упал на валявшийся рядом ржавый танто. Подняв короткий меч, он ощутил непривычную тяжесть в руке, но сама рукоять легла в ладонь… правильно. Почти утешительно.

«Низкая стойка», — скомандовал он себе мысленно.

Тело послушно скользнуло в нужное положение, мышцы напряглись, готовые к молниеносному уходу или атаке. Знание было здесь, врезанное в мышечную память этого молодого японского тела, которое он теперь населял.

С края уничтоженной деревни донесся влажный, шаркающий звук. Не ветер. Не животное. Что-то жадное и порочное.

Из-за груды тлеющих обломков выползло нечто. Жалкое, лишенное шерсти существо с горящими желтыми глазами, уродливо раздутым брюхом и длинным липким языком, болтавшимся из пасти. Гаки. Низкоуровневый голодный дух.

«Начну с тебя», — прошептал Акира, и его голос прозвучал сухим скрипом, лишенным каких-либо эмоций, кроме холодной решимости.

Гаки ринулся на него с булькающим визгом. Тело Акиры среагировало без consciousной команды. Шаг в сторону — «Низкая стойка» позволила сделать плавный уклоняющий разворот. Ржавый танто казался неуклюжим, но намерение было ясным. Пока существо пролетало мимо, он нанес неглубокий рубящий удар, рассекая плечо твари.

-34

Бледная, полупрозрачная цифра всплыла над Гаки. Знакомая игровая механика. Существо взвизгнуло от боли и развернулось, слепое от ярости.

Следующие несколько мгновений превратились в жестокий танец уклонений и неуклюжих ударов. Акира изучал пределы этого тела — его выносливость, скорость. Он чувствовал, как Ки пульсирует в нем, истощаясь и восстанавливаясь с каждым движением. Это было изматывающе по-настоящему, чего никогда не могла передать вибрация геймпада.

Наконец, увидев брешь, когда Гаки слишком сильно потянулся в броске, Акира сменил стойку. Средняя стойка. Более сбалансированная. Он вложил вес всего тела в один решающий удар. Ржавый танто со скрипом вонзился в шею Гаки.

-108 Убийство! Получено Очков Амариты: 50

Существо растворилось в зловонной черной дымке, оставив после себя небольшой светящийся шарик фиолетовой энергии. Амарита. Без колебаний Акира потянулся к нему. В миг, когда его пальцы коснулись света, энергия влилась в него холодным, бодрящим шоком.

Уровень повышен! Уровень: 2 Очки Амариты: 62 +1 к Силе, +1 к Ловкости

В конечности хлынула сила, мелкие боли и усталость слегка отступили. Это было опьяняюще. Это была сила. Реальная, осязаемая сила, которую он мог присвоить.

Следующие несколько часов Акира провел, как хищник, в руинах своей собственной «точки возрождения». Он нашел другую, слегка поврежденную катану и выбросил танто. Он охотился на низкоуровневых ёкаев, что кишели в деревне — еще одного Гаки, пару маленьких парящих сфер Онби, которых пришлось сбивать с воздуха. Каждое убийство приносило ему Амариту, каждый новый уровень делал его быстрее и сильнее.

К тому времени, когда солнце начало клониться к горизонту, окрашивая небо в глубокие оттенки оранжевого и пурпурного, он достиг 4-го уровня. Он нашел бурдюк с водой в уцелевшем, но пустом доме и заставил себя съесть немного заплесневелого риса. Выживание — прежде всего.

Он сидел на ступенях обгоревшего святилища, изучая экран статуса. Дерево навыков Оммёдо было здесь, серое, но видимое. Оно требовало вложения «Очков Навыков», которые он еще не заработал. Условия были просты: выполнить базовый ритуал очищения и понять поток энергии.

Магия. Ключ к его долгосрочному плану. Чтобы стать новым Абэ-но Сэймэем, нужно было разблокировать это. Но как? У него не было ни бумажных талисманов, ни благовоний, ни знаний о настоящих ритуалах — лишь игровая абстракция.

Его мысли прервал новый звук. Не шарканье бессмысленного ёкая, а нечто более тяжелое. Обдуманное. И его сопровождал низкий, гортанный рык, от которого вибрировала сама земля.

Акира встал на ноги, катана наготове. Из сгущающихся теней лесной опушки зажглась пара багровых глаз. Затем еще одна. Они были на уровне волка, но когда существо вышло на открытое пространство, он увидел, что это не волк. У него было стройное, мускулистое тело большой кошки, смоляно-черная шерсть и два длинных, змеевидных хвоста, угрожающе подергивавшихся позади. Нэкомата.

Это была не низкоуровневая угроза. Это была настоящая опасность.

Уровень: 9 Нэкомата (Молодая)

Система любезно предоставила информацию. Девятый уровень. На пять уровней выше. Однако разум Акиры не затопила паника — его пронзил холодный, аналитический огонь. Оценка. Слабость: очищение? Огонь? Её хвосты — главное оружие. Модель поведения: вероятно, прыжки и использование хвостов для захвата.

Нэкомата начала обходить его по кругу, её интеллект читался во взгляде. Она не была слепо агрессивна, как Гаки. Она оценивала его.

Она прыгнула. Акира был готов. Он перекатился в сторону, движение подпитывалось каждым очком его повышенной Ловкости. Существо приземлилось на место, где он только что стоял, его когти разорвали землю. Один из хвостов взметнулся, слишком быстро, чтобы уклониться полностью. Его кончик хлестнул Акиру по руке, прорезав рукав и оставив на бицепсе огненную полосу.

-85

Значительная часть запаса здоровья исчезла. Боль, реальная и острая, пронзила тело. Он стиснул зубы, отступая. Прямой бой был самоубийством. Нужно было использовать окружение.

Он заманивал её в погоню по руинам, используя обгоревшие остовы домов как укрытие от её прыжков и ударов хвостом. Его разум лихорадочно работал. Оммёдо. Очищение. Это место пропитано негативной энергией, смертью. Это то, что их привлекает и усиливает.

В голове мелькнула отчаянная, почти безумная идея. Он еще не был магом. Но у него была Система. И у него была воля.

Уклонившись за обвалившуюся стену, он сконцентрировался. Не на заклинании, а на Амарите внутри себя. На сгустке духовной энергии, которую он поглотил. Он попытался вытолкнуть её не через клинок, а через ладонь, представляя волну очищающего света.

Ничего не произошло. Нэкомата проломила стену, разметая щепки.

Он попробовал снова, вливая в попытку больше Ки. Он визуализировал эффект Талисмана Очищения из игры. Голубое свечение, рассеивающее скверну.

Всполох. Слабый, мерцающий голубой свет на мгновение озарил кончики его пальцев и погас. Это было жалко. Но это было что-то.

Нэкомата на долю секунды замешкалась, её багровые глаза сузились при виде вспышки святой энергии.

Этого мгновенного промедления хватило. Акира переключился в Высокую стойку, жертвуя защитой ради грубой силы. Пока зверь отступал, он рванулся вперед, обрушивая катану двумя руками прямо на его череп.

Клинок впился глубоко, но недостаточно. Нэкомата взревела от боли и ярости, её тело затряслось в конвульсиях. Одна из мощных лап ударила Акиру в грудь, отшвырнув его назад. Он тяжело приземлился, из легких вырвался воздух, зрение помутнело.

-120

Его здоровье было на критически низком уровне. Мир начал расплываться. Раненая и ослепленная яростью Нэкомата приготовилась к последнему прыжку.

И тут сквозь вечерние сумерки пробился новый звук. Четкий, резкий звон тетивы.

Одна-единственная стрела, оперенная белыми перьями, пронзила воздух с вершины уцелевшей сторожевой вышки. Она была направлена не в тело Нэкоматы, а в землю между ней и Акирой. Когда наконечник вонзился в почву, пульсирующая волна чистой, яркой энергии вспыхнула, образовав мерцающий барьер.

Нэкомата зашипела, отпрянув от святого света, словно от прикосновения раскаленного железа.

Акира, из последних сил цепляясь за сознание, повернул голову к вышке. На фоне угасающего неба стояла фигура. Стройная, с длинным луком в руках. Незнакомец ловко спрыгнул вниз, бесшумно приземлившись в десятке метров от него.

Это была девушка. На ней была практичная дорожная одежда — хакама и плотно прилегающая куртка, волосы убраны в простой хвост. В одной руке она держала лук, в другой — свиток офуда, светящийся ровным, спокойным светом.

Её глаза, острые и ясные, скользнули по Нэкомате, затем упали на Акиру, оценивая его взглядом, в котором не было ни жалости, ни страха — лишь чистая, неумолимая решимость.

— Ты можешь встать? — спросила она, её голос был спокоен и размерен, прорезая туман в его сознании. — Или мне придется добить её одной?

Глава 2 Союз по необходимости

Её слова пронзили туман боли и истощения, словно отточенный клинок. В них не было сочувствия — лишь холодная констатация факта. Или ты полезен, или ты мёртв. Акира понял это с первого взгляда.

Сжав зубы, он уперся локтем в землю, заставив тело подчиниться. Грудь горела огнём, каждый вдох давался с трудом. Он оттолкнулся, встал на одно колено и, покачиваясь, поднялся во весь рост. Катана в его руке дрожала, но он не отпускал её.

«Могу», — выдохнул он, и его собственный голос прозвучал хрипло и глухо.

Взгляд девушки на мгновение задержался на нём, и в нём мелькнуло нечто, отдалённо напоминающее уважение. Минимальное, едва заметное кивком. Затем она вернула всё внимание к Нэкомате.

Барьер из света, созданный её стрелой, начинал меркнуть. Молодая двухвостая кошка, оправившись от первоначального шока, снова скалилась; её рана сочилась чёрной дымкой. Она была ранена, а раненый зверь опаснее вдвойне.

«Я отвлекаю. Ты бьёшь в слабое место. Под брюхом, у второго ребра», — распорядилась девушка, и её тон не допускал возражений. Она даже не посмотрела, согласен ли он. Она просто исходила из того, что он способен выполнить приказ.

Нагло, — промелькнуло в голове у Акиры. Но план был верным. Он кивнул, экономя силы на словах.

Девушка резко выбросила вперёд руку со свитком офуда. «Сэй!» — чётко произнесла она. Свиток вспыхнул ослепительной белизной. Для Акиры это был просто яркий свет, но для Нэкоматы — ударная волна. Существо взвыло, отшатнулось, закрывая глаза лапами. Священная энергия, даже в таком малом объёме, причиняла ему агонию.

Это был их шанс.

Акира рванул вперёд, игнорируя пронзительную боль в груди. Он не был быстр — его тело было избито и истощено. Но ему и не нужна была скорость. Ему нужно было оказаться в нужной точке.

Девушка тем временем действовала с пугающей эффективностью. Отбросив использованный свиток, она за долю секунды вложила новую стрелу в лук и, даже не целясь, выпустила её. Стрела впилась в землю прямо перед мордой Нэкоматы, и снова вспыхнул ослепляющий свет, удерживая чудовище на месте и не давая ему среагировать на медлительного Акиру.

Он оказался в паре шагов от неё. Вонь гниющей плоти и дикой шерсти ударила ему в нос. Он увидел бледное, незащищённое пятно под её передней лапой — ту самую слабость. Высокая стойка. Всё, что осталось. Он вложил в удар всю оставшуюся силу, всю ярость на этот проклятый мир, всю холодную решимость выжить. Катана, тупая и зазубренная, с хрустом пронзила плоть и кость.

-210 Критическое попадание!

Нэкомата издала звук, невыносимый для ушей — нечто среднее между кошачьим визгом и человеческим стоном. Её тело затряслось, из раны хлынул поток чёрной, вязкой субстанции. Затем оно начало распадаться, растворяться в том же чёрном тумане, что и Гаки, но в несравнимо большем объёме. Туман клубился, уплотнялся и, наконец, сжался в шар чистой, тёмно-фиолетовой Амариты размером с кулак.

Уровень повышен! Уровень: 6 Очки Амариты: 315 +2 к Силе, +1 к Ловкости, +1 к Телосложению

Волна целительной энергии затопила его. Боль в груди утихла до глухой ноющей пульсации, силы вернулись, ум прояснился. Он стоял, тяжело дыша, глядя на парящий шар энергии.

И тут же почувствовал на себе пристальный взгляд.

Девушка опустила лук. Она не стреляла в него. Пока. Но её пальцы всё ещё лежали на тетиве. «Охотник?» — спросила она, и её взгляд скользнул по его залитому кровью и грязью кимоно, по зазубренному клинку в его руке. В её тоне слышалось сомнение.

Акира медленно повернулся к ней, его разум работал на пределе. Кто она? Самурай на службе у даймё? Странствующий монах? Оммёдзи? Её владение священными талисманами указывало на последнее. Но её прямая, воинственная манера — на второе.

«Выживший», — поправил он её, и его голос приобрёл твёрдость, подпитанную новыми уровнями. Он не стал тянуться за Амаритой, понимая, что любое неверное движение может быть истолковано как угроза. Он смотрел прямо на неё, оценивая так же, как она оценивала его. Высокая, стройная. Лицо с правильными, но жёсткими чертами. Глаза цвета тёмного мёда. В них читался ум, опыт и отсутствие глупой сентиментальности. Ему это нравилось.

«Из деревни Каваниси?» — уточнила она, кивнув в сторону дымящихся развалин. Акира просто кивнул. «Повезло. Один из двадцати. Обычно не остаётся никого». Значит, название деревни — Каваниси, — мысленно отметил он.

«Меня зовут Сайо», — представилась она наконец, опуская лук и закидывая его за спину. Этот жест, казалось, означал временное перемирие. «Я следую в усадьбу даймё Фудзивары. Эти земли теперь его. А ты?»

Вопрос висел в воздухе. Простой, но смертельно опасный. Кто ты? Куда идешь?

Акира понимал, что «Акира из деревни Каваниси» — это билет в никуда. Безродный выживший, нищий. Но он также не мог раскрыть свои карты. «Акира», — сказал он, опуская катану. «И я ищу… возможности. Моя деревня мертва. Моя старая жизнь — тоже».

Он позволил этим словам повиснуть в воздухе, надеясь, что она услышит в них не скорбь, а потенциал.

Сайо внимательно смотрела на него. Молчание затянулось. Наконец, она сделала шаг в сторону тропы, ведущей от деревни. «Даймё Фудзивара платит за головы ёкаев. И за услуги оммёдзи, если они настоящие», — она бросила взгляд на его окровавленный рукав, на едва заметный след ожога от хвоста Нэкоматы. «Ты неплохо держишь клинок для крестьянина. И… что-то пытался сделать со светом, пока она тебя не пнула».

Акира внутренне напрягся. Она заметила его жалкую попытку магии. «Это был не свет. Это была надежда», — сказал он с самой прямой физиономией, на какую был способен.

Уголок губ Сайо дрогнул. Примерно на миллиметр. Было невозможно сказать, улыбка это или гримаса раздражения. «Надежда — дерьмо. Оно тебя не спасёт. А клинок и правильное заклинание — может быть», — она повернулась и сделала несколько шагов по тропе, явно ожидая, что он последует. «Иди или оставайся. Но если останешься, следующая Нэкомата придёт на запах крови. И придёт не одна».

Это был не приглашение. Это был ультиматум, облечённый в форму здравого смысла.

Акира посмотрел на шар Амариты, всё ещё висящий в воздухе. Он протянул руку и поглотил его. Новая волна силы, слаще вина, потекла по его жилам. Затем он подобрал свой скромный узел с припасами и, хромая, пошёл вслед за удаляющейся фигурой.

Он не доверял ей. Она явно не доверяла ему. Но она была его билетом в этот новый мир, его проводником к даймё Фудзиваре, к первым ступеням той лестницы, которую он вознамерился покорить.

Они шли молча. Лес сгущался вокруг них, поглощая последние лучи солнца. «Почему ты решила помочь?» — нарушил тишину Акира, и его вопрос прозвучал скорее как требование.

Сайо, не оборачиваясь, ответила так же прямо: «Раненый зверь на тропе — помеха. Мёртвый зверь — нет. А ещё…» — она на мгновение замолчала. «Ты смотрел на неё не как жертва. Ты смотрел на неё как охотник. Это редкость. И может быть полезным».

Акира усмехнулся про себя. Впервые с момента пробуждения в этом теле он почувствовал нечто отдалённо напоминающее удовольствие. Возможно, этот мир был не так уж и плох. Если, конечно, не дать ему тебя убить.

Впереди, в сумерках, замаячили огни. Не костры — это был ровный, жёлтый свет фонарей. Много фонарей. Усадьба.

«Готовь свою историю, выживший Акира», — бросила Сайо через плечо. «Фудзивара-сама любит интересные истории. Но только если они заканчиваются с пользой для него».

Глава 3 Воля даймё

Огни усадьбы оказались не просто фонарями у дороги. За первым холмом открылся вид на укреплённый посёлок, обнесённый частоколом с единственными воротами. Это была не мощная крепость, а скорее укреплённая резиденция мелкого феодала, но по сравнению с пепелищем Каваниси она казалась величайшим городом.

У ворот их встретили двое стражников. Их доспехи были простыми, но ухоженными, взгляды — настороженными.

— Сайо-доно, — почтительно кивнул один из них, узнав девушку. — С возвращением. А это?

— Выживший из Каваниси, — коротко ответила Сайо, не останавливаясь. — Он сразил молодую Некомату у руин. Я привела его к Фудзивара-сама.

Стражи с новым интересом оглядели Акиру. Его залитое кровью кимоно и зазубренная катана теперь выглядели не как свидетельство бедствия, а как трофеи. Один из них кивнул и пропустил их.

Внутри царила оживлённая суета. Солдаты чистили оружие, служанки несли корзины, у кузницы слышался звон молотов. Воздух был густым от запахов готовящейся еды, лошадей и древесного дыма. Жизнь. Настоящая, шумная и грязная.

Сайо, не обращая внимания на любопытные взгляды, повела его к самому большому зданию в центре усадьбы — деревянному дворцу с массивной черепичной крышей. У входа стояли уже другие стражи, в более качественных доспехах.

— Жди здесь, — приказала Сайо, скрываясь внутри.

Акира остался стоять под пристальными взглядами стражей. Он использовал это время, чтобы осмотреться, изучая устройство усадьбы, иерархию по тому, как одеты люди, куда они движутся. Его разум, как губка, впитывал информацию. Это была его первая настоящая разведка в этом мире.

Вскоре Сайо вышла и жестом подозвала его внутрь.

Главный зал был затемнён, освещён лишь несколькими светильниками. Дым благовоний стелился в воздухе, не в силах перебить запах старого дерева и власти. В дальнем конце зала, на невысокой платформе, сидел мужчина лет пятидесяти с тонкими, умными чертами лица и пронзительным взглядом. Одежда его была простой, но качественной, а поза — спокойной и уверенной. Это был Фудзивара.

По обе стороны от него расположились несколько человек — советник с хитрым лицом, грузный военачальник и старый монах с бритым черепом.

Сайо опустилась на одно колено. Акира, следуя её примеру, сделал то же самое, склонив голову. Этикет из исторических драм и игр смутно всплывал в его памяти.

— Встаньте, — раздался спокойный голос Фудзивары.

Акира поднялся, встречая взгляд даймё. Он не отвёл глаз, но и не бросал вызова. Просто смотрел, позволяя тому оценить себя.

— Сайо сообщает, что деревня Каваниси уничтожена, — начал Фудзивара. — И что ты не только выжил, но и помог ей уничтожить ёкая. Это правда?

— Это правда, господин, — твёрдо ответил Акира.

— Ты единственный выживший?

— Насколько я видел — да.

Советник что-то тихо прошептал на ухо Фудзиваре. Тот кивнул.

— Некомата — не случайный бродяга. Они приходят на сильную скверну. На резню. Почему ты выжил, когда другие погибли?

Главный вопрос. Тот, которого Акира ждал. Он не мог рассказать про Систему. Но он мог рассказать правду. Частично.

— Я спрятался, — сказал он, глядя Фудзиваре прямо в глаза. — Потом я бежал. А когда бежать стало некуда, я сражался. Я не сильнее других. Я просто… отказался умирать.

Военачальник хмыкнул, одобрительно кивнув. Ответ, полный самурайского духа, пришёлся ему по душе.

— Сайо также упомянула, — продолжил Фудзивара, и его взгляд стал пристальнее, — что ты пытался использовать какую-то… технику. Не боевую.

Так она всё же доложила. Акира почувствовал, как напрягаются мышцы спины. Магия была его козырем, но преждевременное его раскрытие могло быть опасным.

— Я видел, как монахи в нашей деревне читали молитвы, — солгал он, смешивая ложь с правдой. — В момент отчаяния я попытался повторить их жест. Это было инстинктивно. Безрезультатно.

Старый монах у Фудзивары впервые поднял на него глаза. Его взгляд был тяжёлым, проницающим.

— Жест? — медленно проговорил монах. — И какой же это был жест, юноша?

Акира внутренне замер. Он играл в опасную игру. Он медленно поднял руку, ладонью вперёд, как делал это в бою с Некоматой, имитируя базовый жест из игр для заклинаний очищения.

— Что-то вроде этого, почтенный.

Монах смотрел на его руку, потом перевёл взгляд на его лицо. В его глазах читалось сомнение, но и интерес.

— Ты чувствовал что-то? Какой-то поток? — допытывался монах.

— Только страх, — уклончиво ответил Акира.

Фудзивара наблюдал за этим диалогом, его пальцы мягко барабанили по подлокотнику.

— Достаточно, — он прекратил допрос. — Ты выжил и проявил храбрость. В наше время это ценится. Ты можешь остаться здесь. Но никто не ест мой рис просто так.

Он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание.

— На северных склонах, возле старого святилища, появился ёкай. Местные называют его «Срыватель Кожи». Он уже забрал трёх дровосеков. Убийство Некоматы с Сайо — твой первый успех. Принеси мне голову этого ёкая. Тогда мы поговорим о твоём месте под моей крышей. Откажешься — можешь идти куда глаза глядят.

Это был тест. Очевидный и безжалостный.

Акира склонил голову. — Я принесу вам его голову, господин.

Фудзивара удовлетворённо кивнул и жестом отпустил их.

Выйдя из зала, Акира почувствовал, как с него градом катится пот. Атмосфера давления и власти была почти осязаемой.

— Ты хорошо держался, — сказала Сайо, когда они отошли. В её голосе прозвучала лёгкая нота одобрения. — Старый Гэмбу, монах, похоже, тебя запомнил. Это может быть как хорошо, так и плохо.

— А этот «Срыватель Кожи»? — спросил Акира, переходя к сути. — Что ты о нём знаешь?

— Мало. Говорят, он быстр. И ночью его почти не видно. Он не просто убивает… он снимает кожу с жертв. — Сайо посмотрела на него. — Тебе понадобится лучшее оружие.

Она повела его к кузнецу. Кузнец, угрюмый детина с обожжёнными руками, после короткого разговора с Сайо выдал Акире простую, но добротную катану взамен его самоделки.

Получено: Катана самурая (Качество: Обычное) Урон: 78-95

Вернувшись в предоставленную ему крошечную каморку в казарме, Акира наконец остался один. Он сидел на циновке, глядя на свои руки. Впервые с момента пробуждения у него было мгновение передышки.

Он закрыл глаза и вызвал интерфейс Системы. Теперь, после боя с Некоматой и разговора с монахом, дерево навыков Оммёдо больше не было полностью серым. Один навык в его основе теперь светился, доступный для изучения.

Базовая Чувствительность к Энергии (0/1) Позволяет ощущать потоки духовной энергии (Ки) и скверны (Дзёки). Необходимая основа для любого искусства Оммёдо.

Цена: 1 Очко Навыков.

У него как раз было одно, заработанное при повышении уровня. Без колебаний Акира мысленно вложил очко в навык.

Тотчас же его восприятие мира изменилось. Если раньше он видел только физическую оболочку вещей, то теперь он ощущал их… эхо. Тёплое, живое свечение исходило от спящих людей в казарме. Холодная, застойная энергия вилась над болотами за частоколом. А от самого дворца Фудзивары тянулись тонкие, переплетающиеся нити энергии — одни яркие и чистые, другие тёмные и запутанные. Интриги.

Так вот как выглядит власть. Не просто как стены и солдаты, а как паутина из амбиций и влияния.

Затем он ощутил нечто иное. Что-то на северной окраине усадьбы. Пятно гниющей, болезненной энергии, настолько плотной, что от неё тошнило. Оно пульсировало злобой и голодом. Оно было недалеко.

Срыватель Кожи.

Акира медленно открыл глаза. Теперь у него было преимущество. Он знал, где его цель. И он знал, что эта цель — лишь первая ступенька на его пути.

Завтра он пойдёт на охоту. А сегодня ему нужно было спланировать её.

Глава 4 Первый шаг к тени

Ночь Акира провел не в бесплодных размышлениях, а в практическом планировании. Его новая способность — Чувствительность к Энергии — превратила мир из простой карты в топографический снимок, где потоки жизни и скверны были видны, будто в инфракрасном спектре.

Тот гнилостный сгусток энергии на севере, Срыватель Кожи, был его главной целью. Но Акира не был мясом, которое бросают в пасть льву, чтобы проверить его клыки. Он был охотником. А охотник изучает свою добычу.

Он вышел из казармы в предрассветный час, когда серое небо только начинало светлеть. Притворившись, что разминает затекшие мышцы, он прошелся вдоль частокола, фокусируясь на том пятне скверны. Оно было нестабильным, пульсирующим. Иногда смещалось на несколько десятков метров, затем возвращалось. Ёкай патрулировал свою территорию. Территорию, которая, если судить по карте в голове Акиры, идеально совпадала со старым заброшенным святилищем, упомянутым Фудзиварой.

«Он привязан к месту», — тихо пробормотал Акира. Не просто бродит, а охраняет что-то. Или заперт там. Это меняло дело. Ловушка на своей территории всегда опаснее.

Он направился к кузнице. Кузнец, по имени Горо, только раздувал горн. — Что надо? — буркнул он, увидев Акиру. — Не оружие. Информацию. Заброшенное святилище на севере. Что ты о нём знаешь? Горо нахмурился. — Нехорошее место. Ещё до всей этой истории со Срывателем люди обходили его стороной. Говорили, там давным-давно какой-то монах неправильные обряды проводил. Осквернённое место.

Осквернённое место. Значит, источник скверны был там давно. Этот ёкай не случайный пришелец, а порождение этого места. Возможно, тот монах и был первым «Срывателем».

Вернувшись в свою каморку, Акира закрыл глаза, снова активируя Чувствительность. Он попытался прощупать саму природу энергии, исходящей от святилища. Это был не просто хаос. В нём была структура, узор, похожий на болезненный, извращённый ритуал. Энергия была сосредоточена в самой точке святилища, а ёкай, как паук, сидел в её центре.

У него не было ни талисманов, ни времени на сложные приготовления. Но у него была Система. И пока он размышлял, в его дереве навыков Оммёдо засветился новый, теперь доступный для изучения навык.

Слабый Оберег (0/1) Позволяет создать временный барьер, ослабляющий ёкаев, проходящих через него. Длительность и сила зависят от владения Оммёдо. Цена: 1 Очко Навыков.

Идеально. У него было ещё одно очко, заработанное при повышении уровня до 6-го. Он без колебаний вложил его.

Знание влилось в его сознание — простейшие схемы формирования энергии, ментальные формулы для создания слабого, но эффективного поля, отталкивающего скверну. Для активации ему даже не нужны были физические компоненты — только его собственная Ки и концентрация. Это был грубый, примитивный метод, но он работал.

Когда солнце поднялось над частоколом, Акира был готов. Он проверил новую катану, заточил её до приемлемой остроты и отправился к северным воротам.

Сайо ждала его там, прислонившись к столбу. На её поясе висел не только лук, но и короткий меч-вакидзаси. — Не смотри так удивлённо, — сказала она, заметив его взгляд. — Фудзивара-сама приказал удостовериться, что его новый инструмент не сломается в первом же деле. Не более того.

Акира кивнул. Наблюдатель. Или подстраховка. Он мог с этим жить. — Ты знаешь, что мы ищем? — спросила она, когда они вышли за ворота и углубились в сырой, туманный лес. — Ёкая. Привязанного к старому святилищу. Он не просто охотится. Он охраняет его. Сайо бросила на него быстрый, оценивающий взгляд. — Интересное предположение. На чём оно основано? — На том, что я вижу, — уклончиво ответил Акира.

Он повёл их, полагаясь не на тропу, а на своё внутреннее чутьё, на влекущую его нить скверны. Лес быстро поглотил их, стал гуще, темнее. Воздух похолодал.

Вскоре они вышли на поляну. В её центре стояло древнее каменное святилище, почти полностью скрытое мхом и плющом. Крыша провалилась, каменная статуя лисьего божества была обезглавлена. И от всего этого места веяло таким ледяным, гнетущим безумием, что даже Сайо непроизвольно сжала рукоять меча.

— Здесь, — тихо сказал Акира, останавливаясь на опушке.

Его способность показывала ему ёкая так ясно, будто тот был освещён прожектором. Он был внутри, пульсирующая чёрная сущность, привязанная к алтарю.

— Что ты планируешь? — спросила Сайо, её голос был ровным, но пальцы белели от напряжения. — Заманить его. И изменить правила игры.

Акира закрыл глаза, сосредоточившись. Он поднял руку, представляя, как его Ки вытекает из ладони, формируя невидимую стену. Он мысленно вычертил схему, вложил в неё намерение — отталкивать, ослаблять, очищать. Это было тяжело, как толкать валун в гору. Его Ки резко упала, но…

Перед входом в святилище воздух задрожал и замерцал слабым голубоватым светом. Свет выцвел, но ощущение барьера осталось — слабого, но ощутимого.

Слабый Оберег установлен. Длительность: 5 минут.

— Что это было? — Сайо смотрела на то место, где светился барьер, её глаза широко раскрылись от изумления. — Надежда, — снова сказал Акира с каменным лицом, вытирая пот со лба. — Теперь шуми.

Сайо, всё ещё не оправившись от удивления, натянула тетиву и выпустила стрелу в проём двери святилища.

Тишину разорвал звук, от которого кровь стыла в жилах — нечто среднее между шипением змеи и скрежетом ржавого металла. Из тёмного проёма выскользнула… тень.

У существа была примерная форма человека, но его кожа была снята, обнажая мокрые, бугристые мускулы красного цвета. Его конечности были слишком длинными, а пальцы заканчивались хирургически точными, блестящими когтями. Его лицо было безглазым, с единственной вертикальной щелью вместо рта.

Срыватель Кожи (Ур. 11)

Оно двинулось к ним с неестественной, скользящей скоростью. Акира отступил, заманивая его к опушке леса, к тому месту, где он установил Оберег.

Ёкай, не подозревая о ловушке, ринулся вперёд. В тот миг, когда он пересек невидимую линию, его тело окутали синие язычки пламени. Оно взревело от боли и ярости, его движения вдруг стали затруднёнными, медленными, словно оно тащило за собой тяжёлую ношу.

Ослабление! Скорость цели снижена на 30%. Сопротивление магии снижено на 15%.

— Теперь! — крикнул Акира.

Он сам ринулся в атаку, используя Высокую стойку. Его клинок, направленный в ослабленное существо, встретил меньшее сопротивление. Катана впилась в мускулистое плечо ёкая.

-95

Сайо не заставила себя ждать. Её стрелы, одна за другой, впивались в тварь. Они не наносили большого урона, но отвлекали, не давая ей сконцентрироваться на Акире.

Бой был яростным и коротким. Ослабленный Оберегом, Срыватель Кожи не мог использовать свою чудовищную скорость. Его главное оружие — когти — теперь легко предсказывались и парировались. Акира работал как машина: его Система подсвечивала уязвимые зоны, а тело выполняло отработанные в тысячах виртуальных боёв движения.

В решающий момент, когда Сайо отвлекла ёкая, вонзив стрелу ему в «лицо», Акира сделал мощный выпад. Катана пронзила грудь чудовища, найдя его духовное ядро.

-215 Убийство!

Срыватель Кожи замертво рухнул на землю, его тело начало быстро разлагаться, превращаясь в чёрный туман. Через мгновение на земле лежала лишь небольшая лужица смрадной жидкости и светящийся шар Амариты, крупнее, чем у Некоматы.

Уровень повышен! Уровень: 8 Очки Амариты: 640 +2 к Силе, +1 к Ловкости, +1 к Духу

Акира тяжело дышал, поглощая Амариту. Он повернулся к Сайо. Она не опускала лук, её стрела всё ещё была нацелена на него. Но теперь в её глазах читалось не просто подозрение, а откровенное недоверие, смешанное с опаской.

— Ты не крестьянин, — твёрдо заявила она. — И это была не «надежда». Ты использовал Оммёдо. Без свитков. Без заклинаний. Кто ты на самом деле?

Акира медленно вложил катану в ножны, демонстрируя отсутствие угрозы. — Я тот, кто только что выполнил волю твоего господина. Этого должно быть достаточно. Пока что.

Он наклонился и отсек голову разлагающемуся трупу ёкая. Это было отвратительно, но необходимо. Это был его пропускной билет.

— Идём, — сказал он, проходя мимо неё с окровавленным трофеем в руке. — У нас есть голова, которую нужно представить.

Сайо молча последовала за ним, но Акира чувствовал её взгляд, впивающийся ему в спину. Он улыбнулся про себя. Пусть сомневается. Пусть боится. Страх — это начало уважения. А уважение — это первая ступень к власти.

Он сделал свой первый шаг. Впереди был двор Фудзивары, а за ним — вся Япония.