Тень Кощеева

Глава 1

Память… Ее считают даром, храня на задворках сознания самые яркие события. Хоть порой она и подменяет важное совсем никчемным, глупым, оставляя как осадок легкий привкус досады. Отчего-то плохое вспоминается гораздо чаще хорошего, а моменты счастья вызывают глухую тоску. Так хочется запомнить все, постараться запечатлеть каждое мгновение… Но время и болезни не щадят никого. Они забирают память, а вместе с ней эмоции и чувства, которые вызывали когда-то значимые события. Одни очень расстраиваются по этому поводу, другие же…

Я ненавидела само понятие памяти. Презирала все, что связывало меня с прошлым, и желала лишь одного – забвения. Для меня именно оно было высшим даром, позволяя погрузиться в пучину блаженного забытья. Возможно, даже начать жить заново и наполнить разум новыми мыслями, эмоциями и чувствами, но… Проклятые богами не нужны никому. И за грехи предков, да и свои собственные, я буду расплачиваться до самого конца жизни. Если он, конечно, когда-нибудь настанет.

Ведь отпустить последнюю жрицу культа Проклятых не пожелает никто…

Глава 1

Весна... Волшебный миг пробуждения всего живого после долгого зимнего заточения. Самая древняя и чудесная магия, о которой уже мало кто помнит. Стерлись из летописей слова обрядов и таинств, которые когда-то проводили боги, наполняя этот мир жизнью. Потерялись в петлях времени сказки и предания, хранящие в себе невероятную силу Слова. Остались только понятия, странные ощущения, которые несли с собой эмоции и ожидание маленького чуда. От первого зимнего снега? Нежных зеленых почек? Или жаркого летнего ветра с дурманящим запахом разнотравья?

Не важно.

Значение имеет лишь короткий, порой незаметный момент счастья, когда мы неожиданно выныриваем из своих мыслей и дел, замираем и оглядываемся. Вдыхаем полной грудью свежий воздух, удивляемся ярким краскам мира и понимаем, что вот она – настоящая красота. Не рукотворная, а созданная силами, что нам никогда не постичь. Именно тогда приходит вдохновение, желание творить и жить! Жаль, что эти моменты так редки…

Вздрогнув всем телом, я схватилась за перила и закрыла глаза, пытаясь прийти в себя. А когда открыла, все исчезло. Передо мной, с высоты самой высокой башни – Иглы, простиралось царство Кощеево. Не величественные леса, только-только зашумевшие молодой листвой, не чудесные сады, что с приходом весны покрылись розовыми цветами. Передо мной раскинулись владения моего повелителя, вмиг ставшие серыми, унылыми и безразличными. Такими, какими и должны быть для темной, лишенной чувств и эмоций.

– Какая неожиданная встреча… – Раздавшийся за спиной голос был холодным, даже слегка злым.

– Здравствуй, царевич.

– Зачем ты пришла?

– По поручению хозяина, – тихо ответила я, вынимая из складок платья свиток и поворачиваясь к мужчине лицом. – Твой отец просил передать послание в надежде, что ты его прочтешь и дашь ответ.

– Отчего же он не пришел сам?

– Не время, да и не место для встречи. Возьми, – и я протянула пергамент Константину – будущему правителю царства Кощеева.

Зеленые глаза, чуть прищуренные от яркого весеннего солнца, смотрели с подозрением, но оно и понятно. Слишком много лишнего было сделано и сказано отцом и сыном. Последствия оказались очень непредсказуемыми для обоих.

– Где он сейчас? – наконец спросил царевич, забирая у меня послание.

– Далеко. Там, где нет места темным.

– Значит, сбежал к светлым, – с толикой неприязни произнес мужчина, а затем сорвал печать и развернул свиток.

Читал он быстро, жадно, и чем ближе подходил к концу, тем больше хмурился. Язнала содержание письма. Сама записывала слова хозяина. Его просьбы… Его мольбы.

– Нет. – Короткий ответ, которого так боялся Кощей-старший, и ожидала я. – Но ты ведь и так это знала.

– Знала, – не стала отпираться я, – поэтому получила позволение царя говорить от его имени.

– Как и всегда. – Показалось или нет, но в словах Константина появилась горечь. – Я слушаю.

– Ты хороший правитель. Заботишься о своем народе, пытаешься наладить связь с соседями и даруешь этим землям новую жизнь, но… Ты всего лишь царевич. Марионетка в руках отца, без согласия которого все твои дипломатические миссии – пустые слова, законы – ничего не значащие клочки бумаги, а власть – дань уважению. Но все это можно изменить. Если ты дашь свое согласие и поможешь отцу, то он официально отречется от престола и это царство станет твоим. Заманчиво, не правда ли? И, как я погляжу, ты нисколько не удивлен моим предложением, значит, и сам обдумывал его.

– Нет, Тенья, не обдумывал, но, зная тебя, ожидал нечто подобное.

– Так что мне передать хозяину?

– Я подумаю. Удивлена?

– Ты ведь знаешь, что нет.

– Действительно. Успел подзабыть о твоем равнодушии. – Тонкие губы скривились в подобии улыбки, а затем прозвучал приказ: – Уходи и передай отцу, что я дам ответ через три дня.

– Как пожелаешь, царевич. Я вернусь на третьем закате и, надеюсь, что услышу ответ, который спасет и твоего отца, и все царство.

Не прощаясь, я проскользнула мимо мужчины, спиной чувствуя задумчивый взгляд. Впрочем, от меня этот мальчик никогда не умел скрывать своих истинных эмоций. Да и не только он. Когда глаза не затуманены собственными чувствами, чужие эмоции и желания оказываются как на ладони. Ими так легко манипулировать, чем я чаще всего и занималась.

Последняя роль оказалась для меня самой сложной. Может, оттого, что заклинание, блокирующее чувства, дало сбой. А может, из-за фрагментов прошлой жизни, которые в последнее время стали всплывать все чаще. Как бы то ни было, но впервые за все время служения Кощею я вспомнила значение слова «сожаление». А все началось с того, что по приказу хозяина я приняла от Василисы – дочери Кощея – дар Яги.

Удивительная магия, которая в хороших руках и при должном обучении могла многое. Перед ней открывалось прошлое и будущее. Не имели границ аспекты волшебства, но главное ее достоинство было в единстве.

Магия рода Яг не просто объединяла – она связывала судьбы своих детей и прогоняла прочь такое мерзкое чувство, как одиночество. Ёжки были не подругами – сестрами, способными горы свернуть друг за друга.

Когда я впервые оказалась среди них, попав в Школу Сказок вместо Василисы, то эта странная магия тяготила. Она заставляла привязываться к девочкам и вызывала давно забытое желание защищать. Было невероятно тяжело бороться с чувствами, каждый раз напоминая себе, для чего именно меня послал хозяин. И я справилась.

Смогла отрешиться от эмоций и помочь Кощею выкрасть одну из Ёжек. Девочку, лишенную магии Яг, но принятую в семью благодаря своему удивительному дару. Именно за ним и охотился мой повелитель. Вернее за кровью, полной живительной силы и энергии.

Путешественники… Сильнейшие маги миров, которых нередко сравнивали с богами, а многие и вовсе уверяли, что это они и есть. Их власть была настолько велика, что они могли гулять среди звезд, посещая разные планеты, реальности и миры. За этой силой и охотился Кощей.

Когда-то он был одним из могущественнейших магов наших земель, одно упоминание о котором нагоняло страх и на светлых, и на темных. Он вершил великие дела, иногда добрые, а иногда злые. Любил воровать принцесс, упиваясь их страхом, а иной раз и восторгами. А еще всецело отдавал себя силе и опытам, не думая о будущем и том моменте, когда придется платить по счетам. Зато время помнило…

Оно медленно подкрадывалось к царю, постепенно отнимая все, что составляло его суть. Кощей думал, что бессмертие – это дар, но жестоко ошибался, а когда спохватился, было уже слишком поздно. Пять артефактов, которые питали царя и даровали бессмертие, стали постепенно истощаться, выбрасывая в окружающий мир смертельную энергию. Она оказала губительное влияние на полотно мира. Кощей смог выстроить вокруг артефактов защиту и прекратить спонтанные выбросы, но магия уже ушла, а вместе с ней дряхлеющее тело стала покидать и жизненная сила. Некогда красивый мужчина начал превращаться в беспомощного старика.

Я помню, как мы встретились впервые. Молодая и гордая целительница, и он – уставший, но не потерявший надежду колдун. Помню его просьбу о помощи и свой отказ. Не потому, что не захотела, а потому что не могла. Магия, о которой просил Кощей, была запретна для меня. Тогда еще запретна, и я боялась кары предков, даже не подозревая, что она настигла бы меня вне зависимости от помощи…

Но, как бы то ни было, Кощей все же смог найти способ вернуть себе силу. Узнал о нем от Жрецов Света – фанатиков Светлой империи, которые мечтали уничтожить всех темных. Ради этого они даже были готовы объединиться с царем Кощеем, который тоже легко предал своих.

Тогда я уже была тенью хозяина и присутствовала при беседе. Видела блеск надежды в глазах царя и насмешливые улыбки Жрецов, которые не верили в удачу темного. Однако она ему улыбнулась. Он встретил маленькую девочку – Янику, в которой почувствовал кровь Путешественников. Вначале девочка должна была стать приманкой для магов, которые по преданиям очень хорошо чувствовали родную кровь, и не бросали своих.

Для усиления ее силы Жрецы Света даже помогли создать специальные яблоки, которые на протяжении долгих лет питали ребенка. Затем Василиса по велению отца заманила Янику в Сказочный мир, а дальше все пошло своим чередом.

Один из Путешественников действительно прибыл в наш мир и заинтересовался девочкой с родной магией. И все бы ничего, но эта самая магия неожиданно усилила дремлющий дар, наделяя Янику силой. Именно тем, что нужно было хозяину.

Новый приказ был ожидаем. Я помогла похитить Ёжку и подготовить ее к обряду «Ашшра Нтэль» – ритуалу наполнения силой. Что я чувствовала в тот момент? Ничего… Кощей вовремя заметил, что со мной происходит неладное и подправил заклинания, вновь отключая эмоции, но даже несмотря на это я не пожелала участвовать в обряде и ушла.

Лишь потом узнала, что планы хозяина сорвались, а Янику спасли, но опять же не испытала абсолютно ничего. Да и некогда мне было: сначала помогала повелителю сбежать из плена, а затем выхаживала обессилевшего Кощея. Впрочем, именно этим я занималась и по сей день.

Мало кто знал, но хозяин в тот день все же вернул бессмертие. Оно заключалось в одном из яиц-артефактов, которое питало четыре других, по крупицам отдавая магию стихий. Многие славные воины полегли в царских подземельях, пытаясь отыскать эти сокровища и уничтожить Кощея, но ни одному из них это так и не удалось. Артефакты были надежно спрятаны в укромном месте и ждали своего часа, чтобы снова засветиться магической силой.

– Те-э-энь, – раздался тихий скрипучий голос из соседней комнаты. – Это ты?

– Да, господин, – отозвалась я, убирая в шкаф связку с бусинами переноса.

– Что? Что он сказал?

– Сказал, что даст ответ через три дня.

– До-о-олго, – протянул царь и закашлялся.

Набрав в кружку восстанавливающего отвара, я создала маленький светлячок и юркнула в темное, жарко натопленное помещение. Подошла к лежащему на кровати колдуну, вернее к тому, что от него осталось. Мумия… Тонкая, словно пергамент, кожа обтягивала выступающие кости. Лицо с впалыми глазами почернело, покрывшись маленькими темными точками. Свободная рубаха только подчеркивала болезненную худобу. Кощей дышал тяжело, с хрипом, постоянно сжимая иссохшими пальцами одеяло. И не переносил света, даже такого слабого, как мой светлячок.

– Другого выхода у вас нет, хозяин.

– Есть… Ты могла бы… Ты…

– Не могла бы. Мы уже пробовали мои силы, и они оказались бесполезны.

– Не так уж бесполезны, раз ты смогла узнать про источник вечной молодости.

– Мой повелитель, это была всего лишь сказка. Старая легенда, которую изрядно приукрасили. Я не уверена, что он вообще существует.

– Не важно, Тень, не важно. Сейчас мне хватает и этой надежды, чтобы держаться за остатки разума.

Отвечать я не стала, да от меня этого и не требовали. Кощей был слишком слаб, и долгие разговоры утомляли его. Поэтому, как только он выпил весь отвар, я развеяла светлячка и покинула спальню.

– Госпожа Тенья, – учтиво склонил голову молодой мужчина, когда я вышла из отведенных нам с хозяином комнат. – Мастер просил зайти к нему.

– Благодарю, – так же учтиво кивнула я и пошла по слабо освещенному коридору до лестницы, чтобы спуститься на первый этаж.

Я не солгала Константину, когда сказала, что в это место нет хода темным. Только и светлым здесь не особо рады. Оно вообще не принимало ничью сторону, отторгая вынужденное разделение по виду силы. Сюда мог прийти каждый, вот только переступая порог Обители, он перерождался. Не в прямом смысле, но... изменение сознания ведь тоже можно назвать рождением?

Обитель Энастель специализировалась именно на этом. Живущие здесь презирали все условности и законы. Были далеки от политики и войны, что назревала между темными и светлыми. Энастель проповедовала силу разума, искренне веря, что именно в голове зарождается магия. Что наше сознание, повинуясь мыслям, само принимало решение, какой магией наделить тело, какую силу в него вложить.

«Есть только один Бог во вселенной – Я!» – гласило главное правило Обители.

Здесь был свой уклад, пусть немного странный и не всегда понятный, но в настоящее время играющий мне на руку. Энастель приняла нас с распростертыми объятиями, в обмен на кров и защиту выпросив Знания. Я согласилась, сразу оговорив, что расскажу и покажу все, на что имею право. Глава Обители, Мастер Ульсан, был согласен и на это. Он невероятно высоко ценил любые сведения, особенно те, что считались давно утерянными. Именно такими обладала я, и это мирило мастера со всеми моими просьбами.

Дойдя до кабинета Мастера, я коротко постучала и вошла, не дожидаясь ответа. Маг сидел за небольшим столом, медленно скользя взглядом по тонким, почти рассыпающимся листам пергамента – очередной находкой учеников Энастель, которые разлетались по всему миру в поисках древних свитков. Коричневая мантия свободно висела на худом теле, подчеркивая бледность кожи.

– Здравствуйте, Мастер, – поздоровалась я, приблизившись к столу.

– Здравствуй, Тенья, – со скупой улыбкой отозвался Ульсан, поднимая на меня взгляд. – Присаживайся.

– Спасибо, но у меня не так много времени. Скоро начнутся занятия.

– Знаю и именно о них хотел бы с тобой поговорить. Ты всего год преподаешь в Обители, но за это время успела заработать любовь своих учеников. Старшая группа и вовсе тебя боготворит, чему я бесконечно рад.

– Спасибо, Мастер. Приятно слышать, что я оправдала ваши ожидания, – бесстрастно отозвалась я.

– Более чем. Поэтому хотел попросить тебя об одолжении… – Судя по тому, что руки Мастера слегка дрогнули, а глаза заблестели, просьба была неординарной. – Тенья, я хочу, чтобы ты сопровождала выпускников на практике.

– Я вынуждена отказаться от этой чести, мастер Ульсан. Во-первых, у меня недостаточно практического опыта. А во-вторых, я не могу бросить своего спутника одного. Мне жаль.

– Что касается первого пункта – мы с тобой оба знаем, что ты гораздо старше, нежели выглядишь, и опыт любого наставника в Обители вряд ли сравнится с твоим. Так что за это я даже не переживаю. А вот твой спутник – это да, это проблема. Однако и здесь есть решение – мы пригласим к нам Чаровницу. Она присмотрит за стариком и облегчит его боль.

Честно говоря, предложение Мастера сумело всколыхнуть мой эмоциональный барьер, вызывая легкое эхо удивления. Чаровницы – маги очень высокого порядка, обладающие редкими способностями. Возможно, слухи приписывали им больше, чем они могли, но все равно – привлечь такого специалиста к работе считалось высшей степенью удачи. Если одна из Чаровниц действительно согласилась бы поухаживать за хозяином, это бы существенно развязало мне руки.

– Спасибо за предложение, Мастер. Я могу поговорить со своим спутником и… подумать?

– Конечно, Тенья. До практики еще две седмицы, так что время есть. Но, я надеюсь, ты не станешь затягивать с ответом.

– Не стану, Мастер. Позволите идти?

– Ступай, а я буду ждать.

Поклонившись на прощание, я покинула кабинет главы Обители и направилась к учебным классам. Путь мой пролегал по длинному коридору, затем, свернув налево, я спустилась этажом ниже. Как я и говорила, главной ценностью в этом месте считались знания, которые по крупицам стекались в древние стены. Основными их добытчиками были именно ученики, которых засылали в самые отдаленные уголки земли на поиски затерянных городов, легендарных артефактов или вовсе невероятных мест. Пожалуй, источник вечной молодости можно было считать одним из них.

Об этой реликвии я узнала здесь, в стенах Обители, в одном из хранилищ, куда иногда спускалась. Упоминание источника я встречала несколько раз, причем в абсолютно разных хрониках. Но при этом точного описания нигде не было, что наводило на определенные мысли. Например, звание источника вполне мог получить сад с молодильными яблоками, который охраняли жар-птицы. Помнится, когда я училась в Школе Сказок, нас отправляли на сбор этих плодов, но проверить действие волшебных фруктов никто из девочек так и не решился.

Еще один вариант – живая и мертвая вода, но в случае с хозяином она оказалась бессильна – восстановление тела, увы, не гарантирует восстановление магии. А Кощей страдал именно от потери энергии, которая, как вода, утекала сквозь пальцы.

Три котла… Живой огонь… Все это лечило лишь телесную оболочку, а вот для магии было бесполезно. Но источник вечной молодости – он иного порядка.

В его силах было буквально повернуть время вспять в пределах одного организма, возвращая телу молодость, силу и энергию. А еще он восстанавливал душу, но это заявление было совсем на грани.

Как бы то ни было, я не смогла промолчать и рассказала о прочитанном Кощею. И он загорелся… Снова обрел надежду на спасение, а вместе с тем цель, на пути к которой для него не существовало преград. Оттого и было составлено письмо Константину, в котором хозяин умолял о помощи. Потому и позволил мне сделать предложение, от которого Кощей-младший вряд ли сможет отказаться. Осталось лишь дождаться, когда он сам свыкнется с этой мыслью и даст свое согласие…

– Здравствуйте! – раздался нестройный хор голосов, когда я вошла в учебный зал.

Мои ученики уже заняли свои места и успели разложить конспекты, готовясь записывать все, что я скажу. Они действительно были очарованы всегда спокойным преподавателем, который никогда не ругал за ошибки. С жадностью впитывали новые знания, нетерпеливо ожидая практики. И, кажется, были готовы сутками просиживать в кабинете, выполняя различные задания.

Иногда такое рвение вызывало подобие улыбки. Иной раз – странное чувство, отдаленно напоминающее гордость. Но чаще – безразличие, как и все остальное в моем существовании.

– Добрый день, ученики. Прежде, чем приступим к изучению новой темы, предлагаю повторить пройденный материал. Работаем в обычном режиме: вопрос-ответ. Готовы?

– Да, мастер!

Последние два месяца мы изучали флору леса Забвения, подспудно разбирая все виды лекарств и ядов, которые можно было приготовить из растений и корней. Помимо этого лес Забвения изобиловал редкими видами нежити, нечисти и просто диковинными существами, которые также использовались в качестве ингредиентов.

Тема была интересной, но сложной и даже опасной в практическом плане. Впрочем, профессия зельевара трудна сама по себе. Для подобной работы нужно иметь не только отменную память, но и море терпения. Зато и без дела такие специалисты не сидят. По крайней мере, раньше так и было. Сейчас же все, что я могла – это передать свои навыки и знания следующему поколению.

– Мастер? – подал голос один из учеников, когда я закончила опрос.

– Да, Богдан.

– А правда, что вы будете нашим куратором на выпускной практике?

– И кто вам это сказал?

–Один из мастеров… обмолвился.

– Полагаю, этим мастером был Валлей?

Судя по дружному молчанию, я попала в точку, но догадаться было не сложно – с младшим мастером металла отношения не сложились в первый же день знакомства. Валлей являлся консерватором, свято верившим, что удел женщины – дом и семья. И с ученицами не работал принципиально, считая ниже своего достоинства обучать искусству боя девочек.

Когда же он узнал, что среди преподавательского состава будет пополнение в моем лице, то и вовсе устроил скандал. Единственная женщина-мастер? Нонсенс и личное оскорбление ему, Валлею. В общем, разговоров и разбирательств было много, но все это прошло мимо. В тот момент меня больше заботило состояние хозяина и поиск способа помочь ему.

Со временем Валлей чуть успокоился, но не упускал возможности бросить в мой адрес колкую шпильку. И возможное кураторство выпускников, по всей видимости, снова всколыхнуло недовольство мужчины.

– Пока это всего лишь слухи и бестолковые разговоры. Мне действительно предложили кураторство, но… не все так просто.

– Вы не хотите возиться с нами, да? – с толикой обиды спросила самая младшая девочка в группе.

– Не в этом дело, Нисса. У меня есть обязанности, от которых невозможно отказаться или переложить их на чужие плечи.

– А мы? Нас тоже нельзя перекладывать! Тем более на мастера Валлея!

–То есть, если я откажусь, вас передадут ему?

– Не знаем точно, но он обмолвился, что будет настаивать на этом.

– Любопытно, – протянула я, задумавшись.

– Так вы нас возьмете?

– Не могу ничего обещать. Все зависит от того, как сложатся обстоятельства. Но и Валлею вас не отдам, будьте уверены. А сейчас давайте вернемся к уроку. И наша новая тема: «Растительный мир острова Снежбрег».

– А там есть растения? – удивленно спросил Миробор.

– Вы себе даже не можете представить, насколько они разнообразны!

***

Три дня… Для меня они пролетели, как один миг, заполненные лекциями, практическими занятиями и общением с учениками. Для моего хозяина – часами боли и мучений, от которых спасало лишь лекарство, но и его действие постепенно ослабевало.

Закончив последнее занятие, я некоторое время сидела в тишине, обдумывая свои дальнейшие действия. Нет, в том, что Константин согласится, я была уверена, но… Никогда не помешает иметь запасной план. Или еще более интересное предложение, от которого Кощей-младший точно не сможет отказаться.

Что предложить мужчине, у которого все есть? Чьи сокровищницы ломятся от золота и драгоценных камней, давно переплюнув отцовские. Который никогда не получал отказа у женщин, покоряя даже самых неприступных? Тому, кто в скором времени станет одним из самых влиятельных царей Сказочного мира?

Знания…

Древние тайны, о которых многие живущие успели позабыть. Старые обряды, чья мощь была невероятна. Для меня магия такого рода являлась чуждой, запретной, но для него – одного из сильнейших колдунов нашего мира – лишним поводом проверить свои силы. Так почему бы не сыграть на мужском азарте? Разрушить маску невозмутимости и воззвать к инстинктам, против которых бессилен даже разум?

Значит, так тому и быть…

Добравшись до своей комнаты и проверив напоследок Кощея, я раздавила бусину переноса и сделала шаг вперед, чтобы через мгновение оказаться в одном из залов Иглы. Башня встретила меня привычной тишиной, полумраком и тихим шелестом сквозняка. Мягко ступив на каменный пол, я неспешно дошла до лестницы, а оттуда начала подъем. Могла бы переместиться сразу на смотровую, но отчего-то хотелось оттянуть мгновение встречи. Дождаться, пока последний золотой луч солнца скроется за горами, и ступить на крышу вместе с ночными сумерками.

В темноте было гораздо проще сделать дело и уйти. Не видеть чужих эмоций и не чувствовать на себе прожигающий взгляд изумрудных глаз. Но, увы, дело было гораздо важнее желаний. Напомнив себе об этом, я выдохнула и раздавила еще одну бусину.

Царство, залитое розово-золотым светом зари, казалось игрушечным. Маленькие пряничные домики стояли на цветной глазури, дополненные линиями рек и озер. Правил всем этим тот, кто сейчас находился за моей спиной. Он мог поздороваться, хоть как-то привлечь к себе внимание, но предпочитал молчать. Возможно, как и я, ждал наступления темноты, а может, оттягивал время, снова и снова взвешивая ответ.

– Ты принял решение, царевич? – тихо спросила я, так и не повернувшись к Константину.

– Да.

–И что мне передать твоему отцу?

– Ты знаешь мой ответ.

– Рада, что мы сумели договориться.

– Не совсем, Тенья. – Эта фраза заставила меня медленно повернуться и настороженно замереть. – У меня есть два дополнительных условия.

– Не думаю, что они уместны. Наша сделка и так более чем выгодна.

– Я считаю иначе. Если хотите моей помощи, вам придется уступить. В противном случае я подожду, пока отец сойдет с ума от боли, и заберу царство на законных основаниях. Выбор за вами.

– Я внимаю, царевич.

– Ничего сверхъестественного, вроде просьбы Кощея, – даже не скрывая сарказма, произнес Константин. – Во-первых, я хочу, чтобы после передачи власти он отрекся от семьи и навсегда покинул царство без права возвращения.

– Беспокоишься за свой трон?

– За сестер, которых отец успел извести. И особенно за Василису, которую вы насильно заставили помогать.

– Что же, справедливое требование. Думаю, если все получится, Кощей и сам с удовольствием уйдет.

– Надеюсь на это.

– А второе условие, царевич?

– Здесь еще проще… – Лицо Константина неуловимо изменилось. На губах появилась очень странная улыбка, из-за чего у меня возникло нехорошее предчувствие. Глаза стали ярче, пронзительнее, загораясь колдовским пламенем, которое не щадило никого. – Ты уйдешь от отца и станешь моей… тенью.

– Неожиданное условие. Могу я знать, с чем оно связано?

– Я так хочу.

Вот и весь ответ, сказанный равнодушным голосом. И неясно, это действительно прихоть, или желание отомстить Кощею. Все же я слишком долго была его помощницей, а в некоторых случаях и советником.

– Хорошо, царевич, будь по-твоему. Но второе условие я выполню только в том случае, если Кощей излечится, иначе я не оставлю хозяина.

– Чем же он подкупил тебя, Тенья? Как заработал такую безоговорочную преданность?

– Он не так плох, как все о нем думают.

– Неужели? Значит, обречь на смерть ни в чем неповинную девушку – достойный поступок? Или шантаж собственных дочерей?

– У Кощея великие цели…

– Которые требуют великих жертв? – не скрывая сарказма, спросил царевич.

– В данном случае жертвы были минимальны.

– У меня появилось еще одно условие. Во время нашего сотрудничества, да и после него, я не хочу больше слышать об отце. Ни о мотивах, ни о поступках. Я устал разбираться с последствиями его самодурства.

– Как скажешь. Завтра я принесу магический договор, а также те сведения, что мне удалось найти.

– Договор уже составлен, – с этими словами Константин вытащил из-за пояса свиток и протянул мне. – Как только отец его подпишет, наше соглашение вступит в силу. Буду ждать тебя с договором и материалами.

– Хорошо.

Прощаться не стала. Раздавила бусину перехода прямо на площадке, делая решительный шаг в мерцающее окно. Только вместо Обители вышла на берегу небольшого озера, что находилось почти на границе Светлой империи и Закатных земель. Во-первых, боялась, что Константин захочет проследить за мной, чтобы найти отца. Во-вторых, нужно было ознакомиться с договором и проверить его. Зная характер царевича, можно не сомневаться, что каждый пункт сформулирован в выгодном для него свете.

Но подписать его придется все равно. Константин был прав, когда рассуждал о безумии отца. Боль действительно сжигала хозяина изнутри, постепенно сводя с ума. Только царевич ошибся в одном – забрать трон он бы не смог. Царь – не просто титул, а очень древний обряд передачи артефактов, с которым к коронованному наследнику переходит право управления. Не только землями и подданными… Вместе с короной новый царь получал и бессмертие, которое гарантировало ему защиту на все время правления, до следующей передачи трона, а еще невероятное по своей мощи мертвое воинство.

Помню, как впервые увидела его. Огромное захоронение под Белыми Пиками, которые тянулись горной грядой между Закатными землями и бывшими Зелеными Холмами. Десятитысячная армия мертвецов, которая была создана самым первым Кощеем для защиты своих земель. Не могу забыть, как умоляла хозяина пробудить войско и дать бой тварям Хаоса. Но хозяин отказал… На тот момент он уже начал угасать, и такой всплеск силы мог подстегнуть процесс истощения. И я сдалась, именно в тот момент попросив не просто ослабить мои чувства – отключить их насовсем.

Всего на мгновение, но эти воспоминания прорвались сквозь заклинание, вызывая приступ боли. Не в силах сдержаться, я упала на землю и закрыла уши руками.

Крики… Стоны умирающих и вой тварей. Удушающий запах гари. Вонь паленой плоти. И я… Совсем одна. Беспомощная. Обессилевшая. Преданная.

Приступ длился не больше минуты, но мне показалось, что прошла вечность. Целая жизнь, в которой я снова и снова переживала свое страшное прошлое. То, что так отчаянно пыталась забыть и от чего бежала все эти долгие годы.

Как оказалось – напрасно…

Глава 2

– Здравствуйте, мастер! – радостно поздоровались ученики, занимая свои места в классе.

– Здравствуйте! Есть вопросы по вчерашнему материалу?

– Нет, мастер, – ответила за всех Марьям, теребя черную косу.

– У меня есть, – перебил ее Велимир. – Вы рассказывали про флору леса Забвения, которая оказалась на удивление богата галлюциногенными растениями. После занятий мы решили узнать историю возникновения самого этого места, но… ничего не нашли. Даже мастер Алес развел руками и сообщил, что это закрытая информация. А почему так – не сказал.

– Поэтому мы хотели попросить… – взяла слово Нисса, глядя на меня большими голубыми глазами. – Расскажите нам про этот лес.

– Пожа-а-алуйста! – последовал нестройный хор голосов, после чего все пять учеников состроили просительные мордашки.

– Это действительно закрытые знания. Лес Забвения неспроста считается одним из самых опасных в Закатных землях. Издревле он принадлежал роду Яг, пропитываясь их магией и силой. Кстати, что вы знаете о самих Ёжках?

– Если верить записям в наших архивах, то первая Яга была приемной дочерью богини Макошь. Она получила материнское благословление и стала Светлой Богиней, которая всячески помогала добрым людям и отводила от них беды. Позже сосватал ее бог Велес – правитель Трех миров. Вместе они дали начало роду Яг, которые получили возможности управлять Правью, Навью и Явью.

– А вот о том, как Яги стали злыми, ничего нет, – вздохнула Нисса.

– Что же, давайте я вам расскажу одну историю о Ёжках, которую сама услышала, будучи ученицей Школы Сказок. В далекие времена, когда по земле гуляли Создатели, жила-была прекрасная юная богиня с малахитовыми глазами и длинной русой косою – Йогиня. Прекраснее и добрее нее не было женщины на свете! Путешествуя по миру, Йогиня собирала осиротевших деток и спасала от гибели. В каждом многолюдном граде или поселении Богиню-Покровительницу узнавали по нарядным сапожкам, украшенным узорами, и люди сами показывали ей, где живут дети-сироты.

По-разному в народе называли Богиню: кто – Йогой-Златой-Ногой, а кто и совсем попросту – Йогиней-Матушкой, но любой произносил ее имя с нежностью. Детей-сирот Йогиня доставляла в свой предгорный Скит, который находился в самой чаще леса, у подножия Забытых гор. Там Йогиня-Матушка проводила детей через Огненный обряд посвящения Древним Вышним Богам, даруя новую жизнь. К сожалению, не все люди могли понять этот обряд, и злые языки извратили саму его суть, со временем превратив красавицу Йогиню в злую старуху Бабу-Ягу.

Но есть и еще одно толкование, которое намного ближе к правде. Ваши архивы не врут, и Ягиня действительно была Светлой Богиней, которая вышла замуж за мудрого Велеса. И родились у них две дочки, одна из которых получила возможность управлять Явью и Правью, а другая – Навью. Как известно, любая сила несет свой отпечаток, оставляя след на душе хранителя. Старшая дочь, Ягуня, унаследовавшая Правь и Явь, росла добрым и милым ребенком, со временем став помощницей матери и основательницей Ордена Яг. А вот младшая, Ага, слишком часто соприкасалась с загробным миром и тварями, что обитали в Сумерках. Желая вырваться из древнего заточения, сумеречные существа постепенно порабощали Агу, окутывая ее сердце тьмой злобы. И когда младшая дочь оказалась в полной власти Навьих детей, они заставили ее пойти против старшей сестры. Так началась битва Трех миров…

Во время столкновения, в результате магической трансформации волшебного леса Йогини и Велеса образовался лес Забвения. Часть его все еще хранит в себе первозданную красоту старины, питая Ёжек и радуя их своей красотой. А часть, что была поглощена Ягами-отступницами, каждый год порождает новых сумеречных тварей, с которыми Ордену Яг приходится бороться.

– А вы бывали в том лесу?

– Бывала и видела обе его стороны. Каждая из Яг отвечает за свой участок, отслеживая магические всплески и контролируя вырвавшихся тварей. Увы, в последние двадцать лет ситуация ухудшилась. Из-за близости к землям Хаоса, прорывы сумеречных монстров учащаются, и гадость, что лезет с другой стороны, все опаснее и свирепее.

– А сколько сейчас Ёжек?

– К сожалению – намного меньше, чем нужно для защиты этого мира. Есть наследницы главного рода, которые являются прямыми потомками Йогини и Велеса, а есть Ёжки, которых выбрала магия Макоши. Дар Богини получает каждая седьмая дочь, и после пробуждения силы девочка отправляется к наставницам Ягам, чтобы научиться ею пользоваться.

– Здорово! – выдохнула восторженно Нисса. – Жаль, что я не седьмая дочь…

– У каждого из нас свой путь и своя магия, так что не стоит жалеть. Ну что, я ответила на ваши вопросы, ребята? Можем приступать к опросу по теме?

– Можем! – кивнул Миробор, сдувая с лица рыжую челку, а затем ойкнул и странно дернулся.

– Что с тобой?

Вместо ответа парень извлек из кармана небольшой коробок, который прямо в руках засветился и начал мелко дрожать.

– Мир, ты взял артефакт с собой?! – рыкнул на парня Богдан и вскочил с места.

– Мне нужно было наложить закрепитель. Я хотел закончить его на перерыве…

– Что это такое? – стремительно приблизившись к Миробору, уточнила я.

– Его дипломная работа. Артефакт спонтанного переноса без использования заданных векторов координат, – ответил мне Богдан, встав рядом. – Мир, его надо дезактивировать.

– Надо, но я не знаю, как! – прошептал парень, а затем начал стремительно бледнеть, в то время как коробочка с артефактом разгоралась все ярче.

– Все на выход! – скомандовала я, и ребята даже успели сделать несколько шагов в сторону двери, когда артефакт активировался.

Вытянутая из Миробора сила подпитала устройство, наполнив контуры и позволяя создать брешь в материи мира, в которую нас стремительно начало затягивать. Я пыталась блокировать портал, но все, что мне удалось, это выровнять векторы перемещения и стабилизировать их, чтобы всех ребят выкинуло в одном месте и целиком.

Несколько ударов сердца, ощущение невесомости – и нас всех вместе с несколькими столами, стульями и учебными пособиями выбросило в неизвестном месте. На ногах удалось устоять только Богдану, который придержал и меня, не позволяя позорно упасть. Остальные кряхтели, медленно поднимаясь с земли и оглядываясь по сторонам. Я тоже решила осмотреться и то, что увидела, мне категорически не понравилось.

– Мир, ты как? – присев рядом с лежащим парнем, спросил Богдан.

– У него магическое истощение, – ответила я за него и тоже присела. – Миробор, как работает твой артефакт?

– По сути, это структурированная кристаллическая сетка, которой для перемещения достаточно впитать в себя мысленный приказ о конечной точке выхода. То есть теперь магу не обязательно расчерчивать схему переноса, достаточно просто представить место.

– И о чем ты думал, когда артефакт активировался?

– О лесе Забвения, – тихо признался ученик, а слышавший это Богдан выругался сквозь зубы.

– Не переживай, все хорошо. Лучше скажи, мы сможем открыть новый переход обратно в Обитель?

– Сильно сомневаюсь, – покаянно выдохнул Миробор. – Во-первых, он исчерпал все силы, а для новой зарядки понадобится не меньше суток.

– А если его зарядит кто-то из ребят?

– Не выйдет, мастер. Данный артефакт был создан именно под меня. Простите!

– Ничего страшного – выберемся, – постаралась успокоить учеников я. – К тому же можно сказать, что нам повезло! Выездная практика с возможностью пополнить запасы Обители диковинными растениями.

– Честно говоря, я уже жалею, что задала вам этот вопрос, – покаялась Марьям и огляделась, зябко передернув плечами то ли от страха, то ли от холода. – Куда нам сейчас?

– На юг. Если повезет, то выйдем к домику одной из Яг.

– А где юг? – смущенно уточнила Нисса, глядя на серое небо, с низкими темными облаками, грозящими в любой момент разразиться потоками мелкого холодного дождя.

– И чему вас только учил мастер Овий? В лесу, даже таком старом и мертвом, всегда можно найти мох. Это растение растет только с северной стороны деревьев, потому что очень не любит прямых солнечных лучей. Итак, где у нас мох? Значит, идем в противоположную сторону!

Закивав, ребята решительно двинулись следом за мной. Пока Богдан и Велимир помогали идти обессилевшему Миробору, девочки бегали от куста к кусту, по виду и запаху определяя растения и рассказывая мне об их свойствах. По большей части девочки ответили все верно, спотыкнувшись лишь дважды, когда встретились с растениями-обманщиками. Они приняли за грибы разновидность плотоядного кустарника из Сумерек. И не распознали яркий цветок Глюна, который был похож на своего безобидного соседа Тарута. Только если Тарут рос на бывших могильниках, то Глюн мог выскочить в любом месте и реагировал на приблизившуюся жертву облаком пыльцы, вызывающей галлюцинации. Остановить Ниссу от близкого знакомства с этой гадостью я сумела буквально в последний момент, оттащив подальше от желтого облачка дурмана.

Дальнейший путь тоже протекал не без осложнений: многочисленные корни деревьев то и дело норовили подлезть под ноги, вынуждая спотыкаться. Корявые ветки кустарников цеплялись за одежду, будто хотели оставить себе кусочек на память, а в результате сами ломались, повиснув причудливым украшением.

– Мастер, а кто населяет лес Забвения? – спросил Богдан, чутко прислушиваясь к звукам окружающего мира.

– Самые разные существа и зачастую опасные. А что такое?

– Мне кажется, впереди кто-то есть. Но не могу понять – живое оно или не очень.

– В таком случае поступим следующим образом. Ребята, лезьте на дерево. Оттуда и вид лучше, и редкая тварь сможет достать. А я схожу на разведку и узнаю, что ждет нас впереди.

– Я с вами, мастер Тенья!

– Даже не обсуждается, Богдан! Лезь со всеми.

– Вот именно, что не обсуждается, – качнул головой парень.

Он приблизился ко мне и пытался давить, глядя с высоты своего немалого роста.

– Я не отпущу вас одну!

– Думаешь, вдвоем убегать от чудища будет веселее?

– Думаю, что хотя бы вас я смогу защитить. Мастер, хотите вы того или нет, но я все равно пойду с вами.

– А остальные ребята? Кто будет защищать их, если ты уйдешь?

– Велимир справится. Пойдемте, учитель. Чем быстрее разберемся, тем быстрее двинемся дальше.

Я задумалась, не зная как лучше поступить в данном случае.

– Хорошо, но в Обители нам с тобой предстоит серьезный разговор!

Кивнув, Богдан решительно направился вперед, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Через десяток шагов мы нырнули в густые заросли фиолетового можайника[1], и с другой стороны нам открылась занимательная картина.

В небольшом овраге, прямо под нами, по опавшей листве каталось с два десятка шаров, похожих на Колобка Батьковича. Размер они имели поменьше, чем директор Школы Сказок, но зато превосходили его в количестве ртов с множеством острых зубов. Накатываясь друг на друга, они начинали грызться, чтобы через мгновение с визгом раскатиться в стороны. А затем снова и снова…

– Вы знаете, что это такое? – шепотом спросил Богдан, почти касаясь губами моего уха.

– Предполагаю, что создания Хаоса. Видимо, на границе был прорыв, и мелкие низшие смогли пробраться через него.

– Уверены, что они из Хаоса, а не Сумерек?

– Сумеречные твари в большинстве своем имеют туманные очертания, которые являются их отличительной чертой. Эти же вполне четко выглядят, так что определенно Хаос.

– Мерзкие создания. Интересно, это их максимальный размер?

– Боюсь, что нет, – шепнула я и указала на противоположную сторону оврага, где показался огромный зубастый шар. – Кажется, это мама с выводком.

– Если есть мама и дети, то где их папа…

Словно в ответ на это, со стороны оставленных ребят послышался крик. Первым в обратную сторону бросился Богдан, на ходу извлекая из-за пояса нож. Я же в этот момент формировала в руках сеть тьмы, очень надеясь, что она сможет остановить низшего.

Стоило нам выскочить из можайника, как все внимание зубастого шарика, который до этого грыз одно из деревьев, переключилось на нас. Зарычав, это странное существо стало раскачиваться из стороны в сторону, то ли пытаясь нас загипнотизировать, то ли не зная, в какую сторону покатиться. Недолго думая, Богдан начал обходить зубастика с левой стороны, в то время как я двинулась с правой, постепенно оплетая существо тьмой. В какой-то момент, видимо определившись с жертвой, зубастый шар неожиданно подскочил вверх почти на два локтя, а затем бросился на меня. Затянуть последний узел заклинания и активировать сеть я успела буквально в последний момент. Подвесив получившуюся сумку за силовую нить к дальней сосне, я раскинула поисковую сеть, ожидая в гости шарообразную мамашу с детками. Но – нет. Она не только не собиралась спасать – наоборот, повела выводок в глубь леса.

– Я так понимаю, этот отвлекал нас от своих детишек? – предположил Богдан, пока остальные ученики спускались с дерева.

– Скорее всего, так и было.

– Да уж, вроде безмозглая тварь, а такая забота о потомстве, – хмыкнул Миробор.

– Защита потомства – один из основных инстинктов, для которого даже интеллект не нужен. Однако не стоит оценивать порождения земель Хаоса по аналогии с простыми животными. Несмотря на кажущуюся обособленность, каждый из низших связан с другими, и все вместе они подчиняются Кукловодам.

– Кукловодам? – удивленно спросила Нисса, подходя ближе и с интересом рассматривая пойманное существо.

– Именно. О них мало что известно. Это порождения иного мира, обладающие колоссальной ментальной магией. Во времена Смутной войны они подчиняли себе тварей Хаоса и натравливали на нас, чтобы поработить Сказочный мир. Их мало кто видел – это были существа высшего порядка, некие энергетические сущности, о которых мы не знали до недавнего времени. Ни в одной книге по истории вы не найдете полных сведений о Смутной войне. Советом Магов было решено уничтожить некоторые данные, чтобы не пугать будущие поколения. Но еще живые очевидцы до сих пор помнят то, что порой хотелось бы забыть… Из-за Кукловодов многие наши воины оказались перебежчиками, потеряв свою волю, они стали частью вражеской армии. Нашим бойцам приходилось сражаться со вчерашними союзниками и биться до последнего, потому что порабощенных Кукловодами соратников нельзя было спасти. Многие полегли от когтей и зубов тварей Хаоса, но еще больше от рук своих же… Это было страшное время, и я очень надеюсь, что оно не повторится.

– Вы говорите так, как будто были там, – тихо произнесла Марьям, не сводя с меня темных глаз.

– К сожалению, была. Но это уже другая история, для которой не место и не время. Нам нужно идти, чтобы до темноты добраться до Ёжек. А то мало ли, что еще за твари пробрались сюда с земель Хаоса.

– Мастер, а что будем делать с этим… этим…

– Колобком! – подсказала Нисса.

– Колобком? – переспросила Марьям и окинула существо оценивающим взглядом. – Нет, ну если его делали из зерна, пораженного рожками спорыньи…

– Вперед! – приказала я детям. – Что касается Колобка из Хаоса, то оставлять его нельзя. Я уже запустила уничтожающее заклинание.

– Жа-а-алко, – протянула младшенькая ученица, бросая назад последний взгляд. – Его бы на опыты.

– Кого мы растим, – неслышно вздохнула я, погнав ребят вперед.

Благо, что больше на нашем пути никто не встретился. Когда окружающий мир стал потихоньку темнеть, мы вышли к небольшой поляне, украшенной в лучших традициях Ёжек-отступниц. Старые корявые деревья с сухими сучьями украшали свисающие почти до земли лохмы серой паутины. Сквозь это полупрозрачное покрывало за каждым нашим шагом следило множество красных глаз. Оставалось надеяться, что это по большей части пауки, приглядывающие за избушкой на курьих ножках. Совсем ветхий маленький дом вселял необъяснимый ужас. Над входной дверью красовался череп невиданного существа, а около правой куриной ноги в будке на цыплячьих ножках сидел скелет, очертаниями напоминавший собаку.

– Эт-то чт-то? – икнула Нисса и спряталась за Богдана.

– Это обитель Яги – Избушка-на-курьих-ножках. Эй, избушка-избушка, повернись к нам передом, а к лесу – задним фасадом! – сделав несколько шагов вперед, попросила я.

В это же мгновение раздался жуткий скрип – плод чужой магии пришел в движение. За время, пока обитель Бабы-Яги делала оборот, пауки попрятались, а скелетик активно вилял отростком, заменяющим хвост.

Когда избушка сделала последний шаг, деревянная дверь отворилась и из нее вышла старая, даже древняя старушка с темной морщинистой кожей. Иссохшее лицо обрамляли седые спутанные волосы, выбившиеся из-под грязного платка. Лохмотья, которые с трудом можно было назвать одеждой, мешком висели на тщедушном теле, а довершала образ улыбка во весь рот, светившийся одним-единственным золотым зубом.

– Хто энто к нам забрел? – проскрипела старушка, обводя взглядом нашу группу. – Хто пожа… Тенья?

– Здравствуйте, Ядвига Еловна, – произнесла я и поклонилась бывшей наставнице.

– Здравствуй, Ёжка, – прошептала она в ответ, сбрасывая морок с себя и поляны.

В то же мгновение окружающий мир поплыл, меняясь прямо на глазах. Трухлявая избушка стала добротным домом на курьих ножках, одетых в гетры, из окна смотрела наглая морда раскормленного кота Баюна. Лес наполнился красками, радуя зеленью, а в траве показались яркие пятна маргариток. Скелетик собаки превратился в милейшего мопса Шарика, которого девочки очень любили тискать. Как же давно это было…

– Ну, что же вы там стоите, гости дорогие? – улыбнулась красивая женщина в ярком, расшитом бисером сарафане. – Проходите, будем пить чай с плюшками!

– А заодно устроим пытки, мур-р-р!

– Баюн! – возмутилась Ядвига Еловна, глядя на черного толстопуза.

– Что? Мне интересно, где эта блудная Ёжка столько пропадала и что за цыпляток с собой привела! Так что да, не стойте, заходите!

– Мастер? – тихо спросил Богдан, явно ожидая моего разрешения.

– Идемте, здесь нам нечего бояться.

Мы дружно пошли в дом, оставляя позади страшный лес Забвения. Расположившись за большим столом, ученики с интересом разглядывали внутреннее убранство избушки, полной грудью вдыхая дурманящий аромат сушеных трав, и отвечали на расспросы Баюна, который с удовольствием взялся за истязание подрастающего поколения. Я же в это время помогала Ядвиге Еловне нарезать пирог и ждала вопросов, которых было не избежать.

– Как ты поживаешь, Тенья?

– Все хорошо, наставница, спасибо. А вы как? Как девочки?

– Сейчас уже хорошо.

– Сейчас? – уточнила я.

– Темные времена наступили, Тенья. И, увы, не без участия Кощея. Ты ведь знаешь, что он послал свою дочь в земли Хаоса? Так вот, вместе с ней туда угодила и Радомила. Бедные девочки много всего натерпелись.

– Я видела Раду… и Василису тоже.

– Знаю, Тенья, они рассказали. Но знаешь ли ты, что происходит на Границе и что Светлая империя готовится к войне?

– К этому все шло изначально, – вздохнула я, прикрывая глаза.

– А ты ничего нам не рассказала…

– Я не могла, Ядвига Еловна, и сейчас не могу. Есть клятвы, которые не обойти и не нарушить. Простите.

– Не извиняйся, девочка моя, я все понимаю, но от этого не легче, – покачала головой Яга, а затем посмотрела на моих учеников. – Славные дети. Я так понимаю, ты сейчас в Обители?

– Наставница…

– Я интересуюсь не для мести Кощею и не из праздного любопытства. Грядет великое событие, Тенья. Мы собираемся закрыть Границу и уничтожить земли Хаоса.

– Но как?

– Нам помогает Путешественник, так что шансы на победу весьма высоки. А еще мы хотим отделить Закатные земли от Светлой империи. Так что если вы с Кощеем-старшим вдруг решите сбежать…

– Не решим, наставница. Кощей слишком слаб для путешествий.

– Прости меня, но я не могу сочувствовать магу, который подверг наш мир такой опасности.

– Если вы имеете в виду прорыв материи из-за артефактов Всевластия, то это не его вина. Вернее, не только его.

– Прорыв материи – полбеды. А вот то, что он помогал Джамалу свергнуть императора Светлых земель, а затем отдал им Белые Пики с живущими там Ар-сакайя…

– Повелитель не знал про магов смерти. Он считал желание Жрецов прихотью, за что уже поплатился. Царство Кощеево пострадало не меньше остальных земель.

– И что, оно того стоило?

– Мне нечего ответить на этот вопрос.

– Знаю, и от этого горше вдвойне. Тенья, неужели нет ни единой возможности освободить тебя от влияния Кощея?

– Нет, наставница. И он не так плох, как все о нем думают. У хозяина были великие цели…

– Которые разбились о его одержимость силой.

– Он хотел сделать этот мир лучше.

– Не оправдывай его, девочка. У каждого злодея благие цели, вот только никто из них никогда не задумывался, чем они оборачиваются для других. Ладно, не будем больше спорить на эту тему. Лучше покорми своих учеников и расскажи, как вы попали в лес Забвения?

– Небольшой эксперимент одного из учеников. В целом – весьма удачный, хоть и сработал не вовремя. Ядвига Еловна, а можете рассказать чуть больше про уничтожение земель Хаоса?

– Могу, хотя и не должна.

– Если боитесь, что Кощей может помешать, то напрасно. Он выполнил все обещания перед Жрецами Света.

– Что же, Тенья, ты ведь в курсе всех планов Кощея. Знаешь, что он послал Василису в Сид-Ахай – самое сердце земель Хаоса, чтобы она уничтожила артефакт, удерживающий Границу? Ей это удалось, и барьер, отделяющий наши миры, пал. Сейчас объединенные войска удерживают натиск тварей, но все осложняется угрозой нападения Светлых. Поэтому было принято решение возвести между Закатными землями и Светлой империей новую Границу, а вот земли Хаоса мы перенесем в другое место.

– Но как это возможно?

– Благодаря знаниям Путешественника. И что-то мне подсказывает, что у нас все получится.

– Знаю, что вы мне не поверите, но я желаю вам удачи. Наш мир не заслужил всех тех испытаний, через которые ему пришлось пройти.

– И по чьей вине? – пробурчала наставница, явно намекая на Кощея.

Что же, у нее было полное право на это. Хозяин действительно был виноват, что вовремя не распознал опасность, исходящую из древних артефактов силы. Увлеченный своими опытами и любовными подвигами, он упустил момент, когда главный артефакт – яйцо Смерти – начал излучать энергию, разрушающую мировую материю. Многие считают, что именно из-за этого произошел прорыв. Я тоже так думала, пока не узнала всей правды и того, насколько во всем были замешаны Жрецы Света. Но что тогда, двадцать лет назад, что сейчас – переубеждать Совет Магов было бессмысленно. Они нашли виновного в своих бедах и не желали ничего слушать, а Кощей устал говорить и доказывать, предпочитая тратить оставшуюся энергию на спасение собственной жизни.

– Тенья, сколько Кощею осталось? Он ведь умирает?

– Не знаю, – честно призналась я, потому что действительно не ведала, сколько хозяин проживет с учетом вернувшегося бессмертия.

– Когда его не станет, ты вернешься домой? Девочки скучают по тебе.

– После всего, что я сделала? Сильно сомневаюсь, Ядвига Еловна. Встреча с Радомилой в царстве Кощеевом лишь подтверждает мои предположения. Они не простили и никогда меня не простят.

– Ошибаешься, Тенья, но я не буду тебя переубеждать. Ты сама все поймешь, когда встретишься с ними.

– Если встречусь…

Я направилась к столу, за которым сидели ребята, с открытым ртом слушая рассказы черного кота. Поставив в центре блюдо с пирогом, несколько видов булочек, а так же конфеты и печенье, я устроилась возле окна и с легким отголоском грусти оглядела избушку. Как же давно я здесь не была. Столько всего произошло за это время, но… я ни о чем не жалела. Кончилась пора, когда совершенные поступки довлели надо мной. Свобода от чувств подарила свободу от сожалений, позволяя уверенно идти вперед.

У наставницы мы пробыли до самой ночи. Ядвига Еловна вместе с Баюном рассказывали моим ученикам жизненные и весьма нравоучительные истории, которые наверняка пригодятся ребятам в будущем. А после этого мне выдали портальный камень, настройку которого я доверила Богдану, как самому старшему и опытному среди учеников. Напоследок распрощавшись с наставницей, я попросила ее не рассказывать остальным Ёжкам о моем визите. Не хотелось напоминать девочкам о своем существовании, да и не стоило оно того: у нас с ними были разные пути.

– Вот это приключение! – выдохнула улыбающаяся Нисса, когда мы вышли в портальном зале Обители. – Почаще бы!

– Уверена, что переживешь еще одну встречу с Колобком Хаоса?

– Нет, но как же это интересно! А еще поучительно! Мастер, спасибо, что познакомили нас с настоящей Ягой!

– Мы познакомились с настоящей Ягой гораздо раньше, – тихо, чтобы слышала только я, произнес Богдан, глядя на меня с высоты своего роста.

– У каждого в этой Обители свои тайны, – ответила я и отправила учеников по комнатам.

Мне предстояло проверить состояние Кощея и отобрать свитки для Константина. Впереди ждало еще одно не менее захватывающее путешествие.

[1]Можайник – пышный кустарник, отличается наличием колючих листьев насыщенного фиолетового цвета.

Глава 3

– И это все? – не скрывая сарказма, спросил Константин, когда я разложила перед ним три свитка.

– Это самая достоверная информация. По крайней мере, именно так утверждают наши современники.

– Буду не против, если ты перескажешь содержимое своими словами.

– Как пожелаешь, царевич. Самый древний из свитков составлен за двести лет до Великого раздела, и именно в нем впервые встречается упоминание источника вечной молодости. Автор текста утверждает, что обнаружил его во время путешествия по миру, когда в один из переходов сбился с пути и случайно угодил в расщелину. Провалившись под землю, путешественник угодил в небольшое светящееся озеро, которое назвал «странным». В чем именно проявлялась странность, увы, неизвестно, но после купания с этим искателем приключений начали происходить необычные вещи. Он стал намного выносливее, помолодел, а еще обрел так называемый «душевный покой». Помимо этого я выяснила, что автор написал еще несколько трактатов, последний из которых был составлен спустя шестьсот лет. О дальнейшей судьбе автора этого текста неизвестно.

– А место? Что о нем известно и где стоит искать?

– Очень размыто, но, возможно, ты сможешь разобраться в описании, – и я подвинула свиток Кощею-младшему.

– Позже обязательно ознакомлюсь. Что дальше?

– Вторая запись была сделана светлым магом, который вместе со своими коллегами совершал экспедицию. В один из переходов их настигла магическая гроза, из-за которой светлым пришлось искать убежище. Им стала небольшая пещера, на которую маги наткнулись в лесу. Забравшись внутрь, маги обнаружили проход, уходящий под землю. Ожидая окончания грозы, они пошли бродить по тоннелю и вышли к огромной подземной пещере, в которой тоже имелось озеро. Только на сей раз автор описывал не странную воду, а небольшой островок в центре, на котором росло дерево с золотыми листьями. К сожалению, разобрать остальной текст не удалось, но здесь упоминается, что светлые изучали прилегающие к империи острова.

– С чего ты взяла, что эта пещера с деревом имеет к нам отношение?

– Эти светлые прожили невероятно долгую жизнь и были причислены к лику святых. Дату их смерти, кстати, я так и не нашла.

– Неожиданно. А третий?

– В нем про источник упоминается лишь вскользь, зато подробно рассказывается о диковинном острове, где происходят странные вещи. Какого именно плана – неясно, но это место совпадает с тем, что описывали светлые.

– Не против, если я передам свитки своим людям? Как только они разберутся и смогут определить местонахождение источника, я отправлю туда отряд.

– Хорошо. Только предупреди, пожалуйста, заранее, когда мы выдвигаемся.

– Мы?

– Да, царевич. Я обязана проследить за выполнением договора, так что отправлюсь вместе с отрядом.

– Этот вопрос даже не обсуждается!

– Согласна, тут и обсуждать нечего.

– Тенья!

– Царевич.

– Шантажистка! – недовольно произнес Константин, а я испытала пусть и мимолетное, но удовлетворение от маленькой мести.

– Ничего подобного, я всего лишь контролирую соблюдение договора. Если вопросов больше нет, я пойду. Ты знаешь, как со мной связаться.

– Тебе необязательно уходить. Можешь остаться в тереме, в своей прежней комнате.

– Спасибо, царевич, но на данный момент твой отец зависит от меня, и я не имею права его бросить.

– Я… могу забрать его, – с запинкой произнес Константин, но выражение лица даже не изменилось.

– Не стоит.

– А что с ним станет, когда ты уйдешь на поиски источника? Кто о нем позаботится?

– Самая лучшая сиделка, которой даже твои маги неровня.

– Я заинтригован.

– Прости, но я не могу рассказать. Мне пора. Я буду ждать твоего зова.

Больше не слушая возражений, я использовала переход, как и в прошлый раз запутывая следы, прежде чем выйти в Обители. Проверив Кощея и убедившись, что он крепко спит, отправилась к мастеру Ульсану.

После короткого стука и разрешения войти, я прошла внутрь и замерла перед маленьким столиком, за которым сидел глава Обители.

– Присаживайся, Тенья. Я ждал тебя, – произнес мастер, разливая по чашкам зеленый травяной напиток.

– Думаю, вы знаете, о чем я хотела поговорить.

– Знаю, и уже вызвал Чаровницу. Она прибудет через два дня.

– Меня удивляет ваша способность знать будущее, не имея дара предвидения.

– Иногда достаточно обладать нужными знаниями, чтобы «предвидеть» грядущие события.

Вместо ответа я склонила голову, отдавая дань уважения талантам главы Обители.

– Мастер, вы уже решили, куда хотите отправить старшекурсников?

– Решил, но твой вариант меня тоже устраивает. Многие мастера пытались найти Источник, но, увы, никто не смог. Я не верю в удачу этого похода, но надеюсь, дети смогут получить хороший жизненный урок. Заодно посмотрят на мир.

– Не самые обнадеживающие слова, но спасибо, что не отговариваете и не запрещаете.

– Каждый имеет право на свои ошибки, и, возможно, в будущем они помогут избежать новых.

– Возможно, – не стала спорить я. – Мастер, скажите, вы действительно хотели отдать моих учеников Валлею?

– Нет, – Ульсан сделал несколько мелких глотков из чаши, – но вероятность этого помогла тебе принять правильное решение, на которое я рассчитывал. Ты ведь и так догадалась об этом. Умная и талантливая девочка.

– Спасибо, мастер. Вот только… Вы ведь понимаете, что это путешествие может быть опасным?

– Не может, а будет. Но не бойся, ты со всем справишься. У тебя надежная опора, – ответил Ульсан, еле заметно улыбаясь. – Иди, Тенья, порадуй своих учеников. Ответы на остальные вопросы даст только время.

– Благодарю, мастер.

Коротко поклонившись, я вышла из кабинета, размышляя о словах Ульсана. За время, проведенное в Обители, я уже успела убедиться – ее глава никогда и ничего не говорит просто так. Значит, стоит тщательно подготовиться к путешествию и настроить учеников соответствующим образом.

В классе я поприветствовала учеников и медленно обвела взглядом каждого из пяти подопечных. Видя их настороженность, я еле заметно улыбнулась. Выражение на лицах тут же сменилось на удивление. Нет, от меня не ждали подвоха, просто… Я впервые им улыбнулась. Осознание этого подвело меня к мысли, что в последнее время заклинание, блокирующее эмоции, стало непозволительно быстро истощаться. Видимо, придется в дороге изучить материалы по работе с эмоциональным заслоном.

– У меня для вас новости, – наконец произнесла я, когда даже самый спокойный и взрослый Богдан заерзал на месте. – Даже две. Как вы уже догадались, одна хорошая и одна плохая. С какой начать?

– С хорошей, – тут же откликнулась Нисса, подпрыгивая на месте от нетерпения.

– Совсем скоро вам придется покинуть стены Обители.

– А какая тогда плохая?

– Вы покинете ее вместе со мной.

– То есть?.. – недоверчиво протянул Велимир.

– Мы отправляемся на практику.

Конец фразы потонул в громогласном «Ура!», которое наверняка было слышно и в соседних кабинетах. Дождавшись, пока ученики успокоятся, я поспешила вернуть их с небес на землю.

– Я тоже рада, ведь это такой уникальный шанс – продемонстрировать полученные в области зельеварения знания и усвоить на практике новые. С этого дня мы начинаем готовить универсальное зелье в дорогу, поскольку я пока не знаю точно, куда мы отправимся. Вопросы?

– Нет, только замечание, – ухмыльнулся Богдан. – Вы у нас самая лучшая!

– Надеюсь, после практики твое мнение не изменится.

Иногда мне казалось, что с тех самых пор, как я закрылась от эмоций, мир вокруг превратился в череду однообразных событий. Порой менялись действующие лица, либо результат тех или иных решений, но… Передо мной словно листали пожелтевшие страницы истории. Истории любви и предательства, напрасных обещаний и глупых надежд. Чувства заставляли людей пропускать все через себя, придавая событиям эмоциональную окраску, а без них все казалось пустым. Значение имела лишь воля моего хозяина, которая приводила меня к нужному ему результату.

Мои дни походили один на другой. На рассвете я шла в лабораторию и готовила для Кощея зелье, которое помогало ослабить боль. Затем был незатейливый завтрак и занятия со средней группой, в которой учились ребята не старше четырнадцати лет. После этого снова возвращение к хозяину и опять зелье. Обед. Занятия. Кощей…

Размеренный ход событий нарушил глухой стук в дверь. Я как раз закончила поить повелителя и собиралась на завтрак. Если кто и нарушал наше уединение, то только присланные главой Обители служки, поэтому я спокойно открыла дверь и в следующее мгновение отшатнулась. В проеме стояла Чаровница.

Сильнейший чаромаг, который посредством воздействия на сознание мог творить с телом все, что угодно. Наведенные ими чары обманывали чувства и разум, заставляли видеть то, чего нет, и не видеть вещи, которые находятся прямо перед глазами, слышать мнимые звуки или создавать двойников. Чаровница могла создать путаный лабиринт внутри чужого сознания, и душа, неспособная выбраться из него по своей воле, так и плутала. Окружающим казалось, что перед ними пустая, но живая телесная оболочка – овощ. Он ни на что не реагировал, но при этом оставался живым… А могло быть иначе, когда, несмотря на все болезни тела, человек чувствовал себя совершенно здоровым, и это облегчало его страдания.

Помощь такого профессионала стоила невероятно дорого, и не всегда удавалось расплатиться деньгами. Отличительным признаком Чаровниц являлись рисунки по всему телу, в том числе и на лице. Они складывались в странные, постоянно движущиеся узоры. Прикасаясь к кому-то, Чаровницы передавали ему часть узоров и именно с их помощью творили свою странную магию.

– Госпожа Тенья?

– Да, – кивнула я и сделала приглашающий жест. – А вы?

– Санавер, – представилась гостья, не сводя с меня взгляда черных глаз.

– Мастер Ульсан ввел вас в курс дела?

– Да, Затворник поведал о вашей проблеме. Где больной?

Показав Санавер комнату Кощея, я поинтересовалась, что ей будет нужно для работы, и чем я могу помочь. Отрицательно покачав головой, Чаровница отправила меня к мастеру Ульсану и полностью сосредоточилась на моем подопечном. Мне хотелось понаблюдать за ее действиями, но интуиция подсказывала, что сейчас лучше оставить их наедине, поэтому я направилась в кабинет главы Обители, недоумевая, что могло понадобиться ему в столь ранний час.

– Доброе утро, – поздоровалась я, привлекая к себе внимание.

– Хорошего дня, Тенья. Полчаса назад у меня в кабинете появился свиток с печатью Кощея-младшего.

– Странно… – Я нахмурилась. – Он должен был переместиться прямо ко мне.

– Защита Обители.

Удовлетворившись объяснением, я переключилась на послание: сломала печать, быстро пробежалась глазами по тексту, а затем посмотрела на Ульсана. Вроде бы и знала, что совсем скоро придется покинуть это место и отправиться в путь, но даже не предполагала, что это произойдет так скоро.

– Царевич сообщает, что его летописцы смогли найти записи, в которых упоминается Источник молодости. Они сопоставили их с теми сведениями, которые были у меня – теперь у нас появилось направление для поиска. Завтра мы выдвигаемся.

– Тенья, он уже знает, что ты отправляешься в компании учеников?

– Еще нет.

– Тогда удачи, девочка. Она тебе определенно пригодится.

– На что вы намекаете?

– Скоро узнаешь, – улыбнулся мастер и вернулся к своим делам.

Задумавшись, я отправилась собираться в дорогу. Самые необходимые вещи были уже подготовлены, оставалось доложить кое-какую мелочь и еще раз все перепроверить. Ну и обрадовать учеников.

***

– И как это понимать?

– Никак. Просто принять, как данность.

–Да неужели? Тенья, отойдем!

Мы находились в одном из залов башни Иглы, оборудованном стационарным порталом. Меня оттащили за ближайшую колонну, где я услышала сердитое:

– Это что такое?

– Как я уже говорила ранее – мои ученики.

– Не буду спрашивать, где ты их взяла. Меня больше интересует, зачем ты их притащила?

– Они отправятся вместе со мной. Помогут в поисках и заодно пройдут практику.

– Тенья… – как-то обреченно протянул царевич и прикрыл глаза. – Так, давай начнем сначала. У нас с тобой был уговор, по которому я помогаю отцу вылечиться, а он передает мне артефакты власти. Так?

– Пока все верно.

– Тогда поясни мне, пожалуйста, в каком из пунктов говорилось про довесок из пяти детей?

– Они не такие уж и дети, все же самой младшей шестнадцать лет.

– Недоросли в договор тоже не входили…

– Это дополнительное условие договора, обозначенное звездочкой.

– Издеваешься?

– В договоре на самом деле есть пункт, который значится как «Непредвиденные ситуации». Это как раз такой случай.

– То есть пять полностью укомплектованных к походу учеников – непредвиденная ситуация?

– Скорее, кураторство над ними оказалось непредвиденным, даже неожиданным. А сборы в дорогу прошли в полном соответствии с планом и указаниями опытных наставников.

– Тенья-а-а, – нехорошо протянул Кощей-младший, но я даже не вздрогнула. – Или отправляешь их обратно, откуда взяла, или мы остаемся здесь!

– Константин, ты можешь остаться. Я вообще не рассчитывала на твое присутствие, ведь была обещана группа специалистов.

– Я передумал и, как оказалось, не зря. Так что либо твои ученики остаются, либо остаемся все вместе.

– Остаться мы в любом случае не можем. Согласно магическому договору…

– Не уступишь, значит?

– Нет.

– Что ж, хорошо. Тогда за все последствия будешь отвечать сама. Я и пальцем не пошевелю для спасения этой малышни!

– Я и не надеялась на подобное.

У меня даже голос не дрогнул, я действительно не собиралась перекладывать ответственность на Константина.

– Больше вопросов нет?

Вместо ответа царевич недовольно сверкнул зелеными глазами и стремительно зашагал в сторону сгрудившихся учеников. Окинув всех хмурым взглядом, Константин подхватил свою дорожную сумку и кивнул магу, разрешая активировать переход. Судя по тому, что он решил воспользоваться стационарным порталом, путешествие предстояло на большое расстояние. Как только голубая пленка пространственной магии затянула арку прохода, царевич сделал последние шаги и скрылся за мерцающим пологом.

– Богдан, ты первый, – глядя на своих притихших учеников, скомандовала я. – Следом по старшинству.

Удобнее перехватив вещи и сумки с припасами, ребята выстроились в линию и один за другим ныряли в портал. Заминка произошла, лишь когда очередь дошла до младшенькой. Немного потоптавшись на месте, она жалобно посмотрела на меня, а потом призналась:

– Никогда не пользовалась такими переходами.

– В нем нет ничего страшного, Нисса. Своей структурой он похож на стандартный портал, через который мы с тобой пришли в этот зал.

– Да-а-а… Только мастер Валлей рассказывал, что при использовании стационара шанс остаться без одной из частей тела очень велик.

– И чем же обусловлен этот шанс?

– Стационарные порталы требуют большое количество сил. Если маг, активирующий его, недостаточно силен, то из-за потери энергии происходит разрыв и…

– Юная госпожа, – заговорил тот самый маг, который открыл переход, – поверьте, я достаточно силен, чтобы продержать портал час. Но да, чем дольше вы медлите, тем слабее я становлюсь, и…

Дослушивать Нисса не стала, нырнув в проход. А я, поблагодарив мага за помощь, поняла одну печальную вещь – Валлей забивал голову детей глупостями. И какими – мне только предстояло узнать.

Короткое чувство полета… И чужие руки резко дернули меня в сторону, прижимая к теплому телу. Я вопросительно посмотрела на Богдана, который оттащил меня от портала, но, не получив ответа, осмотрелась. Оказалось, переход выходил прямо около дерева, и, судя по потирающим лоб мальчикам, их не миновало близкое общение. Даже Нисса набила шишку, видимо, потому, что поспешила нырнуть в переход.

– Не ушиблись? – заботливо поинтересовался ученик, продолжая меня придерживать.

– Все хорошо, спасибо. Достать вам мазь от ушибов?

– Само пройдет, – пробурчал Миробор, настороженно озираясь по сторонам.

Местность была незнакомая. Густые сумерки мешали хорошенько рассмотреть деревья и травы, но все равно окружающее мало походило на природу Сказочного мира.

– Странно, – пробормотала я, снова всматриваясь в растительность под ногами.

– Что такое? – тут же откликнулся Богдан, который по-прежнему стоял рядом.

– Травы… Никогда не встречала такого необычного соседства. Да и цвет отличается от привычного. Не могу понять, где мы.

– Неудивительно, ведь ты вряд ли бывала здесь раньше, – раздался голос из-за деревьев, а следом появился и его обладатель.

– Где мы?

– На острове Буяне. В княжестве Гвидона-светлого.

Сумка с вещами выпала из ослабевших рук, а дыхание на мгновение сбилось. Это имя знали все темные. Им пугали маленьких детей, на его примере разбирали боевые заклинания светлых магов, а Жрецы Света мечтали заполучить в свои ряды.

Князь Гвидон – примечательная личность. Будучи простым человеком, он сумел победить темного мага. Не рядового, а очень сильного мага. Никто доподлинно не знал, как ему это удалось, но после смерти чародея в князе проснулась новая, колоссальная сила. Долгое время правители Закатных земель опасались, что светлые смогут привлечь Гвидона к противостоянию между магами, поскольку он был выходцем из Светлой империи. Прошли годы, а князь так ни разу не ступил на наши земли, предпочитая жить на острове. А вот свое уединение оберегал люто.

Были глупцы из темных магов, что мечтали отомстить за гибель соратника и перемещались на Буян. Никто не знал, что с ними стало, поскольку с тех пор их не видели.

– Отойдем? – Теперь уже на приватном разговоре решила настоять я, с удивлением отмечая, что злюсь.

Направившись к Константину, я прошла мимо него и нырнула в сумрак леса. Кощей последовал за мной, бесшумно ступая по мягкой траве. Убедившись, что теперь ученики нас не услышат, я недовольно посмотрела на царевича.

– Ты мог изначально предупредить о месте назначения?

– Мог. Точно так же, как ты могла предупредить о своих учениках.

– То есть это месть?

– Всего лишь пункт, который значится как «Непредвиденные ситуации».

– Ясно, все-таки месть, – вздохнула я, беря эмоции под контроль. – Что нас здесь ждет?

– Судя по многочисленным слухам – ничего хорошего.

– С чего ты вообще взял, что Источник находится именно здесь?

– Не ты ли снабдила меня подсказками? – Константин изогнул бровь, иронично глядя мне в глаза. – Подумай сама, как обычный человек, не наделенный силой, смог сразиться с темным магом? При этом не просто остаться в живых, а победить его? Напрашивается вывод: либо у князя припрятан очень мощный артефакт, либо волшебный источник под боком, который питал его и придавал сил. Далее, подумай, сколько этой истории лет? А заезжие в Закатные земли купцы до сих пор рассказывают, что Гвидон жив, здоров и даже не состарился. Я могу предположить, что его дети унаследовали внешность отца, но на фоне остального…

Царевич немного помолчал.

– Именно про этот остров писали светлые маги, которых причислили к лику святых.

– Но там же упоминались острова…

– Не острова, а остров. Буян.

– Мы должны вернуть детей обратно!

– Прости, но это невозможно. У меня с собой только один портальный камень. Если я использую его сейчас, то мы больше не вернемся на остров. Не в этом году точно.

– Почему?

– Не сможем пробить защиту.

– Но сейчас же мы ее пробили!

– Прислушайся, Тенья.

Замолчав, я последовала совету царевича. Сначала был слышен лишь шелест деревьев, смешивающийся с тихим свистом ветра. Затем вдали раздались приглушенные раскаты грома и всплески воды. Но главное, в воздухе отчетливо пахло озоном и чувствовались силовые вибрации.

– Магическая гроза?

– Да. Сейчас на Море-океане сезон дождей. Именно это помогло нам незамеченными попасть на остров, пробив защиту. На то, чтобы найти источник, у нас неделя.

– Ты знаешь, в какой части острова нужно искать?

– Не точно, но предположения есть. Сейчас разобьем лагерь, переждем непогоду, а потом выдвинемся в путь.

– В ночь?

– Время на острове совпадает с нашим, Тенья.

Эта информация не порадовала. Какой же силы должна быть спешащая к нам гроза, если она погрузила весь мир во мрак и заставила животных пугливо разбежаться по норам?

– Надеюсь, гроза – самое страшное, что нам предстоит пережить на этом острове.

– Надейся… – последовал весьма оптимистичный совет.

Когда мы вернулись, ученики уже разбивали лагерь. Умница Богдан тоже почувствовал приближение непогоды и взял на себя роль старшего. Никто из ребят не возражал, признавая его лидерство.

– Мы расставили вокруг лагеря охранные кристаллы, – отчитался Богдан, как только мы с царевичем вышли из леса. – Если мы их активируем, нас не засекут?

– Нет, магический фон сейчас нестабилен, и такой маленький всплеск, скорее всего, отнесут к грозе. Активируйте.

Тонкая магическая пленка, слегка светящаяся в сгустившейся темноте, накрыла нашу поляну, отрезая от внешнего мира. Звуки стали глуше, а буйство стихии и вовсе пропало. И как раз вовремя: порыв ветра, налетевший непонятно откуда, практически прижал верхушки деревьев к земле. Под вспышки молний было видно, как ломаются сучья и тонкоствольный молодняк. Наблюдая за разразившейся грозой и затянутым черными тучами небом, я размышляла о том, как мы будем искать Источник.

Магическая гроза – феномен, который появился еще после первой войны магов. Во время сражения из-за столкновения стихийных заклинаний над землей стали скапливаться остатки волшебной энергии, постепенно закручивающиеся в единый поток. К нему постепенно добавлялись и атмосферные осадки. Со стороны это явление действительно походило на грозу. В результате непрерывной циркуляции магии, грозовой фронт постепенно расширял свои границы и в скором времени дорос до размеров территории Светлых земель.

Последствия самой первой грозы были ужасны. Разрушительная сила скопившейся магии не только нарушила естественное течение волшебных потоков, но и изменила их, что привело к образованию брешей в материи мироздания. Магам всех стихий пришлось объединиться, чтобы предотвратить утечку земной энергии в другие миры.

Какие-то «дыры» удалось залатать, силу грозы – уменьшить, но вот истончившуюся материю мироздания восстановить не смогли. Многие считают, что именно из-за этого артефакты Всевластия Кощея в активной фазе повредили целостность энергетических потоков, в результате чего произошло непоправимое: Зеленые Холмы исчезли с карты Сказочного мира, а на их месте образовались земли Хаоса.

Очередные воспоминания повлекли за собой знакомую боль в груди, от которой на мгновение потемнело в глазах. Сделав несколько глубоких вдохов, я отошла к краю купола и почувствовала чужой пристальный взгляд.

– Ты в порядке? – спросил Константин, протягивая мне кружку с травяным отваром.

– Да, спасибо. Надеюсь, купол выдержит непогоду. В этих местах гроза намного сильнее, чем у нас.

– Не переживай, я влил в кристаллы свою силу.

– Спасибо, царевич.

– Тенья, ты ведь знаешь, что я не люблю формальности.

– Ой ли?

– Не в твоих устах, – произнес Кощей-младший и отошел обратно к огню.

Сделав глоток отвара, я все же не смогла сдержать улыбку. Сладкий… Кажется, помимо Константина и бывших подруг-Ёжек никто и не знал, что я предпочитаю именно такой.

– Мастер, – позвала меня Марьям, – что нам делать?

– Раз выпало немного свободного времени, то поговорим об этом месте, а затем о стационарных порталах. Как выяснилось, у вас есть пробел в знаниях.

Рассевшись полукругом у костра, ребята притихли и приготовились слушать.

– Первое упоминание об острове Буяне появилось во времена царя Салтана. Из исторических хроник известно, что в период одной из войн с соседями он вынужденно покинул свое царство, оставив дома молодую жену в положении. Чтобы воспрепятствовать рождению наследника и узурпировать царскую власть, родственники Салтана устроили заговор и обманом избавились от царицы. О том, как ей удалось выжить – история умалчивает, но поговаривают, что остров сам откликнулся на молитвы женщины и появился прямо посреди Моря-океана.

– То есть, это Живая земля? – благоговейно прошептала Нисса.

– Сами понимаете, что доказательств ни у кого нет, но именно так и считают исследователи.

– Значит, остров принял женщину, признав ее своей хозяйкой. Но для чего?

– Удивительно то, что на остров ступила уже молодая мать с сыном. Было ли это подарком судьбы для оклеветанной царицы, или же живой остров устал от одиночества – мне неведомо. Если повезет, то мы с вами сможем разгадать и эту тайну, а пока слушайте дальше. После того как мать с ребенком выбрались из бочки, долгое время они жили одни. Остров помогал им и оберегал, наблюдая, как маленький мальчик превращается в сильного мужчину. И однажды подстроил его встречу с небезызвестной нам магиней – царевной-лебедью. Что было дальше, думаю, знает каждый.

– Смерть чародея, создание Града и возведение Гвидона на престол, – отчеканил Велимир.

– Затем наполнение казны благодаря золотым орехам, укрепление военной мощи при поддержке богатырей и свадьба Гвидона, – закончила мысль Марьям.

– Если коротко, то да. Но на самом деле все было не так гладко, как рассказывают легенды. Да и сейчас этот остров окутан пологом загадок и тайн. Так что будьте осторожны и постарайтесь не привлекать к себе ненужное внимание. А теперь поговорим о порталах. Нисса, прошу.

– А что я? – смутилась девушка, опуская голову.

– А ты у нас самая осторожная, так что тебе и слово, – мягко улыбнулась я

Слушая ответ ученицы, я мысленно поминала Валлея не самыми добрыми словами. Затем попросила всех достать письменные принадлежности и принялась рассказывать, как на самом деле устроены порталы и принцип их работы. Ученики слушали очень внимательно, иногда делая пометки в блокнотах и задавая уточняющие вопросы. Вместе с ними в мои объяснения вслушивался и Константин, очень странно улыбаясь.

Гроза закончилась после обеда. Под разбросанными всюду ветками просматривались большие лужи, а палящее солнце, неожиданно выскочившее из-за облаков, обещало тяжелую дорогу. Но выбора у нас не было. Собрав лагерь, мы замаскировали следы нашего пребывания и двинулись в путь, на поиски Источника.

Глава 4

Идти было тяжело. В основном из-за грязи, чавкающей под ногами. Густые ветви деревьев то и дело пытались зацепиться за волосы или одежду, царапали кожу, оставляя на нас зеленоватую пыльцу. Я ненадолго остановилась, чтобы собрать ее во флакон для дальнейшего изучения. Не нравился мне этот остров, да и лес не внушал доверия. Все время казалось, что по телу скользит чей-то злой жадный взгляд. Догнав Богдана, который замыкал наш небольшой отряд, я пристроилась рядом.

– В чем дело? – спросила я, глядя на сосредоточенное лицо ученика.

– Не знаю, мастер, но мне как-то неспокойно.

– Поэтому я хочу, чтобы ты шел впереди меня.

– Нет.

– Что значит «нет»?

– Простите, мастер, но вы женщина. В случае нападения от вас будет мало проку, поэтому замыкающим останусь я.

– Богдан, – мягко начала я, – твое желание защищать очень похвально. Я ценю проявляемые тобой качества, но пойми, на практике именно я несу за вас ответственность.

– Несите, а я немного помогу и облегчу вашу ношу, – открыто улыбнулся ученик и подтолкнул меня вперед. – Мы отстаем, мастер.

Спорить я не стала, тем более мы действительно отстали. Но поведение ученика взяла на заметку. Столь ярое желание защищать и оберегать могло привести к печальным последствиям, когда смельчак идет на безумные подвиги, стараясь спасти других ценой своей жизни, при этом в запале не рассмотрев все возможные варианты спасения. На практике я такого допустить не могла.

– Мастер, расскажите, пожалуйста, для чего именно мы прибыли на остров? Только ради практики или…

– Совмещаем. У вас будет уникальная возможность получить тайные знания об острове Буяне, порадовав ими мастера Ульсана. А я постараюсь помочь одному магу, который очень нуждается в чуде.

– Хорошему магу?

– Мне сложно ответить на этот вопрос. Каждый из нас по-своему понимает значение слов «хорошо» и «плохо». При этом вряд ли найдется среди живущих хоть кто-то без греха за душой.

– Но только не вы. Вы очень хорошая и добрая!

– Внешность обманчива, – грустно улыбнулась я, а перед мысленным взором появилось лицо.

Знакомое до боли, до каждой черточки и морщинки. Образ, который я пронесла с собой сквозь годы, и по вине которого стала такой…

– Мастер, – тихо позвал Богдан, к чему-то прислушиваясь, – вы ничего не чувствуете?

Я настороженно остановилась, пытаясь понять, что вызвало тревогу ученика. Лес немного пугал звенящей тишиной, не нарушаемой ни птичьими трелями, ни шелестом листьев, но это было обычным явлением после грозы. Магические потоки тоже молчали, а вот нехорошее предчувствие возникло неожиданно.

– Чувствую, но пока не могу сказать, что именно. Не зевай и не отставай, – поторопила я, глядя вслед ушедшей вперед группы.

С учетом того, что Богдан был почти на две головы выше меня и больше раза в полтора… Хмыкнув, парень подхватил меня на руки и стремительно рванул вперед, сокращая расстояние до поляны, на которую как раз вышли остальные и поджидали нас. Под ледяным взглядом Кощея-младшего меня поставили на землю, а затем еще и придержали за плечи.

– В чем дело? – недовольно спросил Константин.

– Не уверена, но кажется, за нами следят.

– Моя сигнальная сеть молчит, – отрицательно покачал головой царевич.

– Магические потоки тоже, однако я все равно чувствую чужое присутствие. Только пока не могу сказать, кто или что это.

– Что ты предлагаешь?

– Продолжить путь, но надо активировать защитные амулеты на детях.

«Дети» недовольно поджали губы.

– Не выйдет. После магической грозы окружающий фон нестабилен. Артефакты могут либо дать сбой, либо совсем выйти из строя. Не стоит рисковать.

– Хорошо, тогда поступим иначе. Богдан, ты лучше знаешь ребят. Сможешь построить их так, чтобы в случае нападения они друг друга подстраховывали?

Кивнув, Богдан неприязненно покосился на Константина, а затем отошел к остальной четверке. Пока они разговаривали, я услышала в свой адрес весьма странное замечание.

– Тебе не кажется, что заводить отношения с собственным учеником – не этично?

– К чему ты это сказал?

– Тенья, только слепой не заметит, как на тебя смотрит этот мальчишка.

– И как же?

– Так, как когда-то смотрел и я, – обезоруживающе честно произнес царевич, не сводя с меня взгляда изумрудных глаз.

– В таком случае должна тебя огорчить.

Он вопросительно изогнул бровь.

– Ты и сейчас на меня так смотришь, – ответив честностью на честность, я поспешила отойти, не имея никакого желания и дальше продолжать разговор.

Вот только мое мнение в данном случае никого не интересовало. Перехватив мою руку, Константин осторожно вернул меня на место и нахмурился. Он молчал, непонятно чего ожидая, а я думала. Вот дернула нечисть за язык, а теперь в голове ни одной умной мысли, как замять неприятную тему.

– Царевич, что еще ты хочешь от меня услышать? – наконец не выдержала я, спиной чувствуя любопытные взгляды учеников.

– Знаешь, на сегодня действительно хватит. Уже есть пища для размышлений.

– Не о чем размышлять.

– Это уже мне решать, – качнул головой Константин и отпустил.

Больше ни на кого не обращая внимания, он двинулся вперед. Нам ничего не оставалось, как отправиться за ним следом. Процессию снова закрывали мы с Богданом, только на этот раз на все попытки парня заговорить, я отвечала коротко и односложно, задумавшись над словами Кощея.

Если проанализировать поведение Богдана, то ничего предосудительного в нем не было. Весьма любознательный ученик часто оставался после занятий, задавал много вопросов. Я наблюдала в нем интерес к неизведанному и восхищение мной как мастером, но не как женщиной. Возможно ли, что это чувство Константин и принял за увлечение?

Покосившись на Богдана, я была вынуждена признать, что на мальчишку он походил меньше всего. Скорее на молодого мужчину, весьма симпатичного и улыбчивого, но при этом рассудительного и ответственного. Небольшая татуировка на шее и смуглая кожа выдавали в нем выходца приморского края, и тонкая косичка с бусинами, выделявшаяся на фоне короткого ежика волос, лишь подтверждала это предположение.

– Богдан, если не секрет, как ты оказался в Обители? – тихо спросила я, не сумев сдержать неожиданное любопытство.

– Меня нашел и привез один из бывших учеников мастера Ульсана.

– Нашел?

– Когда-то я жил на Севере, но не среди вечных льдов и снега, а там, где Альма-река впадала в море. Эту небольшую часть берега круглый год оберегало Огненное течение, принося с собой тепло и стаи крупных рыб. С морского дна мы добывали жемчуг с мой кулак, – согнув пальцы, парень продемонстрировал поистине огромные размеры камней, – целебные водоросли и морских обитателей. У нас была налажена торговля с соседними поселениями и островами, к которым мы ходили на лодках. Мы регулярно устраивали праздники в честь Огня – нашего покровителя – и наслаждались жизнью. Моя деревня была райским местом, пока не произошел прорыв… В него хлынули твари Хаоса. Мне едва стукнуло три года, когда это произошло, но я помню все: кровь, крики и чавкающие звуки от пожирающих плоть монстров. Чувствую запах гари и соленый вкус маминых слез, когда она прятала меня в разломе скалы и закрывала своей спиной. Помню, как угасла жизнь в ее глазах и побелела кожа. Она спасла меня ценой своей души, позволяя узнать этот мир и познакомиться с людьми, которые сделали его ярче.

– Пусть ее душу хранят боги, – прошептала я, на мгновение прикрывая глаза. – Понимаю, что не имею права просить о таком, но все же – не повторяй судьбу матери. Не рискуй своей жизнью понапрасну. Умереть легко, это может каждый. А вот сражаться за жизнь – дано лишь единицам, и я очень надеюсь, что ты окажешься в их числе.

Разговор не мешал следить за магическими потоками и окружающим миром. И когда на миг, всего одно короткое мгновение, силовые нити зазвенели, я тут же активировала защитные амулеты учеников. Успела…

Первое человекоподобное существо появилось сверху, прыгнув на спину Миробора. Вцепившись руками и ногами, оно стало стремительно изменять свои конечности, оплетая парня тонкими веточками, стараясь обездвижить. Таким образом Оплетай – а это был именно он – получал доступ к беззащитной шее жертвы, куда впивался острыми клыками ради свежей горячей крови.

Девочки завизжали. Я не успела подскочить к Миробору, как на поляне появились собратья нежити, причем были среди них и женщины со свисающей до пупка грудью, и мужчины с отвратительными наростами по всему телу, напоминающими гнойные волдыри. Оплетаи бросались на тех, кто оказывался ближе всего, пытались забраться на спину или повалить на землю, при этом отчаянно повизгивая.

Нападающих было значительно больше, поэтому мои ученики не смогли полностью избежать контакта с нежитью. Девочки кричали и пытались сначала оттолкнуть, а потом хотя бы сбросить с себя нежить. Велимир использовал магию, которая, впрочем, не причиняла Оплетаям никакого вреда. И только один человек оставался спокоен. Вытащив из ножен меч, он легко раскидывал нежить, на лету перерубая существ пополам и не обращая внимания на брызжущую во все стороны зеленую слизь.

Оплетаи визжали и шипели, но отступать не собирались, нападая снова и снова. Подкравшаяся ко мне со спины особь чуть не захватила в свои силки, но вовремя среагировавший Богдан оттолкнул меня в сторону и поймал уродливую женщину на свой меч. Схватка продолжалась не меньше четверти часа, пока последняя тварь не опала наземь двумя половинками. После этого пришел черед тех, кто успел оплести ребят ветками и заключить в непроницаемый деревянный кокон. Благо, артефакт защиты сработал как надо, и ученикам ничего не угрожало. В физическом плане. А вот морально…

Забрав у Богдана охотничий нож с диковинной костяной рукоятью, я поспешила к обездвиженной Ниссе. Оттянув назад голову визжащего Оплетая, который пытался пробить защиту, перерезала ему горло и с силой дернула на себя, отделяя ее от тела. После этого облила деревянный кокон одним из имеющихся в запасе составов, который за десять секунд уничтожил силки. Присев рядом с подрагивающей девочкой, я прижала ее к себе и стала гладить по волосам, стараясь успокоить. Миробор, освобожденный Богданом, спокойнее отреагировал на нападение, а вот Марьям залилась слезами и бросилась на шею царевичу, который ее освободил. Она непрерывно шептала слова благодарности.

Убедившись, что все остались целы, я в принудительном порядке заставила их достать из сумок успокоительное зелье и принять.

– Не ожидал от вас, – произнес Богдан тихо, когда мы двинулись в путь.

– Чего именно?

– Ловко вы с ножом…

– Я уже говорила и не раз – внешность обманчива.

– Действительно. Иной раз она преподносит удивительные сюрпризы.

– Не то слово, – пробурчала я, прикрывая глаза.

Очередная вспышка воспоминаний накрыла совершенно неожиданно, принося с собой поток сожаления, боль в сорванном от крика горле и вкус крови на губах. Оплетай был не первым существом, которое я убила…

До самого вечера все было спокойно. Мы нашли новую поляну – небольшую, но окруженную соснами и неподалеку от реки. Пока мальчики ставили защиту и разбивали лагерь, мы с девочками занялись ужином. Все это время я наблюдала за Ниссой и Марьям, стараясь оценить их состояние. Если младшенькая выглядела испуганной, дергаясь от каждого шороха, то старшая настораживала задумчивостью и рассеянностью.

После того как все поели, кто-то из ребят подал идею поплавать. Вечер был довольно теплым, а речка спокойной. Попросив Константина проверить ее магически, я дождалась одобрения и позволила купаться только в проверенном месте. Еще и охранные кристаллы рядом активировала. Удивительно, но даже Кощей поддержал общий энтузиазм, правда, уединиться решил выше по течению, за ивовыми кущами.

Наблюдая, как парни входят в воду, а Нисса робко топчется у кромки, я поняла, что кое-кого не хватает. Марьям дольше всех копалась в вещах, а сейчас ее не было видно. Убедившись, что охранка работает исправно, я наказала ребятам следить друг за другом и отправилась на поляну. Здесь никого не было. Интуиция молчала, и беды ничто не предвещало, однако чем быстрее найдется ученица, тем лучше. Я создала маленький зеленый огонек и пустила его над землей, слегка подсвечивая себе дорогу, так легче было идти вдоль берега, обходя кусты и топкие места. Чутко прислушиваясь к колебанию магических потоков, я пыталась определить, не притаилась ли поблизости очередная диковинная нечисть или, не дай Прядильщица, хозяева острова.

Когда за очередным пушистым кустом раздался тихий, но знакомый голос, я с облегчением выдохнула. Осторожно раздвинув ветки, выглянула из своего укрытия и понимающе, немного грустно, улыбнулась.

Константин стоял по пояс в воде. В ярком свете месяца было видно, как с черных распущенных волос стекала вода тонкими струйками по обнаженному телу. Но при этом весь облик его казался скучающим. Как и всегда, когда очередная легкая добыча падала к ногам.

Марьям… Она стояла в одной нижней рубашке, чуть прикрывающей бедра, почти вплотную к царевичу, и преданно заглядывала в его глаза. От воды ткань плотно облегала тело, но она будто не замечала этого, продолжая шептать что-то неразборчивое. Затем резко замолчала, смущенно опустив голову. Протянув руку вперед, Кощей осторожно коснулся девичьего подбородка, приподнял лицо, и…

Я сделала шаг назад. Потом еще один и еще, не желая и не имея права подглядывать. Мне было безумно жаль: внезапная влюбленность редко бывает счастливой, но все же… Не царевич должен был стать для Марьям первым мужчиной. Не тот, кто привык брать, ничего не отдавая взамен. Не тот, кто считал, что не умеет любить.

Но это не мое дело. Хоть я и воспринимала своих учеников детьми, но Марьям была уже взрослой девушкой. Она была вправе сама решать, с кем ей быть. И если это станет ошибкой – то лишь одной из многих на жизненном пути. Рано или поздно она вспомнится либо с улыбкой, либо с чувством сожаления.

Зеленый светлячок медленно плыл над землей, уводя меня все дальше от пары. В какой-то момент я вновь вышла к берегу реки у небольшой запруды. Проверив магические потоки, я не почувствовала ничего необычного, поэтому разделась и погрузилась в воду. Раньше, кажется уже в прошлой жизни, я очень любила плавать. Будучи ребенком, частенько бегала с соседской детворой на речку, порой часами просиживая в студеной воде. До синих губ, до сморщенной кожи на руках и ногах. А затем, изрядно замерзшая, вылезала на берег и отогревалась на палящем солнце, жадно вдыхая неповторимый аромат луговых трав.

Позже, будучи шестнадцатилетней девушкой, променяла речку на зеркальную озерную гладь. Туда мы ходили с подругами, большую часть времени посвящая уже не купанию, а разговорам о парнях. Там же я впервые повстречала мужчину, который стал для меня смыслом жизни, и с уходом которого она оборвалась…

Сделав глубокий вдох, я с головой ушла под воду, позволяя течению ласково касаться тела и играть с волосами. Мелкий песок приятно перекатывался под ногами, лишь иногда обнажая скользкие камни. Здесь, под мерцающей гладью, было невероятно тихо и спокойно. Все звуки и мысли исчезли, оставляя после себя звенящую тишину. Кажется, я могла бы просидеть так целую вечность, если бы неожиданно сильные руки не дернули меня на поверхность, заставляя вынырнуть.

– Мастер, вы в порядке? – взволнованно спросил Богдан, убирая с моего лица налипшие пряди.

– Все в порядке, – вздохнула я, стараясь не демонстрировать свое разочарование от утраченного одиночества.

– Простите, не хотел вам мешать, но… Вас слишком долго не было на поверхности, и я заволновался.

– Спасибо, – мягко поблагодарила я и попыталась вывернуться из мужских рук, которые обжигали своим жаром сквозь тонкую ткань сорочки.

– Осторожно, здесь скользко, – качнул головой Богдан, а затем аккуратно вывел меня на берег.

Развернув свой плащ, Богдан накинул его мне на плечи, а затем отступил, отводя взгляд медовых глаз. Смущался, что выглядело смешным и милым одновременно. Он не пытался продлить прикосновение, хотя явно этого хотел. Не пробовал соблазнить, используя свое обаяние. Просто был рядом, подозрительно оглядывая ближайшие кусты и терпеливо ждал, пока я оденусь. Такая трогательная забота вызвала очередной приступ сожаления, только на этот раз по поводу чувств ученика. Некоторое время назад я жалела Марьям и ее безответные чувства, осуждая поведение Кощея. Теперь же… сама оказалась на его месте, не имея права, да и возможности ответить на чувства Богдана.

– Спасибо, – я вернула плащ.

– Мастер, мы вас чем-то обидели?

– С чего ты так решил?

– Я не могу понять, почему вы ушли так далеко, да еще одна! Это… из-за вашего спутника?

– Вовсе нет. – Я покачала головой, услышав в вопросе нотки ревности. – Иногда людям необходимо одиночество, чтобы собраться с мыслями и принять правильное решение.

– Нужно, но только не в такое время и не в таком месте. Простите, но это был безответственный поступок!

– Кажется, сегодня днем мы уже выяснили, что я не так беззащитна, как кажется.

– И все же я вас очень прошу больше так не делать. Не хочется следить за вами тайком.

– Я бы попросила тебя вообще за мной не следить и прекратить опекать. Хотя подозреваю, что это бесполезно.

– Бесполезно, – пожал могучими плечами Богдан, обезоруживающе улыбаясь. – Если вам так хочется, я создам иллюзию одиночества, но оставлять вас не намерен. Уж простите меня мнительного.

– Ты бы лучше об остальных ребятах подумал, прежде чем бросать их совсем одних.

Когда мы вернулись, все уже спали. Оглушенная воспоминаниями и заботой ученика, я легла на самой границе защитного полога, подальше от пляшущих язычков пламени. Уже проваливаясь в сон, я поняла страшное – заклинание хозяина, напитанное силой всего несколько дней назад, снова переставало действовать.

Не помню, что мне снилось ночью. Вначале был холод и тьма, которые медленно подкрадывались со всех сторон, затягивая в свою пучину, а затем пришло тепло. Оно окутало совершенно неожиданно, принося с собой покой. За этим теплом я и потянулась, в какой-то момент осознав себя лежащей не на тонком одеяле, а на мужской груди.

– Зачем? – тихо спросила я, не поднимая головы и не имея никакого желания выбираться из теплого кокона в холодное серое утро.

– Ты дрожала, – ответил Кощей равнодушным голосом.

– Костя…

– Пожалуйста, просто помолчи. Ты замерзала, я не дал тебе простудиться. Никакого подтекста, никаких намеков.

– Ты никогда не умел врать.

– Умел, только не тебе. Пора вставать.

Я молчала. Не открывая глаз, вдыхала мужской аромат и думала. Пыталась вспомнить, когда все это началось, и не находила ответа.

С Константином я впервые встретилась, когда он был десятилетним мальчиком. Несчастный ребенок, лишенный родительской любви. Его окружали наставники, призванные воспитать будущего правителя. Он не играл со сверстниками, все время отдавая учебе и поездкам по царству. Никогда не слышал похвалы от отца – тот был слишком занят собственными проблемами. Все время ходил с ушибами и ссадинами, полученными на тренировках. Никто не видел, как он плакал, замазывая раны мазями. Не слышал, как он шипел сквозь зубы от боли. А я знала…

Обычно никто из окружающих не мог пошатнуть моего равнодушия, но, кажется, тогда заклинание хозяина впервые дало сбой, и я пожалела ребенка. Вначале обрабатывала ушибы, одновременно заживляя наговором особо глубокие раны. Затем беседовала с мальчишкой, отвечая на многочисленные вопросы. А после…

– Гроза приближается, – раздалось над головой.

Константин осторожно посадил меня и отошел к костру. Вернулся уже с кружкой травяного сбора.

– Сколько у нас времени?

– Около двух часов. Может, меньше.

– А сколько нам идти до места?

– Дольше.

– Тогда предлагаю немедля выдвигаться, а прямо перед грозой снова сделать привал. Не хочу задерживаться в этом месте дольше необходимого.

– Как скажешь.

Царевич не стал спорить, а вернулся к костру, у которого уже сидели мальчики. Я перехватила взгляд, которым сверлил Константина Богдан, и мне это очень не понравилось.

Собрались все быстро, а вот двигались чрезвычайно медленно. Лес неожиданно стал гуще, а земля словно засасывала, мешая нормально переставлять ноги. Девочкам, не привыкшим к физическим нагрузкам, приходилось особенно тяжело. К тому моменту, как раскаты грома начали сотрясать землю, мы не прошли и половины намеченного. Самое неприятное заключалось в том, что гроза застала нас прямо в лесу, среди покосившихся от старости деревьев и сломанных веток.

– Царевич, нужно останавливаться!

– Впереди есть поляна, осталось совсем немного. – Он с трудом перекрикивал шум ветра.

Спорить я не стала, доверившись в этом вопросе более опытному человеку. В подростковом возрасте Константина часто отправляли в походы вместе с дружиной, чтобы он знакомился с владениями и теми, кто проживал на его территории. Частенько после возвращения домой он закрывался в своих покоях и подолгу сидел в одиночестве, а могучие дядьки за кружкой медовухи отзывались о будущем правителе уважительно.

Это были смутные времена для царства Кощеева. Правитель метался по свету в поисках спасения и в своих владениях появлялся лишь для очередного обряда. Приближенные к трону прихлебатели постепенно распустились, обворовывая, мухлюя, повышая налоги. Соседи, глядя на бесхозные земли, потихоньку совершали набеги, явно готовя полный захват. Царство приходило в упадок и беднело.

В наследнике зрела злость на отца, который бросил царство в угоду собственных желаний. Помню день, когда, спустя месяцы скитаний с хозяином, я вернулась в Иглу, чтобы забрать несколько книг для царя. Тогда Косте было не больше четырнадцати, но взгляд изумрудных глаз уже казался не по годам мудрым и усталым. Закрыв за собой дверь отцовского кабинета, Константин долго не решался заговорить, обдумывал, подбирал слова.

– Тенья, скажи, когда отец вернется?

– Прости, царевич, но у меня нет ответа.

– Значит, очередные эксперименты, – с грустной улыбкой покачал головой наследник. – Он знает, что творится в царстве? Или его это больше не волнует?

– Ты сам ответил на свой вопрос.

– Тенья, ты его правая рука, советник. Ты знаешь о царстве все, и тебя знают все приближенные. Они прислушиваются к твоему мнению. Прошу, помоги мне.

– Чего ты хочешь, царевич?

– Спасти то, что мне предстоит унаследовать.

– И ты знаешь, как?

Он кивнул, доставая из-за пояса скрученный в тугой свиток пергамент.

– Я составил ряд указов на ближайшие три года. Это поможет замедлить упадок и наладить сотрудничество с соседями. Посмотришь?

Приняв из рук Кощея-младшего документ, я долго вчитывалась в ровный, красивый почерк, оценивая и ум подрастающего наследника, и его желание защищать свои владения. Тогда, втайне от хозяина, я помогла Константину встать у власти иполучить поддержку знати. И он не подвел, дав царству Кощееву новую жизнь.

В реальность меня вернула огромная капля, упавшая на лицо. Вздрогнув, я вытерла ее рукавом и посмотрела на почерневшее небо, в котором все чаще мелькали фиолетовые молнии. От силы грома в ушах неприятно звенело, а по телу расползалась мелкая вибрация. Шум приближающегося ливня нарастал, заставляя идти быстрее. Туда, где можно спрятаться от беснующейся стихии и отдохнуть от тяжелого пути.

На поляну, о которой говорил Кощей, мы с ребятами выскочили именно в тот момент, когда с неба хлынула стена дождя. Спасибо царевичу, который немного опередил нас и активировал кристаллы, тем самым обеспечив поляне сухость. Запустив всех под купол, я нырнула сама, с удовольствием снимая с себя насквозь промокший плащ. Рубашка тоже вымокла, облепив тело и холодя его, но я старалась не обращать на это внимания, в первую очередь озаботившись состоянием учеников.

Мальчики под руководством Богдана занялись костром, пока девочки топтались неподалеку и зябко растирали плечи. Оглядевшись, я приметила небольшой кустарник, который попал под защиту купола. Поманив учениц, я дала им разогревающую мазь и отправила переодеваться.

Заметив, что девчонки скрылись, парни тоже решили сменить рубашки, тем самым вызывая невольную улыбку. Ведь и не поймешь, то ли настолько воспитанные, что не хотели смущать одноклассниц своим видом, то ли сами стеснялись. Но в любом случае это говорило в пользу мальчиков.

Окинув поляну быстрым взглядом, совершенно случайно зацепилась за Богдана, который как раз надевал рубашку. Почти всю верхнюю половину тела украшали диковинные татуировки, часть из которых напоминала причудливые вязи рун, а другая – огромные незнакомые мне символы. Засмотревшись, я пропустила момент, когда ко мне приблизился Кощей, своим телом закрывая обзор.

– Что-то случилось? – спросила я, переведя взгляд на хмурое лицо.

– Ты дрожишь, – ровно ответил Константин, а затем опустил мне на плечи свой плащ.

– Не надо, промокнет. Сейчас девочки выйдут, и я переоденусь.

– Я подожду.

– Чего? – не поняла я.

– Пока ты переоденешься, а то здесь слишком много желающих тебе помочь.

– Царевич, это мои ученики. Вполне естественно, что они уважают меня и стараются услужить.

– Не уверен, что поступки некоторых из них обусловлены только этим.

– А чем обусловлены твои? – глядя в горящие зеленью глаза, спросила я.

– Заботой о ценном помощнике?

– Спасибо, если это действительно так, – вздохнула я и попыталась растереть замерзшие руки. Константин отреагировал сразу, взяв мои ладони и согревая дыханием, от которого поднялось облачко пара. – Странно…

– Что?

– Температура воздуха падает, хотя под куполом она должна держаться на одном уровне.

– Вряд ли его создатели брали в расчет влияние магической грозы.

– Возможно, но это плохо. Ребята и так промокли, а если температура продолжит опускаться, то они наверняка простудятся. Это в лучшем случае, потому что я понятия не имею, какая зараза водится на этом острове.

– Справимся, – спокойно произнес царевич, а затем кивнул на кусты, из которых выбрались девочки. – Иди.

Достав из сумки сухую рубашку, я нехотя отдала плащ Кощею-младшему и скрылась за густой растительностью. Наспех втерев мазь в кожу, я надела рубашку и бросила косой взгляд в сторону леса – почудилось, что за куполом мелькнула тень. Чем больше времени мы проводили в этом месте, тем меньше оно мне нравилось. Кто знает, какие еще существа, давно уничтоженные в Закатных землях, могли сохраниться здесь? И почему Гвидон не истребил их, отдав почти половину острова? Может, он специально разводит этих тварей, чтобы они встречали нежданных гостей?

Вынырнув из своего укрытия, я поблагодарила Константина за плащ, а затем направилась к огню. Нужно было приготовить травяной сбор, чтобы предотвратить возможную простуду. Приблизившись, я с некоторым удивлением посмотрела на Марьям, которая отчаянно прижималась к Миробору, дрожа всем телом. На Константина она демонстративно не обращала внимания, что всколыхнуло внутри легкое любопытство, но я быстро сосредоточилась на важных делах.

– Ребята, доставайте одеяла и укутывайтесь, –попросила я, когда заметила изморозь на траве за куполом. – А затем все выпиваем по кружке отвара.

Пока ученики выполняли наказ, я подошла к краю защитной преграды и стала наблюдать за крупными хлопьями снега, падающими с неба.

– Как думаешь, что будет, когда гроза пройдет? – тихо спросила я у подошедшего царевича.

– Этот остров находится в южных широтах, так что, скорее всего, выглянет солнце. Снег начнет таять, и земля превратится в болото, что снова замедлит нас. Вернее, нас замедлят твои ученики.

– Не наговаривай на них, – вступилась я за ребят, испытывая легкое раздражение. – Они справляются с переходом не хуже нас.

– Но без них мы двигались бы гораздо быстрее. Тенья, они обуза, которая тормозит наши поиски и увеличивает вероятность обнаружения.

– И что ты предлагаешь? Отправить их обратно мы все равно не сможем.

– Но можем оставить здесь. Внутри купола им ничего не угрожает, а запасов еды хватит на неделю. Мы успеем осмотреть остров и вернуться обратно.

– Ты хочешь, чтобы я бросила их одних? Константин, они еще дети!

Царевич нарочито медленным взглядом обвел моих учеников, самой младшей из которых было шестнадцать лет, а затем выразительно посмотрел на меня.

– Даже слушать ничего не хочу! Я не оставлю их.

– Ты привела их для практики, но пока, кроме скитаний по лесу, они ничего не видели.

– Видели, – не согласилась я. – Они столкнулись с Оплетаями, которых считали вымершими существами. Добыли его ткани, что поможет им поупражняться в зельеварении. Также собрали редкие травы. Кто знает, какими свойствами они обладают?

– Не уступишь?

– Нечего уступать. И… – договорить я не успела, замолчав из-за прикосновения мужских пальцев к губам. – В чем дело?

– У нас гости. Собери своих учеников и следи за ними.

Повторять дважды не пришлось. Сгруппировав ребят так, чтобы слабые оказались внутри круга, сама стала наблюдать за Константином. Его поведение откровенно пугало, потому что даже в момент нападения Оплетаев он был спокоен, а сейчас…

– Бегите! – приказал Кощей и нырнул за деревья, откуда раздался леденящий душу рык.

В следующее мгновение наш защитный купол схлопнулся. Повторять дважды не пришлось. В противоположную от царевича сторону первым побежал Миробор, увлекая за собой девушек. За ними рванул Велимир. Только Богдан оставался рядом, отказываясь идти без меня. Пришлось припустить, задавая темп. Пронизывающий ветер свистел в ушах, мешая расслышать хоть что-то, кроме звука собственного сердца. Гром над головой, кажется, сотрясал землю, вызывая глупое желание пригнуться и закрыться руками, а чувство опасности упорно гнало вперед. Я то и дело оборачивалась, надеясь увидеть следующего за нами Константина.

– Куда бежать? – перекрикивая очередной раскат, спросила Марьям.

– Надо найти укрытие!

Самой мне не верилось, что нам удастся спастись. Пугали меня не только неведомые чудовища, с которыми остался расправляться Константин, но и молнии, сверкающие прямо над головой. Они били в высокие деревья, и, если бы не мокрый снег, уже начался бы пожар.

– Осторожно!

После предупреждения меня дернули в сторону, спасая от твари, что подкралась сбоку. Прыжок волкодлака закончился у ближайшего дерева, но его это не остановило. Соскочив с места и отряхнув налипшую листву, он пригнулся к земле для нового нападения.

Спрятав меня за спину, Богдан достал меч и приготовился к атаке. Я же в это время быстро перебирала склянки с зельями. Достав нужное, открыла и попыталась кинуть в тварь, но она выбрала именно этот момент для прыжка. Отскочив в сторону, чтобы не мешать ученику, я снова попробовала прицелиться, но… Не учла, что волкодлаки – стайные хищники, и там, где один, будут и другие.

От резкого удара в спину я упала лицом вперед, при этом еле сдержав крик боли – когти нежити глубоко впились в плоть. Через силу прикрыв шею одной рукой, второй, в которой держала остатки зелья, плеснула назад. Судя по неистовому вою и пропавшим когтям – попала. Кое-как перекатившись, я извлекла еще одну склянку и бросила в одного из волкодлаков, атакующих Богдана. С двумя другими он расправился сам, но на подходе были еще монстры, и мы не знали сколько их.

Выудив остатки зелья, я с трудом поднялась на ноги и даже сделала несколько шагов в сторону ученика, но неожиданно земля стала уходить из-под ног. Причем, в прямом смысле этого слова. В яму я падала лишь с одной мыслью – детей не уберегла…

Глава 5

Падение, словно вспышка, и от удара о землю из легких выбило воздух. Но на этом проблемы не закончились, потому что попытка подняться привела к дальнейшему падению. Я заскользила на животе куда-то вниз, а сверху на меня сыпались земля и лесной мусор. Я чудом успела зажмуриться, спасая глаза, но вот спине не повезло – раны от волкодлака растревожились и стали болеть сильнее. Приостановить скольжение мне тоже не удавалось.

Я потеряла ощущение времени. Спуск не был идеально ровным, и от постоянных ударов мне казалось, что я падаю уже целую вечность, но при этом окончания пути я одновременно и желала, и боялась. В конечном итоге вылетев из лаза, я упала на бок, пребольно ударившись, и затихла. Все тело болело, а дыхание вырывалось с хрипами. По-хорошему надо было попытаться осмотреться, убедиться, что здесь нет хищников, но я не могла, да и не хотела. Усталость и слабость навалились непосильным грузом, мешая даже думать. В голове шумело, а в ушах все еще стоял свист ветра и раскаты грома. Видимо поэтому я не услышала, что здесь стало на одного человека больше, пока Константин не перевернул меня на спину. Он что-то у меня спрашивал, но я могла лишь жалобно стонать. По телу медленно распространялся яд волкодлака, будто обжигая изнутри. Он не превращал в нежить, но обездвиживал и вызывал галлюцинации.

– Тенья, что болит? – словно издалека донесся голос Константина.

– Все.

– У тебя есть зелье против яда? Моей магии не хватит на все.

– Да, в сумке. Т-темно-синяя склянка... Должна пахнуть хвоей.

Некоторое время было слышно лишь мое тяжелое дыхание и звон стекла, перебираемого царевичем. Затем по спине заскользил легкий холодок, унимающий боль, и наступила блаженная эйфория. Ее не смог прогнать даже горький вкус лекарства.

– Лучше? – спросил Костя, помогая мне сесть.

– Намного. А ты? С тобой все в порядке?

– Устал и истратил всю магию, но в остальном нормально.

– Дети… – прошептала я и дернулась, но Константин удержал на месте.

– С ними все хорошо, не переживай.

– Где они?

– В моем дворце, – спокойно произнес Кощей-младший.

– Ты использовал артефакт? Константин, ты должен был уйти с ними!

– Во-первых, я в любом случае не бросил бы тебя. Во-вторых, я всегда выполняю свои обещания.

– Это не тот случай. – Я невольно нахмурилась. – Ты царь и в первую очередь должен думать о своих подданных!

– Именно о них я и думаю. Ты сама сказала, что без этого источника отец не передаст мне трон.

– Кость, мы с тобой оба прекрасно понимаем, что это был всего лишь предлог.

– Так позволь мне заблуждаться дальше и оправдывать свой поступок именно этим, – мягко проговорил царевич, убирая волосы с моего лица.

– Дурак, – беззлобно выдохнула я и снова прикрыла глаза.

Зелье постепенно очищало кровь, снимая жар, но при этом вызывая сонливость. Прислонившись к мужскому плечу, я некоторое время помолчала, а потом решила все же спросить:

– Что теперь? Что мы будем делать?

– Конкретно сейчас – отдыхать, а дальше выбираться отсюда.

Я улыбнулась, как-то незаметно уплывая в сон.

***

– Тенья, пора вставать, – мягкий голос выдернул меня из дремы.

Открыв глаза, я некоторое время смотрела на каменный потолок, слабо освещаемый магическим огоньком, а затем повернулась на бок, лицом к Константину.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, нарушая затянувшуюся тишину.

– Лучше, чем можно было предположить. А ты? Магия восстановилась?

– Нет, и что-то мне подсказывает, что это произойдет не скоро. В стенах пещеры прожилки аллюита, которые мешают нормальному течению энергетических потоков.

– Значит, надо выбираться отсюда. Есть возможность подняться по тоннелю, через которой мы сюда попали?

– Дыра почти под потолком, и под таким углом, что влезть без магии не представляется возможным. Надо искать другой выход.

– Понятно. Тогда поищу, что из моих запасов нам поможет.

Отыскав сумку, я зарылась в нее, проверяя состояние и содержание склянок. Радовало, что все осталось целым даже после падения с приличной высоты, а вот с назначением зелий было сложнее – кое-что перепуталось. При подготовке к путешествию я укладывала зелья в специальный чехол со множеством отделений: противоядия в одну сторону, восстанавливающие настои – в другую, агрессивные – в третью… Были еще лечебные снадобья и алхимические порошки. Теперь нужно будет по цвету склянок и запаху наводить порядок.

Протянув восстанавливающий отвар Константину, себе я достала бутылочку с настоем, придающим бодрости. Есть нам было особо нечего, кроме завалявшихся на дне сумки сухарей, поэтому вскоре мы принялись за изучение пещеры. Она оказалась достаточно большой, но деревянные, почти сгнившие опоры, говорили о ее рукотворном появлении. Шаг за шагом мы добрели до выхода… даже двух.

– Какой выберем? – хмыкнул царевич, переводя взгляд с одного темного провала на другой.

– Сейчас узнаем.

Закрыв нос рукой, я сделала несколько шагов внутрь одного из проходов, а затем вдохнула. Воздух был тяжелый, спертый, из-за чего сразу же появилось желание закашляться. Снова закрыв нос, повторила действия уже со вторым проходом и довольно улыбнулась.

– Нам сюда, – констатировала я, повернувшись к внимательно наблюдавшему за мной царевичу.

– Где ты этому научилась?

– Когда была маленькой, мы ватагой частенько бегали в заброшенные горные копи. Сам понимаешь, без определенных навыков, заблудиться там ничего не стоило.

– Чем больше узнаю тебя, тем сильнее восхищаюсь.

– Если бы ты действительно узнал меня – бежал бы без оглядки.

– Уверена?

– К сожалению, нет…

Потому что действительно не знала, как Константин отреагировал бы на ворох моих тайн. Возможно, и не убежал бы, но… Относиться уж точно стал по-другому. Хотя, может, так было бы лучше? Тогда он смог бы побороть свою привязанность, пока она не превратилась в одержимость. Только желания изливать душу не было. Я и так боялась лишний раз вспоминать прошлое, стараясь не провоцировать приступы, и не тревожить заклинание хозяина, которое постепенно ослабевало. А уж теперь, вдали от магических потоков, оно и вовсе могло растаять, возвращая боль.

– Тенья?

– Кость, пожалуйста, давай закроем тему. Тем более мы не знаем, кто живет в этих пещерах и откуда ждать опасности.

Царевич не ответил, но я отчего-то была уверена, что мы еще вернемся к этому разговору. А пока мы двинулись в путь. Шли медленно, пару раз натыкаясь на небольшие завалы. Один раз встретили короткое ответвление с тупиком, в конце которого высилась горка костей. Не человеческих, но радости это открытие почему-то не принесло.

– Судя по костям, здесь обитают пещерные крысы.

– Значит, мы не так глубоко под землей, как мне показалось, – согласно кивнул Кощей.

– Да, но тогда с поиском выхода могут быть проблемы. Я выбирала этот ход, ориентируясь на ветерок. Если здесь живут крысы, то вполне возможно, что воздух идет из прорытых к поверхности нор.

– Не думаю. Тоннели рукотворные, значит, где-то в любом случае будет выход.

– Меня больше смущает отсутствие других ходов. Интересно, кому нужно было строить такой длинный коридор без ответвлений? Думаешь, его создавали только из-за пещеры, в которой мы были?

– Возможно – из-за нее, а может и из-за того, что хранится в конце другого хода.

– Радует, что учеников с нами нет. Еще раз спасибо, что спас их!

– Не стоит.

Еще как стоило, но переубеждать я не стала. Царевич никогда не любил благодарностей, тем более, за добрые дела. Кощеи вообще предпочитали создавать вокруг себя репутацию злодеев, стараясь тем самым отгородиться от лишнего внимания соседей.

– Ты слышишь?

Остановившись и затаив дыхание, я стала вслушиваться в окружающую тишину. Вначале не было ничего, кроме стука собственного сердца, и тихого дыхания Константина. А затем я смогла различить шуршание и звук осыпающейся земли.

– Есть предположения, кто это?

– Есть, и не самые радужные, – извлекая меч из ножен, ответил царевич. – У тебя есть зеркало?

– Пожалуйста, скажи, что ты просто хочешь на себя полюбоваться! – начиная перебирать содержимое карманов, в одном из которых как раз было маленькое зеркало, попросила я.

А когда нашла искомое и протянула Кощею, натолкнулась на удивленный, даже слегка шокированный взгляд.

– Что такое?

– Впервые слышу, чтобы ты шутила…

– Это нервное.

– Ты не нервничала раньше…

– Я и с василиском впервые сталкиваюсь, так что меня можно понять! Ты возьмешь зеркало или нет?

Смерив меня еще одним пристальным взглядом, Константин медленно двинулся вперед. Я же зарылась в сумку, на этот раз в поисках зелья, способного разъедать даже некоторые металлы. Надеюсь, с его помощью получится ослепить василиска и выжить.

Как он вообще здесь оказался? Эти твари давно не показывались людям, скрываясь либо в горах, либо в глубоких пещерах. Я никак не ожидала встретить это почти мифическое существо на окруженном со всех сторон водой Буяне. В дополнение к этим страхам меня беспокоили слова царевича – раз даже он заметил не присущие мне обычно юмор и нервозность, значит с заклинанием, блокирующим эмоции, все хуже, чем я думала.

– Тенья, тебе лучше вернуться обратно. Подожди меня в тупике, где мы видели скелеты.

– Я предлагаю нам обоим вернуться к этому месту, – голос сорвался на шепот. – Я ослеплю василиска и, возможно, он проползет мимо нас.

– Мало шансов, да и не хочу оставлять за спиной такого врага.

– У тебя за спиной я, так что волноваться не о чем.

– Тенья, ты шутишь уже второй раз. Уверена, что волноваться не о чем?

– Кощей, давай уже решать, что будем делать, а с моим поведением разберемся потом!

– Ловлю на слове, – хмыкнул царевич, а затем приказал: – Теперь беги в тупик и жди меня там!

– И не подумаю, – упрямо качнула головой я.

Прежде чем Константин успел что-то сказать, я сделала несколько шагов вперед и швырнула в тоннель первую склянку, при этом закрывая ладонями глаза себе и Косте. Яркая вспышка совпала с протяжным шипением, вместе с которым до нас долетел зловонный воздух. Досчитав до пяти, я отправила в полет то самое – разъедающее – зелье.

– А теперь твоя очередь! – Я сделала несколько шагов назад.

– Да я уж догадался.

Движения Кощея были стремительными, почти неуловимыми. Понять, где он находится, я могла только по маленьким огонькам, что кружили над ним, и отчаянно шипящим василиском. Огромная змеиная голова моталась из стороны в сторону, задевая опоры тоннеля. Несколько из них сломались после первого же удара, опадая на пол вместе с землей. Поднявшаяся пыль постепенно заволокла все вокруг, мешая дышать.

Закрыв лицо краем рукава, я до рези в глазах вглядывалась в сгустившуюся темноту, стараясь различить знакомую фигуру. Но, увы… Только когда шипение окончательно стихло, я нерешительно позвала:

– Константин?

– Иди на мой голос. Только осторожно, здесь небольшой обвал. И смотри под ноги, кажется, я выбил ему несколько зубов.

– Живодер. Совести у тебя нет.

– Я этого никогда не скрывал, – насмешливо отозвался царевич, а в следующее мгновение поймал споткнувшуюся меня. – Я же просил смотреть под ноги.

– С учетом того, что я и тебя еле вижу… Ты не ранен?

– Пара царапин, ничего серьезного. У нас с тобой другая проблема.

– Мы не сможем здесь пройти?

– Не сможем, – со вздохом подтвердил Кощей. – Василиск оказался несколько больше, чем я предполагал. Прости.

– За что? Ты не виноват.

– Надо было тебя послушать и вернуться обратно. Если бы мы встретились с ним в зале…

– То не факт, что справились бы. Предлагаю продолжить этот разговор в более подходящих условиях. Возвращаемся?

– Да, только возьмем с собой мяса. Давно я не ел такого деликатеса!

– Я бы предпочла не есть и дальше, – поморщившись, я отстранилась от Константина, предоставляя ему возможность освежевать тушу.

Обратно мы шли гораздо быстрее. Отчасти этому способствовала пыль, которая все никак не хотела оседать. Отрезав от рубашки небольшой кусок ткани, я разделила его надвое и смочила обеззараживающим отваром. Не весть какая защита, но дышать все же стало легче. А еще я напоила Константина очередным восстанавливающим зельем, переживая за его физическое состояние после битвы с василиском. Нет, он, конечно, даже вида не подал, что устал, но я слишком хорошо знала, каково организму, когда нет возможности использовать магические потоки.

В зал, в котором началось наше утро, я входила с толикой злой радости. Ну а вдруг именно это место станет нашей могилой? Кто знает, что еще за твари рыщут по этим тоннелям и поджидают зазевавшихся путников?

– Тенья, с тобой все в порядке? – поинтересовался Кощей, видя, как я замерла у стены, глядя невидящим взглядом.

– Все нормально, просто задумалась.

– Не переживай, мы найдем выход.

– Как скажешь, – послушно согласилась я. – Ну что, ты готовишь или я?

– Предлагаю заняться этим увлекательным делом вместе. Ты пока нарежь мясо, а я попробую набрать воды.

Я вспомнила, что при осмотре мы обнаружили в дальнем конце пещеры стекающие по стене две тоненькие струйки. Кажется, что это было очень давно. К тому моменту, как Кощей набрал больше трети фляги воды, я все нарезала. Ополоснув мясо, мы натерли его солью и уложили куски на плоский камень, под которым горел огненный кристалл.

– Тенья, что с тобой происходит? – мягко спросил Константин, но я все равно вздрогнула.

– Ничего.

– Не лги мне, пожалуйста.

– Ничего, что стоило бы твоего внимания.

– Мне важно все, что связано с тобой. Я хочу помочь.

– Не сможешь. Никто не сможет, кроме хозяина. – При упоминании отца царевич зло сузил глаза и сжал кулаки.

– Что он с тобой сделал?

– Спас, – честно призналась я.

– А взамен сделал своей рабыней?

– Костя, я сама пошла на это. Не приписывай отцу лишних грехов.

– Не буду, если ты все расскажешь. Я имею право знать!

– Вообще-то не имеешь. И прошу, хватить расспросов о прошлом – они угнетают.

– Боюсь, что в нашем случае разговоры о будущем тоже будут малоприятны.

– Тогда давай просто помолчим.

Он и вправду замолчал, но надолго ли? И смогу ли я в следующий раз взять свои чувства под контроль и смолчать? И будет ли он – следующий раз?

После вполне сносного и сытного ужина, мы легли отдыхать. Сон не шел, но тело было благодарно и за такую передышку. Лежа на боку, я пыталась отрешиться от всех мыслей, но они упорно лезли вновь и вновь, вызывая в памяти знакомые лица. Людей, которых давно уже нет в живых, но каждый из них навсегда останется в моем сердце, ядом разъедая душу.

– Тенья? – тихо позвал Константин, и от его голоса я невольно вздрогнула.

– Что? – я с трудом выровняла дыхание.

– Ничего, – резко оборвал он себя, а потом перевернул меня на спину, нависая сверху.

Вглядевшись в мое лицо, он осторожно стер мокрые дорожки слез, которые я даже не почувствовала, а затем, снова улегшись, притянул к себе и крепко обнял.

Такая простая попытка утешить, поддержать, заставила судорожно вздохнуть и вызвала новый поток слез. Внутренне сжавшись, я ждала расспросов, но Кощей молчал. Просто обнимал, позволяя самой успокоиться и взять себя в руки. Только это оказалось очень сложно. Кажется, я так и уснула, даже во сне продолжая оплакивать призраков далекого прошлого.

***

– Странно это, – произнесла я, рассматривая небольшую дыру в стене.

– Согласен, – подтвердил Константин, опускаясь на колени рядом с провалом.

Мы обнаружили его через некоторое время после пробуждения, когда, вновь позавтракав мясом, выпили зелья и двинулись в путь. Вначале второй тоннель выглядел заброшенным, причем, довольно давно, о чем свидетельствовали гирлянды паутины. Но чем дальше мы продвигались, тем более облагороженным становился проход. На место паутине пришли магические кристаллы, которые пусть и тускло, но подсвечивали ход. Опоры были зачарованы от гниения и вредителей, а вдоль стен обнаружились небольшие ниши с тонкими струйками воды. И вот теперь этот лаз, из которого тянуло свежим воздухом. Да и земля была не утрамбованная, явно свежевыкопанная.

– Как думаешь, кто его прорыл?

– Сложно сказать. Я не вижу следов, да и слизи на стенках нет.

– Что будем делать? Попробуем выбраться?

– Только в том случае, если не останется другого выхода. Он достаточно большой, чтобы в него можно было пролезть, но по части маневренности оставляет желать лучшего. В случае нападения мы будем беззащитны.

– Идем дальше?

– Не устала? Если хочешь, можем отдохнуть.

– Единственное, что я хочу, это поскорее выбраться отсюда!

– Тогда идем, – произнес Константин, окидывая меня странным взглядом.

– Что? – хмуро спросила я.

– Тебя пугает возможность новой встречи с опасными тварями или само пребывание в этом месте?

– Не имеет значения!

– Имеет. Ответь, пожалуйста.

– Я не люблю подземелья и пещеры, вот и все.

– Почему?

– Константин…

– Почему, Тенья? Ты ведь сама рассказывала, что когда была маленькой, гуляла по пещерам.

– Зато потом обходила их десятой стороной.

– Потерялась? Или встретила кого-то, кто напугал тебя?

– Да, встретила, – чувствуя, как начинают трястись руки, ответила я.

– Нежить?

– Свою судьбу. Царевич, хватит мучить меня расспросами! Мое прошлое тебя не касается, так что оставь его в покое!

– Нет…

От тихого голоса у меня озноб по спине прошел, а Константин развернулся и двинулся дальше. Я чувствовала, как из самых потаенных уголков души медленно поднимается злость. Вместо того чтобы остановиться и успокоиться, я выругалась и поспешила догнать царевича, собираясь высказать все, что о нем думаю.

– Кощей! – срываясь на шипение, окрикнула я.

– Слушаю?

– Хватит лезть в мою жизнь!

– Я еще даже не начинал.

– Однако уже успел достать! Я требую, слышишь, требую, чтобы ты перестал копаться в моем прошлом!

– Пока я не выполнил свою часть сделки, у тебя есть возможность ограничить меня. А вот после… Ты сама согласилась стать моей.

– Я согласилась уйти от хозяина и перейти на службу к тебе, – хмуро глядя на царевича, произнесла я.

– Уверена? – Его губы изогнулись в подобие улыбки.

– Что ты сделал?

– То, что давно хотел, но это мы обсудим гораздо позже, когда выберемся отсюда.

– Ну уж нет! Я хочу знать сейчас! – пробурчала я, а затем схватила царевича за руку, пытаясь остановить.

Только вместо этого неожиданно оказалась впечатанной в стену, всем телом чувствуя тепло, исходящее от мужчины. Гордо задрав голову, давая понять, что нисколько его не боюсь, я попыталась вырваться. Тщетно. Он держал крепко, вглядываясь в мое лицо и отчего-то улыбаясь. И это бесило сильнее всего!

– Отпусти меня!

– Нет.

– Константин, убери руки!

– И не подумаю, – царевич потихоньку склонялся к моему лицу.

– Только попробуй…

Но моя угроза его не впечатлила. Он продолжал медленно наклоняться, явно собираясь меня поцеловать. Не было ни единой возможности освободиться, уклониться и сбежать. Только стоять и беспомощно смотреть в изумрудные глаза, которые с каждым мгновением разгорались все сильнее.

– Костя, не надо… – жалобно попросила я, но голос подвел, превратив слова в беззвучный шепот.

А затем…

Звон, от которого по всему тоннелю пошла вибрация, отражаясь от стен, вызывал боль в ушах. Отскочив друг от друга, мы переглянулись, и, не сговариваясь, поспешили вперед, чтобы узнать, что же это было. Источник звука оказался в нескольких десятках шагов, за большой каменной дверью, испещренной старыми символами. Осторожно приблизившись, Константин сначала долго вслушивался в воцарившуюся тишину, а затем все же решил открыть проход.

– Что это? – тихо спросила я, когда из-за толстой каменной двери хлынул яркий свет.

– Энергетические шары, – ответил Костя и кивнул наверх.

А там, под высоким потолком, действительно летали сгустки энергии, собранные в причудливые коконы. Сталкиваясь друг с другом, они осыпались на землю снопами искр и золотого песка, от которого все вокруг было в разводах. Ступив под своды пещеры, мы с интересом рассматривали узоры на стенах, медленно продвигаясь вперед.

– Слышишь? – спросил Кощей, и я напрягла слух, действительно за шипением шаров различив голоса. – Уже совсем близко. Будь готова.

Кивнув, я принялась до рези в глазах вглядываться вперед, пытаясь понять, откуда идет звук, но тщетно. С каждым ударом сердца слова становились все отчетливее, но говоривших увидеть не получалось, что очень настораживало. А еще я никак не могла поймать воспоминание о подобном явлении, которое когда-то встречала в старых книгах.

– Здравствуй, народ малый! – неожиданно громко произнес Константин, вглядываясь в пустоту. – Мы пришли с миром и мира ждем от вас. Покажись, люд невиданный, выйди поздороваться.

– Не кричи, добрый молодец, чай не глухие! – раздалось совсем рядом, а затем один из шаров спустился с потолка, обретая человеческое очертание. – И тебе здоровьишка и девице твоей красавице.

Как только сияние угасло, перед нами предстал высокий старик с седой бородой до пола и густыми кудрями, часть из которых спадала на лоб. Одет он был в льняные штаны и такую же серую рубаху, подпоясанную разноцветной тесьмой. Поглядывая на нас с насмешкой, он покручивал усы и чего-то ждал, притопывая ногою.

– Как величать тебя, отец? – спросил Кощей, не сводя глаз со старика, в то время как я смотрела на энергетические сгустки.

– Батькой и величай. Все так называют. А вы?

– Я – Константин, а моя спутница…

– Тая. – Я на всякий случай представилась другим именем и подозрительно огляделась. – Вы сказали, что все называют вас Батькой. А все – это кто?

Шары, что до этого парили под потолком, устремились вниз и в один миг вспыхнули, подобно старому Батьке превращаясь в людей. Таких же рослых, красивых и светлых. Старые наряды, редко встречающиеся теперь в Сказочном мире, цепляли взгляд диковинными узорами-оберегами, которые разбегались по воротникам, рукавам и подолу. Древние символы, которые хранили в себе силу природы, и сами по себе были силой. В наше время редкий мастер сможет повторить такой узор, чтобы не прервалась ни одна ниточка, ни один узелок не нарушил силовой вязи. Я действительно уже сталкивалась и с этими людьми, и с их магией. В старой-старой теткиной книге, где описывался загадочный магический народ, прозванный Дивьими людьми.

Глава 6

– Невероятно, – прошептала я, глядя на мужчин и женщин, окруживших нас.

– Отчего же невероятно, красавица?

– Я думала, вы – сказка. Плод чужой фантазии.

– Во всякой сказке есть доля правды, но, увы, увидеть ее может не каждый. А кто-то не хочет видеть, предпочитая жить в собственном маленьком мире, где нет места волшебству.

– Откуда вы здесь? – спросил Константин, снова привлекая к себе внимание старца.

– Это долгая история, которую лучше рассказывать у костра с кружкой чогги. Будьте нашими гостями, странники!

– Почтем за честь! – чуть поклонился Костя и пошел следом за Батькой, при этом удерживая меня за руку.

Каменный коридор, по которому мы шли, постепенно расширялся. Я любовалась разводами аллюита и других неизвестных металлов, сплетающимися в удивительные узоры на стенах. От некоторых из них шел мягкий голубоватый свет, помогающий лучше видеть неровную дорогу, постепенно выходящую на поверхность. Когда за очередным поворотом показалась огромная пещера, я на мгновение зажмурилась. Солнечный свет, льющийся из проема в потолке, был слишком ярким для привыкших к темноте глаз. Проморгавшись, я сделала несколько шагов вперед, да так и замерла, в восхищении разглядывая невероятный живой ковер, простирающийся под нашими ногами. Все пространство было засажено диковинными кустарниками, мягкими травами, радующими глаз буйной зеленью с разноцветными точками цветов. Их сладкий аромат приносил с собой ветер, свободно гуляющий под сводами пещеры.

– Пойдемте, – позвал нас Батька и первым начал спуск по каменной лестнице, которую я поначалу даже не заметила.

Спускаясь следом, я то и дело ловила на себе любопытные взгляды людей, выныривающихиз-за деревьев. Сколько же их здесь! Поравнявшись со встречающими, мы с Костей поздоровались и последовали дальше, в центр пещеры, где под солнечными лучами на небольшом возвышении плясало золотое пламя.

– Не нравится мне это, – шепнула я, когда мы подошли ближе.

– Не бойся, это всего лишь проверка.

– Это действительно проверка, девочка. Жизнь научила нас не верить внешности и красивым словам и быть осторожными. Если вы пришли к нам с добром, пламя Душ Предков не тронет вас. Наоборот – поможет восстановить силы и залечить раны. А коли пришли со злым умыслом…

Договаривать Батька не стал, но и так было ясно, что ждет злодеев. Что же, нам с Костей скрывать было нечего. Мы вообще не ожидали встретиться с дивным народом и даже не догадывались о его существовании. Так что и намерения у нас были самыми обычными – узнать побольше о сказочных людях и попросить у них помощи.

Поднявшись следом за Кощеем, я немного испугалась, поняв, что перед нами не обычный костер, вроде тех, через которые прыгает молодежь в ночь на Ивана Купалу, а словно огненное море перетекало по ограниченной загадочными знаками площади. Но испуг быстро прошел, стоило протянуть руку вперед. Я неотрывно следила за пламенем, в котором плясали золотые песчинки. Эта пляска завораживала, чаруя маленькими вихрями, что возникали среди языков желтого пламени. Прикоснувшись к одному из вихрей, я осторожно провела по нему пальцами, чувствуя ласковое тепло.

Когда испытание прошел и Константин, Батька довольно крякнул.

– Действительно, добрые гости! – сказал он, отвлекая меня от созерцания маленького чуда. – Как себя чувствуете?

– Замечательно. Это энергетический источник или…

– Или, – усмехнулся старец в бороду. – Это древняя магия Дивьего народа, о которой я не могу рассказать. Зато с удовольствием расскажу другие истории и послушаю вашу. Идемте.

Бросив короткий взгляд на пламя, которое всего за несколько мгновений напитало меня силой и позволило взять под контроль эмоции, я поспешила за мужчинами. В соседнем помещении, у обычного очага нас и вправду ждал накрытый стол с ароматным напитком в глиняных кружках, горячими хлебными лепешками и разнообразными фруктами. Чогга, о которой говорил Батька, готовилась из соцветий Алого Куста, что и придавало напитку кровавый оттенок и чуть сладковатый вкус. По весне женщины собирали соцветия и сушили на солнце. Впитывая в себя тепло небесного светила, заваренные травы делились им со всеми в чогге. Вкупе с добавленными листьями лимонника, этот напиток получался на диво вкусным, а еще тонизирующим.

– Простите, что не потчуем вас плотными блюдами. Мы не едим животные продукты, предпочитая питаться фруктами и солнечной энергией.

– Мы благодарны за пищу, которую вы разделили с нами, – ответил Константин и перешел к вопросам. – Скажите, уважаемый Батька, как вы здесь оказались?

– Здесь, это в пещерах или на Острове? – усмехнулся старец. – История, в общем-то, старая и обычная для нашего народа. В далекие времена предки наши жили у подножия Забытых гор. Мы, как обычные люди, обрабатывали поля, взращивали сады и жили в мире, не зная горестей и бед. Наш многочисленный народ был счастлив, водя дружбу с волшебными существами и от них получая вести из Закатных земель и не только. Разными были те новости, некоторые радостными, а некоторые тревожными. Однажды предки услышали о столкновении магов. Мы, дивный народ, владеющий изначальными стихиями, прекрасно знали, чем может грозить война магов, и начали постепенно готовиться к ее последствиям. Так и вышло – когда грянула первая магическая гроза, мы уже были под землей, скрываясь от разбушевавшейся непогоды в отстроенных городах. Вот только мы не учли, что земли наши, напитавшиеся магией, отреагируют на буйство стихии… Произошел огромный выброс энергии, в результате которого весь наш град переместился сюда, на остров Буян. Вот так мы и оказались на Живой Земле, приспособившись к новым условиям жизни.

– Но почему вы не вышли на поверхность? – не удержалась от вопроса я.

– Отчего же не вышли? Часть нашего народа покинула пещеры и обосновалась в Светлом Граде. Остальная часть предпочитает уединенную жизнь вблизи пламени Душ Предков и в надежде, что мы когда-нибудь вернемся домой.

– А это место – не ваш дом?

– Дом, но лишь отчасти. Да и есть у нас, стариков, такая особенность – желание вернуться на родную землю, чтобы быть ближе к тем, кого уже давно нет рядом.

– Не только старики мечтают об этом, – тихо произнесла я и отвернулась, не желая встречаться взглядом с царевичем.

– Теперь ваша очередь, гости добрые. Какими ветрами вас занесло на Буян?

– Видимо, попутными. Мы искали одно место, о котором Тая вычитала в древних свитках. Открыли портал, чтобы переместиться туда, а оказались на Буяне. Не ожидали, что здесь настолько сильные магические грозы, за что чуть не поплатились жизнью. На нас напали волкодлаки, от которых мы чудом отбились. А затем Тая провалилась под землю, отыскав дорогу к вам.

– Как провалилась, так и отыскала? – усмехнулся Батька.

– Не совсем. Вначале мы пошли другой дорогой, но повстречали василиска, – ответила я. – Как вы уживались с ним все это время?

– Очень просто, красавица. Он наш страж, который бережет подземный город вот уже много лет.

– Ох, – выдохнула я, закрывая рот ладонью. – А мы его…

– Не охай, девочка, ничего вы ему не сделали. Наш Змей бессмертен и никакая магия или оружие не могут это изменить.

– Но мы ведь его…

– Умертвили, да, вот только с первыми лучами солнца он ожил и продолжил свое дело. А раз вас не тронул, значит и обиды не держал.

– Надеюсь на это, – тихо ответила я. – А большой у вас город, Батька?

– Большой, красавица. Как раз не так давно закончили строить третий подземный ярус для новых семей. Да вы, коли захотите, можете сами прогуляться и посмотреть на него.

– Мы бы с радостью, уважаемый Батька, да только дела у нас есть. Нам бы выбраться к Светлому Граду.

– Эх, что же вас всех к нему тянет?

– Дык разве на этом острове еще какой город есть?

– Сколько через нас гостей прошло… – Батька будто не услышал моего вопроса. – Были среди них и обычные путники, заблудившиеся, как и вы, в дороге. А были и те, кто пришел со злом, но пламя Душ Предков их не отпускало.

– А что с ними стало? – настороженно спросила я.

– Так остались с нами, с новой памятью и новой жизнью. Мы не убивцы, девонька.

Это заявление порадовало, однако мы все равно не спешили расслабляться. После сытного застолья нас все-таки уговорили посмотреть подземный город. Вернее, ту его часть, которая поднималась к поверхности и вела прямо к Светлому Граду.

Поблагодарив Батьку за помощь и интересный рассказ, мы с Кощеем открыли неприметную деревянную дверь. Выглянув наружу, я огляделась. Напротив нас возвышалась белокаменная стена. Откуда-то сверху доносились голоса, но разглядеть говоривших не представлялось возможным. Стоило сделать шаг за порог, как дверь за нашими спинами растворилась, словно ее и не было.

– Где все?

– Не имеет значения. Нас все равно обнаружат, так что можно либо посидеть здесь и подождать стражу, либо прогуляться по городу, пока есть возможность. Что предпочитаешь?

– Мне все равно, – спокойно отозвалась я, пожимая плечами.

– Тенья? – нахмурившись, Кощей подошел ко мне и пристально посмотрел в глаза. – Снова…

– Да, – кивнула, чувствуя уже привычное безразличие ко всему происходящему.

Магические потоки, от которых я до этого была отрезана, наполнили заклинание хозяина до отказа, и оно вновь активировалось. Я была этому невероятно рада, не желая бередить память и думать о том, что чувствовала.

– Значит, подождем здесь, – решил за нас обоих царевич и опустился на зеленую траву.

Усевшись напротив Кощея, я стала внимательно его разглядывать, одновременно пытаясь понять, что со мной случилось в подземелье. В этот раз возвращение чувств было несколько… другим. Раньше, если заклинание ослабевало, приходили воспоминания, от которых я так стремительно бежала. Но в этот раз… В этот раз меня отвлек Константин и его поведение, которое лишний раз напомнило о чувствах, что он испытывал. И от этого было почему-то горько.

Рядом со мной этот мужчина становился другим – мягким, нежным… слабым. Он проявлял заботу, которой я была недостойна. Подобный диссонанс вызывал неприязнь. Значит, стоит разобраться с этими глупыми чувствами и подсказать царевичу верный путь. Не зря ведь я была советником Кощея-старшего так долго.

– Идут.

Поднявшись на ноги, я повернулась на шум и закрыла глаза руками. Свет, что исходил от явившихся за нами магов, резал глаза, вызывая жгучее желание вернуться обратно в подземелье. Я даже сделала несколько шагов в том направлении, но была перехвачена Константином. А затем меня и вовсе подхватили на руки, отрезая все пути к отступлению.

– Что с девушкой? – раздался над головой раскатистый голос.

– Истощена магическим переходом, – ответил Кощей, пряча мое лицо у себя на груди.

– А ты сам в состоянии идти?

– Вполне.

– Тогда следуй за нами.

Царевич так и последовал, неся меня на руках. Попытка высвободиться не увенчалась успехом.

– Отпусти, пожалуйста, – шепотом попросила я.

– Рано. Отпущу, когда останемся одни.

– Я сама в состоянии дойти.

– Знаю, но перед защитной магией золотой стражи ты беспомощна. Если я отпущу, то тебе снова станет плохо. А растянуть свой щит на двоих я пока неспособен.

– Ясно, – спорить с такими аргументами было бессмысленно.

Шли мы долго, то останавливаясь, пока стражники с кем-то переговаривались, то снова возобновляя путь. Вынужденное бездействие заставило задуматься о том, что я как-то не сталкивалась с упоминаниями золотой стражи в летописях. Стоило при случае узнать о них подробнее.

Когда мы добрались до пункта назначения, я почувствовала, что эмоции вновь пытаются вырваться из-под контроля. В груди нарастало недовольство. Пока еще отголосками, но это был повод для беспокойства.

– Ждите здесь, – произнес зычный голос, и сразу за этим раздался стук закрываемой двери.

Только тогда царевич поставил меня на ноги, но не отступил, придерживая за плечи.

– Ты в порядке?

– Да, спасибо. Интересно, где мы?

– Предполагаю, что в кабинете князя. Когда он придет, разговаривать буду я. Надеюсь на твое благоразумие и невмешательство.

– Как скажешь, – не стала спорить я.

– Если бы ты только знала, как меня раздражает твоя покорность, – недовольно произнес Константин, гипнотизируя взглядом зеленых глаз.

– Ты бы предпочел, чтобы я устроила истерику и взяла инициативу в свои руки?

– Знаешь… Да. Любое проявление эмоций лучше холодного равнодушия!

– Я не умею…

– Врешь, – оборвал царевич. – Там, в тоннелях, я видел тебя настоящую. И я хочу, чтобы она вернулась вновь.

– Поверь, для тебя лучше, чтобы этого никогда не произошло, – качнула головой я и отступила от Константина на шаг. – Кто-то идет.

В кабинет вошел высокий мужчина. Золотые кудри вились из-под княжеского венца, подчеркивая смуглость лица и обозначая резкие черты. Он смотрел на нас чуть прищуренными глазами, и у меня появилось подсознательное желание спрятаться где-нибудь подальше. От бегства меня спас Кощей, закрыв от прожигающего взгляда своей спиной.

– Здрав буде, княже, – произнес Константин, почтительно кланяясь.

– И ты здрав будь, – ответил мужчина низким голосом. – Как тебя величать?

– Константин.

– И с чем ты пожаловал на мои земли?

– С добром. Мы путники, которые из-за магической грозы сбились с пути.

– Да, гроза в этот год разыгралась не на шутку, – задумчиво протянул Гвидон. – Кто твоя спутница?

– Тая – моя жена.

От этих слов я дернулась и попыталась возразить, но царевич не дал, ловко меня перехватив.

– Что ж, добро пожаловать в град. Будьте нашими гостями.

– Благодарствуем, княже. Мы постараемся не злоупотреблять вашим гостеприимством и, как только гроза минует, покинем остров.

– Добре, – кивнул Гвидон, после чего вышел вон.

Буквально пару минут спустя появился один из стражников и поманил за собой. Он проводил нас до небольшого дома с красивым палисадником. Рядышком на скамье среди цветов сидела пожилая женщина.

– Теть Матрена, здраве! – произнес стражник, низко кланяясь. – Принимай гостей!

– И тебе того же, – чуть улыбнулась бабушка, переводя взгляд бесцветных глаз на нас. – Отчего же не принять. Гостям я завсегда рада.

– Тогда оставляю их на вас, а мне пора бежать на службу.

Попрощавшись, бабушка медленно поднялась со скамейки и приглашающе махнула в сторону входной двери.

– Проходите, ребятушки, в ногах правды нет.

– Спасибо, – отозвался Кощей, ведя меня следом за собой.

Убранство дома было весьма простое, но при этом уютное. Каждая мелочь выбиралась с любовью. Во всем чувствовалась забота хозяйки. На подоконниках стояли горшки с фиалками, радующие глаз разнообразием цветов. На стенах висели удивительные картины, расшитые атласными лентами. Все было такое живое, теплое, что на мгновение защемило сердце, воскрешая в памяти одно из позабытых воспоминаний.

«Я сидела на стуле и уже второй час упорно пыталась вышить цветочек. Увы, ничего не выходило. Нитки путались, то ли испытывая терпение рукодельницы, то ли, согласно примете, обещая долгую жизнь. Сделав еще несколько стежков, я решительно отбросила пяльцы в сторону и с завистью посмотрела на тетю, которая уже заканчивала свою картину. На полотне была изображена арка, увитая виноградной лозой, в густой зелени которой проглядывали сочные грозди. В центре картины на небольшом стульчике сидел мальчик с сахарным петушком в руках. Маленький белокурый ангелочек, в котором без труда угадывались черты братишки.

– Ну и чего ты нос повесила? – спросила Бажена, отвлекаясь от своего занятия.

– Завидую, – честно призналась я, тяжело вздыхая.

– Было бы чему, – усмехнулась тетя. – У каждого человека свой талант, свое призвание. Твое – создавать уникальные зелья, которые славятся на всю округу.

– Славятся, но… Я хочу чего-то другого. Чего-то большего, чем просто зелья.

– А именно? – замерев, тетя перевела на меня внимательный взгляд.

– Не знаю, но я чувствую, что способна на нечто большее!

– А ты уверена, что и это «большее» не надоест тебе через некоторое время?

– Уверена! – твердо ответила я, для наглядности еще и качнув головой.

– Значит, так тому и быть. Но помни, девочка, это было твое решение.

– О чем ты, тетя Бажена?

– Скоро узнаешь…»

Воспоминание схлынуло, а на его место пришли усталость и легкое головокружение. Открыв глаза, я осознала себя лежащей на небольшом диванчике, неподалеку от которого суетилась бабушка. Константин сидел рядом, крепко сжимая мою руку и делясь энергией.

– Как ты?

– Уже в порядке, – тихо ответила я, снова прикрывая глаза.

– Я могу тебе чем-нибудь помочь?

– Все хорошо, правда. Надо просто немного отдохнуть.

– Отдыхай, девонька, отдыхай, – раздался рядом голос тети Матрены. – На вот, попей отвара, а я вам пока постелю в гостевой.

– Спасибо, – пресекая мои возражения на корню, поблагодарил царевич, затем помог сесть и протянул кружку с ароматным отваром.

Определив по запаху составляющие компоненты, я выпила половину, а остальное протянула Косте. Этот сбор был схож с моим восстанавливающим зельем и должен был хотя бы немного подпитать ослабший от потери энергии организм.

– Что с тобой происходит? – спросил Кощей, когда мы остались наедине.

– Побочное явление пребывания в подземелье.

– А именно?

– Неважно.

– Еще как важно, Тенья. Сейчас важно все. Мы с тобой оказались в чужом княжестве, где любая мелочь может сыграть против нас. Если это произойдет, последствия будут не самыми приятными.

– Для нас?

– Для них. Я сделаю все, чтобы защитить тебя.

Его словам я поверила сразу, безоговорочно. Константин не красовался, не пытался покорить бездумными обещаниями. Он действительно мог многое, в чем я уже убеждалась и не раз.

– Я знаю, что сделаешь. Именно поэтому прошу – не надо. Цена твоей жизни не сравнима с моей. Ты царь…

– Тенья, я сказал, ты услышала, – оборвал меня Константин, а затем подхватил на руки и понес в ту сторону, где скрылась хозяйка дома.

Пройдя по небольшому коридору, Кощей вошел в открытую дверь и замер напротив кровати, уже застеленной белой простыней, по краю украшенной интересными узорами.

– Ну вот, опускай женушку – пусть отдыхает. А мы с тобой пойдем обедать, – произнесла тетя Матрена, удерживая в руках лоскутный плед.

– Спасибо, но я не голоден.

– Ничего с твоей драгоценной не станется, не переживай. Отобедаем и вернешься.

– Кость, иди, – мягко попросила я, заглядывая в зеленые глаза. – Со мной правда все хорошо.

– Позже. Подскажите, пожалуйста, где у вас можно смыть дорожную пыль?

– Вон дверца прямо за ковром, там и можно. Ладушки, пошла я кушать, а вы как надумаете – присоединяйтесь.

Бабушка ушла, прикрыв за собой дверь, а мы отправились в купальню. Я ожидала увидеть деревянную лохань или бадью, но все оказалось гораздо привычнее.

– Сможешь немного постоять? – спросил Константин, замерев напротив ванны.

– Смогу и много. Я в порядке.

То, что мои слова проигнорировали, я поняла, когда попыталась отойти в сторону, стоило ногам коснуться пола. Мне не дали. Удерживая меня за талию, Кощей сначала открыл краны, чтобы набрать ванну, а затем встал за спиной, щекоча дыханием шею. Положив ладони на плечи, он огладил руки до запястий, а затем снова вверх, неожиданно вызывая легкую дрожь в теле. Ненадолго замерев, пальцы мужчины скользнули вперед и запорхали по пуговицам моей рубашки.

– Царевич, – позвала я, впрочем, не пытаясь остановить или помешать.

–Я тебя очень внимательно слушаю…

От прикосновения горячих губ к мочке уха я вздрогнула.

– А что ты делаешь?

– Помогаю тебе избавиться от одежды, – ответил царевич, разводя полы рубашки в стороны.

– А зачем?

– Чтобы смыть пыль и грязь подземелья.

– Спасибо, конечно, но я и сама могу помыться.

– Прости, но с некоторых пор я не очень доверяю твоим словам.

Это заявление вызвало возмущение, которое я с трудом подавила, а вслед за ним пришло беспокойство по поводу появления эмоций.

Скинув на пол верхнюю рубашку, Кощей на некоторое время замер, шевеля неровным дыханием волосы на макушке, а затем снова вернулся к плечам, медленно сдвигая в сторону тонкие лямки нижней рубахи. От прикосновения прохладных пальцев по коже побежали мурашки, я снова попыталась вырваться. На этот раз почти успешно – на целый шаг вперед. Только победа оказалась короткой, завершившись новыми объятиями, но теперь лицом к лицу.

– Зачем ты это делаешь? – выдохнула я, не в силах подавить новую волну непонятных чувств.

– Что именно? Забочусь о тебе? Потому что хочу и могу.

– Ты прекрасно понял, о чем я говорю. И «заботой» это можно назвать в последнюю очередь!

– Как же это тогда называется? – с легкой улыбкой уточнил Кощей, явно поддразнивая.

– Ты меня соблазняешь!

– Даже если так, то что? Разве я не имею права оказывать знаки внимания женщине, которую люблю?

– Костя, это не любовь… – тихо прошептала я, касаясь мужской щеки. – Это мания, одержимость… Желание. Что угодно, но только не любовь.

– Ты действительно так считаешь?

– Не считаю – знаю. Мы с тобой не умеем любить.

Прозвучало жестоко, очень подло и некрасиво, но подобрать других слов не удалось. Мы с ним действительно были далеки от любви и всего, что с ней связано. Он, просто потому, что привык играть людьми и их чувствами, извлекая выгоду из любых слабостей, любых привязанностей. А я… Потому что уже однажды была наказана за свои чувства, которые принесли только боль и горе.

– Тогда я ошибался, считая тебя умной женщиной, – без толики злости произнес Константин, перехватывая мою ладонь и целуя внутреннюю сторону.

Затем молча раздел и помог забраться в ванну. Мне бы возмутиться, попытаться объяснить и отстраниться, но я не смогла. Усталость взяла свое, оставляя на душе холодное равнодушие с горьким привкусом отчаянья. Я не сопротивлялась, когда он мыл мне голову, осторожно перебирая и распутывая белые пряди. Не протестовала, когда вытирал льняным полотенцем и закутывал в простыню. Только смотрела на него и понимала… Время пришло.

Когда мы выберемся с этого острова и исполним обещание, данное Кощею-старшему, я уйду. Уйду туда, где меня уже давно ждут. За Грань…

Глава 7

Обедать мы все-таки пошли. Вернее, пошел Константин, снова неся меня на руках. Глядя на это, тетя Матрена только покачала головой и пожурила чересчур заботливого супруга, которого, впрочем, это нисколько не задело. Наполнив наши тарелки, он вначале сам попробовал угощение, и только затем позволил мне, чем вызвал странную улыбку у хозяйки.

Впрочем, эта женщина в принципе казалась… странной. С первого взгляда она была милой и отзывчивой, но чувствовалось в ней нечто опасное. Не злое, но внимательное, подмечающее каждую мелочь, каждый жест и слово. Это настораживало, закономерно заставляя следить за собой и думать на несколько шагов вперед. А в моем состоянии это оказалось чрезвычайно трудно, поскольку сосредоточиться удавалось с большим трудом. Уж не знаю, было это связано с усталостью, участившимися видениями или поведением Кости, но я понимала, что по рассеянности в любой момент могу совершить ошибку, а в нашей ситуации это было недопустимо.

– О чем задумалась, девонька?

– Хотела уточнить, теть Матрена, как часто у вас бывают магические грозы и долго ли длятся?

– Раньше раз в год случалось. Залетит в наши края на несколько дней, польет обильным дождем, попугает свистящим ветром да раскатистым громом – и поминай как звали. Но в последние годы каждый сезон почитай с грозы начинается, да и гостить она стала подольше, неделями не покидает Остров. Люди бачут, это все с земель Хаоса тянет, оттуда все напасти. Хорошо, что наши волшебники смогли создать щит, который теперь защищает от магического влияния этих гроз. Все, что до нас доходит – это раскаты грома, да дождик.

– Значит, скоро эта напасть начнет сходить на нет, – как бы невзначай сказала я, исподволь наблюдая за хозяйкой.

– От чего же?

– Так ведь магам Сказочного мира удалось закрыть все бреши в землях Хаоса и очистить наши земли от тварей!

– Закрыть-то закрыли, вот только магический всплеск был слишком сильным. Как бы не стало только хуже…

– И то верно, – вздохнула я и посмотрела на последний блин с мясной начинкой на своей тарелке.

– Наелась? – спросил Костя, уже расправившись со своей порцией.

– Боюсь, что переела. Все было очень вкусно! – улыбнулась я бабушке.

– Кушай, деточка, а то такая маленькая, худенькая. Как детишек-то рожать будешь своему богатырю?

Отвечать я не стала, опустив голову и пряча глаза. Думать старалась о чем угодно, кроме этих слов, но они упорно лезли в голову, снова и снова вызывая дрожь в теле.

– Родная? – взволнованно спросил Костя, касаясь моей ладони.

– Что-то мне снова нездоровится. Проводишь в комнату? Простите, теть Матрена, сегодня из нас плохие собеседники.

– Ничего-ничего, девонька, отдыхай. У нас еще будет время поговорить, чай, грозу в этом сезоне обещают затяжную.

– Спасибо, – прошептала я уже в плечо Константина, прикрывая глаза.

Очередная волна эмоций медленно затягивала в пучину отчаяния, заставляя до крови закусывать губы, чтобы не кричать. Заклинание хозяина снова ослабло, несмотря на недавнюю подпитку. Оно будто осыпалось под натиском вырывающихся на свободу чувств. Боль накатывала волнами, и я судорожно цеплялась пальцами за единственную опору…

– Что с тобой, душа моя? – спросил Константин, сжимая руками мое лицо.

– Заклинание… Пожалуйста, обнови заклинание…

– Какое? Что за заклинание?

– Запирающее чувства и блокирующее воспоминания, – выдохнула я и расплакалась.

– Вот как…

Вслед за спокойным голосом вокруг тут же заклубилась чужая сила. Она плотным коконом окутала мое тело, постепенно впитываясь в кожу. Облегчение наступило почти мгновенно. Магия не убрала чувства, нет, но превратила бурную реку в маленький ручеек, с которым было намного проще справиться.

Откинувшись на подушки, я некоторое время лежала без движения, приходя в себя и стараясь собрать мысли. Отголосок пережитого все еще гулял в сознании, эхом напоминая о прошлом и обещая столь же безрадостное будущее.

– Лучше?

– Да. Спасибо тебе.

– Боюсь, простым спасибо тут не обойтись. Тенья…

– Нам надо серьезно поговорить? – хмыкнула я, припоминая когда-то сказанное.

– Именно, – подтвердил Кощей, нависнув надо мной. – Рассказывай.

– Мне нечего сказать сверх того, что ты и так знаешь.

– После недавних событий мне начинает казаться, что я вообще тебя не знаю.

– Это и к лучшему.

– Позволь, я сам решу. А ты мне пока расскажешь, что именно с тобой происходит и как в этом замешан отец.

– Ты не отступишь, да?

– Уж тебе ли не знать ответ, – чуть улыбнувшись, отозвался царевич, а затем прислушался к чему-то. – У нас гости.

Я хотела было уточнить, кто именно пожаловал, но не смогла. Костя наклонился еще ниже, внимательно вглядываясь в глаза и согревая дыханием губы. Эта близость неожиданно заставила смутиться, окрашивая щеки румянцем.

– Что же ты от меня скрываешь, мое сладкое наваждение?

– Ты себе даже не представляешь, сколько тайн я храню.

– Расскажешь?

– Ни за что.

– Сопротивляешься? Что ж, тогда придется применить пытки.

– И какие же?

– Например – такие.

С этими словами мужские губы накрыли мои, прикасаясь невероятно нежно, давая возможность отстраниться. В любой другой ситуации я бы непременно его оттолкнула, но недавние воспоминания и оставшаяся после них горечь требовали отвлечься. И поцелуй прекрасно в этом помогал, постепенно увлекая, прогоняя прочь все мысли.

– Видишь, это совсем не страшно, – чуть отстранившись, произнес Константин.

– Тогда какая это пытка? – хмыкнула я и отвела глаза в сторону. – Нас еще подслушивают?

– Нет, тетя Матрена ушла. Кстати, слишком уж она наслышана о новостях Сказочного мира.

– Я заметила. И вот мне интересно, кем именно эта старушка приходится князю.

– Кем-то явно близким, ее мнению доверяют. Если князь будет спрашивать про твои приступы, скажем, что это остаточная реакция организма после магического истощения.

– Сказать мы можем многое, другое дело, что они будут нас проверять. Уже проверяют.

– Справимся. – Большим пальцем Костя нежно обвел мои губы. – Теперь вернемся к нашему разговору. Я хочу знать, почему на тебя было наложено блокирующее заклинание.

– Чтобы заблокировать чувства? – невинно спросила я, улыбнувшись.

– Тенья, я серьезно.

– Я тоже. В моей жизни был сложный период, о котором я очень хотела забыть. Твой отец помог мне с этим, за что я безмерно ему благодарна.

– И ты верна ему только из-за этого?

– Не только, но это основная причина.

– А остальные?

– О них мы поговорим в другой раз. Сейчас я хочу отдохнуть, да и тебе не помешает.

– Договорились.

Избавившись от рубашки, Кощей лег лицом ко мне и стал рассматривать. Повернувшись на бок, я стала смотреть в ответ. Пыталась понять, как избавить его от этой странной привязанности, и не находила ответа. Слишком глубоко въелась эта зараза, оплетая его сердце и дурманя разум.

– О чем ты думаешь?

– О тебе, – честно призналась я. – Совсем скоро исполнится твоя заветная мечта – ты станешь полноправным властителем царства. И все изменится…

– На самом деле не изменится ничего. Отец давно отошел от дел, разве что иногда вставлял палки в колеса. Не без твоей помощи, стоит заметить, – усмехнулся Константин.

– Сам виноват, что не слушаешься старших. Я вмешивалась только в крайних случаях.

– Знаю. Скоро у тебя появится возможность вмешиваться все время.

– Не боишься давать мне такую власть?

– Нет.

– А стоило бы. Я ведь могу этим воспользоваться в своих целях.

– Можешь, и я не буду мешать.

– Костя, так нельзя! – возразила я, пытаясь сесть. – Ты – правитель. От тебя зависит благополучие всего народа, а эта слепая вера ставит его под удар.

– Не ставит. Ты не поставишь, потому что считаешь этих людей – своими. Ты знакома с каждым боярином, знаешь всех воинов, каждого в тайной канцелярии. Тенья, они уважают тебя и прислушиваются к твоим словам. Добиться такого может не каждый правитель, чего уж говорить о советнике.

– Это потому, что я была единственной, кто мог достучаться до твоего отца. Но ты – не он.

– Да, и прекрасно вижу сокровище, которое он упустил.

– Костя… Так нельзя. Рано или поздно ты найдешь свою судьбу и поймешь, что твоя детская влюбленность всего лишь искра по сравнению с настоящим пожаром любви.

– Может, и так. А может, однажды я смогу раздуть из этой искры пламя, которое ты разделишь со мной. Спи, мое сердце. Нам действительно стоит отдохнуть.

– Да, – не стала спорить я, поворачиваясь на другой бок и закрывая глаза.

Рано или поздно я смогу убедить Кощея забыть меня. Заставлю прогнать из своей жизни. Но прежде помогу обрести настоящее счастье. Ведь как бы я ни отрицала, а Константин был мне дорог…

***

– Просыпайся, соня, – раздался тихий голос над головой, следом за которым последовало нежное прикосновение к щеке.

Открыв глаза, я смерила сонным взглядом Костю, а затем посмотрела в окно, где светило яркое солнце.

– Который час?

– Десять утра. Предугадывая твой следующий вопрос – да, ты проспала весь прошлый день и ночь.

– Знатно меня приложило.

– Если бы ты изначально все объяснила, мы могли избежать этого.

– Ну, прости. Я не привыкла посвящать чужих людей в свои проблемы.

– Чужих, значит, – с грустью повторил царевич, помогая мне сесть на кровати и протягивая кружку с отваром.

– Костя, чего ты от меня хочешь?

– Хочу, чтобы ты выпила лекарство, а затем отправимся умываться. После этого позавтракаем и немного погуляем. Все.

– Замечательно, спасибо за подробный план. Только все эти действия я в состоянии проделать самостоятельно.

– Пожалуйста, делай. Я только проконтролирую.

– Царевич, в последнее время тебя слишком много в моей жизни.

–И это всего лишь начало.

– Смотрю, ты решил взяться за меня всерьез, – вздохнула я, вставая с кровати.

– Будешь сопротивляться?

– Зачем? Ведь бесполезное занятие. Мне проще не реагировать, как и всегда.

– А сможешь? – улыбнулся Кощей, а в следующее мгновение притянул к себе, целуя в уголок губ.

– Благодаря обновленному заклинанию – смогу.

– А без него? Если бы этого заклинания не было?

– Без него не было бы и меня. Слишком тяжело вспоминать прошлое.

– У каждого из нас свои призраки. Одни справляются с ними и отпускают, находя успокоение в каждом новом дне. Другие же до конца жизни проживают моменты боли, зацикливая на них свою беспомощность и обиду. Но и первым, и вторым нужна поддержка. Твердая опора, которая станет якорем в бушующем океане чувств и точкой возврата.

– И ты думаешь, что сможешь стать моей опорой?

– Я всегда ею был, просто ты отказывалась замечать. Пойдем, душа моя. Не будем заставлять нашу гостеприимную хозяйку ждать.

С ответом я не нашлась. Да и что сказать мужчине, который уже все для себя решил? К сожалению, в таких случаях мало слов. Нужны действия, но не спонтанные, построенные на сиюминутных эмоциях, а тщательно продуманные и выверенные.

– Идем, родная. Обдумывать коварный план побега можно и в ванне.

– С чего ты решил, что я думаю о побеге?

– Я знаю этот взгляд и догадываюсь, что за ним последует.

– Ты невыносим, – вздохнула я, качая головой.

– Знаю, – подхватив меня на руки, чуть улыбнулся царевич. – И ты одна из немногих, кого не пугает эта черта моего характера.

– Это потому, что мой – ничуть не лучше.

– Видишь, мы идеальная пара.

– Время покажет.

– Не перекладывай свои решения на высшие силы. Это только наш с тобой выбор.

– О каком выборе речь, если ты ставишь меня перед фактом?

– Это не факт, а маленькая помощь в принятии правильного решения. И хватит со мной пререкаться, женщина!

– Еще даже не начинала, царевич. Все самое интересное впереди.

– С нетерпением буду ждать, – улыбнулся Константин, а затем принялся воплощать утренний список дел в жизнь.

Когда мы вернулись в комнату, то меня ждал необычный подарок – платье. Красивое, насыщенного вишневого цвета с белой вышивкой на воротнике-стойке, рукавах и подоле. Грудь же украшали серебряные пуговицы-кнопки с затейливыми символами. К чудесному наряду прилагались мягкие коричневые туфли, а еще лента для волос, которая тут же оказалась в руках Кощея.

– Ну как? Не зачарована? – спросила я, остановившись у зеркала.

– Все в порядке. Тебе помочь одеться?

– Спасибо, конечно, но сегодня я справлюсь сама.

– Уверена? – приблизившись и нависая надо мной, уточнил мужчина.

– Вполне. Все-таки твой опыт больше по части раздевания, а не одевания.

– Я всегда открыт для новых знаний… – усмехнулся царевич, медленно наклоняясь.

– Умничка! Только давай ты будешь отрабатывать их на других?

– Зачем мне другие, когда есть ты?

– Костя! – возмущенно прервала я, а затем замерла, прислушиваясь к своим эмоциям. – Странно…

Обычно после применения заклинания блокировки мои чувства были заперты, позволяя держать разум чистым, незамутненным эмоциями. Сейчас же я отчетливо чувствовала раздражение с толикой нежности и тепла, но они не пугали, а скорее наоборот, делали картинку мира более четкой. И это непривычное состояние вызывало некий диссонанс.

– В чем дело?

– Константин, скажи, пожалуйста, а что случилось с заклинанием, блокирующим мои чувства?

– Оно развеялось под действием здешней магии и магической грозы.

– Тогда второй вопрос: какое заклинание ты на меня наложил?

– Схожее…

– Насколько схожее?

– Об этом ты узнаешь сама. Со временем.

– Стукнуть бы тебя, так обвинят в покушении на наследника.

– Не обвинят. Ты входишь в круг лиц, имеющих доступ к царственному телу…

– Кощей! – возмутилась я и все-таки оттолкнула от себя этого наглого типа с чересчур игривым настроением. – Кто собирался завтракать и гулять?

– Одно другому не мешает, но так и быть, в этот раз я уступлю.

Сделав пару глубоких вдохов чтобы успокоиться, я взяла платье и ушла в ванную. Ради разнообразия – одна. Оделась, заплела косу и вышла обратно к ожидающему меня царевичу.

– Ну что, дорогая супруга, готова к прогулке по городу? – Я поймала на себе его восхищенный взгляд.

– Готова, но не уверена, что это хорошая идея.

– Ты ведь понимаешь, что наше затворничество будет выглядеть подозрительно?

– Понимаю, и именно поэтому не возражаю.

– Просто идеальная жена!

– К сожалению, не могу сказать о вас то же самое, дорогой муж.

– Обещаю исправиться, – улыбнулся Костя, беря меня за руку.

На кухне нас уже ждала тетя Матрена и гора пирожков, манящих золотой корочкой и дурманящим запахом сдобы. Поздоровавшись с хозяйкой, мы принялись за еду и обсуждения. В частности, Кощей выспрашивал, какие места стоит посетить и на что полюбоваться в граде. Получив наставления от хозяйки, мы отправились на осмотр окрестностей. И первым пунктом значилась белка с золотыми орехами.

Архитектура города поражала своей простотой, но в то же время было в окружающих домах нечто особенное. Возможно, тому виной диковинная роспись: причудливым образом перемежающиеся животные, растения и виденные мною ранее символы. Может – маленькие палисадники, разбитые напротив каждого дома и радующие глаз яркими цветами. Я даже не исключала вероятность влияния магии, абсолютно незнакомой, но при этом такой заманчивой, со странным привкусом силы.

Люди здесь тоже были особенные. Приветливые и улыбчивые, не ведающие ужасов войны или нападения тварей Хаоса, постепенно вытягивающих из Сказочного мира энергию и жизнь. Местные не ведали, что такое горе многих поколений, каково в одночасье лишиться родных и любимых. А я была одной из тех, кто потерял все…

– О чем ты думаешь, душа моя?

– О своем прошлом, – честно призналась я и приготовилась к боли, которая неизменно сопровождала мои воспоминания, но ее не последовало.

– Ты когда-нибудь пробовала отпустить его? Пыталась забыть и попробовать жить дальше?

– Нет, потому что не хочу забывать. Не желаю прощаться с теми, кто был моей жизнью.

– Вот именно – был. А спустя столько времени превратился в призрак, который разъедает тебя изнутри.

– Не разъедает… Напоминает об ошибке, которую я когда-то совершила, избрав не тот путь. И предостерегает от повторения…

– И оно того стоит? Твоя боль стоит этих воспоминаний?

– Они – это все, что у меня осталось.

– Не правда. У тебя есть целый мир, который я готов положить к твоим ногам.

–Только он мне не нужен…

Остановившись, Константин повернул меня к себе лицом и стал внимательно вглядываться в глаза.

– А что тебе нужно? Чего ты хочешь?

– Помочь твоему отцу избавиться от недуга, который его снедает. Помочь тебе стать царем. Помочь…

– Тенья, это желания разума, а я хочу знать, чего желает твое сердце?

– Покоя, – с легкой улыбкой отозвалась я.

– Не дождешься, – отрицательно качнул головой Костя и неожиданно прижал меня к себе, целуя в губы.

В этом поцелуе было все – и страх потери, и безграничная нежность, которая не находила выхода. Но главное, в ней были отголоски тех чувств, что я уже когда-то испытывала.

– Я не отпущу тебя, мое наваждение. Последую даже за Грань, если потребуется. Прячься от меня – я найду. Убегай – я догоню. Отталкивай – я все равно буду рядом.

– Почему?

– Потому что люблю.

Вздрогнув от этих слов, я сделала шаг назад. Царевич не мешал, позволяя отстраниться, но не более. Он действительно не собирался меня отпускать, и это пугало. И не потому, что Константин пытался ограничить мою свободу, к этому я как раз привыкла. Меня испугала его решимость. Раньше он пытался за мной ухаживать, но, наталкиваясь на стену отчужденности, уступал, позволяя мне ускользнуть. Теперь же что-то неуловимо поменялось. Что-то заставило его изменить тактику и пойти напролом. И мне очень интересно было знать, что же послужило причиной.

– Вот это любовь! – раздался неподалеку завистливый девичий голос, следом за которым последовало несколько протяжных вздохов.

Они-то и вернули меня в реальность, заставляя взять себя в руки и вспомнить, где и зачем мы находимся. А разобраться с многочисленными мыслями можно будет позже, когда я останусь одна.

Взяв Кощея под руку, я повела его дальше. Мы то и дело ловили на себе любопытные взгляды, что лишний раз напоминало нам о том, как редко бывают гости на острове Буяне. Улица постепенно расширялась, обрастая лавками и наполняясь людьми. В какой-то момент мы вышли на площадь. Народ был повсюду: толпился у многочисленных палаток, спорил у аршинных весов, закусывал пирожками, купленными у лоточников. Над всем этим гомоном тонкой струйкой текла нежная мелодия, и журчал девичий голосок.

– Кажется нам туда, – улыбнулась я, кивая в сторону необычной ели, которая неизвестно как оказалась посреди площади.

– Идем.

Крепко взяв меня за руку, Константин повел за собой, стремительно шагая сквозь толпу. Люди расступались перед ним, даже не думая возмущаться, инстинктивно чувствуя и признавая его силу. И так было всегда. Окружающие ощущали его мощь, но она заключалась вовсе не в магии, а в несгибаемом характере.

– Пришли, – долетел до меня голос царевича.

Я вышла из-за спины Константина и оказалась прямо перед елью, возле которой высился хрустальный терем. Внутри него, на площадке среди кадок сидела маленькая рыжая белка и грызла орешки, отделяя драгоценные ядра от золотых скорлупок. Происходило это под веселую песенку, от которой народ то и дело начинал приплясывать.

– Интересная магия, – тихо произнесла я, не отрывая взгляда от кадки с орехами: сколько бы белочка ни брала оттуда, содержимое нисколько не уменьшалось. – Как думаешь, какое заклинание использовал создатель этих орешков?

– Либо пространственное, либо заклинание раздвоения предметов.

– Я тоже о них подумала, но в первом случае любопытно, откуда она берет эти орешки в таком количестве, а во втором – почему при множественном раздвоении изначального предмета последующие не утратили своих свойств?

– Волшебство, – хмыкнул Константин, целуя меня в макушку и крепко обнимая.

Не знаю, сколько мы так простояли, но в какой-то момент нас отвлекла яркая вспышка, следом за которой раздался раскатистый гром. Он прозвучал неожиданно и довольно близко, заставляя меня вздрогнуть и прижаться к царевичу. После грома мир озарила новая вспышка, а затем еще одна и еще. Магическая гроза подкралась неожиданно, застав врасплох окружающих.

– Кость, гроза…

– Не бойся. Над городом стоит щит, который поглощает магические импульсы и не дает навредить людям. Максимум, что нам грозит – намокнуть под дождем.

– И все же я бы предпочла не рисковать. Вернемся домой?

– Как скажешь.

Только как бы мы ни спешили, гроза оказалась гораздо проворнее. Она застала нас на полпути, сначала обдав порывами холодного воздуха с горьким привкусом моря, а затем крупными каплями дождя. Они стучали по крышам, по быстро закрывающимся окнам, по оставленным ведрам. Очередные вспышки молний и раскаты сменились шелестом дождя, который накрыл нас сплошной стеной.

Весь мир пропал, отгородившись размытой серой пеленой, единственной защитой от которой оказался камзол царевича, накинутый на меня. Мне одной прятаться под камзолом не хотелось, поэтому я растянула промокшую ткань на двоих.

Повернувшись ко мне лицом, Константин медленно перевел взгляд с глаз на губы, а затем обратно, пытаясь что-то рассмотреть в вишневой глубине. Что именно, я, увы, не знала. Мой порыв был спонтанным и не имел никакого объяснения.

По крайней мере, для меня. Кощей же разглядел в этом жесте нечто иное, более глубокое. Взгляд его говорил больше любых слов, и от него мне сделалось страшно. Потому что в самом центре моего холодного сердца неожиданно появился отголосок. Эхо чувств, которые когда-то назывались симпатией. Хотя нет… Эта эмоция имела совершенно другой вкус.

Меня влекло к мужчине, что сейчас стоял напротив, согревая дыханием губы. Я любовалась пусть и не идеальным, но невероятно обаятельным магом, ощущая потребность… Прикоснуться? Убрать с лица мокрые пряди и пройтись пальцами по соболиным бровям? Или снова почувствовать вкус его поцелуя, который дурманил разум?

– О чем ты думаешь, душа моя? – задал любимый вопрос царевич.

– О тебе. Силюсь понять, что ты сделал со мной, и не нахожу ответа.

– Что тебя пугает?

– Ты и та власть, что у тебя появилась.

– Ты сама согласилась стать моей.

– Да, но это другое… Я согласилась пойти к тебе в услужение, обменяв тело и разум. Тебе же оказалось этого мало.

– Мало, – согласно кивнул Константин, очерчивая большим пальцем контур моих губ. – Я хочу, чтобы ты принадлежала мне полностью: и телом, и душой, и сердцем.

– И для этого ты применил ко мне магию?

– Для этого я блокировал магию, которая мешала тебе быть собой.

– Костя… – выдохнула я, пытаясь подобрать слова, чтобы переубедить. Вернуть все, как было.

– Не спеши осуждать меня, Тенья. Все, что я делал и делаю – для тебя.

– Для меня ли? – немного грустно улыбнулась я и вздрогнула от раската грома. – Пойдем.

– Нет, бежим. Это только начало грозы. Дальше будет хуже, – и Константин поспешил вперед.

Не знаю, как он ориентировался, но через десять минут мы оказались у порога дома. В отведенную нам комнату пришлось добираться аккуратно, чтобы не залить стекающей водой половики. Только в ванной комнате я смогла перевести дыхание и задуматься – как снять с себя мокрую одежду. Платье плотно облепило тело, пальцы не слушались.

– Помочь? – с улыбкой глядя на мои потуги, спросил Кощей.

– Помоги, – кивнула я, подойдя ближе.

Все, что мне удалось сделать, это расстегнуть передние кнопки, открывая вид на нижнюю рубашку. Прикоснувшись пальцами к полам платья, Константин просунул руки под них, и заскользил от груди к плечам, медленно спуская мокрую ткань. При этом царевичу пришлось приблизиться, практически прижаться ко мне. Вымокла я насквозь, и белая ткань от воды стала слегка прозрачной, что не укрылось от пылкого взора царевича. Остановившись, он тяжело выдохнул, а затем прикрыл глаза.

– В чем дело?

– Кажется, я переоценил свои силы.

– О чем ты?

– О том влиянии, что ты на меня оказываешь. И о своих желаниях, которые приходится сдерживать.

– Ты сам мучаешь нас обоих. Мог бы просто отпустить меня…

– Не мог, – покачал головой Кощей, наклоняясь к моему лицу. – Никогда не смогу.

«Придется!» – подумала я про себя, в то время как губы были заняты другим – бесполезным, но таким приятным занятием.

Глава 8

– Куда пойдем?

– Предлагаю прогуляться к морю.

– Я не против, только…

– Что?

– Кушать хочется, – смущенно призналась я.

– Меня радует твой аппетит, – улыбнулся Константин, поглаживая мою ладонь.

– Он есть всегда… Другое дело, что не всегда хватало времени и сил его удовлетворить. – Сказала, и тут же пожалела об этом. – Но меня все устраивает!

– Я учту, – кивнул царевич и непонятно, к какой части фразы это относилось.

Дальше мы шли молча, каждый думал о своем. Не знаю, какие мысли в голове Кости вызывали хмурую складочку между бровями, я же размышляла о своем поведении и той легкости, что пришла на место застарелой боли от потревоженных воспоминаний. С одной стороны это оказалось невероятным счастьем – сбросить груз прошлого и попробовать жить настоящим. Но с другой… Я не могла, не имела права забыть совершенные ошибки. А их на моем пути было очень много. Эта двойственность восприятия разъедала, мешая сосредоточиться на деле.

– Константин, когда мы приступим к поискам Источника?

– Мы в процессе.

– То есть?

– В первую очередь я решил проверить все волшебные места острова, среди которых был княжеский терем, ель с хрустальным домом, а теперь и берег моря, ближе всех подступающий к городской стене.

– То есть это не праздная прогулка по окрестностям?

– Скажем так, я совмещаю приятное с полезным. Нам сюда.

С этими словами царевич свернул к одной из построек, над которой висела вывеска «Веселая печка». Внутри было светло, несмотря на клонящееся к горизонту солнце. В центре зала стояла большая печка – белая, с изящным орнаментом по бокам и массивным дымоходом. Справа от нее стоял столик с пирогами и пирожками, а слева – самовар и кружки. По кругу от печки располагались столы со стульями, за которыми сидели посетители.

Приблизившись к столу с выпечкой, Костя вопросительно посмотрел на меня, предлагая сделать выбор. Вот зря он это! Пироги я любила, и очень. Особенно те, что готовила Скатерть-самобранка на поляне у девочек. Да и сами посиделки с долгими разговорами…

– Тенья?

– Прости, сейчас.

Выбрав пирог с мясом и несколько пирожков с ягодами, я положила их на тарелку и передала царевичу. Сама же взяла чай, от которого шел потрясающий аромат облепихи, и указала на столик поближе к окну.

– Расскажешь, что тебя опечалило? – спросил Кощей, когда мы устроились.

– Вспомнила Школу Сказок и девочек.

– Скучаешь по ним? Если захочешь, я организую вам встречу, когда вернемся.

– Не стоит, – невесело улыбнулась я, опуская голову. – Они даже не захотят со мной разговаривать.

– Пока не попробуешь – не узнаешь. Не грусти, душа моя. Все будет хорошо.

– Для кого-нибудь точно. Какие у нас планы? – решила я сменить тему.

– Для начала сходим на морской берег и полюбуемся на смену караула, а заодно проверим воду. Кто знает, может, источник находится на дне. Если нет, тогда придется обследовать пещеры. В любом случае, если верить моим людям, он должен располагаться именно в этой части острова.

– А что если Источник все же внутри терема?

– Не переживай, разберемся. Сейчас главное не привлекать к себе лишнее внимание.

– Считаешь, наши прогулки по берегу и пещерам не заинтересуют стражу?

– Заинтересуют, но… Мы с тобой молодожены, душа моя. Нам можно искать укромные уголки, чтобы побыть вдвоем.

Это было сказано так, что я невольно покраснела, опуская взгляд на скатерть. Знала, что Костя поддразнивает меня, специально вызывая эмоции, но ничего не могла с собой поделать. Из-за обновленного заклинания чувства брали верх над разумом, заставляя вести себя импульсивно.

– Мне нравится, как ты краснеешь.

– Поэтому ты все время говоришь и делаешь возмутительные вещи?

– Например?

– Например, в ванной, когда помогал снять платье.

– Но помог ведь.

С этим было трудно поспорить. Он действительно стянул с меня мокрое платье, а затем принялся за рубашку. При этом не прекращая поцелуя и ласк, от которых кружилась голова, а тело наливалось тяжестью. Он сводил меня с ума до тех пор, пока ванна не наполнилась водой. Смотреть, как я буду отогреваться, царевич не стал, скрывшись в неизвестном направлении. Чему я только порадовалась – слишком уж бурно реагировала на прикосновения, слишком сладкими казались поцелуи.

Вернувшись спустя полчаса, Костя вытащил сонную меня из воды и отнес на постель, позволяя отдохнуть. Когда я проснулась, гроза уже прошла, не оставив и следа. На улице вовсю светило солнце и слышались веселые голоса.

– Совести у тебя нет, – выдохнула я, снова заливаясь краской от воспоминаний.

– Ни капельки, – подтвердил бессовестный царевич и улыбнулся так, что мне сделалось жарко.

После перекуса мы действительно отправились на морской берег. Край солнца уже коснулся воды, словно растворяясь в ней и делясь красными красками с темной пучиной. Небо тоже не осталось в стороне, позаимствовав у светила розовые росчерки. На фоне великолепного заката из пенных шапок медленно выходили богатыри, которые казались призрачным видением. Ожившей сказкой, о которой я столько раз слышала. Прав был Батька, в каждой сказке есть доля были!

– Невероятно… – выдохнула я, греясь в объятиях Кощея.

– Согласен, весьма интригующее зрелище.

– Думаешь, Источник на дне морском?

– Предполагаю. В противном случае даже не знаю, что богатыри там делают.

– Возможно, они дети Золотой рыбки, как Злата? Тогда можно объяснить и их кольчугу, похожую на чешую, и привязанность к морю.

– Не исключаю и этого варианта, но тогда становится любопытно, как они оказались на службе у Гвидона.

– Знаешь, я слышала несколько легенд. Одну рассказывала детям на поляне, она была самая приемлемая. А остальные… Слишком уж они нереальные.

– Расскажешь? У нас как раз есть время до захода солнца.

– Расскажу, только не смейся. Так вот, по одной из них, отец Гвидона – царь Салтан – женился на девушке, которая пообещала родить ему не одного богатыря, а тридцать три. Не спрашивай, как, это все народная молва! В указанный срок она действительно родила тридцать три мальчика, а тридцать четвертым, как чудо, был Гвидон. Поговаривали, что у него ножки были в серебре, ручки по локоть в золоте, а во лбу горела звезда. Народ испугался его, поэтому мать и малыша закрыли в бочке и выкинули в море. Что было дальше, ты знаешь.

– Любопытная версия. Ты только самому Гвидону о ней не рассказывай.

– Костя, я же просила не смеяться!

– И в мыслях не было, – с явной улыбкой в голосе произнес царевич, целуя меня в макушку. – Я серьезен, как никогда, и жажду услышать вторую историю.

– По второй легенде тридцать три богатыря – это войско богов материального мира – Яви, предводителем у которых является Перун. Одиннадцать богатырей – защитники земли, еще одиннадцать – неба, и последние – вод.

– Знаешь, а этот вариант не лишен логики. Но, как бы там ни было, море нам стоит проверить. И сейчас как раз подходящее время.

Солнце действительно село, оставляя после себя розовую дымку, да отблески пока еще редких звезд. Золотая стража тоже покинула берег, скрывшись в густых зарослях леса. Выждав на всякий случай еще несколько минут, мы спустились к воде и замерли. Вернее, это я замерла, не зная, что делать. А вот Кощей принялся раздеваться, избавившись вначале от камзола, а затем от рубашки и сапог.

– Собираешься нырять в платье?

– Честно говоря, вообще не собиралась. Я думала, достаточно будет проверить воду на содержание магии.

– Недостаточно. Ты находишься на Живом Острове, который одним своим существованием уже меняет фон местности. Плюс магическая гроза. Нет, чтобы найти Источник, придется нырять.

– А ты не мог предупредить об этом раньше?

– От этого что-то изменилось бы? Тенья, если ты не хочешь, можешь подождать меня на берегу.

– Ты ведь знаешь, что от моего желания ничего не зависит?

– Зависит, душа моя. Ты можешь дождаться здесь, а можешь отправиться вместе со мной. В договоре четко прописано – Источник должен искать я. Ты всего лишь наблюдатель.

– Нет, там была другая формулировка.

– Изначально – другая, а потом стала такой.

– Константин, ты… ты… – слов у меня не нашлось. – И что еще ты поменял в договоре?

– Давай обсудим это позже, когда окажемся дома, в постели.

Как-то оно двусмысленно прозвучало…

– Кощей, одним словом! – все же нашла определение я и принялась стягивать платье.

– У меня были хорошие учителя.

А вот это был камень в мой огород, но я его проигнорировала, воюя с застежками. Царевич порывался помочь, но памятуя о предыдущей «помощи», я стойко отказалась. Справившись, аккуратно сложила платье на траве и прошлась по песчаному берегу, наслаждаясь ощущениями. Вода оказалась теплой, и волны будто оглаживали. Костя шел рядом, то и дело бросая в мою сторону довольные взгляды и заставляя нервничать.

Оказавшись по пояс в воде, царевич протянул мне небольшую бусину-артефакт. Раздавив ее, я почувствовала, как по телу заструилась магия, окутывая его невидимым защитным коконом. Дождавшись, пока она покроет меня с головы до ног, я бросила на Костю быстрый взгляд, создала светлячок и нырнула.

Маленький шар света плыл впереди, освещая толщу воды и привлекая рыбешек. Они подплывали к светлячку, с любопытством рассматривая маленькое чудо, но завидев меня, тут же разлетались, скрываясь в темноте.

Запустив еще с десяток светлячков, я разослала их в разные стороны и принялась осматриваться. Невдалеке, почти возле скал, на дне лежали раковины с черными жемчужинами, слегка поблескивая в свете огней. Еще дальше от берега плавала большая рыба с зеленой чешуей и желтым гребнем, которая подозрительно косилась в нашу сторону, но подплывать пока не спешила.

Морские обитатели… Живность и разнообразные водоросли. Но ничего похожего на источник я так и не заметила. Разве что…

Подплыв к Кощею, я тронула его за руку и указала вперед, туда, где на дне светилось нечто большое и очень странное. Кивнув, мужчина поплыл вперед, рассекая воду сильными гребками. Я отправилась за ним следом, не сводя взгляда с источника свечения. Чем ближе мы подплывали, тем быстрее стучало сердце. И вовсе не от страха, нет. От красоты, которую я никак не ожидала увидеть.

Это был поселок. Прозрачный купол, отливающий перламутром, накрывал несколько десятков домов, расположенных на песчаном дне. Он же служил источником мягкого желтого света. По дорожкам, вымощенным розовым камнем, бегали дети, распугивая свободно разгуливающих курей. Неподалеку, на деревянной скамейке развалился рыжий кот и лениво щурился. На лавочке возле одного из домов сидели женщины и наблюдали за детьми, а другие занимались своими делами в разных концах поселка.

Погасив огоньки, я некоторое время рассматривала жителей – внешне не отличимых от обычных людей, а затем вопросительно посмотрела на Константина. Кивнув мне, он прикрыл глаза, раскинул руки в стороны и завис, принявшись сканировать окружающее пространство. Магия медленно, даже лениво расползалась в стороны, что подтверждало слова Кощея о воздействии острова и грозы на воду.

Пока маг был занят делом, я продолжила рассматривать поселение. Не думала, что кто-то добровольно может уйти на дно, чтобы жить там. Одно дело, если твоя стихия – вода или ты принадлежишь к древнему роду Морских. И совсем другое, когда обычные люди уходят, чтобы жить со своими любимыми. В том, что это были семьи богатырей, я даже не сомневалась.

Почувствовав прикосновение к своей руке, резко обернулась и оказалась нос к носу с Константином. Придержав меня, он отрицательно качнул головой и указал в обратном направлении, намекая, что нам пора.

Бросив прощальный взгляд на укрытые куполом дома, я поплыла рядом с царевичем, который был подозрительно задумчив. Когда над головой показалась искаженная водной толщей луна, Костя придержал меня за руку. Указав в сторону берега, он жестами объяснил, что там кто-то есть и необходимо снять нашу магическую защиту. Согласно кивнув, я сделала глубокий вдох, а затем почувствовала, как вода обволакивает тело. Дождавшись полного истощения кокона, я в один рывок вынырнула на поверхность, бросая на берег быстрый взгляд. Кощей вынырнул с опозданием в несколько секунд, тут же прижимая меня к себе и впиваясь в губы поцелуем. Значит, пришло время отыгрывать легенду о молодоженах.

– Ушли? – прошептала я некоторое время спустя, когда получила возможность дышать.

– Да, – тихо произнес Костя, легко поцеловав в уголок губ. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Вполне. А что такое?

– Непривычно видеть румянец на твоих щеках, – улыбнулся этот бессовестный искуситель и снова чмокнул, только на этот раз в нос.

– Это не румянец! Просто… подскочило давление от резкого подъема на поверхность!

– Давление, так давление, – усмехнулся Кощей и медленно поплыл в сторону берега.

– Именно оно! И вообще, ночь на дворе! Как ты разглядел… – и сама оборвала себя на полуслове, решив сменить тему. – Ну что? Что ты почувствовал на дне?

– Это не Источник, но магия довольно сильная и древняя. Скорее всего, подводный город тоже создал остров.

– Как думаешь, он знает, зачем мы здесь?

– С Живой Землей я сталкивался всего один раз, поэтому мне сложно судить об уровне ее интеллекта. Но вполне возможно, что Буян в курсе и наблюдает за нами.

– Пока препятствий с его стороны не было.

– Это потому, что мы ничего не предпринимаем. Гуляем, смотрим и только.

– Тоже верно, – вздохнула я, выходя на берег. – Что теперь?

– Придется снова проверить терем.

– Константин, а что если поговорить с Гвидоном на чистоту? Попробовать договориться?

– Я думал об этом, но к решению так и не пришел. Князь весьма отрицательно относится к темным магам, а уж к семейству Кощеев и подавно.

– Согласна, но что если с ним буду говорить я?

– От лица отца?

– Нет, от своего.

– А можно с этого места немного подробнее? – подойдя ближе, попросил царевич.

– Твой отец не просто так приблизил меня к себе, хотя ты это и так знаешь. Я обладаю весьма ценными знаниями, часть из которых вполне можно обменять на одно посещение Источника.

– Ты уверена, что он заинтересуется?

– Не-а, но другого выбора нет. Если стража поймает нас, договориться будет значительно труднее.

– Согласен. Тогда – завтра?

– Да, а пока, если ты не против, давай еще поплаваем?

– Как пожелаешь, душа моя.

Вдоволь наплававшись, мы вернулись домой далеко за полночь. И, пожалуй, это был один из самых лучших вечеров за очень-очень долгое время, который обязательно останется в моем сердце.

***

– Вы записаны? – спросил секретарь, поглядывая на нас из-за стопки бумаг.

– Нет, мы хотели попрощаться. Разве для этого запись нужна? – растерянно произнесла я и посмотрела на «мужа».

– Попрощаться? – недоуменно переспросил секретарь.

– Ну да. Мы с женой попали на остров случайно, из-за магической грозы. Теперь решили попробовать вернуться обратно домой, но прежде хотели попрощаться с князем. Но если для этого нужна запись…

Задумчиво погладив бороду, секретарь пробормотал себе под нос что-то неразборчивое, а затем попросил нас немного подождать и скрылся в кабинете.

– Интересно, получится?

– Уверен, – хмыкнул царевич, а затем погладил меня по руке. – Не переживай, все будет хорошо.

Я кивнула, хотя совсем не чувствовала уверенности. Да и секретарь что-то задерживался. Только несколько минут спустя он выглянул из кабинета князя и, поклонившись нам, пригласил пройти внутрь.

– А я все думал, когда же вы придете, – усмехнулся Гвидон, откидываясь на спинку кресла. – Ну, присаживайтесь, гости дорогие, в ногах правды нет. А она нам с вами ой как понадобится, не так ли?

– Истинно так, – подтвердил Кощей, внимательно глядя на мужчину. – И для начала, наверное, стоит представиться.

– О том, кто вы, мне было известно сразу. Трудно не узнать Кощея-младшего – слишком уж похож на отца.

– Прошу простить меня за обман, князь, – чуть склонив голову, извинился царевич.

– Прощаю и зла не держу. Мне любопытно, как вы на самом деле оказались на острове и для чего? На этот раз, надеюсь, вы ответите честно.

– На Буян мы попали через стационарный портал. Благодаря магической грозе определить его положение было нетрудно. А пришли мы в поисках Источника вечной молодости.

– Любопытно… А с чего вы решили, что Источник находится у меня на острове?

– Моим людям удалось найти несколько свитков, в которых фигурировало твое имя, князь.

– Что же, отвечу честностью на честность – на Буяне действительно есть источник, который помогает вернуть силу телу и излечить душу. Но с чего вы взяли, что я пущу вас к нему?

– Мы хотим предложить вам сделку, – подала голос я, привлекая к себе внимание.

– И что же мне может предложить жрица Проклятых?

– Знания, – чуть улыбнулась я, нисколько не удивленная осведомленностью хозяина здешних земель.

– Сомневаюсь, что ты обладаешь теми сведениями, что мне нужны.

– Поверьте, обладаю. И знаю, как вам помочь. Ведь для любого мужчины, особенно правителя нет большей радости, чем рождение наследника…

Гвидон улыбнулся. Медленно, понимающе. Без веры в мои силы, но с надеждой, которая зажглась в глазах. Отсутствие детей было его самой большой слабостью, которую он тщательно скрывал. О ней я узнала совершенно случайно, даже, скорее, догадалась и решила воспользоваться, не особо веря в успех, но удача была на нашей стороне, позволяя начать переговоры.

– Неужели Кощей-старший совсем плох, раз рискнул просить помощи у меня?

– Он не знает, где мы. Но вы правы, мы искали Источник для царя, – кивнула я, внимательно глядя на правителя. – Что вы скажете? Согласитесь заключить сделку с темными?

– С темными бы не рискнул, а с тобой, девочка, заключу. Не удивляйся так, это не мое желание. Так хочет Остров.

Этот ответ поразил, вызывая желание узнать причины согласия Буяна, но я сдержалась. Сейчас было важно закрепить наш договор, а все подробности можно выведать позже. Вопросительно посмотрев на Константина и получив его одобрение, я протянула руку Гвидону и вместе с ним начала повторять слова заклинания, которое должно было скрепить нашу договоренность. После того как отзвучало последнее слово, на наших руках появилась красная вязь, которая исчезнет после выполнения сторонами условий. Свою часть князь, судя по всему, вознамерился исполнить в ближайшее время.

– Вечером мои люди откроют портал. Вы приведете Кощея, после чего мы все вместе спустимся к Источнику.

– А мне для подготовки обряда понадобятся некоторые травы и ваше с супругой присутствие.

– И что – никакого жертвоприношения и привязки к полнолунию?

– Это древняя магия, которой не нужны условия. Она рядом с нами, в нас самих. Ее нужно лишь пробудить.

– Напиши список, что тебе нужно. В течение часа я все раздобуду.

Кивнув, я приняла из рук Гвидона перо и бумагу и принялась писать составляющие. На самом деле они нужны были мне, чтобы сварить усиливающее зелье, которое поможет создать и поддерживать нужное заклинание.

Как и обещал князь, уже через час мне выделили комнату во дворце, куда принесли все необходимое. Пожелав самой себе удачи, я приступила к приготовлениям, стараясь не отвлекаться на Кощея, который сидел в углу и внимательно следил за моими действиями. Контролировал, не желая даже на минуту оставить одну.

Это немного раздражало, мешая сосредоточиться на деле, но мне была приятна забота царевича, которую он демонстрировал во всем. И эти теплые чувства пугали все больше, заставляя сомневаться в собственных решениях.

– Готово, – спустя три часа кропотливой работы выдохнула я, глядя на серебряную жидкость в кружке. – Можно начинать. Кость, тебе придется самому привести отца.

– Сходим вместе. Я не оставлю тебя одну на острове.

– После обряда я буду обессилена и могу стать обузой.

– Значит, сдвинем наши планы.

– Кость…

– Тенья, я все сказал. Одна ты здесь не останешься.

– Тиран, – пробурчала я, покидая комнату и следуя за слугой в покои князя.

Стоило переступить порог, как я уставилась в пол и отпустила свою магию, настраиваясь на присутствующих здесь женщину и мужчину. Вернее, мужчин, потому что царевич снова не пожелал оставлять меня без своего присмотра.

– Кощей, тебе нельзя здесь быть.

– Почему?

– Потому что все происходящее будет не для лишних глаз.

– Тогда я просто отвернусь, – хмыкнул царевич, вызывая у меня желание сказать несколько крепких словечек. Но я сдержалась, не желая спорить.

– Что от нас требуется? – спросил подошедший князь, рядом с которым я чувствовала мощную женскую энергетику, но глаз так и не подняла.

– Исполнить супружеский долг. Именно во время него я проведу обряд, который поможет зачать наследника.

Пока присутствующие обдумывали услышанное, я медленно потягивала напиток, из-за которого ослабевали магические барьеры собственного тела, чтобы через него было проще пропускать энергетические потоки и направлять их. Процесс был тяжелым и имел не самые приятные последствия, но в сложившейся ситуации без него никак не обойтись.

– Так тому и быть, – ответил князь и пошел вперед, вынуждая следовать за ним. Миновав двери спальни, я попыталась закрыть их, чтобы не пропускать Константина, но он со смешком отодвинул меня в сторону.

– Кость, что ты делаешь?

– Кажется, мы уже обсудили этот вопрос.

– Мне надо сосредоточиться, а ты мешаешь!

– Поверь, я наоборот стараюсь помочь! И для этого сейчас накину на влюбленных полог невидимости и тишины.

– И тем самым собьешь мне все настройки. Ну уж нет! Если смущаешься, просто подожди за дверью!

– Смущаюсь, значит, – с явной улыбкой в голосе произнес мужчина, а затем стал передо мной, загораживая вид на кровать.

– Я и так не собиралась смотреть, – вздохнула я, уже понимая, что просить или требовать что-либо бесполезно. – Ладно, боги с тобой. Делай, что хочешь, только не вмешивайся.

Царевич не ответил, а я закрыла глаза, погружаясь в магические потоки, которые окутывали все пространство. На энергетическом уровне мир выглядел совершенно иначе, более ярко и красочно, но описать это словами было невозможно. Пожалуй, единственным человеком, который мог разделить мой восторг, была Яника.

Ее дар позволял видеть все это, не прибегая к дополнительным заклинаниям и отварам. Она сама по себе являлась источником силы, которая только-только начинала просыпаться, в дальнейшем обещая девушке великую судьбу. Но это будет в будущем, а здесь и сейчас я медленно перебирала нити князя и его жены, сплетая их воедино и наполняя магией. Вслушивалась в их неровное дыхание и ждала момента, чтобы зажечь огонек новой жизни.

Именно за этот обряд мы и были прокляты богами, когда-то посмев посягнуть на их силу. За это мой род постепенно вырождался, пока не осталась последняя жрица – та, что должна была умереть еще двадцать лет назад, но… Никто не принял мою душу, заставляя жить и день за днем переживать самую большую боль. Боль потери…

Задумавшись о своем, я чуть не пропустила нужный момент. Но легкое прикосновение Константина вернуло меня в реальность, позволяя исполнить свою часть уговора и подарить правящей чете наследника, о котором они так долго мечтали.

С последним довольным стоном женщины я начала медленно оседать на пол, не в силах устоять на ногах. Силы ушли, оставив после себя полное опустошение и… благодарность. Нежность к человеку, который подхватил меня на руки и вынес из чужой спальни, бережно прижимая к себе и шепча ласковые слова.

Расслабившись, я не обратила внимания, куда меня несут, только почувствовала, когда уложили на кровать. Константин расположился рядом, и я доверчиво прижалась к нему, наслаждаясь теплом и силой.

– Все-таки за отцом тебе придется идти самому, – прошептала я, не в силах даже открыть глаза.

– Отдыхай, душа моя. Думаю, Гвидон даст нам отсрочку и позволит погостить на острове лишний день.

– Нет, больше нельзя откладывать. Твой отец мучается, а я этого не хочу. Царевич, пожалуйста…

– А я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. И не надо на меня так смотреть, не подействует.

– А если так? – тихо спросила я и, притянув голову царевича ближе к себе, поцеловала.

Легкое прикосновение к губам и ничего более, но тело мужчины тут же напряглось, отзываясь на столь невинную ласку дрожью. Немного отстранившись, я погладила его по лицу, а затем снова заглянула в зеленые глаза.

– Вот теперь тем более не оставлю, – хмыкнул он, крепко обнимая и устраивая голову на моей макушке. – Ты – мое сокровище, а для Кощеев нет ничего важнее этого.

– Именно для того, чтобы я окончательно стала твоей, тебе необходимо выполнить свою часть договора с хозяином. Как только он искупается в Источнике, к тебе перейдет и царство, и я. Разве оно того не стоит?

– Не стоит.

– Костя, почему ты не хочешь оставлять меня одну? Ты что-то знаешь, чего не знаю я? – судя по многозначительному молчанию, я попала в точку. – Ко-о-ость, в чем дело?

– В острове. Я чувствую, что он не просто так дал свое разрешение. Ему что-то нужно и именно от тебя.

– Если это действительно так, то его ничто не остановит. Здесь все живет и дышит по его законам, и мы в данном случае бессильны. Не накручивай себя и не переживай понапрасну. Чему быть, того не миновать.

– Я бы поспорил с этим утверждением, но не с тобой и не сейчас. Закрывай глаза и отдыхай, мое сердце. Все будет хорошо.

– И в кого ты такой непробиваемый?

– У меня были хорошие учителя, – со смешком в голосе ответил Кощей, явно намекая на меня. Ну и пожалуйста, на правду ведь не обижаются.

Улыбнувшись, я прикрыла глаза и расслабилась, позволяя себе минутный отдых в надежных объятиях. Так странно… Я уже успела позабыть, какого это, чувствовать себя защищенной. Доверять свою жизнь другому человеку и не ждать удара в спину. Не опасаться, что он обидит или предаст. Просто быть собой и наслаждаться жизнью, принимая каждый ее день с благодарностью.

– Знаешь, а я ведь сама выбрала участь жрицы Проклятых. Сама настояла на обучении, желая новых знаний и силы. Иногда мне кажется, что именно я накликала беду на свою семью. Привлекла ненужное внимание богов, за что очень дорого поплатилась.

– Возможно, а возможно и нет. Никто из нас не знает, что было бы, выбери мы другой путь. Оно и к лучшему – меньше сожалений.

– Если бы… На протяжении двух десятков лет я мучаюсь вопросом: «А что, если бы?», и не нахожу ответа. А еще жутко боюсь. Переживаю, что все это может повториться вновь, и я опять потеряю всех, кто стал мне дорог.

– Поэтому ты не подпускаешь меня?

– Да, Кость. Я не хочу, чтобы ты пострадал. Не хочу делать тебе больно.

– Не переживай, душа моя. Я вынесу все, что бы ни приготовила эта жизнь. Главное, чтобы ты была рядом.

– Когда-нибудь ты вспомнишь эти слова и пожалеешь о них. Не я должна быть рядом с тобой, совсем не я.

– Позволь мне самому решать, кого выбирать в спутницы жизни. И не сравнивай меня с тем, другим. Я никогда не оставлю свою женщину.

– Он бы тоже не оставил, но есть то, над чем мы не властны.

– Например?

– Смерть.

– В нашем случае даже она будет бессильна. Я не уйду за Грань, и не отпущу тебя, даже если станешь просить об этом. Эгоистично? Возможно, но я не люблю и не хочу врать. Тем более тебе. Надеюсь, ты поймешь и примешь это.

– Я уже говорила, что ты – тиран?

– Говорила, и неоднократно.

– Тогда ты знаешь мое отношение к происходящему, – хмыкнула я, удобнее устраиваясь на мужском плече. – И за Кощеем-старшим мы все-таки отправимся вместе.

– Как ты собираешься идти? Понесешь меня на руках, – улыбнулась я, но ответа уже не расслышала, уплывая в лечебный сон.