Тень в городе без солнца

Глава 1

Интервью

Холодный ветер обжигал щеки и ладони, пальцы окоченели в край из

за чего было сложно сосредоточиться на заметках.

-Так, вы утверждаете что Джордж Фишер виновен в ограблении своего же магазина? – уже в третий раз переспросила Эмма Уотсон.

-Да. Милочка позаботься о том чтобы эта статья была на первой странице! – с чрезмерной настойчивостью утверждала Анна Харрисон. Бывшая жена Джорджа, она всегда была сплетницей, а после развода с мужем стала мстительной и злопамятной. Мало кто хотел с ней связываться, себе же хуже.

-Хорошо, я попытаюсь договорится, – конечно нет, кому вообще нужна такая «интересная» статья. Только день

зря потратила.

Ладно, я отложила блокнот с заметками себе в рюкзак и, наконец, сунула руки в карманы, кончики пальцев сразу начало приятно покалывать, - «А Серж, вчера чуть ли не клялся, говорил что завтра будет приятное, безветренная погода». Я решила навестить горе синоптика, и заодно выпить чашечку кофе, оно сейчас точно будет не лишним. Улица Блюмери стрит, на которой располагалась кофейня, проходила рядом с главной площадью. На этой же улице располагался небольшой хозяйственный магазинчик, также магазин с название которое говорило само за себя «Охота и Рыбалка», здесь же располагалось старое трёх этажное здание, которое в свое время, служила резиденцией волонтеров, но их распустили и здание быстро прибрал к рукам Артур Винц. Артур, был главой и создателем местной газеты, говорят что он занялся этим, не только ради денег, но и ради того чтобы наблюдать и быть в курсе всех городских сплетен, его жена как и он сам, очень их любили. Это их и сближало. Как раз в этом здании и располагался главный офис местной газеты. Десяти минутная прогулка вдоль улицы и, я на месте.

Зайдя в кофейню, я подошла к барной стойке:

-Привет, «синоптик», - с язвинкой сказала я.

-Ну да, сегодня прохладно, - параллельно этим словам, Серж положил на стойку десять баксов – в этот раз спор за тобой.

-Спасибо коллега, - сказала я забирая со стойки честно выигранные в споре деньги – какой у тебя прогноз на следующую неделю?

-Пока никакой, я сейчас на мили, - с натянутой улыбкой сказал Серж.

-Клиентов нет? – поинтересовалась я.

-Не только, но в основном, да.

-Ясно, может у тебя появилась пара сплетен для газеты? – мой голос сделался тихим и таинственным.

-Нет, сегодня нет, - минутное молчание и Серж вспомнил о том что перед ним не только друг, но и постоянный клиент, - что сегодня будешь заказывать?

-Капучино пожалуйста.

-Будет через десять минут, ожидай, - развернувшись Серж ушел в глубь кухни, через минуту уже было слышно кофе машинку.

Кофейня представляла собой небольшое, но тщательно продуманное пространство. Барная стойка из темного дерева тянется вдоль одной стены, приглашая гостей присесть. Столешница из меди сверкает, отражая свет от медных же светильников, свисающих с потолка.

За стойкой возвышается стена из открытых полок, заполненных разноцветными банками с кофейными зернами и разнообразными пакетиками чая. Аромат свежемолотого кофе витает в воздухе, смешиваясь с

запахом свежей выпечки.

Несколько высоких стульев с мягкими кожаными сиденьями расположены у стойки, предлагая гостям возможность насладиться своим напитком, наблюдая за улицей через большие окна.

Обратив свое внимание на вид из окон, я увидела привычную картину. Густой белый туман стелился по асфальту так привычно, как и возвышался на десятки метров над крышами домов, магазинов и кафе. Такое ощущение, как будто туман был здесь всегда, как будто он, живой? Как бы то ни было, но, уже нет в живых тех, кто был свидетелем первого появления тумана. Туман просто появился и, не рассеялся.

-Вот твой капучино, - сказал Серж и, улыбнулся после того когда я вздрогнула от неожиданности.

-Спасибо, - сказала я немного покраснев.

-Так, как продвигается работа? – поинтересовался Серж.

-Так себе, нет ничего интересного.

-Значит ты не будешь свободна в эти выходные?

Данный вопрос застал меня врасплох. Я мгновенно приобрела цвет свежего помидора.

-Не знаю, - мой язык заплетался и, я не могла нормально сформулировать предложение.

-Ну, мы бы могли сходить в кинотеатр, тем более я

обещал тебя туда сводить.

-Когда ты мне такое обещал?

-На выпускном, в одиннадцатом классе. Только не говори мне что ты забыла, - сказал Серж, в его голосе слышалась игривая нотка.

Внезапный звонок от Брюса спас мое положение. Достав телефон из правого кармана я ответила на вызов:

-Эмма, это Брюс, - его голос был сонным, а язык заплетался, это говорило о том что он сегодня не в духе и, пару сотрудников уже получили нагоняй.

-Привет, что-то случилось? – спросила я надеясь на положительный ответ.

-Да, ты можешь сейчас подойти, нам нужно кое-что обсудить, - по интонации его голоса можно было подумать что он сейчас заснет.

-Да, через двадцать минут буду.

-Хорошо, до встречи, - после сказанного, он положил трубку.

-Вызывают в «Вафлю», - спросил Серж. «Вафлей» он называл то старое здание в котором находился офис газеты, внешний вид здания, под определенным углом напоминал вафли. После этого, «Вафли» у меня начали ассоциироваться с работой.

-Да, что-то срочное. Если судить по голосу, то Брюс в

бешенстве, - я сделала акцент на последнем слове, -

ладно я пошла.

-А кофе? – опомнившись, спросил Серж.

-Сам выпей, давай до встречи, - я вышла из кофейни, помахав рукой на последок.

Под ногами хрустел снежный наст. Я, до сих пор не отошедшая от предложения Сержа, летала в облаках: «Может, настало время впустить в свою жизнь кого-то ещё, кроме работы? – говорила я сама себе». Мой взгляд был прикован к туману. Городские фонари горели постоянно, они позволяли ориентироваться по городу. Если бы у нас не было фонарей, мы были бы слепы как кроты.

Смотря в туман мне почему-то вспомнилась мама. «Мама мне всегда рассказывала перед сном страшилки, моя любимая про «Северных монстров», мама говорила что они приходят во время северного сияния и воруют непослушных детей и, меняют их на кукол, которые в свою очередь продолжают жить жизнью украденного ребенка, - «Интересно, а эти куклы понимали что они не настоящие люди?»

На миг в туманной дымке промелькнул силуэт. Я оцепенела и прислушалась, «Гробовая тишина, даже ветра не слышна, - осознание данной мысли подкосило мне ноги». Внезапно, тень появилась снова, возвышаясь надомной во весь рост.

-Эмма, что ты встала как вкопанная?

Из тумана вышел Брюс:

-Тебе нужно особое приглашение? – с ноткой раздражения, поинтересовался он.

Озноб как рукой сняло, но неприятный осадок ещё остался.

-Нет, извини я просто… - я пыталась припомнить подходящее слово, параллельно щёлкая пальцами, для лучшей концентрации, - …я просто, пыталась разглядеть нашу вывеску.

Моя попытка пошутить была не удачной, это было написано на лице Брюса.

-Готова работать? – после недолгого молчания, спросил он.

-Ну, да, а что за работа?

-Сейчас расскажу, давай пройдем в офис.

На входной двери в офис был тонкий слой снега, который никак не могут смести уже три месяца, снег вместе с ветром иногда пробивается сквозь закрытый портьерами проем, «Возможно поэтому в офисе постоянно холодно, - спросила я сама себя».

Мы вошли внутрь. Нас встретил запах свежей бумаги и чернил.

Офис представлял собой небольшой приемный зал, с

прилавком и стойкой ресепшен. В глубине офиса

расположены рабочие столы журналистов и редакторов, разбросанные по всему помещению. Каждый стол уставлен кучей бумаг, стопками журналов и книг, а также ноутбуками.

На стенах висят газетные вырезки, старые фотографии городка, а также карты и диаграммы, связанные с текущими расследованиями и статьями, в данный момент он пустовал. В углу офиса стоит небольшой кофейный автомат, который всегда готов поддержать журналистов в их нелегких трудах.

Пройдя через весь офис мы остановились возле единственной красной двери, табличка на ней гласила «Главный редактор». Мы вошли в кабинет, он представлял собой небольшое помещение, в центре которого располагался большой стол из массива сосны, на нем лежал ноутбук, несколько тетрадок, блокнотов, файлов, листов формата А4, множество простых карандашей, пару ручек, несколько точилок и пара корректоров. Рядом со столом располагался большой трёх секционный шкаф, в котором лежало ещё больше всякой макулатуры, в центре шкафа, на самой большой полке располагались три раритетных печатных машинки, которыми очень гордился Брюс. Рядом со шкафом стоял небольшой журнальный столик, кроме кучки разнообразных журналов, на столике красовалась новенькая кофе машинка, которой Брюс гордился ещё больше.

-Присаживайся, может кофе или чай?

-Нет спасибо.

-Как хочешь, - он встал, подошёл к журнальному столику и, начал делать кофе, для себя.

Он стоял ко мне спиной. Брюс Уильямс, высокий, плотно собранный мужчина тридцати четырех лет, у него угольно темные волосы, ярко выраженные карие глаза, а на лице всегда читается усталость. работает главным редактором в местной газете и, по совместительству, главнокомандующий в офисе. Он как настоящий лидер, направляет работу и мысли своих коллег в нужное русло.

-Есть один, не очень молодой мужчина, он живёт за городом, вдоль восточного шоссе. Жан Ко́рван, посоветовал, взять интервью у этого человека.

-И что он ещё сказал? – я была максимально скептично настроена, в отношении советов полученных от Жана.

-Этот мужчина, историк, а от историков можно услышать много интересных фактов о нашем городке, - при этих словах, на лице Брюса появилась улыбка.

Кофемашина оповестила о конце работы, в руках Брюса появилась чашка из которой обильно бился пар.

-Так, и, все? Интервью, ради пары интересных фактов?

-Абсолютно верно, - ответил он, делая глоток из чашки, - все данные об этом человеке, я пришлю тебе на почту вечером, завтра ты поедешь и возьмёшь у него

интервью.

-В смысле завтра? – с недоумением проговорила я, - завтра мой заслуженный выходной.

-Да я понимаю, но и ты меня пойми, Майкл заболел, Триша уехала в гости к родным, Джоди сломала ногу, осталась только ты.

-А Джо?

-А Джо работает без выходных, по моей просьбе, три недели, - в его голосе была ноткой раздражения, - пусть девочка отдохнёт, она и так много работала в последнее время, - последние слова он проговорил с сочувствующим видом.

-Хорошо, - я вложила в это слово все мое негодование по этому поводу.

-Вот и хорошо, - улыбнувшись сказал он, - иди и готовься к завтрашнему дню.

Я встала, и направилась к двери.

-Я даю тебе шанс, выделяется, - проговорил Брюс, - я думаю, ты уже достаточно «взрослая», для настоящей работы.

-Спасибо, - конечно приятно, но, это было лишним.

Выйдя из офиса, я пошла домой. Настроение, как и планы на завтрашний день были испорчены. Я была поглощена своими мыслями. Вокруг бурлила жизнь, дети бегали, играя в догонялки или классики. Подростки в свойственной им манере, общались употребляя новомодные словечки, и конечно, куда без этого,

слушали громкую музыку, не обращая внимания на просьбы, в основном они были связаны с громкостью музыки. На скамейках сидели молодые парочки, рядом гуляли молодожены с колясками. Подойдя ближе к шестиэтажной новостройке, на четвертом этаже которой находилась моя квартира. Новостройка представляло собой, современного вида здание, больше похожее на госпиталь, нежеле на жилой комплекс. У входа, каждого из подъездов располагались небольшая аллея. Здесь стояло ещё с дюжину скамеек, на которых располагались пенсионеры. Именно они составляют основную долю населения Авроры. Молодежь старается уехать как можно дальше из нашего провинциального городка, и смотря на количество пенсионеров, у них получается довольно не дурно.

Я зашла в дом и поднялась на четвертый этаж. Дойдя до своей квартиры, я стала нащупывать ключи у себя в рюкзаке. Около пяти минут мне понадобилась чтобы отыскать ключ.

Отперев дверь я вошла внутрь. Квартира представляла собой уютную однокомнатная берлогу, одежда была разбросана по всей квартире, на кухне в раковине была гора посуды, больше о ней сказать нечего, обычная квартирка. Закрыв за собой дверь, я направилась в кухню. Из рюкзака был извлечен блокнот с заметками, рюкзак полетел на стол. Открыв холодильник, я достала вчерашнюю лазанью. Которая отправилась на разогрев

в микроволновку.

За окном уже смеркалось. В сумраке, свет фонарей перекликался с густым туманом, создавая жуткую картину за окном. Этот пейзаж как бы, гипнотизировал? Сложно описать, как будто смотришь на что-то приятное. Сонливость начала подкрадываться но, урчащий желудок думал иначе. Я продолжала смотреть в окно, наблюдение за тем, как туман стелиться по земле было, завораживающим.

Писк микроволновки вывел меня из раздумий, а возмущения желудка напомнили о голоде. Достав лазанью, я уселась за стол. Пережёвывая золотистую корочку я перечитывала свои заметки с блокнота:

-У молодого парня Ноа Вейлера угнали велосипед, синего цвета. Не молодую женщину Мару Холд ограбили, средь бело-дня её соседи, они срезали ветку дерева, само дерево находилось на участке Мару, но самая большая ветка находилась на участке её соседей, она постоянно ломалась и падала на их участок и, они решили срезать его, чтобы такого больше не повторилось. Эдвин Шарп, уже не первый год, утверждение что туман искусственный, его используют для «наблюдения» за его персоной, с его слов он практически смог воссоздать знаменитый «Философский камень», а правительство пытается его украсть.

Последняя заметка датировались сегодняшним

числом. Я не стала её перечитывать.

-Может наводка Жана и не такая плохая, - взглянув, ещё раз в блокнот, я решила, - да, это намного лучше чем писать это, - я ткнула пальцем в блокнот.

Доев лазанью, и увеличив объем посуды в раковине. Мои заметки отправились обратно в рюкзак. Настроение было скверным. Решив послушать новости я включила телевизор. Щёлкая каналы один за другим, не в силах найти хоть что-то стоящее, я наткнулась на местный прогноз погоды:

-В связи с глобальным потепление и, повышение температуры ожидаются своевременные дожди, таяние снега и льда, рекомендуется в последующим дни не ходить по водоёмам, велик шанс провалится под лёд.

Пропустив эту информацию мимо ушей я выключила телеящик.

Настроение было скверным, и чтобы немного расслабиться, я пошла в ванную. Около полу часа плескания в горячей воде любому поднимут настроение. После горячей воды захотелось спать, время было не поздним но я твердо решила что соблазн слишком велик, и, не долго думая, рухнув на кровать, погрузилась в сон. Подсознанием я чувствовала лёгкий прохладный ветерок.

Утром, на удивление для себя, мое пробуждение было лёгким и приятным. Я чувствовала себя полностью отдохнувший и полной энергии. Поднявшись с постели,

и сделав все то что связанно с гигиеной, я направилась в кухню. Лёгкий завтрак из пары яиц с беконом и чашечкой кофе. «Что ещё нужно для счастья? – спрашивала я себя». Быстро одевшись и собрав все нужные вещи я отправилась в гости к нашему «плану Б».

Идти было не далеко, около 2-х миль в одну сторону. Настроение как и погода были прекрасны. Было тепло, не было ветра, воздух был свежим. В дороге я достала телефон, сообщения, Брюс:

-Данные старика: имя - Персиваль Эверитт, ему шесдесят три года, по профессии он историк, семейное положение – вдовец, серьезных болезней не наблюдается, детей нет. «Интересно, зачем мне лишняя информация?». Полтора часа неспешного шага и я на месте.

На крыльце сидел пожилой мужчина, не долго думая я подошла ближе и спросила:

-Здравствуйте, вы Персиваль Эверитт?

-Смотря кто спрашивает

-Меня зовут Эмма Уотсон, я пришла к вам из газеты. Я репортёр и меня направили к вам сказав что вы дадите мне интервью.

Дедуля встал со стула и подошёл к двери, открыв которую сказал:

-Ну заходи, поговорим.

Перед тем как войти внутрь я окинула дом беглым взглядом:

Дом представляет собой небольшое одноэтажное строение с крышей из толстого слоя снега. Фасад выполнен из натурального кедра и красивого камня, что добавляет ему уникальный характер. На крыше есть несколько солнечных панелей. «Домик выглядит приятно и уютно». Я направилась к открытой двери продолжая осматривать дом:

Перед входной дверью есть небольшая крыльцо с кованой мебелью из дерева. Дверь сама по себе массивная, из темного дерева, с длинной ручкой в виде оленя, что придает ей атмосферу северной природы.

Я повернулась назад. Перед домом был густой кедровый лес.

-Ну где тебя черти носят? – донося голос из дома, - я не хочу заболеть под старость лет.

Зайдя в дом и быстро пройдя прихожую я вошла в гостиную в которой был Персиваль.

При входе вы попадаете в уютную гостиную с камином, обрамленным камнем, что создает атмосферу тепла и уюта. На полу лежит толстый меховой ковер, а стены украшают картины с изображением северных пейзажей и исторических событий. В углу стоит старинный книжный шкаф, полный книг о истории и других

интересных темах.

-Садись, - он указал на кресло рядом с ним.

Я подошла и присела. Из рюкзака я быстро достала блокнот, открыла чистую страницу и взяла ручку в правую руку. На рядом стоящий столик я положила телефон с включенным диктофоном.

-Так, запись пошла.

-И что мне говорить?

-Давайте сразу представился друг другу. Меня зовут Эмма Уотсон.

-Меня зовут Персиваль Эверитт, приятно познакомиться.

-Взаимно, - я изобразила дружелюбную улыбку.

Персиваль сидеть со сварливым лицом и смотрел на блокнот в моих руках.

-Расскажите что вы знаете о нашем прекрасном городке?

-Так, - его взгляд устремился в даль, - давай начнем с названия. Наш город носит имя Аврора, раньше его звали Полумрак. Город был основан в самом сердце дикой и необузданной природы Аляски. Его обитатели, привлеченные мистической привлекательностью северного сияния, выбрали это место как свою основную резиденцию, полагая, что магическая сила некого божества по имени Аврора будет защищать их от

всех бед. Однако, когда в городе стали происходить странные и ужасные события, жители поняли, что северное сияние не такое защитное, как они думали и…

-Вы сказали что в городе стали происходить ужасные события, вы имели в виду события тридцати летней давности?

-Если ты про вооруженный разбой то нет. Я говорю о событиях которые произошли задолго до моего рождения.

Его взгляд встретился с моим, в нем читалось искренние, очарование.

-Наш город был основан не очень давно. В 1887 году на наши земли пришли люди поклоняющиеся богине Авроре, а северное сияние, которое в нашей местности не редкость, подначивало их обосноваться здесь.

Персиваль поднялся с кресла и прошел к шкафу. Водя пальцем по корешкам старых книг и найдя нужную он достал ее и, подойдя и усевшись обратно в кресло, положил на столик. Внешний вид книги говорил что она очень старая, давно пожелтевшие страницы, темно синий корешок который облез уже достаточно порядочно. Открыв её, он начал листать страницы в поисках нужной информации.

-Вот она, - сказал он найдя то что искал, - в 1901 году на наш город опустился туман. Первые дни ничего не происходило, лишь излишняя влажность в воздухе не давала нормально дышать. Шакце решил пройтись до

ближайшего поселения к Дергу, ему нужно было пару подков от тамошнего кузнеца, но он не дошел. Спустя два дня мы пустились на поиски. Ни тела, ни одежды, ни малейшего признака нахождения где либо Шакце не было. Спустя пару недель к нашей общине пришла незнакомка, она представилась Фридой. С ней был ребенок возрастом семь месяцев, с её слов. Мы её дали приют на время мыльных заморозков, по окончанию которых она нас покинет. Мы бы разрешили ей остаться, но она не верила в слова и чистые помыслы прекрасной Авроры. Шир пришел к нам с целью продажи своих чудных диковинок и различных материалов на которые мы положили глаз. Фрида пришла ко мне спустя три для после своего заселения к нам, она кричала что мы украли её ребенка, она утверждала что мы заменили его на какую-то куклу. Она пугала наших детей своими постоянными воплями и криками по поводу кражи своего ребенка. Мы выгнали её с позором из нашей общины, да это было плохой идеей, заморозки ещё не закончились, но она не была одной из нас.

-Что это за книга?

Персиваль оторвался от книги и поднял свой взгляд на меня.

-Это «Книга города» в ней записаны все мероприятия, проблемы и так далее. В общем все что происходило у истоков Авроры первые тридцать семь лет, - его взгляд, как и интонация, говорили о его интересе к истории нашего городка.

-А почему записи прекращаются после тридцати семи лет? – спросила я.

-Они забыли, - он сказал это так как будто это всеми известный факт.

-В смысле забыли? – не переставала я.

Он недовольно цокнул, параллельно отводя взгляд в сторону говоря о том что я невежа.

-Они просто забыли. Им вообще было в тот момент не до этого.

-Что могло такого произойти?

-Люди стали пропадать дюжинами каждую неделю. Город нёс большие потери населения. Его основатели решили развесить по всему городу и всем его близлежащим окрестностям фонари. Которые в свою очередь весят по сей день, лампочки в них конечно меняют каждую неделю но сами лампы никто не менял с того момента.

-Почему они не продолжили записи в книге после развешивания фонарей?

-Этого я не знаю, - ответил он качая головой.

Мы погрузились в тишину. Он как и я молчали. Я не знала что ещё спросить.

-Мне нужно интервью, - опомнившись за чем я здесь сказала я, - расскажите о каких ни будь интересных фактах о нашем городке.

Он посмотрел на меня ещё раз с большим отвращением к моей невежественности.

Спустя пару часов я уже была дома. Интервью получилось обычным, а факты о которых рассказывал Персиваль были известны даже мне. Я легла спать уставшая. К вечеру температура упала. Несмотря на то что я закрыла все окна и укуталась по теплее в одеяло, прохладный ветерок поддувал со стороны окна. Я не придала этому значения. Через пару минут я проводилась в сон.

Глава 2

Пение птиц

Проснувшись первое что я почувствовала, была головная боль и тошнота. Встав с кровати я направилась в ванную. Умыв лицо прохладной водой, чтоб взбодриться, я взглянула в зеркало. Меня охватил страх. Белки моих глаз были практически полностью красными. Я не испытывала никакой боли, только страх. Ещё пару минут я стояла не в силах двинутся или оторвать взгляд от зеркала. Когда мне удалось отойти от зеркала я посмотрела в окно, оно было немного приоткрыто, - Странно, я вроде бы закрывало окно перед сном», после этой мысли я почувствовала жуткий холод. Подойдя к окну и прикрыв его мой взгляд упал на мои руки. Дрожь в руках, жуткий озноб с таким же жутким холодом. Не долго думая я решила отправится в больницу. Быстро одевшись я вышла из квартиры, миновав лестницу я вышла на улицу.

Идя по переулку я не заметила ни одного человека. Это было странно. Было воскресенье, выходной день, на часах был полдень. Обычно в такое время и такие дни улицы были переполнены подростками и другими детьми. Но улица была пуста, ни машин, ни людей, ни единого звука. Остановившись я прислушалась. Тишина. Гробовая тишина, не было ни пения птиц, ни злостных криков или радостных смешков которые можно было услышать проходя мимо жилых домов. Ни единого кота мирно гуляющего по улице, ни единой бродячей собаки, которых в нашем городке было с избытком. Я продолжала стоять как вкопанная, потом мне пришла в голову идея позвонить. Кому позвонить? Сержу.

Набрав номер Сержа и простояв ещё минут десять, попутно названивая ему, он не поднял трубку даже после моего двенадцатого звонка.

- Может он занят? – тупо спросила я себя.

Следом за Сержем пошли другие контакты: Брус, коллеги по работе, соседи, мимолётные знакомые (номера которых мне давали мои друзья, но этими номерами я не пользовалась до сегодняшнего момента), остался последний контакт «Мама».

Внезапно рядом со мной пробежал подросток. На нем была ярко красная кофта с капюшоном, который был натянут на голову и темно зелёная, ближе болотного цвета куртка.

- Эй парень стой!

Подросток остановился.

- Привет, ты не знаешь, может что-то произошло, почему в городе так тихо?

Подросток продолжал стоять ко мне спиной. Я начала быстро сокращать дистанцию между нами.

- Эй парень как тебя зовут? – поинтересовалась я.

Подросток продолжал молчать. Практически подойдя к нему в плотную я остановилась. Моя ладонь практически коснулась его куртки. Гулкий, хрип смешанный с таким же громким дыханием, и то и другое исходило от него.

- Парень у тебя все в порядке, просто у тебя такой жуткий хрип, может ты приболел? – продолжала интересоваться я.

- Да, кхе-кхе, у меня болит грудь и горло, - настолько жуткого хриплого голоса я не слышала ни когда.

Он дрогнул. Я отшагнула на добрую пару шагов. Мне было не по себе.

- Мне плохо, у меня, кхе-кхе, болит горло и грудь, - продолжал он таким же хриплым голосом.

Я продолжала тупо стоять не в силах сдержать дрожь в руках. Он продолжал молчать.

- Почему у тебя такой хриплый голос? – с дрожью в голосе продолжала я.

- Кхе-кхе, у меня болит горло, Кхе-кхе, и грудь, - продолжал он с ощутимым давлением в голосе, из-за чего его хрип стал ещё сильнее, - именно поэтому я иду в больницу.

Сказав это парень рванул в глубь тумана исчезнув в нем, оставив после себя мимолётную дымку.

Я не стала звать его обратно, я не могла успокоить дрожь рук, головная боль стала немного сильнее. Когда прошел озноб я направилась в след за ним, всё-таки я тоже иду в больницу.

Дойдя до больницы я не увидела ни единой машины, обычно у больницы занята практически вся парковка, в любой день недели. Парковка была бесплатной, а возле больницы было много жилых домов. Зайдя внутрь мне открылась следующая картина: огромная толпа мужчин и женщин, подростков и пенсионеров, все они стояли ко мне спиной, и , как я поняла, их взгляды были прикованы к стойке регистрации. «Ну, это хоть похоже на обычный день в больнице,- сказала я себе продолжая держать руки в карманах. Руки продолжали дрожать, уже не так сильно но они ещё не перестали». Постояв так не много и удивившись тишине (обычно такого не было, особенно в больнице, особенно в выходной день, особенно у стойке регистрации). Я не стала становится в очередь, тем более эта «очередь» больше напоминала столпотворение. Я прошла в глубь соседнего коридора, в котором также было много людей, и села на одно из свободных мест. Сидя в полной тишине я продолжала пытается дозвонится до Сержа, он не поднимал. Мое спокойное сидение на одном месте прервал далёкий звук похожий на пение птиц, по ощущениям он доносился слева от меня, в глубине коридора. Я не обратила на него должного внимания. Потом он опять повторился, меня больше поражало что это пение слышала только я. Пение птиц повторилось ещё раз, никто на него не отреагировал, потом ещё раз и ещё и ещё.

- Извините вы не слышите здесь пение птиц из глубины коридора? – спросила я пожилую женщину, её лицо было уперто в колени поэтому создавалось впечатление что она спит, - извините мэм? – продолжала я.

Она никак на меня не отреагировала. Я потянулась к ней рукой, коснувшись её и немного вздернув она упала на пол. Я подскочила к ней не в силах хоть что-то сказать. Сильный гулкий хрип в пересмешку с дыханием напугал меня. Я быстро осмотрела весь коридор, все люди продолжали просто сидеть, тупо глядя в колени.

- Пожалуйста помогите! – крикнула я

Никто даже не шевельнулся.

Я выбежала из коридора к толпе у стойки регистрации.

- Пожалуйста помогите, там женщине плохо! – крикнула я.

Тишина. Никто даже не соизволил обратить на меня внимание. И тут я заметила знакомый красный капюшон, я схватила парня за плече:

- Помоги там женщине плохо, давай отнесем её в оплату, или куда-то ещё! – продолжала я не отпуская куртку парня.

Внезапно он повернулся ко мне лицом и поднял глаза на меня: его лицо было как будто подтаявшим. Я отшатнулась от него. Вся толпа повернулась ко мне и взглянула на меня.

У них у всех были какие либо дефекты лица, они были как бы, смазаны, как будто ребенок игрался с гуашью. Я оцепенела. Пение птиц стало слышно ещё отчётливее.

- Т-там женщине плохо, - выдавила из себя я, пытаясь унять новую дрожь в руках и более сильную головную боль.

- У меня, Кхе-кхе, болит горло и, кхе-кхе, грудь, - тупо сказал парень в красном капюшоне, таким же гулким хриплым голосом.

И тут он сделал шаг в мою сторону. Я сделала шаг назад. Он сделал ещё пару более быстрых и уверенных шагов в мою сторону. Толпа тоже начала мимолётное движение в мою сторону. Не долго думая я выбежала из больницы и побежала в сторону своего дома. Я бежала. И бежала. Я бежала до тех пор пока кровь не начала быть в висках с такой силой и так часто что я могла подумать что мое сердце сейчас выпрыгнет из груди. Головная боль стала настолько сильной что подходила тошнота. Пение птиц стало таким же громким как молодежная музыка доносившиеся из колонок подростков. Я упала на четвереньки не в силах сделать ни шага. Я жадно хватала воздух не в силах отдышаться. Подняв голову вверх я увидела растекшееся лицо подростка в красном капюшоне. У меня остановилось дыхание. Головная боль стала ещё сильнее, пение птиц усилило свое воспевание, дыхание стало ещё более жадным до воздуха. Мне стало еще холоднее чем было.

- Кхе-кхе, у меня болит, горло, кхе-кхе, и, кхе-кхе, грудь! – из-за сильного кашля он начал сильно давится и хватать воздух.

Выкрикнув это он схватил меня за лицо и поднес свой рот к моему уху. Его хватка была твердой а руки мертвенно холодными. Потом он начал кричать. Его неистовый крик смешался с пением птиц в хаотичную композицию безумца. Меня охватила новая волна жуткого холода. Головная боль дошла до финальной точки. Я закрыла глаза.

Открыв их, я увидела потолок своей квартиры. С лева от меня, на тумбочке, лежал мой телефон, от него исходила пение птиц. Я взяла его, будильник, я его выключила. С трудом поднявшись с кровати я ощутила сильную головную боль, сразу за ней пришел холод. Повернув голову к окну я заметила что оставила окно открытым. Я вчера так устала что забыла его закрыть. Я поднялась и пошла в ванную, глаза мои были в порядке, умывшись пошла обратно в спальню. Подойдя к окну и посмотрев на улицу я оторопела. Туман рассеялся.

Глава 3

Дело

Яркие солнечные лучи проникали через не закрытое окно. Солнечные зайчики прыгали по всей комнате, играя в догонялки. Солнце приятно грело, из-за чего появилась небольшая сонливость, в купе с головной болью. Я стояла перед окном, наслаждаясь теплом. Тупо смотря в окно на улицу, на дома, на магазинчики, на небо. Небо было просто восхитительным, феерия голубых красок с добавлением белых пористых облаков. Эта картина завораживала, да я уже видела обычное без туманное небо, но у нас в Авроре, ни разу. Меня наполняло многообразие чувств: радость вместе с детским восторгом, неопределенность с мимолётным трепетом, жуткая сонливость, головная боль, но ни одно из этих чувств не могло пересилить, страх. Жуткий, животный страх окутал меня, сжав в своих холодных объятьях, и не ослабляя свою мертвенную хватку. Я не могла уловить источник этого ужаса: - «может это из-за привычки? Или из-за какой либо детской травмы о которой я не помню? – рассуждала про себя». Было что-то или нет, уже не важно, туман рассеялся, а головная боль из-за кошмаров или из-за тумана, он исчез, а это значит что на улице теперь не так влажно, я всегда была метеозависима. Заключив на этом вердикт я направилась в ванну. Тёплая расслабляющая вода могла меня спасти, ужас утих, головная боль осталась, - «больная черепушка на сегодня мой напарник, - подумала я про себя погружаясь в воду с головой». Ещё около часа я проводилась в ванной.

Насладившись теплой водой, и подняв себе и так хорошее настроение, я направилась на кухню. Лёгкий салат из: цветной капусты, огурцов, морковки и сладкого перца, заправленного небольшим количеством специй с подсолнечным маслом, и пара поджаренных до хрустящей корочки тостов. На финал была одна кружечка быстро растворимого кофе. Наевшись, натянув на себя одежду, я направилась на улицу.

Теплые солнечные лучи ласкали оголённые части тела, такой же теплый ветерок игрался в кудрях моих волос. Я шла вдоль Курпен-роуч – это улица располагалась параллельно Блюберери стрит, за исключением того что Курпен-роуч была более богата на разнообразные магазинчики. Блюбери стрит в свою очередь была больше жилой, по ней проходили множество много этажных (и просто небольших) домов, несколько парков и пара памятников. На улице была настоящая толкучка. Пара детей и подростков, куча мужчин и женщин, но больше всего было пенсионеров, все они оживлённо о чем-то разговаривали друг с другом. Из их разговоров я поняла что сегодня утром большинство детей и подростков остались в постелях с высокой температурой, множество взрослых мужчин и женщин жаловались на головную боль и сонливость, пенсионеры не жаловались. Зайдя в первую попавшуюся кафе, я заказала кусочек черничного пирога. Пока заказ не принесли я решила прикрыть глаза и немного расслабиться на солнце, я и не заметила как провалилась в дрёму.

Монотонное капание. Я сидела на стволе повалившегося дерева и смотрела в даль. Я находилась в некой пещере. Кап-кап-кап… рядом со мной капало что-то темное, темная жидкость с неприятным запахом.

Рядом со мной стояла ужасающе высокая фигура, которая в свою очередь была одета в грязные белые тряпки, издали напоминающие платье невесты.

- Йо'н гту, - нежным женским голосом сказала высокая фигура.

Её рука опустилась мне на плечо. У неё была огромная ладонь размером сопоставимая с моей головой, восемь или девять пальцев было на её руке. Кожа её была снежно белого цвета.

- Что-то ещё? – еще один женский голос.

- Что? – оцепенев спросила я.

Я прикрыла глаза.

- Девушка вы будите ещё что-то заказывать? – снова послышался женский голос.

Я открыла глаза: на меня смотрела молодая девушка.

- Извините, - начала я, садясь по удобнее и потирая глаза, - что вы сказали?

- Вы будите ещё что-то заказывать? – снова поинтересовалась она.

Я посмотрела на стол: одна кружечка кофе и кусочек черничного пирога.

- Нет, спасибо.

- Если вам что-то понадобится, то просто подойдите к кассе.

- Хорошо, спасибо, ещё раз, - мои мысли где-то блуждали, а язык немного заплетался.

Официантка пошла к другом столикам, я продолжала сидеть. Мозг не соображал. Внезапно вернулась головная боль. Ещё с минуту я сидела и поедала взглядом черничный пирог, но желудок хотел своё, и он своё получил. Пирог был прекрасен, мягкое хрустящее тесто практически полностью пропиталось черничным соком, в свою очередь сама черника была крупной и сладкой. Доев все содержимое я подозвала официантку, оставив ей щедрые чаевые и ещё раз извинившись я вышла на свежий воздух.

Я вышла на свежий воздух и облокотилась о фонарный столб. Меня мутило. Головная боль достигла своего пика. Я собралась с силами и направилась домой. Уже дома, я выпила таблетку обезболивающего, и легла в кровать. Ещё около полутора часа я извивалась в своей кровати как угорь которого выкинули на сушу. Потом я провалилась в сон.

Мне очень хотелось спать. Мне очень хотелось есть. Мне было очень холодно. Я была в кромешной тьме абсолютного ничто. Я плавала во тьме, вокруг не было ничего, только холод. Не было ни звуков, ни запахов. Я не чувствовала ни одну часть своего тела, я не могла испытывать ни единой эмоции. Я была тьмой. Перепелиным зрением я заметила какую-то дымку. Повернувшись я увидела белесый туман. Он был в форме идеальной геометрической фигуры: шара. Этот шар был примерно сопоставим с моим ростом. Шар висел в воздухе. Внезапно мне захотелось к нему прикоснутся, я потянулась рукой к шару. Приближаясь к нему я чувствовала еле уловимое но такое приятное тепло, оно гипнотизировало и забирала все мое внимание. Я коснулась его кончиками пальцев, он был приятно теплым, это тепло успокаивало и клонило в сон. Внезапно шар отстранился от моей руки, потом он начал медленно опускаться вниз. Треск и звук разбитого стекла. Он разбился на тысячи и тысячи мелких белёсых осколков, издали эта картина, полная тьма и тысячи сверкающих точек, напоминала звёздное небо полностью набитое прекрасными, сияющими звёздами. Осколки начали деформироваться, ещё минута и они превратившись в мелкие дымки собрались в одно большое облако. Облако начало приближается ко мне, я не сопротивлялась, оно источало такое же тепло и внушало спокойствие как и шар. Приблизившись достаточно близко, оно начало окутывать меня, сопротивляться было бесполезно, да я и не хотела. Он обволок меня всю, он проникал в рот, ноздри, уши, я не могла дышать, я не хотела дышать.

Открыв глаза я с радостью осознала что чувствую себя прекрасно. Головная боль как и сонливость ушли. На улице ярко светило солнце, я приятный прохладный ветерок поддувал из открытого окна, - «я же тебя вроде закрывала?». Встав с кровати и потянувшись, я подошла к окну и прикрыла его. Следом умывшись и плотно покушав я взглянула на время: 5:37 утра.

- Ого, - удивилась я.

За всю свою сознательную жизнь я была «совой», то есть, не поднималась раньше 9:00, но сегодня я была, другой. Я чувствовала как юношеская энергия переполняет меня. Она вилась тонкой, но ощутимой нитью от моего сердца, и по всему телу до кончиков моих пальцев.

- Ну, ладно. Сегодня понедельник, а к такому «сложному дню» нужно готовится заранее, - сказав это, я поняла как мне хорошо. Я повернулась обратно к окну, и подошла ближе, - Какое сегодня всё-таки прекрасное утро, - сказала я, приоткрывая окно.

На улице не было ни души, только мелодичное пение птиц, легкий прохладный ветерок, и теплое солнце.

- Сегодня будет прекрасный день.

Спустя пару часов я была уже возле «вафли». Войдя внутрь, первое что я увидела была суматоха. Ни разу, за последние годы моей работы в качестве журналиста я не видела такова столпотворения. Быстрым шагом ко мне подходила Джо:

- Эмма, тебя звал Брюс, - не дойдя до меня выкрикнула она.

- В чем дело?

- Иди к нему и узнаешь. Он сегодня в бешенстве, - понизив голос сказала она.

Пройдя через эту ораву я подошла к красной двери, не долго думая открыла её и вошла внутрь.

Брюс сидел за своим столом. На данный момент у него была какая-то перепалка по телефону:

- …нет, зачем оно ему?! Да. Ну. И? – увидев меня, он махнул головой в сторону пустующего места, тем самым говоря мне «присаживайся».

Усевшись по удобнее я принялась ждать. Брус повышал голос, также часто как и подпрыгивал на стуле, вставал на ноги и бегал по всему кабинету. Потом понижал голос, параллельно переставая носится как «хомяк в колесе», и приземляясь обратно на стул. А потом все повторялось, и ещё раз, и ещё. Когда он закончил этот разговор, его взгляд упал на меня:

- Для тебя есть дело, - сказал он это мягким и тихим голосом, - у нас случилось одно происшествие. Короче говоря, у одной женщины пропал ребёнок, подросток 13-и лет по имени Элиот.

- Как пропал? – тупо сказала я.

- Просто взял и пропал, как в воду канул. Вечером не пришёл домой, родители начали звонить ему на мобильник, он поднял и уверил их что у него все хорошо, и что он переночует у своего одноклассника, так же нам известно что он часто у него оставался с ночёвкой, а зовут его одноклассника Рон, на следующий день он не вернулся, опять звонки, но уже без ответа.

- А какие у них фамилии?

- Вот тебе дело, - Брюс протянул мне пузатый файлик, - ознакомься с ним, и приступай к работе. Твоя задача опросить этого Рона и его родителей. Задача понятна? – в этот момент его телефон зазвонил. Он отклонил звонок, - достали. Ну что?

- Что?

- Я тебе даю возможность побыть в шкуре следака – у него появилась улыбка.

- Да, ого.

- Представь что ты помогаешь следствию, - ещё один звонок, на который он решил ответить, - завтра ты будешь наблюдать за взятием повторных показаний, когда все сделаешь зайдешь ко мне, - он поднес телефон к уху, - да…

Я взяла дело и вышла из кабинета. За дверью была также суматоха: кто-то звонил и отвечал на телефонные звонки, кто-то возился с огромным количеством макулатуры, кто-то сидел перед экраном компьютера и что-то активно печатал. В общем, работа кипела. Я вышла из офиса и направилась домой. Уже дома я открыла дело: Рон Плинт «одноклассник», Кэролайн Тридн «мать Рона Плинта», Мэтью Плинт «отец Рона Плинта».

- И с кого начать? – спросила я себя. Уже было ясно, перед этими бумагами я проведу ни один час.

Немного подумав я решила начать с главы семейства. Взяв его дело в руки и открыв его я принялась читать: Мэтью Плинт, смуглый плотно собранный мужчина сорока семи лет, работает лесорубом на местном предприятии «Бобрёнок», правонарушений нет, в общем прекрасный человек и прилежный семьянин. Родился и вырос в Авроре, по воскресеньям ходит в местный храм (храм поклонения Авроре, подавляющее большинство населения нашего городка ходят именно туда).

- Ничего интересного, - я перешла к его показаниям, - даты, имена, это не интересно. А вот: Когда к нам пришел Элиот я не могу сказать, потому что в это время я был на работе. Домой я пришел около десяти вечера, сразу я спросил у жены что за смех у нас доносится со второго этажа, жена мне сказала что к нам пришел с ночёвкой одноклассник моего сына. Я ничего на это не сказал и не возражал: пусть мальчишки развлекаются, говорил я, пусть побудут просто детьми. Потом прекрасно и плотно перекусив я направился в спальню и сразу лег спать, после смены я очень устал, поэтому вырубился моментально. Проснувшись я ещё долго лежал в постели, всё-таки суббота, проще говоря я высыпался. Когда поднялся на часах уже было десять утра, Элиота уже не было, Рон сказал что Элиот ушёл рано утром. Ну, вот и всё. – я перевернула лист, он был последний, - и вправду всё.

Я перечитала все снова, ничего не найдя интересного я отложила бумаги.

Следующим я решила прочитать дело Рона Планта: подросток 13-и лет с рыжими волосами и яркими зелёными глазами. – перевернул пару страниц и найдя показания я начала читать, - Элиот к нам пришел в семь часов вечера. Сразу мы с ним поели, мама приготовила нам пиццу, потом мы пошли в мою комнату, там мы засели в Mortal Kombat, потом я услышал что домой пришел папа, сразу после этого к нам зашла мама и сказала чтобы мы укладывались спать, час ведь поздний. Мы играли ещё около минут двадцати, мы перестали играть когда пришла мама и пригрозила нам. Я лег спать на своей кровати, Элиот лег рядом с моей кроватью, на полу, на одном из матрасов с чулана. Мы ещё долго рассказывали друг другу страшилки, потом Элиот пожаловался на головную боль, я сказал ему что это из-за того что много играли на консоли. Через пару минут мы уже засыпали, Элиот долго вертелся но заснул раньше меня. У меня была бессонница и мне было очень жарко, поэтому я встал с кровати и приоткрыл окно, потом лег в кровать и заснул через пару минут. Проснувшись утром я не увидел Элиота, мама сказала что не видела как он выходил, тем более дом был замкнул на ключ. Окно которое я приоткрывал было прикрыто. У меня на левой ноге были красные пятна, но они сошли через минут после моего пробуждения. Днем я уже пошел домой к Элиоту, там я уже узнал что он не вернулся домой. – я проморгала глазами, - интересно.

Ещё раз перечитав дело Рона я отложила его к делу его отца.

Заключающей стала Кэролайн Тридн. Открыв её дело и пропустив практически все я перешла к допросу: Элиот пришел к нам в начале седьмого вечера. Они перекусили и направились в комнату моего сына. Потом я к ним пару раз заходила, и говорила чтобы они ложились спать. Я пошла в спальню, Мэтью уже похрапывал, я присоединилась к нему. Ночью я проснулась из-за жажды, встав с постели я направилась в кухню. Я налила себе стакан воды. Потом я услышала голос Элиота, я обернулась, он изменился за то что напугал меня и попросил что-нибудь от головной боли. Я ему дала таблетку обезболивающего, он её выпил и отправился обратно в комнату моего сына. Утром я проснулась раньше моих мужчин, и направилась на кухню. Потом ко мне спустился Рон и спросил у меня когда ушёл Элиот. Я сказала что не видела чтобы он выходил. Дверь была закрыта изнутри. – я закрыла дело, - и всё?

Я ещё пару минут сидела и тупо смотрела на обложку дела Кэролайн Тридн. Потом и оно отправилось к другим. Я встала со стула и подошла к чайнику, заполнив его водой я поставила его греться. Я взяла чашку, насыпала в нее две ложки сахара и положила один пакетик чая. Потом я подошла к окну, на улице уже смеркалось. Завтра я отправлюсь к Плантам и расспрошу их. Чайник нагрелся. Выпив чашку чая, я направилась в ванну. После ванны хотелось спать. Я приоткрыла окно и легла в постель. Заснула я практически мгновенно.