Тени у трона

Пролог

Все приказы отданы. Войска ждут моего слова. Крейсера звёздного флота замерли в пространстве, словно клинки, нацеленные в сердце врага. Сегодня всё решится. Сегодня я заберу своё по праву.

Я всегда знал: Красный дворец так называется не из-за цвета камня, которым облицованы его внешние стены. Не-ет, вовсе нет. Красным его сделали реки крови, пролитой в этих древних стенах.

Долгий век нашего народа — это не только дар богов. О чём задумывается крестьянин, живущий в среднем пятьдесят оборотов вокруг светила? Как прокормить семью. Как вырастить детей. И как умереть побыстрее, не отбирая у них последние крохи.

О чём задумывается аристократ, живущий две сотни зим? О том, как отобрать у соседа всё, что тот имеет. О том, как поработить остальных и заставить их трудиться на благо своей семьи — многочисленной, разросшейся на множество ветвей.

Интриги могут тянуться десятилетиями, чтобы в миг наивысшего противостояния вспыхнуть ярким пламенем.

Времена меняются. Технологии делают жизнь проще, медицина продлевает её на столетия. Но наша сущность остаётся неизменной. Мы — хищники. Мы рвём друг друга за место на вершине.

Я мечтал сбежать от судьбы. Мой отец был ещё крепок и силён. Живя в своей хрупкой иллюзии, я даже не задумывался о том, что он не вечен.

Зачем мне окунаться в древнее, замшелое болото противостояния кланов, когда передо мной открыт огромный, непостижимый космос с тысячами планет и звёзд? Я мечтал посетить их все.

Боги в своих чертогах смеются, глядя на тщетные попытки смертных избежать предначертанного.

Это их любимая игра. Поманить несбыточной надеждой, а затем — сбросить в чёрную бездну отчаяния.

Боги не спрашивают, хочешь ты быть хищником или добычей.

А Красный дворец не терпит слабых. Или ты льёшь кровь врагов, или твоя собственная кровь оросит древние камни.

Глава 1. Ложный след

Надежда — первый шаг на пути к разочарованию Warhammer 40k

Космос — дальний рубеж. В нём тысячи миров. Люди всегда рвались покорять новые горизонты. Их всегда манило неизведанное. Вначале — парусные корабли и новые континенты. Потом — век пара и стальных кораблей. Самолёты и ревущие ракеты на ископаемом топливе. Какой жаждой открытий нужно гореть, чтобы забраться в тонкую металлическую трубу, начинённую тысячами тонн взрывоопасного топлива, и взлететь в неизведанное?

Атом. Сила, заключённая в его ядре, огромна. Окончательное покорение этой силы сделало межпланетные перелёты реальностью. Но не помогло приблизиться к звёздам ни на миллиметр. Они всё так же холодно сияли в невообразимой дали. Лишь открытие экзоматерии и изобретение гипердрайва превратило человечество в межзвёздную цивилизацию. Тысячи исследовательских и колонизационных кораблей бороздили холодную пустоту в поисках новых тёплых уголков. И, что неудивительно, находили их. Так появились мы. Древняя катастрофа на Патале, планете в далёкой системе, чуть не погубила наших предков, спасшихся в подземных укрытиях. Долгие годы во мраке изменили нас. Превратив в шайрасов. Патала сделала нас сильнее. А потом мы нашли арканиум. Его залежи в поясе астероидов системы Сурья стали нашим ключом к звёздам. Арканиум позволил нам совершить невероятный рывок в космос, когда активность Сурья улеглась. Освоить пространство куда быстрее изначальной, материнской планеты. Впрочем, к тому времени мы уже не помнили Землю. Нашей матерью стала Патала.

***

Стоя на мостике своего корабля, я мрачно вглядывался в экран. Этот дэвов контрабандист. Три недели мы играли с ним в кошки-мышки. Три недели улетело впустую. Он знал эти маршруты как свои пять пальцев, ускользая каждый раз, когда мы приближались.

Дэвовы аристократы.

Они прикармливали таких, как он. Контрабандисты, пираты — какая разница? Чем больше их становилось, тем больше причин у аристократов было вооружать свои «торговые» флотилии. И, судя по тому, как ловко этот ублюдок избегал нас, они ещё и щедро делились сведениями о наших переходах с транзитных станций. Я до хруста сжал пальцы. Достаточно. — Отключить идентификатор корабля, — после короткого раздумья приказал я. — Раджжас, не боишься, что нас свои же подстрелят? — со смешком поинтересовался у меня Шайран — мой друг детства и один из спутников в испытании. — В этом секторе больше нет патрульных. А под залпы орбитальных станций я подставляться не собираюсь.

То, что я приказал сделать — серьёзное преступление по законам Империи. Подмена или отключение идентификатора — заявка на суицид. Любой встречный патрульный крейсер откроет огонь без предупреждения.

Идентификатор опечатывается электронной подписью юстициаров, и проверка в первом же порту покажет вмешательство в его работу. Каторга — лучшее, что может ждать самонадеянного капитана. Мне это не грозит. Я принц.

Хоть какой-то прок от моего бесполезного статуса.

***

— Эй, парни! Что-то вы не по графику сегодня. — Голос диспетчера контроля станции Тал’Шан развязен и расслаблен — слишком расслаблен для человека, увидевшего на своих экранах корабль без идентификатора. Немыслимо в центральных мирах, но тут, на окраине, это, похоже, вполне рядовая ситуация. Голос моего офицера связи, напротив, сух и официален. — Патрульный крейсер звёздного флота Империи. Идентификатор отключён, протокол безопасности оранжевый-альфа-три-тринадцать.

Код я придумал минут пять назад, перед выходом из гипера. Всё равно его никак здесь не проверить. Наш самый логичный маршрут отсюда — к центральным мирам. Пусть думают, что я сдался. Пусть думают, что принц наигрался и летит домой, к папочке.

Что принц вообще забыл в этой всеми богами забытой дыре? Да хвоста бы моего тут не было! Я люблю космос, но здесь смердит интригами ещё хуже, чем на Патале. В нашей семье издавна заведена традиция — испытание. Один корабль. Личная пятёрка кшатри. Несколько друзей. И бескрайний космос.

Обучение кшатри начинается в пять лет. Принцу, разумеется, не нужно проходить весь курс вместе с ними.

Однако выпустились мы вместе.

Юные наследники учатся владеть оружием, взаимодействовать со своей охраной. Кшатри — часть семьи, часть ближнего круга. Начав путь вместе, мы, скорее всего, и пройдём немалую его часть бок о бок. Возможно, кто-то найдёт свою пару и уйдёт в отставку, но многие кшатри служат всю жизнь.

Мы учились понимать друг друга с полуслова. Не мешать своей охране спасать себя — тоже искусство. Я, как и мои кшатри, получал особые коктейли во время первой трансформации. Реакция, сила и скорость, даруемые этим усилением, бесценны в нашем мире. Слабый недостоин править. У аристократов, конечно, тоже есть свои секреты, но Императору и его семье доступно самое лучшее.

И вот уже три года мы вдевятером бороздим дальние пределы Империи. В свои двадцать четыре я по меркам нашей долгоживущей расы ещё подросток. И я намерен насладиться своим детством, пока у меня есть такая возможность.

Моё время править придёт ещё нескоро, и отец даровал мне свободу. Свободу лететь куда угодно. Свободу решать только за себя.

***

...неделей ранее

Моё расследование таинственных пропаж персонала космических станций на дальнем рубеже привело меня сюда. К этой маленькой полузабытой автоматической заправке в стороне от оживлённых торговых маршрутов.

Впервые услышав о корабле со смешанным экипажем — шайрасы и люди — я не поверил. Орисс вообще поднял на смех служащего на станции дозаправки: — Земляне? Капитан, да он бредит!

По нашей договорённости, во время поисков при посторонних никто не обращается ко мне по имени или титулу. Только безликое «капитан».

Наш корабль был пристыкован к станции гибким переходным рукавом. Такие станции были разбросаны по всей Империи, образуя сеть, позволяющую функционировать огромному торговому флоту. Эти маршруты, словно пульсирующие артерии, обеспечивали доставку продовольствия, техники, ресурсов во все, даже самые дальние уголки Империи.

Без них была бы невозможна работа тысяч добывающих станций и отдалённых колоний.

Не то чтобы нам требовалась дозаправка или продовольствие — крейсер был рассчитан на долгий поиск. Экзоматерии нам бы хватило ещё минимум на год. Однако след подозрительного корабля вёл именно сюда. Внутри станция выглядела удручающе.

Обшарпанные стены, грязь по углам, барахлящие генераторы гравитации, вызывающие всплески тошноты. Всё это так и провоцировало побыстрее задать пару вопросов и убираться отсюда.

Неопределённого возраста шайрас, несущий одиночную вахту, поначалу тоже не внушал никакого доверия.

Чем можно заниматься долгие месяцы вдали от любой цивилизации, с редкими гостями — вечно спешащими капитанами грузовых лоханок? Они и борт корабля, думаю, нечасто покидают. Одуревшему от одиночества смотрителю что угодно может померещиться.

Однако его оговорка о смешанном экипаже, если это не бред, вызванный неумеренным потреблением алкоголя, меня заинтересовала.

Должно быть, наша форма без знаков различия — только на мне капитанские шевроны — ввела его в заблуждение. Пьянчуга вцепился в рукав Орисса и яростно шёпотом произнёс: — Голубые глаза! У их капитана — голубые глаза и две ноги!

Ноги можно списать на трансформацию, хоть это и редкость, но глаза? Орисс недоумённо уставился на трясущуюся руку, вцепившуюся в его рукав, брезгливо стряхнул её. Я поднёс коммуникатор к губам и коротко приказал: — Раккхар, ты нужен мне здесь.

Пятёрка кшатри вывалилась из шлюза в полном боевом, стандартным клином. Смотритель бухнулся на пол. — Прошу, не убивайте, милостивые господа! Я не знал!

Меня сейчас стошнит от омерзения. Как гордый шайрас может довести себя до такого? Нет, это выше моих сил. Знаком приказав Ориссу следовать за мной, я двинулся к шлюзу, напоследок приказав Раккхару: — Выпотрошите из него всё, что он знает. И чего не знает. Немного подумав, крикнул в уже закрывающуюся дверь шлюза: — Поучить хорошенько, но не убивать!

Вот ещё, клинки об это дерьмецо марать.

***

Расположившись за тактическим столом в рубке, мы с друзьями и капитаном моих кшатри обсуждали добытую информацию. Монохромная карта торговых маршрутов, слегка мерцая, висела в воздухе. Несколько чашек с остывшим чаем стояли где придётся — на краю стола, даже на пульте. — Идентификатор торгового корабля, Раджжас, — продолжил свою мысль Кашшир. — Ты уверен, что это тот, кто нам нужен? Я потыкал пальцем в карту, вызвав лёгкую рябь. — Торговец мог тут оказаться, но то, откуда он прилетел? Южный торговый путь? Это просто нелогично. Две других станции лежат прямо на их обычном маршруте. Зачем бы ему прыгать на северный путь? — Экипаж в самом деле смешанный, — добавил Раккхар. — Совсем ничего не боятся и не скрываются.

Я задумчиво поводил пальцем по карте, пытаясь понять логику таинственного корабля. Если это и вправду торговец, по каким-то своим причинам решивший сменить маршрут, то он пойдёт дальше. Но тогда он зацепит центральные миры, дальше по маршруту ничего нет.

Я перевёл взгляд на соседние системы и северный торговый путь. А что, если? Кашшир негромко озвучил мои мысли: — Контрабандисту нечего делать в центральных мирах. Если это и в самом деле торговец — он пойдёт дальше северным маршрутом. Если нет — опять прыгнет в сторону. Мы оба остановили взгляд на звёздочке почти в центре текущей карты.

Сетаар.

Я скривился. Но это действительно было логично. — Не зря ты из нас самый умный, Кашшир — буркнул Шайран. — Где ещё можно безопасно сбыть контрабанду? — добавил Орисс, подперев подбородок.

***

Огромная бесформенная станция величаво плыла в пустоте. В этой системе не было обитаемых, да и вообще пригодных для жизни планет — лишь пояса астероидов и газовые гиганты. Однако удобное местоположение на перекрёстке главных торговых маршрутов нивелировало этот недостаток. Сотни больших и малых судов сновали как рыбы в гигантском аквариуме. Большие — неторопливо и вальяжно, мелкие — стремительно суетясь между ними. Добытчики, грузовики, торговцы, курьеры. Движение казалось хаотичным, но если присмотреться, в нём была какая-то своя логика. А вокруг кораблей мельтешила почти незаметная невооружённым глазом мошкара роботизированных систем ремонта и обслуживания: дроны, буксиры, заправщики.

Нас встретили вежливо. Предельно вежливо. — Патрульный крейсер звёздного флота, добро пожаловать на Сетаар. У нас вы можете отдохнуть и пополнить запасы, господа офицеры. Вам требуется ремонт? — Сетаар-контроль, спасибо. Мы у вас транзитом, стыковка не планируется.

Я отрешился от дежурных фраз радиообмена. Ничего интересного я всё равно не услышу. Рутина перелётов. Пилот — словно древний шаман, заклинающий духов-диспетчеров при помощи ритуальных заклинаний. И горе тому шаману, что забудет положенные слова или не скажет их вовремя. Ещё одна причина не любить летать в центральных мирах. — Запроси связь с кем-то из местной службы безопасности — приказал я помощнику.

Офицер безопасности станции был вежлив и корректен, но ничем не смог нам помочь: — Корабль с землянами в экипаже? — холодно улыбнулся он. — Вы, должно быть, шутите, капитан. В любом случае — в последние две недели ни один корабль, похожий на указанный вами, станцию Сетаар не посещал.

Я вопросительно глянул на Кашшира, колдовавшего над пультом и шерстившего в данный момент базу автоматической системы контроля. Тот отрицательно покачал головой. Неужели опять пустышка? Я скрипнул зубами.

Надавить на них мне просто нечем — станция находилась под патронажем сразу нескольких Великих семей. — Благодарю за помощь, офицер.

Голоизображение погасло. Офицер, конечно, мог мне врать, но по данным системы контроля корабль с указанным идентификатором в этой системе действительно не появлялся.

Близкий по тоннажу корабль был здесь неделю назад, но с другим идентификатором и совершенно другого класса — модульный рудовоз.

Ощущение, что нас водят за нос, только нарастало. — Кашшир, проверь базу контроля на постороннее вмешательство — излишне резко рявкнул я. Досада кольнула болью в затылке. Это не мой подчинённый, это мой друг.

Желая немного разрядить обстановку, Орисс хохотнул: — Берём их на абордаж, мой принц?

Сзади беспокойно шевельнулся Раккхар: — Нас слишком мало для захвата и контроля такой большой станции.

Я медленно выдохнул. Нет, это просто глупо.

***

Мой новый план был предельно прост.

Работал он не потому, что был гениальным, а потому что система привыкла верить на слово. Станции слежения не фиксируют конечную точку прыжка — просто не умеют. Им сообщают о маршруте сами корабли. И если с пунктом назначения ещё можно немного поиграть, то точку отправления система считает автоматически, вместе с идентификатором судна.

Вот и я сделал вид, что иду от станции Сетаар к Тал’Шан и далее — к центральным мирам. А на деле — вышел в промежуточной, никому не нужной системе. Там мы сразу же развернулись и прыгнули обратно, в те самые пограничные миры, где уже были пару недель назад.

Старый след затёрт, новый — никто не видит.

Контрольные станции здесь полностью автоматические. С отключённым идентификатором они даже не зарегистрируют наше прибытие. Максимум — зафиксируют возмущение в гипере. Мой единственный риск? То, что я показался живым диспетчерам на станции Тал’Шан без идентификатора. Но мне нужно было подтвердить подозрения.

***

Следующий прыжок был удачным. — Это что ещё за… — вырвалось у вахтенного офицера.

Судно медленно выплывало из тени планеты, вращаясь в пустоте. Его силуэт не напоминал ничего из того, что мы привыкли видеть в Империи. Угловатые, грубые очертания. Непрактичные внешние конструкции, словно корабль строили без мысли о бое. А ещё — он явно побывал в переделке.

Двигательная секция разбита, словно в неё впечатался кулак великана. Одна из надстроек разорвана в клочья, металл раскрылся рваными лепестками, обнажив ажурные внутренности. В гладком боку корабля зияла пробоина — словно его разорвало изнутри.

В рубке повисла напряжённая тишина. — Это исследовательский корабль Земной Коалиции, капитан, — глухо доложил помощник. А эти что здесь забыли? И почему не выходят на связь?

Корабль медленно повернулся вокруг своей оси, открывая нам новый силуэт.

Пристыкованный гибким переходным шлюзом корвет-рейдер. Тот самый, что ускользал от нас уже почти четыре недели.

Я усмехнулся и наконец-то позволил себе расслабиться. — Попался, дружок.