Тень Луны. Звёздная колыбель

Глава 1.Рунная взломщица

Часть первая. «В поисках Морионского камня»

☾

В Медведице начался сезон дождей. Некоторые районы утопали в чёрных водах, которым, казалось не было конца. Высокая фигура в доспехах нависала над мужчиной, пытающимся выбраться из лужи. Из его рта вылетало жалкое бульканье. Он пытался звать на помощь, но всякий звук терялся на фоне непрекращающегося ливня.

Небрежным движением маг ногой заставил несчастного перевернуться на спину, после чего повторил вопрос.

Захлебываясь, мужчина прокричал фамилию, надеясь на милосердие своего мучителя.

«Маверик».

Это стало его последним словом.

❂❂❂

Жар обжигал её болезненным теплом, заставлял корчиться в агонии и покрываться потом. Вега хрипела, пытаясь вымолвить хоть что-то. Казалось, будто некто невидимой тенью склонился над ней в попытке ворваться в её тело, в её сознание.

Частое дыхание разбило тишину комнаты. Вега наконец сбросила с себя оковы кошмара, который преследовал её уже несколько недель. Смахнув прилившие ко лбу волосы, она тяжело выдохнула: часы снова демонстрировали четыре утра. Хорошо, что хоть в этот раз она не разбудила Мелани, что уже случалось несколько раз.

Мирное сопение соседки немного успокоило её. С тех пор как они с Яннисом вернулись в гильдию, прошел почти месяц. Мелани чуть не задушила их своими крепкими объятиями. Пожалуй, это было самое приятное, что случалось с ней в последнее время.

Сначала они рассказали мастеру и ребятам, что на самом деле случилось с родителями Янниса, и какую роль во всем этом сыграл лорд Эддингад. Вега старалась не упустить ни одной детали, не забывая при этом поглядывать в сторону тёмного. Яннис казался немного отстраненным и закрытым.

Он и сейчас вёл себя не как обычно: мало говорил, проводил время в одиночку, сам себе на уме. Не то чтобы Вега не понимала, просто она очень волновалась. Другие разделяли её беспокойство. Мелани постоянно напоминала Яннису про еду, а Феликс тенью следовал за другом. Но разве возможно противостоять мятежному духу, глухой ярости, желающей отмщения? Рано или поздно Яннису надоест ждать, и он направится прямиком к лорду. Лишь слово Норда сдерживало его от этого. Мастер попросил дать ему немного времени.

Скрепя сердцем Яннис подавил эмоции, но мысли то и дело возвращались к картинке смерти родителей. Вега рассказала ему всё, он просто заставил её сделать это. Раз за разом он прокручивал слова девушки перед сном, подпитывая разрастающуюся воронку гнева.

Четыре часа утра. А Яннис так и не сомкнул глаз, кажется, и не сомкнет. Накинув на себя рубашку, парень как можно тише вышел из комнаты.Только одно место могло помочь ему расслабиться.

Они столкнулись друг с другом внезапно. Тело парня мгновенно напряглось, стоило лишь взглянуть на нее. Они не оставались наедине с того самого разговора в Туманном лесу, когда он сжимал её в объятиях, выливая собственное отчаянье через слезы. А она молчала, позволяя ему эту слабость.

— Привет, — немного хрипло выдавил он, внимательно осматривая её, подмечая следы усталости на лице.

— Привет, — растерянно ответила она. Они снова встретились в купальне, если это не судьба, то что? — В этот раз не я одна решила нарушить расписание Мистгана, да?

— Можешь заходить первой, я приду в следующий раз.

Вега ждала от него привычной шутки, но уж точно не того, что в парне взыграет джентльменство, и он вот так просто захочет уйти.

— Подожди, — чародейка не верила в то, что действительно собирается это сказать, — давай вместе. То есть я имею в виду, что вместе искупаемся.Там ведь хватит места на двоих.

Яннис удивленно приподнял бровь, словно спрашивая: «Ты поняла, что именно предложила?».Это было весьма неожиданно и слишком маняще, чтобы отказаться.

Пар не был настолько же густым, как в их первую встречу, но он был. И это не могло не радовать Вегу, которая понятия не имела, как же им погрузиться в источник и не продемонстрировать друг другу ничего лишнего?

Яннис насмешливо поглядывал на чародейку, словно бросая вызов. Он явно ожидал, что она вот-вот струсит и позорно сбежит, отказываясь от собственного необдуманного предложения.

Слегка подрагивая от волнения, Вега смущенно пролепетала:

— Отвернись ненадолго, — она собиралась быстро залезть в воду, которая надежно скроет её от темного мага.

Яннис без лишних препираний сделал, как она просила, чем еще раз сильно удивил: он явно не в порядке.

Погрузившись по самый нос в душистый источник, Вега с замиранием сердца стала ждать, когда парень проделает то же самое. Но Яннис не спешил. Он расстегивал пуговицу за пуговицей, при этом смотря Веге в глаза. Ткань медленно сползала с его плеч, обнажая мужское тело, которое девушке уже доводилось лицезреть. Однако если тогда её интерес был вызван серьезной раной, то сейчас вполне себе искренним любопытством. Яннис был хорошо сложен, ни худой и не толстый, он мог похвастаться крепким торсом и развитой мускулатурой.

Кончики ушей бесстыдно загорели, стоило парню взяться за пояс своих брюк. Девушка тут же закрыла глаза, пытаясь совладать со сбившимся дыханием. Она молилась Полярису, чтобы Яннис поскорей опустился в воду и не искушал все моральные устои, за которые Вега продолжала держаться, как за соломинку.

Услышав глухой всплеск, Вега несмело приоткрыла глаза: Яннис устало облокотился на каменный край источника в противоположном углу. Он молчал, закинув голову, и задумчиво глядел в потолок. Она продолжала нервно ерзать в воде, чувствуя себя жутко неуютно. Однако вовсе не оттого, что она впервые принимала ванну с парнем. За полчаса Яннис ни разу не пошутил, не попытался, как следует её смутить (не считая нарочно медленного раздевания) — всё это заставляло сердце горько сжиматься. Ему было плохо. Так плохо, что хотелось забрать часть его боли, чтобы хоть немного облегчить страдания.

— Ты в порядке? — тихо спросила чародейка. Она знала ответ, но больше не могла выносить это молчание.

Не сразу, но Яннис все же посмотрел на девушку, словно внезапно вспомнил о её нахождении здесь.

— А ты? — немного погодя он добавил: — Неважно выглядишь.

Девушка раздраженно повела плечами:

— Ты как всегда тактичен.

Парень не сдержал улыбки, когда она послала ему взгляд с легким оттенком гнева.

— А ты, как всегда, умеешь застать врасплох. Позвала меня с собой в купальню, надеялась воспользоваться моим беззащитным состоянием?

— Да что ты такое говоришь! — мгновенно вспылила девушка, вскакивая и упирая руки в бок. — Я ведь просто беспокоюсь о тебе!

— Ты такая милая, когда ведёшься на мои провокации, — произнёс маг, с интересом осматривая открывшийся вид.

Вега вспыхнула как спичка, прикрыв грудь руками, она скоростью звука погрузилась в воду. Но Яннис успел увидеть всё, что ему было нужно.

— Нахал! Наглец! Бесстыдник! — возмущалась она под его громкий смех.

Но чем дольше она слушала его смех, тем спокойнее становилось на душе. «Наконец - то он стал прежним».

Ненадолго. Не прошло и десяти минут, как Яннис поднялся, даже не предупредив Вегу о том, что ей стоит отвернуться или закрыть глаза. Она и хотела бы отчитать его за подобный поступок, но серьезный тон парня и взгляд заставили забыть обо всех словах.

— На сегодня достаточно водных процедур. Не засиживайся. И попробуй хорошо отдохнуть, — обернув полотенце вокруг бёдер, темный маг поспешил к выходу из купальни, так ничего и не накинув на себя.

Веге оставалось лишь смотреть ему вслед, теряясь в догадках.

«Что же происходит в его голове?»

❂❂❂

Троица тёмных магов уже ждала её в кабинете мастера.

Мастер кивнул, призывая сесть в кресло, и начал говорить:

— Мы все знаем, что случилось с семьей Морр.И все разделяем желание Янниса восстановить справедливость. Однако мы почти бессильны. Слов Веги без доказательств — недостаточно. Нельзя забывать и о том, что полная суть Яра всё еще скрыта от нас. Конфликтовать в открытую нельзя.

— И что вы предлагаете? — Яннис пытался сдерживать растущее раздражение. Даже после того, как он узнал о причине смерти родителей, он всё еще оставался беспомощным.

— Самое логичное — заполучить книгу. Выяснить, что таится на её страницах, и что так напугало Лорда.

— И тогда, мы сможем использовать эту информацию против него, — добавила Мелани. — Но где нам искать книгу? Если она спрятана в резиденции совета, то дело становится практически невозможным.

— Не думаю, — возразила Вега. — Он скрывает её существование даже от советников.

— Я согласен с Вегой: такую важную вещь Эддингад будет хранить подле себя. Скорее всего, она находится в его поместье.

— Отлично, тогда проберемся в его поместье и выкрадем её. Когда можно приступать? — с неугасающим энтузиазмом спросила Мелани.

— Вряд ли он хранит её на книжной полочке, — буркнул Феликс, охладив пыл подруги. — Для такой вещички у него, наверняка, есть магический сейф.

— Ты прав. Именно поэтому нам нужна помощь человека, способного вскрыть любой замок. И у меня есть на примете одна очень талантливая рунная взломщица.

Вдохновлённые маги поспешили собирать вещи, а Норд позвал к себе Мистгана.

— Прости, что вновь приходится присматривать за гильдией, — немного виновато произнёс он, пока дворецкий быстрым движением заносил все указания в записную книгу.

— Не волнуйтесь. С гильдией всё будет в порядке, — захлопнув книгу, Мистган поднял разноцветный взгляд на мастера: — вас тревожит еще что-то?

— От тебя ничего не скроешь. Есть кое-что, — мужчина выдохнул. — Не уверен, что все пройдет гладко.

— Вы имеете в виду — попасть в дом лорда?

— Я имею в виду — уговорить взломщицу помочь.

❂❂❂

Слякоть и хмурая погода изрядно портили настроение всем, но только не Мелани. Полностью уверенная в успехе задумки, девушка бодро вышагивала впереди всех. Она сгорала от желания увидеть загадочную рунную чародейку, которой под силу открыть любой замок. С такой женщиной они обязательно заберут книгу, и тогда лорд поплатится за то, что посмел отобрать родителей у Янниса.

Но на деле, всё оказалось совсем иначе.

Жилище взломщицы было маленьким и неприметным. Внутреннее убранство дома тоже не отличалось особым богатством: несколько кресел, узенький диван, да деревянный пол, застеленный потертыми коврами. Кругом царил полумрак. И всё же было кое-что примечательное: повсюду располагались руны самых разнообразных форм. Мелани плохо разбиралась во всем этом, но, кажется, могла узнать парочку из них: все дело в том, что Мистган хранил несколько у себя в кабинете. Правда зачем они ему, никогда не говорил.

Стоило магам продвинуться вглубь гостиной, как их мгновенно окружили прутья из магических потоков.

— Что происходит?! — испуганно воскликнула Вега.

— Началось, — Норд подавил желание закатить глаза. — Неужели каждая наша встреча должна начинаться вот так, Шерл?

Из темного угла показалась высокая тонкая женщина с хмурым выражением лица.

— Ты сам виноват в этом. Каждый раз, когда мы видимся, я оказываюсь втянутой в очередную передрягу, — встряхивая копной черных коротких волос, произнесла она. Карие глаза недовольно смотрели на старого знакомого и группку детишек, которых он притащил с собой.

— Что-то подсказывает мне — помогать нам не собираются, — буркнул Феликс.

— Прости, Шерл, но в этот раз твоя помощь очень важна, — Норд надеялся, что сумеет достучаться до женщины, но рунные камни в её руке и магическая клетка, всё ещё окружавшая их, заставляла сомневаться. — Может, выпустишь нас, и мы все тебе объясним?

— В этом нет нужды, я не хочу.

— Это касается всех тёмных, — пылко произнес Яннис, прожигая её взглядом.

— И что с того? — немного высокомерно произнесла женщина. Без сомнений она узнала наследника Морр. Голос, татуировки под глазами и лицо — вылитый Аарон.

— Но вы ведь тоже тёмный маг, — осторожно заметила Вега, прилагая все усилия, чтобы не стушеваться перед Шерл.

— Мне нет дела ни до тёмных, ни до светлых, — протянула она, подмечая в руках девушки один из своих камней. — Я уже давно сама по себе. Не хочу показаться грубой, но вам лучше уйти.

— О, не переживайте на этот счёт. Грубее, чем сейчас вы уже вряд ли покажитесь, — шикнула маг ветра.

Норд одернул Мелани призывая помолчать:

— Нам, действительно, не справиться без тебя.

Его слова остались без ответа, и Мелани больше не могла молчать.

— Отлично! Значит, я просто заставлю её помочь, — чародейка подошла вплотную к магической решетке и вытянула ладонь.

В комнате стало ветрено. Свистящие порывы кружили над Шерл и предметами в помещении, но пока ничего не трогали. К удивлению всех присутствующих, строгое лицо рунной взломщицы окрасила легкая ухмылка.

— Ладно уж, говорите, зачем пришли, — своей горячностью Мелани напомнила ей старую подругу. Шерл позволит себе эту слабость.

Окрыленная маленькой победой, Мелани отозвала ветер и принялась за рассказ, время от времени обращаясь к Веге, дабы уточнить некоторые детали. Женщина слушала внимательно, и когда Мелани, закончила, Шерл произнесла:

— Что ж, вы рассказали, что хотели, и теперь я желаю вам счастливого пути.

Все недоуменно уставились на Шерл.

— Вы же согласились пойти с нами! — непонимающе сказала Мелани.

— Ничего такого я не говорила. Всего лишь на всего согласилась вас выслушать. Узнав, что вы задумали, я еще больше не хочу ввязываться во всё это.

— Но как же так?! Разве вас устраивает то положение, в котором мы находимся?!

— А что вы от меня хотите? Вы задумали пойти против самого Эддингада, у которого каждый третий маг под колпаком. При этом у вас нет веских оснований, лишь слова светлой чародейки, увидевшей что-то там, в каком-то волшебном месте.

— Что-то там увидела?! — низко прорычал Яннис. Маг терял терпение. — Он убил моих родителей, по-твоему, это — ерунда?!

Обстановка в комнате вмиг стала напряженной. Все чувствовали злость парня, которая грозилась вырваться из него, подобно лаве, извергающейся из жерла вулкана.

— Я ничего не имею против твоих родителей, Аарон и Белинда были хорошими людьми. И, возможно, всё действительно так, как и сказала девочка. Однако хоть на секунду пораскинь мозгами. Я понимаю твои чувства, и вряд ли желание мести уйдет.Но представь, чем может закончиться ваша задумка из-за этого желания?

Яннис не понимал или не хотел понимать, что она имела в виду.

— Лорд в одно мгновение может разделаться с любым. А теперь оглянись и посмотри на лица своих друзей. Ты втягиваешь их в опасное дело, и они могут пострадать из-за твоей мести.

Слова Шерл достигли парня. С глаз пала пелена. Последние недели все его мысли были заняты лордом. Он хотел отомстить и неважно каким способом. Он просыпался и засыпал с гудящим чувством. Оно было, словно зерно, прорастающее в плодородной почве ненависти и гнева. Попав в капкан из собственного прошлого, парень совсем позабыл о настоящем и о тех, кто был рядом.

Вега видела, как сомнения и чувство вины, разрывали мага, а потому вышла вперед и решительно произнесла:

— Вы ошибаетесь.— Было неуютно от того, что все взгляды обратились к ней, но все же, Вега продолжила говорить: — Вы сказали, что Яннис втягивает нас, но это — мой личный выбор. Годами лорд упивается своей властью, чувствует безнаказанность и обманывает всех нас. Я своими глазами видела, на что он способен. И боюсь дальше — будет только хуже. Неужели, вам не хочется освободиться от этого гнёта? Неужели, не хочется, чтобы люди поняли, что тёмные не изгои. Не преступники, расплачивающиеся за свои грехи. И дело не только в этом, мы все, темные, светлые имеем право быть свободными. Быть счастливыми…

Мелани и Норд не сдержали улыбок. И даже внутри Феликса зашевелилось что-то похожее на уважение. Лишь лица Янниса и Шерл оставались непроницаемыми. Вега проникла слишком глубоко, туда, где хранится нечто сокровенное, то, чем не хочется делиться.

— Юношеский максимализм прекрасен, но в реальной жизни — совершенно бесполезен, — сдавленно проговорила Шерл, отзывая магическую клетку. — Можете остаться, но утром вы должны уйти.

Острая боль накинулась на виски женщины, и, хватаясь за голову, она скрылась за старой дверью.

— Я попробую поговорить с ней, — сказал Норд. — Ждите здесь. И да, советую вам ничего не трогать.

Услышав предостережения мастера, Вега тут же положила камень на ближайшую тумбочку. Она подобрала его, когда они только зашли в дом. Он неприметно торчал из щели между досками в коридоре, но все же она увидела его.

Мелани нервно ходила взад-вперед. Феликс с равнодушным видом постукивал по ручке кресла. А Яннис молча сидел на узеньком диване, облокотившись лбом на собственные руки. Все напряженно ждали мастера и окончательного вердикта Шерл.

❂❂❂

— Можешь не стараться, — тихо произнесла Шерл, когда в комнату зашёл Норд. — Я всё сказала.

— Я понимаю, почему ты отказываешься, — так же тихо сказал мастер, садясь напротив женщины. — Мне жаль, что я вновь вторгся в твой устоявшийся мир. Но боюсь, это произошло бы и без меня. Ситуация в стране меняется, все чувствуют это. Пришло время заговорить, чтобы люди услышали наши голоса. Вспомни, ведь именно этого хотела Клэр.

Имя подруги, словно удар кнута рассёк спину, заставив внутренности противно сжаться.

— О, я прекрасно знаю твои способности манипулятора, но прошу тебя, не утруждайся, — раздражение плескалось в глубине её глаз. Он всегда так делал. Давил на больное место, чтобы добиться нужного результата.

— Я вовсе не пытаюсь манипулировать тобой, — сухо ответил Норд, понимая, что уговорить её будет куда труднее, чем он себе представлял.

— Не надо быть передо мной белым и пушистым Норд, оставь это для своих детишек. Кстати, о них, та светлая, кто её родители?

— Зачем тебе это?

— Просто ответь.

— Вайрон и… Аврора Гросс, — он немного запнулся на её имени, но его голос не дрогнул, чему мужчина был рад.

— Вот оно что. Как интересно. Тогда ответь ещё на один вопрос. Как у двух чистокровных светлых, мог родиться ребенок с тёмной магией, — брови Норда вскинулись в удивлении, и Шерл поняла, что попала куда нужно. Несомненно, та женщина, и все что с ней связано, по сей день оставалось его слабостью.

— О чём ты? Вега — светлая чародейка, — твёрдо произнес он, чувствуя, как смутные сомнения закрадываются в голову.

— Похоже, ты многого о ней не знаешь. Руна, что была у нее в руке, светилась жёлтым. Это возможно только если её касается тёмный, а значит, в девочке присутствует тёмная магия. Понимаешь, о чём я? — Шерл не намекала, а прямо заявляла о своей догадке, вызывая смятение в его душе.

У него проскальзывали подобные мысли: одинаковая магия, схожие увлечения. Но этого просто не может быть! А если и может, почему Аврора не сказала ему?

— Тебе есть над чем подумать, — Шерл указала на дверь. И пускай она вела себя не как хорошая хозяйка, ей все равно.

— Шерл…

— Хватит уже, — резко отрезала она. — Скажи Норд, твою жизнь когда-нибудь спасали за счёт своей? Я не собираюсь рисковать собой, обесценивая всё то, что она сделала для меня.

— Но Клэр пожертвовала собой не для того, чтобы ты жила грабежом и постоянными переездами с места на место.

— Да кто ты такой, Варг тебя дери, чтобы меня судить?! — Шерл сорвалась на крик. Ее губы дрожали, а грудь часто вздымалась, демонстрируя, насколько ее задели эти слова. — Для начала разберись со своими проблемами, а потом уже раздавай советы!

Мастер пулей выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью.

Очевидно, разговор не удался.

Мужчина, не глядя ни на кого, вышел из дома, раздраженно бурча себе под нос.

— Ну, всё, кажется, пора мне с ней поговорить, — засучив рукава, чародейка с воинственным видом направилась в сторону Шерл, но крепкая хватка на её плече, не дала ей этого сделать.

— Остынь, — спокойно произнес Феликс, — вряд ли, если ты разнесёшь весь дом, она передумает.

— И что же делать?

— Боюсь, что мы бессильны.

Плечи Мелани заметно опустились, ей пришлось признать правоту Феликса. Все вмиг поникли. Яннис так и сидел, не подняв головы. Вега осторожно коснулась его коленки, ободряюще улыбаясь:

— Не волнуйся, мы обязательно что-нибудь придумаем.

Но ни через десять минут, ни через час ситуация не изменилась. В подавленном состоянии маги и мастер легли спать, готовясь уйти, как только взойдет солнце.

В это время, в соседней комнате, Шерл раздражённо кидала руну об стену, и когда та отскакивала, она поднимала её, и все повторялось вновь. На душе было так гадко, как не бывало давно.

— Дубина Норд! — шипела она. — Да что он понимает… — Шерл достала из нижнего ящика кусочек бумаги, на котором была изображена молодая девушка с беззаботной улыбкой и множеством затейливых косичек на голове.

Клэр.

Она всегда заботилась о Шерл, и постоянно твердила о времени, когда они одолеют всех тварей и темные освободятся от собственного проклятия. Да, она была точно такой же, как и эти детишки, пришедшие с Нордом. Молодые, горячие и верящие в то, что мирное сосуществование светлых и темных действительно возможно.

Смрадное дыхание и несгибаемые когти Во’ллаха до сих пор преследуют Шерл ночами. А картина, как Клэр заслоняет ее собой, навсегда поселилась в голове. Чужая кровь стекала на её лицо, жизнь уходила из глаз подруги, но даже тогда, перед лицом смерти, она улыбалась, умоляя Шерл лишь об одном.

« Живи. За нас двоих ».

Вот именно. Она должна жить, во что бы то ни стало. Однако Норд был прав. Говоря это, Клэр представляла себе совершенно другую жизнь.

Притянув кусочек картинки к груди, Шерл не сдержала слез.

Ночь была полна терзаний.

❂❂❂

Едва солнце поднялось с востока, компания Норда уже была готова уходить. Не проронив ни слова, маги подошли к двери, как их неожиданно остановила Шерл.

— Ладно уж, я помогу вам.

Вега хлопала глазами, а Мелани спросила с недоверием:

— С чего бы это вдруг?

— Не так важно, но вам придётся хорошо заплатить мне, — с ухмылкой ответила она.

Никто не понимал, что именно заставило её передумать, но вера в успех их мероприятия заметно увеличилась. Даже с лица Янниса пропала эта гнетущая мрачность.

— Отлично, мастер заплатит вам двойную плату, — с энтузиазмом произнесла Мелани, игнорируя протестующий взгляд мастера.

Норд хлопнул себя по лбу, когда-нибудь эта девчонка ее разорит.

После радостных перешептываний, все собрались за столом, чтобы обсудить дальнейшие действия.

— Итак, как вы планируете проникнуть в поместье лорда?

— Уж точно не через парадный вход, — Мелани несильно пихнула Феликса в бок, шепча на ухо, чтобы он оставил подобные фразочки при себе.

— Вега неплохо ориентируется во внутреннем устройстве дома. Она знает вход, через который мы сможем попасть внутрь, — деловым тоном произнес Норд.

— Да, это так, И я знаю, где находится кабинет лорда. Предполагаю, что сейф будет либо там, либо в его спальне.

— Что ж, уже неплохо. Главное найти, что открывать, а дальше я справлюсь, — она произнесла это настолько уверенно, что ни у кого из присутствующих не возникло никаких сомнений. — Кто пойдет со мной? Ясное дело, что мы не отправимся всей дружной компанией.

— Разумеется, — согласился Норд. — С тобой отправится Вега, по понятной причине, и…

— Я, — Яннис встал из-за стола, приковывая к себе внимание.

Норд прикрыл глаза: этого-то он и боялся. Мужчина знал, что маг молний вызовется пойти, но он не мог допустить подобного.

— Нет, пойду я, — возразила Мелани.

— Мелани, вы и так рискуете по моей вине, поэтому мне следует идти.

— А вот и нет, — Мелани также встала с места, упираясь руками в стол, — именно потому, что мы и рискуем, тебе нельзя идти. Яннис, ты можешь поставить под угрозу всю операцию. Все заметили, что в последние дни ты сам не свой. Ты готов сорваться в любой момент. А что, если в доме тебе встретится лорд? Боюсь, представить, что тогда произойдет.

Их взгляды схлестнулись, никто не желал уступать.

— К тому же, ты и так был с Вегой на последней миссии. В этот раз моя очередь идти с ней, —уже мягче произнесла чародейка, надеясь сгладить обстановку.

— Вы еще подеритесь, — буркнул Феликс, вызывая улыбку у своих друзей.

Яннис слабо качнул головой, признавая собственное поражение.

— Вот и решили, мы втроем отправимся к Эддингаду, а вы будете ждать здесь, — подытожила Шерл.

Норд делал последние наставления Мелани и Шерл. Рунная взломщица раздраженно закатывала глаза, его командирские замашки бесили еще со времен, когда они вместе ходили на задания. Мелани ради приличия кивала головой, витая в собственных мыслях.А Вега стояла напротив Янниса, который хотел ей что-то сказать, но почему-то до сих пор молчал.

Безмолвие затягивалось, перерастая в нечто неловкое, а потому Вега решила начать сама.

— Не волнуйся, мы обязательно найдем книгу. Я тебе обещаю.

— Не сомневаюсь, — он трепетно, будто боясь спугнуть, взял ее за руку, заглянув в глаза.

— Я…— язык Веги внезапно стал тяжелым и неспособным выдавать что-то членораздельное.

Яннис сделал полшага навстречу и наклонился к ее лицу:

— Русалки довольно удачливые, но все же, будь осторожна, — жаркий шепот, заставил ее уши покраснеть.

— Хорошо, — только и смогла она выдавить из себя. Но потом, она внезапно вспомнила о Норде, Мелани и остальных. Полярис, они ведь могли все неправильно понять!

А они и поняли. Норд не сводил с них взгляда, чувствуя эмоции, которые он никак не мог распознать.

Покраснев еще больше, Вега кивнула Яннису на прощание и подбежала к Мелани, которая все еще слушала наставления Норда.

— Да-да мастер, мы все поняли.Вы уже тысячу раз повторили одно и то же, а теперь нам пора, — цокнула темная чародейка и потянула Вегу в сторону тропинки.

— Советую тебе начать откладывать деньги, — произнесла на прощание Шерл и последовала за девушками.

Как только все трое скрылись из виду, мастер обратился к Яннису:

— Между тобой и Вегой что-то есть?

Слова мастера удивили парня, прищурив взгляд, он ответил:

— Что это с вами?

— Не увиливай от вопроса, — немного раздраженно сказал Норд. Он и сам не понимал, что с ним. Но разговор с Шерл никак не выходил из головы.

— Даже если и есть, то это касается только меня и Веги, — шкодливо ответил он, заметно повеселев. — Напоминаете отца, беспокоящегося за нравственность дочери.

Норд зашелся в кашле, от таких внезапностей.

— Но можете не переживать, уж кто-кто, а Вега свою нравственность в обиду не даст.

Отец, значит. Он ведь уже был отцом, для всех в гильдии. Но почему-то именно сейчас это слово пугало Норда.

Глава 2. Ремесло взлома

☾

План был прост и состоял из трех этапов. На первом — девушки преодолевают высокое ограждение, затем через тайный ход пробираются внутрь. На данном этапе сложностей быть не должно. Все в стране считают, что поместье лорда — непреступная стена. Он сам распустил этот слух, но Вега то знала, что уверенный в собственном могуществе Эддингад, не может и мысли допустить, что кто-нибудь посмеет пробраться в его дом. Именно поэтому охрана стояла лишь на главных воротах.

Второй этап самый важный. На нем предстоит отыскать сейф и при этом не попасться на глаза прислуге. И наконец, третий этап, на котором все трое благополучно выбираются из поместья и радуют Янниса одной очень важной книгой.

Вега с нетерпением вышагивала к зеленой крыше поместья. За высокой витиеватой оградой с острыми пиками, красовался широкий сад с жёлтыми нарциссами и вкраплениями еще не распустившейся белладонны. Одному Полярису известно, зачем Эддингад посадил эти ядовитые цветы.

Как только они поравнялись с оградой, их поджидала первая неприятность. Вега озадаченно вскинула голову, понимая, что перелезть через ограждение будет труднее, чем казалось. Так как светлая была единственной, , кто здесь уже бывал, она чувствовала груз ответственности. Она первой подошла и крепко обхватила металлические прутья.

Приложив усилия, девушка попыталась подтянуть тело наверх. С горем пополам у неё получилось, но не найдя отверстие куда можно было бы вставить ногу и закрепить свое положение, чародейка оказалась на земле.

— Ничего, — сконфуженно пролепетала Вега. — Я попробую снова.

— У тебя, наверняка, получится, — искорки веселья блестели в сиреневых глазах Мелани. Даже Шерл, не слишком приветливая во время их путешествия, едва скрывала улыбку. — Но давай мы избежим лишнего шума. И я просто воспользуюсь магией.

— Почему ты не предложила этого раньше?!

— И пропустить то, что я только что увидела?

Мелани подмигнула подруге, после чего одним взмахом руки подняла себя и остальных в воздух.

Быстрыми короткими перебежками они двигались от дерева к дереву, приближаясь к заветному тайному ходу. Ещё в детсве Вега обнаружила его вместе с Элизой, когда их отцы в очередной раз проводили время на важных переговорах с лордом. Узкий незаметный туннель, будто был вырыт в подвале специально для них. Благодаря ему, они незаметно сбегали из дома и резвились с другими детьми на свежем воздухе. Вот только Вега не учла одного. С тех дней миновало девять лет, а время жестоко ко всему. Туннель стал ещё уже, и теперь пробраться по нему возможно лишь ползком.

— Вега… Буду очень признательна, если ты немного посветишь, — Мелани едва ли не собирала ртом всю ту грязь и землю, по которой была вынуждена ползти. Кажется, она даже случайно придавила несколько червячков.

Вега с трудом, но все же смогла создать небольшой светящийся шарик, однако ситуацию это не улучшило. В замкнутом пространстве едва удавалось дышать. Казалось, что ещё немного и у Веги начнёт развиваться клаустрофобия.

— Норд обязан заплатить мне втрое больше, — прорычала Шерл, ползущая в самом конце.

❂❂❂

В доме Шерл.

Тщательно размешав сахар, Норд с наслаждением сделал первый глоток, как вдруг его разразил страшный приступ икоты.

— Вспомнил кто-то, — растерянно пробормотал мужчина, выдыхая с облегчением, когда икота все же прошла.

Взгляд Норда непроизвольно возвращался к Яннису, который о чем-то переговаривался с Феликсом. И всему виной Шерл, вложившая в голову Норда, столь невероятные мысли.

— Так как далеко вы зашли? — вырвалось из мужчины, прежде чем он успел подумать.

Феликс и Яннис резко замолчали, удивленно поворачиваясь к мастеру.

С чего бы мастеру интересоваться о таком? Уж не влюбился ли он в Вегу? Но это было бы совсем абсурдно, так откуда же подобный интерес? Яннис откинулся на спинку кресла и спокойно произнес:

— Вам не кажется, что подобное обсуждать некрасиво?

Глаза мастера потемнели. Он и сам не понимал, почему так злился.

❂❂❂

— Свобода! — тихонько воскликнула Мелани, когда они выбрались из туннеля.

— Отлично, а теперь давайте уже найдем этот замок. — Шерл тщательно отряхнулась, хоть видимого эффекта это и не дало.

Спальня лорда находилась на втором этаже, а его кабинет на третьем. Логично было отправиться прямиком в спальню. Что они и сделали. Вега шла впереди, осторожно выглядывая из-за углов и проверяя, нет ли кого на пути.

Когда все трое вошли в комнату, ни у кого не возникло сомнений, кому она принадлежит. Широкие окна были украшены тяжелыми на вид занавесками из синего бархата,над просторной кроватью из красного дерева висел балдахин, сшитый из нежно голубого атласа, со всевозможными кисточками, бахромой и золотыми лентами. Также в комнате располагались три кресла, несколько зеркал и небольшой круглый столик, предназначенный для утреннего чаепития.

Копаться в белье Эддингада не было желания, но только так они могли найти сейф. Не сговариваясь, девушки приступили к поиску. Они искали везде: за шторами, под подушками, за креслами. Но все тщетно. Не поддаваясь преждевременному унынию, маги отправились в следующее место. Удача и в этот раз благоволила им. Ни слуг, ни кого-либо еще они не встретили. Да и с дверным замком у Шерл не возникло проблем.

Ничего не изменилось, с тех пор как Вега бывала здесь последний раз. Все тот же богатый интерьер, камин, широкий стол и изящные кресла. Девушка неосознанно коснулась щеки, вспомнив, как в этом месте отец впервые ударил её.

— Всё в порядке? — странное выражение лица насторожило Мелани.

Стряхнув наваждение, Вега успокоила подругу и принялась тщательно искать. Она проверила все книги в стеллаже, надеясь обнаружить какой-нибудь тайный механизм. Обыскала весь стол и все ящички. Даже за картинами посмотрела. Но ничего. Абсолютно.

— Кажется, вы недооценили лорда — угрюмо заметила Шерл.

Они втроем обыскали комнату вдоль и поперек. Но ничего не нашли.

— Нельзя сдаваться, — неуверенно протянула Вега.

Девушка шла от стола к книжной полке, чтобы еще раз всё проверить, как вдруг случайно споткнулась о край дорогого ковра. Несколько минут она пристально смотрела на него, чувствуя странное волнение.

«А что, если тут? Лорд слишком хитрый, чтобы прятать сейф за обычной картиной, а кому в голову придет прятать его в полу?». Вега решительно откинула край ковра:

— Есть! — вскрикивает она, ощущая вкус победы.

Рубиновая дверца в полу мгновенно привлекла внимание тёмных. Шерл склонилась над хитрым сооружением, окинув его профессиональным взглядом. На квадратной дверце была начертана защитная руна, похожая на ветку дерева.

— Альгиз, — с неподдельным восхищением прошептала взломщица.

— И что это значит? — поинтересовалась Мелани.

— Значит, что открыть замок будет не так просто. Эта руна сложна тем, что поверх неё всегда должна быть еще одна. Пока не узнаю вторую, то не смогу снять первую.

— Но вам ведь это под силу?

— Норд глупец раз позволил вам во всем этом участвовать. Однако в одном он был прав — нет замка, который мне не открыть.

Достав синий мешочек, взломщица вытащила несколько разноцветных камней, раскладывая их вокруг начертанного знака.Затем Шерл поднесла ладонь ко лбу, сосредотачиваясь и шепча заклинание. Рунные камни стали загораться друг за другом.

Прошло несколько минут, но Шерл по-прежнему бормотала заклинание, не прерываясь ни на минуту. Наконец, из центра импровизированного круга вылетело несколько огоньков, складываясь в нужный им знак.

— Отлично, ещё пару минут, и замок будет открыт, — сдавленно произнесла женщина, чувствуя, как заклинание отняло гораздо больше сил, чем она предполагала.

Огоньки пропали, и рубиновая дверца отворилась, демонстрируя магам книгу, завернутую в серую тряпку. С улицы донесся странный шум, девушки тут же забрали нужный им предмет и вернули всё на свои места.

— Кажется, слуги начали подготовку к обеду, — Вега на секунду выглянула из комнаты. — У нас нет времени, чтобы вернуться к тайному ходу. Выберемся через окно в конце следующего коридора. Мелани, ты ведь сможешь нас спустить?

— Да, конечно.

❂❂❂

Окно было перед ними, буквально в пятидесяти метрах, когда за спинами чародеек послышались шаги и голоса служанок. Они не успеют. Не успеют убежать и остаться незамеченными.

— Идите вперёд, я уведу их, — прошептала Вега.

— С ума сошла?! — прошипела Мелани. — Как мы уйдем без тебя?

— Некогда спорить. Делайте, как я говорю. Одной мне будет легче выбраться из дома.

Вега впервые была непреклонна, но она снова жертвовала собой, совсем как тогда: за перевалом. Мелани не могла ее оставить.

— Она права. Идём, — Шерл настойчиво тянула ее к окну.

— Мы будем ждать тебя в лесу, — произнесла темная чародейка, прежде чем отвернуться.

Лёгкие горели. Вега бежала изо всех сил. В боку неприятно кололо, но она не останавливалась, уводя служанок как можно дальше от Мелани и Шерл. Одна из них, заметив странную фигуру, промелькнувшую на второй этаж, незамедлительно поспешила следом.

Звук каблуков становился всё громче. Завернув очередной раз, девушка с ужасом поняла, что дальше бежать некуда.

Цок.

Цок.

Пот градом стекал по шее, а сердце билось так быстро, что было даже больно. Тень служанки уже виднелась из-за поворота, как Вегу сильно схватили за руку, грубо затолкнув в едва заметную дверь.

Перепачканное лицо. Растрёпанные волосы. Грязная одежда. Вегнесса Гросс предстала настоящей замарашкой перед ним.Услышав топот и громкое пыхтение, Эван никак не ожидал, что источником шума окажется она.

Глядя в широко распахнутые глаза напротив, парень не сдержался. Сделав глубокую затяжку, он выдохнул кольцо дыма ей в лицо.

Девушка зашлась в кашле от едкого цитрусового аромата, а Эван явно получил удовольствие.

— Так-так, какой неожиданный сюрприз, — протянул он, оглядывая её с высоты собственного роста.

Робкий стук раздался за дверью.

Вега в ужасе закрыла глаза, ведь именно в этом момент для нее все закончится.

— Господин, вы случайно не видели или не слышали ничего подозрительного?

— Подозрительного? — Эван идеально изобразил удивление.

— Да, мне показалось, что в доме был кто-то чужой.

— Нет, я ничего не слышал, — ответил блондин, сталкиваясь с недоумённым выражением на лице Веги. — Мари, я хочу отобедать через полчаса. Скажи кухне, чтобы ускорились.

Когда шаги за дверью достаточно удалились, Эван обратился к девушке:

— Что же ты здесь делаешь?

Эван смотрел пытливо, в самую глубь. Однако от Веги не укрылась странная дымка, застилающая его глаза, подобно туману, касающемуся поверхности воды.

«Взламываю сейф твоего отца», — она ведь не могла так ответить, правда?

— Я прибыла с отчётом о последней миссии, — выпалила девушка, восхитившись собственной сообразительностью.

— Почему не сообщила об этом заранее?

— Я сообщила, но, видимо, письмо задержалось в пути.

«И почему говорить неправду так сложно?» — на миг подумалось ей.

— Как ты вошла? — не унимался Эван, делая последнюю затяжку.

— Через дверь, разумеется.

— Меня бы оповестили об этом.

Что ж, это было справедливым замечанием. Но до чего же он любил придираться к каждой мелочи.

— Охраны не было на месте. Я позволила себе зайти без разрешения. Но прошу, не наказывай их, это моя вина, — тут же добавила она.

— Тогда, почему ты бежала? — с хитрым прищуром спросил он, загоняя её в ловушку.

— С чего ты это взял? — Вега постаралась изобразить искреннее недоумение.

— Стоит тебе пробежать несколько метров, как ты начинаешь шумно дышать и краснеть. Разве я не прав?

Эван сделал пару шагов, хищно заметив, как Гросс напряженно прижалась к двери в попытке увеличить расстояние.

— Не пытайся лгать мне, Вегнесса — прошептал он, оперившись одной рукой о дверь возле её лица.

Чародейка замерла не в силах пошевелиться. Она смотрела на него, как затравленный зверёк. Невинная овечка. Её вечный и невероятно раздражающий образ. Как и её запах. Вот только в отличие от наивного вида, аромат, исходящий от неё, был совсем иным. Ярким. Пряным. Дразнящим.

Сделав несколько глубоких вдохов, светлый маг выпрямился и зашагал прочь. Подойдя к столику возле окна, он стал наливать янтарную жидкость в бокал. Тягучий алкоголь наполнял хрусталь, когда Эван произнес:

— Я уже говорил, как меня бесит твой запах?

«Да он же пьян. Вот почему его взгляд такой» — мелькнуло в её голове.

— Меня тоже многое бесит, но,боюсь, времени чтобы это обсудить, просто нет.

— Поэтому я и предлагаю — сказать правду. — Эван с глухим стуком поставил бокал, повернувшись к ней.

— Я ведь уже сказала, что приехала с отчетом для главы совета.

Вега следила за каждым его движением. Нетрезвый маг настораживал сильнее обычного.

Не верит. Его мимика кричала об этом, но уже через секунду черты его лица расслабились:

—Тебе повезло: лорд возвращается утром. Можешь остаться на ночь и подождать.

— На ночь? — глупо переспросила она, соображая, как же выпутаться .

— Примешь ванну. Наденешь платье. Вспомнишь, каково это быть леди. И, быть может,придешь в себя, — с нотками брезгливости ответил он.

Вега тяжело выдохнула. Время идет, а их отношения с Эваном совсем не меняются. Он по-прежнему смотрит на неё свысока. А Вега все еще чувствовала неуверенность рядом с ним, однако она уже не та девочка, боящаяся сказать ему слово.

— Мне не нужно приходить в себя, Эван. Сейчас я та, кто я есть, кем всегда являлась. И мне все равно, что тебе это не нравится.

Губы парня растянулись в ухмылке, словно он ожидал именно такой реакции.

— Но ты прав, — сдалась девушка, — я действительно прибыла сюда по другой причине. Я хочу вывести твоего отца на чистую воду. Он должен получить по заслугам.

Хриплый смех под звонкий аккомпанемент аплодисментов прокатился по комнате.

— Браво. Похвальное желание. И как же ты собралась это сделать?

— Серьезно? Ты думаешь, я настолько глупа, чтобы рассказывать тебе?

— То, что ты хочешь пойти против моего отца, уже говорит о глупости. Впрочем, сообразительность, как и физические нагрузки, не твоя отличительная черта.

Звук бьющегося стекла показался оглушительным, но ни один мускул на лице парня не дрогнул.

— Ты все ещё не умеешь сдерживаться, — укорил ее Эван.

Вега стыдливо закусила губу. Она вспылила. Раздражение вновь вырвалось заклинанием.

— Ты нарочно провоцируешь меня. Зачем?

— Чтобы показать, как ты уязвима перед лордом.

Его слова только сильнее запутали. Вега ведь сказала, что хочет навредить его отцу, а он вместо того чтобы схватить ее, пытается указать на слабости.

— Эван, у меня правда нет времени на твои игры, — устало протянула она. — Просто скажи, что собираешься предпринять?

Несколько долгих минут Эван просто молчал, изучающее водя по ней взглядом, но потом произнес:

— Пожалуй, ничего.

— Я не понимаю. Что ты затеял? Пытаешься водить меня за нос?

— Я всего лишь понаблюдаю за тем, что ты будешь делать. Разумеется, я могу в любой момент передумать и рассказать отцу. Но я уверен, что ты потопишь себя сама, а потому мне незачем что-либо предпринимать, — Эван закурил очередную сигарету.

Цитрусовый запах, наверняка, пропитал всю одежду девушки, и еще долго будет преследовать ее. Но это не главное. Неужели Эван и впрямь ничего не расскажет отцу? Почему? Хочет устранить его чужими руками? Но Эддингад ведь его отец.

У Веги не было ответов, а Эван не собирался их давать.

— Как ты выбралась? — Мелани радостно накинулась на подругу, как только та показалась вдалеке.

—Долго рассказывать. Поспешим, — ответила Вега, прогоняя мысли об Эване.

Понять его — это как все время стучать в закрытую дверь, которую тебе не собираются открывать. И хоть, девушке хотелось верить его словам — Вега готовилась к худшему.

❂❂❂

Действия мастера стали полной неожиданностью. Светлая чародейка едва успела переступить порог, как взволнованный мужчина заключил её в медвежьи объятия.

— Мастер, со мной все хорошо, — обескураженная Вега неуверенно погладила мастера по плечу, ловя удивленные взгляды остальных.

— Я, конечно, ни на что не намекаю, но мне бы тоже хотелось получить хотя бы несколько приветственных слов, — усмехнулась Мелани, наблюдая, как мастер сконфуженно отходит на пару шагов от Веги.

— Кхм, безусловно, я рад, что со всеми вами все хорошо, — смущенно кашлянув, мужчина продолжил: — Думаю, стоит перейти к делу.

Обмолвившись несколькими фразами, все шестеро прошли за обеденный стол. Вега с торжественным видом достала из рюкзака книгу, завернутую в плотную ткань. Аккуратным движением, под молчаливое одобрение других, девушка развернула предмет. Книга, в синей обложке с тонким переплетением странных знаков и бледным, почти прозрачным камнем по центру, была точно такой же, как и в её видениях.

В ту же секунду странное покалывание прокатилось по телу чародейки от кончиков пальцев до самой макушки. Стало трудно дышать, будто на грудную клетку опустили тяжелый камень. В ушах зазвенело. Букет из звуков сливался в невыносимую какофонию.

Тьма окружила её.

И посреди неё, в самом центре, возникло мерцающее зеркало. В глубине поверхности чувствовалось незримое присутствие. Она продолжала вглядываться в черное стекло,как вдруг два красных мигающих огонька точно так же стали разглядывать ее.Происходящее было сродни кошмарам, преследующим по ночам. И когда тонкая костлявая рука потянулась к шее, Вега отпрянула назад.

Глава 3. Хелиодор — князь тьмы

☾

— Что с тобой? — горячая ладонь опустилась на её плечо, возвращая в реальность.

Должно быть, она выглядела ужасно напуганной, иначе Яннис не смотрел бы так встревожено. Но как объяснить то, что она увидела? Галлюцинация? Виденье? Всё было слишком реально и не похоже ни на то, ни на другое.

— Я не знаю, — собственный голос прозвучал слишком хрипло. — Возможно, мне просто показалось.

— Ладно, — Яннис всё ещё сжимал ее плечо, подбадривая, — тогда читай.

Прочистив горло, Вега, подобно бывалому барду, принялась за дело:

« Перевод этой книги стал работой всей моей жизни»..

Долгое время правда скрывалась под плотным занавесом лжи, но сегодня он приоткроется. И, быть может, то, что прячется за ним, сплотит всех нас. Надвигается буря, и мы должны быть готовы.

Далее повествование будет вестись от чародейки, сотворившей Яр:

Задолго до известного вам облика: снежных хребтов, бездонных морей, извилистых рек и бескрайних полей. Задолго до всех нас — не было ничего. Лишь красное светило восседало на троне из тёмного полотна и россыпи звёзд. Прародительница всего. Богиня — чьё имя Луна.

Я и мои братья были посланы на землю, чтобы дать начало трём ветвям жизни. Старший брат — Ларимар царствовал на дне морском. Там, где лунный свет матери едва пробивался сквозь солёную пучину. Но его народ был особенным, они могли дышать даже под водой, а их магия была под стать стихии: то буйная и непокорная, то ласковая и безмятежная.

Глубокими ущельями и полями за Громовым перевалом владел младший и самый могущественный из нас — Морион. Суровый, но справедливый он обладал красно-алым камнем, названным в его честь. Камнем, символизирующим безграничную силу и власть над всеми нами.

Меня же богиня отправила высоко в горы, на вершинах которых гулял ледяной ветер, и лежал вечный снег.

Первое время было нелёгким, но нет того к чему нельзя привыкнуть. Мой народ — эти трудолюбивые люди и те, кто владел удивительными способностями такими как, исцеление, проникновение в разум и прочим, оказались очень упорными. Сначала мы стали селиться у подножья гор, а позже — в землях, прилегающих к ним.

Моим братьям и их народам было труднее, но невзирая на невзгоды они делали всё возможное. В мире царил покой и гармония. Вскоре у Мориона родился сын. Хелиодор — великий князь. Племянник был таким же особенным, как и его имя. Сильным. Ловким. Умным. И как оказалось жестоким…

Любимый всеми, мальчик свободно путешествовал по трём странам, долгие годы вынашивая план. О, только бы, если мы раньше смогли заметить его жажду силы. Увидеть эту твердую уверенность в собственном превосходстве. Разглядеть чёрное желание повелевать другими. Возможно, тогда нам удалось бы остановить неизбежное.

Лунный свет богини почти не касался владений его отца. Мрачные земли казались недостойными для таких сильных людей, как морионцы. Плодородные почвы селенийцев и их блага были для него насмешкой.Жуткой несправедливостью.Ослеплённый собственной гордынею, хелиодор не допускал мысли, что всё это — результат долгой и усердной работы.

Он возомнил себя борцом, спасителем своего народа. Не найдя поддержки у отца, ядовитым красноречием и хитростью племянник убедил Ларимара присоединиться к нему и развязать войну.

Реки наполнились кровью невинных.

Войско Ларимара и единомышленники племянника захватили большую часть земель. Однако наш дух не был сломлен: ведь камень власти всё ещё находился в руках Мориона, и без него Хелиодор не мог стать законным правителем.

Но разве могло отцовское сердце пойти против собственного дитя? Родительская любовь погубила моего бедного брата. Однако Морион успел передать камень мне. Убитая горем по брату и страданиями собственного народа, я начала молиться богине, и она поведала, как всё остановить. Яр — только он может помочь…

— Почему ты замолчала? — возбуждённо воскликнула Мелани.

— Альтаир пишет, что не смог перевести последнюю страницу, — пробормотала Вега, переваривая прочитанное.

Подобное просто не укладывалось в голове. Неужели написанное — правда? Неужели, кто-то настолько мог желать власти, чтобы сотворить подобное? И неужели, это может повториться вновь?

— Даже без последней страницы становится понятно, что Яр — способ остановить некого мага, — Норд задумчиво провел рукой по бороде. — Но ни слова не сказано про светлых и темных. Выходит, что подобного деления никогда не существовало. Теперь твари и тот маг, с которым сражался Яннис и Феликс, настораживают ещё больше.

— Да, но как всё это поможет нам против лорда? — Яннис едва мог слушать, что читала Вега. Из-за книги, из-за информации в ней погибли его родители. Эддингад должен поплатиться. И именно его руки должны сомкнуться на шее лорда.

— Боюсь, что у нас появилась проблема намного серьёзнее. Необходимо узнать, как все закончилось. Эта информация поможет. В том числе и разобраться с лордом, — мужчина устало выдохнул:— Не хотел вовлекать и её, но, похоже, придётся.

— Что ещё за она? — Маг молний недоверчиво вздернул бровь, призывая себя успокоиться.Месть не должна вытеснить здравый рассудок.

— Единственная, кто может помочь с главой совета и заодно перевести текст.

— Единственная, кто может открыть замок. Единственная, кто может перевести. Многовато единственных за последнее время, —ворчливо протянул Феликс. — Ещё одна тёмная, которую невозможно уговорить?

Шерл усмехнулась, услышав шпильку в свой адрес.

—О, нет-нет, она — не тёмный маг, а светлый.

— С чего она должна нам помогать?

— Хотя бы с того, что среди нас её близкая подруга, — спокойно ответил Мастер, внимательно наблюдая за реакцией Веги.

Повисла тишина.

— Элиза… — неуверенно произнесла чародейка. — Но это ведь, может быть, очень опасно для неё!

—Поздновато думать об опасности, — резковато бросила Шерл. — Особенно сейчас, когда на горизонте появился новый враг. Мы все в одной лодке. И да, — женщина обратилась к Норду: — не думай, что я забыла про награду. Ты всё ещё должен мне приличную сумму.

— Забудешь тут. — Мастер встал из-за стола и расправил плечи, совсем как на суде, когда защищал Вегу. — Вот как мы поступим: я, Мелани и Шерл возвращаемся в гильдию. Мелани попрошу не перебивать, а дослушать до конца, — тёмная демонстративно закрыла рот. — Я направлю запрос в суд. Расскажу то, что мы выяснили, и выступлю против лорда. Он, явно, не будет стоять в стороне. К тому же ситуация с тварями и тем, что мы узнали, может резко обостриться. Гильдии нужны сильные бойцы. Яннис, Феликс и Вега — вы отправитесь к Элизе и попросите о помощи. Если она согласится выступить на суде, как наш свидетель, вы сопроводите её.

❂❂❂

Сухой ветер безуспешно пытался проникнуть под толстые доспехи Адроса. Раскаты грома эхом разносились по ущелью, в которое он спускался. Именно там, на костлявом троне сидел его господин.

В этом худощавом слабом теле не было прежнего величия, однако именно в нём заключалась вся его жизнь. Смысл его существования. С невыносимой тоской он вглядывался в лицо напротив, вспоминая, какие яркие эмоции когда-то играли на нём. Как давно это было… Около трёхсот лет? А,может быть, и больше. Он уже и перестал считать, одержимый мыслями о скорейшем возращении князя.

— Адрос.

Приятная дрожь прокатилась по телу мага. Он не спутает этот голос ни с чьим другим. Немедля, мужчина опускается на колени перед зеркалом, душа в себе порыв поднять голову и взглянуть в глаза Хелиодора.

— Камень Селениты явил себя. С его помощью мы можем заполучить Морион. Ты разузнал о маге, способном видеть воспоминания?

От низкого голоса князя скручивались внутренние органы, волосы вставали дыбом.Вкус победы и ощущение скорейшей встречи пьянили.

— Да, — поспешил ответить он.

— Хорошо.Из-за Яра я не могу надолго задерживаться. Найди мага, и я дам тебе то, чего ты так долго жаждешь, — Хелиодор прекрасно знал, стоит это сказать, и Адрос бросит мир к его ногам.

Отражение потускнело, но это больше не печалило мага воды. Ведь совсем скоро всё изменится.

❂❂❂

Несколько дней спустя.

Легкий мандраж обуревал Вегу: увидеть подругу после стольких лет казалось чем-то нереальным. Хотелось задать миллион вопросов: как она жила все это время? Сильно ли изменилась? Закончила ли сборник стихов, который начинала ещё в детстве?

Но обстоятельства их встречи не хотели, чтобы эти вопросы прозвучали. И Вега чувствовала сожаление, что пришла вот так, в подобное время, когда нечто тёмное опустилось на Медведицу.

Яннис с легким интересом поглядывал на дубовую дверь, за которой отчетливо слышались шаги. В это время Феликс безразлично рассматривал камни под ногами. Встреча с ещё одной светлой совсем не способствовала радужному настроению.

Дверь открылась с громким звуком, и перед ними предстала немного взъерошенная девушка. С тонкими палочками в пшеничных волосах и ярким, даже боевым раскрасом она выглядела по-детски забавно. Легкая зелёная блуза подчеркивала мягкий силуэт и отлично гармонировала с глазами.

Её глаза широко распахнулись, с потоком непрекращающихся слов она обхватила лицо Веги:

— Вы только посмотрите на неё. Как же ты выросла!

— Я так рада тебя видеть! — Вега прильнула к Элизе. Казалось, стоит разомкнуть объятия, и подруга растворится, как мираж.

Поглощенная эмоциями, Элиза совсем не обращала внимания на спутников Веги, и только когда все зашли внутрь, девушка впервые посмотрела в глаза мага молний.

— Полярис! — тут же ахнула она, прикрыв ладонью рот. — Я и не думала, что вы с Вегой зашли так далеко!

Яннис вопросительно изогнул бровь, а Вега вспыхнула, становясь похожей на цветы мага. Элиза явно говорила не про их затею с лордом.

— Прошу прощения, мне не пристало видеть вас обнаженным в первые минуты общения, — протараторила она, склоняя голову в извиняющемся жесте.

— Не понимаю, о чём ты, — озадаченно ответил Яннис.

Даже Феликс, прибывая в растерянности, окинул друга взглядом, проверяя наличие штанов.

— Я объясню… — начала Элиза, но переведя взгляд на парня, стоящего рядом с Яннисом громко воскликнула: — Не может быть, это и правда вы?!

Чародейка бесцеремонно подскочила к Феликсу, пристально разглядывая его с ног до головы. Парень сильно подрос. Черты лица стали более мужественными, а взгляд острее. Но это был он. Тот самый мальчик, которого она случайно увидела в воспоминаниях одного не очень порядочного человека.

Парню хотелось осведомиться о «нормальности» этой светлой девицы, но изучающий взгляд пригвоздил язык к небу. И только когда в глазах напротив зрачок странным образом стал менять форму, Феликс пришел в себя. Он был готов в любой момент отразить неизвестное заклинание.

— Она не хочет навредить, её магия не опасна! — видя, как заострились черты лица мага земли, Вега поспешила вмешаться.

Элиза тряхнула головой, усмиряя любопытство. Её глаза вновь стали прежними, и Феликс позволил себе немного расслабиться.

— Я не хотела вас напугать, просто должна была убедиться, что вы именно тот человек.

Восхищение в её голосе настораживало. Он взглянул на Элизу из-под насупленных бровей и спросил:

— Мы знакомы?

— Нет, но мы можем исправить это досадное недоразумение, — чародейка протянула ему ладонь для рукопожатия.

Вопрос о её нормальности тут же отпал. Проигнорировав руку Элизы, Феликс многозначительно посмотрел на Вегу.

— Прости, стоит оставить знакомства на потом, нам нужна помощь.

Кивнув, Элиза попросила следовать за ней.

Феликс не переставал оглядываться вокруг: разве может у человека быть столько книг? Тут. Там. Повсюду. Даже в кабинете, в котором они разместились, книжные шкафы занимали большую часть.

— Норд – отличный стратег, — заключила Элиза, выслушав рассказ подруги. — А ещё он хорошо разбирается в человеческой натуре, я, и впрямь, не смогу отказать, когда помощь нужна тебе.

Девушка задумчиво прикусывала кончик указательного пальца, время от времени разглядывая рыжеволосого парня. Уже много лет она вырисовывала его взрослый образ, представляя угрюмым рыцарем или благородным тёмным лордом. Романтично, не правда ли? То, что он довольно холодно отреагировал на приветствие, ничуть не расстроило, наоборот — ещё больше заинтересовало. Феликс напоминал книгу, по обложке которой ничего не понятно, и именно поэтому так не терпится узнать, что внутри.

Элиза подарила ему мягкую улыбку, вновь натыкаясь на холод в ответ. Похоже, ему не нравилось столь пристальное внимание. Интересно, что ещё ему не нравится? Лучше знать, что нравится, но так тоже неплохо.

Не успела Элиза как следует об этом поразмышлять, как Вега осторожно передала ей книгу. Или лучше сказать сокровище, уж она - то в этом разбиралась. Открыв первую страницу, чародейка склонилась, вдохнув аромат страниц. Она всегда делала так, когда знакомилась с новой книгой. Это был её маленький ритуал.

Вега не переставала счастливо улыбаться. Элиза не была чужой, она оставалась самой собой, будто и не было тех лет расставания. Даже горе с отцом не смогло её сломить.

Маги сидели тихо, позволяя хозяйке дома неторопливо изучать написанное. Секунды складывались в минуты. Стрелка часов стремительно приблизилась к полудню, когда громкая сирена плаксивым воем прогремела на все поместье Маверик.

— В чём дело? — обеспокоенно спросила Вега.

— Кажется, на нас напали, — сорвалось с губ, прежде чем раздался громкий взрыв.

Глава 4. Погоня

☾

Быстро.Настолько быстро, что Вега едва успела увернуться.

—Вы в порядке?! — девушка, не мешкая подняла в воздух каменные обломки, не опуская их до тех пор, пока другие не выбрались из завала.

Элиза с трудом держалась на ногах, растерянно оглядывая родное поместье. Вернее то, что от него осталось. Её книги, её дом — в одно мгновение всё превратилось в груду хлама. Девушка до белеющих пальцев стискивала единственную уцелевшую книгу, едва не плача.

—Эй, — грубый голос её привлек внимание, — потом предашься грустным мыслям. Будь начеку.

Феликс будто предвидел беду. Стоило им выйти из разрушенного здания, как их тут же встретили твари. Варги скалили зубы, а Во’ллахи издавали жуткие звуки, мотая головой.

Подумать только. Настоящие тёмные твари, прямо здесь, перед домом Элизы. Напуганная, но зачарованная она смотрела на них с открытым ртом, неосознанно сравнивая тварей с картинками, которыевидела в детстве. И все же нарисованные они нравились ей больше. Девушка инстинктивно спряталась за спины Феликса и Веги.

—Не бойся, с тобой всё будет хорошо, — шепнула Вега, полностью закрывая ее собой от тварей.

Это, действительно, та Вега, которая дрожала от страшилок на ночь?

—Плешивый Варг! — выругался Яннис, принимая боевую стойку.

Твари расступились, пропуская своего хозяина.

—Снова тот водяной хмырь, — рыжеволосый не мешкая сколдовал каменное копье.

Маг жестом указал на прячущуюся Элизу, молча подзывая её. Глаза Янниса прищурились в нехорошем предчувствии. Кажется, водяной маг пришел за книгой, которая досталась им с таким трудом.

Человек в доспехах сделал шаг вперёд. Вместе с ним активизировались и твари, почти впритык приближаясь к магам. Уверенной поступью он направлялся им навстречу, скользя равнодушным взглядом по собравшимся. У него была четкая цель, и ради её достижения он готов на все.

Синяя молния поразила его доспех. Он остановился, но тряхнув шлемом с рогами, мужчина прогнал щекочущее чувство после удара и продолжил движение.

—Каменная стена,— прислонив руки к земле, Феликс сотворил высокую преграду, отделившую их от тварей.

Элиза прижимала книгу к груди, бегая взглядом от одного мага к другому. Их ситуация была весьма и весьма неприятной. А её неуместное любопытство лишь добавляло ложку дегтя. Мужчина в доспехе обладал невероятной аурой. Возможно, для общего блага ей стоило заглянуть в его мысли.

—Времени мало, — сильные удары по стене были тому доказательством. — Феликс, вы с Элизой должны бежать отсюда, как можно дальше.

Маг земли цыкнул, но не стал возражать. Он не глупец и прекрасно понимал, что книга не должна достаться предполагаемым врагам.Понимала и Элиза. Но твари и их хозяин выглядели слишком сильными, справятся ли Вега и Яннис?

Поймав обеспокоенный взгляд подруги, Вега ободряюще улыбнулась, словно уверяла, что всё будет хорошо. Но шестое чувство противно нашептывало: « Не верь».

Девушки не сговариваясь обнялись. Это напоминало прощание, но Вега гнала подобные мысли прочь.

Глухие удары продолжали рушить стену. Каждый громкий звук отдавался стуком собственного сердца. С секунды на секунду защита падет. Девушка сглотнула вставший ком в горле.

Продолжая глядеть вперёд, Яннис уверенно взял Вегу за руку.

Она вздрогнула. Исходящее тепло от парня, согрело ледяные пальцы. Он скосил на неё взгляд и нахально произнёс:

— Если выберемся отсюда, с тебя поцелуй.

—Но мы ведь в любом случае это сделаем.

—Рад, что мы мыслим в одном направлении, русалочка.

Вега опустила голову, скрывая смущение на лице. Разве это не странно вести подобные разговоры в такой ситуации: посреди разрухи, в нескольких метрах от врагов? Может быть.

Вега сжала его руку в ответ. Они обязательно справятся.

❂❂❂

Феликс и Элиза удалялись все дальше от поместья. Гильдия была их спасением, но до неё так далеко. Поэтому их главная цель – оторваться от преследования. Однако поместье Маверик, окружено бесконечными полями. Слишком открытая местность не лучший помощник для тех, кто пытается убежать.

Выход один – идти через лес. Если всё сложится удачно, через него они попадут в Канопус, а затем и в Ванду. Для этого им необходимо двигаться в быстром темпе, но кое-кто их тормозил. Парень бросил очередной недовольный взгляд на девушку, плетущуюся сзади:

— Мы должны ускориться.

Элиза знала это. Она была бы и рада прибавить шаг, но нарастающая пульсация не позволяла. Когда подскочивший адреналин стал угасать, чародейка почувствовала, что не может наступать на ногу. Видимо, один из обломков все же успел её задеть.

— Это станет возможным только, если ты понесешь меня на спине.

Феликс резко остановился.

—Что, прости?

Ему ведь не показалось?

Элиза, молча, ждала ответа, пока он смотрел на неё, будто у неё выросла третья рука. А она ведь просто предложила самый разумный выход из ситуации.

Он окинул её лицо тяжелым взглядом, спустился к ногам, выглядывающим из-под юбки. Хотелось выругаться, но время поджимало, и только это останавливало его от извержения всех ругательств, что он знал.

—Залазь,— он повернулся и присел, чтобы ей было удобнее взбираться.

Слабый румянец выступил на бледных щеках Элизы. Она смело схватилась за крепкие плечи. Словно великий мученик Феликс выпрямился во весь рост, обхватывая оголившиеся бедра девушки. Её впервые касались так интимно, и надо признаться ощущения весьма приятные.

Идти с ношей стало в разы труднее, но Феликс все равно продолжал твердо двигаться вперёд. На лбу залегли глубокие морщинки, демонстрируя, насколько он был недоволен из-за всего происходящего. Чужое дыхание щекотало затылок, а чужие пальцы изредка проводили по шее, сильно нервируя. Они знакомы всего несколько часов, а она уже села ему на спину и свесила ножки. Страшно представить, что будет дальше. Хотя, о чем это он – никаких дальше.

Элиза ни о чем таком не думала, она вообще старалась не думать, иначе картинки разрушенного поместья поглотили бы её полностью. Девушка надеялась, что слугам удалось выбраться и убежать. А еще она была бесконечно рада, что отец проходил специальное лечение в пансионате, далеко от места сражения.

Совершенно неосознанно, Элиза прижималась к надежной спине, беззастенчиво утыкаясь носом в волосы Феликса. Казалось, их облюбовало само солнце, подарив такой яркий оттенок.

— Феликс! — испуганно позвала она, когда где-то позади раздался протяжный вой.

Плохо! Очень плохо! Неужели тварям удалось прорваться через Янниса и Вегу? Тело парня вмиг напряглось. Как же сбить тварей с пути?

❂❂❂

Поместье лорда.

Хрустальный стакан пролетел в нескольких сантиметрах от его лица и рассыпался на кусочки. Эван сумел сохранить невозмутимость, невзирая на давящую ауру отца. От Эддингада веяло холодной яростью. Она забиралась под кожу, набрасывая на кости оковы страха.

—Как же так вышло, что нечто ценное вынесли у тебя под носом?

—Уверяю вас, я не видел никого постороннего, — внутри всё дрожало от смеси глупого страха и гнева на самого себя.

—Не видел? — лорд неотрывно следил за сыном, лишь одним взглядом пытаясь вытянуть из него правду. — Хорошо, пусть будет так. Думаю, не стоит напоминать, что случается с теми, кто меня предает.

Стискивая зубы, Эван склонил голову и покинул кабинет.

Его брови вытянулись в одну линию, а губы дрожали от злости. Ему в очередной раз указали на незавидное место пешки главы советы. Пешки, которую выкинут, как только закончится её ход. И даже тот факт, что они родственники не играл роли.

Ненароком в голове возник образ девушки. Даже в этом вопросе Вегнессе повезло больше, чем ему. Она познала любовь. Когда как в его доме это слово – всего лишь пустой звук. Ей всегда все доставалось легче. Её любила мать. А мать Эвана, отдав сына на воспитание нянькам, благополучно забыла о его существовании. В лучшем случае они виделись два раза в год. Но это мало походило на общение родственников. И даже Вайрон, несмотря на своеобразный подход, очевидно, переживал за дочь.

Злая ухмылка появилась на лице блондина. Его никто не любил, о нем никто не заботился. Однако это было ерундой. Ведь у Эвана был он сам.

❂❂❂

Разрушенное поместье Маверик.

Стена пала. Их чуть не задела ударная волна от заклинания, но Вега вовремя активировала щит.

— Уверенна, что справишься? – он задал вопрос, но знал, что у нее нет выбора.

Вега кивнула, готовясь отвлечь тварей, чтобы Яннис смог подобраться к врагу. Она не знала заклинаний, способных убить, но она могла сдержать Варгов.

Магией девушка отталкивала тварей как можно дальше, не позволяя им приблизится даже на метр.

— Кажется, в прошлый раз мы не закончили, — кончики пальцев слегка искрили. Яннис концентрировал как можно больше магии в правой руке. Доспехи этого мага каким-то образом не пропускали его прошлые атаки.

—Ты мне не нужен, — бесцветно произнес Адрос.

— О, так ты можешь говорить, — глаза Янниса налились красным. Руку окутали молнии. — Шутки кончились.

Мужчина оставался неподвижным, не беспокоясь о предстоящем ударе. Чтобы юнец не задумал, у него не выйдет.

—Давай! – кричит Яннис, глядя куда-то за спину Адроса.

Возможно, точный и сильный удар смог бы пробиться через доспехи, но им с Вегой надо действовать наверняка.

— Лунное притяжение! — их план был рискованным с самого начала. Уверенности в том, что Вега сможет одновременно удерживать тварей и притянуть шлем, не было.

Почувствовав слабый тычок в затылок, Адрос медленно повернул голову в сторону девчонки. В его взгляде плескалась слабая заинтересованность. Пожалуй, он даже посмотрит, что произойдет дальше.

На её лбу вздулась вена, а в глазах появилось жжение. Вот только в этот раз оно было в несколько раз сильнее, особенно в левом. Однако ей некогда об этом размышлять. Шлем будто сопротивлялся магии, упрямо оставаясь на голове врага.

Яннис не собирался стоять в стороне, молниеносно, он приблизился к Адросу, ударяя его под дых. В этот раз заклинание мальчишки оказалось гораздо ощутимее. Одно из ребер хрустнуло, но мужчина продолжал стоять. Одним движением он обхватывает шею Янниса, приподнимая его над землей.

Холод стали обжег кожу парня, перекрывая поток кислорода. В один момент, почти всю магию будто высосали, лишая возможности к сопротивлению.

— Яннис! — паника охватила девушку.

Лицо парня начало синеть, а маг воды и не думал его отпускать. Неужели они с Яннисом проиграют?! Нет, не так. Неужели они умрут?! Она почувствовала, как накатываются слезы, и как начинают дрожать ноги. Но вместе с тем она чувствовала и злость на себя, на свою беспомощность. Она вспомнила лицо Элизы, которую втянула во все это. Вспомнила Мелани, и мастера, и всех, кто все время защищал ей.

Хватит.

Хватит бездействовать, постоянно ища оправдания собственной слабости. Девушка закрывает глаза. Делает глубокий вдох. Резко открывает глаза, вскидывая руки вверх.

Яркая вспышка темно-синего цвета заполняет все вокруг.

Твари разбегаются, в попытке скрыться от странного света. Растерявшись, Адрос щурится, прикрывая глаза ладонью, и выпускает парня. Вега ещё раз пытается снять его шлем, и у нее получается. Яннис падает на землю, но встает и делает последнее, на что остается силы.

Удар по лицу, с остатками магии, ненадолго выбивает Адроса из колеи.

Вспышка пропадает так же внезапно, как и появилась. Понимая, что им не победить, и что твари скоро вернутся, Вега подхватывает Янниса под руку и тянет в сторону, в которой скрылись Феликс и Элиза.

❂❂❂

— Они ведь идут по запаху! — вдруг осенило Элизу. — В этой местности полно пахучей грязи. Ненадолго, но она запутает их.

—Предлагаешь измазаться ей?

—Именно.

В этом есть смысл. Он не произнес этого вслух, лишь крепче сжал ее бедра и ускорил шаг.

—Где нам её искать?

Его голос звучал все также недовольно, но Элиза вся светилась. Она всегда чувствовала радость, если её знания могли принести пользу.

—Дай подумать. Судя по тому, что я читала об этом месте, вернее всего будет искать грязь возле голубого мха. Никто до сих пор не понял, почему они растут рядом, но нам это и не важно. Главное помнить — голубой цвет верный признак, который нам нужно искать.

Они прошли около получаса, но так и не наткнулись на мох. Девушка нетерпеливо ерзала, крутя головой из стороны в сторону. Будь его воля, Феликс тут же скинул бы светлую на землю.

—Нашла! — вскрикнула девушка, указывая куда-то вперёд, при этом случайно ударяя парня по голове.

Буркнув себе под нос, он направился в нужную сторону, пока не дошел до поляны, напоминавшей голубое море посреди леса.

Элиза осторожно опустилась на землю. С трудом сделав несколько шагов, она учуяла резкий запах.

—Ну что ещё? — протянул Феликс, увидев, что девушка задумчиво замерла.

—Запах остается только на коже. Чтобы наверняка оторваться от тварей, придётся раздеться.

Он не знал, как это у неё получалось, но почти всё, что вылетало из её рта, так или иначе шокировало. За ними гонятся. Их друзья сражаются. А что делают они? Правильно. Они собираются раздеться и обмазать себя отвратительно пахнущей грязью.

Не дождавшись реакции парня, Элиза начала действовать первой. Задрав юбку как можно выше, девушка с ярым энтузиазмом принялась наносить толстый слой грязи на ноги.

Чудачка.

Светлая кожа на глазах становилась чёрной. Феликс не сразу понял, что все это время неотрывно следил за её нехитрыми манипуляциями. Странное чувство заполнило легкие. Он поспешил прокашляться. Элиза взглянула на него, и он тут же отвел взгляд.

—Не думаю, что у нас так много времени, чтобы просто стоять.

Парень смерил ее уничтожительным взглядом.

Какой забавный.

Улыбка исчезла с лица, как только Феликс снял кофту. Как и положено воспитанным девушкам, Элиза должна была отвернуться. Но какой в этом смысл, если ей хочется посмотреть?

Феликс худоват, но у него были сильные руки и гармонично сложенное тело. Полярис, а его конопушки на груди! Элиза не видела ничего милее.

Без лишних слов парень прошел мимо светлой. Взяв в руки щедрую порцию грязи, он начал втирать её в кожу. Феликс вздрогнул, почувствовав что-то прохладное

—Ускоряю процесс, — объяснила Элиза, нанося слой на его спину. Он дернулся, в попытке скинуть ее руки, но она неожиданно сильным движением удержала его на месте. – Сиди смирно.

—Вздумала командовать?

—Не волнуйся, я не стану отнимать у тебя эту роль.

Феликс фыркнул, бросив на неё колкий взгляд, но сдался, позволив закончить.

Он старался выглядеть хладнокровным, но напряженные плечи и россыпь мурашек под ее ладонями, выдавали его с головой.

❂❂❂

Голова Феликса раскалывалась на части: будто кто-то обхватил её с двух сторон и мучительно сдавливал. Спертый запах обволакивал парня, лежащего на холодной сырой земле. Острое чувство голода пронзало желудок, словно он не ел несколько дней.

Парень поморщился, проведя языком по потрескавшимся губам с запеченной кровью. Когда глаза привыкли к окружающей темноте, он смог разглядеть обшарпанные каменные стены и металлические прутья. Феликс был в ловушке. Заперт со всех сторон. Но как это произошло?

Схватившись за голову, он пытался вытянуть из памяти хоть что-то.

Он помнил, как бесконечный поток тварей тянулся за ним по пятам. Их клыки много раз проносились буквально в пару сантиметрах от кожи. Помнил острые ветки, царапающие лицо, и пронзительный женский вскрик. Он проглядел толстые корни дерева, спрятанные в траве, и полетел вниз. Во’ллахи, немедля, подхватили светлую и потащили прочь.

«Полярис! Девчонка! Где она? Что с ней?».

Её не было с ним в камере. Феликс сорвался с места, подскакивая к решетке. Перед глазами поплыло, и он вновь осел на землю, скользя руками по прочным прутьям. Когда дыхание пришло в норму, он стал высматривать девушку в соседних камерах, которых было около восьми. Он несколько раз позвал её по имени, но никто не отозвался.

Лишь Феликс и тишина были пленниками этого места.

Элиза ничего не могла сделать. Твари слишком быстро подхватили её, унося от Феликса. Она видела, как смело и дерзко он отражал их атаки, пытаясь прорваться за ней. Но силы не равны. Во’ллах подкрался к нему незаметно, нанося точный удар камнем куда-то в затылок Феликса.

Элиза пыталась слезть с плеча, колотила тварь по голове, но Во’ллах лишь злобно рычал, пока странное зловоние из его рта необъяснимым образом погружало её в забвение.

Она едва успела прийти в себя, когда тот самый мужчина в доспехах рывком поднял её на ноги. Девушке пришлось последовать за ним. Быть может, она сможет узнать, что с Феликсом, и для чего их похитили?

Элиза слабо перебирала ногами, пытаясь поспеть за быстрым магом. Он требовательно тянул её за локоть, не позволяя отставать. Они шли темными извилистыми коридорами, ледяной ветер гладил их спины, завывая жуткие песни.

Мужчина грубо втолкнул её в просторный зал. Интересно, что же скрывается под этим шлемом? В центре помещения стоял круглый стол с ярко-красной скатертью. Элиза опасливо оглядывалась по сторонам, повсюду горели свечи, отбрасывающие расплывчатые тени, которые не переставали дрожать и постоянно менять очертания. Они будто смеялись над девушкой, попавшей в их владения.

Увидев книгу в его руках, она не на шутку встревожилась.

—Расскажи всё, что увидишь о хозяйке этой книги. Важна любая деталь: что она говорила, куда ходила, все её последние действия.

Его голос напоминал тоскливую музыку виолончели, те самые низкие нотки, передающие нескончаемую печаль. Он словно бесконечно устал от жизни, и ничего не приносило ему радости.

Элизе даже стало жаль его, но она еще не знала, что совсем скоро ей придется взывать к его жалости.

—Простите, но вы требуете невозможного.

Утомленный взгляд вмиг переменился. Серые глаза стали жестокими.

—Неверный ответ, — он подошел к столу и положил на него книгу. – Поверь, у меня достаточно терпения, ты даже представить не можешь насколько. Просто сделай то, что я сказал, — Адрос повернулся к ней лицом, произнося следующую фразу с явной угрозой: загляни в книгу, с помощью своей магии, иначе я перестану быть вежливым.

Он даже не пытался с ней шутить, но Элиза и впрямь не знала, как проникнуть в память книги. Она умеет заглядывать в сознание людей, видеть их воспоминания, чувствовать яркие эмоции. Но у книги ведь нет сознания.

—Я не могу, — призналась девушка.

В легком раздражении Адрос ударил по столу. Девчонка просто не оставляет ему выбора.

—Что вы делаете?! – испуганно спрашивает она, когда сталь жестко обхватывает её запястья.

—В этих наручниках заключена частичка магии моего господина. Они будут мучительно медленно сжигать твою кожу, пока не доберутся до костей, а затем сгорят и они, превращаясь в пепел. Тебе будет больно. Нет, не так. Тебе будет настолько невыносимо, что ты будешь умолять меня о смерти. Но этого не произойдет. Ты не умрешь, пока не скажешь мне то, что я хочу.

Его быстрый шепот вызывал тихий ужас. Она ни на секунду не сомневалась, что все будет так, как он сказал.

—Но, я, правда, не могу!

Стоило произнести это вслух, как наручники загорелись алым. Сложно описать словами то, что начало происходить. Нервные окончание вмиг стали куда чувствительнее. Сердце ускорило ритм. Кожа становилась грязно-бордовой и местами покрывалась пузырями с кровью. Кто-то рядом пронзительно кричал. Погодите. Кажется, этот душераздирающий звук принадлежит ей самой. Ощущения были за гранью всего того, что она когда-либо испытывала до этого.

Вскоре она срывает горло, и крик превращается в надсадный хрип. Почему? Почему она не теряет сознание?! Неужели, ей и правда, придётся умолять?

—Что делала Селена в последние часы?

Элиза с трудом разлепила глаза, он возвышался над ней грозной скалой.

—Не знаю…

—Куда она спрятала камень?

—Я не знаю. Не знаю…. не знаю… – бормотала девушка, балансируя между реальностью и бредом. Кажется, у нее начинался болевой шок, но чужая магия не позволяла отключиться.

—Взгляни внимательней, — он поднес книгу к её лицу. – Открой глаза и взгляни!

Она устала. От боли. От его голоса. От вопросов. С бессмысленной злостью Элиза вновь открывает глаза, чувствуя, как магия бесконтрольно струится по телу. Глаза заполняют зрачок, и она видит:

« —Вы только посмотрите на его бестолковое выражение! — грузный паренек с издевательским смехом тыкал в лицо щуплого мальчика. – Адрос, ты ведь маг воды. Потомок Ларимала, неумеющий плавать. Какое зрелище может быть более жалким?

Другие задиры, стоящие рядом загоготали, не переставая со всех сторон толкать мальчика, с длинными серыми волосами, заплетенными в косу.

—Перестаньте, — слабо попросил он, и Элиза узнала этот голос.

Она оказалась в воспоминаниях собственного мучителя. Они находились посреди огромной купальни, заполненной ароматом благовоний. На блестящем мраморном полу отражалась неописуемой красоты роспись со стен и нависающего потолка.

—Ты не достоин быть слугой сего Господина! Никчемный сучонок! – крикнул парень, похожий на крысу.

Мальчик не реагировал, словно подобные слова были привычными для него. Возможно, это так и было.

—А знаешь, почему бы нам не помочь тебе? — хитро протянул зачинщик, подталкивая мальчика все ближе к краю воды. — Чем быстрее ты научишься, тем быстрее перестаешь позорить господина.

Элиза чувствовала панику внутри своего мучителя, когда он обернулся и увидел зеркальную гладь. Похоже, он и, правда, не умел плавать.

Еще немного, и мальчик оказался бы в воде. Но внезапный звук, захлопывающейся двери, привлек всеобщее внимание. Все тут же склонили головы, стоило мальчику, едва ли на много старше их самим, появиться.

Его тело было облачено в бархатные ткани мятного цвета, на тёмных волосах красовался черный венец, украшенный драгоценными камнями и синими цветами.

Ему хватило пару секунд, чтобы понять всю ситуацию. Он надменно оглядел собравшихся

—Господин, мы всего лишь разговаривали, — главный задира отпустил руку мальчика, и вместе с остальными отошел от него на несколько шагов.

Страшные вопли эхом прокатились по купальне. Тела всех трёх окутал огонь. Мальчики повалились на пол и стали кататься по нему, они хлопали себя руками, пытаясь хоть как-то унять языки пламени.

Элиза с трудом выносила происходящее. Но больше всего её поражало, то, как вел себя мальчик. Рядом с ним корчились и страдали, пускай и обидчики, но пока еще живые люди, а он не обращал на это никакого внимания. Под музыку из стонов он не сводил восхищенного взгляда со своего господина.

Когда слуги убрали обуглившиеся тела, они остались вдвоем.

—Почему ты позволял им так с собой поступать? Ты намного сильнее, я знаю, — хозяин обошел своего слугу, рассматривая со всех сторон.

—Да, но то, что они говорили – правда. Это позор, — щеки мальчика покрыл румянец стыда. Он не заслуживал, то, что сделал для него князь.

—Тогда измени это. Лиши их возможности издеваться. Уничтожь собственную слабость или она уничтожит тебя, — изящным пальцем, он подцепил выбившуюся из косы прядь мага воды и легким движением заправил её за ухо. – Я научу тебя плавать, если ты пообещаешь, что станешь сильным».

Адрос вновь мог шевелить телом. Девчонка заглянула в его воспоминания, после чего потеряла сознание. Она увидела один из важных для него дней. Нервная дрожь прокатилась по телу, когда он вспомнил прикосновение Хелиодора. Прикрыв глаза, он не сдерживается и прикасается к собственным волосам.

❂❂❂

Феликс едва не сошел сума, когда услышал крики Элизы. Что-то сжалось внутри. Он колотил решетку, пинал её ногами, пытаясь выбраться и броситься на помощь. Но ничего не выходило. Когда спустя час раздался глухой скрип и тяжелые шаги, он тут же подскочил к прутьям, силясь разглядеть вошедшего.

—Что ты с ней сделал, ублюдок?!

Тот самый хмырь в доспехах нёс тело девушки на руках. Он оставил её в соседней камере, не реагируя на слова Феликса, и ушёл.

—Полярис! — парень отчаянно ударил по прутьям. Светлая неподвижно лежала на полу. — Эй, ты как? Маверик, ответь. Маверик! —громче позвал Феликс, но она все так же не реагировала. — Элиза, мать твою, ответь!

Глава 5. Безысходность

☾

Капля за каплей срывалась с камней и ударялась о землю. С каждым стуком Феликс понемногу сходил с ума. Маверик не проронила ни слова, с тех пор как её принес маг воды. Он видел, как неподвижно лежало хрупкое тело; слышал, как тихо и рвано она дышала, и не мог поверить, что она может перестать это делать. Сколько раз Феликс подшучивал над Мелани из-за её излишней сентиментальности к более слабым магам? Сколько раз говорил, что каждый должен уметь за себя постоять, иначе этот жестокий мир пожрет их и даже костей не оставит? Жизнь – сплошное выживание: такова её природа. И что же теперь? Он и сам не понимает почему, но так отчаянно желает, чтобы собственные слова стали ошибочными, и слабая Элиза открыла глаза.

Из соседней камеры раздался стон. Феликс сильнее прижался к решетке, силясь разглядеть, открыла ли она глаза.

—Эй, слышишь меня?! Ты как?

Спустя несколько секунд, Элиза нашла в себе силы ответить:

— Если не считать, что я видела собственные кости, торчащие из расплавленной кожи, то я в порядке, — её голос был до ужаса хриплым, а тело до сих пор подрагивало от пережитой боли.

Элиза боялась смотреть вниз. Боялась узнать, что стало с её руками.

Феликс неосознанно сжал прутья, стараясь не обращать внимание, как все внутри тревожно всколыхнулось, стоило девушке сказать про кости:

—Что ему нужно от тебя?

И все же она опустила глаза. Там, где несколько часов назад кожу терзали наручники, были бинты, расписанные древним языком, таким же, на котором написана книга. С каждой секундой запястьям становилось легче. Но зачем Адросу залечивать раны? Она не смогла ответить на его вопросы, она бесполезна. Неужели он собирается вновь повторить пытку?! Элизу бросило в холод, но пощелкивание пальцев, возвращает её в реальность. Кажется, Феликс задал вопрос.

—Всё дело в моей магии. Я умею заглядывать в головы людей, в их воспоминания. Но он хотел, чтобы я заглянула в книгу.

—А ты не можешь, — девушка кивнула, а Феликс, кажется, начал понимать, в чем дело. Возможно, его и самого похищали по схожей причине. Маг воды что-то ищет, и это что-то — чрезвычайно важное. — Но что именно, он требовал увидеть?

Голова жутко гудела, но Элиза старалась сосредоточиться, пыталась вспомнить, какие вопросы он задавал, пока она билась в агонии.

—Камень, — бормочет она, — он хотел узнать, где камень.

❂❂❂

В черноте зеркала пробежала рябь, как если бы кто-то кинул камень в озеро. Из самой глубины показалось пламя, которое все сильнее напоминало глаза. И наконец, тягучий полный силы голос произнес:

—Девчонка сказала, где он?

—Нет.

—Нет?! — гневно восклицает Хелиодор, да так, что содрогаются стены тронного зала. — Причину. Назови. Мне. Причину.

—Она уверяет, что не умеет, — Адрос украдкой бросает взгляд на господина и тут же опускает.

—Что, если она лжёт? — немного погодя, мужчина опровергает свой же вопрос — Знаю, это невозможно. Тебе никто не станет лгать.

В последней фразе сквозила неприкрытая гордость: Хелиодор чувствовал удовлетворение, осознавая, что лично приложил руку к тому, каким стал Адрос.

—Как простой слуга, я счастлив слышать, что вы такого высокого мнения обо мне.

—Ты прекрасно знаешь, что значишь для меня. Но сейчас у нас нет времени.

—Вы правы, — согласился Адрос. Слова эхом звучали в голове. Он знал, что значил для него, но хотел большего. За шесть сотен лет Адрос успел стать жадным. — Девчонка смогла увидеть мои воспоминания, но отчего то не может сделать тоже самое с книгой.

—Я подозревал, что нынешние маги — слабы, но не думал, что настолько, — тёмный князь не скрывал своего разочарования и презрения. — А ведь этого можно было бы избежать, если бы горячо любимая тетушка не вмешалась.

—Совсем скоро, вы поднимете эту страну и её жителей с колен, — ничуть не сомневаясь произнес Адрос.

—Скорее, заставлю на них опуститься. Не подведи меня, — бросает мужчина, прежде чем исчезнуть.

Маг воды поднимается с непоколебимой решительностью и отправляется к темницам.

❂❂❂

Вега и Яннис убили около тридцати тварей, прежде чем окончательно от них оторваться. Истратив почти всю магию, они с трудом передвигались, но все же шли, в надежде столкнуться с друзьями.

Но этого так и не произошло.

—Твои глаза, — бормочет Яннис, всматриваясь в лицо Веги.

—Глаза? Что с ними? — чародейка тянется к ним ладошкой, но парень тут же произносит:

—Нет. Ничего, кажется, показалось.

Слабый оттенок красного в её правом глазу исчез сразу же после того, как девушка моргнула. Это напоминало его собственные глаза, когда он использовал магию, но ведь с Вегой так быть не могло. Или могло?

Кровавое зарево растекалось по всему небу, а птицы тревожно щебетали, когда маги переступили порог гильдии. Мастер стоял подле камина, а на кресле возле него восседала Шерл. По ней и не скажешь, что некоторое время назад она не хотела сотрудничать и возвращаться в место, которое когда-то было её домом.

Норд не смотрел в сторону прибывших, когда те рассказывали о случившемся. Яннис с трудом держался на ногах, лишь плечо Веги не давало упасть. Они думали, что найдут Феликса и Элизу здесь. Надеялись, что им удалось прорваться. Но их здесь нет. И это означает, что магов схватили. Все понимали это, но не произносили вслух.

—Вега! Яннис! — Мелани с ужасом рассматривает потрепанных друзей после того, как наконец, выпускает их крепких объятий. — Кто это сделал с вами? Назовите имя, и я заставлю его страдать!

—Отставить, — пробасил Норд, подбрасывая дрова в камин. — Мне нужно подумать, а вам отдохнуть. Обработайте раны и возвращайтесь.

—Да ты загнан в угол, — тянет Шерл, когда троица покидает кабинет.

—Тебе доставляет это удовольствие?

Норд ощущает острый прилив раздражения, но лишь потому, что её слова — правда. Он действительно в ловушке. Похищение ребят — огромная проблема, из которой вытекают и другие. Без Элизы мужчина не может обратиться в совет, не может поймать лорда. К этому всему на горизонте появляется необычайно сильный ужас прошлого, который необходимо остановить.

—Не стану отрицать.

—Ты всё ещё злишься за тот случай с золотом?

—О, поверь, у меня уйма причин злиться на тебя. И за тот случай особенно. Детишки считают тебя святым, а на самом деле ты — подлый обманщик! — чем больше женщина говорила, тем сильнее распалялась. — Из-за тебя я обокрала важных шишек, а ты обманом отнял у меня золото и раздал!

—Они нуждались в нем сильнее тебя. К тому же, ты сделала доброе дело, — невозмутимо заметил мужчина.

—А я никогда не говорила, что горю желанием совершать добрые дела! — ей хотелось высказать ещё многое, однако она понимала, что в данный момент не совсем подходящее время. — Впрочем, сейчас не я — причина твоего неудобства, а потому в этом нет толка. Так и быть, я подскажу, что делать дальше, — благосклонно закончила она, кидая многозначительный взгляд на конверт с алой печатью, лежащий на столе.

Мелани помогала лекарю обрабатывать раны, с непривычно серьезным выражением лица. На моменте, когда Вега заикнулась про похищение, баночка с зельем в руке темной чародейки просто рассыпается в её руке.

—Мы их вернем. Заставим мага воды жалеть. И, наконец, засадим Эддингада за решётку, — мрачно произносит Мелани, в то время как по её руке стекала кровь.

—Маг воды точно не жилец, — шепнул Яннис, заставляя Вегу улыбнуться.

Когда они вернулись в кабинет, Норд жестом призвал их сесть.

—Не зная точного расположения, искать Феликса и Элизу за перевалом глупо. В прошлый раз вам просто повезло, в этот — мы не можем терять время. — Норд передал Веге конверт, наблюдая, как вытянулось в удивлении её лицо.

Что такого могло произойти, что Вайрон послал письмо? Легкое беспокойство подталкивало девушку поскорее открыть конверт. Размашистым почерком внутри было выведено:

«Возвращайся. Дело срочное».

От этих двух фраз веяло холодом, впрочем, они ярко отражали отношения отца к ней. Но он никогда бы не написал ей первым, не случись что-то по-настоящему серьезное.

Вега беспомощно подняла глаза на Норда, словно спрашивая: «Действительно ли она должна это сделать?».

—Я опозорила его. Он даже не пришел на мой суд. Вы, правда, думаете, что он согласится?

Девушка сразу же поняла, чего хотел Норд. Вайрон обладал не только богатством и влиянием, но и полезными способностями. Он мог выслеживать людей по их магии и был достаточно опытен, чтобы проделывать это даже на огромных расстояниях.

—О чём вы? — Яннис почувствовал неладное: Вега заметно поникла и сжалась всем телом.

—Вайрону под силу найти место, где держат ребят. Боюсь, нам ничего не остается, Вега, — Норд знал, что девушке будет сложно решиться на этот шаг. Но ясно видел, несмотря на обиду и задетую гордость, девушка по-прежнему привязана к отцу.

Вайрону следует больше ценить дочь.

—Вы правы, — все ждали её ответа, и она не могла больше молчать. Вега была наивна, но отнюдь не глупа. Если ради спасения друзей, ей необходимо поговорить с отцом, она сделает это. Даже если придется умолять, а быть может, и угрожать.

Раздался стук в дверь.

Мистган не ожидал такого количества людей. Тень смятения проскользнула в его глазах, когда он увидел Янниса и Вегу, а перебинтованную руку Мелани. Во что она уже успела ввязаться?

—Прибыло срочное известие. Около сотни тварей, минуя деревни, двигаются в сторону гильдии.

—Отвлекающий маневр, — говорит Шерл.

—Пожалуй, — соглашается Норд. — Похоже, нам предстоит битва. Прости, Вега, но тебе придется ехать одной. Мистган, оповести всех в гильдии. Пусть готовятся.

Похоже, Мелани и Мистган успели сблизиться за последнее время, иначе, как объяснить, что, попрощавшись с Вегой, чародейка добровольно отправилась вслед за ним, чтобы помочь. Вега же отправилась к себе в комнату. Прошло немало времени с тех пор, как она бывала здесь в последний раз. Но несмотря на долгое отсутствие, все вокруг оставалось таким же: все тот же освежающий запах; все та же узенькая, но удобная кровать; все та же атмосфера уюта, чувство тепла, которого она не испытывала в богатой спальне родного дома.

Наспех переодевшись и собрав сумку, девушка была готова отправиться в путь, хоть её и терзали сомнения. На Ванду вот-вот нападут. Все будут сражаться, чтобы защитить гильдию, а Вега ведь тоже её часть! Разве она не должна сражаться, как остальные? Но вспомнив про Элизу и Феликса, Вега мрачно посмотрела на свое отражение в зеркале. Страшно представить, что с ними происходит сейчас. Они должны их вернуть, вот почему отъезд Веги неотъемлемая часть спасения.

Выйдя из комнаты, девушка сталкивается с Яннисом. Его появление приносит странное чувство спокойствия, и, будто ни ей одной. Лицо парня просветлело, на губах заиграла улыбка, и исчез хмурый вид, с которым он сидел в кабинете мастера.

—Ты ещё не оправился от ран, будь осторожен, — говорит Вега, когда они останавливаются возле самого входа в гильдию, где её уже ждала повозка.

—Чтобы не случилось, уверен, ты появишься и спасешь меня. Ты ведь спасешь меня от всего, русалочка?

У Веги перехватило дыхание от того, как он пристально, без всякого смущения смотрел прямо в глаза.

—Я думала, тебе не нравится, когда помогают.

—Мне нравится все, что связано с тобой, — нагло, но в тоже время невероятно обольстительно произносит он.

Если Яннис планировал её смутить и заставить нервничать, то у него получилось. Волнение вспыхнуло внезапно и все нарастало. Она чувствовала, как подгибаются колени, и, кажется, потеют ладони.

—Я буду спасать тебя от всего, — Вега делает короткий шаг к нему, — всего — кроме Мелани, — выдыхает она, и тянется к лицу, собираясь легко коснуться его щеки, и выполнить обещание.

Словно разгадав намерение Веги, в последний момент Яннис ловко изворачивается, обхватывает её лицо руками, и жадно прижимается к губам девушки. Он не видел взгляда, но чувствовал, как дрожало её тело, пока он в безумном порыве пытался насыться её вкусом. Их первый поцелуй должен был быть совсем не таким. Яннис ведь не раз его представлял. Представлял, что сначала он нежно, почти невесомо коснулся бы чужих губ, потом отстранился бы, и перед тем, как углубить поцелуй, он обнял бы её за талию и крепче прижал к себе. Но, то, что происходило сейчас имело мало общего с его фантазиями. Он пылко, стараясь сдерживаться, поочередно захватывал то верхнюю, то нижнюю губу. Кажется, даже умудрялся целовать уголок её рта.

Чужие губы обожгли с первого же прикосновения. Паника и собственная неопытность, почти захватили в свой плен, но чары Янниса оказался сильнее, и она сдалась. Сдалась ощущениям, которые затягивали в пучину чего-то нового; неизведанного; манящего. Наплевав на все, что сдерживало до этого, Вега обхватывает ладошками его руки, и приподнимается на носочки, чтобы еще сильнее ощутить мягкость его губ. Ненасытность Янниса передалась и ей. Казалось, что Веге все мало и мало. Она не понимала, чего именно так не хватало, а потому лишь пыталась подрожать движениям губ парня, надеясь, что её сердце не остановится внезапно.

Взаимность, вот отчего реально кружит голову. Когда Вега начала отвечать, Яннис подумал, что очутился в одном из своих снов. Однако ни один сон и в половину не передаст весь спектр настоящих эмоций. Он испытывал дикую потребность в том, чтобы это помешательство продолжалось, и не мог заставить себя оторваться от нее и отпустить.

К счастью (разочарованию), это сделал извозчик. Пожилой мужчина кашлянул, не очень громко, но достаточно, чтобы парень и девушка в ту же секунду оторвались друг от друга и в спешке попрощались.

«Полярис! Неужели, мы и правда, сделали это?!» — Вега уже пятнадцать минут сидела в повозке, но щеки до сих пор пылали, а губы немного саднили, еще раз доказывая реальность её первого поцелуя. Ей нужно было перестать думать о Яннисе, и начать думать о том, что она скажет отцу. Но она не могла. Правда. Мысли обладали собственной волей, вновь и вновь заставляя вспоминать темного мага.

❂❂❂

Лязг доспехов прокатился по сырому туннелю с темницами. Элиза содрогнулась, но постаралась успокоить и попытаться предугадать дальнейшие действия Адроса. Логичнее всего, что он просто избавится от них, ведь она не смогла пригодиться.

Но у мага из далекого прошло были свои мысли на этот счёт. Он остановился возле её камеры, взирая с пугающим холодом. На Адросе не было шлема, и она без труда могла рассмотреть его лицо. От беспомощного подростка, боящегося воды, не осталось и следа. Мягкость и смазливость в чертах уступила место жестким квадратным линиям. Продолговатой формы глаза были густо подведены из-за чего их серый цвет отливал статью, играя на контрасте с оливковой кожей. Изогнутый кончик пепельных бровей терялся за такого же цвета волосами.

—Поднимайся, — бросает он, прерывая её разглядывания.

—Зачем? Вы ведь сами видели, я не могу дать того, чего вы хотите. Можете пытать меня сколько угодно, это не принесет пользы.

—Ты права: пытать тебя бессмысленно, — не успела Элиза выдохнуть от облегчения, как он произнес: — Но выбора у тебя нет. Тебе придется сделать это.

—Но как?!

—Ты умная чародейка, придумай. А я обеспечу мотивацию, — Адрос вытягивает руку вперед, и камера Феликса начинает заполняться водой.

Элиза осознала, их не выпустят, пока не добьются своего. Их будут пытать, возможно, найдут и другие рычаги давления, но не отпустят.

—Хорошо, но мне необходимы книга и время, — быстро проговорила девушка, когда из рта Феликса стали выходить пузыри с воздухом.

—Я буду возвращаться через каждые два часа, для мотивации. Однако, не уверен, что твой друг долго продержится.

Вода исчезает, под звуки откашливания Адрос протягивает ей книгу.

—Выпусти меня, и мы это проверим, — выплевывает Феликс, вытирая капли с лица.

Элиза подавляет испуганное восклицание, опасаясь, что маг вновь будет пытать Феликса, но Адрос пропустил его слова мимо ушей и просто ушел.

❂❂❂

Несмотря на то, что Гросс — одна из богатейших семей в стране, её фамильное поместье выглядело весьма просто. Трехэтажное здание, построенное из красного камня, не имело каких-то вычурных элементов, дорожки к дому не были вымощены золотом, в аллее не росло экзотичных растений, а в конюшне не было бесчисленного количества скакунов. Тем не менее у случайного путника или приглашенного гостя не возникнет сомнений кому принадлежит этот дом: ведь изящество, говорившее о статусе сквозило во всем. На узорчатых воротах красовался «Ворон» — символ семьи Вайрона, и «Солнце», символизирующее семью матери Веги.

—Госпожа! Это и правда вы?! — седоволосый стражник со смешными усами едва не заплакал, когда рассмотрел лицо девушки, за которой не раз гонялся в детстве, когда та носилась по саду, сломя голову. — Где же вы пропадали?! Мы все чуть не сошли с ума!

Вега улыбнулась. Приятно, что хоть кто-то в этом месте скучал и переживал за неё. После теплых приветствий слуг, девушка вновь заволновалась. Она стояла напротив двери кабинета Вайрона, собираясь с духом.

Была не была.

Отец сидел за столом, склонившись над бумагами. Ничего необычного. Мужчина проводил большую часть времени в этих стенах, выкрашенных в цвет спелой вишни. Он не поднял головы, когда она вошла, а Вега не знала с чего начать разговор, и как теперь ей следует к нему обращаться.

—Мистер Гросс, — девушка присела в реверансе, — в письме, вы упомянули срочный разговор.

Он с некой леностью оторвал взгляд от бумаг:

—И ты только поэтому вернулась? Из-за письма?

«Ты скучал?»; «не нужна помощь»; «я волновалась» — она не произносит ничего из этого, лишь кивает головой. Становится понятно, что её ответ его разочаровал. Но чего он ожидал?

—Вегнесса, я и раньше не шутил, но сейчас дело приняло опасный поворот. Поэтому перестань вести себя как избалованное дитя, и начни думать головой.

Все внутри задрожало от злости. Сосуд из терпения и понимания переполнился, капля за каплей роняя гнев и обиду.

—В детстве, когда я болела, или ранила себя по глупости, то всегда молчала до последнего, пока Мериан все же не замечала и не укладывала меня в постель. Ни в один из таких дней вы не разу не пришли ко мне. Во время грозы, когда я, трясясь от страха, прибегала к вам, вы отсылали меня обратно, а слуги зажигали волшебные фонари по всему дому, чтобы мне было спокойней. Когда вы ударили меня по щеке, я была готова подставить вторую! И вы говорите, что я — избалованное дитя?! Нет, отец, я вовсе не избалованный ребенок. Я ребенок, который лишь хотел вашей любви.

Она впервые высказала отцу все, что копилось внутри долгие годы. Челюсть Вайрона напряглась, он дернулся словно от удара, а в его взгляде, всего на секунду, промелькнула нечто, дающее надежду на то, что еще не поздно. Что они еще могут попытаться понять друг друга.

Но его слова заключили в тиски её едва распустившуюся надежду. Мужчина отодвинул документы от себя, и с хмурым видом произнес:

—Просто сделай, как говорю. Верни, что украла у лорда Эддингада.

—Ч-что?

Девушка была растеряна. Она не ожидала, что отец будет первым, из чьих уст вырвется это имя, да еще и в подобном контексте. Неужели, Эван все же рассказал, что видел ее в тот день?

—Он приказал отыскать тебя и передать стражникам совета.

—Так вы что же, вы поэтому мне написали? Вы…вы… — у неё не было сил закончить эту страшную догадку.

—В отличие от некоторых, я никогда не предавал семью. И не собираюсь этого делать! — рявкнул Вайрон, и ей тут же стало невыносимо стыдно, за собственные мысли. — Просто верни, что взяла. Я сам все улажу. Я до тех пор ты будешь спрятана в надежном месте. Там, где, людям лорда до тебя не добраться.

Он пытается её уберечь.

—Не могу, у меня нет этой вещи. Если бы и была, я ни за что не отдала бы её.

—Ты в своем уме?! Ты хоть понимаешь в дом какого человека залезла?!

Даже когда отец отказывался от нее, то не был настолько зол, как сейчас.

—Конечно понимаю, ведь это мне он выносил приговор, а не вам, — девушка не удержалась от шпильки в адрес отца. Она все еще обижена, за то, что он не поддержал её на суде. За то что даже не явился на него.

—Мы теряем время.

—Вы правы, а потому, я приступлю к тому, зачем пришла. Мне не нужна ваша защита, мне нужна помощь.

—О чем ты? — было видно, настрой дочери и её тон, приводили мужчину в замешательство.

—Элизу похитили, а вместе с ней и ту вещь, о которой так беспокоится лорд.

—Ха, я совсем не удивлен, что она замешана во всем этом, — губы Вайрона исказились в слабой ухмылке.

—Почему вы так к ней относитесь? Почему пытались сделать все, чтобы мы перестали общаться? Почему? Вы словно, словно боитесь её, словно считаете угрозой.

—Потому что это так и есть. Признаться, я был уверен, что она переметнется на другую сторону, но никак не ожидал, что ты сделаешь это первой.

И тут девушка догадалась, чего же он так боялся.

—Вы думали, что она способна повлиять на меня?

—Она таскала запрещенные книжки, рассказывала истории о темных, а ты заглядывала ей в рот. Конечно же, она способна на тебя повлиять!

—Но что в этом плохого? Что случилось бы, если бы я просто начала общаться с темными магами?

—Просто общаться, — с грустной иронией повторил мужчина. — Это теперь так называется? Хочешь сказать, что с тем мальчишкой ты тоже просто общаешься?

Это вопрос был из тех, на которые не ждут ответа. Вега моментально вспыхнула, понимая, на что намекает отец.

—Наш конфликт может подождать, но боюсь, что Элиза и Феликс нет. Мистер Гросс, как вы и говорили, дело приняло опасный поворот, ваша помощь просто необходима!

—Прекрати меня так называть, —вскипел мужчина.

«Как же мне тебя называть?» — проскочило в голове.

Они буравили друг друга взглядом не меньше минуты

—Я не знаю, почему вы согласились стать свидетелем по тому делу с семьей Морр, но уверена, что, если бы вы знали, что совершил Эддингад, вы не за что бы так не поступили. Помогите мне, помогите найти Элизу, и я смогу вам доказать, что ваш лорд — ужасный человек!

Вайрон ничего не ответил, но достал карту, давая понять, что согласен. Вега не могла до конца в это поверить, но все же ощутила облегчение. Они вместе склонились над полотном с изображением рек, лесов и крупных населенных пунктов, когда в кабинет ворвались люди с изображением венца на плащах.

❂❂❂

—Послушай, — Феликс понизил голос до едва уловимого шепота, опасаясь, что их могут подслушать, — мы должны тянуть время.

—Феликс, ты же его слышал, он сделает все, чтобы добиться своей цели. Тяни не тяни, он все равно узнает, что хочет. Конечно, если у меня получится хоть что-то увидеть.

Элиза листала страницу за страницей, ощущая на себе внимательный взгляд парня.

—Эти знания не сулят ничего хорошего, никому из нас. Уверен, в гильдии уже думают о том, как вызволить нас от сюда, а потому надо сделать все, чтобы этот хмырь получил желаемое, как можно позднее.

—И ты готов ради этого страдать? — неуверенно спросила девушка.

—Буду терпеть так долго, как смогу.

—Надо же, — Элиза оторвалась от книги и посмотрела на мага. От него не укрылось искорка восхищения, промелькнувшая в её глазах, — ты ведь из тех, кто в первую очередь думает о плохом исходе, да и геройствовать ты не любишь. Однако, похоже, что твоя вера в друзей сильнее дурных мыслей.

Феликс лишь фыркнул и отвернул лицо. Её слова смутили, а он не привык к этому чувству.

Элиза нисколько не сомневалась, что их и, правда, пытаются спасти. Но ведь, когда идешь по тропе, только собственные ноги заставляют тебя двигаться.

Девушка несколько раз прочитала страницы, переведенные Альтаиром, и, наконец, могла сосредоточиться на оставшихся. Она уже поняла, что Адрос ищет камень, некогда принадлежавший Мориону и символизирующий безграничную власть над древними жителями Медведицы. Но зачем же он ему сейчас? Ведь в данный момент это была бы всего лишь реликвией, а значит дело в другом. Камень связан с Яром, иначе Селена не стала бы его прятать. Так же понятно, что Яр остановил Хелиодора, но каким образом?

Все это спрятано на последних страницах.

Кажется, она уже начала улавливать суть, но появился Адрос, напоминая, что время истекло, а значит настала пора Феликса страдать. Парень спокойно поднялся на ноги, показывая, что ему совсем не страшно.

—Храбришься? Напрасно, — просто отвечает Адрос, настраиваясь на бесконечный поток криков и крови.

Феликс не ощущал магию внутри себя, но был готов дать отпор, не зря же их столько тренировали. Но как только, маг воды переступил порог темницы, парень почувствовал, как против воли стал опускаться на колени. Что-то невидимое давило на него, заставляя это сделать.

Адрос одной рукой схватил его за челюсть, вынуждая запрокинуть голову:

—Разрешаю тебе не сдерживаться. Можешь кричать во все горло.

—Да пошел ты! —сквозь зубы отвечает Феликс.

Маг воды тянется к поясу, на котором красовался изящный прут, отливающий медным цветом.

Взмах.

Свист разрезает воздух.

Элиза закрывает ладошками глаза не в силах за этим наблюдать.

Рубашка парня рвётся на части. Несколько алых капель вытекают из тонкого, но глубокого пореза и марают землю. Феликс выпускает сдавленный звук, но тут же упрямо сцепляет зубы, чтобы не сделать этого вновь.

От стойкого запаха крови кружилась голова и сжимался желудок. Адрос наносил удар за ударом, не давая времени на передышку. В какой-то момент Феликс перестал чувствовать спину, лишь тупую непрекращающуюся боль. Из глаз непроизвольно лились слезы. Он скреп пальцами землю. Хотелось вопить. Но нет. Он не доставит этим удовольствие палачу.

Когда все закончилось, у парня не было сил, чтобы подняться. Он распластался на холодной земле дыша через раз, ведь даже эти элементарные действия отзывались острым и нестерпимым ощущением.

—Прости… — прошептала Элиза, виня себя, за то, что не смогла это остановить, и возможно, не сможет и потом.

Глава 6. Кара

☾

Но коль князь камень обретет,

То Яр и мир в тот миг падет…

Они и глазом не успели моргнуть, как на их шеях захлопнулись противомагические ошейники. Вега не сдавалась. Со всей силы она наступила на ногу одному стражнику, второго пихнула локтем в живот, а третьего попыталась ударить головой, но её скрутили. К горлу Вайрона приставили нож, вежливо попросив девушку успокоиться.

Лицемерные интеллигенты.

Вегу и Вайрона запихнули в узкую повозку. Под скрип колёс и бесконечную тряску чародейка пыталась найти выход. Тихий голос отца вывел её из размышлений:

—Это я велел слугам зажигать лампы. Знал, что тебя это успокоит.

Вега чуть не поперхнулась. Почему он это сказал? Подобное откровение совсем не в его характере. Девушка была обескуражена и не смогла ответить. Повозка мчалась с невероятной скоростью, становилось понятно, что извозчик был магом, а это значит — совсем скоро они встретятся с лордом.

Величественные двери распахнулись, пропуская магов в знакомый Веге зал. Эддингад уже ждал их, восседая в самом центре стола.

—Оставьте нас, — стражники тут же покинули помещение. Эддингад необычайно плавно приблизился к дорогим гостям, оглядывая Вегу с ног до головы, словно змея, глядящая на антилопу перед трапезой. — Так-так, малышка Вегнесса и мой добрый друг Вайрон. Приятно видеть, что ваши семейные распри окончены, и вся семья в сборе.

—Мой лорд, — Вайрон почтительно склонил голову, молясь, чтобы дочь не натворила глупостей.

Вега чувствовала себя так, будто её сейчас съедят и даже костей не оставят, но она затолкала это ощущение поглубже. Она не собиралась склонять голову. Только не перед этим человеком.

Поняв это, губы Эддингада криво исказились.

—Дерзость тебе к лицу, — снисходительно бросил глава совета. Однако его тон стал угрожающим. — Осталось научиться выбирать соперника себе под стать. А ты Вайрон, неужели задумал предать меня? Почему не сообщил, что она вернулась домой. Кажется, я обозначил свой приказ весьма отчётливо.

—Разумеется, я собирался вам сообщить.

—Конечно, — миролюбиво согласился он, после чего отвесил Веге звонкую пощечину. — Женщины этой семейки погубят тебя, не сомневайся.

Её голова дернулась в сторону, а сама она отступила на шаг назад.

—Перестань! — гневно воскликнул Вайрон, порываясь в сторону дочери, но Эддингад выставил ладонь, призывая оставаться на месте.

—Ты смеешь мне приказывать? — обманчиво спокойно спросил лорд. — Не забывайся, мой друг, если не хочешь, чтобы ваши с дочуркой головы полетели с плеч.

Вайрон прикусил язык, дабы не усугубить ситуацию. А Вега едва сдерживалась, чтобы не расцарапать лорду лицо. Видимо, мужчине не понравилось, как она на него смотрела, и он ударил её еще раз.

—Говори, где книга? Не знаю, как тебе это удалось, но лучше верни её мне, — прошипел он, хватая девушку за волосы и с силой оттягивая их назад.

—Нет, — чеканит девушка и сплевывает кровь, пачкая светлые туфли лорда.Картинки того, как он жестоко расправился с родителями Янниса так и мелькали в голове.

В эту секунду хлопают двери, и появляется Эван.

Чёрный шелк с золотой вышивкой обнимал его стройную фигуру, пока он уверенно приближался к ним. Он окинул всех беглым взглядом, оценивая обстановку.

—Хорошо, что ты пришел. Вегнесса была той, кто проник в дом и обвел тебя, удивлен?

—Весьма, — соглашается блондин ни чем не выдавая себя.

Выходит, Эван не рассказывал лорду о ней.

—Я знаю у кого эта вещь. Я найду её. Обещаю. Только отпусти Вегнессу, — с дрожью просит, почти умоляет Вайрон, чем сильно удивляет девушку.

Эддингад выпускает серебристые локоны из рук, поворачивается к ним спиной.

—Слишком поздно для уступок, — бросает он, занимая свое законное место в центре стола. — Эван, сегодня тебе достанется честь поучаствовать в допросе злостных преступников. Насладись этим мигом сполна.

Вега бросает взгляд на блондина, но тот даже не смотрит в её сторону. Тогда, она переводит его на лорда:

—Как вы живете с этим? Вас не мучают кошмары?

Эддингад заинтересованно подаётся вперед.

—Вы так вероломно расправились с семьей Морр. Заставили всех поверить, что они предатели страны, скрыв правду. У меня не хватает слов, чтобы описать насколько вы жалки!

Все взоры устремились к ней. Все внутри Эвана задрожало, от сладкого чувства. Да за подобную информацию, он вполне мог забыть, что эта девчонка его раздражала.

—О чём ты говоришь? — в голосе отца звучало искреннее недоумение, доказывая, что он не знал всей истины, когда соглашался выступить свидетелем.

—Я говорю правду. Это он убил их. Ни Яр, ни кто-либо еще.

Эддингад переменился в лице. Казалось, он вот-вот начнет капать ядом.

—В пекло книгу! Девчонку нельзя оставлять в живых, — мужчина резко вскидывает руку, направляя её в сторону бокала с жидкостью.

О, нет! Вега уже видела этот фокус, он собирается провернуть с ней то же самое, что и с Морр, а она не может колдовать. Ситуация из просто плохой превращалась в невероятно, просто до невозможности ужасно плохую.

Она видит, как несколько алых игл летят на нее, а затем она видит широкую спину отца.

Крик застревает где-то в горле.

Он принял удар на себя, а её лишь слегка задело. Проткнутое в нескольких местах тело отца оседает на пол. С трясущимися руками она подхватывает Вайрона, лихорадочно водя руками по его телу, пытаясь вытащить иглы.

—Все будет хорошо, все будет хорошо, — как мантру повторяла она. — Держись отец, только держись. Эван, прошу, помоги, — со слезами просила Вега, но парень не двигался: он и сам будто находился в прострации.

Вайрон обхватывает её ладонь, заставляя прекратить попытки. Заглядывает в её лицо, она могла поклясться, что в его темных глазах застыли слезы. Он смотрел так, словно не видел несколько лет.

—Я все равно любил тебя, как родную дочь, — произносит он и проваливается в пропасть.

Вега не обращает внимания на странную фразу, пытается привести его в чувство. Зовет. Кричит. Но он не реагирует.

—Как сентиментально. Признаться, я чуть не заплакал, — издевательски тянет лорд. — Эван, давай, настало время проявить себя. Убей Гросс.

Эван вздрогнул. Подобного он не ожидал. Он посмотрел на рыдающую девушку, но та похоже даже не слышала слов Эддингада.

«Она угроза для нас», — слышит он со стороны.

Эван делает шаг. В руке появляется меч из изумруда.

«Давай же, докажи, что ты не слабак».

Блондин колеблется.

«Проткни её сердце».

Он направляет острый конец точно в цель.

❂❂❂

В голове пульсировало, все вокруг было размытым, однако Элиза успела ухватить образ из книги. Это была её хозяйка — Селена. Белая кожа женщины напоминала молоко; длинные пепельно-синие волосы покачивались, лаская узкие лодыжки; лицо скрывала тонкая вуаль, похожая на узоры, украшающие замерзшие окна. Она тянула к чародейке ладони, словно хотела что-то показать, но Элиза не разглядела что именно. Виденье оборвалось.

Со стоном девушка открывает глаза, стараясь сфокусировать взгляд. Легкое головокружение, которое она чувствовала всё время, не шло ни в какое сравнение с тем, что пришлось пережить Феликсу. Его окунали в кипяток, секли плетью, ломали кости. День ото дня пытки становились всё изощреннее, а боль невыносимее. Сквозь непроизвольные слезы и стоны сквозь зубы парень терпел всё. Однако Элиза видела, как угасали жизненные силы Феликса.

Все зависело от неё.

Подумать только, Элиза будто стала главным героем книги. Она часто фантазировала, как покидает дом и с головой погружается в таинственный и огромный мир, наполненный удивительными существами, героическими боями и прочим. Но уж никак она не предполагала, что попадет в сырую грязную темницу, в которой её и рыжеволосого мальчика из прошлого будут пытать. Элиза была на пределе. Боялась. Но вместе с тем, где-то там, в потайных уголках души, она чувствовала чистый азарт, ведь прежде чародейка никогда не заглядывала в память предметов, а сейчас перед ней открывалась удивительная возможность.

Сделав глубокий вдох, девушка вновь прикасается к книге. На секунду Элизу оглушил пронзительный писк, перед глазами взорвалась вспышка, а затем она видит: острые пики синих гор, облаченных в одежду из снега; бесконечный водный простор, волны которого ласкали прибрежные скалы; и топкие болота с лиловыми кувшинками.

Значит, камень в одном из этих трех мест.

На мгновение все исчезло, Элиза осталась на едине со своими мыслями, но потом появилась она.

—Ты не до конца освоила это заклинание. Потому у нас мало времени.

—Где мы? — Элиза не могла перестать щуриться, белый свет лился отовсюду.

—Мы в книге, — мягко ответила Селена. — Из-за Яра моя магия полностью исчезла. Лишь благодаря Селениту, моему камню, я смогла сохранить частички своего духа в этом мире. Слушай внимательно, — в её голосе промелькнула тревога, — в прошлом, Хелиодор захватил большую часть земель. Всё потонуло в крови, и был только один способ его остановить. Яр вырвал души Хелиодора и его сторонников из тел. Он обрек их на вечные блуждания во мраке. Однако воля князя не угасла. Мой племянник и сейчас страстно желает власти. Желает силы. И эти желания так велики, что заклятие ослабло, а Хелиодор сумел найти брешь, чтобы прорваться. С каждым днём, с каждой минутой он становится всё сильнее. Но надежда есть. Хелиодор не в состоянии вернуться в тело, и только камень Мориона может это изменить. Вот почему нельзя, чтобы он завладел им.

Женщина повторяла и повторяла последнюю фразу, её силуэт становился все прозрачнее до тех пор, пока окончательно не растворился в воздухе, оставляя тяжелый осадок в душе Элизы. Девушка молчала, поджав губы и сжав руки в кулаки. Её магия поставит под удар всех, ведь она собиралась сообщить Адросу о том, что увидела просто потому, что иного выхода — нет. Он убьет Феликса, а потом возьмется за неё. Элиза не так сильна и упряма, как маг земли, и в конце концов она сдастся, и враг все равно получит свое. Но перед тем, как Адрос все узнает. Она должна попытаться сделать хоть что-то, что дало бы жителям Медведицы время.

❂❂❂

Чародейка поняла, что Адрос пришёл, ещё до того, как он задал ей вопрос. Мужчина повторял его каждый раз, после чего приступал к пыткам. Но в этот раз, она дала положительный ответ.

—Эта женщина очень умна, она сделала так, чтобы никто не узнал, точного места. Однако я смогу сузить ваши поиски, — девушка волновалась, она боялась, что Адрос распознает её замысел. Феликс мотал головой, призывая Элизу молчать, но она лишь печально улыбнулась ему, продолжив говорить: — но мне нужны листы бумаги, ручка и свежий воздух. Я потратила слишком много сил. Отведите меня на поверхность хотя бы на несколько минут.

Мужчина смерил девушку подозрительным взглядом, но согласился на условия. Отперев решетку, он обхватил её тонкое запястье и потянул за собой. Элиза думала, что после длительного пребывания в темноте глаза пострадают стоит им увидеть солнечный свет, но поверхность земель за перевалом встретила её удушающей мрачностью.Адрос привел девушку на площадку, возвышавшуюся над черным бурлящим морем. До него было около ста метров, не меньше. Элиза внимательно осмотрелась вокруг. Кажется, их с Феликсом держали в замке, когда-то принадлежавшем Мориону. Чёрные полуразрушенные башни за её спиной, покрытые гниющими растениями, только подтверждали это предположение.

—Не медли, — поторопил мужчина. Было видно, как он сгорал от нетерпения.

—Дайте мне пару минут, — как можно непринуждённее произнесла Элиза, выводя буквы дрожащими руками.

Волны с нагнетающим шумом бились о скалы, пронизывающий ветер трепал запутанные волосы и колыхал потрепанный подол юбки. Она торопилась, от чего мысли путались. Когда девушка закончила и протянула ему лист со схематичными изображениями, Адрос вырвал его за считанные секунды.

—Я видела три места: Аргские болота, Синие горы и море Созвездий. Уверена, что Морионский камень спрятан где-то там, — мужчина даже не смотрел в её сторону, внимательно изучая набросанную карты, и это было как нельзя кстати.

—Идём, — взбудораженный, Адрос хотел, как можно скорее сообщить радостную новость хозяину, — отведу тебя обратно.

—Что с нами будет? — девушка держала руки за спиной, чтобы он не увидел, как она бросает бумагу в морскую пучину.

—Вы будете жить до тех пор, пока господин не решит вашу дальнейшую судьбу.

Значит Хелиодор не просто отыскал брешь в этот мир, но и нашел способ общаться с Адросом. Отлично. Мир медленно, но, верно катится в пропасть

. ❂❂❂

«Между вами двумя что-то произошло?» — спросила Вега, когда Мелани, обняв её на прощание, сообщила, что пойдет к Мистгану. Интересно, ночные разговоры в саду, возле тренировочного поля, считаются?

Ей не спалось, и в последнее время бессонница становилась верным спутником. Сколько бы она не тренировалась днём, как бы не выматывалась — ничего не помогало отделаться от мыслей, что её друзья где-то там, пытаются уговорить светлую чародейку помочь, а она в это время сидит сложа руки.

В ту ночь внутри неё бушевал настоящий ураган, и чтобы его мощь не обрушилась на стены гильдии, девушка решает прогуляться. Чистое небо с россыпью звезд и ночное спокойствие были как раз тем, что нужно. Некоторые ошибочно полагают, что здесь, на севере, царит вечный холод. Но она готова поспорить на несколько золотых, что эти люди даже не пытались почувствовать тепло, которое сквозило во всем.

Ветер касался её кожи, лаская так, как могут ласкать руки родителей, которые хотят успокоить дитя. Девушка прикрыла глаза, наслаждаясь приятными ощущениями

—Почему не спишь?

Мелани резко распахивает глаза и чуть не падает с лавочки, увидев в темноте сверкающий взгляд рядом с собой:

—Святой Полярис! Зачем подкрадываешься вот так?!

Мистгану бы порадоваться, что в кой то веке ему удалось застать девушку в врасплох, вот только это было совсем на неё не похоже. Обычно всё происходило наоборот. Это она появлялась неожиданно и заставляла паниковать, потому что он не знал, что чародейка вытворит, и как это скажется на нем.

Растерянность Мелани прошла, а желание пошалить, которое появлялось рядом с дворецким, радостно захлопало в ладоши.

— Ты что же, любишь прогулки под звездами? А может, — она немного наклонилась, чтобы лучше разглядеть выражение его лица, — ты следил за мной, мечтая оказаться наедине? Брось, Мистган, не стоит идти на такие ухищрения, достаточно лишь попросить.

Парень сглотнул и немного отодвинулся, почувствовав, как порывы ветра подхватывали её горячее дыхание и щекотали его лицо.

—Делал обход и увидел тебя, — годы тренировок собственной выдержки не подвели, голос звучал, как обычно: без дрожи, без каких-либо других признаков, выдающих его состояние.

—Или делал обход, чтобы увидеть меня.

Он не стал спорить и ничего не сказал, когда Мелани склонила голову на его плечо, обхватив за локоть. Она рассказывала забавные истории из детства, нелепые случаи, произошедшие с ней на миссиях, а он внимательно слушал, жалея, что не может рассказать ничего из своего прошлого.

Она так и знала, что найдет его в подвале, который он переделал в собственную мини лабораторию.

—Неужели на гильдию должны были напасть, чтобы я увидела тебя в чём-то помимо формы дворецкого?

Мелани стояла, скрестив руки, и внимательно рассматривала парня. Вместо привычной рубашки на нем была темно-зеленая водолазка с кожаным переплетением ремней, на которые он закрепил два кинжала. На смену белоснежным перчаткам пришли два кольца с маленькими рунными камнями в центре. Он выглядел, как боец, а не блюститель порядка и законов гильдии.

—Разве ты уже не видела меня и без нее?

Еще как видела. Тот случай надолго отложился в памяти девушки. Каким-то образом Мелани поменялась телами с Нордом. На день она стала мастером гильдии, и разумеется, не могла не воспользоваться подвернувшимся положением.

—Не знала, что ты в курсе.

—Мастер счёл необходимым объяснить свое странное поведение, а также наши совместные водные процедуры в купальне.

—Могу серьезно заявить, что стыдится тебе нечего, — Мелани говорила абсолютную правду, Мистган оказался куда более притягательным, чем она предполагала.

Было еще кое-что, что она увидела тогда, но так и не решилась спросить.

Шрамы. Вся спина была исполосована старыми рубцами.

—Ты как? — серьезный голос парня привлек её внимание.

—Тварями меня не напугаешь. И не в такие передряги попадали, — бодро произнесла девушка, игриво улыбаясь.

Мелани была такой же, как члены гильдии, как он сам: со своими пороками и слабостями. Неидеальной. Но в то же время она была другой. Мистган считал, что девушка обладала особенной силой. Он прекрасно знал, что она способна уложить на лопатки противника, который в два раза крупнее или за секунду снести голову темной твари. Но речь идет ни об этой силе и даже не о силе магии, а о её собственной. Удивительно, но при всей своей непокорности, дерзости, а порой и жесткости, она была необычайно чувствительна и умела сострадать. А еще, Мелани принимала людей такими, какие они есть. Она не будет осуждать. Не станет припоминать ошибки. Не будет пытаться изменить тебя. И если ты для нее действительно близкий человек, то она останется на твоей стороне до самого конца.

—Ты ведь поняла, о чем я. Знаю, как ты относишься к Феликсу и как переживаешь за него, — дворецкий не выдержал игру в гляделки и отвёл взгляд, возвращаясь к склянкам с ядом.

Признаться, порой Мистган завидовал её вечным спутникам. Они всегда были рядом и могли поддержать девушку, ведь даже у такой вечной оптимистки бывают тяжелые дни. Он мог бы стать такой же поддержкой, и, может быть, чем-то большим, однако боялся, что не справится. Он просто не знает, как правильно себя вести, ведь всё, что он видел в прошлом — это лишь грязь и жестокость.

—С ним все будет хорошо, так что не будем об этом, — плечи парня были напряжены, ей захотелось провести по ним рукой, чтобы он хоть на секунду расслабился. — Тебя что-то беспокоит?

По гильдии прокатился звук тревоги. Перезвон колоколов мог означать только одно —твари уже близко.

—Очень жаль прерывать вашу приватную беседу, но мне нужна твоя помощь, мальчик. Ты ведь знаком с основами рунной магии? — Шерл появилась внезапно и поманила Мистгана рукой.

Дворецкий кивнул, а Мелани едва сдерживала смех: забавно слышать, как кто-то называет его «мальчик».

—Хочу сделать барьер, вдвоем управимся быстрее. В это время остальные отвлекут тварей.

—Не просто отвлекут, мы разделаемся со всеми, — Мелани наклоняет голову в разные стороны, разминая мышцы перед боем и расплывается в опасной улыбке.

❂❂❂

Мелани спешила. Адреналин плескался в крови, чародейка намеревалась насладиться хорошим сражением сполна. Когда она спустилась к главным воротам, Яннис уже был там. Раскаты грома сотрясали землю, а красные молнии не переставали касаться башен гильдии.

—Отличная погода, чтобы убить пару-тройку Варгов, не находишь? — Яннис задрал голову, ощущая первые прохладные капли на лице.

Дождь не заставил себя ждать. Как и твари.

Их злобное рычание перебивало грохот природы, а черная аура, будто вытягивала все хорошие эмоции и тепло. Их красные и желтые глаза яркими огоньками пробивались через царившую мрачность и завесу дождя.

—Беру на себя правую половину, — заявила чародейка, собирая намокшие волосы в высокий хвост.

—Эй, оставь немного и другим, — перебирая пальцами, он перекатывал по ним разряды молний.

Парень и девушка подарили друг другу шальные улыбки. Было приятно вновь сражаться вместе, плечом к плечу, как в старые добрые времена.

Твари шли на гильдию ровной линий, которую необходимо разбить. Мелани складывает губы трубочкой и издает свист. Ветер подхватывает пронзительный звук, закручивая его и превращая в стремительную воронку, разметающую все на своем пути.

Это послужило сигналом. Сражение магов за свой дом началось.

Варги сорвались с места, становясь неуловимыми тенями, а за ними последовали и Воллахи, испуская зловония и опираясь на длинные руки. Под каждый раскат грома Яннис убивал по твари. Из его тела вырывались синие молнии и попадали точно в цель. Под хлюпающие звуки своих промокших туфель, Мелани вращалась вокруг себя, словно в головокружительном танце, приносящем смерть тем, кто на нее нападал.

Другие тоже не отставали. Над головами пролетали стрелы, железные копья, причудливые сферы разных цветов и стихий. Взрывы и вой разносились по округе. Маги Ванды не жалели сил, используя свои лучшие заклинания. Делали всё, чтобы защитить то, что им дорого.

И они выстояли. Спустя полчаса, вымокшие насквозь и продрогшие до самых костей, тёмные маги расправлялись с последними тварями. Мелани разрубала Варга, когда под ноги свалился бумажный самолетик.

❂❂❂

—Ч-что ты наделал?!

В распахнутых глазах Эддингада застыло удивление, он не верил, что кто-то мог его переиграть. Из его груди вырывается кашель, а кровь окропляет трон, с которого он валится на мраморный пол.

Вега охает, прикрывая рот, ладошкой. Глава совета хрипел, утопая в предсмертной агонии. Лицо Эвана оставалось спокойным, но девушка видела оттенок злорадства в искаженных губах. Без сожалений парень вынул меч из тела лорда, и вырвал из него последний вздох.

—Шах и мат, отец, — он вытирает орудие о изысканный костюм Эддингада и растворяет меч в воздухе. — Ты ведь всё слышал, Каппа?

Из-за колоны показался мальчишка. Вега помнила его, он был самым младшим членом совета и тогда проголосовал в её пользу. Но что он здесь делал?

—Лорд Эддингад проводил незапланированное собрание и захотел убить двух светлых магов, вам пришлось его остановить, — монотонно произнес Каппа, с интересом изучая мертвого мужчину.

—Рассчитываю на тебя.

А дальше началась суматоха. Зал заполнился стражей и остальными советниками. Вега пришла в себя только когда её попросили отпустить отца. Только сейчас девушка поняла, что держала того за руку все это время. Их привели в длинное помещение со светлыми стенами и несколькими кроватями, отделенными друг от друга белыми шторами. Вайрона разместили в самом конце, возле круглого окошка с видом на сад.

На этом сюрпризы не закончились.

—Мериан, что вы здесь делаете?!

Мачеха с невозмутимым видом, склонилась над отцом Веги, проводя по его телу ладонью.

—Как только вас увезли, я отправилась следом, — закончив первичный осмотр, женщина вернулась к своей сумке, извлекая необходимые травы. — Я позабочусь о Вайроне, а ты подожди на соседней кровати.

Словно в трансе Вега опустилась на жесткую поверхность, наблюдая, как мягкий розовый свет льется через шторы.

—Он спас меня, а я до последнего злилась на него, — тихо прошептала она.

Мериан вышла к ней спустя пару минут.

—У тебя были все основания для этого, — женщина побледнела, а её руки дрожали из-за выматывающего заклинания. — По правде говоря, вы словно два маленьких ребенка, которые не знают, как пользоваться словами. Но у вас ещё будет время для откровенных разговоров.

—Он выживет?

—Да, но я не могу сказать наверняка, когда он придет в себя.

Мериан подошла к Веге, касаясь её разбитых губ и синяка на щеке.

—Спасибо, — поблагодарила девушка, когда саднящая боль перестала ощущаться. — Мериан, перед тем как отец закрыл глаза, он произнес странную фразу. Сказал, что всегда любил меня, как родную дочь. Но разве в этом есть смысл, разве он мог любить меня иначе?

Маска ледяного спокойствия дала трещину. Мериан прикрыла глаза, а когда открыла, мир Веги в очередной раз пошатнулся.

—Не кровь определят родство Вегнесса…

На некоторое время в комнате воцарилась тишина.

—Я не понимаю. Хотите сказать, я ему не родная?! Но это невозможно!

—Это правда, и от неё не убежать.

Мериан не лгала, ведь Вега в первые жизни видела столько сочувствия в глазах мачехи.

Безумие.

Настоящее, чистое безумие.

Похищение Элизы. Ранение отца. Смерть Эддинагада. Все развивалось слишком стремительно, Вега просто не поспевала.

—Если все так, как вы говорите, то кто же мой настоящий отец?

—Я не знаю, кто он. Мне лишь известно, что от этой связи у твоей матери были большие проблемы, который Вайрон помог решить.

У Веги закружилась голова, она схватилась за виски. Что это за мужчина, из-за которого у ее мамы были проблемы? Девушка старалась переварить информацию, но в дверях показался Эван.

—Идем, совет хочет нас видеть.

Глаза парня безумно блестели, но у Веги не было желания, знать причину этого. Она не ведала, что Эван все время стоял за дверью и прекрасно слышал их разговор.

Несколько стражников окружали их с двух сторон, пока они, наконец, не вернулись обратно в зал. Девушка почувствовала облегчение, увидев, что тело лорда уже убрали. Но она тут же занервничала, когда вновь встретилась лицом к лицу со всеми членами совета.

—Вегнесса Гросс — дочь Вайрона, девушка, которой подвластны обе стороны магии, мне жаль, что наша встреча вызвана подобными обстоятельствами, — как и в прошлый раз голос Алфекки звучал мягко, а лицо выражало дружелюбие.

Однако девушка не могла не ощущать царившего напряжения.

—Эван поведал нам, что лорд Эддингад уже несколько месяцев был не в себе. А ещё он рассказал, что здесь произошло. Каппа подтвердил каждое слово. В это трудно поверить, но наш лорд сошел сума и намеревался сотворить необратимое. Это настоящее горе для короля, совета и всей страны. Однако, в связи со всем случившемся и ранением Вайрона, мы не станем вас задерживать. Так же, мы понимаем, что Эван пытался спасти невинных, а потому совет снимает с него вину.

Блондин не шелохнулся, казалось, он и вовсе не дышал, а ведь Вега стояла рядом, но не слышала его дыхания.

—Благодарю, за подобное решение, но, а как же семья Морр? Вы ничего не сказали по этому поводу.

—Мы отклоняем это заявление, — старческим голосом произнес Гемма.

Чародейку охватило негодование.

—У нас нет весомых доказательств того, что бывший глава совета это совершил.

—Разве попытка меня убить не весомое доказательство?! — с несвойственной себе язвительностью произнесла Вега.

—В его речи не было признаний в убийстве Морр, а покушение на вас, следствие того, что лорд потерял рассудок.

«Вы единственный сумасшедший в этом зале!» —так и хотелось выкрикнуть девушке, но она понимала, что это не принесет результатов.

— Вы упоминали книгу, предоставьте её нам, а также приведите мисс Маверик. И тогда мы начнем расследование. Но до тех пор, дело закрыто.

Гемма поставил жирную точку, и чародейка никак не могла повлиять на ситуацию в данный момент. Она была уверена, совет в курсе событий и знает, что произошло с поместьем Маверик. Однако они ни разу не обмолвились об этом и не предложили помощи. Вывод напрашивается сам по себе: некоторым членам по-прежнему невыгодна правда.

❂❂❂

Вспомните, как проходит ваш обычный день? День Веги начался очень необычно. Её чуть не убили. А затем она увидела смерть того самого несостоявшегося убийцы. В добавок к этому она узнала, что отец вовсе не ей не отец. При этом ей все еще необходимо спасти друзей. Винтики в голове девушки крутились с невероятной скоростью. О помощи Вайрона придется забыть. Оставалось только одно, и она, наверняка, ещё пожалеет об этом.

Вега нагнала его в одном из позолоченных коридоров, которым не было конца.

—Ты не считаешь, что я заслужил отдых, Вегнесса? В конце концов, всего час назад, я убил собственного отца, — Эван отмахнулся от неё, продолжая идти.

—И, кажется, ничего при этом не почувствовал.

Он резко остановился, чуть повернув голову, так чтобы видеть её лицо и выдохнул:

—Ошибаешься.

В тот краткий миг, когда последние колебания оставили его, Эван почувствовал ни с чем несравнимое облегчение, ведь он перестал быть пешкой. С того самого момента он, и только он, решает, каким будет ход.

—Я спас тебе жизнь, могла бы проявить хоть каплю благодарности или в темных гильдиях элементарная вежливость под запретом?

—Я благодарна, правда. Но шла за тобой не по этому. Элизу похитили. Помоги её найти, — она с надеждой смотрела на блондина, но он лишь надменно изогнул бровь.

—С чего бы мне это делать? Нет ни одной причины, по которой я стал бы помогать тебе или этой отшельнице.

Вега знала, что он не питал к ним нежных чувств, но отчего-то верила, что ответ будет другим. В порыве эмоций, она хватает его за воротник рубашки и дергает на себя. Помнится, Мелани часто поступала так, когда спорила с Феликсом.

—Из года в год каждый праздник мы проводили вместе. Не смей говорить об Элизе, как о какой-то незнакомке!

—У-у-у, какие мы грозные, — он наклонился ближе, — но, на мой взгляд, ты подобрала слишком мягкое слово. Маверик не незнакомка, она — никто. А про совместные вечера, особенно музыкальные, даже не напоминай. Каждый раз берет дрожь. К тому же, ты всегда жутко фальшивила.

—Ну хватит! — её глаза загорелись голубым, забавляя парня.

—Что, будем драться?

Вега с превеликим удовольствием сразилась бы с ним, а заодно выпустила бы все негативные эмоции. Но. Всегда это проклятое но. Она отпустила мягкую ткань и отступила назад.

—Так и знал, — с наигранным разочарованием произносит блондин. — Что ж, если ваша светлость не возражает, я ухожу.

—Что ты хочешь? Что я должна сделать, чтобы ты помог?

Его взгляд переменился, словно он жаждал услышать именно это.

—Не уверен, что ты можешь мне пригодиться.

—Перестань, если бы это действительно было так, мы бы не продолжали разговор.

—Есть кое-что, — Эван медленно обходит Вегу и прижимается грудью к её спине, ощущая как та вмиг напряглась. — Я готов помочь, если ты подашь заявку на вступление в совет.

Из-за его близости она чувствовала себя не в своей тарелке, а его слова так и вовсе загоняли в тупик.

—Не понимаю, зачем мне это делать?

—Видишь ли, в будущем, когда я стану членом совета, мне понадобится поддержка. Тот, к кому будут прислушиваться, и тот, кто будет соглашаться с моими решениями.

—Но с чего ты взял, что я подхожу на эту роль?

—Грядет политическая перестройка. Как только Маверик подтвердит бесполезность Яра, права темных придется пересмотреть. Скорее всего, в совет примут темных, но ситуацию это не улучшит. Светлые будут на стороне светлых, темные на стороне темных. Никакой объективности. И вот тут твой выход, Вегнесса. По счастливой случайности ты принадлежишь к двум мирам.

Как же Эддингад не разглядел такого опасного для себя соперника? Эван просчитал события на много шагов вперед, и девушка уверена, что это не его предел. Однако, кое-чего она не понимала, Эван точно знал, что это не правда: Веге не подвластны обе магии, это был фарс, чтобы спасти её жизнь. Так почему же он все равно выбрал этот путь?

—Я могу подумать?

—Ответ нужен мне прямо сейчас, — отрезал Эван.

—Хорошо, но поклянись, что поможешь.

—Пожмем друг другу руки? Пустим кровь? Какой способ предпочитаешь? —протянул он.

—Слов будет достаточно, — холодно ответила она, понимая, что блондин вновь насмехается.

—Обещаю.

Глава 7. Гонка за камнем

☾

Без лишней осторожности Элизу впихнули в темницу и заперли за ней решетку.

—Сказала ему? — Феликс сидел, подогнув под себя ногу, безразлично кидая камешек в стену. Тот отскакивал и возвращался к нему. И всё повторялось.

—Сказала, — девушка не видела смысла отпираться. — Но, не волнуйся, я сделала кое-что. У нас ещё есть шанс победить.

—О чем ты? — он в первые за долгое время посмотрел на девушку.

—Я отправила послания твоим друзьям и Веге. Мы можем опередить Адроса. Сделать так, чтобы этот камень ему не достался.

—Верится с трудом.

—Да, но надо попытаться.

—С удовольствием бы приступил, однако решётка, немного сковывает меня в действиях.

—Именно поэтому мы должны выбираться от сюда, — заявила девушка, как будто не видела в этом никакого препятствия. — Замки и железные прутья этой темницы сделаны так, что на них не действует магия. Посмотрим, выстоят ли они против ловкости рук.

Одним движением Элиза вынимает из волос стержень, который предварительно извлекла из ручки. Он был достаточно тонким для скважины, а Элиза прочитала достаточно книг по взлому.

—Ты должно быть шутишь? — со смешком произносит парень, наблюдая как та сосредоточенно копается у замка, с высунутым от усердия языком. — Ни за что не получится.

Но тихий щелчок, говорит об обратном. Элиза толкает ладошкой решетку, и та со скрипом отворяется. С видом победителя, девушка приближается к темнице Феликса.

Открыть замки оказалось самой легкой частью побега. Дальше начиналось настоящее выживание. Была важна каждая секунда. Радуясь своей хорошей памяти, девушка вела Феликса по темным коридорам, постоянно оборачиваясь, проверяя нет ли кого в округе и не гонятся ли за ними.

Каждый шаг отдавался ощутимой болью, но он был рад, наконец, выбраться из пыточной и размять ноги. Когда, сухой ветер ударил в лицо, Феликс не мог поверить, что им удалось.

Элиза привела его к той самой площадке. Она опустила глаза, стараясь унять колотящееся сердце. Их путь лежал через воду, только по ней они могут выбраться. Но получится ли? Феликс изранен и истощен. Да и она держится на последнем дыхании. Большая вероятность, что море поглотит их и не отпустит. Однако вместо собственных страхов, она нацепляет широкую улыбку, в попытке обмануть саму себя, и задорно спрашивает:

—Надеюсь, ты любишь плавать?

Они встречаются взглядом. Оба понимали, что последует дальше.

—Чудесно. Мне уже стоит начать верещать от счастья?

Пути назад нет.

❂❂❂

Глухой стук копыт приводит Вегу в чувства. Наконец появляется немного времени, чтобы обдумать всё, что произошло с ней в течение последних ужасно долгих часов. Эван свое слово сдержал. Стоило согласию сорваться с губ, как юноша тут же принялся за дело. Оказалось, что Каппа, этот хрупкий и миловидный советник, являлся не только магом архива с феноменальной памятью. К её удаче он обладал способностями поисковика. Это не было похоже на магию Вайрона, с её поразительной точностью. Магия Каппы отличалась абстрактностью и не указывала на конкретные координаты. С помощью чаши с водой, советник мог показывать смутные образы, но даже это значительно сужало район поисков. Вега увидела высокие башни, сужающиеся к верху острыми пиками, и непреступные стены, со всех сторон окруженные пенящимися серыми водами. Подобное место не обойти стороной и не перепутать. И теперь, когда она знала, что искать, то молила только об одном — лишь бы не было поздно.

—Спасибо.

—Я помогаю не за спасибо. Когда все закончится, тебе придется платить, — произнес Эван в ответ на ее искреннюю благодарность.

Хотела бы она знать: что скрывается за маской, которая стала ему родной? Что происходит в его голове, после того как он убил Эддингада? Лорд был насквозь пропитан гнилью, да и как родитель он не отличился. Но все же он был его отцом. Сожалеет ли Эван? Вега не знала, однако у неё не было сомнений в истинной цели этого поступка. Он сделал это не ради её спасения, как говорил перед советом, а ради себя.

Мысли о Эване увлекли девушку в иное русло. Отец. Она вспомнила о Вайроне и о правде, которую он скрывал. Вега не понимала собственных эмоций по этому поводу. Возможно, она просто не осознала её, а может, и вовсе не хотела об этом размышлять. У неё ещё будет время разобраться с семейными проблемами.

Краем глаза чародейка улавливает быстрое движение за окном. Что-то промелькнуло мимо и упало.

—Не могли бы вы остановиться.

Она спешно выбирается из повозки, внимательно рассматривая всё, что осталось позади. Зрение её не подвело. На накатанной лесной тропе лежал потрепанный самолетик, сложенный по особой технологии.

Вега знает только одну чародейку, которая могла его послать. Она притягивает самолетик к себе и нетерпеливо разворачивает, пробегаясь взглядом по строчкам, явно написанным в спешке.

«Ужас прошлого жив…

Вернее, его дух и воля, которые не могут вернуться в тело без камня Мориона.

Слуги Хелиодора вот-вот отправятся за ним, поэтому умоляю вас — поспешите. Если они доберутся до него, нас ждет война, ведущая к краху.

Камень хранится в одном из трех указанных мест: «Синие горы»; «Море созвездий»; «Аргские болота»;

Не тратьте силы на наше спасение, ведь каждый упущенный час ведет к проигрышу.

P.S. Несмотря на все мрачное впереди, надеюсь что наши друзья живы и готовы бороться. Мы попробуем бежать, и, быть может, нам удастся встретиться».

Чародейка чувствовала, как немеют кончики пальцев. Самолетик принёс страшные вести. Вега не могла не заметить, с какой храбростью Элиза призывала к борьбе и с какой самоотверженностью просила не спасать. Но как Вега могла согласиться на подобное? Как могла оставить попытки найти друзей? На их долю и так свалилось слишком много. Лишь здравый смысл подсказывал, что если поступить иначе, то спасать и вовсе будет некого и нечего.

—Извозчик, боюсь, нам придётся поменять маршрут.

Вега прижала бумагу к груди. Она мысленно обращалась к Элизе и Феликсу, просила их выжить, веря, что её слова каким-то образом достигнут друзей.

—В каком направлении прикажете ехать?

Взор девушки устремился на запад.

—В сторону Синих гор.

❂❂❂

Едва маги отстояли гильдию, как судьба вновь втянула их в водоворот событий, не предоставляя лишних минут для передышки.

На лицах собравшихся залегли темни мрачных известий. Только Шерл оставалась невозмутимой, водя пальцем по гладкой поверхности бокала, наполненного дорогим вином. Она наткнулась на эту хорошо запрятанную бутылочку, когда обыскивала потайной шкафчик Норда.

—Мы правда оставим попытки их искать?

Яннис разделял беспокойство подруги, он и сам был готов безрассудно броситься Феликсу навстречу, но в то же время он отчетливо понимал, что стоит на кону.

—Ты видела, что написала Элиза. Мы на грани войны. Весь мир на грани. И они отлично понимают всю серьезность ситуации, иначе не просили бы об этом.

—Я всю жизнь, ровно, как и вы, как мой отец, защищала страну, и никогда не жаловалась. В кой-то веки, я могу побыть эгоисткой?! — она обвела всех взглядом, ловя их сожаление в глазах. — Извините, но между миром и жизнью друга, я выбираю последнее.

—Но это не разумно. Феликс сказал бы тебе то же самое, — Мистган знал, что Мелани не понравятся его слова, но был готов выдержать её уничтожающий взгляд.

— Всем приходится чем-то жертвовать, и сейчас тот самый случай.

—Ты не помогаешь, Шерл, — вздохнул мастер, предвидя бурную реакцию своей подопечной.

—Мы тут не в игры играем, — продолжала рунная взломщица, глядя на юную чародейку. — Мне жаль этих ребят, и я вовсе не хочу их смерти. Будет хорошо, если им удастся сбежать, но сейчас у нас другая цель. Мы не можем изменить их участь. Тут уж ничего не попляшешь.

Вопреки опасениям Норда, Мелани лишь несогласно покачала головой.

—Приходится жертвовать? Так рассуждают те, кто заранее готов опустить руки и допустить эти самые жертвы. Нужно найти камень? Отлично. Я сделаю это, после чего сразу же отправлюсь за Феликсом. И мне плевать, что бы он сказал по этому поводу.

Норд убрал все лишнее со стола, разворачивая старую карту. Поглаживая бороду, мужчина обдумывал, как им стоит распределиться. Наконец приняв решение, он озвучил его вслух.

—Яннис отправится к Синим горам, уверен, Вега, как и мы получила послание и уже на пути к ним. Я, Шерл Мистган и Мелани направимся в Ригель. Наши пути разойдутся в Волопасе, мы с Шерл отправимся к морю, а вы двое — к болотам.

—Когда выходим? — спросил Яннис.

—Сейчас. Я выдвинусь позже, после того как проинструктирую всех в гильдии.

❂❂❂

—Так и будешь молчать?

Мистган первым нарушил тишину, сопровождающую их почти весь день.

—Уже соскучился по моему голосу? О, или, быть может, ты хочешь поговорить о чем-нибудь в духе: «так бы сказал Феликс»? Я заметила, что ты неплохо разбираешься в этом.

—Ты злишься.

—Вот именно, — раздраженно соглашается Мелани, хватаясь за крепкую ветку, чтобы спуститься с глиняного склона. — Поэтому и молчу, чтобы не вымещать всё на тебя. Или хочешь побыть игрушкой для битья?

Позади раздается треск, после которого Мистган спокойно произносит.

—Если тебе станет легче.

Она останавливается, не веря своим ушам, затем разворачивается с хмурым выражением лица.

—Никогда не соглашайся на подобное. Кто бы тебе не предложил.

Погода будто издевалась над магами. Ветер нагнал тучи, которые, вероятно, будут следовать за ними на пути в Ригель. Тёмные сгустки выкрали голубые краски с неба, погружая всё в серые тона. Мелани и Мистган продолжали бесшумно пробираться по лесу, раскинувшемуся от Канопуса до портового городка.

Слабые отголоски шума моря уже были слышны, когда позади прогремел вой. Три или четыре Варга направлялись к ним. Мистган не мешкая вынимает небольшой кинжал. Он вертит оружие, ощущая, как его тяжесть приятно ложится в руке, в то время как второй рукой он достает маленький флакончик.

Мелани заинтересованно косится в сторону дворецкого. Если подумать, она толком и не видела, как он сражается, за исключением тех редких спаррингов, во время которых Мистган предпочитал отдавать ей первенство.

Чем жутко бесил.

Мистган занимался делами гильдии, и даже, когда в особых случаях выполнял миссии, всегда работал один. Они пересеклись лишь однажды: той ночью в публичном доме два года назад.

Сейчас ей представилась возможность лично лицезреть его способности. Парень выливает вязкую жидкость на лезвие, шепча заклинание. Выверенным движением, он бросил кинжал. Тот вонзился в землю, в нескольких метрах от тварей. Его охватывает фиолетовое пламя, которое змеей ползет на них, распространяя дурман, отравляющий легкие Варгов. Один за другим волки падают, беспомощно дергая лапами и скуля.

—Идём, — бросает Мистган, поворачиваясь к ней спиной.

Она провожает его внимательным взглядом. Дурное настроение девушки улетучивается. Опасный Мистган и его отличный вид сзади. Что может быть лучше?

❂❂❂

Спустя два дня маги в полном составе взошли на борт бирюзового двухмачтового Гаюна. Солёный воздух, как и легкое покачивание по волнам убаюкивали и успокаивали мятежный дух Мелани. Она смотрела на тонкую полоску горизонта, за которой прятался красный диск, и чувствовала, как силы наполняют её. Девушка верила, что они совсем справятся.

Верила, что Феликс и Элиза не сдадутся и вернутся целыми и невредимыми.

Норд и Шерл сидели на палубе, что-то обсуждая. Мастер время от времени закатывал глаза от той или иной фразы женщины. Желание присоединиться к разговору не было, слова Шерл все еще бурлили волной негодования, а потому Мелани направилась в каюту. Вот только не в свою.

—Серьезно? — она входит без стука, улыбаясь из-за увиденного. Любовь к порядку и здесь пересилила. — Хотела бы сказать, что удивлена, но нет.

Мистган сидел на низеньком табурете перед овальным зеркалом и пытался уложить волосы.Похоже, его кудряшки разбушевались из-за морской погодки.

—Твоя каюта в противоположной стороне, — через отражение, он видит, как чародейка вплотную приближается к нему.

—Знаю, — она широко улыбается, обнажая ровный ряд зубов.

И Варг его дери, Мистган бы соврал, если бы сказал, что это не выглядело соблазнительно.

Она тянется к волосам дворецкого, слегка взъерошивая, наслаждаясь ощущением того, как они мягко струятся сквозь пальцы. Затем массирует кожу его головы, наблюдая, как Мистган прикрывает глаза, отдаваясь этой незатейливой ласке. В какой-то момент девушка сжимает прядки и тянет их на себя, не достаточно сильно, чтобы причинить боль, но так, чтобы он запрокинул голову назад. Она обводит взглядом знакомые черты лица, скользит по острому кадыку и опускается вниз, туда, где черная ткань обтягивает рельеф тела.

Его глаза по-прежнему закрыты, из-за чего все прикосновения девушки ощущались в два раза острее. Чужие тёплые пальцы гладят по щеке, затем дразняще проникают под воротник кофты. Несколько секунд они гладят его ключицы, иногда опускаясь ниже, кружа над ореолами сосков. Мистган рвано выдыхает, опираясь затылком на Мелани. Одной рукой она обнимает его за плечо, прижимая к себя, а той, что орудовала под одеждой, продолжает ласкать кожу. В какой-то момент девушка скользит рукой, минуя пресс, останавливаясь у самой кромки брюк.

Опасная и притягательная близость. Одна половина Мистгана страстно жаждет продолжения, а вторая вопит о том, что надо прекращать. Пока не поздно. Пока он еще в силах это остановить. Парень порывается встать, однако Мелани властным движением пресекает эту попытку на корню.

—Не дергайся, — предупреждающе тянет она, и парня ведет от угрожающих и одновременно воркующих ноток в её голосе.

Она полностью завладела ситуацией. И признаться, без особого сопротивления с его стороны. Плечи Мистгана расправляются, а тело становится напряженным оголенным нервом, когда он чувствует жар её кожи у себя в штанах. Без колебаний она принимается за дело.Каждое движение Мелани пропитано сладким мучительным бесстыдством. Она что-то шепчет на ухо, но едва ли он в состоянии разобрать хоть слово. Все на что он способен это — сдерживать стоны и цепляться за её руку, как делает это человек, который оказался за бортом и не желает сгинуть в пучине. Мистгана лихорадило, румянец алым пятном выступал на лице, а ресницы трепетали от переизбытка чувств.

Она умело подводила краю, но не позволяла с него сорваться. Пока Мистган сам не попросил подтолкнуть его вниз.

Когда все закончилось, Мелани целомудренно коснулась губами его виска и покинула каюту, оставляя наедине с собственными мыслями.

❂❂❂

Мелани ничуть не жалела о совершенном поступке и не видела ничего плохого в собственных действиях, а потому уже за полночь без всякого смущения она возвращается к Мистгану.

Он выглядел собранным, словно на корабль вновь вернулся идеальный дворецкий, а того милого парня, умоляющего её о наслаждении, и вовсе не было. В золотистом свечении ламп его лицо выглядело суровее, чем обычно. А, может, дело и не в них.

—Зачем ты это сделала?

Мелани морщится: нет видимых причин, по которым его голос мог звучать вот так, словно он недоволен, словно ему есть из-за чего жаловаться. Она до сих пор помнит, как парень дрожал в ее руках, и знает, что ему понравилось.

— Странный вопрос, не находишь?

—Почему? — не унимался дворецкий.

—Потому что захотела. Потому что ты мне нравишься, — пожимая плечами, произносит чародейка.

Она давно поняла, что Мистган ей интересен, что желание его поддеть не обычное любопытство, а нечто большее. Ей не сложно это признавать, ведь она не привыкла лгать, особенно самой себе.

Он дернулся, словно на него вылили ведро холодной воды. Его челюсть напряглась, а руки сжались в кулаки.

—Нет, — чеканит дворецкий, вгоняя чародейку в ступор.

—Что значит это твое «нет»?

—Я не должен вызывать у тебя таких чувств. Будет лучше, если ты забудешь о них.

Она пережала ему что-то, и у него помутился разум? Что за бредни он несет?

—Пойми. Симпатия. Любовь. Они не принесут нам ничего хорошего, — немного запинаясь формулирует Мистган.

—Почему ты так думаешь? — он мотает головой, отказываясь говорить. — Тебе лучше ответить, иначе я начну строить предположения сама, а от этого будет только хуже.

Но Мистган упрямо поджал губы, продолжая эту глупую игру в молчанку. Чародейка так и не сумела выбить из него ответы, но он заблуждается, если думает, что она оставит это просто так.

❂❂❂

Оглушающий всплеск и звон – вот всё, что Элиза почувствовала прежде, чем её сознание отключилось на пару секунд. Когда она открыла глаза, то поняла, что идёт ко дну. Девушка пыталась держаться на поверхности, но каждый раз тяжелые волны хлестали по лицу, накатывали с оглушающей силой и утаскивали за собой. В свистящем шуме и жалких попытках не захлебнуться, она старалась отыскать Феликса взглядом. О том, чтобы его позвать, не было и речи. Она наглотается воды прежде, чем успеет пикнуть. Что же делать? Вода не была ледяной, но её все равно била дрожь, сил становилось все меньше, а она не знала, как долго придется плыть. Лишь чудом Элиза замечает огненную шевелюру парня, пытающегося качаться на волнах.

Феликс знал, что надо сгруппироваться, иначе он мог попросту отбить всё тело о поверхность воды. Но даже правильная поза не смогла избавить от боли. Его левая рука сломана в локтевом суставе, а на правой – повреждены фаланги всех пальцев, но он мог ей грести. Осталось лишь убраться подальше от буйных волн, куда-нибудь, где течение будет немного спокойнее. Но перед этим, ему следует убедится, что Маверик пережила падение, а не плавает спиной вверх. Несмотря на то, что последние события отлично продемонстрировали её острый ум, он все равно чувствовал противное беспокойство внутри, которое не покидает его с тех пор, как они оказались в этом чертовом месте.

Скорость и натиск волн все нарастал. Шквальные порывы ветра лишь увеличивали их мощь. На какое-то время Феликса охватывает паника, но врожденное упрямство не дает опустить руки. Не для того он всю жизнь охранял все высокопоставленные задницы в стране, чтобы сгинуть вот так.

«Если выживем, первое что я сделаю это — как следует отблагодарю Элизу за прекрасную возможность поплавать», — с невеселой отчаянностью подумал парень, сплевывая соленую воду.

❂❂❂

Солнце вот-вот должно было взойти в зенит, когда Мистган решается выйти на палубу.Обжигающие лучи накаляли воздух, из-за чего казалось, что вдали мелькают призрачные образы райских островов. Но это были всего лишь миражи. Над головой кружила буровато-белая птица, пронзая шум волн своим звонким криком. Мистган с интересом наблюдал, как длинные крылья чайки удивительно легко и изящно держали её в воздухе. Каждый взмах был пропитан беззаботностью, свободой и своенравностью.

Говоря о своенравности, стоило ему оторваться от птицы, как он тут же наткнулся на Мелани. Девушка стояла рядом с мастером, активно жестикулировала руками и, по всей видимости, пыталась над ним шутить. Его дыхание сбилось, когда их взгляды схлестнулись. Мистган рад, что вообще не позабыл, как дышать. Ведь после её признания, он не мог избавиться от ощущения, будто ему смачно ударили под дых. Первые секунды дворецкий просто не мог поверить. Слова так просто сорвались с её дерзких губ, что их легко было принять за неправду. Но Мелани не любила, когда её обманывают, как и не любила делать это сама. Она без проблем могла не договаривать, юлить, переворачивать смысл, но не лгать. И именно поэтому, Мистган почувствовал, как его начинает мутить. Однако не усилившееся покачивание корабля причина этому.

«Ты мне нравишься»

Он должен испытывать радость, но чувствовал лишь вкус тошнотворно-приторных рисовых шариков в шоколадной пасте на языке. Мистган ненавидел этот десерт, точно так же как ненавидел эти слова. Смысл, который в них закладывается и его последствия.

Приказав себе успокоиться, Мистган понимает, что Мелани уже не рядом с Нордом, а направляется к нему. Он ожидал, что чародейка не станет с ним разговаривать. Будет держаться дистанцию. Забудет о его существовании! И он не винил бы ее ни в чем из этого.

Но, похоже, что девушка не планировала ничего из этого. Она становится подле него, опираясь локтями на деревянный борт, и устремляет взор на прозрачную голубизну вод.

—Как тебе спалось после того, как осознал, что отверг самую очаровательную чародейку в твоей жизни? — беззаботно интересуется девушка, и Мистган не знает, чего ему хочется больше: притянуть её к себе или толкнуть за борт?

— Хорошо. Спал, как младенец.

—Что, и даже кошмары не мучали?

—Нет.

Он знал, что она не любит ложь, но все равно бессовестно лгал. Кошмары никогда не переставали его мучать.

—Мой милый дворецкий, — она льнет к его плечу, игнорируя показную неприязнь, — поскольку я чрезмерно добрая сегодня, дам тебе совет. Я знаю, что тебе понравилось. Знаю, что тебе нравится все, что я делаю… ну, почти все, — добавляет девушка после короткой заминки. — А потому даже не стоит пытаться изображать полное равнодушие. Не начинай то, что не сможешь довести до конца.

—Ты не понимаешь, — выдыхает он, когда Мелани проводит ладошкой по его пояснице.

—Не понимаю, — тут же соглашается она. — Но я могу попытаться, если ты объяснишь.

Мистган смотрит на нее тяжелым взглядом, и девушка видит, что не убедила его. Она убирает руку, и отстраняется. Мелани больше, чем на сто процентов уверена, что странное поведение дворецкого, как-то связано с тем публичным домом.

Если вы спросите у темного: кто главная проблема в стране? кто корень всего зла? То он без раздумий ответит: «светлый». Но Мелани могла согласиться с этим лишь от части. Негодяй останется негодяем вне зависимости от стороны. И её текущая миссия — доказательство этому.

Лиям Рос — дезертир из гильдии Вилина — обворовал крупнейший столичный банк и скрылся, не оставив и следа. И все бы ничего, если бы он сделал это с какой-нибудь светлой зазнайкой, но он отнял деньги и у обычных людей, для которых банковские вклады были последней надеждой на хорошую жизнь. Мастер поручил Мелани отыскать паршивца и вытрясти из него все награбленное. А так как Лиям – темный, она могла не сдерживаться в методах для его поимки.

До Мелани дошел слух, что Роса видели в месте под названием «Обитель Андромеды». Именно поэтому она вынуждена петлять между мужчинами в полупрозрачных шелках, старясь не привлекать внимания. Но статная девушка с приятными формами не могла остаться незамеченной, особенно здесь, в борделе, наполненном терпким запахом курительной смеси и афродизиака.

Собственный вид нисколечко не смущал девушку, она не стеснялась собственного тела, а потому не краснела и не робела, когда очередной мужчина задерживал на ней похабный взгляд. Но вспыльчивую чародейку раздражало, что каждый из этих болванов считал её вещью, которую можно получить за пару золотых. И не только её, а всех девушек, находящихся здесь. Она понимала, что в этом и заключается смысл подобных мест, но Мелани не могла отделаться от мысли, что кто-то добровольно соглашается на такую работу.

Свет в борделе нарочно делали тусклым и с желтыми переливали, так они пытались создать атмосферу интимности, но тем самым усложняли Мелани работу: она с трудом могла разглядеть лица посетителей. Посередине огромного холла с мягкими диванами, круглыми столиками и барной стойкой располагалась широкая лестница, ведущая на второй этаж, с комнатами, в которых мужчины уединялись с понравившейся девушкой.Был еще и третий этаж, на котором жил весь персонал Андромеды, но посторонним туда вход запрещен.

Мелани решает подойти к барной стойке, быть может, там ей удастся что-нибудь выяснить о воришке. Она выпила один коктейль, и даже разговорила бармена, узнав, что Лиям действительно приходит сюда, примерно к девяти вечера. Ей оставалось лишь ждать, время от времени отмахиваясь от особо назойливых ухажёров. Один из нетрезвых гостей случайно толкает ее локтем, и Мелани почти целуется лбом со стойкой, но чья-то рука, затянутая в белую кожу, предотвращает удар. Она резко выпрямляется, желая посмотреть на спасителя, но застывает с выражением удивления на лице.

—Т-ты??

Такое же удивление застывает и на лице дворецкого гильдии Ванда.

Глава 8. Жар и холод

☾

Гаюн зашел в порт Волопаса. Туристический городок совсем не изменился, с тех пор как Мелани бывала здесь в последний раз. Даже у причала можно ощутить сладкий запах свежих фруктов и горячей выпечки, услышать переливание гитарных струн и терпкие нотки бандонеона – инструмента, сочетающего в себе баян и аккордеон. Всего на секунду девушка позволяет себе насладиться моментом, пропитанным радостными воспоминаниями о тех днях, когда она гуляла по этим ухоженным улочкам вместе с друзьями.

—Как только камень окажется в ваших руках, точнее если вам так повезет, незамедлительно отправляйтесь в Вилину. Это ближайшая гильдия к болотам, а нам нельзя рисковать. Оставайтесь там, пока я с вами не свяжусь, — голос Норда, как обычно звучал сильно и уверенно, словно он отправлял их на типичную миссию, не связанную со спасением мира. Но Мелани хорошо знала мастера, и видела, как мужчина пытался скрыть волнение.

—Не стоит беспокоиться, Мистган — послушный мальчик, он выполнит ваши требования идеально, — дворецкий не смотрел в её сторону, упорно продолжая гнуть свою линию.

—Почему только он? Что ты собираешься делать? — мастер окинул её строгим взглядом, как смотрят родители на ребенка, затеявшего шалость.

—Только то, что говорила до этого. Если мы найдем камень, я отправлюсь за Феликсом.

—Какая же ты упрямая!

—Это лишь одно из моих лучших качеств.

Ответ мастеру не понравился, но вместо споров, мужчина просто обнял её, погладив по голове. Норд просил беречь себя, присматривать за Мистганом и самое главное – не делать глупостей. Она обнимала его в ответ и послушно кивала.

Уж в чём в чём, а в глупостях Мелани разбиралась лучше всех.

У каждого места есть свой особенный запах. Лес возле Канопуса насыщен сладким запахом кедра, смолы и хвои. Ригель наполнен солью, водорослями и морем. Как же пахнут Аргские болота? Как только они зашли в лес, Мелани постаралась прислушаться к своим ощущениям, почувствовать, чем пропитан здешний воздух?

Ягоды.

Свежий запах голубики. Слабый аромат клюквы. Вдыхая полной грудью, чародейка без труда могла представить её сочный кислый вкус. Повсюду росли лиственницы, карликовые березы и низенькие сосны. Вереница из кустарников и розового вереска давала понять, что где-то здесь, в этой не тронутой людьми чаще, притаилось болото.

Коварные огоньки, заманивающие в трясину. Опасные русалки, тянущие на дно. Запах, дурманящий рассудок. Чего только не говорят в народе об этом месте. Мелани слышала десятки легенд о Аргских болотах, но не ведала, чему из этого стоит верить. Девушка вертела головой из стороны в сторону, пытаясь уловить что-нибудь опасное, но не чувствовала ничего, кроме повышения влажности в воздухе

— Знаешь, вам с Феликсом стоит устроить соревнование «Кто, кого перемолчит?» — Мистган напрягся лишь от одного звука её голоса. — У вас у обоих удивительная способность пытаться меня игнорировать.

— Я тебя не игнорирую.

—О, правда? Тогда почему не смотришь в мою сторону? Десять минут назад я упала, а ты даже не подал мне руки. Боишься, что мои чувства запятнают твою нежную душеньку через соприкосновение?

—Не говори ерунды.

—А что мне остается? Мне приходится теряться в догадках. Мы взрослые люди, Мистган. Я не стану обременять тебя, если не захочешь. Но я имею право знать, почему ты так боишься чувств?

Мистган жалел, что не взял с собой свою униформу и перчатки. Они всегда помогали ему отгородиться, возвести стену и чувствовать себя в безопасности. Мелани нравилась ему. Полярис, да разве она может не нравиться?! Храбрая. Сильная. Искренняя. Он мог продолжать этот список бесконечно. Она единственная, кто сумел пробиться через всё, что внушала ему мама. Через всё, что в него день ото дня в него вбивали пьяные посетители, распутные девушки и твердая рука хозяина борделя. Именно поэтому Мелани представляет опасность. Она имеет власть над ним и над его чувствами. Чародейка может дергать за поводок, а он, как примерный щенок последует за хозяйкой и будет вилять хвостом, пока однажды она не выставит его из теплого дома. Внутренний голос заманчиво шептал, что Мелани никогда бы так не поступила. Что с ней можно не бояться. Но мозг упрямо подкидывал лицо мамы и её мучений.

Дорога становилась все извилистее, а воздух — прохладнее. Они приближались к болоту, а Мистган никак не мог перестать думать о прошлом.

Мама Мистгана не была чародейкой, однако она прекрасно разбиралась в травах и маслах. Она часто рассказывала, что в их роду были маги, от которых он унаследовал силу.Шарлотта была мягкой и сообразительной, а также красивой женщиной. А еще она была счастливой, пока не встретила его отца. Женщина влюбилась в него до без памятства. Эти чувства были искренни, но слепы, как она любила повторять.

Однажды её муж вернулся домой весь бледный. Он поведал о том, что задолжал крупную сумму денег и его могут убить, если он не уговорит Оливера дать ему отсрочку. Он умолял Шарлотту сходить вместо него, уверяя что Оливер не откажет бедной беззащитной женщине в просьбе.

Она поверила. Шарлотта никогда так не ошибалась в своей жизни.

Без угрызений совести собственный муж направил её в ловушку, продал в публичный дом, как какую-то экзотическую зверушку. Чтобы очистить собственное имя, он пустил слухи, что жена оказалась падшей женщиной, которая бросила его, дабы торговать телом в угоду своим желаниям. Когда Шарлотта поняла, что произошло, то стала просить Оливера отпустить её, но он никогда не прощался с теми, кто ему принадлежит. Тогда, она пыталась бежать, чтобы спасти не только свою жизнь, но и жизнь будущего ребенка. Да, она оказалась беременной. Женщину схватили, опоили травами и пригрозили, что изобьют до полусмерти или отдадут на забаву всему борделю. Но если она прекратит сопротивляться её не тронут. Не тронут до тех пор, пока она не родит.

Так началась её новая жизнь.

После, когда появился Мистган Шарлотте пришлось отрабатывать долги бывшего мужа и делать все, чтобы мальчик вырос нормальным, насколько это возможно в подобном месте. Она никогда не рассказывала ему, какие грязные вещи ей приходилось делать, чтобы он мог есть. Но это и не нужно было. Он не просто видел все своими глазами, он сам варился в этом котле из потных порочных людей.

—Эй, что с тобой? — Мелани обеспокоенно прикоснулась к его щеке. Мистган выглядел слишком бледным, а на его коже блестели крупные капли пота.

—Все…в порядке, — он кашлянул, прочищая горло. — Мы уже близко. Идём.

❂❂❂

Не разбирая дороги, маг воды спешил в главный зал. Адроса слегка потряхивало от возбуждения, когда он представлял, как обрадуется его господин, услышав, радостную новость. Но уже в коридоре, ведущем к массивным дверям, мужчина почуял неладное. Он осторожно выдохнул, наблюдая, как дыхание превращается в облачко пара. Несмотря на это, маг все равно продолжал идти. Неожиданно на полу возникает пруд, огороженный белыми гладкими камнями.

Адрос застывает. Липкое чувство стремительно расползается по телу, но он зло стискивает зубы, не позволяя страху взять вверх.

—Кончай игры, Диди.

Заливистый смех заполняет мрачный коридор. По щелчку пальцев пруд исчезает, а на его месте появляется девочка лет четырнадцати с волосами багровыми, как вечерний закат. Её тонкие губы были изогнуты в шкодливой улыбке, а в кукольных золотистых глазах застыли смешинки.

—Мне хотелось подольше посмотреть на твое перепуганное лицо, а ты, как всегда всё портишь! — по-детски надув губы произносит она.

—Разве так встречают старых друзей, маленькая ведьма. Адрос позволь мне зачитать оду, которую я посветил тебе… — с безукоризненной осанкой из тени колон выглядывает парень лет двадцати. Его белые волосы были зачесаны назад, открывая вид на выбритые виски. Серебристые тени переливались на его веках, придавая взгляду томности и загадочности. А Треугольное лицо светилось необыкновенной одухотворенностью.

—Закрой рот, Грегори! Даже спустя шестьсот лет я не хочу слушать твои песенки, или как там ты их называешь, — шикает Диди, демонстративно закрывая уши ладошками.

—Замолчите оба. Чтобы вы здесь делаете?

Диди переводит на Адроса насмешливый взгляд:

— Князь сумел вернуть нас. И он уже в курсе, что ты разузнал, где камешек, поэтому тебе не зачем идти к нему.

Маг воды сумел скрыть легкое разочарование.

—Каков приказ?

—Приказ только один. Либо мы принесем камень, либо умрем.

❂❂❂

Метель свирепствовала и застилала путь. Веге приходилось щуриться, глаза щепало, но слезы не успевали вытекать, моментально превращаясь в маленькие льдинки. Шаг за шагом она преодолевала высокие сугробы, ощущая, как холодный снег проникает внутрь сапог. А ведь она выбрала самые высокие, из тех, что продавались в специальной лавочке для людей, решивших отправиться в Синие горы.

«Не выгодное это дело», — утверждал хозяин. Место не пользовалось популярностью, горы славились своим суровым характером, а потому даже бывалые любители закаливания не часто туда наведывались. Однако Веге необходимо попасть в это место вне зависимости от её погодных предпочтений. Ничего не оставалось, кроме как купить вещи потеплее и надеяться, что горы не похоронят её в своем царстве снега.

Девушка обхватила себя руками, заключенными в надежные варежки, но это мало чем помогало. Мороз пробирался даже через плотный мех, заставляя тело сотрясаться. Холод беспощадно щепал каждый дюйм её лица, особенно ему нравились щеки. Они горели. Вега чувствовала легкое покалывание, но это и неплохо. Пока она его чувствовала — все в порядке.

Вдруг скрежет снега перебивает завывание ветра. Казалось, чему тут удивляться? Она посреди белой пустыни, слышать хруст — естественно. Вот только Вега стоит на месте. И это не её шаги раздаются позади.

Чародейка не стала дожидаться, когда неизвестный подберется ближе. За одну секунду она стягивает варежку и выставляет ладонь вперед, посылая отталкивающую волну. Человек, облаченный в черный мех, падает в сугроб примерно в пятнадцати метрах от нее.

—Такой холодный прием, и это после того, что мы пережили вместе?!

Она удивленно приоткрывает рот, но тут же закрывает, ощутив, как холодный воздух вероломно вторгается внутрь.

—Почему ты меня не окликнул? — Вега чувствует, как глупая улыбка расползается по всему лицу.Парень продолжал лежать на спине, и она поспешила помочь ему подняться.

—Планировал сделать сюрприз, — его голос звучал радостно, хоть он и продрог так, что не чувствовал носа.

—Это какой же? Напугать меня до полусмерти?

—Хотел накинуться на тебя со спины и согреть своими жаркими объятиями.

Яннис хватается за протянутую руку и поднимается на ноги.

—Жаркими? — Вега скептически осмотрела бесконечное белое полотно. — Боюсь, здесь слишком много снега для них.

—Напомни-ка, я уже говорил тебе, как ты неподражаема, когда убиваешь всю романтику?

—Нет, но…— чародейка в одно мгновение оказывается пойманной в плотное кольцо. Яннис сцепляет руки в замок на уровне её поясницы и притягивает к себе. Она инстинктивно хочет оттолкнуть парня, но вместо этого кладет ладошки ему на грудь, заглядывая в глаза, обрамленные белыми льдинками на ресницах. — Я рада тебя видеть, правда.

Он довольно щурится, явно одобряя её слова.

—Так бы и расцеловал тебя, русалочка. Но, боюсь, поцелуй со вкусом снега не доставит никакого удовольствия.

Вега вспыхивает, но согласно кивает. Из-за всего случившегося, у нее не было времени подумать о том, как следует себя вести. Особенно после того прощального поцелуя. Значил ли он для Янниса то же, что значил для неё? И если значил, то что делать дальше? Чародейка испытывала чувство вины за собственные неуместные мысли. Её отца ранили. Её друзья в плену у врага, который мечтает уничтожить всю страну. К тому же, ей как-то надо сообщить о том, что лорд мертв. И вместо того, чтобы разобраться со всем этим, Вега пытается понять, что лежит на сердце мага молний.

—Когда вы уже официально заявите, что стали парой? — игриво поинтересовалась Мелани, приводя растрепанные волосы Веги в порядок.

Теперь, когда книга была у них, все чувствовали облегчение, даже Шерл, несмотря на её излишнюю холодность, казалась довольной: сама мысль о том, что она обворовала такого человека, как Эддингад, приносила ей удовольствие.

—О ком ты говоришь?

—О твоем неподражаемом Яннисе, разумеется. Ваше милое прощание не ускользнуло от моих внимательных глаз.

Светлая почувствовала, как вспыхнули кончики ушей, и смущенно опустила взгляд.

—Это не то, о чем ты подумала.

—Да? А о чем я подумала?

—Сейчас не подходящее время для всего этого. Мы должны помочь Яннису отомстить. Должны попытаться изменить жизнь темных.

Мелани недовольно цокнула, но затем мягко произнесла:

—Нет никакого подходящего времени. На то это и чувства. Они не действуют по твоей воле и не подчиняются законам.

Вега в полной мере смогла понять, как Мелани была права. То, что она испытывала к Яннису: глубокое влечение, щемящее беспокойство и желание защитить — она не могла контролировать ничего из этого.

Заметив, что девушка отстала, Яннис окликнул её:

—Мы должны двигаться.

Он прав. Вега обязательно поговорит с Яннисом обо всем, но сейчас им нельзя стоять на месте.

❂❂❂

Ослепительно сверкающий пляж виднелся вдалеке тонкой белой полосой. Ещё немного и маги достигнут цели. Мысли Норда, словно шестеренки в часах не переставали крутиться, продумывая тот или иной ход. Мужчина надеялся, что мастера гильдий уже получили его весточки. Очевидно, что в этой опасной игре им не справиться в одиночку. Он хотел было отправить еще одно послание в совет, но заранее знал, что те не станут действовать без доказательств. Это безумно раздражало. Он был вынужден придерживаться глупых формальностей, когда все весомые аргументы бегали у них под носом.

—Ну и погодка, — Шерл подставила ладонь к глазам в надежде спрятаться от яркого солнца. —Вот почему я предпочитаю оставаться дома. Не считая рабочих вылазок.

—Хочешь сказать, что сидеть в полупустом мрачном помещении или разбойничать гораздо лучше свежего воздуха?

—Пожалуй, я бы добавила к этому списку еще один пунктик под названием — хороший алкоголь. Кстати, об этом, с удовольствием сделала бы пару глотков. В горле сплошная сухость.

Он ничего не ответил, но её выжидающий взгляд вынудил спросить.

—Что?

—Как что? Доставай. Ой, да ладно тебе! — чародейка жестом указала на его жилет, внутри которого скрывался потайной карман. — Я знаю тебя не первый год, ты всегда таскаешь с собой фляжку.

—Ты и так осушила почти весь мой бар, — недовольно протянул Норд, протягивая ей предмет с отстраненным видом.

Море Созвездий — уникальное место, где под покровом ночи стирается грань между небом и землей, превращая пространство вокруг в маленький космос. Подобную иллюзию создавала кристальная поверхность воды и миллиарды ярчайших звезд, отражающихся в ней. Днем же можно полюбоваться на бирюзовые переливы безмятежного и бескрайнего моря. Никто точно не знал, что находится на другой стороне: необитаемые острова, зеленые поля, богатые города или страны, вероятно другой стороны и вовсе нет, и все на что следует рассчитывать это — бесконечное блуждание в древнем море.

Минуту маги стояли, вглядываясь в горизонт.

—Клэр всегда мечтала здесь побывать, — тихонько произнесла Шерл, но Норд услышал и согласно кивнул, припоминая что это действительно было правдой. — Она часто болтала о том, как мы будем свободно гулять по самым удивительным местам, невзирая на статус темных.

Должно быть, именно эта мечта подруги послужила одной из причин, по которой Шерл выбрала жизнь затворницы. Она не хотела чувствовать перекатывание нагретого песка под пальцами ног. Не хотела вдыхать сладковатый запах полевых цветов или чувствовать влажные брызги моря Созвездий. Без Клэр она не хотела ничего. Норд украдкой смотрел на точеный профиль женщины, подавляя приступ жалости. Он знал, что её это только разозлит.

—Давай начнем. Если камень здесь, нам лучше поспешить.

Шерл остановилась в пару метрах от кромки воды и опустилась на колени. Достав нужные руны, она принялась выкладывать их в прямоугольник. С первого взгляда может показаться, что их план весьма прост: в конкретном месте чародейка, всю жизнь работающая с рунами, наверняка почувствует камень, источающий невероятную энергию. Звучит и впрямь легко, если не брать в расчет то, что она никакой не поисковик.

Сделав несколько коротких глотков из фляжки Норда, женщина достала еще одну руну и привязала её к красной нитке, соорудив приспособление, напоминающее маятник. Прошептав нужное заклинание, она приступила к делу. Руна раскачивалась, но не выходила за пределы квадрата и нигде не останавливалась. Её карие глаза мерцали слабым красным оттенком, руки дрожали от напряжения, а губы потрескались в нескольких местах. Под толщей воды скрывалось множество необычных камней, но она никак не могла уловить тот самый.

Секунды сменялись минутами. Полуденная жара медленно уступала место прохладному веянью приближающегося вечера. Норд сидел позади Шерл расслабленно откинувшись на руки и прикрыв глаза. Шумный всплеск мгновенно привлекает внимание обоих магов. Норд легко поднимается на ноги, напряженно всматриваясь вперед, туда, где из бурлящей голубизны показалась огромная голова. Это был змей невероятных размеров, его янтарная кожа отдавала медным отливом, раздвоенный язык раскачивался из стороны в сторону поднимая высокие волны, а черные глаза взирали с почти осязаемой жаждой крови. Когда существо полностью показалось, гордо возвышаясь во весь своей необъятный рост, мужчина сумел разглядеть размытую фигуру на его голове.

Норд сколдовал щит, когда змей заскользил в их сторону, разрезая своим телом воду. Он впервые видит нечто подобное и ему сложно поверить в реальность происходящего. С замиранием сердца, он ждал, что произойдет дальше. Выдержит ли щит? Или змей заглотит их после чего зароется в горячий песок, чтобы переварить еду?

❂❂❂

Вега слышала, как стучали зубы Янниса, отбивая рванный ритм. Видела дрожь его широких плеч.

«Отчего же мои зубы не стучат?» Эта мысль засела где-то на подкорке сознания и грызла изнутри. Она ведь тоже должна трястись от холода и ощущать ледяные касания на лице. Так почему же она этого не чувствовала? Тело наполнял сильный жар, и ей отчаянно хотелось скинуть одежду, чтобы хоть на секунду его унять. Вега и не заметила, как руки сами потянулись к пышному меху капюшона.

—Не вздумай!

Сталь в голосе Янниса мгновенно отрезвила чародейку. Она поняла, что чуть не совершила ошибку. В детстве они с Элизой любили читать истории о великих путешествиях. И в одной из них рассказывалось о человеке по прозвищу «Ледяная фигурка». Мужчина отправился на север в самый разгар морозов с намерением обойти все земли, покрытые снегом. Однако мечта не воплотилась в явь: он замерз на полпути. Его обнаружили в одних штанах, застывшим словно фигурка, выточенная из мрамора. Этот факт очень взволновал маленьких девочек: зачем снимать с себя одежду зимой? Отец Элизы объяснил, что человек, оказавшийся на холоде, в какой-то момент перестает его ощущать. Организм, желая защититься разгоняет кровь по телу, из-за чего становится жарко. Однако это — верный путь в никуда.

Вега сильнее натянула капюшон, сопротивляясь этому порыву. Она не знала, сколько еще они смогут вот так бродить среди снегов, ориентируясь лишь на интуицию. Синие горы представляли из себя три вершины, каждая из которых превосходила другую по размеру, и озеро, закованное в вечные объятия льда. Трудно определить, где именно находится камень, но девушка предположила, что Селена постаралась спрятать его, как можно надежнее, как можно выше: ведь шансы, что ты сумеешь добраться наверх очень малы.

Однако холод был не единственной помехой. Не меньшей проблемой был и сгущающийся сумрак. Бледное солнце садилось за горизонт, погружая горы во тьму.

—Может, стоит сколдовать свет?

—Плохая идея. Так, мы станем слишком заметными для врага.

Вега вспомнила, как Элиза упоминала в письме, что слуги Хелиодора тоже охотятся за камнем. Возможно ли, что они уже здесь, наступают им на пятки, дыша в затылок?

— В конечном счете все равно придется сразиться, но нам не известны способности этих магов, — Яннис остановился на секунду, чтобы перевести дух, — а потому, пока есть возможно избегать битвы, мы будем ее избегать.

—Что же делать? Мороз крепчает, не думаю, что мы долго продержимся.

—Это место кишит пещерами, если повезет — наткнемся на одну из них.

С каждым шагом было все труднее отрывать ноги от земли. Вега падала, но поднималась вновь, стараясь не отставать от Янниса, который расчищал для нее путь. Парень часто оборачивался назад, проверяя, как там девушка. Он уже давно перестал чувствовать собственные пальцы, но не позволял себе проявить слабость. В какой-то момент, он потерял счет времени, хотелось поскорее очутиться в теплом месте и, наконец, закрыть глаза.

—Яннис!

Проследив за направлением её пальца, маг разглядел небольшое отверстие, притаившееся между первой и второй вершиной.

Пещера была не глубокой, но в ней не было снега, и в неё не задувал ветер. Вега скинула походный рюкзак с плеч и поспешила достать из него несколько жар-камней. Она надеялась, их тепло поможет пережить эту ночь.

—Умно, — похвалил её парень, подставляя ладони под спасительные огненные язычки.

Они молчали, пытаясь согреться, но здешний холод оказался слишком суровым даже для этих магических камней. Когда Яннис почувствовал, что может сгибать пальцы, он оторвал взгляд от мерцающего костра и посмотрел на Вегу. Жар-камни потрескивали, а их свет отбрасывал расплывчатые тени на её лицо. Завороженный, он не сразу понял, что чародейка уже несколько секунд пытается добиться от него ответа.

—Что?

—О чем ты так задумался?

—Я ни о чем не думал, просто любовался.

—Любовался? — девушка растерянно обернулась назад, пытаясь понять, что именно привлекло его внимание. Но кроме каменных стен не увидела ничего. — На что ты смотрел?

Сначала Яннис хотел ответить очередной шуткой, но передумал, похоже, Вега искренне не понимала, что может приковывать взгляд.

Он не отвечал, и чародейка решила, что это уж не так важно. Гораздо важнее, что им делать дальше? Смогут ли они добраться до третьей вершины? Несмотря на то, что она сидела рядом с костром, её кости все еще ломило от холода, да и Яннис не переставал дрожать, хоть и пытался это скрыть. Им нужно согреться или их ожидает только один исход — смерть.

Закусив губу, она вновь вспомнила Ледяную фигурку. Мужчина снял с себя одежду и погиб, но подобное решение не всегда смертельно, а даже наоборот в особенных случаях может принести спасение. Вега неуверенно взглянула на парня, не представляя, как произнести подобное вслух.

—Яннис, мы должны снять одежду.

Его синие глаза расширились в удивлении.

—Мне кажется, я отморозил слух, или ты сказала, что нам надо раздеться?

—Ты не ослышался. Раздевайся, — как можно непринужденнее она расстегнула пуговицы на шубе.

—Знаешь, русалочка, твой выбор мест для утех не перестает меня удивлять.

—Как и твое вечное сопротивление этому.

—Ну и ну, это что — шутка с двойным дном от тебя? —Яннис немного откинулся назад и приподнял подбородок, словно оценивая возможности, открывшиеся перед ним.

—Ты же понимаешь, почему я это предлагаю, — руки слегка дрожали от волнения, но девушка была твердо намерена пережить холод и найти камень. К тому же, они ведь уже видели друг друга обнаженными, и это было совсем не страшно.

—Хочешь сказать, что и впрямь собираешься прижиматься ко мне без одежды, чтобы согреться? — она неуверенно кивнула, и он, расплываясь в улыбке ответил: — что ж, не имею никаких возражений.

Пока Яннис стягивал с себя одежду, Вега достала два шерстяных пледа: один — она постелила вместо матраса, а другой — планировала использовать, как одеяло. Когда дело было сделано, она повернулась к парню и ощутила новый прилив смущения. Девушка не осмелилась опускать взгляд вниз, но даже то, что она могла видеть выглядело невероятно притягательно. Яннис напоминал статную фигуру атлета, высеченную по всем меркам красоты, существующим в её голове. Она поймала себе на мысли, что очень хочет прикоснуться к нему, почувствовать твердость и игру мышц под ладонями. А еще хочется, чтобы и он прикоснулся к ней. Вега помнила, какими крепкими и приятными могут быть его объятья. Прошло не мало часов, чтобы она смогла себе в этом признаться.

Когда она в спешке скинула с себя всю одежду и подошла к импровизированному ложу, Яннис гостеприимно кивнул на место рядом с собой. Вега неловко легла рядом, повернувшись к нему спиной. Парень тут же накрыл их пледом, отгораживая от внешнего холода. Все происходящее напоминало ту ночь в глухой таверне, когда они впервые делили одну кровать. Тогда чародейка старалась держаться от парня на расстоянии, хоть узкая мебель едва ли позволяла подобную роскошь. Вега не желала доставлять Яннису неудобств, но в настоящий момент находиться так близко — было важной составляющей их выживания.

Она пододвигается к парню и зажмуривается, смущаясь тех слов, что могут вырваться из него. Но Яннис не проронил ни звука. Вега чувствовала, как мерно вздымалась его грудь. Это успокаивало, как и слабое потрескивание жар-камней. Пламя костра приятно ласкало лицо. С каждой секундой она оттаивала. Это сладкое умиротворение кружило голову. Благодаря Яннису чародейка оказалась в надежном коконе, сотканном из обжигающего жара, исходящего от мага, и тепла костра.

Но как же он сам? Сумел ли хоть немного отогреться? От этих мыслей Вега нервно заерзала, гадая о его состоянии. Почему он до сих пор молчит? Уснул? А что, если холод сломил его, и он не может говорить? А что, если… Каждое предположение хуже предыдущего. Когда она в очередной раз зашевелилась, намереваясь его позвать, рука Янниса перехватывает её за талию, удерживая на месте.

—Ты что хочешь развести еще один костер?

—Нет, — после секундной паузы лепечет она.

—Тогда перестань ерзать, будто мы две палки и от нашего трения должны посыпаться искры.

Вега обиженно засопела, раздумывая над колким ответом, в то время как Яннис невесомо коснулся губами её плеча.

—Потому что, если продолжишь, я вполне могу сгореть.

Голова опустела. Все мысли покинули чародейку, оставляя одни ощущения: теплое дыхание в районе шеи, покалывание от соприкосновений с чужой кожей и внезапный прилив тепла между бедер. Сознание будто покрылось дымкой. Рука по собственной воле накрыла ладонь Янниса прижимая к себе.

В носу приятно щекотало, Вега источала целый букет запахов: он мог уловить ненавязчивые нотки корицы, освежающие оттенки специй гвоздики и едва ощутимый аромат мускатного ореха. Удивительно как гармонично они переплетались, как смело звучали и дарили ощущение комфорта. Он вдыхал полной грудью, а лихорадочное возбуждение разгоняло кровь по всему телу. Мыслить трезво становилось все труднее.

Тихий стон со стороны Веги и волосы на руках становятся дыбом.

«Полярис, я должен найти в себе силы».

—Вега, не думаю, что пещера подходящее место, — он осторожно подбирал слова, боясь, что она неправильно поймет. — Разве это не противоречит твоим убеждениям?

Губы девушки тронула улыбка. Тот факт, что Яннис переживал за её нравственность забавил, и в то же время невероятно умилял. В самом деле, то, чем они занимались, что собиралась сделать противоречило всем заповедям, в которых она росла. Но она вовсе не ханжа, как могло показаться. Да, поведение Янниса порой возмущало, а неприличные шутки вгоняли в краску, но они ей нравились, как и его тонкие пальцы, мускулистые ноги или крепкая шея. А стоит ли упоминать горящий бездонный взгляд? Вега не терзалась сомнениями и не корила себя за развязность. Пускай в глазах отца, Мериан и прочих она выглядела бы как распутная, но она в первые жизни не страшилась этого. Её наполняла непоколебимая решимость. Она нуждалась в Яннисе. В его объятьях, низком шёпоте и поцелуях.

—С тех пор, как я перешагнула порог дома, я только и делаю, что нарушаю все правила, — чародейка переворачивается лицом к парню и заглядывает в его глаза. — Но только так, я смогла понять, что большинство из них были ложными. Я часто ошибаюсь и во многом сомневаюсь, но я точно знаю, что доверяю тебе.

Вега прикрывает глаза и тянется к нему губами. Разве Яннис мог этому противостоять? Он не аристократ, не благородная душа, он всего лишь невоспитанный нахал, тёмный маг и бесстыдник, который больше всего на свете желает разделить с ней наслаждение и чувства, не дающие покоя.

В этот раз Яннис никуда не торопился, он со всей тщательностью исследовал чародейку, стремясь узнать все ее секреты. Она с радостью льнула навстречу его рукам, отвечала на медленные движения губ, пыталась прижаться как можно сильнее. Все говорило о том, что Веге нравилось, и это пьянило не хуже крепкой настойки.

Девушка взмокла: её охватывал томительный жар, пронизывающий все участки тела. Она не могла перестать выгибаться, Яннис творил с ней что-то удивительное и запретно сладкое. И это определенно стоило того, чтобы нарушить еще парочку запретов.

Тени на стенах сплетались в танце, образуя нечто единое, стирая все границы.

Ворох движений.

Звуки страсти.

Неутолимое желание.

Единение.

И глухая снежная ночь, ставшая невольным свидетелем всего этого.

Глава 9. На шаг ближе к пропасти

☾

Одна из быстрых пышных волн прибила хрупкое тело к прибрежным камням. Они хлестали голые ступни, пока Элиза пыталась выбраться на холодный берег с грязно-бордовым песком. Девушка ползла на четвереньках, но руки то и дело разъезжались в сторону, и она падала, а мелкие кристаллы царапали её лицо. Когда Элизе удалось оторваться от моря на приличное расстояние, она позволила себе расслабиться. Рухнув на спину, она раскинула руки и ноги. Солнце не пробивалось сквозь плотный барьер из тучных серых облаков, вокруг не щебетали птицы и не стрекотали насекомые, ее окружали лишь шум волн и свист ветра.

Сколько она пролежала вот так: не в силах пошевелиться и вглядываясь в давящую темноту неба? Она должна встать, должна отыскать Феликса, она не может уйти без него. И уж если быть до конца откровенной, без опытного боевого мага она погибнет, не успев добраться до перевала. Он должен быть неподалёку, Элиза видела, как соседняя волна подхватила и его, неся точно к берегу.

Сцепив зубы, чародейка приказывает своему телу подняться. И о, чудо! Спустя несколько секунд ей удается встать на ноги. Она намеревалась обследовать пляж и прилегающие к нему камни, но, к счастью, Элизе не пришлось далеко идти. Примерно в двухсот метрах от нее лежал человек с знакомой яркой окраской волос.

Нетвердой походкой она направлялась к магу, но уже издалека стало понятно: что-то не так. Феликс не подавал признаков жизни. Чародейка прекрасно помнила правила оказания первой помощи, а потому поспешила удалить воду из его легких: с трудом, ей удалось положить парня животом на собственное колено. Когда вода тонкой струйкой стекла из его рта, она осторожно опустила Феликса на спину. Похоже, без искусственного дыхания не обойтись. Она могла поклясться, что слышит стук собственного сердца, оно словно взбесилось и хотело выбраться из груди. Элиза смахивает мокрую прядь со лба Феликса, зажимает нос и наклоняется к губам. Девушка почти сделала это, но вместо губ Феликса почувствовала влажную соленую кожу.

—Даже не думай об этом, — сдавленно прокряхтел парень.

На бледном лице парня отразилось недовольство и смертельная усталость. Феликсу отчаянно хотелось спать, однако эта мечта недостижима: они слишком уязвимы на берегу. Они должны уйти, затеряться и запутать следы, на тот случай если за ними уже отправили тварей. Маг вскинул голову, силясь понять, какое сейчас время суток. Ранее утро? Поздний вечер? А может, и глубокая ночь.

Все это время Элиза просто сидела рядом, разглядывая его изнеможденное лицо. Почувствовав чужой взгляд, Феликс повернул голову и произнес:

—Сорваться в воду, рассчитывая на одну лишь удачу, это — просто гениально!

—Не понимаю, это похвала или критика?

—Я еще не решил.

Элиза встала на ноги, отряхнула порванный подол юбки и посмотрела на него сверху:

—Дай знать, когда определишься. Но, на всякий случай скажу, что обычного спасибо будет вполне достаточно.

Короткая перепалка помогла ненадолго забыть о насущном. Ни Феликс, ни Элиза не знали: где они сейчас, в какой стороне находится дом, и смогут ли они до него добраться? Однако что-то заставляло идти вперед. Ноги вязли в песке, но маги продолжали взбираться по крутому склону. Вскоре, показались неясные очертания деревьев, в которых они смогли бы затеряться и передохнуть.

За все то время, что они шли Элиза не переставала говорить. Девушка с явным любопытством оглядывалась вокруг, запоминая детали, и Феликс искренне не понимал, откуда бралась эта неиссякаемая энергия? Пожалуй, она еще большая болтушка, чем Мелани.

—В детстве я могла часами представлять земли за перевалом. Образы никогда не повторялись. Оно и понятно, никто не знал, что здесь таится, а потому никаких упоминаний, в особенности книг, я не нашла, — даже смертельно устав, Элиза не могла остановить поток слов. Разговоры всегда помогали ей противостоять стрессу. — Но, может, я смогу это исправить?

Феликс выразительно промолчал, однако чародейку это ничуть не смутило.

—Да, думаю ты прав, — беззаботно продолжила она, — когда мы вернемся, я обязательно напишу книгу об этом месте. «Хроники Громового перевала» или «Плывущие в чёрных водах», как тебе?

Маг резко остановился, прислушиваясь к окружающим звукам.

—Можешь стать соавтором, я не возражаю…

Он грозно шикнул, но, видимо, девушка не уловила намека и продолжила болтать. Феликсу пришлось заставить её замолчать: дернув светлую на себя, он поспешил укрыться за ближайшим стволом дерева. Прижатая щекой к мужской груди, она без труда могла почувствовать, как гулко бьется его сердце. Тревога Феликса передалась и ей.

Даже не видя тварей, было понятно, что они близко, их вой звенел повсюду, он застыл в воздухе дребезжа под кожей. Отчаяние почти овладело Элизой, как назло, в ее голове не было никаких идей, ни малейшей искорки плана, способного помочь победить Варгов.

— Не бойся, — выдохнул он, — ты обязательно напишешь свою книжку.

Элиза удивленно посмотрела на парня, когда почувствовала невесомое касание к своим волосам. Феликс выглядел растерянным. Он и сам не ожидал, что станет её утешать. Но по неведомым причинам ему хотелось её подбодрить.

❂❂❂

В ту секунду, когда змей столкнулся с щитом Норда, Шерл задержала дыхание. Липкий пот миниатюрным ручейком стекал по спине, напоминая о том, какого-то это — бояться.

Заклятие мужчины устояло, а змей стал распадаться на маленькие квадратики.Всего за мгновение на глазах изумленных магов длинное тело чудовища просто испарилось.

—Что происходит?— едва слышно прошипела Шерл.

На этом странности не закончились. Со стороны моря донесся веселый заливистый хохот. Он все приближался, щекоча нервы. А вскоре показалась и его обладательница. Невысокая девочка пружинила по песку, её дерзкие хвостики сверкали в алом зареве неба. По правую сторону от нее следовало необычное животное, напоминающее поджарого волка и в то же время бродячую собаку с желто-рыжей шерстью. Опущенный пушистый хвост качался в такт движений его худощавых ног. Животное подвизгивало, на заостренной мордочке будто застыла ухмылка.

Норд внимательно следил за каждым малейшим жестом незнакомки, пытаясь разгадать суть её магии. Что за сила способна заставить чудовищного змея слушаться, а затем и вовсе рассыпаться на части?

—Ваш испуг был прекрасен, но его недостаточно, чтобы сгладить мое разочарование! — тонкий голос был насквозь пропитан звонкой чистотой и притворством. С несчастным видом девочка склоняется над зверьком и картинно вздыхает. — Ах, я так расстроена, Шосси! Неужели камень достанется этому болвану Грегори?! Или еще хуже этому нюне Адросу! Так несправедливо! Это я —Диди— должна получать почести от князя и купаться в его любви, а не они!

Сетуя на собственную судьбу, девочка совсем потеряла интерес к магам. Норд и Шерл переглянулись, молча соглашаясь друг с другом. Судя по её словам, наследие Мориона спрятано не здесь. Должны ли они вступить в сражение?

Словно почувствовав их сомнения, Диди вновь засмеялась.

—Нет-нет, вы никуда не пойдете. Раз уж камня здесь нет, я могу себе позволить немного повеселиться. Вы ведь поиграете со мной? — зверек глумливо хихикнул, предчувствуя небывалое развлечение, а девочка плотоядно улыбнулась. — Ах, да, зачем это я спрашиваю, выбора то у вас нет.

Шерл вскрикнула и отпрыгнула в сторону, с ужасом глядя на свои руки.

Кровь.

Алая жидкость капала с пальцев, пачкая одежду и землю. Совсем как тогда. Слезы навернулись на глаза, а в горле застрял всхлип.

—Что с тобой? — Норд с беспокойством обернулся к женщине, при этом все еще поддерживая щит. Шерл упала на колени, безумно тряся руками, словно пыталась что-то смахнуть. — Ты слышишь меня?!

—Там, где она сейчас нет места твоему голосу.

— И что же это за место?

—Я называю его Грезы. С помощью моей магии, я могу помочь людям вспомнить самые яркие эмоции, которые они когда-либо пережили. — Диди прижала указательный палец к пухлым губам и игриво склонила голову на бок. — Стоит ли говорить, что все самое отвратительное, ужасающее и болезненное люди запоминают лучше всего? Ну что, посмотрим, чего же боится такой суровый мужчина, как ты?

Выбора не остается, Норду придется сразиться.

❂❂❂

Аргские болота.

Адрос предпочел бы любое место тому, в котором существует хоть малейший намек на воду. И Диди это прекрасно знала. Адрос научился плавать, но не сумел побороть страх. Он запрятал его глубоко, в надежное укрытие, сотворенное из собственного желания оказаться чуточку ближе к господину.

Ведь Хелиодор не признавал слабость. И все же он позволял такому как Адрос быть по одну сторону с ним.

Маг воды не знал откуда взялся этот порок, преследующий его всю жизнь. Иногда ему казалось, что он всегда был вместе с ним, с первых дней его появления на свет. Вода была его силой, и в то же время проклятьем. Адрос родился в семье Ларимарцев, людей, которым подвластно управлять этой непокорной стихией. Случилось так, что семейство Адроса некоторое время проживало в землях Мориона, и когда настал час возвращаться домой, всем стало ясно — их сын другой. Его бросало в дрожь при виде пенящихся волн, тело немело и отказывало подчиняться. Страх — неподдельный, первобытный, тот самый который помогает выживать, сковывал его сердце. А потом он медленно умирал. Что-то внутри блокировало силы мальчика. Дыхание под водой, такое естественное для всех Ларимарцев, становилось невозможным. Отец Адроса понимал — необходимо действовать решительно. Чтобы излечить сына и избавиться от позорного клейма на роду он насильно затаскивал того в воду, хватал за пепельные волосы и окунал в море, в самую суть их сущности. Но это не помогало. Напротив, чувство, когда ты пытаешься сделать вдох, но спасительный кислород не поступает в легкие, навсегда поселилось в душе ребенка.

Отец не знал жалости. Мать не вставала на его сторону. Соплеменники лишь кидали презрительные взгляды. И только Хелиодор проявил терпение. Даже сейчас спина Адроса помнила мягкие прикосновения князя, помогающие держать тело на поверхности воды. Только Хелиодор всегда верил, что Адрос не слабак и не изгой, а маг, в котором таится потенциал.

Мужчина остановился: небольшой отряд, собранный из самых крупных Варгов, вернулся с разведки. В огромной пасти вожака, с лоснящейся черной шерстью, что-то блестело. Это была небольшая жемчужина, похожа на те, что используются в женских украшениях. Без каких-либо эмоций он выбросил находку и втоптал в рыхлую землю.

Кто-то еще ищет камень.

❂❂❂

—Я интересен тебе, потому что отверг? Потому что не признался в чувствах? Если сделаю это, ты забудешь о своей симпатии?

Голос Мистгана был спокойным, как стоячая вода в озере: без волн и без рек, впадающих в него и разносящих свое бурное журчание по округе. Слишком неуместный тон для лесной суеты.

—Даже не знаю, что оскорбительнее: твой отказ или это нелепое предложение? Я не нуждаюсь в притворных признаниях.

Мистган тряхнул головой, а Мелани неосознанно скользнула взглядом по его рукам, понимая, что отсутствие перчаток на них взволновало её куда сильнее, чем могло бы. У парня пальцы прирожденного музыканта, чародейка без труда могла представить, как легко они парят над клавишами или как изящно обхватывают гриф и зажимают струны. Интересно, каково это держаться с ним за руки? Будут ли его ладони такими же приятными на ощупь, как кожа на торсе?

Когда девушка посмотрела на свою руку, то с удивлением обнаружила, что на тонком запястье нет браслета. Вега подарила его ей, уверяя, что перламутровый цвет жемчужин прекрасно гармонирует с её глазами. Как же она могла потерять такую ценную вещь?! На секунду Мелани показалось, что это дурной знак. Насмешка судьбы, сулящая нечто плохое. Однако будучи несуеверной, она тут же отогнала эти мысли. Да и слова Мистгана завладели её вниманием.

—Я не могу предложить тебе ничего, кроме притворства.

—Но почему?

—Я… дал слово, что не свяжу себя подобными узами.

—Кто взял с тебя такое обещание? Не слишком ли жестоко лишать кого-то возможности влюбиться?

—Любовь сама по себе воплощение жестокости, Мелани. В этой игре нет победителей, только проигравшие.

Время будто замерло, а может ей так казалось, потому что замерли они. Маги буравили друг друга взглядом, не замечая ни щебета птиц, ни треска веток, ни жужжания пчелы, кружащей над их головами.

—Нельзя знать заведомо, как по мне лучше потерпеть поражение, чем постоянно убегать.

«Перестань, — с бессильной злостью Мистган смотрел, как тени от веток играли на её лице, — прекрати рушить все, за что я цепляюсь последние годы». Ему как никогда хотелось вопить, но он прекрасно знал, что скорее начнет умолять, чем станет кричать на нее.

❂❂❂

Вега была уверенна, что будет чувствовать дикую неловкость и смятение, после того как она станет женщиной. Но вместо этого её наполняла безмятежность. Во всяком случае она ощущала себя так до того, как ледяная рука мороза огладила её оголившееся лопатки. Мурашки не заставили себя ждать, они в одно мгновение рассыпались по спине.

Девушка распахнула глаза и увидела лицо Янниса. Между густыми бровями не было напряженной складки, на тонких губах не играла улыбка, возможно, её собственный палец в его рту был тому причиной. Теплота обволакивала кожу, как если бы девушка поднесла палец к костру. Она поспешила исправить это недоразумение, как и поспешила убрать ногу, которую так беззастенчиво и, надо признать, весьма ловко закинула на мужское бедро.

Вега пропустила тот момент, когда парень проснулся и теперь вовсю разглядывал её лицо.

—Доброе утро, — его голос был немного скрипучем, и он поспешил прокашляться, чтобы вернуть ему привычное звучание.

Она ведь должна чувствовать неловкость? Правильнее будет жутко стесняться, лепетать невпопад и отводить взгляд. Но Веге не было неловко, и она ни на секунду не переставала на него смотреть. В его глазах играло доброе лукавство, а у нее полыхало в груди.

— Как думаешь мир справится без нас ещё пару минут?

Она пихнула Янниса в плечо, рассекретив его намерения, но не сдержала улыбки. Нет, ей не хотелось убежать от него или прикрыться. Она не испытывала смущения. И определенно ей было так легко только потому, что перед ней Яннис Морр.

Новый день принес новые трудности. Ветер стих, но солнце и белизна снега ослепляли, лишая возможности как следует осмотреться, Вега чихала, щурилась, терла нос, но честно пыталась это сделать. Медленно, но верно маги подступали к третьей вершине. Холод вновь набросился на Янниса и Вегу, желая навсегда оставить их здесь, в безмятежной обители снега.

—Не терпится посмотреть на лицо мастера, когда он узнает, насколько мы сблизились, — Яннис протянул Веге руку, помогая подняться на широкий скользкий уступ.

—Во-первых, приличные люди не трепятся об этом всем подряд, — чародейка нахмурилась, но приняла его помощь. — А, во-вторых, с чего ты взял, что ему вообще есть дело до того, что между нами происходит?

—Как ни странно, но в последнее время Норда очень беспокоит эта часть нашего общения.

— Похоже, он просто сомневается в твоей надежности.

— Перестань, надежнее меня не сыскать! — Яннис ненадолго замолчал. —Я что, и правда, кажусь таким легкомысленным?

— Угу, в перерывах между тем, когда не выглядишь, как опаснейший тип в Медведице.

—Когда это я был опасным?!

—Хм, дай-ка вспомнить, — Вега демонстративно провела указательным пальцем по губам, делая вид, что всерьез задумалась. — Может, когда угрожал мне своим кинжалом?

— Как бы еще я узнал, что тебе это нравится, — самодовольно протянул маг, получая снежок в затылок. —Эй!

—Яннис Морр, ты просто невыносим!

— Знаю, ты повторяешься. Впрочем, я нахожу это весьма милым.

Неприметный вход на вершине горы, казалось, был именно тем, что они искали. Засыпанное снегом узкое отверстие трудно приметить, но Яннис славился своими навыками поисковика, а потому без лишних слов парень взял Вегу за руку и повел в нужном направлении.

Уже через несколько метров проход расширился, позволяя магам подняться с четверенек и наконец выпрямить спины. Когда Вега сколдовала свет, то не смогла сдержать восхищенного вздоха. Искрящийся шарик завис над головами магов, позволяя рассмотреть окружающую обстановку. Они оказались в просторной пещере, стены которой покрывал лед, вобравший в себя самые разнообразные оттенки синего. В этом месте был удивительно свежий воздух и завораживающая атмосфера. Девушка никак не могла перестать так жадно рассматривать причудливую игру света со льдом.

Вскоре они обнаружили проход, а затем наткнулись на развилку. Яннис окинул взглядом каждую зияющую дыру, пытаясь предположить какой из ходов окажется опаснее и будет ли разумно в такой ситуации разделяться? Однако Вега разрешила его терзания.

—Я пойду в правый туннель, — в её голосе не было сомнений. Чародейка выудила из рюкзака небольшую лампу, похожую на керосиновую, вот только эта работала за счет магии.

Спустя несколько минут в руках у Янниса был свой источник света, подаренный ему Вегой. Пару месяцев назад она с трудом могла использовать заклинания солнца, но, похоже, тренировки с мастером не прошли даром. Память услужливо подкинула несколько воспоминаний об этом.

Они стояли посреди главного тренировочного поля гильдии, окруженного массивными елями. Вместо привычного строгого костюма на мастере красовались свободное трико и бордовая водолазка, не сковывающая движения. Яннис мог поклясться, что расслабленный Норд вкупе с его фирменным взглядом заставлял Вегу нервничать. Она старалась держать осанку, в надежде казаться уверенной, но он чувствовал её смятение в каждом взгляде, брошенным в его сторону.

—Полагаю, пора начинать. Редкий маг может похвастаться тем, что ему подвластны две магии. В твоем случае это притяжение и свет, верно? Однако, чем больше сила, тем сложнее её контролировать. Как я понял, если с притяжением у тебя все в порядке, то со светом дела обстоят иначе?

—Это так. Я много раз пыталась его использовать, но выходит с трудом.

— И не получится, пока ты не поймешь сути. Вспомни, на что похожа магия притяжения? Это как приливы и отливы, мягкие покачивания волн из-за воздействия Луны. Мы – это луна, а пространство вокруг нас — море. А теперь подумай, на что похожа твоя магия света? —Норд занял боевую позицию: правая нога чуть впереди левой, левая рука приготовилась к взмаху. — Я буду твоим противником, а потому разрешаю использовать любые заклинания. Любые, за исключением заклинаний притяжения.

Янниса так и подмывало узнать, в чем же заключалась суть ее магии света, но каждый раз, когда вопрос вертелся на языке, что-то обязательно его отвлекало. Как, собственно, и сейчас, время шло, а единственное, о чем он мог думать, это о том, чтобы подольше побыть с ней рядом. Ему не хотелось расставаться с Вегой, это казалось неправильным. Желание схватить чародейку и увести в какое-нибудь теплое безопасное место было невероятно заманчивым, но он помнил, зачем они здесь, и помнил, что стоит на кону. Он мягко взъерошил её волосы и шагнул в темноту.

Все внутри волнительно трепетало, однако Вега не обращала на это внимание, осторожно ступая по скользкому пещерному коридору. Странное ощущение не покидало, пока она наконец не осознала, что именно её беспокоило. Девушка бросила мимолетный взгляд на собственное отражение во льду.

Ей не кажется.

Чья-то тень следовала за ней по пятам. Сделав короткий вдох, Вега решительно разворачивается. И вот она уже не в узком туннеле, а в просторном зале, в котором на нее с удивлением смотрело её собственное лицо.

❂❂❂

Феликс тихо выругался. Им удалось избежать столкновения с тварями. Но долго ли продлится их везение? Боль острой волной прокатилась по всему телу. Когда он прижал к себе Элизу, фаланги пальцев и поврежденный локоть напомнили о себе. Ему нужен лекарь, им обоим он необходим.

Элиза выглянула из-за дерева, и не обнаружив угрозы, позволила себе осесть на землю. Неужели каждая минута, проведенная здесь, будет наполнена этим противным липким чувством, от которого немеют кончики пальцев и дрожат губы? Тревога не отступала, чародейка медленно осмотрела окружающую обстановку. Почерневшие голые деревья не таили в себе ничего живого, вряд ли они смогут добыть пропитание. Элиза тут же себя одернула, если она продолжит так рассуждать, это ни к чему не приведет. Она перечитала десяток книг про выживание, наверняка, какой-нибудь из способов вполне сгодится. Например, она может собрать дождевую воду и с помощью ткани её профильтровать, а когда Феликс немного передохнет, он убьет одного из Варгов, и они пожарят его костре. Интересно, каков он будет на вкус? Не ядовит ли?

—Не молчи.

—Что?

«Мне ведь не послышалось?»

—Без твоей болтовни кажется, что конец света вот-вот настанет, — Феликс неловко прислонился к стволу дерева, старательно отводя взгляд.

«И почему я это ляпнул?»

Набрав воздуха, Элиза приготовилась к долгому и искрометному монологу.

Глава 10. Танцы на стёклах

☾

Диди медленно прошлась языком по губам, словно пытаясь собрать остатки только что съеденного десерта, и плотоядно уставилась на мужчину напротив. От него исходила сила. Внутренний стержень, который заметен невооруженным взглядом, и от этого ей лишь сильнее хотелось поскорее увидеть его страх. Она будет упиваться им. Она просто уверенна в этом.

Всё вокруг поплыло, легкая дымка застилала взор Норда, пока наконец перед ним не возникла тоненькая изящная фигурка. Сердце затрепетало, ему даже не нужно было видеть лица, оно и так знало, кто перед ним. В этой мягкой, но гордой поступи, широкой улыбке и ярком отблеске глаз заключалось то, ради чего он так старался в прошлом и то, почему он старается быть храбрым сейчас.

—Никогда бы не подумала, что мы встретимся вновь. Признаться, я молилась о том, чтобы этого никогда не произошло, — она была такой же прекрасной, как и в день их последней встречи. Но, как и тогда, её слова жестоко ранили, лишая возможности мыслить здраво.

«Она не может быть здесь».

—Я никогда не была бы счастлива с тобой, ты ведь знаешь? —Аврора дотронулась до его плеча, чуть сжимая. В этом было столько всего знакомого, и в то же время этот невинный жест принес нескончаемый поток боли.

«Она не может быть здесь», — Норд хватался за эту мысль, как за соломинку, но, кажется, все глубже погрязал в безумии.

— Ты бы не защитил меня. Ты и сейчас не можешь никого защитить.

Аврора прижалась щекой к его груди, оплетая талию руками. Мучительный спазм сжал горло Норда, он едва держался на ногах и не мог вымолвить ни слова.

—Моё тело сгнило, и даже черви, пожиравшие мертвую плоть, давно оставили меня. Тоже случится и с твоими подопечными. Со всеми, кого ты любишь. Ты всего лишь жалкий маг, который никого не спасет.

Мужчина почувствовал, как женская ладонь прошла сквозь тело, выворачивая его внутренние органы. Привкус крови заполнил рот. Аврора слизывала красную жидкость, злорадно насмехаясь над Нордом, рухнувшим перед ней на колени. Она долго разглядывала его лицо, пока во взгляде не вспыхнула заинтересованность.

—Мне больно не тебя смотреть, милый. Неужели ты и впрямь поверил, что она может быть твоей дочерью?

Руки Норда со злостью сжимали песок. Он бежал от этой мысли, как перепуганное животное бежит от огня. И все же глубоко внутри в нем пряталась крохотная крупица надежды, что его и Вегу связывает нечто большее, чем крыша гильдии.

—Можешь и дальше тешить себя этим, в конце концов, ей недолго осталось. Она такая же слабачка, как и ты.

Несмотря на пугающую реалистичность происходящего Норд понимал, что это — неправда. Теперь после её слов сердце тоже поняло. Аврора ни за что бы не отозвалась так о своей дочери. Он уверен, она сделала бы все, чтобы её защитить.

Вот почему Норд поднимается с колен.

Вот почему без колебаний обхватывает лицо Авроры.

Вот почему он сворачивает ей шею.

Хруст повис в воздухе, и вот мужчина вновь на белоснежном пляже. Шерл, с разодранными руками, лежала без чувств. Зверь Диди скалил пасть, из которой стекала кровь, а сама девочка сидела на песке, посыпая им босые ступни.

—Как и ожидалось, ты довольно смышленый. Но что это? Сердечная драма, серьезно? — Диди фыркнула, откидывая огненные волосы за спину. —Неужели та женщина самое страшное, что с тобой случалось?

Аврора была самым лучшим, что с ним происходило. Время, проведенное с ней, не повторить. В этом то и заключается его личный кошмар.

Земля под Диди задрожала. Огромная сила обрушилась на нее, грозясь раздавить. Мужчина выбрался из грез, а это значит, что отправить его туда вновь она сможет не меньше, чем через час. Дело принимало невыгодный для нее поворот.

❂❂❂

Вегу будто заточили в квадратную коробку, стены и пол которой были сделаны из стекла. В центре комнаты полыхал тусклый розовый цвет из-за чего её собственное отражение искажалось, строя страшные гримасы. И вновь кто-то или что-то коснулось плеча. Немедля чародейка вытянула руку вперед, на кончиках её пальцев уже концентрировался свет.

—Покажись! — отчего-то голос прозвучал властно, но Вега знала, что это лишь мишура, за которой она скрывала волнение.

— Не бойся. Я лишь отголосок прошлого, не способный тебе навредить, — тягучий медовый голос успокаивал, призывал к спокойствию. Довольно безрассудно, но она доверилась ему и полупрозрачному виденью, в очертаниях которого угадывался женский силуэт.

—Мое почтение, — Вега выполнила реверанс со всем уважением, на которое была способна.

—Ты слишком вежлива, чтобы быть приспешницей Хелиодора.

Селена приблизилась к чародейке, паря над стеклянным полом, и принялась её изучать.

—Вы правы. Я здесь только потому, что мы с друзьями пытаемся помешать князю вернуться.

—Камень… Более шестисот лет он хранился в этих горах, и я искренне надеялась, что так будет всегда. Но раз ты здесь, то и его люди скоро объявятся.

—Мне искренне жаль, что вам пришлось столько пережить из-за камня.

Вега вздрогнула, почувствовал прохладное касание на щеке.

—О, нет, девочка, камни не могут таить зло, оно кроется в том, кто хочет ими владеть, — печаль лилась из её уст. Веге искренне хотелось успокоить этот бесплотный дух.

—Мы вновь спрячем его. Защитим, чего бы это не стоило!

Огонь все разгорался. Вскоре стало так светло, что Веге пришлось щуриться.

—Ты храброе дитя, однако камень не явит себя, пока ты не пройдешь испытание.

—Что за испытание?

Вега ждала тяжелой битвы, хитроумной ловушки, чего угодно, но только не тех слов, что произнесла Селена.

—Слушай внимательно, чтобы не случилось, тебе нельзя останавливаться и использовать магию. Ты должна танцевать несмотря ни на что.

«Танец? Мне ведь не послышалось?? Что за испытание такое?» Девушка не могла вымолвить и слова. Вега умела танцевать. Она уверенно держалась в вальсе, попадала в игривый ритм польки, и даже с танго она вполне могла бы совладать, но Вега никогда не танцевала что-то, где не требовался партнер.

—Помни, ни за что не останавливайся… — голос Селены гас, лишь обрывки фраз долетали до светлой чародейки. — …не останавливайся, иначе… танец…длиною в жизнь…

Она чувствовала, как бешено билась жилка на шее, как пот пропитывал рубаху. Сняв сапожки, а с ними и носки, она ощутила ледяную поверхность. Чародейка пыталась отогнать посторонние мысли и прислушаться к окружающим звукам. Удивительно, но в этом месте без окон и дверей завывал ветер, позади нее тяжелые капли воды ударялись о пол — все это складывалось в мелодию. Казалось, что вокруг Веги развернулся оркестр с самыми необычными инструментами.

Её первые движения были не смелыми: всего лишь плавные взмахи руками, робкое скольжение носком и неспешное покачивание в такт. Но чем напористее она становилась, тем громче звучала музыка. Чародейка старалась не думать о правильности и технике танца, она позволила телу плыть по течению необычной мелодии. Позволила всему, что накопилось внутри вырваться наружу. В каждом резком повороте угадывался нерастраченный гнев. В каждом прыжке или жестком вскидывании рук сквозили горечь их-за недомолвок с отцом или чувства вины перед Элизой и Феликсом. Девушка кружила вокруг огня, а отражение вторило каждому движению. Танец становился похожим на некое таинство. Особый ритуал. Её дыхание давно сбилось, щеки лихорадочно горели, но музыка все еще играла, а значит — она должна танцевать.

Вдох. Короткий шаг. Выдох. Небольшой прогиб. Кончики пальцев касаются пола. Разворот. Взмах руками.

Девушка едва успевает закрыть глаза, спасая себя от опасности. Бесчисленный поток из стекла обрушился на нее, лишая возможности двигаться. Вега прикрывает лицо, но теплые струйки уже стекали, пачкая одежду.

—Полярис… — еле слышно выдыхает девушка, с ужасом глядя на пол, полностью усеянный стеклом.

Помня о том, что нельзя останавливаться, она продолжает двигаться. Ступни тут же пронзает острая боль. Осколки впиваются в кожу, с каждым шагом раня все сильнее. Вега закусывает губу, не позволяя всхлипам вырваться из груди. Но с каждым поворотом, с каждым прыжком и скольжением становится все сложнее. Перед глазами плыло. Куда бы она не бросила взгляд: вправо, влево или на вверх — мерцающий свет сливался с картинками перепачканных осколков.

Вега не привыкла терпеть боль, не привыкла пересиливать себя.

Так почему она продолжает танцевать?

Пот попадал на ссадины, которые нещадно щипали. Девушке хотелось разодрать их, лишь бы унять это чувство. Пульс в ушах заглушал музыку, ей не хватало воздуха.

Почему она до сих пор не остановилась?

Все внутри желало прекратить. Сдаться. Опустить руки. Вынуть осколки из ног и убежать прочь. Больно. Очень больно. Хотелось скулить. Но стеклам не было конца, как и этой пытке. Она заставляла тело двигаться, заставляла себя представлять лица близких людей. Сможет ли она посмотреть им в глаза, если сейчас сдастся? Если мир рухнет из-за нее? Сможет ли быть рядом с Яннисом, который пережил гораздо больше, чем она?

Конечно же, нет.

Вдох. Короткий шаг. Выдох. Резкий разворот. Взмах руками. И все по новому кругу.

И все же она не выдерживает. Ноги подкашиваются, и Вега падает. Огонь тухнет. Одинокая слеза скатывается из уголка глаза. Это конец? Она проиграла?

❂❂❂

Вега резко раскрывает глаза, поняв, что музыка прекратилась. Она не знала сколько времени прошло. Пять минут. Десять. Час. Но это и не важно. Гораздо важнее ощущение тяжести на ладони. Своим алым светом камень разгонял темноту. Она чувствовала пульсацию и огромную силу, исходящую от этого овального драгоценного кусочка. Просто в голове не укладывалось, что кто-то на этом свете способен подчинить себе столь огромную мощь.

Услышав шаги, Вега поспешила спрятать камень за пазуху. Она попыталась встать на ноги, но осколки, словно тысяча маленьких иголок пронзили её ступни.

Когда свет фонаря осветил чародейку, Яннис выдохнул с облегчением.

—Слава Полярису, я тебя нашел! — но как только он подошел ближе, тихая ярость и мучительное беспокойство охватило мага. Вега была в крови, как и все вокруг. — Что тут произошло?

—Все потом, — каждое движение отображалось мукой на лице, но она смогла улыбнуться.— Яннис, он у меня.

Он должен был обрадоваться, однако камень занимал его куда меньше, чем её разодранные ноги. С мрачным молчанием маг опустился перед ней на колени, помогая вынимать осколки. После он подхватил Вегу на руки. Они вновь заночевали в пещере. И вновь согревали друг друга.

Лишь на утро следующего дня Яннис наконец смог разделить её радость. Ни Вега, ни Яннис не могли до конца поверить, что камень действительно у них, но его аура, окутывающая магов, развеивала сомнения.

Они почти пересекли скованное озеро. Вега рассказывала одну из историй, о ней и Элизе, как вдруг, что-то пошло не так. Девушка не подозревала, что в царстве холода может стать еще холоднее, но в одно мгновение, все её тело захватил жгучий мороз.

—Что происходит?

Яннис по хищному огляделся вокруг. Ощущения не подвели: к ним приближался маг.

Вега проследила за взглядом Янниса и увидела высокого парня. Лед под его ногами переливался синим и покрывался замысловатыми узорами. Маги заняли боевую позицию. Он остановился примерно в десяти метрах от них. На его веках переливались яркие тени, а в серебристых волосах, зачесанных назад, таяли снежинки. Одну ладонь незнакомец поднес к груди, а вторую ко лбу. Драматично откинув голову назад, он торжественно произнес:

О, трепещите! Хлопайте в ладоши!

Падите ниц, и в голос вереща,

Дарите мне пылающие взоры.

О, возликуй моя бессмертная душа!

—Признаться, такого я не ожидал, — пробормотал Яннис, после внезапного представления.

—Может мы ошиблись, и он не враг? — предположила не менее обескураженная Вега.

Услышав перешептывания, Грегори выпрямился и расплылся в широчайшей улыбке. Он ждал аплодисментов, но дети, стоящие перед ним, лишь глупо смотрели на него. Похоже, они не распробовали вкус его таланта. Ничего, он попробует вновь:

Я тот, чье имя столько прекрасно,

Как звуки воющей метели.

Я тот, чей лик влечет опасно,

Как ножки дам из пагубных борделей!

Маг льда прикрыл глаза, наслаждаясь минуткой триумфа. Как же прекрасно вновь работать языком. Складывать из звуков столь чудные слова.

—Не понимаю, нам надо с ним сражаться или нет? — шепнула Вега, склонившись к лицу Янниса, не сводя взгляда с чудака.

—Можем ударить разок и уйти, а то боюсь, я и сам начну говорить рифмой.

Вега хотела звонко расхохотаться, но захлебнулась собственным смехом. Всего секунду назад Яннис стоял перед ней, а теперь он оказался подо льдом. И уже не её смех эхом разносился по округе.

Грегори прикусил кончик указательного пальца, смакуя каждую эмоцию на девичьем лице. Девчонка вполне достойна, чтобы он посвятил ей стих. Ах, а как драматично она колотит этот лед! Как чувственно концентрирует магию, пытаясь сделать трещину. Какое прекрасное отчаяние плещется в её глазах! И какие острые угрозы, граничащие с мольбами, срываются с её губ.

— А теперь будь добра, отдай мне камень.

— Сначала верни Янниса на поверхность!

Вега не могла отдать камень, но смотреть, как Яннис погибает в ледяной воде, она тоже не могла. Если не получается рассеять заклинание, она просто устранит мага, который его создал. Чародейка решительно поднялась с колен, но прежде, чем она успела сколдовать, кокон из льда сковал её ноги, руки и все тело до самой шеи.

Он приблизился к ней. Вега чувствовала его дыхание на лице и руку в области груди, именно там, где был спрятан камень Мориона. Рука Грегори с легкостью прошла сквозь лед и нащупала предмет, от которого зависел мир:

О, хрупкое создание, прекрасное дитя,

Очисть свое сознание и брось взгляд на меня.

Пусть захлестнет отчаянье и скатится слеза,

Ведь я ­– творец, создатель, а ты – моя душа.

Чародейка не могла шевельнутся, отчаяние и впрямь захлестывало её. Она перестала видеть Янниса, а маг льда все дальше отходил от озера, и всё ближе подходил к цели врага.

Глава 11. Время погибает

☾

Камень Мориона жег ладонь Грегори, но это была приятная боль. Одна из тех, что помогает чувствовать себя по-настоящему живым. «Ах, как же это вдохновляет!». Но еще больше его вдохновляло происходящее за спиной. Громкий хлопок, и мужчина обернулся. У Грегори не было времени, как следует оценить их силу, однако, похоже, что девчонке удалось выбраться из его ловушки. Даже с этого расстояния он вполне мог видеть, как она раз за разом ударяла по льду, но тот не поддавался.

«Влюбленные люди так отчаянны, но вместе с тем так прекрасны. Решено. Дабы почтить их светлые чувства, я — лучший из поэтов — сочиню оду в их честь».

— Жар прикосновений. Пепел их сердец. Сладкий вкус мгновений…— так, мурлыча себе под нос, Грегори ускорил шаг.

❂❂❂

Из-за неизменных темно-серых туч на небе не видно ни звездочки, и даже самой яркой из них не удавалось пробиться сквозь мрачную пелену. Элиза не могла помолиться Полярису — покровителю заблудших путников: пустынные земли за перевалом лишали её и этого простого человеческого порыва.

Уместив подбородок на острых голых коленках, девушка старательно наблюдала за водой, которая очищалась благодаря самодельному фильтру, сооруженному из обрывков её юбки. Вот уже как полчаса Феликс отправился на охоту, и она искренне надеялась, что это не обернется охотой на него самого. Элиза знала, что он по-настоящему сильный маг, но она ничего не могла поделать с нарастающим волнением. Иногда девушка жалела, что не умела отключать мозг, который обладал удивительной способностью — работать усерднее, стоит ситуации обостриться.

—Кап…кап… — тихонько шептала чародейка, подражая звукам капель, бьющихся о каменное дно кружки.

— Твое бормотание весьма жуткое, ты в курсе?

В два размашистых шага Феликс оказался перед Элизой, сваливая окровавленную тушу Варга ей под ноги. Это был молодой самец, однако его когти и зубы уже познали, какого это вонзаться в чужую плоть и разрезать тонкие сухожилия.

—Ты справился! — она даже не пыталась скрыть восхищения.

—А что были сомнения на этот счёт? — он произнёс это недовольно, но Элиза видела, как слегка зарделись кончики его ушей.

Феликс опустился на корточки, сжимая камень, который уже через секунду превратился в острый нож. Вязкая кровь ленивыми дорожками стекала по его рукам, пачкая землю. Парень ловко разделывал Варга. Ни одно движение не было лишним.

«Интересно, их учат этому в гильдии или Феликс научился этому сам?». Не то что бы Элиза любила смотреть на подобное, но она любила профессионалов в своем деле, и сейчас темный маг выглядел именно так.

—Тогда в поместье ты будто бы узнала меня, но в этом нет смысла. Мы не встречались с тобой до того дня, ведь так?

Вопрос Феликса не застал её врасплох, рано или поздно он обязательно бы спросил об этом. И вот это рано или поздно случилось.

—Я видела тебя в воспоминаниях одного мужчины. Одного очень нехорошего мужчины, — она осторожно подбирала слова, но маг всё равно напрягся. Нож в его руках перестал резать мясо. Феликс поднял на неё тяжелый взгляд, без слов заставляя продолжить. — Это был твой отчим. Промокший и голодный, он в полубессознательном состоянии набрёл на наше поместье. Отец впустил его. Мужчину сильно лихорадило. Я меняла повязку, когда случайно проникла в его голову.

—Вы помогли ему? — бесцветно поинтересовался Феликс.

—Да.

Жёлтые глаза мага презрительно сузились.

—Зная, что он натворил, вы всё равно помогли ему?!

—Каким бы он не был, мы не могли выгнать человека в такую погоду. Но, — Элиза на секунду опустила взгляд и вновь посмотрела на парня, — я больше не прикасалась к нему. Просто не могла. Твой взгляд преследовал меня ещё долгое время. Мне казалось, я испытывала тот же гнев, что и ты. И это удивительно!

—Что же в этом удивительного? — не смотря на звон стали в голосе, черты лица Феликса слегка смягчились.

—Это были воспоминания твоего отчима. Я должна была чувствовать его эмоции. Но я чувствовала — твои.

❂❂❂

Жесткая веревка натирала кожу, и чем сильнее Мистган пытался выбраться, тем сильнее она впивалась в запястья. Льняная ткань липла к спине, вспотевшей от переизбытка чувств, страха и навязчивой мысли — это вновь повторится с ним. Колени ныли из-за долгого соприкосновения с твердым полом, однако ни эта боль, ни эта унизительная поза не были его главной проблемой.

Повязка на глазах не позволяла видеть, но он отчетливо слышал шаги. Слабый скрип двери. Шелест подушек на мягком низком диванчике. И вот его подбородка касается острый носок туфель, начищенных и измазанных душистым маслом.

— Так-так, кто это у нас сегодня? — Мистган чувствовал, как острый взгляд Оливера, скользил по лицу.

Мужчина медлил, словно не мог определиться, каким из способов он накажет Мистгана в этот раз. Хозяин борделя славился удивительной изобретательностью и жестким нравом. Все знали, что он не терпел своеволия или нарушения устава, который был невообразимо строгим для такого места, как бордель.

— Скажи, почему я должен тратить свое время, обучая тебя манерам? — Мистган тяжело задышал, когда в голосе Оливера зазвучали обманчиво мягкие нотки. Цепкие пальцы сомкнулись на его челюсти. — Почему ты не можешь быть послушным?

Лицо Мистгана столкнулось с полом. Жгучая боль ослепила сознание. Собственная кровь наполнила рот.

Парень проснулся с застывшем на губах криком. Несколько секунд ему потребовалось, чтобы осознать: он не в проклятой комнате. Он не тот слабый мальчик, у которого не было права голоса. Он может за себя постоять. Ещё через минуту Мистган окончательно успокоился.

Время близилось к вечеру. Ярко-розовые кувшинки источали приторный аромат, а из их длинных пестиков исходил тусклый свет, создающий голубоватую мерцающую дымку на многие километры вокруг болота. Крючковатые деревья с сочной листвой и кусты с жимолостью росли вокруг зеленоватой воды.

Мистган чувствовал себя измотанным не только из-за неприятного сна: весь день они с Мелани бродили по чудному болоту в поисках камня, но так ничего и не нашли. Он ещё раз внимательно прочертил взглядом по этому месту, запоминая его необычные черты, пока не наткнулся взглядом на чародейку. Мелани тихонько посапывала, прислонившись к низенькому деревцу, который, казалось, хотел обнять её своими изогнутыми ветвями. Она выглядела так естественно среди зелени и красок Аргских болот.

Что-то необъяснимое заставило парня подойти к ней и опуститься на корточки. Сердце ликовало, когда он очертил пальцами её лицо. Кто бы мог подумать, что трогать вот так кого-то может быть настолько приятным? Но совсем скоро дурман спал с глаз, и он одёрнул руку, заметив довольную улыбку на лице девушки.

Мелани совсем не понравилось выражение, застывшее на его лице. И если смущение она могла принять, то сожаление в глазах напротив раздражало. Подавшись вперёд, девушка притянула его за шею и обняла.

Мелани будто обратилась в торнадо, а он очутился в самом его эпицентре.

—Мелани…

—Т-ш-ш, давай просто посидим так немного.

И снова этот волнующий шёпот. Чужие пальцы нежно гладили по голове, будто пытались успокоить раненого зверя. Впрочем, рядом с ней он ощущал себя именно так. И всё же эти объятия отличались от всего, что у них было. Сейчас между ними не искрилось тягучее напряжение, их обволакивало нечто большее — теплота. Он даже не побоится назвать это "нежностью".

—Вот видишь, это совсем не больно: обнимать того, кто нравится, правда?

Но ему было больно. Больно от того, что он наслаждался её запахом, от того, что хотел раствориться в жаре её тела. Мистган чувствовал, что предаёт собственную клятву, перечёркивает все убеждения матери, которые сформировались в ней и в нём против их же воли. Но есть предел всему. Он устал бояться того, что может произойти.

Внезапно Мистган понял, что хотел ей рассказать. Хотел поделиться страхами и сомнениями с той, что всегда бесстрашно улыбалась в лицо невзгодам. Он открыл рот: собрался произнести то, что не говорил не кому, но Мелани резко отпрянула, оттолкнув его в сторону. Не удержав равновесие, парень повалился на землю, с удивлением глядя на вскочившую девушку. Её спина напряглась, ноги заняли позицию на ширине плеч, словно она собиралась атаковать.

❂❂❂

Шерл казалось, что она вновь очутилась в каюте корабля, а морские волны качают её тело. Сквозь дымку сна до неё донёсся знакомый голос.

—Давай же, Шерл, просыпайся!

Она распахнула глаза, натыкаясь на мрачное лицо Норда. Моргнув несколько раз, женщина поняла, что вовсе не в море, а в руках мужчины.

—Что произошло? Где та девчонка с псиной?

—Далеко.

—Ты убил её?

Норд замялся.

—Нет, не думаю. Я потерял много сил пока был под воздействием её магии, поэтому заклинание вышло не таким сильным. Она сбежала.

Ужасные воспоминания окровавленного тела подруги не желали исчезать. Шерл с трудом подавляла дрожь.

—Что это за сила такая? Разве иллюзии могут быть настолько реальными?

—Каким-то образом она способна вытаскивать из подсознания страхи людей. До сих пор я никогда не сталкивался с подобным, и это очень плохо. Силы врага оказались куда более непредсказуемыми, чем я предполагал.

«Как бороться с врагом, когда враг – это ты сам?» — они оба думали об этом, но вопрос так и остался не озвученным.

❂❂❂

Костяшки Веги стёрлись в кровь от беспорядочных ударов об лёд, но она готова была пожертвовать большим лишь бы вытащить Янниса из ловушки. Лунное притяжение не действовало, воспользоваться молниями они тоже не могли: это просто убило бы парня. Яннис с трудом держал глаза открытыми, его веки трепетали, а пузырьки с кислородом всё чаще вылетали из рта.

Времени на раздумья нет, счёт идёт на секунды. Вега попыталась успокоиться: использование магии света требует концентрации.

«В чём суть твоей магии, Вега?»

Она долго размышляла над вопросом мастера. Бесконечно блуждала в глубинах собственного подсознания, пока, наконец, в одном из поединков не увидела отблески северного сияния. Может, это была лишь игра воображения, но внезапно наступила ночь, и на тёмном полотне воссияло разноцветное пламя. Это же яркое пламя появилось и в её ладонях.

Заледеневшие губы молили северное сияние вновь воссиять. Лёд под руками начал таять. Сначала появилось маленькое отверстие, затем оно становилось всё больше и больше. Лёд поддавался, он не мог противостоять напору тепла, который обрушился на него. Когда отверстие стало достаточным по ширине, Вега без колебаний запустила руки в воду, хватая Янниса за шубу и вытягивая на поверхность.

Тело не слушалось Янниса. Губы, ресницы и волосы вмиг покрылись инеем. Он не чувствовал ничего, кроме обжигающего холода. Когда он смог открыть глаза, то увидел вспышку голубоватого света, окружившего его тело. Она пыталась его согреть, тратя на это последние силы.

—Ты спасла меня. Опять, — Яннис с трудом держал глаза открытыми, но эта мысль неустанно билась в голове.

Вега печально покачала головой:

—Да, но кто теперь спасёт всех нас? — между бровей залегла угрюмая складка. — Кажется, мы проиграли, так и не вступив в борьбу.

Конечно, тот странный маг льда не успел бы добраться до Хелиодора за такое короткое время, но в воздухе уже ощущалось что-то зловещее. Солнце садилось и его алые лучи будто говорили: «С этим закатом вы потеряли мир».

❂❂❂

Адрос не убивал просто так. Он всегда давал людям шанс сбежать. Но, к сожалению, большинство из них не выбирали этот путь. Искрящиеся верой в собственные силы они выбирали борьбу. И сейчас перед собой он видел именно этот тип людей.

Порыв ветра подхватывал длинные сиреневые волосы, их обладательница дерзко смотрела прямо на него, ни разу не отведя взгляда. Она бросала вызов. Бесстрашно. Не сомневаясь.

На её юном лице проскользнуло понимание:

—Ты маг воды, не так ли?

Её магия пропитывала воздух, но он не чувствовал следы камня. Адрос уверен — его здесь нет. Разочарование почти заполнило легкие. Мужчина развернулся, собираясь уходить, однако поток воздуха образовал плотную стену, не позволяя этого сделать.

—Прости, но у меня к тебе слишком много вопросов, чтобы вот так просто отпустить.

Неразумно. Как же неразумно она поступала. Несмотря на разочарование, на черную тоску, пронзавшую его, он был готов оставить их в живых.

—Где те, кого ты похитил? Где мои друзья?

Доспехи издали противный скрип, когда он повернулся к ней.

—Уходите, если не хотите оказаться там же.

Её тело напряглось. Парень рядом с ней, осторожно прикоснулся к плечу девушки, но она скинула его руку, намереваясь броситься на Адроса. А ведь он так надеялся обойтись без крови.

—Взять, — холодно приказал мужчина.

Варги молниеносно бросились к Мистгану, а Мелани попала в водную ловушку Адроса. Дворецкий вытащил два кинжала, без труда уворачиваясь от острых когтей и зубов. Пропитанные ядом они отравляли тела волков, напрочь лишая их возможности двигаться. Но им не было конца. За одним сразу же появлялся другой.

Мелани барахталась в воде, пока не затихла. Адрос покачал головой, глядя, как женское тело беспомощно обмякло. Секунда. Две. Он хотел уходить, но обескураженно замер. Его шлем с громким стуком упал к ногам.

—Боюсь, это тебе надо было уходить.

Мужчина скосил взгляд, улавливая кривую ухмылку девчонки и полыхание глаз. Она обманула его, а он ей это позволил. Невероятно сильный шлейф воздуха оставлял царапины доспехах. Потоки его воды змеями кружились вокруг девушки, но она не только избегала их всех, но и успевала наносить удары. Адрос давно не был таким потрепанным. Эти доспехи выдерживали натиск сильнейших чародеев, но не устояли под напором мага воздуха?

— Ты трижды навредил близким мне людям, — чародейка подняла его тело в воздух и отпустила, позволяя ему рухнуть на землю. — Может, ты и считаешь себя монстром, да вот только я хуже.

Глядя на розовые всполохи на небе, он слышал, как затихал скулёж Варгов. Эти дети смогли с ними разобраться. На его лицо села муха, но он продолжал лежать, наблюдая, как медленно наступала ночь.

Вдруг небо на пару секунд охватил красный свет. Будто кто-то взял и устроил пожар наверху.

Не может быть. Он приложил ладошку к груди, чувствуя, как сквозь слой доспехов, сердце предательски забилось. Это нельзя было спутать ни с чем другим.

Князь вернулся. Его смысл вновь с ним.

—Что это?! — Мелани с нехорошим предчувствием посмотрела на болото.

Кувшинки опасно раскачивались на волнах. Через мгновение вся вода из болота поднялась, закрывая небо.

—Плешивый Варг! — девушка схватила Мистгана за рукав, подтягивая ближе к себе. Она сколдовала щит, ожидая неизбежного столкновения.

Грозный бурлящий поток покачивался над их головами. Холодный пот скользил по напряженной спине. Однако Мелани намеревалась пережить это незапланированное цунами и добить мага воды. В горле пересохло, но она нашла в себе силы и задорно произнесла:

—Раз уж мы на самом дне, не хочешь ничего сказать?

—Например?

Даже в такой ситуации Мистган оставался спокойным, но стоило услышать её ответ, и его кадык нервно дёрнулся.

—Например, ты мог бы признать, что я тебе не безразлична. Мог бы предложить одну из интереснейших ночей в моей жизни.

—Ты серьёзно?

—Абсолютно.

Поколебавшись, Мистган всё же прижался к девушке, оставив невесомое прикосновение губ на её шее.

— Хорошо.

Широкая улыбка Мелани была последним, что он увидел до того, как их накрыло волной.

Глава 12. Из темноты

Часть 2. Затмение

☾

Когда невольно оказываешься в темноте, из которой нет выхода, появляется время на раздумья. И так уж вышло, что времени у него появилось ни больше не меньше — пятьсот лет. Первые двести лет мужчину душил гнев: в мельчайших подробностях он воображал картины того, как расправляется с теми, кто дерзнул выступить против него. В своих фантазиях он изводил недругов медленно, с особым изощрённым вкусом, наслаждаясь каждой каплей крови и звуками боли, вырывающимися из их грязных ртов.

Когда угли ярости затухли, а на их месте образовался пепел, Хелиодор поддался анализу. Он тщательно обдумывал каждый неверный шаг, который привёл его к такому итогу. О, если бы он знал, что всё произойдёт именно так, то расправился бы с той девчонкой намного раньше. Киана. Эта Ларимарка предупредила Мориона о том, что Хелиодор собирается напасть. Она выиграла для отца шанс, и тот воспользовался им, передав камень Селене, дабы она спрятала его подальше. Конечно, он сжёг легкие Кианы, но даже это не умерило злость.

Так прошло ещё сто лет. Гнев затаился. Все ошибки учтены. И вот Хелиодор вновь приступил к действиям. Раз за разом он ломился через ловушку Яра, пока наконец не увидел крошечную брешь, через которую проникал лунный свет. Большего ему и не надо было. Князь ненадолго прорвался в реальный мир и пробудил к жизни того, кто сумел бы пробудить его.

Как и ожидалось, Адрос незамедлительно преступил к действиям. Он стал глазами и руками Хелиодора. И как же сладостно осознавать, что несмотря на все старания тетушки, отца и всех остальных, Хелиодор вновь обрёл себя. Он вернулся с ещё более масштабными планами и непоколебимыми силами.

❂❂❂

Адроса словно закинули в лес, охваченный бушующим пламенем. Оно обжигало, плавило внутренние органы и приносило ненормальное удовольствие. Мужчина испытывал трепет от осознания что это — правда. Не мучительный сон, а реальность. Хелиодор вернулся.

Корона из чёрных цветов вновь украшала его голову. Тело, иссушенное долгим сном, набирало силу. Уже сейчас сквозь струящиеся шелка проглядывали мышцы. Глаза больше не были бездушными стекляшками, в них блестели знакомые Адросу ум, расчёт и тлеющие угли неистового гнева.

Внимание Адроса было всецело обращено к князю, и он не сразу заметил Диди — эту маленькую гиену, увивающуюся по правую сторону от господина. На ступеньках же возле трона сидел Грегори, перебирающий золотые струны арфы.

Маг воды не знал, как действовать. Сотни раз он прокручивал в голове, что скажет Хелиодору, когда вновь встретится с ним. Но сейчас он чувствовал растерянность. Он не сумел найти камень, не посчитают ли его бесполезным? Адрос приклонил колено. Единственное, что он мог сделать.

—А вот и наш птенчик, — издевательски пропела Диди, когда в припрыжку приблизилась к нему. — Должно быть, ты расстроен, что не смог найти камень?

Маг воды не смел поднять голову, чувствуя тяжелый взгляд князя.

—Какая досада! — всё сильнее распалялась девочка. — Можешь поплакать. Уверена, это поднимет нам всем настроение.

—Не стоит продолжать этот разговор, если не хочешь лишиться языка, — низкий голос Хелиодора заставил Диди замереть, а Адроса вскинуть голову. Он больше не мог лишать себе возможности смотреть на господина.

Девочка недовольно поджала губы и пару раз шмыгнула носом, демонстрируя насколько её задела такая реакция.

—Вы всегда защищаете своего любимчика, хоть он совершенно никчёмный. Разве мы не сделали для вас больше?

Изящные пальцы Грегори прекратили игру. Он с интересом ожидал продолжения маленькой сценки. Кто знает, вдруг это станет достойной историей для его баллады?

Предостерегающая ухмылка растянулась на изящном и аккуратном, но истощенным временем лице.

—Мои симпатии не твоя забота. Каждый будет оценён по заслугам. — Хелиодор встал с трона, демонстрируя высокий рост и гордую осанку. — Но сдаётся мне, что ты сделала не так много, как думаешь. Камень принёс Грегори — не ты. А потому прекрати болтать и займись чем-нибудь полезным.

Диди пристыженно опустила взгляд, дёргая в руке кончик собственных волос. Из опущенных ресниц, она злобно поглядывала на Адроса, мечтая ударить его чем-нибудь тяжелым.

Князь ступал неторопливо, белые шелка словно дорожка разлившегося молока следовала за ним по пятам. Он невесомо коснулся плеча Адроса, веля ему следовать за ним.

Когда двое мужчин покинули зал, его стены наполнил глумливый смех мага льда. Он получал несравненное удовольствие, наблюдая, как князь унижает маленькую стерву.

Девочка злобно сверкнула глазами и кинула в сторону мужчины первый попавшийся бокал. Тот мгновенно покрылся льдом и рассыпался в пару сантиметрах от его лица.

❂❂❂

В покоях Хелиодора царила идеальная чистота. Повсюду горели свечи, источающие горький запах лимонов. Их свет придавал помещению мягкий жёлтый оттенок. Золотой цвет присутствовал во всём: в тонких шторах, в отделке колон и в широкой кровати, с мягкими перинами и большим количеством подушек. Адрос приходил сюда каждый день, проверяя, чтобы к возращению господина, всё было безупречно.

В центре комнаты располагался длинный диван и низкий столик с множеством фруктов и вином. Хелиодор сразу же направился к нему, а маг воды застыл на месте, заворожённо смотря ему вслед.

Князь откинулся на спинку поднося ко рту сочный плод абрикоса. Он откусил его нарочито медленно, позволяя соку тонкой струйкой вытечь из рта и скользнуть к ключицам.

—Подойди.

Идти? Едва ли он был способен на это. Всего одно слово заставляет колени Адроса дрожать. Он опускается и начинает ползти.

Хелиодор наблюдал. В его глазах можно было заметить удовлетворение. Адрос был в его власти. Он доверял ему. И это именно то, что ему нужно. Маг воды любил вспоминать, как князь защитил его тогда в купальне. Вот только он и не подозревал, что именно Хелиодор заставил тех мальчишек глумиться над ним. Впрочем, он же их и покарал.

Адрос остановился в метре от ног мужчины, уперевшись взглядом в его грудь. Широкий пояс ослабил хватку и полы одеяний господина слегка распахнулись, позволяя увидеть мерцающую кожу. Рот наполнился тягучей слюной, которую он постарался сглотнуть без лишних звуков.

Вопреки ошибкам, Хелиодор верил в преданность. В преданность, взращиваемую годами. Ещё в прошлом он ясно видел, что маг воды на уровне инстинктов готов заслонять его от вражеских заклинаний. Но князь желал осознанности. Он хотел, чтобы Адрос делал всё добровольно, с ясным умом.

—Пятьсот лет — немалый срок. Жалел ли ты о чём-то? —пальцы Хелиодора мягко легли на щёку мужчины.

Голос князя погружал Адроса в пучину, наполненную мрачным наслаждением. С трудом, но он всё же приказал своему языку шевелиться.

—Я жалел лишь обо дном, что очнулся раньше вас. Будь моя воля, я бы без раздумий поменялся местами, — стоило ему это произнести, как пальцы князя сомкнулись на шее.

Он сдавливал его горло не так сильно, чтобы убить, но достаточно ощутимо, чтобы заставить Адроса хрипеть.

—Ты же знаешь, — он усилил хватку, склоняясь к его лицу, с безумным блеском в глазах, — слова — лишь пустой звук.

Зрачки Адроса расширились, он хотел что-то сказать, но вышел лишь сдавленный стон. С каждой секундой Хелиодор всё сильнее сжимал пальцы. Но вместо того, чтобы попытаться выбраться или сбросить руку с шеи, маг воды подается вперёд, позволяя князю и дальше лишать его кислорода.

—Хорошо, — шепчет Хелиодор, едва касаясь чужих губ.

Адрос прошёл своеобразную проверку. Доказал, что готов задохнуться от его руки, если придётся.

—Хорошо, — вновь повторяет князь, расставляя ноги чуть шире.

С трясущимися руками, Адрос касается бёдер господина.

«Есть ли предел этому безумному желанию?»

❂❂❂

Раз за разом Диди с раздражением заводила юлу, наблюдая как сменяются нарисованные человечки, проткнутые острыми копьями. Как ни прискорбно, но Грегори разделял её недовольство. Прошло три дня с тех пор, как Хелиодор вернулся, но мир не рухнул, а Медведица до сих пор не утопает в боли. Собственное безделье утомляло неменьше. В прошлом они с Диди были полководцами. Именно они руководили армией князя, помогая ему захватывать земли.

Рожденный в скучных ущельях за перевалом такой талантливый ребёнок, как Грегори чувствовал себя глубоко несчастным. С ранних лет в нём теплилась тяга к творчеству, приключениям, к путешествию по самым удивительным местам, куда не ступала нога ни одного мага. Но вместо этого он прозябал в пустынных землях, ведь Морион не желал расширять границы и искать более процветающий край. Тогда-то и появился Хелиодор — человек пообещавший Грегори весь свет. Человек, который пообещал ему открыть новый мир эмоций, неизвестных ранее. И он сдержал слово. Пережитое на поле битвы не сравнить ни с чем другим. Адреналин опьяняет тебя. Азарт зашкаливает. Чувство, что в любой момент могут оборвать твою жизнь, подстёгивает, заставляет отнимать её первым. Чистый экстаз.

Душами грешников плачет земля.

Станьте же смертниками, палач ваш — я.

Грегори повторял это на каждой битве, когда замораживал тела неверных. Он так соскучился по всему этому. По звукам ломающихся рёбер. Хоть сейчас в руках Хелиодора великий камень Мориона, он всё равно надеялся, ещё хоть раз окунуться в настоящее сражение.

От чего же князь медлит?

Диди мучил тот же вопрос. Почему Хелиодор не велит им сравнять эту страну с землёй? Почему продолжает миловаться с магом, который боится собственной силы? О, ей хорошо знакомо это чувство. И именно поэтому она так ненавидит Адроса, не сумевшего побороть слабость.

С самого детства девочка отличалась от остальных, ведь подобной магии, вызывающей страхи, не было ни у кого. Вот только они не знали, насколько тяжелую цену она платила за то, что была особенной. Диди не могла контролировать свою силу, никто не хотел учить её. Никто не пытался помочь. Девочка страдала в одиночестве. Магия изводила хозяйку, окуная в самые невыносимые кошмары, от которых нельзя было сбежать. Она медленно умирала, пока Князь не стал её спасением.

Диди с диким криком сжимала собственную голову. Ей хотелось биться головой об холодный пол, лишь бы прогнать ненавистные видения. Слёзы давно кончились: она выплакала их все. Девочка чувствовала непроглядную тьму, мечтала лишь обо дном — чтобы это всё закончилось. Она мечтала о смерти. И всё же Диди не хотела погибнуть в одиночестве. Ей стало невыносимо жаль себя.

Но что это? Тёплое прикосновение ко лбу возвращает её в реальность. Открыв глаза, она видит высокую фигуру, склонившуюся над ней.

—Вместо того, чтобы мучить себя, не пора ли начать мучить других?

—Ч-что? — хрипло вырвалось из груди.

—Они отвернулись от тебя, но я помогу. Следуй за мной, и я научу тебя, как противостоять этому миру.

Слова с трудом доходили до её сознания. Но даже так, Диди понимала, что на её горизонте, мрачном и беззвездном, появился свет.

Высокий переливающийся голос Грегори вырывает Диди из мыслей. Она успевает услышать лишь последние строчки:

По мягким волнам парня качало.

Не уж то море беднягу забрало?

Но стоило парню открыть глаза —

Лишь голые женщины, да уйма вина.

Левая бровь Диди задёргалась. Разве есть хоть капля искусства в его похабных стишках?! Девочка подлетела к магу льда с намерениями ударить по голове, но в тронный зал неожиданно пожаловали князь и Адрос. Даже особо не приглядываясь, можно заметить, как последний светился от счастья. Девочку так и подмывало сотворить какую-нибудь иллюзию с водой, чтобы Хелиодор лично убедился, насколько жалок мужчина, идущий с ним по одну сторону.

—Вас мучают вопросы, — пышущий сладким отдыхом князь занимает трон, закидывая ногу на ногу.

Диди скрещивает руки на груди и поглядывает на Хелиодора исподлобья. Поднеся руку, сжатую в кулаке, Грегори кланяется в знак приветствия. С тяжелым вздохом девочка повторяет вслед за ним. Чтобы она не чувствовала, так явно демонстрировать недовольство могло быть опасно.

—От чего же я не действую? Уверен, в голове каждого из вас проскользнула подобная мысль. Пожалуй, в прошлом, я не раздумывая сжёг бы всех. Я могу покончить с этим в одно мгновение. Но разве время не сделало вас жадными? Нынешнее поколение — нам не соперники. Насытит ли быстрое поражение ваши истерзанные души? Удовлетворит ли подобная лёгкая смерть вашу чёрную жажду? — та же ярость, что клокочет внутри него, отражается на их лицах. Хелиодор довольно протягивает: — Сомневаюсь.

—Тогда как же мы поступим? — нетерпеливо спрашивает Грегори. Покалывающее чувство азарта уже наполняет его разум.

—Посеем раздор, — Хелиодор взмахивает рукой: яркое пламя охватывает один настенный факел за другим. — Затем соберём плоды, которых хватит, чтобы утолить голод.

❂❂❂

Адрос помогал князю одеться. Он нарочно и непозволительно долго задерживал пальцы на его коже, пока ещё не скрытой за слоями одежды, пытаясь хорошенько запомнить это приятное чувство.

—Вы уверены, что получится поднять бунт? — интересуется Адрос, попутно застёгивая золотые пуговицы на бархатной рубашке глубокого синего оттенка.

—Судя по информации, что ты предоставил, нет нужды прикладывать к этому огромные усилия. В мире, где царствует неравенство — крах неизбежен.

—Помнится, ваш отец и Селена думали, что именно к такому миру стремитесь вы.

—Они — всего лишь глупцы, которым не дано понять мои идеи, —Хелиодор недовольно повёл плечом. Раздражение волной обрушилось на него, стоило Адросу вспомнить этих людей. — В моём идеальном мире нет неравенства: ведь в нём будут лишь сильнейшие люди, как я и ты.

Адрос не смел причислять себя к этому списку, но слова князя грели маленького мальчика внутри него, который так и не решился снять с себя доспехи, защищавшие его.

—Тогда, может послать кого-нибудь другого? Не стоит раньше времени раскрывать ваше лицо.

Закончив с последней пуговицей, маг воды отошел на несколько шагов назад, любуясь результатом. День ото дня князь набирал силу. Камень Мориона, подпитываемый магией господина, горел, как никогда ярко, но даже его алый свет не затмевал красные глаза Хелиодора.

—Переговоры — дело тонкое. К тому же, тебе не кажется, что я заслужил немного поиграть?

—Вы заслужили гораздо больше, — порывисто произносит Адрос, душа желание поцеловать каждый палец князя и провести языком по его изящной шее.

Хелиодор довольно кивает головой и выходит из комнаты.

❂❂❂

Чем ближе Хелиодор подбирался к перевалу, тем неспокойнее становилась погода. Она словно бунтовала против его присутствия по другую сторону этих гор. Темные тучи сгущались над головой мужчины, но казалось его это не беспокоило. Он лишь пригладил копну волос, делая шаг на встречу густому туману. Что ж, в конечном счёте даже природе придётся смириться и уступить.

Путь мужчины лежал на юг, в Вилину — ближайшую гильдию к столице Медведицы. По слухам, мастер этой гильдии находится в хороших отношениях с советом. Чтобы жить, не зная бед, сладкими речами и покорностью он добился расположения у нынешней власти. Подобных ему, как правило, легче переманить. Таким людям всегда мало. Они хотят большего. Лучшего. И ради этого примкнут к любому, кто способен дать желаемое.

Толпы людей шныряли по улицам, рассматривая разношёрстные товары в местных лавках. На одной из таких длинных и пёстрых улицах расположилось трёхэтажное здание из красного блестящего камня. На огромной двери красовалась золотая голова льва с железным кольцом в зубах. Одним щелчком пальцев Хелиодор мог бы сжечь эту дверь дотла, но вместо этого он обхватывает кольцо и два раза стучит им по двери.

Внутри начинается копошение. Дверь приветливо распахивается перед князем, а внутри за изящной стойкой стоял высокий дворецкий, готовый выслушать посетителя. За спиной щуплого парня располагалась доска с заказами, вокруг которой мельтешили маги, желая заполучить самое выгодное задание.

—Чем могу быть полезен? — дворецкий настороженно поглядывал на Хелиодора сквозь вишнёвые линзы круглых очков.

—Мне необходимо переговорить с мастером.

—Видите ли, он сейчас немного занят.

—Чем же?

На долю секунды губы парня недовольно скривились, но он тут же нацепил на себя вежливую улыбку:

—Делами гильдии.

—Бухгалтерией? — будто бы невзначай поинтересовался Хелиодор, прощупывая почту.

Дворецкий двумя пальцами сдвигает очки ближе к переносице и произносит с довольной ухмылкой:

—Вы чудовищно проницательны, сэр.

—Как твое имя?

Другие маги с интересом поглядывали на чужака, перешёптывались, пытаясь угадать причину его визита.

—Томас.

—Что ж, Томас, позволь мне к нему заглянуть. Поверь, это пойдёт гильдии лишь на пользу.

Мортис Криг — тучный мужчина слегка за пятьдесят — сидел в своём любимом кресле, обитым бархатистым велюром. На толстой короткой шее красовался пышный платок, а на отполированной лысой голове отражались огоньки магических ламп. Напротив него, в менее дорогом кресле, сидел ещё один мужчина, в строгом костюме: очевидно кто-то из аристократии.

Лицо Мортиса грозно исказилось: незнакомец вмешался в уж больно важные переговоры.

—Кто вы такой?

Князь склоняет голову набок, сдерживая рвущееся презрение. Всё же, время — лучший учитель.

—Боюсь, вы и представить не можете, насколько судьбоносный гость забрёл в ваши алчные милые стены, — аристократ испуганно вжимает голову в плечи, когда Хелиодор задерживает на нём взгляд.

—И что же вам нужно? — раздраженно интересуется мастер, неосознанно похлопывая карман брюк, в котором хранится парочка золотых монет.

—О, всё предельно просто. От вас требуется всего лишь ответить на несколько вопросов. Вопросы первый — что случается с тёмным магом, если он на носит вред светлому?

—Простите, но у меня нет времени на то, чтобы разъяснять вам простые истины.

Хелиодор плавной походкой подошёл к длинному стеллажу с книгами, которые находились в безупречном состоянии. Мужчина проводит пальцем по твёрдому корешку одной из них, пряча разгорающийся огонь веселья в глазах.

—О прошу вас, ответьте.

Что-то в его голосе, заставляет мужчин вздрогнуть.

—Яр немедленно карает тёмного, — робко произносит аристократ.

—То есть, предположим, если бы я попытаюсь убить вас, то тут же понесу наказание за это. Поправьте меня, если я не прав.

—Д-да… — странные вопросы сдавили горло мужчины в костюме.

—Замечательно! — восклицает Хелиодор, резко разворачиваясь к ним лицом. — Тогда умрите.

Руки мужчины вспыхивают, стоит князю произнести слова. В панике он вскакивает с кресла, пытаясь погасить пламя. Мортис же ошарашенно смотрит на развернувшуюся картину, не в силах что-либо предпринять.

Кожа аристократа плавится на глазах, сползая на ковёр жуткой жижей. Он не перестаёт кричать, чувствуя, как огонь добрался до его внутренних органов. Смертоносное пламя не щадит ни единого кусочка тела.

❂❂❂

Мортис дрожащими руками вытирает обильно потеющую лысину. Он с тихим ужасом смотрел на сидящего в его кресле мага. Когда от аристократа не осталось следа, убийца с невозмутимым видом предложил мастеру начать разговор. Только спустя несколько минут до Мортиса дошло: незнакомец до сих пор жив. Яр не покарал его. Но почему?

—Как ты успел заметить, со мной ничего не случилось. Хочешь знать причину?

Маг кивнул.

— Яр — выдумка, которой эти слабаки сдерживали вас. Пользовались вами. Спали в возведённых золотых замках, в то время пока вы портили спины на голом полу. Понимаешь, о чём я, Мортис?

Смысл медленно, но, верно, доходил до сознания мужчины. Пережитый ужас уступал место алчному интересу и открывшимся возможностям.

—Тёмных клеймили отбросами.Но ты же знаешь, что такие, как мы, гораздо-гораздо сильнее. Умнее. Лучше. Не пора ли это показать?

— Что вы предлагаете?

Хелиодор поманил мужчину пальцем, немного расстраиваясь, что этот жалкий слизняк так быстро польстился на его речи.

Глава 13. Смута

☾

Стыд. Он тёк по венам и сводил с ума.

Вега и Яннис старательно отводили взгляд, опасаясь рассмотреть горькое разочарование в глазах Норда и остальных. После того как Вега спасла Янниса, они сумели добраться до гильдии. Но что значило их возвращение, если камень теперь у врага?

Треск камина смешался с шумным дыханием собравшихся. Шерл задумчиво смотрела на пламя, держа в руках выпивку. А Норд внимательно, выискивал повреждения на теле этих двоих.

—Нам так жаль… — когда девушка закончила объяснять ситуацию, то взволнованно зажмурилась, ожидая слов мастера.

—Жаль?

По голосу Норда нельзя было понять злился ли он.

—Глупцы! — мужчина порывисто сгрёб магов в медвежьи объятия. — Вы живы. Может ли быть что-то важнее этого?

Вега благодарно всхлипнула, сжимая мягкую рубашку мужчины. Норд пах мятой, и это успокаивало.

—Будем решать проблемы по мере их поступления.

—Если вообще придётся что-то решать, — резко бросила Шерл и тут же прикусила язык. Женщина не хотела этого говорить. Не хотела добавлять перца в и без того острую ситуацию. — Нам всем нужен отдых.

—Шерл права, — согласился Норд, ободряющее сжав плечо Веги.

—А Мелани, она вернулась?

Печальный взгляд Норда ответил сам за себя. Чародейка сжала кулак, успокаивая встревоженные чувства.

—Уверен, они с Мистганом уже в пути.

❂❂❂

Мелани часто называли сильнейшей чародейкой воздуха, вот только она могла с этим поспорить: ведь знала человека, с которым ей вряд ли удастся сравниться. Лучшего человека в её жизни. Сильный, как шквалистый ветер Бора, но в то же время тёплый, как зефир — ветерок, приносящий с собой влагу. Удивительно, что у такого мужчины, вобравшего в себя все самые хорошие качества, родилась дочь — настоящее воплощение торнадо.

В тот день стояла невыносимая духота: животные нервничали, а пчёлы трудились усерднее, чем обычно. Природа предчувствовала надвигающуюся грозу. Совет направил отца в самую гущу сражения, а он будто чувствовал, что это их последние минуты.

—Тебе обязательно уходить сегодня? — маленькая девочка грозно сдвинула брови, поглядывая на отца исподлобья. Они должны были тренироваться. Он обещал.

—Прости-прости, но по-другому нельзя, — мужчина потрепал дочку по макушке, невольно ёжась под тяжелым взглядом. С каждым годом она всё сильнее напоминала Эйприл с её взрывным нравом. — Помнишь, что я говорил тебе?

Мелани приложила палец ко лбу, строя задумчивый вид.

—Даже не знаю. Может, если возьмёшь меня на ручки, я сразу всё вспомню?

Фернард засмеялся, подхватывая девочку и крепко прижимая к себе.

—Ты говорил, что нельзя позволять чудовищам ходить по нашему дому и вредить таким хорошим детям как я, — счастливо пролепетала Мелани, утыкаясь в грудь отца, чтобы спрятать покрасневшее лицо.

—Верно. Тогда ты ведь понимаешь, почему я должен уйти?

—Угу, — вяло поддакнула она, слыша, как рвано колотится сердце отца.

Она чувствовала волнение, но невозмутимое лицо Фернарда успокоило девочку. В конце концов, её папа очень сильный и всегда возвращался домой.

Мужчина осторожно опустил дочку на землю, взяв маленькие ладошки в руки, он с особой тщательностью обвёл взглядом лицо Мелани: её блестящие глаза, наполненные энергией, пухлые щёчки и яркую улыбку.

—Что бы не случилось, моя любовь к тебе всегда останется Пассатом.

Пассат — ветер, который никогда не меняет своего направления. Вот что значили его слова, разбившие ей сердце.

Сквозь звенящий шум Мелани услышала знакомый голос. К горлу подкатывала тошнота, с которой было трудно бороться. Наконец девушка смогла открыть глаза. Серьёзное лицо Мистгана нависло над ней всего в пару сантиметрах. Прохладные капли срывались с кончиков его волос и падали на её щёки. Дворецкий всегда старался оставаться невозмутимым, но она видела обеспокоенный блеск, в самой глубине его глаз.

Как только он помог ей сесть, Мелани не сдержала удивлённого вздоха.

—Где мы?

—На болотах.

—На болотах? — глупо переспросила девушка, нервно облизывая губы.

Место, которое она видела, совсем не походило на место, которое она помнила. Они находились в центре поляны с поваленными деревьями, россыпью кувшинок и мертвых рыб с полосатым окрасом. Была ещё одна важная деталь, которая бросалась в глаза. Болото. Оно исчезло. Вся вода, наполнявшая лес жизнью, исчезла, будто её и не существовало вовсе.

Невозможно поверить, что кто-то способен уничтожить болото, вобравшее в себя вековую историю, всего лишь одним заклинанием. Кто же этот маг воды на самом деле? И насколько жалкими показались ему её угрозы?

—Ты сопротивлялась потоку магии не меньше получаса. Всё закончилось внезапно. Когда вода исчезла, того человека в доспехах уже не было, а ты потеряла сознание.

—Плешивый Варг! — несдержанно выругалась Мелани.

Девушка впервые со смерти отца почувствовала себя настолько жалкой и слабой. Она так много и самонадеянно говорила о том, что спасёт Феликса, но даже не сумела победить его похитителя. Слёзы стыда и беспомощности обожгли глаза. Мелани поспешила прикрыться ладошкой, ссылаясь на попавшую соринку.

Несколько секунд Мистган изучал Мелани взглядом, он не был силён в успокаивании людей, но ради неё хотел попытаться.

—Должно быть, он посчитал тебя опасным соперником, поэтому поспешил сбежать.

Девушка убрала ладошки от лица. Промокший на сквозь, с напряженными мышцами плеч и растрёпанными волосами, Мистган глядел на неё так, словно готов сделать всё что угодно лишь бы не быть свидетелем её слёз.

—Твоя попытка милая, но ты совсем не умеешь лгать.

—Мелани, ты правда очень сильная. Не сомневайся в этом.

Девушка лишь горько усмехнулась, ещё раз оглянувшись вокруг. Небо затягивала черная дымка облаков. Сильная? Да, она была сильной, и всё же недостаточно.

—Мои близкие страдают. Как не стараюсь, но я никому не могу помочь.

—Но ты помогаешь мне, — хрипло сорвалось с его губ. Пульс Мистгана участился. Возможно, он слишком самонадеянно причислил себя к списку близких людей, но парень не мог промолчать. — Каждый день ты помогаешь мне бороться с прошлым. Заставляешь поверить, что у меня есть шанс на…

Мистган замолчал, понимая, что собирался только что сказать. Своим признанием, он фактически предавал волю матери. Нет, не так. На самом деле Мистган сделал это давно: ведь кажется, что чувства к Мелани появились уже тогда, в их первую встречу.

—Шанс на что?

—На тебя и меня. На нас.

Она знала, что не безразлична ему, но совсем не ожидала подобных слов.

В ту же секунду ливень обрушился на землю. Но двое магов не замечали его ледяных касаний. Влажные тела словно магнитом притянуло друг к другу. Мелани зарылась руками в спутанные кудряшки парня с томлением встречая его холодные губы. Он не сдерживался, вкладывая в этот поцелуй всё, через что прошёл. Надеясь, что таким способом сможет придать ей сил. И он действительно помогал чародейке забыться.

Вода попадала Мелани под рубашку, пропитывая нижнее бельё насквозь. Девушка вздрогнула, когда неожиданно горячие руки коснулись её кожи, создавая волнующий контраст. Мистган усадил её к себе на колени, не давая и шанса отстраниться. Впрочем, она совсем не собиралась делать таких глупых вещей.

Впервые он был так искренен. Впервые не сдерживал себя. Это был их момент, и она обязательно сохранит его в памяти.

❂❂❂

Яннису не хотелось возвращаться в комнату, ведь он прекрасно знал, что как только зайдёт в неё, придёт острое осознание того, что всё изменилось. Гильдия казалась невероятно пустой без Феликса и Мелани, без Мистгана, без всех, кто делал это место настоящим домом.

Когда он только переступил порог Ванды, всё здесь было чужим. Яннис не хотел привыкать к новому дому: в те дни его съедали гнев и горе. Известие о том, что родители убили светлого мага и погибли, стало настоящим потрясением. Несмотря на все доказательства и то, что разум начинал в них верить, сердце кричало что это — ложь. Однако, что может изменить сердце ребёнка, скорбящего по маме с папой?

Родителей объявили предателем, а он был их сыном — одиноким и презираемым. Его бесконечно допрашивали, водили по улицам столицы, чтобы показать жителям, что бывает, когда идёшь против Яра. Яннис научился не реагировать на косые взгляды магов гильдии и обычных жителей. В бесчисленных сражениях и заданиях, он сумел показать, чего стоит. Он заслужил доверие и обрёл друзей, людей с такими же израненными судьбами.

И всё же Яннис ничего не забыл. Он не выдавал неприязни к светлым, но в глубине души долгое время ненавидел их существование. Это глупое разделение лишило его родителей и права на счастливое детство. Светлые поступили так не только с ним, история каждого члена гильдии прошита их ядовитыми нитками.

Но как выяснилось, даже в окружении золотых стен, самой сладкой еды и живых родителей можно быть несчастным. Он понял это, когда повстречал девушку, за которой следовал сейчас. И, кажется, Яннис готов следовать за ней так долго, насколько позволит время. До тех пор, пока маг с манией величия и огромной силой не разрушит их мир.

—Ещё ничего не кончено, Яннис, — Вега внезапно остановилась, повернувшись к нему с самым решительным выражением, которое он когда-либо видел на её лице.

—Я вижу это в твоих глазах. Я думала о том же. Но мы проиграем только тогда, когда сами в это поверим.

Растрёпанная и уставшая, но невероятно искренняя в своей смелости, Вега помогла ему вернуть опору, чтобы он мог твёрдо стоять на ногах.

❂❂❂

Яннис привёл себя в порядок, смыв приличную корку грязи и сомнений, он почувствовал, что вновь готов сражаться. Мысли крутились вокруг мага льда, анализируя его силу. В следующий раз он не позволит себе проиграть.

Не прошло и часа, как он оказался возле двери в комнату Веги. Возможно, девушка отдыхала, но парень ничего не мог с собой поделать, ему хотелось её увидеть. К тому же, он был уверен, что ей тоже непросто находиться в месте, где всё напоминало о Мелани.

Девушка сразу же соскочила с кровати, как только увидела Янниса. Деревянный гребень так и остался висеть в волосах.

—Кажется, у тебя небольшие проблемы? — с улыбкой спросил парень, подходя ближе.

—Вовсе нет.

—И всё же, позволь помочь.

Яннис сел на край кровати, а Вега опустилась на колени, чувствуя, как парень осторожно вытаскивает гребень и осторожно проводит им по волосам. Девушка морщится, когда зубчики застревают в узлах, но Яннис быстро с ними справляется.

—Ты уже делал это раньше, — девушка не спрашивает, она уверенна в своих словах.

—Заплетал Мелани косички. И Феликсу тоже.

Рот Веги против воли вытягивается в удивлённое «О».

—У Феликса были длинные волосы?!

—Только не говори ему, кто тебе об этом сказал.

Чародейка хихикнула, чувствуя, как Яннис ловко управляется с волосами. В воздухе повисло напряжение, и оба понимали, откуда оно взялось. Вероятность того, что Феликс с Элизой живы, ничтожно маленькая, но пока есть даже крошечная тень надежды, они обязательно будут верить в лучшее.

Яннис подвязал кончик косички тонкой лентой. Он не отрывал глаз от хрупкой женской шеи. Не удержавшись, он провёл по ней кончиками пальцев: сверху в низ, до лопаток и обратно.

От незатейливой ласки тело Веги вмиг покрылось мурашками. Хотелось податься назад, чтобы он снова погладил шею, но она лишь шутливо произносит:

—Надеюсь, с Феликсом ты не вытворял подобного?

Яннис тихонько рассмеялся и съехал на пол, обнимая её со спины и устраивая подбородок на плече. Но тут он кое-что вспомнил:

—Вега, когда я был под водой, а ты использовала заклинание, твои глаза были разного цвета. Тогда, возле поместья Элизы, случилось то же самое. Я думал, что мне показалось. Но теперь я уверен. Один глаз светился синим, а другой — красным.

— Но это невозможно! Действия заклинания Мистгана уже давно закончилось.

—Не уверен, что дело в этом.

—Что ты хочешь сказать?

Но она уже понимала, что он имеет в виду. Неужели, их байка про то, что она владеет темной и светлой магией не такая уж выдумка.

— Хочу сказать, что возможно, для овладения двумя магиями необязательно идти тем же путём, что и Альтаир. Что, если есть другой способ?

❂❂❂

Если кто и мог дать ответы, то только мастер. Именно так, рассудила Вега, и именно поэтому она стучалась в его дверь. Никакой реакции. Девушка толкнула дверь, и та с лёгкостью открылась. Возможно, мужчина, задумавшись о своём, просто не услышал стук.

—Мастер, я вхожу.

Слова утонули в тишине кабинета. Дрова в камине уже догорели до углей. «Интересно, почему мастер зажигает его даже летом?» — подумала Вега, подставляя ладонь к приятному теплу. Ей стоило покинуть это место: неприлично расхаживать по чужому кабинету без его хозяина. Она честно собиралась это сделать, но взгляд совершенно случайно зацепился за пожухший временем конверт. Ваза надёжно его скрывала, и всё же Вега заметила.

Вега уважала личное пространство и чужие секреты, но ей нестерпимо захотелось взглянуть на содержимое. Это чувство похоже на легкое касание пёрышка к ступням: щекотно, так щекотно, что хочется поскорее отдёрнуть ноги.

Чародейка осторожно дотрагивается до конверта, намереваясь посмотреть только имя отправителя, но тут же отшатывается. Знакомый почерк поражает в самое сердце.

Мама.

На лбу Веги блестели бисеринки пота, смахнув их девушка решительно берёт конверт в руки и достаёт письмо:

«Ты часто пишешь о моих глазах, говоришь, что их голубой цвет может разогнать самые серые тучи. Что ж, тогда без сомнений скажу, что в такие жаркие и солнечные дни мне не хватает твоих тёмных глаз.

Изобретение отца набирает популярность. В скором времени вся Медведица засияет ярким блеском магических ламп. Я бесконечно счастлива, но есть кое-что, что омрачает радость.

Я знаю. Знаю, что нам нельзя даже думать об этом. Знаю. Но всё равно скучаю по тебе.

Надеюсь, ты хорошо заботишься о себе и не делаешь ничего безрассудного. С нетерпением жду дня, когда мы вновь сразимся. Обещаю, что не буду сопротивляться слишком долго, чтобы ты мог поскорее меня обнять.

Моему бескрайнему Северу

От его Северного сияния»

Если бы Вега не устала от долгой дороги, то, наверняка, не отреагировала бы так спокойно, как сейчас. Но чем дольше она думала над словами мамы, тем сильнее путались мысли.

Аврора была всегда вежлива и улыбчива с Вайроном, но она никогда не дарила ему таких нежных слов. Почему? Почему мама написала это мастеру? Что их связывало? Неужели, мама испытывала чувства к тёмному магу?

Впрочем, Вега знала ответ: она видела его в каждом написанном слове. Крупицы мыслей, начали складываться в полноценную картину. Сила мастера, схожая с её собственной.

«Ты же всё поняла, правда?» — нашёптывало подсознание.

Схожее хобби.

«Он увлекается тем же, что и ты».

Связь с мамой.

«Я не знаю, кто он. Мне лишь известно, что от этой связи у твоей матери были большие проблемы, который Вайрон помог решить».

Возможно ли, что те слова мачехи были о Норде? Возможно ли, что мастер и она…

Вега не успевает закончить мысль, в коридоре раздаются шаги. Девушка возвращает конверт на место и как можно дальше отходит от камина.

—Вега? — Норд удивляется, приметив хрупкую фигурку девушки. — Что-то случилось?

«Кажется, вы мой отец», — чародейка открывает рот, но не может произнести этого вслух. Что если Норд уже знал это? Что если он сам выбрал — остаться в стороне?

Вега стушевалась под пристальным взглядом, наполненным искренним беспокойством. Тело ослабло, девушка опасалась, что не сможет долго стоять перед Нордом, не показывая собственного смятения.

—Ты в порядке?

Мужчина подошёл ближе, подмечая, что девушка сделала несколько шагов от него. Вега слабо кивнула.

«Нет. Мастер не похож на человека, который откажется от ребёнка», — чем дольше она на него смотрела, тем лучше понимала, что не могла высказать столь волнительное предположение. Кто знает, как он отреагирует на внезапно свалившуюся дочь.

Ей срочно необходимо придумать правдоподобную причину, чтобы объяснить, почему она здесь. К счастью, в кабинет ворвалась Шерл, сообщив радостную новость.

Мелани и Мистган вернулись.

❂❂❂

После того странного признания Элиза и Феликс почти не разговаривали друг с другом. Слова девушки не на шутку всколыхнули парня. Но ещё больше его встревожил её взгляд. Она смотрела на него, как героини романов взирают на рыцарей или принцев. Вот только Феликс не являлся ни тем, ни другим. Парню совсем не нравилось, когда люди ожидали от него чего-то совсем ему не свойственного.

Маги проделали долгий и опасный путь прежде, чем добрались до перевала. Несколько раз они натыкались на Варгов. К счастью, волков было немного, и Феликс смог с ними справиться. Удача не покидала магов и после. Когда тьма, которой не была конца, поглотила их, без капли света и звуков парень и девушка блуждали во владениях перевала, но не наткнулись ни на одного врага.

«Магия Веги пришлась бы кстати», — Феликс усмехнулся. Кто бы мог предположить, что подобные мысли возникнут в его голове?

Спустя долгие часы, казавшиеся бесконечными, мгла начала редеть. На горизонте призывно замерцали проблески света. Вопреки страшной усталости, что одолевала девушку, Элиза почувствовала, как её заполняет радость. Дни в плену, а потом и блуждания по мрачным землям заставили здорово соскучиться по солнцу. Хотелось скорее ощутить его тёплые касания на коже. Желание было настолько сильным, что, увидев первые очертания солнца, девушка рванула вперёд, забывая об осторожности.

—Стой!

Слова Феликса утонули в её собственном крике, когда земля внезапно исчезла из-под ног. Элиза не заметила обрыва, она так стремительно полетела вниз, что едва успела ухватиться за выступ. Руки с трудом удерживают измученное и ослабевшее тело. Вспотевшие пальцы соскальзывают. Она испуганно закрывает глаза. И тут же распахивает, ощутив крепкую хватку на запястье.

—Идиотка! — прорычал Феликс, удерживая её над пропастью.

Потускневшие от грязи и нехватки энергии пряди спадали на его бледное лицо, перекошенное свирепой гримасой. Он держал её несмотря на боль в руке, несмотря на обуреваемую злость. Сквозь стиснутые зубы он делает мощный рывок.

Когда девушка приземлилась на четвереньки, то разразилась смехом, в котором смешались страх, истерика и облегчение. Феликс смерил её мрачным взглядом.

—Спасибо тебе, Феликс! Спасибо! — она горячо поблагодарила парня, добавив: — Всего на секунду мне показалось, что это конец. Стало так страшно. Я совсем не хочу умирать.

Лицо Феликса расслабилось, приняв уставший вид. Вся злость улетучилась. Глядя на неё над обрывом, чувствуя, как её рука выскальзывает из его, Феликс мог поклясться, что никогда не испытывал подобного откровенного ужаса, как в ту секунду. Он отчётливо понял, что тоже не хочет, чтобы Элиза умерла.

❂❂❂

«Надо бы отправить сюда Диди», — подумал Хелиодор, глядя как Мортис горячо жестикулировал руками, произнося пылкую речь. Мастер гильдии Вилина оказался неплохим оратором. Он умело разжигал в подопечных жажду мести. Маги жадно ловили каждое слово, будто всю жизнь ждали именно этой возможности.

Хелиодор усмехнулся: Мортис выглядел до ужаса довольным. Проблема таких людей как он заключалась в излишней самоуверенности. Мужчина ещё ничего не сделал, но уже вёл себя так, будто вся Медведица оказалась у его ног. Мортис, как надоедливое насекомое, которое не остановится, пока его не прихлопнут. И Хелиодор с удовольствием сделает это, когда придёт время.

Пока Мортис воплощает первую часть плана в жизнь, князь намеревается посетить остальные гильдии. Однако, если верить Адросу, с одной из них могут возникнуть проблемы.

— Господин, не уверен, что Ванда легко поддастся вашим идеям. Дети из этой гильдии пытались вам противостоять. Именно они нашли камень.

—Вот как? — сладко интересуется Хелиодор, слегка подаваясь вперёд, позволяя чужой ладони распахнуть одежду. — Очень надеюсь, что они будут сопротивляться.

Руки Адроса дрожат, отдаваясь приятной вибрацией во всём теле князя. Запрокинув голову, он хрипло смеётся, наслаждаясь мыслью, что кто-то будет ему противостоять. Упиваясь возможностью вновь чувствовать.

—Ванда значит, — довольно шепчет князь, гадая, как долго маги этой гильдии продержатся прежде, чем присоединятся к нему.

Глава 14. Смерть?

☾

Ванда будто пробудилась от затяжного сна. Несмотря на витавшую в воздухе опасность, звонкие голоса и радостная суета вновь окутали каменные стены гильдии.

Шерл доедала сочный кусок мяса, раздумывая что бы ей съесть следующим. Норд устроил праздничный обед в честь возращения своих любимых деток. Он с трудом сдерживал извечно серьёзное выражения лица. Мужчина не сводил взгляда со столика, за которым собралась вся компания.

Мелани размахивала руками, перебрасываясь остроумными фразочками с Феликсом, который с невозмутимым видом попивал сок. Вот Яннис что-то произносит, и дети заливаются смехом. Вскоре даже Мистган присоединяется к магам и позволяет себе несколько раз улыбнуться.

«Хочется, чтобы это длилось вечно», — подумал Мастер, зная, что этому не суждено сбыться.

Тревожные слухи, гуляющие среди людей, лишь подогревали все его опасения. Враг начинал действовать.

❂❂❂

Для всех это казалось миражом. Не успела Мелани выпустить Вегу из объятий, как девушек окликнул усталый и до боли знакомый голос. В конце коридора словно призрак стоял Феликс. Израненный, измученный, но самое главное — живой, и кажется, совсем не лишённый привычной ему гордости. Возможно, именно она помогла Феликсу всё преодолеть. Рядом с ним, на дрожащих ногах стояла Элиза, глаза которой не потеряли ни капли прежнего задора.

Мелани первая понимает, что это не игра воображения. С тихим всхлипом, девушка бросается в сторону парня, стискивая его в крепких объятиях.

Вега делает неуверенный шаг.

Элиза делает шаг навстречу.

И вот обе со слезами на глазах оказываются рядом друг с другом. Вега обхватывает лицо подруги, не веря, что это и правда возможно. В миг радость захватила в свой плен, а все проблемы показались столь незначительными.

—Слава Полярису, вы живы! Не могу поверить, вы выбрались! Но как? Как вам удалось? — Мелани не переставала благодарить звезду за то, что та исполнила её просьбу.

—Думаю, нам сильно помогла находчивость любительницы поболтать, —маг кивает в сторону Элизы.

В его голове эта фраза звучала более иронично, но на деле же вышла иной. И конечно же, Мелани это заметила.

—Ну и ну, мне показалось, или ты действительно кого-то похвалил?

Феликс закатил глаза, когда светлые чародейки с удивлением уставились на него.

—Что? Неужели я никогда этого не делал? — Мелани уже собиралась это прокомментировать, но маг поспешил её перебить: — Идём уже. Мне необходимо перевязать руку. А Элизу не мешало бы перевязать всю.

—Он и правда переживает о ней, — шепнула Вега, перехватывая взглядом хитрую ухмылку Мелани.

Элиза слега покраснела, услышав фразу подруги. Девушке показалось, что они с Феликсом сблизились. Возможно, они очутились в начале извилистой дороги под названием дружба. Или чего-то большего?

В ту ночь они так и не сомкнули глаз. Вега переживала: смогут ли девушки поладить? Но её опасения были напрасными. В первые дни знакомства яркая и непосредственная Мелани жутко смущала Вегу, не привыкшую к подобной прямолинейности. Но Элиза, казалось, была в восторге. Она не сводила глаз с тёмной чародейки, подробно расспрашивая о самых разных вещах.

Затем пришла очередь Элизы и Феликса. Девушка рассказывала обо всём, что случилось, и никто её не перебивал. Вега боялась, что если вставит хоть слово, то подруга исчезнет, а вместе с ней и Феликс. Исчезнет счастливая Мелани, тёплая улыбка Янниса и иллюзорное чувство безмятежности.

❂❂❂

Диди с нескрываемы отвращением рассматривала место, в котором ей придётся остаться на некоторое время. Князь приказал проследить за тем, как будет продвигаться восстание. И заодно проследить за лысым толстяком, который только и делал, что считал деньги, отобранные у светлой знати.

Люди Мортиса без особого труда захватили небольшой городок, в котором уютно расположилась их гильдия. Никто из жителей не ожидал подобных действий со стороны тёмных магов. Они подчинились без сопротивления.

«Кучка слабаков», — думала Диди, наблюдая как маги, познавшие безнаказанность, выволакивали людей и втаптывали их лица в грязь. Они переворачивали их дома вверх дном, а всё что представляло хоть какую-то ценность забирали себе или относили обратно в гильдию.

Крики. Мольбы. Люди впадали в отчаяние. А она даже не могла насладиться видом слёз. Во-первых, это не Диди заставляла их плакать. Во-вторых, её безумно раздражали, как эти жалкие людишки, так и не менее жалкие маги, вытворявшие всё это. Они позволяли унижать себя. Позволяли пользоваться собой. Где была их гордость на протяжении стольких лет? Диди съедала горькая досада, источник которой она никак не могла понять.

—Добро пожаловать, — поприветствовал Томас, увлечённо натирая бокал.

—Где этот старикан? — ничуть не пытаясь быть вежливой поинтересовалась девочка.

—М-м, у меня есть несколько предположений. Предположение номер один — мастер принимает ванну, наполненную деньгами.Предположение второе — примеряет драгоценности, стоя обнажённый перед зеркалом. Есть и парочка других, но они куда более отвратительные, — парень подносит бокал к свету, проверяя наличие пятен.

—Да ты просто ненавидишь его, — усмехается Диди.

—Как человек, который ненавидит всё вокруг, думаю, вы знаете, насколько это чувство — прекрасно.

Диди запрокинула голову и разразилась звонким смехом. Грегори часто говорил, что от её смеха у людей бегут мурашки, но Томас продолжал оставаться невозмутимым. Однако маска дала трещину, когда моргнув он ощутил тёплое дыхание возле своей щеки.

Она плотоядно облизнулась, схватив Томаса за подбородок, не позволяя ему отвернуться.

—Как насчёт того, чтобы скормить Мортису его любимые монеты? Хочешь посмотреть, как он будет задыхаться, или как разорвётся его кишечник?

—Звучит заманчиво, — с восхищением выдыхает Томас, поправляя съехавшие очки.

❂❂❂

Адрос считал себя неплохим наездником, но его навыки не шли ни в какое сравнение с тем, как естественно и гордо Хелиодор держался в седле. Даже тёмный дорожный плащ не скрывал его широких плеч и точёной фигуры. Серебристый конь с белыми ассиметричными пятнами послушно отвечал на каждое даже незначительное действие со стороны мужчины.

Адросу было шестнадцать, когда Хелиодор взял его с собой: это был неофициальный визит в земли Селены. Яркое солнце обожгло его кожу сразу же, как они пересекли перевал. Он долгое время не мог полностью открыть глаза: голубизна неба, обилие зелени и пёстрые цветы — всё это ослепляло.

—Смотри внимательно, Адрос. Ничего подобно в наших землях ты не встретишь, — ядовито бросил Хелиодор.

Князь озирался вокруг с презрительной ухмылкой.

—Тебе здесь нравится?

«Мне понравится где угодно, если вы будете рядом».

Адрос прикусывает щёку, чтобы выбросить из головы неуместные вещи, и полностью сосредотачивается на словах господина.

—Здесь хорошие условия для жизни, — лаконично отвечает маг воды.

Когда они добрались до ближайшей деревушки, их уже поджидал человек: он вёл под уздцы крепкого жеребца гнедой масти. Князь искусно взобрался на коня, протягивая Адросу руку.

«Князь хочет, чтобы мы ехали верхом на одном коне?», — тело наполнила восхитительная тяжесть от одной мысли об этом.

Спина Адроса превратилась в твёрдую глыбу. Парень вытянулся по струнке, вопреки всем тёмным желаниям, он старался не прижиматься к господину.

Но у князя были иные планы. Он перехватил слугу поперёк талии, заставляя прислониться к своей груди. Их тела тёрлись друг об друга в такт неторопливому шагу коня.

—Расслабься, — выдохнул Хелиодор, чувствуя, как напряглись мышцы живота Адроса.

Крупная капля пота заскользила по тонкой шее мага воды. Князь поспешил собрать её языком, ощущая солёный привкус на губах. Адрос с шумом втянул воздух через нос, закатывая глаза от удовольствия, когда острые зубы Хелиодора вцепились в основание шеи.

Адрос ещё немного полюбовался на князя, после чего натянул поводья, вынуждая коня ускорить шаг.

— Господин, вы уверены, что её можно оставлять одну?

Хелиодор повернул голову в сторону мага воды. Подумав некоторое время, он вынес вердикт:

—Диди прекрасно подходит на роль надзирателя.

—Да, но она слишком эмоциональная и часто действует, не думая о последствиях.

—Не волнуйся. Мы сеем хаос. Последствия совсем не важны.

«Вот только она способна на большее, чем просто хаос», — Адрос считал девочку безумной.

Впрочем, разве он сам не безумец?

❂❂❂

—Что вы сказали?

Норд разделял смешанные чувства Янниса:

—Вилина и Виста подчинили ближайшие к ним города и деревни.

—Они подняли восстания? Но почему? — спросила Вега.

—О, поверь, причин для это достаточно, — с невесёлой ухмылкой ответил Феликс. — Но, чтобы решиться на такое, они должны быть твёрдо уверенны, что Яр не нанесёт им вред. Кто-то убедил магов в этом.

Слова Феликса взволновали светлых чародеек.

—Что же совет? Они и сейчас будут бездействовать?

—Нет, не думаю. Они не смогут это игнорировать. Совет бросит все силы на защиту столицы, — Норд нахмурился так сильно, что на его лбу образовались глубокие морщины.

—Но они не смогут долго противостоять их натиску. Светлые маги не бойцы. Как же странно, — Элиза поднесла пальцы ко рту, размышляя вслух, — наверняка, это дело рук князя, но почему он сам не вступает в бой? Если верить книге Селены, с камнем у него достаточно сил, чтобы уничтожить нас всех. Это похоже на то, словно он ведёт игру.

—Что бы он не задумал, нельзя потерять столицу. Я с командой других магов отправлюсь в Вилину. Стоит попробовать вразумить Мортиса и остальных.

Раздав ещё несколько приказов Норд попросил Элизу и Феликса задержаться. Он считал неразумным брать их вместе с собой, о чём поспешил поделиться:

—Ваши раны не зажили, в бою от вас не будет пользы. Но это не значит, что вы не сможете помочь. Если что-то случится, Феликс защитит гильдию, а ты, Элиза, разработаешь план действий. Я знаю, никто не справится с этим лучше тебя.

Мастер ушёл, оставив их наедине. С тех пор как Феликс и Элиза вернулись гильдию, они впервые оказались друг с другом без кого-либо ещё. Но уединение продлилось недолго, Феликс, ничего не сказав вышел из кабинета.

—Куда ты идёшь? — Элиза никак не могла отдышаться. Догнать мага оказалось не так-то просто.

—Конечно же, тебе надо это знать, — огрызнулся парень, демонстрируя, что он явно не в лучшем настроении.

—О, так это какой-то секрет? Тогда, прежде чем продолжишь идти, не мог бы ты проводить меня до комнаты? Я всё ещё плохо ориентируюсь, — ладно, может быть, она немного юлила: Элиза в первый же день тщательно изучила каждый закоулок. Но ведь Феликс не мог этого знать.

Парень остановился, посмотрев на неё сверху вниз. Он думал, что это смутит её, и она забудет о своей глупой просьбе. Но девушка спокойно смотрела в ответ.

—Хорошо. Идём.

Феликс в полном молчании вёл чародейку по извилистым коридорам, в то время как она размышляла над всем, что только помещалось в её голове.

Примерно через час Норд с ребятами покинут гильдию. По подсчетам Элизы уже через четыре часа они доберутся до Ригеля, затем сядут на Гаюн и отправятся в захваченный город. В памяти внезапно всплыла фраза Феликса.

«…причин для это достаточно». Что-то в этих словах никак не давало покоя. Наверное, это всё из-за того, что причин для восстаний и впрямь очень много. Тёмные долгие годы страдали, и теперь их переполняет горечь и злость, с которой сложно справиться. Эти чувства захлёстывают их с головой, и они не могут увидеть, как теперь сами стали источником страданий ни в чём неповинных.

—Скажи честно, ты бы хотел принять участие в восстании, а не пытаться его подавить?

Феликс думал об этом. Для тёмных магов это шанс изменить жизнь. Он ни раз говорил Яннису, что всем сердцем желает, чтобы светлые испытали на себе то же, что и они. Но это голос обиды и боли, в действительности, Феликс хотел, чтобы никто не переживал ту же учесть, что и тёмные. Потеря близких, грязная работа, издевательства — люди не должны проходить через всё это.

—Наверняка, ждёшь, что я опровергну твои слова. У тебя неправильное представление обо мне.

—Как и у тебя. Ты пытаешься казаться безразличным, но я знаю, что ты не желаешь никому зла. Я видела это.

❂❂❂

Норд крепко сжимал деревянные перила палубы Гаюна и смотрел на горизонт. Его одиноко стоящая фигура отзывалась тоской в груди. Веге так хотелось с ним поговорить: расспросить о маме, поделиться страхами, послушать истории о его детстве и молодости. Она знала — ему есть что рассказать. Вот только девушка сильно сомневалась, что внезапно открывшаяся кровная связь нужна им прямо сейчас. Эта новость могла лишь добавить лишних переживаний.

Всё что ей оставалось так это украдкой рассматривать Норда, гадая, что же творится в его голове? Ещё некоторое время назад она и подумать не могла, что окажется в такой ситуации. Мужчина, которого Вега считала отцом, всю жизнь был холоден с ней, но в последний момент защитил её, рискуя жизнью. А её родной отец, который был приветливым и чутким, казался таким близким, но был очень далёк. Смогут ли они когда-нибудь преодолеть это? Захочет ли Норд признать существование дочери? Ведь, кажется, ей бы очень хотелось почувствовать, какого это — быть его семьёй.

— О чём задумалась?

Вега поспешила отвернуться от Норда и устремила взгляд на говорящего.

—Да так, думала о том, что нас ждёт. Ты боишься, Яннис? — вдруг спросила она, неосознанно задерживая дыхание: под палящим солнцем Яннис выглядел безумно привлекательным. Бриз играл с его тёмными волосами, раздувал лёгкую рубаху, придавая образу Янниса нотки бунтарства.

— Нас ждёт битва, её не избежать. Но это меня не страшит.

—Так и знала, — девушка улыбнулась, вскинув голову, чтобы полюбоваться синевой неба.

—Однако есть кое-что, что меня правда пугает. Я всегда считал, что у меня достаточно времени на всё. Но теперь осознаю, что это не так. Я боюсь многое не успеть. Многое не сказать. Не сделать.

Сердце Веги забилось быстро и гулко. Казалось, Яннис собирался сказать что-то очень волнительное.

—Послушай, я хочу, чтобы ты знала, — парень мягко обхватил запястье Веги, чувствуя, как ускорился её пульс. — Ты очень важна для меня, русалочка. То, что я испытываю к тебе, это — серьёзно, понимаешь?

—Яннис, я… — она пыталась подобрать слова, чтобы как можно точнее объяснить собственные чувства, но охваченная волнением, не могла заставить язык двигаться.

Громкий свисток разрезает шум морских волн, оповещая, что корабль прибыл в место назначения.

— Можешь не отвечать сейчас, поговорим, когда всё закончится.

Он целует её в висок и оставляет одну.

—Как мы прорвёмся в город? — Яннис старался не отставать от мастера. А ещё он старался не думать о недавнем признании. Парень не жалел, что сделал это. Яннис хотел, чтобы Вега знала, что она не увлечение, а нечто большее.

—Мы не будем прорываться, они сами впустят нас. Мортис не дурак, чтобы отказываться от союзников в лице нашей гильдии. Он выслушает нас прежде, чем мы перейдём в наступление.

—Погодите, —Яннис взволнованно сжал плечо мастера, вынуждая его прервать шаг, — в таком случае, разве Веге не опасно находиться здесь? Если кто-то из них прознает, что она светлая…

—Можешь не продолжать. Ты прав. Но Вега нам нужна, — голос мастера предательски дрогнул. Беспокойство вновь заполнило его. Это случалось каждый раз, когда он думал о ней, чародейке, которую в своих мыслях всё чаще называл дочерью. — Вега станет нашим посредником. Она яркое доказательство того, что не все светлые враги.

«Посредник». Именно это слово использовал Эван, когда Вега заключала с ним сделку. Может ли быть так, что он уже знал, что в ней течёт кровь тёмного мага?

«Хотя о чём это я. Это же — Эван. Разумеется, он в курсе всего.

Их сразу же встретили несколько магов. Они окружили команду Норда, велев показать карманы и сумки. На улицах не было ни одного жителя, всех держали в домах. Сквозь узенькие щели ставень и штор выглядывали перепуганные лица.

Возле входа гильдии словно статуя, предназначенная для декора, стояла обнажённая фигура. Вегу замутило, когда она поняла, что это вовсе не статуя, а человек. Его живот был неестественно вздут, словно в него поместили груду камней, а вместо глаз сверкали золотые монеты.

Норд побледнел:

—Будьте на чеку.

—Кто он? — Яннис уже знал, что ответ ему совсем не понравится.

—Мортис, — глухо произносит мужчина.

❂❂❂

Диди сидела на барной стойке в главном холле и весело болтала ногами. Она наслаждалась шоколадным десертом и смаковала послевкусие собственной проделки. Девочка хихикнула. «Кто бы мог подумать, что Мортис окажется таким прекрасным украшением для гильдии?»

Их взгляды столкнулись. Атмосфера в просторном помещении вмиг накалилась. Невероятно, но в прошлый раз Диди едва унесла ноги. Мужчина, которого так хотелось сломать, довольно быстро сумел выбраться из её грёз. Как же это раздражало! К счастью, в этот раз всё будет по-другому. В городе несколько десятков магов, которые только и ждут приказа.

—Вас мало. Вы так самоуверенны? — фыркает девочка, ощупывая взглядом каждого.

«Это плохо, — пронеслось в голове Норда, — очень плохо. Она не станет их слушать».

По напряжённому лицу мастера стало ясно: никаких переговоров не будет. Норд вытянул руку вперёд: магов, что заслоняли выход, разбросало по сторонам.

—Действуем по второму плану. Десять человек идут в город. Пятеро остаются со мной, — чётко произносит мужчина. Как только небольшая группка покинула здание, он перевёл взгляд на оскалившуюся девочку. — А теперь ты. Пора с тобой разобраться.

—Я хотела убить тебя сразу же. Но раз ты захватил с собой столько милых игрушек, так и быть, позволю тебе посмотреть на их мучения, — Диди кивнула Томасу и спрыгнула со стойки.

Глаза дворецкого подёрнулись красной дымкой. Томас специализировался на защите, он мог создавать барьеры, заключать людей в ловушки, из которых весьма сложно выбраться. Губы что-то прошептали и вокруг здания появилась тёмно-зелёная стена. Теперь никто от сюда не выйдет.

Жестом, Диди приказала магам, оставшимся в гильдии, напасть на гостей. Началась суматоха. Норд и Вега отражали заклятия лунным щитом, в то время как Яннис и остальные нападали в ответ. Короткие разноцветные вспышки, сопровождаемые свистом, заполнили холл.

Яннис хищно прищурил глаза, наблюдая за девочкой с огненными волосами. Скрестив руки на груди, чародейка следила за происходящим, как будто все здесь были скаковыми лошадьми, а она выбирала на кого сделать ставку. Увернувшись от ядовитой туманной сферы, маг запустил в противника разряд молнии. С каждым ударом он всё ближе подбирался к Диди.

Маги Вилины давили количеством. Их зажимали в плотное кольцо. Сосредоточившись на защите, Норд выпустил Янниса из вида. Он должен был сказать ему, чтобы он ни в коем случае не приближался к девчонке. Но уже слишком поздно.

—Да у тебя полно страхов, птенчик! Чудесно! — восторженно шепчет Диди, заглядывая в потаённые уголки воспоминаний Янниса. — Сколько ненависти. Гнева. Покажи мне всё, сладкий. Покажи им всем.

Диди издаёт пронзительный свист, привлекая к себе внимание. Маги замерли. Норд настороженно повернулся в его сторону, заметив застывшего Янниса.

—Яннис? — парень не реагировал, продолжая смотреть куда-то вперёд. — Яннис, что с тобой? — уже настойчивее позвала Вега.

—Он не слышит тебя. Он пленён одним из своих кошмаров, — произнёс Норд. Мысли лихорадочно забились в голове. Противники остановились по приказу Диди, но они могут напасть в любую секунду.

❂❂❂

Яннис моргнул, и девочка пропала. Пропали все. Он остался один. Вдруг его кто-то позвал.

«Что за Варг?!» — Яннис поражённо уставился на человека. Человека, которого он ненавидел уже более десяти лет. Глава ордена — лорд Эддингад предстал перед ним собственной персоной.

—Ты и впрямь отпрыск этой семейки, — издевательски произносит мужчина, заставляя кровь Янниса кипеть от злости. — Стоило убить тебя вместе с твоими жалкими родителями.

Умом Яннис понимал— что-то не так в его появлении. Он ведь не должен здесь находиться. Но что, если Эддингад перешёл на сторону Хелиодора? Он способен на вещи, куда хуже предательства.

—Впрочем, могу признать, что Белинда была весьма мила. Её чувственный ротик приковывал взгляд. И как только такой олух, как Аарон смог её заполучить?

—Заткнись, — голос Янниса дрожал. Он с трудом контролировал молнии, срывавшиеся с кончиков пальцев. — Не смей произносить их имена!

Он ждал так долго. Безумно долго. В голове пульсировала лишь одна мысль « Убей его.Заставь заплатить завсё, что он сделал».

Эддингад сделал шаг. Из его рта лились отравляющие речи о том, как он забавлялся, мучая Белинду и Аарона.

—Слышал бы ты, как кричала твоя мать. Клянусь, она выла так сладко, что на секунду я задумался о том, чтобы позабавиться с ней немного дольше, — лорд откровенно глумился. — Но твой отец жутко бесил своими гневными взглядами.

С холодной яростью, Яннис приблизился к лорду. Он схватил мужчину за шею, выплёвывая слова ему в лицо:

—Я убью тебя. Избавлюсь от тебя, и ты больше никому не причинишь вреда.

Глаза мужчины закатились от недостатка кислорода, но он продолжал усмехаться.

—Давай, сделай это. Или кишка тонка, щенок? — спросил Эддингад, заходясь в хриплом смехе.

Яннис хотел увидеть ужас на его лице. Безысходность. Понимание собственного конца. Но лорд продолжал упрямо подначивать его.

—Ну же, сделай это! Убей меня! Или кончишь так же, как и твои родители!

❂❂❂

Вега не могла бездействовать. Она бросилась в сторону парня.

—Вега, не надо! Он может быть опасен! — голос Норда дрогнул.

Диди запретила преграждать ей путь.

—Опасен? Это же Яннис, — она упрямо продолжила идти, заметив, как маг молний неотрывно следил за её действиями.

—Всё хорошо, Яннис. То, что ты видишь всего лишь иллюзия, — мягко произнесла девушка.

—Заткнись. Не смей произносить их имена!

Его яростный тон заставил её вздрогнуть. Глаза Янниса были безумны. Он будто смотрел на неё и не видел.

—Чьи имена? О ком ты говоришь?

Ненависть, исходящая от парня, была осязаемой. Она знала только одного человека, к которому он мог испытывать это чёрное чувство. Девушка закусила губу. Боль, разъедающая его сейчас, её вина. Стоило рассказать ему. Стоило поведать, что Эддингад мёртв.

Чародейка не заметила, как парень оказался близко. Он сжал её горло, вырывая тихий вздох. Все черты его лица стали хищными, жёсткими и бездушными. Она и не представляла, насколько бездонна его ненависть.

—Яннис, тебе больше не надо бояться. Ты можешь освободиться от всего этого. Эддингад мёртв. Его больше нет.

—Я убью тебя. Избавлюсь от тебя, и ты больше никому не причинишь вреда, — прошипел маг, в нескольких сантиметрах от её лица.

Вега всхлипнула, чувствуя, как сознание начинает ускользать. Она слышала, как закопошились маги за её спиной. Должно быть, Норд не смог больше бездействовать.

Отчаянный крик Норда.

Яркая вспышка боли в области живота.

Зарождающийся ужас в синих глазах напротив.

Молнии, искрившееся вокруг кинжала, с которым у них было так много воспоминаний, отбрасывали тени на его лицо. Яннис медленно приходил в себя. Ей хотелось его успокоить, но сил хватило лишь на слабую улыбку.

—Ты избавился от него. Его больше нет, — кровь хлынула из её горла.

❂❂❂

Он сделал это. Яннис без колебаний воткнул кинжал в живот Эддингада. Он с наслаждением смотрел, как из его рта вытекла тонкая алая струйка. Яннис крепко держался за ручку, стараясь воткнуть лезвие, окутанное молниями, как можно глубже.

На секунду парня оглушает пронзительный шум. Он морщится, непонимающе смотря на лицо перед собой. Эддингад исчез. Растворился, как туман.

«Почему я вижу Вегу?»

Яннис опускает взгляд вниз, туда, где между их телами искрилось его оружие.

«Почему?»

Он попытался проглотить подступивший ком к горлу. Густая кровь стекала по его ладоням. Кровь Веги. Леденящий ужас прошибает позвоночник.

—Ты избавился от него. Его больше нет, — едва слышно хрипит она.

Вега начинает медленно оседать на пол. Яннис всё ещё заторможенно воспринимал действительность. Он по инерции подхватил Вегу, осторожно опуская.

«Что я наделал?»

Её грудная клетка почти не двигалась. Яннис осторожно вытащил кинжал, яростно отшвыривая его в сторону.

«Что я наделал?»

Он ничего не замечал. Все вокруг сражались. Пару раз его задело чужим заклинанием, но он не чувствовал боли. Кровь продолжала идти. Трясущимися руками он прижимал рану, пытаясь её остановить.

«Я убил Вегу. Убил её. Я убил Вегу. Убил».

—Приди в себя! — прорычал Норд, хватая его за плечо, вынуждая подняться. — Ей нужна помощь!

—Я убил её…— прошептал Яннис, смотря на мастера глазами полными слёз.

Норд отвесил парню хлесткую пощёчину. Голова Янниса дёрнулась в сторону. Мысли немного прояснились.

—Мне нужно увести её от сюда, понимаешь?! Но из-за барьера мы не можем выйти. Тот парень, — мастер указал на Томаса.— Заставь его отменить заклинание.

Это окончательно отрезвило мага. Он коротко кивнул, намереваясь во что бы то не стало сделать выполнить приказ. Яннис просто обязан справиться.

Парень бросился на поиски Томаса, а Норд остался с девушкой. Он положил её голову на колени, создавая щит. Лицо Веги сделалось опасно бледным. Она продолжала терять кровь. Если не поспешить, то может произойти страшное.

Норду казалось, что прошла целая вечность, прежде чем барьер наконец исчез. Яннис крикнул, что он задержит магов. Это было опасно, но мужчина не стал спорить, понимая, что для них обоих сейчас важнее всего спасти Вегу.

Он осторожно поднял обмякшее тело девушки. Мужчина выскочил на улицу лихорадочно бегая глазами по сторонам. Повсюду сражались маги. Ему необходимо избежать встречи с ними. Ему нужен лекарь. Он знал искусных целителей в столице, но Вега столько не протянет.

Мужчина свернул в неприметный переулок. Заклинанием он выбил дверь в один из домов. Молодая женщина испуганно заверещала. Слезы градом лились по ещё красным щекам. В панике женщина схватилась за сковородку, направляя в его сторону.

—Не бойтесь, я не причиню вам вреда. Мне нужна помощь! Прошу вас, она умирает…

Он точно знает, что в его голосе звучало отчаяние. Должно быть, женщина это поняла. Как и поняла, что он, действительно, не причинит ей вред. Она кивнула в сторону комнаты, освобождая длинный деревянный стол:

—Кладите её сюда.

❂❂❂

— Я остановила кровь, но боюсь, больше ничем не смогу помочь, — сочувствующе произнесла женщина, после чего оставила их наедине.

Вегу лихорадило. Пот стекал по лицу и шее. Норд провёл влажной тряпкой по щеке девушки, слыша, как она вздохнула с облегчением.

Девушка едва смогла открыть глаза. Перед глазами всё расплывалось, но она чувствовала Норда. Его аккуратные движения приносили мимолётный покой. Всё тело ломило и с каждой секундой становилось всё труднее цепляться за жизнь. Липкий страх сдавил грудь.

—Всё будет хорошо. Ты справишься, — одной рукой Норд сжал её ладонь, а другой — погладил по волосам.

Она не хотела умирать вот так.

—Хотя бы раз…

Язык едва слушался.

—…позволь мне…

Вега слабо сжала его руку в ответ.

—…позволь мне, назвать тебя папой.

Глава 15. Война

☾

Здравствуй, папа.

Норд рассказал мне, что позаботился о тебе. Сейчас ты в безопасном месте, и я бесконечно рада, что тебе ничего не угрожает.

Ситуация развивается стремительно. Это уже не угроза гражданской войны. Это и есть война. В самом страшном её проявлении. Тёмные маги захватывают всё больше и больше мелких городов и селений. Скоро они обратят свой взор на столицу.

До меня дошли слухи, что по стране путешествуют два странника. Там, где они появляются возгораются очаги бедствий. Я уверенна, что один из них Хелиодор. Он словно страшная болезнь: проникает в организм, ослабляет его и отравляет. Стоит ему посетить город, и тёмные маги восстают, чтобы распространить недуг дальше. Однако он всё же не принимает участие в боях. Как долго это продлится?

Несколько дней назад случилось страшное. Мы не могли все покинуть гильдию, поэтому решили, что в Алиот отправлюсь только я. Не хотелось оставлять Феликса и Мелани одних, но поступить иначе просто не могла. Чтобы добраться до столицы пришлось проделать долгий и изворотливый путь.

Вега. Моя милая подруга выглядела такой бледной. Она едва дышала, а на лбу всё время выступал пот. Целителям удалось залечить её рану, но она по-прежнему не приходит в сознание. Это терзает всех. Мастер почти не покидает её комнаты, а Яннис… Он может часами стоять под дверьми палаты, но так и не зайти. Каждый день Яннис отправляется вместе с боевым отрядом к границам города, чтобы отражать мелкие нападения магов. Его напарник сказал мне, что Яннис будто нарочно подставляется под удары. Всё выглядит так, словно он пытается наказать себя за произошедшее. Знаю, это разбило бы Веге сердце.

В последнее время в моей голове каша из мыслей. Не все из них радостны. Быть может, ты и не вспомнишь меня из-за болезни, но я надеюсь на лучшее. Мне страшно. Все боятся этой неизвестности. Но обещаю, я буду смелой, как ты и учил меня.

Твоя любящая дочь

❂❂❂

Хелиодор заставлял корчиться тело Диди в мучительной агонии как минимум час. Князь был страшно разочарован, что она позволила небольшому отряду устроить беспорядки и скрыться после этого. Вдобавок ряды магов Вилины заметно поредели. Он с холодной раздражительностью наблюдал, как огонь играл на коже девочки. Обнимал её обнажённые ноги, подёрнутые расползающейся чернотой руки и искривлённое болезненной гримасой лицо. Слёзы не успевали скатываться по нежным щекам: жар жадно иссушал каждую прозрачную капельку. Хелиодор не позволял своей магии убить Диди, но разрешал ей продемонстрировать мельчайшие крупицы поучительных касаний пламени.

—Больше не разочаровывай меня.

Эти слова хлыстом прошлись по спине Диди, когда она на дрожащих ногах покидала князя.Жажда развлечений сыграла с ней злую шутку. Тот маг, пронзивший девчонку кинжалом, чуть не убил её. Диди зажмурилась: вспышка боли прокатилась по всему телу.

—Я вырву твое сердце! — выплюнул мальчишка.

Его взгляд горел безумием. От него исходили синие искры, которые наполняли воздух напряжением и заставляли волосы вставать дыбом.

—Лучше вырви своё и отдай его той, кого только что убил, — едко отвечает Диди.

Ослепляющая молния летела точно в цель. Она ни за что бы не успела увернуться. К счастью, появился Томас, заслонивший её от удара. Парень забился в конвульсиях, когда концентрированный заряд из магии попал ему в грудь. Он повалился на пол и попытался сделать вдох. Последний вдох.

Ей было немного жаль Томаса. Однако несмотря ни на что, меньше всего Диди хотела разгневать Хелиодора. Девочка медленно брела в свою комнату, опираясь на холодные стены, чтобы не упасть. Она остановилась и подняла голову. Грегори, не отрываясь смотрел на неё. Она молча смотрела в ответ. Что-то непонятное мелькнуло в его глазах, словно он хотел подойти к ней и что? Помочь?

Но Грегори прошёл мимо. Образ покалеченной Диди наглядно демонстрировал, что может случиться, если ты попадёшь в немилость к Хелиодору. Однако он не боялся. Вернее, маг льда чувствовал не только страх, но и соблазн. Наказание князя это как новый опыт, который он не познал до сих пор. Игра, щекочущая нервы. Ведь невозможно знать наверняка — победишь ты или умрёшь. Чертовски соблазнительно.

Хелиодор задумчиво вертел камень Мориона, висевший на тонкой цепочке из чистого золота. Пальцы покалывало от сильной магии, заключённой в таком маленьком предмете. Удерживать её и пытаться контролировать — это сродни попытке контролировать саму природу.

Камень наделяет безграничными возможностями, но он так же способен отнять у его обладателя всё. Человек, завладевший им, становится сосудом для могущественной и неиссякаемой магии. Но как известно любой сосуд рано или поздно переполнится. Важно соблюдать баланс. Иметь что-то, что не даст силе полностью заполнить тебя.

Отец точно знал, что нужно делать. Однако даже с этим способом Мориону не удавалось использовать камень на полную мощь. Но Хелиодора не устраивал такой расклад вещей. Какой смысл владеть камнем и использовать его лишь наполовину?

— Господин, — Адрос бесшумно опустился на одно колено, приветствуя князя.

Хелиодор спрятал камень за пазуху и перевёл взгляд на верного слугу.

— У вас есть задание для меня?

«В отличие от отца, мой баланс идеален», — на лице князя заиграла голодная ухмылка.

❂❂❂

Сад, принадлежащий совету, считался самым красивым в Медведице. Он поистине заслуживал этого звания. Алфекка не жалела магии, создавая причудливые фигуры из растений и витиеватые побеги винограда, украшающие миниатюрные беседки.

Элиза прогуливалась вдоль пышных разноцветных клумб и втягивала сладковатый запах цветов. «Алфекка удивительная чародейка».

Дойдя до небольшой полянки с пушистой травой, девушка, не заботясь о приличиях, легла на землю и широко раскинула руки. Сегодня на небе ни единого облачка. Голубизна притягивала своей чистотой и безмятежностью. Порывы ветра приятно обдували тело, и Элиза задремала.

Сладкий сон прервался: что-то обожгло её ступни. Воздух накалился, будто она внезапно оказалась возле огромного костра. Чародейка резво подскочила. Она изумлённо моргнула, пытаясь прогнать наваждение, но столб огня никуда не исчез. Он был просто гигантский. Поток огня уходил в небо, грозно нависая над городом. Вдруг пламя начало обретать форму — силуэт мужчины с изящным, но надменным лицом.

Люди выходили из своих домов. Кто-то покидал резиденцию совета с ужасом смотря в небо. Сердце гулко забилось, когда неизвестный заговорил:

— Мир меняется и всем пора определиться, на чьей вы стороне. Меня зовут Хелиодор. Я тот, кто правил задолго до вас, и тот, кто станет править вновь.

Затаив дыхание она слушала речь врага, который, наконец, явил себя. Только один его голос проникал в лёгкие, оставляя после себя тяжёлый осадок. Что же произойдёт, если они столкнуться лицом к лицу?

—Знаю, между магами назрело много распрей. Я не стану вмешиваться. Пока. Война, что вот-вот грядёт, продемонстрирует ваши навыки. Всякий, кто окажется полезным, будет принят с распростёртыми объятьями. Ведь в конечном счёте мне абсолютно не важно тёмные ли вы или светлые. Что действительно важно — насколько вы сильны? Достойны ли вы жизни в этой стране? Покажите мне всё, и я не дам вам сгореть.

Оглушительная вспышка, за которой последовал пепел. Он медленно кружил в небе. Его вполне можно было принять за хлопья снега, если бы не насыщенный чёрный цвет. Элиза протянула ладонь, наблюдая как пепел приземляется ровно в центр. Слова Хелиодора звучали высокопарно, но она знала, что все воспримут их всерьёз. Никто не видел подобной магии. А неизвестность пугала сильнее всего. Человек, создавший собственную огромную проекцию из огня, внушал ужас.

❂❂❂

—Господин, могу я задать вопрос?

Хелиодор с изящной леностью открыл глаза и немного подтянул тело, устраиваясь поудобнее на мягких подушках. Адрос умело разминал ему ступни, чуть касаясь гладких мускулистых икр.

Князь махнул рукой, позволяя мужчине говорить.

—Вы уничтожите всех, кто не сумеет доказать свою силу?

Яркий акцент, сделанный на слове всех, потешил самолюбие Хелиодора. Приятно осознавать, что сотворить подобное в его власти.

—Это было бы не разумным. Кто-то ведь должен выступать в роли рабочий силы и прислуги. Я уничтожу большую часть, но не всех.

Адрос заметно расслабился. Кажется, эти мысли давили на него тяжким грузом. Хелиодор видел, что даже сотни загубленных жизней на руках Адроса не смогли погасить в нём человечности. Как и Диди, и Грегори, он убивал по первому же приказу, но продолжал испытывать жалость к каждому. Это отличало его и интриговало Хелиодора.

—Столица до сих пор держится. Они показывают себя хорошими бойцами, но мне не хватает напряжения, — князь коротко мурлыкнул от удовольствия, когда Адрос прошёлся языком по пальцам ног. Быстрые поцелуи градом посыпались на оголённые участки кожи. — Вели тварям пересечь перевал и напасть на ближайшие деревни. Хочу посмотреть, как они справятся со сражением на два фронта.

Хелиодор дёрнул бёдрами, демонстрируя, что нуждается в большем, чем просто касания губ. От этого жеста Адрос несдержанно стонет и кусает князя над коленкой, позволяя рукам скользить вверх. Князь тянет слугу на себя. Оттягивает зубами тонкую кожу на шеи. И наконец добирается до сухих податливых губ.

❂❂❂

Элиза сжимала исхудавшее запястье подруги и продолжала говорить:

—Многие, наверняка, переметнутся к нему. Но это ничего. Когда ты очнёшься, мы справимся со всем. Я знаю, ты тоже веришь в это.

Она склонилась над лицом Веги и мягко поцеловала в лоб:

—Возвращайся к нам. Тебя все заждались.

Элиза тихонько прикрыла за собой дверь.

—Полярис! — воскликнула она, когда поняла, что совсем рядом есть кто-то ещё.

Девушка не смогла скрыть удивление. Она ожидала увидеть мастера или Янниса, но никак не блондина с снисходительным выражением лица, которое он использовал всякий раз, когда им приходилось общаться.

—Эван? — только и смогла произнести Элиза, приседая в лёгком реверансе.

—Мисс «Я всегда сую нос в чужие дела», — Эван едва заметно склонил голову.

—Что ты здесь делаешь?

Парень насмешливо вздёрнул бровь:

— С каких пор мне нужно твоё разрешение, чтобы посетить резиденцию?

Она привыкла к его манере поведения, что совсем не обратила внимание на язвительный тон. С жадным любопытством Элиза взглянула в глаза Эвана, чувствуя, как её интерес побуждал магию к действию.

Блондин встрепенулся. Два острых изумрудных кинжала материализовались над его плечами.

—Только попробуй, Маверик, и я без угрызений совести проткну твои всевидящие глаза.

Элиза опешила и отступила на два шага. Никто не любил, когда к нему залезали в голову, но Эван отреагировал слишком бурно. «Ему есть что скрывать», — подумала чародейка и её губы растянулись в извиняющейся улыбке.

—Ты ведь слышал, что сказал тот мужчина. Я была уверена, что ты задумаешься над тем, чтобы сменить сторону.

Элиза вовсе не считала Эвана предателем или трусом, но она знала, что парень всегда тщательно анализирует происходящее и просчитывает свои действия на несколько шагов вперёд. Она продолжала верить, что им удастся справиться с Хелиодором. Но Элиза не могла отрицать, что в сложившейся шаткой ситуации присоединиться к князю — довольно разумный выбор для тех, кто всеми способами хочет выжить.

Эван смерил чародейку пренебрежительным взглядом, но к её удивлению, всё же ответил:

— Я не для того добывал себе свободу, чтобы отдавать её. У меня нет хозяина. И я готов на всё, чтобы он не появился. Я даже готов путаться с такими как ты, Маверик.

«Что-то в нём изменилось, — девушка задумчиво обвела взглядом его лицо. — Он всё так же резок, напыщен и полон желчи. Но со смертью Эддингада ему будто бы стало легче дышать».

—Хорошо. Я поняла твою позицию. Если мы закончили наш диалог, то я, пожалуй, пойду, — когда девушка отошла на несколько шагов, она вдруг остановилась. — Ах да, ты можешь зайти к ней. Только ненадолго. Ты ведь за этим пришёл?

Эван едва заметно стиснул зубы, но в остальном его лицо никак не изменилось.

—Будь добра, оставь свои бредовые предположения при себе.

❂❂❂

Голова шла кругом. Жутко хотелось пить и почесать затёкшие ноги. «Я жива?» — это первое, что пришло в голову Веге. Она попробовала сесть, но тело не слушалось. Девушка хотела позвать кого-нибудь, но вышло что-то ужасно хриплое и несуразное.

Прошло как минимум минут пятнадцать после её пробуждения. Она смогла принять вертикальное положение. Вега тяжело выдохнула, коснувшись пальцами ног холодного пола.

—У меня получится, — прошептала чародейка и встала.

Всё в комнате закружилось, а тело обмякло. «Сколько же я лежала?», — подумала девушка, надеясь, что атрофированные конечности в скором времени придут в форму.

—Полярис!

Подруга, лежащая на полу, не на шутку перепугала Элизу. Множество неуместных мыслей вихрем пронеслось в голове. Она спешно попыталась нащупать пульс и проверить дыхание.

—Со мной всё х-хорошо, — с трудом выдавила Вега, приходя в себя.

С помощью Элизы она смогла вернуться в кровать. Вега тепло улыбалась девушке, пока та без умолку что-то радостно щебетала.

—Я читала, что массаж хорошо помогает вернуть мышцам чувствительность, — мягкими движениями Элиза разминала её ноги.

—Спасибо.

Вега внимательно следила за лицом подруги, отмечая следы усталости и беспокойства. Только сейчас она поняла, что её не должно быть здесь, ведь в их последнюю встречу Элиза осталась в гильдии.

— Где мы сейчас?

—В резиденции совета.

Вега нахмурилась:

—Как мы здесь оказались? Как много я пропустила?

—После того, как тебя ранили, Норд чудом сумел привести вас в столицу. Мне не хочется тревожить тебя плохими новостями, но я знаю, будет куда хуже, если о них умолчать, — Элиза обхватила себя руками и подошла к небольшому овальному окну, с видом на фонтан. — Мы ведём войну, Вега. Глупую и жестокую. В Медведице почти не осталось безопасных мест.

—Неужели тёмные смогли так быстро обрести власть?

—Прошёл месяц, — осторожно произнесла Элиза, видя, как вытянулось лицо подруги. —Что касаемо тёмных, всё не совсем так. Боюсь, что больше не существует такого деления.

—Что ты имеешь в виду?

— Хелиодор продемонстрировал силу. Он призвал магов присоединиться к нему, проявить себя и завоевать право на жизнь в стране, которую он хочет построить, — зелёные глаза Элизы тревожно блеснули.

—И что это за страна? — перед глазами Веги пронеслись жуткие картинки, которые Звёздная колыбель показала ей. Запах крови и чёрные поля, усыпанные пеплом и трупами, до сих пор являлись девушке во снах.

Элиза напряжённо сжала руки в кулаки:

—Сначала, я думала, что его цель — устроить войну между угнетёнными тёмными и властвующими светлыми. Именно таким посылом он отравлял разум людей. Но теперь, когда ему это наскучило, князь решил действовать иначе. Нынешнее противостояние — это противостояние между магами, присоединившимися к нему и немногими, кто против. Но боюсь, что даже тем, кто выбрал сторону Хелиодора, грозит опасность. Ведь он считает, что только сильнейшие достойны существования. В его мире нет места обычным людям. А более слабые маги сгодятся лишь для прислуживания избранным.

Наступила звенящая тишина. Вега пыталась обдумать каждое слово. Однако от этого лишь разболелась голова. Среди потока мыслей, одна звучала громче всех.

—Где Яннис?

—Он возглавляет один из отрядов. Нам удалось вернуть Волопас и Вилину, но, к сожалению, потери слишком велики. Вчера Яннис вернулся за подкреплением. С минуты на минуту он вновь уедет.

—Я должна с ним поговорить, — решительно произнесла Вега, чувствуя, что уже может ходить.

—Не уверена, что тебе стоит покидать постель, — Элиза закусила губу. — Когда он вернётся, я передам ему, что ты очнулась.

Но Вега настояла на своём. Они должны поговорить.

❂❂❂

Тяжело дыша, Вега старалась быстро перебирать ногами. Она шла по длинному коридору с расписными колонами и огромными окнами. В одном из них она разглядела людей недалеко от входа в резиденцию. Они проверяли блестящие доспехи коней и снаряжали их походными мешками.

Среди этого небольшого отряда девушка заметила знакомую фигуру.

«Только бы успеть».

Вега ускорила шаг.

«Подожди меня».

Сердце пустилось в безумный пляс, а рана на животе напомнила о себе тянущей болью.

—Яннис! — позвала Вега, не жалея голосовых связок.

Он как раз взбирался на коня. Одна нога уже находилась в стремени, а другая застыла в воздухе. Девушка не видела лица парня, но от неё не скрылось, как напряглось всё его тело. Яннис сгорбился, будто ему на спину возложили тяжёлый камень, который тянул к земле.

—Яннис! — она направилась в его сторону. Вега была уверена, что он слышал её. Но не обернулся. Яннис надёжно уместился в седле, чуть натянув на себя поводья.

Паника подкатила к горлу. В тот самый момент, когда заклинание спало и он понял, что сделал, Вега увидела в глазах Янниса нечто пугающее. Она увидела, как тоненькая ниточками между ними натянулась, грозясь порваться в любой момент.

—Стой! — отчаянно вскрикивает Вега и бросается к нему, протягивая руку.

—Выдвигаемся, — резко отчеканил Яннис и сорвался с места.

Девушка могла поклясться, что ещё немного и её тело просто растворится или разобьётся на куски об его жестокое равнодушие.

Они теряли друг друга.

Глава 16. Близость

☾

Велев напоить коня, Яннис не мешкая двинулся в главный шатёр. Они разбили небольшой лагерь в низинах обширных полей. Место довольно неприметное, скрытое низкорослыми деревьями и высокой травой. Недалеко протекал глубокий ручей: его журчание заглушало присутствие людей, а холодные воды служили неиссякаемым источником воды.

Яннису и остальным удалось освободить земли двух крупных городов. Недавно стало известно, что отряд врага из пятидесяти человек занял четверохолмье и леса вблизи разрушенного поместья Маверик. Если удастся отвоевать эту местность, то они смогли бы присоединиться к Феликсу, который вместе с одногильдийцами отражал нападение тварей.

Хелиодор пытался разбить единый строй: сражение на два фронта истощает. К тому же, у них попросту недостаёт людей. Всё что остаётся — это пытаться сохранить столицу и освобождать ближайшие города.

Враги прибыли с юга, со стороны Висты, а значит проделали довольно долгий путь, который, наверняка, их измотал. Яннис поднял глаза к солнцу: оно нещадно палило вот уже несколько дней. Жара вызывает жажду и доставляет неудобства. Однако, если среди отряда противника нет мага воды, то это может стать дополнительным преимуществом.

Удивительно, что он всё ещё мог размышлять о преимуществах и разрабатывать стратегию. Всего несколько часов назад Яннису казалось, что он погибнет. Умрёт, утопая в собственных ядовитых сожалениях. Не было и дня, чтобы голос Веги не преследовал его в мечтах или удушающих кошмарах. Но услышать его вот так, наяву…

Она действительно стояла перед ним. Истощённая. Болезненно бледная. И взволнованная. Он хотел броситься ей в ноги, уткнуться носом в живот и начать вымаливать прощение. Но Яннис не имел на этого никакого права. Разве можно исправить сделанное им жалкими слезливыми мольбами?

Вега звала его по имени, а он желал сгореть в ненависти к самому себе. Она не обвиняла его. Даже с кинжалом в теле, Вега ни на секунду не смотрела на него с осуждением. И это злило. Она должна была. Просто обязана, если и ненавидеть, то хотя бы винить его.

— Мы готовы наступать, — Делл осторожно окликнул Янниса.

Молодому человеку, совсем недавно поступившему в светлую академию, до сих пор не верилось, что он работает в команде с тёмными. И не просто работает, а находится в подчинении одного из них. События разворачивались так стремительно. Люди гибли. Маги переходили к врагу, которого ещё вчера не существовало.

Делл никогда бы не подумал, что станет использовать магию для сражений. Он всегда считал, что его способности просто не предназначены для того, чтобы причинять вред.

Они сражались против двух групп тёмных магов. Взрывы, цветные потоки магии проносились в нескольких сантиметрах от его лица, а Делл не мог пошевелить и пальцем. Он испугался. Да так, что чуть не превратился в маленького ребёнка, у которого недержание. Пальцы застыли над чистым листом бумаги. Делл художник, но не совсем обычный. Всё, сотворённое его рукой, кроме настоящего человека, способно оживать. Стоит только нарисовать и позволить изображению впитать магию.

Делл почти смирился с тем, что ему будет больно. Возможно, всё закончилось бы чем-то куда более страшным. Но вдруг откуда не возьмись появился парень с татуировками в виде молний на лице. Он заслонил Делла собой. Всё вокруг трещало от напряжения. Его молнии с пронзительным свистом извивались в разные стороны, словно живые.

После того случая Делл стал украдкой наблюдать за человеком, который возглавил их отряд из тридцати человек. Яннис оказался неплохим лидером. Таким, который может устранить панику, сплотить и вселить веру в успех. Но в последние дни маг молний был, мягко говоря, взвинчен. Делл почти уверен, что это связано с Вегнессой Гросс — дочерью одного из богатейших людей страны. Хоть ныне этот факт уже и не так важен. Куда важнее и любопытнее что могло связывать этих двоих? Похоже, известные сплетницы академии, с которыми он так любил разговаривать, не врали: Вегнесса вступила в гильдию и завела роман с тёмным магом. Война войной, а людям искусства и любителям историй с пикантными подробностями нужна пища для размышлений.

❂❂❂

Бесконечная усталость — эти слова как нельзя лучше описывали то, что чувствовала Вега. Скривив губы, девушка отодвинула от себя тарелку с едой. Золотистый бульон пах очень аппетитно. Но инцидент с Яннисом опустошил её. Лишил душевных сил и всяких желаний.

Если бы она только успела подойти к нему и схватить за руку, у него не получилось бы вот так просто сбежать. Девушка понимала, что он считает себя последним мерзавцем. Но ведь и ей непросто. Она даже не успела сказать ему, что чувствует. И теперь Веге придётся изнывать от беспокойства, пока он рискует жизнью.

—Войдите!

Норд зашёл в комнату с опаской, будто внутри его поджидало как минимум трое неприятелей.

—Мастер?! — удивлённо пробормотала девушка, соскочив на ноги.

Наверняка, он ждал от неё объяснений. Вега помнила, как назвала его прежде, чем потерять сознание. Девушка сделала глубокий вдох, надеясь, что это поможет успокоиться, и она не будет мямлить и заикаться во время разговора.

Усилием воли Вега заставила себя перестать смотреть под ноги и наконец взглянула на мужчину. Норд оказался так близко. Большими ладонями он осторожно обхватил её лицо, рассматривая со всех сторон, словно увидел впервые.

—Прости, что не понял сразу, — голос выдавал его: Норд волновался не меньше, чем она. — Прости, что меня так долго не было в твоей жизни. Прости, что не уберёг.

Девушка всхлипнула и отчаянно замотала головой. Она кинулась к нему с объятиями, утыкаясь носом в рубашку. Как и всегда от него пахло спокойствием и безопасностью.

—Не нужно. Не извиняйся.

Где-то глубоко, куда он так упрямо не заглядывал, он знал, что Вега — его дочь. Норд почувствовал эту невидимую тягу между ними ещё тогда, когда она впервые переступила порог его кабинета. Он продолжал сопротивляться любым намёкам и язвительному голосу в голове, боясь тешить себя надеждами, которые в итоге могут не оправдаться. Норд хорошо помнил, какую боль это может причинить. Слова Авроры и её уход никогда не позволяли забыть.

«Позволь мне, назвать тебя папой». Норд забыл, как дышать, когда услышал просьбу этого хрупкого ребёнка. Он не знал, что делать. Он был в отчаянии. Он ощущал, как вместе с ней погибали частички его души. Но мужчина не мог поддаться панике. Одно слово стёрло все его нелепые страхи и жалость к себе. Всё верно. Он — её отец. И он не может позволить ей умереть.

Норд крепче стиснул объятия, прижимаясь подбородком к её макушке:

—Я столько всего упустил. Я не видел, как ты сделала первые шаги. Не читал тебе книжки и не пел колыбельные. Не успокаивал, когда ты падала и не был рядом, чтобы помочь подняться. Я не знаю твоего любимого блюда и имени твоего первого друга. Не знаю, что заставляет тебя грустить, а из-за чего ты улыбаешься. Я так много не знаю о тебе, но я так хочу это исправить. Мы могли бы попытаться, Вега. Мы могли бы попытаться стать семьёй.

—Да, у нас обязательно получится, — горячо соглашается девушка, чувствуя, как искорки счастья ярким фейверком взрываются в груди.

❂❂❂

Норд и Вега испытывали небольшое чувство неловкости из-за новых ролей. Теперь они не просто мастер и подопечная, они — отец и дочь. К этому надо привыкнуть. Но каждый готов сделать всё возможное, чтобы открыться перед другим.

К сожалению, на тёплые разговоры едва хватало времени. Вместе с Элизой и остальными членами совета Норд разрабатывал план, помогал координировать отряды. Он отдавал всего себя, мечтая восстановить мир и больше не видеть гибель родных ему людей.

Самочувствие всё ещё не позволяло Веге вступить в бой, поэтому она коротала дни в палате, изредка выбираясь на свежий воздух. Элиза заглядывала к ней, как только появлялась свободная минутка. Но таких становилось всё меньше.

Норд навещал Вегу примерно в одно и то же время: вечером, когда комнату заполнял жёлтый свет заходящего солнца. Вот и сегодня чародейка с нетерпением ждала отца, нервно комкая подол простого белого платья.

Она подскочила на ноги, когда дверь с уже знакомым скрипом распахнулась. В палате стало душно и тесно. Улыбка медленно сползла с лица. Глаза забегали от одного человека ко второму. От одного отца к другому.

—Я оставлю вас. Вам стоит многое обсудить, — Норд заговорил первым. Вопреки всему тому, что бушевало у мужчины внутри, его лицо оставалось непроницаемым.

—Но ты будешь в порядке? — невольно вырвалось у Веги. Девушка на интуитивном уровне чувствовала, что мужчины не хотят, чтобы она оставалась наедине с одним из них.

Вайрон неестественно выпрямился, услышав подобную формулировку. Он бросил на Норда быстрый взгляд и сухо поинтересовался:

—Вы уже настолько сблизились, что перешли на ты?

Пока они буравили друг друга взглядом, Вега могла свободно разглядывать их, подмечая явные различия и те, что не сразу бросались в глаза. Норд уступал Вайрону в росте, но мог похвастаться внушительным размахом плеч и мышцами, закалёнными в боях. Он казался бойцом. Громадным свирепым медведем, готовым защищать свои лесные владения. Худощавая, но статная фигура Вайрона и точёное лицо не отображали ничего из этого. Аристократ был элегантным и немного чопорным. Человеком, который не бросится в центр сражения, а придумает, как обойти его. Вайрон — это ворон. Осторожная птица, умеющая приспособиться к любым условиям. Но всё же ворон — хищник. Он мог быть опасным, если пожелает.

Воздух всё сгущался, наполняясь тяжёлым дыханием чародейки и её частым сердцебиением. Она знала, как должна поступить.

—Нам, и правда, следует поговорить, отец, — девушка произнесла это спокойно. Сдержано, как он и учил.

Лицо Вайрона посветлело. Мужчина сделал шаг навстречу дочери, не обращая внимания на человека, который всегда незримо присутствовал в их семье.

—Всем нам, — уточнила Вега. Она мягко улыбнулась, заметив одинаковую растерянность в глазах важных ей людей.

—Это – разумно, — спустя пару секунд прохладно заключил глава семьи Гросс.

Он слишком долго пытался отстраниться от дочери. Но в моменты, когда находишься на грани конца, начинаешь рассматривать свои поступки и жизнь под другим углом. Вайрон ни на секунду не пожалел, что заслонил Вегнессу от атаки Эддингада. Если бы он вернулся в тот момент, он поступил бы точно так же. Если его смерть предотвратит смерть Вегнессы, то он готов делать это столько, сколько придётся. Однако он абсолютно не был готов узнать о её ранении. Вайрон не смог бы смириться с ещё одной потерей. Он отказывался верить, что до самого последнего дня они были врагами. Мужчина абсолютно точно собирался это изменить. Он даже перешагнёт через себя и примет тот факт, что Норд тоже часть её мира. Мира, который Вайрон так старался спрятать ото всех.

❂❂❂

Казалось, что серые плотные тучи вот-вот извергнут из себя снежные хлопья, и наступит зима. Зима в середине лета. Это было противоестественно, но волновало Мистгана гораздо меньше, чем хлопоты, свалившиеся на него.

Разноцветные глаза немного рассеяно рассматривали мрачный пейзаж, раскинувшийся за окном. Время от времени он хмурился, вспоминая о той или иной веще, которую необходимо сделать. Дворецкий искал уединения. В гильдии стало слишком шумно. Перепуганные люди, чьи дома теперь разрушены, заполонили витиеватые коридоры и каменные комнаты Ванды. Им казалось, что именно это место – последний островок, олицетворяющий безопасность. Даже светлые маги искали здесь защиты.

Мистган невесело усмехнулся. Ванда стала символом надежды. Иллюзорным символом. Он понимал это, но продолжал бороться. Как и все, он бился головой об стену, наивно мечтая о том, что в один день она рухнет.

Твари всё ближе подбирались к гильдии. Вместе с этим добавлялось больше задач для дворецкого. Разместить всех людей, распределить пропитание, оказать помощь — всё это легло на его плечи. В ушах до сих пор звенели отголоски бесконечного потока людей, а перед глазами мелькали их лица. Этот маленький хаос раздражал. Вот почему он затаился в самой отдалённой и заброшенной башне. Ему нужен покой. Хотя бы на несколько минут.

Чердак, ставший временным убежищем, был достаточно широким, но из-за огромного количества коробок и старых предметов казался тесным. Как-то раз мастер обмолвился, что раньше чердак принадлежал некому выдающемуся магу, чьё имя гремело на всю Медведицу. Узнать нечто большее, Мистган так и не смог: все в гильдии тщательно оберегали его личность, что лишь усугубляло подозрения дворецкого.

Мистган сделал несколько глубоких вдохов. Ему не почудилось, вся пыль совершенно точно исчезла, а воздух наполнился глубоким запахом моря. «Как она меня нашла?» — проскользнуло в голове, и он не заметно скосил взгляд в сторону чародейки. Мистган знал, что ей было не легче, чем ему. Мелани только и делала, что сражалась, выступая на передовых. Она пыталась избавиться от печальных мыслей и переживаний. Но несмотря на это девушка выглядела полной сил.

—Решил спрятаться от меня? — с улыбкой поинтересовалась чародейка, плотно закрывая за собой дверь. — Или, быть может, от новой поклонницы?

Мистган едва сдержался от того, чтобы не схватиться за переносицу и слегка её не помассировать. Две недели назад он помог Кассандре — девушке из захваченного Канопуса — добраться до комнаты. За что и поплатился. Да, он донёс её на руках, потому что она повредила ногу. Да, он помог ей отыскать родных. Но это ведь не повод ходить за ним хвостиком и кидать очарованные взгляды.

В глазах Мелани плясали озорные искры. Он слишком хорошо знал этот взгляд. Обычно за ним следовало что-то невыносимо смущающее. Ему необходимо напустить на себя строгий вид и немедленно предотвратить это.

Но он не успел.

Мелани нарочито громко вздохнула и произнесла:

—А я-то наивно полагала, что тебе хватит одного завоёванного сердца.

В который раз она признавалась ему в симпатии? Однако снова и снова это ощущается сильнее, чем удары розгами. Её слова словно яд грозились отравить его. Уничтожить. Мистган слишком хорошо помнил, как от этого страдала мама. Как страдало бесчисленное количество женщин и мужчин, прошедших через стены борделя. Но он пытался подобрать противоядие, сумевшее бы исцелить предрассудки и страхи.

—Мне нравятся твои образы, Мистган. Я нахожу милым, когда ты пытаешься казаться недоступным.

Мелани прижалась к его груди, пытливо заглядывая в глаза.

—Или когда ты хочешь выглядеть строгим дворецким.

Девушка уверенно схватилась за воротник его рубашки, но тут же разжала ладонь, заметив, как переменился взгляд парня. Мистган впервые смотрел вот так пристально; так неприкрыто томно; опасно игриво, как смотрят коты, заприметив хорошенькую мышку. Мышку, которая, наверняка, окажется приятной на вкус.

Шея чародейки взмокла от охватившего её волнения. Прежде ей никогда не доводилось быть чьей-то добычей.

Это будоражит её?

Определённо.

Девушка почувствовала на скулах жёсткую ткань перчаток: Мистган двумя пальцами притянул её лицо к своему.

— Образ — всего лишь образ.

Что-то перевернулось внутри. Тени залегли на лице Мистгана, создавая пугающие блики. Она не боялась: многогранность дворецкого притягивала. Он многое скрывал. Возможно, это многое, окажется чем-то совсем не добрым и мягким, но она не страшилась. Она хотела знать.

—Я готова рискнуть и увидеть, что прячется за всем этим, — Мелани произнесла это твёрдо. Так, чтобы он распознал серьёзность её намерений.

Она хотела его доверия.

Девушка прикрыла глаза. Он видел, как трепетали её ресницы. Чувствовал, как собственное лицо покрывается пятнами, а в груди разрастается пожар. Он сжал челюсть, пытаясь обуздать себя. Но чародейка делала всё, чтобы он не смог этого сделать.

—Хорошо, — согласился дворецкий, замерев в жалких сантиметрах от её губ. — Давай погрязнем в этом вместе.

❂❂❂

Пот застилал глаза. Яннис вытирал его грязным рукавом, что лишь усугубляло ситуацию. Вместе со своим отрядом он затаился в высокой траве, примерно в двухстах метрах от раскинувшегося лагеря врага. Маг отгонял от себя мошек, пытаясь рассмотреть, что происходит в неприметных палатках болотистого цвета.

Они выжидали вечера, момента, когда противник потеряет бдительность. Делл лежал на спине, сжав кулаки на уровне груди, и глядел в небо. Становилось всё темнее. Всполохи самых разных оттенков привлекали взгляд художника и отвлекали от невеселого будущего. Он так и не мог привыкнуть к сражениям. В отличие от Янниса, который гармонично вписывался во все тонкости боя, он просто не создан для этого. Он — обычный щуплый парень, с торчащими светлыми волосами, носом с горбинкой и щепоткой таланта, который хоть как-то выделял его среди идеального круга аристократов, к коим он когда-то принадлежал.

С каждым днём то время становилось всё более зыбким в памяти. Вместо строгого распорядка, бесконечных норм поведения и лучших условий его жизнь наполнялась ночами под открытым небом в окружении грубоватых опасных мужчин, от которых разило потом. Впрочем, он их нисколечко не винил. От него несло гораздо хуже. К резкому горькому запаху примешивался запах страха. Деллу казалось, что среди всех он испытывал это чувство сильнее других.

Художник беспокойно поёрзал: одна из травинок неприятно уткнулась в поясницу и мешала лежать. Он попытался сделать это снова, но тут же замер, услышав тихое бормотание Янниса.

—Что такое? В чём дело? — нервно спросил Делл, предчувствуя, что хмурое выражение тёмного мага не сулит ничего хорошего.

Яннис молчал, что-то обдумывая, а Делл мог поклясться, что ещё немного, и он начнёт икать. Икота всегда приходила, когда он испытывал волнение.

—Насколько всё плохо по десятибалльной шкале? — «мы же не умрём сегодня?»

—Посмотри туда.

Делл проследил взглядом в указанном направлении, не понимая, что так встревожило мага. С этого расстояния не было видно людей, зато он мог видеть дым, который вздымался в небо белыми клубами.

—Они жгут костры, — констатировал Делл.

—Вот именно. Они делают это с утра. Не переставая.

Светловолосый неопределённо пожал плечами:

—Может, готовят еду или греют воду, чтобы помыться. Эх, нам бы тоже не помешало.

Делл стушевался, под тяжёлым взглядом синих глаз. Их цвет был таким насыщенным и необычным. Тайком он много раз пытался повторить его в своих картинах, но всегда чего-то недоставало.

Делл чувствовал себя немного неуютно рядом с тёмным магом, но в то же время его распирало любопытство. Например, какой оттенок приобретали глаза Янниса, когда он радовался? Насколько тёмными они становились, когда он злился? Было ли это похоже на цвет моря во время грозы или цвет ночного неба? Светлели ли они, когда он смотрел на человека, который ему нравится? Светлели ли они, когда он смотрел на Вегнессу?

— Разводить костёр, зная, что в любой момент может появится враг? Сомневаюсь, что они настолько глупы.

—Тогда, зачем они, по-твоему, это делают? — Делл незаметно ущипнул своё запястье, чтобы избавиться от бардака в голове.

У Янниса имелось одно предположение, и он очень надеялся, что оно окажется ложным.

—Пытаются создать видимость присутствия.

—Погоди-погоди. Ик! Т-ты хочешь… Ик! Х-хочешь сказать, что… Ик! — «Глупая икота!» — Хочешь сказать, что здесь никого нет?! Но как же костры до сих пор не погасли?

«Они использовали жар-камни, — осознание заполнило Делла. —Если использовать достаточное количество, то огонь может гореть целый день».

—Но где же они?

—Там, где нет нас, — прошипел Яннис. — В столице.

«Голубика, — проносится в голове Делла. — Синяя голубика с чёрными бликами, рассыпанная на свежей зелени под покровом глубокой ночи».

Вот какими становятся глаза Янниса, когда он злится.

❂❂❂

Беседа не ладилась. Вайрон качал ногой, постукивая указательным пальцем по деревянной ручке стула. Вегу радовало, что он согласился поговорить, но мужчина явно не собирался начинать беседу первым.

—Наверняка, тебя интересует история твоего появления? — мягко спросил Норд, заставляя Вегу вмиг распрямиться и навострить уши.

—Надеюсь, вам хватит благоразумия упустить некоторые моменты.

Норд лишь иронично улыбнулся, уловив недовольство в голосе аристократа.

—Мистер Гросс, неужели вы на полном серьёзе считаете, что все тёмные непроходимые дикари, не знающие, что можно говорить при ребёнке, а что — нельзя.

Вега и хотела бы напомнить, что она уже давно не ребёнок, но решила быть мудрее и промолчать. Если не считать завуалированную обоюдную неприязнь этих двоих, всё происходило не так уж плохо.

—Расскажите, как вы познакомились с мамой? Вы оба, — девушка поспешила привлечь внимание к себе.

Норд и под прицелом магического залпа не стал бы разговаривать с Вайроном, а тем более делиться чем-то настолько личным. Ему эгоистично хотелось сохранить их чувства с Авророй только для себя. Но Вега ждала. Она ждала правды. От них обоих.

Несмотря на кровную связь между ними, Норд прекрасно осознавал, что Вайрон навсегда останется важной составляющей её детских воспоминаний, её первого понимания семьи и образа отца, который она неосознанно пронесёт с собой через всю жизнь.

— Твой дедушка только-только приступил к разработке магических ламп. Проект обещал быть масштабным, но светлая знать то и дело вставляла палки в колёса, — мастер гильдии одарил Вайрона, сидящего по правую сторону от него, осуждающим взглядом, но тут же перевёл его на дочь. Было сложно и одновременно легко делиться этим, глядя на неё.

—Справедливо замечу, что не вся знать была против. Моя семья активно поддерживала все начинания Оскара Антареса и его семью.

—Благодарю за комментарий. Я могу продолжать?

—Прошу вас.

Вега едва не затряслась от непреодолимого смеха. Знали ли они, как забавно выглядят, пытаясь быть вежливыми друг с другом? Язвительность и сарказм грозились прорваться и затопить собой комнату, но мужчины упорно стремились к формальности в речи.

— Так вот, многим из магов не нравилось, что у обычных жителей появится возможность использовать свет. Оскару стали приходить письма с угрозами. Одна из них даже воплотилась в жизнь, из-за чего он не мог присутствовать на презентации своего творения. Аврора была бы не Авророй, если бы позволила закончиться этому вот так, — ни от кого не укрылось с каким трепетом он произнёс её имя. — Она вызвалась выступить вместо отца, а меня наняли для её охраны. Но, признаться, я считаю, что в этом не было необходимости. Напротив, это злоумышленникам понадобилась бы отличная охрана, если бы они повстречали твою маму.

Глаза Веги горели искренним любопытством. Она жадно ловила каждое слово.

— В первую же нашу встречу она свалилась мне на голову.

—Ах! Как это? — девушка подалась вперёд, пытаясь понять: он выразился фигурально или мама в самом прямом смысле упала ему на голову?

—Она спрыгнула на меня с дерева, проверяя достаточно ли я крепок, чтобы защищать её, — Норд улыбнулся, прикрывая глаза, и продолжил: — Аврора даже устраивала со мной спарринг, доказывая, насколько хорошо, она может позаботиться о себе.

—Что же было дальше?

Вайрон делал вид, что ему всё равно. Но рассказ задевал куда сильнее, чем он мог представить. Он знал, что несмотря на взаимное уважение между ним и Авророй, на совместные вечера в их саду или утренние прогулки вокруг дома, по-настоящему Аврора любила только этого человека.

—Она успешно представила публике проект. Моё задание подошло к концу. Мы попрощались друг с другом, как хорошие знакомые. Спустя полгода мы встретились вновь. На балу, где, должно быть, протанцевали все танцы из существующих. После Аврора неожиданно прислала мне письмо. Так, у нас завязалось общение по переписке. Иногда нам удавалось встречаться лично. С каждой встречей связь между нами становилась всё прочнее, хоть мы и старались не переступать черту. Это было опасно. Запрещено. И глупо. Но это было выше нас. Можно запрятать чувства в коробку и закрыть её крышкой, но они никуда не денутся, Вега. До встречи с Авророй, я и не знал, что можно испытывать что-то подобное. Это не было похоже, что я обрёл вторую часть себя, как говорят многие. Я всегда был целым. Но я словно нашёл верного друга, вдохновителя и само воплощение нежности в одном лице. Мы помогали друг другу ступать по извилистой и ухабистой дороге, под названием жизнь.

Кадык Норда дёрнулся, а плечи опустились под грузом печальных воспоминаний.

— А потом Аврора решила вытолкнуть меня с этой дороги. Девятнадцать лед назад меня словно окунули в лужу и не давали подняться. Я был слишком молод и эмоционален, чтобы разглядеть и понять, почему она так поступила.

На несколько минут в комнате наступила тишина. Вайрон постучал пальцем ровно семь раз и заговорил:

—Браки и связь между светлыми и тёмными были запрещены. И это — не просто глупый запрет, который можно проигнорировать. Нашего уважаемого мастера пытали бы до смерти, а Аврору заперли бы в тюрьме или запретили пользоваться магией и сослали в поместье, из которого она никогда бы не вышла. Но и это не самое худшее. Больше, чем сохранить твою жизнь, Норд, Аврора хотела защитить ребёнка.Стоит ли говорить, что дитю, рождённому от такого союза, ни за что не позволили бы жить?

Он выдержал паузу и непривычно мягко заговорил вновь:

—Мы не были друзьями с Авророй, но нас можно было назвать хорошими приятелями. Я всегда восхищался её умом и весёлым нравом. Твоя мама была энергичным и необузданным человеком, но необычайно добрым. Когда она пришла ко мне и доверила свою тайну, я решил помочь. Аврора всегда нравилась мне, но лишь после твоего рождения, я понял, что это гораздо сложнее, нежели обычная симпатия.

Вега потеряла счёт времени. Всё отошло на второй план. Были лишь она и двое мужчин, которые искренне любили её маму. Скупой на эмоции Вайрон, открывался перед ней с другой стороны, от чего в груди залегла невыносимая тоска. Девушка закусила губу, стараясь стойко сдерживать рвущиеся всхлипы, но чем дольше говорил Вайрон, тем сильнее грусть сдавливала горло.

—Ты была таким очаровательным ребёнком, Вегнесса. Клянусь, я не видел никого прелестнее и любопытнее тебя! — Вайрон не сдерживал себя. Обычно ровный тон пестрил разноцветным спектром эмоций. — Ты хотела знать всё на свете. Почему солнце не только греет, но и обжигает? Почему цветы не растут зимой, ведь они так красиво смотрелись бы на снегу? Почему ты ходишь таким хмурым, ты что не умеешь улыбаться? — он цитировал её детский лепет, а Вега не могла вымолвить и слова. Она жалела, что так мало помнила об этом. — Но в твоей любознательности таилась опасность. Аврора умело усмиряла её, избегая запретных тем. Но увы, я так не мог. Я боялся, что излишняя заинтересованность в тёмных пробудит твою силу. Я не мог допустить подобного. Вот почему пытался изолировать тебя вообще от всей магии. Поступая так, я совершил ошибку. Теперь я понимаю это.

Вега уткнулась в ладони, не желая демонстрировать слёз.

—Я ведь всегда думала, что вы… ты, по какой-то причине ненавидишь меня.

Вайрон порывисто опустился перед ней на колени, обхватывая её запястья и отстраняя от лица.

— Всё, что ты принимала за ненависть, это лишь — мой глупый страх и желание сохранить дочь только для себя. Я хотел быть единственным отцом для тебя. Прости меня.

Вега крепко притянула отца за шею, чувствуя, как обида и боль понемногу отпускали её. За столько лет она впервые обнимала его, ловя подбадривающие взгляды Норда.

Глава 17. Змея на пороге дома

☾

Где-то в глубине души Вега не верила в реальность войны, жестоких сражений и бессмысленных смертей. Возможно, именно по этой причине судьба решила преподать ей суровый урок. После примирения с отцами, девушка ощущала небывалый подъём сил. Лёгкость во всём теле и мыслях текла по венам буйным ключом. Не возникало никаких сомнений, что и дальше удача будет ступать с ней рука об руку. Так же как Вайрон и Норд открылись Веге, она откроется Яннису и сумеет достучаться до него. Она непременно убедит его, что он ни в чём не виновен. Расскажет, что с некоторых пор он стал неотъемлемой частью её мира.

Серия взрывов для всех стала полной неожиданностью. Отряд магов появился внезапно. Они налетели на мраморные стены, окружающие город, только с одной целью. Сломать когда-то возведённую преграду и, наконец, захватить столицу — мозговой центр всего сопротивления.

Ваза, окрашенная в нежно-голубой цвет лично Элизой, полетела на пол. Гулкий звук бьющегося стекла захватил разум девушки. Вега отрешённо наблюдала, как вода, которую она подсластила для того, чтобы цветы не увядали, растекается тёмным пятном.

Комната затряслась. С потолка посыпалась штукатурка. Это напоминало сильное землетрясение, вот только вызвали его отнюдь не силы природы.

«Надо найти остальных» — пронеслось в голове. Вега ринулась к двери, но та с резким хлопком распахнулась перед её лицом, едва не сбивая с ног.

— Что ты здесь делаешь?! — изумилась она, отступая назад. Все планы мгновенно отошли на второй план.

Одетый с иголочки, с высоко собранными волосами, он смотрел на неё безумным взглядом. Глаза Эвана переливались нездоровым блеском, словно его лихорадило или он выпил крепкий алкоголь.

—Идём.

Блондин совершенно не заботился о том, что его пальцы на запястье причиняли ей боль. Он вёл обескураженную девушку по пустынным старым коридорам, в которых она не бывала прежде.

—Что происходит?

—Они прорвались в город. Нужно уходить.

Вега нахмурила лоб, пытаясь осознать сказанное им.

—Но как же остальные? Где мой отец?

—Какой из них? — иронично бросает Эван, не переставая тянуть девушку за собой.

Она нахмурилась ещё сильнее, решительно сбросив руку парня.

—Я никуда не пойду, пока не удостоверюсь, что оба моих отца и Элиза в безопасности.

Вега сделала акцент на том, что ему не удастся манипулировать за счёт известной информации.

—Знаю, тебе будет сложно, но включи мозги, дорогая. С минуты на минуту в резиденцию ворвутся люди, совершенно точно не расположенные к милым разговорам по душам. Сейчас каждый, кто не сражается, пытается выбраться из города. А тот, у кого нет инстинкта самосохранения, рвётся в бой. А Норд, и, к моему великому удивлению, Вайрон тоже, как раз из таких людей.

Если подобными речами, он пытался убедить её следовать за ним, то он совершенно точно тронулся умом. Она не бросит их, спасая только себя. Вега собиралась сказать об этом, но не успела и рта раскрыть. Из-за поворота показались два силуэта. С угрожающим воплем мужчины заняли атакующую позицию, вычерчивая в воздухе заклинание. Девушка успела сотворить лунный щит. Каменные ядра и толстые стебли, которые могли бы с лёгкостью проткнуть тело, до них не добрались.

Чародейка убрала щит, намереваясь поговорить с обидчиками, попытаться вразумить их. Она сделала шаг им на встречу.

Всё произошло так быстро.

Вега ошарашенно глядела на то, как глаза мужчин расширяются в предсмертном ужасе.

—Ты убил их, — глухо прошептала Вега, отворачиваясь от мертвецов, с торчащими изумрудными копьями из груди. — Ты просто взял и убил их.

Эван уже отнимал жизнь на её глазах. Но почему-то смерть Эддингада не вызвала ту же бурю противоречивых чувств.

Блондин грозно цыкнул, обхватил девушку за плечи, слегка встряхивая.

—Мне стоило позволить им убить тебя?

—Нет, но….

Что она должна сказать?

—Умоляю, выйди из образа святой простоты. Если ты не заметила, но мы на войне. И пикнуть не успеешь, как кто-нибудь с удовольствием разделается с тобой. Что так нравится разыгрывать жертву? Хочешь, чтобы все вновь стали носиться вокруг тебя и жалеть?

Чародейка сцепила зубы. Да как он смеет?! Как он мог допустить мысль, что она наслаждалась собственным ранением?

Она молниеносно сколдовала сферу из света и с неподдельной яростью атаковала Эвана. Не ожидавший подобного парень отлетел на несколько метров и повалился на пол.

—Что ты несёшь?! Если я так противна тебе, зачем пришёл? Зачем носишься со мной? Почему не убил меня, когда была возможность? Избавился бы от многих проблем!

—Почему?! — процедил маг, медленно поднимаясь на ноги. Парень проделывал это с таким видом, будто его не вынудили упасть на пол, а он по собственной воле присел отдохнуть. — Да потому что я собираюсь пережить эту войну.

Эван надменно расправил плечи:

—У меня большие планы на жизнь. И ты не умрёшь, пока не расплатишься за всё, что я для тебя сделал.

Вега печально покачала головой: хотелось услышать совсем иное. Тот факт, что Эван искренен как никогда, расстраивал сильнее, чем мог бы.

—Мне жаль, что все твои действия направлены лишь на получение собственной выгоды.

Блондин закатил глаза. Как будто его должно волновать ещё чьё-либо благополучие.

— Я не собираюсь умирать. И я обещаю сделать для тебя всё, что в моих силах. Поэтому, спасая свою шкуру, можешь не волноваться за мою полезную жизнь.

«Ты сделаешь гораздо больше, если потребуется», — подумал он, круто разворачиваясь на пятках. Эван не стал смотреть, как она уходит, и он не стал умолять следовать за ним. Парень твёрдо решил, что никогда не будет умолять о чём-либо. Он и так проявил невероятную благосклонность, придя за ней.

Эван, действительно, вложил в чародейку время и силы. Разумеется, он хотел получить что-то взамен. Он убеждал себя, что лишь в этом кроется единственная причина его заинтересованности в Вегнессе. И всё же, под покровом ночи, с плотно задёрнутыми шторами и закрытой дверью, убедившись, что в комнате нет никого кроме него (даже мыши и прочих мелких неприятностей), он мог бы назвать ещё одну причину.

Как бы жалко это не звучало, но Вегнесса — единственный человек, который вертится где-то рядом всю его жизнь. Гувернантки, учителя, люди из академии и частных школ — все приходили и уходили. В какой-то момент и мать покинула Эвана, чтобы жить в отдельном доме и не видеть его «раздражающего лица». Даже отец оставил его. То, что Эван сам отправил Эддингада гнить в земле, не считается. Никто не задерживался возле Эвана надолго. Никто. Кроме неё.

❂❂❂

Элиза застыла. Величественная фигура смотрелась естественно в богато украшенных стенах резиденции, и всё же она была здесь лишней. Когда послышались взрывы, девушка незамедлительно покинула библиотеку, намереваясь выяснить в чём дело. Но она не подозревала, что наткнётся на самого князя.

Элиза прочла множество строк, описывающих страх, но ни одна из них не смогла бы полно отобразить её собственный. Миллионы невидимых тугих верёвок опоясали тело и не позволяли двигаться, трезво мыслить и дышать. Встреча с Хелиодором определенно превзошла все самые смелые фантазии.

Как и тогда, в саду, воздух раскалился до предела. По шее, спине и ногам вмиг заструился пот. Она словно перенеслась в парилку, в которой ужас снова и снова поливал водой нагретые камни, а жар, исходящий от них, вместе с паром застилал рассудок.

Шелка глубоких синих оттенков обнимали стройную фигуру мужчины, а в угольных волосах мерцали пышные цветы в тон одеянию. Князь был до ужаса прекрасен, с изящными чертами лица и пленительным алым взглядом. Элиза могла бы восхититься им, однако всё его великолепие безумно отталкивало. Никто в здравом уме не станет погружать руку в огонь, каким бы заманчивым не казалось пламя в камине.

Он остановился, бросил какую-то фразу за спину и сосредоточился на ней. Элиза боялась, что лишится чувств, но решила стойко выдержать это испытание. Её ноги тряслись, а запястья ныли, напоминая о ране, которую когда-то нанесли остатки магии Хелиодора. Девушка не хотела знать, что почувствует, если он атакует хотя бы в половину нынешней силы.

—То, что вы здесь… значит ли это, что вам наскучила война, и вы намерены закончить её?

Она не могла произнести «убить нас всех», но, кажется, Хелиодор и так догадался, что её беспокоит. Элиза опасалась, что разгневала князя тем, что дерзнула задавать вопросы, но его выражение лица продолжало оставаться снисходительным и немного заинтересованным.

—Это случится, — не оставляя никаких иллюзий произносит он, — но не сегодня. Я пришёл встретиться с вашим предводителем.

Предводителем? Формально сопротивлением всё ещё управлял совет, но все знали, чьё слово на самом деле имело вес.

—Но поговорим о тебе.

Элиза испугано выдохнула. Внимание князя не льстило ей, а пугало до мокрых ладоней.

— Я нахожу твои способности занятными. Ты могла бы пригодиться мне.

Имея в подчинении кого-то подобного, князь мог бы избежать многих неприятностей. Используя знания, которые она добывала бы для него, он мог бы манипулировать подчинёнными. Держать их в узде, не позволяя допустить и мысли о предательстве.

Князь хрипло рассмеялся, заметив отблеск отвращения, проскользнувший на её лице сквозь пелену страха. Сегодня, он будет милосердным.

—Я не предлагаю дважды. Помни об этом.

Хелиодор сверкнул глазами и прошёл мимо, громко шелестя подолом мантии.

Девушка упала на колени, закрыв рот руками. Она из всех сил сдерживала рвоту. Или лучше позволить желудку извергнуть из себя тот скудный набор фруктов, которые она съела за завтраком? Может хоть так получится избавиться от противного чувства?

Элиза вскрикнула, почувствовав прикосновение к запястьям. Она хотела отшатнуться, но тело не двигалось, а холодные руки держали цепко. Всё те же доспехи и всё тот же печальный взгляд, выворачивающий душу на изнанку. Но он не обманет её. Девушка хорошо помнила, кто скрывается под этой маской потерянного мага. Мужчина, на чьём лице не отражалось и капли сожаления, пока его магия мучила её друга.

—В тебе есть мудрость, которой многим не достаёт. Выполняй всё, что прикажет господин, и он пощадит тебя, — голос Адроса напоминал оглушающий рёв волн, бьющихся об скалы. Но его слова помогли ей прийти в себя.

То, что чародейка собиралась сделать, было настоящим безумием, но она всё равно попробует. Возможно, ей удастся узнать что-нибудь полезное. Любую мелочь, которая поможет противостоять Хелиодору.

Вереница из воспоминаний закружилась перед глазами. Элиза наугад потянулась к одному из самых тусклых отрывков его памяти. Она очутилась на берегу реки: бурное течение уносило куда-то вниз мелкие палочки, листочки — всё что попадало в его руки. Чародейка заметила мага и нахмурилась: тот, кто ранее дрожал от одного вида воды, радостно резвился у самого края непрерывного потока. Маленькому Адросу было не больше пяти, и он вовсе не боялся. Тёмно-серая жидкость льнула к крошечным ладошкам мальчика. Казалось, оглушительное журчание пыталось исполнить ласковую песню. Крупные капли кружили вокруг детского лица, на котором застыл восторг.

За этим воспоминанием следовало другое, куда более мрачное. Контраст ощущений обрушился на Элизу, заставляя поёжиться. Мужчина, так напоминающий Адроса сейчас, с абсолютно нечитаемым выражением лица топил подростка в ядовитой голубизне звёздного моря. Адрос размахивал руками, пытался вырваться, но мужчина не переставал наматывать серебристые волосы на кулак, окуная мальчика в воду.

Чародейка не смогла сдержать облегчённого выдоха, когда появились следующие воспоминания. Многие из них были наполнены паникой. Адроса мучила агония страха, стоило ему оказаться рядом с водой. Но кошмар отступал, если Хелиодор вдруг оказывался поблизости. Маг воды снова мог дышать, а страх не сдавливал сердце.

Почему вода не душила Адроса, не заполняла лёгкие и не пыталась убить его только, если с ним находился Хелиодор? Элиза не успела поразмышлять об этом: Адрос вытолкнул её из своей головы. Оба мага тяжело дышали и смотрели друг на друга ошарашенным взглядом.

«Как такое возможно»? — Адрос не знал, что существовало время, когда он чувствовал такую лёгкость возле воды. Сначала он решил, что это— проделки чародейки, но она испытывала то же удивление, что и он.

— Ты же понимаешь, что это странно?

Это казалось ему гораздо большим, чем «странно». Адрос всегда считал князя особенным. Но одно дело думать так самому, подпитывая чувства, и другое — когда тебе демонстрируют, что он особенный. Вот тут-то и возникает мысль. Она появляется из самых недр, оттуда, где всё ещё живёт тихий голос разума, не ослеплённый своей нездоровой привязанностью.

❂❂❂

Норд не успел обдумать, как ему поступить: броситься на помощь всем в городе или напасть первым, выигрывая немного времени? Хелиодор не позволил бы ни того, ни другого. Вокруг рабочего стола, за которым Норд провёл долгие бессонные ночи, вспыхнуло пламя. Огненное кольцо отгородило мастера от всей комнаты.

Хелиодор похлопал ладонями, стряхивая с кончиков пальцев красные искры. Тёмный князь величественно прошёл мимо мужчины и опустился в кресло.

«В моё кресло», — пронеслось в голове Норда. Под пронзительным взглядом мастер занял позицию напротив и мысленно досчитал до пяти. Ему нельзя поддаваться эмоциям. Ни страх, ни злость не должны захватить контроль над разумом. Лишь холодное спокойствие — верный помощник в такой ситуации.

— И так, небезызвестный Норд, — Хелиодор мазнул взглядом по суровому лицу собеседника, — бесконечно рад, что среди мусора всё ещё можно отыскать нечто стоящее.

Норд молчал, просчитывая в голове возможные варианты отступления.

—Скажи, как долго вы собираетесь продолжать это сопротивление?

Мужчина помедлил, после чего произнёс:

— Какой ответ должен прозвучать, чтобы вы дали нам немного времени?

—Ты умён, Норд. И осторожен. Качества настоящего лидера. Вот только стоит ли оттягивать неизбежное? Разве не лучше стоять на двух ногах, чем балансировать на одной?

— Баланс — добродетель внутреннего умиротворения.

Хелиодор опустил подбородок, пряча лёгкую ухмылку. Что же ему делать? Он уже сломил дух большинства. Лишь Норд и его верные детишки до сих пор продолжали трепыхаться, всё ещё храня надежду. Они напоминали ему рыб, выброшенных на берег, но пытающихся вернуться в море.

—Я хочу раздавить вас ровно настолько же, насколько хочу продлить триумф, — наконец произносит князь.

—Хотите сделать вино вкуснее, дайте ему время.

Хелиодор упёрся локтями в стол, мягко подавшись корпусом вперёд.

—Великолепное изречение, мастер.

Князь всего на секунду отвлёкся от Норда, бросая взгляд на вошедшего. Однако этого хватило, чтобы Хелиодор уловил некую напряжённость мага воды. Ни расслабленная поза, ни спокойное лицо не демонстрировали этого. Но взгляд. Адрос не посмотрел на него, когда входил и не смотрит сейчас.

«Что такого интересного в этом грязно-жёлтом ковре, на который он так пристально уставился?» — Хелиодор ощутил ненавязчивый укол смятения. Однако это чувство было, словно прикосновение пера к лицу.

—Допустим, я дал бы вам фору, скажем, в полчаса. Что ты можешь предложить в ответ?

Норд незаметно вытер несколько капель пота, выступивших на лбу. Что он мог предложить ему? Имел ли в виду он что-то конкретное?

— Прошу, обрисуйте свои желания менее туманно. Чего вы хотите? Золото? Особых слов? Или, быть может, мою жизнь?

—Ну-ну, ни к чему так просто раскидываться своей жизнью, Норд. Она у тебя ценнее золота. Да и к чему мне оно? Я не жаден до богатств, меня интересуют другие ресурсы.

Хелиодор осознавал — этот гордый мужчина, сидящий перед ним, готов на многое. Но что именно ему приказать?

— Передайте нам Маверик.

Фамилия прогремела на весь кабинет, подобно звуку удара камня о воду. Шея Норда звучно хрустнула, когда он резко повернулся в сторону притаившегося в тени мага воды.

—Объяснись, — тон Хелиодора не был требовательным, и всё же в нём чётко прослеживался приказ.

Князь, действительно, хотел бы, чтобы Маверик присоединилась к ним, но поступок слуги не вписывался в его обычное поведение. В подобных вопросах Адрос всегда следовал указаниям. Проявление неожиданной инициативы насторожило. А ведь Хелиодор думал, что с его нынешними силами, он должен позабыть это чувство.

—Её магия будет полезна для вас, господин. Вы ведь и сами так считаете.

Кожа Адроса вибрировала под обжигающим взглядом. Он продолжал разглядывать пол, несмотря на упрямое желание, подговаривающее его одним глазком посмотреть на Хелиодора.

Наступила оглушительная тишина. Та самая, когда тебе хочется кричать, топать ногами, делать всё, что угодно лишь бы избавиться от этого страшного и давящего на психику чувства.

Хелиодор выпрямился и слегка вздёрнул подборок, внимательно следя за бурей эмоций, развернувшихся на суровом лице Норда.

—Что скажешь, Норд? Одна жизнь, против всех остальных.

Норд уязвлённо поправил ворот рубахи, понимая, как должен поступить.

«Вега никогда не простит мне этого».

Глава 18. Побег от зверя

☾

Вега обнаружила Элизу, сидящей на полу и что-то бормочущей себе под нос. Она кусала кончик указательного пальца и время от времени кивала, словно одобряла ту или иную мысль.

—Нам нужно уходить, — тихонько прошептала чародейка, осторожно касаясь плеча подруги.

Та резко вскинула голову, и Вега разглядела нечто безумное в глубине зелёных глаз.

—Я видела его, Вега. Видела Хелиодора.

Девушка попыталась игнорировать вспыхнувший страх. Уняв дрожь в голосе, она лишь твёрже повторила:

— Мы должны уйти.

Элиза кивнула, механически поднимаясь на ноги. Девушки не успели пройти и десяти метров, как из-за поворота показался встревоженный Норд. Вега почувствовала, как глухое отчаяние заполняет её лёгкие. Словно она только что сделала глубокую затяжку самой крепкой сигары. Отец выглядел ещё более диким, чем Элиза.

—Что случилось? —осторожно поинтересовалась Вега, но Норд даже не взглянул на дочь.

Однако Элиза начала догадываться в чём дело.

—Какие условия он выдвинул?

—Он даст нам сорок минут на то, чтобы покинуть город при условии, если мы… если ты останешься.

— Это было ожидаемо.

Вегу поразило спокойствие девушки. Она отступила назад, гневно тряся головой:

—Этого не будет! Мы ни за что не позволим подобному произойти!

—Вега, послушай, — Норд попытался коснуться её плеча, но она стряхнула его руку. Он поджал губы и постарался говорить медленно и спокойно. —Никто не хочет подвергать Элизу опасности, но…

—Твоё НО о многом говорит. Разве можно решать за других?!

Стены завибрировали, а пол под ногами задрожал. По городу вновь прокатилась серия взрывов. Окна выдержали ударную волну лишь благодаря тому, что были сделаны из магического стекла.

—Мы теряем время, — глухо прокомментировала Элиза, пытаясь собрать мысли воедино. Она понимала, что пустыми разговорами, они лишь оттягивали неизбежное. Элиза одной рукой обхватила ладонь Веги, а второй — коснулась лица подруги.

—Я понимаю твои чувства. Больше всего на свете я хотела бы убраться из этого места. Но, возможно, это наш последний шанс.

—Шанс на что? Если вы не хотите слушать голос моих эмоций, то вот вам голос разума — мы лишь передаём ему в руки ещё один меч, способный нас убить! Твои силы. Неужели ты не понимаешь, Элиза? С твоей магией он сможет найти слабость любого.

—Да, но я могу попытаться найти его уязвимые места. Нам не победить Хелиодора в честном бою. Хитрости — всё что нам остаётся.

В глазах защипало. Безнадёжность свалилась тяжким грузом.

—Думаешь, он позволит тебе?

Вега не могла остановить слёзы.

—Не плачь, ты ведь знаешь, если я чего-то захочу, то обязательно добьюсь этого.

—Но какой ценой?

Элиза притянула девушку к себе, успокаивающе погладив по голове. Затем резко оттолкнула её от себя, кивая Норду. Она знала, как непросто далось мужчине это решение. Но он должен быть сильным. У него не было иного выбора. Как и у неё.

Норд закинул дочь к себе на плечо, не давая ей времени на сопротивление.

—Нет! Стой!

Удаляющиеся шаги и крик Веги отдавались пульсацией в голове.

«Отпусти меня!»

«Мы не можем!»

«Элиза-а!»

❂❂❂

—Посмотри на меня.

Хелиодор опустился на край стола. Скрестив руки на груди, князь наблюдал за несмелыми попытками Адроса противостоять приказу. Сложившаяся ситуация совсем немного, но начинала выводить из себя. Неожиданно он почувствовал, как поводок, который всегда был в его руках, пытается ускользнуть.

—Я сказал: подними. Свою. Голову.

В два коротких прыжка Хелиодор приблизился к мужчине и схватил его за подбородок.

Адрос облизал пересохшие губы. Голова шла кругом: от мыслей; от собственного поведения; от близости господина;

—Хочешь самостоятельности? Свободы? Я никогда не держал тебя, Адрос. Ты можешь оставить меня, когда захочешь.

«Оставить», — эхом пронеслось в голове. В одном слове воплотились все страхи Адроса. Он боялся променять место подле князя на свободу. Он ненавидел, что слова вообще могли складываться в подобные формулировки.

—Прошу вас, не говорите так.

Маг воды вскинул подбородок, сталкиваясь с двумя красными рубинами: именно этот драгоценный камень напоминали глаза князя. Хелиодор смотрел на него прямо, словно пытался проникнуть, он мог бы сказать «душу», но её у него давно не было. Нет. Хелиодор добирался до самой сути, центра сосредоточения всего веретена мыслей.

—Тогда чего же ты от меня хочешь?

—Вас…целиком… — стало стыдно из-за собственного сдавленного голоса и предательских слёз, насмешливо собравшихся в уголках глаз.

Хелиодор сильнее стиснул щёки слуги, еле сдерживаясь, чтобы не раскрошить ему челюсть. Он презирал собственное смятение. Ненавидел те отголоски волнения, что вызывал в нём Адрос. Без слов князь впился в податливые холодные губы. Он жадно впитывал всю влагу Адроса. Он готов был испить его досуха лишь бы избавиться от назревающих досадных происшествий.

❂❂❂

Норд отпустил её только, когда они уже были на границе города. Разрешенные улицы, мёртвые тела проносились перед глазами Веги. Она с трудом подавляла рвотные позывы, лишь негодование подпитывало её силы и заставляло работать мозг. Она молча наблюдала за тем, как отец разъяснял людям и магам, как им следует действовать. Раненые и дети идут первыми, маги, чьи силы способны дать отпор тварям, идут последними. Когда время выйдет, они задержат преследователей.

Норда беспокоило её излишнее спокойствие. Она не сказала ему ни слова.

—Я понимаю. Элиза — твоя подруга. Это непросто принять.

—Подруга?! — Вега гневно посмотрела на Норда. — Элиза — человек. Человек, который не заслужил быть разменной монетой.

Кадык Норда дёрнулся. Ладони вспотели. Он нервничал, но не смел отвести взгляда от дочери.

—Если бы Хелиодор потребовал меня? Ты пожертвовал бы мной ради других?

Одна мысль об этом вызывала у Норда приступ удушья. Мужчина хрипло, но твёрдо прошептал:

—Ни за что.

Казалось, подобный ответ лишь ещё больше разгневал Вегу.

—То, что я твоя дочь, не делает мою жизнь ценнее жизни Элизы.

—Ошибаешься, — тон Норда стал жёстким. — Это делает твою жизнь ценнее любого, даже моей собственной.

«Похоже, только один человек способен меня понять. Яннис. Будь он здесь, то помог бы. Не допустил этого. Он — единственный, кто встал бы на мою сторону. Вот только даже он не хочет меня видеть…».

Эван заметил эту парочку ещё издалека. Они спорили друг с другом, не обращая внимание на других. Блондин обвёл фигуру Норда внимательным взглядом. На протяжении месяца Эван изучал этого человека, методы его работы. И несмотря на некоторые обстоятельства, не так уж мастер гильдии и отличался от Эддингада или его самого. Норд стремился к власти, она притягивала его, вне зависимости от того, как он действовал и что говорил.

Щёки Вегнессы пылали. Она злилась, но вместе с тем её взгляд был до невозможности печальным. Его всегда поражало это странное умение: сочетать твёрдый внутренний стержень и глупую эмоциональную слабость.

— Не будь заевшей пластинкой. Ваши распри подождут, а враг — нет.

Вега вздрогнула, услышав знакомый голос. Разве он не должен был уже покинуть столицу?

—Сейчас не до тебя, Эван, — несдержанно выдохнула чародейка.

—Сейчас не до твоих истерик, Вегнесса. Люди ранены. Напуганы. И не знают, что делать. Им нужен лидер и холодный разум, а не рыдания.

Вега была готова ударить его вновь, только бы задвинуть этот рассудительный тон мага на задворки сознания.

—Отряд защиты уже готов, — Эван лишь на секунду прервал зрительное противостояние с девушкой, чтобы обратиться к мастеру. — Ждут только вас.

—Хорошо. Уведи её, Эван.

Вега почувствовала себя, как никогда одиноко.

❂❂❂

—Как мы поступим? Направимся в столицу?

Вот уже как полчаса Делл наблюдал за тем, как Яннис сгорбившись смотрел в одну точку. В какой-то момент художнику показалось, что он просто спит с открытыми глазами.

Они попали в умело выстроенную ловушку, и это без сомнений подорвало боевой настрой отряда. Яннис должен был это исправить, но не мог отделаться от странного чувства, щемящего в груди. Ему чудился голос в голове. Тихий-тихий, но столь жалобный, что сводило зубы.

—Нет, — наконец произнёс маг молний.

Парень встал, расправил плечи и напряг голосовые связки, так, чтобы все могли его хорошо расслышать:

— У нас не осталось выбора. Мы возвращаемся в гильдию.

Волна шёпота прокатилась среди людей.

—Но как же те, кто был в столице? Мы не придём им на помощь?

Яннис грозно свёл брови, словно одна мысль об этом оскорбляла его.

—Я знаю тактику мастера. Он сделает всё, чтобы люди покинули Алиот. Все, кто уцелел, направятся в гильдию. Мы поможем, если доберёмся туда как можно быстрее.

Всполохи рассветного солнца играли с лицом Янниса. Делл наблюдал за этим и не мог отгородиться от предчувствия чего-то страшного и неизбежного.

❂❂❂

Когда Феликс нашёл её, Мелани едва успела поправить смятую одежду.

—Что случилось?

Узкая полоска губ парня свидетельствовала о чём-то серьёзном. Он был встревожен, хоть и пытался не демонстрировать этого.

—Наша разведка засекла отряд в близи Капеллы.

—Они идут к гильдии?

Мелани покосилась на Мистгана, который встал рядом, незаметно касаясь её талии.

Феликс сделал вид, что вовсе не заметил особенного взгляда дворецкого, направленного на девушку.

—Нет. Они засели в лесу. Никаких поползновений в нашу сторону.

—Тогда что тебя беспокоит?

—Погода. Она словно взбесилась.

Чародейка взглянула в окно. Чёрные тучи тяжёлым покрывалом укрыли небо. Ветер подхватывал крупные снежные хлопья, которые застилали от людских взглядов деревья и прилегающие здания к гильдии. Окна начали покрываться причудливым морозным узором. Таким же ледяным узором сковало её горло. Происходило что-то противоестественное. Жуткое. Вполне в духе людей Хелиодора, таких же вычурных и пугающих.

❂❂❂

Грегори не без интереса разглядывал внушительных размеров здание гильдии Ванда. Мрачное, неприступное и хранящее множество тайн, оно так и просилось быть разрушенным. Колкие снежинки льнули к его бледным щекам и ярко подведённым глазам. Маг щурился, но не моргал, наслаждаясь ощущением прохладной влаги на зрачках. Князь выделил ему людей, но ему не хотелось разделять первые прекрасные моменты битвы с другими. Именно поэтому он отправился один. Грегори должен ощутить то острое сопротивление, которое бывает лишь в самом начале. Он чувствовал себя стервятником, вот только караулил не падаль, а события.

Маг хотел увидеть живые эмоции на перепуганных лицах врага. Запомнить до мельчайших подробностей: крики, вспышки магии, вывихнутые конечности, алые краски на белейшем снегу, чтобы потом отобразить всё в стихах. Грегори сделал шаг вперёд, а затем два шага назад.

—Словно маленький зверёк, он притаился за спиной. Волк? Лисица? Иль для очей услада и блудница?

Разряженный из-за мороза воздух не упускал не единого звука. Грегори расслышал тихий выдох, как и почувствовал морской запах, пропитанный солью.

Яростный ветер разогнал снежную пелену. «Лёд и воздух. Необычно» — Грегори не спешил нападать. Прежде ему хотелось хорошенько рассмотреть чародейку, представшую пред ним.

Он не прогадал: она, действительно, прекрасна. Словно саму жизнь, с её неиссякаемой энергией, заключили в стройное молодое тело. А какой колючий взгляд? Грегори уже сталкивался с подобным взглядом однажды. И хоть его обладательницу пришлось убить, он навсегда увековечил образ девушки в потоке рифм.

Приложив ладони к груди, он произнёс немного на распев:

В тот миг, когда они столкнулись,

Земля и небо встрепенулись.

Застыли. Задрожали. Ответа ожидали.

Но маги всё молчали.

Так что же, дева, не тяни.

Позволь словам сорваться с уст.

Позволь всем мыслям вырваться наружу.

Ведь стоит льду коснуться твоих губ,

Как сама смерть вопьётся в душу.

Мелани усмехнулась. Его завуалированная угроза подстегнула отбросить страхи и сомнения. На кон поставлено слишком многое, чтобы она вновь проиграла.

—Едва ли твой лёд доберётся до моих губ, — чародейка обольстительно улыбнулась.

Девушка набрала в лёгкие как можно больше воздуха и пронзительно засвистела, создавая чёрную воронку, устремившуюся к магу. Разгорячённая кожа девушки не успевала покрываться потом: он тут же покрывался тонкой корочкой льда. Мелани уворачивалась от атак. Взмывала в воздух, чтобы ноги не сковало магией врага. Хлопья снега пытались лишить её зрения, бережно укрыть своего хозяина. Но ветер чародейки был быстрее.

Глаза Грегори быстро бегали из стороны в сторону, стремясь не упустить из виду каждый незначительный взмах руки или движение ног. Но он не мог поспеть за резкими, но необычайно лёгкими жестами. Не мог запоминать строчки, мигающие в мыслях. В какой-то миг чародейка просто испарилась. Растворилась в воздухе. Одурманенный подобной мощью Грегори замер, а с его губ слетело:

—Возможно ли угнаться за ветром?

❂❂❂

Люди продолжали бежать от столицы и после наступления темноты. Вега освещала путь, пока магия не истощилась, а ей самой не понадобился отдых.

Алфекка, принявшая на себя борозды правления в отсутствие Норда, настояла на привале, пускай и недолгом. Всем без исключения требовалась передышка. Пауза, которая избавила бы напуганных людей от гнетущего ощущения, что они все — добыча, бегущая от зверя.Женщина как могла замаскировала их местонахождение деревьями с пышными листьями и густыми кустами.

После установления порядка дежурства некоторые маги отправились спать. Несмотря на усталость Вега вызвалась заступить на пост первой. Она знала, что не уснёт.

Как она могла спать, когда воображение подкидывало ужасные картины с участием Элизы?

Как могла спокойно придаваться сладким мечтам, когда Норд и Вайрон до сих пор не вернулись?

Разве она могла позволить себе расслабиться хоть на секунду, зная, что Мелани, Феликс и Яннис ведут бои, рискуя жизнью?

Ночной холод опустился на лес, но не горело ни одного костра, чтобы ненароком не привлечь внимание преследователей. Вега укуталась в дорожный плащ, но даже он не спасал от озноба.

«Ничего бы не было, не отдай я камень в руки врага…» — подумала она.

—Так и есть, — насмешливо произнесли за спиной.

Девушка обернулась, приметив высокую фигуру парня. Эван передвигался плавно и бесшумно. Если бы парень сохранял молчание, скорее всего, она продолжала бы оставаться в неведении, что он так близко.

—Но сделай ты так, и твой маг молний не дышал бы столь же беззаботно, как сейчас.

Она подивилась странной фразе блондина и тем непроницаемым выражением, застывшем на его лице. Эван расположился напротив, расслаблено облокотился на дерево и вытянул ноги. Носками он касался её лодыжки. Совсем легко, но достаточно ощутимо, чтобы чародейка начала нервничать.

Вега покосилась на обувь парня, сделанную из оленьей кожи. Удивительно, но даже во время войны Эван не упускал возможности похвастать своим положением и богатством. Сбросив наваждение, Вега наконец поняла, что её смутило.

—Откуда ты знаешь, что произошло тогда?

Эван позволил самодовольству показаться на лице. Он знал гораздо больше, чем она могла себе представить.

—Забудь, — тут же произнесла девушка, завидев его ухмылку.

Маги замолчали. Где-то слева раздался храп, а справа тихий стон, наполненный болью.Вега тяжело вздохнула, схватившись за голову. Кровь застучала в висках. Лишь годы тренировок заставили взять себя в руки и напустить маску спокойствия. В последнюю очередь она хотела, чтобы Эван стал свидетелем ещё одного проявления слабости с её стороны.

—Тебе стоит поспать.

Вега ощутила волну внезапной злости. Почему он сидит рядом? Почему ведёт себя так?

—Перестань. Кажется, мы уже выяснили, что я сдержу обещание, когда придёт время. Поэтому нет нужды впутывать меня в эти замысловатые игры.

—Ты сама играешь с собой, пытаясь найти в моих словах то, чего я не закладывал.

Громкое пение кукушки на секунду отвлекло магов. Прищурившись, Эван посмотрел куда-то вглубь леса, а затем продолжил:

—Скоро мы продолжим идти. Солнце ещё не встало, нам понадобится твоя магия. Вот и всё, что я имел в виду.

Он был прав. Однако несмотря на их ненормальную связь, тянущуюся из детства, у Веги была тысяча причин не верить ни единому слову, и ни одной — чтобы довериться. Если понадобится, если сам захочет он предаст её. Впрочем, будет ли это считаться предательством?

—Можешь не верить. Можешь считать себя закрытой книгой, но кое-что я успела о тебе понять. Давай отбросим словесные дуэли.

Маг уставился на неё в немом вопросе.

—Зачем ждать, Эван? Зачем оттягивать неизбежное? Вонзи нож в спину прямо сейчас.

Мускулы на лице блондина напряглись, но тут же расслабились.

—Это не сработало в первый раз. С чего ты решила, что сработает во второй?

Вега еле слышно ахнула и неосознанно опустила руку на живот, туда, где всё ещё заживал шрам.

—Ты ужасен…— голос девушки дрожал.

—Я честен, — возразил Эван, протягивая ей руку. — Идём, ты должна поспать.

Глава 19. Змеиный клубок

☾

Минула неделя, с тех пор как она оказалась в плену. Однако казалось, что прошло куда больше. Мозг Элизы не переставал работать. Он ожидал опасности, а потому анализировал каждый звук: будь то тихие стуки обуви или едва различимый шёпот.

Девушка ни на минуту не позволяла себе расслабиться. Она старалась не выходить из своей комнаты. Лишь вечером, когда в бесконечных коридорах загорались факелы, Элиза выглядывала ненадолго, чтобы разведать обстановку. Хелиодор уничтожил магические лампы. Только его огонь освещал резиденцию, пугая Элизу. Сколько силы таилось в этом человеке?

Ночью, прежде чем приступить к четырёхчасовому сну чародейка запирала дверь и натягивала верёвку у порога. Врага не остановит, но даст пару секунд на то, чтобы проснуться и постараться себя защитить.

Негромкий стук. Элиза бросила краткое «входи», мимолётно взглянув на руки. Тело начало привыкать к жизни в постоянном стрессе, однако пальцы всё ещё дрожали. Девушка не обернулась, но поставила перед собой зеркало, в котором отражался вход в комнату. Скорее всего пришла Хейли. Тёмная чародейка-подросток приходила к ней каждый день, принося еду. В следующем году девочка должна была вступить в одну из гильдий. Не будь войны. Но теперь она здесь. Её мать оказалась полезной, и князь согласился не убивать девочку. Мужчина великодушно назначил её на роль прислуги.

Первое время Элиза недоверчиво косилась на еду: опасалась яда. Но потом поняла, что Хейли не причинит вреда. Во всяком случае до тех пор, пока ей не прикажут этого сделать. Чародейка взглянула в зеркало и нахмурилась. Это была не Хейли. С серебряным подносом на пороге стоял Адрос. Девушка впервые видела его без доспехов, но от этого он не стал менее пугающим. Она знала, что рано или поздно он придёт. Знала, что ему нужно. Ей и самой необходимо узнать тайну его страхов. Возможно, в этом кроется ключ к победе над Хелиодором?

—Поешь.

Мужчина поставил поднос на шаткий столик, и Элиза нахмурилась чуть сильнее. Помимо привычного хлеба, ломтика сыра и чёрного чая девушка заметила несколько сочных фруктов, орехи и, кажется, бокал с соком?

Девушка подошла к столу, обвела еду взглядом и взяла лишь хлеб. Она должна поладить с ним, но это не значит, что стоит забыть о своём статусе. Она пленница. Её жизнь висит на волоске. Однако у Элизы есть достоинство, которое они не в силах отнять.

Адрос молча наблюдал, как девушка откусывает заветренный сыр, затем тщательно прожёвывает сухой хлеб, не забыв сделать глоток крепкого напитка.

Гордая. Уголок рта Адроса дёргается в подобии улыбки.

❂❂❂

Вега обводила взглядом причудливую природу во владениях Звёздного народца и всё не решалась заговорить. Наконец она нашла в себе смелость:

—До сих пор бросает в дрожь, когда вспоминаю, как мы потерялись в тумане.

Яннис кивнул, продолжая уверенно пробираться сквозь лесную чащу.

—Не могу перестать думать об этом. Всё время спрашиваю себя: как мне найти Янниса, если он потеряется вновь?

Парень остановился, вскинул голову, задумчиво наблюдая за покачивающимися ветками.

—Подойди-ка.

Яннис прижал указательный палец к центру женской ладошки.

—Ты – здесь. Чтобы найти меня, всего лишь двигайся в верном направлении, — он мягко провёл подушечкой по запястью Веги. Прочертил плавную линию вверх, пока не остановился у гулко бьющегося сердца. — Просто следуй за ориентиром. Он подскажет.

Вега сморгнула воспоминание, почувствовав влагу на лице. Дождь. Грязь. Бегство. Нападение врага и всё с начала. Они словно белки в колесе, которые никак не могли осознать — нужно лишь остановиться, и замкнутая цепочка перестанет быть таковой.

Чародейка вновь посмотрела на руку. Ссадины и мозоли: ничего общего с некогда благородной леди. Зло скрипнув зубами, Вега с тоской подумала о Яннисе. Он нарисовал карту, чтобы она всегда могла его найти, но сам же её разорвал. Крики Алфекки вынудили забыть о Яннисе. Вражеский отряд с десятком тварей наступал им на пятки, а значит пришло время вновь сражаться.

Вега сплёвывала влагу и грязь. Она замешкалась всего на секунду, помогая освободить ногу пожилого мужчины от верёвок, сотканных из магических нитей. Она велела ему бежать, получая неожиданный удар в спину. Ядовито-жёлтые нити оплетали ноги, стягивая их до хруста костей. Вега вскрикнула и задёргалась. Чем ближе враг подходил к девушке, тем сильнее становилось заклятие. Счёт шёл на секунды. В голове билось лишь одна мысль — она должна выжить.

❂❂❂

Этот кошмар снился Яннису не в первый раз. Бесконечный коридор с фигурами, на чьих лицах были высечены страдание и ужас. Спустя несколько секунд статуи преображались. Это больше не каменные изваяния, а их эмоции не просто сделаны кем-то. Это была Вега. Её чувства были настоящими. И это он — источник каждой крупицы боли.

Порой муки совести бьют гораздо сильнее, чем любое смертоносное заклинание. Яннис в полной мере прочувствовал эту закономерность. Он виноват, и он никогда не перестанет помнить об этом. Маг понимал, что больше не имеет право быть с ней. Это осознание горькое и отвратительное, но справедливое. Он засыпал и просыпался с этими мыслями. Пытался смириться. Однако в тайне считал минуты, надеясь скорее увидеть её. Даже сейчас, подгоняя отряд и пропуская привалы, он преследовал эту цель.

—Уверен, с Вегнессой всё в порядке, — Деллу хотелось хоть как-то поддержать тёмного, который с каждым днём всё больше погружался в себя.

Вегнесса. Звучало очень по-аристократически. Яннис успел позабыть, что когда-то чародейка принадлежала совсем другому миру. Встреться они на каком-нибудь приёме: она в качестве персоны из высших слоёв, а он — обычного тёмного на задании, заметили бы они друг друга? Сумел бы Яннис сквозь собственные предрассудки и злость разглядеть хоть что-то помимо её статуса и богатства?

Была ли Вегнесса похожа на Вегу, что он знал?

—Вы знакомы?

Делл потупил взгляд. Ему было неловко делиться личными воспоминаниями, но взгляд Янниса словно опутал язык ниточками, которые заставляли его двигаться.

— Возможно, она даже не помнит меня. Это был день очередного приёма. Действие весьма утомительное, но надо признать вдохновляющее. Как художнику мне нравилось наблюдать за парами, кружащими в вальсе. Хотелось передать ощущение лёгкости и нежности, но картина получалась скверной. Так думали многие.

Делл зажмурился, проживая вновь не самые приятные моменты.

— Не буду упоминать те высказывания, которыми они её наградили. В какой-то момент один из шутников плеснул вино. Картина была полностью испорчена. Клянусь, я был готов разорвать полотно и оставить эту затею. Но появилась она. Вегнесса долго разглядывала набросок, а потом сказала, что не видела ничего более необычного. В моих красках была жизнь. Жизнь, представляешь? Никто не говорил мне подобного.

—Ты закончил её?

—Закончил. Я хотел подарить картину Вегнессе, но так и не решился.

Тепло. Яннису казалось, что его завернули в несколько мягких пуховых одеял и успокаивающе погладили по голове. Вегнесса. Светлая. Аристократка. Кем бы она ни была, она всегда останется для него Вегой. Невероятной русалочкой.

❂❂❂

Она продолжала водить жёсткой тряпкой по телу, всё ещё ощущая липкую густую кровь убитого мага. Словно наяву девушка вновь видела, как исчезает осознанность из глаз мужчины, и он испускает последний вздох, напоминающий странное хрюканье. Иногда, чтобы выжить, ты вынужден делать ужасные вещи. Либо ты, либо тебя. Вега прекрасно понимала эту закономерность. Она знала, почему поступила так. Но чародейка не могла отделаться от мысли, что вместе с жизнью того мужчины стёрла все его воспоминания, мечты и надежды.

Кожа горела, но Вега не прекращала пытку. Она не пыталась избавиться от саднящей боли. Ей нужна была эта боль. Только так она могла хоть немного заглушить комок ужаса, вопящий где-то в затылке.

Вина. Вот что разъедало душу.

«Неужели Яннис чувствует нечто подобное?»

К горлу подкатила желчь.

Запах цитрусов застал её врасплох. Она точно знала, кому он принадлежит. Однако это бесполезное знание никак не помогало привыкнуть к постоянному присутствию Эвана.

—Что тебе нужно? — тон вышел немного резче, чем планировалось, но сейчас она не могла жалеть и об этом.

Он скользнул взглядом по её лицу, покрасневшим участкам кожи, пока не наткнулся на оголённый живот.

—Что?

Эван шагнул к ней навстречу, не сводя взгляда со шрама. Он казался ему неестественным уродливым пятном на некогда чистом полотне.

Дрожь прокатилась по телу, но Вега продолжала стоять на месте. «Возможно ли понять, что происходит в его голове?»

Секунда и сдавленный стон изумления разрезает лесную тишину. Кончиками пальцев он обводил границы затянувшегося пореза, в то время как острая металлическая шпилька, зажатая в руке, застыла в нескольких сантиметрах от шеи Эвана.

Ситуация до абсурдна неправильная. Его прикосновения. Её угроза. Она сомневалась в Эване, но вовсе не желала ему смерти. Однако тело среагировало само по себе.

—Лучше бы так оборонялась, когда твой маг захотел сделать из тебя канапе своим ножом.

Чародейка отшатнулась, но даже так не смогла избавиться от ощущения чужих рук. Он словно запустил под кожу тысячи маленьких иголок, иначе она не могла объяснить пульсирующее покалывание в том месте, где он её тронул.

—Даже не начинай, Эван.

Но, кажется, он не собирался успокаиваться. Только сейчас Вега уловила напряжённость в каждом его жесте, в каждом незначительном движении мимических мышц лица. Если он и не был зол, то совершенно точно раздражён.

— Видишь, — он указал на рваный рисунок на её теле, который она поспешила прикрыть скомканной блузкой, — ещё одно доказательство насколько мы разные. Ты готова получать шрамы за других.

Наверное, только Эван мог осудить её за это. Но разве неправильно защищать тех, кто дорог, даже путём собственных жертв?

—Зачем размышлять об этом, если для тебя никто не важен? Как ты можешь понять меня? Сомневаюсь, что тебе когда-либо приходилось получать шрамы.

—Ты вечно не видишь дальше своего носа.

Эван ловко подцепил манжеты на рукавах тёмной рубашки и расстегнул их. А затем добавил драматизма в голос, приступая к маленькому представлению:

— Всю жизнь я ем и пью в достаток. Сплю на мягких перинах. Учусь у лучших умов страны. Могу позволить себе увидеть все чудеса мира, но я такая несчастная. Ах, никто не понимает меня. Отец не замечает. Так хочу подружиться с тёмными, ведь все светлые до ужаса злые.

Он принялся медленно закатывать рубашку, сантиметр за сантиметром оголяя правую руку.

—Удобно, да? Готов поспорить, что удобно. Позиция невинной, но несчастной простушки всегда была хороша. А знаешь, беру свои слова назад: не так уж мы и отличаемся. Ты очень эгоистична, Вегнесса. Даже больше, чем я. Тебе всегда мало. А другим приходится проливать литры пота, чтобы урвать хоть часть того, что ты имеешь. Не делая при этом Н-И-Ч-Е-Г-О.

Какая-то часть Веги хотела хорошенько врезать ему и прекратить этот мерзкий поток слов, но другая — хотела слушать и понять. У него ведь тоже было всё. Всё, чем он так часто кичился и хвастался до сих пор. Тогда почему продолжает обвинять её? И почему в его голосе столько боли? Кто бы мог подумать, что ненависть к ней станет причиной его искренних эмоций. И тут она наконец видит то, что он намеревался показать. На покатом плече и на сгибе локтя красовались тонкие-тонкие шрамы. Такие мог оставить только прут.

«Розги», — осенило её.У Эддинга было их полно.

—Почему? — единственное, что сорвалось с губ.

—Он учил меня сдерживать эмоции. Бил прутом, а я должен был молчать. Ни единого звука. Только ровное дыхание и непроницаемое лицо. Как видишь, получалось не всегда.

Вега не могла оторвать взгляда от ещё одного доказательства, каким ужасным человеком был Эддингад. Она никогда бы не подумала, что Эван мог подвергнуться подобному. В их кругах не приветствовались шрамы. Отпрыски знатных семей обязаны быть идеальны, как физически, так и духовно. А Эван вынужден сочетать в себе всё в двойном размере.

—Мне жаль.

Она говорила искренне, он видел это. Но он вовсе не нуждался в её жалости.

—Как лицемерно. Всего пару минут назад ты была не против ударить меня или сделать вещи куда хуже.

—Это не то же самое! Я хотела ударить тебя, а не беззащитного ребёнка, которым ты был.

Эван поморщился:

—Будь добра, не используй это слово в одном контексте со мной.

Вега не видела ничего постыдного в «беззащитности», но спорить не стала.

—Идём. Мы должны заступить на дежурство.

Мы. В последнее время они всё чаще выполняли задания вместе. Дежурство, сражения — Алфекка сталкивала их лбами. И признаться это работало. Каким-то образом Вега и Эван могли работать в команде несмотря на всё, что между ними произошло.

❂❂❂

Должно быть, он был связан как минимум несколько часов. Верёвки жгли обнажённую кожу, а во рту чувствовался привкус запёкшейся крови. Губы защипало, стоило языку пройтись по трещинкам. Грегори не нужно было открывать глаза, чтобы понять: он не один. Кто-то наблюдал за ним. Выжидал, когда он проявит хоть малейшие признаки того, что пришёл в сознание.

Грегори схватили, очевидно. Это чувство было знакомо ему слишком хорошо. На войне он успел побывать в плену сорок семь раз, вряд ли в этот раз с ним сделают что-то новое. Увы.

—Ну, хватит. Я знаю: ты очнулся.

Ровный голос надзирателя подсказывал магу — его обладателю не в первой вести допрос. Разноцветные глаза напротив смотрели по знакомому жестоко. Ещё немного и холодная кровь Грегори могла бы забурлить. Закипеть подобно воде в котелке над костром.

—Можешь начинать говорить.

—Вот так сразу? Без словесной прелюдии? Без привлекательных угроз о пытках? Твой язык скуден, разноцветик. Я разочарован.

Грегори не стеснялся разглядывать подвал, ощупывать каждый сантиметр, подмечая мелкие детали. Плётки, иглы, крюки, приспособления для сжимания черепа, даже склянки с ядом не вызывали удивления. Наличие таза с водой тоже не стало сюрпризом. Топление одно из типичных способов узнать правду. Адрос часто проделывал это с пленниками: лишал воздуха и воли к сопротивлению.

Сквозь насмешливый прищур Грегори наблюдал за тем, как парень стягивает перчатки, пробегается пальцами по острому ножу и вновь подходит к нему.

Меня пытали, резали, стегали.

Глаза кололи, ноздри затыкали.

Плевали, мучали, пинали,

Ломали пальцы и кромсали.

Дробили кости, вырывали ногти.

Но посмотри,

Я раз за разом возвращался к жизни.

Ещё сильнее и умней.

И становилось мне скучней.

Теперь, сочтя себя ты зверем,

Ответь-ка на простой вопрос.

Найдётся ли хоть что-то в этом мире,

Что будет слаще прежних радостей?

—Я не собираюсь доставлять тебе удовольствие.

Грегори театрально воскликнул:

—Определённо, самая худшая участь из всех!

Мистган хмыкнул, после чего схватил мужчину за волосы, вынуждая закинуть голову.

—Тебя не удивить. Да это и не то, что мне нужно.

Дворецкий с силой надавил на щёки Грегори, заставляя его открыть рот.

—Кажется, тебе нравится сочинять? Видеть реакцию других, когда они слышат то, что ты говоришь. Что, если я отрежу твой ядовитый язык? Лишу тебя возможности ворочать им себе в угоду?

Грегори дёрнулся и оскалился:

—Какой безвкусный блеф. По-твоему, у меня нет мозгов? Вам нужны сведения.

—Безусловно. Поэтому я оставлю тебе одну руку.

Маг льда впервые потерял дар речи. Его столько раз истязали, но ни один из палачей не додумался до подобной угрозы. А ведь это плавало на поверхности.Скука была главным страхом мужчины. Адреналин и творчество спасением. Но так как неизведанного становилось всё меньше, стихи стали тем единственным лекарством. А что становится с зависимыми от лекарств людьми, когда они их лишаются? Они умирают.

Отчаяние почти заполнило желудок. Невозможность слышать звуки собственного голоса, слагать поэмы лишала жизни смысла. О, он вовсе не боялся смерти. Этот особый пунктик всегда был в списке вещей, которые разгоняют жар по телу. Так или иначе он был на волоске несколько раз. И это чувство невероятно опьяняло. Но бесконечное веретено дней без языка? Желчь подкатила к горлу.

—Расскажи о планах князя. Сколько у вас людей? Где рассредоточены отряды? Какой ваш следующий шаг?

Вопросы сыпались на Грегори через писклявый звук, застывший в ушах. Мысли крутились в голове. Если бы только удалось выпутаться из этих странных верёвок, всасывающих большую часть его магии, он смог бы разделаться с дворецким. Однако сейчас его судьба полностью зависела от длинных тонких пальцев, приставивших лезвие ко рту.

Оставалось два пути: лишиться своего чудесного дара творить и волочить бессмысленное серое существование или всё рассказать и получить самые яркие ощущения в своей жизни.Звон пропал, после хлёсткой пощёчины. Маг сплюнул кровь и оскалился:

—Думаю, мы можем договориться, разноцветик. Но тебе лучше убрать ножик. Мой язык куда ловчее моих рук.

Он вдохнул поглубже и принялся рассказывать, зная, что за этим последует. После пробуждения, чтобы защитить себя от предательства, Хелиодор выжег на их с Диди телах печати. Почему он не сделал этого с Адросом до сих пор оставалось загадкой. Помнится, рыжая бестия пускала пену от злости из-за этого.

Любой, кто замыслит заговор или поведает врагам о секретах умрёт. При определённых формулировках, слетевших с губ, огонь князя сожжёт неверного изнутри. Начнёт со всех внутренних органов, а затем смертельный жар вырвется наружу, атакуя тех, кто оказался поблизости.

❂❂❂

Зловещие тени на стенах двигались в завораживающем танце. Полумрак приятно ласкал взор, и всё же она не чувствовала себя спокойно.

—Диди, с каким зверем ты себя ассоциируешь?

Девочка тяжело сглотнула.

—С шакалом, господин.

—Тогда не будь надоедливой пиявкой. Знаешь, как я поступал с пиявками в детстве?

Она помотала головой. Хелиодор придвинулся к девочке, обдавая её лицо тёплым дыханием:

—Я их сжигал.

Языки пламени угрожающе зависли в жалких сантиметрах от её оголённых лодыжек.

—Ну? Всё ещё хочешь пустить кровь Адросу?

В груди Диди вспыхнуло негодование. Она рассказала ему всю правду. Поведала о том, как любимчик князя бегает к этой девчонке, пропадая в её комнате часами на пролёт. Разве её не должны похвалить? Диди всегда была верной. Преданной до абсурда. Но даже этого недоставало, чтобы Хелиодор начал смотреть на неё также как на этого слюнтяя, что смеет сеять заговор за их спинами.

Хотела бы она пустить кровь Адросу? О, нет. Она мечтала утопить его в ней. Вспороть каждую вену и смаковать. Наблюдать за каждой эмоцией на никчёмном лице!

—Вы все важны для меня, — тон Хелиодора вдруг стал ласковым. Он всегда начинал говорить так, когда жажда убийств захлёстывала её. — Но повторять не стану. Не трогай Адроса, иначе пожалеешь.

❂❂❂

Каждая клеточка тела вопила от усталости. Мышцы гудели. Элиза попыталась пошевелить рукой: хотела поправить сбившееся одеяло, но даже этого не получилось. Она полностью истощена.

Несколько часов подряд чародейка провела в воспоминаниях мага, в надежде отыскать причину недуга Адроса, но встретила лишь отчаяние всех тех, кого он убил, и его собственное. Как такое возможно? Адрос оплакивал каждого, чью жизнь отнял без сожалений. Он никогда не отводил взгляда. Его руки не дрожали. Маг был комком противоречий. Существовало лишь одно единственное, в чём он не колебался никогда. Хелиодор. Князь был центром всех его желаний, мечт и страхов. И ни в одном из воспоминаний он не сомневался в нём, в том, что он для него значит. Она размышляла об этом до тех пор, пока сон не сморил её в свои владения.

Солнце светило издевательски ярко для столь мрачных дней. Задвинув плотные шторы, Элиза прибрала постель и приступила к медитациям. У неё ещё было немного времени до того, как Хейли принесёт завтрак.

Когда вместо девочки появился Адрос, чародейка не показала своей взволнованности. Благодаря технике правильного дыхания она сумела очистить разум и избавить тело от усталости. Страх отступил. Девушка знала, что это чувство иллюзорно, после блуждания по тёмным закоулкам воспоминаний оно вернётся. Но она справится.Будет справляться снова и снова, пока не победит.

—Почему еду вновь принёс ты, а не Хейли?

—Её больше нет.

Ничто в голосе не выдавало, что именно таилось под этой фразой, и всё же мозг понял быстрее, чем осознало сердце.

— Я увидела у вас несколько книжек. Могу я взять одну? Обещаю обязательно верну!

Казалось, что в комнате стало на пару тонов светлее. Настолько ярко светились глаза девочки. Элиза уловила в её взгляде хорошо знакомую страсть. Безграничную любовь к историям, притаившимся между замысловатыми строчками.

Чародейка заставила себя смотреть в одну точку и дышать ровно. Она успела привязаться к девочке, которая стала одной из немногих, кто не желал ей смерти. Не время для слёз.

—Что с ней стало?

Адрос прошёл вглубь комнаты, поставил поднос на стол и присел, буравя девушку тоскливым взглядом.

—Диди, —в голосе сквозила неприязнь. Казалось, он не одобрял действия своей же сторонницы. —Таким образом она демонстрирует протест.

—Против чего?

—Против тебя.

Элиза резко повернулась в сторону мужчины:

—Те змеи в моей кровати и иглы в гребне, замаскированные под зубчики — её рук дело?

—Да.

С первой секунды эта девочка показалась жуткой. Словно само безумие обрело физическую оболочку. Диди источала ненависть ко всему, не только к ней.

—Какова вероятность, что у неё получится расправиться со мной?

—Высокая. Но я мог бы защитить тебя.

Элиза едва не рассмеялась. Адрос был первым в списке от кого ей нужно защищаться. Однако пока она в относительной безопасности, потому что нужна ему.

—Боюсь, что нет. Она довольно упорная. А ты не можешь быть со мной всё время. Я должна защитить себя сама. Где она бывает чаще всего?

— В саду. Срывает бутоны и топчет клумбы.

В горле пересохло. А затем всё внутри Элизы задрожало от гнева. Сад. Одно из прекраснейших мест Медведицы. Место, в которое Алфекка вложила столько сил. Элиза не смогла уберечь Хейли, но она не оставит этого просто так. Она не даст погибнуть и саду.

Глава 20. По следу истины

☾

Три тысячи. Ровно столько покинуло столицу. Тысяча человек отправилось с ними, остальные — пошли иным путём вместе с Нордом.

Сквозь пелену холодных капель Вега рассматривала людей, дрожащие и измотанные остатки. Из тысячи осталось всего пять сотен, ровно половина из тех, кто доверился им. Вой Варгов и Воллахов уже несколько дней подгонял их, словно шквальный ветер на горных склонах.

—Мои растения замаскируют запах, однако если среди них есть кто-то похожий на Каппу или Вайрона, нас найдут.

Алфекка знала, что шум дождя проглатывал многие звуки, но всё равно понизила голос до едва уловимого шёпота. Женщина не хотела, чтобы тревожная информация долетала до и без того испуганных детей. Но Эвана это не волновало.

—Боюсь, ваши опасения не напрасны.

Его холодный голос разнесся по округе, оставляя после себя зябкие мурашки. Хотелось прикрыть ему рот рукой, только бы не слышать новости, которые он привёл за собой.

—Каппа уверен, у врага есть ищейки. И они идут по следу из нашей магии.

Тонкая струйка тянулась из носа к губам Эвана. Она впервые видит его кровь. Одежда мага была измята и изодрана, волосы покрывала толстая корка грязи. Лишь взгляд не терял прежнего лоска и неизменной гордости. Алфекка сколдовала бледно-розовый цветок и протянула его парню:

—Приложи к носу. Остановит кровотечение.

—Это подождёт. У нас в запасе меньше сорока минут, чтобы придумать план, — он почувствовал лёгкие касания взгляда Вегнессы.

Она рассматривала его побитое лицо с вызывающей внимательностью. Он стёр кровь с той же небрежностью, с которой всегда стряхивал следы от случайных прикосновений с Гросс.

—У тебя уже имеются соображения на этот счёт?

—Разумеется. Целых два. Первое — оставим всех раненых и тех, кто задерживает нас.

Вега возмущённо засопела.

—Но я предвидел подобную реакцию, поэтому сразу же озвучу второй вариант. Мы разделимся. Они ориентируются на магию, так? Большинству магам следует выдвинуться в противоположную сторону. Так удастся выиграть времени для остальных.

Алфекка прикрыла глаза и покачала головой.

—Опасная затея. Хоть мы и отбивали предыдущие атаки, нам неизвестно сколько у них людей. Маги рискуют загнать себя в ловушку.

—Что ещё нам остаётся?

—Что на счёт тебя? — произнесла Вега, с вызовом смотря на парня. — Какую роль ты отвёл себе?

Дождь размывал очертания вокруг, но она всё равно видела, как дёрнулся его кадык, как губы, перепачканные кровью, растянулись в жестокую линию.

—Не припомню, что хоть когда-либо демонстрировал трусость.

«И как только Норду удаётся руководить детьми? — женщина вздохнула, понимая, что не совладает с решимостью этих двоих.

❂❂❂

Жидкий огонь растекался по крови. Каждый орган медленно и мучительно превращался в пепел. Агония пела внутри него. В мрачном помещении сгущались краски. Воздух становился сухим и плотным.

—Не останавливайся.

Холодный голос лишь подогревал ужас и наслаждение Грегори. С каждым словом он становился на шаг к тому, что не испытывал никогда — забвение.

—Это и так не остановить.

Он зашёлся кашлем, сплевывая кровь.

—Гильдия давно окружена. Вы живы, лишь потому что князь находит сопротивление забавным. Но это ненадолго.

Тело пленного плавилось под руками дворецкого. Кожа по кусочкам сползала с бледного лица. Оттолкнув врага от себя, Мистган бросился к рунам, начерченным на входе. Хелиодор недооценивал их. Но дворецкий не совершил бы подобной глупости рассудив, что «поэт», даже скованный, не представляет угрозы. Именно поэтому Мистган попросил Шерл создать защитный купол, не позволяющий любой магии вырваться из подвала.

Стоя на перепутье,

Без шанса повернуть назад.

Поддайся жаркому распутью.

Отдайся смерти.

Просто так.

❂❂❂

Луна с лёгкостью пробиралась сквозь витражные окна, щедро одаривая светом стол в форме полумесяца, каждую величественную колону и россыпь сверкающих искр на синем мраморе, напоминающем ночное небо.

«За перевалом никогда не было такой Луны, лишь плотные бесконечные тучи».

Возле окна Адрос заметил господина. Хелиодор полностью восстановился. Сила, как физическая, так и более сложная: духовная, исходила от него, словно он и сам был небесным светилом. Яркой, но чуждой звездой.

Сегодня на нём не было короны из цветов, изысканность уступила комфорту, однако даже так, в обычной шёлковой рубашке и струящихся брюках, князь лишал его спокойствия.

Великий князь. Будущий правитель всей Медведицы. Маг, который изменит мир. Человек, который давно изменил его. И дело не только в чувствах. Он не мог объяснить, но был уверен, что Хелиодор очень важный элемент прошлого, его проблем с силами.

Адрос в шаге от разгадки, но находясь так близко к центру всех желаний, он вновь забывал о здравом смысле. Важно ли что было раньше и что могло бы быть, если он счастлив лишь от того, что дышит с князем одним воздухом?

Температура в комнате резко повысилась. Мужчина почувствовал, как через достаточно плотную подошву жар просачивается к кончикам пальцев.

—В чём дело?

Магия князя впервые ощущалась такой бесконтрольной. Хелиодор часто дышал, державшись за камень на цепочке. Адрос видел странный блеск алых глаз и переплетения вен, объятых огнём. Вдруг Хелиодор закинул голову и громко рассмеялся.

—Грегори пытается предать меня.

—Он делает это по собственной воле или его вынудили?

Хелиодор оборвал смех. Алые искры то и дело вспыхивали на бледной коже, пока он медленно приближался к Адросу.

—Разве причина имеет значение?

Князь огладил щёку слуги костяшками пальцев, а после зарылся в густоту его волос и сжал кулак.

—Есть ли хоть один достойный повод для измены?

Но вопреки словам, когда дело касалось этой темы, всё имело значение. Каждое предательство оставляло шрамы, пускай и невидимые глазу. Хелиодор всемогущ, но не так бесстрастен, как думается многим. Одним резким движением князь развернул Адроса к себе спиной и толкнул к ближайшей колоне.

—Считаешь, мне следует пощадить Грегори?

Хелиодор вдавливал его лицо в холодную поверхность без всякой нежности. Однако тот не чувствовал боли. Ощущая каждый дюйм чужого тела, Адрос едва сдерживался, чтобы не начать тереться об восхитительно-горячую твёрдость Хелиодора.

—Если вы не убьёте его, я сделаю это лично.

Князь сильнее навалился на податливое тело, ласково шепча:

—Не сомневаюсь. Слышишь? Я никогда не сомневаюсь в тебе.

Адрос никогда не был так счастлив как в эти секунды.

❂❂❂

Тихое дыхание прерывалось периодическими покашливаниями и короткими перешёптываниями. Группка из двадцати магов действовала по плану Эвана: они забиралась всё глубже в лес, уводя за собой врагов.

Вега ёжилась, поражаясь неестественности густой чащи. Ни пения птиц, ни звуков передвижения животных, ни единого намёка на чужое присутствие. Это казалось таким обманчивым. Девушка крутила головой из стороны в сторону, всматривалась в очертания стройных деревьев и пышных кустов, прислушиваясь к тревожным ощущениям внутри себя.

Маги замерли, когда со всех сторон послышался треск сухих веток, а следом за ним и знакомое пронзительное рычание. Вега зацепилась взглядом за светлую макушку. По его команде они должны будут разделиться по двое и броситься в рассыпную. Так им удастся запутать противника.

С шумом втянув воздух, она вдруг поняла, что он пропитан кровью и чем-то гнилым. Возможно, так пахнет отчаяние.

Едва заметный кивок и вот Вега бежит со всех ног. Одному Полярису известно, как ей удавалось не терять равновесие и уворачиваться от атак. Она следовала за Эваном, неосознанно восхищаясь его выдержкой. Он двигался с поразительной точностью, огибал каждый корешок, намеревающийся зацепиться за его обувь, уворачивался от тонких и колких рук деревьев — и всё это с пугающим бесстрастием на лице.

Однако погоня не продлилась долго. Их загнали к пологому холму, поросшему колючими кустарниками с ярко-синими цветами. Чтобы взобраться на него понадобится время, которого им так недоставало последние недели.

Напарник вступил в бой, не колеблясь. Сражаясь с двумя Варгами одновременно, Вега краем глаза улавливала напряжённую схватку между парнем и крепкими на вид магами.

«Кажется, одному из них удалось ранить его». Через несколько минут стойкий привкус металла встал противным комом в горле. Эван одолел всех и заканчивал с последним. Ноги подкосились, но она заставила себя стоять прямо.

Человек, в которого он вонзил по меньшей мере сотню изумрудных осколков, был всё ещё в сознании. Эван не позволял ему умереть, вслушиваясь в булькающие всхлипы, вырывающиеся из пробитой груди. Но и это не удовлетворяло несмолкающую потребность увидеть как можно больше чужой крови. С жестокой яростью он продолжал протыкать самые болезненные участки тела.

—Перестань, — хрипло выдавила девушка.

Маг взглянул на неё с совершенно диким взглядом.

—Хватит, Эван.

—Хватит?

Он вынул изумруд, напоминающий острое копье, и с силой вогнал его в бедро мужчины. У того не было возможности отодвинуться или оказать сопротивление. Из рта текла слюна вперемешку с кровью, а его глаза закатились так сильно, что больше не было видно зрачка.

«Он не остановится», — Вега больше не смогла бы выдержать и секунды этой расправы. Она отшвырнула парня к скалистой поверхности, надёжно удерживая его магией.

—Прекрати.

—Ты ведь знаешь, что они выслеживают нас. Гонятся, чтобы убить, — с неожиданной горячностью произнёс маг. Когда он понял, что не может преодолеть её заклинание, то перестал дёргаться, решив поберечь энергию.

—Знаю.

—Тогда ты ещё более безнадёжна, чем я считал. Думаешь, я ничего не заметил?

Девушка сразу же догадалась, о чём он. Это читалась в его глазах. Она сбилась со счёту во скольких битвах приняла участие, но каждый раз, занося руку над сердцем поверженного, отступала. Окружающий мир утопал в бездыханных трупах. Вега не могла, вернее не хотела становиться поставщиком для смерти.

—Ты не убила ни одного. Почему? Считаешь, что репутация доброй девочки будет останавливать заклинания или ломать ножи, направленные на тебя? — мрачновато спросил он, нахмурив светлые брови. — Или ты возомнила, что имеешь право поступать вот так, подвергая всех опасности?

Удерживая Эвана лунным притяжением, она склонилась над мужчиной, из бедра которого по-прежнему торчало изумрудное копьё. Приложив два пальца к его шее, девушка кивнула самой себе: враг или нет, но он больше не мучался.

—Отнять жизнь — это просто. Одно движение и всё, что делало человека тем, кто он есть, покидает тело.

Будто подтверждая свои же слова, Вега сильнее сжимает руку.

Эван подавляет вскрик, позволяя вырваться лишь короткому злобному шипению. Казалось, его вот-вот раздавит под давлением магии.

—Да. Убить нетрудно. Куда сложнее не делать этого.

Удивительно, но вся ярость, раздирающая его, схлынула, оставив после себя странное опустошение. На какое-то мгновение между ними воцарилась звенящая тишина.

Чем дольше Эван разглядывал знакомое лицо, измазанное грязью и испещрённое ссадинами и синяками, тем сильнее становилось желание встряхнуть девушку. Сорвать милосердие, в которое она облачилась как в парадный костюм, и увидеть наконец её полностью обнажённой. Такой, каким был он сам. Жестокой. Циничной. Испорченной.

—Ты не представляешь, как бы мне хотелось убить тебя.

Рот Веги приоткрылся, но тут же с силой захлопнулся.

—Что ж, тогда я с удовольствием проживу очень долго.

Впервые она использовала подобный ледяной тон. Девушка подобралась к нему ближе, чем позволяли приличия и едва не прошипела:

—Надеюсь, ты будешь наблюдать за мной также внимательно, как и всегда.

На самом дне её глаз промелькнула та неподдельная злость, с которой она взирала на Эддингада в ночь своего побега.

—Это уже больше похоже на настоящую тебя.

Вега провела ладонью по лицу, пытаясь стереть с него всю накопленную усталость.

—Ты всегда искал недостатки во мне. И я признаю. Каждое слово. Быть может, я даже хуже. Мы вместе варились во всём этом. Да, часть тебя и меня из одного теста. Но я никогда не хотела быть такой. И сейчас не хочу. Прошу, не тяни меня за собой, Эван.

Речь Вегнессы пнула его под дых прежде, чем достигло рассудка. Только что она подтвердила собственную неидеальную суть. Подтвердила, что способна творить ужасное, что они похожи, как никто другой. И в то же время нет.

«Материал, из которого закладывается фундамент, не делает из нас людей. Это делает наш выбор», — он наткнулся на эту фразу ещё в детстве и, как назло, она всплыла именно сейчас. Эван не заметил, когда магия перестала сковывать его. Он пробежался касаниями по ногам, разминая онемевшие мышцы.

—Возвращайся в лагерь.

—Командный тон идёт тебе куда больше, жалостливого блеяния. Но с чего ты взяла, что можешь применять его ко мне? — лениво отозвался парень.

—Ты серьёзно ранен, а значит не можешь быть достаточно быстрым. Я сама отвлеку магов.

Эван выпрямился, сохранив невозмутимое лицо. Боль в боку нарастала, однако годы тренировок помогали её терпеть. Вегнесса стояла посреди поляны, залитой кровью, грязная и измотанная, но до раздражения уверенная в себе.

—Из чего же состоит этот великолепный план? С какой стороны не погляжу, но не могу понять, как тебе в одиночку удастся завладеть их вниманием.

Вега сосредоточилась, призывая как можно больше света. После тренировок Норда, после того как она узнала про обе стороны магии, чародейка ощутила небывалую лёгкость. Свет перестал противиться и ласково отзывался на каждую просьбу.

Приятное покалывание прокатилось по телу и добралось до глаз: один вспыхнул голубым, другой — окрасился в ярко-красный. Вобрав в себя как можно больше воздуха, она позволила энергии заполнить всё вокруг.

— Ищейки обязательно почувствуют мою магию, а если и нет, то кто-нибудь заметит свет.

Поразмыслив, он соглашается.

—Хорошо. Думаю, сработает.

—Будь осторожен, — хрипло выдавила она, надеясь, хоть как-то перебить кислый запах, оставшийся между ними, после всего что они наговорили.

Но, разумеется, Эвана это не волновало.

«Почему он остановился?» Вега повернула голову. В мужских руках были серебристые пряди волос. Растерянность сменилась злостью на саму себя: всего на секунду она подумала, что ему не всё равно. Но он в очередной раз развеял все сомнения.

—Я не буду играть в благородство, Вегнесса. Я уйду, не испытав и капли сожаления, — Эван легко оторвал пуговицу, за которую зацепился кончик её косы. — Никогда не заблуждайся на мой счёт.

Вега кивнула и крепче сжала предмет, чувствуя, как он обжигает кожу.

❂❂❂

Посчитав, что пора, Элиза выскользнула из комнаты и направилась в сад. Ярость всё ещё подпитывала небывалую смелость. Возможно, именно поэтому ни одной разумной мысли про отступление так и не возникло в её голове.

Луна как раз спряталась за тучу, когда чародейка переступила через золотую входную арку. Она сразу же ощутила чудовищные изменения любимого места. И вопреки густой темноте разглядела всё истощение сада. Он зачах и отнюдь не по собственной воле.

Диди не просто срывала бутоны, уничтожала деревья или цветочные скульптуры. Девочка отравляла воздух, засаживая почву сорняками и ядовитыми растениями.

—Идиот! Слабак! Жалкий поэтишка!!

Диди вопила во всё горло, отчаянно топча ногами чёрные Каллы. Элиза могла бы подумать, что девочка по кому-то скорбит: всем в Медведице известно, что этот цветок символизирует уход из жизни важного человека. Но похоже, что она ошибалась. Уже через секунду девочка заливисто хохотала, небрежно утирая слёзы указательным пальцем.

Из-за спины маленькой хозяйки показался жуткий зверёк. Огромные чёрные глаза шакала светились ехидством. Острые уши подрагивали в такт дыханию светлой чародейки.

—Что такое? — заботливо поинтересовалась Диди, заметив интерес питомца.

Её лицо просияло. Погладив Шосси по голове, она взмахнула огненными хвостиками и вприпрыжку двинулась к девушке. Элиза мужественно продолжала стоять на месте, покрепче сжав кулаки.

—А вот и мисс неприкосновенная особа! Ты что же, растеряла мозги, за которые тебя так хвалят нюня и наш князь?

Зверёк пробежался вокруг девушки несколько раз, клацая зубами возле обнажённых голеней. Диди хихикнула. Но вдруг переменилась в лице, становясь пугающе серьёзной.

— Если соврёшь мне, я пройдусь по каждому мерзкому воспоминаю в твоей голове. Выпотрошу внутренности, а затем сделаю чучело и отдам своему шакалу.

И хоть девочка была на голову ниже Элизы, девушка не могла не заметить взгляд, смотрящий свысока. Диди подошла к ней вплотную, гордо вскидывая подбородок.

—Говори, чем вы занимаетесь с Адросом? — потребовала она.

Чародейка не могла ждать. Она должна действовать прежде, чем девочка использует на ней заклинание грёз. Элиза обхватила хрупкие детские плечи и опустилась перед ней на колени, чтобы их лица оказались на одном уровне.

Диди дёрнулась, но расплывающиеся зрачки напротив уже засасывали в бездонную черноту. Земля под ногами закружилась, и она провалилась в собственные кошмары.

Вихрь чужих унижений и страхов пронеслись перед Элизой. Она шла дальше и дальше, пока не наткнулась на скрюченное тело маленькой девочки и безобразных теней, опутывающих её со всех сторон. По каплям они выжимали из Диди рассудок, оставляя после себя сплошное безумие.

Элиза также видела реакцию других людей. Диди боялись, считали странной и недостойной их. В одном из воспоминаний, когда она наконец справилась с очередным приступом кошмара, несколько девочек налетели на неё, словно стая голодных собак. Они бросали в неё камни, обзывали и не давали подняться.

Это была лишь малая часть того, с чем ей пришлось столкнуться.

Элиза вынырнула из воспоминаний, однако Диди продолжала стонать и реветь, не в состоянии прогнать прошлое. Отблеск сочувствия коснулся неприязни, подобно солнечному зайчику мелькающему на стене.

Кто знает, осталась бы она в своём уме, переживи такое? Вполне вероятно, что каждый растеряет весь контроль.

Огненные волосы девочки свалялись в неряшливый ком. Элиза вздрогнула, поняв, что их цвет ей кое-кого напоминает. А ведь Феликс тоже прошёл через боль потери, бесконечных унижений и презрения от жителей Медведицы. Однако сумел сохранить себя. И как бы громко не кричали голоса обиды и мести, парень никогда не желал такой участи для других.

Диди искала утешение в страданиях людей и ликовала, когда под воздействием её магии они уничтожали друг друга. Ей нравилось смотреть, как Яннис вонзал нож в Вегу. Нравилось набивать тело мастера Вилины деньгами. Да, вместо прощения Девочка сделала другой выбор. Или точнее ей помогли его сделать.

В области лопаток покалывало, складывалось впечатление что за ней наблюдают. Она обернулась. Фигура в тёмном одеянии возвышалась над балконными перилами.Хелиодор совершенно точно видел страдания своей подопечной. Он мог бы убить Элизу. Мог бы помочь Диди. Но не пошевелил и пальцем.

Заметив её взгляд, князь поднял бокал в воздух, прошептав губами что-то напоминающее тост, и тут же исчез. Элиза помрачнела. Он столько раз повторял про исключительно сильных магов, которые отправятся вместе с ним в будущую Медведицу. Однако будто нарочно выбирал сломленных личностей, которые так отчаянно нуждаются в защитнике. И если раньше просто казалось, что Хелиодор как-то косвенно причастен к проблеме Адроса, то сейчас она была почти в этом уверена.

❂❂❂

Он не любил ночь. За перевалом она казалась ему унылым и жалким зрелищем. Как и всё во владениях его народа. Ни зелени, ни красок, сплошная недостойная серость. Но сейчас свет звёзд ярче Луны. Леса богаты пушниной и ягодами, а нити рек бесконечны, полноводны. Открывшиеся возможности будоражили.

Стоя у самой кромки лесной чащи и вдыхая терпкие хвойные оттенки, Хелиодор понимал, что всё сделанное им — не зря. Другие рано или поздно тоже осознают.

Под ногой что-то хрустнуло. Князь с интересом разглядывал раздавленные кусочки. На их месте может вырасти ещё одна ель. «Да, — кивнул он сам себе, сильнее втаптывая бывшую шишку в землю. — Только после полного краха можно взрастить что-то новое». Он раздавит всех, а затем взрастит лес крепких и верных деревьев.

Хелиодор подумал о взгляде Маверик: удивлённом и осуждающем. Он не прекратил пытку Диди, посчитав это полезным уроком. Лишь вновь столкнувшись с пережитым ужасом, она в полной мере прочувствует из какой ямы, он когда-то вытащил её.

То же и с Адросом. Посиделки с Элизой могли бы стать угрозой, не будь маг так верен ему. Чувства Адроса похожи на ножницы и иголку с ниткой: они кромсают его изнутри, терпеливо ожидая, когда Хелиодор сошьёт рваные куски воедино.

Князь играл его эмоциями и мыслями, не забывая иногда ослаблять поводок. Он ведь не хотел, чтобы его питомец умер. Общение с Элизой и их общая тайна создавала иллюзию свободы. Именно это эфемерное чувство толкает на безумства, в пучину невозврата, за которой следует отчаяние.

А отчаяние именно то, что приводит людей к нему.

❂❂❂

Тревога грызла изнутри и заставляла сжиматься сердце с тех самых пор, как она оставила Мистгана наедине с врагом. Кажется, Мелани кружила под дверью каждые двадцать минут. Девушка прислонялась к ней и пыталась подглядеть в замочную скважину, словно шкодливое дитя. Но старания не приносили успеха, вынуждая её уходить вновь и вновь.

Так как дворецкий был занят «расспросами», Мелани пришлось взять часть обязанностей на себя. Она расспросила лекарей о состоянии раненых. Заглянула на кухню, проверив оставшиеся запасы. Поднялась на чердак, дабы убедиться, что птицы не принесли никаких вестей. Обошла здание гильдии несколько раз. И только после этого решила навестить Шерл.

Женщина беззастенчиво пользовалась отсутствием Норда, буквально поселившись в его кабинете. На полках книжного шкафа, на столе и даже на камине лежали всевозможные руны и пустые бутылки. Последнее, наверняка, расстроит мастера и повеселит Янниса. Феликс как обычно промолчит, а Вега сделает всё возможное, чтобы скрыть смущённую улыбку.

Полярис, она так скучала. Всего несколько месяцев назад они шумно спорили о незначительных мелочах, глупо шутили и вместе справлялись с невзгодами, а сейчас Мелани даже не знает, где половина из её близких.

Чародейка предпочла бы разделаться с сотней тварей, но не теряться в неизвестности. Однако она не позволяла себе думать о плохом, ведь именно этого добивался Хелиодор. Он делал всё, чтобы боль захлестнула разум, лишила воли и выбора. Но ни смерть отца, ни долгие годы принудительной службы не смогли сделать этого, князь страшно заблуждался, думая, что получится у него.

Покачав головой, Мелани придирчиво осматривала валяющиеся бутылки, когда заприметила голубоватый свет магических камней. Она застыла, не понимая, почему мигание никак не отпускало от себя.

Шерл ворвалась в кабинет, бормоча на бесполезных светлых, которые даже лопат в руках держать не умеют. Помнится, она собиралась закапать несколько взрывчатых рун по периметру.

—Хорошо, что ты здесь, — женщина прошла мимо Мелания, прямиком к столку. — Мне понадобится твоя помощь.

Она залпом осушила стакан с крепким напитком, после чего принялась массировать виски, пытаясь прогнать мигрень. Не дождавшись никакой реакции от девушки, Шерл нахмурилась: у Мелани всегда было, что сказать.

—Чего молчишь?

Мелани указала на светящиеся руны:

—Это что, новый вид сигнализации, который срабатывает, когда у тебя кончается алкоголь?

Улыбка пропала с лица, когда Шерл подняла на неё затравленный взгляд.

—Я ошиблась, да? — она облизнула пересохшие губы, боясь услышать ответ.

Глава 21. Миражи

☾

Это часто происходит в особенно жаркие дни. Яркое ослепляющее солнце раскаляет поверхность так, что становятся видны колебания воздуха. Именно они дурманили своими образами людей, живущих в засушливых районах Медведицы.

Вега становилась свидетельницей подобных миражей дважды. В первый раз ей привиделся пруд, одного взгляда на который, хватило, чтобы ощутить прохладу на вспотевшей коже.

Во-второй раз она увидела маму. По правде говоря, в расплывчатом силуэте едва угадывались какие-то черты, но она была твёрдо убеждена, что они принадлежали Авроре.

Миражи несут в себе опасность ничуть не меньше болотных огоньков. Притягательные картинки манят к себе с удивительной силой. Ведь если долго всматриваться в желаемое, в какой-то момент тебе не захочется отрываться. Вот и Вега, поддавшись соблазну, просидела несколько часов на палящем солнце, заработав тепловой удар. Прейдя в себя, она никак не могла объяснить взрослым причины безрассудного поступка.. Они не поняли бы, что её действиями двигала надежда. Слепая вера в то, что мама вот-вот вернётся, стоит подождать ещё самую малость.

И сейчас что-то похожее на надежду в виде мраморной лисички заманчиво вильнуло хвостом и скрылось между деревьями. Несколько секунд девушка смотрела животному вслед, гадая, привиделось ей это или нет? Логика твердила, что конечно же, это всего на всего игра вымотавшегося организма: лисе из туманного леса здесь не место. Прикинув все за и против, она решается пойти за ней и окончательно убедиться в невозможности увиденного.

Вега отозвала свет ненадолго, опасаясь спугнуть животное. Опустившись на колени, она осторожно раздвинула ягодные кусты. Прищурившись, девушка зорко всматривалась в каждую деталь, но так и не нашла лисицу.

«Скорее всего, это был обычный зверёк. Мне просто показалось». Вега замерла: незнакомые голоса раздались слишком близко. Лишь полоса растений отделяла её от людей.

—Да говорю тебе, я точно видел свет, — высоко пропищал маг.

—А я видел танцующих белок. Может заодно и их проверим? — прогоготал его напарник, смачно сморкаясь на землю.

—И всё-таки, я пройдусь вокруг.

—Давай-давай, а я пока отолью.

Чародейка поморщилась. Он совершенно точно собрался сделать это на кусты, за которыми она пряталась. Поборов отвращение, Вега пыталась посчитать шаги. Её обнаружат: это вопрос времени. Она сумеет справиться с двумя, но что, если поблизости бродят другие?

Не успела пряжка ремня лязгнуть, как Вега резво подскочила, посылая отталкивающую волну в обескураженного мужчину. Он ударился затылком о ближайшее дерево и больше не представлял угрозы.

«Где же второй?», — промелькнуло в голове.

«Она там! Девка вырубила Зейна! Все сюда!», — раздалось позади.

— Замечательно, — едва слышно прошипела девушка и рванула вперёд.

❂❂❂

Элиза стала всё чаще выбираться из комнаты, и к её удивлению, никто не пытался препятствовать этому. Она могла свободно передвигаться по коридорам резиденции и даже гулять по саду, к которому Диди запретили приближаться. Подобная щедрость настораживала, но чародейка не собиралась упускать замечательную возможность.

Она тщательно выбирала маршруты передвижения, стараясь как можно чаще сталкиваться с князем. Девушка осторожно изучала его: мимику, привычки, неочевидные детали, которые могли бы помочь.

Она не до конца понимала, что именно пыталась выяснить, пока в один день не столкнулась с князем в коридоре, возле комнаты Адроса. Элиза знала, чем они занимались. Девушка ни раз видела неприличные сцены в воспоминаниях мага воды, чувствовала переполняющий его восторг и экстаз.

Хелиодор не старался скрыть свою связь со слугой, но обычно, он не демонстрировал это столь явно как сейчас. Тёмные волосы, собранные в высокий хвост, открывали вид на тонкую шею и алеющие на ней отметины. Полы халата были широко распахнуты и демонстрировали крепкие грудные мышцы. Однако не изящность князя и не сияние кожи привлекло внимание Элизы.

Камень Мориона, едва излучающий алый свет, приковал взгляд. Она могла поклясться, что вчерашним вечером, он был краснее мака, а сегодня казался лишь блеклым подобием.

—Дай ему немного времени.

Тело девушки налилось свинцом. До чего же удивителен голос князя: холодный ровно настолько насколько ласков. Обманчиво приветлив и жесток.

Элиза вцепилась в бархатистую ткань платья, приподняла подол юбки и слегка присела.

—Благодарю.

Хелиодор едва заметно кивнул головой и изящно прошествовал мимо неё. Только когда стук туфель наконец перестал отскакивать от стен Элиза расслабилась. Чего нельзя было сказать о мыслях.

❂❂❂

Тучи полностью рассеялись, и лишь крупные капли, поблёскивающие на листьях и траве, напоминали о недавнем дожде. Солнце, наконец заступившее на пост, светило в полную мощь. Но сейчас яркие лучи были как-никогда неуместны, из-за них ей приходилась удирать от преследователей почти вслепую. К счастью, маги оказались нерасторопны и потеряли её след как раз, когда она свалилась лицом в грязь.

Девушка едва смогла подняться на четвереньки и выровнять дыхание. На зубах скрипели песчаные хрусталики, грязь забила ноздри, а ноги ныли от полученных ударов. Однако позволить себе и дальше оставаться в подобном положении было бы слишком щедро.

Чародейка вытерла рукавом рот, рубашка тоже была безнадёжно испачкана, но всё же это лучше, чем ничего. И только поднявшись, она наконец обратила внимание на фигуру впереди.

«Как давно он здесь стоял?»; «Почему не напал?»;

Она не успевала подумать над одним вопросом, как возникал другой. Но прежде чем паника лишила её здравомыслия, взгляд зацепился за яркую деталь в человеке, стоящем к ней спиной. Эти волосы. Цвет, напоминающий буйство осенних красок. Определённо, она ни с чем его не перепутает.

Феликс.

Волоча за собой ушибленную ногу, Вега заставила себя двигаться как можно быстрее.

Услышав шелест позади, маг резко развернулся. Его зрачки расширились. Похоже, он тоже не ожидал встретить её.

Они оба застыли, не зная, как себя вести. С первой встречи и до сих пор неловкость витала между ними. Она ударила его. Он открыто бросался недоверием. Феликс смирился с её присутствием ради Янниса и Мелани. Вега смирилась с его отчуждённостью.

Но сейчас это казалось таким незначительным и пустым.

Феликс сделал первый шаг навстречу. Вега упустила момент, когда сделала ответный.

И вот вечно хмурый и колкий парень, который клялся, что никогда не примет светлую, обнимал её так же крепко, как делала это она.

Они давно стали частью мира друг друга.

Стали товарищами.

Стали друзьями.

❂❂❂

Элиза собрала вспотевшие волосы в пучок и закрепила причёску обычным карандашом. После очередных видений, она не смотрела в сторону Адроса, который не изменял своим привычкам и расположился на стуле, сбоку от столика. Он был измотан, но ни разу не обмолвился о своём состоянии. Однако тяжелое дыхание, под стать её собственному, говорило красноречивее всяких слов.

Успокоив разбушевавшейся пульс, она всё же посмотрела на мага. Капли пота блестели на болезненно-бледной коже. Оно и неудивительно. Изо дня в день Элиза сначала погружала его в пытки и издевательства, а затем проводила по ярким картинкам, связанным с Хелиодором. Подобный контраст ощущений сильно сказывался на организме, но всё же имел свои преимущества.

Элиза, словно хищная птица, высматривала каждую деталь, способную натолкнуть её на странности, связанные с камнем, и конечно же, силами Адроса. И в конце концов она сумела провести параллель. Адрос этого не замечал, но в свежих воспоминаниях камень тускнел каждый раз, когда между магом воды и князем происходила близость.

—Я считаю, что твоё прошлое исчерпало себя, — твёрдо произнесла девушка.

Мужчина кивнул, молча дожидаясь продолжения. То, как он доверял ей в этом вопросе, поражало до глубины души. Элизе позволялось гораздо больше, чем обычной пленнице: она ела вдоволь, имела собственную комнату, спала на мягких перинах и до сих пор оставалась живой. Это его заслуга, без сомнений. Но истинный смысл подобных действий был по-прежнему недоступен для неё. Адрос желал знать правду, но в то же время не хотел ничего. Мужчину устраивало оставаться в неведении рядом с господином. В нём словно уживались две личности, которые спутывали всё разумное.

Чародейка плавно опустилась на стул рядом с Адросом и осторожно прикоснулась к руке, скрытой за прочной бронёй ненавистных ей доспехов. Она не только хорошо помнила их холодное прикосновение, но и могла по кусочкам восстановить тот день, когда этими железными перчатками он сковал её, расплавил запястья и бросил в сырую камеру. Элиза ничего не забыла.

—Есть только один способ. Я должна заглянуть в воспоминания Хелиодора.

Зрачки Адроса в ужасе расширились, а его поза стала напряжённой.

—Конечно, посмотреть их напрямую — глупое самоубийство, — она сжала его плечо. Мужчина не почувствовал тепло прикосновения через слой магического металла, и всё же он немного успокоился. — Но я могла бы попробовать проникнуть в память предмета, как с книгой. Подумай хорошенько, какой предмет князь носит с собой или использует чаще всего?

—Корона, — ответил он, поразмыслив с минуту.

Живот скрутило от волнения. Та самая корона из чёрных роз. Искусно выполненный аксессуар действительно был с ним почти во всех увиденных ей сценах.

—Она подойдёт. Ты должен принести корону мне, но так, чтобы Хелиодор не заметил пропажи.

В четырёх стенах запахло магией: океаном, окутанным льдами и морозами. Элиза подметила рябь в бокале с водой, знак того, что Адрос негодует.

—Ты хочешь, чтобы я крал у князя?! — ядовито выплюнул он, резко вскакивая.

«Нет, Адрос вовсе не негодует, он в ярости», — чародейка сложила ладони на коленях и приняла миролюбивый вид.

—Ты допустил ошибку в суждениях, Адрос. Я вовсе не говорю тебе украсть у князя. Я предлагаю сделать это для него, —девушка отложила нож на край стола, подальше от взвинченного мага, и продолжила речь. — Хелиодор ценит силу и «полезность» выше всего. Но из-за твоего недуга, ты считаешь, что не являешься таковым.

Он мог бы убить её. Вернее, он может убить. В любую секунду. И ему даже не придётся использовать магию. Достаточно одного движения, чтобы сдавить её шею, слишком хрупкую для столь опытных рук. Но она должна рискнуть и убедить его принести корону.

—Мы можем исправить это. И ты знаешь, что для этого нужно.

❂❂❂

Глаза слезились из-за едкого дыма и запаха. Мелани поспешила очистить подвал магией, жадно прощупывая взглядом каждый сантиметр в комнате. Она выискивала кудрявую голову Мистгана, но натыкалась лишь на угасающие всполохи огня и стены, покрывшиеся копотью.

Девушка металась по узкому пространству, яростно разгоняя пламя.

«Где ты?»

Она водила ладонями по всё ещё горячим камням, пробиралась пальцами в трещины между ними, надеясь наткнуться на потайную дверь, через которую Мистган мог бы выбраться.

«Где ты?»

—Перестань! — сердито гаркнула Мелани, ощущая на себе жалостливый взгляд Шерл. — Лучше помоги найти выход отсюда.

— Здесь нет другого выхода, Мелани.

Слова прозвучали как приговор, но она не собиралась сдаваться. Перепачканная в саже, девушка подскочила к рунной взломщице и схватила её за грудки.

— Есть. И ты будешь искать вместе со мной.

Шерл послушно последовала за ней. Они исследовали подвал. Вновь. И вновь. И вновь.

Дым прочно въелся в их одежду и волосы, а приличная горсть пепла, казалось, осела в лёгких. Но они продолжали искать. Когда не осталось уголка, который бы они не проверили, женщина не выдержала.

—Ты ведь уже всё поняла.

Мелани ничего не слышала. Только одна мысль занимала её — «Где же ты, Мистган?».

— Не терзай себя ещё больше, — Шерл обхватила девушку за плечи и встряхнула, но та упрямо поджала губы.

— Ты не знаешь его. Он очень умён и обязательно выбрался. Вот увидишь. К тому же, здесь нет его тела, — Мелани истерично хохотнула, обводя руками комнату. —Посмотри же, его здесь нет.

—Нет, — согласилась женщина. Она не хотела лишать её надежды, но Мелани должна столкнуться с реальностью. Чем раньше, тем лучше. — Его нет, потому что оно сгорело. Полностью.

Девушка с силой оттолкнула Шерл. Она отчаянно хватала ртом воздух, который застревал в горле. Мелани хотелось накричать на неё, доказать, что она ошибается. Мистган не мог умереть.

—Не мог, — бормотала чародейка, прислонившись к стене у входа. — Только не так. Не таким образом.

Она осела на пол, бездумно рассматривая подвал, вернее то, что от него осталось. Что здесь произошло? Откуда взялся огонь, если Мистган допрашивал мага льда? И что ей делать, если он и правда…

Мелани схватилась за голову и зажмурилась. Спустя годы ей удалось пережить потерю отца, но она не была уверена, что сможет смириться с потерей того, с кем прожила рука об руку гораздо дольше; того, с кем погружалась в жар эмоций; с кем чувствовала себя ещё более особенной, ещё более живой.

❂❂❂

Феликс поведал о том, что Алфекке с другими удалось выбраться из леса. Норд лично убедился, что за людьми никто не следовал и только после — отправился на помощь остальным.

По словам парня временный лагерь находился совсем рядом, и уцелевшие уже там.Не хватало только Веги, поэтому они разделились, чтобы поиски не затянулись.

Когда он закончил вводить её в курс событий, то замолчал, а девушка ощутила внезапную тяжесть на плечах. Она сомневалась, как лучше преподнести информацию о подруге, но была убеждена, что он должен знать. Общие воспоминания сплотили этих двоих. Возможно, в какой-то мере Феликс стал гораздо ближе к Элизе, чем она.

—Я…

—Он виноват, но…

Маги смутились, начав говорить одновременно. А когда до Веги дошёл смысл слов, на лице отразилось искреннее непонимание.

—О ком ты?

Феликс неловко прокашлялся, принимая серьёзный вид.

—То, что Яннис находился под воздействием магии не оправдывает его. Но уверяю тебя, в здравом уме он никогда бы этого не сделал. Ты важна для него. Полярис, больше, чем важна! Я знаю, Яннис ненавидит себя сильнее, чем Эддингада. Сильнее чем кого-либо. Поверь.

«Несправедливо, — сердито подумала она. — Всего одна случайность связала нитями страдания стольких людей». Веге вновь захотелось его обнять. Он так переживал за друга, а она вот-вот сделает Феликса несчастным вдвойне. Но сначала, она должна развеять недоразумение.

—Я ни в чём не виню Янниса. Никогда не винила. И я сказала бы об этом лично, не будь он таким упрямым и, как оказалось, склонным к самобичеванию без веских оснований.

—Ты искренна?

—Чем когда-либо.

—Хорошо, — тень напряжённости пропала с его лица.

Вега осторожно схватила его за рукав кофты и заставила замереть.

—Я тоже должна тебе кое-что сказать.

Дослушав до конца, Феликс застыл. Он продолжал казаться невозмутимым, но она видела всполохи самых разных эмоций, которые сменяли друг друга на протяжении рассказа. Она даже не представляла, как отреагирует парень, но он сумел её удивить.

—Она болтушка. Неугомонная. Немного чудаковатая, но уж точно не глупая. Если кто и сможет выжить в проклятом логове князя, то только Элиза.

Вега всхлипнула и тряхнула головой: она не станет плакать. Девушка почувствовала, что наконец может всплыть на поверхность и сделать вздох. Картинки смерти Элизы неустанно преследовали её, накидывали удавку на шею и душили, пока не становилось настолько больно, что она почти теряла сознание. Вега чересчур погрузилась в это, успев позабыть, какой на самом деле сильной была её подруга.

❂❂❂

Чародейка не заметила, как начало смеркаться, она сколдовала несколько небольших шариков, которые парили над их головами, подсвечивая извилистую тропу.

«Мар-р-бель…»

Тягучий голос отозвался вибрациями в груди. Вега бросила на Феликса выразительный взгляд, но тот лишь непонимающе уставился в ответ. Она задержала дыхание и прислушалась, но безрезультатно. Маги ускорили шаг, и спустя некоторое время ситуация повторилась.

«Мар-р-бель…»

—Ты ничего не слышал?

—Смотря что ты подразумеваешь под «ничего».

Вега оглянулась через плечо, подмечая крохотную тень рядом с широким пнём. Она направила туда огонёк. Тень скользнула в сторону так быстро, что её легко можно было принять за игру воображения. Но чародейка успела заметить мраморную шерсть и крупные уши, с чёрными кончиками. Определённо это — лисичка из туманного леса. Но что питомец народа звёзд делал так далеко от дома?

—Мы в лесу. Нормально слышать всякое здесь.

—Пожалуй, — согласилась девушка. Тем не менее она не сомневалась, что видела, и весь оставшийся путь оставалась на стороже, пытаясь почувствовать присутствие необычного зверька.

Запахло дымом и еловыми ветками, так поступали, чтобы отогнать надоедливых мошек и комаров. Впереди кто-то негромко переговаривался, и Вега поняла, что они очень близко.

—Не рискованно зажигать костёр, когда вокруг бродят враги?

—Гораздо рискованнее умереть от голода или остаться обескровленными, — Феликс перехватил колючую ветку перед самым носом девушки. Та ахнула, а парень не сдержал смешка. — Теперь понятно, откуда все эти синяки на твоём лице.

Вега буркнула что-то неразборчивое. Она проглотила скопившуюся слюну, как только Феликс упомянул еду. Пустой желудок дал о себе знать. Она не помнила, когда ела последний раз. Иногда Вега попросту забывала об этом или не чувствовала голода совсем.

—К тому же в лагере остался Вайрон.

Чародейка споткнулась, а когда сумела восстановить равновесие, подняла на парня уязвлённый взгляд. Вайрон способен отыскать её за несколько минут. Вега никак не могла привыкнуть к мыслям, что отцу не всё равно, что он действительно волнуется о ней, а не переживает из-за иллюзорной чести семьи. Хоть они и прояснили причины недопонимания, требовалось время, чтобы преодолеть ту стену напряжённости, которая выстраивалась между ними многие годы.

—Он хотел пойти сам. Норд отговорил его. Вайрон остался, чтобы предупредить об опасности, если на нас захотят напасть. Но он указал направление, где тебя найти.

Когда парень и девушка добрались, то застали всех в сборе. Пока вода закипала над огнём, некоторые обрабатывали раны или тихо общались между собой. Вега сразу же заметила Вайрона. Мужчина ближе всех сидел к костру, наверняка, пытаясь отогреть заледеневшие пальцы. В их поместье всегда горели камины, Вайрон плохо переносил холод и слякоть.

Девушка с трудом подавила изумление: Эван осторожно снимал котелок. Он сколдовал изумрудный стакан, налил в него горячей воды и поднёс Вайрону. Отец поблагодарил его и предложил сесть рядом. Вега так сильно сжала зубы, лишь одно чудо помогло им не раскрошиться.

Совсем недавно он сказал ей перестать верить, не надеяться на помощь и не обманываться на его счёт. Но вот он снова здесь. Эван так искусен в пускании пыли в глаза. Даже сейчас она не могла с точностью сказать, был ли он искренен, или это очередная уловка, пропитанная сплошной выгодой для него.

Когда Вайрон заметил дочь, руки мужчины затряслись, и он выпустил стакан, который она поймала в последний момент. Вернув его отцу, девушка крепко обхватила его ладони. Казалось, что всю привычную строгость смыли с лица Вайрона, даже жесткие линии подбородка и скул стали мягче и приветливее. Он был рад ей, как и она.

Вега обернулась на кашель позади, и её улыбка стала ещё ярче. Она без сомнений бросилась в объятия ещё одного важного мужчины, словно и не было того неприятного разговора между ними. Недомолвки и ссоры меркнут, когда ты осознаёшь всю ценность, кроющуюся за ними.

Норд закружил дочь, а когда она со смехом попросила вернуть её на землю, то ещё несколько долгих секунд не прекращал прижимать Вегу к себе.

—Прости меня, — весь его вид излучал сожаление.

—Ничего.Я понимаю, — Вега крепче обхватила его предплечье, показывая, что больше не злится.

❂❂❂

Адрос никогда не чувствовал себя столь грязным. Его поступок, его помыслы, даже рваное сердцебиение — всё сплошная чернота. Но то было внутри, снаружи он оставался обыденно спокоен. Абсолютно сухие ладони крепко сжимали корону — любимый и важный символ для Хелиодора. И хоть князь утомился их играми, Адрос не мог знать наверняка, когда именно он решит проснуться. Обнаружив пропажу, он мог казнить слугу, но что гораздо страшнее: Хелиодор мог разочароваться в нём.

Элиза встретила его с горящими глазами.

—Принёс? — они были одни, но чародейка всё равно шептала, опасаясь быть подслушанными.

Адрос передал ей корону. Девушка без лишних разговоров приступила к делу. С самого начала затея казалась ему безумной. Зачем ворошить прошлое? Зачем пытаться выискивать и собирать воспоминания по осколкам? Он боялся правды также, как боялся узнать, что действительно испорчен. Однажды Адрос поклялся князю взглянуть страху в глаза и стать сильнее. Верно, это — и есть ответ.

Пшеничные волосы девушки обрамляли напряжённое лицо. Должно быть, она видела неприятные картины. Адрос знал, что Хелиодор мог быть чудовищно жесток. Но он принимал эту сторону, с трепетным удовольствием понимая, что его принимают в ответ.

Дождь барабанил по стёклам, играя на нервах. Он считал про себя, и когда цифры перевалили за тысячу, Элиза распахнула глаза. Она выглядела растеряно и напугано. Став бледной, подобно снегу Грегори, девушка приблизилась к нему и опустилась на колени, устанавливая зрительный контакт.

Адрос облизнул губы и подвинулся на край кровати. Он не понимал её любви к тактильному контакту, но решил потерпеть.

—Ты не должен стремиться к князю. Ты не затерявшийся в океане. А он вовсе не твой берег. Я покажу тебе это, Адрос.

Она коснулась его лба, и его мысли наполнились картинками.

Глава 22. С болью под руку

☾

Все чувства Мелани словно заключили в стеклянный шар. Неистовым ураганом они закручивались в спираль и бились о хрупкие стенки. Она испытывала это всякий раз, когда кто-то упоминал его имя, или она вновь стояла посреди подвала, начищенного до блеска с подачи Шерл. Мелани звала Мистгана, порой угрожала жестокой расправой, но он не появлялся. Если бы не обязанности и люди, которым по-прежнему нужна помощь, возможно, она проводила бы в этом месте сутки напролёт.

Чародейка завершала обход, когда её окликнули. Они не разговаривали с Шерл несколько дней. Мелани не переносила тон полный сомнений относительно судьбы Мистгана. Женщина без устали твердила, что следует принять реальность, перестать ждать возращения парня, иначе это сведёт Мелани с ума. Но как взломщица могла что-то советовать, если сама так и не научилась жить заново?

Шерл пила всю ночь, а наутро еле передвигала ногами. Мелани пришлось сопровождать женщину в спальню, игнорируя нелепые анекдоты и хихикания. Она вздохнула с облегчением, когда скинула обмякшее тело на кровать. Однако как только голова женщины коснулась подушки, Шерл горько зарыдала.

—Тишина…Я ненавижу её. Но она всё время со мной. Всё время, — бормотала Шерл, пытаясь утереть слёзы. — Верно, всё потому, что её нет. Да…её больше нет…

Шерл кашлянула и Мелани перевела взгляд на незнакомую женщину, стоявшую рядом.

—Это Алфекка, — посвятила взломщица. — Вместе с ней прибыли жители столицы.

Конечно же, Мелани не могла не знать имя одной из главных советниц. Девушка тихо выдохнула, заглушив потребность взорваться и перенести весь скопившийся гнев на эту женщину. Проглотив раздражение, словно застрявшую кость от рыбы, чародейка глухо поинтересовалась:

—Вега. Где она?

—Вместе с другими магами отделилась от отряда. Но Норд ищет её. Думаю, в скором времени мы встретимся с ней.

Мягкий голос Алфекки срабатывал, как красная тряпка для быка. Раненного и очень напуганного быка. Вот кем она была. Её будни превратились в побег. Не так важно убегала она от всех или же от самой себя, но она не могла остановиться.

❂❂❂

Чародейка не заметила, как ноги привели её к комнате Мистгана. Трусость никогда не была её отличительной чертой, и всё же она не решалась зайти. Больше чем увидеть напоминание о нём, она боялась увидеть следы его отсутствия.

Мистган как-то упоминал, что очень ценит свою комнату. Она была самым безопасным местом, была его домом. Внешне она напоминала дворецкого: идеально заправленная кровать, расставленные предметы, выглаженные костюмы. Царство порядка и строгости. Но если присмотреться чуть внимательнее, можно заметить и нежную сторону парня.

Мелани улыбалась, проводя рукой по белоснежным шторам, украшенным вышивкой. Мистган поистине мастер на все руки. На столе, заставленном стопками книг, притаился детский рисунок, который бережно поместили в рамку ручной работы. Девушка едва не задохнулась, узнав его. Кажется, ей было двенадцать или тринадцать тогда? Мастер отправил её отрабатывать наказание к противному мальчишке, который был ненамного старше, но сроил из себя очень взрослого. Мистган заставил Мелани перемыть все стены и полы в гильдии, а в ответ она изобразила его с крючковатым носом, выпирающими зубами и рогами. Чародейка повесила этот шедевр в главном холле, на виду у всех. Многие ещё долго посмеивались над дворецким. Мистган поклялся, что уничтожит рисунок, а она пообещала нарисовать новый. Но он хранил его. Все эти годы.

Мелани прижала рамку к груди, чувствуя, как стеклянный шар из чувств покрылся трещинами. Взгляд случайно зацепился за блокнот. По сравнению с остальными он выглядел потрепанным и неуместным.Она пролистала несколько страниц. В её руках находился дневник. Личный дневник Мистгана. Трогать вещи, подобные этой, волнительно и немного пугающе. Когда он узнает, ей точно несдобровать.

«Если узнает…», — Мелани отмахнулась от неприятной мысли, как от назойливой мухи, и приступила к чтению.

3 января

5110 день в борделе

Мастер тёмной гильдии принёс с собой пронизывающие ветра севера, оправдывая все слухи, гуляющие вокруг его репутации. Между игровыми столами пробежала волна жаркого шёпота. Те, кто узнал его, ломали головы над причиной, которая могла бы привести его сюда. Многие девушки стреляли в мужчину заигрывающими взглядами: надеялись получить от него вознаграждение в виде парочки золотых монет.

Маму появление Норда встревожило. За годы работы в борделе она так и не привыкла к мужчинам. Особенно к таким опасным. Я разделял её мнение, но опасность Норда казалась немного другой. Заманчивой? Да, пожалуй, что так.

В тот миг, когда я подал ему напитки, передо мной развернулась тропа с развилкой. Норд пришёл из-за меня. Каким-то образом он узнал, что я тоже тёмный. Мужчина предложил мне слишком щедрое, и оттого подозрительное предложение. Он позвал меня с собой. Сказал, что я могу вступить в гильдию, покончить с «работой» в борделе.

Но, я сделал, то, что должен был.

4 января

5111 день в борделе

Я думал, мой отказ успокоит маму. Я хотел, чтобы она не сомневалась — я никогда не оставлю её. Но всё оказалось иначе.

— Мой мальчик, — мама ласково взъерошила мои волосы, слегка пробежалась пальцами по лбу и обхватила лицо.

Я не мог отделаться от мысли о том, как сильно судьба отразилась на ней. И дело не в морщинах и прочих признаках старения. Все здесь следили за внешним видом. Внешность – главный товар. Но ни сияющая кожа, ни шелковистые волосы не могли отвлечь от глаз, подёрнутых усталостью и обреченностью.

— Ты должен пойти с этим мужчиной. Он выкупит тебя и позаботится, — шептала мама.

На секунду показалось, что слух подвёл меня. До сегодняшнего дня я делал всё, о чём она просила. Но как она могла просить о таком?

— Это твой шанс начать новую жизнь.

— Но как же ты? Что на счёт тебя?

— Ты – моя жизнь, Мистган.

Мелани с тоской поглощала слова, бережно обводя пальцем аккуратные завитки букв. Горечь заполнила желудок. Несмотря на то, что он так долго прожил в гильдии, сотни раз проходил мимо её комнаты, мимо неё — дневник оставался единственным другом, которому Мистган мог доверить самую хрупкую часть себя.

— Как жаль, что я не стала той, с кем бы ты мог быть столь же откровенен, — хрипло прошептала девушка, перелистывая страницы.

15 августа

Три месяца в гильдии

До встречи с ней я и не знал, что кто-то может улыбаться так. В борделе я видел разные улыбки. Порочные — использовали для быстрого привлечения клиентов. Смущённые и робкие — пускали в ход, когда мужчина или женщина ценили иллюзорную невинность. Хищные — всегда были востребованы у любителей подчинения.

В борделе улыбка не более чем инструмент, подобно книге для библиотекаря или ленты в руках портного. Но её улыбка была другой. Не средство — оружие, поражающее искренностью.

7 октября

Три года в гильдии

«Я люблю тебя, мама».

Слова обжигали кончик языка. В нашу последнюю встречу мне следовало сказать именно это. Но я произнёс то, что она хотела услышать: «Я никогда не полюблю, мама».

Мой день начинается с повторения этой истины, а заканчивается с другой: любовь — гибель. Предатель, скрывающийся под маской нежности и привязанности.

5 февраля

Четыре года в гильдии

Разум — это камень. Требуется мастерство ювелира, чтобы отточить его и превратить в драгоценность.

Я был уверен, что могу называть себя если и не гением на этом поприще, то хорошим профессионалом. Но после разговоров с Мелани, не всегда уместных или наполненных глубоким смыслом, разум подводит меня. Порой достаточно и одного взгляда, чтобы руки начали трястись. Такая реакция — полный провал для ювелира. Подобная реакция неприемлема для моих принципов. Она неправильна. Небезопасна. И интригующая?

3 июля

День после поражения на болотах

Прости меня, мама. Не следовало позволять этому случиться. Все эти годы мне не стоило наслаждаться её голосом, нарочно искать встреч или украдкой провожать взглядом.

Я должен был затоптать этот маленький червячок желания, который мечтал стать кем-то более значимым, чем простым дворецким, краснеющим от её непристойных шуток.

Твой сын оказался слабым и неспособным противостоять чувствам. Но я верю, что она сможет научить меня, как любить правильно. Без притворства и страхов. Без предательства.

16 августа

Больше месяца с начала войны

Ты часто говорила, что твоя заветная мечта — увидеть рассвет вместе со мной. Вдохнуть утреннюю прохладу и узнать вкус росы. Эти мысли казались мне детскими и наивными, ведь всё о чем мечтал я так это — о свободе. Начать жизнь с чистого листа и как можно дальше от борделя.

Однако получив это, я понял, что значил для тебя восход солнца. Ни новый дом или должность сделали меня свободным. Мой первый рассвет, вне стен, пропитанных сладкими духами. Первый рассвет, не проглядывающий сквозь круглые разноцветные окна крошечной комнаты, подарил мне это чувство.

Щёки горели, а пальцы занемели от холода. Мои глаза пересохли, но я ни на секунду их не закрывал. Хотелось запомнить каждый всполох. Каждый оттенок. Каждую секунду.

Я был действительно счастлив, что смог прикоснуться к твоей мечте. И теперь у меня появилась своя. Пишу это и сам себе кажусь ребенком. Однажды, хочу узнать: каково это увидеть рассвет с кем-то? Вернее хочу встретить его с Мелани.

Мелани отшвырнула дневник и подскочила на ноги. Это все слишком для неё. Слишком. Её охватило безумие. Она громила комнату Мистгана. Метала книги в стены. Топтала белоснежные шторы с вышивкой и кричала. Вопила, словно её поймали в капкан. Но когда в руки вновь попал дневник парня, она сломалась.

Мелани опустилась на колени и захрипела. До сих пор она не разрешала себе оплакивать Мистгана. Она была уверена, что он жив, а слёзы означали бы, что она не верит в это. Но сейчас эти мерзкие солёные доказательства собирались у её рта и щипали искусанные губы.

— Прости меня, Мистган. Кажется, мы не увидим рассвет вместе.

❂❂❂

Вега отвечала невпопад, а иногда и вовсе не слышала вопроса, обращенного к ней. От костра остались одни угли, скоро они выдвинутся в гильдию, но она не переставала думать о лисе. Зверёк, словно хотел рассказать о чём-то. Возможно ли, что таким образом вожак космейцев пытался связаться с ней? Его народ жил на этих землях задолго до образования Медведицы. Что, если Адар знает, как справиться с Хелиодором?

Предположение так воодушевило чародейку, она едва сдерживалась, чтобы не вскочить и не направиться в Туманный лес. Вега только сейчас заметила, что кругом царила тишина, и все, включая Эвана, внимательно следили за ней.

— Что?

Феликс кашлянул и озвучил то, о чём думали остальные.

— Ничего. Ты просто смотрела в одну точку, бормоча что-то про звёзды. Думаю, многим показалось, что ты не в себе.

Прямолинейность Феликса смутила Вегу, но она постаралась это скрыть.

— Я видела лису.

— Хорошо. Кого ещё ты видела? Птичку? О, или ёжика? Здесь это такая редкость.

Чародейка раздражённо закатила глаза. До сих пор она успешно игнорировала присутствие Эвана, но вот он снова делает это: пытается вывести её на эмоции. Его интонация слишком явно демонстрировала издёвку. А излишне взволнованный взгляд Норда подливал масла в огонь. Они смотрели на Вегу так, будто её разум и впрямь помутился.

— Я видела лису из Туманного леса, — твёрдо повторила девушка, вздёрнув подбородок. — Уверена, космейцам есть, что сказать нам.

— Они никогда не вмешивались в проблемы людей. Да и потом, ты, действительно, собираешься рисковать, потому что увидела зверька?

На несколько секунд она не отрывала взгляда от стакана: магией Вега могла опрокинуть его на парня меньше чем за минуту.

Словно прочтя её мысли, Эван осушил содержимое одним глотком. С нарочитой небрежностью он облизал губы и усмехнулся. Эван бросал ей вызов. Но она не собиралась и дальше играть в его игры.

— К сожалению или к счастью, ты не был в этих лесах и не говорил с народом звёзд. Они мудры и чтят свой дом. Угроза нависла над всеми нами. Если космейцы знают способ победить Хелиодора, то они расскажут об этом. Наконец-то появилась реальная надежда, а не что-то мифическое и витающее в воздухе.

Маги затихли, задумываясь над её словами. Как и она, люди устали бороться без веры. Вега не сомневалась, что многие согласятся с ней.

— Эван прав.

Вегу словно ударили по голове. Эван что-то подлил в воду? Иначе почему Норд только что поддержал его, а не её?

— Готов спорить, со дня на день князь нанесёт заключительный удар. Предстоит трудный бой. Даже если мы найдём кого-то, кто отправится к Космейцам, мы не можем быть уверены, что они примут нас.

— Я готова пойти.

— Нет. Это слишком опасно, — резким тоном он поставил точку в этом вопросе.

Сейчас он был не просто её отцом, он был их лидером. Вега не могла не считаться с его решением. Сам того не подозревая, Норд ранил дочь словами. Она делилась с ним рассказами о невероятном доме космейцев: о причудливых деревьях, белоснежных шатрах и звёздном озере. Он точно знает, что Адар не обидит её и обязательно выслушает.

— Это приказ? — хрипло выдавила из себя Вега, всё ещё надеясь, что он не поступит с ней так.

Она согласна принять его заботу и разделить страхи, но он словно пытался поместить её в четыре стены и повестить на дверь замок. Поступал так, как поступали с ней всю жизнь.

— Хорошенько подумай, Норд. Порой, защищая близких, мы делаем только хуже. Я пытался уберечь Вегнессу от всего. Посмотри, куда это нас завело.

Норда словно окунули головой в таз с холодной водой, и он наконец пришёл в себя. Он взглянул в глаза дочери и понял, какую ошибку чуть только что не совершил. Конечно же, он должен позволить ей сделать то, что она считает нужным.

❂❂❂

Лес становился гуще: пышные еловые ветки заслоняли солнце, из-за чего казалось, что ночь наступала гораздо раньше, чем в северной части. Маги передвигались днём, стараясь выбирать безлюдные тропы, давно заросшие травой. Иногда Вега вновь видела лису, она указывала хвостом направление. Феликс не задавал вопросов и просто следовал за девушкой. Они мало разговаривали.

Постепенно неловкое общение перерастало в перекидывание дежурными фразами. «Здесь сделаем привал?» или « Собери хворост». И так до тех пор, пока Феликс не спросил её о детстве, осторожно выведывая факты про Элизу. Вега охотно делилась с ним забавными историями, пряча хитрые улыбки. Вскоре парень сам стал рассказывать о буднях в гильдии, о непростых миссиях с Яннисом и Мелани.

Сегодня они выбрали каменистый берег у ручья. Когда Вега закончила набирать воду, Феликс уже готовил ужин. Она села напротив него, следя за тем, чтобы еда не подгорела. После того, как рыба хорошенько поджарилась, девушка сняла её с костра и втянула носом приятный запах.

— Что у вас произошло с тем блондином?

От неожиданности Вега выпустила палку. Она поспешила поднять рыбу, надеясь, что ужин неиспорчен окончательно.

— Почему ты спрашиваешь?

Феликс неоднозначно хмыкнул.

— Он смотрел так, словно не мог выбрать: убить тебя сразу или сделать это как можно медленнее.

— Эван на всех так смотрит, не бери в голову.

Парень забрал у неё испачканную рыбу и отдал свою.

— Возможно. Но напряжение витает только между вами двумя. Он не хотел Норда или меня. Да и ты явно раздражаешься в его присутствии. А значит, он не безразличен тебе.

Когда-нибудь прямота Феликса доведёт её до могилы. Маг смотрел в упор, ожидая, подтверждения или опровержения своих слов. Как бы ей не хотелось нагрубить ему в ответ, она ясно видела цель этого провокационного разговора.

— Я не собирался тебя обижать. Мы не близки с тобой, как с Мелани. У меня нет ни малейшего представления, как работает твой мозг.

Он переживал за друга и всеми силами пытался уберечь его от боли. Она даже могла бы назвать это милым.

— Глупо отрицать очевидное. Но нас с Эваном связывает не то, о чём ты подумал, — голос Веги стал выше. — Я никогда бы не поступила так с Яннисом.

Девушка принялась тщательно прожевывать крупный кусок рыбы, всем видом демонстрируя, что не хочет продолжать разговор на эту тему. Феликс не настаивал. Когда он вернулся, проверив территорию поблизости, Вега поерзала, но всё же решилась спросить. В конце концов, не одной же ей чувствовать себя неловко всю оставшуюся ночь.

— Как ты относишься к Элизе? Она тебе нравится?

Феликс сел на пушистую траву и вытянул ноги. Он наклонил голову, позволяя длинным прядям закрыть половину лица, и усмехнулся.

— В первый час знакомства она без стеснения нанесла грязь на тело, словно какую-то целебную мазь. Я тащил Маверик на спине и прикрывал её зад от острых когтей Варгов. Копал вместе с ней червей, потому что она прочитала в книжке об их питательности. И это лишь малая часть того, что мне пришлось пережить. Я уже не говорю о её бесконечных рассказах. Днём. Ночью. Утром. А ты спрашиваешь, нравится ли она мне?

— Да ты же без ума от неё! — Вега просияла, забыв обо всех проблемах.

Феликсу казалось, что неприкрытый сарказм в последней фразе должен был убедить в его полной беспристрастности к Элизе. Но как только он начал говорить, каждое слово подтверждало обратное.

❂❂❂

Картинки одна за другой возникали в сознании Адроса. Это было похоже на переливание крови, вот только за место жидкости в него вливали воспоминания Хелиодора. Яркая вспышка, за которой последовал гул. Расплывчатые образы сгущались, приобретая форму.

Будущий князь держится на расстоянии от чёрных вод. С хищным интересом он наблюдает, как морские капли с необыкновенной лёгкостью меняли размер и вид. Маленький Адрос беззаботно хихикал, превращая воду в рыбок или геометрические фигуры.

Он уже видел это раньше, но не подозревал, что за ним наблюдали. Следили со странным восхищением. Мужчина моргнул и видение сменилось.

Они переместились в покои Мориона, в которых он бывал лишь однажды. В огромной комнате горело, по меньшей мере, сотня факелов. Под каждым из таких располагалась статуя любимого питомца бывшего властителя. Адрос знал: всё, что он видит лишь отголосок прошлого, но ощущение, что алые глаза Варгов следят за ним, не отступало ни на миг.

— Камень — источник силы, неподвластной одному, сын, — Морион обхватил драгоценность, и всё пламя в комнате завихрилось у его ног. Лишь кивком головы мужчина превращал огонь в лаву.

Хелиодор не мог оторвать взгляда от завораживающей картины. Если бы Морион обернулся, то сумел бы уловить миг, когда безграничная мощь медленно поглотила юный рассудок. Но он не обернулся. Морион отозвал магию. Сцепив руки за спиной, он продолжил делиться семейным секретом:

— Важен баланс. Возьмёшь у камня чуть больше — умрёшь. Перестанешь подпитывать его — умрёшь. Равновесие, способное уберечь тебя от конца, достигается за счёт другого. К счастью, твоя будущая жена: идеальный вариант. Киана талантливый маг воды. Ей под силу забрать часть твоей магии.

«Этот процесс можно сравнить с тушением пожара», — подумал Адрос. Через физическую связь магия в теле начнёт отступать. Затухать, позволяя энергии камня заполнить появившееся пространство. Адрос закусил щёку. Он хорошо знал князя: «часть» не то, что ему нужно. Целиком и даже больше, вот к чему стремится Хелиодор.

Адрос чувствовал, как на нити истины появлялись бусины, каждая из которых грозилась её порвать. Организм мужчины всё сильнее сопротивлялся заклинанию Элизы. Кости ломило, а в глазах лопнуло несколько капилляров, но маг продолжал следить за происходящим.

Он помнил тот день. Мужчина взбудоражено облизнул губы, всем телом подаваясь вперёд. Сейчас Адрос сможет взглянуть на их первую встречу глазами Хелиодора.

Главный зал подготовили с особой тщательностью. Совсем скоро пройдёт прощальная церемония: после долгого пребывания за перевалом делегация ларимарцев наконец вернётся домой. Хелиодор облачился в парадное одеяние, подобрал самые лучшие украшения, сделал всё, чтобы добиться нужного эффекта. Отец остался довольным, наивно думая, что сын так старается ради невесты. Но Киана уже испытывала к нему чувства. Хелиодор же намеревался оставить след в совсем ином сердце.

Первыми появились Киана и её отец, за ними следовали приближённые и слуги. Как и положено принцесса ларимарцев сохраняла приветливое лицо, не позволяя себе улыбаться слишком широко или не улыбаться вовсе. Князь лениво скользнул по её холодным чертам лица и устремился в конец процессии. Он нашёл его сразу: нескладный подросток пожирал глазами искусно-выполненные узоры на стенах из чёрного золота. Мальчик жутко смутился, когда их взгляды столкнулись, поспешив скрыть покрасневшие щёки за длинными серыми волосами.

Хелиодор закипал с каждой нудной секундой торжественной речи отца. Он не мог дождаться момента, когда осуществит задуманное. Наконец наступил черёд традиционного обряда, в котором правитель и его наследник лично произнесут напутственные слова для каждого ларимарца.

Когда Хелиодор добрался до Адроса, то позволил себе сделать то, чего не позволял прежде: краешки его губ приподнялись в поистине ласковом жесте.

Князь сжал вспотевшую ладошку мальчика, вырывая из его рта взволнованный вздох. Адрос смотрел на него широко раскрытыми глазами, не веря, что сам наследник Мориона взял его за руку. Его. Обычного слугу.

Он был слишком обескуражен и шокирован поступком Хелиодора, что совсем не понял, что именно произошло тогда. Адрос не понял бы и сейчас, не будь с ним рядом Элизы.

Указав на едва заметные потоки магии, чародейка строго произнесла: «Смотри внимательно!»

Вены на запястьях Хелиодора вздулись и покраснели. По ним струился жидкий огонь, который направлялся к рукам Адроса.

— Пусть воды Моря Созвездий гордятся тобой, маленький Ларимарец.

Хелиодор отпустил мальчика, напоследок заправив густую прядь волос за его аккуратное ухо. Князь возвращался на трон с торжествующим видом. Только что он сделал самый главный шаг на пути к власти.

Элиза отозвала заклинание. Адрос вновь оказался на её кровати. Дрожащими пальцами он вцепился в корону князя, пытаясь прийти в себя. Все эти годы он смотрел на мир через кривое зеркало, которое наконец разбилось. И всё же внутри он всегда знал, что его используют. Подобное невозможно не чувствовать.

Девушка вышагивала из стороны в сторону, эмоционально размахивая руками:

— Ты сильнее Кианы! Хелиодор понял это, как только увидел тебя. Когда вы вместе, его собственная магия иссекает, и он восполняет её за счёт камня. Вот почему он так силён. Ты нужен ему. И чтобы заполучить тебя, он сжёг твою магию. Разумеется, не полностью. Но этого было достаточно, чтобы море не приняло тебя.

Её слова медленно проникали под кожу. Перед глазами плыло. Столько боли. Жестокости. Убийств и разочарований.

«Ты сильнее, чем думаешь».

Даже сейчас трепет от этих слов ничуть не меньше, чем когда он услышал их впервые.

«Неправильный? Забудь. Просто они не подходят тебе».

Адросу так важно было знать, что он не просто тень этого мира. Его признают. Его видят. В нём нуждаются.

«Можешь быть рядом, если хочешь».

Но вместе с трепетным чувством собственной важности появилось ещё одно — страх быть отвергнутым. Он мечтал о любви, способной заполнить истерзанную душу, а взамен получил море внутри себя, переполненное кровью.

«Я изменю мир. Больше никто не посмеет смотреть на тебя свысока».

Он испил чашу лжи Хелиодора до дна, и ему стало дурно. История ларимарца могла быть иной. Он словно наяву видел дни, когда собственный народ не презирает его, как отец гордится им, как он бродит по бесконечным морским просторам. Он мог иметь всё это. Адрос действительно мог. Потому что он ни калека. Ни испорченный маг, который не выносит вида воды. У него просто отняли право стать тем, кем он был рождён.

«Вот увидишь, Адрос. Я заставлю всех признать меня, а значит и тебя».

Адрос зарылся пальцами в серые волосы, натягивая их, чтобы унять панику. Всё что он потерял, всё, что приобрел. Хелиодор стал причиной всего.

❂❂❂

Феликс до последнего сомневался в надёжности указаний лисицы, являющейся только девушке. Но когда понял, что странным образом им удалось очутиться совсем близко к границам с Туманным лесом всего за пару дней, расслабился и доверился Веге.

Парень стянул с плеча кожаный ремень рюкзака. Это их последний привал перед тем, как они войдут во владения космейцев. Он солгал бы, сказав, что не волнуется или не хочет своими глазами увидеть те самые природные чудеса, о которых так часто упоминала Вега. Но больше всего ему хотелось покончить с войной и помочь Элизе. Маверик вызволила их из темницы Хелиодора, помогла ему добраться до гильдии, даже сейчас она находилась в плену, чтобы спасти всех.

«Я не оставлю тебя». Он часто проговаривал это про себя, надеясь, что магическим образом слова смогут достичь девушки, дадут понять — она не одна.

Маг плюхнулся на землю. Он долго копошился в сумке, наконец отыскав нужный предмет.

— Что это? — спросила Вега, кивком указывая на зелёный блокнот в его руках. — Ты ведёшь дневник?

Феликс перевернул первую страницу и пальцем постучал по аккуратно выведенному заголовку.

— «Двое за перевалом», — прочла девушка и затихла.У неё ушло несколько секунд на обдумывание. — Эта книга о вас? О том, что случилось с тобой и Элизой?

— Сокращённая версия. У меня не хватит бумаги, чтобы уместить всю её болтовню.

Быстрым движением Вега смахнула выступившие слёзы и хихикнула. Неожиданно Феликс подхватил её смех, ненадолго они смогли забыть о тревоге и о том, сколько всего мрачного ждало впереди.

Отголоски веселья ещё долго витали в воздухе. Вега и не подозревала, каким трогательным может быть Феликс, когда не выпускает иголки.

— Кто-то идёт, — вдруг резко произнёс парень.

От расслабленной позы не осталось следа. Феликс сел на корточки и опёрся ладонями о землю. Вега уже видела это раньше: так он считывал чужие шаги. Девушка сконцентрировала магию в пальцах, если предстоит бой, она будет готова.

Она закрыла глаза, чтобы сосредоточиться на шагах, но тут же их распахнула. Слабый перезвон колокольчиков напомнил о чём-то знакомом.

— Сзади, — рыкнул Феликс, сколдовав несколько каменных стрел.

— Стой! — воскликнула она. — Это не враг.

Фиолетовый туман возник из ниоткуда, замыкая вокруг них кольцо.

Дзынь.

Дзынь.

Дзынь.

Взгляд Феликса бегал по сторонам, он пытался уловить источник звука и не потерять из виду Вегу. Но вскоре понял, что остался один. Дым подбирался всё ближе и ближе, а вместе с ним и голоса. Рыки, вой, щёлканье — Феликса словно окружили звери, которые, казалось, вот-вот попробуют его на вкус.

Вега предприняла попытку разогнать туман, но её мягко остановили.

—Нельзя пр-р-ройти чужое испытание, Марбель.

Девушка резко развернулась, натыкаясь на лицо, сочетавшее в себе как людские, так и животные черты. Золотистые глаза по-прежнему светились мудростью и озорством, а уши, как у Лемура всё также подёргивались при малейшем дуновении ветра.

—Адар, — выдохнула Вега и обняла вожака космейцев.

Глава 23. Лунное затмение

☾

Когда он очнулся, то обнаружил себя прижатым к чужой спине. Маленькие ладони удивительно крепко удерживали его бёдра, спасая от падения. Ощущения подсказывали, что его нёс ребёнок, невероятно сильный для своей комплекции. Феликс постарался осмотреться, но так, чтобы чужак не заметил его пробуждения. Окружающая обстановка пестрила красками и казалась нереальной. Он зажмурился, а когда вновь открыл глаза, всё осталось прежним. Ядовито-зелёные, персиковые, коричневые — все цвета радуги и их оттенки собрались в одном месте. Феликс недоверчиво косился на деревья с корнями, растущими из каждой ветки или кусты с крупными ягодами, которые исчезали на некоторое время и появлялись, но уже в другой форме.

Вдруг что-то на земле привлекло его внимание. На Феликса смотрели чёрные глазки-пуговки. Молодой ёжик дружелюбно фыркнул, подмигнул ему и исчез в зелёной траве. «Наверное, я умер в тумане. А это — мой путь к Полярису и звёздам», — подумал Феликс. Однако он не чувствовал каких-либо изменений в себе: плечо всё также ныло, а поясница чесалась, напоминая о том, что он давно не мылся.

— Адар несёт тебя, но ты жив, Р-р-риччи.

Он не сразу, понял, что обратились к нему. Не было смысла и дальше притворяться спящим. Как только мальчик со странными ушами опустил его, Феликс предусмотрительно сделал два шага назад.

— Ты прочёл мои мысли? — маг подозрительно сощурил глаза.

— Я мудр, но не всемогущ, — он прикоснулся к собственной груди и качнул головой. Воздух наполнила мелодия колокольчиков, вплетённых в его волосы. — Сердце Риччи изменило ритм. А значит он проснулся.

Феликс хотел задать множество вопросов, но в горле резко пересохло. Нестерпимая жажда обрушилась на него.

— Марбель скоро вернётся и принесёт воды, — мальчик беззаботно раскачивался с пяток на носочки.

«Адар. Я ведь слышал это имя», — маг земли взволнованно облизал губы.

— Ты вожак космейцев, да?

— А Риччи — человек.

— Почему ты зовёшь меня так? — нахмурился Феликс.

— А почему Адара называют «Адаром» или камень — «камнем»? Разве не оттого, что это их имена? — космеец резко потряс рукой. — Но над этим я бы подумал. Разве не лучше было обозвать её веткой?

Феликс не нашёлся что ответить и решил просто дождаться Веги. Если она смогла разговаривать с лисой, то и его, наверняка, поймёт. Он старался не рассматривать чудака слишком явно, но глаза сами вновь и вновь возвращались к приплюснутому носу и непривычным звериным чертам.

— Что Р-р-риччи думает обо мне?

Маг неловко кашлянул:

— В каком смысле?

— Адар, думает, что люди необычны, отличны от нас. Но и друг на друга они не похожи. Непохожесть — прекрасна и гармонична в несимметричности линий, красоте шрамов. Она царит в природе и любит проявляться в вас. Но многие из вас отчего-то не любят её.

Феликсу нечего было возразить.

❂❂❂

Элиза металась из угла в угол и постукивала кулаком по ладошке: план выстраивался в голове, чёрточка за чёрточкой. Секрет Хелиодора находился у неё в руках, вертелся на кончике языка и хотел, чтобы им поделились. Элиза знала правду, но знать — не значит победить. Она остановилась и повернулась к Адросу: он по-прежнему сидел на кровати, обхватив голову руками. Жалость вновь постучалась в сердце, но она смогла с ней справиться.

— Послушай, — чародейка в который раз опустилась перед ним на колени, мягко обхватив его пальцы. Элиза поёжилась: они ощущались холоднее, чем обычно. — Мы должны уйти. Сбежать как можно дальше. Если разлучить Хелиодора с тобой, сила камня убьёт его. Всё, что нам нужно, так это спрятаться. Ты станешь свободным, Адрос.

Маг не реагировал, но она не оставляла попыток достучаться до него.

— Если ты дашь мне бумагу, я смогу связаться с друзьями и рассказать им обо всём. Они помогут. Но нам необходимо действовать быстро.

Адрос поднял на неё взгляд, и она вздрогнула. Она почувствовала себя рыбой, на которую накинули страх, словно сеть.

— Ты будешь держать рот на замке, — зло процедил мужчина.

Однажды расставляя книги, Элиза пыталась достать до верхней полки. Старенькая лестница и раньше шаталась, но в тот день она плаксиво заскрипела и окончательно сломалась. Весь воздух вышибло из груди, несколько секунд Элиза не могла пошевелиться или сделать вдох. Но даже тогда, она не была настолько дезориентированной как сейчас.

— Ты ведь не глупец, — Элиза вскочила. — Он украл твои силы! Лишил семьи! Ты захлёбываешься в крови из-за него!

Своими руками Адрос загубил тысячи жизней отнюдь не из-за Хелиодора. В его честь.Но по своей воле. Адрос не мог объяснить это даже себе, но знал наверняка: если бы ему выпала возможность вернуться и исправить содеянное, он сделал бы это вновь — заставил сердце каждого остановиться.

— Полярис... Даже после всего, ты на его стороне, — с трудом прошептала Элиза.

Она, наконец, увидела всю глубину его безумия и позволила себе поддаться эмоциям. Всего на миг. Крошечный миг, в который на её лице проскользнуло что-то такое, что не понравилось Адросу.Он обхватил её за запястье, дёрнул с лёгкостью и толкнул на кровать, так, словно она не весила ничего.

— Ты никому не скажешь. Никакой бумаги. Никаких друзей. — Адрос сел на неё сверху и вцепился пальцами в щёки.

Они впервые оказались настолько близко, что при желании он мог забрать её воздух себе. Вопреки представлениям Элизы, запах Адроса не напоминал море, скорее он был похож на мяту. Её любимый запах. Мятный чай успокаивал нервы после того, как отец в очередной раз не узнавал собственную дочь.

И вот сейчас, когда знакомый запах должен был унять тревогу, вызывал тошноту. Она ненавидела Адроса за это.

— Выбрось это из головы. Забудь всё. Или клянусь, перед тем как вдохнуть последний раз, твой отец узнает, кто виновен в его смерти.

Элиза дёрнулась, попытавшись скинуть мага, но он лишь сильнее вдавил её в матрас. Ещё никогда мягкие перины не казались такими острыми.

— Ты лжёшь. Он в безопасном месте!

— Ты, правда, веришь, что такие — остались?

Запал пропал. Взгляд метался по комнате и цеплялся за каждую привычную деталь. Она пыталась просчитать, насколько правдивы его слова? Старалась что-нибудь придумать, как делала это прежде. Однако разум впервые оставил её наедине с эмоциями, которые она успешно подавляла так долго.

Большую часть жизни отец не узнавал Элизу. Возможно, даже перед смертью он не вспомнит о её существовании. Но что, если он всё же придёт в себя? Что, если последним воспоминанием о дочери станет её предательство?

— Не трогай его, Адрос.

— Не трону. Если будешь вести себя разумно. Как всегда.

Он провёл подушечками пальцев по синякам, словно пытался таким образом загладить собственную жестокость.

— Я не хочу, чтобы мы становились врагами.

С губ Элизы сорвался горький смешок:

— Мы не переставали ими быть.

❂❂❂

Некоторое время Адар наблюдал, как Марбель заботливо помогала Риччи пить. Тот жадно глотал воду, а когда поперхнулся, Марбель несколько раз похлопала его по спине. Космеец сощурился, ему было любопытно кое-что узнать. Адар опустился рядом с ними и принялся в упор рассматривать их лица.

— В чём дело? — спросила Вега.

— Риччи тоже твой мужчина?

Она не знала, что смутило её больше: то, что он назвал Феликса «её мужчиной» или это его «тоже».

— Феликс — мой друг. Почему ты спрашиваешь? У космейцев что, может быть несколько партнёров сразу?

Адар удивлённо выпучил глаза.

— А у людей нет?

По пути до поселения Адар поведал им, что для народа звёзд не существует ограничений в любви. Это чувство бесконечно, но обязательно взаимно. Вега пыталась направить разговор в сторону Хелиодора, но Адар всё время уклонялся. Делился древними сказаниями и твердил: « Яд войны достаточно отравил кровь Марбель. Следует очиститься прежде, чем можно приступать к тому, зачем Адар позвал вас».

Веге показалось, что молочных шатров стало больше, однако рядом с ними по-прежнему росли деревья, особенные для каждого. Им с Феликсом выделили место у самого подножья реки.

— Внутри есть всё необходимое. Отдохните. Адар позовёт вас, когда придёт время, — вожак удалился, забирая с собой звук колокольчиков.

Маги нерешительно застыли у входа в шатёр. Несколько космейцев начали выглядывать из своих домов, чтобы посмотреть на гостей.

— Иди первой, я подожду, пока ты умоешься, — сказал Феликс.

От соприкосновения с водой кожу пощипывало, но это было даже приятно. Вега испытывала настоящую детскую радость из-за того, что могла смыть с себя всё: грязь, неприятный запах и небольшую часть тревог. Она ощутила неожиданное спокойствие, которое всё же воспринимала с недоверием: ведь спокойствие казалось зябким и чуждым. Вега расплела косу и пальцами попыталась распутать узлы не только в волосах, но и мыслях. О чём говорил Адар? К чему они должны подготовиться?

Вега дёрнулась, услышав тихий стук позади.

— Заходи, я закончила, — она подумала, что Феликсу надоело ждать.

— Здравствуй, русалочка.

Чародейка не смогла заставить себя повернуться или издать хоть звук. Она зажмурилась на миг, словно её ослепила яркая вспышка, но распахнула глаза, когда он заговорил вновь.

— Я понимаю. Правда, понимаю. Но умоляю: кричи, бей меня, только скажи хоть что-нибудь.

Яннис звучал отчаянно и именно так, как она чувствовала себя всё это время, словно она — это сахар, который вот-вот растворится в горячем чае. Наконец Вега обернулась. Лицо Янниса сильно осунулось и обросло щетиной. Когда взгляд опустился, она заметила руки, сбитые в кровь. Больно видеть его таким. Гораздо больнее, чем чувствовать внутри себя нож.

Прогнав оцепенение, Вега подскочила к нему и вцепилась в ткань на его груди.

— Яннис Морр, ты — самый большой идиот из всех.

Ярость смешалась с радостью. Она не могла остановить поток слов, в котором обвиняла его в эгоизме; интересовалась самочувствием; затем снова обвиняла. А когда силы и фантазия иссякли, Вега прильнула к телу парня и уткнулась носом в шею.

Он замешкался, но всё же обнял её в ответ. Он прикасался к ней излишне осторожно, опасаясь, что любое неловкое движение могло причинить боль.

— Неистовая, — шепнул Яннис с нотками гордости.

Запах хвои, всегда витающий возле него, ударил в голову. Однако лёгкое головокружение отдалось приятной тяжестью во всём теле. Вега скользнула костяшками по скулам Янниса, щетина покалывала кожу, но ей даже понравилось это необычное ощущение.

— Я скучала по твоим странным комплиментам.

Их взгляды столкнулись, и лицо парня исказила гримаса злости.

— Прости меня.

Чародейка нахмурилась: не нужно было спрашивать, чтобы понять, на кого он злился.

— Клянусь, что ударю тебя, если не перестанешь.

— Тебе стоило это сделать с самого начала, — Яннис тяжело выдохнул.

Его глаза бегали по убранству шатра: деревянной посуде, на крошечном столике; ловцам для снов, подвешенным над разноцветными подушками на полу; Он смотрел куда угодно, но не на неё. Он уже нарушил правило, которое придумал сам же. «Следует держаться на расстоянии», — напомнил себе Яннис, когда чужое дыхание почти коснулось его губ. Он нашёл в себе силы и резко отстранился, так чтобы она больше не смогла дотронуться до него. И о чём он только думал? Яннис знал, что потерпит поражение, как только переступит шатёр. Но хитрый голосок в голове подмывал его сделать это, заверяя, что всё будет в порядке.

— Прекрати это! — не сдержалась она. — Куда подевался тот уверенный Яннис, которого я знала?

— Я просто пытаюсь поступить правильно.

— И это, по-твоему, правильно? Уходить от меня? Винить себя в том, что никогда бы не сделал, не будь ты под действием магии?

Он испытывал разные эмоции, но с подобным жгучим стыдом сталкивался впервые. Яннис с трудом сдерживался, чтобы не опустить глаза в пол.

— Я не знаю, что мне делать, — признался парень. — Как всё исправить?

Вега задумчиво свела брови: вся правда в том, что он не был ей чем-то обязан. Нет нужды добиваться прощения, о котором он так переживал. Но Яннис отчаянно хотел загладить вину.

— Будь рядом, Яннис, — это было единственным, что она могла ему предложить.

— Я почти убил тебя, а ты взамен просишь о такой малости?

Он хотел ухватиться за возможность, которую она дарила ему. Хотел больше всего на свете, как бы яро не сопротивлялся прежде.

— Будь на моей стороне, — настойчивее произнесла она.

И пусть это было невозможно, но сердце Янниса остановилось на несколько секунд и забилось вновь. Нежность заскребла грудную клетку изнутри: казалось, если он не произнесёт этого прямо сейчас, то она выберется наружу и набросится на Вегу.

— Всегда.

❂❂❂

«Неужели теперь так будет всегда? Неужели эти ненужные мысли никогда не оставят меня», — в который раз спросил себя Адрос. Он размазывал пахучую вязкую консистенцию по мягкой булке, испечённой совсем недавно для утренней трапезы князя. То, что он использовал называлось «Тами» — десерт, сваренный из лесных ягод. Впервые он попробовал его, когда они с Хелиодором навещали Селену. Не слишком сладкий, с приятной кислинкой вкус навечно отпечатался в памяти. Однако сейчас Тами не вызывал ничего, кроме отвращения. Желудок протестовал против любой еды. Адрос мечтал скорее покончить с завтраком и вернуться к себе.

—Ты не съел ни кусочка. В чём дело?

Хелиодор опустил палец в блюдце с десертом, почерпнул иссиня-чёрную жидкость и поднёс к губам.

«Он использовал тебя», — напомнил здравый смысл.

«Тебе ведь всё равно», — вторила ему тьма, притаившаяся внутри.

Адрос шумно сглотнул, не в силах отвести взора от длинного языка. Князь слизывал Тами с таким удовольствием, словно оно являлось самым изысканным блюдом из всех. Но он знал, что это — лишь очередной обман. Хелиодор равнодушен к Тами. Ему в целом не нравилось многое. И как оказалось, Адрос не стал исключением.

Маленькое представление не оставило слугу равнодушным, однако Хелиодор был недоволен. Что-то витало в воздухе. Хелиодор умел тонко чувствовать перемены в настроении Адроса, к тому же он сам был источником большинства. Но как не старался, в это утро он никак не мог разглядеть всю картину, разнящуюся расплывчатыми пазлами догадок.

Вероятно, Хелиодор был чересчур мягок с ним в последнее время? Или он просто думал о нём гораздо чаще, чем требовалось. Хелиодор связывал подобный интерес с действием камня. Он гасил собственную магию, чтобы черпать другую, соответственно тесный контакт со слугой был необходим. Их связь крепчала. Принесёт ли это благо или обернётся во вред?

— Могу я вернуться к себе?

Хелиодор откинулся на спинку и вцепился взглядом в слугу, как голодное животное вгрызается в дичь. Князь стряхнул подозрительность, словно пепел из трубки. Приходилось бороться с навязчивостью мыслей: Хелиодор знал многих, кого сгубили не яды или заклинания, а страх предательства, медленно сводящий с ума.

Их трапезу неожиданно прервали. Двое магов ввели под руку огромного неуклюжего мужчину, вынудив его опуститься на колени, они склонили головы в знак уважения. Адрос подался немного вперёд, рассматривая пленника. Даже в подобном положении он казался внушительным, на его синей мантии рассыпался орнамент из звёзд, а лицо скрывалось за пышными чудаковатыми усами.

Хелиодор отодвинул столовые приборы, сцепил руки в замок и опустился на них подбородком.

— Так-так, это и есть астроном?

Себастьян кряхтел из-за боли в коленях, он попытался поднять голову, чтобы взглянуть на князя, но ему грубо надавали на затылок.

— Это лишнее, — сухо отметил князь. — Оставьте нас наедине.

Маги суетливо направились к двери. Адрос намеревался поступить также, но мягкое прикосновение застало его врасплох.

— Адрос, ты можешь идти, если хочешь. Или оставайся. Выбор за тобой.

Была ли это очередная попытка манипулирования или он, действительно, предоставлял ему выбор? Адрос не мог сказать наверняка, но решил выяснить, что задумал повелитель.

— Себастьян, вы самый известный на поприще изучения звёзд. И я полагаю – единственный, кто может мне помочь.

Смертельно острое дружелюбие притаилось в каждом слове, все ощущали это. Астроном шумно сглотнул:

— Миллионы комет мне в душу, да чем же я могу быть полезен вам?!

Хелиодор выразительно посмотрел на Адроса и тот наполнил опустевшую чашу князя и налил ещё одну для мужчины.

— Смочите горло. Уверен, рассказ выйдет долгим.

Себастьян не видел другого выхода, кроме как согласиться. Сев за стол, первым делом он протёр монокль, треснувший в нескольких местах, после чего вернул его на место.

— Что происходит на небесном полотне в последнее время?

Астроном с опаской сделал несколько глотков, затем вытер рукой капли, оставшиеся на усах.

— Всё как всегда. Гибнут галактики, рождаются новые. Солнце встаёт на востоке — садится на западе.

— Мне казалось, астрономы куда более захватывающие рассказчики.

Себастьян тихонько крякнул: ему в ладонь упёрлась струйка огня. Он едва успел одёрнуть руку. Астроном вытер вспотевшие ладошки о колени и оставил их там, на всякий случай.

— Возможно, затмение заинтересует вас?

— Затмение? — вырвалось у Адроса.

— Лунное, — подтвердил Себастьян. Его взгляд заблестел, но то были не слёзы, а сила научного интереса.

—Р едкое событие для нашей местности. Настолько редкое, что приобрело сакральный смысл у некоторых народностей. Космейцы, например, верят, что раз в сто лет сама богиня навещает нас, чтобы щедро одарить.

У Хелиодора имелось несколько предположений на этот счёт. В тот день, перед тем как предать его, Киана помогла нескольким ларимарцам пересечь перевал и сбежать в земли Селены, вернее тем не многим, кто сумел уцелеть. Он не пытался их догнать: чем горстка трусливых магов могла ему навредить? Однако, возможно, им всё же удалось освоиться на новом месте.

— О каких дарах идёт речь?

Себастьян понизил голос до едва уловимого шёпота:

— В летописях говорится, что в час затмения, если выполнить магический ритуал, Луна способна исполнить желание. Но, боюсь, что едва ли на этом свете существует человек, знающий всю правду. Лишь народу звёзд известна истина.

Зрачки Хелиодора бегали по пейзажу за окном, он хрустел пальцами, но не замечал этого. Он всегда делал так, когда что-то действительно важное волновало его.

— Направь все силы к гильдии Ванда, — Хелиодор поднялся, обводя взглядом астронома и слугу. — Пора заканчивать. После найди Диди и захвати с собой Элизу. Мы идём в Туманный лес.

Десятки вопросов так и остались невысказанными: типичная ситуация для Адроса. Они возникали у него всегда, но скрывались за более насущными мыслями: как стать полезнее? как выполнить поручение лучше всего? что сделать, чтобы князь остался довольным?

Тоска по прежним убеждениям сковала горло. Адрос хотел вернуться в дни, когда без сомнений мог смотреть на господина и радоваться знакам внимания.

Впрочем, он прекрасно понимал, что сделает так, как ему приказали.

❂❂❂

Неожиданно для себя Вега поняла, что уже несколько минут не может оторвать взгляд от детей космейцев. Они резвились у реки, звонко хохоча и соревнуясь — кто дальше кинет камень. Их остроконечные уши забавно дёргались, а чёрные носики морщились, пока они о чём-то спорили.

Она сидела возле одинокого дерева, ветви которого нависали над ней, словно пытались защитить. Сиреневые лепестки усеяли всё пространство вокруг, несколько попало даже на голову, но Вега не предпринимала попыток их убрать.Кто знает, сколько бы она просидела вот так, обдумывая слова Адара, но её прервали.

— Я сяду?

Девушка кивнула и освободила ему место. Хотелось обнять его, изгнать остатки неловкости, чтобы всё вновь стало как прежде. Дабы не искушать себя, она вновь стала наблюдать за детьми.

— Ты боишься? — неожиданно спросил Яннис.

Вега невольно закрыла глаза, вспомнив как на корабле спрашивала его о том же. Тогда он сказал, что боится не успеть. Кажется, она начинала понимать этот страх.Это чувство куда более жестокое, чем боязнь перед ценой, что ей предстоит заплатить.

— Меня пугает мысль, что война может длиться вечно.

— Война не бывает вечной. Рано или поздно, кто-то победит.

Казалось, детский визг прокатился по всему поселению. Один из детей толкнул другого в реку, и теперь это обернулось настоящим водным сражением.

— Ты прав. И это будем мы, — решительно заявила она.

Яннису не нравилось куда заводила их судьба. Ему не нравилось её решение. Он хотел отговорить её. Но уже видел, что она выбрала, как только слова вылетели изо рта Адара.

Адар ждал магов возле своего шатра. Он был жутко доволен, когда смотрел на воссоединившихся друзей. Они обступили Янниса, пока Вега задавала ему тысячу вопросов, Феликс понимающе кивал головой, время от времени ворча для приличия.

Однако настал тот самый час, когда он поведает магам, зачем призвал их.

— Совсем скоро произойдёт событие, которое люди именуют «Затмение», — Адар указал в небо. — Она известна им, как Луна. Но космейцы зовут её «Спящей богиней». В тот день, когда Селена сотворила Яр, богиня передала ей все силы, потеряла свой красный цвет и заснула навеки. И всё же раз в сто лет богиня стряхивает оковы сна, чтобы коснуться вод Звёздной колыбели.

Адар взглянул на Вегу и протянул ей руку:

— Это шанс для Марбель. Её магия ближе всех к светилам. Колыбель может исполнить её желание. Но у всего есть цена.

— Что за цена? — что-то подсказывало Яннису: ответ ему не понравится.

Тихий звон, напоминающий стук металлических предметов, привлёк всеобщее внимание. В неизменно прозрачном одеянии и с узорам по всему телу, Лира плыла в их сторону, бренча браслетами, закреплёнными на лодыжках.

— Никто не знает, Аш. На веку космейцев ритуал проводился лишь однажды.

— Прекрасно. И мы должны отправить Вегу в озеро, надеясь на удачу?

— Вер-р-но.

— Так не пойдёт. Что случится, Адар? Почему бы тебе самому не сделать это?

— Марбель потеряет силы, забудет всё или умрёт — может произойти всё что угодно, — Лира сжала его плечо. — Наш вожак не знает ответа. Только колыбель ведает обо всём. И она выбрала, Марбель.

Вега прикоснулась к груди Янниса, ощутив, как гулко колотилось его сердце.

— Помнишь, ты рисовал для меня карту, чтобы я всегда смогла сюда добраться.

Яннис вздохнул, когда она взяла его ладонь и прислонила к своей груди.

— Тебе она не нужна. Ты уже в моём сердце.

❂❂❂

Норд пытался оставаться невозмутимым, но каждое слово Шерл камнем оседало в его карманах и утягивало на дно. Он не просто потерял ещё одного подопечного и верного помощника, он лишился мальчика, которого считал сыном. Все эти годы Норд наблюдал за Мистганом, чувствуя с ним призрачную родственную связь. Подобно ему самому, характер Мистгана ярко контрастировал с непослушной и непоседливой троицей. Он был самым рассудительным среди них, часто скрывал эмоции и заботу. Мистган дарил её многим, но тщательнее всего он присматривал за Мелани.

«Странный выбор», — однажды сказал Норд Мистгану. Странный, но понятный ему. Когда - то он и сам поддался очарованию сильной и неистовой девушки.

Шерл сидела на полу, подогнув под себя одну ногу. Она казалась тихой, но что больше удивляло, так это отсутствие колкостей. Это могло означать лишь одно — Шерл переживала. Мелани вытащила её из коробки, и теперь она впервые оплакивала не собственную потерю.

— Она ест что-нибудь?

Сделав последний вялый глоток из бутылки, Шерл отшвырнула её от себя.

— Ей больно, но она не настолько безрассудна, чтобы морить себя голодом.

Норд смерил взломщицу многозначительным взглядом:

— Даже самые разумные могут дать слабину.

— О, не равняй нас, — огрызнулась она. — В отличие от неё я хотела умереть тогда.

— Рад, что хоть в этом вы непохожи.

Норд замер, прислушиваясь ко странному звуку. Пронзительный свист вынудил магов заткнуть уши, а после на них градом посыпались осколки.

— Ч-что это?

Шерл поняла, что схватила Норда за руку, пока тот защищал её своим лунным щитом.

— Кажется, настало время последнего боя, — прошептал он, глядя в полыхающее небо.

Глава 24. У каждого свои желания

☾

Никто не объяснил Диди зачем им понадобилось идти в лес и искать глупый народец звёзд. Ярость хрипела внутри неё. И будь у неё клыки, с них бы, наверняка, капал яд. И она опоила бы им девчонку, сумевшую залезть к ней в голову. О, Диди с удовольствием бы обернулась вокруг шеи Элизы, Адроса и каждого человека, не испытавшего и капли той боли, которая терзала её.

Она пинала всё, что попадалось на пути: разноцветные кусты, отвратительные деревья и цветы. Шосси — её верный шакал — ни на шаг не отходил от хозяйки, злобно скалясь на изредка мелькающих белок. Ему тоже хотелось вгрызться в чью-нибудь плоть и выплеснуть злость. Поглощённая собственным недовольством Диди не заметила дымку, полупрозрачный туман,что обступал её со всех сторон и сгущался. Шосси протяжно завыл и бросился вперёд.

— В чём дело, мальчик? — прищурившись, она разглядела зайца, дергающегося в предсмертных судорогах. — Ох, бедняжка.

Грудь животного часто вздымалась: из его бока торчал нож, а земля вокруг пропиталась кровь. Диди крепко схватилась за рукоять, но не спешила вынимать оружие из тела. Она всегда воспринимала чужие страдания, как одно из любимых развлечений. Со всей внимательностью всматривалась в корчащиеся лица, чувствуя как радость заполняла каждую клеточку тела. Диди могла прекратить мучения зайца, но не стала. Она лишь отошла на несколько шагов назад, наблюдая, как смерть вытесняет остатки живого из его тела. Зрачок зверька замер, и Диди безумно расхохоталась. Теперь поиски не казались ей такими скучными.

— Идём, Шосси, — Диди огляделась. — Шосси? Шосси?!

Шакал пропал, и сколько бы девочка не кричала, он не отзывался. Наконец, она заметила плотный туман. Он льнул к ней, словно хотел поглотить, растворить её.

❂❂❂

Элиза складывала в уме числа: это помогало отвлечься и не поддаться ужасу. Адрос вытащил её из кровати, не сказав и слова. Когда она увидела Хелиодора и Диди, то едва сумела перебороть ступор и заставить ноги двигаться. Всё, что она смогла разобрать, так это то, что они направляются в лес и им нужно найти космейцев прежде, чем наступит затмение. Князь не вдавался в подробности, но дал ясно понять — у них нет выбора.

Прошёл час с тех пор как Диди перешагнула границу леса. Всё это время Хелиодор словно подражал статуе: идеально ровная спина, полное отсутствие изменений в лице. Сцепив руки за спиной, он смотрел вдаль и ждал. Но чего?

— Что-то не так, — тихо обронил Адрос, поравнявшись с ней.

Элиза перевела взгляд на мрачные деревья: ветра не было, но их верхушки раскачивались из стороны в сторону. Вдруг в небо взмыли сотни птиц. Элиза покрылась мурашками, в какофонии птичьего крика и хлопанья крыльев она ясно различила голос Диди. Хелиодор довольно хмыкнул, и это ужаснуло её гораздо сильнее, чем истошный вопль девочки.

— Как я и предполагал, в лес просто так не войти.

Элизе следовало порадоваться: с безумной девочкой приключилась беда. Но какой бы отвратительной она её не считала, Хелидор не имел права оставаться равнодушным. Только не после того, как поломал жизнь Диди.

— Так и будете стоять?! — князь бросил на неё заинтересованный взгляд, и она прикусила язык. Вспыльчивость ей не помощник. Элиза сменила тон на более бесстрастный. — Разве Диди не ценный человек для вас?

— Даже золоту свойственно покрываться грязью и пылью.

❂❂❂

Диди не знала, что существует что-то сильнее той агонии, которую она испытывала, погружаясь в кошмары. Когда туман рассеялся, она столкнулась с жёлтыми глазами питомца. Вот только он словно не узнавал её, смотрел так, как смотрел тот маг молний, вонзая нож в девчонку; смотрел так, как смотрели все, кто попадал под воздействие её заклинаний.

Слюна шакала капала на лицо. Зверь рычал и клацал зубами. Диди пыталась бороться, не веря, что он, действительно, навредит хозяйке. Шосси единственное существо, кому было всё равно, что она — это сплошной ком чёрной злобы. Шосси любил её, а она не ненавидела его в ответ.

Вскрик перетёк в вой, она чувствовала, как шакал отрывает кусок от её плоти. Диди хохотала и рыдала одновременно, не в силах помешать происходящему. Было ли тому зайцу так же больно? Какая мысль стала последней для него? Какая мысль пронеслась в голове Грегори, перед тем как он сгорел? Диди не могла думать ни о чём. Бессмысленность собственного бытия обрушилась на неё каменной стеной вместе с ощущением клыков Шосс на своей шее.

❂❂❂

Как бы Адрос не пытался обернуть время в спять, как бы не пытался похоронить все сомнения, они никуда не исчезали. Он больше не мог слепо следовать за князем. Его злило, что он не мог поменять эти мысли на прежние. Он ненавидел себя: ведь вновь стал болен, вот только уже иным недугом. Пора признать, Адрос стал почерневшим золотом, которое никогда не вернёт себе прежний вид. Вопрос в том, как скоро это его погубит?

— Как же мы обойдём заклинание? — Хелиодор не заметил мимолётной дрожи в его голосе, и недолгое спокойствие вновь вернулось к магу воды.

— Очень просто. Заклинание привязано к этому месту. Не будет его, и защищать будет нечего.

Элиза не успела обдумать слова князя, как на её глазах Туманный лес окутали багровые языки пламени. Послышался скулёж зверей, казалось, что в скрипе веток, она могла слышать голоса деревьев, наполненные мучениями.

Чародейка не сразу поняла, что осталась с Хелиодором один на один. Князь отправил Адроса в западную часть леса, а сам направился вперёд, волоча её за собой, как безвольную игрушку.

«Полярис, помоги всем нам», — Элиза шла, заткнув уши и опустив взгляд.

❂❂❂

Огромная белая луна застыла на небосводе, ожидая часа затмения. Яннис заметил чёрные клубы дыма у границы леса. Вскоре показались и губительные алые всполохи, и не было сомнений, кто приложил к этому руку. Маг, не признающий ценность не только людей, но и всего в этом мире. Хелиодор владел магией огня, но его сердце было холоднее всех льдов севера.

Туманный лес утратил былое умиротворение. Его жители покидали уютные норки и в страхе бежали в поселение космейцев. Испуганный гул заложил Веге уши, кровь отлила от лица, но она пыталась вместе с другими хоть как-то обработать раны пострадавшим животным. Но картина того, как крошечный бельчонок тянул к Феликсу обуглившиеся лапки, стала последней каплей. Отыскав в толпе Адара, она бросилась к нему.

— Я готова. Давайте начнём как можно скорее

— Да будет так.

До самого озера по обе стороны от Веги тянулись шеренги космейцев с зажжёнными благовониями в руках. У некоторых из них были длинные деревянные трубки с отверстиями. Пальцы лесных жителей порхали над инструментами и вместе с тем, словно рассказывали историю далёких дней. Мрачных и тяжёлых, но наполненных надеждой. Веге представлялись неприступные горы, по их окрестностям бродил серый туман, и вот в какой-то момент из-за вершин показалось солнце, которое прогнало тьму. Грохот водопада и низкие протяжные звуки дудок вводили Вегу в странное состояние, сон наяву.

— Марбель должна раздеться.

Вега потянулась к бесконечным завязкам, но пальцы постоянно соскальзывали и путались. Она вовсе не боялась, однако нервозность давала о себе знать. Яннис мягко перехватил заледеневшие ладони. Она завороженно наблюдала, как легко он справлялся с хитросплетением шнурков на её рубашке. Он помог ей избавиться от одежды. Возможно, при других обстоятельствах, Вега залилась бы стыдливым румянцем, но сейчас она ощущала лишь странный прилив уверенности.

— Я задержу Хелиодора, пока ты будешь исполнять ритуал.

Наваждение спало.

— Нет, Яннис. Если что-то пойдёт не так, я хочу, чтобы вы с Феликсом и остальными ушли.

Ноздри Янниса раздражённо раздулись.

— Ты это сейчас серьёзно?

— Смысл ведь в том, чтобы вы выжили.

— Нет, русалочка. Смысл в том, чтобы прекратить эти бессмысленные самопожертвования. Разве ты не устала от всего этого? Не обязательно погибать за всех, понимаешь?

Вега несдержанно обхватила его лицо и прижалась лбом ко лбу:

— Но что, если для спасения Медведицы нужна чья-то жизнь?

— Тогда это не будет твоя. До сих пор нам везло. Кто знает, вдруг повезёт и в этот?

Музыка становилась всё тревожнее, отражая состояние всех собравшихся. Народ звёзд до последнего верил, что их поселение не найдут, но приближающее пламя пугало их.

Времени почти не осталось.

— Помнишь, ты рассказывал о Велийских лугах?

Казалось, это было вчера: они блуждают в Туманном лесу, их неловкий разговор и Яннис, открывшийся для неё с новой стороны. Он любил то место. Это был его дом, в стенах которого до сих пор жили трепетные воспоминания о прошлом. Прошлом, к которому он так боялся прикоснуться.

— Когда всё закончится… Если мы уцелеем… — Веге не хватало воздуха, но она упорно пыталась договорить. — Давай сходим туда? Вместе.

Маг прикрыл глаза, крепко сжав маленькую ладонь.

— Я буду ждать тебя там. При любом исходе.

Уголки её губ дёрнулись, и Вега отступила на несколько шагов, предоставляя Адару возможность покрыть тело ритуальными знаками. Вожак скользил пальцами по обнажённой коже, выводя белые узоры и что-то нашёптывал на своём языке, наполненным рокочущими звуками. Закончив, он подвёл её к самой кромке воды и напутственно произнёс:

— Марбель должна впустить колыбель в своё сердце, и тогда колыбель поможет ей.

❂❂❂

Вега ступала уверено, словно шла на встречу к старой подруге. Она рассекала воду руками, помогая себе двигаться быстрее. Остановившись в самом центре, чародейка закрыла глаза. Дуновение ветра, запахи цветов и воды стали в несколько раз ярче. Её магия струилась по венам, соскальзывала с пальцев и смешивалась с энергией колыбели. Вега раскачивалась на носочках, подобно волне, ударяющейся о её обнажённую спину. С каждым выдохом сердце замедляло ритм. Чародейка погружалась в место, в котором не было ничего и в то же время существовало гораздо больше, чем можно представить. Она не сразу поняла, что не стоит на месте, а хлюпающие звуки раздаются под её ногами.

Вега шла по зеркальной поверхности, в которой отражались мириады ярчайших небесных светил. Вскинув голову, она погрузилась в бесконечный поток пространства. Ей чудилось, что внутри неё тоже горят звёзды, и их свет желает вернуться домой. Но спустя мгновение она поняла, что это были её чувства: радость, тоска, боль, любовь и сотни других эмоций, сменяющихся с невероятной скоростью.

Ноги подкосились, она опустилась на колени и опёрлась ладонями о гладь воды. Когда рябь под руками успокоилась, Вега с удивлением обнаружила, что видит не собственное отражение, а других людей. Видит, как маленький Яннис прикладывает грязный листок к разбитой коленке Феликса; как Элиза тайком крадётся на кухню, хватает первый попавшийся пирожок и несёт его ей; как Норд заливается искренним смехом, кружа Аврору в танце; как Мелани грозит обидчикам Мистгана, что намажет их лица несмываемыми чернилами, если они ещё хоть раз упомянут странность его глаз;

Перед ней проносились сотни других воспоминаний, которые стоили и её магии, и её разума и всего, что захочет колыбель взамен на мир.

❂❂❂

Элиза с ужасом смотрела на то, как Хелиодор плыл по извилистой тропинке, широко расставив руки в стороны. Молочные шатры загорались один за другим. Звуки дудок замолкали, космейцы вспыхивали как прутики и осыпались тяжёлыми горстями пепла. Творилась жуткая суматоха. Они бросались в разные стороны, однако многих из них настегали огненные сферы. Князь не щадил никого, продолжая невозмутимо продвигаться вперёд, к водной глади, притаившейся среди густых деревьев.

Яннис выругался, им нужно было ещё немного времени: Луна только-только начала окрашиваться в багрянец. Он попытался отыскать в толчее Феликса: рыжая макушка то тут, то там пряталась за каменными стенами. Маг земли с невероятной скоростью создавал щиты, помогая космейцам избежать столкновения с заклинанием. Оставались считаные минуты до встречи с Хелиодором. Яннис подскочил к Адару и схватил за руку:

— Уводи всех! — крик Янниса едва перебивал гул голосов.

Адар кивнул. Между бровей у него залегла глубокая морщина, в глазах поселилось горе: земля становилась грязно-серой, а он не успевал шевелить губами, чтобы в последний раз произнести имена погибших космейцев. Адар дыхнул на ладонь, словно пытался сдуть пыль, и поднял её небо, тем самым помогая душам вернуться к богине. Какая бы печаль не съедала его в тот момент, Адар был вожаком. И он должен им оставаться до самого конца. Но прежде чем покинуть колыбель и помочь своему народу, космеец склонился к лицу Янниса и жарко прошептал:

— Ему не войти в воды колыбели, но это не означает, что он не может помешать. Аш должен выиграть для Марбель больше времени.

Красный цвет заполнил луну на половину, совсем скоро ритуал завершится. Яннис понятия не имел, как задержать Хелиодора, но был готов попытаться.

❂❂❂

Элиза заметила Янниса издалека, он уворачивался от сфер, но не предпринимал попыток хоть как-то отдалиться от озера. В другое время она непременно восхитилась бы мерцающей поверхностью колыбели и оглушающим рёвом водопада, но сейчас чародейка пыталась связать порванные нити в одну и вникнуть в происходящее. Что кроется за затмением, которое не на шутку встревожило самого Хелиодора? В чём сила озера, если Яннис готов стоять на смерть, чтобы отстоять его? И лишь спустя несколько секунд Элиза осознала, что он защищал вовсе не место. Вега словно обратилась солнцем: от её кожи и волос расстилался яркий свет, подобно длинным шёлковым лентам. Даже глаза утратили привычную синеву, став ослепляюще-белыми. Вега пыталась что-то сделать, что-то очень важное. Что-то, что не нравилось Хелиодору. Элиза поняла это по злобному скрежету зубов, раньше князь не позволял себе так явно демонстрировать раздражение.

В висках стучало.

«Что мне сделать?»

Элиза чувствовала, что должна как-то помочь подруге.

«Что сделать?»

Перепуганные визги путали мысли.

«Что?»

Элиза сглотнула и сделала то единственное, что умела лучше всего. Она выскочила перед ним и мертвой хваткой вцепилась в запястья. Хелиодор настолько опешил, что не успел увести взгляд и попал в плен её расплывающихся зрачков.

Она очутилась в тёмном помещении, в котором едва могла разогнуться в полный рост. Совсем рядом кто-то закопошился. Скосив взгляд в право, Элиза смогла различить юное лицо Хелиодора, подглядывающего в узенькую щель. Нависнув над мальчиком, она тоже прижалась к единственной полоске света и увидела залу с сотней факелов и мрачным троном, возле которого расхаживала Селена. В такт её суматошных движений на лодыжках женщины позвякивали колокольчики.

Как только широкая спина прижалась к поверхности трона, а её обладатель раздраженно выдохнул, Селена заговорила:

— Тебе не стоило рассказывать ему о камне.

— Он мой сын и наследник, он должен знать, что получит от меня.

Селена всплеснула руками и бросилась в ноги к брату.

— Я люблю его не меньше тебя. Но то пророчество нельзя игнорировать. Не передавай Хелиодору камень.

Морион ласково сжал ладони сестры, но его взгляд не утратил и капли решимости.

— Хотя бы не отдавай его, пока не почувствуешь, что совсем ослаб…

Элиза больше ничего не видела. В голове что-то лопнуло, и тело пронзила адская боль. Она хлопала себя по лицу, пытаясь погасить пламя, но её глаза горели изнутри.

Хелиодор обхватил горячими пальцами её виски и прошипел:

— Попробуй ещё раз выкинуть подобное и пожалеешь, что не умерла в эту же секунду, — он отшвырнул Элизу от себя, как беспомощного щенка. Желание испепелить чародейку клокотало в нём, лишь появление Адроса остановило его.

Маг воды встал перед князем на колени, перетягивая внимание на себя. В этот раз Адрос не прятал глаза, не опускал голову, не дрожал и не колебался. Облик Хелиодора проникал в его голову всё через ту же призму обожания. Хелиодор протянул к нему ладонь, и он прижался к ней щекой.

— Нам нельзя тратить время, полнолуние почти наступило.

— Ты понял как провести ритуал?

Адрос повернулся в сторону колыбели и тихонько выдохнул: отголоски прошлого страха напомнили о себе. Но кроме страха он испытал давно утраченное ощущение единения с водной стихией. Озеро взывало к нему, невзирая на его прогнившую суть.

— Озеро вбирает силу Луны. Тот, кто сумеет установить контакт с этой магией, сможет ей воспользоваться.

Силы Адроса не имели ничего общего с небесными светилами, однако нет мага сильнее его, если речь шла о воде. Что-то в голове Хелиодора неожиданно воспротивилось этой идее. Адрос старался держать подальше от рек и озёр, он никогда не погружался без него, а сейчас готов сделать это так просто?

— И что же ты намерен делать, когда подчинишь себе колыбель?

— То, чего всегда хотел. Сделаю вас счастливым.

То ли странная тяжесть камня на груди, то ли последний взгляд Адроса не давали ему насладиться приближающейся победой. Что-то промелькнувшее на его лице показалось Хелиодору знакомым. То же выражение было у Кианы, то же выражение было у всех, кто его предал. Но Адрос не мог. Только не он.

❂❂❂

Коридоры гильдии сотрясались под ударами заклинаний: защитный барьер был прорван, враг пытался взять их в кольцо, но пока они держали оборону. Норд спешил к комнате Мелани, надеясь уговорить её остаться.Дверь распахнулась перед его носом, он не успел раскрыть и рта, как чародейка вытянула вперёд руку и категорично отрезала:

— Нет.

— В твоём состоянии будет лучше быть в здании.

Мелани поправила белоснежные перчатки, выбившиеся из карманов брюк, затянула туже волосы и посмотрела на мастера.

— По-моему, я как никогда готова сражаться.

— Мелани, — мужчина выдохнул и выставил руку, преграждая путь. — Мистган…

Норд стушевался, не зная как продолжить. Разноцветные вспышки за окном отражались на её лице, подсвечивая глубокие синяки под глазами. Мертвенный цвет кожи было сродни острому лезвию по сердцу. Он никогда не видел Мелани такой.

— Я знаю. Он умер, а я даже не могу поквитаться за его смерть. Мне некого ненавидеть, некого винить. И это сжирает меня изнутри. Позвольте мне, — голос чародейки надломился, и Норд не выдержал.

Он сгрёб её в охапку и прошептал:

— Со временем станет не так больно, вот увидишь

❂❂❂

Яннис небрежно вытер окровавленный рот и вытянул руку: он вымотался, но магия всё равно текла по венам, направлялась к кончикам пальцев, чтобы принять форму молний. На этот раз у мага воды не было доспехов, каждое заклинание Янниса могло стать решающим. Но огненные сферы никуда не исчезли. Князь и его слуга зажимали Янниса, пытались сдвинуть с пути и открыть доступ к озеру. Поддавшись сиюминутному порыву, Яннис бросил мимолётный взгляд в сторону Веги. Она по-прежнему находилась в трансе, не замечая ничего вокруг. Спину обдало волной жара, запахло жжёной кожей. Он потянулся к лицу, очертил татуировки под глазами и процедил самое мощное из своих заклинаний: «Грозовое затмение».

Над головой Хелиодора нависла воронка, шквал из молний посыпались на него, но каким-то невероятным образом каждая из них растворялась так и не успев задеть князя. Его магия была за гранью понимания, за гранью возможного. Ноги Янниса покрылись огнём, он причинял боль, но не пытался его сжечь.

— Мне не зачем превращать тебя в пепел, — его губы растянулись в торжествующей улыбке. — Всё и так скоро закончится.

Яннис с ужасом обернулся к колыбели: Вега пропала, а её место занял Адрос.

Элиза едва не заплакала, когда поняла, что несмотря на раскинувшуюся перед ней темноту, её глаза были открытыми. Кажется, что сделанный выбор, станет её концом. «Что ж, — подумала она, — все рано или поздно умирают».

— Твоё «рано или поздно» ещё не настало, — прогремело над ухом. Феликс с лёгкостью подхватил её и понёс прочь, подальше от места сражения.

Слепота пугала Элизу, но с ним ей не нужны были глаза, она хорошо помнила лицо Феликса, каждую мельчайшую деталь.

— Молчание от тебя — дурной знак. Так что начинай болтать.

Она пискнула, когда он слегка подкинул её.

— Считаешь, сейчас самое время для этого?

—Идеальнее некуда, Маверик. Идеальнее некуда.

За время в плену Элиза успела позабыть, как сильно любит разговоры. Она слышала звуки столкновения, догадывалась, что Феликс защищал их, но слова ни на секунду не переставали вылетать из её рта.

❂❂❂

Сегодняшняя ночь унесла много жизней. Чародейка, мерцающая в свете луны, не сделала Адросу ничего плохого. Взирая с равнодушием на то, как её тело медленно погружалось в тёмную пучину, Адрос вовсе не желал ей смерти. Но она нравилась колыбели, он видел это в каждом круге на воде, слышал в грохоте водопада, капли которого бились о камни. Именно поэтому она и должна умереть.

Когда-то коснуться дна было и его мечтой, вот только безумие Адроса оказалось бездонным. В детстве он любил предаваться фантазиям о том, как будет искать сокровища, плавать с дельфинами, каждый день любоваться, как луна нырнёт за кромку моря созвездий и окутает светом всех ларимарцев. Но он позабыл об этих глупостях, встретив Хелиодора.

Уголки губ Адроса дёрнулись вверх: колыбель признала его, луна окрасилась в красный. Это были его последние минуты. Он жалел, что не раскрыл Хелиодору правду. В следующий раз, когда они встретятся вновь, Адрос скажет ему, что смог бы принять его и без всех манипуляций и лжи. Он с лёгкостью полюбил бы его, но вот избавиться от этих чувств оказалось куда сложнее.

Тело наполнилось магией, Адросу оставалось лишь пожелать.

— Я готов блуждать вечность в пустоте, чтобы однажды набрести на место, где мы смогли бы быть вместе. Ни как хозяин и господин. Ни как тёмный князь и бездарный маг воды. Без лжи. Без страхов. Без всяких причин для чувств. Ты слышишь Звёздная колыбель? Это всё чего я хочу…

Холодный серебристый свет озарил весь Туманный лес. Хелиодор прикрыл лицо рукавом, разразившись внезапным приступом кашля. Он хрипел и пытался избавиться от чего-то острого и царапающего стенки горла. Князь погибал с мыслью о том,что доверие к Адросу стало его белым саваном.

❂❂❂

— Серый дым ещё долго поднимался над Туманным лесом. Космейцы бросили все силы, чтобы залечить страшные раны, нанесённые природе. Но сердца всех наконец обрели покой. Когда Богиня вновь покинула нас, в Большую Медведицу вернулся мир…— по кабинету прокатилась волна охов. Элиза с довольным видом захлопнула книгу под названием «Двое за перевалом» и взглянула на взбудораженные лица детей. Один из мальчиков пыхтел и нервно кусал губы. Не выдержав, он поднял руку и задал вопрос:

— Что-то я не понял. Кто же победил князя??

Сестра ткнула его локтем в бок и сердито пробурчала:

— Вот дурак. Конечно же, Яннис! Ты видел, какие молнии он колдует? Да он может одолеть нескольких таких князей.

— Без Веги у него ничего бы не вышло! — возразил он, нахмурившись.

— Победила любовь!

Элиза молча слушала детскую перепалку. Они оба были правы, и неправы одновременно.

Глава 25. Долгожданное утро

☾

Солнечный свет петлял между объёмными вазами с цветами, скользил по гирляндам, обвивающим колонны, перепрыгивал с герба на герб, на которых магическими чернилами был выведен Полумесяц — новый символ страны.

Год назад главный зал резиденции пугал Вегу мрачностью тонов. Витающий в воздухе пробирали до самых костей, а колючий взгляд лорда Коллинза — бывшего главы совета — не позволял расслабиться и насладиться россыпью созвездий на купольном своде. Ещё вчера он судил её за связь с тёмными магами, а уже сегодня подобного деления больше не существовало. Война сдвинула камень многовековых устоев, привнесла перемены не только в страну, но и в сердца многих близких ей друзей.

Медведица медленно пробуждается от спячки, стряхивает с себя пепел жестокости, но порой Веге кажется, что никто из них так и не сможет оправиться. Некоторые пятна нельзя вывести, сколько бы усилий ты не приложил; какое мыло бы не использовал; как сильно бы ты не стирал пальцы в кровь;

Через пару часов начнётся торжественная церемония, на которой соберутся новые члены совета. Как и предсказывал Эван, после войны страну ждали изменения. Не все их них дались легко, но совместными усилиями удалось реорганизовать государственное устройство. Не было больше светлых и тёмных: были лишь жители Большой Медведицы и маги, защищающие их.

Эван не ошибся и в другом — Вега стала символом нового периода. Слухи, что именно она остановила Хелиодора разлетелись по всей стране. В самых её отдаленных уголках люди пересказывали историю событий в Звёздной колыбелей, добавляя всё новые и новые детали, сотни ярких подробностей, к которым она не имела никакого отношения.

Колыбель была готова выполнить её просьбу, когда на Вегу обрушилось ощущение страшной тоски. Она не знала её источника. Лишь видела смутный силуэт, как вдруг все звёзды погасли. Ноги девушки оказались в трясине, которая тащила её на дно. Она попыталась крикнуть, но липкие водоросли, обвились вокруг шеи и сдавили горло. Находясь на границе с забвением, Вега услышала Янниса.

Колыбели не нравилось, что он вторгся в её владения, она пыталась мешать ему, но голос Янниса становился всё отчётливее. Он звал её, бил руками по воде, не веря в то, что она действительно могла утонуть. Он нырял. Нырял. Нырял. Делал это до тех пор, пока не нашёл её.

— Ты справилась, Русалочка. Ты смогла, — крепко прижимая её к себе, Яннис не переставал повторять это вновь и вновь.

Вега знала, что так и не завершила ритуал. Это сделал Адрос. Элиза долго и сумбурно пыталась всё ей объяснить, но она так и не смогла понять, зачем верный слуга, служивший Хелиодору более пятисот лет, помог им.

Поправляя выбившийся цветок из композиции, Вега услышала заливистый смех подруги. Чародейка едва дышала, глядя на то, как бельчонок, которому Феликс когда-то помог, барахтался на его голове и пытался свить гнездо из волос. В растянутых губах Веги промелькнула грусть. Подруге пришлось сложнее, чем ей. К счастью,Элиза смогла остаться сильной, а теперь когда зрение и отец вновь вернулись к ней, та вновь превратилась в беззаботную чародейку, которую невозможно переговорить.

Вега гордилась ей, и Феликсом тоже. Последствия сражений — это не только разрушенные или сожжённые дома, но и дети, оставшиеся одинокими. Было принято решение построить специальное заведение, чтобы можно было позаботиться о тех, кто потерял родителей. Каждые выходные Элиза и Феликс навещали приют, помогали работникам и проводили время с детьми.

Душевные раны затягивались очень медленно, но с каждым днём люди чаще выходили на улицы, чаще улыбались, но пока кое-что оставалось неизменным. Вега всё также встречала сотни людей, пришедших на кладбище, чтобы почтить память погибших. Среди них она искала её. Мелани проводила здесь почти всё свободное время. В самой дальней части, где почти не было могил, она опускалась перед гладким чёрным камнем и рассказывала истории. В руках она всегда держала белоснежные перчатки.

Если сердце Веги разбивалось на сотни кусочков при виде этой картины, то что же тогда творилось с Мелани? Она не делилась переживаниями, иногда Веге казалось, что Мелани до сих пор не верит, что Мистгана больше нет.

Она долго сомневалась в том, что собирается сделать. Боялась подарить ей ложную надежду, которая в конце концов уничтожит её. Но всё же поведала Мелани об одном из ведений, которое показала Колыбель.

—Мист… — на секунду она позабывала, как говорить. Стоило ли ей произносить его имя?

— Прошу тебя, договори. Я и так избегаю слишком много всего, связанного с ним. Не хочу избегать и его имени.

Вега кивнула, почувствовав, как слова Мелани придали ей уверенности.

— Мистган был заперт в пустой комнате без окон и дверей. Он бродил из угла в угол, пытаясь найти выход, но его не было, — Вега опустила цветы перед камнем, после чего ободряюще сжала плечо подруги. — Мелани, я не знаю, что именно увидела. Однако уверена, колыбель показала это не просто так. Тебе стоит отправиться в Туманный лес. Возможно, народ звёзд поведает тебе больше. Возможно, ещё не всё потеряно.

❂❂❂

Веге следовало ещё раз прочесть заключительную речь, которую они написали вместе с Нордом и Вайроном. Однако вместо этого она шаг за шагом приближалась к комнате Эвана. Ей хотелось первой сообщить ему, что она сдержала обещание: он станет членом нового совета.

Нервно облизнув губы, Вега повернула ручку. В нос ударил запах крепкого алкоголя, он становился лишь сильнее по мере того, как девушка продвигалась вглубь комнаты. Чародейка с интересом осматривала интерьер: Эван сделал из своей комнаты кабинет, в котором каждая деталь буквально кричала о том, кому она принадлежит. Оттенки зелёного доминировали над тёмными тонами, повсюду лежали стопки книг, свитки и даже растительности нашлось место.

Эван лежал на диване, согнув ноги в коленях, рука покоилась на лице, в то время как другая — касалась кончиками пальцев пепельницы на кофейном столике.Вега поджала губы и бесцеремонно села на свободный кусочек, немного соприкасаясь с носками его туфель.

— Ты слишком много работаешь, — она скрестила руки на груди и как бы невзначай заметила: — и пьёшь тоже.

Эван действительно был загружен последние дни: он разрабатывал проект, согласно которому, водная система страны улучшится, и у многих городов исчезнет проблема с недостатком ресурса.

— Твою кандидатуру одобрили.

Он ничего не ответил, но Вега видела, что парень давно не спит.

— Ничего не скажешь по этому поводу?

— Это было неизбежно, — выдохнул Эван и принял сидячее положение.

Девушка разгладила складки на подоле платья и решительно взглянула на мага. Она давно хотела поговорить с ним, им стоило прояснить, как держаться друг с другом дальше.

— Многое произошло, Эван. Многое изменилось. Не думаешь, что пора оставить всё позади? Мы могли бы изменить наше общение.

Эван вперился в неё ястребиным взглядом. Несколько секунд он ждал, как она скажет, что пошутила, но Вегнесса продолжала сохранять это глупое выражение на лице.

— Полярис, не могу поверить, что ты додумалась предложить мне свою дружбу.

— Но что в этом такого?

Эван ядовито усмехнулся и схватился за бокал:

— Когда до тебя уже дойдёт? Время не лечит. Люди не меняются. Они либо были такими изначально, либо делают вид, что не такие. Мы никогда не будем с тобой весело смеяться над общими воспоминаниями.

Вега не сомневалась, что тот ребенок, которого она когда-то знала, вовсе не был таким циничным и расчётливым. Тот ребёнок хотел дружбы. Хотел быть любимым. Тот ребёнок до сих пор жил в нём, но прятался за изумрудным облачением.

Чародейке больше нечего было ему сказать, она лишь попросила его не опаздывать на церемонию.

Они с Эваном шли в разные стороны, но всё же по одной дороге.

❂❂❂

Зал полнился шумом: звенели бокалы; маги устраивали представление, люди искренно хлопали в ответ. Даже прибывшая делегация космейцев с интересом поглядывала в их сторону. Вега отлично справилась с речью: ни разу не запнулась и не потеряла сознание от переизбытка чувств. Теперь она с чистой совестью наслаждалась закусками и обществом Лиры. Та рассказывала ей, как идут работы по восстановлению Туманного леса. Вега старалась слушать внимательно, но всё время отвлекалась на толпу, пытаясь отыскать Янниса.

Стало немного душно. Извинившись перед Лирой, Вега поспешила выйти на балкон. Какое-то время она просто стояла и наслаждалась ощущением прохладного ветра на лице. Она спрятала улыбку, услышав тихие шаги, и чуть наклонилась вперёд, притворившись что вот-вот соскользнёт с перил.

Большие ладошки мгновенное перехватили её поперек талии.

— Кажется, тебе всю жизнь придётся меня ловить.

Яннис хрипло рассмеялся ей на ухо, крепче прижимая к себе.

— Меня вполне устраивает такая перспектива.

С неба исчезали последние следы заката. Вега завороженно наблюдала, как звёзды появлялись одна за другой. Уютная тишина ночи была бесценным подарком за всё то, что они пережили.

— Ты ещё не передумала отправиться со мной к Велийским лугам?

— М-м-м…— невнятно промычала она, заставляя Янниса занервничать. — Я соглашусь, только если ты сплетёшь мне венок. Такой же, какой делал для Феликса.

Яннис поперхнулся: это был их с Феликсом секрет. Откуда она узнала? Но вспомнив с кем имел дело, маг расслабился.

— Но перед этим предлагаю заглянуть на источник. Кажется,что прошло уже несколько лет с тех пор, как я видел тебя в одном полотенце.

— Как долго ты будешь припоминать нашу первую встречу?

— Думаю, что вечность — самое подходящее время для этой истории.

Эпилог

☾

Решение отправиться в путешествие с Шерл далось ей легко. Как бы Мелани не любила гильдию и друзей, она не могла поступить иначе. Она оставляла близких, зная, что больше нет нужны оберегать их. Пора каждому идти по собственному пути. И ей только предстоит найти свой.

Они гостили у космейцев уже два дня. Мелани бродила вдоль берега Звёздной колыбели, надеясь, что та покажет ей то же, что показала Веге. Но озеро молчало. Так и не дождавшись ответа, чародейка сердито подскочила на ноги и поспешила убраться от насмехающейся водной глади.

— Мелани не стоит злиться.

Девушка прищурилась, ожидая когда вожак космейцев наконец выйдет из-за дерева и полностью покажется. Вега рассказывала ей, что Адар любил называть людей чужими именами. Но к ней он неизменно обращался «Мелани».

«У тебя ещё нет имени», — таинственно пояснил он, когда она задавала ему вопрос.

— Ты говорил, что колыбель ведает о всём. Выходит, что это не так. И с чего я взяла, что озеро сможет мне помочь. Мёртвые не возвращаются…

— Они просто не знают как.

Мелани моргнула, когда лицо Адара очутилось перед её носом. Лес замер. Шум падающей воды и порхание крыльев больше не резали слух. Маленький вожак что-то вложил ей в ладонь. С лукавой улыбкой он приставил указательный палец к губам, призывая Мелани хранить это втайне.