Тень Одинокого Волка

Пролог.

Говорят, что нет ничего страшнее смерти. Для меня же, смерть, стала чем-то обыденным. Потому, что я точно знаю, есть вещи гораздо страшнее самой мучительной смерти, которую может себе представить самый изощрённый ум. Что касается меня, я уже давно ищу встречи с Извечной госпожой, так же, как и она со мной. И сейчас, понимая остатками своего догорающего сознания, что это вот-вот произойдёт, я уже ни о чём не жалею.

Глава 1.

5561 год железного дракона, 17 день месяца лошади. Близится час дракона. Высокий черноволосый мужчина в длинной мантии уже шестой час взволнованно меряет шагами просторный двор своего дома, из которого то и дело раздаются раздирающие душу, нечеловеческие вопли его возлюбленной. Над его головой обеспокоенно каркая кружил огромный железнопёрый ворон, его верный спутник Диаваль. Но мужчина этого просто не замечает.

Из дома снова раздался душераздирающий крик. Мужчина побледнел ещё больше, схватился за волосы и протяжно завыл. Он знал, что роды - это безумно больно. Но в первый раз всё было иначе. Конечно, его возлюбленная и в первый раз сильно мучилась, но тогда не прошло и нескольких часов, как на свет появился их первенец. Сейчас же дела обстояли куда хуже.

С каждым днём беременности силы покидали Аедейл. Опасаясь, что она умрёт, не сумев даже половины срока выносить ребёнка, Статэра Дарк-Старса, по прозвищу Ворон нашёл самых лучших алхимиков-фармацевтов и медиков-магов, Серебряной долины. Которые, увидев состояние будущей матери пришли в полный шок, ведь ребёнок, которого она носила под сердцем, с катастрофической скоростью высасывал из неё жизненную энергию, медленно убивая её.

К счастью, в тот момент последствия её истощения не пересекли черту невозврата. Маги-медики и алхимики-фармацевты смогли вовремя восполнить её истощённый резерв, с помощью лекарств и энергетических накопителей в которых заключался колоссальный запас энергии.

Но даже после этого её беременность проходила достаточно тяжело. Запаса энергии хватило в накопителях, с которыми она практически не расставалась, как раз до положенного срока, но потом произошло то, что не смогли предугадать и объяснить даже лучшие алхимики-фармацевты и маги-медики. Ребёнок резко перестал впитывать энергию. Да и вообще перестал подавать какие бы то ни было признаки жизни. Но схваток всё не было и не было. Подозревая что с плодом явно что-то не так, медики и алхимики решили с помощью магии вызвать роды, дабы спасти и мать, и ребёнка. Вот только успехом это не увенчалось.

Чудовищной силы, защитный барьер вырвавшийся в тот момент, когда они попытались это сделать, чуть не убил этих самых лучших медиков и алхимиков. На их веку подобное было впервые, и решив больше так не рисковать, они по негласному соглашению больше подобных попыток не предпринимали.

А срок с каждым днём становился всё больше и больше. И никто не мог сказать точно, почему это происходит, и что не так, потому что раньше такого не случалось в принципе. Ведь даже мать самого Ворона, чей отец являлся высшим вампиром, выносила его вполне нормально, и без каких-либо осложнений, да и тот факт, что первый сын Кассиан родился в срок, и беременность им у Аедейл проходила без осложнений ещё больше повергало всех в шок.

И вот, в последний день десятого месяца, у неё наконец отошли воды и начались схватки.

Из дома снова раздался истошный вопль, после которого Дарк-Старса чуть ли не с истерикой свалился на землю, умаляя Великого Прародителя, чтобы с его женой и ребёнком всё было в порядке, чтобы они оба были живы. И проклиная себя, за то, что обрёк свою возлюбленную на такие муки.

— Статэра Дарк-Старса, немедленно успокойся! — сказал высокий светловолосый мужчина, и одним мощным рывком поднял его за шкирку. — Я понимаю ты боишься за неё, но возьми себя в руки и прекрати себя накручивать!

Ворон до крови закусил губу и кивнул. Статэра Бинар Тиладор по прозвищу Волкодав вот уже триста двадцать пять лет как занимал пост главы клана Статэра, из которых уже сто сорок являлся одним из тринадцати верховных заклинателей Северных гор. И хотя его возраст считался достаточно почтенным, в свои пятьсот с лишним выглядел Бинар лет на сорок, а вызов ему боялись бросить даже самые сильные воины окрестных кланов. Все члены клана Статэра его очень уважали, почитали и очень любили. И пусть Бинар выглядел грозным и очень опасным, для своих он был добрым и отзывчивым, а также очень мудрым и справедливым вожаком.

Аедейл снова истошно закричала. А потом дверь, ведущая в дом, распахнулась, и из неё выбежала молоденькая девчушка, помогающая всё это время принимать роды. Лицо её было бледное как мел. Окинув глазами двор, в котором находилась большая часть клана, девчушка подбежала к Ворону и Волкодаву.

— Что с ней? Она жива? — закричал Ворон, хватая девчушку, и тряся её. — Почему ты молчишь? Что с моей женой?

— Господин, мне больно, господин! — взвизгнула девчушка и попыталась вырваться из лапищ оборотня, но тщетно. — Господин, умоляю отпустите!

— Ворон, немедленно отпусти бедную девушку!!! — прорычал Бинар.

Ворон больше не мог себя контролировать, но даже в таком состоянии ослушаться прямого приказа вожака он не мог. Стоило ему разжать пальцы как девчушка рухнула на землю.

— Как она? — спросил Волкодав, поднимая её на ноги.

— Господин, роды были тяжёлые, мы сделали всё что смогли, она очень слаба, но её жизни ничего не угрожает. Вот только ребёнок…

Дальше Ворон слушать не стал, сорвавшись с места он бросился в дом к своей возлюбленной. Влетев в комнату где принимались роды, Дарк-Старса быстро нашёл глазами жену. Вид у неё был измученный всё лицо покрывала испарина, дыхание было тяжёлым и прерывистым, а постель на которой она лежала была вся залита кровью.

— Аедейл… — прошептал Ворон опускаясь на колени возле окровавленной постели. — Аедейл, ты меня слышишь?

— Дарк… — еле слышно прошептала Аедейл. — Малыш… мой малыш… Как мой сын…

Из её глаз потекли слёзы, и только сейчас до Ворона наконец дошло. Сын, у него родился сын. Счастье в момент переполнило его грудь, но тут же угасло. В комнате было безумно тихо, а медики и алхимики, присутствовавшие в комнате, соблюдали гробовое молчание.

— Где он? Где мой ребёнок? Что с ним? — в момент севшим голосом спросил Ворон. — Почему он не плачет?

Мужчина обернулся и увидел в руках у одного из принимавших роды старшего алхимика окровавленный свёрток. Поднявшись на негнущихся ногах Ворон медленно подошёл к нему, и бережно, словно хрустальную вазу взял этот свёрток в руки. На глаза тут же навернулись слёзы, в этом окровавленном тряпье было завёрнуто бездыханное тельце.

— Мне очень жаль, Дарк, но твой сын родился мёртвым. — сказал отдавший ребёнка старший алхимик. — Мы пытались вдохнуть в него жизнь, но это не помогло.

Руки Ворона задрожали.

— Как же так? — произнёс мужчина и судорожно прижал этот безжизненный комочек к груди. – Великий Прародитель, как же так?

Воздух, был просто удушающим, полностью пропитанный кровью, а все остальные звуки слились в давящую тишину. Мир ещё несколько мгновений назад наполненный яркими красками, стал вдруг чёрно-белым маревом, от которого веяло лишь смертью.

Ворон сам не понимал каким образом очутился на улице.

— Дарк!!! Дарк!!! ты меня слышишь? — обеспокоенно тряся мужчину за плечо спросил Бинар.

Вот только Ворон так и не ответил, лишь поднял на не на шутку перепуганного вожака глаза, из которых ручьём текли кровавые слёзы. Он по-прежнему прижимал к груди кровавые тряпки в которых находилось тело его мёртвого сына. А вокруг творилось что-то нереальное, небо затянуло чёрным маревом, а температура начала резко понижаться, так что у всех присутствующих пошёл изо рта пар.

Остальные члены клана с ужасом пятились назад. И только тысячелетняя сгорбленная старуха, являющаяся одной из тринадцати старейшин, не двинулась с места. Тяжело вздохнув, она покачала головой и тихо пробубнила.

— И снова над высшими мирами взошла Звезда Смерти.

Услышав это, Бинар вздрогнул, и посмотрел на старейшину.

— Это ведь всего лишь легенда!!! Такого просто не может быть!!! — покачал головой вожак, а старейшина самодовольно хмыкнув, похромала к Ворону.

Остановившись от него всего в нескольких шагах, старуха чуть прикрыла глаза.

— Отнюдь, это не легенды. Мне было видение, в мир вновь явится один из тринадцати аспектов магии. Он прольёт реки крови, но жертва, которую он совершит во имя спасения альянса, принесёт долгожданный мир на земли Геферума. — проскрипела она. — Вот только хватит ли у вновь воплотившегося в жизнь аспекта магии сил, чтобы исполнить предначертанное ему судьбой.

— Но ведь ребёнок мёртв. — прошептал Бинар.

— Ты ошибаешься. И то что сейчас происходит здесь, полностью подтверждает мои слова. Великая Извечная Госпожа накрыла его своей тенью, как мать укрывает своё детя, ещё когда он был в утробе. Она напитывала его своей силой и позволила ему явиться в этот мир в час когда над миром взошла Звезда смерти, тем самым благословив и взяв под своё покровительство. И теперь его сердце должно забиться в этом мире. — сказала старейшина и протянула дрожащие руки к окровавленному свёртку. – Ну-ка, дай мне его Ворон.

Дарк-Старса, всё это время, пребывающий в каком-то магическом трансе, резко вздрогнул, и тут же протянул его старейшине. Она бережно приняла свёрток, и прошептав несколько непонятных фраз, слегка размотала тряпки, и осторожно провела вдоль позвоночника малыша. В ту же секунду, марево словно впиталось в ребёнка, а температура вновь стала нормальной. В повисшей гробовой тишине, послышался медленный и едва уловимый стук маленького сердечка. А ещё через мгновение, двор огласился звонким, детским плачем.

Ворон ошарашенно вздохнул, мужчину нещадно трясло. А малыш тем временем перестал плакать. Старейшина в одно мгновение постаревшая ещё на сотню лет, устало улыбнулась, и осторожно передала беспокойно шевелящегося, в окровавленных тряпках ребёнка, отцу. Который осторожно прижал это маленькое чудо к своей груди, мысленно благодаря Великого Прародителя за то, что его новорождённый сын, и любимая жена живы.

— Как ты его назовёшь? — поинтересовалась старейшина.

— Симур. — дрожащим голосом ответил Ворон, с обожанием рассматривая точёное маленькое личико своего второго сына. — Аедейл хотела назвать его Симуром.

— Симур. — протянула старейшина, прикрывая глаза и слегка улыбаясь. — Хорошее имя.

Глава 2.

Прошло три года.

Огромная чёрная пантера мирно дремала в тени старой яблони. И хоть с виду казалось, что это величественное животное абсолютно спокойно и расслабленно, Симур по личному опыту знал, что это не так. Стоило ему приблизиться к резной калитке, как Алана тут же схватит его.

Симур грустно вздохнул. Не то чтобы он боялся эту противную кошку, являющуюся по факту его нянюшкой, когда мама с отцом были заняты делами, или уходили по делам клана. Даже наоборот, ведь магический спутник его матери, Алана, воспринимала маленького Симура как своего детёныша, что не так уж и далеко уходило от истины. Просто иногда опека родителей, и их спутников действовала маленькому Симуру на нервы, уничтожая на корню все его коварные планы весёлых проказ.

Симур ещё раз грустно вздохнул, и обиженно надув губки, легонько пихнул разомлевшего на солнышке детёныша фенрира.

— Ррр-Ай, за что? — проскулил, возмущённый таким отношением к себе, волчонок.

— Арман, сколько можно дрыхнуть? Ты вообще собираешься мне помогать или нет? — спросил Симур уперев руки в бока.

— Ррр-да когда ж ты наконец угомонишься? Беспокойное ты создание! — проворчал Арман. — Ррразве ты не знаешь, что все твои попытки сбежать из дома на трррениррровочный полигон, заррранее обррречены на пррровал?

— А я всё равно сбегу! — уверенно топнул ногой Симур. — Я уже большой, к тому же сегодня я хочу попасть не на тренировочный полигон, а в павильон Звездопада. Сегодня Северный Ветер набирает себе учеников, так что я просто обязан быть там!

— Ррр-Даже если ты туда заявишься, он всё ррравно не возьмёт тебя в ученики, потому что ты ещё мелкий. — зевнув ответил Арман.

— Ах ты наглая морда! — обиженно надувая губы, Симур со всей силы пихнул волчонка в бок. — Издеваться надо мной вздумал? Вот увидишь, Северный Ветер возьмёт меня в ученики.

— Ещё ррраз меня пихнёшь, и я тебя покусаю! — пообещал Арман, недовольно виляя хвостом.

— Значит помоги мне сбежать! — топнул ногой Симур.

— О Великий Праррродитель, ну когда ж ты уже угомонишься? — простонал Арман, возведя очи к небесам. — Ну почему ты не можешь, как все норррмальные дети пррросто игрррать в игрррушки? Вот скажи, ну чем тебя пррревликают эти пахнущие пылью книжки?

Симур на несколько минут замер, задумчиво рассматривая что-то видимое только ему одному. Арман вздохнул. С Симуром они были ровесниками, впрочем, как и все пары спутников. И хотя по виду Арман уже был с довольно крупного волка, по сути он, как и Симур был ещё маленьким ребёнком. Правда Симур был несколько необычным ребёнком. Несмотря на то, что родился он почти мёртвым, и по размерам был как недоношенный, здоровью его можно было позавидовать. А темпы, с которыми он рос, не раз поражали окружающих.

В свои три года, Симур выглядел лет на шесть. Аномальным было и его восприятие окружающего мира. Нет конечно он был обычным ребёнком, часто смеялся, любил похулиганить, и поозорничать, да и с местной малышнёй подурачиться. Вот только развитием своего мышления и безмерной тягой к знаниям, намного опережал своих сверстников.

Ко всему прочему, у Симура был врождённый дар истинного менталиста и некроманта. И хотя оба дара проявлялись у него пока ещё слабо, всё же это оставляло довольно сильный отпечаток на его поведении. Как правило это отражалось в более зрелом и рассудительном взгляде на жизнь, в следствии чего более спокойном характере чем у его сверстников. А учитывая то, что из-за ментальных способностей, у Симура была просто феноменальная память, его уже в два с половиной года частенько заставали с книжкой в руках.

Вот только даже учитывая всё это, Арман так и не понимал, с какой радости Симуру приспичило становиться учеником Северного Ветра, и сутками сидеть в пыльной библиотеке этого противного, ворчливого старика, магическим зверем которого был злобный, старый выхухоль, вместо того, чтобы просто наслаждаться жизнью и ничего не делать.

Он вообще не понимал, почему Симура с периодичностью тянет то к книгам, то к деду вампиру в кузню. Но всё же это было гораздо лучше, чем, когда Симур бегал на клановое кладбище. От которого самого Армана, об одном лишь его воспоминании, передёргивало.

— Ррр-рым! Ты ведь от меня не отстанешь? Верррно? — ещё раз вздохнув спросил Арман.

Симур покачал головой.

— Ррр-Ладно, сдаюсь. — закатил глаза маленький фенрир. — Твоя взяла. У тебя-ррр хоть план есть?

— А то! — улыбаясь до ушей, кивнул Симур.

— Ррр-Надеюсь я не отгррребу по полной прррикрррывая тебя? — обречённо вздохнул Арман.

— Не волнуйся, я всё продумал. — предвкушающе потирая руки, ответил Симур. — Я сейчас пойду домой, а ты досчитай до тридцати, и беги к Алане. Скажи, что я играл на чердаке и меня придавило упавшей тумбочкой, она тут же кинется меня вытаскивать, а я спрячусь за дверью, и когда она забежит в комнату, я тут же захлопну дверь и закрою её на ключ. Понял?

— Да. — завилял хвостом Арман, но тут же задумчиво помотал головой. — Нет.

— Что в моём плане тебе непонятно? — Симур закатил глаза.

— Как она поверррит, что тебя пррридавило тумбочкой? — задумчиво спросил Арман.

— Я опрокину тумбочку и создам шум. — ответил Симур.

— Но если ты опрррокинешь её, то тебя пррридавит. — озабочено завозился Арман.

— Не придавит. — Симур покачал головой.

— Почему не пррридавит? — удивлённо спросил Арман.

— Потому что я опрокину её в сторону. — раздражённо ответил Симур.

— Но если тебя не пррридавит, как она поверррит что тебя пррридавило? — не понял Арман.

— Потому что ты ей скажешь об этом. — ответил Симур.

— А как я узнаю, что тебя не пррридавило? — спросил Арман.

— С чего ты взял что меня вообще придавит? — удивлённо уставился на фенрира Симур.

— Ты ведь сам сказал, что тебя должно пррридавить тумбочкой! — ответил Арман.

— Ты издеваешься? — закатил глаза Симур. — Когда я это сказал?

— Только что. — ответил Арман.

— Я такого не говорил. — раздражённо ответил Симур. — Я сказал чтобы ты досчитал до тридцати, после чего побежал к Алане и сказал, что я играл на чердаке, и меня придавило тумбочкой, чтобы она побежала на чердак, и я её там закрыл. Понял?

— Понял. — кивнул Арман.

— Что ты понял? — спросил Симур.

— Я считаю до тррридцати.

— Так, дальше.

— Бегу к Алане.

— Ага, дальше.

— Говорррю ей что ты игрррал на черррдаке, и тебя пррридавило тумбочкой.

— Хорошо, а дальше?

— Она бежит на черррдак, и ты закрррываешь дверррь на ключ.

— Правильно. — Симур довольно кивнул. — И что тут было непонятного?

— Нуу-ррр… — протянул Арман.

— Что ну? — раздражённо спросил Симур.

— Ррр-Я не могу понять. Если тебя пррридавит тумбочкой, то как ты закррроешь дверррь? — спросил Арман.

Обречённо вздохнув, Симур сделал всем известный жест рука-лицо, тщетно пытаясь придумать, как бы ещё объяснить затупившему детёнышу фенрира, что он должен сделать.

— Так, ладно. — покачав головой сказал Симур. — Пойдём со мной.

Развернувшись, Симур уверенной походкой направился к дому. Арман шёл за ним следом. До чердака, который располагался на третьем этаже, они добрались минут за пять. Стоило им подняться на верх, как Симур тут же подошёл к старинной тумбочке, на которой сверху было навалена куча старого барахла. Собрав все силы, он пихнул её, благо что древняя мебель еле стояла. Грохот от её падения был достаточно сильным, так что Симур не сомневался, что Алана его уже услышала. Мгновенно развернувшись Симур посмотрел на застывшего с открытой пастью Армана.

— Что ты стоишь? Беги к Алане и говори, что меня придавило тумбочкой! — раздражённо прошипел Симур.

— Ррр-А как же досчитать до тррридцати? — удивлённо спросил детёныш фенрира, выходя наконец из шокового состояния.

— Забудь про счёт и беги к ней! — закричал Симур.

— Ррр-Но…

— Живо!!!

Недовольно тявкнув, Арман метнулся во двор, попутно снеся ещё что-то. Симур тем временем быстро спрятался за дверь. Не пришло и пол минуты как на чердак влетела пантера, обеспокоенно рыча. За которой следом бежал маленький фенрир. Стоило ей заскочить, как Симур тут же захлопнул дверь, и два раза повернул в замке ключ.

— Ррр-Ну что? — спросил взволнованный Арман.

— Бежим! Это её надолго не задержит! — бегом спускаясь по лестнице, пропыхтел Симур.

В подтверждение его слов, раздался громогласный рёв огромной разъярённой кошки.

— Ррр-Тогда садись на меня! — резко останавливаясь сказал Арман.

Симур тоже резко остановился, развернулся, и тут же запрыгнул Арману на спину, крепко вцепившись в его ошейник.

— Деррржись крррепче! — прорычал Арман, мгновенно срываясь с места.

Детёнышу фенрира понадобилась всего пара минут, чтобы выскочить за пределы двора.

— Быстрей у нас всего пара минут. — закричал Симур.

— Ррр-Куда мне бежать? — спросил Арман, набирая скорость.

— Давай к дедушкиной кузне, а потом дворами до главной площади, и прямо к павильону Звездопада. — скомандовал Симур.

— Ррр-Как скажешь. — проурчал Арман.

До павильона Звездопада Арман с Симуром добрались очень быстро. Дав Арману пару минут отдышаться, Симур чуть ли не волоча его за хвост, потащил внутрь павильона.

— … северный же сосед, королевства Лириум, — стоя у огромной карты, занимавшей всю стену громадного павильона, стоял седовласый старец. Он указкой очерчивал границы тех или иных стран, и государств, объясняя двум десяткам ребят материал, по которому они должны будут сегодня отвечать. Будущие ученики сидели за партами и что-то кропотливо чертили стилами в скрижалях. — Находится под защитой секты Кровавых Врат. Поэтому Светлые с ними и не воюют. Для них это равносильно самоубийству.

— Почему же тогда секта Кровавых Врат не собирается заключить с ними мирный договор? — спросила рыжеволосая девчушка, лет восьми.

— Да, и почему лидер секты Кровавых Врат не хочет объединиться с сектой Лунных Ветров? — поддержал её мальчишка с задней парты.

Симур вздохнул, и стараясь особо не выделяться уселся на свободное место.

— Всё не так просто, как кажется на первый взгляд. — вздохнул старый учёный, и вернулся к своей кафедре. — Чтобы заключить мирный договор, нужно согласие двух сторон. Но Светлые скорее сами сожгут свои земли, чем согласятся отказаться от своих принципов. Что касается секты Лунных Ветров, то тут ситуация обстоит в том, что главные наследники обоих сект являются мужчинами. А для их объединения нужна хотя бы одна наследница женщина…

Северный Ветер продолжил объяснять своим будущим ученикам устройство мира. Симур тем временем с жадностью смотрел на карту, сшитую из разных кусков кожи зверей.

Швы на ней обозначали горы, а жилы реки. Не то чтобы на Геферуме жили какие-то варвары, просто изначально эта карта была очень, очень старой. Сохранившейся ещё со времён Адской войны. В принципе развитие на Геферуме было в некотором роде техногенное. Небеса трёх лунного мира, как и в древности бороздили наравне с крылатыми обитателями огромные световые дирижабли, по морям и океанам плавали железные солнечные корабли. На улицах больших городов, не редко можно было увидеть механические машины, способные перевозить не только пассажиров, но и огромные грузы. Развитие затрагивало и обычный быт обитателей Геферума, повсеместно были распространены устройства, помогающие им в повседневной жизни и изучении разных наук. Также очень сильно была развита медицина, и наука. В каждом государстве имелось множество лечебниц, оснащённых самыми уникальными приспособлениями, а также школ и академий, в которых учились дети самых разных возрастов, и рас.

Но даже в таком с виду просвещённом мире, сумевшем пережить ядерную войну, и возродившимся после неё, война так и не прекратилась. И мир снова разделился на два лагеря, и погряз в непрерывной войне, длившейся вот уже не одну сотню лет.

— А под влиянием чьей секты находятся Северные горы? — спросил нагловато выглядящий мальчишка, сидевший на передней парте.

— Очень хороший вопрос. — усмехнулся учёный. — Горы, в которых обосновались тринадцать великих кланов оборотней, в принципе являются нейтральной территорией. Но из-за особенностей климата, и по большей части непроходимости секты нами практически не интересуются. К тому же уровень развития боевых искусств, практикующихся в наших кланах, заставляет желать лучшего. И хотя именно клан Статэра считается самым сильным из тринадцати кланов, и уже не одну сотню лет наши бойцы считаются лучшими бойцами Северных гор, перед бойцами даже небольших сект, даже лучшие из нас уступают им на несколько уровней. Для сравнения замечу, чтобы стать не официальным, а «обычным» учеником секты Кровавых Врат, нужно достичь духовного развития не ниже восьмого уровня.

Будущие ученики Северного Ветра облегчённо выдохнули. Магия на Геферуме, как и в любом другом мире имела свою особенность. Помимо разделения на чёрную, белую и стихийную, она делилась ещё на боевую и нейтральную. В свою очередь, исходя из личных способностей каждого представителя разношёрстной расы Геферума, магия делилась на множество ответвлений. Но самое интересное заключалось как раз в том, что даже самая элементарная магия этого мира в основном концентрировалась и практиковалась в виде формы боевых искусств.

Впрочем, подобную загогулину в эволюции этого мира, можно было объяснить тем, что войны на Геферуме практически никогда не прекращались, а постоянная борьба за выживание здесь были обыденностью.

— С виду это не так уж и сложно. — продолжил учёный. — Самое сложное заключается в том, что этот уровень необходимо достигнуть до десяти лет. Иначе адепта не примут.

По аудитории пронеслась волна печальных вздохов.

— Кто мне назовёт имя и ранг молодого гения нашего клана? — спросил учёный

Симур тут же подскочил с места подняв сразу обе руки.

— Симур Статэра, пожалуйста. — улыбнулся Северный Ветер.

— Кассиан Статэра, мой старший брат. — радостно продекламировал Симур. — Он достиг девятого уровня развития духовных основ к семи годам. И сейчас находится на второй стадии формирования ядра.

Все присутствующие ученики восхищённо вздохнули, прекрасно понимая, что таких успехов им вряд ли удастся достичь.

— Верно. Кассиан считается самым одарённым членом нашего клана, и по праву носит звание молодого гения. — кивнул учёный. — Но спешу напомнить, что путь развития очень длинный и извилистый. Каждый начинает с развития духовных узлов, который делится на девять ступеней, дальше идёт стадия развития энергии Ци, в свою очередь делящуюся уже на двенадцать ступеней, и только те, кто смогут перешагнуть порог трансформации, переходят на стадию формирования ядра, и может считаться адептом боевой магии.

Малышня сидела с открытыми ртами. Нет, конечно они всё это уже знали, но учёный умел говорить так, что даже уже известный всем материал, казался очень интересным. Что касается Симура, то он сидел, печально опустив голову. По какой-то неведомой ему причине, родители старались всеми возможными методами приостановить его магическое развитие. Собственно, по этой самой причине, его и не выпускали из дома во время занятий. В то время как Кассиан практически не покидал павильона Звездопада, и тренировочного полигона.

Лишь иногда Кассиану удавалось вырваться с этих тренировок и просто побыть дома. В такие моменты Кассиан обычно жаловался на то как ему тяжело, и как ему надоела вся эта магическая подготовка, и что как бы ему хотелось жить как обычный ребёнок. А Симур, слушая его жалобы, печально вздыхал и молча завидовал старшему брату, мечтая однажды стать таким же как он.

— Кто сможет сказать, какого уровня должен достичь адепт, чтобы стать младшим офицером в секте Кровавых Врат.

С места поднялся мальчуган, года на два старше Симура. Поправив сползшие очки он ответил:

— Пятая ступень Небесного солдата.

— Совершенно верно, садись. — мальчуган тут же сел обратно смущённо улыбаясь. — И это считается неплохим уровнем. Чтобы стать офицером среднего звена, нужно перейти порог второй стадии трансформации высшего духовного ядра. Офицеры же высшего звена, это те немногие, кто смогут достигнуть стадии развития Духовного Небесного Правителя, седьмого ранга Доу-же.

Народ дружно застрочил стилами в своих скрижалях. Симур, наблюдая за их трудами был уверен на сто процентов, что сейчас больше половины из них фантазировали на тему того, что станут сильнейшими адептами Северных гор. Благо что с правами полов на Геферуме было всё в порядке. Мать Симура, наравне с его отцом была воином высшего ранга.

Вообще на Геферуме всё зависело от твоей личностной силы. Умеешь, можешь, есть силы и потенциал? Значит вперёд – все дороги для тебя открыты. Да и как иначе, если хрупкая девушка, достигшая с помощью ежедневного труда стадии Мастера меча, вполне способна не только остановить коня на скаку, но и поднять его над головой рукой, и швырнуть его на несколько метров.

— Так что можете представить себе, как сложно достигнуть требуемого уровня развития, чтобы хотя бы заинтересовать секту Кровавых Врат, и хотя бы просто поучаствовать во вступительных экзаменах в академию.

По аудитории снова прокатилась волна печальных вздохов.

— Шифу*, Вы сказали «обычным» учеником. А что есть и другие?

— Конечно. — кивнул учёный. — В большинстве сект, ученики делятся на следующие группы - внешние, или «обычные» - таких учеников бесчисленное количество.

Дети переглянулись, а Симур на это презрительно фыркнул. Ну да, конечно, бесчисленное количество юношей и девушек достигших девятого уровня духовного развития к восьми годам!!! Ха! Да они сами ещё даже тренироваться не начали, так как тела большинства присутствующих здесь ребят были пока ещё слишком маленькими, и слабыми. Даже несмотря на все стимуляторы, и магические лекарственные пилюли, которыми их пичкали практически с самого рождения.

— Дальше идут ученики внутреннего порядка, или «приближённые» это как правило те, чьи родители изначально являются членами высших сословий самой секты. Либо очень одарённые ученики, достигшие к четырнадцати годам десятой стадии формирования внутреннего ядра. — учёный печально вздохнул. — Не знаю, как в других, но в секте Кровавых Врат до внутреннего экзамена, допускаются лишь те, кто смог достигнуть пятой ступени Небесного солдата до двадцати лет. Для сравнения, глава нашего клана смог достигнуть этой ступени лишь к восьмидесяти годам. И он считается сильнейшим воином тринадцати кланов оборотней.

— А дальше? — спросила девочка с рыжими волосами.

— Дальше идут Старшие ученики. Это те, кто заслужил личное внимание преподавателей в секте. Для этого нужно быть просто экстраординарной личностью. За свою жизнь я знал лишь одного такого адепта, он к двадцати пяти годам достиг стадии Духовного Небесного Правителя седьмого ранга Доу-же.

На этот раз дети не сдержались и хором стали задавать вопросы, стараясь перекричать один другого. А правда ли что Духовный Небесный Правитель седьмого ранга Доу-же, может летать, не отращивая крыльев? Правда ли что взмахом руки он может развернуть вспять течение реки? Правда ли, что он может остановить одной лишь силой мысли смерч пятой категории? Что спокойно может прыгнуть в огненную лаву, и при этом даже не обжечься? Что его меч может рассечь врага на расстоянии тысячи шагов? Правда ли что он может попасть стрелой в шлем врага, на расстоянии в десяти километров? Правда ли что Духовный Небесный Правитель седьмого ранга Доу-же может прожить в уединении, находясь в состоянии медитации несколько сотен лет, при этом полностью отказавшись от еды и воды, так же легко, как обычный смертный проживает год?

— Тихо!!! — учёный слегка хлопнул ладонью по кафедре.

От этого, казалось бы, лёгкого шлепка, разошлась воздушная волна, взъерошившая волосы на буйных детских головах, даже на задних рядах. Народ сразу притих.

— Все верно, дети. — кивнул учёный. — После того как адепт пройдёт второй порог формирования Духовного Ядра и дойдёт хотя бы до первого ранга Доу-же – только тогда он сможет достигнуть уровня настоящего адепта. И сможет прикоснуться к новым горизонтам силы.

По аудитории вновь прокатилась волна печальных вздохов.

— Ну, ребятня, не стоит отчаиваться, возможно кому-то из вас повезёт, и он, или она, смогут когда-нибудь достигнуть этих высот!!! Самое главное не отчаиваться и приложить как можно больше усилий, для достижения этих высот. — ласково улыбнулся детям Северный Ветер. — И чтобы вы раньше времени не опускали руки, и уже сейчас начали постепенно идти к этой цели, я проведу своеобразный экзамен, который покажет уровень вашей готовности, и даст мне ответ на вопрос, кого же из собравшихся здесь, я возьму в этом году в ученики.

________________________________________________________________________________________________

*Шифу — Уважительное обращение, дословно означающее учитель.

Глава 3.

Симур сидел привалившись спиной к стене, внимательно изучая раскрытый деревянный свиток, рядом с ним лежал сонно посапывая Арман. Правда смысл написанного в нём текста Симур не понимал. Витиеватые закорючки, выведенные в нём и собранные в непонятной последовательности, представляли из себя какую-то нереальную абракадабру. Поэтому Симур даже и не пытался их разобрать, а просто банально разглядывал каждую из них, после чего тщательно запоминал их последовательность.

Собственно, делал он подобное уже не в первый раз. С момента, когда ему исполнился год, Симур стал полностью осознанно воспринимать окружающий мир в целом и себя, как отдельную личность в частности. Примерно с того же момента, он подметил, что все что он видит, слышит и чувствует, отлаживается у него в памяти в мельчайших подробностях. И даже спустя длительный промежуток времени, все эти воспоминания никуда не деваются. И он в любой момент может воспроизвести свои воспоминания в своём подсознании и просмотреть тот или иной фрагмент заново.

Из-за этой особенности, Симур буквально за каких-то полмесяца научился не просто понимать окружающий язык, на котором разговаривали взрослые, но уже осмысленно разговаривать с ними на нём. Именно тогда-то Симур и узнал, что связан подобный аномальный скачок в развитии с тем, что у него довольно сильные врождённые навыки, истинного ментального мага.

А так, как все дети с подобными способностями, на первых годах своей жизни являются чрезвычайно любознательными и не по годам умными, то было совсем не удивительно, что в год и восемь месяцев, Симура заинтересовало изучение иероглифической письменности Геферума. А в два с половиной года Симур уже мог свободно читать книги и свитки с рукописями, да и записывать слова и предложения.

Хотя было у такой особенности одно очень неприятное побочное действие. Симур совсем не мог уснуть, даже если сильно устал, до тех пор, пока мысленно не прокрутит события прошедшего дня и не осмыслит каждую, даже самую незначительную деталь, случившуюся с ним за день. Ещё одна неприятная особенность подобных способностей, заключалась в том, что Симуру приходилось постоянно мысленно отгораживаться от окружающего мира, чтобы элементарно не сойти с ума от постоянного переизбытка мыслей и чувств окружающих его существ.

И как раз-таки это и являлось главной проблемой, с которой Симуру приходилось учиться жить. Ведь стоило ему хоть на некоторое время ослабить свою мысленную защиту, как у него тут же начинала раскалываться от боли голова.

Ещё раз внимательно осмотрев каждую закорючку магических иероглифов, Симур принялся внимательно рассматривать имеющийся в свитке рисунок. Судя по картинке, свиток имел прямую связь с боевыми искусствами.

Из раздумий Симура вывел возглас Бинара, отложив свиток в сторону, Симур подполз ближе к лестнице, и с интересом прислушался к разговору взрослых.

— Клянусь Великим Прародителем! Вы двое, перестаньте себя уже накручивать! В конце то концов, малец-то у вас не хрустальная ваза, чтоб его так опекать!

— Дарк, Аедейл, Бинар прав. – сказал Северный Ветер. — Забота о своём ребёнке, это конечно замечательно. Но как мне кажется вы немножко перебарщиваете с ней. Ему нужно расти и развиваться вместе с остальными детьми, а вы носитесь с ним как с наследным принцем.

— Бинар, шифу, да как вы оба не понимаете, Симур ещё несмышлёный ребёнок, за которым нужен глаз да глаз. — раздражённо воскликнула Аедейл.

— Несомненно, Ваш второй сын ещё маленький. Но в том, что он несмышлёный вы глубоко ошибаетесь. Уровень его развития, как умственного, так и физического, сильно опережает его сверстников. К тому же его магический потенциал вот-вот начнётся полностью раскрываться. — заметил Северный Ветер.

— Допустим это так. — вздохнул Ворон. — Но ему только три года. Он ещё слишком маленький. Естественно мы с Аедейл за него переживаем, когда он носится по всему поселению в одиночестве, в место того, чтобы играть в игрушки.

— С ним ведь могло случиться что-то плохое, он мог упасть, пораниться. — воскликнула Аедейл.

— Но ведь не случилось же. — возразил Северный Ветер.

— Но ведь могло же. — не унималась Аедейл.

— Нет не могло. Во-первых, Симур носится не один, с ним всегда Арман. Да он ещё щенок, но фенрир эта вам не комнатная собачка. Даже в столь юном возрасте ему не составит труда защитить от любой опасности ваше ненаглядное чадо. — устало продекламировал Бинар. — Во-вторых, на всём Геферуме вы не найдёте места безопаснее чем поселение нашего клана. И смею Вам обоим напомнить, что ваш старший сын, в его возрасте был точно таким же непоседливым оболтусом. Да и вы в детстве в этом возрасте лазали везде, где только можно было, и где нельзя, кстати, тоже.

Послышался недовольный вздох родителей.

— Послушайте, я прекрасно понимаю причины, заставляющие вас переживать. Но не стоит сразу бросаться в крайность. — сказал Северный Ветер. — Сейчас у Вашего сына идёт активное развитие. В этом возрасте это вполне нормально. Да и учитывая то при каких условиях он родился, его осознанная тяга к знаниям вполне объяснима.

Несколько минут внизу стояла полная тишина. А потом учёный снова заговорил.

— Послушайте, у Симура просто потрясающие данные для столь юного возраста. А его настойчивому упорству, с которым он хочет учится, позавидовал бы любой адепт. Он ведь не спроста сбежал из дома. И в павильоне Звездопада он вовсе не прятался от вас. Он пришёл на мою лекцию чтобы наравне с остальными детьми пройти экзамен. И ведь он его не просто прошёл, но и набрал самое большое количество баллов. Нет, я конечно могу ошибаться, но как по мне, так ему просто самой судьбой было написано оказаться в павильоне Звездопада.

— Вечно ты преувеличиваешь. — возмутилась Аедейл.

— Я серьёзно. Поймите, время идёт, Ваш сын с каждым днём становится старше. Думаете он вам скажет спасибо, когда вырастит, если вы на корню обрубите ему возможность развиваться?

В комнате опять повисла тишина. А Симур весь напрягся, ожидая ответа родителей.

— Шифу прав, рано или поздно Симур вырастит. — вздохнул Бинар. — И вы с этим ничего не поделаете. Как и то, предпочтёт ли он стальной доспех и лезвие меча, дорогой мантии медика-алхимика.

Родители молчали.

— Давайте так. — предложил Северный Ветер. — Раз уж он прошёл мой экзамен, я возьму его в свои личные ученики. Вы ведь как я понял, всё равно не хотите, чтобы он брал в руки щит и меч, так пусть держит скрижаль и стило. А уж за тем чтобы ему всегда было чем заняться я позабочусь. Да и вам проще будет.

— Хорошо. — сдалась наконец Аедейл. — Пусть будет по-вашему, шифу.

— Вот и договорились. Занятия начнутся с завтрашнего дня. А сейчас прошу меня простить, у меня ещё есть дела.

— Я тоже пойду. — сказал Бинар.

— Конечно, конечно. — откликнулась Аедейл.

Послышался торопливый звук шагов, направляющийся к двери, а потом снова повисло молчание. Когда Симур услышал, как по лестнице поднимается отец, он тут же метнулся на прежнее место, и как ни в чём не бывало снова уставился в свиток.

— Очевидно в этом свитке есть что-то весьма интересное, раз ты его так пристально разглядываешь. — усмехнулся Ворон, с любовью рассматривая чересчур серьёзную для трёхлетнего ребёнка мордашку.

Симур печально вздохнул, понурил голову.

— Я не могу прочитать то, что тут написано. — пожаловался он отцу.

Ворон присел рядом с ним на корточки, и взял свиток.

— Хм, техника «Раскрытой ладони», где ты её взял? — задумчиво рассматривая свиток, спросил Ворон.

— Кассиан оставил её в беседке, дня три назад, да так и забыл о ней. — пожал плечами Симур. — А мне стало любопытно.

— Понятно. — вздохнул Ворон. — Я отдам её ему. Что касается самой техники, то ты пока ещё слишком мал, чтобы заниматься подобными вещами. Надеюсь ты меня понимаешь?

Симур, печально вздохнув, кивнул.

— Хорошо. — сказал Ворон, поднимаясь на ноги. — Пойдём.

Спорить Симур не стал. Послушно поднявшись с пола, он молча последовал за отцом.

Следующие полгода, Симура было практически не вытащить из павильона Звездопада. На удивление всех окружающих, и на радость Северному Ветру, Симур с жадностью впитывал в себя огромное количество всевозможной информации.

Учёный просто не мог нарадоваться на столь гениальное чадо, доставшееся ему в ученики. Благодаря своей абсолютной памяти, Симуру совсем не составляло труда в подробностях запоминать лекции учёного, и тут же их ему пересказывать. Поэтому, чтобы юный вундеркинд не скучал на уроках, и не мешал самостоятельно постигать мудрость другим ученикам, Северный Ветер каждый раз приносил специально для него ещё пару тройку толстенных книг.

И спустя два месяца после начала обучения, Симур обратил внимание, что его врождённые способности начинают стремительно обостряться, и набирать силу.

Впрочем, тяга к книгам, не помешала ему за эти же полгода достаточно сильно сдружиться с Энариллаем, Раэлем и Билорном. И хотя эти трое были старше трёхлетнего Симура, заводилой в этой озорной четвёрке, абсолютно всегда был именно Симур.

Глава 4.

— Мне это не нравится Симур. Очень не нравится!!! — прошептал Энариллай, обиженно надувая губы. — Опять нам всем из-за тебя влетит!

— Рилл, хватит ныть. — закатывая глаза прошипел Симур.

— Симур, он прав, если мы попадёмся на глаза мастеру Муну, мало нам не покажется. — заметил Раэль, поправляя сползшие очки.

— Я как самый старший из нас, предлагаю по-тихому отсюда смыться, пока нас не заметили. — предложил Билорн. — Кто за?

— Я. — поддержал Энариллай.

— Я тоже. — поддержал друзей Раэль.

Симур обернулся, внимательно осмотрел своих друзей, и их спутников, беспокойно возившихся в стороне, перевёл свой взгляд на Армана.

— «Ты тоже хочешь вернуться?» — мысленно спросил Симур детёныша фенрира.

— «Зная тебя, на это можно даже не рррасчитывать!!!!» — фыркнул Арман.

Симур кивнул ему и осторожно выглянул из-за угла.

— Он нас вообще слушает? — обеспокоенно спросил Энариллай.

— «Думаю-с-с чччто нет-с-с!» — прошипел Сахешас.

Высунув раздвоенный язык, Сахешас, медленно переполз поближе к Билорну. Вид молодого пятиметрового пустынного василиска мог с лёгкостью напугать любого взрослого. Но Симур, на которого сейчас смотрел Сахешас недовольно подняв голову, даже не обернулся.

Да, Сахешас был очень силён и огромен для своего возраста. Да он был безумно опасен. Да, он был очень ядовит. Вот только нравом этот ползучий гад, отличался от всех своих сородичей, на удивление спокойным и миролюбивым, а иногда даже слегка трусоватым.

Что нельзя было сказать о Деймосе, молодом шипастом нунде Ракеты. Этот ленивый, вредный кошак имел очень отвратительный характер, и был единственным, ну кроме Армана конечно, кто поддерживал любые шалости, и проказы Симура.

Что касалось Элеоноры, огненного феникса Энариллая, то она, как и любая красивая птица имеющая естественно вместо мозгов суповой набор, вечно требовала к себе внимания, и постоянных восхищённых взглядов.

— Симур, ну правда, давай вернёмся, а!!! — жалобно простонал Энариллай. — Ну пожалуйста!!!

Симур медленно развернулся, и посмотрел на своих друзей. Нет конечно с логической точки зрения, то чем сейчас занималась их четвёрка иначе как добровольное самоубийство назвать было нельзя. Но и отступать Симур был не намерен. Тем более сейчас, когда речь шла об его старшем брате.

Пусть он и был ледяным небесным драконом, и единственным гением среди сверстников клана, а также лучшим мастером меча, в то время как в руках самого Симура даже настоящий кинжал был не страшнее ивового прутика. Но всё же поединок, в котором предстояло сражаться Кассиану, мог закончится не лучшим образом. И как раз это больше всего беспокоило Симура. Предчувствие, что малой кровью всё не обойдётся очень сильно пугало его. А так как он был ещё очень маленький, взрослые естественно не стали его слушать, и посмеявшись приняли его беспокойство на счёт детской впечатлительности.

Это злило и в то же время подстёгивало Симура. Никто не хотел его слушать. Что ж пусть так, значит он сам пойдёт и разберётся со всем.

— Я понимаю вам страшно, но только так я смогу помочь брату. — сказал Симур, своей маленькой банде. — Я ведь не прошу идти со мной на полигон. Достаточно того, что вы отвлечёте на себя стражей.

— Стрррашно!?? Рррр-мяу! Да я ем опасность на завтрррак!!! — возмущённо рыкнул Деймос гордо раздув шейный капюшон и ощетинив шипы вдоль хребта.

— «Хочччешшшь пойти в одиночччку-ссс, и загробассстать всссю ссславу сссебе!?!?» — спросил Сахешас заинтересованно склонив голову на бок и высунув раздвоенный язык.

— Я хочу спасти брата. — уверенно сказал Симур.

— А ты уверен, что его так уж надо спасать? — Раэль скептически прищурился. — Он ведь самый сильный и талантливый совершенствующийся в нашем клане, среди всего молодого поколения.

— Меня никто не хочет слушать!!! — Симур обиженно топнул ногой. — Но если ничего не сделать, мой брат может сильно пострадать!!! А я не могу этого допустить!!!

— Почему ты в этом так уверен? — спросил Билорн.

— Я… — вопрос друга заставил Симура задуматься.

С одной стороны, Симур прекрасно понимал возможно взрослые правы, и ничего плохого с его братом не случится. Ну подерётся Кассиан на арене с каким-нибудь монстром, ну получит пару ран и с десяток синяков, что в этом такого? На тренировках он каждый день получает подобные ранения и от этого становится только сильней.

Но с дугой стороны, то что чувствовал Симур, просто не могло быть ошибкой, или детской фантазией. Да и на простое предчувствие чего-то нехорошего это мало походило. Потому что по неведомой даже самому Симуру причине, он это знал на сто процентов.

— Я это просто знаю. — уверенно сказал Симур, спустя пару минут задумчивого молчания. – Ну что поможете мне?

— «Как будто у нас есть выбор!» — курлыкнула Элеонора.

…

Пробраться в подготовленную специально для поединка часть полигона было практически невозможно даже для тренированного практикующегося адепта. Как и узнать, что же будет ждать на арене экзаменуемого.

Но в этот раз всё было по-другому, охранные чары этого места были усилены в несколько раз. Об этом позаботились магистры академии боевых искусств Аураны. Это было великое событие для всех тринадцати кланов оборотней. И ещё более великое событие для клана Статэра, ведь именно на территории этого клана, будет проходить экзамен, на принятие в академию. И в зависимости от того как себя покажут все претенденты, будет зависеть их дальнейшее будущее.

Но во всём этом, что-то было определённо не так и Симур это чувствовал. Более того, его по какой-то неведомой причине, вот уже несколько дней тянуло в это сверх охраняемое место. И эта же неведомая сила подсказывала ему, что если ничего не сделать, то Кассиан может не просто пострадать, но и погибнуть.

Глубоко вздохнув, Симур замер, прислушиваясь к внутренним ощущениям, после чего осторожно выглянул из-за угла.

— «Ты уверррен, что нам нужно именно туда?» — обеспокоенно спросил Арман.

— «Да, это там.»

Дверь, ведущая на полигон, была не заперта, да и смысла особого её запирать не было ведь кто осмелиться в здравом уме лезть на защищённые огромным количеством всевозможных заклинаний экзаменационную площадку.

Охраны сейчас тоже не было, всё-таки ребята устроили хороший переполох, чтобы отвлечь внимание стражи. Особенно постарались Раэль с Билорном. Да и Элеонора с Энариллаем шороху знатного навели.

— «Я чувствую сильную магию!» — обеспокоенно сказал Арман.

— «Я тоже! Пошли!» — ответил Симур и стараясь держаться тени, направился к двери.

Арман опасливо прижав уши к голове последовал за ним. Ему было страшно, очень страшно, Симур это чувствовал. Да Симуру и самому было не по себе, и не будь этой невидимой нити, что вела его сейчас, он бы, наверное, давно развернулся и убежал.

Не успел Симур поднять руку, чтобы коснуться двери, как та сама начала медленно открываться. Заставив Симура нервно сглотнуть, а Армана, испуганно поджавшего хвост, отступить назад.

— «Симуррр, давай уйдём! Пожалуйста, пока ещё не поздно, давай уйдём, а???» — жалобно проскулил Арман.

— «Мы не можем. Пойдём!» — сказал Симур и уверенно шагнул в открывшийся туннель.

Несколько секунд помявшись, Арман осторожно двинулся за ним. Беспламенные факелы, воткнутые в стены сейчас давали очень мало света, а проход ведущий к полигону казался каким-то мрачным, и опасным.

С каждым шагом молодому фенриру было всё труднее и труднее заставить себя сделать хоть шаг. Все инстинкты просто кричали что если пройти ещё немного, то их ждёт неминуемая и весьма мучительная смерть. Воздух вокруг стал словно в несколько раз тяжелее, а тени вокруг начали постепенно сгущаться.

Но что ещё больше пугало Армана, так это то, что с каждым шагом, в Симуре происходили какие-то странные изменения, из-за которых он уже обогнал его на целых два десятка шагов, и уже протянул руку чтобы открыть дверь, которая, как и предыдущая, впрочем, открылась сама.

Стоило этому произойти, как в Армана тут же ударился поток неведомой энергии, заставив припасть к полу. Густую шерсть фенрира встрепало невесть откуда взявшимся ветром, повеяло могильным холодом, а в нос ударил резкий запах гниющей плоти.

— Ррр-ууу!!! Симуррр!!! Прррошу тебя, остановись!!! Нам нужно бежать!!! Симуррр!!! — уже в голос взвыл Арман.

И на негнущихся лапах пополз к стоящему неподвижно Симуру. Ему не хватило нескольких сантиметров, когда Симур резко сделал шаг исчезая в дверном проёме.

— Симуррр нет!!!! — взвыл фенрир, и превозмогая сам себя последовал за ним.

Помещение, в котором они оказались представляло из себя небольшой овальный зал с куполообразным сводчатым потолком. На стенах тускло подсвечивая висели всё те же беспламенные факелы. Выходов из этого помещения было всего два. Один, из которого они пришли, представлял из себя резную каменную арку, с дверью. Второй находился параллельно первому, имел такую же резную каменную арку, но вместо двери в нём была решётка, выкованная из сорцерина*. Пол был выложен гладкой мозаикой, собранной в виде девяти звёздной пентаграммы, над которой прямо из потолка свисал прозрачный меч.

Вот только сейчас прозрачным меч, висящий в пололке не был, он переливался от бледно-зелёного, до серебристо-чёрного цвета. И причиной этому был Симур, который прикрыв глаза совершенно спокойно стоял прямо в центре пентаграммы.

— Симуррр, ууумоляю посмотррри на меня… — чуть ли не плача, окликнул трёхлетнего мальчика фенрир.

И тут же испугано взвизгнув отступил на несколько шагов назад, потому что Симур обернулся. И без того бледное лицо Симура, обрамляемое чёрными как сама тьма длинными волосами, сейчас казалось стало ещё белее, в то время как пухлые губки, имевшие бледно-розовый оттенок, сейчас были ярко-алого цвета. Но напугало Армана не лицо, а глаза Симура. Обычно серо-голубые, искрящиеся внутренним светом глаза, сейчас были чёрно-алыми, холодными провалами в которых плескалось изумрудное пламя.

— Симуууррр… брррат, прррошууу… давай уууйдём отсюда пока не поздно. — проскулил Арман.

— Назад дороги уже нет. — прошептал Симур.

Его голос был тихим и каким-то замогильным, словно не ребёнок стоял сейчас здесь, а тысячелетнее существо, пережившее очень много боли.

— Симуууррр… ууумоляю мне стрррашно!!! — чуть ли, не задыхаясь от взгляда Симура, простонал Арман.

Симур на это лишь моргнул и склонил голову на бок.

— Если страшно, оставайся здесь и жди меня. — спустя минуту молчания ответил Симур.

Медленно развернувшись Симур направился к начавшей подниматься решётке.

…

Ощущения что меня сейчас переполняли я не мог сравнить ни с чем, что мне доводилось ощущать раньше. С каждым шагом который я делал в коридоре, меня словно наполняла какая-то неведомая мне сила. А страх который я испытывал раньше…

Я вдруг осознал, что он был не моим. Да и как я мог испытывать страх перед родной для всего моего существа магией смерти???

Я как-то спросил Северного Ветра, какая по ощущениям магия? Он тогда ответил мне: что магия стихий похожа на ту стихию которую ты используешь, светлая магия ощущается, как нескончаемый поток энергии жизни, а тёмная магия наоборот похожа на ледяное дыхание смерти, что пробирает тебя до самых костей, и отнимает не только силы, но и душу. Тогда я промолчал, ничего ему не ответил, потому что не хотел обидеть. Но если бы он спросил меня тогда, как я чувствую свой врождённый дар, я бы ответил ему: что магия смерти похожа одновременно на все эти описания. Нет, даже не так. Она похожа на водоворот, из всего что только можно представить.

А страх... Странно, я почему-то только сейчас понял, что шёл он от Армана. Это немного раздражало, но мне было сейчас не до него, ведь то, что звало меня из того конца коридора, было чем-то вроде маяка, настолько яркого, что казалось ещё чуть-чуть и я увижу его даже сквозь стену.

Вот я уже потянулся чтобы открыть ещё одну дверь, но она распахнулась сама. В грудь мне ударил настолько сильный поток энергии, что я невольно даже удивился как не отлетел на другой конец коридора. Но вместо этого, я лишь отступил на пару шагов назад. В нос резко ударил удушающий запах гниющей плоти, верный спутник смерти.

Сзади послышался жалобный вопль Армана, но я словно находясь под действием какого-то транса, вместо того чтобы обернуться и броситься к своему спутнику, шагнул в зал вызова соперника. А через несколько секунд уже стоял в центре пентаграммы, а хрустальный клинок, над моей головой переливался от бледно-зелёного, до серебристо-чёрного цвета.

Осознание того, что только что произошло, дошло до меня одновременно с отчаянным криком Армана, который как оказалось всё это время пытался меня остановить. Я повернулся к нему лицом, и так и застыл. Потому что Арман смотрел на меня так, будто перед ним был не я, а сама смерть.

Почему-то этот факт больно кольнул моё сердце. Но боль тут же прошла. Сейчас это было не важно, да и идти ему со мной дальше нельзя.

— Симуууррр… брррат, прррошууу… давай уууйдём отсюда пока не поздно. — проскулил Арман.

— Назад дороги уже нет. — прошептал я.

И не узнал собственного голоса, который стал тихим и каким-то замогильным, словно не я стоял сейчас здесь, а тысячелетнее существо, пережившее очень много боли.

— Симуууррр… ууумоляю мне стрррашно!!! — чуть ли, не задыхаясь от моего взгляда, простонал Арман.

Я на это лишь моргнул и склонил голову на бок. Какой-то периферической частью своего сознания, я понимал, что это явно не нормально, и вся эта ситуация по хорошему счёту должна была уже и меня напугать. Но этого так и не случилось. Я чувствовал, что всё правильно, что всё так и должно быть. А в груди с каждой секундой всё больше и больше разливалось приятное тепло.

— Если страшно, оставайся здесь и жди меня. — спустя минуту молчания ответил я.

Медленно развернувшись я направился к начавшей подниматься решётке. Арман взвыл, я слышал, как он зовёт меня, его отчаянье передавалось мне через нашу с ним связь. Я слышал, как его когти скребут каменную мозаику пола, когда он раз за разом пытается подняться и броситься за мной следом, а также как он каждый раз падает обратно на пол не в силах сделать даже шаг в мою сторону. Что ж так будет даже лучше. В любом случаи, это не его битва.

Стоило мне пересечь черту каменой арки, как решётка снова начала опускаться. Перекрывая все пути к отступлению. Сейчас было где-то около полудня, но из-за закрытого купола, на арене была кромешная темнота, которую разгоняли всего лишь несколько огненных чаш, недалеко от того входа через который я сюда и попал.

Противный запах гниющей плоти усилился раз в десять. Но к моему личному удивлению, мой организм на это никак не реагировал, словно это было чем-то обыденным и привычным. Хотя подозреваю, что унюхай я нечто подобное в другое время, меня бы уже, наверное, раз десять вывернуло наизнанку.

Впрочем, на эту тему я подумаю когда-нибудь потом, потому что на противоположной стороне арены послышалась какая-то громкая возня вперемешку с угрожающим рычанием, шипением, и каким-то заинтересованным фырканьем.

— Как интеррресно! Ссстолько силы и могущессства скрыто в такой маленькой козявке, не годящейссся даже в зубочиссстки! — услышал я вполне осмысленное и несколько озадаченное рычание чудовища, что находилось на противоположной стороне арены.

Я неподвижно стоял на месте, не зная даже, что ответить на произнесённое неведомым мне пока монстром высказывание. Хотя вряд ли мне сейчас стоило этому существу отвечать, ведь судя по тому, что оно сейчас принюхивалось и медленно меня обходило, было понятно, что оно размышляло стоит меня сожрать сразу, или сначала поиграть, а уж потом жрать. Конечно, по-моему мнению, мне ни один из этих вариантов не подходил. Но судя то тому как дрожала земля при каждом шаге этого существа, хотя оно и двигалось практически бесшумно, а также по тому, на каком уровне находились его глаза, я приблизительно представил его размеры. По моим расчётам монстр был метров двадцать в длину, и около трёх в высоту. Тихое шелестение, которое я услышал, когда монстр поднимался на лапы, было свидетельством того, что у существа были кожистые крылья.

Конечно я мог и ошибаться с выводами, но по приблизительным характеристикам я принялся вспоминать все книги по животному миру Геферума что давал мне Северный Ветер, пытаясь приблизительно определить вид этого монстра. Его пол меня как-то не интересовал, потому что стоило ему заговорить, как я сразу же понял, что это самец.

Из задумчивости меня вывело какое-то странное скрежетание, издаваемое этим существом. Хотя стоп, какое скрежетание!? Мне кажется или эта тварь сейчас сидит и с задумчивым видом чешет затылок.

— Хм, интересно, очень интересссно. Я совсем не чувствую ссстррраха! Да и остальных двуногих поблизосссти нет. — задумчиво протянул монстр. — Тебя явно сссюда не пуссскали, но и пррроникни ты без разрешения сссюда, магическая сссирена уже должна была бы орать минут как десссять. Хм, что же мне ссс тобой делать??? Для еды ты явно не пригоден…

— Абсссолютно с этим сссогласссен. Я очень не вкусссный! — спохватился я за промелькнувшую разумную мысль чудовища в моём отношении.

Уж не знаю, что в моих словах было не так, но челюсть у существа явно отвисла, а два огромных глаза, стали больше раза в два. Так он и застыл минут на десять. Я старался на всякий случай не двигаться, мало ли что. И пусть я по-прежнему не испытывал страха, а по моим венам медленно растекалась пробудившаяся магия, нарываться всё же не стоит.

Придя наконец в себя существо медленно поднялось на лапы, и осторожно, явно чтобы не напугать, двинулось на меня. Я не шевелился. Несколько мгновений и монстр полностью выбрался на свет.

Зрелище было просто поразительным. Чёрная, пустынная мантикора, находившаяся на стадии зачатка силы вожака. И вот с этим вот чудовищем предстояло сражаться моему брату!?!?!?! Да у Кассиана просто нет против неё ни одного шанса. И пусть эта клыкастая чудовищная морда, с нескрываемым любопытством обнюхивающая меня, казалась сейчас довольно безобидной, если вообще можно было выразиться так, имея ввиду существо, с лёгкостью убивающего даже дракона.

— Как интересссно. Твои магичессские ядра, ещё даже не начали рассскрррываться, но сссила что уже сейчасссс исссходит из тебя спосссобна уничтожить целый миррр. — задумчиво проговорил мантикор. — До твоего перррвого пррревращение, должно пройти ещё как минимум пять лет, да и зверррь в которррого ты пррревратишся будет волк фенррриррр. Но несмотррря на всё это, ты не только понимаешь меня, но и вполне осссмысссленно можешь ответить мне на языке мантикор!!!

— Северный Ветер расссказывал мне, что всссе члены нашего клана умеют разговаррривать на языке магичессских зверррей. — ответил я мантикору.

— То есссть ты из древнего рода понимающих??? Как интеррресссно, мне не раз пррриходилосссь слышать о вассс, но я и представить сссебе не мог, что когда-нибудь воочию увижу хотя-бы одного из вассс. — заинтересованно рассматривая меня, сказал мантикор. — Как интерррресссно!!! Значит это правда, что всссе понимающие рррождаютссся с этой спосссобноссстью???

По правде сказать на этот вопрос не было однозначного ответа. Конечно одной из базовых способностей, которой клан Статэра отличался от других кланов оборотней, да и впрочем от всего населения Геферума, была способность коммуникативного понимания всех живых существ, а не только своих магических спутников. Вот только мало кто знал, что этой способности члены нашего клана обучались в обязательном порядке с самого детства и среди нашего клана это не считалось чем-то особенным. Хотя если подумать, некоторые члены клана Статэра действительно имели такие врождённые способности. Я был тому живым примером.

Вот только как это объяснить мантикору я не знал. Поэтому просто кивнул.

— Хммм. Интеррресссно. — задумчиво протянул мантикор, устраиваясь возле меня. — И что же пррривело тебя сссюда, понимающий?

— Я пррришёл к тебе из-за сссвоего брррата. — честно признался я.

— Из-за брррата? — изумлённо приподнял бровь мантикор. — И что же ссслучилось с твоим бррратом такое ссстрашное, что ты малявка рррешил в одиночку прррийти ко мне???

— Пока ещё ничего не ссслучилосссь. — ответил я. — Но черррез несссколько дней он может погибнуть.

— И пррричём же здесссь я? — удивлённо спросил мантикор.

— Пррри том, что именно от твоих когтей он может погибнуть. — ответил я. — И именно поэтому я к тебе и пррришёл. Я хочу ссс тобой договоррритьссся.

— Договоррриться?!?! — удивлённо изогнув бровь спросил мантикор.

— Да. — кивнул я.

Мантикор заинтересованно принюхался. Его явно заинтересовало моё поведение. Хотя ещё бы это его не заинтересовало, трёхлетний ребёнок бесстрашно пришедший в лапы к огромному хищнику, который одним своим дыханием мог испугать даже взрослого воина, как ни в чём не бывало, стоит и спокойно общается с ним. Мало того, так ещё и договориться пытается.

— Хммм. Никогда прррежде со мной никто не пыталссся договоррриться. — задумчиво произнёс мантикор. — Что ж, это интеррресссно. Это очень интеррресссно…

_________________________________________________________________________________________________

* Сорцерин -

Глава 5.

Симур лежал на своей кровати, плотно укутавшись в пуховое одеяло. После всего случившегося с ним за весь вчерашний день, его всё ещё бил лёгкий озноб, а внутри чувствовалась непривычная пустота.

Арман свернувшись клубочком, мирно посапывал у него в ногах. Посмотрев на него Симур лишь грустно вздохнул. Хоть после случившегося Арман и не показывал это, но всё же был очень обижен на Симура, за то, что тот фактически бросил его, и в одиночку пошёл на верную смерть.

Раздался стук в дверь, и в комнату вошёл Кассиан. Внешне, Кассиан с Симуром были очень похожи, за исключением того, что Кассиан был достаточно загорелым, цвет волос у него был не чёрным, а светло-каштановым, с несколькими голубыми прядями, да и цвет глаз был невероятного индигового цвета.

— Эй, негодник, спишь? — улыбнувшись спросил Кассиан младшего брата.

— Нет. — ответил Симур приподнимаясь.

Кассиан улыбнулся, прикрыв за собой дверь, он прошёл в комнату, и уселся на край кровати.

— Как ты себя чувствуешь?

Кассиан обеспокоенно осмотрел закутавшегося в одеяло, младшего брата.

— Меня всё ещё морозит. — честно признался Симур.

— Ещё бы тебя не морозило, ты чуть не лишился всех жизненных сил. — Кассиан хмыкнул. — Вот скажи мне пожалуйста, о чём ты думал, когда полез на арену?

— Я хотел тебе помочь пройти испытание.

Старший брат устало покачал головой.

— Помочь он хотел! Ты хоть представляешь, ЧТО!!! то существо могло с тобой сделать, если бы Арман не нашёл мастера Муна и меня?

— Ничего Ирмерон мне бы не сделал. — уверенно покачал головой Симур, и подумав добавил. — Да и тебе теперь вреда не причинит.

— Ирмерон… — задумчиво протянул Кассиан, и снова покачал головой. — Какой же ты ещё ребёнок.

— Как думаешь, мама с папой сильно на меня злятся? — осторожно спросил Симур.

— Они не злятся на тебя Симур, а переживают. — ответил Кассиан, сгребая младшего брата в свои объятья. — Знаешь как сильно они испугались за тебя, когда узнали куда ты залез, и какой опасности себя подверг. Да их ведь чуть удар не хватил!!! Да и меня кстати тоже. И потом, ты ведь прекрасно знаешь какая наша мама впечатлительная.

— Знаю. — тихо прошептал Симур.

Симур не сожалел, о том что пошёл к Именору. Он сделал то что должен был сделать, чтобы спасти брата. Так-же он понимал, что чувствуют сейчас его родители, и какой ужас им пришлось пережить. Но повторись эти события заново, и он бы поступил также.

— Что-то ты притих, братец! — заметил Кассиан. — Не уж то решил заняться самобичеванием?

— Самобичеванием занимаются лишь те, кому есть о чём сожалеть. А те кто уверен в своих действиях, поддаются задумчивой меланхолии. — философски ответил Симур.

— Эй, что я слышу!? Ты сейчас решил Северного Ветра спародировать??? — спросил Кассиан, слегка отстраняясь от младшего брата, и заглядывая ему в глаза.

— Эой! Начинающий адепт академии боевых искусств Аурны, Вы как с мастером разговариваете? Совсем уважение ко мне перестали проявлять! — сказал Симур, в точности подражая Северного Ветра.

— Ах так да? — воскликнул Кассиан еле сдерживая смех. — Ну сейчас я тебе покажу как проявляю к тебе уважение!

Симур успел лишь сдавленно пискнуть, когда Кассиан незамедлительно напал на него, прижал к кровати и принялся беспощадно щекотать.

Комната наполнилась звонким детским смехом.

— Аааахахаха….. Касс… прекра…прекрати… ахахаха. Ты же… ты же знаешь, ахахаха… что я боюсь… боюсь щекотки… ахахаха… — вопил Симур пытаясь вырваться из рук брата. — Аррр… Арман… ахахах… спаси меня!!! Ахахах…

— Ррр, ну никакого спокойствия от вас двоих-рррр. — недовольно произнёс Арман, наваливаясь сверху на Кассиана.

Образовалась куча-мала в самом низу которой оказался непереставающий смеяться Симур. Кассиан с Арманом тоже весело хохотали. В какой-то момент Симуру удалось вывернуться из объятий брата, и теперь уже Кассиан пытался отбиться от младшего брата и его спутника.

— Эй!!! Ахахах… так не честно… вас же двое!!! — возмущался он.

В попытке избежать участи быть до смерти зализанным здоровенным волком, Кассиан перевернулся на бок, и тут-же пожалел об этом, потому что кровать на которой они баловались резко кончилась, и Кассиан свалился на пол. Арман с Симуром тоже не удержались и весело смеясь последовали за ним.

— Ай!!! Ладно, ладно, ладно!!! — завопил Кассиан, когда их шуточная заварушка с новой силой продолжилась уже на полу. — Сдаюсь, сдаюсь… хахах да сдаюсь же сказал!!!

— Точно сдаёшься? — спросил Симур, подозрительно прищурив глаза.

Его лицо наконец-то приобрело здоровый оттенок, в серо-голубых глазах плескался задорный бесовской огонёк. Длинные чёрные волосы Симура растрепались и торчали сейчас в разные стороны наподобие вороньего гнезда. Арман тоже выглядел взъерошенным. Клыкастая пасть волчонка была растянута в довольном оскале, из которой вываливался язык. Глаза горели янтарными огнями, в которых был бешеный азарт.

— Сказал же уже, что сдаюсь. — тяжело дыша ответил Кассиан.

Он устало откинулся назад, облокачиваясь спиной о край кровати. Симур самодовольно хихикая привалился к тёплому боку Армана.

— То-то же! — хмыкнул Симур.

Кассиан на это лишь усмехнулся.

— Ты обязательно поступишь в академию. — сказал Симур немного помолчав.

— Для этого мне нужно сдать экзамен.

— Я уверен, ты обязательно его сдашь.

— Ты этого так хочешь? — спросил Кассиан, задумчиво глядя на брата. — Я думал ты не хочешь чтобы я уезжал.

— Не хочу, но ты ведь всё равно уедешь. — ответил Симур печально вздохнув.

— Угу.

— Знаешь, когда это случится, я буду скучать по тебе. — признался Симур. — Без тебя здесь будет тоскливо.

— А вот это наврятли. — хмыкнул Кассиан. — Ты ведь скоро станешь старшим братом для нашей будущей сестрёнки. И как старший брат, в моё отсутствие, ты будешь обязан присматривать за ней и защищать её. Понял?

— Понял. — улыбнувшись кивнул Симур.

— Тебя всё ещё морозит?

— Уже нет.

— Замечательно. — улыбнулся Кассиан и внимательно осмотрев младшего брата поднялся на ноги. — Раз ты уже окончательно пришёл в себя, то пошли.

— Куда? — удивлённо спросил Симур.

— Как это куда?!! — удивлённо выгнул бровь Кассиан. — В наше тайное логово, куда ж ещё! Или ты забыл, что сегодня звездопад?

— Но мне ведь теперь запрещено покидать дом. — привёл неоспоримый аргумент Симур.

— Ой ли. — хмыкнул Кассиан. — Как будто тебя это когда-нибудь останавливало. Да и родители тебе запретили в «одиночку» покидать дом, а ты будешь не один.

— А ну если так, то пошли. — радостно воскликнул Симур.

Улыбнувшись Кассиан вышел из комнаты, Симур с Арманом последовали за ним. Спустившись на первый этаж, Кассиан зашёл в гостиную.

В камине весело потрескивали поленья, отец что-то задумчиво читая сидел в кресле рядом с камином. На спинке его кресла сидел, чистя своё оперение, Диаваль. Мама сидела напротив него в точно таком же кресле, и как обычно что-то вязала. Алана расположилась возле её ног, лениво катая из стороны в сторону шерстяной клубок.

Симур осторожно выглянул из-за угла, внимательно наблюдая за братом.

— Мам, пап, я знаю, что Симур наказан, но может вы всё же отпустите его со мной? — спросил Кассиан.

— Так. — протянул Ворон. — Куда это вы на ночь глядя собрались?

— К тому-же он ещё даже на ногах не стоит. — обеспокоенно сказала Аедейл.

— Как? Сегодня же ночь Звездопада. Да и Симур уже себя отлично чувствует. К тому же, мы с Авророй лично проследим чтобы этот маленький разбойник никуда не влез.

— Даже не знаю… — обеспокоенно протянула Аедейл. — Дарк, а ты что на это скажешь?

Ворон задумчиво посмотрел на старшего сына, а потом на выглядывающих из-за угла Симура и Армана.

— Ну вот и что прикажите мне делать с этими негодниками!? — картинно вздохнув воскликнул Дарк-Старса.

Симур, поняв, что его заметили подошёл к брату, виновато опустив голову. Арман тоже опустил голову, и с полным раскаянья взглядом, посмотрел сначала на Аедейл, а потом на Дарк-Старса.

— Ладно уж, идите. — сдалась Аедейл. — Но Кассиан, смотри за ним внимательно!

— Правда! — воскликнул Симур, чуть ли не прыгая от счастья.

Аедейл и Дарк рассмеялись и одобрительно кивнули.

— Не переживайте, я с него глаз не спущу. — серьёзно пообещал Кассиан.

— Ладно, ладно, идите уже сорванцы. — сказал Дарк-Старса.

Кассиан кивнул, и подхватив на руки смеющегося Симура, вышел из комнаты.

Когда входная дверь закрылась, Дарк с интересом посмотрел на Аедейл.

— Поверить не могу, что мы отпустили их одних. — заметила Аедейл.

— А кто сказал, что они будут одни?! — весело сверкнув глазами Дарк. — Диаваль, Алана, вы ведь присмотрите за ними?

— Кар, конечно присмотрим. Кар — ответил Диаваль, и тенью вылетел в окно.

— Мррр, не беспокойся сестррра, мы пррриглядим за ними. — поднимаясь на лапы сказала пантера, и потёрлась о ноги. — Мррр а ты позаботься о себе и о ррребёнке, что носишь сейчас под серредцем.

Когда Алана ушла Дарк обеспокоенно глянул на свою жену. Аедейл тепло ему улыбнулась, и снова принялась вязать.

…

— Я поверить не могу, что они нас вот так просто отпустили. — сказал Симур когда Кассиан поставил его на землю.

В темнеющем небе промелькнула тень, и во двор приземлилась белоснежная дракониха. У Симура всегда вызывало интерес, то как эта огромная двадцатиметровая крылатая красавица, в холке достигающая четырёх метров, умудряется уместиться в их дворе, ничего при том не сломав.

— Здравствуй Аврора. — сказал Симур, и улыбнувшись, погладил дракониху по морде.

Аврора блаженно зажмурила глаза, и довольно заурчала.

— «Ну и напугал ты нас малыш!» — услышал Симур красивый переливчатый голос драконихи у себя в голове.

— Прости, что заставил тебя волноваться. — виновато опустив глаза сказал Симур.

— «Больше так не делай!» — сказала Аврора, нежно прижавшись носом к груди Симура.

— Ну что, сам залезешь к Авроре на спину, или тебе помочь? — спросил Кассиан.

— Эй, я ведь уже большой! — сказал Симур, и принялся залезать к драконихе в седло.

Кассиан забрался следом, и закрепил страховочные ремни.

— Ну что, полетели? — спросил Кассиан.

Симур кивнул. Осторожно взяв передними лапами Армана, дракониха оттолкнулась задними лапами от земли и несколько раз взмахнув крыльями, стала набирать высоту.

— Как же красиво! — восторженно воскликнул Симур, когда Аврора набрав высоту застыла в воздухе.

Перед ними открылся просто потрясающий вид: вокруг освещаемые восходящими лунами, высились Северные горы. Они каменными стражами охраняли горные долины, в которых то тут то там, можно было разглядеть маленькие огоньки клановых поселений горных оборотней, сверкающих в наступающей ночи, будто светлячки. А если взглянуть ещё дальше, на восток, то можно было рассмотреть раскинувшиеся за горным массивом раскидистые леса, витиеватые ленты дорог, и кучки людских деревень.

А над головой располагалось бескрайнее звёздное небо. Но не красота сильнее всего пьянила его, а чувство самого полёта. Чувство невероятной свободы полностью заполнило душу Симура.

— Ну как, не страшно? — спросил Кассиан, перекрикивая встречный поток ветра.

— Как мне может быть страшно?! — возмущённо воскликнул Симур. — Летать ведь так здорового!!!! Просто потрясающе!!! Как вы вообще можете спускаться на землю, если здесь так классно?!?!?!

— «Ну, есть и спать нам с Кассианом тоже нужно!» — усмехнулась дракониха.

— Да и тренировки с мастерами никто мне не отменял! — заметил Кассиан.

Спустя несколько часов, Аврора плавно приземлилась на небольшую полянку, с одной стороны окружённую каменистым склоном Медвежьего клыка, и лесом. С другой же стороны, эта полна заканчивалась практически отвесным обрывом, с которого открывался вид на большую горную долину.

Огромный водопад низвергался в широкую реку, стремительно текущую вниз и вскоре впадающую в горное озеро. На его берегу и раскинулось довольно большое поселение клана Статэра, обнесённое с восточной и южной стороны каменной стеной. С запада, поселение защищала излучина реки и озеро, а с севера горный массив.

— Ррр, наконец-то я на земле. Терррпеть не могу такие полёты!!! — недовольно заметил Арман.

— Разве тебе не понравилось? — удивлённо спросил Симур. – Было ведь здорово!

— Это тебе было здорррово и весело. — фыркнул Арман, пытаясь удержаться на лапах. — А у меня от всех этих небесных пиррруэтов голова кррругом идёт!

— «Ну ещё мне тут пожалуйся! Вот пойдёшь домой пешком, тогда и будешь возмущаться!» — обиженно фыркнула дракониха.

— Ррр-вот и пойду, в конце концов, это горрраздо лучше чем лететь в когтях, как добыча!!!!

— Так, а ну не ссорьтесь! — потребовал Кассиан вставая между своей драконихой и фенриром. — В самом деле, какой пример вы подаёте Симуру!?

— «Кстати, о нём. Никто не видел куда он опять смылся?» — спросила Аврора, задумчиво осматриваясь по сторонам.

— Что??? — испуганно воскликнул Кассиан. — Он ведь только был здесь! Симур, Симур, Симур ты где?

— Да здесь я здесь! Чего орёшь так? — отозвался Симур, выглядывая из высокой травы.

— А ты чего меня пугаешь? — возмущённо спросил Кассиан.

— Я тебя не пугал. — фыркнул Симур, и снова скрылся в траве.

— Не отходи далеко. — сказал Кассиан.

— Не переживай. — отозвался Симур. — Я не потеряюсь.

— Я на это надеюсь. — Кассиан обречённо вздохнул и пошёл следом за братом.

Где-то на середине поляны Кассиан остановился. Вытащив из сумки, прикреплённой к седлу Авроры пушистое покрывало, он быстро расстелил его на траве. Как только он это сделал, на него тут же улёгся Арман. Кассиан тем временем развёл небольшой магический костёр, который тут же осветил вокруг себя небольшое пространство, после чего тоже опустился на покрывало облокачиваясь на бок Авроры.

— Кстати, когда начнётся звездопад? — снова показываясь из травы спросил Симур.

— Скоро. — ответил Кассиан покосившись на небо. — Иди сюда.

Симур тоже посмотрел на небо. С каждым мгновением, на бархатно-чёрном, бездонном, небесном полотне появлялось всё больше сияющих словно бриллианты, звёзд. Освещённые сиянием трёх лун, по небу плыли несколько пушистых облаков.

Улыбнувшись Симур последовал примеру Кассиана и Армана. Дул прохладный ветерок, но магический костёр дарил приятное тепло не давая замёрзнуть.

Звездопад начался где-то через четверть часа, после того как они устроились на поляне. Одна за другой, небо расчертили сверкающие полосы.

— Быстрей, загадывайте желания! — воскликнул Кассиан, когда очередная светящаяся полоса расчертила небо.

Аврора что-то довольно промурлыкав, блаженно прикрыла глаза. Арман же немного поглазев на звёздное небо, положил голову на передние лапы и стал медленно погружаться в сон.

Симур же скрестив пальцы на руках загадывал своё единственное желание.

Вот только колесо судьбы уже сделало оборот. Жизнь и Смерть в очередной раз сделали свои ставки. И светлым мечтам Симура в этом мире, просто не суждено было сбыться…

Глава 6.

Полигон арены потрясал своим снаряжением. Теперь это была не просто тренировочная площадка для подрастающего поколения клана Статэра, а настоящее место для сражения. Территория, напичканная всевозможными ловушками, снарядами и препятствиями. К тому же защищённая магическим куполом. Что бы ни происходило сегодня внутри него, наружу не выйдет ни одно заклинание. И никто не поможет молодому адепту во время прохождения экзамена, который начнётся через несколько часов.

Ещё раз кинув обеспокоенный взгляд на арену, Симур отошёл от края парапета. На трибунах собрались уже все члены клана Статэра, а также большинство оборотней из других двенадцати кланов. Но лишь главам кланов, а также членам семей экзаменуемых выделялось отдельное ложе. Всего их было тридцать три. И так как экзамен проводился именно на территории клана Статэра, ложе в котором расположилась вся семья Симура, было одним из центральных.

Собственно само ложе, представляло из себя пустое пространство заваленное кучей подушек. В центре располагался низкий столик с закусками, и кувшинами Волчьего мёда.*

Дарк-Старса поджав ноги расположился в самом центре, на его плече сидел Диавль. Чёрные волосы, гладко зачёсанные в высокий хвост, закреплялись серебряной заколкой. На нём был традиционный шёлковый халат-ханьфу, снежно-белого цвета, с голубым узором на рукавах и воротнике. Перехватывая большую часть талии, его очень хитро подпоясывал ярко-голубой пояс. Поверх него шёл более узкий тёмно-зелёный пояс, и уже затем красный витой шнур, завязанный прямо посередине живота.

Аедейл сидела, привалившись спиной к груди Дарк-Старса. Тёмно-каштановые волосы были заплетены в несколько тонких косиц от виска и пробора, с вплетёнными в них серебристыми нитями, и собраны в высокий хвост, закреплённый рубиновой заколкой. Платье тёмно-алого цвета, с широкой юбкой солнцем, красивыми складками лежало вокруг её ног. Ворот стягивали изумрудные ленты. Широкие рукава платья тоже были стянуты на запястьях, из-за чего казалось, что её руки окружает пышное алое облако. Возле её ног мирно дремала Алана и Арман.

На плечах Дарк-Старса и Аедейл были накинуты изумрудно-зелёные плащи, края которых также были расшиты тонким голубым узором. Чуть выше центра на них располагался вышитый клановый герб: большой чёрный ворон, несущий в клюве алую розу, а окружающий птицу узор складывался в девиз клана Статэра: «Vivere militare est»**. Такие плащи в клане Статэра носили все воины, прошедшие боевое крещение.

На Кассиане тоже был надет такой плащ, но вместо белоснежного халата-ханьфу, на нём как влитые сидели тёмно-синие, почти чёрные доспехи. Волосы были собраны на затылке в аккуратную гулю, лоб перетягивала голубая повязка.

Что касалось Симура, то на нём были подобные отцовским бело-голубые одежды, а волосы, за исключением несколько хитроумно заплетённых косичек, полностью распущены.

— Сынок, какой же ты стал взрослый! — сказала Аедейл, любовно осматривая сидящего на против неё старшего сына. — Казалось ещё вчера ты был таким милым малышом с пухленькими розовыми щёчками, такой аппетитной попкой, которую так и хотелось….

— Мам, умоляю прекрати. Ты меня смущаешь. – возмущённо воскликнул Кассиан. — Ты ведь знаешь, что я уже не ребёнок. К тому же если тебя кто-нибудь услышит, меня просто засмеют.

— Пусть только попробуют тронуть моего мальчика! Сразу узнают гнев разъярённой матери! — воскликнула Аедейл.

— Ну, мам!

— Что, мам? Думаешь я позволю хоть кому-нибудь обижать своих малышей?

— Но ведь я уже не малыш! К тому же Симуру сейчас нужна защита больше чем мне…

— Эй! Не впутывай меня!!! — возмутился Симур, легонько пихнув старшего брата в бок. — Я к сведенью тоже уже большой!!!

Дарк-Старса и Аедейл весело рассмеялись.

— Вам обоим уже давно следует хорошенько запомнить, и принять это как должное, что для меня с матерью, вы всегда будете маленькими. Даже когда сами обзаведётесь семьями.

— Это правда. Даже когда у вашего отца и матери появились вы двое, для меня они так и остались детьми. — звонко смеясь подтвердил вошедший в ложу, высокий темноволосый мужчина.

Одет он был в свою неизменную чёрную тунику, достигающую пола и подпоясанную алым поясом. Из-за этого его и так бледная кожа казалась ещё белее. Длинные иссиня-чёрные волосы, свободно спадали на спину и плечи.

Роувел Эденерис Миригольд Алирон всегда вызывал восхищённые взгляды со стороны женщин. Сложно было сказать сколько ему на самом деле лет, ведь выглядел он всегда не старше тридцати. Но вопреки всем предрассудкам насчёт высших вампиров, был близок только с одной женщиной, Статэра Валериан Тарилин, матерью Дарк-Старса. К сожалению судьба распорядилась так, что она не смогла увидеть своих внуков, покинув этот мир за пять лет до рождения Кассиана.

Для Роувела её смерть стала огромной потерей, но любимый и к тому же единственный сын, как две капли воды похожий на свою мать, стал тем якорем, который удержал его на этом свете.

— Здравствуй, дедушка. — одновременно поздоровилось с Роувелом Кассиан и Симур.

— Здравствуй отец, а я уже стал волноваться, что ты не придёшь. — заметил Дарк-Старса, широко улыбаясь.

— Да разве ж я могу пропустить такое грандиозное событие в нашей семье!?!?!? — наигранно удивился старый вампир. — Я ведь и задержался то не спроста. Ну ка внучок, смотри что я тебе принёс!

Усевшись рядом с Кассианом, Роувел протянул ему длинный футляр, который принёс с собой.

— Дедушка неужели это то о чём я думаю? — воскликнул Кассиан, осторожно принимая футляр.

— Да внучок, это оно самое. — весело улыбаясь, кивнул старый вампир.

Не медля больше ни секунды, Кассиан снял крышку, и тут же восхищённо вскрикнул:

— Ух ты! Я о таком клинке только в книжках читал!!! Спасибо дедушка, это самый лучший подарок, о котором я мог только мечтать!!!

Клинок действительно оказался просто невероятным. Длинная, плетённая рукоять была украшена крупным бриллиантом, вырезанным в форме оскаленной драконьей головы. Гарда по форме напоминала цветок сумрачного лотоса. Ножны были серебристо-стального цвета, и под их гладью отчётливо проглядывался витиеватый магический иероглиф.

— Эдмунд***. — Кассиан нежно погладил иероглиф. — Мне нравится. Очень красивое имя для меча. Дедушка, можно я посмотрю на лезвие?

— Можно, но только сначала засунь палец к дракончику в пасть. — кивнул Роувел, довольно улыбаясь.

Кассиан удивлённо выгнул бровь, но всё же сунул палец в раскрытую драконью пасть, и тут же ойкнул, потому что клыкастая пасть ожила, и больно цапнула палец.

— Знаю, это неприятно, но по-другому привязку не сделаешь. — вздохнул старый вампир, наблюдая как его старший внук, дует на прокушенный палец. Зато теперь этот меч точно твой.

Алые капельки крови моментально впитались в прозрачный кристалл, окрашивая его в серебристо-голубой цвет. Ножны тоже изменились, и теперь стали льдисто-голубыми с молочно-белым оттенком.

— Ну чего же ты ждёшь? Опробуй его! — воскликнул Симур, подсаживаясь ближе к брату.

— А можно? — неуверенно спросил Кассиан.

— Конечно, это же теперь твой меч. — рассмеявшись ответил Роувел и потрепал внука по голове.

Кассиан кивнул и медленно вытащил меч из ножен, лезвие двигалось легко и совершенно беззвучно. Оно было гладким и плоским. Слабо изогнутое одностороннее лезвие в длину было около семидесяти сантиметров, и словно состояло из прозрачного льда.

Балансировка меча была просто великолепной. Кассиану казалось, что это не оружие, а продолжение его руки. К тому же меч был достаточно лёгким. Поднявшись, Кассиан отошёл немного в сторону и несколько раз пробно взмахнул мечом, крутанулся на месте, и сделал резкий выпад вперёд, поражая мысленного противника.

— Да, отец. — рассмеялся Дарк-Старса. — На этот раз ты превзошёл сам себя.

— Ну не зря же меня называют лучшим кузнецом Северных гор. — рассмеялся старый вампир.

— Вот здорово!!! — восхищённо воскликнул Симур, наблюдая за братом, и тут же подскочил к Роувелу. — Дедушка, дедушка, я тоже такой меч хочу!!!

— Ишь какой прыткий! — хмыкнул Роувел, и притянув к себе Симура, посадил его на колено. — Чтобы получить меч, воин должен сначала доказать, что он его достоин.

— К тому же, Симур, ты ещё слишком мал. — сказала Аедейл, безапелляционным тоном.

— Ну и что, что мал! — возразил Симур, и посмотрел на Роувела. — Он мне нужен!

— Зачем он тебе!

— Как, это зачем? Чтобы я смог защищать тебя мама, и мою ещё не рождённую сестрёнку, когда Кассиан уедет в академию! А как я это сделаю без меча?

Аедейл и Дарк-Старса рассмеялись.

— Чтобы их защитить тебе не требуется меч. — сказал Кассиан убирая клинок обратно в ножны, и возвращаясь на прежнее место. — Ты всего лишь должен оставаться собой, и не подвергать опасности себя.

— Но разве так можно кого-то защитить? — удивился Симур.

— Конечно малыш. — кивнул Роувел. — Знаешь, как говорят великие мудрецы нашего мира?

— Как? — спросил Симур, заинтересованно посмотрев на дедушку.

— Самый сильный и великий воин, не тот, кто отнял миллион жизней и выиграл миллиард поединков. А тот, кто умея любить и сострадать, не допустил ни одной смерти.

— Но разве так бывает? — удивился Симур.

— Бывает. — кивнул Роувел.

Несколько минут Симур молчал, задумчиво переваривая услышанное, но потом всё же сказал тряхнув головой:

— И всё-таки мечом защищать тех кого любишь эффективней.

Аедейл и Дарк-Старса на это лишь печально вздохнули. Кассиан хмыкнул, а Роувел снова рассмеялся.

— Да уж, с этим не поспоришь! Что ж маленький негодник, уговорил ты деда. Сделаю я тебе меч. Но только не сейчас, а когда подрастёшь. Договорились?

— Эх, ладно. Деваться то мне всё равно некуда! — грустно вздохнул Симур.

Теперь уже смеялись все.

Где-то через четверть часа за Кассианом пришли мастер Мун-Шан и Бинар.

— Ну что малец, готов к битве?

— Готов мастер.

Поднимаясь ответил Кассиан.

— Хорошо. — кивнул Бинар. — Экзамен скоро начнётся.

Кассиан кивнул, повернулся к родителям и прижав правую руку к груди, опустился на колено. Дарк-Старса и Аедейл кивнули в ответ.

— Отец, матушка, я прошу вашего благословения.

— Оно твоё, сынок. — улыбнувшись ответил Ворон. — Мы верим в тебя, и будем гордится тобой.

— Будь осторожен, сынок. — обеспокоенно глядя на сына сказала Аедейл. — Великий Прародитель будет охранять тебя, и поможет тебе достойно пройти все испытания.

— Я благодарю Вас, и клянусь, что не подведу ваших ожиданий. — воскликнул Кассиан, склоняя голову.

— Поднимись же, Статэра Кассиан, Ледяной дракон, и пусть твой клинок не дрогнет!

— Да отец.

Поднявшись Кассиан направился к выходу.

— Брат постой! — уже у выхода Симур схватил Кассиана за руку.

— Не волнуйся, всё будет в порядке. — сказал Кассиан притягивая младшего брата к себе.

— Я знаю. — кивнул Симур, и вытащив из кармана небольшой овальный камешек, вложил брату в ладонь. — Это защитит тебя. — и уже мысленно добавил. — «Достань его когда увидишь Именора.»

— «Зачем?»

— Это поможет тебе победить. — ответил Симур пожав плечами.

— Ладно. — вздохнул Кассиан, и крепче прижал к себе Симура. — Спасибо братишка. Ну всё отпускай, мне пора идти.

Разжав руки Симур нехотя отпустил старшего брата.

…

— Адепты! — громко вещал Курт Сандэр, архимаг академии боевых искусств Аурны, расположились в центральном ложе вместе с остальными магами академии приехавшими в клан Статэра, чтобы провести экзамен. — Сегодня вас ждёт испытание на выносливость, выдержку и ловкость! Сегодня вы сможете показать всё, на что способны, и применить все свои знания, и умения. На арене вы можете использовать любое оружие. Вы можете использовать любые боевые техники, в том числе и магические техники высшего порядка. Вы также можете использовать собственную магию, но увлекаться ей в начале, всё же я не советую. Ибо тем из вас кто дойдёт сегодня до финального испытания, она понадобится.

Мужчина обвёл суровым взглядом девятнадцать двенадцатилетних подростков, пятеро из которых были девушками.

— Некоторые ловушки сработаны так, что пройти их вы сможете, лишь рассчитывая на свою физическую подготовку. Как уже было сказано, вам объединили два экзамена. В случае ранения, своим лечением, вы займетесь самостоятельно! Те из вас, кто сумеют пройти полосу препятствия без единой травмы, автоматически получат дополнительный проходной бал и по моему предмету, и по основам целительства, который преподаёт в академии Аурны, леди Нэвилин Синдир.

— Я буду внимательно следить за каждым из вас. — мелодичный голос женщины излучал материнскую теплоту, но в то же время был подобен куску стали. — Если решу, что вы не справляетесь и вас ждёт неминуемая смерть, от полученных ран, тогда и только тогда я вмешаюсь в ход экзамена. Это понятно?

— Да!!! — стройный гул голосов был ей ответом.

— Адепты, покажите всё на что вы способны! — вновь взял слово Курт Сандэр. — Итак начнём экзамен! Адепты, пройдите к старту!

На несколько секунд адепты замерли, несколько из них попятились назад, и лишь один юноша сделал уверенный шаг вперёд. Ещё через несколько секунд к Кассиану присоединились остальные.

— Адепты, вы готовы?

— Готовы!!! — хором ответили экзаменуемые.

— Тогда на старт! — воскликнул Курт Сандэр.

Адепты встали у белой полосы, отделявшей их от арены.

— Внимание!!!

Среди зрителей повисла гробовая тишина.

— Вперёд!!! — громогласно скомандовал Курт Сандэр, и для участников открылся проход на арену.

Адепты успели сделать всего три шага, когда в них полетели арбалетные стрелы. К несчастью среагировать успели не все. Четверо отделались глубокими порезами, ещё двоим прострелило ногу, одной из девушек стрела пробила плечо. Что касалось Кассиана, то в первые минуты экзамена, повинуясь своей интуиции, и особенно не раздумывая над тем что делает, юноша ничком упал на землю. Три арбалетных стрелы пролетели всего в паре сантиметров от его головы.

Рыкнув что-то нечленораздельное, Кассиан запустил два пылающих синеватым огнём, пульсара, которые тут же сожгли очередные несколько стрел летящих прямо на него.

Резко подскочив на ноги, юноша выпустил внутреннюю стихию, и всего несколькими нехитрыми движениями создал вокруг себя прозрачный ледяной щит.

Поправив съехавшую перевязь меча, Кассиан обернулся на архимага, который изумлённо подняв бровь смотрел на него. Да что там архимаг, увидев такой колоссальный выброс магической стихии, другие двенадцать кланов резко притихли, в то время как члены клана Статэра разразились громкими аплодисментами и восхищённым улюлюканьем.

Что касалось других пока уцелевших адептов, то они последовали примеру Кассиана, и возведя вокруг себя барьеры, тут же бросились наперегонки.

Цокнув языком, Кассиан отвернулся и не спеша двинулся вперёд, постепенно переходя на бег, совершенно не боясь поймать своим телом ни камень, летящий из мини-пушки, ни дротик со снотворным, ни упасть в ров.

Адепты достигли ровно середины арены, когда магические щиты с хлопком исчезли. Дальше шли ловушки, полностью поглощавшие магию. Высокая стена и канаты, а внизу грязная яма, выпускающая пузыри. К слову смельчак, решивший залезть в неё, с истерическим визгом корчился от боли.

А до канатов ещё нужно было как-то добраться. Кассиан уже было хотел выпустить крылья, но тут же передумал это делать, потому что одна из уцелевших адепток, только поднявшись в воздух и не успев пролететь и пары сантиметров, с пронзёнными крыльями рухнула на землю.

Остальные адепты, видимо желавшие преодолеть этот участок по воздуху, опешили и попятились назад. Кассиан тем временем осмотрелся. Песок под ногами, периметр поглощающий магию, и смердящая жижа, выпускающая пузыри на полметра впереди. А вот что здесь делали камни? Небольшие примерно сантиметров сорок в диаметре, по весу примерно килограммов пять-шесть.

План в голове у Кассиана созрел мгновенно. Подхватив сразу несколько, юноша кинул их в яму, тем самым затыкая поток газов, не давая им прорываться наружу в виде пузырей. Кинув последний камень, Кассиан немедленно прыгнул в яму, на один из них. Несколько секунд и мощный толчок подбросил его вверх, сгруппировавшись, он прыгнул в сторону каната. Ловко ухватившись за него, но тут же чуть не сорвался вниз, потому что последняя оставшаяся на полосе препятствий девушка, последовавшая его примеру, немного не рассчитала траекторию полёта и вместо каната влетела прямо в спину Кассиана, да та на нём и повисла.

— Ты совсем спятила? — возмущённо зашипел Кассиан. — Мы ведь сейчас вниз полетим!!!

— Извини я не специально! — сдавленно кряхтя, отозвалась девушка. — Так получилось! Ой!!!

— Да что ты творишь? — вскрикнул Кассиан когда в очередной раз дёрнувшись, адептка сползла ниже, судорожно хватаясь за пояс штанов.

— Ой, мамочки, я сейчас свалюсь!!! — взвизгнула девушка.

От страха она непроизвольно выпустила довольно внушительных размеров когти. Из горла Кассиана вырвался болезненный рык.

— Ещё раз так сделаешь и точно вниз полетишь!!!!

А тем временем остальные адепты начали преодолевать стену.

— Вы гляньте-ка, любовь на поле боя! — хихикнул один из адептов.

— Смотри штаны не потеряй, Статэра! — поддержал его второй.

— Проклятье!!! — снова рыкнул Кассиан и глянув на дополнительную нагрузку в образе вцепившейся в него девушки, подтянулся на руках, и принялся на нём раскачиваться.

— Ты что творишь придурок? — запищала адептка.

— Вытащить нас пытаюсь! Так что перестань дёргаться и попытайся ухватиться за край стены! — прошипел Кассиан.

— Ты совсем мозгов лишился!? Я же не дотянусь до неё и мы сорвёмся!!!! — зарычала девушка.

— Мы по-любому сорвёмся, если ничего не предпримем! — рявкнул Кассиан, и отпустив одну руку крепко ухватился за предплечье девушки. – Отцепись от меня и хватайся за стену, я тебя подстрахую!!!

С истошным визгом адептка всё же отцепилась от Кассиана и повисла на стене. Мгновение и следом за ней на стену прыгнул Кассиан.

— Ты больной!!! — закричала девушка, переводя дух.

— Ты не лучше! — буркнул Кассиан, и посмотрел вниз.

И тут же выругался. Да уж, экзаменаторы точно сошли с ума! Дальше, примерно метров на десять в длину шли зыбучие пески. Вариант был явно только один, прыгнуть в них и быть тут же поглощёнными ими.

И совсем нестрашными по сравнению с песками казались летящие брёвна и узкая полоска земли по которой следовало пройти.

— Зашибись!

— Эй умник, надеюсь у тебя план есть? — усмехнувшись спросила адептка.

Кассиан на это лишь хмыкнул. Вариантов было всего несколько, первый воспользоваться канатом перевесив его на эту сторону, и раскачавшись попытаться перепрыгнуть зыбучие пески. Второй вариант заключался в том, чтобы использовать магическую силу.

— Надеюсь с магией у тебя проблем нет! — буркнул Кассиан.

— Если продолжишь язвить, они появятся у тебя! — огрызнулась девушка.

— Адепты, Статэра Кассиан и Лаурин Миримэл! — громогласный голос усиленный заклинанием, разнёсся по всей арене. — Вы сдаётесь?

— Ещё чего!!!

— Да никогда!!!

Рявкнули не хуже Курт Сандэра Кассиан и Миримэл. Переглянувшись они выпрямились и на несколько мгновений замерли. Кассиан притянул девушку к себе, и окружил себя и её прозрачным ледяным коконом. После чего Миримэл направила правую руку вниз, и громко закричала.

- Аагрон!!!****

Рёв и последовавший за ним поток пламени вырвался наружу и буквально накрыл пески, даже паре брёвен досталось. Использование базового жеста, не относящегося к заклинанию преобразования стихии в оружие, привело к огромному выбросу магической энергии. За несколько секунд, песок превратился в гладкую поверхность, от которой шёл обжигающий пар. Вот только и для Миримэл это обошлось в практически полное опустошение магического резерва и если бы не Кассиан, девушка точно свалилась бы вниз.

Вздохнув, Кассиан осторожно взяв Миримэл на руки, выпустил два огромных крыла и длинный чешуйчатый хвост. Сгруппировавшись Кассиан спрыгнул на скользкую поверхность. Вот только поверхность оказалась намного коварней, чем могло показаться на первый взгляд. Так что не было ничего удивительного в том, что юноша приземлился не только на ноги, но и слегка неуклюже шлёпнулся на пятую точку. А вот то, что он со скоростью помчится вперёд, стало неожиданностью. Песок стал хуже льда и Кассиана с Миримэл понесло прямо навстречу к брёвнам.

Неуклюже взмахнув крыльями и чуть не оглохнув от визга Миримэл, Кассиан почти всю узкую дорожку земли пролетел на попе. Ледяной щит не подвёл, но всё же юноше пришлось пару раз создать пульсары, чтобы отбить летящий снаряд.

Но даже несмотря на всё это, им всё же удалось пройти полосу. До финиша оставалось всего метров пять. Тяжело дыша, Кассиан слегка приподнялся. Миримэл наконец отцепилась от него и пошатываясь двинулась в сторону финишной черты.

Кассиан хотел было броситься за ней, но интуиция снова дала о себе знать, и в эту же самую секунду, прямо перед девушкой возникла деревянная кукла, служащая всем практикующим членам клана, в качестве снаряда для отработки рукопашного, и ближнего магического боя. Миримэл собрав последние силы выставила магический щит.

Роковая ошибка, стоила девушке паре сломанных рёбер. Магия на этом участке тоже не действовала. Пролетев полтора метра адептка потеряла сознание. Рыкнув Кассиан подскочил к обездвиженной девушке, проверив пульс и убедившись, что она жива, он обернулся и как раз вовремя, потому что деревянное нечто двинулось прямо на него, кружа всеми торчащими из бревна палками.

Кинув быстрый взгляд в сторону главного ложа, Кассиан стал медленно отступать назад, к черте, где магия действовала, параллельно подпуская эту куклу к себе. Резкий прыжок назад и эта гадость устремляется прямо Кассиана. Мгновение и он создаёт ледяной пульсар, посылая его в куклу. Секунда и эта деревянная махина превращается в застывший кусок льда и тут же разлетается на тысячи мелких осколков, от мощного удара мечом.

Выпрямившись Кассиан медленно пересёк финишную черту, и посмотрел на своих будущих преподавателей. Выражения их лиц стали самой лучшей наградой.

— Адепт Статэра Кассиан. – обратилась к юноше леди Нэвилин Синдир. — Я не вижу на вас сильных повреждений. Но вы достаточно сильно опустошили свой магический резерв. Сколько вам потребуется времени, чтобы восполнить свой резерв?

— Около часа. — ответил Кассиан.

— Адепт Статэра Кассиан, отправляйтесь в комнату подготовки. Ровно через час для вас начнётся заключительный этап экзамена.

…

Я взволнованно ждал выхода брата. Снаряды и ловушки которые были частью первого испытания исчезли, и теперь арена представляла из себя пустое пространство.

Несколько долгих минут, прошло прежде чем на арену наконец вышел Кассиан. С виду могло показаться что он был совершенно спокоен, но я на каком-то интуитивном уровне чувствовал волнение старшего брата.

Остановившись в центре Кассиан, как-то отстранённо посмотрел в сторону закрытой решётки.

— Адепт Статэра Кассиан. — обратился к моему брату Курт Сандэр. — Вы готовы к заключительному этапу экзамена?

— Готов.

— Вам по-прежнему позволяется использовать любые боевые техники, магию и оружие. — продолжил Курт Сандэр. — Так же в случаи критической опасности мы с профессором Рим Стиром и леди Нэвилин Синдир вмешаемся в ход испытания.

Кассиан кивнул и повернулся в сторону решётки. Я чувствовал, как поднимается решётка, как по проходу идёт Имерон. Он двигался не торопясь, но каждый его шаг был угрозой.

Сейчас при свете дня Имерон казался ещё внушительней. Чёрная шкура переливалась на солнце, пышная грива взъерошена, ядовитый хвост заканчивающийся жалом угрожающе поднят. И только растянутая в самодовольном оскале пасть давала понять, что убивать сразу мантикор не собирался.

Кассиан попятился назад, и тут же замер потому что Имерон издал громкий рык, и одним прыжком преодолев разделявшее их расстояние, навис над ним, оскалив пасть.

Я замер. Тошнота подступила к горлу. Так остро и всепоглощающе я ещё никогда не боялся. А Кассиан тем временем, медленно достал из внутреннего кармана небольшой овальный камень.

Зрители словно объединились в один слаженный организм – разом притихли. Имерон тем временем с интересом обнюхал ладонь на которой лежал маленький камешек. Громогласно рыкнув несколько раз, мантикор немного опустил голову и ехидно прищурил золотистые глаза.

Кассиан заметно расслабился. Нечленораздельно прорычав мантикору в ответ, Кассиан спокойно сел на песок. Он не пытался сбежать или напасть, а просто с периодичностью порыкивая сидел в позе для медитации, чем ввёл в ступор не только всех зрителей, но, кажется, и мантикора.

— Что происходит? — раздался выкрик с трибун.

— Так не должно быть! — подхвати его другой. — Они не дерутся!

Мантикор заинтересованно повернул голову на голоса. А я в точности повторил его движение, чтобы выяснить недовольно ситуацией зрителя.

— Это провал! — возвестил седовласый мужчина, тот, что яростно желал драки. — Значит адепт не справился!!!

Кто-то эхом подхватил его слова, кто-то наоборот, пытался заступиться. Я же мог только скрипеть зубами. Мантикор недовольно рыкнул, и издевательски посмотрел на Кассиана. Секунда и Имерон бросился на Кассиана. Юноша едва успел сгруппироваться и перекатится в сторону. Там где он только что сидел, хищно оскалив клыки стоял мантикор.

Недовольный зритель поперхнулся очередным воплем и замолк. А у меня чуть не остановилось сердце. Да я с Имероном заключил что-то наподобие сделки, которая чуть не стоила мне самому жизни. Вот только сейчас смотря на этот бой, я мог лишь молиться Великому Прародителю, чтобы эта договорённость была не пустым звуком.

Мантикор тем временем удовлетворённо прикрыл глаза, и припав на передние лапы запустил в Кассиана ядовитыми шипами.

Мой брат петлял от шипов, как заяц от лисы, не давая мантикору нормально прицелиться. Но в какой-то момент Кассиану это надоело, и окутав себя ледяным щитом, юноша остановился прямо посередине арены.

Имерон заинтересованно наклонил голову на бок, и прекратил обстрел. Кассиан сжал кулаки, и тяжело дыша посмотрел на трибуны. Толпа восторженно замерла, ожидая продолжения. Мгновение, и мантикор бросился на него, Кассиан успел увернуться, и сделав сальто назад создал два ледяных фаербола. Сработало, мантикор отвлёкся на них давая возможность Кассиану нанести ответный удар. Вот только он даже с места не двинулся.

— Он что ненормальный? — заорала толпа.

— Жить надоело?!!!

— Используй меч!!!

Имерон уже оправившись от встречи с ледяным фаерболом, недовольно рыкнул, и кинув злобный взгляд в сторону трибун, посмотрел на Кассиана.

Я тоже смотрел на старшего брата. Если Кассиан достанет из ножен меч, то его ждёт смерть. Имерон мне ясно дал понять, что убьёт любого кто направит против него оружие. Но и голыми руками Кассиану его не одолеть. Да даже с мечом у него шансов нет. Я конечно не сомневался в силах и способностях брата, вот только древнее магическое существо, с которым даже взрослые драконы стараются не конфликтовать, говорило само за себя.

Между тем, Кассиан медленно потянулся к ножнам Эдмунда, тем самым вызвав грозный предупреждающий рык со стороны мантикора.

— Нет!!! Касс!!! — закричал я когда лезвие клинка наполовину покинуло ножны, а мантикор приготовился к прыжку.

Солнечный свет отразился от лезвия. Мантикор прыгнул, оскалив жуткую пасть и выпустив когти. Мгновение и Кассиан увернулся, его меч прочертил кругообразную дугу, но к удивлению всех зрителей, даже не коснулся шкуры. Зрители задержали дыхание, наблюдая как мой старший брат, скачет по арене уворачиваясь то от одного, то от другого удара. Не забывая при этом посылать в Имерона фаерболы, и уворачиваться от смертоносных шипов.

Зрители взволнованно охали каждый раз когда Имерону почти удавалось зацепить Кассиана. Но спустя пару минут всё резко прекратилось, а гул на трибунах резко стих. Мантикор замер практически в центре арены, напротив него, тяжело дыша стоял Кассиан. Клинок в руках у моего брата объяло бледно голубое пламя, да и сам Кассиан казалось теперь состоит из него.

— РРРРАРРР ХИРРР МРРРАРРР БИРРР!!!!**** — зарычал Имерон. — ИРР МЯРРР КИРРРЭРРР НИРРРИНРРР АРРР ЕРРРН!!!*****

От этих слов Кассиан вздрогнул. Медленно убрав меч обратно в ножны, Кассиан опустился на колено.

— МАЙРРРИМАРРР ЕРРР ШИФАРРРР!!!******

Произнеся это, Кассиан опустил голову. Имерон одобрительно фыркнул, и тоже почтительно склонил голову.

Гордо подняв хвост и выпятив грудь, Имерон неспешно направился в сторону вольера. Громко лязгнув, решётка захлопнулась. Кассиан поднялся и посмотрел в сторону закрывшейся решётки.

— Это всё? — разочарованно выкрикнул кто-то из зрителей.

Недовольный гул прокатившейся было по трибунам быстро затих, перекрытый усиленным магией голосом архимага.

— Адепт, Статэра Кассиан, поздравляю! Вы блестяще прошли экзамен! Надеюсь в процессе обучения в академии, вы будете показывать такие же результаты!

Кассиан ошарашенно посмотрел на своих будущих преподавателей. Но ответить так и не успел.

— Кассиан!!! — взревела толпа. — Да здравствует Кассиан Статэра, Ледяной дракон Северных гор.

_____________________________________________________________________________________________________

*Традиционный напиток горных оборотней. Изготавливается из забродившего мёда и сливок горных коз. В основном используется в малых количествах практически повседневно, как восстанавливающий силы энергетический напиток, но если добавить в него определённые травы, и выпить достаточно много, то действие этого напита на организм будит идентично действию сорокаградусного спирта.

**Vivere militare est (лат.) - жить значит бороться

***Имя меча переводится как защитник.

****Огонь.

*****РРРРАРРР ХИРРР МРРРАРРР БИРРР!!!! - Узнаю следы былого пламени!!!!

******ИРР МЯРРР КИРРРЭРРР НИРРРИНРРР АРРР ЕРРРН!!! - Но наша битва закончится не здесь!!!

*******МАЙРРРИМАРРР ЕРРР ШИФАРРРР!!! - Благодарю вас учитель!!!

Глава 7.

Ровно полтора месяца прошло с того дня, как Кассиан прошёл экзамен. Гордость, которую я чувствовал за брата, было просто не передать словами. Да что там я, весь наш клан его чуть ли не в герои записал. Да и члены других кланов относились к нему теперь с почётом и уважением. А несколько недель назад даже стали настойчиво присылать в наше поселение брачные дары.

Вздохнув, я посмотрел на входную дверь. Нет, конечно, я был очень рад за брата, вот только осознание того, что он на долгое время покинет дом, не давало мне покоя. А предчувствие чего-то очень плохого, появившееся через несколько дней после экзамена Кассиана стало причиной моих еженощных кошмаров.

— Ррр, ты опять хандррришь бррратец!!! — недовольно заключил Арман, и легонько пихнул меня мордой в бок.

— И вовсе я не хандрю.

— Фрр, нет хандррришь! И не спорррь!!! Или думаешь, что я ничего не понимаю? Ррр, да я знаю тебя как облупленного!!! Мы ведь с тобой связаны, поэтому прррекррращай поррртить и мне и себе настррроение, и давай лучше игрррать в пятнашки.

— Не хочу, у меня нет настроения.

— Ррряв, а это уже не важно, потому что ты вода!!!! — заливаясь весёлым лаем, крикнул Арман, и хлопнул меня передней лапой по спине.

Играть, мне правда не хотелось, но и отделаться от нахального волчонка тоже не получится.

— Ах так!!! Ну тогда держись!!! — крикнул я и бросился ловить Армана.

Через несколько часов из дома вышел Кассиан. Одет он был в дорожный доспех, а из-за спины выглядывала рукоятка Эдмунда.

— Ты уже уходишь? — спросил я, подбегая к брату.

— Да, малыш мне пора. — Кассиан тепло улыбается, и взъерошивает мне волосы.

— Удачи, братик. — ответил я, и улыбнувшись подставился под ласку.

— Спасибо малыш. — Кассиан крепко меня обнял.

— Симур, отпусти брата, ему уже пора. — на порог вышла мама. Её чёрные волосы были заплетены в косу, длиной до талии, фиалковые глаза ласково смотрят на нас с братом. Свободное, длинное платье уже не скрывало довольно сильно округлившийся животик. Рядом с ней сидела Алана, зорко поглядывая вокруг.

Я неохотно отпустил брата и направился к маме. Тут в небе появилась тень, и во дворе приземлилась Аврора. К седлу драконихи были прикреплены седельные сумки.

— Здравствуй, Аврора. — улыбнулся я и нежно погладил дракониху по морде.

— «Здравствуй малыш.» — проворковала дракониха.

— Ну мне пора.

— Удачного пути, и попутного вам ветра. — сказал вышедший отец, и похлопал Кассиана по плечу.

— Благодарю отец. — поклонился Кассиан.

Родители кивнули и крепко его обняли, я присоединился к ним. Махнув на прощание рукой, Кассиан забрался в седло Авроры, и они улетели. Отец с мамой вернулись в дом, а я какое-то время ещё стоял во дворе. Не знаю почему, но на какое-то мгновение мне показалось, что это последний раз, когда вся моя семья была вместе. От этого в горле образовался неприятный комок.

Чтобы хоть как-то отвлечься от дурных мыслей, я пошёл к себе в комнату. Взяв со стола стило, скрижаль, несколько чистых листов бумаги, а также книгу и дневник, я вернулся во двор. Зайдя в беседку, я разложил вещи, открыв учебник, и включив скрижаль, я принялся делать домашнее задание по математике.

Близился вечер, когда меня захлестнула необъяснимая паника. Ещё минуту назад царившая вокруг идиллия, была внезапно нарушена. Громко зазвонил охранный колокол, за которым раздался оглушающий взрыв, а потом ещё один и ещё. Небо заволокло удушающим дымом.

Испуганно вскинув голову, я тут же бросился к дому. Отец с матерью уже выбежали на улицу. За спиной у отца была закреплена нагината*, а в руках он держал пару обнажённых дайсё**. Мама же одной рукой придерживая живот, в другой крепко сжимала двуручную римфею***.

— Скорее, сынок, уходим! — закричал отец.

Над его головой, воинственно каркая и расшиперив железные маховые перья, кружил Диаваль. Алана ощетинившись прикрывала маму. Я с Арманом последовал за родителями. Выскочив со двора, отец направился в сторону главной площади. Но уйти далеко у нас так и не получилось, потому что из ближайшего проулка прямо на нас выскочили облачённые в доспехи эльфы.

— Быстрее назад!!! — закричал отец, отбивая клинками несколько бронебойных арбалетных болтов, и на ходу возводя вокруг нас с мамой магический щит.

— Убить этих мерзких тварей!!! Никакой пощады!!! — услышал я, наполненный фанатичным безумием крик какого-то эльфа.

Я быстро забрался на спину Арману, и он со всех лап бросился прочь. За спиной слышался звон мечей. Откуда-то сбоку раздался истошный вопль, и ещё несколько взрывов. Начался пожар. Арман особо не разбирая дороги мчался в сторону леса, где молодой фенрир мог легко спрятаться.

Я чувствовал страх Армана, да и сам был напуган не меньше. Но хуже всего стала боль, когда метко пущенная кем-то из эльфов стрела, преодолев наложенный отцом щит, пробила Арману заднюю лапу. Истошно взвыв, он споткнулся, и упал. Боль, передавшаяся мне через нашу с ним магическую связь, на несколько мгновений оглушила меня. Я не удержался и кубарем скатился с его спины. Голову тут же пронзила нестерпимая боль, а перед глазами рассыпались алые искры. Из меня словно выбили весь воздух. Судорожно вздохнув я попытался приподнять голову.

Удалось мне это правда только с третьей попытки. Тело совершенно не хотело слушаться, перед глазами всё плыло. Но тем не менее мне всё же удалось рассмотреть Армана, который яростно дрался сразу с несколькими эльфами. Ещё один, с искажённым в безумном оскале лицом, занёс на до мной меч. Но смертоносное лезвие так и не коснулось меня, потому что, яростно рыча, на эльфа бросилась Алана.

Моя голова обессиленно упала обратно на землю. Перед глазами всё потемнело, а сознание медленно уплыло в прострацию. Впрочем, это не помешало почувствовать мне, как чьи-то мощные челюсти, осторожно обхватывают мои рёбра, и резко поднимают моё обмякшее тело вверх.

Конечно такой способ переноски был не очень приятным, но в сложившейся ситуации, выбора у меня не было совсем. В моём положении сопротивляться было просто глупо. Да и при всём моём желании сделать это я бы вряд ли смог, ведь пульсирующая боль в голове была просто невыносимой. Поэтому, чтобы не навредить себе ещё больше, я старался на всём протяжении дороги до леса, не двигаться.

Конечно двадцатисантиметровые клыки матери, обратившейся сейчас в здоровенную пантеру вреда мне не причиняли. Но тряска при каждом её прыжке причиняла пульсирующую в голове боль. Но даже на неё я старался не обращать внимание. Хуже всего стало, когда мама прыгнула в кусты, и дальше помчалась через лес. Ветки кустарника, росшего здесь практически повсюду, нещадно хлестали меня по всему, что только можно, так что через несколько минут такой пробежки, мне пришлось подтянуть колени к голове, и обхватить их руками, принимая в зубах у матери позу эмбриона.

В какой-то момент эта бешеная гонка прекратилась, и меня осторожно опустили на землю. Я приподнял голову и посмотрел на маму, обеспокоенно осматривающую окрестности. Она тяжело дышала, из пасти текла белая пена, а кончик хвоста нервно дёргался.

Стоило мне пошевелиться, и резкая боль тут же пронзила всё моё тело, заставив меня громко всхлипнуть. Из глаз ручьём побежали слёзы. Обеспокоенно мяукнув мама тут же принялась облизывать моё лицо, пытаясь хоть как-то успокоить мою начинающуюся истерику, которая к слову сразу же прекратилась, не успев даже толком начаться.

Да мне было безумно страшно и очень больно, но времени на слабость сейчас не было. Жуткий вой рейхов****, пущенных за нами в погоню, успокоил бы, наверное, даже неразумного младенца. Глухо зарычав, мама снова схватила меня зубами, и что было мочи понеслась через лес.

С каждой минутой, жуткий вой становился всё ближе и ближе. Внезапно стало холодно, и легкий туман побежал по земле, впоследствии становясь все плотнее. А потом всё внезапно стихло. И тут же в маму врезалось огромное, страшное существо. Она не смогла удержать меня. И я кубарем прокатился по земле еще, наверное, метра три, лишь каким-то чудом не сломав себе шею.

Не успел я опомниться, как одно из чудовищ прижало меня когтистой лапой к земле, явно намереваясь раздавить. Мне никогда не доводилось видеть рейхов, даже в книгах, но слухи, ходившие об этих тварях, были явно приуменьшены. Монстр, что сейчас нависал на до мной, был явно неудачным плодом любви ящера, болотного утопца*****, и лесного ждрыха******. Глаза были огромны, и такие черные, что от них веяло холодом. Носа почти не было видно, лишь небольшие щелки. А большой круглый рот, располагающийся на вытянутой морде, обрамляли кривые острые клыки. Вместо кожи у него была серая чешуя, которая становилась легким панцирем на туловище, прикрывая органы. В некоторых местах на этой самой коже находились, струящиеся отвратительной жижей наросты. Мускулистые передние и задние лапы были похожи по строению, на них было по шесть длинных и тонких пальцев с острыми как бритвы когтями.

Чудовище тем временем слегка ослабив хватку, принялось меня обнюхивать, явно раздумывая над тем, как лучше меня сожрать. Меня парализовало от страха, внутри всё сжалось, закрыв глаза я уже попрощался с жизнью. Но тут же снова их открыл, из-за наполненного болью душераздирающего крика матери.

Атаковавшие нас рейхи прижимали её к земле, не давая ей вырваться. Злобно рыча они один за другим впивались в её магические каналы. Она пыталась вырваться, но с каждым движением силы покидали её. Несколько долгих минут и израненное тело пантеры пробила крупная дрожь, из её горла снова вырвался крик. Послышался противный звук ломающихся и тут же заново срастающихся костей. Самым страшным для высшего оборотня, было насильственное обращение. И как раз этим-то и были опасны рейхи. Эти твари не просто высасывали жизненные силы магических существ, но и насильственно заставляли оборотней принимать свою наиболее уязвимую форму.

— Мама нет!!! — завопил я не в силах больше смотреть на то как рейхи издеваются над моей матерью.

Гнев и боль от всего случившегося полностью захлестнули меня, а душу заполнила такая ледяная ярость, которая была способна уничтожить весь мир. Я больше не чувствовал страха, сила что теперь меня переполняла была подобна раскалённой лаве.

Всего один удар сердца, и я инстинктивно высвободил этот бурливший во мне вихрь. Рейх что держал меня, с истерическим визгом отлетел метров на пять, забился в судорогах, глаза твари стали бледными, а в следующую минуту чудовище рассыпалось серым прахом.

Остальные рейхи грозно рыкнув синхронно повернулись в мою сторону. Двое из них недовольно шипя медленно направились ко мне, но когда до меня оставалось сделать всего пару шагов, рейхи жалобно скуля и подвывая отпрыгнули назад.

С трудом поднявшись, и еле переставляя ноги, я поплёлся к израненной матери. Злобно рыча, двое рейхов попытались оттащить её в сторону, собрав остатки сил, мама врезала когтями одной из твари по морде.

— Не троньте её! — закричал я снова закипая.

И что было мочи пнул ближайшего ко мне рейха. Как и первый, он отлетел от меня на несколько метров, забился в конвульсиях и спустя несколько секунд тоже рассыпался прахом. А я наконец дополз до пытавшейся подняться на ноги матери.

— Мамочка держись…

— Симур, оставь меня убегай!!! — падая обратно на землю прохрипела мама.

— Всё будет хорошо. Я тебя защищу.

Злобно шипя рейхи кружили вокруг нас. Но наученные горьким опытом своих отправившихся на тот свет собратьев, оставшиеся в живых четыре твари держались на расстоянии.

— Мммм. — простонала мама, и схватившись за живот попыталась подняться на ноги. — Симур… нам… нам надо уходить… Аааа…

Один из рейхов улучив момент полоснул маму по спине не давая подняться.

— Пошли прочь!!! — закричал я пытаясь отогнать их, но отпускать свою добычу рейхи были явно не намерены.

Ещё где-то около часа я пытался отогнать этих тварей от матери, прежде чем силы полностью покинули меня. За это время рейхи не переставая кружили вокруг нас, с периодичностью нанося всё новые и новые удары по её израненному телу.

В какой-то момент рейхи протяжно завыли, и отступив назад неподвижно замерли, не сводя с нас глаз. Вскоре, вдали послышался стук копыт, многих копыт, который становился всё ближе и ближе. Не спешиваясь, самодовольно усмехаясь, отряд из десяти эльфов, облачённых в испачканные кровью доспехи, остановился всего в нескольких метрах от нас мамой. В руках у них было оружие: в основном взведённые луки, и лишь несколько эльфов держали мечи.

Внезапно я почувствовал, как плечо просто разорвалось от жуткой, пульсирующей боли, по венам разлился жидкий огонь. Из моего горла вырвался крик. Я чувствовал, как тело наливается свинцом. Перед глазами всё поплыло. Я слышал, как переговаривались эльфы, но смысл сказанного ими до меня уже не доходил. Воздух в лёгких закончился, и я провалился во тьму.

_________________________________________________________________________________________________

*Нагината – японское холодное оружие с длинной рукоятью овального сечения и изогнутым односторонним клинком. Рукоять длиной около 2 метров и клинок от 30 до 50 см. В ходе истории стал значительно более распространенным укороченный и облегченный вариант, использовавшийся при тренировке и показавший большую боеспособность.

Интересный факт: Является аналогом глефы (хотя часто по ошибке именуется алебардой), но значительно более легкая.

**Дайсё – пара мечей самурая, состоящая из дайто и сёто. Длина дайто - более 60,6 см, длина сёто - 30,3-60,6 см. Также в качестве сёто мог использоваться кинжал-танто, длина клинка которого не превышала 30,3 см. Так часто поступали, если в роли длинного меча выступал тати.

***Римфея – использовавшийся древними фракийцами железный двуручный меч с длинной рукоятью и однолезвийным, прямым или слегка изогнутым как у косы, клинком. Ранние авторы определяли ромфею также в качестве копья, но сейчас можно считать очевидным, что это был длинный режущий и колющий меч. Тем не менее, эта точка зрения всё же оспаривается некоторыми историками, не считающими ромфею мечом.

**** Рейх – вид магических животных, созданных эльфами для охоты на магов и других магических существ, в чьих жилах течёт демоническая кровь. Рейхи подчиняются только светлым эльфам являющимися истинными друидами-анимагами. Нападают обычно стаями, насчитывающими от трёх до двенадцати особей. Окружают жертву и высасывают из неё магическую силу через жизненные каналы.

Интересный факт: Несмотря на то, что с виду шкура рейха может показаться уязвимой, пробить её практически невозможно. Единственное что может уничтожить рейха, и чего эти твари по-настоящему боятся, это энергия смерти в чистом виде.

*****Болотный утопец – чудовище, встречающееся обычно вблизи болот и болотистой местности, а также пересыхающих водоёмов. Эти существа ростом со среднего человека или выше, тощие, костлявые, с гребнями на загривке и с ластами на ногах, а также тонкими длинными когтями на руках. Утопцы имеют большие выпуклые глаза на вздутой башке с редкими, похожими на водоросли волосами. Покрыты липкой слизью, источающей зловонный аромат гниющей рыбы, которая остаётся на поверхностях, которых они касались. Кожа, имеющая следы гниения, аще всего зеленоватая, либо синяя. Существа эти очень коварны, в группе – очень опасны: так как действуют слаженно, бесстрашно и быстро, ударами когтистых лап сбивая с ног и набрасываясь на жертву всем скопом, полагаясь не на качество, а на количество. В одиночку же данная тварь не страшнее бешеной дворняги. Впрочем, дворняги бывают разные… Особую опасность представляют когти чудовища, отравленные трупным ядом. Уязвимы для серебра, солнечной стали и сорцерина. Однако если утопцу отрубить голову стальным оружием, данная тварь не воскреснет.

Интересный факт: высшие некроманты нередко используют утопцев в качестве питомцев, с целью получения трупного яда.

******Лесной ждрых – вид диких животных, длина тела которых более 2 метров, рост более 1 метра. Имеют шесть ног. Блестящую чёрную шкуру с полосками кроваво-красного и переливчатого синего цвета. Шерсть отсутствует. Низкий выход шеи. Имеют хитиновые пластины на шее, панцирь на загривке и спине. Биолюминесценция для выражения принадлежности к стае в ночное время. Похожая на змеиную, широкая пасть с острыми, прочными зубами. Широкий хвост для поддержания равновесия. Кожистые лапы с противопоставленными большими пальцами. Ждрых обладающий шестью ногами и гибким, могучим телом, способен быстро преодолевать значительные расстояния в погоне за добычей. Масса мозга относительно общей массы тела довольно велика, что указывает на высокий уровень умственной деятельности и распознавания образов, а также развитые коммуникативные навыки.

Глава 8.

Для неопытного глаза военный лагерь эльфов неотличим от окружающего леса. Те же деревья, разве что необычайно толстые и ветвистые. С их ветвей свисает что-то похожее на шипастые лианы, а в кронах, как ни в чём не бывало распевают птицы. Трава густа и высока, словно в поле, а цветов в ней хватит на тысячи венков.

Вот только красота эта обманчива и убийственно жестока. В прочных дуплистых стволах, располагаются темницы и пыточные, пленники из которых живыми не выбираются. Шипастые лианы разорвут на мелкие кусочки любого в чьих жилах даже частично нет эльфийской крови. Густая трава острее любого наточенного клинка, а от одного запаха цветов, у бедолаги забредшего на подобную территорию моментально мутнеет рассудок. К тому же на несколько десятков километров вокруг, располагается болотистая топь в которой живут пикси* и вайривы**.

Именно в подобные места и привозили особо интересные экземпляры тёмных тварей. Их изучали, пытали, выбивая полезную информацию, а потом убивали без каких-либо сожалений.

Линь Саньжень в очередной раз брезгливо поморщился. Новость о том, что в Ци-Вён доставили «свежее мясо», и Верховный адепт Серебряной звезды, культа Света должен прибыть для изучения тёмных тварей, привезённых, как было написано в донесении, из Северных гор несколькими днями ранее, мужчину не слишком то и обрадовало.

На пойманных тварей ему было откровенно плевать, ведь существа в чьих жилах текла демоническая кровь, по определению не имели права на существование, и подлежали немедленному уничтожению. Исключений из этого правила Саньжень не признавал. Жалел он только о том, что силы, потраченные на создание портала-перехода, придётся восстанавливать больше суток, а значит вернуться обратно к прежним делам и саморазвитию он сможет только через неделю. Да и сам Ци-Вён был местом весьма мерзким. А эльфы, что здесь служили, часто забывали о субординации с вышестоящим руководством, и если обычные рядовые вояки хоть как-то сдерживались, то начальники Ци-Вёна считались только с собой.

Но делать было нечего, приказ есть приказ. И командование меньше всего волнует: желает подчинённый его исполнить или не желает.

— Магистр Линь, да прибудет с Вами светлая богиня Жизни. — сложив руки в приветственном жесте, поклонился встречающей его из портала эльф в золотисто-зелёной тунике. — И да благословит Владыка Света трёх-лунный мир.

Смерив подошедшего, оценивающим взглядом, Линь Саньжень поднял руки в ответном жесте, вознося хвалу небесам.

— Свет Владыки не угасаем! Богиня Жизни вечна!

— Истинно так, магистр. — вежливо улыбнулся эльф. — Я надеюсь переход для вас был не слишком утомительным?

— Всё как всегда, военачальник Аларинир, как всегда. — так же вежливо улыбнулся Саньжень.

- Ну если это так, то позвольте мне проводить Вас в мой кабинет, чтобы уладить кое-какие дела. – с поклоном предложил Аларинир. – А потом я прикажу привести в Ваши покои самую лучшую наложницу, дабы вы могли скоротать унылый вечер в приятной атмосфере.

— Хватит Аларинир! — отвращено скривил губы магистр Линь. — Если не хочешь оказаться в своих же казематах в роле пленника, советую забыть о похотливых извращениях, и наконец-то нормально работать.

— Да разве я не выполняю положенных мне обязанностей? — обиженно поджал губы Аларинир.

— По донесениям, которые я просматривал, тебя давно пора под трибунал отдать. — скрипнув зубами процедил Саньжень. — Так что не советую играть на моих нервах. Надеюсь тебе всё понятно?

— Более чем. — отозвался Аларинир, и слегка поклонился. — Прошу магистра Линя не держать на меня обиду. Впредь обещаю быть более сдержанным и тактичным.

— Надеюсь на это. — фыркнул Саньжень.

— Следуйте за мной магистр Линь.

Саньжень кивнул, и направился вслед за военачальником. Поддерживать беседу не хотелось, но из-за правил этикета приходилось себя сдерживать. К счастью Аларинир не был таким уж навязчивым. Да и отповедь, произнесённая Саньженем, по поводу его не компетенции на занимаемой должности, дала понять, что магистр Линь явно пребывает в плохом настроении, поэтому эльф предпочёл молчать.

Кабинет военачальника был достаточно светлым и просторным. Уютная обстановка, впрочем, не была слишком вычурной, что весьма порадовало Саньженя, который несмотря на свой достаточно высокий статус, предпочитал богатым изыскам строгий минимализм, искренне веря в то, что любому кто встал на путь самосовершенствования тела и духа, прежде всего стоит уделять внимание духовному и телесному развитию, а не наращиванию состояния посредством складирования всяких бесполезных предметов, ненужного хлама и мебели, чем нередко грешили его сородичи, превращая свои жилища в нечто напоминающее склад.

Осмотревшись, Саньжень без какого-либо колебания занял высокое резное кресло, в котором обычно располагался военачальник, мужчина с интересом просмотрел последние отчёты. Аларинир же тем временем примостился в соседнее кресло, задумчиво рассматривая что-то в одном из углов кабинета.

— Ты ведь осведомлён, зачем меня направили сюда? — спросил Саньжень, развернув очередной свиток с отчётом.

— Чтобы лично разобраться с пленниками, которых мы захватили при последней зачистке. — пожал плечами Аларинир.

— Верно, и всё это из-за вашего самодурства. Как будто мне заняться больше нечем! — недовольно скривил губы Саньжень. — Или вы настолько обленились, что не можете запытать несколько тёмных тварей? Хотя, судя по отчётам о потерях во время зачистки, твари оказались достаточно сильными, чтобы отстоять свою территорию.

— На их стороне было достаточно много сильных стихийных магов, и даже парочка некромантов, к которым нам так и не удалось подобраться. — пытаясь оправдаться, недовольно скривился Аларинир. — К тому же им помогали магические животные. Да и уровень оборонительных навыков самих этих тварей оказался на удивление высок.

— А то вы не знали этого, когда устроили на них облаву! — саркастически фыркнул Саньжень. — Не зря же говорят: «Пойдёшь на оборотня, нарвёшься на клыки его стаи». Тем более на их то территории.

— Ну их то, тоже полегло немало. — Аларинир грустно вздохнул. — Жаль только в плен удалось взять лишь троих.

— Не сильно то радостное утешение, правда? — ухмыльнулся Саньжень. — Только вот я не пойму, зачем я здесь вам нужен. Или вы сами изучить их не можете?

Аларинир, обиженно поджал губы. Саньжень на это лишь хмыкнул, и снова просмотрел бумаги. Его внимание привлекло изображение чёрного ворона, несущего в клюве алую розу, а окружающий птицу узор складывался в несколько слов: «Vivere militare est».

— «Vivere militare est» - жить значит бороться… хм… — задумчиво протянул Саньжень, и провёл пальцем по рисунку. Слова на изображении казались знакомыми, да и само изображение тоже. — Где вы держите этих пенников? Я бы на них взглянул.

***

Просыпаться было мучительно болезненно. Голова разрывалась от жгучей боли, а по телу свинцовыми щупальцами расползался холод. За все три с половиной года моей жизни, я только сейчас осознал, как всё-таки хорошо быть на три четверти вампиром. Потому что, не будь я им, то ошейник, который сковывал мою шею, просто на просто задушил бы меня. Запястья и ноги у меня тоже были скованны кандалами.

В камере, где нас держали, стояла удушающая вонь, смешение запахов мочи, кала, пота, жидкой грязи, крови и гниющей плоти, с такой силой ударил в мой нос, что к горлу подступила тошнота. А ещё было очень сыро и холодно.

Когда боль немного притупилась, я через силу разлепил веки, и перебарывая сам себя приподнял голову. Несмотря на то, что освещения в камере не было никакого, видел я в темноте прекрасно, впрочем, как и все оборотни. И первое что я увидел, открыв глаза, были наши израненные спутники. Недалеко от меня из цепей рвался Арман и Алана, они отчаянно рычали и фыркали, слышался скрежет клыков по металлу. У Армана была прострелена задняя лапа, и в нескольких местах распорота шкура. Алана была ранена гораздо серьёзнее, помимо многочисленных ран на теле, у неё напрочь отсутствовало одно ухо, и часть хвоста, а на месте правого глаза была рванная рана из которой сочилась кровь.

В клетке под самым потолком беспомощно бился Диаваль.

Позади я услышал болезненный вздох. Обернулся. В нескольких метрах от меня находилась израненная мама, она лежала на левом боку, судорожно обхватив руками живот. Одежда была на ней разорвана, открывая взору ужасные рванные раны, густые длинные волосы растрёпаны и все в колтунах, а некогда прекрасное, родное, любимое лицо было искажено от нестерпимой боли и залито кровью. Её так же, как и меня сковывали цепи, а на шее находился, светящийся серебристо-красным, ошейник.

— Нет, мамочка… — в ужасе прошептал я.

Я даже не замечал, как слезы начали литься у меня из глаз. Я просто не мог поверить в происходящее. Весь мой мир разбился в дребезги, сердце разрывалось от дикой боли и страха, а из горла рвался отчаянный вопль. Я совершенно не знал, каким образом смог доползти, до её израненной ноги, ведь тело меня практически не слушалось. Мне казалось, что я парализован. Но стоило до неё дотронуться, как меня пробила болезненная дрожь.

У меня началась истерика.

— Симур… — позвал отец.

Я вздрогнул и повернулся в его сторону. В нескольких метрах от меня сидел мой отец. Он был в полу-обращённом состоянии. Меня удивило не то, что он был здесь, а его состояние. Вся его одежда была порвана, и в крови, в некоторых местах не хватало кусков оперённой плоти, но самое ужасное - это крыло. У него не хватало одного крыла. Он смотрел на меня с каким-то явным облегчением. В его глазах был страх и что-то еще, чего я не смог разобрать.

— Симур, не плачь. — тихо произнёс отец. — Мы выберемся отсюда. Слышишь?

Всхлипнув я наконец-то смог взять себя в руки и подавить истерику. Мне было безумно страшно, но голос отца действовал на меня успокаивающе. Он говорил, что всё будет хорошо, уверял что весь этот ужас скоро закончится, что мы скоро выберемся. И я хотел ему верить, мне до безумия хотелось верить каждому его слову, каждому его обещанию, до ломоты в костях хотелось, чтобы всё, что сейчас происходит, было всего лишь кошмарным сном, который скоро закончится...

Но это было не так. Место, в которое мы попали, было насквозь пропитано энергией смерти. В камере, где нас содержали, было замучено столько невинных жизней, что их души не могли спокойно уйти. Они плакали и просили пощады, но их отчаянные мольбы оставались безответными. И мы были следующими на очереди.

Но, пожалуй, хуже всего было от осознания, безнадёжности, и обречённости, ведь я ничего не мог сделать. Я не мог помочь Арману, не мог помочь выбраться отцу, или облегчить боль матери, я не мог этого сделать. Я был бессилен. Всё что мне оставалось, это смотреть как отец пытается освободиться из кандалов, как из его стёртых до самого мяса запястий, уже не прекращая бежит алая кровь, как отца уводят на допросы в пыточную, и лишь плотнее прижиматься к измученной, слабеющей матери…

Мне оставалось лишь смотреть, и понимать, что ничего не могу сделать, и ничем не могу помочь. Даже если бы захотел не смог. Что для извергов, пленивших нас, я был не страшнее букашки. Я не мог защитить свою семью, не мог защитить ту, что была мне дороже всего на свете, не мог спасти её, и свою ещё не рождённую сестрёнку, которая медленно умирала в утробе моей матери....

Я был бессилен...

— Потерпи малыш, вот увидишь, мы выберемся. — прохрипел отец, приходя в себя после очередного допроса.

И я терпел...

После вторых суток пребывания в эльфийской тюрьме, силы начали медленно меня покидать. Безумно хотелось есть и пить, но нашим тюремщикам было на это плевать. Пару раз мама приходила в себя, но ненадолго. Очередной приступ боли в её обессилившем теле, лишал её последних сил, погружая в беспамятство.

За дверью снова послышались шаги, и голоса, услышав которые, отец моментально напрягся и подобрался, в его глазах плескалась решимость бороться до конца. Арман и Алана гулко зарычали, и поднялись на лапы.

— Metya-cuil ulundo…*** — говорили приблизившиеся к двери пленители.

— Edro tawaren ando.**** — раздался более низкий, мелодичный голос, от которого у меня мурашки по коже побежали.

Дверь открылась и в темницу вошли сначала два тюремщика, одетые в изумрудно-коричневые, доспехи, которые за прошедшие два дня приходили к нам десять раз, и чей запах я запомнил до конца своих дней. За ними военачальник этого проклятого места, в дорогой золотисто-зелёной тунике, он тоже заглядывал сюда несколько раз, мерзкий тип.

Последним же в камеру вошёл высокий светловолосый мужчина лет двадцати пяти - тридцати с васильковыми глазами. Кожа его была светлая, лицо благородное и утонченное, будто выточенное из лощеного белого нефрита. Одетый в белоснежное облачение из струящейся газообразной ткани с инеевым серебряным узором, с ниспадающими широкими рукавами, и небесно-голубым поясом, мягко очерчивающим талию, мог бы называться священным Небожителем. Он, несомненно, был усладой для глаз и предметом для обожаемых воздыханий всей женской половины Геферума. И лишь взглянув на него, любой бы понял, что перед ним магистр белой магии, практикующий элемент льда и света. На поясе у него висел красивейший серебристо-голубой меч с вправленным в рукоятку сапфиром. Точно такой же, крупный синий сапфир, вырезанный в форме капли был вправлен в серебрённый венец. Запах исходящий от него тоже был весьма необычным. Вместо привычного запаха леса и крови, от него пахло снегом и сандалом.

Появление этого эльфа, шедшего позади всех, заставило отца сначала побледнеть, а потом вспыхнуть в его глазах надежде.

— Линь Саньжень?! Глазам своим не верю. — почти радостно воскликнул отец. — Братец А-Сань, неужели это правда ты? А-Сань, брат, ты помнишь меня? Это я Дарк.

Другие эльфы удивлённо замерли. Я с удивлением всмотрелся в лицо того, кого мой отец назвал «братом». И действительно, он был очень похож на моего отца. Да что там просто похож, если не считать разный цвет волос, глаз, и эльфийские уши, то их можно было бы назвать близнецами. Вот только мой дядя радость от встречи с моим отцом явно не разделял. От услышанного его губы скривились с такой брезгливостью, как будто перед ним находилось самое мерзкое существо на Геферуме. В глазах плескалась ярость и ненависть.

— Nai undume maluva le, ulundo!!!***** – прорычал дядя, глядя на отца. – Как смеешь, ты! выродок преисподней, называть меня «братом»?! Или ты думаешь, что вправе считать себя на ровне с теми, в чьих жилах течёт благородная кровь светлых Богов? Да кем ты себя возомнил, нечисть проклятая!?

Надежда, вспыхнувшая в глазах моего отца, моментально потухла.

— Линь Саньжень!!! Как ты можешь так говорить, мы ведь из одного калана!!! — рассерженно рыкнул отец. — У нас ведь с тобой одна мать!!!

Наблюдавшие за всем происходившим эльфы, предвкушающе загоготали. От этого смеха я вздрогнул, плотнее прижавшись к бессознательной матери, я предупреждающе зашипел, обнажая небольшие клычки, досставшиеся мне в наследство от деда вампира.

— Магистр Линь, глядите-ка, выродок этой мерзкой, брюхатой шлюхи вздумал скалится на Вас. — усмехнулся эльф в золотисто-зелёной тунике. — Нам, его наказать за это, или вы сами разберётесь со своим «племянничком». Хотя вы, как самый благородный последователь Высшего Пути Света, вряд ли захотите марать об это ничтожество руки. Впрочем, если то, что сказало это мерзкое животное правда, то я не вижу в этом ничего зазорного. Кровь от крови всё-таки.

Дядя побледнел и сжал в руках меч, с отвращением глядя на нас.

— Немедленно замолчите!!! — явно теряя контроль, прошипел Линь Саньжень оборачиваясь. — Что касается Вас, военачальник Лаос, то советую хорошенько подумать прежде чем открывать свой рот в моём присутствии!!! Или хотите разделить судьбу подобной твари???

Эльф в золотисто-зелёной тунике, обиженно поджал губы. Остальные же эльфы испугано отступили от своего командира немного назад.

— А лично, тебе я отвечу! — всё также шипя, произнёс Линь Саньжень, поворачиваясь теперь уже к моему отцу. — Я истинный последователь Великого Пути Света. Твой чёртов клан, как, впрочем, и весь ваш проклятый, демонический род, давно пора стереть с лица земли!!! Что касается той мерзкой шлюхи, которую ты называешь матерью, очень надеюсь, что она горит в аду вместе со всеми выродками подобными вам.

— Да как у тебя язык поворачивается такое сказать!!! — закричал отец. — В какое тогда чудовище превратился ты Саньжень, если называешь женщину, что подарила тебе жизнь такими словами!!!

— Это мне говорит безжалостная тварь с демонической кровью, незнающая что такое честь и добродетель. — скривился Саньжень. — Вы мерзкие выродки убиваете без разбору, вгоняя в страх обычных мирных жителей!

— Да нас не зря боятся, но за последние пятьсот столетий, мы ни разу не вступали в эту проклятую войну. Наш клан, как и остальные двенадцать, держит нейтралитет. — сердито рыча процедил сквозь зубы отец. — К тому же, даже в неурожайные года, ни один оборотень не опустится до того, что станет разорять мирные поселения. Пусть во мне и течёт демоническая кровь, пусть оборотни и отличаются свирепой жесткостью в бою, но мы в отличии от вас знаем, что такое мораль и добродетель. И в отличии от вас, мы скорее умрём, чем предадим своих сородичей.

— По милости вашей добродетели, погибло несколько сотен эльфов.

— Они погибли, потому что напали на нас! Мы защищали свой дом, как и любые другие расы защищали бы свой!

— У погибших тоже были свои семьи, разве справедливо было лишать их жизни? — с лёгкой усмешкой подал голос военачальник Лаос.

— А разве справедливо было убивать наши семьи и наших детей? — не выдержал отец и с силой рванулся из цепей. — Разве справедливо держать в плену беременную женщину и трёхгодовалого ребёнка?! Разве справедливо мучить тех, кто не может даже защититься!? Да как вы можете называть себя после этого последователями Света?!

— Именно потому, что мы убиваем тварей подобных вам, свет не покинул этот мир. Владыка Света справедлив, а щедрость его безгранична. — чуть ли не затопив слюной всю камеру, продекламировал Саньжень фанатично воздев руки к небу.

— Владыка Света справедлив, а щедрость его безгранична. — вторили ему другие эльфы, а у меня мороз по коже пробежал.

— И мы подобно Ему защищаем этот мир от зла. Истребляя нечисть, Мы, дети Света, несём мир на земли Геферума. Мы отчищаем мир от зла. — фанатично продолжил свою проповедь Саньжень.

— Вы убиваете невинных женщин и детей. — зарычал отец. — Разве этому учит Владыка Света? Что плохого сделал клан Статэра, что вы решили уничтожить его? В чём виновен мой сын и моя беременная жена?

— Твоя жена виновата в том, что породила выродка, обладающего тёмным даром. — с отвращением произнёс Саньжень, покосившись на меня. – И носит ещё одного. Впрочем, лучше я скажу носила.

Саньжень выхватил меч из ножен, и подошёл к нам с матерью. Я видел, как от ужаса и безысходности перекосило лицо моего отца. Слышал, как из цепей яростно рвутся Алана и Арман. В клетке под потолком бился Диаваль. Они ничего не могли сделать. А я был единственным кто был рядом с ней. Да, я был слаб, да мне было страшно. Но в каждом оборотне, на уровне инстинктов заложена защита более слабой особи. Любой оборотень, будь то взрослый сильный мужчина, седовласый старик, или мальчишка, не прошедший боевого крещения, всегда встанет на защиту самки и её детёныша, и не отступится, даже зная, что погибнет. Будет биться до последней капли крови, до последнего вздоха, до смерти, своей или врагов.

Беременная женщина, жизнь которой решил оборвать Саньжень, была моей матерью, и я никак не мог допустить её смерти. Собрав все свои силы, что ещё оставались во мне после двух дней плена, я особо не задумываясь что будет со мной, да в то момент мне это было не важно, с рыком бросился на чудовище, что занесло над ней меч.

Боль от соприкосновения с заговорённой одеждой была сильной, но это меня не остановило. Вцепившись мёртвой хваткой в рукав Саньженя, я сомкнул свою челюсть на его запястье. Жаль только, что вреда мой укус вряд ли принёс. А позорный крик Саньженя, скорее от неожиданности, чем от боли, сменился дружным хохотом остальных эльфов.

— Что смешного? — спросил Саньжень, пытаясь стряхнуть мою слабеющую тушку со своего белоснежного ханьфу. — Заткнулись! Живо! — рявкнул магистр Линь.

Эльфы тут же замолкли, а Саньжень, за волосы оторвал меня от своей одежды, и со всей силы швырнул об стену.

От удара о жёсткую стену, из моих лёгких разом, вышибло весь воздух. Я отчётливо услышал, как у меня внутри громко хрустнули рёбра, и от боли чуть не сошёл с ума. Но сознание я так и не потерял. Приложив просто титанические усилия, я через силу заставил свой организм наполнить лёгкие воздухом.

После третьего такого судорожного вздоха, боль слегка утихла. Но мне тут же стало не до неё. Саньжень снова развернулся и поднял свой ледяной меч.

— Нет, мама!!!! — закричал я, пытаясь из последних сил подползти к ней.

Я не мог убить чудовище, что стояло возле моей матери, но я мог попытаться спасти её жизнь и жизнь своей ещё не рождённой сестры, закрыв своим телом. Вот только, удар об стену был слишком сильным и болезненным, а моё тело слишком слабо и беспомощно. И даже учитывая тот невероятный рывок, в котором я бросился её закрывать, я опоздал. Я так и не успел закрыть её собой.

Саньжень без сожаления занёс меч над моей матерью и резко вонзил его ей в живот, и тут же вынул уже окровавленное лезвие. За мгновение до этого по камере разнёсся крик моего отца:

— Сын, не смотри!

Но я так и не смог закрыть глаза. Боль от потери разорвала мне сердце и душу. По темнице разнёсся истерический вой Аланы, которая после гибели моей мамы, принялась с утроенной силой рваться из цепей, яростно желая отомстить за смерть своей сестры.

Слёзы лились из моих глаз теперь сплошным потоком. Желудок свело от судороги, а кровь из смертельной раны у неё на животе, вытекала толчками, заливая мои руки. В её бездыханном теле ещё оставалось тепло, которое уходило, из неё с каждой каплей крови. Я не мог их спасти, не мог вернуть две души в бездыханное тело. Я был бессилен.

Тщательно протерев меч обрывком какой-то ткани, магистр Линь Саньжень брезгливо поморщился, откидывая испачканный материал в сторону, после чего достал небольшой нож из складок своих одежд. Серебристо-красный светящийся метал, покрывали витиеватые символы.

— Ты не хотел, чтобы твой выродок это видел. Что ж, как скажешь, он ничего больше не увидит. — проговорил, Саньжень смотря на моего отца с ядовитой усмешкой, после чего схватил меня за грязные волосы и тут же потянул на себя.

— Линь Саньжень, не смей!!! Не трогай моего сына!!! — закричал отец, отчаянно пытаясь выбраться.

Почувствовав боль, я попытался вырваться, но не смог даже голову отстранить. Последнее, что я увидел – это длинные эльфийские уши пленителя, да отблеск серебристо-красного клинка. А потом Саньжень резко полоснул меня ножом по глазам. Сначала по левому, а потом по правому.

Боль была настолько сильной и невыносимой, что от истошного крика я тут же сорвал голос и потерял сознание.

__________________________________________________________________________________________________

*пикси – вид существ, обитающий на Геферуме, исключительно в непосредственной близости от эльфийских поселений и обладающих злобным и достаточно кровожадным для светлых существ характером. И хотя пикси не превышают размером двадцати сантиметров и выглядят весьма безобидно, для большинства разумных обитателей Геферума легче сразится с разъярённым драконом, чем набрести на рой пикси. В их слюне содержится нервнопаралитический яд, а любого нарушителя границ эти с виду безобидные создания разорвут на мелкие кусочки, так что останутся одни только косточки.

Интересный факт – по отношению к эльфийской расе пикси агрессии не проявляют, к тому же многие эльфы держат их в своих домах качестве помощников. Ещё один интересный факт заключается в том, что несмотря на то, что от своих жертв пикси оставляют только обглоданные до белизны косточки, всё остальное время они являются вегетарианцами, предпочитая мясу листья растений, ягоды, орехи, грибы и фрукты. На магию у пикси иммунитет, тем не менее их может отпугнуть энергия смерти, присутствующая в ауре любого некроманта.

** вайривы – существа полностью аналогичные пикси по всем характеристикам, но живущие исключительно в лесных водоёмах, либо в болотах.

***Metya-cuil ulundo. – (Эльф. Яз.) буквальный перевод: Положить конец жизни извращённых тварей.

****Edro tawaren ando. - (Эльф. яз.) буквальный перевод: открой древесные врата. Но так как обычно при переводе на общий язык (на котором на Геферуме в основном все и общаются), данная словесная загогулина используется только по отношению к настоящим огромным воротам, то белее точный перевод на общем будет на самом деле значить: открой дверь.

**** Nai undume maluva le, ulundo!!! - (эльф. яз.) буквальный перевод: Да поглотит тебя бездна, извращённая тварь!!!

Глава 9

Сплошная непроглядная тьма, боль и холод. Мучительный холод, что забирал те мизерные крохи жизни, которые оставались в маленьком тельце, сжавшемся в комочек у ног бездыханной женщины. Рвущийся из цепей израненный мужчина, воющий не столько от физической, сколько от душевной боли, бессилия и отчаянья. Хрипящая, доживающая свои последние минуты, израненная пантера, что в порыве безумия отгрызла себе лапу. И ворон бьющийся в клетке прямо над головой, пытаясь выбраться из клетки.

Он и сам до сих пор бессильно рвался из цепей, отчаянно пытаясь выбраться. Выл в голос чувствуя как весь его мир разбивается на осколки. А те, кто вырастил его, заменив родителей и став семьёй, медленно умирают на его глазах. Собственную боль перекрывала та, что испытывал сейчас бессознательный, сжавшийся в комочек Симур. Вот только цепи были слишком крепкие, да ещё и пропитанные ненавистной эльфийской магией.

В очередной раз из-за всех сил рванувшись из цепей, Арман услышал лишь противный хруст ломающейся кости, а дальше вспышка безумной боли. Взвыв Арман обессиленно упал чувствуя как силы покидают его.

Тьма забытия вскоре отступила, ему казалось что это был лишь миг. Но сколько времени прошло на самом деле, Арман не знал. К ним уже несколько дней никто не приходил. Боль сковывавшая его тело чувствовалась как-то притуплённо. Пошевелив повреждённой лапой, Арман заскулил. Было очень больно, но сильный зуд последовавший за болью, ясно говорил о том, что кость уже начала очень активно срастаться. Плотнее сжав челюсть, волчонок приподнял голову и посмотрел в ту сторону, где лежал Симур. Понять жив он или мёртв, было сложно, из-за того, что перед глазами всё расплывалось. Но даже так он видел, что Симур больше так и не пошевелился с тех самых пор, как истекая кровью и мучаясь от невыносимой боли, инстинктивно ища защиты, подполз и прижался к бездыханному телу матери. Заскулив, Арман прислушался к себе, отыскивая слабую, но всё ещё целую нить, что связывала его душу с душой Симура. Малыш всё ещё был жив.

— Арман... как он... Симур... он ведь ещё... — еле слышно прошептал Ворон, явно боясь услышать самое страшное.

— Ррр-Нет. — с трудом проговорил Арман и стиснув зубы, попытался подняться на лапы.

— Слава Великому Прародителю... — несколько облегчённо вздохнул мужчина, по щекам которого текли слёзы и посмотрел в сторону клетки. — А Алана?

Прижав уши к голове, Арман посмотрел в сторону изуродованного тела пантеры, что лежала в лужи собственной крови. Из горла волчонка вырвалось скорбное завывание. Поджав губы, Дарк с огромным трудом удержался от того, чтобы вновь не завыть от горя, что разрывающего ему сердце. Поджав губы, Ворон на мгновение зажмурился. На мгновение в темнице повисла тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием.

Диаваль всё это время бившийся в клетке напряжённо нахохлился и замер, смотря на израненного мужчину. Он как никто сейчас чувствовал боль, что передавалась к нему от Дарка, но был бессилен. Клетка в которой н находился, полностью блокировала его магию, а выбраться з неё самостоятельно он был не в силах.

— Насколько сильно ты ранен, Арман? — открыв наконец глаза, спросил Дарк.

Услышав вопрос Арман замер и внимательно прислушался к себе. Всё тело ныло от многочисленных ссадин и ушибов, сильно болел правый бок на котором уже затянулся глубокий порез, но больше всего беспокоила сломанная передняя лапа и простреленная задняя. Но это было мелочью, по сравнению с тем ужасом, который у него вызывала медленно слабеющая нить душевной связи с Симуром. По сравнению с этим любая, даже сильная боль от смертельной раны, казалась лишь царапиной. Сжав челюсть и утробно зарычав, Арман рывком поднялся на лапы и морщась от боли, с ненавистью посмотрел на ненавистную решётку.

— Ррр-Недостаточно сильно, чтобы перррестать пытаться вырррваться из этой пррроклятой клетки. — посмотрев наконец на мужчину, ответил Арман.

— Хорошо. — кивнул Дарк и с трудом поднялся на ноги, натягивая цепи. — Тебе это не понравиться, но ты должен сейчас сделать следующее...

***

За прошедшие полторы недели с того момента как они оказались здесь, пожалуй самым невыносимым для Армана стало ожидание. Минуты медленно текли одна за другой, заставляя напрячься и обостриться всем чувствам в несколько раз. И даже после стольких дней голодовки, непривычная сытость разливающаяся по всему организму, не могла их притупить.

Вздохнув Арман облизнул нос и тут же отвращёно поморщился, чувствуя на языке привкус крови и плотнее зажмуривая глаза. За всю свою жизнь, волчонок ещё не чувствовал такого отвращения к крови и мясу, которое было у него сейчас. Но обстоятельства были такими, что другого выбора у него не было. Он должен выбраться из этой клетки, должен спасти едва дышащего Симура, что по прежнему прижимался к трупу матери. Но для этого ему самому надо было восстановиться и пополнить силы, а это значило, сто надо было поесть. Предложение Дарка и Диаваля сначала повергло его в шок и вызвало такое отвращение и бурю эмоций, что когда он попытался откусить от тела лежащей возле него мертвой пантеры, то его скрутил мощный рвотный спазм. Но по другому было просто никак. И сквозь то и дело подступающие позывы отвращения пришлось чуть ли не давиться, пока от мертвого тела не остались лишь шкура, да крупные кости, разгрызть которые он был не в силах.

Тихо рыкнув, Арман медленно втянул воздух стараясь отогнать ненужные мысли. От долгого лежания без движения в одном положении, мышцы медленно начали затекать, но надо было ждать. Так прошло ещё по меньшей мере около трёх часов, прежде чем послышались шаги и недовольные, ненавистные голоса эльфов, что наконец-то приближались к их темнице. В клетке над головой завозился Диаваль, послышался звон цепей, которыми был прикован к стене Дарк и в камере вновь повисла тишина.

Время шло очень медленно, а напряжение с каждой минутой нарастало всё больше.

— Edron.1 — услышал Арман перед тем как дверь отворилась.

Медленно выдохнув, он тут же втянул как можно больше воздуха и задержал дыхание, попутно замедляя биение сердца. Теперь всё зависело от того, подойдут к нему или нет. Эльфы тем временем вошли в их камеру. Их было четверо.

— Fiu, isi lu khre iru tiania ulundo.2

— Iu lu quget. Folte narferisa lim rui onoi merssa.3

— Tianu ulundo otehro canuris, yeter. — после этих слов, послышался глухой удар и тихий треск костей, за которым послышался болезненный рык Дарка. — Chenu? Fmin ru quget.4

Арман с с трудом удержался от того чтобы не рыкнуть и не подскочить на лапы. Вот только сейчас это было делать нельзя потому что шаги нескольких эльфов, приблизились к его клетки.

— Lo esses Siliress, isi lu ulunhir! Luilu naeri candet, hi tianua!5 — воскликнул один из подошедших к клетке эльфов.

— Nyra-iru jrstibu iu tenin quroc. Tinoi-folt vincurym shirguzy suthun tunder iu sundorym.6

Послышался громкий удар по металлической клетке, в которой находился Диаваль.

— Tianyu merssa indari.7

— Hm, lim-ru shirguza purho lu verdeli, rudo onoi makhen haas, makne haa gvilbired en nerher, tupeles naeri othatury un merdoger.8

— Mulpidi pel merssa? Allrim, lunseri canur zi marfir.9

Снова послышались шаги, а по рёбрам Арману прилетел сильный удар палкой. И лишь каким-то чудом волчонок смог выдержать его не выдав себя.

— Corghel gei canur, volra dugor ru iu uytiru.10

— Yu athan indari merssa, sut iu crambor.11

— N-iena, carilvar Sunhgen lu octacyr rotho, lim rui ensi licru merssa.12

— Bow vimdiro. Tian epero lu holia turstul. Isverent firun filit iu edron amnu nerher. Burilu sintaru magtere iu vunhin cheltys athan iu rotho lim tindemir iru miohr, аyu pelra vunhin istralvar uyruny ish harvin iu alcalyn tianiy uyftyr, ayu pelra hatlis iu dohury, abi hravi suyrultim lu asterul.13

Арман услышал как дверь клетки открылась и в неё вошло несколько эльфов, один из которых присел прямо перед ним на корточки, явно собираясь его разделать. И тут внимание эльфов отвлёк на себя Дарк.

— Твари, клянусь прародителем, я уничтожу весь ваш род!!!! — с нескрываемой злобой прорычал он, послышался звон цепей.

Элыфы тут же обернулись на звук и засмеялись, но смех их продлился недолго, потому что от следующего рывка Дарка, камень в который было ввинчено кольцо, к которому крепились цепи, наконец-то не выдержал и вылетел из стены. Послышался болезненный вскрик стоящего ближе всего к Дарку эльфа. Услышав его, Арман тут же подскочил на лапы и вцепившись замешкавшемуся эльфу в шею, дёрнул его в сторону. Послышался хруст позвонков, а противник обмяк, не успев оказать сопротивление. Второй эльф тут же метнулся к незапертой двери клетки, но внезапно оживший железнопёрый ворон, подлетел и вцепился ушастому когтями в лицо, тут же принимаясь выклёвывать ему глаза. Вскрикнув от боли и охватившей его паники, эльф попытался отмахнуться от чертовой птицы, но прыгнувший сзади Арман, вцепился эльфу в плечо и рванул его назад, опрокидывая на спину. Ушастый упал на спину, не дав ему опомниться, Арман тут же вцепился клыками ему в шею, в пасть волчонка тут же хлынула горячая кровь. Эльф забился в предсмертных судорогах и на последнем издыхании попытался схватиться за оружие, но сделать это не успел, так как наступив когтистой лапой ушастому на разодранное когтями Диаваля лицо, Арман вырвал ему кадык. По телу эльфа прошлась судорога и он окончательно затих и волчонок тут же обернулся.

Пока спутники расправлялись с двумя эльфами, Дарк успел проломить голову ближайшему из троих, вырванным из стены вмести с цепью камнем. Второй эльф оказался куда удачливей. Ушастый успел пригнулся, пропуская булыжник над головой и тут же перехватив цепь, дернул Ворона на себя, в то время как третий выставив меч перед собой, шагнул вперёд, намериваясь заколоть его мечом. Вот только удача была явно не на стороне дезориентированных эльфов. Видя приближающуюся смертельную опасность, Дарк сделал шаг вперед и в сторону, моментально сокращая расстояние несущимся на него эльфом. От этого движения, цепь ослабла. Поняв свою ошибку, ушастый попытался нанести рубящий удар, но было уже поздно. Три моментальных шага, слившихся в одно движение и блок руки, толчок в спину, подсечка левой ноги, для того, чтобы противник потерял равновесие и ещё шесть моментальных шагов, пока ушастый не опомнился. Как результат: цепь накрепко смотала Дарка и эльфа спина к спине. Дальше всё произошло практически мгновенно. Эльф с которым Ворон был связан, со всей дури саданул ему локтем в сломанное ребро. Зарычав от боли, Дарк дернул руку, по прежнему сжимающую меч, на себя и ударом кулака выбил локоть в обратную сторону. Визг ушастого огласил камеру, одновременно с этим, Ворон перехватил выпавший из руки меч, который тут же вошёл в грудь эльфа, до этого державшего цепь. Видя что его приятель явно проигрывает, он решил отпустить цепь и достать бывшего пленника кинжалами, но и ему не повезло. Пронзивший его меч, попал прямо в сердце, а рука с кинжалом с разгона опустившаяся вниз, вошла в изгиб шеи последнему в этой камере противнику Дарка.

Отпихнув от себя труп ушастого, Дарк чуть отклонился в сторону и перехватив меч, перерезал умирающему позади него ушастому горло. Тело несколько раз дёрнулось и повиснув на цепи, стало заваливаться на пол. Тяжело дыша и слегка покачиваясь, Дарк сплюнул сгусток крови и дёрнул за цепь, вытягивая её из-под мёртвого тела. Диаваль зависший рядом с приоткрытой клеткой в которой всё ещё находился Арман, уселся на один из трупов.

— Победа-ррр!!! — довольно прорычал волчонок.

— Кар, это только начало, так что не радуйся слишком. Кар. Место где мы находимся, буквально кишит ушастыми, да и ловушек вокруг него много. Кар. — подал голос Диаваль и блеснув глазами, клюнул мертвого ушастого. — Кар. Добраться до леса будет тяжело. Кар. Нам нужны силы. Кар.

— Да, но сначала нужно избавиться от цепей. — хрипло отозвался Дарк.

Этот бой дался ему очень нелегко. Из открывшихся ран бежала кровь, а боль и слабость затуманивали разум. И лишь благодаря упрямству и осознанию того, что он должен спасти сына, и его спутника любой ценой, не позволяло ему упасть и потерять сознание. Тяжело дыша, прихрамывая и пошатываясь, Дарк подошёл к одному из тел и принявшийся его обыскивать.

Найдя ключи от кандалов и кристал-артефакт, позволяющий открыть ошейник сдерживающий магию, Дарк сразу направился к клетке с Арманом. Сняв с него цепи, он тут же развернулся и направился к сыну, на ходу снимая кандалы и ошейник с себя. Усевшись возле него, мужчина осторожно отцепил бессознательное тело своего малыша от ноги умершей возлюбленной и осторожно уложил его на свои колени.

— Симуррр... — позвал Арман, подходя ближе и тыкаясь носом мальчику в руку.

— Кар. Не мешай ему, ты там сейчас не поможешь. Кар. — слегка раздражённо сказал Диаваль перелетая к волчонку на спину.

— Ррр-но... — возмутился было Арман, но тут же осёкся и заскулил от боли, получив болезненный удар клювом в голову. — Ррр-ааай, больно!

— Кар. Никаких но. Кар. А не знаешь чем себя занять, так не теряй время и восстанови силы за счёт трупов враговрагомв. Кар-кар. Нам скоро понадобятся твои силы. Кар. Или посторожи дверь, если есть не хочешь. Кар.

— Диаваль прав. А я пока помогу Симуру прийти в себя. — проговорил Дарк, откидывая в сторону кандалы и ошейник.

— Кар. Идём. Кар-кар. — схватив когтями Армана за шерсть, Диаваль захлопал крыльями и потянул в сторону.

Прижав уши и вздохнув, Арман поплёлся в сторону двери. Дарк тем временем запрокинул голову Симура и приоткрыл ему рот. Сосредоточившись на остатках своего магического резерва, он прокусил своё запястье.

— Transfusio vitae. 14 — прошептав заклинание и перенаправив поток магии к кровоточащей руке, он поднёс её к губам Симура, тщательно следя за тем, чтобы его малыш не захлебнулся начавшей заполнять рот кровью.

Через несколько минут, рефлекторно сглатывая кровь, Симур поморщился и закашлялся. Дарк тут же убрал руку и чуть приподнял начавшего приходить в себя ребёнка. Больше всего мужчину беспокоили две раны на лице сына. Пусть они уже и не кровоточили но выглядели прост ужасно, да и вряд ли в ближайшее время смогут затянуться. Ворон поджал губы от бессилья, слишком хорошо он знал последствия нанесённых сорцерином ран.

— Ммм... аааай... — еле слышно простонал Симур и потянулся дрожащей ручкой к лицу.

— Я знаю волчонок, очень больно, но трогать нельзя. — прошептал Дарк, осторожно перехватывая руку сына и осторожно прижимая его ближе к себе. — Я постараюсь облегчить твою боль, но придётся потерпеть. Главное не открывай глаза. Хорошо?

Прошептав это, Дарк приблизился к лицу сына и осторожно провёл языком по страшным ранам. Дёрнувшись, Симур жалобно пискнул и попытался отстраниться, но крепкие руки отца не позволили ему это сделать. Когда Симур наконец перестал сопротивляться и немного расслабился, Дарк отстранился и внимательно посмотрел на свою работу, а после перевёл взгляд на труп ближайшего к нему ушастого.

— Арман подтащи его ко мне, нужно перевязать Симуру раны на лице. —попросил Ворон нервно пыхтящего у двери волчонка.

Как только подошедший Арман это сделал, Дарк быстро осмотрел эльфа и осторожно пересадив дрожащего сына к боку лёгшего у его ног Армана, принялся быстро стаскивать с остроухого верхний доспех, добираясь до более менее чистой ткани. Оторвав довольно внушительный кусок и разорвав его на лоскут, мужчина осторожно перевязал раны на лице Симура.

— Кар, тебе бы тоже не помешало раны перевязать. Кар. — заметил Диаваль, с беспокойством смотря на мужчину.

Дарк на это замечание лишь грустно улыбнулся и покачал головой. Недовольно каркнув на это, Диаваль затих. Ему не нужно было слов, чтобы всё понять, слишком хорошо он знал Дарка.

— Нужно скорее выбираться отсюда. — проговорил Дарк, после чего осторожно усадил тихо всхлипнувшего Симура к Арману на спину. — Держись крепко и что бы не случилось не отпускай. Ты понял меня Симур? Не отпускай его ошейник.

— Д-да... — всхлипнув, еле слышно прошептал Симур, крепко сжимая ручками ошейник.

— Хорошо... — кивнул Ворон и вытащил из тела ушастого кинжалы, поднялся и прохромав к следующему, забрал ножны для кинжалов, а так же ключи и кристаллы, после чего поднял с пола меч. — Диаваль, лети вперёд и разведай всё. Мы пойдём следом. Я первый, Арман ты сразу за мной. В драку не ввязывайся. Как выберемся, уходи сразу в тени. Диаваль поможет добраться вам с Симуром до леса за топями. Ты всё понял?

— Рррр-да, понял. — кивнул Арман.

— Хорошо. — кивнул Дарк и последний раз глядя в сторону покойной жены, выскользнул из темницы следом за вороном.

_________________________________________________________________________________________________

1 Edron. - (Эльф. яз.) Открывай.

2 Fiu, isi lu khre iru tiania ulundo. - (Эльф. яз.) Фу, ну и вонь от этих тварей.

3 Iu lu quget. Folte narferisa lim rui onoi merssa. - (Эльф. яз.) И не говори. Такое ощущение что они все подохли.

4 Tianu ulundo otehro canuris, yeter... Chenu? Fmin ru quget. - (Эльф. яз.) Эти твари очень живучие, смотри... Видите? Я же говорил.

5 Lo esses Siliress, isi lu ulunhir! Luilu naeri candet, hi tianua! - (Эльф. яз.) Во имя Света, ну и мерзость! Вы только гляньте, на этого!

6 Nyra-iru jrstibu iu tenin quroc. Tinoi-folt vincurym shirguzy suthun tunder iu sundorym. - (Эльф. яз.) Чего-то подобного и следовало ожидать. Всё-таки эту облезлую шавку несколько дней не кормили.

7 Tianyu merssa indari. - (Эльф. яз.) Этот умер похоже.

8 Hm, lim-ru shirguza purho lu verdeli, rudo onoi makhen haas, makne haa gvilbired en nerher, tupeles naeri othatury un merdoger. - (Эльф. яз.) Хм, что-то шавка даже не двигается, хотя все предыдущие разы, каждый раз бросалась на клетку, стоило только войти в темницу.

9 Mulpidi pel merssa? Allrim, lunseri canur zi marfir. - (Эльф. яз.) Может тоже подох? Эльрим, проверь жив ли выродок.

10 Corghel gei canur, volra dugor ru iu uytiru. - (Эльф. яз.) Сучёныш ещё жив, правда долго он не протянет.

11 Yu athan indari merssa, sut iu crambor. - А волк похоже сдох, как и ворон.

12 N-iena, carilvar Sunhgen lu octacyr rotho, lim rui ensi licru merssa. - (Эльф. яз.) Н-да, магистр Саньжень не обрадуется тому, что они так быстро умерли.

13 Bow vimdiro. Tian epero lu holia turstul. Isverent firun filit iu edron amnu nerher. Burilu sintaru magtere iu vunhin cheltys athan iu rotho lim tindemir iru miohr, аyu pelra vunhin istralvar uyruny ish harvin iu alcalyn tianiy uyftyr, ayu pelra hatlis iu dohury, abi hravi suyrultim lu asterul. - (Эльф. яз.) Без разницы. Это уже не наша забота. Вытащите дохлую птицу и откройте мне клетку. Нужно содрать шкуру и вырвать клыки волку и тому что осталось от кошки, а также вырезать магическое ядро из груди и желудка этой псины, а также сердце и печень, пока туша гнить не начала.

14 Transfusio vitae (Transfusio mortis). - (всеобщий язык магии) Переливание жизни (Переливание смерти). Заклинание позволяющее перелить жизненную или магическую силу при частичном или почти полном её истощении у того кому её переливают. Данное заклинание не относится исключительно к целительскому типу, так как не лечит, а передаёт силы от донора к акцептору, следовательно его могут применять не только светлые но и тёмные маги, в том числе некроманты и маги крови. Хотя что касается некромантов, то оно эффективно до момента обращения в высшую нежить или лича. В этом случае, магами тьмы и повелителями мёртвых используется заклинание «Переливание смерти». Заклинание может быть использовано любым практикующим или магом достигшим «девятого уровня духовных основ».