Тень Арк-Кайлеста

Пролог

Я любила возвращаться домой. При всей моей, мягко говоря, нелюбви к людям и этому городу, свой дом я любила. Единственный угол, где я могу быть собой: где можно не носить маску или грим, где можно снять протез, привычно оттягивающий плечо, и вынуть чертов глаз, так необходимый для выполнения заданий.

«Еще немного и я приму гребаную ванну!» — Назойливо вертелось в голове.

Добираться домой через подземные катакомбы и тоннели — явно не самая захватывающая часть работы. Путь до дома моей «жертвы» занял больше времени, чем выполнение самого задания. А что может быть сложного? Забраться в кабинет высокопоставленной твари, выкрасть необходимые документы, подложив на их место какие-то другие. Забраться в кабинет твари… твари… да я и сама та еще тварь. Мне не важно, кто дает задание и кому оно может навредить, ничего не важно… и никто не важен. Каждый сам за себя. Главное, что я получила весомый гонорар, на остальное плевать!

Я дошла до нужного мне места и просунула механическую руку в небольшое отверстие в стене, в глубине которого находился датчик. Легкий щелчок — и я скользнула в образовавшийся небольшой проход. Стена захлопнулась прямо за моей спиной.

«Я, сука, дома!»

Отойдя от тайного прохода в катакомбы, я подошла к шкафу с зеркалом… с единственным зеркалом во всем доме. Ненавижу зеркала! Привычным жестом открываю шкаф, в нижних отсеках которого встроены аппараты для сушки и мойки вещей, и, раздевшись полностью, закидываю в них вещи. Чувствую, они скоро мне понадобятся… Быстро развинчиваю и раскрываю все зажимы и крепления, что соединяют механическую руку с моим телом, и убираю ее на подставку в середине шкафа.

«Как же я это ненавижу!» — Каждый раз именно эта мысль звучит в голове, когда я вынимаю гребаный протез глаза из моей головы. Как же я ненавижу эту вещь, но как же она мне необходима… Гребаный закон подлости!

Со злостью, так что зеркало жалобно скрипит, захлопываю дверцы шкафа и распускаю длинные волосы. И ровно с такой же злостью гляжу на себя в зеркало…

На меня злым взглядом смотрит тварь, никак иначе. Бледная тварь без правой руки и с черной дырой в глазнице. Тварь, которая любит свой дом…

Небольшая двухэтажная квартирка с маленьким подвалом, находящаяся недалеко от ресторации "Каэдвиг". Уютная и теплая. Все было сделано из дерева и камня, а в цветах преобладали древесно-коричневый и нежно голубой. Дверь в подвал была надежно спрятана за искусственной стеной и небольшим шкафом с полочками. На первом этаже располагалась небольших размеров кухня и столовая, а также совсем маленькая комната с диванчиком и проектором. Я очень редко задерживалась на первом этаже, доходя только до холодильника, дабы взять себе бутылку холодного рома, что и сделала сейчас. Без стакана, просто бутылку, открыв которую, я сразу сделала несколько глотков. При такой жизни без алкоголя не выжить.

С бутылкой в руке и абсолютно голая я поднялась на второй этаж. И уже буквально через пару минут мое бренное тело опускалось в прохладную воду, которая смывала с меня пыль и отчасти усталость. Лежа в воде, я медленно водила губкой по телу… Я бы и дольше так делала, заодно бы и доставила себе удовольствие, но времени в обрез. Еще немного повалявшись, я быстро отмыла кожу и волосы и вышла из воды. Немного подсушив волосы, я натерла их раствором, который скрыл седину, сделав цвет равномерно скучным темно-каштановым, и убрала пряди в высокий хвост. Из аккуратной коробочки был извлечен искусственный глаз, копия моего, и медленно погружен в черноту глазницы. Следом, из небольшого шкафчика, я извлекла изящный металлический протез руки, покрытый искусственной кожей, и ничуть не отличимый от настоящей руки. Привычным движением я присоединила металлическую деталь к живому телу, и, подвигав протезом, проверила соединения. Думаю, если бы я сейчас посмотрела на себя в зеркало, то там бы появилась вполне симпатичная молодая девушка. Вместо твари.

Подойдя к невзрачному шкафу, стоящему рядом с кроватью, я извлекла «рабочую» одежду: синюю рубашку со шнуровкой на груди и декольте, черный высокий корсет с вышивкой стальными нитками, длинную юбку в цвет корсету, с разрезами по бокам от бедер, чулки и высокие сапожки на каблуке черного цвета. Одежда красивая, не спорю, и, судя по фразочкам клиентов, я в ней «красотка», но это все не мое… Закончив одеваться, приступила к последней детали. Черная очень изящная маска, скрывающая лицо, оставляя открытыми лишь подбородок и губы, которые я немного подкрашивала.

Еще один взгляд на часы и еще один глоток рома… пора.

***

— Эвола, красотка, еще виски! — Заигрывающе попросил очередной посетитель, чьих лиц я не запоминала.

— Прошу, — я нежно улыбнулась, поставив перед мужчиной бокал с темным напитком.

— Благодарю, красавица! — Мужчина обворожительно, как и многие, улыбнулся, подмигнул и отошел.

— Прошу прощения, мисс, Вы Эвола? — Какой тихий голос.

Я развернулась и увидела парнишку лет семнадцати-восемнадцати.

— Допустим, — улыбнулась я, вернее, не я, а она, Эвола — то человеческое, что осталось в твари.

— Мой господин просил найти вас. Он хочет Услугу Тени, — еще тише и испуганно прошептал он.

— Я посредник, как и ты, — ответила я, наливая бедолаге бесплатный ром дабы он успокоился, а то стоит и дрожит, — выпей, парень, и расскажи, что я должна передать Тени.

Парнишка залпом осушил стакан и звонко поставил его на барную стойку.

— Все здесь, — на стол шлепнулся мешочек, — и задание, и оплата.

И после того, как я взяла мешочек, парнишка быстро скрылся. Я развернулась спиной к посетителям и под видом протирания столешницы аккуратно вытащила конверт с письмом из мешочка и вскрыла его.

«Как скучно… всего лишь убийство.»

Это всего лишь смерть...

Моя жизнь — это гребаный алгоритм, ничего более. А как иначе для твари? Притворяешься кем-то другим в поисках жертвы, выслеживаешь ее и удовлетворяешь желания твари. Человек во мне лишь хочет есть, выпивать, справлять нужду, заниматься сексом и иногда отдыхать. Что до общения… я могу и без него, как и без «близких людей». Что это вообще за бред?! Близкие люди… Все предают, все приносят боль, все используют.

— Все, только не ты, Мист, верно? — прошептала я, почесывая сонного темно-рыжего лиса, устроившегося на моих коленях, и получая фырчание в ответ.

Лис был единственным «близким» существом для твари. Такая же тварь, только лучше меня. Он ни разу не предал, всегда был рядом, с тех пор, как я нашла его. Он мне нравился… нравился так же, как мне нравился холодный ром. С ним становилось немного легче. Он будто знал меня. Когда я приходила с заданий, он не показывался мне на глаза, но когда возвращалась с работы, Мист всегда был рядом. У нас была дебильная традиция: я садилась на диван с выпивкой, а этот комок запрыгивал мне на колени и тихо лежал. Две твари, живущие в одном доме и слишком привыкшие друг к другу.

Я сильно потрепала лиса по голове, от чего тот проснулся.

— Слезай, Мист, мне пора.

Лис послушно слез с колен и спокойно улегся рядом на диван. Счастливое создание, ему ведь ничего, кроме еды и ласки, не надо. Уже у двери в подвал я оглянулась, ожидая, что лис просто спит на диване, свернувшись в клубок. Но нет… он лежал и неотрывно, как будто печально, смотрел на меня. Теперь уже я фыркнула, совсем по лисьи, и ушла в подвал.

Как по заведенной программе: вставляю прозрачный шар, позволяющий видеть в темноте, в глазницу, пристегиваю гладкую и смертельную черную металлическую руку к предплечью. Живая тварь или механическая? Заплетаю длинные волосы в тугую косу и закрепляю ее на затылке специальными заколками-клешнями. Далее следует моя привычная одежда, намного более привычная, чем все остальное. Черные обтягивающие, но крайне удобные, брюки с высокой талией, черная рубашка, заправленная в эти брюки, черные высокие сапоги на небольшом, но удобном каблуке и всегда остающиеся бесшумными, и черная куртка с металлическими замками, без рукава, чтобы не мешать работе механического протеза. Все завершается последней деталью — черной тканевой маской, что закрывает нижнюю часть лица, доходя до глаз.

Привычно захлопнув шкаф, так, что зеркало жалобно зазвенело, я направилась к выходу из подвала и входу в катакомбы. Иногда я и по крышам любила добираться, но сегодня мне откровенно лень.

Я знала ту свинью, которую сегодня надо отправить на убой. Паршивый богатый лордик, любящий швырять деньги на выпивку и шлюх. И сейчас он как раз находится в борделе и пытается пристроить свой стручок. Жалкий богатый ублюдок. И мне абсолютно плевать на то, кто и почему желает ему смерти. Вот абсолютно плевать.

Выбравшись из катакомб недалеко от борделя, я медленно и бесшумно подошла к зданию, по которому можно было легко забраться на крышу и осмотреть окна. Очень многие старались находиться в борделе так, чтоб их невозможно было в этом уличить, но были и такие, кто возбуждался от мысли, что их могут увидеть. И наш был как раз из таких… Жалкий извращенец стоял у входа на балкон, пока его ублажали две девицы. Дверь в комнату открылась и зашла еще одна девка, но, видимо, обслуга, а не шлюха. Она принесла выпивку и какую-то закуску. Но это не важно, важно то, что за дверью явно стоял сопровождающий извращенца охранник. Это совсем немного осложняет дело. Но так даже интереснее. Улыбнувшись под маской, я стала ждать идеальный момент.

Это моя маленькая слабость. Чаще всего она касается убийств. Тварь немного театральна и любит убивать красиво и неожиданно, незаметно и изящно. Я в принципе редко убиваю людей, поэтому и делаю это так, чтоб доставить себе удовольствие максимально!

А вот, кажется, и нужный момент… Ублюдок, открыв нараспашку двери, вышел на балкон, подозвав к себе падших девиц. Никогда не любила их и не питала к ним никаких положительных чувств. Хотя и они, и я занимаемся одним и тем же — оказываем услуги за деньги, и чем ужаснее услуга, тем больше денег.

Он раскинул руки и прокричал, что скоро станет хозяином всего и поимеет всех, пока две девки ублажали его ниже пояса. Какой глупый, он даже не успеет закончить сегодняшнее «неземное наслаждение с лучшими куртизанками города». В этот момент я уже висела на его балконе, на уровне третьего этажа, ждала момента…

А вот и он. Ублюдок закрыл глаза, а когда снова открыл их, то увидел темный силуэт со светящимся глазом. Но сказать ничего не успел. Я резко и бесшумно выбросила металлическую руку, поставив ладонь под прямым углом по отношению к руке, что привело к движению механизм, который выпустил из запястья длинную, тонкую, но прочную и опасную иглу-шип. Она попала в его голову точно между бровей и зашла глубоко в мозг. Дальше все не заняло и пяти секунд. Я ловко отдернула руку, вытащив иглу, вернула протез в нужное положение, что скрыло оружие в глубине металлической смертоносной руки, и, улыбнувшись, бесшумно спрыгнула вниз с балкона под тихий посмертный стон ублюдка, который куртизанки точно спутали со стоном наслаждения. Только когда я скрылась в тени ближайшего здания, раздались крики. Люблю этот звук… но не крик жертвы, а крик… последствия, что ли? Я сняла маску и вдохнула полной грудью. Тварь была удовлетворена… а человек в глубине души — нет, человек пытался рваться наружу и остановить тварь, но человек бы и не выжил в этом мире. Ее бы убили так, как убивают другие, как убиваю я.

Как только я подошла к незаметному входу в катакомбы, стало неуютно, будто кто-то смотрел на меня. Как бы я ни пыталась найти «смотрящего», ничего не вышло, и глаз тоже не помог. Чертов протез, он ведь не сломан! Я чувствую, что кто-то смотрит, но не вижу его. Что за хрень?! А, нахер! Снова фыркнув по-лисьи, я скрылась в темноте катакомб, там уж меня точно никто не увидит и не найдет.

Но это было не так. Будто кто-то тихо и бесшумно, подобно мне, наблюдал за мной. Такое ощущение было не в первый раз на этой неделе. Как будто кто-то изучал меня так, как я иногда изучаю своих жертв. Это ощущение прошло, как только я оказалась в своем подвале.

Привычно избавившись от всех вещей, я пошла выпить. Лис только поднял голову и фыркнул, поприветствовав меня, и продолжил спать. Животное. Везучая, счастливая тварь…

Ром привычно обжег горло. Я не алкоголичка, нет, но пить я люблю, хоть и не могу напиться. А именно алкоголь помогает от вот таких странных ощущений преследования и изучения. Всем в городе известны страшные истории о Тени и ее Услугах. Но какому больному идиоту понадобится следить за тенью? Бред. Гребаный бред! Бред, как и то, что у меня закончился ром. Теперь придется идти за ним в "Каэдвиг". Благо мне позволено баловать себя алкоголем, благодаря тому, что куча богатых и не очень мужиков выкладывают деньги за то, что их обслуживаю на баре именно я… хотя нет, не я, а она… человек. Гребаный человек!

От таинственных заказчиков всегда проблемы.

Наспех накинув плащ с капюшоном и не присоединив ни один из протезов, лишь закрыв лицо маской, я вышла из квартиры и направилась в сторону служебного входа в "Каэдвиг". Благо смена сегодня не моя, и можно не заморачиваться по поводу внешнего вида. Зайдя через служебный вход, я сразу направилась на кухню в поисках еды для меня и Миста, как лучший бармен я имела особые привилегии: бесплатная еда и алкоголь по закупочной цене, последнее было особо удачным обстоятельством для меня.

— Эй, Норм! — крикнула я нашему, вроде, шэф-повару. — Есть что съедобного и сырой кусок мяса?

— Маска, — иначе этот бородатый мужик в возрасте лет пятидесяти меня и не называл, — ты только пожрать и заходишь, зараза! — добродушно хохотнул он. При всей своей брутальный внешности, Норман Грим был на удивление добрым человеком, что иногда выбешивало меня. — Есть кусок мяса и ребрышки для Миста, а ты можешь выбрать из того, что осталось: либо суп из птицы с травами, либо запеченный картофель с сердцем.

После этих слов тварь во мне улыбнулась уродливым оскалом и облизнула губы в предвкушении запеченного сердца. Сердце, печень, почки, легкие — тварь все это считала безумно вкусным, деликатесом.

— Картофель и сердце, — буркнула я в ответ, — собери. Я за ромом, потом заберу еду.

— Как обычно, мрачна и немногословна. У тебя хоть есть друзья, семья, или мужчина на крайний случай?

— У меня есть Мист, бухло, мое уродство и вечно докучающий мне повар.

В ответ перед тем, как дверь в зал захлопнулась за моей спиной, я услышала лишь хмыканье старого идиота.

В зале было слишком многолюдно. Ненавижу людей: двуличные твари, мерзкие, злобные и тупые! Твари… Лавируя между людьми и стараясь физически с ними не контактировать, я пробралась к барной стойке. Привычным жестом просто хлопнула дважды по барной стойке и на пальцах показала количество бутылок рома. Четырех, думаю, хватит. Чуть перегнулась через стойку и забросила деньги в ящик, куда всегда складывали наличку сотрудники за личные заказы. Но как только я закрыла ящик, снова ощутила тот мерзкий изучающий взгляд, как после убийства ублюдка в борделе. Выпрямившись, я увидела высокого мужчину в плаще с капюшоном, из-за которого невозможно было рассмотреть лицо.

— Какого хрена? — зло бросила в его сторону, сощурив под маской глаз.

— Эвола Ромин, верно? — Даже по голосу невозможно было понять, сколько лет данной мужской особи. — Посредница тени?

— Смотря кто и зачем спрашивает. — На стол рядом со мной опустился бумажный пакет с алкоголем, но я попросила налить мне еще стакан рома со льдом.

— Я много наслышан о Тени Арк-Кайлеста, — он сделал паузу, — и мне даже довелось, совсем недавно, увидеть ее в деле. — «Вот ты ж сука гребаная, это ты за мной следил». — Должен признать, она шикарна. Мое задание немного другого рода, но я не сомневаюсь, что прекрасная Тень справится. Так что, госпожа Ромин, вы передадите ей мое задание?

Госпожа Ромин, сука, как же неприятно. Эвола Ромин, это имя не принадлежит ни человеку, ни твари, но оно удобно для нас. Под этим именем я живу и скрываюсь уже много лет, но так и не привыкла. Но имя, принадлежащее мне-твари, я помню до сих пор…

— Я передам ваше задание, но ничего обещать не могу.

— Мы оба знаем, что если вы взяли конверт и оплату, то Тень непременно выполнит задание и сделает это выше всяческих ожиданий. — Может, я и ошибаюсь, но судя по произношению, он улыбался. — До скорой встречи, госпожа Ромин. — Странный тип поднялся со стула и молча покинул заведение, оставив на столе рядом с пакетом, полным бутылок рома, конверт и мешочек, что был в два раза больше всех предыдущих гонораров. Странно.

Я залпом осушила стакан с ромом и хлопнула им по столу. Закинула мешочек и конверт в пакет и направилась на кухню, где, быстро сгрузив коробки с едой для меня, упаковку с мясом и бутылку молока для лиса все в тот же пакет, направилась в свое тихое пристанище.

Стоило только зайти, как Мист бросился мне в ноги. Засранец явно почуял запах свежего мяса. Я отпихнула его ногой и прошла на кухню. Быстро, насколько мне позволяла одна рука, я нарезала и положила мясо в чашку лиса и опустила ее на пол, на специальную платформу, где стояли миски. Во вторую я налила свежего молока. Лис благодарно потерся о мои ноги и юркнул к мискам. Сама же убрала три бутылки рома в пустой холодильник, открыла четвертую и взяла стакан. Наполнила его до краев и достала коробку с едой. Мне было лень идти за стол и устраиваться там, как положено человеку, сегодня я буду есть стоя, как и положено твари.

Опустошив стакан, я наполнила его вновь и открыла конверт. Из него выпала фотография и ничего больше. На фото был изображен молодой темноволосый мужчина во фраке, цилиндре и с моноклем. Человечка во мне могла бы сказать, что он довольно красив для мужчины, но твари было плевать. Я перевернула фото, на обратной стороне было написано торопливым и нечетким почерком: «Дамияр Чернов. Достать его разработку. Срок выполнения не более трех недель.» Как интересно… И кто же это у нас такой? Очередная тварь, которую надо наказать или подставить? Любопытно… Разработка, значит, он ученый. Судя по образу на фото, явно не из бедной семьи. Фрак по фигуре и очень хорош, явно на заказ, а значит он достаточно богат. Умен и богат… Надо проследить за ним, собрать информацию и выяснить об этой мужской особи побольше. Глядя на фото, я продолжала медленно пить и поедать восхитительно нежные кусочки сердца.

Скорее всего, мне предстоит изучать его в дневное время, что мне вообще не нравится. Надо подбирать образ, чтоб никто не распознал меня на улице… и нельзя пить, так как благопристойные дамы в обществе должны вести себя как подобает. Твою мать, аж думать об этом противно! Неудобные платья, тяжелые украшения, гребаная пошлая мерзость. Тварь во мне слишком ненавидит все это. Это ущемляет ее свободу, стесняет движения, лишает чего-то… Но дело есть дело… придется перетерпеть и на время выполнения задания передать бразды правления человечке… Как же, сука, это мерзко! После такого точно нужен заказ на убийство, желательно массовое!

Убрав за собой и за Мистом, я, прихватив фото, отправилась наверх принять ванну. Фото я поставила на тумбочку у кровати, а одежду небрежно бросила на спинку стула. Мист же грациозно устроился на своей лежанке у кровати и, помахивая пушистым хвостом, приготовился спать.

Привычно наполнив ванну прохладной водой, я медленно в нее опустилась. Это, наверное, единственный вид отдыха, помимо секса, который доставляет мне удовольствие. Вода даже на тварь во мне действовала как-то успокаивающе. Я могла часами лежать в ванне даже без движений, не важно, главное, что в воде. Порой в моей немного затуманенной алкоголем голове возникала мысль, что это какая-то магия. Но тут же тварь злилась и твердила, что магии нет, ее не существует. А ведь с ней все было бы проще… Может, можно было бы вернуть глаз и руку? Хотя зачем они мне… Я слишком привыкла к металлу, прикованному к телу.

Я закрыла глаза, расслабляясь, и погрузилась в темноту, но не в сон. Я ненавидела спать. Здесь, в этом месте, в этом городе люди не спали, а проваливались на время во тьму. Казалось, что я помнила время, когда не было твари, но были яркие картинки, когда я закрывала глаза.

Гребаная вода! Опять, сука, я под ее действием отдаю власть проклятой человечке! Я ударила рукой со всей силы по бортику каменной ванны. Удар вышел очень сильным, и было немного больно разжимать пальцы. После небольшого разминания кисти в голову твари пришла мысль, что именно сейчас необходимо доставить себе удовольствие.

Я провела по груди, слегка сжав ее, и опустила руку под воду между ног. Странно, но как только я дотронулась рукой до лобка, в голове всплыл образ мужчины с фото. Твою мать! Я резко отдернула руку. Еще этого мне не хватало!

Резко поднявшись из воды, я быстро прошла в спальню и по устройству связи вызвала своего давнего знакомого жиголо, который знал, что и как надо со мной делать. Пошло все в жопу, хоть на пару часов тварь точно забудет обо всех проблемах и заданиях.

Информатор.

Я сидела перед зеркалом и тщательно втирала в волосы красящую настойку, делающую цвет равномерно каштановым. Седых прядей уже не было видно, а из зеркала на меня смотрели глаза ярко-зеленого цвета, обрамленные густыми и пышными ресницами. Светлая кожа с веснушками, тщательно нарисованными специальным карандашом. Выглядела я сейчас как когда-то давно, когда-то в прошлой жизни. Но сейчас эта внешность была мне не очень приятна, слишком многое связано было с ней, слишком многое я старалась забыть. Даже не знаю, почему именно сегодня я захотела выглядеть так… а может и знаю…

Быстро сплела пряди в объемные косы у висков и скрепила их сзади, оставив большую часть волос свободно спадать волнами по спине до самой поясницы.

На кровати уже лежало красивое и скромное платье глубокого синего цвета. Любовь к оттенкам синего осталась еще с прошлой жизни, и это я уже сама отпускать не хотела. Несколько раз лис пытался устроиться спать на моем платье, и каждый раз я его сгоняла. Видимо, животное воспринимало это как игру, и снова, и снова пыталось лечь спать на голубом материале, но я оказалась сильнее и пригрозила ему, что он не получит сегодня молока. Скорчив грустную мордочку, лис устроился спать на моей подушке, мирно свернувшись в клубочек.

Я надела платье, расправила складки, завязала широкий пояс-корсет цвета чуть темнее цвета платья и обулась в аккуратные туфли-ботильоны черного цвета на невысоком каблуке.

Кто бы мог подумать, что милая девушка в зеркале спокойно может воровать и убивать… нет, не эта девушка. Эта девушка давно мертва, ее место теперь занимает Тень — то, что было когда-то человеком.

Потрепав лиса по голове, я направилась на выход, зная, что в это время заметить меня никто не сможет.

Иногда казалось, что у меня множественные личности. Каждый раз, примеряя новый облик, я будто становлюсь другим человеком… другим человеком, но под контролем Тени. А впрочем, это и не важно.

От кого-то в "Каэдвиге" я слышала, что в борделе живет человек, под покровительством которого находятся ночные бабочки, и что он может достать любые сведения. И именно его я хотела попросить достать всю информацию на мой «заказ», на Дамияра Чернова.

До борделя я дошла быстро, все время пребывая где-то в своих мыслях. Не замечая ничего: мужчин, желающих познакомиться, женщин, изредка недобро смотрящих на меня, и бегающих мимо подростков. Благодаря тем же постояльцам Золотой Сирены я знала, где найти этого человека.

Я тихо постучала в дверь, дожидаясь ответа.

— Войдите! — раздался приглушенный мужской голос… знакомый голос.

«Твою мать, сука! Этого не может быть!» — завопило что-то в моей голове.

За столом сидел достаточно красивый мужчина. Светлые волосы, на первый взгляд добродушное лицо, светлые, но очень холодные глаза. Не думала, что мое прошлое так быстро меня найдет… А вспомнит ли он?

В памяти живо всплыли воспоминания, как его губы мягко целовали мои, как сильные руки гладили мое тело, как он был добр и нежен со мной… и как говорил «люблю»… В памяти упорно всплывали воспоминания прошлой, давно забытой жизни.

— Вы что-то хотели, мисс? — холодные глаза внимательно и с подозрением изучали меня.

— Да! Извините… Меня зовут Вероника Лири. Мне кажется, что мой жених мне изменяет! И я хочу, чтоб вы проследили за ним и достали мне всю информацию, чем он занимается! — я начала скромно и немного запинаясь, а закончила фразу уже как наглая богатенькая девица, благо я таких много в жизни повидала.

Я достала из сумочки фото брюнета, то самое, что дал мне таинственный незнакомец, предварительно стерев все надписи, кроме имени с обратной стороны, и положила его на стол перед мужчиной.

Продолжая играть богатенькую девушку, я нагло присела в кресло и закинула ногу на ногу. Все это время светловолосый изучал меня, а не фото. Только пусть он не вспомнит! Пусть не догадается!

— Мой жених Дамияр уже давно не приезжает в дом моей семьи, часто пишет, что сильно занят. А когда я хочу сама приехать, он не позволяет! Я не понимаю, почему так! Наверное, он нашел другую или еще хуже… другого! Умоляю вас, проследите за ним! Деньги не проблема. — На стол упал увесистый мешок с монетами. — Прошу вас… — Я не успела договорить, услышав ответ:

— Хорошо, я достану всю информацию.

Поверил ли? Ведь он так пристально меня изучал.

— Спасибо вам огромное! Вы спасаете меня и мое бедное сердце, — как же плохо я играю богатенькую дурочку, но, видимо, не так безнадежно. — Еще одна просьба. Я не хочу, чтоб отец узнал об этом. Не могли бы вы доставить информацию в Золотую Сирену девушке в маске? Я знакома с ней, и она передаст мне информацию.

— Хорошо, — снова ответил он, сверля меня взглядом.

— Благодарю вас, сэр! — Я вскочила с кресла и быстро зашагала к двери. — Я буду ждать информацию и еще раз больше спасибо!

Вылетела из его кабинета и борделя я очень быстро. Не хотелось больше находиться рядом с человеком из прошлого. Вообще, хотелось как можно дальше находиться от прошлого. Я ведь сделала все, что только возможно, дабы буквально начать новую жизнь. Новую… хоть и намного ужаснее прошлой.

Надо отдохнуть. Завершу это задание и покину город ненадолго. Я устала от мерзких людей, от смертей и воровства. Порой и тварь устает. Порой появляется мысль, что я хочу отдохнуть. Еще реже появляется мысль о том, что я хочу побыть слабой девушкой в теплых объятьях дорогого мне мужчины… мысль… Но все эти мысли поглощает темнота в моей душе. И я понимаю, что ни одно платье, ни один протез и ни один грим не смогут сделать из меня прежнюю девушку… это невозможно.

Сама не заметила, каким образом я дошла до какого-то уютного кафе и присела на улице за маленький столик. Мысли были где-то далеко, вообще не в этом мире. Задумавшись, заказала ванильный кофе с корицей, хотя темнота во мне требовала ром и только ром!

Закрыв глаза, я поднесла чашку ко рту и сделала глоток. Как давно я не пила кофе! Вкусно. При этой мысли я улыбнулась и открыла глаза…

Чтобы прямо в этот момент заметить, проходящего недалеко от меня… господина Чернова, мой «заказ».

Высокий и довольно красивый молодой мужчина. Точно младше меня. В достаточно качественной и дорогой одежде, с моноклем, немного добавляющим ему возраста. Даже если бы не задание, я бы ради интереса попробовала его завлечь и затащить в постель. И по поводу постели тварь была солидарна с человеком внутри меня.

Интуиция подсказывает, что этот образ его не заинтересует, слишком обычный. А вот что-то необычное для этого городишки… яркие цвета, может, зеленый, и рыжие волосы… скорее всего, сработает. Интуиция меня никогда не подводила. А значит, необходимо прикупить пару вещей для нового образа.

«Что за нахер?!» — Тварь была явно против подобных мыслей и настроений. Так не должно быть в нашей новой жизни. Мы живем не для этого! Мы живем, чтобы… убивать? Воровать? Настраивать людей друг против друга? Да?

«Да,» — шепчет тварь. А тихий ответ человека даже и не слышен за этим шепотом. Слишком много свободы получил сегодня человек, более такого не повторится.

Я встаю, оставляю на столе монеты за кофе и направляюсь в сторону дома. Ведь там тварь сможет все с себя снять. Смыть краску с волос, избавиться от непривычного платья и неудобных протезов. И что самое главное… заглушить голос человека парой бутылок хорошего рома.

Знакомство с "жертвой".

Мист валялся на диване пузом кверху и посматривал на меня странным взглядом. Не так часто рыжий лис видел, как его хозяйка лежит рядом с ним в позе, ещё более странной, чем у него.

Я устроилась поперек, закинув ноги на спинку и немного покачивая ими. Голова свисала с дивана, из-за чего длинные с проседью волосы ковром лежали на полу. Сама я изучала информацию, которую мне доставил Курьер от информатора несколько часов назад. Красавчик, а все в жизни так однообразно.

«Живёт с мужиком? Странно, а не гей ли он? — в изумлении приподняла одну бровь. — Не мог же мне понравиться гей! Интуиция никогда до этого не подводила.»

Поймала ртом трубочку, торчащую из бутылки рома, стоящей у дивана, и сделала большой глоток.

Встаёт рано, примерно в 5:30, через час направляется в сторону Башни Чудовищ, являющейся местом работы. В Башне находится до 19:00, в 19:50 уже приходит домой, в 22:00 спать. Как скучно… Не пьет, не курит, иногда прогуливается в парке. Типичный порядочный джентльмен, сильно увлекающийся наукой. И что же делать?

Мист ловко перепрыгнул на мой живот и свернулся клубком, пытаясь морально поддержать. Я ласково потрепала его по голове, крепко прижала к себе и резко, напрягая ноги, поднялась и села на спинку дивана. Лис вел себя спокойно, ибо я часто так делаю.

— Ну и как мне поступить с этим парнем, Мист? — Лис преданно посмотрел мне в глаз, наклонил хитрую мордочку и прикусил протезированную руку. — Да ты умное животное!

Положив Миста на пол и прихватив бутылку рома, я направилась в подвал, попутно отсоединяя протез от предплечья. Надо его незначительно повредить. Дамияр человек науки, его точно заинтересует протез, который практически неотличим от настоящей руки. А уж если на его глазах произойдет небольшая поломка, то он точно купится.

Пройдя в угол подвала, где был расположен небольшой стол для ремонта, я положила руку на специальную подставку и, взяв небольшой острый инструмент, вскрыла корпус на запястье. В протезах я разбиралась достаточно хорошо и знала, как повредить и восстановить механизм.

От запястья шли тонкие штыри и провода, которые заставляли двигаться пальцы. Отсчитав нужные, я надрезала их так, чтоб повреждение не выглядело умышленным, и аккуратно установила корпус обратно.

Небрежно взяв металлическую руку, я направилась на второй этаж в свою комнату. Положив протез на специальный столик, полезла в шкаф. Помнила, что там хранится одно из немногих платьев, оставшихся от прошлой жизни. Нежно-зелёное, с длинными рукавами и длиною в пол, из очень нежного, лёгкого и гладкого материала. Сшитое без корсета, но по фигуре, оно прекрасно ее подчеркивало. Платье не имело декольте, носилось на плечах и имело вышивку стального цвета.

Под это платье заранее была подобрана рыжая краска для волос, протез глаза с ярко зелёной радужкой и соответствующая линза на второй. На туалетном столике я заранее разложила косметику естественных коричневатых тонов и заколки для волос.

Как же я любила заказы, где не надо строить из себя кого-то другого. Любила, когда можно было одеть обожаемый черный костюм, мощную железную руку и чувствовать себя свободной, бегая по крышам и улицам города. Но это не тот случай. Мне опять придется изображать другого человека, скромную и умную девушку среднего класса.

Повесив платье на спинку стула, я сбросила с себя все вещи и упала на кровать. Заснуть я смогла лишь тогда, когда почувствовала теплый комок шерсти под боком.

***

Вечером следующего дня я уже караулила свою жертву в парке недалеко от дома. Платье было очень красивым и от этого неудобным и слишком легким. Я мирно прогуливалась по тропинкам парка, делая вид, что читаю книгу по механике и протезированию, выискивая взглядом жертву.

Ждать мне пришлось недолго. С другой стороны парка уже показался, в свете фонарей, молодой брюнет в цилиндре. Взглядом рассчитав его траекторию, я направилась наперерез, уткнувшись в книгу. Столкновения долго ждать не пришлось. Книга упала на землю, вместе с ней отвалился указательный палец протеза.

— Прошу прощения, сэр, я очень невнимательна! — Я посмотрела в его глаза извиняющимся взглядом и уже собиралась опуститься на колени…

— Не стоит извиняться, мисс, это я не смотрел на дорогу, — Мужчина наклонился и поднял с земли книгу и палец. — Это ваше? — спросил он изумлённо.

— О нет! — я схватила палец и попыталась пристроить его к протезу.

— Вы носите протез? — удивлённо произнесла моя жертва.

— Да, но он постоянно ломается. Я уже начала изучать механику, чтобы разбираться с этой небольшой проблемой, но я не все понимаю. Это так угнетает.

— Могу я взглянуть? Я могу попробовать изучить и починить вашу руку, мисс.

— Простите, но я не могу так просто согласиться на подобное с незнакомцем…

— Дамияр. Дамияр Чернов к вашим услугам. Так я могу взглянуть на ваш протез? — снова спросил брюнет.

— Вероника Лири. Очень приятно. Дала бы вам по этикету поцеловать руку, но мне неудобно протягивать вам повреждённый протез, — я тепло ему улыбнулась, получив улыбку в ответ.

— Вы могли бы протянуть мне вашу руку, и я мог бы вам помочь.

— В парке и при таком освещении навряд ли можно будет что-то разглядеть. Мне очень неловко, но, может, я могла бы пригласить вас на чай или кофе, и вы бы осмотрели мой протез?

— Не откажусь, — любопытство явно пересилило его желание соблюдать привычный режим дня.

— Здесь недалеко есть неплохое заведение, там очень вкусные травяные чаи. — Я вспомнила про кафе из досье на мистера Чернова, в этом кафе он иногда по вечерам пил горячие напитки и читал какие-то научные статьи. — Я там часто бываю, но не по вечерам.

— С радостью, сам часто сижу в этом кафе. Там не напрягающая атмосфера, и можно спокойно в тишине читать статьи.

Дамияр взял мою книгу и предложил руку, которую я охотно приняла. И мы пошли в сторону кафе.

***

— Готово. Все-таки у вас очень изящный и интересный протез. Никогда таких не видел. — Дамияр убрал небольшой инструмент во внутренний карман пиджака. — Откуда он у вас?

— Это подарок от брата. А откуда он взял это чудесное устройство, я уже не знаю. Братец сказал, что это секрет. Но именно с тех пор я начала изучать механику, чтобы знать как с этим разбираться.

— Удивительно, но вы, наверное, единственная девушка, интересующаяся наукой.

— Это комплимент? — с хитрой улыбкой спросила я.

— Если честно, то да. Я не имею опыта в общении с девушками, но вы очень интересны. Могу ли я вас пригласить завтра в это же время на чай? — скромно и немного запинаясь спросил мужчина.

— Я с радостью, возможно, вы расскажете мне больше о моем чудесном протезе, или мы могли бы обсудить механику. Объясните мне то, что я так и не могу понять, — я нежно и открыто улыбнулась ему и, невзначай, посмотрела на аккуратные часы-браслет на руке, — ой, уже почти девять часов! Маменька не обрадуется моему позднему возвращению. Мне придется вас покинуть.

— Тогда позвольте я вас провожу! — Дамияр положил деньги за наши напитки на стол и помог мне встать с кресла.

— Не стоит, я могу доехать на паровой карете, — вновь скромно отказалась я и улыбнулась.

— Тогда я провожу вас до кареты. Я настаиваю!

Каков джентльмен!

— Хорошо. Думаю, неблагоразумно будет отказываться, господин Чернов.

— Прошу, просто Дамияр. А вы позволите называть вас по имени?

— Разумеется.

Как истинный джентльмен Дамияр Чернов проводил меня до кареты и еще раз переспросил про встречу завтрашним вечером.

Уже придя домой, скидывая с себя вещи по пути в ванную, я хитро улыбнулась: а он ничего.

Игра,раунд первый.

Вот уже несколько дней мне приходится наряжаться в неудобные платья, делать прически и макияж. Делать все то, что я так ненавижу. Создавалось даже ощущение, что лис перестал меня узнавать и иногда шипел, когда я хотела его погладить. Кроме того, весь этот «карнавал» давал больше воли человеку во мне, нежели твари. И ей это не нравилось! Очень не нравилось. Именно поэтому Тень не сговариваясь согласилась на убийство супружеской пары.

Это было так возбуждающе — сбросить с себя неугодную одежду и протезы, снова надеть черный костюм и стальные смертельные игрушки. Я чувствовала безграничную свободу, когда бежала по крышам домов в направлении дома будущих мертвецов. Тварь просто ликовала, наконец получив свободу, хоть и не долгую. Ибо завтра снова придется наряжаться и краситься для привлечения внимания мужчины. Мужчины, которого человек во мне считала красивым, искренним и милым, хоть и немного странным и помешанным на науке. А тварь в свою очередь считала все это полным дерьмом. Все эмоции, чувства и привязанности.

Я добралась до крыши шикарного особняка, в котором доживали последние часы двое людей. Но… интуиция вопила: что-то не так, подсказывала мне срочно покинуть это место, но тварь хотела крови.

Спрыгнув на балкон, я обнаружила дверь открытой. Абсолютно бесшумно проскользнула в спальню… и в ужасе замерла. Такое я видела в первый раз…

Вся кровать, стены, пол и потолок в крови, под потолком висят два изувеченных тела. Кожа на их спинах срезана и разделена на две части, также прибитых к потолку, образовывая за телами крылья. Руки вскрыты от локтя и до запястья. Я убивала людей, но быстро и безболезненно. А это сделало какое-то чудовище! Чудовище хуже твари во мне.

Между телами с потолка свисал конверт с короткой надписью: «Для Тени».

Резко сорвав его, вскрыла и вытащила клочок бумаги, на котором прочитала написанное кровью: «Я хочу поиграть с тобой, тварь. Цена игры — твоя жизнь, а правил нет. Первый раунд закончен в мою пользу, Тень.»

Громко и совсем по-звериному зарычав, я сунула записку обратно в конверт и спрятала его во внутренний карман куртки. И покинула дом так же, как пришла, бегом, оставляя кровавые следы на крышах домов.

Тварь была напугана, первый раз так напугана. Как можно скорее хотелось попасть домой, скинуть всю одежду, отстегнуть тяжелый протез, вынуть холодный и мертвый глаз, взять бутылку рома и лечь в ледяную ванну…

Оказавшись в подвале, я вынула из крепления на бедре маленький нож-иглу и пригвоздила записку к стене. Несколько раз со всего размаху ударила по рядом. На живой руке появились красные пятна… а от металлической в стене осталась вмятина. «Что за херня?!» Я бы закричала, но тварь этого не сделает и человеку не даст.

По привычке отправив вещи в чистку и избавившись от протезов, полностью обнаженная, я отправилась на кухню за алкоголем. Мист ко мне не подходил, слишком хорошо этот хитрый лис знал меня.

Опустошив почти залпом последнюю бутылку рома в своих запасах, я поплелась наверх… Включила воду и упала в ванну. Алкоголь помогал расслабиться, но не так, как хотелось. Я приподнялась и выключила воду. Хотела сделать еще глоток, но ром успел закончиться… и пустая бутылка отправилась в стену, разлетевшись вдребезги. А усталость так быстро накатила, что я уснула прямо в холодной воде.

Прошло не так много времени, когда меня разбудило нежное прикосновение мокрого и холодного носа и осторожное поглаживание чем-то мохнатым. Мист обеспокоенно бегал по краю ванны и пытался меня разбудить. Этого несносного лиса любили и тварь, и человек.

Лис таки добился того, чтоб я покинула воду и пошла спать в постель. А сам устроился рядом, положив мордочку на лапки и не сводя взгляда с хозяйки.

***

— Все в порядке? — ласково спросил Дамияр, с которым мы сидели на берегу канала недалеко от парка.

Это странно, но человеку было спокойно рядом с ним, и человек отчасти забывал о произошедшем ночью. Этот мужчина дарил безмятежность. Даже тварь после произошедшего вела себя тихо. Будто этот мужчина успокаивал и сглаживал ее.

— Все хорошо, просто я немного поругалась с родителями. А они уехали, и я не успела попросить прощения, — тихо прошептала я, прижимаясь к нему и устраивая голову у него на плече.

— Тогда не переживай. Они вернуться, и вы обязательно решите свои проблемы, — так же тихо сказал он.

Было видно, что ему очень приятно проводить со мной время, хоть я и выбивала его из привычного ритма жизни. Первые дни он был немного насторожен и аккуратен со мной, но потом будто оттаял. Появились неловкие объятия и поцелуи в щеку. Человеку во мне эти проявления нравились больше, чем просто секс по желанию. А тварь сейчас молчала.

Давно хотела спросить, Дамияр. А твой друг не ревнует тебя, м? Что ты стал по вечерам задерживаться и проводить время со мной. — Я легонько дунула ему в ухо и быстро поцеловала в мочку.

Мужчина немного поморщился, но потом ухмыльнулся по-доброму.

— Стефан мой друг. Я помогаю ему и не хочу оставлять одного.

Друг… знаешь, я тебе завидую. У меня вот никого нет, — я запнулась немного, — никого, кроме семьи и лиса.

— Лиса? — Чернов приподнял бровь, поглядывая на меня.

— Да, у меня есть лис. Его имя Мист. Он еще маленький, но уже такой хитрый. Я нашла его недалеко отсюда. Он запутался в сети, видимо, пытаясь найти еду. Забрала его домой, отмыла, накормила и привязалась к этому комочку шерсти. А теперь мы будто без слов понимаем друг друга. — Пока я говорила, Дамияр не отрываясь смотрел мне в глаза.

— А у тебя глаза немного разные. Красивые, большие, редкого зеленого цвета, но что-то не так. Они разные, — он дотронулся до моей щеки, чтоб поближе рассмотреть.

Такое простое движение напрочь выкинуло тварь из головы. Оно заставило забыть ужас той ночи. В этой новой жизни, без чувств и эмоций, мне было непривычно ощущать подобное. Непривычно, но приятно. И хотелось даже немного большего. Того, что окончательно поможет выкинуть из головы страшные картинки, которые я, как могла, гнала из памяти.

— Дамияр, что ты делаешь? — с небольшим придыханием тихо спросила я, глядя прямо ему в глаза.

— Изучаю твои глаза. С тех пор как мы познакомились, ты так и остаешься для меня интересным ребусом. Вроде обычная девушка, ничем не отличающаяся от других…

— Ну спасибо, — буркнула я.

— …но есть в тебе что-то такое, чего нет ни в ком, кого я когда-либо встречал. Иногда мне даже кажется, что в тебе скрываются два разных человека, но это, наверно, потому, что ты девушка. Странно звучит, но по-другому я пока не могу объяснить.

— Знаешь, если честно, то из твоих уст это звучит довольно мило. Дамияр?

— Да, Вероника?

— А мы так и продолжим сидеть, м? И, вернее, ты так и продолжишь изучать мои глаза? — хитро улыбнулась я.

— Прости, тебе не удобно? У меня вообще нет опыта общения с девушками. Прости еще раз.

— Не надо извиняться. Мне приятно такое немного странное внимание. А знаешь, у меня есть идея. Можем провести эксперимент, если уж я у тебя «первый опыт общения с девушками».

— И какой же?

Я, видимо, хорошо успела его изучить, знаю, что намеки на науку в нашем общении ему очень приятны. Хитро улыбнулась, наклонилась к нему и поцеловала в губы. Легко, слегка касаясь.

— Такой. И как тебе? Какие ощущения вызывает?

— Я не понял, — немного замявшись, ответил он, и тогда я поцеловала его снова.

В этот раз поцелуй был долгий и глубокий, и господин Чернов все схватывал на лету.

Тварь так и молчала, а человек даже не представляла, что будет с этими чувствами после выполнения контракта от таинственного незнакомца.

Ласковая тварь.

Сегодня, на удивление, день я проводила в баре ресторации. Крайне редко мне выпадали смены днем. Обычно в это время суток никто не приходил с заказом к Тени, да и посетителей было не так много. Я бы с радостью забралась с ногами на барную стойку, навалившись спиной на деревянную колонну, взяла бутылочку любимого рома, и пила бы в свое удовольствие. Но не сегодня.

Сегодня я была приглашена на ужин в дом Дамияра. И необходимо соблюдать образ, который так его привлекает. А алкогольное опьянение полностью соотносится с тварью, но никакого отношения к милой Веронике не имеет.

При воспоминании о Дамияре и поцелуе что-то екнуло глубоко в груди, даже тварь не смогла это подавить. Знала же, что с этим заказом будет нелегко, но все равно согласилась. Идиотка. Что мне потом делать, если человек сильно привяжется к нему? Опять твари придется запереть человека глубоко внутри и выгрызать себе путь к жизни без привязанностей.

Одновременно с тем, как человек думала о мужчине, тварь думала о кровавой картине. «Крылатых» телах, висящих под потолком, и чертовой записке.

Эта мразь хочет со мной поиграть? Эта мерзкая сволочь явно получает какое-то удовольствие от того, что делает.

Я никогда не издевалась и не увечила тела своих жертв. Все удары были точны и быстры. Секунда, и жизнь обрывается. Жертва даже не успевает ничего почувствовать. Я не испытываю к ним жалости, но и ненависти не испытываю. А этот убийца сделал им крылья, будто пытался их возвысить, сделать совершенными что ли…

— Эвола! — сказал управляющий, подойдя к стойке. — Вали домой, сейчас слишком мало работы. Впрочем, как и всегда в это время. Когда ты уже ночью выйдешь, зараза?

— Не скоро, старик, не скоро. — Я бросила в него скомканным полотенцем и вышла из-за барной стойки. — Поесть дашь?

— Тебе или лису? — ехидно хмыкнул мужчина.

— Лису, а он уж поделится.

— Зараза ты. Мисту я уже собрал, пакет на столе у двери. Вали уже.

Я театрально отдала честь управляющему и, сделав шуточный реверанс, удалилась из бара, прихватив еду для наглой рыжей морды.

— Голодна, морда. — Лис встречал меня прямо у двери, игриво фыркая и подметая пол шикарным хвостом. — И что у нас тут для тебя? — В пакете оказалось несколько больших костей с мясом. — Держи, засранец.

Мист практически замурчал, схватил кость и убежал с ней в угол кухни. Счастливое животное. Ему просто надо, чтоб рядом был тот, кто о нем позаботится. Хотя, с другой стороны, он опасный и умный хищник. Как и я. Мы слишком похожи. Я бы даже сказала, что в нем больше света, чем во мне.

— Ты сегодня опять остаешься один надолго, Мист.

— Фр-р-р, — как будто понял меня.

— Эх ты, морда, — ухмыльнулась и пошла наверх: все-таки необходимо подготовиться к вечеру, чувствую, что-то случится.

Сегодня выбор пал на платье, которое казалось скромным, но только на первый взгляд. Впервые Дамияр увидит меня в моем цвете, в цвете глубокого синего моря. Насыщенно синее платье с черным корсетом. Верхняя часть вся закрытая и с длинными рукавами, но абсолютно прозрачная. Нижняя — из плотной ткани, и выглядит скромной и без излишеств, если бы не одна хитрость: ткань нашита в нахлест спереди, что помогает в нужные моменты быстро раскрыть юбку. Сверху на платье надевается черный корсет, скрывающий грудь и доходящий до середины бедра. Красиво, скромно, но очень притягательно. К тому же этот оттенок синего выгодно подчеркивает ярко рыжие волосы и большие зеленые глаза.

Отладив протез руки и поменяв искусственный глаз на необходимый оттенок, я принялась наряжаться в платье, к которому также прилагался комплект тонкого белья в тон, чулки и пояс, фиксирующий их. Для ног я выбрала изящные черные туфельки на тонком каблучке.

Скромный макияж в немного темных коричневых тонах. Локоны закручены в тугой и красивый пучок, который легко распустить, вытащив одну единственную крупную шпильку. Все это дополняло образ. Тварь бы не стала так стараться, но сегодня правил человек. Твари было не до того.

Когда я спустилась вниз и попалась Мисту на глаза, то смогла увидеть, как лис шокирован. Он выпустил изо рта кость, наклонил голову вбок и подошел ко мне. Несколько раз обошел вокруг, даже пару раз шикнул, пока не опознал во мне хозяйку. Тогда сел напротив, задрал морду и посмотрел прямо в глаза. Как будто хотел заглянуть в душу и разглядеть, кто же перед ним, тварь или человек.

— Что, морда, я красотка? — Лис встряхнул головой, фыркнул и ушел догрызать кость. — Засранец мелкий.

Было бы у меня у выхода зеркало в полный рост, я бы покрутились перед ним, как тепличная девица, но нет. И зеркала нет, и я не простая девица.

Накинув на легкое пальто, я махнула лису на прощание и покинула дом, около которого меня уже ожидала карета.

До Дамияра ехать пришлось недолго, минут десять-пятнадцать. На удивление в голове было совершенно пусто. Даже когда я постучала в дверь, мысли так и не пришли. Не появились они и тогда, когда мне открыл красивый, для человека во мне, брюнет.

Дамияр вышел на крыльцо и легко поцеловал меня в губы, вызвав глупую и крайне непривычную улыбку.

— Здравствуй, Вероника. Я очень рад тебя видеть.

— Здравствуй, Дамияр, — я улыбнулась ему.

Мы зашли в дом, и брюнет помог мне снять пальто. Судя по выражению его лица, платье я выбрала правильно…

Весь вечер Стефан, лучший друг Чернова, очень странно на меня смотрел. Как-то изучающе и… ревниво? Неужели этот парень влюблен в моего Дамияра? Моего? Какого черта?! Человек во мне не хочет делиться. А тварь… тварь тоже не собирается отдавать добычу.

Как-то я упустила момент, когда мы оказались на небольшом балкончике с бокалами вина… мы… втроем. Стефан продолжал буравить меня взглядом, особенно, когда Чернов взял меня за руку.

— Я, пожалуй, отойду ненадолго, — буркнул парень и, ссутулившись, покинул балкон.

— Он ведет себя странно, — заметил Дамияр, приобняв меня за талию.

— Мне кажется… он ревнует. Может, как друга, что ты стал больше времени проводить со мной, а не с ним. — Я повернула к нему голову и поцеловала в скулу. — А может, и как мужчину. — Снова последовал поцелуй.

— Ерунда! Он мой лучший друг, мы знаем друг друга с детства, — тихо возразил брюнет, поглаживая мою талию.

Все происходило по плану. Крепкое вино вкупе с подобным платьем, моим парфюмом с ароматом лимона и корицы, делало свое дело. Дамияр становился более решительным.

Краем уха я расслышала приближающиеся шаги, и в этот момент плавно развернулась к обнимающему меня мужчине и поцеловала его в губы так, что он не смог сопротивляться. Его руки опустились мне на талию и крепко прижали меня к сильному молодому телу. Одной рукой я обнимала его за плечи, а второй перебирала шикарные темные волосы.

Не знаю как Дамияр, а я прекрасно услышала скрипнувшие недалеко от нас половицы и как вскоре удаляются шаги. Звуки были очень тяжелыми.

Не скоро мы оторвались друг от друга. Оба тяжело дышали. Я посмотрела ему прямо в глаза и прикусила пухлую нижнюю губу. Мое тело все еще было прижато к его… и я почувствовала, что он готов не только к поцелуям.

— Дамияр… знаю, девушкам так делать не принято, но… я хочу сказать, что люблю тебя. И мне мало лишь твоих поцелуев.

Его глаза широко раскрылись.

— Вероника…

— Прости, я не хотела отпугнуть тебя. — Порой удивляюсь, насколько я талантливая актриса… я попыталась отстраниться и уйти, но…

Мужчина снова поцеловал меня. Крепко и уверенно, но быстро. Отступил немного, посмотрел мне в глаза.

— Они разные, цвет один, но будто дело в эмоциях. Но они уникальны и прекрасны. Никогда таких не видел.

Он взял меня за руку и повел… в свою спальню…

Плотно закрыв за собой дверь, он отошел от меня. Передумал? Ну уж нет. Я сама хочу, а значит получу.

— Дамияр, — позвала я.

Он повернулся ко мне в тот момент, когда я вытаскивала шпильку из волос, и видел, как огненный водопад прокатился по спине и плечам. Я протянула к нему руку и посмотрела в глаза.

— Дамияр… — он сорвался и подлетел ко мне, снова поцеловав.

Слишком напорист… как и все девственники после крепкого вина. Впрочем, вино, как и предстоящий секс, тоже было в новинку для жертвы.

Я сняла с него жилет и рубашку раньше, чем он избавил меня от корсета. Но дальше он опередил меня, и платье полетело на пол.

Дамияр отстранился и осмотрел меня, мне даже стало немного неуютно. Он провел рукой по шрамикам на предплечье и по протезу руки.

— Тебе не нравится? Мне убрать протез?

— Нет… Повторюсь еще раз, ты уникальна…

Я помогла ему избавиться от оставшейся одежды и подтолкнула к кровати. Мне было приятно, как он смотрит на меня, пока я снимаю тонкое белье. Длинные волосы полностью скрыли груди. Я забралась на кровать и легла прямо на немного смущенного мужчину.

Снова последовал поцелуй, только теперь еще более страстный. Руки гладили обнаженные тела, губы ласкали губы. Резкий толчок — и я уже лежу под ним.

Я ожидала типичных фраз о невинности и готовности к соитию, но этого не последовало. Видимо, он был очень возбужден.

Последовал толчок, и я застонала от удовольствия.

— Тебе больно? — таки не обошлось без типичных вопросов.

— Нет, любимый, мне хорошо, — я погладила его по щеке и поцеловала.

Толчки усилились, стоны стали громче. В какой-то момент мы поменялись местами, и снизу был уже Дамияр. Но, видимо, это ему понравилось, он дал мне управлять им. Устанавливать темп, ритм и даже громкость стонов.

Человек была счастлива. Уже давно она не получала такого искреннего удовольствия. А тварь… тварь получала удовольствие от осознания того, что Стефан явно слышал, что происходит в комнате.

Я потеряла счет времени, но могу сказать, что для девственника это было долго и немного дико. И как же было приятно засыпать на крепком теле, прижатой к нему мужскими руками.

Пусть человек еще немного порадуется, ведь скоро все точно закончится и снова придет время твари…

Не простишь...но будешь помнить...

Город никогда не казался мне красивым, но я безумно любила ходить по нему ночью или поздним вечером. На улицах становилось меньше людей, воздух казался чище, а темнота скрывала все уродства.

Но чем ближе я подходила к дому, тем беспокойнее становилось. И если раньше было лишь ощущение непонятного, то сейчас произошло то, чего не происходило последние семь лет… голос…

«Шевелись! Живо!» — шипящий, он прозвенел внутри моей головы, и я, повинуясь приказу, словно под гипнозом, мигом рванула домой. Мне было абсолютно не важно, что на меня смотрят люди. Смотрят косо и осуждающе. Плевать!

«Не в дом!» — Орал голос. Обогнув дом, я встала как вкопанная: на брусчатке за домом в крови лежало тело Миста.

Слезы сами полились из глаз. Сколько я не плакала? Семь лет. Семь долгих лет…

Аккуратно приподняв пушистое рыжее тело, стала его гладить. Ждала, что он как обычно фыркнет или начнет ёрзать… Пожалуйста! Только не Мист! Я не кричала — не получалось. Не могла. Это были лишь мысли… «Записка» — шипело в голове, и глаза сами нашли свёрнутый листок бумаги с сургучом, который я зло разломала, не выпуская из рук тело лиса.

«Для Тени, — значилось наверху. — Послание не для вас, мисс, а для того, с кем вы связаны. Подарок к нашей игре. — И подпись, — Эстет.»

«Ублюдок! — Тварь рыкнула в моей голове, — мы разорви его по частям! "

«Что нам делать?» — Человек был напуган.

«Чернов! Хватай лиса и тащи к нему! Живо!» — Рявкнула Тварь.

Пока я бежала к дому Дамияра, телом будто управляла не я… Тварь… Такое было однажды, семь лет назад. Но с тех пор Тварь молчала. Она тихо жила во мне и помогала, когда это необходимо, но сейчас все изменилось. Тогда моя жизнь была под угрозой, а сейчас под угрозой то, что дорого нам обеим.

Добежав до дома мужчины, я была рада, увидев свет — он не спит. И принялась громко и сильно стучать в дверь, за которой скоро послышались быстрые шаги.

— Помоги, — тихо прошептала я как только Дамияр открыл дверь.

— Милая, что случилось? — Брюнет испуганно смотрел на меня в окровавленном платье и с телом лиса на руках.

— Помоги! — Снова повторила я.

Чернов завел меня в дом и увел на кухню. Велел положить тело лиса на кухонный стол и рассказать что произошло, что я и сделала, только умолчав о записке.

— Милая, успокойся. У меня есть одна мысль, но я ничего не обещаю. Сегодня я это сделать не могу, но обо всем позабочусь, — Дамияр обнимал меня, не боясь перепачкаться в крови, — Оставайся у меня. А завтра вечером я всё исправлю.

— Я не могу остаться, — прошептала я, — мне надо уйти. Но умоляю, помоги!

— Я сделаю все, что смогу! Клянусь! — И всмотреться в мои глаза. — Ты плачешь, но только одним глазом. Почему?

«Убирайся из этого дома! Сегодня нам здесь нечего делать! Не бойся, он поможет. А у нас ещё есть дела. Надо найти выродка и вырвать его сраное сердце!» — Рычала Тварь.

Оттолкнув мужчину, я вылетела из дома.

***

Второй раз я отказываюсь в этом кабинете. Первый раз я была здесь как милая девушка, а сейчас как обозленная тварь.

«Бешеный кот. Серьезно? Ничего интереснее он придумать не мог? Покровитель проституток, — шипела Тварь, — надо же! Ты только посмотри, что у нас тут!»

На столе стояла фотография. На ней были изображены двое людей: молодой светловолосый парнишка и милая рыженькая девчушка. Мальчик бережно прижимал к себе девочку и искренне улыбался.

Рука сама непроизвольно потянулась к рамке. Но как только я взяла фото в руку и поднесла к лицу…

«Берегись!» — рявкнула Тварь, и мое тело перестало полностью подчиняться мне. За штурвал взялась она.

Ловко уйдя от удара ножом, нанесла удар в ребра и перекатилась по столу, разметав бумаги по комнате.

— Вам никогда не говорили, господин Бертрен, что нападать на гостей не к добру?

— Гости не приходят убить! — Грубо ответил мне Виктор, нанося новые удары.

Тварь — не человек, ее невозможно просто ударить или убить. Она с лёгкостью парировала удары мужчины и наносила резкие точёные в ответ, которые блокировали работу определенных мышц.

«Сильный, но такой предсказуемый, » — недовольно отзывалась Тварь, когда тело мужчины обездвижено упало в кресло.

— Я не убивать тебя пришла, идиот! Мне нужна информация. — Я ловко и грациозно села к нему на колени лицом к лицу и обвив руками его плечи. Поза выглядела очень откровенно, но Тварь этого жаждала — это забавляло.

— Если не убить, тогда зачем? Ты же Тень. Городская легенда, детская страшилка. Пришла просто показаться? Я же смогу и сдать тебя.

— Если сдашь, то быстро сдохнешь, котик. Все понял? Мурлыкни, если да.

— Да пошла ты!

— Как грубо! А я же девушка, — ударила его по губам, — но закончим наши игры. — Я потерлась бедрами его и посмотрела в глаза, — Эстет. Что ты о нем знаешь?

— Кто?

— Эстет. Убийца. Если слышал про кровавых ангелах, то это его рук дело.

— Я думал твоих, — ухмыльнулся Виктор.

— Серьезно? Идиота кусок, слушай внимательно! Мне нужен Эстет! Эта мразь перешла мне дорогу и должна подохнуть. А ты, котик, найдешь мне его! А если нет, то я тебя убью, понял?

— Разве есть у меня другой вариант? — Хмыкнул парень и внезапно втянул воздух, принюхиваясь, — почему… Почему ты пахнешь мятой и вишней?

За вопросом последовала пощёчина, я слезла с его колен. Подошла к окну и запрыгнула на подоконник.

— Я скоро снова навещу тебя. Если хочешь жить, найди мне этого ублюдка Эстета.

— А если нет, то убивать ты меня будешь в той же позе, что и несколько секунд назад? — Скептично протянул Виктор.

— Я знаю много незабываемых поз.

Последний раз взглянув на него, я выпрыгнула из окна.

***

Ночью я не спала, да и днём на работе не могла ни о чем думать, кроме лиса и Эстета. Хотя большую часть мыслей все-таки занимал Мист и надежда на то, что Дамияр сдержит слово…

Я еле дождалась вечера. Слишком много событий и боли. Дамияр сказал, что я смогу прийти около восьми часов, к тому моменту все будет готово. Я не стала толком приводить себя в порядок, успела лишь натянуть простое чёрное платье и протезы. Рыжие волосы остались распущенными и растрепанными. Первый раз я настолько быстро добралась до дома Чернова, а уже нетерпеливо стучала в дверь. Каково же было мое удивление, когда открылась дверь, и мне на руки забрался мой лис. Живой! Ничего не изменилось в нем! Все тот же хитрый лис, который прижимался ко мне и тёрся мордой! Только на его теле появилась маленькая металлическая деталька на груди. Я подняла глаза и встретилась со взглядом Дамияра, стоящим в дверях.

— Сюрприз, — Дамияр немного нервно улыбнулся, пряча влюбленный взгляд.

«Какой милый влюбленный мальчик! Видимо он действительно любит тебя, ты только посмотри в его глаза! Такой и на преступление ради своей женщины пойдет!»

Дамияр галантно пригласил даму и ее вновь живого питомца войти.

— Стефан остался погостить у матери. Так что, я полагаю, что заслужил «романтический ужин на две персоны»?

— На три, дорогой! И тебе ещё предстоит побороться за сердце дамы с хитрым рыжим соперником, — я подошла к мужчине и нежно поцеловала его в губы.

И человек, и тварь были безмерно благодарны ему за то, что он вернул самое светлое, что было за последние годы в жизни Тени.

— Готова на любой каприз после такого подвига, рыцарь!

— Ну что ж, придется смириться, что в твоей жизни я второй, — улыбнулся Дамияр и погладил лиса по голове. — Проходи, я уже все подготовил.

— Радуйся, что нет третьего, четвертого и так далее…

Я выпустила лиса из рук, приблизилась к Дамияру и закинула руки ему за шею. Прижалась и тихо прошептала на ухо:

— Спасибо… Ты даже не представляешь, насколько ты мне помог… Вряд ли я когда-нибудь смогу расплатиться за такую помощь. Спасибо, Дамияр, спасибо.

И снова поцеловала его.

Закрыв глаза, я нежно прижалась к мужчине, догадываясь, что такого может больше и не произойти…

— Кажется ты говорил про ужин? И что все уже готово. Мист убежал на кухню, и, если мы не поторопимся, то останемся без романтического ужина.

— Дамы вперёд! — Дамияр убрал прядку с моего лица, легонько коснувшись щеки. В ярко-рыжих красивых волосах запутались солнечные зайчики — он это видел.

Девушка развернулась и быстрым шагом пошла за шустрым лисенком.

«Он явно нервничает. Чувствую, что наша цель рядом. А наша цель разработка или секс?»

— Ах ты, мелкий жулик! — Я схватила лиса, уже запрыгнувшего на один из стульев и что-то увлеченно желавшего, — ужин, видимо, очень вкусный, Мисту нравится!

Лис посмотрел на меня и, будто улыбнувшись, убежал в сторону комнаты Дамияра.

— Все выглядит очень мило. Давно у меня не было… романтического ужина.

— У меня вообще их не было — работа не позволяет быть романтиком, впрочем, если ты не против, можем как-нибудь повторить, — галантно предложив мне место, Дамияр поставил небольшую миску с молоком лису и сел сам, — старайся по меньше ему давать еды, лучше уж молоко… Или кровь.

— Кровь? Серьезно? Ее у меня нет, а вот молоко можно достать намного легче, — я хитро улыбнулась и поправила растрепанные волосы, — правда дама сегодня не очень подходит под романтический ужин.

— Конечно не подходит, — Дамияр встал из-за стола, и, задернув шторы и зажигая свечи, продолжил, — а вот теперь — в самый раз.

«Ее волосы при свечах стали еще прелестней. Где ты была раньше? О, любовь моя? Глаза его так и горят этим! Возможно, я бы не торчал, как книжный червь на работе!» — Тварь не унималась, ситуация ее забавляла. Она пыталась обрисовывать в своей интерпретации мысли мужчины в моей голове.

В это время этот самый мужчина красочно и увлеченно рассказывал про уход за Мистом.

— Дамияр, это, конечно, очень мило, и я очень благодарна тебе, но ужин превращается в лекцию по уходу за животным. — Я устало улыбнулась и подмигнула ему, — кстати, очень вкусно! Сам готовил?

Я встала, обошла стол и подошла к сидящему мужчине со спины.

— Ты слишком напрягаешься, — аккуратно запустила руки ему в волосы и стала массировать голову. — Ты начал повторять фразы. Только про одно только молоко сказал уже трижды. Успокойся. Ты вернул мне Миста, я не хочу, чтоб это плохо на тебе отразилось.

Перехожу с головы на плечи и массирую уже их.

— Но как ты смог воскресить его? — Я наклонилась и перешла на тихий шепот.

Когда-то один человек сказал, что при помощи голоса и прикосновений можно вытащить любую информацию из мужчины. Особенно из влюбленного мужчины.

— Это важно? — «Продолжай, не останавливайся… Слишком вкусно пахнут твои волосы», — с придыханием шептала Тварь, имитируя мужской голос. Мужчина лишь притянул к себе и начал целовать, куда мог дотянуться.

— Должна же я знать, как именно ты вернул моего хитреца, — Тварь мурлыкала под поцелуями, продолжая ласкать его руками и вытягивать любопытную информацию, — покажи мне, пожалуйста! — За этим последовал аккуратный поцелуй в губы.

Мужчина отстранился:

— Я не могу… Просто не могу тебе этого сказать, Вероника. Для твоего же блага — не задавай вопросов. Приятный же вечер, зачем его портить всякой ерундой?

Я резко и ловко отодвигаю его стул и устраиваюсь на коленях мужчины.

— Прости, просто любопытно. Это же так… волшебно. Надеюсь тебе ничего не будет за подробный поступок. Ничего, кроме моей благодарности.

Наклонилась и поцеловала Чернова в шею, оставляя яркий засос.

На ощупь он начал расстегивать мое платье, было не сильно удобно, но мужчина компенсировал свою неловкость нетерпением.

— Ужин был очень вкусным. Каков будет десерт?

Дамияр уже успел расстегнуть верх платья и приспустить его, не выпуская рук из рукавов, что сковало мои движения.

— В прошлый раз ты не был так нетерпелив…

— В прошлый раз мы не были так долго знакомы, — теперь была очередь Дамияра ставить засосы.

— Значит в этот раз будет интереснее. Но точно знаю, что разговоров достаточно!

Круто выгнувшись на коленях мужчины, я задула свечи на столе, и тварь хищно улыбнулась, предвкушая продолжение вечера.

— Будем наслаждаться друг другом тут? Или, все же, переместимся на кровать? — Впрочем, Дамияр был готов продолжать где угодно. А вот дама могла и отказаться.

— Дама предпочитает кровать, — не хотелось пугать мужчину тем, что я готова была заняться этим с ним прямо на столе, прямо здесь и сейчас.

Я встала и скинула платье окончательно и двинулась в сторону спальни, слыша, как Чернов идёт за мной в спальню.

В комнате ещё горели небольшие лампы на столе, на котором лежали странные металлические детали, напоминающие железяку у Миста на груди.

— Забыл убрать рабочий стол, — смущенно улыбнулся Дамияр, — но нам же это не помешает?

— Это то, о чем я подумала? То, что теперь у Миста? То, что вернуло его?

Я прижалась к нему и начала стягивать его одежду, гипнотизируя голосом и прикосновениями. Мне нужен лишь был простой ответ «да».

— Вероника, ну я же просил! Не задавай вопросов, — устало ответил Дамияр, впрочем, диалог был сейчас неуместен, потому он просто прикрыл мой рот своими губами.

Значит это то самое. То, что я должна забрать. Забрать и уйти… из его жизни.

Я сама повалила его на кровать, но сегодня я отдала всю власть этому замечательному мужчине, который смог полюбить тварь, даже не зная о ней.

***

«И кто ещё из нас тварь? Влюбила в себя парня, трахнула, лишила невинности и собираешься обокрасть и подставить бедолагу, » — саркастично шипело в голове.

«Замолкни! Молчала же спокойно семь лет!» — Подумала я.

«На все свои причины…» — Тихо раздалось в ответ.

Дамияр спал, раскинувшись на постели. Только что он обнимал меня, а теперь уже ничего не напоминает обо мне. Может, только запах. Вишни с мятой.

Не знаю, что заставило меня это сделать, но, как сказала Тварь, на все свои причины. Я подошла к шкафу Чернова, достала из него его рубашку, штаны и жилет, надела вместо платья, что так и осталось лежать на кухне. Нижнее белье тоже осталось лежать на полу. Почему-то я не хотела это брать. Хотела оставить все это здесь, а с собой забрать частичку этого прекрасного мужчины.

Мист тёрся у моих ног и заглядывал в глаза. Ничем не изменился, мой малыш. После того, что я сделаю, Дамияр меня возненавидит, так что хотя бы ты будешь со мной.

Я подошла к столу и быстро собрала в небольшой мешочек все странные металлические детали, чертежи и записки к ним. Взяла небольшой листок бумаги и написала: <i>«Прости меня… Хотя глупо это просить, ты меня возненавидишь. Я Тварь, и мне нет оправданий. Но ты замечательный, и мне очень жаль, что приходится так поступать. Хотя лучше не прощай, ненавидь меня — я это заслужила. Ты говорил, что я особенная… ты был не прав, я изуродованная тварь, во мне ужасно все. Я оставлю тебе кое-что…»</i>

Я вытащила искусный протез глаза и положила к письму. Подошла к мужчине и поцеловала его в уголок губ в последний раз. И, подхватив Миста и мешок с разработками на руки, выскользнула в темноту ночи через окно…

«Он не простит, но будет помнить.» — Эхом пронеслось в голове.

Смерть и маски.

В "Каэдвиге" было многолюдно. В нижнем зале выпивали простые люди, которые хотели насладиться недорогими изысками ресторации, а в верхнем зале, как обычно, сидела публика побогаче. Я никогда не работала в нижнем зале, но прекрасно знала, что он из себя представляет. Всё выполнено из темного дерева, несколько больших и несколько маленьких столов аккуратно расставлены по залу. С краю располагается деревянные барная стойка с высокими резными стульями.

Верхний же зал "Каэдвига" — изысканный, ибо в нем принимали трапезу богатые жители квартала удовольствий и университетского квартала, хотя приезжали и из других престижных районов. Полумрак и нежное синее освещение сочетается с живыми необычными растениями и призрачно-белыми деревьями, окутанными серебряным светом. Столы и белого дерева и стулья под стать. Изящные белые светильники источающие нежно синий свет. Барная стойка,будто покрытая живыми растениями и цветами, где ветки деревьев служили полками. Стены ,которые снаружи казались каменным монолитом изнутри были абсолютно прозрачны и открывали вид на дивный парк вокруг заведения, а потолок имитировал звёздное небо. Посетителей просто манило ко мне за барную стойку. Моя маска казалась им интригующей, но каждый раз, когда меня приглашали в уединённое место дабы снять её, я готова была убить мерзавца на месте…но нельзя.

«Я надеюсь, что нам в скором времени закажут половину этих ублюдков, — мурлыкала в голове Тварь. Ей доставляло удовольствие наша работа. С тех пор, как она воскресла в моей голове, Тварь рисовала картинки убийства большинства моих клиентов в моих мыслях. И ей это доставляло удовольствие. — Смотри, Арти, кажется пришли наши деньги», — возбуждённо продолжала Тварь.

Я повернула голову и увидела разглядывающего меня таинственного заказчика. Как и в прошлый раз — весь в чёрном. Лица я его из-за тени от шляпы разглядеть не могла, лишь суровый подбородок, немного поросший тёмной щетиной.

— Я рад снова видеть вас, прекрасная леди в маске. И знаю, что вы выполнили мой заказ, — даже голос его в голове не задерживался: слишком обычный.

— Не скажу, что рада была иметь с вами дело, — я положила перед ним чёрную папку с украденными у Чернова разработками. — Отдавайте оставшуюся часть награды, забирайте пакет и проваливайте!

— Как же вы жестоки, моя леди. Надеюсь, к нашей следующей встрече вы изменитесь… — с этими словами мужчина забрал мешок, и на его месте появился увесистый кошель с моей наградой. Незнакомец чуть склонил голову в знак прощания и быстро затерялся в богатой толпе.

«Нам он не нравится, мерзкий ушлёпок, — не могу с тобой не согласиться, Тварь, — Повернись, малышка, к нам плывут развлечение и деньги»!

***

«Давно у нас не было подобных развлечений, Арти», — счастливо мурлыкала Тварь.

Я ухмыльнулась. Она права… Один обкуренный богатенький тип дал мне крайне интересный заказ. Убийство, от которого, конечно, хотелось отдохнуть, если бы не одно но… Необходимо пробраться на закрытый маскарад, организованный кем-то, приближенным ко двору — это раз. Убить неких Марианну Викс, Демиэна Горна, Кристиана Ваэля, Саманту Риот и Нормана Прайса — это два. Причем, сначала найти их среди толпы ряженых гостей. И подложить улики, указывающие на некого Олафа Шора. Интересно и необычно. Поэтому оказалось трудно отказаться от такого задания.

Правда, мы с Тварью долго не могли сойтись в методах исполнения, но все же, решено было действовать по-моему. Тварь желала пойти на маскарад под видом гостя и, наслаждаясь угощениями и музыкой, выполнить заказ. Но это было бы неразумно. Нельзя привлекать внимание и поднимать шум. Необходимо выцепить цели по одиночке и так, чтобы остальные гости ничего не заподозрили. Но сначала необходимо дождаться того момента, когда гости будут достаточно пьяны.

***

Тварь помогла мне с наблюдениями и обозначением жертв. На это ушло около часа. Пока в залах шло празднование, я тихо пробиралась к первым жертвам, решившим уединиться в одной из гостевых спален. Бесшумно прокравшись в комнату, я подготовила нож-иглу, от которой не остаётся следов.

«Какая крикливая парочка, слишком неестественно, они мерзкие. Ты-то получше стонала под мужчиной, которого обманула», — заткнись, Тварь.

Сначала игла вошла между шейными позвонками мужчины, сношавшего партнершу в собачьей позе. Потом игла пронзила голову женщины через ухо. Марианна и Кристиан даже ничего не поняли и так и остановились навсегда в процессе совокупления.

«Глупые, вечно суетящиеся мошки. Но ведь и ты тоже человек, Арти», — с тобой, в моём теле, я больше не могу считать себя человеком.

Ещё одна жертва была застигнута в дальнем углу обширной библиотеки. И единственное, что этот Демиэн Горн ощутил до своей смерти — прижавшееся сзади женское тело. Потом он был устроен в кресло, в котором его и найдут. Осталось двое.

Их было выследить и устранить чуть сложнее. Они постоянно находились в центре внимания.

«Мисс Риот явно перебрала с выпивкой, предлагаю ядовитую иглу. Ситуация обычная: дама падает в обморок и вскоре умирает», — а ты, Тварь, права.

Уже через пару секунд медленно умирающую девушку несли в тихую комнату. И, как на счастье, на руках ее нёс Норман Прайс, получивший ножом-иглой прямо в сердце. Именно ему, последнему, была подкинута записка с инструкциями об устранении остальных и нож-игла с отпечатками фальшивого убийцы.

Пора уходить. Я выпрыгнула из окна и перебралась по деревьям через забор на соседнее здание.

«Кажется на нас кто-то смотрит, Арти».

Я обернулась и сквозь листву разглядела человека, смотрящего в мою сторону. Этот мужчина отсалютовал мне бокалом и удалился от окна.

«Убираемся, живо!» — шипела Тварь. И я послушала ее, и уже бежала по крышам ночного города, и рядом мчался свободный ветер.

Встреча с прошлым.

— Госпожа Эвола Ромин? — к барной стойке подошла богато одетая брюнетка и присела на высокий стул.

— Допустим. Что вам налить? — я спокойно ответила женщине.

— Вино. Красное сухое, пожалуйста.

Я достала толстый бокал на высокой ножке и налила в него красную жидкость.

— Ваше вино. Лучшее в "Каэдвиге". Насколько я понимаю, вы, предпочитаете только лучшее, верно? — пузатый бокал опустился перед женщиной.

— И как же такая сообразительная и красивая девушка оказалась на столь ужасной работе, ещё и в подчинении у мужчин? — женщина сделала глоток и мерзко улыбнулась.

— Мне нравится моя работа, госпожа. И меня полностью устраивают, как вы там выразились, мужчины, у которых я в подчинении, — ехидно ответила я, а Тварь внутри меня одобрительно шевельнулась.

— Женщины не должны работать под мужчинами. Они должны руководить и управлять, женщин должны слушать и уважать. Мужчины должны почитать и ценить нас…

— Избавьте меня от глупой и бессмысленной феминистической пропаганды. Я знаю о вашем существовании, но я вас не поддерживаю и не понимаю.

— Вы слишком завязли в патриархальной системе, бедная слабая девушка, — слишком сладкий голос, лживый и такой же неприятный, как и его хозяйка.

«Давай ее убьем? Тебя же она бесит, отвратительная, сумасшедшая женщина!» — прошептала Тварь. На деле я бы с ней согласилась, но она явно пришла сюда не ради промывки моих мозгов.

— Не тратьте время попусту. Вы пришли не только выпить, — я не спрашивала, я констатировала факт.

— Вы правы, мисс Ромин. Нам нужна помощь Тени, — тонкие пальцы положили на стол конверт, в котором явно были деньги и фото, — сумма приличная, Тень нам точно не откажет, — женщина допила бокал, положила на стол деньги и поднялась со стула, — знаете, мисс Ромин, я надеюсь, что Тень женщина. Ведь так и должно быть.

«Чтоб она сдохла, сука! Ну, или мы ей с этим поможем. Что скажешь, Арти?» — снова предложила Тварь.

«Замолкни!»

Я взяла конверт. Благо, сегодня в "Каэдвиге" было немноголюдно, и барная стойка пустовала. Конверт был достаточно увесистым. И в нем действительно лежали деньги, большая сумма…и фото.

С фото на меня смотрели знакомые глаза, насыщенно-синие с желтыми прожилками. Красивые глаза красивого мужчины. Светлая кожа, седые волосы средней длины, высокие скулы, аккуратная седая щетина и небольшой шрам с левой стороны над верхней губой. Мужчине на фото было за пятьдесят. Пятьдесят четыре, если быть точной, и зовут его Артур Уотерс.

«Кто бы мог подумать, Арти! Твое прошлое явно хочет вернуться в твою жизнь!» — Тварь удивилась не меньше меня.

***

Ночью крыши всегда холодные. Но иногда холод необходим моему телу. Я сидела на крыше дома напротив особняка Уотерса и ждала момента, когда Артур вернётся домой, и зажжет в своем кабинете свет.

Тварь молчала, а я немного нервничала. Не так как во время встречи с Виктором, и не так, когда я покидала ночью спальню Дамияра с его разработкой. Я сжала руки в кулаки и зажмурилась. А когда открыла глаза и взглянула на балкон кабинета Уотерса…то увидела мужчину, смотрящего на меня и приветливо машущего рукой.

— Здравствуй, Артемида, — улыбнулся мужчина, когда я спрыгнула на балкон, — не ожидал увидеть тебя, девочка.

— Здравствуй, Артур, — тихо ответила.

— Пройдем внутрь, Арти, не стоит стоять здесь, — седовласый протянул мне руку, и я приняла ее своей механической рукой, — смотрю, протез отлично работает, надеюсь, без проблем.

— Он прекрасен, как и протез глаза, не знаю, что бы делала без них. Спа…

— Не стоит, милая, — Артур тепло улыбнулся мне и, притянув к себе, крепко обнял, — я пару раз заходил в Сирену, видел тебя. Но побоялся подойти, не хотел вмешиваться в твою новую жизнь больше необходимого, — он аккуратно провел рукой по протезу руки, — все такой же рыжик.

— Это краска. Насколько ты видишь, я поседела. Теперь, ещё больше похожа на тебя, — ухмыльнулась я.

Мужчина выпустил меня из объятий и прошел к столу. Достал два бокала и разлил по ним янтарный напиток, нежный аромат которого сразу донесся до меня.

— Яблочный бурбон? — спросила я, присаживаясь на край стола.

— Да, ты заставила меня его полюбить, — Уотерс покрутил бокал в руке, — кто бы мог подумать, что юное создание, отданное мне в жены, пьет яблочный бурбон.

— А кто бы мог подумать, что вместо типичной семейной жизни меня будет ждать тяжёлое обучение, — в ответ на это мужчина рассмеялся.

— Ещё скажи, что тебе не понравилось, — он театрально изогнул бровь.

— И не говори, особенно мне понравилось умирать в подворотне…

После этих слов Артур помрачнел.

— Думаю, глупо спрашивать о причине твоего появления?

— Скажите мне, герцог Артур Уотерс, что же вы такое сделали, что вас решили заказать?

Он залпом осушил бокал и поставил на стол. Он посмотрел в окно, а потом перевел взгляд на меня.

— Позволь узнать, меня заказала женщина?

Я коротко кивнула в ответ

— Великий герцог Артур Уотерс мешает феминисткам развиваться и проедать общество, — Артур снова улыбнулся, но немного грустно, — видишь ли, Арти, я имею достаточную власть во многих отраслях и сферах. И мое влияние не даёт агрессивным феминисткам разлагать общество. Они хотят руководящие посты, денег, почета уважение. Они хотят, чтобы им все принесли на блюдечке, не имея ни знаний, ни опыта. Я готов предоставлять им работу по их умениям, но им нужно больше! — в голосе звучала злоба, — они начали устраивать протесты на фабриках и предприятиях. Пока это зашло не так далеко, и мы можем все держать под контролем… но как долго это продлится? Я не ущемляю и не принижаю женщин, вы великолепные создания, и вы можете добиться всего сами! Но такие как они разлагают общество. А такие как я мешают им это делать. Так что давай, Тень не может не выполнить заказ.

Ничего не говоря, я обняла мужчину из своего прошлого. Немного отстранилась и провела рукой по его лицу.

— У Тени есть голова и разум. Тень может принимать правильные решения, — я легко коснулась губами щетины на его щеке и вышла на балкон.

«И что? Сегодня без смертей?» — раздалось в моей голове.

«Ну как можно сегодня обойтись без этого, моя дорогая Тварь?»

***

Я выбралась на аккуратный балкон, заставленный цветами, и тихо затворила за собой стеклянные двери. Следов моего пребывания не осталось, почти…

В ванной комнате на тумбочке лежал конверт. Тот самый конверт с деньгами, что отдала мне в уплату за убийство Артура Уотерса глупая женщина. Только в этом конверте не было фотографии, лишь деньги. А женщина, что принесла мне конверт… ее тело осталось лежать в дорогой ванне, наполненной розовой водой с лепестками.

«Я же говорила, что надо убить эту суку!», — мурлыкала в моей голове Тварь.

Тварь.

Чёрные часы на полке у окна показывали полночь, а значит, до выхода на задание остаётся ещё пара часов. Это время можно провести как обычный человек.

Мист ползал вокруг меня по полу, пытаясь обратить на себя внимание, а я пыталась не поддаться. Лис фыркнул, подполз к моим разметавшимся на полу волосам и начал в них кружить.

— Ах ты наглое животное! — беззлобно вскрикнула я и, схватив рыжего, прижала его к груди.

Мой наглый друг видимо только этого и ждал, сразу же замурчав и прижавшись ко мне. А я нежно гладила его по шерсти и за ушками. Сидела бы так часами. Ну или в обнимку с бутылкой пряного рома. Собственно, пару бокалов я уже выпила — больше нельзя, задание. Я задумалась и перестала гладить лиса. Мист фыркнул и легонько прикусил мне руку, за что получил по носу. После чего зарычал на меня и убежал по лестнице на второй этаж.

«Наглое рыжее чудо, любим мы его. А он любит нас… хоть кто-то умудряется любить и быть с нами», — тихо раздалось в голове.

«Помнится, ты сама говорила, что любовь нам не нужна, без нее легче, все беды только от нее», — начала я редкий безмолвный диалог в голове.

«Только из-за любви ты и пострадала семь лет назад. Именно из-за нее все пошло под откос. Зачем она нам? Почему мы видим сны с тем, кого обокрали и подставили? От любви только хуже, запомни, Арти».

«Спорить с тобой бесполезно!»

Я поднялась с пола и перекинула длинные волосы через плечо. Седых стало ещё больше. Тяжело вздохнула и направилась в подвал, подготовиться.

***

«Что-то не так!» — тревожно раздалось в голове.

Задание было очень простым: взломать кабинет важного чиновника, выкрасть пару важных документов и подменить несколько договоров. Но Тварь была неспокойна.

Я бесшумно проникла в окно и пошла в сторону библиотеки, где должна была находиться дверь в кабинет, судя по типичной планировке многих богатых особняков. В доме было тихо. Слишком тихо и очень холодно. Мой особый глаз не фиксировал присутствие сигналов или ловушек, даже присутствие живых существ, хотя, судя по времени, владелец дома должен был тихо спать в своей кровати.

Дверь в библиотеку открылась бесшумно…

— Твою мать, сука! — я смотрела на тело, распятое на книжном шкафу.

Полностью обнаженный мужчина, с обернутыми толстой колючей проволокой ногами и руками. Детородные органы вырезаны под корень, а кожа на груди отсутствовала. На уровне бедра к полке был прикреплен конверт, на котором красовалась надпись: «Тени».

Я быстро подошла к телу, сорвала конверт и вскрыла его.

«Дорогая Тень, наша игра еще не закончилась, а вы совсем забыли обо мне. Но, я всегда рад освежить вашу память. Искренне Ваш, Эстет».

Я ударила искусственной рукой по стене рядом со шкафом, выбивая крошево штукатурки. От накрывшей волны гнева я не сразу уловила механическим глазом несколько живых людей, появившихся в доме.

Быстро выбежала из библиотеки в коридор к открытому ранее окну, повернула голову на шум. Там, в конце коридора, по лестнице поднимался небольшой отряд полиции.

— Это она, это Тень! — раздались испуганные голоса.

— Это убийца, о которой нам сообщили, взять её! Не важно, кто это, она ответит перед законом! — громко приказал, видимо, главный.

На огромной скорости я выскочила из окна и забралась на крышу. На удивление, стражи порядка отставали ненамного. Я была впереди, но этого было мало. Главное было вымотать их и добраться до ближайшего входа в катакомбы.

Я перестала оглядываться назад, а рядом со мной просвистело несколько пуль.

— Блять! — сквозь зубы прошипела я.

«Прыгай со следующей крыши, они побоятся, а там и до входа недалеко, они нас не найдут!» — на что я просто быстро кивнула и резко сиганула с крыши трёхэтажного особняка в переулок, скрываясь в темноте.

«Успели…»

— Госпожа Тень, всегда хотел увидеть вас лично, — раздался мужской голос из-за угла здания, где был вход в катакомбы.

Я резко развернулась к источнику голоса и направила туда руку, из которой выдвинулось тонкое и острое лезвие.

— Убирайся, я не причиняю вреда тем, за кого мне не заплатили, — глаз не фиксировал рядом присутствие других людей.

— У меня есть кое-что ваше, госпожа Тень, — высокий молодой брюнет протянул руку, в которой лежал мой старый протез глаза, некогда оставленный на столе Дамияра Чернова.

— Дамияр, — тихо прошипела я, — какого хрена?!

— Я пришел поговорить. Мое имя инспектор Рен Гоффман, — мужчина поднял руки и подошёл ближе ко мне, — я знаю, что вы не совершали сегодняшнее убийство, не ваш стиль.

— Повторяю ещё раз. Какого хрена?!

— Ваш глазик был найден на месте преступления. Мы не сразу поняли, что к делу причастна легенда города. А господин Чернов, который… к слову, не важно, что с ним. Но, он говорил о девушке, которой никогда не существовало…

«Молчи, идиотка!»

— Что с Дамияром?

— Я был прав, он не безразличен вам, иначе вы бы не оставили ему такие подарки на память.

— Что с ним?! — Гоффман начал выводить меня из себя.

— Из-за того что вы сделали, он сейчас в крайне скверной ситуации. Но я хочу ему помочь. И для этого мне нужна ваша помощь. Всего лишь один разговор, и я сделаю вид, что вас не видел. Идёт? — инспектор протянул мне руку.

«Не соглашайся! Не смей!» — орал голос в голове.

— Хорошо, — голос был полностью проигнорирован, сейчас в теле бурлили эмоции и чувства, — ведите.

***

— Издеваешься, инспектор? Ты привёл меня в тюрьму? — я схватила мужчину за ворот куртки.

Тюрьма выглядела устрашающе. Немного напоминала старинный замок, только без романтического флера детских сказок. В стенах, выложенных большими черными камнями, оконца, защищённые опасными и острыми решетками. Угрюмые охранники с цепким, острым взглядом, чуть ли не раздевали глазами пришедших. И делали они это далеко не из-за животных побуждений. И вся эта чудная территория была обнесена высоким забором, из того же черного камня, со стальной решеткой, по которой бежал ток.

— Я беспокоюсь о своей безопасности, именно поэтому мы будем беседовать здесь, в камере допросов. Или господин Чернов останется без моей помощи и, возможно, долго не проживет, — черноволосый хитро ухмыльнулся.

— Ублюдок, — шикнула я и разжала пальцы.

Можно было уйти, но что-то заставляло меня идти на поводу у Рена Гоффмана. Чертов Дамияр, почему он до сих пор мне важен? Ещё и Тварь молчала, что угнетало ещё больше, даже больше самой ситуации, в которой я оказалась.

— Сдай оружие, — сказал инспектор, когда мы зашли на территорию тюрьмы.

—Не пользуюсь, — ухмыльнулась я.

— Все служащие отправлены охоту за вами, — улыбнулся мужчина, но буквально через секунду эмоции на его лице сменились, — снимайте протезы. Оба! Не тяните время, от ваших действий зависит благополучие господина Чернова.

— Оставляете инвалида без помощи, да вы жестоки, — он не отводил взгляда от меня, пока я избавлялась от искусственных частей, которые потом Гоффман убрал в сейф со сложным механизмом. Я привычно оценила замок, на его взлом понадобилось бы минут десять.

— Я оставляю себя в безопасности рядом с городской легендой, — ответил он.

Инспектор вел меня по широким коридорам, с множеством зарешеченных камер, темных и тесных. В одной неподвижной, изломанной куклой лежала девушка, в другой, сгорбившись, сидел мужчина, что-то было в нем знакомое. Гоффман сделал приглашающий жест в соседнюю с мужчиной камеру. Я, поколебавшись, вошла. Инспектор подошел к столу, выдвинул стул, предлагая сесть. Несколько секунд и наручники, щелкнули на запястьях, приковывая меня к специальной скобе.

— Мера безопасности, госпожа Тень. Я вернусь за вами через несколько минут, и мы с вами поговорим о заказе на господина Чернова. Надеюсь, вам будет удобно ожидать меня здесь.

***

«Ты идиотка, Арти. Я говорила тебе валить! Но нет, глупые человеческие чувства забили тебе голову. И что теперь?! Твой святой инспектор нас обманул и оставил здесь, прикованными!»

«Прошу, замолчи…»

«Легендарную Тень поймали! За наши дела нас вполне законно казнят, и достаточно скоро!»

«Не надо, я всё это знаю…»

— Кто бы мог подумать, легендарная Тень в тюрьме, — раздался саркастический голос из соседней камеры.

Не зря тот мужчина показался знакомым. Едва хриплый голос зазвучал, я узнала его.

— Господин Дикий Кот, не удивлена что вы здесь. Когда-нибудь вы должны были оказаться в этом милом месте.

Кот развернулся, желая что-то сказать, но так и не произнес ни слова. Потом поднялся с места и быстро подошёл к решетке между нашими камерами.

— Твоя рука. Ее нет. Все что от нее осталось, это правая рука… — мужчина был поражен.

«Он догадался, Арти. Котик понял кто мы. Убьем его?»

— Что ты несёшь, драный кошак?!

— Когда я был подростком, то сильно любил одну девочку. Красивую рыжеволосую девочку из состоятельной семьи. Но наша история не сложилась, я ушел, а ее выдали замуж за какого-то старого аристократа… — мужчина смотрел мне в глаза и вытаскивал из своей головы воспоминания.

— Что мне с этого, идиота кусок! Какое мне дело до твоего бреда?!

— Я пострадал, а она бросила своего мужа, и долго выхаживала меня. Я увидел ее лишь раз. Повзрослевшую и прекрасную рыжую девушку с зелёными глазами. Она сказала, что вернётся ко мне, только ей надо кое-что уладить. И она ушла, ушла навсегда. Я думал… думал, что ее убили. На месте преступления осталась только оторванная правая рука в луже крови.

— Что ты хочешь мне этим сказать? — я так надеялась, что он не догадается.

— Когда ты приходила ко мне, я сразу почувствовал что-то, но не мог понять что и почему. Это ведь ты, Артемида? — его глаза были полны какой-то пустой надежды.

— И да, и нет. Артемида Уотерс действительно умерла семь лет назад. Я не она, не совсем она. После того что произошло она перестала существовать. Она бы не перенесла всего того, что случилось. Тогда и появилась Тень, — тихо сказала я, печально глядя в глаза мужчины.

— Почему ты ничего никому не сказала? Почему не пришла ко мне? — зашипел Виктор.

— Не важно, Виктор. Может, все это время судьба говорила нам… тебе, что не быть нам вместе. Забудь обо мне, и живи как жил. Так будет проще.

— Издеваешься, Арти?! Расскажи мне все! Что с тобой произошло? — Дикий Кот несколько раз ударил по решетке рукой.

— Нет. Тебя это не касается, Кот, — в этот момент послышались шаги, и мы замолчали, продолжая сверлить друг друга взглядами.

— Нашли себе друга, госпожа Тень? Не хочу вас прерывать, но я бы тоже хотел поговорить с вами, — инспектор Гоффман ухмыльнулся.

— Я найду тебя, слышишь Тень, — крикнул мне вслед плененный Кот.

— Враг или поклонник? — Рен Гоффман саркастично взглянул на меня.

— Безумный давний поклонник, все никак не отделаюсь от него, есть идеи? — все в такой же саркастичной манере парировала я.

<tab> — Можем казнить его или вас, или вас вместе.

<center>***</center>

<tab>«Допрос закончился, но он не отпустит нас. Нас убьют или запрут навечно из-за твоей глупости. Но я могу помочь! Мы с тобой теперь одно целое и не протянем друг без друга. За семь лет внутри тебя я накопила достаточно силы. Я ждала подходящего момента. Считай подарком на все последующие праздники».

«О чём ты?»

«Больше протезы тебе не понадобятся. Но в первый раз будет больно».

И в этот момент пришла дикая боль в плече, глазнице и голове. Я не кричала, но скулила от боли. Что-то рассекло наручник, приковывающий меня к столу, и мое тело мешком свалилось на пол. Когда я подползла к двери, что-то выбило ее из петель. Оно убирало все препятствия на пути к свободе. Я поднялась на ноги и шла, превозмогая боль. Совершенно не запомнился побег из тюрьмы и долгая дорога во всё ещё спящий торговый квартал. Боль утихала, оставляя после себя странные ощущения, а ещё я видела абсолютно все, чётко и красочно. Почему?

Витрина шляпного магазина ответила мне, привлекая моим же изменившимся отражением. Я медленно развернулась лицом к зеркальной поверхности…

— Какого?!..

И что мне теперь делать?

Как же давно я не плакала. Слезы текли по левой щеке, правая же сторона была абсолютно сухой ведь так неоткуда взяться слезам. Я сидела на самой высокой крыше города и смотрела на задымленное небо, сидела и потирала укушенную руку.

***

— Артур…

— Артемида, что случилось? — с испугом в голосе прошептал седовласый впуская меня в дом.

Я медленно вошла в холл особняка прижимая к груди нервничавшего лиса.

— Помоги мне, Артур, мне ведь больше не к кому обратиться.

— Что произошло, девочка? — мужчина снял с меня тяжелый и промокший черный плащ с капюшоном, — что случилось? Где твои протезы?

Язык не поворачивался сказать что-либо и я, отпустив Миста с рук, просто прижалась к мужчине. И он, ни говоря ни слова, обнял меня и погладил по спине.

— Пойдем, милая. Надо привести тебя в порядок, потом ты поешь и все мне расскажешь, — на это я смогла лишь кивнуть в ответ, и мужчина повел меня вглубь дома.

***

Укутавшись в теплый плед я сидела напротив огромного камина в одном из мягких кресел, в другом кресле сидел герцог Уотерс. Ему тяжело дался весь мой рассказ о произошедшем и взгляд его стал очень тяжелым. Он смотрел на огонь и поглаживал рыжего лиса, устроившегося у него на коленях.

— Может это все моя вина? — грустно усмехнулся мужчина, — старый глупец, вместо того чтоб построить семью с молоденькой красавицей женой, решил жить как жил. И, вместо того чтоб учить тебя в постели, я начал учить тебя сражаться, прятаться и выживать. Может быть, не сделай я этого, то Артемида Уотерс была бы сейчас жива. Да, плохой из меня муж, — он снова усмехнулся и залпом допил бокал с бурбоном, что стоял на деревянном столике между наших кресел.

— Да, ты определенно плохой муж, раз сейчас считаешься вдовцом, — также грустно, как и Артур, усмехнулась я.

— Да, точно, я очень плохой муж. Нашел умирающую жену в одной из подворотен, принес ее домой. Выхаживал несмотря на то, что все твои раны удивительно быстро заживали. Изготовил для тебя протезы и постоянно улучшал их. Устроил тебя в "Каэдвиг", помог с жильем и новым именем. И при всем при этом я плохой муж?

— Да, ты плохой муж, Артур, — я повернула к нему голову и посмотрела ему в глаза, — но, не смотря на это, ты замечательный человек и, наверное, мой единственный друг среди людей. Ты не бросил меня, не заставил быть типичной и скучной аристократской женушкой. Ты понял меня и принял то, какой я должна быть. Спасибо тебе за все, Артур. И я знаю что ты и так сделал для меня слишком много, но у меня есть последняя к тебе просьба.

— Я слушаю тебя, милая, и помогу в любом случае, — серьезно ответил Артур глядя на огонь.

— Пока я со всем не разберусь мне придется исчезнуть. Ты не мог бы разобраться с моим домом и убежищем внизу, и с работой?

— Конечно. Дом я выкуплю, чтоб у тебя всегда было место в этом городе, кроме моего особняка. И с работой все улажу, не волнуйся. Что-то еще?

— Мист. Ему нельзя со мной, — услышав свое имя лис поднял голову, дернул ухом и посмотрел на меня, — присмотри за ним. Он умный лис, послушный и добрый. Вы подружитесь.

— Мне кажется, что я уже с ним подружился. Верно, рыжий? — на это Мист лишь пробурчал что-то и свернулся калачиком.

— Спасибо тебе, Артур. Я не знаю как бы я выжила в этом мире без тебя. Я всю жизнь буду благодарна тебе, — я встала с кресла и убрала плед, подошла к креслу Артура и наклонилась к нему, — а ведь я, нверно, тебя люблю. Своеобразно, но искренне. Не как мужчину, родственника или друга. Нет, как-то особенно, — наклоняюсь к нему и легко целую в губы, — я уйду сегодня, не стоит меня провожать. И спасибо тебе еще раз за все.

Уотерс ничего не говорит, он только смотрит на огонь, пока я ухожу в комнату что он выделил мне.

***

Сейчас город кажется мне другим. А ведь я могла бы часто так стоять на балконе особняка и любоваться ночным городом. Гребанная жизнь, кровь и грязь заменили мне спокойную размеренную жизнь. Плохо ли мне от этого?

Под ногами раздалось приятное мурчание, и рыжий малыш потерся о мои ноги. Я улыбнулась и присела на пол, чтоб попрощаться со своим верным другом.

— Я ухожу, Мист, — мне показалось или его взгляд стал грустным, — ты будешь не один. Артур присмотрит за тобой, он очень хороший так что слушайся его и не доставляй хлопот.

<tab>Я потрепала лиса по голове и уже хотела подняться, как Мист вцепился мне в рукав не давая уйти.

— Мист, я должна уйти и взять тебя с собой я не могу, — лис лишь сильнее потянул мой рукав и зарычал, — отпусти, глупый. Я не знаю куда мне двигаться теперь, но тебе там точно не место.

Он отпустил выпустил мой рукав из пасти и опустил голову вниз. Я потянулась к нему, чтоб погладить теплый рыжий мех последний раз, но…Мист зарычал на меня, дернулся и прокусил мне ладонь до крови. Посмотрел на меня своими черными бусинами взглядом, в котором не было прежней теплоты, зарычал как на чужака и убежал прочь.

***

Гребанная жизнь! В «первой» жизни я умерла и потеряла любимого мужчину, во «второй» стала убийцей потеряв шанс на нормальную жизнь и встретила мужчину, которого подставила. Сейчас начинается моя «третья» жизнь. И я ничего не понимаю. Я абсолютно одна и не знаю что мне делать.

— И что мне теперь делать?! — подняв лицо к ночному небу, которое разразилось холодным дождем.

«Не переживай, я рядом и помогу тебе», — раздалось эхом в голове.

Плохие, плохие женщины.

В кромешной темноте я неподвижно сидела на крыше здания напротив одного из шикарнейших особняков. Сегодня там было шумно и многолюдно, сегодня там проходил съезд мерзких, как сказала Тварь, радикальных феминисток Арк-Кайлеста.

Мы с Тварью пришли к общему решению, решили обезопасить Артура и мужчин подобных ему от покушений неадекватных женщин, гонящихся за славой, властью и всеобщим вниманием. Последнее наше дело до того, как мы уйдем на дно и перестанем показываться на улицах города, пока не утихнет история с Дамияром Черновым и произошедшим в тюрьме.

«Все в сборе! Пора начинать зачистку помещения от вредителей», — радостно мурчала Тварь в моей голове, — «Перекроем все выходы и начнем веселье!»

Я встала в полный рост на крыше и вдохнула ночной городской воздух. «Пора!» — ответила я Твари.

Мой правый глаз вспыхнул темным кроваво-красным светом, и от него по моему лицу разошлись кровавые двигающиеся узоры. Волосы удлинились и приобрели все тот же кровавый оттенок, но не потеряли привычные мне седые пряди. Ветра не было, но волосы двигались сами по себе. От глаз по лицу, шее и правому плечу кровавые разводы двинулись в сторону отсутствующей правой руки. Из плеча стали расти кровавые нити, соединяющиеся и переплетающиеся в подобие руки с длинными когтями. И вот уже через мгновение на крыше стояла уже не я, не совсем я, нечто пугающее, но и невероятно притягательно-опасное.

Я ловко перебралась на крышу особняка в котором проходило сборище.

«Один парадный вход, выход в сад, два черных выхода, на окнах первых двух этажей решетки, оттуда они выбраться не смогут, три балкона. Сначала перекроем все выходы, потом займемся весельем, Арти.»

«Абсолютно с тобой согласна», — ухмыльнулась я.

Ловко спрыгнув на центральный балкон я, использовав очень крепкий металлический жгут, связала ручки так, что их невозможно было провернуть. И дополнительно установила небольшое механическое устройство, не позволяющее открыть дверь. Затем ловко перебралась на другие два балкона и повторила это в другими балконными дверями. Новая рука позволяла лучше цепляться и передвигаться по стенам здания, а зрение усилилось настолько, что я видела самые мельчайшие движения.

Бесшумно спрыгнула в сад и перекрыла широкую деревянную дверь из особняка при помощи механического устройства, которое словно маленький паук вцепилось в двери своими крепкими лапками. С черными выходами все тоже прошло спокойно.

«Тихо или феерично?»

«Тут нет других вариантов, конечно феерично. Покажем этим сумасшедшим женщинам, что значит мешать жить нормальным людям», — с широкой улыбкой сказала я.

***

С ноги я зашла через парадный вход, перепугав четырех женщин, носящих на груди брошь в виде розовой розы без шипов — символ радикальной феминистической организации.

Правая рука сама начала двигаться, кровавые жгуты резко удлинились и, вместо кисти руки, образовали острейшее длинное лезвие, отрубившее головы всем четырем женщинам. Я в шоке смотрела на свою руку, снова приобретающую нормальный вид. А вокруг по стенам была разбрызгана кровь, тела и головы валялись на полу в хаотическом порядке.

«Я знаю, ты в восторге. И не за что», — прошелестела Тварь.

«Что это, блять, такое?!»

«Это новая, совершенная ты. Теперь мы станем не просто городской легендой, а настоящей ужасающей реальностью», — ехидно протянула Тварь, — «И у меня есть имя, и наконец-то я могу тебе его сказать. Мое имя Варэлсэ, Артемида, и я была украдена у кого-то, кого не помню. Но теперь я с тобой, и мы сильны.»

Мне нечего было ответить Твари… Варэлсэ…

«У тебя есть вопросы, я знаю, я не могу дать тебе ответы на них, но надеьсю, что мы вдвоем найдем все ответы. А теперь нам пора вернуться к нашей вечеринке. "

Вернемся к вечеринке… Я подняла с пола четыре отрубленные головы и быстро взлетела по лестнице в главный зал, где собрались все радикальные феминистки Арк-Кайлеста. Бесшумно заперла дверь за собой механизмом и, повернувшись лицом к залу, бросила в толпу окровавленные головы.

Раздались крики и вопли, началась паника. Правая рука резко удлинилась и сделала резкое движение, буквально срубив с потолка огромную люстру, которая расплющила под собой нескольких женщин. Это вызвало немой ужас и оцепенение среди толпы радикальных феминисток.

— Добрый вечер, неуважаемые женщины! — громко произнесла я, измененным голосом, который звучал как несколько голосов, а рука, удлинившись, подтянула ко мне бокал с шампанским с ближайшего столика, — Что отмечаем? То как портим жизнь нормальным людям и устои города? Хороший повод, — я залпом осушила бокал, разбила его в «розочку» и швырнула его в глаз одной из феминисток, проткнув его насквозь, — А я отмечаю то, что сегодня я спасаю город от болезни, что его разлагает. Не будет больше глупых требований и попыток подорвать веками создававшиеся устои, не будет попыток возвышать глупцов и разрушать жизни достойных людей, не будет никакого идиотского влияния на искусство и другие сферы жизни нашего города.

— Кто ты такая, мразь?! И как посмела явиться сюда и убивать истинно достойных жителей этого гниющего патриархального общества, которое допустила женщина у власти? — нервно сжимая ткань на платье высказалась самая храбрая из глупых.

— Я ваш конец. Я-Тень, и да, можете радоваться, ибо я женщина, но таких как вы я презираю. Без вас этому городу будет намного лучше. Я уничтожу каждую из вас, а тебя, храбрая ты наша, оставлю напоследок.

Резко перемахнув через перепет я приземлилась в центре зала рядом с упавшей люстрой. Моя рука и волосы стали жить своей жизнью и двигаться сами по себе, уничтожая неугодных нам. Я позволила Варэлсэ управлять всем телом, мои движения были похожи на танец. Кровь разлеталась по полу и стенам. Части тел и головы отлетали от тел. Тварь смеялась и продолжала танцевать. Волосы, подобно тонким нитям лески резали кожу, отрывали куски плоти, а рука, меняющая форму, рубила и добивала кричащие тела.

Когда весь зал был в крови и ошметках тел, и в живых осталась только одна храбрая жертва, Тварь громко засмеялась сотней пугающих голосов. Я повернула голову в сторону замершей в ужасе последней феминистке.

— Ну что? Ты же знаешь, что с тобой сейчас будет? — женщина испуганно закивала, — Вы уничтожали порядок, а я его спасаю. А вы…плохие, плохие женщины, — прядь волос обвилась вокруг ее шеи и медленно сдавила, перерезав кожу, мышцы и кости.

Отбросив мертвое тело я брезгливо поморщилась.

«Какого хера ты тут устроила, Варэлсэ, или как там тебя?»

«Посиди десятилетия взаперти, а потом еще семь лет в теле восстанавливающегося трупа, когда у тебя нет возможности воспользоваться полной силой, я посмотрю на тебя. Свобода пьянит.»

Я выбежала из особняка, схватив чистый черный плащ с капюшоном. Кровавые жгуты, из которых состояла рука, начали врастать в руку, следом и кровавые разводы стянулись к левому глазу, в нем и растворились.

Накинув плащ я успела незаметно покинуть особняк до того, как к нему прибыли стражи порядка. На уставшую калеку никто не обращал внимания, будто меня и не было вовсе.

«Я могу давать тебе силу, но не на долго. Пока не надолго. Сейчас мне надо восстановиться.»

«Ты устроила кровавую бойню!» — рыкнула я.

«Ты могла остановить меня, но не стала. Значит сама хотела выплеснуть что-то, эмоции, боль, грусть. Нам обеим это надо было, Артемида.»

«Повторять не будем», — устало сказала я, скрываясь в темных подворотнях.

«Как скажешь, но возможно ты и передумаешь. Арти, а представляешь, что завтра в газетах напишут?»

— Нет ни малейшей идеи, — вслух сказала я, скрываясь в одном из входов в катакомбы.