Тени исчезают в полночь

Глава 1

Каждый шаг отдавался глухим эхом в её сознании, когда она, крадучись, переступила порог. В доме царил зловещий сумрак, пронизанный лишь бледными лучами лунного света, пробивающимися сквозь плотно задернутые шторы, словно призрачные пальцы, ощупывающие пыльные очертания мебели. Время утекало сквозь пальцы, каждая секунда звенела как упавшая монета. В висках пульсировала слабая боль от напряжения. Никогда еще она не заходила так далеко в попытках найти ответы на терзающие её вопросы.

Штора шевельнулась, заставив её на мгновение затаить дыхание. "Сквозняк", - подумала Анка, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Все же она влезла через окно и на случай побега оставила его открытым. - "Наверняка ветер гуляет".

Анка бросила быстрый взгляд вокруг: старинные фотографии, застывшие в янтарном свете на стенах, полки, утопающие в хаосе книг по криминалистике и психологии. Ее взгляд приковал массивный письменный стол, примостившийся в углу комнаты, словно древний алтарь. На нем покоились папки с записями и ноутбук. Сердце, как испуганная птица, затрепетало в груди. Вот оно – то, что она искала.

Бесшумно, словно тень, она приблизилась к столу. Открыв наугад одну из папок, она погрузилась в хаотичные заметки детектива: обрывки фраз, призрачные улики, размытые фотографии, будто выхваченные из сновидений. Все не то. Осторожно прикоснувшись к ноутбуку, девушка раскрыла его. Гаджет оказался включенным, и девушка сочла это ни чем иным, как подарком судьбы. Бегло пробежавшись взглядом по папкам на рабочем столе, она решила, что разбираться нет времени. Достав из кармана небольшую флэшку, Анка присоединила ее к ноутбуку и поспешно начала копировать данные, которые, по ее мнению, могли бы пригодиться. Когда большая часть файлов уже была на носителе, Анка позволила себе выдохнуть с облегчением.

Внезапный треск за дверью – звук, словно лезвием полоснувший по оголенным нервам – заставил ее замереть. Кто-то приближался. Инстинктивно девушка закрыла ноутбук и отпрянула, скрываясь за широкой спинкой кресла, затаив дыхание.

В комнату вошел детектив. Усталость залегла глубокими тенями под его глазами, а длинные волосы были заплетены в небрежный хвост. Анка знала, что в ее распоряжении лишь несколько драгоценных минут, чтобы вырвать из этого логова как можно больше информации. Сердце колотилось в груди, отсчитывая секунды. Мужчина прошел мимо, даже не взглянув в сторону её мнимого убежища.

- Это твои проделки, Яр? - внезапно раздался хриплый голос, заставив девушку снова почувствовать волну паники. Детектив подошел к раскрытому окну, медленно отодвинув в сторону штору. За грубой плотной тканью сидел маленький человечек. Руки и ноги его были худы, как у подростка. Лицо в лунном свете было не разглядеть, только маленькие, горящие блеклым желтым огнем глаза выдавали в нем домового духа. Анка видела таких и не раз.

Домовой обиженно надул тонкие губы и скрипучим голосом заявил:

- К хозяйским имениям не притрагивался, надо больно!

Детектив изогнул губы в улыбке, потрепав домового духа по голове. Волосы его были жёсткими и колючими, но мужчина уже вполне к этому привык. Спустя пару мгновений тишины с его уст сорвался смешок:

- Тогда, может быть, это наша гостья забыла закрыть за собой окна?

Сердце Анки ушло в пятки. Её раскрыли. Она до боли сжала ладони в кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Дыхание участилось, а сама она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Мысли лихорадочно метались в голове, ища пути к отступлению. Но любая попытка прорваться была бы тщетна - Анка не имела даже базовой боевой подготовки, ей никак не противостоять взрослому мужчине.

Она вдруг почувствовала тяжесть на голове. Домовой схватил крючковатыми тощими пальцами её за волосы, потянув в сторону от кресла. Хоть дух и был на вид маленьким и щуплым, его сил хватило на то, чтобы швырнуть девушку прямо под ноги детективу. Больно ударившись коленом о деревянный пол, Анка издала тихий стон.

Медленно подняв голову, она столкнулась с суровым взглядом. Детектив склонился над Анкой, его холодные глаза сверкали, как острые лезвия, а на губах играла едва заметная усмешка, словно он наслаждался её замешательством.

— Ну что, наша гостья, — произнес он с легким налетом иронии, обводя взглядом её испачканные колени и взъерошенные волосы, — ты явно не в том месте, где тебе следовало бы находиться.

Анка пыталась подняться, но колени предательски подогнулись, и она ощутила, как подступает паника. Она понимала, что не может позволить себе проявить слабость. Собравшись с духом, она встретила его взгляд, в котором сочетались удивление и насмешка.

— Я… я искала информацию, — произнесла она, стараясь говорить с уверенностью, хотя её голос дрожал, выдавая внутреннее волнение. — Мне нужны записи из дела двухлетней давности.

— Да? И поэтому ты решила прокрасться в чужой дом? — с недоверием произнес он, закатывая глаза. — И что же ты намерена предпринять с этой информацией, если вдруг найдёшь её? Поверь мне, иногда гораздо лучше оставаться в неведении.

Анка, собравшись с силами, поднялась на ноги, не желая позволить ему запугать себя. Внутри неё ощущался вихрь эмоций, но она знала, что должна действовать.

— Я не могу просто так уйти, — произнесла она, подбирая слова с осторожностью. — Я хочу знать, что произошло тогда…

Детектив прищурился, и его выражение лица стало более серьезным. Он, казалось, оценивал её искренность, и в его взгляде промелькнула тень сомнения. Внезапно он сделал шаг назад, словно осознав, что у него есть выбор.

— Ты не понимаешь, с чем связалась, девочка, — произнес он тихо, но с такой настойчивостью, что по спине Анки пробежал холодок. — Эта история имеет свои темные стороны. Ты действительно готова к этому?

Она кивнула, хотя внутри неё раздавался голос, предостерегающий о возможных опасностях. Но она не могла отступить сейчас.

— Я готова. Пожалуйста, — произнесла она, стараясь вложить в свои слова всю решимость.

Мужчина покачал головой. Взгляд его вновь обледенел, превратившись в подобие осколка айсберга.

– Иди домой, пока я не вызвал полицию и не заявил о незаконном проникновении, – отрезал он, решительно обходя Анну. Выудив из ноутбука флешку, добавил: – А это я забираю. Что стоишь? – обернулся он, прожигая ее взглядом. – Проваливай, пока я не передумал.

– Но вы не можете!.. – вырвалось у Анны, тут же оборванное тяжестью его взгляда. Ноздри ее гневно затрепетали в безмолвном протесте, пока она сверлила его глазами.

– Не могу что? – усмехнулся мужчина, в голосе сквозила неприкрытая ирония. – Выставить из собственного дома? Да я только это и могу. Яр, проводи нашу дорогую гостью, – небрежным жестом махнул он рукой в сторону. И словно сотканный из воздуха, рядом с Анной возник домовой, чья хватка на ее локте оказалась на удивление крепкой. Он потащил ее к выходу, лишая возможности произнести хоть слово – язык словно окаменел.

Выставив Новак за порог, Яр осклабился щербатыми желтыми зубами и захлопнул дверь прямо перед ее носом.

Голос, словно прорвав плотину, вернулся к ней, и она, почувствовав свободу говорить, во всю мощь легких выкрикнула:

– Черствый сухарь! – В порыве ярости ее пальцы судорожно сжались, и она чуть не запустила булыжником в окно второго этажа, где отчетливо виднелся темный, выжидающий силуэт.

С досады пнув ком земли, Анна, объятая яростью, зашагала прочь, в сторону гудящего шоссе.

Обида клокотала в груди раскалённой лавой, опаляя изнутри. Как он посмел, этот надменный индюк? "Черствый сухарь" – самое безобидное, что роилось в голове, грозя вырваться наружу едким проклятием.

Но злость – скверный поводырь. Анка замерла, жадно глотнула воздух, пытаясь ухватить ускользающее спокойствие. Нужно обуздать гнев и хладнокровно оценить ситуацию. Детектив явно не намерен делиться информацией. Что ж, тем хуже для него. Анка отыщет обходные пути.

Новак предвидела изнурительную схватку, но отступать не собиралась. Слишком многое поставлено на карту. И если детектив отказывается играть по правилам, она пройдет этот путь в одиночку. Добудет все улики, распутает этот проклятый клубок лжи и выведет мерзавцев на чистую воду. Даже если это будет стоить ей жизни.

Глава 2

Теплое июньское утро только начинало робко просыпаться. Розовый диск солнца, словно застенчивая девица, кокетливо выглядывал из-за горизонта, расплескивая лучи по сонной земле. Рыжеволосая девушка с дерзкой короткой стрижкой, чеканя шаг, уверенно неслась на высоких каблуках по полумрачному коридору. Цокот каблуков гулким эхом отскакивал от стен, выкрашенных в бледно-голубой цвет. Здание только начинало пробуждаться. Заспанные сотрудники, словно сонные мухи, выползали из своих кабинетов, держа в руках стаканчики с кофе. Многие из них, казалось, были готовы провалиться обратно в объятия Морфея, но работа не ждала, особенно если ты трудишься на главном телеканале города. Девушка решительно свернула в студию, где сегодня ей предстояло взять интервью у начальника местного отделения полиции. Вопросы были подготовлены, каждый выверен, как всегда. Прямой эфир был назначен на десять утра, и у нее было время, чтобы настроиться. К ее удивлению, продюсер накануне вечером внес правки в список вопросов. Такое, конечно, случалось, но новые вопросы показались ей странными, с каким-то неприятным привкусом фальши. Впрочем, ее дело – следовать сценарию.

Время неумолимо приближалось к эфиру. Поправив прическу и налив себе и сегодняшнему гостю по стакану воды, журналистка заняла свое место перед камерой. Сегодняшний гость – начальник местного отдела полиции, Алексей Викторович Козлов. Мужчина внушительной комплекции, широкоплечий, но уже далекий от спортивной формы. Лысина предательски проглядывала сквозь поредевшие седые волосы. Оператор подал знак готовности. До начала эфира оставались считанные секунды.

– Доброе утро! – с профессиональной улыбкой произнесла журналистка. – Сегодня у нас в гостях начальник местного отдела полиции, Алексей Викторович Козлов. Все мы знаем его как прилежного гражданина и блюстителя порядка. Алексей Викторович, мы очень рады видеть вас сегодня. Скажите, ваш путь до студии был лёгок?

– И вам доброе утро, Анастасия, – усмехнулся мужчина. – Давно хотел попасть к вам на утреннее интервью. – Он слегка поправил рубашку и пригладил редеющие волосы.

Первые вопросы оказались предсказуемо банальными: о раскрытии преступлений в городе за последний год и о работе полицейского отдела в целом. Но когда прозвучал следующий вопрос, мужчина удивленно вскинул брови и посмотрел на журналистку. Он откашлялся, явно застигнутый врасплох.

– Очень интересный вопрос. Почему вы решили поднять тему давно закрытого дела именно сейчас?

Журналистка растерянно моргнула. Все вопросы были согласованы с полицейским участком, и ответы должны были быть подготовлены заранее. Но, похоже, что-то пошло не так. Женщина натянула улыбку.

– Что ж, – ответил Алексей Викторович, – вы хотите больше узнать о серии смертей двухлетней давности? Но ведь это общеизвестный факт, что смерти были вызваны передозировкой запрещенными веществами. Судмедэксперты подтвердили наличие в крови жертв тяжелых наркотиков.

Журналистка с понимающим видом кивнула.

– Да, конечно, я помню, это дело взбудоражило весь город, было страшно. Бесследно пропадали юные мужчины и девушки. Кажется, за последний год больше не было подобных случаев.

– Да, к счастью, нам удалось пресечь канал поставки, – ответил Козлов, чуть расслабившись. – Операция была проведена успешно, и сейчас ситуация под контролем.

– Но, Алексей Викторович, ходят слухи, что эти смерти были вызваны не передозировкой наркотиками, а какой-то странной болезнью. Что вы можете сказать по этому поводу?

Лицо начальника полиции исказилось. На лбу выступила испарина. Он нервно сглотнул и отвернулся от камеры, делая вид, что ищет стакан воды.

– Анастасия, я не понимаю, к чему вы клоните. Никаких доказательств этим слухам нет. Это лишь домыслы и сплетни. Следствие не выявило никаких незнакомых болезней в организме постаравших.

Журналистка пристально смотрела на своего гостя. Она чувствовала, как внутри нее нарастает какое-то необъяснимое беспокойство. Что-то было не так. Интуиция подсказывала, что Козлов что-то скрывает.

– Но, Алексей Викторович, – продолжала она, не отступая, – если это были наркотики, почему не было задержано ни одного наркодилера? Почему не было возбуждено ни одного уголовного дела по факту распространения наркотиков?

Козлов заметно нервничал. Он теребил в руках стакан с водой, не решаясь поднести его ко рту.

– Как я уже сказал, канал поставки был перекрыт. Это главное. Задерживать отдельных дилеров в данном случае было нецелесообразно. Главное было – остановить поток. Что и было сделано.

Журналистка не сдавалась. Она чувствовала, что если сейчас отступит, то упустит что-то важное.

– Но, Алексей Викторович, позвольте еще один вопрос. Если все было так чисто и прозрачно, почему дело было закрыто так быстро? Почему не было проведено более тщательного расследования? Почему не были опрошены все свидетели?

Лицо Козлова побагровело. Он вскочил со стула, опрокинув стакан с водой.

– Все! – крикнул он. – Я отказываюсь отвечать на ваши вопросы! Это провокация!

И, не попрощавшись, он выбежал из студии, оставив журналистку в полном недоумении.

Анка выключила телевизор и усмехнулась. Реакция полицейского говорила сама за себя. Как она и думала – провокация удалась. Не совладав с эмоциями, Козлов показал, что в том деле не все чисто. Накануне вечером Новак уговорила Ленку, соседку по общаге, помочь ей в маленькой шалости. В ее планах было взломать почту главного редактора, чтобы отправить список измененных вопросов для интервью главной ведущей местного канала. Она была уверена, что та ничего не заподозрит и спишет все на причуды редактора. Подруга долго сопротивлялась, но просьбу Анки выполнила.

– Больше меня о таком не проси, – пробурчала Лена, хмуро глядя в экран ноутбука.

Новак радостно кивнула и вся в эмоциях чмокнула подругу в розовую щечку.

И вот ее план принес свои результаты. Такое скандальное интервью посеет сомнение среди горожан и надавит на полицию, заставляя их все больше и больше ошибаться, тем самым Анка сможет вывести следствие на чистую воду. Девушка была уверена, что теперь все пойдет как по маслу. Второй частью ее плана было посеять еще больше смуты в сердцах людей, написав анонимные посты в местные блоги. В них девушка планировала поделиться немного своими догадками и дать понять людям, что их обманывают. А народ не выносит лжи.

Анка открыла ноутбук и принялась за работу. Пальцы быстро забегали по клавиатуре, выбивая строчки гневного текста. Она писала о том, что видела сама, о своих сомнениях и подозрениях. Рассказывала о странном поведении полиции, о поспешном закрытии дела и о том, как много вопросов остались без ответов. Старалась писать эмоционально, но без лишней истерики, чтобы люди восприняли ее слова всерьез.

Закончив с постом, Анка немного поколебалась. Она понимала, что делает опасную вещь. Но страх отступал перед желанием узнать правду. Скопировав текст, она разослала его по нескольким популярным городским блогам, используя разные анонимные аккаунты. Оставалось только ждать.

На следующий день город гудел. Интервью с Козловым и анонимные посты в блогах стали главной темой для обсуждения. Люди спорили, высказывали свои версии, требовали возобновления расследования. Анка с удовлетворением наблюдала за этой бурей, понимая, что ее план сработал. Общественное мнение – мощная сила, и теперь оно было на ее стороне.

Внезапно зазвонил телефон. На экране высветился незнакомый номер. Анка нахмурилась, но ответила. В трубке раздался хриплый мужской голос: "Приходи сегодня по тому же адресу. Надо поговорить".

Прежде чем Новак успела что-то ответить, звонок оборвался. В полном недоумении она сидела на кровати, пялясь в потухший экран телефона. Кто это был, она догадалась сразу. Но что было нужно этому "черствому сухарю"? Узнать можно было, лишь пойдя на встречу.

Дом детектива, куда она так бесцеремонно вторглась на прошлой неделе, приютился в сонном поселке на окраине города. Позади поселка простирался лес, куда местные заглядывали редко. Лишь тропа к источнику у самой опушки была истоптана, дальше в чащу отваживались соваться немногие. Лес дышал чем-то чужим и настораживающим, и Анка никогда не решалась углубиться в его объятия.

С виду дом детектива ничем не выделялся: двухэтажное кирпичное строение с распахнутыми окнами, небольшой дворик, огороженный высоким забором. Плющ оплетал деревянные доски, создавая причудливый градиент между зеленью и состаренным деревом. Из трубы вился дымок, что немало удивило девушку. Где-то неподалеку залаяла собака, вырвав Новак из оцепенения.

Анка решительно направилась к дому. Сердце бешено колотилось в груди, но она старалась сохранять видимость спокойствия. "Что бы он ни задумал, я должна быть готова", – твердила она про себя. Подойдя к калитке, девушка глубоко вдохнула и вошла во двор.

Дверь в дом была слегка приоткрыта. Анка постучала, но в ответ – тишина. Она легонько толкнула дверь и переступила порог. Внутри было тепло и пахло свежей выпечкой, ароматом домашнего уюта. "Неужели детектив умеет готовить?", – с удивлением подумала Анка. Пройдя в гостиную, она увидела детектива, расположившегося в кресле у камина. В руках у него была книга, а рядом, на столике, дымился стакан с чаем.

– А, это ты, – не поднимая глаз от книги, произнес детектив. – Проходи, присаживайся.

Анка присела на диван, не отрывая взгляда от мужчины. Она ждала, что он заговорит, но детектив, казалось, полностью погрузился в чтение. Наконец, он отложил книгу и посмотрел на Анку с изучающим интересом.

– Ты очень смелая девушка, – сказал он, слегка прищурившись. – И невероятно любопытная. Но, знаешь ли, иногда любопытство играет злые шутки. Ты играешь с огнем, Анка. И этот огонь может тебя опалить.

Анка вздрогнула от его слов, словно от ледяного прикосновения. Она попыталась скрыть смятение и сделала вид, что не понимает, о чем он говорит.

– Я не понимаю, что вы имеете в виду, – ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно и уверенно.

Детектив усмехнулся, и в его глазах мелькнул недобрый огонек.

– Не притворяйся, Анка. Я знаю, зачем ты здесь. Ты жаждешь узнать правду о смерти твоего брата. Но, поверь мне, некоторые тайны лучше оставить погребенными под толщей времени.

Анка сжала кулаки, ощущая, как внутри поднимается волна ярости.

– Мой брат был убит! И я имею право знать, кто это сделал.

– Возможно, – согласился детектив, его взгляд стал тяжелым и проницательным. – Но правда может оказаться невыносимо болезненной. И ты можешь оказаться не готова к тому, что тебе откроется. Подумай хорошенько, Анка. Стоит ли тебе ворошить прошлое? Иногда лучше жить в блаженном неведении.

Анка не ответила. В ее глазах горел неугасимый огонь решимости. Она уже сделала свой выбор и не собиралась отступать.

– Я не боюсь правды, – твердо произнесла она, голос ее звучал, как сталь. – Я хочу знать, что случилось с моим братом. И я не остановлюсь, пока не докопаюсь до истины.

Детектив вздохнул, словно смирившись с неизбежным. Он видел, что переубедить ее невозможно, что в ней горит пламя, которое не погасить словами.

– Хорошо, – сказал он, поднимаясь с кресла. – Я помогу тебе. Но ты должна знать, что это будет опасно. И я не могу обещать, что ты останешься в живых.

Анка кивнула, ее лицо оставалось непроницаемым. Она была готова на все, чтобы узнать правду, какой бы страшной она ни была.

– Тогда начнем, – произнес детектив, его взгляд стал холодным и отстраненным. – Но прежде чем мы двинемся дальше, тебе нужно кое-что знать. Правда, которую ты ищешь, похоронена очень глубоко. И те, кто ее скрывает, не остановятся ни перед чем, чтобы сохранить ее в тайне. Будь готова к тому, что тебе придется столкнуться с очень опасными существами. И помни: не доверяй никому. Даже мне.

– Я не боюсь людей! – с вызовом произнесла девушка, резко хлопнув ладонями по столу.

Детектив усмехнулся, и усмешка эта была зловещей. Он подался вперед, вперив в Анку тяжелый взгляд, словно стараясь пронзить ее насквозь.

– А кто сказал, что я имел в виду людей?