Тень мира

Глава 1. Первые сны

Грохот копыт, перезвон железа и дикий рык сержанта возвращают восприятие действительности черноволосому юнцу, что ещё недавно шёл записываться добровольцем в сотню "Цепных Псов ", а теперь оказался посреди бойни с армией соседнего королевства Гранар.

-Держать строй, сучьи дети! Копейщики, бей! Выкормыши бездны, только попробуйте подвести корону - достану после смерти! Где поддержка эти "грамотеев"?!...

Дальнейшее изречение юноша уже не слышал, так как отдал всего себя бою. Блок, укол, поворот меча, извлечение, блок. Трудно было сказать, сколько прошло времени. Да что там, трудно было сказать, идет ли оно вовсе. Мышцы давно налились свинцом и "горели" при каждом усилии. Взгляд затуманен, во рту пересохло. Та броня, что закрывала самый минимум, который, впрочем, при работе с командой щитовиков был вполне достаточен, казался таким тяжёлым и неудобным, будто весил с тренированного коня.

- Арбалеты зал... - договорить десятник не сумел, так как торчащий из шеи арбалетный болт заставил его пасть навзничь, булькая пузырьками крови, держась обеими руками за рану.

Враг же навалился с новой силой, особенно учитывая тот факт, что их враг вставал на трупы павших, тем самым получаю преимущество в высоте.

С ревом, который больше свойственен зверям, нежели людям, ветераны армии Империи Квиртан, начали рубить мечами, используя щиты, скорее, как ударно-дробящее оружие, нежели защитное снаряжение. Новобранец уподобился старшим товарищам, рубя все на пути. И пусть меч часто отскакивал от доспехов, но чаще он находил незащищенную часть тела, оставляя алые полосы на коже и одежде, что быстро начинала пропитываться кровью. Уж неизвестно, по воле случая, добрых богов, корыстных демонов или благодаря навыкам, буквально вколоченным в юнца, но, нанося, может, не самые серьёзные раны, однако и сам оставался без сильных повреждений. Поголовье нападающих сокращалось, но и защищающиеся численность сохранить не смогли.

Быстро оглядеться, понять, что отошёл от своих слишком далеко, для появления хотя бы возможности вернуться к товарищам. Это же заметил один из ветеранов

-Не щелкай еблом, шкед!

Напряжение, выставить щит, принять укол копья на защиту, отвести его в сторону, выпад клинком в глаза, попадание. Горячая кровь полилась на руку. Провернуть и вытащить меч, отойти на шаг назад. Принять меч на щит, после чего нырнуть в сторону от полуторника, чтобы уже в следующую секунду закрыться трупом от болтов. Пусть и с огромным усилием, потерей меча, но от болтов спастись удаётся, но инерция, переданная телу, общая усталость парня и неудобное положение тела опрокидывают его на прочие трупы. Воин с полуторным мечом, доспехом, покрытым кровью, закрытым шлемом, подскоком оказывается рядом с лежащим юношей. Страх в глазах, выброс адреналина и труп пусть и не летит под ноги, но уж не закрывает новобранца. Нащупать нож на поясе, рывком уйти в ноги воткнуть плохо обработанные железо в сочленение доспехах на ноге под коленом, перекат в сторону, удар щитом в забрало. Воин упал на спину, но врагов ещё очень много.

Свист. Даже не так, СВИСТ, будто нечто огромное с большой скоростью падает на головы всей толпы. Враги в ужасе собираются в круг и активируют светящуюся полусферу, после чего немного меняют порядок и перестраивают её в подобие копья.

Рывок к своим. Вероятно, это поддержка тех самых "грамотеев". Прыжок на гору трупов, оттолкнуться, сбросить мешающий щит. Со стороны товарищей активируется такая же защита, с каждой секундой наливающаяся алым цветом, гораздо более яркой, чем у противника. Нырнуть в лужу крови, прикрыться трупами. Вспышка, нестерпимый свет и жар, нагревающаяся кровь, запах паленого мяса, боль.

**********

С криком проснуться в пустой однокомнатной квартире, оглядеться со страхом в глазах, проверить нож под рукой, надёжно закрепленный на корпусе кровати.

На часах 05:40.

-Вашу мамашу! Ну и сон, впечатлений, етить его в тудыть, на весь день.

Рывком фигура скидывает одеяло, поднимается с кровати и идёт в полной темноте на кухню. Открывается дверца шкафчика, рука начинает шарить по содержимому. Ругань, пара шлепков по ламинату, включённый свет, возвращение черноволосого парня к шкафчику.

- Нахуй так жить. Где чай?! Твою ж

Раздается звонок в дверь.

- Не понос так золотуха. - закрытый с хлопком шкафчик, решительный шаг в сторону входной двери, с лицом а-ля "подходи ко мне прохожий, будешь в пятку биться рожей", продолжающий звенеть звонок.

В глазке виден сосед в растянутой майке, заспанным видом, трезвонящий в дверь.

Последняя рывком открывается, немного пугая нежданного посетителя. Взгляд двух ярко зелёных глаз впивается в гостя, источая раздражение и даже злобу.

- У вас все нормально? Кто-то так кричал, подумал, может, случилось чего.

Немного опешивший юноша по новому взглянул на щуплого и, казалось немолодого неравнодушного, в глазах которого читалось беспокойство и... страх? - Да, все в порядке, просто кошмар. Чаю предложить не могу, так как нет его, а кофе не пьём. Воды?

- Ну, уже хорошо, - лицо разгладилось, выдох облегчения, - могу принести. Я чай не так часто пью, а мне на днях подарили пачек 5, сейчас принесу!

И, не став слушать, пошёл вниз по лестнице пару пролётов.

- Ага, день начинается просто отлично, - стоя в одних трусах произносит среднего телосложения парень, смотря пустыми глазами в никуда.

Глава 2

Хозяин квартиры прикрывает дверь, отправляясь к шифоньеру в спальне, насвистывая (точнее пытаясь) какую-то мелодию себе под нос, изредка цепляясь взглядом ясных зеленых глаз за редкие трещинки на потолке.

- Неприлично как-то, надо хоть что-то надеть.

Идя по коридору однушки, оставшейся от бабушки, умершей с месяца 4 назад, у юноши потемнело в глазах, в ушах раздался свист, словно бы контузило, резкая головная боль заставили недавно проснувшегося опереться на стену, чтобы просто не свалится. Однако как быстро это состояние пришло, также оно и исчезло, будто и не было ничего.

- Ухтыблять, - видимо, что-то на французском произнёс владелец квартиры, все ещё опирающийся на стену.

Медленно распрямляясь, чтобы не спровоцировать ненароком второй приступ того, чего сам больной не понимал, он, наконец, заметил вторую картинку, будто кто-то очень криво наложил в фотошопе полупрозрачную картинку солнечного неба. Моргание не помогло. Если закрыть глаза, то картинка становится ярче и чётче. Стук в дверь прерывает попытки сбросить наваждение, заставив парня дрогнуть. -

- О-открыто, - наконец,отойдя от стены, практически давший петуха молодец открывает шкаф, беря черную футболку и спортивные штаны.

В это время сосед по подъезду, иногда шаркая, прошел на кухню, где со скрипом отодвинул стул, положил на стол пачку чая из среднего сегмента, да встал у окна, глядя на просыпающийся город. Свет на кухне включен не был, так что видно было хорошо, как поочередно зажигались люстры и лампы в окнах соседнего дома, как пока еще редкие прохожие тянулись к дороге, где расположилась автобусная остановка.

В это же время, юноша пытался проследить следы недавнего недомогания, но с удивлением обнаружил, что их нет. При том, не просто нет, он стал чувствовать себя... лучше. Не в плане, что "затянулись старые раны", но, будто кто-то с несколько минут назад поставил инъекцию глюкозы. Что там тело, само видение уже стиралось из памяти, будто утренний туман под порывами ветра. Вследствие чего расстояние до шкафа было преодолено, его дверцы открыты, а свободные спортивные штаны и чернильно-черная футболка уже висели смятыми на теле.

- Ну, теперь хоть человеком выгляжу, - произнесено, впрочем, это было крайне недовольным тоном, после чего, шлепая об пол, парень отправился к нежданному гостю. Хотелось крикнуть, чтобы тот поставил чайник, но что-то остановило. Быть может, воспоминание о недавней боли, а может и еще что-то, чего он сам не знал.

-Красиво. Люблю просыпающийся город, он кажется таким... размеренным, таким уютным. Жаль, что это не более, чем иллюзия. Впрочем, зачем омрачать и без того мрачное утро, правда? - на последних словах незнакомец отклонился вполоборота, чтобы встретится взглядом с хозяином квартиры, но тот уже рылся на полке в поиске приличных кружек или, хотя бы, стаканов. Не дождавшись хоть какого-то ответа, визитер вновь обратился к окну.

Щелкнул электрический чайник, послышался звук наливаемой в кружки горячей воды, шум от этикетки чайных пакетиков, после чего исходящая паром посуда с негромким "тук" опустилась на стол.

Длинноволосый сосед, отвернувшись от созерцания города, занял ранее отодвинутый стул, и втянул носом пар. Хозяин квартиры же решил первым прервать тишину. - Мы так и не представились. Меня зовут Сергей Воронов, ударение на последний слог, если что. Для друзей, впрочем, Ворон, - протяну руку сказал мученик кошмара с причёской а-ля Элвис. - А меня Елисеем звать, - крепко ответил на рукопожатие гость.

Резкая вспышка боли по телу и писк в ушах.

***

Свет бьёт по глазам, спину неприятно холодит жидкость. Сильный запах мели и горелого мяса бьёт по ноздрям, вызывая рвотные позывы. В ушах все ещё звенит после недавнего (или уже давнего, судя по солнцу, прошло около трех часов). Попытка скинуть трупы не приводит ни к чему, кроме как новой вспышке боли по всему телу. Сдавленный хрип вместо в крика вырывается из пересохшей глотки, слегка обдувая потрескавшиеся губы. Хлюпающие по крови шаги нарушают мерное карканье воронья, летавшее над местом недавней бойни. - Где ты? Я слышал хрип. Помоги найти себя! - довольно высокий голос уже не мальчика, но ещё юноши без труда проходил сквозь лёгкий писк в ушах, изначально казавшийся колокольный перезвоном. - Я-а-а, - попытки сказать "я здесь" не увенчались успехом, но не видимому помощнику хватило и этого, так что уже через пару новых шлепков о хлюпающую землю, спасшуюся от выгорания только благодаря невероятному количеству крови, пролитому за сегодня, одно за другим тело начали покидать" холм" из трупов обоих сторон конфликта. Когда же последний мертвец покинул "баррикаду", укрывавшую от смерти солдата, то над лицом последнего возникло знакомое лицо. Лицо Елисея.

Глава 3

Неприятная, но слабая боль, словно бы далёкие круги на водной глади постепенно истончались, постепенно уходила с лица. Но практически стальная хватка на плече, далёкие возгласы слегка высокого голоса. Зрение больше напоминало таковое у новорождённого, нежели у двадцатилетнего парня. Вторая... Рука(?) легла в область подмышки, после чего страдающего бережно вернули в положение, что называется, лицом в стол.

Некие непонятные слова лились сплошным потоком, там было что-то про скорую, про этаж, про "внезапно упал" и... И что-то, чего сам "внезапно упавший" разобрать не мог. Или не хотел. Это вообще такое странное чувство, хотеть чего-то, кроме как забыться в спасительном сне.

Непонятно, сколько времени было проведено лицом в стол, но, судя по тому, что глаза неприятно резал свет, то время около восьми часов утра. Скорой так и не было, хотя, возможно, её приезд никому обещан и не был.

Немного качая головой, будто забавная фигурка в машине, юноша начал подниматься. На середине процесса, правда, пришлось остановиться, так как тело с ничего не болит. Неприятно жгло правое плечо.

- Медузы. Морепродукты несваренные, окружили, как фашисты.

При чем тут медузы, разумеется, известно не было, но несвязный бред продолжал литься и дальше, покуда этот самый поток не прервал неловкий кашель, привлекающий внимание.

Медленно разворачиваясь, Сергей обратил слегка потускневшие зелёные глаза к "больному", произнёс "будь здоров" и отвернулся обратно.

- Где конь? Опять медузы чудят, клятые тентакли! Это же не японские пор...

- Ворон! Да что ты несёшь вообще? Скорая приехала, сядь уже.

Елисей прошёл на небольшую кухню панельки, и заглянул в глаза Сергея, пытаясь найти оттенок того, с кем только недавно (хотя это относительно) пил чай.

В глазах Воронова промелькнуло узнование. Медленно переведя взгляд на кружки с чаем и обратно, он, все же, распрямился. Кивнул спасителю... Дважды спасителю, после чего развернулся ко врачам.

- Утро доброе. Галоперидольчику не найдётся?

***

Визит врачей прошёл довольно быстро и спокойно. Посветили в глаза, посмотрели язык, нос, проверили пульс, короче говоря провели стандартный осмотр, не диагностировали ничего серьёзного, однако настоятельно советовали обратиться в ближайшую поликлинику. Мало ли.

- Ну и напугал ты меня. Сидишь, общаешься, чай отхлебнул, а как руку пожал, так отрубился. Я тебя и тряс, и докопаться пытался. Подумал, что ты переутомился, а так как встал с утра из-за кошмара, то даже не поспал толком, вот и дал часик полежать. Хотел оттащить в комнату, да неподъемный ты больно. Не подумай, я тебя не просто бросил, а пульс там проверял, дыхание. А так как ты и после не реагировал, то уже скорую вызвал. Да, кстати, съешь шоколадку, полезно. - протягивая небольшую плитку горького шоколада проговорил Елисей.

"Заботливый какой. Едва знает, а столько сделал. Даже работу, видимо пропустил."

- Кстати, тебе на работу не нужно было? А то сидишь тут со мной битый час, мало ли выговор сделают ещё.

Тут на лице соседа (хотя, скорее, нового друга) появилось истинное возмущение:

- Я же говорил, что на дому работаю! Могу хоть завтра домой вернуться, главное сроки не просрать. Тоже мне, великий слушатель.

- Если ты не заметил, то моё внимание было направлено на изучение стола.

Лёгкие улыбки тронули лица двух новых друг для друга друзей, после чего их шуточная беседа затянулась примерно на час.

***

- Кха-кха, спасибо Элар, а то так бы там и умер, - откашлявшись после того, как в пересохшую, словно пустынная земля, глотку попало слишком много воды, искренне поблагодарил солдат, - Меня, кстати, Карном звать. Солдат Цепной сотни.

- Элар из деревни Восточных Ручьев, сын Элада. Лекарь сотни Красного Моря, - с гордостью произнёс юноша, хотя чуть позже гораздо скромнее и даже смущённо добавил, - точнее, пока подмастерье лекаря. Но мази на твоём теле - моя работа.

- поэтому, наверное, так воняет, - сказано это было себе под нос, но от ушей подмастерье это не укрылось и тот слегка насупился.

Карн, может, и извинился бы, но подошедший тысячник заставил обоих выскочить на ноги. Говорить о том, что те раны, которые могли открыться - открылись, а остальные просто начали сильно болеть - равно что промолчать.

- Вольно. Подмастерье, на поле, тут твоя работа кончается. Солдат, ко мне в шатер через сорок минут. И чтоб без опазданий.

Элар, ударив по груди, будто вгоняя кинжал в сердце, а затем, отведя от кирасы руку, расслабил кисть, будто предлогал пепел небу, умчался.

Равно как и тысячник ушёл без слов прощанье, только кивнув своим мыслям, оставив Карна в одиночестве, размышлять о том, что же будет его ожидать в шатре командира.

- ладно если высекут, а если вы...

Горн утопил в себе остаток фразы.

Глава 4

- Нет, ну он же видел, что раны открылись, а все равно отослал Элара. Ещё и остальные делись непонятно куда. Вот почему все так? Где должный уровень расстановки сил? Где забота о раненных воинах? Такое чувство, что мы дешёвые наёмники, а не элитные сотни, - и не важно, что Карн только попал в эту самую элитную сотню. Отбор прошёл? Прошёл. В битве выжил? Выжил. Так что замечание было вполне справедливым.

И, тем не менее, срок в полчаса, отмеренный тысячником уже подходил, поэтому десятиминутный поиск, не увенчавшиеся хоть каким-то успехом, направил шаг к главному шатру-палатке всея их армии. Если до битвы их насчитывалось ровно десять тысяч, не считая пары сотен мирных служащих, если их можно было таковыми назвать, то теперь же осталось около половины. Точнее будет известно в течение пары дней, когда самые тяжело раненые отойдут к праотцам.

Идя по опустевшему палаточному городку, Карн непроизвольно отмечал всех тех немногочисленных вояк, сидевших на чурках, заменявших стулья, да игравших солдатские песни на старых инструментах. Увы, названий он не знал - бродяжная жизнь не слишком способствует получению подобных знаний, да и ни к чему они были.

Так, неспешно (сказывались последствия боя), он доковылял до расписного, очень широкого шатра. На входе стояли 2 стража, закованных в блестящую на солнце серебристо-алую броню. Держа в руках алебарды, уперев в землю Ростове щиты, они выглядели ничуть не менее величественно, чем генеральские. Хотя, учитывая их монструозный рост в районе двух с половиной метров и даже немного выше. Самое необычное - это то, что один из них был правшой, другой же левшой, что, учитывая их очевидную работу в паре, весьма хорошо дополняло и без того внушительные воинские данные.

Об этих молодцах ходили разные слухи. Дескать, это наёмники с далёкого континента, которых однажды наняли предки тысячника, однако воины не справились и потому уже их потомки несут службу. Кто-то, что это демоны, которых призвали чернокнижники, служащие при доме Кефан.

С чего клану помогать с таким деликатным делом захудалой феодальной семейке? Да кого ж это волнует. Сами хранители шатра, как их называли за спиной, были весьма немногословными, отчего слухов плодилось только больше.

-Стоять, - хором сказали гиганты, отчего показалось, что где-то рядом ударил гром. Каре же и вовсе отпрянул, так как прямо перед его носом (чуть его не отрубив) встали крест на крест те самые алебарды.

- Мать вашу, вы совсем больные?!

- Кто таков? - взял слово праворукий.

- Пират с горячих островов, - буквально гаркнул Карн, чем больше напомнил ворона. Впрочем, напрягшиеся хранители весьма красноречиво поудобнее перехватившие оружие быстро осудили пыл юного солдата, - Карн, Цепная сотня. Вызвал тысячник.

- Проходи, - прогудел уже второй. Даже голоса у них были одинаковыми.

Вновь приняв позу статуй, наёмники продолжили созерцать бесконечность.

Отодвинув полог шатра, Карн увидел тысячника - высокого мужчину,обритого налысо, шириной плеч больше, чем у гвардейцев на входе, ростом чуть ниже оных, одетого в плотный кожаный доспех со множеством металлических пластин, по всему доспеху множество перевязей с метателтными ножами, в то время как на поясе периодически колыхался полутораручный палаш. Командир опирался на большой деревянный стол, на поверхности которого была прибита карта текущего региона.

Свет, который раньше не мог пройти сквозь занавесь из ткани, теперь пробился к хозяину помещения, на что тот незамедлительно отреагировал.

Слегка дернулась голова, до того темные, что почти черные глаза "стреляют" в визитера. Единым движение руки бывалый воин метает нож прямо в переносицу Карна. Со свистом разрезается воздух, оружие вылетает из шатра и входит в землю в 30 метрах от навеса.

- Молодец. Можешь входить, - произнес низким голосом командир, после чего вновь вернулся к карте.

Карн же, сидя на корточках, упирался правым плечом в сруб, выполнявший роль арки в шатре. Левая же рука покоилась на рукояти приобнажённого меча, что называется, обратным хватом. Слегка кровоточила алая полоса на лбу юноши. С щелчком вгоняя меч обратно в ножны, солдат разгибается, упирая гневный взгляд в командира. Впрочем, сделав быстрый вдох, а затем медленно выдохнув, мечник открыл уже совершенно спокойный взгляд ярко зеленых глаз, а лицо не выражало ни единой эмоции. Лишь алая полоса напоминала о минувшей проверке.

- Тысячник Калрод, прибыл по вашему приказанию.

- Я заметил, - с легким "хм" произнес командующий армией королевства Рагон, юной частью империи Квиртан.

По большей частью именно "молодой" частью королевство было весьма относительно, так как вошло в состав империи буквально лет пятьдесят назад. Однако в масштабе государств - это довольно малый срок. Собственно, как и сюзерен королевства, Империя тоже была молодой, всего две сотни лет. Потому добровольно королевства на поклон не шли, а остальные империи, коих аж пять на континент, не слишком обращают внимание на "новенького", так как между собой войн хватает. Разумеется, это никак не ограничивает ту же империю Вергон во вполне успешных попытках откусить кусочек. Немногочисленные же удачные попытки к обороне не учитываются на фоне всех потерь.

Впрочем, все выше перечисленное никак не мешает подданным Рагона называть себя Квиртанцами.

- Могу я узнать, для чего меня вызвали?

- Можешь.

- ...

- ...

Холодный взгляд зеленых глаз оценивает фигуру потенциального противника. Левая рука непроизвольно тянется к оружию.

- Я бы этого не делал - донесся бас из-за палатки.

Мысленно чертыхнувшись, Карн принял самую расслабленную из поз, на которую только был способен.

- Командир, - спокойно обратился Карн.

- М? Ах, да, точно. Как ты выжил? - скучающим тоном произнёс Калрод, не отрываясь от осмотра карты.

- Что? - слегка нахмурившись произнёс новоиспеченный ветеран сражения.

- Проблема со слухом? Или совсем дебил? - командующий, наконец, отошёл от стола, развернулись на Карна, скрести руки на могучей груди, чем заставил последнего немного напрячься. Практически незаметно, но в достаточной мере, чтобы попытаться выжить. Хотя, против троих гигантов это будет весьма проблематично, - Как. Ты. Выжил. Наши маги ударили сферой Ракшаса, ты же был практически в центре. Ещё и вне строя, что не только глупо, но и против общей воинской тактики.

От неожиданности Карн запнулся. Впрочем, быстро взял себя в руки и спокойным голосом поведал обо всем, что на тот момент происходило. И достаточно подробно. Тысячник же задумался на пару минут.

Лишь отзвуки того, как ветер играет с тканью многочисленных солдатских палаток, редкие выкрики столь же редких солдат, тренирующихся после столь жуткого побоища, нарушали тишину.

В это же время, Карн как-то отдалённо заметил, что не слышит привычных громких выкриков солдатни, не слышит и отзвуков тренировки у магов. Лишь редкие вопли, полные боли, доносящиеся из лекарских шатров. Единственных, чьи помещения были просторные тысячника. Что ж, эта победа была гораздо тяжелее чем каждая в их корелевстве за многие года неусьанных сражений. Все же, враг оказался гораздо сильнее, чем предполагалось. Королевство без поддержки империи - это не тоже самое, что королевство, пусть и захудалое, но с поддержкой. Теже маги будут слабее, артефакты хуже общий уровень развития будет ниже. Бывали исключения конечно, но они слишком редки для учёта. Так что весьма странным оказался тот факт, что у противника имелись комби-артефакты и собственные маги, пусть и в гораздо меньшем количестве (в сравнении с тысяче Хора - магов 2-й армии Королевства Рагон) , но весьма сильные.

Тяжкий вздох командира вывел Карна из прострации, а последующая речь не предвещала ничего хорошего.

- Как и предполагал генерал, их явно поддержала одна из империй. Не столь явно, чтобы начинать атаку на старших соседний, но достаточно, чтобы осложноюить продвижение, - помассировав переносицу, Калрод продолжил, уперев стальной взгляд своих тёмных очей в зелёные глаза юноши- Карн из Цепной сотни, слушай приказ: отправляешься к магам, пусть осмотрят, затем берёшь коня и скачаешь на Родину. Доедешь до заставы, передашь это, - тысячник, будто из неоткуда, протянул свиток, перевязанный рунной лентой, слегка поблескивающей на свету, скрепленной сургутной печатью Рагон, изображавшей дракона, когти которого - мечи, клыки которого - копья, - в целости и сохранности. Передашь лично в руки капитана Лери О'Гава. Затем стрелой возвращаешься к нам. Я бы выделил тебе поддержку, но ситуация не позволяет - нас и так мало осталось. Вопросы? Тогда к исполнению приступить!

Глава 5

Отсалютовав, Карн покинул шатер, направившись к тысяче Хора, целиком и полностью состоящей из магов.

Собственно, именно из-за наличия целой тысячи магов, армия, где служил Карн, была второй в королевстве. В первую армию, которая регулярно ходит в походы вместе с имперскими легионами, теперь набирают полноценных жителей этой самой империи. Приграничья, баронства и прочие. Разумеется, бывают и исключения, но они лишь подтверждают правило. Королевство Рагон отныне держит при себе практически имперский легион, который в любой момент может нанести удар в самое сердце маленькой страны.

Пока не самые радужные мысли терзали разум Карна, его тело уже подошло ко входу на территорию магов. В отличие от остальных служащих, которые максимум подготавливают себе настил из древесины, поверх которого и ставят палатки, то у магов... Ну, начнём с того, что их временный лагерь был окружён не только частоколом, но и небольшим рвом с булькающей жёлто-зеленой жижей. Бревна же были покрыты едва заметными символами. Единственное, что из этого знал Карн - это "твёрдость" и "гореть".

- Эй, солдат, ты кто такой? - прокричал мужчина стоявший на одном из кольев. И это даже не метафора, что дозорный находился на помосте, прикреплённом к стене, а маг действительно стоял ногой на острие выточненного бревна. Сам вопрошающий был... Отсюда не понять, какого роста, но явно брит налысо, одет в свободную красную робу с чёрным поясом с заткнутым за ним кинжалом в красной оплетке, которая, казалось, слегка искажает воздух вокруг.

- Карн, Цепная сотня. По приказанию тысячника Калрода прибыл для осмотра. Большей информацией не владею! - прокричал юноша.

Постояв с минуту и пристально изучив гостя, волшебник кивнул своим мыслям и взмахнул рукой. Створки ворот начали отворятся, а из-под воды... Жижы во рву начала подниматься земляная тропа.

Когда же весьма пафосный жест мажеского гостепреимства подошёл к концу, то Карн, являясь адекватным человеком, первым делом кинул палочку на поднявшийся мост.

- Уж лучше выглядеть параноиком, чем мёртвым идиотом, - пробормотал воин, смотрящий на небольшую струйку сизого дыма, исходящую из-под палочки.

Так как выбора все равно не было, то солдат пошёл напрямик, стараясь перебежать эту пятиметровую дорожку. Как ни странно, но Карн не испытал никаких неприятностей с этим мостиком и жидкостью под ним.

Подойдя к воротам, последние будто увеличились. И ладно бы только увеличились на полметра-метр, но у них ещё и основание каменное появилось! Забыв о своей осторожности, Карн быстро вернулся к началу моста и вновь взглянул на ворота. Высота около трех метров, заточенный верх, едва различимые символы.

Затем снова к воротам. По ощущениям - они увеличились едва ли не в полтора раза. Воин же, поправив меч на поясе, отправился вперед, стараясь выглядеть спокойным и мирным, но, в тоже время, быть готовым в мгновение выхватить клинок и отразить нападение. Хотя, учитывая количество магов, умереть с честью и оружием в руках.

- Добро пожаловать, Карн из цепной сотни. - раздался из ниоткуда хрипловатый, высокий голос. Тот, который помогает понять, что говорит уже не дитя, юноша или мужчина, но ещё и не старик. - Уж извините, не знаю, как вас по отцу. Нас попросили осмотреть на предмет искажений и различных увечий магического толка. Прошу за мной, солдат.

Развернувшись в полоборота, Карн увидел также стоящего в полобоолта человека, на вид лет шестидесяти. Щуплый, что выделялось даже под свободной робой, мерно переливающейся с иссиня-белого до насыщенного фиолетового. Его лысеющая голова была покрыта шрамами и пигментными пятнами, крючковатый нос напоминал птицу-падальщика с дальных рубежей Рыжих Холмов. Самое обычное лицо, не отличающееся ни красотой ни уродством, вырожало лишь добродушие, в то время как цепкие, ярко-синие глаза цепко подмечали каждую эмоцию, каждое движение визитера, будто оценивая, на что он способен, как реагирует, как можно использовать его в своих целях и после ликвидировать с минимальными потерями.

- Приветствую, вас, достопочтенный маг, увы, не знаю ваше имя, а уж тем более фамилию. -вернул колкость Карн, от чего щека старика едва дернулась. Сам юноша же мысленно улыбнулся, ведь что может быть полезнее для собственного настроения, чем испортить его кому-то другому?

- Пожалуй, вы правы, хозяину следует представиться первым. Увы, возраст даёт о себе знать. Моё имя - Нур Хлыст Бури. И не нужно этого "досточтимого". Достаточно минимальной вежливости. Впрочем, хватит пустых бесед, времени у нас мало, а у вас и того меньше. Пойдёмте же, - поторопил маг и спешно отправился к небольшой постройке с несколькими углами, от чего фантазия моментально до рисовала весь дом в форме семиугольника.

Фасад его был разукрашен бурей, как в прямом, так и в переносном смысле. Статичная картина того, как лил дождь и холодные ветра срывали верхушки деревьев, на остатках которых стояло три фигуры. Одна из фигур носила точно тоже одеяние, что и встречавший колдун, удерживала целую молнию, уходящую в чернильные тучи. Оставшиеся же были серыми, абсолютно не выделяющиеся на фоне всего действа. И только то, что картина каждое мгновение словно бы дышала, позволило увидеть лёгкий блеск стали в руках этих неизвестных. Увы, все сражение узреть не удалось, так как "дыханием" все изменения рисунка и ограничились.

- Это битва при форте Нагрот, в которой я и заслужил свое второе имя. Эти двое - убийцы магов из Империи Назго - лучшие из лучших без определённой специализации на стихие или школе. Они знают все, поэтому ни обычному воину, ни обычному магу их не победить. Так что свою силу и невероятную удачу захотел увековечить, - мягко произнёс обернувшийся маг, затем бросил взгляд, какой обычно бывает у стариков, смотрящих на своих молодых детей, как две капли воды похожих на родителей, на фреску, после чего погрузился куда-то вглубь себя и молча пошёл к двери, стоимость которой превышала все снаряжение отряда Карна.

- Просто превосходно.

***

- Невероятно дорогая и красивая дверь открывается, впуская мальчика, что едва достаёт до ручки. В открывшемся проходе возникает тень.

Тень, что кажется горой, с янтарными глазами, что кажутся дорогами в огненное пекло, нависает над ребёнком, задрожавшим от страха. Сотни алых нитей сплетаются воедино на руке гиганта, образуя коробочку. Яркий алый свет.

***

Шумный выдох, расширенные от ужаса и удивления глаза, учащенный бег сердца.

- Не удивляйтесь, это не самое дорогое, что есть в моем доме, - с лёгким хмыком произнёс не оборачиваясь маг, после чего направил ладонь в сторону двери, испуская иссиня-белую энергию, после чего препятствие само отворилось.

Но это было не интересно Карну, только что видевшему... Видевшему что-то. Будто наваждение или ночной кошмар, который никак не выйдет из головы. Тот, что проносишь из детства сквозь года. Однако не время и не место показывать слабость. И нехорошее предчувствие, одновременно жаром и могильным холодом разрастающееся в груди явно на это намекает.

- Ну, вперёд и с песней, - произнёс Карн. На чистом русском.