Тени Аларона

Великая Буря

Там, где есть сила, всегда будет жажда власти. И даже древние духи не способны перед ней устоять.

Тьма накрыла земли Аларона ветрами кровопролитной войны. Штормы на морях не утихали, деревья корчевали землю, а небеса плотно затянулись грозовыми тучами.

Змеи поползли по земле, пробираясь в щели скал, рассекая волны морей и рек. Они нашептывали хранителям о их безграничной силе, искушая утвердить свое главенство. И только драконы, великие и могущественные, с вершин скалистых пиков беспристрастно наблюдали за этим безумием…

Гордые и любвеобильные нереи сломились первыми. Жаждущие величия, они вышли из воды, в надежде покорить себе древние леса, поставив эльфов на колени. Но оскорбленная таким невежеством, богиня морей — Фонея, лишила их возможности дышать на земле и обрекла на вечные скитания в водной пучине. Так морской народ стал пленником своей стихии и лишился благодати создательницы.

Но это не предотвратило нашествие «великой бури», которая уже взяла свое начало.

Из теней хаоса вышли твари, не похожие ни на одно существо, ранее обитавшее в Алароне. Невероятно сильны и опасны, они были рождены первозданной тьмой, дабы сеять смерть и разрушения. Стать карой земной, для порочных сердец.

Дети Зараи — так величали их жители городов.

Скрываясь от света дневного, эти существа жили в глубоких пещерах Воющих гор. Но стоило лунному диску увенчать небосвод, как их вой сотрясал воздух по всему королевству.

В отчаянии, люди севера отправились к Лотианским Лесам, дабы заручиться поддержкой эльфов, что славились своей мудростью и долгожительством. Бесконечное течение времени не касалось их сердец, позволяя жить веками, а то и тысячелетиями. Но Тильвейд, первый эльфийский король, отказал людям в союзе, считая их народ недостойными своей благодати.

Так Арадей отвернулся от лесного народа, лишив их бессмертия.

Именно тогда, в ущелье между гор, раскинулся доблестный город Фалиаст, став лучом надежды и славы для всего человеческого рода.

Гиблое дело

Дверь в таверну со скрипом отворилась, и в помещение вошел незнакомец в дорожном плаще. Скрывая свой лик под тяжелым капюшоном, он быстро прошмыгнул мимо толпы зевак, заняв стол в тени у камина. И, обменявшись краткими фразами с пышногрудой официанткой, принялся суетливо оглядываться по сторонам.

Несколько засидевшихся мужчин покосились на странника с нескрываемым подозрением.

В Фалиасте не любили чужаков. Ведь, как правило, они всегда приносили беду.

— Я думал, такие встречи проходят в менее людных местах. — с сухим безразличием молвил наемник, подсаживаясь к своему будущему работодателю. — Неужели боишься, что я стану тебе угрожать?!

Незнакомец не ответил. Даже не видя его лица, Дамиан чувствовал, как из-под козырька капюшона его изучающе сверлят взглядом, и от этого по спине пробежала дрожь раздражения.

— Ладно, давай к делу. Надеюсь, никого убивать не придется. Я не проливаю кровь за деньги. — откинувшись на спинку тяжелого стула, мужчина достал из-за пояса короткий нож и, воткнув кончиком острия в стол, стал раскручивать подобно юле.

Прошло почти пять лет с того момента, как капитан, Дамиан Риг, бросил службу короне и примкнул к рядам вольных клинков. Но он до сих пор оставался верен законам Империи. С появлением новых порождений тьмы, спрос на руду и артефакты возрос вдвое, так что работы и без того было валом.

— Мне нужно добраться в Воющие Горы.

Голос человека в плаще звучал настолько неестественно, что Дамиан едва не рассмеялся от услышанного. На минуту ему показалось, будто бы местная шпана решила посмеяться над бывалым воякой, но незнакомец выложил на стол увесистый мешочек с золотом, добавив с тем же тоном:

— Это залог.

Наемник замер, как вкопанный. Даже на глаз было понятно, что золота хватит на месяц роскошной жизни в столице, но и задача стояла почти невыполнимая.

— Те горы кишат детьми Зараи… А мертвецу деньги не к чему.

— Ты получишь вдвое больше, если доставишь меня туда.

Между ними повисло долгое молчание.

А тем временем в помещении стоял монотонный гул, превращая таверну в некий улей.

Сквозь тонны ругательств и смеха было понятно, что народ обсуждал утреннюю коронацию.

— Надеюсь, старик надерет задницу тем остроухим. — весьма эмоционально распинался громила с ужасным шрамом на лице, что служил продолжением его рта. — Я сразу говорил, вести переговоры с дикарями — гиблое дело!

— Заткнись, Бри. — разреженно ответил второй, пытаясь усадить друга за стол.

Но тот лишь громко рассмеялся, вскинув кверху пенистый кухоль.

— За короля! Пусть живет король!

Тост эхом разнесся по таверне, сопровождаясь глухим стуком кружек с элем, а после все снова растворились в монотонном гуле толпы.

— Что можно забыть в Воющих горах?

Недоверие назойливой мухой юлило в груди Рига. Он уже знал свой ответ. Ни один благоразумный человек не согласится на такую авантюру, но что-то не давало ему просто встать и уйти.

— Мне казалось, наемники не должны задавать лишних вопросов.

Дамиан не выдержал. Рывком перегнувшись через стол, он ловко сорвал с чужака капюшон, будучи почти уверенным, что под ним скрывается какой-то молодой парнишка, возомнивший из себя героя. Но увиденное поразило его настолько, что сердце Рига невольно пропустило удар.

— Девка?! Да ты, наверное, шутишь…

Перед ним сидела молодая девушка, с буйным водопадом рыжих волос, что скрывали свою длину за воротом плаща. Ошеломленная не меньше его, она испуганно осмотрелась по сторонам, убеждаясь что никто не заметил случившегося, а после поспешно натянула капюшон обратно.

— Это ничего не меняет. — уже звонким девичьим голосом ответила незнакомка, тщетно пытаясь подавить свое негодование.

— Еще как меняет! Черт возьми, я не стану проводить тебе экскурсию в ад.

— Мне говорили, ты там бывал…

— Бывал.

— И кое-кого там оставил…

К горлу Дамиана подступил тугой ком. Не было ни дня, когда бы он не вспоминал ту роковую ночь. Когда бы не сожалел о содеянном. Он пытался убежать от теней прошлого, что гранитной плитой повисли на его плечах, но со временем стало ясно, что лишь смерть могла избавить его от этих страданий.

— Откуда ты…?

— А если я скажу, что дам тебе возможность отомстить?

Зверь, который поселился в его сердце, был вскормлен яростью и жаждой мести. Но Риг прекрасно понимал, что это не поможет искупить его грехи. Как бы он не искал встречи с Создателем, свое бремя ему придется нести на протяжении целой жизни. Бесконечно долгой жизни.

— Напрасно стараешься, — его янтарные глаза потемнели от боли. — Я не вернусь в то проклятое место.

— Что ж, тогда я найду кого-то другого. — Незнакомка встала забрав со стола мешочек с золотом.

Про себя он отметил, что ее рост был не больше пяти футов, но в его голове так и не укладывалось, что эта «принцесса» могла забыть в Воющих горах.

— Кого бы ты не нашла, вы сгинете там оба. — сухо ответил наемник, стараясь не смотреть вслед уходящей девушке.

Она его услышала, но даже не подумала останавливаться.

От судьбы не уйдешь

Подпирая холодные стены, Дамиан вошел в дом на подкашивающихся ногах. Он был настолько пьян, что едва мог различить знакомую дверь в полумраке улицы. Дешевая выпивка смогла прижечь кровоточащую рану в душе, но это был лишь временный самообман. Впрочем, наемника это устраивало.

Неловким движением убрав сальные волосы с лица, Дамиан упал на кровать. Угли в камине давно остыли, и от этого в комнате было темно, холодно и тихо. В такие моменты стены начинали давить на сознание, а гул в ушах становился почти болезненным. Но это состояние помогало забыться. Заглушить вой призраков пережитых кошмаров.

Риг накрыл лицо одеялом, в надежде не столько согреться, как задохнуться под его тяжестью. Ему хотелось взвыть от злости и усталости, но спиртное быстро взяло свое, погружая мужчину в забвение.

— Проснись, салага! У меня прекрасные новости. — Знакомый женский голос выстрелом разнесся по комнате, вырывая Дамиана из пелены сна.

Досадно застонав, он попытался открыть глаза, но солнечный свет казался слишком губительным для них.

— Сноу, черт тебя побери, давай не сейчас.

— Оооо… я смотрю, кто-то вчера хорошенько набрался?! — Девушка по-хозяйски плюхнулась на кровать к Ригу, бесцеремонно упершись локтями ему в грудь.

Ее белоснежные волосы коснулись щетинистого лица наемника, напоминая ему мягкую траву в диких полях. Вот только пахли они не летним днем, а крепким таргонским табаком.

Ванесса Сноу была умелой воровкой, славившейся на всю империю своей потрясающей удачливостью.

Поговаривали, она могла достать что угодно, даже если оно будет лежать под носом у самого дьявола. Но Дамиан отнюдь не жаловал такую отвагу, считая ее легкомыслием. Так уже сложилось, что эта очаровательная язва была единственным его боевым товарищем… да и товарищем вообще.

Три года назад он случаем освободил Сноу из плена работорговцев, и с тех пор она стала полноценной частью его жизни. Свое прозвище девушка получила за абсолютно белоснежные волосы, что тогда были обрезаны под самые уши. Но со временем они вернули свою длину, достигая теперь линии поясницы.

Спустя год, пугливый котенок превратился в своенравную рысь, став охотиться на тех, кто когда-то считал ее добычей. Дамиан же не стал мешать Ванессе вершить свою месть, впрочем, как и содействовать. Часто девушка исчезала из его жизни на недели, а то и месяцы. Но куда бы она не отправлялась — всегда вновь находила его.

— Ты не поверишь. Какая-то сумасшедшая захотела прогуляться к Воющим горам. — не унимаясь, лепетала воровка. — И платит за это просто баснословные деньги…

Голову Дамиана пронзила резкая боль, но осознание происходящего пришло не сразу. Подняв руку, которая казалась не своей, он убрал с лица волосы Сноу и принялся потирать глаза.

— Ты же не согласилась?!

— Шутишь? Конечно согласилась. Проведу ее тайной тропой, о которой ты рассказывал, и все. — она перекинулась на спину и, воссияв от счастья, уставилась на старый потолок. — Я выкуплю брата. Дамиан, я верну Леона!

Что-то внутри Рига оборвалось. Отказав той незнакомке, он даже не подозревал, что навлечет опасность на Ванессу, и теперь окончательно оказался в тупике. Резко сев, он почувствовал, как тошнота стремительно подступает к горлу.

— Нет! Ты не пойдешь туда.

Девушка ошарашено уставилась на наемника.

— И кто же мне запретит? — В женском голосе отчетливо читалась угроза, но Дамиан не боялся ее гнева.

Обреченно выдохнув, он наконец-то обратил на седовласую раздраженный взгляд, прекрасно понимая, что даже он не имеет управу на эту девицу. Если Сноу что-то задумала, то даже дети Зараи не смогут ее переубедить. Но Риг не желал, чтобы она в это впутывалась.

— Послушай, пойдем со мной?! Так у нас будет больше шансов выйти сухими из воды… — Сменив гнев на милость, она бережно коснулась его плеча, положив следом на него свой подбородок. И Дамиан не сдержал доброй улыбки.

Возможно, встреть она его при других обстоятельствах, он имел бы право ее полюбить как женщину. Но мало кто знает, каким был капитан Риг до той роковой ночи января. Ведь зима пришла не только в земли Алорона, но и в его сердце.

Накрыв ее руку своей, мужчина молча уставился в окно. Осенний пожар красок сменился дождливой серостью, и вскоре Фалиаст должен был погрузиться в зимнюю спячку. Осталось совсем чуть-чуть до первых морозов, но люди уже начали кутаться в теплые меха, проводя вечера в укромных тавернах, заместо центральной площади.

— Когда отправляемся? — Наконец-то спросил Дамиан, в сердцах негодуя от предстоящих событий.

Сноу улыбнулась. Даже затылком, он чувствовал изменения в ее настроении.

— Завтра утром. Она дала аванс, дабы купить лошадей и провизию. Путь будет долгим, успеть бы к первому снегу.

— Да… — Тихо подтвердил наемник, стремительно погружаясь в омут мыслей.

Воспоминания нахлынули, подобно цунами. Огромной, разрушительной волной, они разбивались о скалы его хладнокровия, сотрясая самые темные уголки души. Но среди этой бури был маяк, не дававший Дамиану окончательно потерять себя. Маяк, чей голос звонким смехом отбивался у него в сердце.

—… а когда вернемся, заживем как короли! — Хохотала Сноу, вновь завалившись спиной на кровать.

Путь на север

День близился к полудню, но небеса были затянуты серыми тучами, из-за чего казалось, что город погрузился в вечный сумрак. Дамиан негодовал. Последние осенние дожди омрачали грядущую поездку, а так как по городу прошел слушок о том, куда они собираются, скупой Филл поднял цену на провизию вдвое. Торги едва не закончились дракой. Благо дело, сокрушительная харизма Сноу смогла охладить буйный пыл мужчин, не доведя дело до колодок.

— Я мог сторговать до 10 крон! — недовольно причитал Дамиан, сжимая в руках грубые поводья.

— Или же тащиться в Хромой Клауд, к Милстану, который содрал бы с тебя втридорога. — ловко пресекла наемница, одарив мужчину игривой улыбкой.

Грязь звонко чавкала под копытами кобыл, существенно угнетая общую атмосферу поездки. И пускай границы Фалиаста давно скрылись за горизонтом, Рига все еще не покидали смутные сомнения. Катарина Атвуд, таинственная незнакомка, внезапно ворвавшаяся в его жизнь и перевернувшая ее с ног на голову. Она не вызывала у капитана ни капли доверия, а ее таинственные мотивы и вовсе приводили того в бешенство.

— С чего бы вдруг одомашненной девке ввязываться в столь опасное путешествие?! — хмуро рассуждал Дамиан, направляя их повозку на север, к Воющим горам.

Привыкший всегда уповать на ясность ума, он не мог перестать терзать себя мыслями. Ведь, пребывая в полном неведении, брюнет чувствовал себя последним глупцом, слепо идущим на поводу у обстоятельств.

— Ну, не знаю… — протянула Сноу, закидывая руки за голову.

В отличие от своего напарника, ей было абсолютно плевать на мотивы и биографию нанимателя, а посему она никогда не задавалась такими вопросами. Главное, чтобы денег платили много и вовремя.

— Возможно, ей надоело сидеть у камина рядом с толстым мужем… Или же наш цветочек не такой комнатный, как кажется на первый взгляд.

Дамиан недоверчиво фыркнул. Без лишнего хвастовства, он прекрасно разбирался в людях. И такие, как Катарина, едва ли неделю протянут без своего дворецкого.

— Ты видела ее руки? Они ничего тяжелее гребня не держали.

— А ты-то, я погляжу, у нас эксперт?!

Риг самодовольно ухмыльнулся. За шесть лет преданной службы короне он успел повидать немало знатных дам. И испытать их руки в деле. Но ни одна из них не смогла прикоснуться к сердцу брюнета, ведь долг перед страной был гораздо важнее дел семейных.

А зря. Наверное, все же стоило обзавестись женой, детишками и спокойно отбывать свои дни у камина, а не тащить свой зад в дешевой телеге, прямиком в пасть проклятым тварям.

И, похоже, Дамиан настолько красноречиво продемонстрировал свои мысли Сноу, что та с отвращением насупила свой вздернутый носик.

— Смотри, а то вдруг она этим гребнем тебе глотку перережет.

Риг иронично повел бровью, но девушка была права. В тихом омуте черти водятся. Именно поэтому сейчас он превратился в ворчливую тень самого себя. Ведь если бы не импульсивное решение Ванессы, Риг ни за что не ввязался в столь гиблое дело.

Небо содрогнулось в грозовом раскате, увенчав свинцовые тучи белоснежными «венами», а вслед за повисшей тишиной об землю разбились первые холодные капли дождя. Обстоятельства и так играли против них, а теперь еще и погода буквально кричала: «Поворачивай обратно». Но отступать было некуда.

— Лучше спрячься. — хмуро молвил Дамиан, натягивая на глаза капюшон своего дорожного плаща.

Осенние ливни превращали дорогу в болото, а, промокнув до нитки, можно было нехило заболеть. Что, кстати, являлось непозволительной «роскошью» в их ситуации.

— К ближайшему перевалу еще полдня пути.

Девушка понимающе кивнула. Дождавшись, когда лошади существенно сбавят шаг, она с грацией рыси спрыгнула с упряжки, попутно отвесив Дамиану жест уважения. Пожалуй, любая другая дама в подобной ситуации запросто подвернула бы ногу, но для Ванессы такие маневры были плевым делом. Ведь ее тело уже давно привыкло к постоянной физической нагрузке.

Наемница прогулочным шагом проследовала за повозкой, пока та не оказалась у нее перед носом, а после — ловко залезла внутрь, где в гордом одиночестве все это время сидел их наниматель. Даже в сером плаце, полностью скрывавшем ее тело, Катарина была похожа на фарфоровую куколку. Высокая, длинноволосая, с парой лисьих изумрудных глаз, которые, завидев Сноу, мгновенно вспыхнули недоверием. Она словно только что сошла с картины, озаряя своей красотой серость будней.

— Доброго денечка, начальник. Надеюсь, вы не против компании?!

Женщина отрицательно покачала головой. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять нежелание Атвуд заводить дружескую беседу. Но Ванесса никогда и не отличалась изысканными манерами, да и мнение других о себе ее мало заботило. Прыгнув на мешок с сеном, она достала из-под плаща свою белоснежную косу, словно желая покрасоваться ею перед спутницей. Но все же с досадой признала, что она существенно уступает в красоте медной гриве, обрамляющей кукольное личико незнакомки.

— Значит, Катарина?!

— Да.

— Впервые покидаешь границы Фалиаста?!

— Да.

Кратко отвечала женщина, пытаясь держаться как можно хладнокровнее. Но в силу своей неопытности, получалось это у нее плохо. Сноу видела, как нервно сжимаются ее тонкие пальцы. Видела ложбинку на шее, в которой предательски трепетало сердце. Чувствовала запах тела, вспотевшего от волнения. И, черт возьми, понимала, что Дамиан был абсолютно прав.

— Ну, ты не волнуйся, Риг дорогу знает. Не потеряемся.

Беседа не клеилась, так что остальную часть пути женщины наслаждались шумом дождя и скрипом колес старой повозки. Пока, к закату, их путь не уперся в Гуран.

Это небольшое поселение людей в основном служило перевалом для уставших путников. Ночью в Алароне было опасно, поэтому Риг настоял на том, чтобы провести ночь в местном трактире. Потратив несколько крон, он снял пару комнат, одна из которых была для него и Сноу. Ведь им не впервой ночевать вдвоем. В холодные зимние вечера так было даже легче согреться.

Сбросив с себя промокшие тряпки, Дамиан устало спустился в таверну, где его уже ждала Ванесса. Любезно позаботившись о горячем ужине, она сидела, поджав одну ногу под себя, а на юном девичьем лице сияла привычная жизнерадостная улыбка, которая всегда была способна разогнать мрачные мысли в голове товарища.

Путь оказался нелегким. Привалов на обед не было, так что, почувствовав запах горячей похлебки и жареного мяса, мужчина судорожно сглотнул, желая поскорее утолить жгучее чувство в желудке.

— А где наша принцесса? — поинтересовалась Сноу, с восторгом наблюдая, как напарник жадно припадает к еде.

Риг лишь пожал плечами. Выйдет Катарина к столу или нет — его не заботило. Ведь эта девка изначально была для него, словно кость в горле.

— Странная она. С людьми не общается, есть тоже не просит.

— И это все, что тебя в ней беспокоит?!

— Да брось, Риг. Ну захотелось ей в эти Воющие Горы. Может, на спор договорилась…

— …Или убегает от кого-то. А мы с тобой попадем под раздачу, если не сгинем в тех местах.

Ванесса плотно сжала губы. Ее ужасно раздражали эти бесконечные причитания со стороны Дамиана, словно она была малым ребенком, не ведающим, что творит. Хотя сам поступил так же, когда его брата отправили туда воевать.

Ну почему он не видит? Почему не понимает?

Ей нужны эти деньги! Больше всего на свете она боится проснуться с мыслью о том, что могла спасти Леона, но не сделала этого. Даже не попыталась. Она боялась стать Ригом, с его бесконечным сожалением о прошлом.

Но на смену раздражению весьма быстро пришла скорбь, которую она согласилась разделить вместе с мужчиной. Ведь он был не просто ее товарищем, он был ее семьей. Всем, что у нее осталось.

Тяжело выдохнув, Несс потянулась к его руке.

— Дамиан, я понимаю, тебе тяжело…

— Нет! — резко обрубил он, но, заметив встревоженный взгляд сапфировых глаз, мягко добавил: — Не надо.

Он сжал ее хрупкую ладонь, словно моля этим жестом не ворошить еще тлеющий хворост в его душе. И, скрепя сердце, девушка все же отстранилась от товарища, пытаясь быстро сменить тему на что-то второсортное.

— Слыхал, парни с Клауда поймали остроухого?!

Достав из сумки коробку табака, Несс принялась забивать папироску, тщательно растирая пальцами сухие листья. И его крепкий запах тут же наполнил таверну, перебивая даже аромат духмяного эля.

— Неделю издевались над беднягой…

— Животные.

— Согласна, эльфы в своих лесах окончательно одичали.

— Люди — животные. — уточнил брюнет, неохотно продолжая собственную мысль. — Мы все созданы по одному замыслу. И вряд ли он заключался в том, чтобы раздирать друг друга на части.

Заслышав такой ответ, Сноу рефлекторно осмотрелась по сторонам, дабы убедиться, что их разговор не привлек излишнего внимания. Пускай она и не была враждебно настроенная против эльфов, а по большому счету ей было попросту на них плевать, но в Алароне присутствовала открытая вражда между расами. И даже за намек на дружбу с остроухим тебя могли запросто поставить на плаху рядом с ним.

— Риг, ты, конечно, мужчина хоть куда, но я бы на твоем месте попридержала язык насчет таких высказываний.

— Если ты считаешь, что я… — устало начал Дамиан, явно собираясь погрузиться в серьезные рассуждения, но осекся, потеряв дар речи от увиденного. А все потому, что в дверном проеме таверны появилась она.

Словно цветок, распустившийся посреди засохшей долины, Катарина мгновенно приковала к себе все взгляды присутствующих. На ней было двухслойное платье из парчи изумрудного цвета, по рукавам которого золотыми нитями тянулись дивные узоры. А густая копна рыжих волос завивалась косами в низкий пучок, оголяя тонкую лебединую шею. Эта женщина впервые показалась без серого дорожного плаща. И теперь Риг мог рассмотреть не только миловидное лицо, но и точеную фигуру, туго затянутую в корсет.

— На что засмотрелся, красавчик? — возмутилась Сноу, оборачиваясь на причину всеобщего изумления. — …ничего себе, а наш горный хрусталь на деле оказался настоящим алмазом.

— Чего?..

— Темнота, совсем не разбираешься в драгоценных камнях?!

Дамиан скептично повел бровью.

— Ты воровка или ювелир?

— Одно без второго — деньги на ветер. — игриво подмигнув напарнику, Сноу приветливым жестом пригласила Катарину за стол. — Начальник, мы вам тут местечко заняли.

Атвуд явно была смущена таким обильным вниманием к своей персоне. Нервно сжимая руки, она торопливо миновала столы зевак, в упор игнорируя распутные словечки в свою сторону и, неуверенно окинув взглядом своих спутников, все же присела на лавку возле девушки. По правде говоря, Дамиан был удивлен, что она все же снизошла к обществу их компании, но, видимо, голод был сильнее гордости.

— Да ты не стесняйся — бери! — преисполняясь дружелюбием, пролепетала Ванесса, подставляя женщине тарелку с овощной похлебкой.

Нерешительно перемешав ее содержимое, Атвуд принялась трапезничать. Так, словно она находилась не в старом придорожном трактире, а на приеме у самого короля. И это едва не разбило Дамиана на смех.

Катарина заметила это, но обошлась лишь испепеляющим взглядом, ведь и без того чувствовала себя максимально некомфортно. Единственным, кто в этой ситуации был беспристрастным, так это Ванесса. Словно не замечая повисшего в воздухе напряжения, она продолжала штурмовать неприступную крепость Катарины своим дружелюбием.

— А мы тут с нашим капитаном обсуждали смену власти в Фалиасте. Как Вам новый король? — с нескрываемым любопытством пролепетала Сноу, краем глаза замечая недоумение Дамиана. — Альберт?! По-моему, так его величают.

Вопросительно посмотрев на напарника, девушка ожидала, что тот поддержит ее импровизацию. И пускай неохотно, но он ответил:

— Да. Альберт IV, если быть точнее.

Ригу не нравился этот разговор. Во-первых, он был очень недоволен смертью предыдущего короля! Его кончина, определенно, не была случайной, но никому во дворце не хватило смелости об этом заявить. Во-вторых, он имел личные счеты с воссевшим на трон правителем, из-за которого, собственно говоря, он и отказался от должности капитана королевской гвардии. Отсюда вытекает третье: Дамиан не любил упоминать о своей рыцарской службе, потому что она оставила неизгладимый шрам на его сердце.

И все же, ему была интересна позиция незнакомки и ее отношение к нынешней власти.

Вот только Катарина не торопилась с ответом. По всей видимости, она еще не пропиталась доверием к тем, кого наняла в столь опасное путешествие, и это раздражало наемника сильнее, чем ее бесполезность в нем.

— Он слишком жесток. Это не приведет ни к чему хорошему…

— Слыхал? Она такая же зануда, как и ты!

Напряжение длилось еще некоторое время, но жизнерадостный нрав Сноу способен был разрушить даже самые неприступные стены в сердцах людей. Дамиан всегда поражался и опасался этого дара своей напарницы. Ведь нередко такое поведение было лишь фальшью, способствующей достижению желаемой цели.

Очарованная звонким смехом и добродушием седовласой наемницы, Катарина все же сбросила с себя оковы отчужденности и несколько раз даже удивила присутствующих своей очаровательной улыбкой. Впервые за все время странствия они смогли узнать ее чуточку ближе. Позабыть о леденящей субординации и непроглядном недоверии.

Но это не могло длиться вечно. Закончив трапезу и поблагодарив спутников за компанию, Катарина все же решила отправиться обратно в свою комнату. Время было не позднее, но холеной даме явно пришлась не по нраву атмосфера дешевой таверны. Да и, по правде говоря, она привлекала к себе слишком много внимания. Наверное, именно это помогло Дамиану заметить что-то неладное.

Один из громил, сидящих у самого прохода к жилым комнатам, весь вечер пялился в их сторону, то и дело получая оплеухи от своих товарищей. Им явно не нравилось отсутствие друга в разговоре, а Ригу же, напротив, его повышенное внимание. Это длилось недолго. Завидев, как Атвуд, посмеиваясь, поднялась из-за стола, незнакомец утер рукавом остатки эля с усов и принялся нетерпеливо что-то обсуждать с остальными. Сложно было сказать, спорят они либо же дурачатся, но в итоге, растянувшись в коварной ухмылке, он отправился на второй этаж, куда только что ушла Катарина. И такой расклад вещей явно настораживал наемника.

Поначалу он попытался не придавать этому особого значения. Не хотел строить из себя героя либо чрезмерно волнительного муженька. Но нарастающая внутри тревога не давала вернуться к глупой болтовне, вынуждая Рига немедленно сорваться с места.

— Вот дерьмо… — чертыхнулся под нос Дамиан, схватив свой кухоль медового пива.

Осушив залпом и раздражительно стукнув им об стол, мужчина торопливо поднялся на ноги, приковывая к себе недоумевающий взгляд Ванессы.

— Что случилось?

— Да так, нужно кое в чем убедиться… Сейчас вернусь.

В таверне было людно и оттого — очень шумно. Молодой парнишка, взявший в руки лютню, распевал похотливые песни о заморских красавицах, а увлеченные слушатели то и дело сотрясали постоялый двор громким хохотом. Только Ригу было не до смеха.

Торопливо пробираясь сквозь пьяных зевак, мужчина, скрипя зубами, шел наверх, где недавно снял две комнаты. Он знал, что присутствие красивой женщины в подобных местах всегда заканчивалось неприятностями, но мысленно надеялся, что это окажется лишь его догадками. Ведь, в конце концов, наживать себе врагов из-за бабы было не самой хорошей затеей.

В коридоре царил полумрак, который с трудом разгоняла единственная маслянистая лампа. А гул из нижнего этажа не давал нормально прислушаться к окружению. Риг быстро отыскал необходимую дверь, но вламываться туда без стука не решался, дабы не оказаться в максимально нелепой ситуации.

Вдруг он ошибся, и все его тревоги были основаны лишь на желании возвыситься в глазах Катарины? Что если он просто искал предлог остаться с ней наедине? Вот уже долгих три месяца наемник не знал тепла женского тела и, завидев сегодня роскошную даму, сам с трудом удержался от грязных мыслей. Нет, он не изменил свое мнение о незнакомке, лишь насмотревшись на ее формы. Но как ни крути, Дамиан был мужчиной и в подобных ситуациях нередко шел на поводу у инстинктов.

— Заткнись, сука! Если хочешь дожить до утра…

Из раздумий брюнета выдернул глухой мужской голос, доносящийся из-за двери. А вслед за ним раздался тихий женский вскрик, который тут же заглушили чем-то тяжелым.

Дальше все происходило, как в бреду.

Решительно распахнув дверь, Дамиан увидел лежащую на кровати Катарину, а над ней, словно медведь над своей добычей, возвышался огромный мужик, закрывающей ей рот своей грязной ладонью. Второй рукой он задрал роскошное платье, жадно поглаживая упругие женские бедра, и от одного этого вида Рига буквально передернуло от ярости.

Не медля ни минуты, он подскочил к кровати, интуитивно хватая ублюдка за шиворот. И пускай он мог попытаться решить конфликт беседой, как обычно это и делал, сейчас все его естество изнемогало от желания разорвать насильника на части.

— Ей мужик, это моя барышня!.. — пошатываясь, возмутился наемник, явно недоумевая от происходящего.

Он был на голову выше Дамиана, но в силу выпитого едва стоял на ногах, а из его ряда пожелтевших зубов доносился просто тошнотворный смрад.

— Если хочешь, будешь следующим. — растянувшись в отвратительной, самодовольной улыбке, предложил разбойник, возложив на плечо капитану свою тяжелую руку.

И тут-то Риг не смог себя сдержать. Сжав кулак до хруста в костях, он с размаху зарядил громиле в нос. Да так, что по его густым усам мгновенно разлилась тягучая жижа из соплей и крови. Мужик захрипел. Хватаясь за болезненное место, он попытался замахнуться в ответ, но ему тут же прилетел второй удар, под дых, окончательно сводя на нет все попытки противостоять в этом поединке.

Дамиана же трясло от ярости. Ему хотелось забить ублюдка насмерть, дабы он больше никогда не мог распускать свои грязные руки. Но в присутствии Катарины это было совершенно неуместно.

— Ты немедленно соберешь свои манатки и покинешь это место! Иначе я спущусь вниз и прирежу тебя, как скота. — тихо прошипел брюнет, склонившись к уху извивающегося от боли разбойника. — Я достаточно ясно изъясняюсь?!

Громила тяжело покачал головой, сплевывая на пол излишки крови. И неровной походкой, пятясь к двери, скрылся в тени коридора, кинув на прощание озлобленный взгляд.

Риг шумно выдохнул. Что это было? Почему он так яростно ввязался в драку, защищая честь этой женщины? Неужели его опьянила ревность?!

— Да какого черта…

Пробормотал себе под нос наемник, убирая с лица непослушные черные пряди. Его до сих пор трясло от ярости и волнения. Но причиной этому был не нажитый новый враг, а то совершенно незнакомое чувство, виновницей которого была женщина, которая испуганно забилась в угол кровати. Ее побелевшее лицо сейчас увенчивала алая полоса, что тянулась от припухшей разбитой губы. А в изумрудных глазах блестели слезы, но не от отчаяния и страха, а от злости на собственное бессилие.

Повисла угнетающая тишина. Риг понимал, что его долг был исполнен, но что-то не давало ему просто взять и уйти, оставив Катарину одну в пустынной комнате.

— Нужно приложить холодное. — сурово подытожил мужчина, выискивая взглядом кувшин с водой.

— Не стоит! — решительно заявила женщина, встретив взгляд наемника пугающим негодованием. Словно это он только что нависал над ее телом. — Вы сделали достаточно.

Будучи еще капитаном, Дамиану неоднократно приходилось спасать девушек из разных ситуаций, и они всегда встречали его одинаково: с восторгом, благодарностью и желанием немедленно припасть к груди своего героя. Но Катарина была другая. Даже сидя здесь, в полумраке холодной комнаты, в помятом платье, с разбитым лицом и растрепанными волосами, она излучала силу и решительность. Словно все произошедшее было лишь испытанием, которое она встретила с достоинством не меньшим, чем у мужчины. Ей не нужна была жалость! Она не собиралась ныть, либо искать сопереживания. И пускай это задело его гордость, но все же Дамиану захотелось еще больше обладать ею.

— Ладно. Но в следующий раз хотя бы дверь закрывай. — холодно произнес брюнет, чувствуя, как в груди разливается обжигающее недовольство.

— Вот только не надо меня поучать. — яростно пресекла Катарина, суетливо поднимаясь с кровати.

Несмотря на слабость во всем теле, она самостоятельно подошла к столу, отыскав на нем металлическую кружку. И, пытаясь унять пробирающую ее дрожь, приложила холодную посудину к губе.

— Думаешь, я не вижу, какое мнение у вас сложилось обо мне?! «Напыщенная городская девка, которой не хватает впечатлений в жизни». — истерически хохотнула Атвуд, в то время как Дамиан остолбенел, сраженный ее проницательностью. Неужели она слышала их разговор со Сноу?! А если даже так, то почему ему сейчас стыдно? За собственную предвзятость или за то, что его отчитывают, как маленького мальчика?

— Так вот, Дамиан Риг, я не маленький ребенок и прекрасно осознаю, в какое опасное дело ввязалась. Я не обязана отчитываться о своих намерениях, как и Вы — любезничать со мной. В конце концов, я нанимала сопровождение, а не няньку.

Как на духу выпалила женщина, и каждое ее слово отдалось хлесткой пощечиной по самолюбию наемника. Дамиан злобно сжал губы. Не такого ответа он ожидал на свои благородные намерения, пускай и понимал, что те также несли под собой рабочий долг.

Правая рука болезненно ныла, напоминая о неоправданном геройстве, которое теперь сыграло же против него. Но правда ли он делал это ради нее? Действительно ли пытался безвозмездно помочь слабой даме? Или же всему виной его желание восторжествовать над той, кто все время раздражала лишь своим присутствием?! Очарованный ее красотой, Риг шел сюда дабы увериться в том, что Катарина такая же «пустышка», как и все. Капризная барышня, тут же млеющая в руках мужественного рыцаря. Он думал… нет, он знал! Что кроме смазливой мордашки в ней нет ничего особенного. Но вместо этого встретил сильную, самодостаточную женщину, строптивый нрав которой сейчас буквально приводил его в бешенство.

— Будь по-вашему, сударыня. — с пугающей угрюмостью ответил Риг, все еще испепеляя Атвуд пристальным взглядом. Поникшая от усталости и боли, она едва стояла на ногах, будто бы невзначай опираясь рукой на стол. И, тем не менее, не желала демонстрировать свою слабость тому, кто все это время откровенно презирал ее.

Не желая больше продолжать этот разговор, Дамиан отправился обратно в таверну, попутно громко хлопнув дверью. Катарина же, закрыв ее на ключ, устало сползла на пол и, лишь оказавшись в одиночестве, предалась безудержным слезам.