Тень мифа. Том I. Кровь лишь мешает

Глава 1

- Харэ глазеть, лодырь!

Подзатыльник я получил заслуженно. Я и вправду загляделся на неё. Это происходит каждый раз, когда я вижу Энни.

- И за что Боги послали мне такого ученика, как ты?

Карл продолжал жаловаться, уже чуть ли не пиная меня от своего недовольства, так что пришлось отправляться обратно в мастерскую, но я успел бросить ещё один взгляд на неё, мою Энни.

Я был совсем маленьким, когда Карл нашёл меня на границе с Босортом. Он говорит, что монстры выкинули меня, потому что я надоел им своим плачем. Если ему верить, то мне было три года. Я был совершенно один, без одежды, в лесу. Громко рыдал. Как оказался в том лесу, где был до этого, кто и где мои родители – ничего не помню.

Карл и его жена Стефани взяли к себе, не побоявшись нового рта в свою и без того большую семью. У них уже было двое детей, что так много, но так привычно для простолюдина. К тому же, ещё через несколько лет, Стефани родила Сэма.

Карл трудился сапожником, у него была своя мастерская, и меня взяли туда подмастерьем. Моё самое первое воспоминание – я сильно поранил руку, пытаясь обшить сапоги кожей. Стефани держала небольшую пекарню, где мне и всем остальным детям приходилось работать параллельно с мастерской. Ну, разве что Софи, старшая дочь и второй ребёнок Карла и Стефани, трудилась только у матери. Мастерская, пекарня и дом – всё это было одно здание. Небольшое, правда, но общими усилиями Бутты смогли сделать это место уютным домашним очагом.

Впервые я загляделся на Энни через пару лет на ежегодной ярмарке. Её семья служит прислугой у здешней знати. То была первая ярмарка для нас обоих: я подрабатывал, а она выступала с песней. Наверное, я влюбился в её голос раньше, чем в неё саму.

- Что? Он опять на неё загляделся? – засмеялась Софи, когда я вошёл в дом, отсвечивая красный след от оплеухи на моём лице.

- Не будь он рукастым, выгнал бы обратно к монстрам, ей богу! – вновь жаловался Карл, затаскивая материалы, что мы купили в городе, в мастерскую.

- Оставьте мальчика в покое! Влюбился и влюбился! Что же теперь? Ругать его за это? – Стефани, как всегда за меня, заступилась.

В дом вошёл Ник, старший сын, неся за спиной тушку кривоклювой куропатки. Очевидно, только что вернулся с охоты.

- О, вы вернулись. Долго вы сегод… - он увидел моё лицо. – АХАХАХА! Теперь ясно!

Следом за Ником в дом вбежал Сэм. Увидев меня, он сразу подбежал ко мне и обнял.

- Лот, ты обещал, что будешь учить меня стрельбе из лука, когда вернёшься!

- Да-да, сейчас, только помогу отцу, хорошо?

Сэм радостно закивал и убежал на задний двор. Кажется, этот мальчик единственный, кто не обратил внимание на моё лицо.

Разобравшись с повозкой, я, как и обещал, вышел на задний двор к Сэму, который безустанно выпускал одну стрелу за другой. Всё мимо мишеней.

- Такими темпами отец скорее тебя монстрам отдаст, - я засмеялся, а Сэм надулся.

- Почему у меня не получается?

- Продолжай практиковаться.

Я подошёл к нему, повернул к парочке соломенным тушкам, что служат у нас мишенями, и положил руки ему на плечи. Он низковат для своих двенадцати лет.

- Не думай слишком много, Сэм. Расслабь левую руку.

Но не успел Сэм выпустить стрелу, как чья-то другая пролетела мимо нас, прямо в яблочко. Мы удивлённо обернулись – это была Энни. Она насмешливо поклонилась.

- Красная Ведьма!

Сэм вспылил и бросился к Энни, но той было достаточно выставить вперёд руку - и мальчик уже не представлял для неё никакой угрозы.

- Что ты здесь делаешь?

- Ты забыл, какой сегодня день?

Я даже не удивился, а испугался. Неужели я и вправду забыл?

- Что? Разве твой день рождения не завтра? Неужели я перепутал? Погоди тогда, я сбегаю в дом за подарком. Купил сегодня в городе.

Я уже почти добежал до дома, когда услышал её смех.

- Да нет, не перепутал ты ничего. День рождения у меня и вправду завтра, но я захотела, чтобы он был сегодня, так что он сегодня.

Так было всегда. Энни и её красные волосы делали со мной всё, что захочется.

- Сэм, на сегодня всё. Иди в дом.

Мальчик, конечно же, надулся.

- Не хочу! Ты так со мной и не позанимался!

- Сэмми, не мешай голубкам! – раздался откуда-то смеющийся голос Ника, а потом и весь дом заходил хохотом. Очевидно, все подсматривали.

Я покраснел, но Энни взяла меня за руку и увела от назойливых вуайеристов.

Мы пришли на небольшую опушку, в стороне от дома, которая служила некоторым переходным пунктом к огромному лесному массиву, плавно переходящим в Босорт. Мы часто усаживались прямо на землю, смотрели на закат и просто общались. Она мечтала стать солисткой королевской консерватории, а я грозился поступить в армию и дослужиться до рыцаря. Это были прекрасные дни, но мы оба знали, что для простолюдин это невозможно.

- Так что ты купил мне на мой день рождения? – спросила Энни, улыбнувшись той своей улыбкой, немного дразнящей, но притворяющейся невинной.

- Если я скажу тебе, то тогда это не будет сюрпризом.

- А если я всё равно хочу узнать?

- Тебе всё равно придётся потерпеть до завтрашнего дня.

- Даже если я попрошу?

- Мой ответ всё равно «нет». Я неприступен, а у тебя нет ничего, что может заставить меня пере…

Её губы оказались поверх моих. Разумеется, у неё есть всё, что может заставить меня пере…

Раздался взрыв.

Деревня!

Мы вскочили и побежали обратно – половина домов уже была разрушена, а маленькие улицы деревни залиты кровью. Иногда бывало, что один-два незначительных монстров пересекут границу и забредут к нам, но это всегда не более, чем помирающие от голода хищники, какие-нибудь старые и уже ненужные своей стае саблезубые волки. Сейчас монстры не просто сновали, нет, это было настоящее нападение. Вооружённые и армированные огры, орки с грязными окровавленными секирами и молотами, гоблины-дикобразы, группами по двое-трое, у кого сабля, у кого короткий лук, верхом на всё тех же саблезубых волках, но уже не доживающих свои последние дни, а полных сил и голодных до человеческой плоти.

- Откуда они все взялись?

- Быстрее!

Схватив Энни за руку, я повёл её прочь. Надо добраться до дома. Он находился на окраине деревни… Ближе всех к Богосту.

Я надеялся, что нас не заметили, но понял, что ошибся, когда рядом с нами пролетели стрелы. За нами увязался наездник, точнее два, но они на пару разделяли волка. С собой у меня лишь маленький ножик, но что я могу с ним сделать против саблезубого волка, который больше меня раза в два? Да и умрём то мы ещё раньше, от стрел.

- Бежим!

Не важно как быстро мы могли бежать - нам не перегнать эту гончую.

- Лот!

В страхе закричала Энни, когда волк прыгнул прямо на нас. Я увёл себя и Энни в сторону и мы рухнули на холодную, непрогретую даже от всех этих испепеляющих пожаров, землю. Пролетев мимо своей добычи и взрыв своими тугими и грозными лапами почку, хищник недовольно прорычал и тут же вернул свои острые глаза на нас. Долго он нас ожиданием мучать не стал. Второй рывок нас бы точно настиг, не пронзи стрела Ника голову зверя. Волк рухнул на спину и придавил собой пару гоблинов, что ранее так нетерпеливо пускали по нам слюни.

- Сюда, живо! - скомандовал нам Ник, и мы, поспешив подняться на ноги, побежали за ним.

- Что с остальными? - спросил я, задыхаясь на бегу.

- Когда вы ушли, Сэм заметил что-то странное в лесу. Тварь почти достала его, но отец вовремя появился. Не было времени разбираться что к чему, пришлось сразу убегать. Потом мы услышали взрыв, меня отправили за вами.

- Где остальные?

- У старой мельницы. Все кто успел сбежать собрались там.

- Что теперь делать?

- Заткнуться и бежать!

Мы так и сделали.

Добравшись до мельницы, я понял, что слова Ника были преувеличением. “Все кто успел сбежать собрались там” - три семьи, считая нашу. Четырнадцать человек.

- Слава Богу, живые! - Стефани заключила Энни в объятия (урона от этого больше, чем мы успели получить от волка). Сэм бросился ко мне на руки.

- Как ты?

Сэм не ответил, лишь сильнее прижался ко мне.

- Время на это ещё будет, - сказал Ник и бросил мне лук с колчаном.

Я быстро осмотрел свою семью: ни у кого ничего толком нет, из дома уехали в чём были, захватили лишь немного оружия: топоры, ножи да луки со стрелами.

- Всё! Быстро в повозки! - командование органично перехватил Карл.

Повозки было две. У семьи из трёх человек остался лишь конь, и то раненный. В нашей повозке места уже не было, так что тем троим надо было забраться в повозку другой семьи.

- И так места нет! Вали отсюда!

- Нашу повозку разрушили, а конь уже подыхает!

- Дорогой, выгони его! Детям страшно!

Семьи начали ругаться и драться за повозку.

- Хватит, придурки! У нас нет на это времени! - Карл попытался вразумить спорящих. - У вас в повозке достаточно места на всех!

- Тогда посади их к себе, Бутт! Я не стану брать лишний вес и замедлять лошадей!

- Верно, дорогой. Прогони их к этому проклятому сапожнику!

- У меня уже семь человек, а у тебя есть место!

- Пустите нас!

Отец семьи из троих человек пустил в ход кулаки и завязалась драка.

- Идиоты! Прекратите!

Карл спустился с облучка, чтобы попытаться разнять истерящих, но было уже поздно - монстры нас настигли. Тупой огромный огр одним взмахом своей ржавой булавы просто стёр из бытия ту вторую повозку. Остались лишь куски волосатой плоти на пахучей ржавчине.

- Е888й его рот! - Маленький Сэм выразил именно то, что мы все думали.

- Карл! - позвала Стефани мужа, и сапожник взгромоздился обратно на повозку, а после дёрнул за поводья и две лошади, заржав, метнулись вперёд.

- Куда мы? В город? - спросил я.

- Нет, лагерь будет ближе. Нужно только перебраться через реку.

В повозку вонзились стрелы - гоблины.

- Чёрт!

- Ник, Лот, отстреливайтесь! - приказал нам Карл, пригибая голову насколько мог.

Крепко сжав луки, мы с Ником начали стрелять в ответ, но неважно скольких мы познакомили с наконечниками - меньше преследователей не становилось.

- Почему помощь ещё не пришла? - вдруг неожиданно спросила Энни.

- Что ты имеешь в виду? - спросил её Ник между делом.

- В лагере не могли не услышать взрыв или не заметить дым от пожаров. Дозорные уже должны были прибыть на помощь.

- Что ты хочешь сказать?

- Что если…

- Мост! Вижу мост! - прокричал Карл. - Мы почти на месте!

Лишь потом мы увидели, что смотровая башня повалена, а мост захвачен монстрами.

- Отец, сворачивай в город! - крикнул Ник, продолжая отстреливаться.

Но повозка дальше гнала прямо к мосту.

- Карл! - попыталась достучаться до мужа Стефани.

Ник выглянул вперёд - голову Карла пригвоздили к повозке.

- Отец!

Прежде чем лишившиеся возчика лошади нас совсем повалили, Ник успел пересесть на облучку и взяться за поводья. Труп Карла остался позади.

- Папа! - с плачем вскрикнул Сэм, чуть ли не выпрыгнув за бездыханным телом родителя, но Софи успела заключить его в объятия, проливая слёзы вместе с братом.

Погоня продолжалась.

Резкий поворот направо. Без понятия, как нам добраться до города с саблезубыми волками на хвосте. Потягаться с ними могут что разве королевские мустанги да лангбеновские жеребцы. Но точно не наши деревенские лошади.

Стрелы кончились. Я оглядел своих: Сэм и Стефани слишком убиты горем, Софи пытается их успокоить, а Энни винит себя за свою правоту, лишь Ник ещё дееспособен.

Вдруг заднее колесо повело - твари, наконец, додумались подбить колёса. Мы сильно завиляли, но ещё умудрялись держаться дороги. Монстрам было этого достаточно - нас стремительно нагоняли.

Галопом до города пара часов, и то если ты верхом, но лошади уже устали, таща на себе шестерых, - если не учитывать ранее погибшего Карла, - при крайне бойкой погоне. Даже если каким-то чудом они справятся, далеко не факт, что им дадут так долго жить.

Кто-то должен задержать монстров. Даже если ненадолго.

Я крепко обнял Сэма и Софи, а также Стефани, что заменила мне мать.

Они непонимающе на меня посмотрели.

Неожиданно даже для себя я поцеловал Энни, потом улыбнулся и посмотрел ей в глаза.

- Я люблю тебя.

Я взглянул на её волшебные алые волосы в последний раз.

- Ник, - прокричал я ему, уже давно считая его братом, - доставь их в безопасное место.

- Что? О чём ты? - спросил он меня в ответ, пытаясь удерживать виляющих и не слушающих лошадей прямо.

Я выпрыгнул ещё до того, как он ответил. Успел прихватить с собой топор. И лишь сейчас, видя наплывающую на меня свору безобразных, но при этом столь разнообразных монстров, я вспомнил, что сражаться-то особо и не умею. Чего уж там сражаться - даже драться я не мастак. Взглянул на руку - крепко сжимаю обыкновенный деревенский топор для колки дров. Никогда хорошо у меня это не получалось, и всегда получал нагоняй, всю жизнь. Лук мне давался, самый меткий стрелок в деревне, так что на охоте я был полезен. Хотя стрелы то кончились…

Теперь-то я полностью осознал, на что подписался. Меня одолел страх. Рука, что полминуты назад крепко сжимала рукоять топора, бойко задрожала. Гоблины-дикобразы верхом на саблезубых волках - зато хоть смерть достойная, подумал я и усмехнулся.

Я вспомнил зачем остался. Надо увести их! И побежал в сторону, увлекая за собой ораву монстров. Повезло, они именно такие тупые, как о них говорят.

Прежде, чем звери меня нагнали, я успел увести их поближе к лесу, в сторону от удаляющейся повозки с моей семьёй и любимой девушкой. Но бежать дальше не было ни сил, ни времени. Гончая на меня метнулась, я рухнул навзничь, еле уклонившись и как-то умудрившись рубануть волка по его лапе. Тот заскулил ещё в воздухе, приземлиться ровно из-за оттяпанной лапы у него не получилось и он кувырком, раздавливая свои наездников, прокатился уже за моей головой.

Я поднялся и жутко обрадовался - завалил саблезубого!

Сшвиш-свшиш.

Одна, а потом вторая стрела вонзилась мне в спину.

Ах да, там же есть и другие…

Я упал на землю, теперь уже лицом вниз, и, корчась от боли, пополз.

Надо увести их как можно дальше, задержать как можно дольше, иначе… Энни… Это всё, о чём я мог думать. Хотя бы ещё метр, ещё минутку. И может этого хватит. Они будут в безопасности.

Сшвиш. Сшвиш. Сшвиш-сшвиш-сшвиш-сшвиш-сшвиш. Сшвиш!

Не знаю, чувствовал ли я боль на последней дюжине стрел, на первых двух - точно да, но насчёт последней не уверен.

- Ещё один! Бьюабхабхабхабха! - заржал гоблин, выпустив в меня ещё стрелу.

- А с теми что? Уйдут же! - Сшвиш.

- Не волнуйся. Всё идёт по плану, - Сшвиш. Сшвиш.

- Какой ещё план?

- Чего? Ты что, дубина, опять не слушал старшего?

- Да чего его слушать-то? Опять бубнил там что-то своё орочье. Больно оно мне надо!

- Балбес! - первый дубанул второго по шлему. - Ты хоть знаешь, кто у нас сейчас командует? Сам м…

Голова гоблина слетела с плеч до того, как он успел договорить.

- Э? Чё с тобой? Ты в порядке? - спросил он сначала у туловища, а потом, когда и его собственная голова тоже лишилась тела, и у рыла своего товарища.

Волки вдруг взметнулись и злобно зарычали, однако гоблины, один за другим, продолжали лишаться голов, которые гончие под ними тут же загрызали.

- Враг!

За телами уже дюжины умертвлённых монстров появился высокий молодой мужчина. Что-то яркое в его руке имело форму клинка, но меча он не держал.

- Убить суку! - приказал самый большой наездник, в чистой и свежей, если не считать моря крови на ней, броне.

И чётким рядом гоблины, как волна, хлынули на мечника. Но тот, одним резким взмахом своего клинка, превратил стремящихся на него тварей в ничто - лишь кровь брызнула в противоположную сторону их движения.

Однако гоблины были лишь отвлекающим манёвром - за спиной мечника появился огромный безмозглый огр. Такому достаточно одного хлопка по дому - и даже щепок не останется. Но мечник даже не взглянул на тупое создание. Он знал.

- Молодой господин! - прокричал более просто одетый мужчина, несколько старше первого, и защитил своего хозяина чем-то тоже светящимся в руках, но у него это было в форме щита, от громадной дубины огра. - Вы оставили спину открытой!

- Нет, не оставил, - с весёлой ухмылкой ответил мечник.

- Что прикажете делать?

- Не задавай глупых вопросов, Грамм, - голос мечника исказился, теперь он обрёл грубость и мощь: - убить каждую тварь до единой.

- Есть!

Грамм взмахом щита сначала отбросил от себя дубину огра, а потом, прыгнув высоко и вперёд, к монстру, мощным ударом продырявил его брюхо до жерла вулкана.

Я, непонятно как доползший, сжал своей залитой собственной же кровью рукой ногу мечника.

- Эн… ни…

- Это что ещё за ёжик? - с отвращением сказал мечник.

Уже подоспели остальные солдаты - служащие здешним аристократам, клану Типп. А этот мечник, которого тот с щитом назвал “молодым господином”, стало быть, Вальтер Типп, наследник.

- Молодой господин!

Грамм подбежал к своему хозяину. Солдаты уже послали в бегство остальных монстров.

Я, не отпуская ногу Вальтера,, несокрушимо смотрел на аристократа. Увидев меня, пронзённого стрелами от и до, Грамм склонился ко мне.

- Боже… Как он ещё может быть жив?

- Обыкновенный крестьянин. Оставь его.

Вальтер попробовал сделать шаг, но моя рука вцепилась в него мёртвой хваткой.

- Спасите… Эн…

Находясь на конце сознания, я свирепо и несокрушимо смотрел на него.

Нет, не обыкновенный. Подумал Вальтер, встретившись со мной взглядом.

Я очнулся в лазарете через несколько дней. Тело жутко болело, сам весь в бинтах. Вокруг множество других раненых: солдаты и простолюдины. Я быстро сообразил, что нападение монстров не было чем-то незначительным.

Еле-еле встал. Спина была в агонии. Облокотился на стену и поплёлся к выходу. Только я потянул руку, чтобы отдёрнуть занавеску и выйти, так свет удар мне в глаза сам по себе - в лазарет вошёл Грамм.

Даже этого хватило, чтобы и так еле-еле собравшиеся силы покинули моё тело. Я бы рухнул на землю, не подхвати меня Грамм.

- Тише, боец. Тебе с такими рано даже жить противопоказано, не говоря уже о том, чтобы двигаться.

Он помог мне вернуться в койку.

- Моя семья… - прошептал я, умирая от жажды.

- Вот, держи.

Грамм дал мне бурдюк, и я жадно выпил всё, что было. Потом, наконец придя в себя, снова спросил:

- Моя семья. Они в порядке? И Энни. Вы ведь знаете Энни? Она и её родители служат в поместье Типп.

Взгляд Грамма ясно дал понять, что моя семья и Энни далеко не в порядке.

Это оказалось чётко спланированным и скоординированным нападением монстров. Есть подозрения, что это полномасштабная атака на западную границу Унвархайта. По словам Грамма смотровой лагерь пал первым, ещё до деревни, потому, когда об этом сообщили, разведывательный отряд сначала отправили именно туда. Они прибыли, как только мы повернули к городу. Моя же попытка задержать монстров оказалась безуспешной - к тому моменту монстры из Босорта уже отрезали путь к городу, так что Энни и остальные попали прямо в лапы тварей.

Отряды, высланные из города непосредственно в деревню, встретились с монстрами, но те не вступили в битву, а начали отступление. Солдаты преследовали их, зашли глубоко в лес, но им пришлось отступить, так как монстры окопались там. По словам преследовавших, монстры тащили за собой живых людей.

- Раз они живы, я должен их спасти!

Я попытался встать. Разумеется, тут же повалился с ног.

- Угомонись!

Грамм снова поднял меня и уложил обратно в койку.

- Я не могу здесь отсиживаться!

- Разве я тебе это предлагаю?

Я удивился его словам. Однако его взгляд снова дал мне кое-что понять.

Глава 2

- Ну скажи мне, на кой ты нам сдался, простолюдин? - в очередной раз отказал мне рекрутер Ганс.

- Да как вы не понимаете? Эти монстры забра…

- Да-да-да, гнусные гоблины-дикобразы верхом на саблезубых волках проехались по тебе, нашпиговали тебя стрелами и забрали твою красотку-недотрогу вместе с семьёй и уволокли их с собой в лес.

- Именно! Именно поэтому я и хочу записаться! Чтобы спасти их!

- И как ты это себе представляешь, а? Тут разместилась треть всех войск клана Типп, даже сам молодой господин здесь побывал. Чем ты вообще можешь нам помочь? В рейд отправляются всю жизнь тренировавшиеся солдаты с ^&#$!>@№…

Когда рекрутер произнёс это последнее слово, которое я не то чтобы не расслышал, а скорее получил иглой в уши, в глазах на миг помутнело, и я даже не мог вспомнить на что было похоже то слово. Рекрутер, однако, этому не удивился. Он лишь посмотрел на меня с досадой, мол в своей прекрасной жизни и забыл уже, что бывают такие несчастливцы как я.

- О чём я и говорил. Тебе не место здесь, парень. Война - не место для простолюдин. На то вы и простолюдины.

Я не выдержал и набросился на Ганса. Прямо через стол, повалил его со стула и вместе с ним рухнул на землю. Сразу же принялся колотить без остановки. Меня взбесило то, как он отнёсся к Энни и её мечтам. Плевать на мои собственные. Рыцарь не рыцарь. Не имеет значения. Но я никому не позволю насмехаться над Энни и её стремлениями.

Меня, разумеется, оттащили от Ганса и поколотили уже, конечно же, меня. Не сильно, так как рекрутеру я и сделать толком ничего не смог бы, он ведь всё же с ^&#$!>@№, чем бы это не было.

Прошло два дня с нападения монстров и похищения Энни и моей семьи. Грамм заставил меня отлежаться в лазарете. По его словам уже чудо было то, что я выжил, но он отказывался верить, что уже на следующий день я был в порядке и готов к рейду. Однако так и было. Меня, конечно, никогда ещё не насиловали стрелами (ну, в детстве, когда мы все только учились, пару раз задевало, но это было в порядке вещей), но сколько себя помню, раны у меня всегда быстро заживали. Стоит, правда, признаться, что на этот раз подобное восстановление действительно выглядит подозрительно, даже несмотря на то, что мной занимались лекари Типп. Хотя я совру, если скажу, что полностью восстановился. Тело ломило от боли, вся спина в бинтах и повязках, за которыми всё ещё кровоточили не до конца затянувшиеся раны. Но я обязан был убедить Грамма, что могу присоединиться к рейду.

Самого Вальтера я больше не видел, что довольно очевидно. Вряд ли наследник знатной семьи ни с того ни с сего снизойдёт захочет навестить разок попавшегося ему на глаза крестьянина. К тому же он нужен в других местах. Как я понял, была прорвана почти вся западная граница, так что клан Типп вынужден был вступить в игру и заняться всем этим лично.

Как только выявили масштабы нападения и была сформирована какая-никакая линия фронта, назначили разведывательно-освободительный рейд. Выступают уже этим вечером, потому я обязан в него попасть, иначе Энни и остальные… Чёрт, я даже не знаю живы ли они ещё!

Я, немного придя в себя после взбучки, поднялся на ноги и, даже не отряхнувшись от пыли и грязи, направился обратно к Гансу.

- Так, следу… Снова ты, етить-колотить! Мне из тебя эту дурь всю выколотить что ли? - разгневался Ганс, а позади него уже появилась два амбала. Понятно зачем. Но отступать я не намерен. Умру, но своих спасу.

- Я никуда не уйду.

Ганс внимательно посмотрел на меня. Хотя скорее устало.

- Ты не оставляешь мне выбора. Парни, сломайте ему ноги и выкиньте куда подальше, чтобы я больше не видел этого олуха.

- Кому это вы тут ноги собрались переламывать?

- Капитан Ринг! - в страхе все встали по стойке смирно.

Я не понимал в чём дело, пока не оглянулся - позади меня стоял Грамм со скрещенными на груди руками. Оносматривал всех своим суровым и строгим взглядом, который присущ сильным, но требовательным командирам. Лишь сейчас, два дня спустя, уже не с перевязанной головой и помутнённым от состояния полусмерти рассудком, я рассмотрел Грамма: он был высоким, широкоплечим мужчиной. На такого сразу обращаешь внимание, когда он заходит в комнату.

- Мы просто шутим, - так же хором начали оправдываться ребята, но сразу же затихли, когда Грамм, положив мне руку на плечо, вышел вперёд.

- Давно ли у нас переизбыток людей, что мы отказываемся от желающих вступить в наши ряды?

Огромная тень капитана накрыла рекрутера и заодно скрутила тех двух амбалов.

- Или у тебя очередь из волонтёров, готовых отправиться на смерть сегодня вечером?

- Но капитан… - попытался оправдаться Ганс.

- Что “капитан”? Вы, зажравшиеся привилегиями и статусом своих семей недомерки, и пальца о палец не ударили, чтобы оказаться в строю среди более достойных. Да на вас посмотришь и сразу видно - тюфяки и высокомерные засранцы. Выросли в своих замках и башнях, ели с фарфоровой посуды, после жопу за вами вытирали. Вы хоть раз охотились, добывали пищу? Можете ли вы читать следы? Освежевать шкуру? Взгляните на него!

Грамм схватил меня за шиворот и сорвал мою верхнюю одежду. Всем открылся вид на мой торс: весь перевязанный, уже с пропитанными кровью бинтами, в ссадинах, ранах и синяках.

- Вы ещё даже фронта не видали, а он уже ближе к мёртвым, чем живым, и всё равно рвётся туда!

Все молчали, одни смотрели на меня и чувствовали страх, другие отвращение, третьи отводили взгляд, пристыжённые словами капитана.

- Воины, мать его! - Грамм плюнул на землю, отпустил меня и ушёл, сказав напоследок: - Запишите его в грёбанные списки.

Чувствовал я себя неприглядно, однако виду не подавал, лишь глядел на Ганса несокрушимым взглядом. Рекрутер, не смея идти против своего командира, недовольно хмыкнул, вписал моё имя в списки.

- Так ты и есть тот простолюдин, что набил морду Гансу? - оружейник громко и звучно засмеялся, даже в его “простолюдине” не было ни капли высокомерия. Он мне сразу понравился.

Килин был назначен оружейником батальона и заведовал арсеналом. Густая борода, лысина и коренастый, но больше всего в нём выделялись руки: огромные и круглые механизмы для работы. Я сразу понял, что он работал кузнецом, долгие-долгие годы.

- Ну, “набил” - это громко сказано. Меня сразу же избили и выкинули куда подальше.

Килин снова засмеялся.

- Зная Ганса, он это заслужил.

Я, наконец, закончил. Даже несмотря на то, что взяли меня по личному требованию капитана Грамма Ринга, простолюдина, разумеется, не запишут авангард, так что причислили меня к оруженосцам. Хотя, как выяснилось позже, я был просто носцем: гоняли меня туда-сюда по разным бестолковым поручениям.

Многого мне, конечно, не выдали, но какую-никакую экипировку сдюжили: синяя классическая туника пехоты клана Типп, поверх кожаный жилет, пошитый шкурой, тоже синий сюрко с гербом клана, кожаные брюки и сапоги. С тяжёлым оружием я не в ладах, да и фехтование мне особо никогда не давалось, однако мне всучили короткий меч. Самое главное, конечно же, это лук. Обычный изогнутый, не слишком длинный. Очевидно массового производства, сделан без души, не сравнится с тем, который для меня сделал Карл…

- Прямо-таки воин! - подтрунивал надо мной Килин, вновь засмеявшись.

Долго сидеть нам не позволили, потому, как и было сказано, вечером выступили. Линия фронта за эти два дня установилась: монстры вышли за привычные границы Босорта, откусив небольшой участок леса, а силы Типп выставили свой фланг вдоль реки. Таким образом моя деревня и опушка, где мы были с Энни прямо перед тем, как началось всё это дерьмо, превратились в Ничейную Землю.

За стенами того лагеря, где мы с Ником и остальными надеялись найти убежище, начиналась тишь мрака и смрад прошедшей битвы.

Наш гарнизон разделили на два отряда: основной-разведывательный и вспомогательный-резервный, 70/30. Резервный было решено держать ближе к реке, а основным углубиться на юг.

Меня, разумеется, оставили в вспомогательном отряде. Это расстроило, так как я не мог сидеть сложа руки, зная, что Энни где-то там, ждёт меня. Если, конечно, она ещё жива. Но такие мысли я старался отогнать подальше. Несмотря на мои возгласы, негодование и требования, а потом и просьбы, отправлять никчёмного простолюдина в авангард никто не собирался.

Меня неожиданно вызвали в наспех организованный штаб командира резервного отряда - лейтенанта Сланга.

- Вот ты где, олух! Собирайся давай! - это был Ганс. Но что он тут делал?

- Что? Куда?

- Как “куда”? Совсем олух?

- Я не понимаю.

- Не понимает он! Сам подлизался к капитану, а теперь не понимает! - продолжал жаловаться Ганс, своими громкими недовольствами даже не позволяя себе отдышаться.

- Что это значит?

- Ну вы слышите этого олуха, лейтенант Сланг? - не получив от того никакой реакции, Ганс снова обратил своё внимание на меня: - Капитан Ринг запросил тебя в своего личного оруженосца.

Не знаю, счастлив я был этому или нет, но где-то точно витала настороженность. Я ещё мог понять почему Грамм заступился за меня на списках, но в чём заключается его мотив сейчас я не знал.

- Значит я теперь в первом отряде?

- Дошло наконец? Давай быстро собирай свои монатки! Чтоб через две минуты был у конюшни!

Ганс, ещё раз обругав меня, ушёл в конец нашего лагеря, дожидаться меня. У меня же монаток никаких не было, лишь лук да стрелы прихватить.

- Передай Грамму, что я желаю ему удачи, - и только сейчас, когда я уже был одной ногой вне палатки, лейтенант Сланг, до этого лишь куривший свою трубку и даже несмотря на нас ранее, заговорил, хотя и сейчас он не глядел в мою сторону.

Я решил не придавать этому значения и направился за своим снаряжением. Через две минуты, как и было приказано, я явился перед Гансом. Место, которое он назвал “конюшней”, “конюшей” назвать тяжело: просто несколько десятков колов вбиты в землю, а кони на привязи.

Ганс был на коне, другого держал за поводья.

- Явился не запылился! Давай, забирайся. И так уже время теряем.

Жеребец брыкался. Ему явно не нравилось, что его оседлал чужой. Немного утихомирить его я всё же умудрился, но легче от этого не стало. Однако надо было нагонять капитана и остальных. Благо они далеко не ушли. Такому огромному количеству людей со снаряжением, какими-никакими припасами и прочим в целом далеко не продвинуться за час-другой, особенно через территорию, на которой могут кишеть полчища врагов.

Мы нагнали разведывательный отряд через полчаса. Меня сразу направили в самый перёд строя, к капитану. Вдруг прямо перед моим лицом протянулось копьё. Я еле успел откинуть голову назад, прежде чем та слетела с моих плеч.

- Слезай, - прозвучал холодный, требовательный голос.

Я попытался разглядеть копьё: оно светилось, как и тогда светились меч и щит Вальтера и Грамма. Но сейчас, не будучи полумёртвым, я смог разглядеть, что это не просто какая-то световая масса, а физический объект, сформированный, отнюдь, не из физических материалов. По крайней мере, мне так показалось. Потом я аккуратно взглянул на обладателя копья. Стройный, жилистый мужчина, молодой, с волосами в хвост, но не на макушке, а на затылке. Он был настолько высоким, что я оказался ниже него, даже верхом.

- Сержант Констайн! - Ганс, кажется, был напуган копейщиком дальше больше, чем Граммом. Дальше Ганс снова прорычал на меня: - Слезай давай, олух! Это конь сержанта!

Теперь я понял, почему этот жеребец так сильно не хотел вести меня - он слишком предан своему хозяину.

Прежде чем я успел слезть, Констайн занёс копье и метнул его - оно молнией промчалось снова возле моей головы. Я услышал чей-то предсмертный вопль. Повернул голову и увидел тушу корчащегося от боли гоблина, насквозь пронзённого копьём и им же прибитым к земле.

В следующую секунду сержант сбросил меня с коня и сам взобрался на него. Копьё его само по себе закрутилось, скинуло с себя монстра и вернулось в руку своего владельца.

- Нападение противника! Сформировать ряды! - громко прокричал Констайн и умчался вперёд, отбивая атаку монстров, дабы мы смогли занять позиции.

Началась суматоха. Меня дважды чуть не задавали под копытами, пока я пытался подняться. Кто-то взял меня под руку и помог встать. Из-за грязи, попавшей в глаза, не понимал кто.

- Поднимайся, олух!

Понял.

Шустро, между делом, пока Ганс заталкивал меня за периметр полукруга, сформированного авангардом, я как-то вытер глаза. Когда я снова мог видеть, Ганс уже ушёл, присоединившись к авангарду. Меня снова кто-то схватил и затолкал поглубже в тыл.

- Цел? - спросили меня, параллельно встряхивая как какую-то безделушку - я кивнул. - Стрелять из лука можешь? - встряхнули ещё сильнее, сжимая за плечи - я опять кивнул. - Тогда, б***ь, стреляй!

И меня круто развернули на все сто восемьдесят. Я смог разглядеть происходящее: монстры наступали одной огромной волной со стороны рощи; я знал местность - сразу за рощей наша деревня, значит недалеко… Взглянув на восток, я увидел мельницу. Точнее то, что от неё осталось. Она, конечно, давно не использовалась, но всё же сохраняла своё обаяние, которое привлекало меня и остальных, когда были детьми. Однако сейчас осталось лишь несколько чёрных от огня кирпичей.

- Харэ прохлаждаться!

Опомнившись, я, наконец, взялся за лук, натянул стрелу и выпустил, сам не понимая куда, главное в то плывущее перед глазами пятно из монстров. Промазал, разумеется. Не из-за отсутствия мастерства, я всю жизнь практиковался в стрельбе из лука, с этим у меня никаких проблем. Значит просто страх, волнение.

Вдруг я заметил, хотя нет, не просто заметил, увлёкся, так как тяжело не разглядеть массивную фигуру Констайна. Он, верхом на своём коне, словно сам был стрелой: рассекал хлещущую на наши ряды волну монстров. Один он, синим пятном, цвет клана Типп, прорезался сквозь гной тварей, меняя направления своего острия прямо верхом на надёжном и стойком боевом товарище и оставляя за собой грязные всплески нечеловеческой крови.

Почему-то этот вид, это доказательство силы, которая, несомненно, понадобится мне для спасения своих любимых, успокоило меня и вернуло мне уверенность в своих навыках. Так что я взял ещё одну стрелу и, сделав свой последний глубокий вдох за весь этот рейд, выпустил её. Стрела вонзилась прямо в глазницу гоблина, что мчался на Констайна сзади. Ощутив незнакомое волнение в своей зоне, Констайн сразу всё понял. Он бросил на меня короткий взгляд раздражения, а через мгновение уже вернулся к битве.

Я ухмыльнулся. Вряд ли, конечно, я действительно спас его, судя по тому как он опустошает ряды монстров, у него всё было под контролем. Но я точно заявил о себе.

Один-один.

Однако сражение продолжалось. Я не мог позволить себе долго бахвалиться, потому тут же натянул следующую стрелу.

- Прорыв! - услышал я откуда-то сбоку, прежде чем огромная тень нагромоздилась над всеми нами в арьергарде.

В следующую секунду где-то одна пятая нашего отряда лучников оказалось под ступней горного тролля. Никогда не видел подобных чудовищ. Оно огромно.

- Назад! Всем назад!

Мы успели немного отступить и нашпиговать тролля стрелами, однако ему это всё нипочём. И, замахнувшись своей дубиной, всполошил нас ещё раз.

- Перестроиться! Живо!

Мы снова двинулись назад, попутно пытаясь отбиваться от гоблинов, выскакивающих к нам между ног тролля благодаря пробитому большим парнем флангу.

Я смог найти себе момент и выпустил стрелу прямо в глаз троллю. Ему это явно не понравилось. Болезненно прорычав, он ринулся ко мне. Тролль оказался быстрее, чем я ожидал. Ещё немного и я был бы мёртв. Еле-еле успел отскочить в сторону, но даже так меня зацепило. Быстро ощупал себя: вроде ничего не сломано, только ссадины и уже привычная боль. Однако зря я радовался - тролль был уже прямо надо мной. Тень его жирной туши перекрылась тенью огромной дубины.

- Энни… - успел я лишь произнести, прежде чем зажмуриться, выставить перед собой руки и приготовиться к смерти.

…

- Что ты вообще здесь делаешь?

Я не умер. Осмелился открыть глаза - продырявленное на сотню дыр тело тролля без головы билось в конвульсиях, а между мной и ним возвышался Констайн. Взгляд, которым он меня наградил, дал мне ясно понять, что я уже его разочаровал.

После тролля никаких проблем не было. Судя по всему это была небольшая группа монстров, в которой единственным заметным элементом был тот самый тролль, так что Констайн и Ринг смогли быстро разобраться с оставшимися.

Меня бегло подлатали. Мы сформировали строй и отправились дальше по приказу Грамма. Я думал, что после такой, даже минорной стычки, мы несколько задержимся, затянем раны и придём в себя, но Грамм приказал двигаться дальше почти сразу после того, как сражение закончилось.

- Эй, олух, тебя капитан зовёт, - Ганс, как всегда, не особо жаловал вежливость.

Я, обременённый даже таким коротким опытом пребывания в армии, уже знал, что приказы не обсуждаются и исполняются сиюминутно, так что сразу отправился в переднюю часть нашей колонны.

Констайн отчитывался перед Граммом, когда я подошёл. Я расслышал, что наши потери составили тринадцать человек. “Незначительно” - именно так описал это Констайн. Когда Грамм его отпустил, то копейщик ушёл, даже не взглянув меня.

- Как там тебя? Сол? - спросил Грамм верхом на коне.

- Лот Коут, капитан.

- Внимательно взгляни на это.

Мы добрались до моей родной деревни.

Я помню как пылали пожары, кричали мои знакомые и друзья, когда монстры рвали и рубили их на куски. Это было ужасно, а сейчас вид заставлял взвыть до боли. Если в ситуации с мельницей я ещё мог сказать, что это та самая мельница, даже несмотря на разрушения, то сейчас… Не осталось ничего, разве что пара домишек, и то им недостаёт крыш, стен и фундаментов. Лишь куски дерева торчат в разных местах, что немного помогает очертить форму здания, когда-то стоявшего там.

- Я не часто бывал здесь, особенно после… Не важно. Но всё я же видел это место несколько раз, я помню ярмарки, которые здесь ежегодно проводили. Теперь это всё осталось лишь в моей памяти. В моей - и твоей. И я хочу, чтобы ты понял: вот для чего мы здесь. Я знаю, у тебя свои причины быть с нами. Я счёл их достаточными, чтобы взять тебя, однако если ты думаешь, что это лёгкая задача, то я отправлю тебя назад. Мне не нужно, чтобы ты здесь мешался. Я понятно изъясняюсь?

- Да, капитан.

- Хорошо знаком с местностью?

- Так точно.

- Судя по карте, чуть дальше, перед пограничным лесом, должна быть опушка на склоне. Это верно?

- Да, такое место там есть.

- Уместится ли там весь наш гарнизон?

- Весь? Хм… Впритык, думаю, но места должно хватить. Правда я не понимаю зач…

Я застыл на месте и потерял всякий взгляд в глазах.

Грамм обратил внимание сначала на резко замолчавшего меня, а потом посмотрел туда же, куда и я. Он сразу всё понял.

- Твой дом, я полагаю?

- … Был.

Я должен был пройти мимо, направиться дальше. Если бы простоял там ещё хоть секунду, то сломался бы.

Заплесневелый и чёрствый уже до ржавчины хлеб был разбросан, порванные и ещё недоделанные сапоги валялись всюду, как и кожа с прочими материалами. Самого дома нет. Его просто больше не существовало.

По итогу оказалось, что я соврал: опушки больше не было, теперь это был выжженный пустырь, на котором больше ничего никогда не вырастет. Дальше простирались полотна голых и почерневших от чего-то более зловещего, чем огонь, деревьев.

Грамм отдал приказ разбить лагерь. Мы выступили вечером, продвижение, задержанное стычкой у чащи, заметно замедлило наш ход, так что была уже глубокая ночь.

Кто-то спал, кто зализывал раны в каком-то подобии походного лазарета, кто-то продолжал ужин в компании товарищей у многочисленных костров. Эти огни меня и смущали. Я, заняв место, поспешил поделиться своими опасениями.

- Почему капитан Грамм разбил лагерь здесь? Мы же как на ладони.

- Ааа, ты ж новенький, ещё совсем не знаешь, как ведёт бой наш капитан, - ответил мне Линт, тот командир отряда лучников, который сегодня накричал на меня.

- Этого я могу не знать, но даже я понимаю, что вот так разводить десятки костров ночью, на открытой местности и без какой-либо информации том, где враг и какая у него численность, это глупо. Мы ведь буквально приглашаем монстров к себе.

- Ты говоришь вещи правильные, но не верные.

- Это как?

- Как называют нашего капитана?

Я не понял вопроса.

- Капитан Грамм Ринг.

Все вокруг засмеялись.

- Вы, простолюдины, должно быть не знаете о таком. В общем, в клане Типп есть три выдающиеся личности: молодой господин Вальтер, капитан Грамм Ринг и сержант Ман Констайн, которого ты сегодня уже видел в действии, . Эти трое - самые сильные воины всего Запада Унвархайта, от Ваффе и до Кённингтама. Всё из-за их ^&#$!>@№…

Снова резануло слух, а голова непонятно покрылась мраком. Линт поспешил упростить для меня задачу:

- Прости-прости, что-то я не подумал об этом. Если говорить понятно для тебя, то молодой господин, капитан и сержант обладают… Определённой силой, у каждого уникальная, но проявляется она в одном из видов оружия. У господина Вальтера - меч, - я сразу вспомнил тот день, когда Вальтер спас меня, у него и вправду в руке был меч, но он светился, как и два других похожих явления, которые я успел увидеть за последние несколько дней. - Сможешь сказать мне какая сила у сержанта Констайна?

Думать мне не пришлось. Я сразу знал.

- Копьё. Я видел - оно двигалось само по себе. Как это возможно?

Остальные снова засмеялись.

- Это лишь малая часть того, на что способен сержант. Но да, у него - копьё. Из-за всего этого молодого господина называют “Мечом Типп”, сержанта Констайна “Копьём Типп”, а нашего капитана…

- “Щитом Типп”, - закончил я.

Все удивились.

- Да, - продолжил Линт, - он носит титул “Щит Типп”. Откуда ты это знаешь?

- Я видел как он использовал эту… Силу. В самый первый день, когда напали монстры. Я почти умер, пытаясь отбиться от тварей. Меня спасли капитан и господин Вальтер.

- Тогда, должно быть, ты видел и ^&#$!>@№…

Опять.

- Ах, извини. В любом случае, ты большой везунчик, если видел силу молодого господина. Однако, возвращаясь к нашему разговору, из-за этих самых сил господина Вальтера, капитана Ринга и сержанта Констайна прозвали “Арсеналом Типп”. И, как несложно догадаться, за защиту и оборону отвечает именно капитан. Говорят, он всю юность провёл на фронте, потому “Щит Типпа” является абсолютным, ничто не способно его пробить.

- Значит…

- Да, то что лагерь разбили именно здесь, прямо перед Босортом, может означать лишь одно - это приманка, а мы - наживка.

Меня это повергло в шок, однако остальные, на удивление, продолжили спокойно жевать мясо.

- Разве это не ужасная стратегия? Мы ведь не знаем сколько монстров там может быть.

- Как я и сказал: ты говоришь правильные вещи, но не верные. В обычной ситуации я бы сказал, что да, такая стратегия точно погубит нас всех, но с нами капитан, потому потери и хоть ожидаемы, но будут малочисленны. А ещё есть сержант, сильнейшее копьё Риштайна. Я даже не могу представить поражение, пока они с нами.

Я поглядел на остальных - они абсолютно согласны с этим заключением.

- Неужели они настолько сильны?

- Ты ведь уже видел всех троих в действии, верно? Тогда скажи, можешь ли ты представить кого-либо сильнее?

Я не смог ответить на этот вопрос. Лишь огляделся: огней стало большей, ночь взросла в сам воздух ещё гуще.

- “Абсолютная защита” - это правда?

Линт задумался, а потом ответил:

- Мне пару раз посчастливилось понаблюдать за спаррингами “Арсенала”. Даже вместе ни “Меч” ни “Копьё” не смогли поцарапать “Щит”.

У меня не было слов. Я смутно помню Вальтера, но сегодня я чётко увидел лишь, я уверен, толику сил Констайна - ничего подобного я раньше никогда не видел. Урон, который они способны нанести, невероятен. Но они не смогли даже поцарапать Грамма?

- Так что да, думаю, “Абсолютная защита” - это правда, - заключил Линт.

Я, кажется, уловил суть плана: веря в “Абсолютную защиту” и смертоносную силу “Копья”, капитан Грамм решил вытянуть силы противника на открытую местность и покончить со всем этим за один раз.

Вдруг весь лагерь оказался покрыт каким-то огромным синим, но достаточно прозрачным куполом. Я вскочил от испуга, но ребята вокруг лишь посмеялись.

- Не суетись, новенький. Всё в порядке. То, что ты видишь, это… - Линт почти снова сказал то самое, но сумел вовремя опомниться, - Это - сила капитана. Это - щит.

За моей спиной неожиданно появилась огромная фигура, а полукруг солдат впереди меня покрылся тенью. Я повернулся - это сержант. Все тут же вскочили по стойке смирно.

- Новенький, тебя вызвал капитан, - то ли недовольно, то ли раздражённо оповестил меня Констайн и ушёл, больше ни слова не сказав никому.

- А ты, кажись, понравился нашему капитану, - пошутил Линт, когда сержант ушёл и мы остались одни. - Что-то уж больно часто они тебя зовёт.

Все вокруг засмеялись и тоже принялись подтрунивать надо мной, мне же ничего не оставалось, кроме как явиться к Грамму.

Ринг долгое время молчал, просто стоял у границы образованного им купола, прямо перед лесом, ведущим в Босорт. Он просто вглядывался в эти худые, кривые и потерявшие какие-либо капли жизни в себе древности назад.

Я не знал, что делать, потому лишь стоял позади него, не осмеливаясь что-либо сказать раньше капитана.

- Скоро начнётся, - сказал он тихо, но сквозь ту неприятную тишину, даже не гул, что доносилась из леса впереди нас.

- Что начнётся, сэр?

- Разведчики, которых я отправил вперёд как только мы прибыли сюда, так и не вернулись. Прошло уже четыре часа - я велел им возвращаться через три. К тому же прервалась связь с резервным отрядом. Подкрепление явится только когда поймёт, что что-то не так.

Слова Грамма меня насторожили. Только что все солдаты поголовно утверждали, что победа неизбежна, и всё из-за капитана, а сейчас этот же самый капитан… Сомневается?

- Сэр, может тогда луч…

В небе скользнула тень, а через мгновение купол-барьер капитана рассыпался осколками и прямо в центре нашего лагеря прогремел взрыв. Когда пыль осела, мы увидели разразившийся пожар, что разделил весь гарнизон надвое. Крики агонии, беготня и паника, в центре всего этого одна единственная фигура - огромный монстр, зооморф-лев, в тяжёлой чёрной броне и с длинным зубастым тесаком. Монстр воткнул своё оружие в землю и появилось несколько дюжин порталов - на нас, всех разрозненных, потерянных и не понимающих происходящее, повалилась целая армия монстров, верхом на тварях, каких я раньше не видел, в латах, кто-то на колесницах, ровно распределённые знаменосцы.

Я в панике взглянул на Грамма - он был испуган больше меня. Но это продолжалось недолго. Он быстро пришёл в себя и в его руках появилось яркое синее свечение, принявшее форму щита - это его сила, понять природу которой мне что-то не даёт.

Грамм пытался что-то сказать мне сквозь оглушающий шум царящего вокруг хаоса. Я не слышал, но видел, что он неистово кричит. Я не был испугал, я был в абсолютно ужасе. Я думал, что уже пережил ад на земле, тогда, несколько дней назад, но сейчас…

Крепкая пощёчина вернула мне рассудок.

- ВОЗЬМИ В РУКИ ОРУЖИЕ, РЯДОВОЙ!

- ДА, СЭР! - ответил я уже инстинктивно и вынул меч из ножен.

- СЛЕДУЙ ЗА МНОЙ! ВЫГЛЯДЫВАЙ ВЫЖИВЩИХ! ПОПРОБУЕМ ОБОГНУТЬ И ВОССОЕДИНИТЬСЯ С ОСТАЛЬНЫМИ. ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ?

- ДА, СЭР!

- ПОШЛИ!

Я встал за спиной Грамма и последовал за ним. Монстры уже всё заполонили настолько, что я даже не понимал - остался ли ещё кто живой на этой половине пустыря. Вскоре армия Босорта рухнула и на нас. Не знаю что это, но Грамм создал вокруг нас уменьшенные версии того барьера, который совсем недавно так легко рухнул. Они приняли форму щита, а тем, что был непосредственно в руках Грамма, он отбивался, прокладывая нам путь. Я стрелял из-за его спины во все эти нечеловеческие формы нечеловеческих цветов.

Тот зооморф одарил нас с Граммом взглядом полного безразличия, граничащего с насмешкой над самим нашим существованием, повернулся к нам спиной и, закинув тесак себе на плечо, зашагал в другую сторону - ко второй половине нашего лагеря.

Не думаю, что мы с Граммом действительно продвигались вперёд. Скорее мы были похожи на одинокую скалу (из-за Грамма, естественно) посреди океана, медленно, но верно погружающуюся в воду. Хотя нет, не медленно. Точно не в нашем случае.

- КАПИТАН! - раздался откуда-то сбоку знакомый голос.

К нам присоединился Линт и несколько других наших товарищей. Они вместе со мной заняли место позади капитана.

- ДОЛОЖИТЕ ОБСТАНОВКУ! - приказал Грамм.

- ВСЕ ОПОРНЫЕ ПУНКТЫ ПРОРВАНЫ И ЗАНЯТЫ ПРОТИВНИКОМ, СЭР! СВЯЗЬ С ДРУГОЙ ПОЛОВИНОЙ ГАРНИЗОНА НЕВОЗМОЖНА, ИЗ МОИХ ВЫЖИЛИ ШЕСТЕРО, ТРОЕ СЕРЬЁЗНО РАНЕНЫ.

Обстановка, разумеется, крайне паршивая. Всё вокруг горит, монстров спереди уже неисчислимое количество, но из леса позади нас выступила ещё одна волна, так что совсем скоро мы будем окружены. И хоть пока что Грамм сдерживает напор, врагов слишком много, от этого никуда не деться.

- СЛЕДУЙТЕ ЗА МНОЙ! БУДЕМ ДЕЛАТЬ РЫВОК В СТОРОНУ! НАДО ПРОБРАТЬСЯ К ОСТАЛЬНЫМ! ГЛАВНОЕ ВОССОЕДИНИТЬСЯ С КОНСТ…

Копьё сержанта вонзилось в землю прямо перед нами. На другом конце - его осквернённая голова. Свет копья под ней угасал каждую секунду.

Ярость. Вот что взревело в Грамме. Он, извергнув всю свою энергию, стрелой устремился вперёд, на того самого льва, который и продемонстрировал нам “трофей”.

Одним взмахом своего тесака лев вбил капитана в землю, словно гвоздь, навсегда изменив ландшафт этого пустыря, ранее опушки. Грамм не умер, однако его барьер рухнул в первое же мгновение соприкосновения с тесаком. Сам капитан уже точно не был бойцом - он лишился левой руки, а остальное его тело выглядело настолько ужасно, будто бы навсегда треснуло.

- Ты немного получше того копейщика, - словно рёв, зазвучал могучий и пробирающий до костей голос льва. - И всё же, я разочарован.

- Кто… ты…? - захлёбываясь собственной кровью, попытался спросить Грамм.

- Имя Шанрд тебе о чём-нибудь говорит, человек?

Я думал, что уже видел страх в глазах капитана, но когда он услышал имя этого монстра, то, мне показалось, в сердце Грамма навсегда затесался абсолютный ужас.

- Что… Что здесь делает Маршал Ира?

- Это не важно, человек. Ты всё равно скоро умрёшь, как и вы.

Шанрд взглянул на нас. Мы, остальные, уже были окружены монстрами. Единственное, что отделяло нас от смерти - приказ их командира.

- Но прежде я бы хотел вам кое-что показать.

Из порталов, откуда всё ещё продолжали вылупляться монстры, выехало несколько тележек с клетками - Энни, моя семья и некоторые мои односельчане были внутри. Они ещё были живы. Истоптаны, ранены, замученные, но живые.

Не знаю любовь или глупость, но что-то заставило меня помчаться прямо к ним, наплевав на всё. Шанрду это, разумеется, не понравилось.

- СТОЙ, ПРИДУРОК! - прокричал мне Грамм.

Лев наступил прямо на меня. Я бы погиб, не покрой меня капитан своим барьером. Но, разумеется, я не обошёлся без переломанных костей, разорванных органов. Просто агония боли медленной смерти вместо мгновенного превращения в красную кляксу под стопой чудовища.

- У твоих салаг, что, совсем нет субординации? - скорее насмехался, нежели жаловался Шанрд, обращаясь к Грамму. - Тогда я преподам им урок вместо тебя. Эй, малец, смотри внимательно. Это твоя вина.

В следующую секунду головы Линта и остальных моих товарищей просто-напросто лопнули. В живых остались лишь я, капитан и пленные Энни с остальными.

- Ублюдок! - крикнул я в гневе вины.

Шанрд лишь втоптал меня поглубже в землю, заставляя кричать уже от новой порции неистовой боли.

- Верни… - я уже мало что соображал, лишь пытался дотянуться до Энни

- Вернуть?

Лев сообразил - Энни.

- Ах, вот оно что. Ты хочешь её?

Шанрд двумя своими пальцами схватил бесчувственную Энни за волосы и поднял её в воздух, прямо перед беспомощным мной. Но теперь она начала стонать от боли. От этого мне стало ещё хуже.

- Энни…

- Лот… Спаси… Спаси ме…

Так же, как и капитана Грамма, Шанрд лишил Энни левой руки. Та, как и головы моих товарищей, лопнула.

Если раньше моё тело ещё пыталось как-то двигаться, то теперь оно замерло в отчаянии.

- И это тоже на твоей вине, малец.

Он швырнул Энни обратно в тележку, а я даже не мог закрыть глаза. Всё смотрел на то, как кровь брызжет из её конечности.

- Ладно. Пора с вами всеми заканчивать. Вы, - обратился он к своим солдатам, - добейте этих двоих. С трупами можете делать всё что угодно.

Шанрд, оставив нас с Граммом на растерзание своим тварям, развернулся и зашагал обратно к порталу.

Я видел, как тьма монстров сгущается надо мной, но продолжал смотреть на тихо умирающую Энни. Прежде чем отключить, я увидел, что она пытается прошептать моё имя.

- Лот…

Колоссальный всплеск неизвестной и более зловещей, чем Шанрд, силы раскатом прошёлся по всему полю боя. Небо лишилось облаков, позволив лунному свету залить пустырь, деревья повалились, а пожар, бушевавший всюду, исчез вместе с пламенем ещё где-то горящих факелов. Монстры рядом с Лотом и Граммом были уничтожены.

Шанрд остановился и повернулся назад. Его шокированный взгляд сразу оказался прикован к Лоту.

- Эта энергия… Откуда она у него? ОТКУДА? - зарычал он на Грамма, но тот был удивлен не меньше.

Лев ещё раз посмотрел на полумёртвого паренька. Он уже был без сознания, медленно умирал, но его рука продолжала тянуться к красноволосой девушке в клетке. Неожиданно лев засмеялся.

- Вот оно что! Такого я точно не ожидал! Вот значит как всё обернулось! Эй ты, - обратился он вновь к Грамму, - передай этому мальцу, что девка и остальные будут жить. Однако я убью их, если он не станет сильнее и не найдёт меня снова через три года.

- Что ты несёшь? Это обычный простолюдин.

- Неет, если он тот, кто я думаю…

- Ты бредишь.

- Ты ведь сам видел что произошло.

На это Грамму ответить было нечего.

- Почему три года?

- Думаю, этого хватит.

- Не понимаю.

- Тебе и не нужно это понимать. Даже ему это ещё не нужно. И всё же, передай ему именно это.

- Если я откажусь?

- Ты не дурак, должен понимать. Откажешься - я уничтожу весь Риштайн. Ты знаешь, что мне это по силам.

- Как… Как ему тебя найти?

- О, не волнуйся. Когда придёт время, мы встретимся. Теперь мне пора.

Шанрд развернулся и ушёл, приказав своим подчинённым заняться Энни.

Монстры испарились неожиданно и бесследно, так же как и появились.

Когда я очнулся, то не сразу понял, где я. Пришлось пораскинуть мозгами. Не в лазарете лагеря, откуда мы выступили, это точно. Городская больница? Нет, даже для городской больницы это помещение слишком роскошное. Лишь позже, когда я отправился на остров, я узнал, что это частная клиника. Знатные семьи часто держат такие для личного пользования.

- Очнулся? - раздался голос слева от меня.

Даже поворачивать головой было больно.

Мы оба были перетянуты бинтами с ног до головы, в гипсе, но Грамм был без левой руки.

- Капитан Ринг!

- Поражаюсь твоей живучести.

Я вдруг всё вспомнил. До самого момента, как я отключился: Шанрд оторвал руку Энни и…

- Они все мертвы… Я ничего не смог сделать…

Отчаяние охватило меня.

- Не уверен, что это подходящее выражение для сложившейся ситуации, но всё в порядке, Лот.

Я удивлённо взглянул на капитана.

- О чём вы?

Он всё мне рассказал.

- Энни и остальные будут жить ещё три года, но потом та львина их убьёт, если я не встречусь с ним снова по истечении этого времени?

Для меня это не имело никакого смысла.

- Это не имеет никакого смысла, согласен, - озвучил мои мысли Грамм.

- Тогда как вы можете заявлять это всё?

- Никак. Я сам и не понимаю что случилось. Однако та энергия может означать только одно - ты получил Благословение.

Капитан, почему-то, произнеся последнее слово, внимательно принялся рассматривать меня. Причём очень и очень дотошно, будто бы выискивая во мне какие-то отклонения. Будто бы мне должно было стать плохо просто от того, что он произнёс это слово моём присутствии.

- Благословение, - повторил он и снова начал пялиться на меня.

- Зачем вы повторяете это слово?

Не знаю с облегчением или жалостью, но Грамм вздохнул.

- Значит, это правда.

- Что правда?

- Ты пробудился, не так ли?

- «Пробудился»? О чём…

Прежде, чем я успел договорить, щит материализовался в руке Грамма, и он приставил острую вершину прямо к моей шее.

- Кто ты такой?