Тень Академии

Глава 1

Алчное пламя пожирало последние остатки храма, вылизывая камни ядовито-черным языком, оставляя после себя лишь пепельные узоры, похожие на письмена давно забытого языка. Каменные колонны, некогда украшенные фресками, теперь напоминали обугленные кости мифического исполина, вмурованные в землю. Лики богов войны и милосердия, высеченные в мраморе, плавились в огне, стекая на пол золотисто-багровыми ручьями. Их рты искривились в немой агонии, а глаза, прежде полные небесного света, теперь выглядели пустыми впадинами. Боги рыдали, но их плач растворялся в треске пожирающего огня. Воздух содрогался от жара, а искры взлетали к почерневшим сводам храма, рассыпаясь дождем из белого пепла.

Арран прислонился спиной к алтарю, чувствуя, как раскаленный камень прожигает доспехи. Каждый вдох обжигал легкие, словно он проглатывал раскаленные иглы. Его клинок, выкованный из звезды, много веков назад упавшей на землю, украшенный рунами, беспомощно лежал на каменном полу и слабо мерцал. Символы, которыми он сам когда-то с гордостью украшал гарду и лезвие, теперь казались шрамами на уставшем металле. Доспехи, прошедшие сквозь сотни битв, были изуродованы следами когтей, зубов и магии. От левой наплечной пластины осталась лишь половина — остальное вырвал демон, которого Арран все же сумел перерубить своим пылающим клинком.

Десятки или сотни теней выползали отовсюду и бросались на него. Арран рубил их своим мечем, горящим белым пламенем, развеивал в пыль потоками ветра, сжигал огнем. Они бросались на него снова и снова, оставляя на теле множество ран. Но Арран рубил их, жег, превращая в ничто.

Тогда у него еще была надежда. Теперь же все вокруг пахло серой и пеплом — ароматом конца, который он вдыхал много сотен лет, но так и не смог привыкнуть.

— Ты думал, что сможешь победить?

Этот голос прорезал рев огня, как лезвие рассекает плоть. Не громкий. Не яростный. Спокойный, словно голос приятеля во время дружеской беседы в таверне за кружкой хмельного зелья. Арран поднял голову, и сквозь дымовую завесу увидел его.

Фигура в плаще, сотканного из вороньих перьев, каждое из которых отливало синевой, словно крылья ночи. Его лицо скрывала маска, сплетенная из костей и теней. Это была не иллюзия, а нечто живое. Кости изгибались, образуя пустые глазницы, а тени в них колыхались, как черные языки пламени.

Но... Глаза за маской были знакомы.

— Ты… — хрипло выдохнул Арран, пытаясь встать. Нога подкосилась — где-то ниже колена зияла рана, из которой сочилась кровь, смешиваясь с грязью и пеплом.

Плащ из перьев шевельнулся, и противник сделал шаг вперед. Не спеша. Как хищник, знающий, что добыча уже в ловушке.

— Ты узнал меня, учитель, — тень приблизилась и нависла над Арраном. — Теперь ты проиграл. Ты лежишь передо мной. Поверженный и израненный. Жизнь покидает тебя.

В пустых темных глазницах вспыхнули два серебристых огонька.

— Я пришел получить то, что мне нужно.

— Я не сделаю этого, — прохрипел Арран, пытаясь крепче сжать рукоять меча в руке.

— Ты всего лишь ключ, — голос за маской звучал мягко, почти ласково. — А ключи существуют, чтобы открывать двери.

Арран вскинул меч, но его рука дрогнула и беспомощно опустилась. Клинок упал на каменный пол. Руны на лезвии погасли. Сила, которую он копил годами, которую вырывал с мясом из демонов, утекала сквозь пальцы, как вода.

— Без меня ты не сможешь открыть врата... — Арран попятился, его спина уперлась в алтарь. — Убьешь меня и ключ исчезнет!

Маска наклонилась, рассматривая Аррана словно диковинное насекомое.

— Не исчезнет. Ты сам это хорошо знаешь. Ключ появится снова. Но он мне уже не нужен.

Две бездны в глазах маски снова вспыхнули огнями цвета расплавленного серебра.

— Ты спрятал их в том мире, — продолжала тень. — Думал, что я не смогу их отыскать.

В этот момент Арран понял. Нутром, которое свело судорогой.

— Нет… — он выдохнул, и это прозвучало как молитва. — Нет, нет, нет…

— Да, — противник поднял клинок — черная рукоятка и лезвие, сделанное будто из осколка кристалла. — Видишь? Узнаешь этот осколок?

— Тебе не получить остальные.

Тень засмеялась.

— Тех, на кого ты рассчитываешь, уже нет, — серебряные огни во впадинах маски зажглись ярче. — Мне осталось только собрать их. Достаточно просто протянуть руку…

Арран молчал, чувствуя, как последние капли энергии покидают его.

— Но ты еще можешь спасти себя, — продолжила тень. — Открой Врата, и я сохраню тебе жизнь.

— Нет, — резко ответил Арран. — Ты не сможешь. Я найду тебя в любом из миров и уничтожу!

Тень рассмеялась.

— Глупец, — лезвие кристального кинжала зажглось зеленоватым светом. — Я знал, что ты слишком упрям. Прощай, Арран Вейл.

Клинок вонзился в кристалл у алтаря — сияющую призму, в которой Арран когда-то заключил первую клятву мага. Мир взорвался светом.

Арран не успел закричать. Его плоть рассыпалась, как песчаный замок под ударом волны. Кости превратились в пепел, доспехи — в ржавую пыль. Но сознание не погасло. Оно растянулось, проваливаясь сквозь слои реальности, сквозь время, сплетенное в узлы.

В мутном мареве он что-то разглядел. Дочь, смеющаяся под дождем. Капли стекают по ее розовым щекам, а она тянет руки к небу, ловя воду в ладошки. «Пап, смотри! Я поймала радугу!»

Жена, целующая его в щеку перед уходом. Ее пальцы дрожат, застегивая пряжку его плаща. «Вернись. Обещай, что вернешься».

Первая убийственная магия. Деревня, охваченная пламенем. Крики. Кровь на руках, которая не отмывается, сколько ни скреби. Слезы ребенка, которого он не смог спасти.

Последним, что он услышал, стал хохот воронов. Тот самый, что много лет звучал в его кошмарах.

А потом — тишина.

* * *

Иван проснулся от удара сапогом в ребра. Боль, острая и липкая, как смола, пронзила бок, вынудив сглотнуть стон. Он инстинктивно рванулся в сторону, но спина уперлась в гнилые доски стойла. Солома, пропитанная лошадиной мочой, прилипла к щеке.

— Вставай, выродок!

Голос, хриплый от утреннего перегара, принадлежал Семену — сыну конюха, рыжеволосому детине с лицом, усыпанным веснушками, как поле маком. Его кулаки, размером с кузнечные молоты, дрожали от злости. Иван прикрыл глаза, пытаясь отделить реальность от вихря чужих воспоминаний.

Он пытался понять, что произошло. Накануне он выпил яд, оставленный ему отцом. И не должен был проснуться.

Отец завещал ему: когда это произойдет снова — выпей яд.

Иван так и сделал. Но смерть не наступила.

В его голове сейчас роилось множество странных воспоминаний. Падающий пепел. Летящие по застланному серым дымом небу вороны. Странник между мирами.

Арран Вейл. Кто он? Мысли в голове Ивана сплетались в узлы, будто змеи, бьющиеся в мешке.

— Слышь, Темников! — Семен пнул его снова, и на этот раз Иван уловил в его взгляде не просто злобу. Страх. Как будто рыжий великан боялся того, что пряталось под кожей худого парнишки. — Пока ты тут валяешься, твое место в Академии займет кто-то достойный!

Академия. Слово прозвучало как приговор.

Его призвали туда, хотя не должны были. Это странно.

Иван поднялся, ощущая непривычную легкость тела — худого, но пронизанного стальными нитями чужой мышечной памяти. Вода в корыте дрожала, показывая лицо шестнадцатилетнего юноши: впалые щеки, синяки под глазами цвета грозовой тучи. Волосы, черные, как крыло ворона, спадали на лоб.

Он посмотрел на свои руки. На правой ладони он заметил нечто новое. Небольшой шрам, но не от пореза. Будто кто-то поставил на нем клеймо. Иван потрогал шрам и одернул руку. Он был горячим. Шрам начал пульсировал и жечь ладонь.

Иван опустил руку в корыто. Он почувствовал холод воды. Шрам перестал гореть. Иван теперь ощущал легкое покалывание. Он вытащил руку из воды и посмотрел на ладонь. Да, это был не порез. Шрам был неровным, но очертания угадывались довольно точно. На его ладони красовался выжженый ключ.

— Это все твои пожитки, — Семен снова появился в конюшне и швырнул котомку под ноги Ивану. — Мамка собрала.

Из сумки выпал кусок черствого черного хлеба, но внутри котомки что-то звякнуло. Иван подобрал хлеб и положил его обратно.

— И мой тебе совет, — продолжил рыжий Семен. — Лучше тебе сгинуть в этой Академии, чтобы от твоего рода и следа не осталось.

Род Темниковых. Обрывки воспоминаний Ивана всплыли, смешиваясь с чужими. Клан Темниковых. Стражи, столетиями охранявшие «Сумрачные врата». Ночь Падающих Звезд. Отец — Гордей Темников, мертвый, лежащий на руинах с переломанным посохом в руках. И он сам — Иван, наследник проклятого рода — еще маленький плачет возле тела отца со склянкой в руках.

— Ты вообще слышишь? — Семен шагнул вперед и снова пнул Ивана.

Иван снова наклонился к корыту, зачерпнул ладонью воды и умыл лицо. В дрожащей воде отразились его глаза. Иван отшатнулся. Он не узнал себя в этом отражении.

Где-то в глубине его сознания звучал голос, тихий, но настойчивый: «Ты должен это принять. Я должен… Мы должны исправить…»

— Убирайся от сюда, — прошипел Семен. — Пока я тебя не прибил!

* * *

Дорога в академию вилась через лес. Иван шел по лесной тропе, где деревья, словно древние стражи, склоняли ветви над его головой. Каждый шаг отдавался эхом в его сознании, где голоса прошлого сплетались в странный хор. Ветер шелестел листьями, словно нашептывая старую легенду.

Он продолжал слышать этот голос. И к нему начали приходить воспоминания.

Арран Вейл — странник между мирами, чья душа была вырвана из тела. Осколки «Ока Абсолюта».

Он, Иван Темников — наследник проклятого рода, своей жертвой открыл врата для чужой души.

И теперь она говорит с ним. Неявно, будто издалека, но Иван чувствовал, что теперь он не один. Но кто это? Друг или новое проклятие?

Иван остановился у ручья, чтобы напиться, и в воде увидел не только свое отражение, но и ворона, кружащего над ним высоко в небе.

Академия ждала его. Это было неожиданное приглашение. Иван, десять лет проведший в качестве холопа в собственном родовом поместье, уже не думал, что в его жизни что-то изменится.

Приказчик кинул ему бумагу с императорской печатью под ноги и велел утром убираться прочь. Иван провел весь день в смятении и ожидании. Будущее вдруг стало не таким предопределенным.

Но в тот же вечер он почувствовал, что это происходит. Снова. Врата появились, и кто-то пытается их открыть. Тогда он достал тот самый пузырек, что передал ему отец. И выпил.

Иван знал, что это яд. Иван был Стражем по праву наследника рода, но у него не было ни сил, ни знаний, чтобы запечатать их на какое-то время. Выход был один — смерть Стража могла запечатать Врата. И Иван сделал это.

«Ты не один, — прошептал голос Аррана в его сознании. — Мы идем туда не для того, чтобы учиться. Мы идем, чтобы найти правду. И чтобы закрыть врата, которые он пытается открыть снова».

Иван поднялся и пошел дальше, чувствуя, как тени леса смыкаются за его спиной, словно провожая его в новый мир, где прошлое и настоящее сплетались воедино.

Он шел, сжимая котомку, и в голове сталкивались воспоминания.

Котомка зацепилась за ветку и дернулась. Иван снова услышал звон. Он заглянул в мешок. Внутри, под краюхой черствого хлеба, лежал медальон — серебряный круг, а на нем — ворон, сжимающий в лапах ключ. Герб Темниковых. Иван коснулся шрама на ладони, и боль, острая как удар кинжалом, пронзила его. В памяти всплыло лицо отца: «Ключ откроет путь лишь тому, кто примет наследие и жертву…»

«Прими свое наследие, — прошептал голос Аррана. — Оно твое по праву».

Иван повесил медальон на шею и продолжил путь.

* * *

У ворот академии Ивана остановил страж в плаще с гербом Двора Пламени:

— Имя? — прогремел стражник.

— Иван Темников.

— Темников… Но нам приходили известия, что ты умер.

— Я и умер, — ответил Иван, глядя на свою ладонь, где пульсировал шрам. — Но есть вещи сильнее смерти.

Страж отступил, и Иван прошел на территорию Академии Святогора.

Он пошел по тропинке, вымощенной камнями с высеченными рунами защиты. Каждая трещина, каждый узор напоминали ему магические ловушки. Иван знал, что эти руны — не просто украшение. Они были частью древнего заклятия, созданного для защиты Академии от тех, кто попытается проникнуть внутрь с нечистыми намерениями. Но Иван чувствовал, как магия камней реагирует на его присутствие. Руны слегка светились, когда его тень падала на них, будто предупреждая: «Чужой. Опасность.»

Перед Иваном возвышались башни Академии Святогора — черные иглы, пронзающие облака. Их стены, покрытые серебряными прожилками, переливались под солнцем, как чешуя дракона. Каждая башня была уникальна: одна напоминала спираль, закрученную против часовой стрелки, другая — копье, устремленное в небо. На самой высокой центральной башне, увенчанной шпилем, развевался флаг Российской Империи — черный дракон на кроваво-красном фоне.

— Смотрите, это же Темников! — шепоток пробежал по толпе студентов, прогуливающихся по двору Академии.

Иван не оборачивался. Он знал, что за его спиной десятки глаз, полных любопытства, презрения и страха. Он был изгоем, наследником проклятого рода, и каждый шаг по этой мостовой напоминал ему об этом.

Девушка в форме голубого цвета фыркнула:

— Как они могли допустить выродка к Камню Истины?

Иван стиснул зубы. Выродки. Так называли его род после того, как прадед Ивана Святослав попытался запечатать Сумрачные Врата. Но тогда все обернулось трагедией. Подробности уже стерлись из людской памяти. Но род Темниковых был проклят. А такое люди запоминают очень хорошо. Теперь Иван жил в конюшне, а его родовой герб — ворон с ключом в лапах — стал символом позора. Но Иван знал — его прадед не хотел этого.

— Не бойся, — прошептал он себе, поглаживая шрам на ладони.

К Ивану шагнул здоровяк в красном мундире и попытался схватить. Иван не был готов, но его тело среагировало само: удар в солнечное сплетение, подсечка, захват. Парень рухнул, а Иван, задыхаясь, понял — это не его навыки. Это Арран Вейл. Они были частью его.

«Он защищает меня?» — подумал Иван, неосознанно вскидывая руку для удара.

— Довольно!

Голос, холодный как зимний ветер, заставил гомонившую толпу замолчать. На ступенях академии стоял мужчина в черном мундире с белым эполетом. Его лицо, обрамленное седыми волосами, напоминало статую, высеченную из мрамора. Глаза, серые и безжалостные, изучали Ивана с таким видом, будто он был подопытным зверем.

— Иван Темников, — сказал директор академии магистр Элиас Вран, поправляя очки в тонкой серебряной оправе. — Мы ждали вас, но вы опоздали.

Иван попытался ответить, но холодный взгляд директора дал ему понять, что ответ не требуется.

— Ваше испытание начинается прямо сейчас, — снова заговорил магистр Вран. — Следуйте за мной.

Директор прошел через арку, украшенную барельефами драконов, Иван последовал за ним и, войдя внутрь, замер. Главный зал академии был огромен. Стены были сплошь покрыты гладко вытесанными каменными плитами. Сводчатый потолок, усеянный светящимися кристаллами, имитировал ночное небо. По стенам висели портреты архимагов прошлого — их глаза будто следили за каждым шагом Темникова.

Толпа студентов последовала за ними.

— Выродок, — услышал Иван насмешливый шепот. — Камень Истины отвернется от него.

— Они тоже будут здесь, — тихо спросил Иван директора, идущего впереди. Магистр Вран повернул голову и искоса посмотрел на Ивана.

— Испытание Камнем Истины открытое и гласное для всех, — сказал он. — Любой может наблюдать за ним. Ваша личность… противоречива. Поэтому желающих увидеть ваше испытание будет много.

У пьедестала из черного мрамора их ждал профессор Григорий Камнев — мужчина с телом кузнеца и лицом, изборожденным шрамами.

— Положите руку на камень, — приказал он, не глядя.

Камень Истины был не просто артефактом. Это был символ академии, ее сердце. Огромный монолит из черного обсидиана, пронизаный серебряными прожилками, стоял в центре зала, окруженный кольцом из двенадцати магических свечей. Каждая свеча представляла один из аспектов магии: огонь, воду, землю, воздух, свет, тьму, время, пространство, жизнь, смерть, порядок и хаос.

Испытуемый должен был встать перед камнем и положить руку на его поверхность. Камень реагировал на прикосновение, активируя древнюю магию, которая проникала в душу. Он не просто определял потенциал — он показывал истинную природу человека.

— Камень Истины не обманешь, — говорил магистр Вран, обращаясь к толпе. — Он видит вашу суть, ваши страхи, ваши желания. Он покажет, достойны ли вы стать частью магического мира и одним из учеников академии.

Иван подошел к камню, чувствуя, как его сердце бьется все быстрее. Он не знал, что может показать Камень Истины. Но отступать было поздно.

— Положите руку на камень, — приказал магистр Вран.

Иван поднял руку, и шрам на ладони засветился. Темников приложил ладонь к Камню. Он отреагировал мгновенно: серебряные прожилки вспыхнули, и в воздухе зазвучал низкий гул. Тени вокруг камня зашевелились, принимая формы воронов.

— Что это? — прошептал кто-то из толпы.

Иван почувствовал, как магия камня проникает в его сознание. Он увидел себя — маленького мальчика, стоящего возле тела отца, Гордея Темникова. Он увидел Аррана Вейла — странника между мирами, чья душа теперь была частью его.

— Темников… — произнес магистр Вран, и в его голосе прозвучало нечто, похожее на уважение. — Камень Истины признал вас.

Толпа ахнула. Иван опустил руку, чувствуя, как магия камня отступает.

— Камень Истины показал вашу суть, — сказал магистр Вран. — Но помните: сила — это не только дар, но и ответственность. Вы готовы принять ее?

— Я готов, — чуть помедлив ответил Иван, чувствуя, как тени смыкаются за его спиной.

Профессор Камнев грозно посмотрел на Ивана и жестом позвал следовать за ним. Иван повиновался.

Они направились в следующий зал. В центре него стоял огромный кристалл, который должен был определить, к какому Двору относится каждый ученик.

— Темников, — позвал магистр. — Подойдите.

Иван шагнул вперед и встретился взглядами с профессором. Что-то насторожило Темникова. Камнев явно оценивал его.

— Прикоснитесь к кристаллу, — сказал профессор Камнев.

Иван положил руку на кристалл, и шрам на его ладони снова засветился.

Камень вспыхнул темным светом, и в воздухе появился символ Двора Теней — ворон, окруженный кольцом теней.

— Двор Теней, — объявил Камнев.

Иван посмотрел на символ, чувствуя, как шрам на ладони пульсирует.

— Что это значит? — спросил он.

— Это значит, что вы теперь будете изучать магию пространства и теней, — произнес подошедший сзади магистр Вран, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на предупреждение. — Добро пожаловать в академию.

В этот момент кристалл снова вспыхнул.

— Это еще что такое? — профессор Камнев недоуменно взглянул на директора. — Кристалл еще ни разу не давал осечек.

Кристалл начал переливаться разными цветами: алым, голубым и коричневым. Над ним один за другим появились символы других факультетов: Гора кристаллов, Крылатый дракон, обвивающий посох и Огненный Феникс.

— Ну что ж, — вздохнул директор Вран. — Нет, это не ошибка. Видимо перед нами универсальный маг.

— И что это значит? – спросил удивленный Иван.

— Это значит, молодой человек, что вам доступны освоить все существующие типы магии, — магистр Вран снова поправил очки. — Давайте пройдем в мой кабинет. Я введу вас в курс дела и дам некоторые пояснения.

Камнев оглядел Ивана с ног до головы. Их взгляды снова встретились. Иван почувствовал что-то во взгляде магистра, но что, он понять не мог. Темников повернулся и последовал за директором.

* * *

Кабинет директора академии находился на самом верху центральной башни. Иван шел за магистром Враном по узкой винтовой лестнице, чувствуя, как с каждым шагом его сердце бьется все сильнее.

Дверь в кабинет была массивной, из темного дерева, украшенного резными узорами в виде воронов, драконов и фениксов. Над дверью висела табличка с надписью: «Магистр Элиас Вран. Директор Академии Святогора».

Вран открыл дверь, и Иван замер на пороге. Кабинет был огромным, с высокими потолками, украшенными фресками, изображающими сцены из истории магии. Стены были заставлены книжными полками, на которых стояли древние фолианты, кристаллы и странные артефакты. В центре комнаты стоял массивный дубовый стол, заваленный свитками, картами и магическими приборами.

— Проходите, — сказал Вран, указывая на кресло перед столом.

Иван сел, чувствуя себя неловко в своей потрепанной одежде.

Магистр Вран сложил руки перед собой. Его глаза, скрытые за стеклами очков, изучали Ивана с холодной проницательностью.

— Итак, Иван Темников, — начал он. — Вы — универсальный маг. Это не уникальный, но редкий дар, который встречается раз в столетие. Но это также и большая ответственность.

— Что это значит для меня? — спросил Иван.

— Это значит, что вы будете учиться во всех четырех Дворах, — ответил Вран. — Вы будете изучать магию камня, ветра, пламени и теней. Это нелегкий путь, но я уверен, что вы справитесь.

— А как это будет происходить? — спросил Иван.

— Вы будете посещать лекции и практические занятия в каждом Дворе, — объяснил Вран. — Мы составим для вас индивидуальный график, чтобы вы могли освоить все дисциплины.

Вран улыбнулся, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на сочувствие.

— Я знаю, что ваше положение несколько… затруднительно. Об этом не беспокойтесь. Мы выдадим вам форму Двора Теней. Также мы выделим вам стипендию. Это скромные деньги, но думаю и они вам понадобятся.

— А где я буду жить? — спросил Иван.

— В общежитии, — ответил Вран. — Вы пришли к нам довольно поздно. Учебный год уже начался. Но, насколько я знаю, у нас есть свободная комната. После нашего разговора вам нужно будет пройти в кабинет к нашему кастеляну. Он выдаст вам все необходимое и направит в общежитие.

— Спасибо, — тихо сказал Иван.

— Не стоит благодарности, — Вран поправил свои очки в серебряной оправе. — Я понимаю, вам нелегко. Вы — наследник рода, который многие называют проклятым. Это создает вам дополнительные трудности и накладывает на вас большую ответственность. Но я верю, что вы справитесь.

— А что, если я не справлюсь? — спросил Иван.

Вран внимательно посмотрел на него, но затем его взгляд стал мягче.

— У вас есть потенциал, — сказал он. — И я, по мере сил, буду оказывать вам поддержку.

— Даже несмотря на то, что я изгой? – Иван стиснул зубы.

— Изгой вы или нет, это уже не важно, — Вран встал и подошел к окну. – Теперь вы ученик Академии Святогора. И я, как директор, не должен делать различий между студентами. Здесь учатся дети богатых родов. Князья, бояре, дворяне. Есть отпрыски бедных семей, но они талантливые маги. Пусть они получили место студента по квоте, как и вы. Но в стенах Академии все студенты равны и каждый из них может рассчитывать на мою помощь.

Иван кивнул, чувствуя, как напряжение немного спало.

— Спасибо, магистр Вран, — сказал он.

— Не стоит благодарности, — ответил Вран. — А теперь идите к кастеляну. И еще раз: Добро пожаловать в академию, Иван Темников.

Глава 2

Иван стоял на пороге комнаты №13. Он открыл дверь и вгляделся в полумрак, который, казалось, жил своей собственной жизнью. Иван прошел внутрь.

— Ты новенький? — раздался незнакомый голос.

На одной из кроватей сидел светловолосый парень со слегка веснушчатым круглым лицом. Сложив ноги, он жонглировал тремя светящимися кристаллами. Камни переливались лиловым светом, оставляя в воздухе дымчатые шлейфы.

— Алексей Орлов, — представился парень, прекратил свое представление и встал с кровати. Ростом он оказался чуть ниже Ивана, но был явно крепче. На нем не было мундира, а только простая белая рубаха с расстегнутыми верхними пуговицами и форменные штаны песочного цвета. Под одеждой угадывалась развитая мускулатура. Обуви на Орлове не было, сапоги стояли возле кровати.

Орлов протянул Ивану руку. Его рукопожатие оказалось крепким, будто он так решил проверить силу или решимость нового знакомого.

— Если мы найдем общий язык, то можешь звать меня Лекс, — сказал Орлов. — Тут все так делают. Да и мне так больше нравится. А ты, видимо, тот самый Темников, о котором все трещат? Ну, располагайся. Добро пожаловать.

Он ткнул пальцем в свободную кровать.

— Это твоя. Но предупреждаю сразу: матрас тут не первой свежести. Предыдущий хозяин, говорят, увлекался зельеварением и однажды немного перестарался и превратил себя в лужу. В прямом смысле. Есть тут такая легенда.

Лекс рассмеялся. Иван тоже улыбнулся.

— Да, я Иван Темников, — сказал он. — А на матрас жаловаться не буду. Мне не привыкать.

Лекс улыбнулся и одобрительно кивнул.

Иван бросил котомку на кровать, а рядом положил комплект формы, который ему выдал неприветливый кастелян.

— Выглядишь ты, прямо скажем, паршиво, — Лекс сел на кровать, подобрал ноги под себя и снова принялся подбрасывать кристаллы.

Иван осмотрел свою простую холщевую одежду. Она была грязной и разорванной во многих местах. Пока он шел в академию через лес, часто цеплялся за ветки и коряги. Обе штанины были порваны в районе коленок.

— Да, — кивнул Иван. — но другой у меня нет. Только форма.

Лекс вздохнул и перевесившись через спинку кровати начал копаться в каком—то ящике, а затем бросил Ивану штаны и рубаху.

— Держи. Будут коротковаты, но другого ничего нет. Потом найдем тебе одежду по размеру.

Иван не стал отказываться. Он снял свои лохмотья, натянул штаны и начал надевать рубаху.

— Что это у тебя за железка на шее? — Лекс заметил медальон. — Покажешь?

— Нет, — резко ответил Иван.

— Тайны, значит, — Лекс пожал плечами. — Ну и ладно.

Они замолчали. Иван сидел на кровати и разглядывал комнату. Она была просторной, с высокими потолками, украшенными резными деревянными панелями, на которых были вырезаны символы магических стихий. Стены были обтянуты темно-зеленым бархатом, а на полу лежал толстый ковер с вышитым гербом академии — Древо Магии с мощными корнями и раскидистыми ветвями, которые символизируют связь между всеми видами магии и их общий источник. На ветвях Древа расположены четыре символа Дворов.

По краям комнаты стояли две кровати с резными деревянными изголовьями. На каждой лежало плотное шерстяное одеяло. Между кроватями располагался массивный дубовый стол, заваленный книгами, свитками и странными артефактами: кристаллами, свечами и небольшими статуэтками. Над столом висела полка, уставленная флаконами с разноцветными жидкостями, которые слегка светились в полумраке.

— Есть хочешь? — нарушил молчание Лекс.

Иван молча кивнул.

— Эх. Ладно, сейчас что-нибудь придумаю, — Лекс поднялся и направился к двери. — А ты убери куда-нибудь свою… старую одежду. А то, знаешь, запах…

Он подмигнул и выскользнул в коридор, оставив Ивана одного.

* * *

— Так ты из рода Темниковых, да? — Лекс вернулся, держа в руках две кружки с дымящимся напитком. — Вот, держи. Это местный эликсир бодрости. На вкус как грязь, зато глаза открывает.

Иван взял кружку, но пить не стал и просто поставил на стол.

— Да, Темников, — ответил он, стараясь звучать нейтрально.

— Слышал, ваш род когда-то был великим, — Лекс достал из все той же коробки за кроватью небольшой мешочек, положил на стол, раскрыл и усаживаясь на кровать, достал из него небольшое печенье и закинул в рот. — Стражи Врат, да?

— Да, — тихо сказал Иван, глядя на свои руки.

— Ты угощайся, — Лекс подвинул к нему мешочек. — Говорят, ваш прадед пытался запечатать Врата, но что-то пошло не так. Я подробностей не знаю. Слышал, вся магия вышла из-под контроля, и много людей... ну, ты знаешь.

Иван знал не много. Его отец, Гордей Темников, очень давно рассказывал ему, что их прадед пытался спасти этот мир. Но это привело к трагедии, после чего их род стал изгоем, а их герб — ворон с ключом — превратился в символ позора.

— А ты из какого рода? — спросил Иван, чтобы сменить тему.

— Орловы, — ответил Лекс, ухмыляясь. — Не такие знаменитые, как Темниковы, но тоже со своими скелетами в шкафу. Я из Двора Камня. Специализируюсь на магии земли и кристаллов.

— Кристаллов? — Иван поднял бровь.

— Ага, — Лекс достал один из своих камней. — Это не просто красивые штучки. Каждый кристалл — это концентрат магии. Их можно использовать для заклинаний, защиты, даже для связи. Вот, смотри.

Он сжал кристалл в руке, и тот засветился ярче. В воздухе появился небольшой голографический образ — карта Академии.

— Это моя разработка, — с гордостью сказал Лекс. — Правда пока сырая, но уже полезная.

Иван кивнул, впечатленный невиданным им артефактом.

— Тебя этому здесь научили? — спросил он.

— Нет, — Лекс улыбнулся. — Просто люблю изобретать. Это моя страсть с детства. А здесь, в Академии, для этого есть все необходимое: материалы, нужные книги. Преподаватели помогают. А ты чем планируешь заняться? Ты же из Двора Теней?

Иван замешкался с ответом. Он не знал, стоит ли сейчас говорить человеку, с которым знаком не больше часа, о том, что его определили, как универсала.

— Да, Двор Теней, — ответил Иван. — Но я не знаю, чем я буду заниматься. Я думал меня здесь научат пользоваться магией.

— То есть как «пользоваться»? — Лекс нахмурился. — А ты что, не умеешь?

— Нет.

Лекс изумленно посмотрел на него. Его обычно веселое лицо на мгновение стало серьезным.

— А чем ты занимался до сегодняшнего дня?

Иван помолчал.

— Я работал на конюшне. Кормил и мыл лошадей. Убирал навоз. Работал в поле.

Лекс даже открыл рот от удивления.

— Но ты же… Хотя да. Вас же лишили всех привилегий.

Они снова замолчали. Первым не выдержал Лекс.

— И ты что, никогда не пользовался магией? — он внимательно смотрел на Ивана и в его глазах читалось искреннее непонимание.

— Никогда.

— И вообще не знаешь как тут все устроено?

Иван покачал головой. Его мать умерла сразу после его рождения, а отец всегда был занят чем-то и часто отсутствовал. За Иваном присматривали крестьяне в их поместье. Его нянькой была жена конюха Алевтина, мать того самого рыжего Семена. Отец приезжал нечасто и довольно быстро снова уезжал, ничего не успев рассказать. А в ту ночь, он примчался в поместье, забрал его, Ивана, с собой. По дороге он много говорил, но Иван почти ничего не запомнил. Он запомнил только слова про яд и уже бездыханное тело отца.

— Удивительно, — Лекс откинулся назад. — Я такого никогда не встречал. Как будто разговариваю с простолюдином.

— Так и есть, — Иван отодвинул от себя кружку с напитком.

— Да ты не обижайся, — Лекс почувствовал себя неловко. — Хочешь расскажу тебе все, что знаю? Я не профессор, конечно, но…

— Расскажи, — Иван с готовностью слушать повернулся к нему.

Лекс приосанился.

— Так, — сказал он. — С чего бы начать?

— Давай с самого начала.

— Хорошо, — Лекс задумавшись, посмотрел на потолок. — Магия, ты, наверное, знаешь, передается по крови. То есть маги рождаются только в семьях магов. И это в основном знатные семьи. Боярские кланы контролируют крупные сферы жизни. Волковы, например, известные промышленники. У них множество рудников и сталелитейных мануфактур. Есть и другие.

Иван слушал внимательно и молчал.

— Мы, дворянские семьи, тоже не бедствуем, но наши интересы куда мельче. Многие занимаются наукой, исследованиями. У кого-то мелкие предприятия. Кто-то работает на бояр. Но это понятно, да?

— Да, — Темников задумался. — А сама магия? Откуда она берется?

— Ну, тут дело так обстоит, — Лекс хмурился, подбирая правильные слова. — Насколько я знаю, магические силы наши предки получили много веков назад от стихий. Огонь, ветер, земля.

— Меня отнесли к Двору Теней, — сказал Иван. — Что это значит?

— Это значит, что ты получаешь свою магическую энергию из потустороннего мира. А я, например, питаюсь от земли и от камней. Но это не значит, что я могу только возводить барханы из земли и метать камни. Так было раньше. Давно. Но потом маги поняли, что стихии — это как, — Лекс покрутил пальцами в воздухе, — как топливо. Понимаешь?

Иван кивнул.

— Я питаюсь энергией от земли, — продолжил Лекс, — Ты из потустороннего мира. А названия Дворов в Академии — это скорее дань уважения традициям.

— Хорошо, — Темников посмотрел на свою ладонь. — То есть сила у тебя была с рождения?

— Сколько себя помню, да, — Лекс взял кружку с остывшим напитком и отпил. — А ты разве никогда не чувствовал ее?

— Никогда, — Иван покачал головой, — Я и сейчас ничего не ощущаю.

— Странно. Но Камень Истины не ошибается. Если он признал тебя, то магией ты точно владеешь. Это очень странно. Но и очень интересно.

— Думаешь я смогу научиться?

— Уверен, — Лекс снова уселся на кровати поджав под себя ноги. — Здесь отличные преподаватели. Опытные. Вообще, Академия, по большей части, не совсем учебное заведение.

— А что? — удивился Иван.

— Учить нас особо нечему. Студенты здесь… — Орлов задумался, — совершенствуются что ли. Те, кому интересна наука, исследуют что-нибудь, или изобретают. Боевые маги увеличивают силу атак, изучают новые заклинания, тренируются. Каждому найдется занятие. Но учебные занятия у нас есть. И их желательно не пропускать. Преподаватели этого не любят.

Иван помрачнел и Лекс это заметил.

— Ты чего? — спросил он.

— Тогда я не понимаю, — отозвался Темников. — Что мне здесь делать? Я же ничего не умею.

— Я тебе так скажу: если тебя приняли, значит тобой займутся, — Лекс лег на кровать, вытянул ноги и положил обе руки за голову. — Ты как вообще сюда попал?

— По императорской квоте.

— Чего? — Лекс снова вскочил. — Шутишь?

— Нет, — Иван порылся в своей котомке, достал лист бумаги с императорской печатью и протянул Орлову. — Вот, сам посмотри.

Лекс схватил бумагу и принялся читать. С каждой строчкой его глаза становились шире и шире.

— Раз сам Император направил тебя сюда, тогда тебе точно нечего боятся, — сказал он, отдавая бумагу.

— Я так не думаю, — ответил Иван.

— Почему?

— Не спроста это, — Темников убрал лист с императорским указом обратно в мешок. — Столько лет опалы и вдруг мне дозволяется пройти обучение в лучшей Академии Империи, да еще и среди отпрысков знатных родов. Больше похоже на еще одно наказание. Встретили меня не очень ласково. Только директор, кажется, хорошо отнесся ко мне.

— Директор Вран — мудрый и справедливый, — сказал Лекс. — Иностранец. Слышал он приехал откуда-то из германских земель много лет назад. Пробился на прием к самому Императору и сказал, что хочет служить Империи. Работал здесь, в Академии. Возглавлял Двор Теней, кстати. А когда прошлый директор умер, на его место назначили магистра Врана. Его здесь уважают. А что до остальных студентов…

Лекс помолчал.

— Знаешь, я здесь тоже по квоте, — Лекс посмотрел на Иване несколько смущенно. — Не по императорской, конечно. Меня взяли, как сироту. Последнего представителя рода по мужской линии. Моя семья всегда служила Академии. Отец был архимагом, преподавателем, мать — исследователем. Но они погибли. Несчастный случай. Пожар. Десять лет назад.

— Тоже десять, — удивился Иван. — Это странно.

Иван почувствовал, как шрам на его ладони начал покалывать.

— Чего тут странного? Бывает, — Лекс грустно вздохнул.

Они снова погрузились в молчание. Каждый думал о своем. Иван не мог поверить, что вот так встретит родственную душу. Лекс не показался ему фальшивым, хотя Иван привык не доверять людям.

— Я хочу узнать правду, — наконец сказал он. — О своем роде. О том, что на самом деле произошло в ту ночь.

Лекс внимательно посмотрел на него и кивнул, как будто понял больше, чем Иван сказал.

— Ну, тогда ты попал по адресу, — сказал Орлов. — Только правда часто оказывается страшнее лжи.

Иван задумался.

— Ладно, давай спать, — Лекс устроился на своей кровати и пощелкав пальцами затушил светящийся кристалл над ней. — Завтра у тебя первый день. Надо отдохнуть.

* * *

Ночью Иван проснулся от звука скрежета. По потолку ползли черные прожилки, словно корни ядовитого растения. Воздух наполнился запахом серы и пепла. Ивану он показался знакомым. В голове промелькнуло смутное воспоминание: разрушенный храм, языки пламени и чей-то голос. Темников сел на кровати.

Сердце билось часто. Такого ощущения тревоги Иван не испытывал никогда. Он посмотрел на соседнюю кровать — Лекс тихо спал, отвернувшись к стене.

«Это иллюзия?» — подумал Иван. Шрам—ключ на его руке начал пульсировать.

«Не двигайся», — прошептал чей—то голос внутри Ивана. Он звучал, будто это были его собственные мысли. Но это был голос Аррана.

«Он наблюдает за тобой, — снова шептал Арран, — Будь осторожен»

Иван всмотрелся в противоположный угол. Свет ночного неба из небольшого окна не доставал до него. В этом месте комнаты сконцентрировалась густая тьма.

Темников всматривался в нее несколько минут, но ничего не мог разглядеть. Холодный пот стекал у него по спине, а черные прожилки продолжали расползаться по потолку и уже переходили на стены.

Иван опустил ноги на пол, продолжая неотрывно смотреть на сгусток тьмы в углу комнаты. Лекс продолжал спать.

— Лекс, — Иван шепотом окликнул соседа, но тот не отреагировал.

Иван встал, продолжая всматриваться в темноту. Ему показалось, что сгусток тени шевельнулся.

— Кто здесь? — Иван сказал это громче, надеясь, что сможет разбудить соседа, но тщетно.

В следующую секунды от тьмы отделилась и шагнула к нему высокая фигура. Лицо было скрыто маской сделанной будто из множества переплетенных костей, между которыми блуждали сгустки черных теней. Тело было покрыто плащом, сотканным из множества вороньих перьев. Из впадин глазниц на Ивана смотрели два серебристых огонька светившихся в темноте, как у существ из кошмаров. Фигура будто дымилась, но это был не дым. Множество черных сгустков мрака исходили от него. Само это существо было тенью.

— Не нужно бояться, мальчишка, — прошипела тень. Ее голос был похож на скрип веток. — Ключ должен открыть...

Иван остолбенел и не мог двигаться. Тень сделала шаг ему навстречу.

— Ты должен открыть Врата, — продолжала шипеть тень. — Твоя кровь — ключ.

Тень приближалась.

Иван рванулся к двери, но тень оказалась быстрее. Холодные пальцы впились ему в горло.

— Не пытайся бежать, глупец, — серебряные глаза тени гипнотизировали. — Твое предназначение — разрушить границу. И ты это сделаешь.

Шрам на ладони Ивана внезапно вспыхнул. Его телом будто снова завладел кто—то другой. Темников схватил руку, держащую его за горло и тень отпрянула с шипением.

— Арран... — прошептала она, и в ее голосе прозвучали нотки удивления и страха

— Эй, что тут происходит? — раздался голос Лекса.

Он сидел на своей кровати, держа в руке кристалл, который светился ярким лиловым светом.

— Лекс, не двигайся! — крикнул Иван, но было уже поздно.

Тень повернулась к Лексу, ее серебряные глаза сверкнули.

— Ты... — прошипела она. — Не мешай мне...

Лекс сжал кристалл в руке, и свет усилился настолько, что заполнил все комнату. Иван зажмурился и упал на пол.

Тень зашипела и начала отступать, ее форма расплывалась, как дым на ветру, пока не исчезла совсем. Черные жилы на потолке тоже начали растворяться.

Свет кристалла начал угасать.

— Что за чертовщина? — пробормотал Лекс, глядя туда, где секунду назад он видел фигуру в плаще и костяной маске.

Иван поднялся с пола, все еще чувствуя холодные пальцы на своей шее.

— Ты... ты ее отпугнул, — сказал он, глядя на Лекса.

— Да, похоже на то, — Лекс посмотрел на свой кристалл. — Но, если честно, я не думал, что это сработает.

— Кто это был? — спросил Иван.

— Не знаю, — ответил Лекс. — Никогда не видел ничего подобного. Но, кажется, мы только что столкнулись с чем-то, что здесь точно быть не должно.

Иван сел на кровать, его руки все еще дрожали. А шрам на ладони все еще был горячим.

— Это был призрак? — спросил он.

Лекс задумался, его пальцы нервно перебирали кристаллы.

— Скорее — нет, — Лекс немного помолчал. — Это могла быть тень, но я думал — это всего лишь легенды.

— Легенды? — Иван поднял бровь.

— Да. Или слухи. Якобы в этом мире существуют… тени. Я точно не знаю, что это. То ли бестелесные духи. То ли сгустки темной энергии. Они существуют где-то рядом, во мраке. Но никогда не контактируют с живыми. И тем более не нападают. Но несколько лет назад, может двадцать, или больше, в Академии проводили эксперименты по оживлению теней. Но что-то пошло не так. Эксперименты прекратили, а всю информацию засекретили. Но теперь в стенах академии осталось... эхо тех событий. Я всегда думал, что это страшилки для новичков.

— Страшилки, значит — Иван посмотрел на место, где исчезла тень.

— Да. Ими пугают новеньких. Рассказывают, что тени приходят ночью. Но обычно они не такие... агрессивные. Просто пугают.

— Это было похоже на человека. Оно держало меня за горло, — Иван потрогал свою шею. — Но ты не испугался.

Лекс усмехнулся.

— А я не из пугливых. Но надо признать, эта тень была очень жуткой. И слишком похожей на человека.

— Да, — Иван задумался. — А чем ты его отпугнул?

— Говорил же, что я из Двора Камня. Мы учимся работать с кристаллами. Делаем из них артефакты для разных целей. Кристаллы способны поглощать магическую энергию. Этот, — он показал на камень в своей руке, — Это должен был быть просто фонарем, но, кажется, я недооценил его потенциал. Видимо переборщил с зарядом. Поэтому вспышка такая яркая.

— Ты сам сделал? — Иван был действительно впечатлен. Он снова посмотрел на кристалл.

— Да. Мой отец говорил, что кристаллы — это не просто инструменты. Они живые. Нужно только найти с ними общий язык.

Лекс на мгновение замолчал, его лицо стало мрачным. Они замолчали.

— Ладно, — Лекс зевнул. — Мы ее спугнули. Давай спать, а то скоро уже рассвет.

Орлов снова устроился на кровати, положив обе руки под голову. Иван сидел, вглядываясь в темноту в углу комнаты.

— Лекс, — заговорил он. — А если она вернется?

Лекс вздохнул и приподнялся.

— У кристалла есть еще заряд. Отпугнем опять.

— Она сказала мне, что я должен открыть Врата, — Иван смотрел в темноту не отрывая взгляда.

— Тебе об этом нужно поговорить с кем-то из магистров. Или с директором. Я об этом ничего не знаю. Ложись спать уже.

Иван кивнул. Он лег на кровать и принялся смотреть в потолок, стараясь заметить черные жилы, ползущие к нему. Но их не было. Усталость взяла свое: Темников закрыл глаза и мгновенно уснул.

Глава 3

Утро началось с громкого звона колокола, который, казалось, бил прямо в голову.

Иван открыл глаза. Все еще потрясенный ночным происшествием, он уставился в потолок, где трещины в штукатурке образовывали причудливые узоры, напоминающие карту неизвестного мира. Его тело ныло, а в голове пульсировала странная тяжесть.

— Доброе утро! — Лекс уже был на ногах. Он спешно заправлял кровать, его светлые волосы торчали в разные стороны, а на шее висело полотенце. — Я пошел умываться. Подтягивайся, это справа по коридору, третья дверь.

Лекс выскочил из комнаты.

Иван сел, потянулся и взглянул на свою форму, лежащую на стуле. Он поднялся и принялся разглядывать одежду. Черный мундир с серебряными пуговицами, белая рубаха, высокие сапоги и плащ с капюшоном — все это выглядело слишком дорого для него.

Он надел рубаху и натянул форменные брюки.

Взял мундир. Он не был новым, на нем уже виднелись следы износа: потертые локти, пятно на рукаве.

«Наследник проклятого рода, — подумал Иван, сжимая в руках мундир. — И даже форма не может скрыть, что я здесь чужой.»

Но эта форма, несмотря на потертости, выглядела лучше, чем все, что он носил раньше.

Когда накануне Иван пришел к кастеляну, тот посмотрел на него с презрением, но форму выдал. Ношеную. Судя по всему, кастелян не смог побороть свое отвращение к Ивану и сделал это намеренно. Ну и пусть. Эта одежда лучше, чем его лохмотья, пропахшие конским навозом.

Его пальцы наткнулись на шрам на ладони, который слегка заныл, словно напоминая о своем существовании.

— Эй, Темников! — раздался голос Лекса, который вернулся из ванной. — Ты собираешься на занятия или так и будешь здесь сидеть?

— Да, сейчас, — Иван нашел среди выданных ему вещей полотенце и тоже отправился в ванную комнату.

Когда он вернулся, Лекс уже был одет в свою форму Двора Камня — коричневый мундир с зелеными нашивками. На столе стояли две кружки с дымящимся напитком, который пах чем-то горьким.

— Вот, пей, — сказал Лекс, указывая на одну из кружек. — Эликсир бодрости. Помнишь?

— Да, да, — пробормотал Иван и взял кружку. — Ты... как ты себя чувствуешь после вчерашнего?

Лекс усмехнулся, но в его глазах промелькнула тень беспокойства.

— Как обычно. Не могу сказать, что это нормальное явление в академической жизни. Поэтому, признаю, вчерашнее происшествие было... особенным.

— Особенным? — Иван поднял бровь.

— Да. Я тут поспрашивал у других ребят, не слышали ли они чего-нибудь странного ночью, но все только плечами пожимали. Говорят, спали, как убитые.

Темников отпил горячего напитка из кружки.

— Я вот еще что подумал, — продолжил Лекс. —Эта тень… Она явно приходила именно к тебе.

Иван почувствовал, как шрам на ладони слегка заныл.

— Ты думаешь, это связано с моим родом?

Лекс пожал плечами:

— Может быть. В Академии много странного, но, чтобы на учеников нападали... Особенно на новичков. Про такое я не слышал. Хорошо бы с этим разобраться.

Иван начал одеваться, стараясь не обращать внимания на свои мысли.

Он застегнул последнюю пуговицу на мундире. Форма сидела на нем не идеально — видимо, ее предыдущий владелец был чуть шире в плечах, — но это было все же лучше, чем его старые лохмотья. Он взглянул на Лекса, который уже стоял у двери, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

— Ты готов? – спросил Лекс.

— Почти, — ответил Иван. — Куда ты сегодня идешь?

— Лекция по магии кристаллов у Камнева, — ответил Лекс, разваливаясь на своей кровати. — А ты? Думаю, тебя ждет что-то из предметов Двора Теней. Может, некромантия?

— Нет, — Иван покачал головой. — Я тоже пойду на лекцию Камнева.

Лекс непонимающе посмотрел на Ивана.

— А зачем тебе на лекцию Камнева? — он присел на стул и уставился на Ивана. — Ты серьезно? Ты же из Двора Теней. Зачем тебе магия камня?

— У меня индивидуальный график, — ответил Иван, стараясь не смотреть Лексу в глаза. — Магистр Вран сказал, что я должен посещать лекции всех Дворов. После я все объясню.

— Индивидуальный график? — Лекс поднял бровь, его лицо выражало смесь удивления и любопытства. — Ты что, универсальный маг?

— Что-то вроде того, — Иван пожал плечами, чувствуя, как шрам на ладони слегка заныл. — Но это, между нами, ладно? Я не хочу, чтобы все начали задавать вопросы.

— Понял, понял, — Лекс поднял руки, но в его глазах все еще светился интерес. — Ну что ж, тогда сегодня мы будем учиться вместе. Идем?

— Да, идем, — ответил Иван, поднимаясь с кровати.

Они вышли в коридор, где уже кипела жизнь. Ученики в разноцветных мундирах спешили на занятия, их голоса сливались в гул, напоминающий рой пчел. Иван чувствовал себя чужим среди них, но с Лексом рядом это было немного легче. Стены коридора были украшены гобеленами с изображением сцен из истории магии. На одном из них был изображен древний маг, поднимающий гору с помощью кристалла, на другом — битва между драконами и огромными птицами.

— Это главный коридор, — объяснил Лекс. — Он соединяет все здания академии. Но давай пройдем через улицу? По дороге заодно посмотришь, что тут да как.

— Да, будет здорово, — ответил Иван.

* * *

Они вышли во внутренний двор, в центре которого стоял фонтан в виде дракона, из пасти которого била струя воды. Вокруг фонтана росли странные растения с серебристыми листьями, которые слегка светились в тени.

Вчера Иван ничего этого не рассмотрел. Он еле успел прийти к назначенному сроку. Путь занял у него почти неделю. Большую часть дороги ему пришлось пройти пешком. Иногда его подвозили простолюдины на конных упряжках.

Никто из них его не знал. Просто какой-то оборванец пытается добраться ближе к столице. Может рассчитывает найти работенку, или думает, что столичные жители подают больше милостыни.

Иван пришел в академию вовремя. И не удивительно, что на территории его встретила толпа учеников и преподавателей. Все знали, что в это время будет испытание последнего представителя «проклятого рода», отправленного учится по квоте от самого Императора. Но зачем правитель выдал ему квоту? Может быть, хочет держать его на виду.

— Это сад алхимиков, — сказал Лекс указывая на сад впереди, в центре которого возвышался прозрачный хрустальный купол. — Здесь выращивают травы для зелий и эликсиров. Там же проходят занятия у всех, кто увлекается алхимией и зельеварением. Но я там бываю редко.

Они прошли мимо сада, но впереди увидели еще одно скопление деревьев и других растений.

— А это оранжерея, — указал туда Лекс. — Но она, можно сказать, заброшена.

Они повернули по тропинке, обойдя три главные башни Академии.

— В башнях занятия не проводятся, — продолжал Орлов. — Там огромная библиотека, много всяких помещений, залов. Кабинеты магистров тоже там. И директор Вран занимает кабинет в центральной башне.

Иван кивнул.

Обойдя главные башни Академии Святогора, они вышли к небольшой круглой площади.

— А это как раз, учебные корпуса, — Лекс остановился.

Перед ними расположилась довольно обширная площадь, в центре которой стоял небольшой бронзовый памятник, изображающий некого бородатого мужчину. По периметру площади возвышались четыре здания. Они не были одинаковыми. Одно из них было построено из белого камня с элементами из голубого лазурита. Другое, собранное из кирпичиков яшмы, отражало утренние лучи солнца красными бликами. Стены третьего были построены из черного камня, на которых не было ни единой прожилки других цветов.

— Четыре Двора Академии, — ответил Лекс на немой вопрос Ивана. — Пошли, нам туда.

Они направились к зданию, больше похожему на небольшую гору. Огромные валуны горных пород были точно подогнаны друг к другу. Камни были нетесаными, как будто их подобрали у подножий гор, привезли сюда и сложили из них здание. Но кое где, между валунами виднелись мерцающие проблески. Подойдя ближе, Иван разглядел, что среди валунов разбросано невероятное количество кристаллов разных размеров.

Входная дверь здесь тоже была каменной, а на ней был вытесан герб Двора Камня — гора, окруженная кристаллами.

Дверь распахнулась довольно легко. Иван вопросительно посмотрел на Лекса.

— Тут стоят кристаллы усиления, — понял его Орлов. — Такие делать достаточно просто. Можно внедрять в подъемные механизмы, например.

Внутри здание оказалось просторным и величественным. Высокие потолки были украшены фресками, изображающими сцены из истории магии камня. На одной из фресок был изображен древний маг, создающий кристалл из горной породы, на другой — битва между каменными големами и драконами. Возле стен стояло множество книжных шкафов, на которых стояли древние фолианты, кристаллы и странные артефакты.

— Ну что, готов к встрече с Камневым? — спросил Лекс, когда они подошли к двери аудитории.

— Готов, — ответил Иван, хотя внутри все еще клокотала смесь тревоги и любопытства. — Давай только надеяться, что он не съест меня заживо.

— Не переживай, — Лекс усмехнулся. — Если что, я всегда могу бросить в него кристаллом. Хотя, честно говоря, это, наверное, только разозлит его. На самом деле Камнев — хороший преподаватель. Да, он строгий и неприветливый, но из его лекций я узнал для себя массу полезного. Занятия у него интересные. Главное — не опаздывать и не задавать глупых вопросов.

— Я пока помолчу, — Иван старался скрыть свое напряжение. — А что здесь считается глупым вопросом?

— Ну, например, спросить, зачем нам учить магию камня, если можно просто взять лопату или кирку, — рассмеялся Лекс. — Хотя, знаешь, некоторые действительно так и думают. Но магия камня — это не просто игры с кристаллами и землей. Это искусство. И наука.

— А что именно изучают в Дворе Камня? — спросил Иван.

— Все, что связано с землей, породами, металлами и кристаллами, — ответил Лекс. — Мы учимся создавать кристаллы, которые могут хранить магическую энергию, управлять землей, создавать големов... Ну, ты знаешь, каменных существ. А еще мы изучаем, как использовать кристаллы для защиты и атаки. Это как... магическая инженерия.

— А зачем мне это? — спросил Иван, глядя на свои руки.

— Ну, во-первых, ты универсальный маг, — напомнил Лекс. — А, во-вторых, магия камня может быть полезна для тебя. Например, кристаллы можно использовать для усиления заклинаний теней. Или для создания ловушек. Ты же не хочешь, чтобы тебя кто-то застиг врасплох, да?

Иван кивнул, стараясь не думать о том, что его уже подловили вчерашней ночью. И противопоставить этому он ничего не смог. Если бы не Лекс с его кристаллом…

— Пойдем. И не волнуйся. Я думаю, Камнев нормально к тебе отнесется, и многому научит. — Лекс задумался. — Говорят, он был одним из лучших магов своего времени. Но после того, как погиб его сын, он стал... другим. Теперь он больше похож на каменного голема, чем на человека.

— Что случилось с его сыном? — спросил Иван, стараясь не выдать своего интереса.

— Не знаю, — ответил Лекс, пожимая плечами. — Рассказывали, это был несчастный случай. Но в академии много слухов…

Иван почувствовал, как шрам на ладони слегка заныл. Он не знал, что думать, но что-то в словах Лекса заставило его насторожиться.

Они вошли в аудиторию, где уже собрались ученики. Профессор Камнев стоял у доски, его массивная фигура доминировала в комнате. Он был высоким, с широкими плечами. Его волосы, седые и коротко стриженные, торчали в разные стороны. Глаза, зеленые и холодные, изучали учеников с таким видом, будто он оценивал их на прочность. Иван пристально посмотрел на магистра. Еще вчера Темников обратил внимание на множество шрамов на лице Камнева, а теперь Иван подумал: откуда они могли появится? Темников хотел спросить Лекса об этом, но не успел.

— Садитесь, — произнес Камнев, и его голос, низкий и хриплый, заполнил аудиторию.

Иван сел за парту рядом с Лексом, стараясь не привлекать к себе внимания. Он чувствовал, как шрам на ладони слегка пульсирует.

— Магия камня, — начал профессор, его голос звучал как гром, — это не просто умение поднимать валуны или создавать кристаллы. Это искусство понимать землю, чувствовать ее энергию и использовать ее для своих целей. Камень — это не просто материал. Это живая сущность, которая хранит в себе память веков.

Он поднял руку, и на ладони лежал небольшой кристалл, который начал светиться мягким голубым светом.

— Этот кристалл, — продолжил Каменев, — был создан с помощью энергии земли. Он может хранить магический заряд, усиливать заклинания и даже защищать от атак. Но чтобы создать такой кристалл, нужно не только знание, но и... — он сделал паузу, его глаза остановились на Иване, — ...и понимание того, что магия — это не просто сила. Это ответственность.

Иван почувствовал, как шрам на ладони заныл сильнее.

* * *

— А теперь, — сказал профессор спустя час лекции, — давайте посмотрим на этот эффект в действии. Каждый из вас попробует создать свой кристалл. Но помните: магия камня требует терпения и концентрации. Спешить не нужно.

Камнев рассказал очень много. Ивану даже показалось, что магистр провел лекцию на достаточно общие темы специально для него. Слушая магистра, Темников подумал, что все эта магия, довольно простая штука. Но теперь ему предстояло попробовать это самому.

Иван взял в руки небольшой кусок камня, который лежал перед ним на парте.

— Что мне делать? — шепнул он сидящему рядом Лексу.

— Просто сосредоточься, — начал Лекс. — Ты должен это почувствовать. Подумай, о том, что ты хочешь вложить в этот кристалл. Например, свет. Вот смотри.

Лекс посмотрел на кристалл, вздохнул и закрыл глаза. Иван заметил, как на кончиках пальцев Орлова появилось слабое свечение. Постепенно оно становилось ярче и ярче. А в следующую секунду свечение появилось внутри кристалла. Это выглядело так, будто в эту полупрозрачную породу поместили пламя небольшой свечи.

— А теперь нужно активировать его, — сказал Лекс, — Просто мысленно скомандуй ему.

Лекс снова посмотрел на свой кристалл, и он разгорелся ярким светом. Спустя пару секунд он погас.

— Попробуй.

Иван кивнул и стал пристально смотреть на кристалл в своей руке. Он мысленно посылал самому себе команду зарядить кристалл светом, но ничего не происходило. Темников злился. Он сжал кристалл в ладони так, что костяшки его пальцев побелели.

«Не получается, — думал Темников. — Ничего не выходит»,

«Отпусти свой разум, — Иван услышал голос где-то глубоко внутри себя. — Позволь энергии разжечься и выйти».

Иван расслабился. Он ощутил, как где-то глубоко внутри него что-то пробуждается. Как будто небольшой ручей пробивается сквозь толщу земли наружу.

Он открыл глаза и почувствовал, как энергия начинает течь через его пальцы. Иван улыбнулся. Источник внутри него пробудился. Энергия текла по его рукам к кристаллу и напитывала его.

Но что-то было не так. Шрам на ладони начал светиться, и камень в его руках начал трескаться.

— Темников, — раздался голос Камнева. — Что ты делаешь?

Иван поднял голову и увидел, что профессор смотрит прямо на него.

— Я... — начал Иван, но не успел закончить.

Лекс выхватил кристалл из его руки и с силой подбросил вверх. Камень взорвался, разлетевшись на мелкие осколки. Иван почувствовал, как шрам на ладони начинает гореть, а в голове зазвучал голос Аррана: «Осторожно. Он знает больше, чем говорит.»

— Темников, — повторил Камнев, его голос стал еще холоднее. — После лекции останьтесь. Нам нужно поговорить.

Иван кивнул, стараясь скрыть свое беспокойство. Он чувствовал: что-то не так, но не мог понять, что именно.

— Не волнуйся, — прошептал Лекс, когда лекция закончилась. — Я подожду тебя в коридоре.

Лекс вышел из аудитории. Иван остался. Его сердце билось чаще, чем обычно.

— Темников, — раздался голос Камнева, когда почти все ученики вышли. — Подойдите ко мне.

Иван подошел к профессору.

— Вы знаете, что произошло? — спросил Камнев, его глаза изучали Ивана с холодной проницательностью.

— Не уверен, — ответил Иван, стараясь звучать уверенно. — Я просто... потерял контроль.

— Потерял контроль? — Камнев поднял бровь. — Или что-то другое?

Иван почувствовал, как шрам на ладони начинает гореть.

— Я не знаю, магистр, — Иван решил, что скрывать свое неумение от преподавателя будет неразумно. — Это мой первый опыт магического воздействия.

— Вот как, — Камнев задумался, пристально глядя на Ивана. — Я подозревал, что так оно и есть. Вы необычный студент, Темников.

Иван молчал.

— Ваш потенциал пробудился, и он очень высок судя по сегодняшнему инциденту, — взгляд Камнева будто бы смягчился. — Вам придется многому научиться, Темников. Не знаю, зачем ваше присутствие здесь понадобилось там, — магистр указал пальцем вверх, — но, раз уж так вышло…

Иван смотрел на него молча. Камнев вдруг снова холодно посмотрел на него.

— Будьте осторожны, Темников, — сказал профессор, его голос стал громче. — Магия — это не просто сила. Это ответственность. Можно сказать, долг. А долги нужно отдавать.

Ивану эти слова показались странными.

— Какие долги? — спросил он почти шепотом.

— Идите, Темников, — сказал Каменев, его голос снова стал холодным. — Но помните: я буду за вами приглядывать.

Иван повернулся к выходу. Спиной он чувствовал тяжелый взгляд профессора Камнева. Внутри что-то назойливо кололо. Шрам на руке снова неприятно заныл.

* * *

Лекс подбежал сразу, как только Иван закрыл дверь в аудиторию.

— Ну? Что он сказал?

— Толком ничего, — ответил Иван. — Просто предупредил.

— Предупредил? О чем?

— О том, чтобы я был осторожен.

— В смысле с магией камня? Так понятное дело – у тебя сегодня первый день. Научишься еще.

— Да, — тихо проговорил Иван. — С магией камня…

— Ну ладно. Не переживай, — Лекс хлопнул Ивана по плечу. — Пойдем в трапезную. Сейчас большой перерыв на завтрак. Ты голоден?

Иван вообще не мог вспомнить, когда он в последний раз ел. Но сейчас он отчетливо понял, что зверски голоден.

— Да, от еды я не откажусь, — сказал Иван, сглатывая тут же обильно выделившуюся слюну.

— Тогда пошли скорее.

Трапезная располагалась в отдалении от всех корпусов. Это было одноэтажное здание, похожее на терем. Иван и Лекс зашли внутрь.

— Смотри, — сказал Лекс, указывая на группу учеников в голубых мундирах. — Это ученики Двора Ветра. Они специализируются на магии воздуха и иллюзий. Видишь ту девушку с черными волосами?

Иван кивнул. Девушка, о которой говорил Лекс, стояла в стороне, ее холодный взгляд скользил по окружающим.

— Это Кэт Воронова. Очень примечательная особа. Красивая, но никого к себе не подпускает. Кстати, ее семья когда-то была связана с вашим родом. Но после Ночи Падающих Звезд они, — Лекс немного замешкался, подбирая нужное слово, — дистанцировались.

— Ты хотел сказать «предали»? — спросил Иван.

— Ну. Можно и так сказать. Но тогда связь с Темниковыми могла принести много проблем, — ответил Лекс, пожимая плечами. — «Проклятый род», сама понимаешь. Но Катя... она не такая, как все. Она умная, но держится особняком.

— А кто этот парень? — Иван указал на высокого юношу в красном мундире, который подошел к Кэт и что-то шепнул ей на ухо. Воронова в ответ толкнула его, и парень, засмеявшись, пошел дальше.

— Глеб Громов, — сказал Лекс. — Из Двора Пламени. Он силен, но... не очень дружелюбен. Его семья очень могущественная. Они вассалы Волковых — самых богатых и влиятельных бояр в Империи. Громовым можно, если не все, то почти все. Глеб и ведет себя так. Я с ним не общался почти.

— Понятно. А вон тот, в углу? — Иван заметил худощавого парня с русыми волосами, торчащими в разные стороны, который что-то записывал в блокнот.

— Дмитрий Светлов, — ответил Лекс. — Из Двора Теней. Он странный, но, кажется, добрый. Говорят, он сильно преуспел в теневой магии, но никому ничего показывает.

Иван кивнул, стараясь запомнить все, что говорил Орлов.

Они подошли к стойке, где стояли большие котлы с едой. Запах свежего хлеба и горячего супа заставил Ивана почувствовать себя еще более голодным. Он взял поднос и начал накладывать еду, стараясь не переборщить, но его руки дрожали от голода.

— Не стесняйся, — усмехнулся Лекс, накладывая себе порцию, вдвое большую, чем у Ивана. — Здесь еды хватит на всех. Академия не скупится на питание для своих учеников.

Они сели за стол в углу, где их никто не мог потревожить. Иван начал есть с таким аппетитом, что Лекс даже засмеялся.

— Ты выглядишь так, будто не ел неделю, — сказал он, откусывая кусок хлеба.

— Почти так и было, — ответил Иван, не отрываясь от тарелки.

Лекс посмотрел на него с удивлением, но ничего не сказал.

Глава 4

Первый день в Академии выдался для Ивана насыщенным и тяжелым. После утренней лекции по магии камня, он отправился на практическое занятие в Двор Теней. Там, под руководством профессора Маргариты Черновой — строгой женщины с холодными голубыми глазами и серебристыми волосами, собранными в тугую косу, — он пытался освоить базовые заклинания, связанные с управлением тенями. Однако каждый раз, когда он концентрировался, шрам на ладони слегка дергался, словно предупреждая о чем-то.

Маргарита, заметив это, лишь хмуро посмотрела на него, но ничего не сказала. Ее голос, холодный и резкий, звучал как приказ:

— Темников, сосредоточься. Темная магия — это не просто инструмент. Это часть тебя. Если ты не научишься ее контролировать, она тебя поглотит.

После занятий Иван вместе с Лексом снова отправился в трапезную. Лекс, как всегда, шутил и рассказывал истории о своих экспериментах с кристаллами, но Иван едва слушал. Его мысли были заняты другим. У него было странное ощущение того, что за ним следят. Иван несколько раз ловил на себе взгляды других учеников, но стоило ему обернуться, как они тут же отводили глаза.

Вечером, вернувшись в комнату, Иван достал медальон с вороном и долго смотрел на него, пытаясь понять, что связывает его с этим артефактом. Лекс, заметив его задумчивость, не стал мешать и вскоре заснул, оставив Ивана наедине с его мыслями.

Ночь наступила тихо, но Ивану она не принесла покоя. После нападения тени прошлой ночью, он не мог заснуть и ждал новой атаки. Тени на стенах, которые раньше казались ему безобидными, теперь казались живыми, будто они двигались, когда он не смотрел. Однако шрам на ладони, который обычно напоминал о себе легким покалыванием, теперь был спокоен, словно затаился, ожидая чего-то. Иван лежал на кровати, уставившись в потолок, прислушиваясь к каждому шороху.

Но усталость взяла свое и сон все же настиг его.

Иван стоял в огромном зале, стены которого были покрыты древними фресками, такими же как он видел на стенах Академии. Сцены битв, магические ритуалы, странные существа. Воздух был густым, пропитанным запахом старого камня и магии. В центре зала стоял алтарь, на котором лежал Камень Истины, но он выглядел иначе, чем тот, к которому он прикасался во время испытания — больше, древнее, словно вырезанный из самой тьмы. Его поверхность была покрыта рунами, которые светились слабым серебристым светом.

Глядя на Камень, Иван заметил что-то позади него. Это была темная фигура. Ее сложно было разглядеть среди мрака. Но с каждой секундой она становилась все отчетливее. И вот Иван уже смог различить тот самый плащ из перьев. Лицо, скрытое маской, сплетенной из костей и теней. И глаза... Знакомые глаза. Серебряные, как у того существа, что напало на него ночью. Фигура протянула руку, и Иван почувствовал, как шрам на его ладони начинает гореть.

— Ты не сбежишь, — прошептала фигура, ее голос был похож на скрип веток. — Ключ должен открыть...

Иван попытался закричать, но голос не слушался. Он почувствовал, как тянется к камню, как будто его рука движется сама по себе. Шрам на ладони вспыхнул ярким светом, и камень начал трескаться. Из трещин вырывались тени, которые обвивали его, как щупальца.

— Ты не один, — прошептал голос, который Иван узнал. Это был голос Аррана. — Мы должны найти...

«Что? «Что я должен найти?» —мысленно произнес Иван.

Костяная маска вдруг приблизилась вплотную к его лицу…

Иван резко поднялся. Его тело было покрыто холодным потом. В комнате было тихо, только слабый свет луны пробивался сквозь окно. Лекс мирно спал на своей кровати, не обращая внимания на его беспокойство. Иван сел, чувствуя, как сердце бьется в груди. Шрам на ладони слегка дернулся, но не больно — скорее, как напоминание.

«Что это за тень?» — подумал Иван. – «Что ему нужно от меня?»

«Каин», — раздался где-то внутри голос Аррана.

Иван понял, что этот сон был не просто игрой разума. Это было предупреждение. Или подсказка. Камень Истины, который он видел во сне, был не просто артефактом академии. Он был связан с его шрамом, с его прошлым. И, возможно, с будущим.

«Каин, — подумал Иван. — Нужно выяснить кто это».

* * *

Утро снова началось со звона колокола, который разносился по всей территории Академии. Иван встал, чувствуя себя разбитым, но полным решимости. Лекс снова проснулся раньше и уже суетился по комнате. Он был бодр и энергичен, хотя и не стал докучать Ивану. Видимо, он чувствовал, что сосед не в настроении.

— Ну что, готов к новому дню? — спросил Лекс, обматывая голени подвязками и надевая сапоги.

— Готов, — ответил Иван, стараясь звучать уверенно. — Лекс, в Академии есть архив?

Лекс продолжал обуваться.

— Архив, говоришь? — он задумался. — Это в подземельях под центральными башнями. Но туда без разрешения не пускают. Нужно запрашивать. То ли у преподавателей, то ли у самого директора. Зачем тебе архив?

— Мне нужно кое-что понять, — ответил Иван, глядя на свои руки. — О своем роде. О том, что случилось в ту ночь. И о себе самом. Я не знаю с чего начать. Но архив — это место, где могут быть ответы.

Лекс кивнул, его лицо стало серьезным.

— Тогда давай спросим у кого-нибудь. Может, Камнев может разрешить доступ.

— Нет, — резко ответил Иван. — Я не хочу, чтобы кто-то знал, что я ищу.

Лекс пожал плечами.

— Тогда может кто-то из студентов сможет тебя провести, — сказал он. — Тебе нужно обзаводиться знакомствами.

— Меня же все тут презирают, — возразил Иван. – Не думаю, что кто-то захочет со мной говорить. Тем более помогать.

— Я же с тобой общаюсь, — Лекс внимательно посмотрел на Ивана. – Просто так. Я же тебе ничем не обязан. Я думаю и другие такие найдутся. Жаль у меня нет доступа в архив. Я бы тебя провел.

— Жаль, — отозвался Иван. – Ладно, попробую что-то с этим сделать. Пойдем, нам пора.

* * *

Коридор общежития, где поселили Ивана, был пропитан запахом старого дерева и полыни, которая росла под окнами. Доски пола скрипели под ногами, словно жаловались на возраст, а на стенах виднелись потертые деревянные панели с вырезанными на них защитными рунами. На доске объявлений красовались афиши турниров Дворов и список нарушителей дисциплины.

Иван и Лекс шли мимо дверей с бронзовыми номерами к широкому холлу, где уже толпилось несколько групп студентов, собирающихся вместе пойти на занятия. Ивану захотелось сбавить шаг или остановится, чтобы не сталкиваться ни с кем из них. Несмотря на то, что на нем был надет мундир Двора Теней, он все еще чувствовал, как другие студенты смотрят на него с недоверием, или презрением. Но ему нужно было найти того, кто имеет доступ к архиву.

В конце коридора, у окна с витражом, стояла девушка. Ее черные волосы были собраны в тугой пучок, а серые глаза сверкали холодным любопытством. Ее голубой мундир идеально сидел на стройной фигуре, а на груди красовался герб Двора Ветра — крылатый змей, обвивающий посох. Две верхние пуговицы были расстегнуты, а на шее виднелась татуировка — ворон с распростертыми крыльями. Она смотрела в окно

Когда Иван проходил мимо нее, девушка обернулась.

— Темников, — произнесла она, останавливаясь перед ним. — Ты Иван Темников?

Иван кивнул, чувствуя, как шрам на ладони слегка дернулся. Не больно, но достаточно, чтобы напомнить о себе.

— Да, это я, — ответил он, стараясь звучать уверенно. Иван узнал девушку, но не подал вида.

— Меня зовут Екатерина Воронова, — представилась она, слегка кивнув.

Иван кивнул в ответ, чувствуя, как шрам на ладони снова дернулся. На этот раз сильнее.

— Тебе что-то нужно? — Иван инстинктивно сжал кулак.

— Хотела посмотреть на тебя поближе, — девушка улыбнулась, но в ее улыбке не было тепла. — Ты знаешь, что наши предки когда-то были союзниками. Они охраняли Сумрачные Врата вместе…

Иван знал, что Темниковы были могущественным родом, но о связях с Вороновыми он слышал только от Лекса.

— Нет, — ответил он. — Мой отец... он мало что рассказывал.

Кэт слегка наклонила голову, ее глаза сузились.

— После Ночи Падающих Звезд все изменилось. Ваш род стали считать проклятым. Никто не хотел быть связанным с Темниковыми. Но я... — она замолчала, будто взвешивая слова. — Я думаю, что не все так просто.

Иван не ожидал, что кто-то в академии, кроме Лекса, заговорит с ним так... открыто.

— Ты знаешь, что случилось в ту ночь? — спросил он.

Кэт покачала головой.

— Нет. Мой прадед был там. Он видел, как твой предок, Святослав Темников, пытался остановить ритуал. Ему противостояли Черные Вороны. Этот клан, или лучше сказать «секта», хотела открыть врата. Святослав пытался остановить ритуал, но что-то пошло не так. В академии есть архивы, где хранятся старые записи. Возможно, там есть ответы.

— Архивы? — переспросил Лекс, наконец вмешавшись в разговор. — Ты имеешь в виду те, что в подземельях?

Кэт кивнула.

— Да. Но туда не так просто попасть, — Лекс задумался. — Нужен допуск.

— А ты можешь помочь? — спросил Иван, чувствуя, как шрам на ладони снова дернулся. На этот раз сильнее.

Кэт посмотрела на него, ее глаза сверкнули.

— Возможно. Но сначала ты должен ответить на один вопрос.

— Какой? — насторожился Иван.

— Я знаю, что чуть больше недели назад Врата пытались открыть вновь. Ты к этому причастен?

Иван замер. Он совсем не ожидал такого вопроса Лекс тоже насторожился, его взгляд перешел с Кэт на Ивана.

— Нет, — Темников покачал головой. — Но я сделал то, что должен был.

— Ты выпил яд? — вопрос Кэт был неожиданным. Лекс встрепенулся явно не понимая, о чем идет речь.

— Что за яд? — спросил он.

Иван вздохнул, чувствуя, как воспоминания нахлынули на него. Он посмотрел на Кэт, которая ждала ответа с холодным спокойствием.

— Откуда ты знаешь? — начал он, стараясь говорить ровно. — Я считал, что это мой долг. Что об этом известно только мне. Мой отец... он верил, что врата нужно закрыть навсегда.

— Земля слухами полнится, — невозмутимо продолжала Кэт. — Об этом было известно не только тебе.

Иван сжал кулак, шрам на ладони снова начал пульсировать.

— В тот день, когда погиб мой отец, — продолжил Иван. — Мне было только шесть лет. Он забрал меня из дома, и мы долго ехали. А когда мы добрались и вышли из повозки, я увидел их. Сумрачные Врата — эти черные арки, что веками охранял мой род. Что произошло потом я почти не помню. Но я хорошо запомнил, как мой отец лежал, с переломанным посохом в руках. Его кровь смешалась с пылью, а в небе кружили вороны. Они пели на языке, от которого душа замирала. Я помню, как земля дрожала под ногами. Ритуал уже начался — врата трещали, из щелей выползали тени, которых не должно быть в этом мире. Отец сказал мне тогда: «Если все потеряно — нужно не дать им использовать тебя». В его глазах не было страха. Только… печаль. И все прекратилось.

Лекс и Кэт внимательно смотрели на Ивана и ничего не говорили.

— Меня забрали и отвезли в наше поместье. Но в тот день я из хозяина превратился в слугу.

Иван помолчал, борясь с собственными мыслями.

— И вот неделю назад это началось вновь. Я сидел в своем хлеву и почувствовал, как земля снова задрожала. Врата снова пытались открыть. Я уже знал, что мне нужно делать. Пузырек с отравой я всегда носил с собой…

— И ты принял яд? – изумленный Лекс застыл в ожидании продолжения.

— Да, — ответил Иван, — Больше ничего сделать я бы не смог. Пользоваться магией я не умел. Я до сих пор не освоил даже основ.

Иван помолчал.

— Яд был холодным. Горьким. Но когда я проглотил его, стало… тихо. Я ощутил, что Врата захлопнулись. А потом — тьма. Я думал, это конец.

— Но ты живой, — Кэт заправила за ухо выбившуюся прядь.

Иван проводит пальцем по шраму.

— Да, но не знаю почему.

Кэт смотрела на него не моргая.

— Ты не пользовался магией, — сказала она. — Это интересно. А теперь ты здесь, и твой источник пробудился.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил Иван, глядя на нее с подозрением.

— Пока не знаю, — Кэт задумалась. —Но твое появление здесь неслучайно. Я не верю в такую внезапную милость Императора. Кому-то нужно, чтобы ты был здесь. И чтобы твоя магия пробудилась.

Иван и Лекс стояли молча. Лекс почесал затылок.

— Получается, той ночью… — начал он, но Иван быстро прервал его.

— Какое тебе дело до этого? — спросил он Кэт.

Воронова смерила Ивана взглядом.

— Я уверена, что Черные Вороны не исчезли, — сказала она. — И они попытаются открыть врата снова. Но для этого им нужен ты.

Иван задумался. Странная эта Воронова. Она очевидно умна, и обладает информацией. Но для чего?

— А зачем это тебе? — сказал Темников вслух. — Ты очень много знаешь для обычной ученицы Академии.

— Потому что ты не единственный, кто пострадал от них, — ответила она. — Мою семью это тоже затронуло. Если Черные Вороны еще существуют, их нужно остановить.

Иван почувствовал, как в его груди что-то сжалось. Он знал, что должен найти ответы, но теперь понимал, что это будет не просто.

— Что мне делать? — спросил он, глядя на Кэт.

— Искать правду, — ответила она. — И не доверять никому.

— Ты поможешь мне попасть в архив?

— Нет, — немного подумав ответила Кэт. — Это слишком опасно. У Черных Воронов могут быть шпионы по всюду. Я не хочу погибнуть из-за этих тайн. Будь осторожен, Темников. В академии не все те, за кого себя выдают.

Он повернулась и зашагала по коридору.

— Что будешь делать? — спросил Лекс.

— Нужно как-то пробраться в архив, — задумчиво ответил Иван, — подумаю об этом сегодня. Но откладывать нельзя. Ночью попробую пробраться туда.

— Что ты хочешь найти?

— Не знаю, но, надеюсь, оказавшись там — пойму.

— Я с тобой, — глаза Лекса загорелись. — Есть у меня пара штуковин…

— Зачем тебе это? — Иван не ожидал помощи от Орлова. Они ведь просто соседи.

— Мне тоже нужно кое в чем разобраться, — Лекс подмигнул. — Я помогу тебе, а ты поможешь мне.

* * *

Лекс прижался к холодной каменной стене, его волосы сливались с отсветами факелов в коридоре. Из кармана он достал кристалл, который слабо мерцал в темноте лиловым светом.

— Видишь эти руны на дверях? — прошептал он, показывая на массивную дверь архива, исписанную защитными символами. — Это не простой замок. Видел такие. Тут ловушка — коснешься без ключа, и тебя швырнет в стену как тряпку.

Иван кивнул. После заката они выбрались из комнаты и скрытно пробрались к центральным зданиям Академии. Архив располагался в подземелье восточной башни. Они дождались, когда охрана из числа студентов, дежуривших в эту ночь, пройдет мимо запасного входа и незаметно пробрались внутрь. Долго спускаясь вниз по каменным лестницам и пройдя множество темных коридоров, они достигли входа в архив.

— А твой кристалл справится?

— Если я правильно рассчитал частоту… — Лекс приложил камень к центральной руне. — Только будь внимателен. Если замигает красным — бежим.

Кристалл тихо загудел, и символы на двери начали тускнеть. Дверь со скрипом приоткрылась, выпуская запах древней пыли и пергамента.

— Получилось! — Лекс ухмыльнулся, но его тут же оборвал гул шагов.

Из-за угла показались два стражника в плащах с гербом Двора Пламени.

— Черт! — Иван рванул Лекса за рукав, и они нырнули в тень ниши. Стражи остановились в метре от них, обсуждая смену караула.

— Слушай, — Лекс говорил почти беззвучно и при этом судорожно дышал, — у меня есть еще один кристалл. Могу создать шум в другом конце коридора, но…

— Но что?

— Он может взорваться.

Иван стиснул зубы. Шрам горел, как раскаленная игла. Где-то в глубине сознания Арран шептал: «Не время для ошибок».

— Делай.

Лекс швырнул кристалл. Тот прокатился по полу и взорвался с грохотом, похожим на обвал. Стражи обернулись и бросились на звук, а Иван и Лекс метнулись к двери архива.

— Быстро! — Лекс втащил Ивана внутрь и дверь захлопнулась.

— Гениально, — проворчал Иван. — Теперь мы в ловушке! Стражники скоро прибегут сюда.

— Эй, я спасаю нам шкуру! — Лекс явно паниковал. — Ты знаешь, что искать?

— Нет. Но, если увижу, пойму, — Иван потянулся к ближайшему фолианту, но Лекс схватил его за запястье.

— Не трогай. Я думаю, здесь все под заклятьями.

Они продвигались вглубь, минуя стеллажи с книгами, чьи переплеты светились ядовито-зеленым. Лекс достал из своей сумки еще один кристалл, активировал его и на ходу начал водить им по воздуху.

— Это кристалл-сканер, — прошептал он. — Если где-то есть магическое воздействие, он это покажет.

Они двигались дальше. Иван бегал глазами по полкам. Он искал подсказку, или знак, который укажет, что здесь находится что—то важное. Но корешки книг сливались в один нескончаемый ряд.

«Ну, где же ты, — обратился Иван к тому, кто недавно стал его постоянным спутником, — подскажи, что мне делать»

Арран молчал.

Они шли дальше, разглядывая каждую полку. Внезапно ладонь Ивана будто обожгло. Он остановился. Шрам мерцал слабым светом и пульсировал. Темников поднял голову и увидел то, что искал.

— Вот! — Иван указал на с герб — ворон, сжимающий лапами ключ. Полка была заколочена деревянными ставнями, а поверх них на ржавых цепях висел массивный замок.

— Держи, — Лекс протянул ему еще один кристалл. — Это отмычка. Только аккуратно…

Иван приложил кристалл к замку. Секунда — и цепи со звоном упали.

Темников раскрыл ставни. За ними на полке лежала одна единственная книга. Кожаный переплет, а на обложке выведены всего две буквы: «Г. Т.». Дневник его отца — Гордея Темникова.

Иван открыл дневник, но его страницы были пусты.

— Что это значит? — сказал он. — Здесь ничего нет.

Иван провел рукой по страницам. Внезапно шрам на руке вспыхнул. Иван одернул руку. На странице фолианта остался отпечаток ключа.

Страницы замерцали. Иван положил книгу на пол и сделал шаг назад. Из страниц вырвался луч света. Через секунду мерцающие частицы начали складываться в только им известном порядке. И вот, наконец, перед глазами Ивана появилась голограмма. Он узнал того, чье изображение увидел. Это был его отец.

— Иван, если ты это видишь, значит, Каин близко. Он — тень, которая носит чужие лица. Он ищет сосуд! Не верь глазам!

За спиной Ивана раздался низкий хриплый голос:

— Кто здесь?

Темников узнал этот голос. Он обернулся и увидел силуэт в начале прохода между книжными полками.

«Камнев», — понял Иван.

За спиной магистра маячили две фигуры стражников.

Лекс побледнел. Иван инстинктивно прикрыл книгу собой, чувствуя, как шрам пульсирует в такт сердцу.

— Немедленно выйти на свет! — прогремел Камнев. — Воровство в архиве карается изгнанием из Академии.

Иван захлопнул книгу. Голограмма исчезла.

Они метнулись за ближайший книжный шкаф. Лекс прижался к стене. Иван прикрыл ладонью светящийся шрам, но тусклое свечение все равно пробивалось сквозь пальцы. Где-то за поворотом гулко отдавались шаги — стражники уже близко.

— Сюда! — Кэт внезапно вынырнула из темноты, ее голос был тише ветра. Она указала на узкую щель между каменной плитой и стеной, скрытую тенью статуи древнего мага. — Влезете?

Лекс, не раздумывая, начал протискиваться внутрь. Иван последовал за ним, царапая плечо о выступ. Кэт мгновение колебалась, затем прижала палец к губам:

— Не двигайтесь. Что бы ни случилось.

Щель оказалась крошечной нишей, где едва хватало места для двоих. Иван чувствовал, как Лекс дрожит от адреналина. Шрам на его ладони горел, словно пытался выдать их присутствие.

— Быстрее! — прогремел голос Камнева. Его тень легла на пол рядом с нишей. — Обыщите здесь все!

Стражи застучали посохами по полу, активируя заклятья поиска. Синие волны магии поползли по стенам, выискивая тепло живых существ. Кэт, оставшаяся снаружи, спокойно подошла к Камневу:

— Профессор, это я, Екатерина Воронова.

— Воронова? — Каменев был удивлен. — А вы почему здесь?

— Искала манускрипты по метеорологии, — она подняла свиток с голубым гербом, ее лицо оставалось непроницаемо. — Вот мой допуск.

Она протянула профессору небольшой свиток бумаги. Камнев развернул его и прочитал.

— Здесь есть кто-то еще? — грозно спросил магистр. — Почему ночью?

— Не хватает времени, — Кэт развела руками. — Много занятий. Я здесь больше никого не видела.

Камнев вернул ей свиток.

— Идите в общежитие, Воронова, — он нахмурился и его шрамы на лице стали еще более жуткими. — Я обращусь к директору, чтобы в архиве выставили зеркальных стражей. Эти бездельники, — он кивнул в сторону снующих между книжных полок студентов, — совсем мышей не ловят.

Волны поисковой магии приблизились к нише. Иван зажмурился, чувствуя, как Лекс вцепился ему в руку. Кэт невзначай наступила на руну на полу, а затем ударила по ней носком сапога — магические волны дернулись и рванули в противоположный конец зала, среагировав на фальшивый след.

— Там! — крикнул один из стражников, и они бросились прочь. Камнев последовал за ними.

Кэт дождалась, пока шаги затихнут, затем постучала по плите:

— Выходите. Быстро.

Они выползли, покрытые пылью и паутиной. Лекс выдохнул:

— Ты… ты как это сделала?

— Потом, — Кэт повела их к дальнему углу архива, где за занавесом скрывалась дверь. — Это выход в сад алхимиков. Но есть условие: вы берете меня с собой, когда начнете копать глубже.

— Почему? — Иван нахмурился, но Кэт уже толкала дверь.

— Объясню потом, — Кэт вытолкнула их наружу. — Бегите!

Иван и Лекс метнулись через сад, прыгая через грядки с ядовитыми цветами.

«Она рискнула … Почему?» — Иван сжимал книгу, пока они бежали. Голос Аррана в голове усмехнулся: «Потому что ты — ключ. А ключи всегда притягивают отчаянных».

* * *

Комната №13 погрузилась в полумрак. Лунный свет, пробивавшийся сквозь запыленное окно, выхватывал из темноты стол, где лежал дневник Гордея Темникова. Иван провел пальцем по шраму-ключу на ладони, чувствуя, как таинственное тепло пульсирует в такт его мыслям.

— Арран, — прошептал он, обращаясь к призрачному голосу в голове, — почему он не сказал мне правду?

Шрам дернулся, будто отвечая. Иван открыл дневник на случайной странице. Страницы снова засветились синим огнем. Воздух затрепетал, и перед ним материализовалась голограмма — не статичный образ, а живое воспоминание, пропитанное болью и надеждой.

Гордей Темников стоял в круглом зале, стены которого были расписаны фресками. Изображение ворона с ключом в лапах зловеще парило над алтарем. Каждый штрих фрески мерцал, как будто написан живой тьмой. Гордей держал на руках младенца.

— По крови Темниковых... — Он прижал сына к груди, а левой рукой провел по лезвию ритуального кинжала. Кровь капнула на руну-ключ, высеченную в полу. — ...по воле древних стражей, прими душу странника как щит от тьмы.

Младенец заплакал. Гордей закрыл глаза, словно борясь с собственной дрожью. Из тени за алтарем выступила фигура в плаще — силуэт Аррана, прозрачный и размытый.

— Ты будешь ключом и замком... — шептал Гордей. — Даже если это убьет тебя.

Арран шагнул вперед, его рука коснулась лба младенца. Вспышка света заполнила зал.

Иван вскрикнул, отшвырнув дневник. Шрам пылал, как раскаленное железо, а голограмма Гордея обратилась к нему впервые — словно видя сквозь время:

— Прости, сын. Я выбирал между тобой и Миром... Ты встанешь на страже Мира.

Изображение рассыпалось, оставив на столе пепельную метку в форме ворона. Иван схватился за запястье, пытаясь заглушить боль. В углу комнаты, где секунду назад была пустота, теперь стоял Лекс с кристаллом-фонарем в руках.

— Ты... ты видел? — Иван задыхался.

— Да, — Лекс кивнул.

За окном каркнула ворона. Где-то в глубине сознания Арран произнес то, чего Иван боялся услышать:

«Теперь ты понимаешь...»

Глава 5

Директор Вран сидел за столом и что-то записывал перьевой ручкой. Иван вошел и остановился на пороге. С его плаща стекала вода. Дождь начался под утро и все еще продолжал идти. Темников замешкался, понимая, что, войдя в кабинет, он оставит на полу лужу.

Вран посмотрел на него поверх своих очков.

— Проходите, Иван, —сказал он. — Плащ можете повестить в шкаф. Он высохнет пока мы побеседуем.

Директор взмахнул рукой и слева от Ивана открылась дверь шкафа. Он снял плащ и повесил его на крючок внутри.

— Присаживайтесь, — Вран отложил в сторону ручку и снова взмахнул рукой. Дверь шкафа захлопнулась.

Директор поправил очки на переносице и заговорил.

— Как прошли первые дни в Академии?

— Хорошо, — Иван чувствовал себя скованным. Неужели директор узнал, что ночью он пробрался в архив и нашел дневник отца?

— Поладили с соседом? — продолжил директор. — Алексей Орлов, верно? Двор Камня.

— Да, все хорошо, — Иван кивнул. — Мы даже подружились.

— Подружились, значит, — директор говорил спокойно. — Это великолепно. Вам потребуется поддержка. К сожалению, не все студенты могут отнестись к вам… сдержанно. Я рекомендую вам не вступать в конфликты. Среди наших студентов много умелых боевых магов. Конечно, дуэли в нашем заведении запрещены. Однако, стычек не избежать. Признаюсь, очень трудно за этим уследить.

— Я ни с кем не конфликтую, — ответил Иван. — И пока стычек с другими студентами не было.

— Вы правильно поступаете, Иван, — Директор встал из своего кресла и подошел к окну. — Продолжайте придерживаться этой стратегии. Если против вас применят магическую атаку, боюсь, вы не сможете защититься.

— Да, директор, — Иван опустил голову.

— Как вы понимаете, мне доложили о ваших успехах на первых занятиях, — Вран продолжал смотреть в окно на двор Академии. — Собственно, об этом я и хотел поговорить.

Иван сжался внутри от приступа стыда. Мало того, что он был изгоем неизвестно как оказавшимся среди знатных учеников лучшей Академии Империи, так он еще и ничего не умел.

Директор вернулся в свое кресло, сложил руки в замок и внимательно посмотрел на Ивана.

— Давайте поговорим честно, — начал Вран. — Ваш магический потенциал не был раскрыт. Возможно даже он был заблокирован. Учитывая вашу ситуацию, такое вполне возможно. Но Камень Истины прекрасно определяет и спящий и блокированный источник. Мне непонятно другое. Ваша универсальность.

Директор помолчал, внимательно глядя на Темникова.

— Я много лет являюсь частью Академии Святогора, — продолжил Вран. — Но универсальность источника магии — очень редкое явление. Темниковы древний род. Он нес важную для Империи функцию. Но никто из вашего рода не был универсалом.

Иван молчал не зная, что на это ответить.

— Иван, — лицо директора стало серьезным, — попробуйте вспомнить, не происходило ли с вами ничего странного в последнее время?

Темников задумался. Стоит ли рассказать директору все? Об очередной попытке открыть Врата между мирами, о якобы возродившемся клане, о его смерти и воскрешении. Может ли Иван доверять директору? Возможно. Но раскрывать все сейчас будет глупо.

— Вы, наверное, слышали, что пред тем, как отправится в Академию я…

— Слышал, — перебил его Вран. — Вы считаете ваше возрождение было следствием магического воздействия?

— Я не знаю.

Директор помолчал.

— Воскрешать мертвых магия пока не умеет, — заговорил он снова. — То, что вы приняли, скорее всего было просто снотворным зельем.

— Но Врата пытались открыть!

— Вы в этом уверены? — директор пристально смотрел на Ивана.

— Да.

— Боюсь, на вас повлияла ваша… ситуация, — продолжил Вран.

— Но я почувствовал это, — Иван начал нервничать. — Я не могу объяснить как, но…

— Понимаю, — прервал его директор. — Но я уверен, что это не более чем легенда о Сумрачных Вратах. Многие поддерживают ее существование, она обрастает подробностями. Но легенда есть легенда. Не думаю, что кто-то пытается открыть их.

— Почему вы так думаете, — Темников был разозлен, он не рассчитывал, что директор обойдется с ним, как с глупым подростком, выдумывающим сказки. — Может быть есть документы. Если посмотреть в архиве…

Иван осекся.

— Кстати об этом, — директор Вран поправил очки и достал из папки на столе лист бумаги. — Я получил доклад от магистра Камнева. Вчера он нес дежурство по Академии с двумя студентами Двора Огня. И заметил проникновение в архив. Там он обнаружил ученицу Двора Ветра Екатерину Воронову, у которой есть допуск к архивным данным. Время, конечно, неурочное, но сточки зрения правил все в порядке.

Темников замер.

— Но магистр утверждает, что заметил в архиве присутствие двоих неизвестных, которых не удалось задержать, — директор посмотрел на Ивана. — Вы что-нибудь знаете об этом?

— Нет, — Иван покачал головой и подумал, что его ответ был слишком неуверенным.

— Нет, ну что ж, — директор отложил докладную в сторону. — Мой вам совет, Темников, не ввязывайтесь в темные истории. Пробуждение вашего потенциала сулит вам большие возможности. Вам дали шанс. Воспользуйтесь им правильно.

Иван кивнул.

— Идите, Темников. Скоро начнутся занятия. А в архиве я буду вынужден выставить зеркальных стражей. Очень эффективный охранный артефакт. Мимо них невозможно проскользнуть. Идите, Иван, и не забивайте голову ерундой.

* * *

Учебный зал Двора Пламени напоминал гигантскую арену. Стены из черного базальта, пронизанного золотыми прожилками, отражали свет сотен факелов, чьи языки пламени танцевали в такт скрытой мелодии. Воздух дрожал от жара, пахнущего серой и расплавленным металлом, а под сводами витал дым, принимая причудливые формы — то драконов, то фениксов, то спиралей, закручивающихся в бесконечность. Посреди зала пылал ритуальный костер, в котором вместо дров горели кристаллы — малиновые, янтарные, кроваво—алые. Они трескались с хрустальным звоном, выпуская искры, превращавшиеся в крошечных огненных ящеров, с шипением растворяющихся в воздухе.

Иван стоял у массивной бронзовой двери, чувствуя, как капли пота скатываются по спине под грубой тканью мундира Двора Теней. Его черные сапоги казались нищенскими лаптями на фоне узорчатых ботинок учеников Двора Пламени, чьи мундиры сверкали алыми шнурами и бляхами в форме стилизованного солнца.

— Темников! — голос, похожий на удар молота о наковальню, заставил Ивана вздрогнуть.

Глеб Громов шагнул вперед из кольца учеников, и зал замер. Он был высок, как молодая сосна, с широкими плечами и бледной кожей, словно выгоревшей под вечным солнцем. Его волосы, белесые, как пепел, спадали на лоб тяжелыми прядями, обрамляя лицо с острыми скулами и губами, изогнутыми в вечной насмешке. Глаза — два куска синего льда — сверлили Ивана. На его мундире, в отличие от других, не было украшений — лишь на правом рукаве красовалась нашивка: черное солнце, заключенный в огненный круг.

— Ты потерялся, птенчик? — Глеб щелкнул пальцами, и между ними вспыхнул сноп искр. — Или теневики выгнали тебя, как паршивого щенка?

Смешки учеников поползли по залу, сливаясь с треском пламени. Иван ощутил, как шрам на ладони заныл — тупой, назойливой болью.

— Я здесь по расписанию, — сквозь зубы произнес он, доставая пергамент с печатью магистра Врана. — Двор Пламени — часть моего обучения.

Глеб медленно обошел Ивана, как хищник вокруг добычи. Его ботинки со стальными накладками звякали по камню.

— Обучение? — Он фыркнул, и из его ноздрей вырвались клубы дыма. — Ты думаешь, огонь терпит полуживых? Нет! Он сжигает слабых. — Глеб резко взмахнул рукой, и пламя костра взметнулось к потолку, образовав арку над их головами. — Видишь? Это язык Пламени. Он говорит: «Ты — грязь под моими ногтями».

Иван сглотнул. Магия огня была не просто стихией — это был символ власти и амбиций. Чтобы управлять им, требовалось не просто умение, знание рун, но еще и железная воля. Маги огня черпали свои силы из самых глубин земли. Студенты Двора не просто учились бросать огненные шары. Они договариваться с пламенем, становясь его частью. Но цена ошибки была высока — шрамы на лице старого магистра, сидевшего в углу, напоминали о том, что огонь не прощает слабости.

— Мне не нужно и ваше терпение, ни ваше одобрение, — Иван заставил себя выпрямиться. — Я здесь, чтобы получать знания.

Громов замер. Его пальцы сжались в кулаки, и вдруг весь жар в зале устремился к нему, обвивая тело алыми лентами.

— Знания? — Он засмеялся, и в смехе звенели колокольчики расплавленного стекла. — Ты, Темников, даже не понимаешь, как это работает. — Глеб поднял ладонь, и над ней возникло миниатюрное солнце — слепящий шар, внутри которого клубились черные прожилки. — Огонь — это не инструмент. Это договор. Ты отдаешь ему боль, страх, ярость... а он дает тебе силу. Но что можешь отдать ты? — Его взгляд упал на скрытый в кармане кулак Ивана. — Кровь проклятого рода?

Шрам на ладони дернулся так резко, что Иван чуть не вскрикнул. В ушах зазвучал шепот Аррана: «Он ищет слабое место. Не позволяй ему вывести тебя из равновесия...»

— Моя кровь — не твое дело, Громов, — Иван сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. — Или ты боишься, что огонь предпочтет меня?

Тишина повисла, словно натянутая струна. Глеб медленно погасил пламя в руке, оставив лишь дымящийся след на ладони.

— Смешно, — он обнажил зубы, похожие на клыки молодого волка. — Ты думаешь, твоя никудышная магия справится с этим? — Глеб рванул ворот мундира. У него на груди, примерно над сердцем сияло клеймо — руна из восьми языков пламени. — Видишь? Это печать Договора. Я отдал огню память о страхе... Теперь у меня нет страха. А что есть у тебя?

Иван почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Магия Договора — древний ритуал. Маг получал силу, запечатывая ее в огненную руну. Но взамен маг должен был чем-то пожертвовать. Частью себя, частью своей души.

«Не поддавайся ему», — проговорил голос Аррана в голове у Ивана.

Ученики в зале начали смеяться. Иван почувствовал, как внутри него закипает ярость.

— Что тебе нужно от меня? — сказал Темников глядя Громову прямо в глаза. — Хочешь меня унизить? Но мне плевать на тебя.

Иван шагнул вперед, собираясь уйти в другой конец зала, но проходя мимо Громова, задел его плечом.

Смешки в зале сменились гулом. Глеб на мгновение замер, но затем его лицо исказила ярость.

— Ты не смеешь!.. — Он взмахнул рукой, и факелы погасли, погрузив зал в полумрак. Лишь руна на его груди светилась багровым, как свежая рана. — Я — Громов! Мой род столетиями кормил пламя честью. А твой род и ты сам — просто гниль!

Из темноты вырвался клинок из черного огня. Как будто это было не пламени, а сама тьма, жаждущая поглотить свет. Иван отпрыгнул, но лезвие прошло в сантиметре от лица, оставив на щеке ожог.

— Глеб не надо! — крикнул кто-то из учеников, но Громов уже приготовился ко второму удару.

Иван инстинктивно поднял руку. Шрам на его ладони вспыхнул алым, и тени со стен ринулись вперед, сплетаясь в щит. Черный клинок ударил в него с лязгом, будто по наковальне.

— Довольно! — Голос профессора Игнатия Зорина, хранителя Двора Пламени, разрезал тьму. Факелы вспыхнули вновь, открывая картину: тяжело дышащий Глеб, Иван, бледный, с каплями крови на губах от напряжения, и ученики, застывшие в немой смеси страха и восхищения.

— Дуэли запрещены, — профессор, очень худой человек, похожий на скелет, указал посохом на Глеба. — Громов — в наказание будешь дежурить по Академии три смены подряд. Это от меня. И отправишься к директору Врану для разбирательства. Темников... — Его взгляд—уголек скользнул по Ивану. — Ты получил свое «знание». Довольствуйся.

* * *

Иван вышел из зала, едва переставляя ноги. Воздух коридоров, прохладный и сырой, обжег легкие после адского жара Двора Пламени. Он прислонился к стене, стараясь заглушить дрожь в руках. Шрам на ладони пульсировал, будто в него вбили раскаленный гвоздь, а на запястье пылал ожог — четкий силуэт ворона с крыльями, распростертыми как для полета. Прикосновение к нему вызвало странное ощущение — не жар, а ледяную пустоту, будто под кожей зияла бездна.

«Они следят», — голос Аррана прозвучал четче обычного, словно говорящий стоял за спиной. — «Эта метка — не просто рана. Это... приглашение».

— Приглашение куда? — прошептал Иван, озираясь. В пустом коридоре лишь эхо ответило ему скрипом старых балок.

Он двинулся к общежитию, но путь преградила фигура. Лекс, прижав к груди сверток с книгами, вынырнул из-за угла. Его лицо, обычно оживленное, в момент стало бледным.

— Иван! — он схватил Темникова за рукав, но тут же дернулся, заметив ожог. — Черт... Это откуда?

— Громов, — сказал Иван, пряча руку.

Лекс достал из сумки кристалл-сканер. Лиловый свет упал на ворона — и тень от ожога вдруг зашевелилась, будто пытаясь сорваться с кожи.

— Это какая-то метка, — Лекс отпрянул, чуть не выронив кристалл. — Что произошло?

— Он напал на меня, — ответил Иван. — Как будто специально пытался разозлить меня. Спровоцировать.

— Громов известная скотина, — Лекс засуетился, — Но не слышал, чтобы он нападал на учеников. Может сходим к лекарям? Покажешь им это, должны же они помочь.

— Нет, не надо, — Иван стиснул зубы, чувствуя, как холод из ожога ползет по венам. — Схожу, если станет хуже.

— Тогда пошли в общежитие, — сказал Лекс, — На улице дождь, давай пройдем через проход. Не хочется промокнуть. В комнате и так не жарко.

Они свернули в узкий коридор, где свет факелов едва пробивался сквозь паутину. Тени на стенах казались темнее обычного. Иван то и дело ловил себя на мысли, что за ним следят. Ему всюду мерещились чужие взгляды: в щелях между камнями, в отсветах кристаллов. Даже шелест его плаща напоминал шепот: «Ключ... Дверь...»

Внезапно откуда-то сверху раздалось громкое карканье. Иван и Лекс подняли головы и увидели, что на балке под потолком сидит ворона — необычно крупная, с перьями цвета смолы. Ее глаза, ярко-серебристые, сверлили Ивана.

«Беги», — голос Аррана прозвучал как удар хлыста.

Иван рванул Лекса за рукав, и они бросились вперед. За спиной раздался хлопок крыльев, а затем — скрежет когтей по камню. Ворона парила над ними, не отставая. Они бежали так быстро, как могли. Коридор казался бесконечным.

— Сюда, — крикнул Лекс и рванул к небольшой деревянной двери. Иван бросился за ним.

Ворона каркнула и Темников снова услышал скрежет когтей по камню.

Лекс подбежал к двери первым и толкнул ее плечом. Дверь не поддалась.

— Черт, закрыто!

Лекс бросил сверток с книгами на пол и принялся копаться в своей сумке.

— Сейчас, — приговаривал он, — она должна быть здесь.

Иван остановился и обернулся. Тень от ворона уже надвигалась на них. Темников сосредоточился.

— Давай! Давай! Ну же! — стиснув зубы говорил он сам себе.

Он выставил ладонь вперед и закрыл глаза. Шрам на ладони начал жечь руку. Иван открыл глаза и увидел, как из его ладони вырвался столб огня. Пламя полетело по коридору, а затем раздался истошный вороний крик.

— Открыл! — прокричал Лекс, убирая в сумку очередной из своих кристаллов. Он подобрал книги и потянул Ивана за собой.

Они оказались в зале библиотеки.

— Дверь, — Иван не мог отдышаться, —Нужно закрыть.

— Не успеем. Сюда. — Лекс, задыхаясь, указал на статую древнего мага, за которой виднелась потайная дверь. — Эта дверь ведет наружу...

Но Иван замер. Ожог на его руке вспыхнул алым, и тень от вороны на стене вдруг вытянулась, приняв человеческие очертания — высокую фигуру в плаще.

«Он близко», — прошептал Арран. — «Они хотят, чтобы ты открыл путь».

— Кто?! — вырвалось у Ивана, но тень уже рассыпалась.

Лекс, не понимая, что происходит, потянул его к выходу.

Тень исчезла. Вороны тоже больше не было.

На каменном полу Иван заметил лишь черное перо. На нем виднелись капли, похожие на кровь.

* * *

Иван сидел на краю кровати, вертя в пальцах воронье перо, подобранное в библиотеке. Желтый свет кристалла Лекса, подвешенного к потолку, отбрасывал дрожащие тени на стены. Ожог на запястье пульсировал в такт его мыслям — ритмично, навязчиво, будто отсчитывая время до чего-то неотвратимого.

— Нужно найти Кэт, — Лекс развалился на соседней кровати, листая потрепанный учебник с названием «Тень Сихотэ-Алиня: Забытые техники шаманов камня. Теория, практика и запретные главы». — Она же говорила о клане Черных Воронов. Если кто и расшифрует твою метку, так только она.

— А если она с ними заодно? — Иван положил перо на стол.

— Почему ты так решил? — Лекс оторвался от книги.

— Мне вообще кажется, что все это часть какого-то плана, — Иван встал и начал ходить по комнате.

— Ну говори уже, — Лекс не выдержал и тоже вскочил с кровати.

— Сам посуди, — начал Иван, — меня вызывают в Академию, хотя я давно был выброшен на конюшню и всеми забыт. И к тому же, я не был магом. То есть может и был, но мой источник энергии спал. Или был заблокирован. Директор Вран сегодня говорил со мной об этом.

— Заблокирован? — Лекс задумался. — Такое возможно. Блокировка источника силы применялась раньше в качестве наказания.

— Вот, — Иван продолжал шагать по небольшой комнате. — А здесь я прикоснулся к Камню Истины, и источник пробудился. Причем все источники. То есть… Я не знаю как правильно.

— Я понял, — кивнул Лекс, — продолжай.

— Получается, вместе с источником ко мне пришла способность пользоваться магией. А какая главная функция у магов рода Темниковых?

— Защищать Врата, — Лекс широко раскрыл глаза.

— И открывать их.

Иван остановился и замолчал.

— И еще эта тень в костяной маске, — снова заговорил он. — Она сказала, что я — ключ. И должен…

…открыть Врата, — закончил за него Лекс.

— Да. Кэт говорила об этом. Черные Вороны пытались открыть Врата, когда был жив мой прадед.

— Тем более нужно поговорить с Кэт, — сказал Лекс. — Даже если она замешана. Мы уже говорили с ней об этом, и, если заговорим снова, она может ничего и не заподозрить. Просто проявляем интерес. Тем более тебя это касается.

— Хорошо, — кивнул Иван. — Поговорим с ней завтра. Но даже, если она замешана, главная фигура здесь не она.

— Ты кого-то подозреваешь? Громов?

— Может быть. Но скорее нет, — Иван снова задумался. — Твой сканер, где он?

Лекс порылся в своей сумке и достал кристалл—сканер.

— Наведи его на перо.

Лекс щелкнул по камню, и тот засветился тускло-голубым.

— Этот кристалл фиксирует следы чужеродной магии, — сказал он. — Думаешь сработает?

Иван молча кивнул.

Кристалл долго не реагировал. Лекс водил им над пером, но ничего не происходило.

— Глупая была идея, — сказал Иван, но в следующую секунду кристалл в руке Лекса загорелся ярко-красным и начал пульсировать.

— Вот это да, — сказал изумленный Лекс. — Кристалл должен предупреждать о вредоносной магии, порчах и тому подобному. Я сейчас немного перенастроил его, и вот. Тут явно что-то злое.

— Злое, — подтвердил Иван. — Этот кристалл теперь сможет найти подобную энергию?

— Должен, — Лекс приободрился. — Завтра я похожу с ним по Академии и просканирую людей. Если найду следы подобной магии…

— Значит этот человек замешан.

— Точно, — Лекс усмехнулся, гася кристалл. — Завтра у нас будет больше информации. Ладно. Давай спать. Поздно уже.

— Да. Пора. Спокойной ночи.

Лекс пощелкал пальцами и кристалл-светильник под потолком зачал затухать.

Когда свет погас, Иван лег, прислушиваясь к звукам за окном. Голос Аррана просочился сквозь дрему:

«Они близко. Но теперь у тебя есть план... и глупец, который за тобой последует».

— Он не глупец, — пробормотал Иван в подушку.

— Ага, конечно, — донесся шепот Лекса из темноты.

За окном прокричала ворона.

Глава 6

Зал Отражений встретил студентов Двора Теней холодным блеском стен из полированного камня. Они отражали тусклый свет фонарей-призраков — стеклянных шаров, развешанных под сводами потолка. Их мерцание рисовало на камнях дрожащие узоры, словно тени вели бесконечный танец. Вдоль стен тянулись ряды каменных скамей.

В центре зала возвышалось большое зеркало «Око Недр». Точнее зеркалом в привычном смысле его назвать было нельзя. Это был артефакт, поверхность которого была вытесана из единого куска черного камня, обрамленного серебряной рамой. Его поверхность, черная и бездонная, словно ворота в иной мир, не отражала ничего, только пульсировала едва заметным синим свечением.

Иван стоял позади всей группы студентов, пытаясь слиться с тенями. Сегодняшнее занятие по иллюзиям вела магистр Лира, преподаватель Двора Теней, сурового вида женщина неопределенного возраста. Может быть ей было уже много лет, а возможно она была немногим старше большинства присутствующих учеников Академии Святогора.

Чуть поодаль от «Ока Недр», на небольшой скамейке сидел древний старец, чье лицо напоминало высохший пергамент. Его пальцы, похожие на корни мертвого дерева, сжимали посох с кристаллом-черепом на вершине. Это был архимаг Морвен. Он сидел неподвижно, но его глаза зорко следили за всеми, кто присутствовал в Зале Отражений.

Иван провел ладонью по стене, ощутив под пальцами холод. Шрам—ключ на его руке слегка дрогнул, словно отозвавшись на скрытую магию.

— Иллюзии — это не обман, а диалог с подсознанием, — голос Магистра Лиры звучал металлически, будто доносился из самих зеркал. — Это истина, которую ваша душа прячет даже от себя. Зеркала — это проводники. Вам нужно научиться слушать их.

В зале царила тишина, никто не смел ее нарушить. Иван почувствовал, как шрам на ладони снова заныл тупой, назойливой болью. Он сжал кулак, но внезапно за спиной раздался чей-то тихий голос:

— Боишься?

Иван обернулся. Перед ним стоял худощавый юноша с бледным, как лунный свет, лицом. Его черный мундир Двора Теней был безупречно гладким, но на левом рукаве красовалась нестандартная нашивка — две змеи, пожирающие друг друга, вышитые серебряной нитью. Всклокоченные русые волосы, падали на лоб. На левой скуле красовался синяк, видимо, след от удара. Иван вспомнил этого парня, он заинтересовал Темникова еще тогда, в трапезной. Это Дмитрий Светлов.

— Чего мне боятся? — тихо ответил Иван.

— Не знаю, — Светлов осмотрел зал, его взгляд задержался на «Оке Недр». — Мне так показалось. Стоишь один, в стороне от всех. Я подумал, ты чего-то опасаешься.

— Я сторонюсь остальных не поэтому, — резко ответил Иван. — Тебе что-то от меня нужно?

— Не то, чтобы… — Светлов уткнулся взглядом в пол. — Решил представится. Я Дим Светлов. А ты — Иван Темников, верно?

— Да, — ответил Иван и в эту секунду понял, что все, включая преподавателя, смотрят на них.

— Я говорю очень важные вещи, — магистр Лира чуть повысила голос. — Всем следует внимательно меня слушать и внимать.

Она провела рукой перед «Оком Недр».

—Начнем с техники «Зеркального эха», — Лира щелкнула пальцами, зеркало замерцало. — Создайте двойника и заставьте его повторять ваши движения. Светлов, прошу вас…

Дмитрий молча подошел к старинному артефакту и близко, но не касаясь, поднес к нему руку. Поверхность «Ока Недр» покрылась тонкой рябью, будто резкий порыв ветра заставил дрожать водную гладь озера. В следующий миг в зеркале появилось отражение Дмитрия. Оно задержалось на секунду, затем развернулось и шагнуло вперед, точно копируя жест.

— Теперь вы, Темников, — Лира бросила на Ивана оценивающий взгляд.

Иван, чуть замешкавшись, шагнул навстречу магическому зеркалу. Встав пред ним, Темников не увидел ничего. Поверхность была абсолютно черной. Иван застыл.

— Сосредоточьтесь, Темников, — негромко сказала Лира. — Магия внутри вас знает, чего вы сейчас хотите и сделает все точно так.

Иван вытянул руку вперед и поднес ладонь к непроницаемой поверхности каменного зеркала.

Туман внутри «Ока» сгустился, формируя силуэт. Иван увидел свое отражение: худое лицо, бледная кожа, темные круги под глазами, черные волосы, темно-карие глаза. Иван понял, что выглядит немного болезненным. А мундир не по размеру делал его вид довольно жалким. Но это Ивана беспокоило не это. Отражение его не слушалось. Темников напрягся, проговаривая в голове: «Повернись и подними руку!»

Губы на лице отражения скривились в пренебрежительной улыбке. Карие глаза уставились на Ивана, и в следующую секунду зрачки поменяли цвет. Расплавленное серебро.

Отражение повернулось и пошло прочь.

Иван стоял неподвижно. Он наблюдал, как отражение отдаляется от него. Все дальше и дальше. Но вдруг изображение в зеркале изменилось. Двойник теперь стоял на краю пропасти, облаченный в плащ из вороньих перьев. Лицо скрывала костяная маска, а из-под нее сверкали серебряные глаза. За спиной двойника зияли Сумрачные врата, обвитые черным пламенем, а у ног лежали мертвые тела в мундирах академии.

«Это он», — Темников услышал голос Аррана.

Шрам вспыхнул алым светом. Иван почувствовал жар на ладони, но ничего не мог сделать. Он стоял и смотрел в глаза сумрачной тени.

Внезапно кто-то резко дернул Ивана за рукав. Темников отвел взгляд от зеркала и его поверхность вновь стала непроницаемо темной.

Светлов потянул Ивана за собой в дальний угол Зала Отражений, а Магистр Лира записала что-то в журнал. Архимаг Морвен нахмурился.

— Ты... в порядке? — спросил Дмитрий.

— Да, — Иван сжал кулак, пряча шрам. — Просто... неожиданно.

— Знаешь, они говорят, что «Око Недр» однажды показало магистру Врану его смерть, — Дмитрий озирался по сторонам. — Он даже на время запретил использовать зеркало... Ты увидел что-то подобное?

— Почти, — Иван попытался звучать равнодушно, но заметил, как взгляд Дмитрия скользнул по его запястью.

— Что это? — Дмитрий шагнул ближе. — Ты носишь на руке печать Воронов?

Иван инстинктивно прикоснулся к ожогу, оставленному на запястье Громовым. Шрам на ладони дернулся.

— Это не твое дело.

— О, нет. Это мое дело, — Дмитрий усмехнулся. — Наверное, я один из немногих, кто может избавить тебя от нее.

Светлов резко схватил Ивана за запястье и задрал рукав мундира. Он прикоснулся пальцами к ожогу. Из-под ногтей Дмитрия выступила черная субстанция, похожая одновременно на дым и на жидкость. Она начала обвивать ожог, как живая лента. Боль сменилась ледяным онемением.

— Что ты делаешь? — начал Иван, но Дмитрий его перебил.

— Тише. Морвен смотрит.

Архимаг ударил посохом, и эхо прокатилось по залу:

— Светлов! Темников! — сразу же отреагировала на сигнал магистр Лира.

Дмитрий отпустил Ивана. Ожог бледнел на глазах, оставляя лишь легкую рябь на коже.

— Спасибо, — пробормотал Иван, но Дмитрий лишь хмыкнул.

— Не благодари.

— Выйдите! Оба! — по лицу Лиры было видно, что она крайне разгневана.

Темников и Светлов, повинуясь, последовали прочь из Зала. На выходе Дмитрий схватил Ивана за локоть:

— То, что ты видел — это страх. «Око Недр» способно заглянуть очень глубоко в душу. И показать то, чего человек на самом деле боится или желает. Но страх — это ключ.

— К чему?

— К тому, чтобы перестать бояться. — Светлов замялся, явно не желая продолжать разговор. — Ладно. Еще увидимся. Мне пора.

* * *

После уроков, едва прозвенел колокол, Иван зашагал в сторону своей комнаты. Ему нужно было обдумать все, что с ним случилось за эти дни. Иван уже шел по коридору общежития, как вдруг кто-то схватил его за плечо и развернул с такой силой, что Иван едва удержался на ногах. Темников схватил неизвестного в ответ. Сделал он это совершенно не осознанно, но вовремя остановился.

— Тише-тише, — прошептал Лекс, озираясь по сторонам, словно за ними следили сквозь трещины в стенах. — Это — я. Хочу тебе кое-что показать!

Его зеленые глаза сияли азартом.

— Следуй за мной. Только старайся не привлекать внимание.

Они прошли через библиотеку, незаметно прокрались за один из дальних шкафов, где коридор сужался, превращаясь в едва заметную щель между каменными плитами. Лекс провел ладонью по стене, на которой был выцарапан крошечный символ — переплетенные молния и кристалл. Камень с глухим скрежетом сдвинулся, открывая проход и лестницу ведущую вниз.

Лекс начал спускаться, предварительно достав из своей сумки кристалл-фонарь, чтобы освещать дорогу. Иван пошел за ним. Почти дойдя до низу, Темников услышал, как наверху сдвинулись плиты. Кристалл Лекса осветил низкую железную дверь. Лекс расстегнул верхние пуговицы мундира и достал из-под него еще один небольшой кристалл, который висел у него на цепочке на шее. Пригнувшись, он приложил кристалл к руне на двери, и она, тихонько скрипнув, открылась.

— Давай проходи, — сказал Лекс и сам нырнул в помещение за дверью. — Только голову береги!

Иван пригнулся и последовал за приятелем.

Воздух внутри пахнул чем—то горелым и одновременно сладковатым, словно тут годами хранили мед и порох. Помещение напоминало гнездо безумного гения. Стены, исписанные формулами и схемами, светились тусклым голубым светом. На полках, сколоченных из ящиков, стояли колбы с разноцветными жидкостями: одна пузырилась кроваво-красной субстанцией, другая мерцала, как звездная пыль. Посреди комнаты возвышался стол, заваленный обломками кристаллов, проводами из сплава серебра и меди, а также различными чертежами.

— Вот он, мой скромный уголок безумия! — Лекс развел руками, чуть не сбив стеклянный шар с парящим внутри миниатюрным смерчем. — Это лаборатория Орловых. Ею пользовались многие поколения моих предков. И мои родители тоже, пока не погибли. А мой дед передал мне по наследству ключ. Правда, с условием, что я не взорву академию. Пока что держу слово.

— Похоже в этой Академии за каждым углом есть тайные лаборатории, архивы и палаты, — Иван заинтересовано озирался по сторонам.

— На самом деле, так и есть, — Лекс смахнул осколки какого-то кристалла со стула и предложил Ивану сесть. — Тут почти все ученики – наследники знатных родов. Их родители учились в этой Академии. И родители их родителей. Многие устраивали себе такие лаборатории, залы для тренировок или еще для чего-нибудь. А потом передавали по наследству. Твои предки ведь тоже здесь учились? Возможно и у тебя здесь есть родовое потайное место.

Лекс подошел к странному устройству в углу. Оно напоминало самовар, сделанный сумасшедшим часовщиком: медный корпус был покрыт рунами, а вместо трубы торчал кристалл аметиста, пульсирующий фиолетовым светом. Внутри булькала вода, подогреваемая не пламенем, а сгустком магической энергии, запертой в кварцевой сфере.

— Это Вечный самовар. Мой дед выменял этот кристалл у шаманов с плато Путорана, — Лекс похлопал по корпусу, отчего самовар издал мелодичный звон. — Говорил, что дух вулкана заключили в камень тысячу лет назад. Чай будешь?

Иван кивнул, разглядывая стол, где среди хаоса выделялась аккуратная пирамидка из леденцов «Ясный ум». Каждая конфета была завернут в пергамент с рунами концентрации.

— Это для тех, кто забывает спать, — Лекс швырнул один леденец в рот и принялся рыться в ящике. — А вот главное сокровище!

Он вытащил устройство, похожее на компас, но вместо стрелки внутри мерцал кристалл, выточенный в форме снежинки. Его поверхность переливалась всеми оттенками льда — от прозрачно-голубого до молочно-белого.

— Детектор лжи, — Лекс протянул его Ивану. — Сам сделал! Сердцевина — осколок Ледяного Сердца, найденного в пещерах Урала. Реагирует на искажения магии. Видишь?

Кристалл засветился тускло-синим, когда Иван взял его в руки. Свечение пульсировало в такт его дыханию.

— Синий — норма. Но если прибор почувствует ложь...

— Ты проверил своим сканером кого-нибудь? — прервал его Иван.

Лекс отложил свой детектор.

— Да, — его лицо стало серьезным, и он понизил голос. — Каждый раз, когда Камнев проходил мимо, мой кристалл краснел так же, как вчера.

Иван сглотнул. Он вспомнил, как на прошлой неделе магистр магии камня предупреждал его после урока.

— Нужно проверить, — пробормотал Темников.

— Я виделся с Кэт и договорился встретится сегодня в трапезной, — Лекс начал разгребать наваленные на столе кристаллы. — Она обещала рассказать что-то важное.

Внезапно самовар взвыл, выбросив столб пара.

— Черт, опять перенастраивать! — Лекс рванулся к устройству, но споткнулся о ящик с крошечными камнями.

Иван отвернулся, чтобы скрыть улыбку. В этом хаосе изобретений и безумных идей он чувствовал себя в безопасности. Пусть даже ненадолго.

* * *

Трапезная академии Святогора в этот вечер напоминала гигантский улей, наполненный гудящими голосами, звоном посуды и ароматами, способными сбить с ног даже самого стойкого мага. Воздух был густ от запаха дымящихся травяных настоек, жареного мяса и сладковатого дыма благовоний, отпугивающих зловредных духов. Огромные сводчатые окна, украшенные витражами, пропускали последние лучи заката, окрашивая каменные столы в кроваво—красные тона.

Иван, протискиваясь между группами студентов, едва не опрокинул поднос с «эликсиром бодрости», который нес студент в красном. Лекс, шедший следом, ловко поймал падающую кружку, не прерывая своего монолога о преимуществах кристаллов-стабилизаторов перед классическими рунными кругами.

— ...и если мы подключим их к резонатору Аргандта, то сможем... Эй, Иван, ты вообще слушаешь?

— Конечно, — солгал Иван, разглядывая стол у окна, где Кэт, скрестив руки, уже ждала их, уставившись на тарелку с «супом ясновидения». Блюдо представляло собой прозрачный бульон, в котором плавали мерцающие капли, похожие на миниатюрные галактики. Каждый глоток мог показать случайный обрывок будущего. Но скорее всего, это была лишь красивая легенда, придуманная поварами Академии.

— Опоздали на десять минут, — бросила Кэт, отодвигая в сторону тарелку с пирогами «с предсказаниями». На хрустящей корочке каждого была нарисована руна, а внутри лежали маленькие свернутые пергаменты с пророчествами. — Я уже успела вытащить «Смерть», «Разрушение» и «Предательство».

Лекс плюхнулся на скамью, рассыпав из кармана крошечные кристаллы.

— В прошлом месяце я съел двадцать штук, и в семнадцати было «Предательство», — проворчал он, хватая пирог. — Видимо, пекарь из Двора Теней юморист.

Иван взял один пирог и разломил. Пергамент, выпавший из него, был помечен руной «Ворон» — стилизованным крылом с глазом посередине.

— А у меня это... — он протянул записку Кэт.

Кэт нахмурилась. Ее серые глаза метнулись к дальнему углу зала, где за столом преподавателей сидел магистр Камнев. Обычно невозмутимый как скала, сегодня он нервно озирался по сторонам.

— Я кое-что узнала, — сказала Кэт почти шепотом. — В семейном архиве я нашла дневник моего прадеда. Он зашифрован, но я смогла подобрать ключ к шифру. Теперь я могу понять его записи. Это небыстро. Но одну важную информацию я получила.

Иван и Лекс наклонились, чтобы лучше слышать.

— Черные Вороны ставили своей целью выпустить в этот мир древнего демона. Зачем, я не знаю. В дневнике прадеда это описано иносказательно.

Кэт оглянулась, пытаясь понять, не подслушивают ли их.

— Так вот, — продолжила Кэт. — В дневниках упоминается, что лидером Черных Воронов был один из преподавателей Академии. Имени там нет. Мой прадед называл его Истукан.

— Это может быть Камнев, — глаза Лекса расширились от удивления.

— Может, — подтвердила Кэт.

— Подождите, — Иван непонимающе посмотрел на них. — Это же было почти сотню лет назад.

Кэт и Лекс с улыбкой переглянулись.

— Магистры магии живут очень долго, — объяснила Кэт. — Поэтому Камнев, скорее всего, был свидетелем тех событий. А возможно и непосредственным участником.

— Мой детектор сегодня утром чуть не взорвался, когда он проходил мимо, — сказал Лекс. — Если он не связан с Черными Воронами, то я...

— ...каменный истукан, — закончила за него Кэт, закатив глаза. — Но даже если он виновен, как ты докажешь?

Иван потянулся к кувшину с тыквенным нектаром, разливая напиток по бокалам. Его шрам начал пульсировать — тупая боль, напоминающая укус осы.

— У меня нет выбора. — Он понизил голос, хотя гвалт вокруг заглушал бы даже крик. — Нужно выяснить причастен ли Камнев к Черным Воронам. Если он участвовал в ритуале…

— ...то сейчас он готовит повторение, — перебила Кэт, ее пальцы нервно выбивали ритм на столе. — Но это безумие. Как ты хочешь получить доказательства?

— Попробую пробраться в его кабинет и обыскать, — ответил Иван.

— Ты с ума сошел? Тебя чуть не схватили в архиве, — продолжала Кэт. — Кабинет магистра защищен не хуже. Камнев точно выставляет у себя зеркальных стражей. Тебя заметят в первую же секунду.

Лекс вдруг оживился, как щенок, учуявший кость.

— Не заметят! — Он вытащил из сумки небольшой сверток, развернув его с торжествующим видом. Внутри лежал плащ из серебристой ткани, расшитый десятками крошечных кристаллов. — Моя последняя разработка — плащ-невидимка. Кристаллы поглощают свет и звук, а еще...

Он защелкнул застежку плаща на руке чуть выше локтя, и его рука исчезла.

— ...они также маскируют магическую ауру. Даже зеркальные стражи не увидят тебя.

Кэт протянула руку, касаясь ткани. Ее пальцы на миг исчезли, словно погрузились в воду.

— И сколько это держится?

— Час. Может, полтора, если повезет. — Лекс выключил плащ. — Но это лучше, чем ничего.

— Все равно — это безумие. — не унималась Кэт. — И что ты хочешь там найти? Пыльные книги и пару зелий?

— Я пойму, что искать, — ответил Иван.

Кэт скривила губы, но возразить не успела. Их разговор прервал грохот у одного из столов. Глеб Громов вскочил на скамью, размахивая куском хлеба.

— Эй, щенки! Смотрите, как настоящие маги развлекаются!

Он щелкнул пальцами, и хлеб вспыхнул, превратившись в рой огненных жуков. Насекомые с шипением разлетелись по залу, оставляя на столах опаленные следы. Студенты завизжали, а преподаватель темной магии, магистр Лира, вскинула жезл.

— Громов! Прекратите немедленно!

Жуки замерли в воздухе, обернувшись ледяными статуэтками, и рухнули на пол, разбиваясь вдребезги. Глеб, смеясь, спрыгнул со скамьи, но его взгляд на миг встретился с Иваном. В глазах Громова мелькнуло что-то... странное. Не злорадство, а почти предупреждение.

— Идиот, — проворчал Лекс, подбирая упавший кристалл.

Кэт, однако, не сводила глаз с Глеба.

— Он пялится на тебя, — шепнула она Ивану. — Как будто что-то знает.

Иван сглотнул, чувствуя, как шрам жжет ладонь.

— Может и знает. Сегодня ночью я проверю кабинет Камнева. С плащом или без.

Лекс серьезно посмотрел на него.

— То есть ты не шутишь? — сказал он. — Даже после того, как в прошлый раз нас чуть не поймали в архиве?

— Тогда у меня не было этого. — Иван кивнул на плащ. — И... нам нужны доказательства.

Кэт закрыла глаза, словно взвешивая риски.

— Ладно. Но только если я пойду с тобой.

— Что? — Лекс чуть не поперхнулся. — Ты же только что говорила, что это безумие!

— Именно поэтому я не могу позволить ему идти одному, — она скрестила руки. — И тебе тоже.

— Но плащ у нас всего один, — сказал Иван. — И пойти должен я. Это, в первую очередь, мое дело.

— Я не полезу внутрь, — ответила Кэт. — Буду страховать тебя снаружи.

Лекс застонал, уткнувшись лицом в ладони.

— Прекрасно. Значит, сегодня ночью мы все отправимся в охраняемый кабинет, чтобы покопаться в вещах преподавателя, предположительно связанного с культом темного демона. — Он поднял голову, и в его глазах внезапно блеснул знакомый азарт. — ...а ты говоришь, у меня нет чувства прекрасного.

Иван не смог сдержать улыбки. Даже Кэт, скрепя сердце, кивнула.

— В час ночи у задних ворот. — Она встала, смахнув крошки с мундира. — И ради всего святого, Лекс, не бери свои взрывоопасные игрушки.

Лекс, уже копошащийся в сумке с кристаллами, лишь невинно поднял брови:

— Кто? Я? Никогда!

Глава 7

Коридоры академии после заката становились пустынными и гулкими. Каждый шаг отзывался эхом, словно само здание дышало в такт шагам. Стены, украшенные портретами магистров и преподавателей, казались живыми — глаза на картинах следили за Иваном, а тени изгибались в неестественных позах.

Темников увидел их и застыл. Они скользили в полумраке, как живые. Два голема, не выше человеческого пояса. Их тела, собранные из хаотичных зеркальных осколков, напоминали броню, разбитую на тысячи частей и скрепленную вновь черными прожилками металла. Каждый фрагмент их поверхности был окном в искаженный мир.

Когда Лекс рассказывал Ивану об устройстве зеркальных стражей, он не мог скрыть своего восхищения. Орлов считал их идеальной охранной системой, а того, кто их создал — гением. Их называли безмолвными часовыми. Они не спали, не уставали, лишь бесконечно ловили отсветы в своих зеркальных ловушках. И ждали.

Вместо лиц у них были матовые пластины, тусклые, как замерзшее стекло. Но стоило магии вспыхнуть в воздухе, эти маски оживали. Слепящий свет пробивался сквозь серую пелену, фиксируя цель, и тогда стражи замирали, будто вбирая в себя само заклинание. Их тела начинали гудеть, словно рой стеклянных ос, а блики на осколках сливались в ослепительные лучи. Огненный шар, выпущенный неосторожным магом, отражался в сотнях граней, дробился на алые искры и гасился, словно его и не было.

Они не нападали. Они отвечали. Любое заклятье, любая попытка пробиться через баррикаду из отражений, обращалась против нарушителя. Но у них было слабое место: стоило кому-то замахнуться мечом или бросить камень... Треснувший осколок падал на землю, и страж, будто раненый, отступал, теряя часть своего сияния.

Иван прижался к каменной нише, чувствуя, как плащ Лекса, расшитый кристаллами-невидимками, вибрирует на плечах, будто живая кожа.

— Тише, — шепнул он сам себе, хотя знал, что стражи глухи к звукам. Они реагировали на магические импульсы, на колебания ауры. Кристаллы на плаще гасили его присутствие, но сердце билось так громко, что казалось, вот-вот выдаст его.

Шаг... Пауза. Зеркальный страж замер, повернув голову в его сторону. Иван затаил дыхание, чувствуя, как пот стекает по спине. Страж медленно поплыл дальше вдоль стены.

«Не смотри, — прошептал Арран в его сознании. — Они видят через страх».

Иван оторвал взгляд, заставив себя двигаться. Дверь кабинета Камнева казалась и ловушкой, и спасением одновременно. Темников приложил кристалл Лекса, обманывающий защитные руны. Замок щелкнул и дверь приоткрылась.

Иван скользнул внутрь, все еще опасаясь, что зеркальный страж его заметит и тихонько захлопнул дверь.

Внутри кабинета Камнева царил хаос, будто здесь недавно бушевала буря. Множество книг были разбросаны по полу. Стол был завален картами с множеством отметок и надписей. Иван подошел к столу и взглянул, на лежащую сверху карту. Это была карта Империи, исчерченная, словно паутиной тонкими черными линиями. Образуя зловещий узор, они сходились в одну точку.

Темников поднес детектор Лекса к пергаменту с картой. Кристалл вспыхнул алым, как раскаленный уголь, а по краям карты поползли черные прожилки — признак темной магии.

«Да, это оно», — сказал себе Иван и принялся внимательно разглядывать карты, стараясь запомнить как можно больше. Линии сходились в одну точку — озеро на севере страны.

— Он готовит ритуал здесь, — понял Иван, разглядывая знаки, которые были ему не знакомы. На краю стола он заметил странную зеркальную рамку. Это была просто рама, стекла внутри не было. Ивану почему-то захотелось прикоснуться к ней. Он потянулся к рамке, но скрип двери позади него заставил его обернуться.

Камнев стоял в проеме, его обычно непроницаемое лицо было искажено болью. Глаза преподавателя, обычно холодные как лед, сейчас были наполнены болью и яростью. Магистр напоминал раненого зверя.

«Он меня не видит», — мелькнула надежда, но Камнев шагнул вперед, прямо к столу. Темникову показалось, что магистр идет прямо к нему.

Иван медленно отступил назад к открытому шкафу, и залез внутрь. Камнев остановился у стола, оперся на него руками и склонился над картой. Темников медленно, стараясь не издавать звуков начал прикрывать дверцу шкафа, молясь, чтобы старые петли не скрипнули.

Сквозь щель он наблюдал, как Камнев взял со стола пустую зеркальную рамку. Магистр провел пальцем по краю, бормоча заклинание на неизвестном языке. Внутри рамки появилась дымка, и в ней Иван разглядел лицо мальчика — бледное, с вьющимися каштановыми волосами и глазами, полными ужаса.

Камнев коснулся изображения, и оно исчезло.

В это момент из зеркальной рамки вырвалась тень. Она становилась все больше, обвивая шею Камнева. Магистр застонал, упав на колени, но продолжал шептать заклинание, пока тень не растворилась, оставив на полу черный след.

Камнев опустился на пол, опираясь на дрожащие руки. Его дыхание было прерывистым, а глаза, еще секунду назад полные безумия, теперь потухли, словно пепел после пожара. Иван, затаившийся в шкафу, почувствовал, как по спине стекают струйки холодного пота. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди.

«Если он останется, я задохнусь здесь», — пронеслось в голове.

«Иди сейчас, пока он в трансе», — голос Аррана прозвучал четко, будто кто-то ударил в колокол.

Иван выскользнул из укрытия, задев плечом полку с пузырьками. Один из сосудов закачался, угрожая упасть. Рука Ивана рефлекторно метнулась вперед, ловя его в последний момент. Жидкость, густая и темная, похожая на кровь, забурлила внутри стекла, реагируя на шрам-ключ.

«Не трогай!» — предупредил Арран, но было поздно.

Камнев вздрогнул, медленно поворачивая голову. Его глаза, туманные от боли, остановились на пустом, казалось бы, месте, где притаился Иван.

— Кто... здесь? — голос преподавателя звучал хрипло, будто сквозь пелену.

Иван замер, чувствуя, как кристаллы плаща вибрируют, компенсируя всплеск магии от прикосновения к пузырьку. Камнев поднял руку, и тени на стенах зашевелились, принимая форму воронов с когтистыми лапами.

«Беги»! — Арран взял контроль, и ноги Ивана сами рванули к двери.

Дверь, еще недавно приоткрытая, теперь была запечатана черной пеленой, словно паутиной из жидкой тьмы. Иван, не останавливаясь, выхватил из кармана кристалл-взрывчатку, которую дал ему Лекс.

«Для экстренных случаев», — вспомнились слова друга.

Он швырнул камень в пелену. Ослепительная вспышка на миг озарила комнату, и тьма рассыпалась с шипением. Плащ-невидимка еще скрывал его от глаз магистра, но тот понял, что в кабинет кто-то пробрался.

За спиной раздался рев Камнева:

— Нет!

Иван выскочил в коридор, и увидел зеркальных стражей, привлеченных всплеском энергии. Мутные пластины, заменяющие им лица, начали светится, а тела, собранные из осколков, звенели, как разбитое стекло.

«Вправо»! — голос Аррана неожиданно громко прозвучал в голове.

Иван почувствовал, что теряет контроль над своим телом. Его незримый спутник начал направлять его, используя навыки быстро ориентироваться в бою.

Иван рванул в боковой проход, едва уворачиваясь от щупальца тени, вырвавшегося из стены. Плащ трепетал за спиной, кристаллы перегревались, издавая запах гари. Впереди маячила лестница — единственный путь наружу.

На площадке лестницы возник еще один зеркальный страж, перекрыв путь к отступлению. Осколки зеркал на его теле пульсировали яркими бликами.

«Они питаются страхом. Покажи им обратное», — прошептал Арран.

Иван, стиснув зубы, рванул навстречу магическому голему. Шрам на ладони вспыхнул алым, и волна энергии вырвалась из руки, ударив в стража. Он загудел, рассыпаясь на миллионы сверкающих осколков. Один из них впился Ивану в плечо, но он не остановился, пока не выскочил во двор Академии.

Кэт и Лекс почти сразу подбежали к нему.

— Он заметил тебя? — Кэт заклинанием захлопнула открытую дверь в здание.

— Не знаю, но нужно уходить, — Иван тяжело дышал. Арран уже не владел его телом, поэтому он чувствовал будто его конечности горят огнем. Никогда в жизни он не бегал так быстро.

Кэт подхватила его и потащила за собой.

— Скорее, в оранжерею!

* * *

Заброшенная оранжерея Академии Святогора производила удручающее впечатление. Стеклянные купола, некогда прозрачные, теперь покрылись слоем пыли и паутины, сквозь которые пробивались первые лучи рассвета, окрашивая небо в кроваво-багровые тона. Растения, оставшиеся без ухода, превратились в монстров: лианы с шипами, похожими на кинжалы, обвивали колонны, а цветы с лепестками, острыми как бритва, источали сладковатый запах гниения. В центре оранжереи, словно часовой, стоял иссохший дуб — его ветви, похожие на скрюченные пальцы, тянулись к крыше, цепляясь за остатки витражей.

— Красиво, правда? — Кэт шагнула вперед, ее голос прозвучал гулко, будто оранжерея была гигантским резонатором. — Здесь когда-то выращивали растения для зелий и эликсиров. Но потом алхимия и зельеварение потеряли свою популярность. Теперь это просто ядовитый сад.

Иван провел рукой по шраму на ладони, чувствуя, как под кожей пульсирует тепло. Арран молчал, но его присутствие ощущалось — как тень за спиной, готовая в любой момент шагнуть в свет. Лекс, напротив, вел себя как ребенок в лавке алхимика: тыкал палкой в странные грибы, растущие у корней дуба, и бормотал что-то о «мицелиарных сетях».

— Зачем ты привела нас сюда? — спросил Иван, останавливаясь у огромного цветка с черными лепестками. Растение дрогнуло, поворачиваясь к нему, будто чувствуя движение воздуха.

— Потому что здесь нас не услышат. — Кэт провела пальцем по лепестку орхидеи, и цветок раскрылся, выпуская облачко серебристой пыльцы. — Эти орхидеи — шпионы. Они записывают каждое слово, каждый вздох. Пыльца передает вибрации звука через корневую систему прямо в этот кристалл. — Она достала из кармана небольшой лиловый камень, пронизанный тонкими белесыми прожилками. — Этот способ изобрел мой прадед. Он был... особенным.

— Особенным? — Лекс поднял бровь, отходя от гриба, который начал шипеть. — В смысле, сумасшедшим?

— Нет. Я говорила, что он был связан с Черными Воронами. Но на самом деле, он был шпионом среди них. — Голос Кэт стал жестче. — Вороновы столетиями вместе Темниковым стояли на страже этого мира, но после Ночи Падающих Звезд наш род отрекся от союза. Все, кроме прадеда. Он внедрился в культ, чтобы узнать правду о Сумрачных Вратах.

Она достала из своей сумки небольшую потертую книгу, похожую на те, что Иван видел в архиве.

— Это все, что осталось от его работы. — продолжила Кэт. — Его дневник. Черные Вороны убили его, когда он попытался передать информацию Гордею Темникову.

Иван вздрогнул, услышав имя отца. Шрам на ладони дернулся, и в голове мелькнул образ — Гордей, склонившийся над столом с картами, его лицо искажено болью.

— Почему ты нам это рассказываешь? — спросил Лекс, наконец оторвавшись от грибов. — Мы же чуть не спалились в архиве из-за Камнева. Если Черные Вороны узнают...

— Они уже знают, — перебила Кэт. — Иначе почему эта Тень до сих пор снова не напала на Ивана? Они ждут, когда ключ откроет врата сам. — Она посмотрела на Ивана, ее серые глаза стали холодными, как лезвие. — Ты думал, тебя приняли в академию из милости? Я думаю, все это части плана.

Лекс изумленно посмотрел на Ивана.

— Ты говорил мне тоже самое, — его род был открыт от удивления.

Иван сжал кулаки. Воздух вокруг него дрогнул, и тени на стенах зашевелились, словно почувствовали его гнев.

— Почему ты помогаешь мне? — спросил он Кэт, стараясь сохранить спокойствие. — Если твой род отрекся от Темниковых...

— Потому что мой старший брат погиб, пытаясь повторить путь прадеда. — Кэт резко свернула карту. — Он верил, что Темниковы не виноваты в катастрофе. Черные Вороны совершили это, а вашего прадеда сделали козлом отпущения. Я хочу восстановить честь семьи. И для этого мне нужен ты.

Лекс присвистнул, подходя ближе:

— Значит, план такой: найти врата и... что? Закрыть их навсегда?

— Если бы все было так просто. — Кэт подошла к древнему дубу. — Ты что-то нашел в кабинете Камнева?

— Да, — ответил Иван. — На его столе лежала карта Империи. На ней были отметки и линии. Они сходились в одну точку.

— Ты запомнил это место?

— Примерно, — Иван задумался. — Где-то на севере. Походе на озеро.

— Черт, — Кэт пнула небольшой булыжник под ногой. — Нужно знать точно. Есть один способ. Лекс, у тебя есть карта?

— Сейчас, — Орлов начал копаться в своей сумке. — Вот! Правда, не очень подробная.

Кэт выхватила свернутую карту из рук Лекса и развернула на земле.

— Есть зелье, которое пробуждает зрительную память, — она достала из сумки колбу с жидкостью темно-зеленого цвета. — Сделала его по древней книге, которую нашла в архиве. Но ритуал требует крови.

Иван кивнул.

Лекс расчистил пространство у корней дуба, разложив кристаллы-стабилизаторы по кругу. Кэт начертила руны пеплом сожженных листьев лунной лилии — растения, которое светилось в темноте, но чья пыльца сводила с ума тех, кто вдыхал ее слишком долго.

— Осторожнее, — предупредила она, протягивая Ивану кинжал. — Кровь должна быть добровольной жертвой. Иначе руны среагируют... неадекватно.

Иван прижал лезвие к ладони. Боль пронзила руку, но вместо крови из раны выступил серебристый свет. Арран зашевелился в его сознании, и мир вокруг поплыл.

«Ты уверен, что хочешь это сделать?» — голос странника звучал как эхо. «Каин уже близко. Он чувствует каждую каплю твоей силы».

— Пришло время выбирать, Арран, — прошептал Иван, нажимая сильнее. — Либо мы остановим его вместе, либо я стану дверью для тьмы.

Свет из шрама хлынул на карту, и древние руны загорелись. Зелье, налитое Кэт в чашу, забурлило, принимая оттенок ночного неба, и выплеснулось на карту. Лекс, наблюдавший за процессом через кристалл-анализатор, ахнул:

— Смотрите! Карта... она меняется!

На пергаменте проступили линии — тонкие, как паутина. Города, горы, реки... и метка, указывающая на Академию. Линии потянулись выше, сливаясь в одну точку почти на краю карты.

— Вот оно, — прошептала Кэт. — Это озеро Черный Глаз. Если мы пойдем этим путем, то найдем Врата и …

— ...попадем прямиком в ловушку, — закончил Лекс, поднося кристалл ближе.

По карте ползли черные пятна, словно чернильные кляксы. Тени в оранжерее сгустились, и вокруг стало темно.

Иван схватил карту и оглянулся.

— Опять, — прошептал Лекс. — Это снова та тень?

Из-за дуба появился Дмитрий Светлов. Он возник из тьмы, как дым, силуэт, лишенный плоти. Контуры его тела дрожали, словно отражение в воде, тронутой ветром: черты лица расплывались, руки теряли форму, превращаясь в клубящиеся пряди мрака.

Его русые волосы сливались с тенями, а вместо глаз — две черные впадины, холодные и бездонные, словно провалы в иное измерение.

— Вы играете с огнем, — произнес он, и его голос звучал по-другому. Он был низким, с металлическим отзвуком. — Каин позволил вам дойти до этого места, чтобы вы сами принесли ему ключ.

Светлов дернул головой и за ней потянулся шлейф из полупрозрачных клочьев, словно сама тьма не успевала за своей порывистой пляской. Светлов посмотрел на Ивана, и в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на жалость.

— Ты не понимаешь, что твой шрам — это не дар. Это якорь. Он держит врата закрытыми.

Лекс шагнул вперед, сжимая в руке кристалл-гранату:

— Какой еще Каин? А ты кто? Его союзник?

Дмитрий усмехнулся, и в этой усмешке не было ничего человеческого:

— Я — то, что осталось от его жертв. Он взял мою сестру, чтобы я служил ему. Но я нашел способ... сопротивляться. — Он поднял руку, и на ладони засветилась руна. — Твоя кровь пробудила меня. Я вижу его планы. Если вы пойдете туда, вас ждет не ритуал... а жертвоприношение.

Кэт выхватила кинжал:

— Почему мы должны тебе верить?

— Не должны. Я пришел предупредить, — Дмитрий повернулся, его силуэт начал растворяться в тенях. — Узнайте про Луку. Если решитесь...

Он исчез, оставив после себя запах полыни и тишину, густую как смола.

Иван сжал карту, чувствуя, как чернильные пятна на пергаменте пульсируют в такт его сердцу. Тень Дмитрия растаяла, но его предупреждение висело в воздухе, как ядовитый туман.

— Что это? — Лекс подошел к месту, где только что исчезла фигура Светлова. — Иллюзия? И что он такое несет? Какой Каин? Какой Лука?

— Я не знаю, — Иван задумался. — Но я знаю кто сможет все объяснить.

— И кто же? — Кэт уставилась на Ивана своими серыми глазами.

— Я все вам объясню позже. Но сейчас мне нужно каким-то образом заснуть, — твердо сказал Иван, поворачиваясь к друзьям. — Или нужен какой-то гипноз. Но как это сделать?

Лекс почесал затылок, разглядывая кристалл-анализатор:

— Тут нужен глубокий транс или... — он замолчал, заметив, как Кэт тянется к цветку лунной лилии.

— Или пыльца этих красавиц, — закончила она, осторожно касаясь лепестка. — Она открывает врата сознания. Но риск огромен: один неверный вдох — и ты навсегда останешься в мире грез.

Иван не дрогнул. Шрам на ладони жег руку, напоминая о том, что времени на сомнения нет.

— Я готов.

Лекс, бормоча проклятия, соорудил новый круг из кристаллов-стабилизаторов. Кэт растерла пыльцу в чаше, смешав ее с эликсиром из своей сумки — густой жидкостью темно-синего цвета. Запах горького миндаля заполнил оранжерею.

— Это зелье забвения, — предупредила Кэт, протягивая чашу. — Три глотка. Сделаешь больше — не проснешься.

Иван выпил. Через мгновенье он ощутил, как холод расползается по его жилам. Все вокруг поплыло, и последнее, что он услышал, был голос Лекса: «Если увидишь демонов — дай им в рыло!»

Иван открыл глаза. Он стоял на обломках храма, знакомого по кошмарам Аррана. Небо было разорвано трещинами, из которых сочилась черная смола. Перед ним, опираясь на клинок с потухшими рунами, стоял Арран — не призрак, а живой, с лицом, покрытым шрамами и пеплом.

— Наконец-то, — хрипло произнес странник.

— Кто он? — Иван шагнул вперед, не дав Аррану уйти в тень. — Тот, кто преследует меня... Кто он на самом деле?

Арран усмехнулся, указывая клинком на руины:

— Это Каин Вирр. Когда-то он был человеком. Ученым, жаждущим спасти сына. Но тьма предложила сделку: вечную жизнь в обмен на служение. Теперь он меняет тела, как перчатки. Его имя стерто, остались лишь злоба и голод.

— Зачем ему врата? — Иван почувствовал, как земля дрожит под ногами. Где-то в глубине руин завыл ветер.

— Чтобы вернуть своего господина, — голос Аррана стал ледяным. — Того, кого твой род запечатал в Бездне. Если врата откроются, демон поглотит миры, а он станет его тенью... вечным правителем пепла.

Иван сжал кулаки, но Арран продолжил:

— Ты думаешь, шрам — случайность? Нет. Ты получил силу, чтобы завершить то, что начал я. Твой путь... — Он вонзил клинок в землю, и трещины вспыхнули серебром. — Закрыть врата навсегда. Но для этого ты должен стать больше, чем ключ. Стать замком. Готов ли ты умереть, чтобы другие жили?

Мир вокруг Ивана закружился. Арран продолжал говорить. Слова звучали так, будто это сам Иван их произносит. Теперь он знал все. Коварный враг скрывается под чужим обличием. Нужно узнать кто он. И остановить его.

Иван понял, что больше не может держаться на ногах. Он покачнулся и упал навзничь на раскаленную землю.

— Иван! Черт возьми, дыши! — Лекс тряс его за плечи, а Кэт прижимала к его носу пузырек с каким-то едким зельем.

Иван вздрогнул, вырываясь из объятий наваждения. Во рту стоял вкус пепла, а в ушах звенел последний голос Аррана: «Готов ли ты умереть, чтобы другие жили?»

— Ты узнал что хотел? — спросила Кэт, заметив, как дрожат его руки.

— Да, — Иван поднялся, все еще чувствуя головокружение. — Теперь мне все понятно.

Лекс хмыкнул, собирая разряженные кристаллы.

Лунные лилии в оранжерее замерцали. Иван посмотрел на шрам. Боль утихла, серебристый свет угас.

«Шрам реагирует на него, — подумал Иван, — он чувствует присутствие Каина».

Они вышли из оранжереи. Ворон на ветке дуба издал тихий крик и улетел прочь.

* * *

За окном, в ночном небе, студенты Двора Ветра запускали светящихся змеев-призраков. Бумажные создания извивались в воздухе, оставляя за собой мерцающие следы. Один из них ударился в стекло комнаты №13, и Иван вздрогнул — на миг ему показалось, что это тень с серебряными глазами.

— Что еще ты запомнил? — Кэт вошла в комнату, сбрасывая плащ с капюшоном.

— Камнев пытался связаться с каким-то мальчиком через магическое зеркало, — Иван поднял осколок, который он достал из плеча. — Думаю, это его сын.

Лекс вскочил, чуть не опрокинув банку с «жидким электричеством».

— Сын? — он замолчал, увидев, как Иван сжимает шрам, оставленный осколком разбитого зеркального стража.

— Это нужно выяснить, — сказала Кэт. Она внимательно посмотрела на Ивана. — Значит Странник между мирами…

— Да, — Иван кивнул. Он рассказал друзьям все, и они, судя по всему, ему поверили.

— Пойдем к лекарям, — сказал Лекс. — Плечо нужно перевязать.

Они поднялись и направились к выходу.

Камнев стоял у окна в своем кабинете, наблюдая, как Иван и Лекс пересекают двор Академии. В руке он сжимал осколок зеркала, в котором отражалось не его лицо, а Тень с серебряными.

— Скоро, — прошептал он голосом, который звучал как скрежет металла о стекло. — Скоро мы завершим начатое.

На столе, рядом с остывшей чашкой чая с полынью, лежала книга «Колыбельные севера». Камнев открыл ее на странице с иллюстрацией ворона, несущего ключ в лапах.

— Ты выбрал не того мальчика, Гордей, — он повертел перстень на пальце. — Твой сын сломается. Как и ты.

Ворона, сидевшая на ветке дерева за окном, вспорхнула, расправила крылья и улетела вдаль, издавая свой зловещий крик.

Глава 8

Утром перед занятиями Иван вместе с Лексом отправились в Сад алхимиков. Кэт уже ждала их там. Вчерашний день прошел спокойно. Ивана не вызвали к директору и тревогу по Академии никто не поднимал. Значит его проникновение в кабинет магистра Камнева осталось незамеченным для всех, кроме самого Камнева.

Иван сидел на каменной скамье, разминая шрам на ладони. Рядом Лекс возился с очередным устройством, а Кэт перелистывала потрепанный фолиант с гербом Вороновых. Солнце едва пробивалось сквозь туман, окутывающий академию.

— Заметил, как Камнев вчера смотрел на тебя? — не отрываясь от книги, спросила Кэт. — Будто пытался прочитать твои мысли.

Лекс фыркнул, подкручивая винтик на устройстве:

— Да он вел себя странно.

Иван нахмурился:

— Заметил. Я думаю, он понял, что это был я.

— Что, если Камнев и есть тот Каин? — Кэт закрыла книгу, ее серые глаза сузились. — Твой приятель из подсознания не говорил об этом?

— Арран только сказал, что Каин маскируется под других.

— Так почему бы ему не маскироваться под Камнева? — продолжила Кэт. — Вчера я опять была в архиве. Искала упоминания о Луке. Вот, что я нашла. Посмотрите.

Она достала из своей сумки пожелтевший рисунок. На картинке был мальчик с острыми чертами лица и впалыми болезненными глазницами.

— Этого мальчика звали Лука. Он пропал много лет назад при странных обстоятельствах. У него была какая-то редкая болезнь, которая не поддавалась лечению. Лучшие маги пытались с ней справится, но все бесполезно. Но однажды мальчик просто исчез.

— Может быть он умер? — спросил Иван.

— Он был из знатного рода, — Кэт покачала головой. — О его смерти сообщили бы повсеместно. Он просто испарился, как будто его и не было. Но самое интересное — фамилия мальчика.

— И какая? — Иван напрягся.

— Камнев. Лука Камнев.

Лекс присвистнул:

— Сын Камнева?

Темников задумался.

— Эта тень, Каин, использует чужие тела, верно? — Иван снова посмотрел на портрет мальчика. — А если он вселился в Камнева после смерти Луки?

— Скорее всего так и есть, — сказала Кэт.

Лекс вскочил, чуть не уронив свое устройство:

— Да это точно он! Камнев! Все его поведение указывает на это. Мой сканер чуть не взорвался, когда я проверял его. И вспомните, как он смотрит на Ивана!

Иван вспомнил взгляд профессора в аудитории — холодный, почти нечеловеческий.

— Но зачем ему притворяться Камневым?

— Чтобы быть ближе к Сумрачным Вратам, — Кэт достала из сумки записную книжку. — Камнев имеет доступ к подземным архивам. А еще... я нашла запись о ритуале переноса души. Вот посмотрите.

Кэт протянула Ивану открытый блокнот. На страницах схематично был записан процесс ритуала. Иван вчитался внимательнее, и Лекс тоже начал читать записи через плечо Темникова.

— Для него нужен сосуд из плоти и крови родственника, — пояснила Кэт. — А сын очень для этого подходит.

— Значит все так, — прошептал Иван. — Каин использует тело Камнева.

— А Светлов? — неожиданно сказал Лекс. — А он тогда кто? Вы его вообще видели после того раза?

— Нет, — Кэт задумалась. — Ни в общежитии его не было, ни в трапезной.

— На занятиях его тоже не было, — подтвердил Иван.

— Значит они заодно, — констатировал Лекс.

— Но он нас предупредил, — Иван потер шрам на ладони. — Вообще это был какой-то морок. А сам Дим исчез. Может быть его использовали?

— Не знаю, — Кэт резко встала и перекинула лямку сумки через голову. — Доверять ему точно нельзя.

Тишину заброшенного сада разорвал крик ворона. На ветку рядом с ними приземлилась черная птица, ее глаза сверкали неестественным серебром.

— Нас подслушивают, — Лекс навел на птицу кристалл-сканер. Прибор зажужжал, заливаясь алым светом.

Ворон взмыл в небо, оставив после себя клочья черного дыма. Кэт сжала кулаки.

— Он знает, что мы близки к его тайне.

— Тогда проверим сегодня, — Иван встал, поправляя мантию. — На занятии по некромантии я вызову духа времен Ночи Падающих Звезд. И расспрошу его о том, что там случилось.

— Если мы правы, — закончила Кэт, — значит Каин уже здесь.

Когда Лекс и Кэт отправились на свои занятия, Иван остался один. Их разговор крутился в голове, смешиваясь с голосом Аррана: «Они правы. Но готов ли ты увидеть правду?»

* * *

Иван стоял в центре аудитории некромантии, сжимая медальон так, что узоры впились в ладонь. Высокие стрельчатые окна, затянутые черным шелком, едва пропускали свет. На стенах висели витражи с изображением бледных фигур, протягивающих руки к звездам. Между ними — полки с черепами, запечатанными урнами и книгами в кожаном переплете, чьи корешки шевелились, будто дышали. Магистр Ветров, худой как жердь, наблюдал из тени, его пальцы словно перебирали невидимые нити.

— Кровь — проводник, пепел — граница, — голос Магистра Ветрова прозвучал за спиной, заставив Ивана вздрогнуть. — Начертите круг заново. Ваши линии дрожат, как нервы труса.

Иван стиснул зубы, опускаясь на колени. Он провел пальцем по холодному полу, оставляя след из собственной крови, смешанной с пеплом. Каждая капля шипела, испуская сизый дым.

— Заклинание произносите на выдохе, — преподаватель бросил к его ногам свиток с текстом. — И помните: духи не будут говорить с вами просто так. За каждый вопрос вам придется заплатить своим воспоминанием.

Иван вдохнул, запах гнили ударил в ноздри. Голос Аррана шевельнулся в сознании: «Не дай ему сломать тебя. Ты сильнее».

— Эрта-вен сольтир! — слова вырвались из горла, обжигая, как кипяток.

Круг вспыхнул багровым, свет лизал стены, оживляя витражи. Фигуры на стеклах зашевелились, их рты раскрылись в беззвучных криках. Воздух сгустился и из тумана выплыл призрак в истлевших лохмотьях, прогнивших до дыр. Но в них угадывалась форма Двора Пламени. Глазницы призрака были пусты, но Иван чувствовал, как его взгляд буравит насквозь.

— Кто... призвал? — голос скрежетал, словно множество ржавых цепей.

— Иван Темников, — он выпрямился. — Расскажи о Ночи Падающих Звезд. Что произошло у Сумрачных врат?

Призрак дернулся, цепи из сияющих рун, окутывающие его, натянулись, едва не лопнув.

— Он... — сипение призрака перешло в рев. — Серебряные глаза! Клятвопреступник! Пивший нашу кровь, как вино!

Стены задрожали. На витражах посыпались стекла, и Иван увидел, что в осколках отражается лицо Камнева. Призрак поднял костлявую руку и указал Ивану за спину.

— Он здесь! — завыл дух. — Одет в плоть предателя!

Магистр Камнев стоял в дверях зала, его лицо, изрубленное шрамами, исказилось в гримасе.

— Прекратите этот балаган! — Камнев ворвался в аудиторию, растоптав круг из пепла сапогом.

Свечи погасли. Дух взвыл, рассыпаясь в пепел, и Иван почувствовал, как что-то вырывают из самой глубины души — мамин голос, напевающий колыбельную...

Он рухнул на колени, давясь пустотой. В ушах звенело, но сквозь шум пробился голос магистра Ветрова:

— Цена заплачена. Урок окончен.

Камнев схватил Ивана за плечо:

— Вылезай из круга, щенок. Играешь с огнем, который сожрет тебя.

Иван попытался вырвался, но сильная рука профессора крепко держала его.

— За мной, — Камнев развернулся к выходу.

* * *

Кабинет Камнева погрузился в тяжелую тишину, нарушаемую лишь потрескиванием свечей. Иван стоял возле стола, на том же месте, что и день назад, только теперь его не скрывал плащ-невидимка. Камнев, опираясь на спинку кресла, медленно поднял голову. Его глаза, обычно скрытые под тяжестью век, теперь горели лихорадочным блеском.

— Ты прав, — начал профессор, его голос звучал так, будто сквозь него говорили двое. — Каин поселился во мне, как червь в яблоке. Но я сделал это не по своей воле... — Он сжал кулак. — Он должен был все исправить…

Иван шагнул ближе. Арран шевельнулся в его сознании, словно пытаясь предупредить об опасности.

— Вы пытались остановить его? — спросил Иван, пытаясь понять кто говорит с ним сейчас: Каин или сам Камнев.

— Пытался ли я? — Камнев горько усмехнулся. — Твой отец, Гордей, был Стражем Врат. Я же... Я был алхимиком, одержимым идеей вечной жизни. Каин нашел меня, когда я пытался воскресить Луку. — Глаза профессора затуманились. — Мой сын... он умер от черной лихорадки. Я думал, что магия даст ему второй шанс.

В воздухе запахло гарью.

— Каин предложил сделку, — продолжил Камнев, его голос дрожал. — «Дай мне тело, и я верну тебе сына», — сказал он. Я согласился... не зная, что он получит меня. — Профессор схватился за грудь, на его руках, под кожей, появились пульсирующие черные прожилки. — Теперь он держит Луку в Сумрачных вратах, как заложника. Если я взбунтуюсь...

Иван вспомнил слова духа из аудитории: «Он пил нашу кровь».

— Ритуалы Черных Воронов... Вы помогали им открыть врата?

Камнев кивнул, его пальцы впились в пергамент с чертежами.

— Каину нужна кровь. Твой шрам-ключ — последний фрагмент. — Он указал на ладонь Ивана. — Когда врата откроются, Каин поглотит Астарота и станет богом. А Лука... — голос профессора сорвался, — останется в вечности как призрак.

Внезапно свечи погасли. Воздух сгустился, и тень за спиной Камнева вытянулась, приняв форму высокого человека с серебряными глазами.

— Скучная исповедь, Григорий, — прозвучал голос, от которого задрожали стекла в шкафу. — Ты забыл упомянуть, как плакал, когда я впервые заговорил твоими устами.

Камнев вскрикнул, упав на колени. Его тело дергалось, будто под током.

— Выходи... — прошипел он, изо всех сил сжимая кулаки. — Не сейчас...

Иван отступил к двери, но Арран в его сознании внезапно остановил его: «Не беги! Он слаб!»

— Каин! — крикнул Иван. — Ты прячешься за чужими телами, как крыса! Что ты сделал с моим отцом и прадедом?

Тень засмеялась. Голос Каина звучал теперь из уст Камнева:

— Они попытались закрыть врата, став щитом. Теперь их души — гвозди в двери между мирами. А ты... — серебряные глаза вспыхнули, — будешь ключом. Твой шрам откроет не только врата, но и клетку Астарота.

Камнев внезапно рванулся вперед, его руки дрожали.

— Убей меня... — выдохнул он, борясь с собой. — Пока он не...

Иван отпрянул. Камнев закричал, закрывая лицо, и тень отступила.

— Беги... — профессор начал судорожно искать что-то руками на своем столе, а затем рухнул на пол, сжимая в руке пробирку. — Он знает о вашем союзе с Вороновой и Орловым. Возьми это. Найди Око Абсолюта... только оно может разорвать связь...

Дверь распахнулась от порыва ветра. Иван выхватил пробирку и бросился в коридор, слыша за спиной смех Каина:

— Мы встретимся, Темников. И ты отдашь мне все — добровольно.

* * *

Иван шел по коридору Академии, залитому тусклым светом магических светильников. Стены, казалось, сжимались вокруг него. В воздухе витал запах дыма — где-то в Дворе Пламени ученики тренировались вызывать огненных элементалей. В кармане жгло — пробирка с кровью, которую он забрал у Каменева, пульсировала теплым густым содержимым. Он уже почти добрался до общежития, когда услышал знакомое позвякивание инструментов.

Лекс сидел на широком подоконнике, зажав между коленями странный механизм, напоминающий гибрид часов и кристаллического паука. Его светлые кудри торчали в разные стороны, а на переносице красовалось свежее пятно сажи.

— О, Иван! — он поднял голову. — Как прошло занятие? Вызвал призрака? Да ты сам похож на призрака!

Иван протянул Лексу пробирку.

— Это что? — Лекс аккуратно взял ее, доставая из кармана кристалл-сканер. — Чья это кровь?

Иван прислонился к стене.

— Возможно Камнева, — сказал он наконец. — Он сам дал мне эту пробирку. Каин – это он. Или Каин управляет им. В момент прояснения, он протянул мне эту пробирку. Не знаю зачем.

— Так и знал, что Камнев врет. — Лекс спрыгнул с подоконника. — Я тут проходил мимо лазарета и услышал кое-что. Медики шептались про «неизлечимый некроз» и «чужеродную субстанцию». — Он поднес пробирку к свету, где темная жидкость отливала фиолетовым. — Говорят, Камнев месяцами выписывает гриб забвения. Думаешь, для чаепитий?

— Этот гриб... — Иван прищурился. — Он же используется в ритуалах подавления воли.

— Точно! — Лекс щелкнул пальцами. — Представь: Каин контролирует тело, а Камнев жует гриб, чтобы хоть иногда прорываться наружу. Как шизофреник в клетке.

Иван сглотнул. Вспомнилось лицо профессора в момент, когда тот боролся с Каином.

— Надо проверить кровь, — пробормотал он. — Зачем он мне ее дал?

— Не знаю. Но мы выясним. Ты иди пока в комнату, отдохни. А я поищу Кэт. Она умная, придумает, что с этим делать.

Лекс пошел в сторону винтовой лестницы, а Иван направился в комнату №13.

* * *

Кэт стояла у стола, заваленного стеклянными колбами, чертежами и разномастными кристаллами. Ее черные волосы были собраны в тугой узел, а на шее красовалась татуировка — ворон с распростертыми крыльями. Она даже не подняла головы, когда Иван и Лекс зашли в помещение, продолжая настраивать микроскоп с линзами из лунного камня.

— Опоздали на двадцать минут, — ее голос звучал как скользящий по льду клинок. — Я уже начала без вас.

Лекс подошел к столу, где среди реторт и тиглей стоял странный аппарат — сплав магии и механики. Медные трубки соединяли колбы с дымящейся жидкостью, а в центре, на платформе, лежал осколок кристалла.

— Что это? — Иван тронул осколок. Камень жужжал, как разъяренная оса.

— Устройство для анализа, — ответила Кэт. — Соединила магию ветра с алхимией. Воздушные потоки разделяют компоненты, а кристалл... — она указала на осколок, — усиливает сигнатуру магии. Что вы принесли?

— Это кровь Камнева, — сказал Иван, — предположительно.

Кэт взяла пробирку, капнула жидкость на стекло, и тут же изображение проявилось в воздухе — голограмма клеток, переплетенных с черными нитями.

— Демоническая примесь, — она провела пальцем по проекции, заставив ее вращаться. — И споры гриба... нет, не забвения. Это мутировавший штамм. — Ее голос впервые дрогнул. — Он подавляет не волю, а душу.

Иван ощутил, как Арран зашевелился в его сознании, словно пытаясь предупредить.

— Каин заперся в нем, — прошептал он. — Как Арран во мне.

— Хуже, — Лекс подошел к стене, где висела карта с пометками Кэт. — Ты хотя бы можешь с ним спорить. А Камнев... — он ткнул в красную метку у озера Черный Глаз, — он жертва ритуала переноса. Каин выгрызает его душу, чтобы освободить место для себя.

Кэт достала дневник своего прадеда, раскрыв его на странице с рисунком чаши.

— Мой прадед описывал подобное. — Она посмотрела на Ивана. — Твой шрам — последний ключ. Если он откроет врата...

— Мы все станем топливом для бога тьмы, — закончил Иван. Он вспомнил голограмму отца в подземелье.

Тишину разрезал скрип двери. Дмитрий Светлов стоял на пороге, его плащ сливался с тенями. На левой руке, обнаженной до локтя, зияла свежая рана в виде спирали.

— Вы играете с тенями, — его голос звучал механически, будто кто-то говорил через него. — Он знает. Он всегда знает.

Иван шагнул вперед, но Лекс удержал его.

— Не трогай. Это не он.

Дмитрий поднял руку, и тени за его спиной сгустились в подобие крыльев. Его глаза вспыхнули серебром, а изо рта полился густой черный дым.

— Вы копаете слишком глубоко, дети.

Стеклянные колбы на столе лопнули, обливая пол ядовитой жидкостью. Когда дым рассеялся, Дмитрия уже не было — лишь черный след на полу.

— Похоже Каин контролирует не только Каменева, — Кэт схватила прибор. — Дневник твоего отца еще у тебя? У меня есть идея, как добыть из него информацию.

* * *

Подземелье академии было лабиринтом из сырых тоннелей и залов, где когда-то проводились запретные ритуалы. Стены, покрытые рунами, светились тусклым синим светом. Где-то вдали капала вода, а под ногами что-то скрипело.Иван шел впереди, держа перед собой кристалл-фонарь Лекса. Свет дрожал, будто боясь тьмы.

— Здесь, — Кэт остановилась у арки, украшенной барельефами воронов. — По карте, тут должен быть вход в святилище.

Лекс запустил дрон-кристалл. Камень завис в воздухе, проецируя карту подземелий.

— Осторожно, здесь могут быть ловушки... — сказал он.

Они сверились с картой и прошли внутрь.

— Клади дневник на алтарь, — сказала Кэт и начала доставать из своей сумки различные склянки с жидкостями и порошками.

Иван подошел к полуразрушенной каменной плите и положил на нее раскрытый дневник отца.

Кэт смешала несколько ингредиентов в специальной чашке, склонилась над дневником, прошептала что-то еле слышно и вылила содержимое чаши на страницы.

— А не взорвется? — хотел пошутить Лекс, но едва он успел договорить, как из темноты выплыл полупрозрачный силуэт Гордея Темникова.

— Сын... — голос отца звучал как эхо из колодца. — Каин обманул нас. Он...

Голограмма исказилась, превратившись в сцену из прошлого. Гордей Темников стоит у Сумрачных врат, его лицо искажено ужасом. Рядом с ним — Камнев. Он держит на руках тело мальчика, а Гордей чертил в воздухе защитные руны. Внезапно тень с серебряными глазами обвила Камнева, проникнув в его грудь. Гордей бросился вперед, но было поздно — врата взорвались светом, а его самого отбросило.

— Он использовал нашу дружбу, — голос Гордея вернулся, теперь полный скорби. — Я пытался закрыть врата, но...

Голограмма погасла. Наступила тишина.

Внезапно из тьмы вышел магистр Камнев. Его взгляд был безумным.

— Не позволь ему пробудиться! — Камнев шагнул вперед, но его движения были резкими, словно он боролся с невидимыми цепями. — Найдите… Пока не поздно…

Иван отступил, натыкаясь на Лекса. Тот уже держал в руках кристалл-гранату, готовый активировать ее.

— Освободитесь от него, профессор! — крикнула Кэт, доставая из сумки бутон черной орхидеи. Цветы зашипели, выпуская облако ядовитой пыли. — Боритесь с ним.

Камнев застонал, хватаясь за голову. Его голос раздвоился:

— Ты слаб, Григорий. Как и Гордей, твой друг, — говорил уже Каин. — Иван... Ты отдашь мне ключ. Добровольно.

Тени сомкнулись вокруг них, образуя клетку из серебристых нитей. Лекс швырнул гранату — взрыв световых импульсов ослепил всех, но Каин лишь рассмеялся.

— Вы думаете, кристаллы остановят меня? — Тень Каина материализовалась, приняв облик высокого мужчины в плаще и костяной маске. — Я старше ваших богов. Я — сама пустота между мирами.

Кэт активировала заклинание, вызвавшее вихрь. Мощный поток воздуха рванулся вперед, пытаясь пробить ловушку из теней.

Арран в сознании Ивана прошептал: «Используй меня». Темников сосредоточился на шраме.

— Нет! — крикнул Иван, чувствуя, как тень тянется к шраму. — Я не стану твоим ключом!

Он схватил рукой медальон, который висел у него на шее, и древний артефакт вспыхнул. Свет, чистый и ослепительный, разорвал теневую паутину. Каин взвыл, отступая в темноту.

— Мы еще встретимся... — его голос растаял, оставив в воздухе запах серы.

Камнев рухнул на колени, кровь сочилась из его носа.

— Ищите... Око Абсолюта, — прошептал он. — Только оно... может разорвать связь...

Лекс подхватил Ивана, а Кэт уже чертила на стене руну телепортации.

— Надо бежать. Сейчас он вернется.

* * *

Они выпали из портала во дворе Академии. Лил проливной дождь. Иван лежал на земле и смотрел на шрам, который теперь светился слабым синим светом.

— Что теперь? — спросил Лекс.

— Око Абсолюта, — ответила Кэт, разворачивая карту с отметками. — Прадед писал, что его осколки спрятаны в святилищах кланов. Первый — у Волковых, в Кристальных пещерах.

Иван кивнул.

— А Камнев? — спросил он. — Он выживет?

Кэт вздохнула:

— Его тело явно разрушается. И разум его почти поглощен Каином. Но если мы найдем Око... Может, сможем спасти и его, и Луку. Но Камнев нам не союзник. Сейчас он сопротивляется. Но будь он полностью под контролем, он бы убил нас с Лексом. А тебя, Иван, он бы уже унес к Вратам и начал ритуал.

— Да, Камнев нам не союзник, — Лекс убрал в карман кристалл-гранату. — Но действовать напрямую он больше не сможет. Видимо Светлов с ним заодно. Или также под его контролем.

Лекс вдруг замер, глядя в сторону. Над центральной башней Академии кружили вороны.

— Они следят, — прошептал он.

Глава 9

Дождь крупными каплями бил по крышам Академии и превращал двор в болото, смешивая грязь и опавшие листья. Иван стоял возле стены под каменным навесом, сжимая в руке медальон с вороном. Капли стекали по его пальцам. Шрам пульсировал. Голос Аррана звучал в голове, как эхо далекой грозы: «Он рядом. Его тень пьет силы Камнева... но этого ему мало».

— Мы идем в Кристальные пещеры, — сказала Кэт, разворачивая перед ними карту. — Это за Уральским хребтом. Первый осколок Ока Абсолюта должен быть спрятан там. В этих пещерах находится родовая гробница бояр Волковых, — Кэт скользнула пальцем по карте, отмечая маршрут. — Пещеры хорошо охраняются. Волковы расставили там рунные сенсоры. Если они сработают… Понятия не имею с чем придется столкнуться. Будет сложно.

Лекс, настраивая очередной свой кристалл, фыркнул.

— Справимся. Их система слежения очень древняя.

— Не нужно недооценивать их, — Иван прервал Орлова, чувствуя, как холодок скользнул по спине. — Волковы не зря столько веков держат под контролем горные рудники.

— У меня есть кое-что, — Кэт достала из складок плаща амулет в виде волчьей головы. — Это очередная фамильная реликвия моего рода. Кто-то из моих предков получил его в дар от старого боярина Волкова, за то, что каким-то образом помог ему. Может быть даже жизнь спас. В наших родовых книгах написано, что амулет делает носителя «своим» для всех защитных заклинаний Волковых. Или почти для всех. Поэтому может не сработать.

— Это уже больше, чем ничего, — Иван взял амулет и потер его пальцем. — Но, если не сработает, придется биться. Лекс, твои кристаллы помогут?

— Обижаешь, — отозвался Лекс. — У меня много чего припасено. Смогу вас удивить.

Кэт начала чертить в воздухе руну. Витиеватый рисунок замерцал. Она прижала ладонь к руне, и из-под ее ног вспорхнули искры, похожие на снежную пыль. Воздух завихрился, превращаясь в небольшой смерч. Потоки воздуха сформировали что-то напоминающее круг, в центре которого в дымке просматривался замысловатый узор.

Воронова шагнула вперед, и ее плащ взметнулся, как крыло. Иван и Лекс, накрыв головы капюшонами своих плащей, последовали за ней.

* * *

Портал открылся в горном ущелье перед огромной каменной плитой. Кэт подождала, когда Темников и Орлов выйдут из воздушного вихря и одним движением закрыла портал.

— В гробнице открыть портал я не смогу, — сказала Кэт. — Если внутри нас ждет опасность, придется выбираться наружу.

— У меня есть кристалл телепорта, — сказал Лекс. — Он должен сработать в пещерах. Магия камня не будет противодействовать кристаллу. Но он не стабильный. Не смог настроить точность. Может выкинуть нас не в Академии, а где-то в радиусе десяти верст от нее.

— Это уже хорошо, — Иван был хмур и задумчив. — По крайней мере, путь к отступлению у нас есть.

Кэт подошла к плите, сжимая в руке амулет Волковых.

— Ну что, вы готовы? — сказала она.

— Готовы, — хором ответили Иван и Лекс. — Открывай.

Воронова нашла на плите полустертый символ — волчью голову. Она сжала амулет в левой руке, а правой прикоснулась к символу боярского рода Волковых.

Голова волка, высеченная в камне, замерцала красным светом.

— Неужели не признает? — Лекс затаил дыхание.

— Готовься к бою, — сказал Иван и вытащил из дорожной сумки одну из гранат-кристаллов, выданных ему Лексом.

Несколько секунд они стояли в напряжении, пока волчья голова мерцала красным, явно не желая пропускать их внутрь. Но затем символ резко потух и раздался скрежет камня о камень.

— Сработало, — выдохнула Кэт. — Открывается.

Плита с грохотом съезжала в сторону освобождая проход в гробницу древнего боярского рода. Иван расслабил руку, в которой сжимал взрывной кристалл. Пока все складывается удачно.

Сдвинувшись примерно на метр, плита замерла. Изнутри вырвался запах сырости и железа.

— Выглядит так, будто этот проход не открывали уже очень давно, — сказал Иван, закрывая нос от затхлой вони.

— Так и есть, — Кэт замотала лицо голубым форменным шарфом. — Последнего Волкова здесь хоронили почти век назад. Бояре живут очень долго. Их статус позволяет поддерживать жизнь клановых с помощью магии.

В проходе виднелась узкая лестница, высеченная в скале. Ступени вели вниз.

— Тише, — прошептала Кэт, останавливаясь у поворота. — Здесь могут быть ловушки. Смотрите под ноги.

— Давайте я первый, — Лекс направил луч кристалла-фонаря на ступени. Между камнями виднелись тонкие серебряные нити — магические триггеры.

— Рунные сенсоры, — проворчал Орлов, доставая из кармана устройство с кварцевой линзой. — Если задеть, вызовут обвал или...

— ...пробудят стражей, — закончила Кэт, указывая вниз на выступы в стенах. В нишах стояли каменные волки с глазами из красного камня. Их пасти были оскалены, а когти впивались в пол, словно они замерли в прыжке.

— Гробница признала нас за своих, — сказал Иван. — Если дверь открылась, стражи не должны на нас напасть.

— Тогда надо попробовать, — Лекс сделал первый неуверенный шаг на ступень с сенсорами.

Ничего не произошло. Он осторожно пошел дальше

— Идем, — Кэт кивнула Ивану и тоже сделала шаг по ступеням. Иван последовал за ней.

Ступени были скользкими от вековой плесени. Лекс шел первым, за ним Кэт, сжимая в руке амулет Волковых. Иван замыкал группу. Каждый шаг отдавался эхом, словно гробница дышала.

Иван почувствовал, как голос Аррана просочился в сознание: «Они не статуи. Это окаменевшие охотники. Один неверный шаг — и камни оживут».

Группа продвигалась медленно, стараясь обходить нити. Иван старался не смотреть на каменных волков. Ему казалось, что они слегка поворачивают голову, следя за их передвижением.

Внезапно Лекс нарушил тишину:

— Интересно, Волковы сами превращали волков в камень? Или это...

— Тсс! — Кэт резко подняла руку. Впереди лестница обрывалась, открывая зал.

Просторное помещение, вырубленное в горе, напоминало тронный зал. Стены сверкали жилами золота и аметистов, а с потолка свисали сталактиты, похожие на ледяные копья. В центре на троне из гладко отшлифованного черного камня восседала гигантская статуя — один из предков бояр Волковых в доспехах, инкрустированных рубинами. Его лицо, высеченное с неестественной точностью, выражало холодную ярость, а в руках он сжимал двуручный меч, увенчанный огромным кристаллом в форме волчьей головы. В глазах статуи мерцали два алмаза размером с кулак, излучающие мертвенный голубой свет.

— Не смотрите в них, — предупредила Кэт, отводя взгляд. — Я читала, что это зачарованные алмазы. Будто бы они выжигают память тех, кто осмелится пробраться в гробницу. Скорее всего это чушь, но лучше не рисковать.

Лекс, игнорируя предостережение, направил сканер на статую.

— Внутри... что-то есть. Какое-то энергетическое ядро. Может, источник защиты? Если я смогу его отключить, может получится забрать эти камни.

— Нет, — Иван схватил его за руку. — Мы здесь за осколком, а не за сокровищами.

Кэт подошла к стене с барельефом, изображающим ритуал жертвоприношения. Волковы в доспехах подносили богине земли груду кристаллов, а у ее ног лежал связанный пленник с лицом, искаженным ужасом.

— Здесь должна быть руна, — пробормотала она, проводя пальцами по резным символам. — Волковы всегда прятали входы в свои тайники за образами силы...

Ее пальцы остановились на изображении горы. Барельеф прогнулся. Из него начала сочиться черная жидкость, а воздух наполняется запахом серы. Пол под ногами задрожал.

«Это кровь? Гробница не хочет нас пропускать», — подумал Иван, глядя как часть стены с глухим скрежетом, сдвинулась, открывая спуск в темноту.

— Зеркальный лабиринт, — прошептал Лекс, зажигая кристалл ярче и заглядывая внутрь.

Иван посмотрел на ступени, спускающиеся в глубину горы. Снизу тянулся пронизывающий холод

— Смотрите, — он заметил что-то на заиндевевших каменных ступенях, — Что это?

— Следы, — Лекс присел, разглядывая отпечатки сапог. — Кто-то был здесь до нас...

— Идем, — резко сказала Кэт. — Что бы ни ждало нас внизу, уже поздно поворачивать назад. Нужно найти то, за чем мы пришли.

* * *

Лекс снова пошел первым. Уже стоя на первой ступени, он обернулся.

— Если там зеркала, —сказал он Ивану, — держи свой шрам подальше от них. А то вдруг...

Он не успевал закончить. Из темноты снизу донесся утробный гул.

— Я понял, — Иван кивнул, — Идемте.

Спуск в лабиринт оказался очень узким колодцем, выдолбленным в скале. Стены были покрыты инеем, а воздух звенел, словно наполнен тысячами невидимых струн.

Спускаться пришлось долго. С каждым шагом становилось все холоднее. Кэт снова замотала шею шарфом.

— Мы пришли, — тихо сказал Лекс. — Это он – Зеркальный лабиринт.

Перед ними лежали, казавшиеся бесконечными, коридоры. Пол покрыт мозаикой из кристаллов, мерцающих ядовито-зеленым. А стены сплошь состояли из черных зеркал из отшлифованного камня, обрамленные серебряными рунами.

Иван коснулся ближайшего зеркала — поверхность не отражала его, а вместо этого показала Аррана, стоящего среди руин храма с клинком в руке.

«Око Недр», — вспомнил Иван урок во Дворе Теней и ответ глаза. — Тут никакая защита не нужна. Никто не сможет пройти через этот лабиринт»

— Эти зеркала отражают наши страхи, — сказал он шепотом. — Не смотрите в них. Иначе нам не пройти.

— Но они здесь повсюду, — Лекс закрыл глаза. — Что нам делать?

— Просто не смотри прямо в зеркало, — отозвалась Кэт. — Они будут показывать тебе твои страхи, но ты должен идти вперед. Остановишься — считай ты пропал.

Они шагнули вперед. Лекс держал высоко над головой кристалл-фонарь. Иван старался смотреть только на этот свет. Но боковым зрением он видел, как из зеркал на него кто-то смотрит. Он ощущал множество взглядов. Злых взглядов.

На повороте Иван на мгновение потерял из виду фонарь и перед ним оказалась черная гладь каменного зеркала.

Иван увидел свое отражение. Ничего необычного. Но он не мог оторвать взгляда. Лицо отражения скривилось в брезгливой насмешке. Глаза вспыхнули серебряным цветом, а одет зеркальный двойник был уже не в форму академии, а в плащ из вороньих перьев. Тень-двойник держала в руке осколок Ока Абсолюта, из которого сочилась черная жидкость.

«Ты станешь им, — прошептал двойник. — Ты уже меняешься».

Шрам на ладони Ивана начал кровоточить. Кэт, заметив, что Темников застыл перед зеркалом рванулась к нему и одернула, схватив за рукав. Иван выпал из оцепенения, но все еще слышал, как отражение смеется.

Лекс, услышав возню сзади, повернул голову. Его глаза на миг встретились с зеркалом. Он увидел лабораторию в Академии. Стол с приборами и множеством кристаллом. А рядом — его родители. Они над чем-то работали вместе. Мама рассматривала что-то в микроскоп, а отец возился с замысловатым прибором. Но в ту же секунду лабораторию охватило пламя. Родители Лекса кричали, запертые за магическим барьером, а он сам, ребенком, бьется в истерике, не в силах помочь.

«Это твоя вина, — рычит огненный голос. — Ты не спас их тогда... Не спасешь и сейчас».

Лекс выронил из руки кристалл-фонарь, а на его глазах выступили слезы.

— Черт! Лекс! —Иван рванулся к нему, сталкивая на пол и закрывая глаза ладонью. ­— Не смотри! Это не по-настоящему!

Кэт устремилась к ним. Она как могла, старалась не смотреть вглубь каменных зеркал. Но вдруг что-то привлекло ее внимание. Что-то знакомое. Кэт остановилась и посмотрела в зеркало.

Ее отражение стояло над телом мужчины, а в руках оно держало его отрубленную голову. Глаза отражения Кэт были пусты, а изо рта сочилась черная жидкость. Кто этот мужчина? Кэт всмотрелась в лицо отрубленной головы. Это был ее старший брат. Вдруг голова открыла глаза, а черный рот проговорил: «Ты предала нас. Как предашь и их».

Кэт очнулась оттого, что кто-то тащит ее за рукав. Она увидела, как Лекс бежит впереди, а Иван тащит ее следом за ним. Морок отпустил ее и Кэт поняла, что спутники решили быстрее пересечь это гиблое место.

Они бежали несколько минут. Тени из зеркал следили за ними, звали их, но не преследовали.

Впереди показался свет. Точнее что-то более яркое, чем мрак, окружавший их в глубине древней пещерной гробницы. Подбежав ближе, они поняли, что это приоткрытая дверь, а тусклый свет пробивается изнутри помещения за ним.

Подбежав, они толкнули дверь и ворвались в небольшую комнату.

Тяжело дыша, они осмотрелись. Круглая комната, высеченная в камне, как и все остальные помещения в этом подземелье. На стенах мерцали выцарапанные руны. Посередине, на полу, Иван увидел пепельный круг. В ту же секунду внутри круга появился мальчик. Точнее его силуэт. Он мерцал, как плохая голограмма.

Мальчик был одет в лохмотья, отдаленно напоминающие форму Академии столетней давности. Его бледная кожа была покрыта тонкой сетью трещин, словно это была древняя фарфоровая кукла. Глаза без зрачков, светились тусклым светом.

— Он хочет и твое тело, — сказал мальчик, но его губы не двигались, голос звучал в голове, как помехи. — Отец... устал от Каина. А ты — совершенный сосуд.

— Ты – Лука? — спросил Иван, глядя на мерцающий силуэт.

— Лука, — отозвался мальчик голосом в голове у Темникова. — Он запер меня. Я — его первая ошибка. Возьми осколок — и ты убьешь часть его силы.

В полумраке, позади тени Луки, Иван разглядел небольшой алтарь. Над ним в паутине световых нитей, висел неровный треугольник размером с ладонь. Он пульсировал холодным синим светом.

— Это осколок Ока Абсолюта? — Иван сделал шаг вперед. Кэт напряглась и взглянула на Лекса. Тот понял ее без слов и достал из сумки один из своих кристаллов, готовясь к атаке.

— Да, — ответила мерцающая тень Луки. — Возьми его.

— Это ловушка, — Кэт схватила Темникова за плечо. — Каин всегда на два шага впереди.

— Я знаю, — ответил Иван. — Готовьтесь к бою.

Он указал в пространство за алтарем. За ним, в темноте, прятались три каменные статуи волков.

Спутники переглянулись и кивнули друг другу.

Иван сделал шаг вперед, и мерцающая тень Луки Камнева исчезла. Темников подошел ближе к алтарю, протянул руку к осколку.

Воздух дрогнул. Энергетическая сеть вспыхнула алым, и из стен вырвался гул, напоминающий рев разъяренного зверя. Статуи волков затрещали, их каменная шкура осыпалась, обнажая черные кристаллические скелеты. Глаза-кристаллы загорелись кровавым светом.

— Это големы! — закричал Лекс.

Волки двинулись вперед. Их когти оставляли на камне искрящиеся царапины. Пол под ногами затрясся, а с потолка посыпались осколки аметистов, острые как бритва.

Взмахнув когтистой лапой, один из волков бросился на Лекса. Орлов швырнул под ноги противника кристалл-гранату, которая взорвалась волной замедления. Голем замер, его движение превратилось в тягучее месиво, а кристаллическая броня начала трескаться от напряжения.

Второй голем бросился на Кэт. Он взмахнул лапой перед ее лицом, и она еле успела нырнуть под его брюхом, упав на пол. Волк-голем развернулся и снова двинулся на Кэт. Лекс бросился к ней, пытаясь поднять на ноги.

— Амулет! — прокричал он. — Используй защитный амулет!

Кэт схватила амулет Волковых и прижала к груди. Магический артефакт отреагировал вспышкой света и из него вырывался призрачный волк, вцепляясь голему в горло. Кэт почувствовала, как амулет в руке трескается.

— Иван! — прокричала она. — Забирай осколок! Мы не продержимся долго!

Темников остался лицом к лицу с третьим големом. Черный волк смотрел на него красными глазами, но не спешил нападать.

«Что делать?» — промелькнула мысль в голове Темникова. Он же толком не умеет пользоваться магией. Чувствует силу, но не знает, как ее применить. Нужно сказать заклинание? Начертить в воздухе руну? Волк шагнул вперед. Неспешно, будто понимая, что Иван — легкая добыча.

Шрам на ладони Темникова начал пульсировать. Иван посмотрел на свою руку и увидел, как множество тонких нитей вырываются из его шрама-ключа и сплетаются в огненный клинок.

«Спасибо, Арран», — подумал Иван и взмахнул рукой.

Удар лезвия рассек голема пополам. В его каменных глазах как будто на секунду промелькнули смятение и страх. Иван бросился к алтарю, видя, как две половины рассеченного голема с шипящим звуком тянутся друг к другу, пытаясь восстановиться воедино.

Иван протянул руку к осколку. Энергетическая сеть обожгла его руку, но шрам вспыхнув синим пламенем, поглотил удар. Сеть погасла. Иван ощущал холод осколка. И вот он у него в руке. Боль пронзила руку. Вспышка. Иван погрузился в видение. Перед его взором возник Каин. Он не видел Ивана, но находился в знакомом место, но Темников не мог вспомнить, где это. Каин сжал кулак и с силой ударил по столу.

Видение рассеялось.

Осколок Ока Абсолюта пульсировал холодным синим светом в руке Ивана, но теперь он стал теплым. Все помещение заполнил низкий гул, вызывающий боль в зубах. Стены пещеры начали покрываться трещинами.

Лекс активировал еще один кристалл-гранату, замедляющий время.

— Бежим! — прокричал он, подхватывая лежащую на полу Кэт. Призрачный волк, вызванный амулетом, все еще бился с големом.

Иван устремился следом за ними.

* * *

Гробница рушилась с оглушительным грохотом. Трещины расходились по полу и стенам, как паутина, а с потолка сыпались осколки, сверкающие в свете кристалла-фонаря Лекса.

Перед ними снова лежал Зеркальный Лабиринт. Черные глади зеркал задрожали и начали трескаться. Воздух наполнился пылью и магическими искрами, вырывавшимися из треснувших зеркал.

— Бежим, — закричал Иван, прикрывая голову руками.

Одно из зеркал позади них взорвалось. Тысячи мелких сверкающих осколков разлетелись во все стороны.

— А-а-а-а, — Кэт упала на одно колено и прижала руку к плечу.

Иван бросился к ней.

— Ты ранена?

— Да, — сдавлено ответила Кэт. – Осколок попал в руку. Ерунда, я в порядке.

Они бросились вперед.

С потолка падали острые осколки камней. Один из них вонзился в пол в сантиметре от ноги Ивана, едва не пронзив ее. Осколки камня разлетелись, оставив на щеке царапину.

— Арран, если ты тут... помоги! — прошипел Иван сквозь зубы.

В ответ шрам на его руке дернулся, и тени сплелись в щит вокруг него и Кэт, отразив очередной обломок. Кэт вскрикнула, прижимая окровавленное плечо.

Из треснувших зеркал выползали полупрозрачные фигуры, хватаясь за плащи бегущих. Их прикосновение обжигало, как лед.

— Держитесь от них подальше! — кричала Кэт. — Они высасывают энергию!

Ее амулет вспыхнул в последний раз, рассыпав призраков в пыль, но и сам распался на части.

Вокруг разбитых зеркал крутились воронки искаженного пространства. Лекс, задев одну из них, едва не лишился руки — его кристалл—сканер превратился в груду расплавленного стекла.

— Это чертовски больно! — прокричал он. — Бежим быстрее!

Лестница наверх выглядела непреодолимой. Лекс активировал еще один гаджет из своего запаса — кристалл-репульсор, отбрасывающий обломки стен и осколки зеркал.

Они побежали наверх. Иван чувствовал, как за ними гонятся страшные тени, вырвавшиеся из древних каменных зеркал. Рык волков-големов был слышен очень близко. Они освободились от чар замедления и теперь неслись за ними с удвоенной яростью. Обломки разрушающейся пещеры были не страшны каменным стражникам.

Лекс был уже на вершине у выхода.

— Скорее, — кричал он, — Выход скоро разрушится.

Раненая Кэт рванула по лестнице из последних сил. Иван оглянулся. В нескольких метрах от него по лестнице, в один мах преодолевая несколько ступеней, бежал черный волк-голем. Еще пара секунд и он настигнет Ивана. Холодок пробежал у него по спине.

— Мне не успеть, — проговорил Темников. — Это конец.

В этот момент он почувствовал, как его мышцы наливаются силой. Усталость пропала. Иван вскочил и молнией ринулся вверх. Он будто бы годами тренировался, чтобы сейчас преодолеть эти пару десятков метров крутой каменной лестницы.

«Арран», — подумал Иван, осознав, что его спутник взял контроль над его телом.

Каменные зубы волка-голема щелкнули в сантиметре от его сапога. Иван обернулся. Магический зверь не остановился. Он готовился к очередному прыжку. Темников понял, что это последний шанс. Кэт и Лекс уже наверху. Они что-то кричат, но Иван не мог разобрать слов.

«Сейчас, — подумал он, — Изо всех сил».

Он с силой оттолкнулся от очередной ступени и взмыл вверх. Волк-голем тоже совершил прыжок. Секунда полета и Иван понял, что ему не добраться до вершины. Он закрыл глаза.

«Ну вот и все, — подумал он. — Все было зря».

Поток воздуха внезапно подхватил его тело и с силой швырнул вверх. Иван не понимал, что происходит. Его тело как будто держали невидимые руки и несли к выходу из пещеры. Секунда — и руки бросили его на камни возле входа в гробницу.

Иван видел яростные глаза волка-голема в момент, когда арка гробницы с грохотом обрушилась, погребая под собой пещеру и всех, кто в ней остался. Иван потерял сознание.

* * *

Когда он очнулся вокруг уже было тихо. Кэт прислонилась к скале и стиснув зубы прижимала что-то рукой к ране на плече. Рукав ее голубого мундира был темно-красным от крови.

Лекс сидел на камне неподалеку и дрожащими руками копался в сумке, проверяя остатки снаряжения.

Иван понял, что держит что-то в руке. Он приподнялся и посмотрел — осколок светится холодным сиянием, но был теплым.

— Ты живой? — Лекс увидел, что Иван пришел в себя и подошел к нему. — Я уже думал ты не очнешься. Два часа прошло. Кэт совсем плохо. Рана серьезная. Нужно возвращаться в Академию. Кэт нам не поможет. Сил у нее почти не осталось, портал она открыть не сможет. Будем использовать мой кристалл.

Иван кивнул и поднялся. Осколок он все еще держал в руке.

— Давай его мне, — сказал Лекс. — У меня надежнее будет.

Иван протянул осколок Орлову. Тот раскрыл сумку, показывая ему положить самому.

Иван разжал ладонь и Осколок плюхнулся на дно сумки Лекса позвякивая о другие кристаллы.

— А ничего не случится? — спросил Иван.

— Скорее случится, если ты продолжишь его держать, — усмехнулся Лекс.

— Да, — Иван кивнул. — Это точно.

— Ты у нас и так полон сюрпризов, — продолжил Лекс. — Не видел раньше, чтобы ты пользовался магией воздуха. Неплохо ты себя поднял из пещеры.

— А разве это была не Кэт? — искренне удивился Иван.

— Посмотри на нее. Она еле держится. Думаешь у нее хватило бы сил поднять тебя?

— Да, наверное. — Иван задумался. — То есть это я сам?

— Судя по всему, — Лекс подготовил кристалл-телепортатор. — Ты же универсал. Кристаллы ты уже взрывал, огнем жег, с тенями разговаривал. Вот и воздух проявился. Поздравляю. Ладно. Пора отсюда уходить. Поднимай Кэт, а я открою портал. Надеюсь, он будет не очень далеко от Академии.

Глава 10

Сад Алхимиков показался Ивану прекрасным местом. Загадочным и противоречивым. Здесь природа и магия сплетались в опасный тандем. Сад был расположен в самом центре территории академии. Над ним возвышался гигантский прозрачный купол из магически укрепленного стекла, под которым пышно цвели редкие растения. Здесь студенты подбирают ингредиенты для зелий, находили растения-помощников для ритуалов, для лечения и других магических действий.

День был тихим и светлым. Иван следовал за Кэт. Они проходили мимо клумб с лунными лилиями, чьи лепестки, меняют цвет в зависимости от фазы луны. А здесь — звездная мята. Ее аромат усиливает концентрацию, но в больших дозах вызывает видения. Кровавый мох, растущий на камнях, — его споры применяют для временного исцеления ран.

Кэт выглядела бодрой. Утром она попросила Ивана прийти в Сад Алхимиков. Хотела что-то объяснить и показать.

Вчера Иван, Лекс и Кэт вышли из портала не так далеко от Академии. Если бы они не были измождены битвой и погоней в гробнице, можно было добраться до общежития меньше чем за полчаса. Но Кэт была ранена, почти без сознания. Лекс взвалил ее на себя и тащил всю дорогу. Только недалеко от ворот пришлось приводить ее в чувства на случай встречи с охраной. Ранение студента – это чрезвычайное происшествие. Пришлось бы давать объяснения. Директору и, скорее всего, Камневу тоже. Больше встречаться с ним один на один в планы Ивана не входило. Камнев определенно враг. Да, он одержим другой магической сущностью, пришедшей из другого мира. Магистр борется с ним. Но уже проигрывает.

Кэт собралась с силами, достала из своей сумки пузырек с красной жидкостью, и выпила его. На какое-то время силы к ней вернулись и они смогли прокрасться в лабораторию Лекса. Там Кэт просто рухнула на диван и отключилась.

— Нужно позвать лекаря, — Лекс был крайне обеспокоен, — Я не смогу ей ничем помочь.

— Звать лекаря нельзя, — Иван покачал головой. — Нас будут вызывать на допрос к директору. И возможно к Камневу.

— И что нам делать? — Лекс почти паниковал. — Разве ты умеешь врачевать? Знаешь зелье или заклинание?

— Нет, — Иван задумался, — Я точно ничем не помогу. Но знаю кто может.

Лекс внимательно и нетерпеливо посмотрел на Темникова.

— Ну… Чего ты тянешь?

— Нужно позвать Светлова. Он обладает даром целительства.

— Дим? — Лекс изумленно посмотрел на Ивана. — Но он же заодно с Камневым!

— Это не доказано, — Иван взял со стола один из многочисленных кристаллов и начал вертеть его в руках. — Тогда в оранжерее мы видели только тень. Иллюзию. Светлов не показался мне его марионеткой. И никакую тайну мы не раскроем. Камнев, то есть Каин, и так знает, что мы были в гробнице, и что осколок у нас. Действует он скрытно. Через сообщников. Через контроль над сознанием. Я думаю, напасть он не решится. Иначе давно бы напал. Кажется, я нужен ему живым. Или может быть он опасается, что вся Академия выступит против него. Вряд ли он выстоит против целой когорты древних магов. Поэтому нужно звать Светлова. Заодно попробуем выяснить, не связан ли он с Каином.

Лекс неохотно кивнул.

— Хорошо, я пойду найду его, а ты последи за Кэт. И не трогай ничего. Не хватало тут еще и взрывов.

Иван осторожно положил кристалл обратно на стол.

Орлов привел Светлова довольно быстро. Дим выглядел заспанным, видимо Лекс разбудил его и тут же потащил за собой. Волосы Дима, и так постоянно взъерошенные, сейчас торчали в разные стороны.

— У вас тут что, тайное общество? – Светлов, зевая, оглядел лабораторию его взгляд остановился на лежащей без чувств Кэт. — Что с ней? Это кровь?

— Да, — ответил Иван. — Помоги. Ты же можешь исцелять.

— Она не мертва? Воскрешать мертвых я не умею.

— Нет, она без сознания. Потеряла много крови.

— Хорошо, я попробую, — сказал Дим и склонился над Вороновой. — Но я жду объяснений.

Светлов прикоснулся к плечу Кэт. Она застонала от боли, но в себя не пришла. Мундир был безнадежно испорчен, поэтому Дим разорвал рукав, обнажив почерневшую глубокую рану.

— Ну дела, — Светлов прикоснулся рукой к ране.

Из-под его ногтей вылезли черные тени и потянулись к разорванной осколком коже. Светлов закрыл глаза. Он вытянулся во весь рост, а его губы начали беззвучно шептать.

Иван повернулся к Лексу и взглядом показал на кристалл-сканер. Лекс сразу понял, взял прибор и навел его на Светлова. Прибор отреагировал спокойно. Никакого алого света. Переплетение из темных, белых и голубых нитей.

Лекс пожал плечами.

Через пару минут Кэт начала приходить в себя. Она открыла глаза, увидела Светлова, находящегося в некоем подобии транса, и вопросительно посмотрела на Темникова и Орлова. Иван взглядом дал понять, что все в порядке и Кэт расслабилась. Через секунду она вскрикнула, когда из ее плеча вырвался гладкий черный осколок. Светлов открыл глаза и отшатнулся. По его лицу стекал пот, он еле дышал.

Рана на плече Кэт затянулась и от нее почти не осталось следа.

— Чем тебя ранило? – спросил Дим, без сил падая на стул. — Это что-то с темной энергией. Заговоренная пуля?

— Нет, — Иван поднял с пола осколок. — Это частичка каменного зеркала. Такого же как Око Недр.

— Что ты такое несешь? — Светлов уставился на осколок в руке Темникова. — Эти зеркала невозможно разбить. Да и где вы его нашли?

— Хочешь сказать, ты не в курсе? — Лекс встал перед Светловым. — И не ты пугал нас в недавно здесь и в оранжерее?

— Я пугал вас? — Светлов выглядел искренне изумленным. — Вы спятили что ли?

— Подождите, — Иван сел перед Димом держа в руке кристалл. — У Лекса тут много всяких магических приборов. Вот этот, например, показывает врет человек, или нет.

Иван повернулся к Лексу и подмигнул.

— Отвечай предельно честно, — продолжил Темников. — Ты как-то связан с Каином?

— С каким еще Каином? — Светлов отстранился, поглядывая на кристалл в руке Ивана. — Я вообще не понимаю, чего вы от меня хотите?

Иван посмотрел на Кэт. Ее взгляд был серьезным и холодным.

— Я думаю он ни при чем, — подумав, сказала она. — Его, возможно, как-то использовали. Но, кажется, не по его воле.

Светлов, нахмурившись, переводил взгляд с одного из присутствующих на другого.

— Ребята, вы явно что-то задумали, — сказал он, — Или во что-то вляпались. И, поскольку тут замешан Темников, это что-то страшное и опасное. Смертельно.

Иван снова посмотрел на Лекса и на Кэт, взглядом спрашивая у них совета. Лекс пожал плечами, а Кэт кивнула.

— Ладно, я расскажу тебе. Возможно, ты сможешь нам помочь. Но ты должен поклясться, что не причастен ко всему этому и будешь молчать.

— Хорошо. Клянусь, — чуть помедлив ответил Светлов. — Но не знаю, хочу ли я это услышать.

— Придется, — ответил Иван и начал рассказ…

* * *

Этим утром Кэт еще выглядела бледной. Несмотря на магические способности, кровопотеря давала о себе знать. Они шли по Саду Алхимиков, в воздухе витали множество ароматов.

— Я прихожу сюда, когда мне грустно и хочется побыть одной.

Они продолжали идти. Ряды растений сменились множеством тонких стеклянных трубок, по которым переливались разноцветные жидкости. Трубки тянулись по земле, по стенам, проходили под потолком и сходились в одном месте.

Возле большого бронзового цветка Кэт остановилась. Его лепестки были сделаны из тончайших пластин металла. Каждый был покрыт множеством рун и надписей на неизвестном языке. В сердцевине цветка виднелся мерцающий синий кристалл.

Кэт дотронулась до цветка.

— Это изобретение моего прадеда, — она достала из своей сумки небольшое устройство, напоминающее шестеренку с множеством шипов. — Моя семья два века пыталась объединить магию и науку... Но многие, в том числе Черные Вороны пытались этому помешать. Они боялись, что их магию заменит железо и пар. Что она исчезнет. А я думаю, что в этих механизмах тоже заключена магия… Это цветок-шпион. Он получает информацию от множества растений, разбросанных по академии. И вся она стекается сюда.

— Здесь что-то важное? — Иван тоже прикоснулся к цветку.

— Да, — Кэт установила шипованную шестеренку в основание цветка. — Сейчас увидишь.

Она взяла руку Ивана. В другой ее руке появился нож. Кэт быстро полоснула по ладони Темникова, и капля крови капнула на кристалл в сердцевине цветка.

Устройство пришло в движение. Лепестки начали двигаться, создавая вокруг себя тонкие светящиеся нити. Они кружились в воздухе, переплетались друг с другом, и в итоге выткали в воздухе изображение.

Это был Гордей Темников, отец Ивана.

— Око Абсолюта было уничтожено в древности, но его осколки сохранили магическую силу. — начала говорить проекция Гордея. — Оно создавалось как инструмент контроля над магией, но стало орудием разрушения. Око — часть механизма, открывающего Сумрачные врата. Его осколки разбросаны по миру. Спрятаны и надежно защищены. Каин хочет снова собрать его. Если ему это удастся, миру придет конец. Он откроет Сумрачные врата и выпустит зло, которое поглотит этот мир, и все известные нам миры. Этому нужно помешать. Око может не только открыть врата, но и закрыть их навсегда. Но для этого нужен ключ…

— Что вы здесь делаете? — из глубины Сада к ним направлялся человек в преподавательской мантии, — Воронова?

Кэт быстро вытащила шестеренку из цветка, и голограмма исчезла.

— Магистр Радослав, — Кэт спрятала шестеренку за спиной. — Я просто хотела показать другу изобретение нашего рода.

— Ах, Темников, и вы здесь, — магистр Радослав погладил длинную седую бороду. — Темниковы тоже всегда везде совали свой нос. Ну что ж. Это цветок — своеобразная реликвия. Его назначение неизвестно и в действие он никогда не приводился. Но находится здесь. Как экспонат. Иллюстрация попыток заменить магию технологиями. Неудачных попыток. А вы, Воронова, все пытаетесь выяснить как он работает?

— Нет, — Кэт слегка подтолкнула Ивана в сторону выхода. — Нам уже пора. Занятия скоро начнутся.

— Ну что ж, идите, — магистр Радослав выглядел добродушным и никаких подозрений у Ивана не вызывал. — Решите заняться алхимией, я жду вас на свой факультатив. Темников, это и вас касается.

— Обязательно, — кивнул Иван. — Спасибо.

— Удачи вам, молодые люди, — магистр Радослав сделал небольшой поклон и, развернувшись, пошел в другую сторону.

Иван шел к выходу из Сада Алхимиков, обдумывая услышанное. Отец сказал, что Око Абсолюта может закрыть Врата. Но нужен ключ. Иван посмотрел на свой шрам на ладони.

— Твой отец сказал, что Каин хочет собрать осколки и восстановить Око, — нарушила молчание Кэт. — Получается, мы помогли ему?

— Нет. Око может закрыть Врата. Значит оно нужно и нам. Мы должны найти все осколки первыми.

* * *

Учебный день снова прошел спокойно. Иван посетил практику по магии камня и даже ничего не взорвал на этот раз. Он начинал чувствовать природу земли и камней, ощущать, как потоки магии проходят сквозь него самого и передаются предмету, наделяя его магическими свойствами. Сегодня у него получилось создать небольшой железный жезл с кристаллическим наконечником. Жезл мог заставлять предметы левитировать и наносить слабые атаки.

Занятие вел довольно молодой по меркам академии преподаватель магии камня Серов. Он был дружелюбным и добродушным. Когда Иван испытал свой только что сконструированный жезл, Серов похлопал его по плечу и сказал, что у Ивана получилась отличная мухобойка.

Иван оценил шутку. Ему было все еще неуютно на занятиях. Он был одновременно презираемым многими изгоем, отпрыском проклятого рода, но в то же время был редким универсальным магом. Большинство студентов до сих пор сторонились его. Но даже они с интересом смотрели, когда ученик Двора Теней управлял кристаллами, высекал огонь или вызывал воздушные вихри.

Иван понимал, что его мастерство в магии находится в зачаточном состоянии. Магия передавалась по крови. Поэтому отпрыски знатных родов с младенчества занимались магическим искусством и в академию приходили уже подготовленными. Их не нужно было учить пользоваться магией. Они и так все умели. В академии они совершенствовались, экспериментировали, создавали новые артефакты, выбирали свой дальнейший путь в магии и высшем обществе.

У Темникова все было совершенно не так. После гибели отца Ивана отправили жить на конюшню в бывшем родовом поместье Темниковых, которое теперь перешло во владение какому-то боярскому роду и теперь управлялось приказчиком. А Иван десять лет прожил с лошадьми на конюшне. Работал в поле, собирал в лесу ягоды и грибы. Никакой магией он не занимался. Она будто уснула и никак не давала о себе знать. Крестьянские дети смеялись и издевались над ним. Но Ивану было все равно. Он знал, что у него есть миссия – охранять Сумрачные врата. И поэтому всегда хранил при себе пузырек с ядом – так завещал его отец.

Когда в имение пришла депеша из Академии о том, что Иван Темников высочайшим повелением и по милости Императора Всероссийского определен на обучение в Академия Святогора. Все вокруг обрадовались. Они были счастливы избавится от Ивана — последнего из Темниковых.

Зачем Императору понадобилось личным указом определять Ивана на обучение никто так и не понял. Дворовые в имении шептались о разном. И о том, что Темникова по прибытии в Академию ждет казнь. И о том, что его решили заточить в подземелье учебного заведения до конца его дней, а опытные маги—преподаватели должны будут следить за узником. Говорили и о том, что Император смилостивился.

Но за день до того, как Ивану нужно было отправляться в Академию, он что-то почувствовал. Он не мог себе объяснить, что происходит, но это ощущение он вспомнил. Точно такое же чувство у него было в тот день, когда погиб его отец. Тогда Иван понял, что этот момент настал. Ритуал повторяется, и он должен предотвратить его.

Иван выпил яд не раздумывая. Он даже ждал этого момента. Смерть наступила быстро. Иван закрыл глаза и…

Проснулся на следующее утро. Но уже другим.

Теперь он знал, что его воскресила сила Аррана. Он даже немного был ему благодарен. Теперь у него другая жизнь. Пусть все идет к тому, что она скоро может оборваться. Но такая жизнь нравилась Ивану гораздо больше, чем прежняя.

После занятия Иван отправился на ужин в трапезную. Сегодня он сидел один. Лекс копался в своей лаборатории, а Кэт с утра он больше не видел.

Неподалеку сидел Глеб Громов. Он сверлил Ивана Глазами.

«Этот точно прислуживает Каину, — подумал Иван. — Или Камневу. Громов может и не знать о сумрачной тени, которая захватила личность уважаемого магистра магии. Нужно с этим разобраться».

За его стол неожиданно присел Дим Светлов.

— Как дела? – его взъерошенные волосы смотрелись нелепо на фоне его всегда безупречного костюма. — Кэт в порядке?

— Да, — кивнул Иван. — Еще раз спасибо.

— Да ерунда. Знаешь, — Светлов наклонился ближе к Ивану и стал говорить тише. — Если вам нужна помощь, то можете на меня рассчитывать.

— Я понял, — ответил Иван.

— Я серьезно, — Светлов не унимался, — тот случай, про который вы говорили…. В оранжерее… Это был не я. Клянусь. Это была магия иллюзий. Кто-то навел на вас морок.

— Может быть, — Иван внимательно посмотрел на Димитрия.

— Ладно, — Светлов встал. — Можешь мне не доверять, но я не вру. Приятного аппетита.

— Спасибо, — ответил Иван и Светлов вышел из трапезной.

* * *

Иван вернулся в комнату в общежитии сразу после ужина. За окном лил проливной осенний дождь. В помещении было холодно.

Иван достал из шкафа небольшой медный диск размером с тарелку. В его центре располагался синевато-розовый аметист, а по кромке — кольцо из прозрачных кристаллов. Это было очередное изобретение Лекса, которое адаптировало магию под обычные повседневные нужды людей.

Иван поставил диск на стол, прикоснулся пальцами к аметисту в центре и сосредоточился. Он почувствовал, как энергия проходит через его руку и передается камню. Аметист начал пульсировать фиолетовым светом. Иван посмотрел в зеркало на стене и улыбнулся сам себе. У него начинает получаться осмысленно пользоваться магией. Он чувствовал, что постепенно начинает контролировать спонтанные вспышки силы или помощь Аррана. Это ему нравилось.

Прозрачные кристаллы по кромке диска-обогревателя пожелтели. Вокруг устройства начал распространяться теплый воздух. Еще минута и кристаллы стали оранжевыми, а в комнате стало еще теплее.

Иван лег на кровать и закрыл глаза. Мысли завертелись в его голове, и он решил собрать все воедино.

«Когда я впервые переступил порог академии, то думал, что это конец. Конец скитаниям, страхам, жизни в тени проклятого имени. Но теперь понимаю — это только начало. Я не просто ученик. Я — ключ. Ключ, который может запереть врата… или навсегда их распахнуть.

Арран… Иногда я не могу отличить его мысли от своих. «Ты должен стать замком», — твердит он. Но что это значит? Умереть? Стать жертвой, как отец?

Каин… Кажется, что он везде: в облике Каменева, в отражениях зеркал. Он способен принимать чужой облик. Даже сейчас он может ползать тенью по этим стенам. Он хочет открыть врата. Он несколько раз пытался это сделать. И каждый раз это заканчивалось жертвой. Жертвой моих родных.

У него два пути: собрать Око Абсолюта воедино или использовать меня в качестве ключа. Но если Око будет собрано, я смогу снова прервать ритуал.

Значит ему нужно или убить меня, или заставить подчиниться ему.

Нет!

Если мне суждено умереть, пусть лучше я стану замком…

Пусть Каин думает, что я слаб. Пусть видит во мне лишь ключ. Я найду способ остановить его. Даже если для этого придется разорвать себя на части».

Иван почувствовал, как веки наливаются свинцовой тяжестью, будто невидимая рука давила на них. Он почувствовал холод. От кончиков пальцев дрожь расползалась по его телу, сливаясь с пульсацией шрама на ладони. Комната поплыла, стены растаяли в серой дымке, а пол ушел из-под ног. Последним проблеском реальности стал голос Лекса, доносящийся откуда-то издалека: «Держись, Темников…»

Тьма сменилась вспышкой. Он стоял на краю черного озера, чья гладь отражала не звезды, а трещины, словно небо над ним разорвали когти. Из воды поднялась фигура в плаще из вороньих перьев — Каин, но его лицо в костяной маске мерцало, как плохая голограмма. «Смотри», — прохрипел он, указывая на озеро.

Иван подошел к темной воде и всмотрелся в неподвижную гладь. Вода не отражала ничего. Только серебристый туман поднимался от ее поверхности. Иван понял, что теряет равновесие.

«Нет», — подумал он, падая в пучину черной воды. Удара он не почувствовал. Он провалился сквозь водную гладь, как через невидимую границу.

Иван падал в пустоту. Он не чувствовал страха. Даже ни одной мысли не промелькнуло в его голове. И вот он приземлился на холодный каменный пол.

Перед ним — зеркальный лабиринт. Отражения множатся: Иван видит себя в разных обличьях — ребенком, юношей, стариком. Воздух густой, как смола, пропитан запахом полыни и ржавчины.

Вдали — мерцающий силуэт мальчика. Лука.

Иван сделал шаг навстречу.

— Ты чувствуешь его? Он везде. В стенах, в крови, в твоих снах... — голос Луки звучал в голове Ивана.

Иван шагал к нему, но каждый шаг порождал новые зеркала. В одном из них мелькает лицо Каина — молодого, с холодной улыбкой. В другом — Камнев, сжимающий кинжал из осколка Ока.

Вспышка. Видение сменилось.

Иван оказался в подземелье. Он снова увидел Луку. Мальчик с пепельными волосами и красными пятнами на лице, оставленными черной лихорадкой, стоял перед высоким юношей очень похожим на самого Ивана. Черный плащ из вороньих перьев спускался с его плеч до самого пола. В руке он держал осколок Ока.

«Это настоящий Каин? — подумал Иван. — Или очередное его обличье?»

— Ты понимаешь, что твоя жертва спасет тысячи? — ласково говорил Каин. — Ты станешь мостом, Лука. Мостом между мирами.

Лука смотрел испуганно. Его руки дрожали.

— А мой отец? — прошептал Лука.

— Он знает, — ответил Каин и в следующую секунду вонзил осколок в грудь мальчика.

Кровь била фонтаном из рваной раны, впитываясь в осколок Ока. А тело мальчика рассыпалось в пепел.

Снова вспышка.

Иван стоит в Саду алхимиков. Тело Луки лежит на земле у ног Темникова, а из раны на его груди расползалась кровавая лужа. Кровь впитывалась в землю и на этом месте вырастал бронзовый цветок, каждый лепесток, которого был покрыт рунами и непонятными надписями.

Иван повернул голову. Рядом с ним стояла тень мальчика.

— Ты думал, Каин убил меня? — сказала тень. — Нет. Он запер. Моя душа — в каждом осколке Ока. И только ты можешь... Когда Цветок расцветет...

Голос оборвался. Земля под ногами треснула, выпуская черные корни. Вдалеке Иван увидел Камнева. Он смотрел на него серебряными глазами и смеялся.

Иван вернулся в реальность, задыхаясь. Он осмотрелся. В комнате было темно и тихо. Только диск мерцал фиолетовым цветом, источая тепло.

* * *

Лекс пришел очень поздно. Иван не спал. Он сидел на кровати и смотрел в окно. Ливень закончился и небо начинало очищаться от туч. Сквозь просветы виднелся белый свет луны.

— Ты чего? — Лекс бросил на свою кровать сумку, в которой звякнуло множество кристаллов.

— Ничего. У меня опять было видение.

— И что? Арран опять показал тебе что-то?

— Я уже не знаю кто управляет моими видениями, — Иван задумчиво посмотрен на свое отражение в зеркале. — Может быть Арран. А может быть и Каин.

— Понятно. И что было в этом видении? —Лекс сел на свою кровать напротив Ивана.

— Я опять видел Луку. Каин, или кото-то еще, убил его осколком Ока Абсолюта. И теперь его душа заперта в этих осколках.

— Получается, Каин обманул Камнева, пообещав ему жизнь сына в обмен на служение. Может быть, поэтому магистр не до конца ему подчинился?

— Видимо так и есть, — Иван встал и подошел к окну. — Ты изучил осколок Ока?

— Да, — ответил Лекс. — Но мои приборы ничего интересного не показали. Но Кэт, когда изучала его, что-то увидела. Сказала, ей нужно покопаться в книгах, чтобы в этом разобраться. Осколок мы спрятали в надежный сейф. Моя разработка. Вот.

Он поставил на стол небольшой зеленый кристалл.

— Это сигнализация. Сейф я запечатал защитными рунами. Кэт тоже помогла своей магией. Но ничего исключать нельзя. Если кто—то попытается открыть сейф, кристалл начнет сигнализировать.

— И что тогда? —Иван взял кристалл и подбросил в руке. — Бежать со всех ног и отбивать осколок?

— А что нам остается? — Лекс пожал плечами. — Другого выхода я не вижу. Ладно. Давай спать. Завтра утром нужно увидеться с Кэт и узнать, что она раскопала.

Глава 11

Утром Ивана привычно разбудил звон колокола, оповещающий учеников о начале нового учебного дня. Темников сразу посмотрел на стол и увидел, что кристалл-сигнализатор Лекса горит зеленым, значит в лабораторию никто не пробрался и осколок Ока на месте. Самого Лекса не было. Он по своему обыкновению проснулся раньше и ушел готовить себе эликсир бодрости на общую кухню. Иван взял полотенце и пошел в душевую.

Выходя из комнаты, он столкнулся с Кэт.

— Быстрее заканчивай свои дела, бери Лекса и идите ко мне, — сказала она. — Есть о чем поговорить.

Комната Кэт была двумя этажами выше и носила номер «77». Внутри она напоминала кабинет серьезного ученого, где каждая вещь подчинялась строгой логике. Стены, окрашенные в глубокий графитовый оттенок, были заставлены книжными полками из черного дерева, уходящими под потолок. Тома по алхимии, древней магии и истории кланов стояли в хронологическом порядке, их корешки аккуратно были подписаны золотым тиснением. На одной из полок виднелся потрепанный дневник ее прадеда — единственное украшение, нарушающее аскетизм пространства.

У окна, затянутого полупрозрачной пленкой из кварца, стоял массивный письменный стол из орехового дерева. Его поверхность была расчищена: чернильница с серебряным пером, стопка чистых листов бумаги и лупа на подставке. Рядом лежала раскрытая книга «Алхимия» с заложенными страницами. Под столом — сейф, замаскированный под стопку фолиантов. Рядом со столом — массивный резной стул.

В углу комнаты возвышался узкий алхимический шкаф с матовыми стеклянными дверцами. Внутри — десятки склянок с зельями: кроваво-красные эликсиры, синие настои, похожие на жидкий лед, и густые черные субстанции. Каждая баночка была снабжена этикеткой с аккуратным почерком Кэт: «Полынный дым», «Эссенция лунного камня», «Слезы Сумрака», «Роса Пустоты».

На узкой кровати, застеленной серым покрывалом без единой складки, лежала стопка свежевыстиранной одежды. Рядом — тумбочка с медным подносом, на котором стояла чаша с засушенными цветами.

Зеркало на стене было начищено до блеска. Под ним — комод с выдвижными ящиками.

Ни пылинки, ни лишнего предмета — даже воздух казался выверенным.

— Ты живешь одна? — спросил Иван, проходя в комнату.

— Да. Я здесь учусь, как потомок знатного рода, — ответила Кэт. — Мне можно выбирать, где и с кем жить. А я не люблю компанию.

— Здорово устроилась, — Лекс прошел в комнату и плюхнулся на аккуратно застеленную кровать. — Так что ты раскопала? Что-то про осколок? — Скорее да, — Кэт неодобрительно посмотрела на Лекса, но смятую кровать стерпела. — Я увидела три еле различимых символа. Похожие на капли. И они натолкнули меня на мысль, что я такое уже видела.

Она подошла к книжной полке и взяла с полки старый дневник, положила на стол и раскрыла на нужной странице.

— Вот, — указала она пальцем на затертый рисунок. — Вот такие же капли.

Иван посмотрел внимательнее. Лекс тоже встал и склонился над дневником.

— Что это может означать? — спросил Темников.

— Здесь про это больше ничего нет. — Кэт покачала головой.

— А вот тут рядом что за надпись? — Лекс взял дневник и положил его под лупу. — «Сумрачный гри…»

— Сумрачный гримуар, — закончила за него Кэт. — Это древний фолиант, описывающий ритуалы крови и тьмы.

— Крови и тьмы, — Иван задумался. — Когда Камнев звал меня в свой кабинет и, казалось, говорил сам, а не повторял за Каином, он сказал, что Каину нужна кровь. Но больше ничего сказать не успел. Ритуал открытия Сумрачных врат связан с кровью?

— Я не знаю, — ответила Кэт. — Но в гримуаре должно быть точное описание ритуала. Как бы мне этого не хотелось, но нам придется снова пробраться в архив.

— Ну нет, — Лекс закатил глаза. — А если нас на этот раз схватят? Меня вышибут из Академии. За меня, в отличии от тебя, вступиться не кому.

— Лекс, послушай, — Иван смотрел ему прямо в глаза. — Если мы не выясним все, Академии очень скоро может не быть. Как и тебя самого.

— Да я знаю, — вздохнул Лекс. — Значит придется идти.

— Только на этот раз я пойду с вами, — Кэт захлопнула дневник прадеда и убрала его на полку. — И нам нужно лучше подготовится, чтобы пробраться туда скрытно, а не взрывать гранаты на право и на лево.

Лекс опустил глаза в пол.

— Тогда не было другого выхода, — тихо сказал он. — Нам, по-твоему, нужно было сдаться Камневу?

— Ладно, проехали, — взгляд Кэт смягчился. — Но в этот раз будем действовать по моему плану. Идите на занятия, а я продумаю все до мелочей. На обеде встретимся в трапезной.

* * *

Трапезная Академии Святогора была пропитана запахом горячего свежего хлеба, душистых трав и мясного бульона. Иван и Лекс уплетали горячие щи из глиняных мисок. Рядом лежали ломти хлеба, испеченного с добавлением магических дрожжей, чтобы дольше оставаться теплым, и кувшины с морсом из ягод. Иван никак не мог привыкнуть к такому обилию и разнообразию пищи. Много лет он знал лишь объедки со стола семьи приказчика, поэтому теперь ел медленно, наслаждаясь. А Лекс, явно отличавшийся хорошим аппетитом, доедал уже вторую порцию.

После недолгого прибывания в Академии Иван даже заметил, что поправился, а его лицо уже не имело прежнего изможденного вида. Его щеки немного округлились, а в глазах, наконец, появился живой блеск.

Кэт вошла беззвучно, ее серый плащ с капюшоном скользнул между столами, будто тень. Не говоря ни слова, она кивнула Ивану и Лексу, указав на выход. Лекс, не дожевав кусок хлеба, вскочил, бросив на стол смятую салфетку. Иван последовал за ними. Ему было жалко недоеденной пищи, но дело было важнее.

У выхода Иван обернулся. Облокотившись на колонну в центре зала, стоял Глеб Громов. Его глаза, холодные и расчетливые, следили за троицей. На миг их взгляды встретились, и Ивану показалось, что Глеб усмехнулся. Кэт подтолкнула Темникова в спину.

— Не обращай внимания, нужно скорее идти в каморку Лекса.

* * *

— Значит так, — на столе в лаборатории Лекса Кэт разложила схему архива Академии. — Тот тайный ход, через который вы выбрались в прошлый раз, уже замурован. Спасибо вам за это.

Иван и Лекс потупили взгляд.

— Но я изучила план архива и вот что обнаружила. — Кэт взяла карандаш и обвела им место на схеме. — Внутрь можно пробраться через вентиляцию. Вот это вентиляционное окно ведет прямо в нужный нам зал. Но на всех окнах решетки. Магией они не защищены, но и сломать их не получится. Там очень крепкий сплав.

— А если взорвать? — вставил Лекс.

Иван закрыл глаза рукой и тихо засмеялся.

— Я же сказала: никаких взрывов, — в глазах Кэт сверкнула злость. — Вот.

Она достала из сумки и поставила на стол пузырек с белесой жидкостью.

— Это зелье состаривания. Польем им решетку, и она в считанные секунды превратится в прах. Только на себя не пролейте, иначе…

— Умно, — оценил Лекс, он взял пузырек и встряхнул его.

— Я же сказала: аккуратно!

Кэт выхватила пузырек с зельем у Лекса и убрала обратно в сумку.

— Дальше, — продолжала Кэт. — Нам нужно максимально скрыть наше присутствие. Это очень не просто, но возможно.

— Мой плащ-невидимка разве не сгодится? — снова вклинился Лекс.

— Нет, — Кэт покачала головой, — Он ненадежен. Поэтому мы поступим так. Во-первых, мы все выпьем вот это зелье.

Кэт поставила на стол пузырек с розоватой субстанцией.

— Оно скрывает наши магические следы. Для рунных ловушек мы будем казаться просто мышами, которые бегают по подвалам сотнями. На них ловушки не настраивают, иначе они бы срабатывали каждую минуту.

— Хорошо, — кивнул Иван.

— Лекс, возьмем твой сканер, — продолжала Воронова. — Он покажет нам слепые зоны, чтобы мы могли передвигаться, избегая этих ловушек. А вот этим порошком проверяйте весь путь перед собой. Он будет светиться если соприкоснется при контакте с магией. Лекс, у тебя есть что-то подавляющее магическую энергию?

— Найдется, — ответил Лекс.

— Хорошо, — кивнула Кэт. — Установим это сразу как найдем укромное место. Нам нужно создать максимальную завесу нашего присутствия. А если увидите зеркального стража, сразу разбрызгивайте вокруг вот это, — Кэт выдала Ивану и Лексу пузырьки с мутно-зеленой жидкостью. — Это «Полынный туман». Он помешает стражам сфокусироваться. И еще я использую заклинание «Серебряный покров», оно тоже должно сделать нас невидимыми. Найдем гримуар, и обратно тем же путем.

— А если нас все-таки заметят? — Иван огляделся по сторонам, проверяя не подслушивают ли их.

— Тогда придется бежать, — Кэт вздохнула. — У меня есть зелье завесы. Оно должно помочь нам выиграть время.

* * *

Ночь уже окутала академию, когда троица скользнула вдоль стены библиотеки. Кэт вела группу, ее серый плащ сливался с ночными тенями, делая ее почти невидимой.

— Все помнят план? — прошептала она, указывая на решетку в небольшом окошке у самой земли. — Вентиляция. Лекс, просканируй ее.

Лекс достал свое устройство и направил на решетку. Луч проскользнул по железным прутьям, но прибор ничего не показал.

— Чисто. Решетка не укреплена магией. Начинаем?

— Подождите, — Кэт удержала Лекса за руку. — Сначала сделаю кое-что.

Кэт достала из сумки маленькую чашу, склянку с белесым порошком и тонкую серебряную иглу. Иглой она ткнула себя в палец и уронила каплю крови в чашку. Насыпав туда немного порошка, Кэт начала перемешивать субстанцию иглой. Затем она начала водить ею по воздуху, чертя невидимую руну.

— Argentum umbra, vinculum silentii. Tectum mentis, speculum fallax, — произнесла она и подбросила содержимое чаши вверх.

Жидкость взлетела над ними и начала рассеиваться словно серебристый туман. Он обволакивал их, оставляя на коже холодящий след.

— Так мы станем невидимыми для зеркальных стражей и магических сенсоров, — объяснила Кэт, — Но мы будем видимыми для любых живых существ. Поэтому действовать все равно нужно скрытно и очень аккуратно.

Иван и Лекс кивнули в ответ.

— Хорошо, — Кэт достала из сумки склянку с зельем состаривания. — Теперь займемся решеткой.

Она полила прутья зельем. Несколько секунд ничего не происходило. Иван внимательно смотрел на металл решетки и начал замечать, как он покрывается пятнами ржавчины. Сначала небольшими, затем они начали расползаться по всей протяженности прутьев. Вот становится заметно, как прутья становятся тоньше — ржавчина проела из насквозь. Еще секунда — и некогда прочный металл рассыпался в пыль, освобождая путь внутрь.

— Идем, — решительно сказала Кэт. — помните про ловушки и порошок.

Они по очереди начали пробираться через лаз.

* * *

В глубине архива стеллажи уходили ввысь, как стволы древних деревьев. Кэт осторожно шла между ними, внимательно изучая символы на табличках. Ее пальцы скользили по корешкам фолиантов, останавливаясь на некоторых.

— «Сумрачный гримуар» должен быть здесь, — шептала она.

Иван стоял, прижавшись к стене и всматривался в глубину архива. Лекс, присев у соседней полки, осторожно водил сканером по воздуху. Прибор молчал. Это означало, что опасности пока нет.

Кэт продолжала медленно ходить между стеллажами, что-то тихо проговаривая себе под нос.

— Вот, — она замерла. — Нашла.

Кэт вытянула с полки книгу. Матовая черная кожа переплета, покрытая трещинами, похожими на ветви мертвого дерева, слегка светились при прикосновении тусклым синим светом. Воронова завороженно смотрела на древний фолиант. Она прикоснулась к обложке, погладила ее и хотела открыть книгу.

Иван схватил ее за руку:

— Стража.

Из-за стеллажа вышли три зеркальных голема. Лекс бросил кристалл—подавитель перед ними, и големы застыли.

— Быстрее, — прошипел он… — Заряда кристалла хватит на пару минут.

Кэт быстро сунула книгу в свою сумку.

Они побежали к вентиляционному окну уже почти не скрываясь. Лекс забрался первым и подтянул наверх Кэт. Иван подтолкнул ее и оглянулся на зеркальных стражей. Эти существа напоминали живые статуи из ртутного стекла. Их тела, высотой в половину человеческих роста, состояли из тысяч мелких зеркальных пластин. Каждая отражала окружение. Сейчас они будто видели Ивана, но не могли двинуться.

Темников уцепился за камни проема и начал подтягиваться. Спиной он почувствовал, что стражи постепенно приходят в движение. Иван напрягся, но ему не хватало сил. Еще секунда и стражи его заметят.

«Арран, — подумал Темников, — сейчас мне очень нужна твоя помощь!»

Но ничего не происходило. Иван напрягся, понимая, что не сможет. Ему не хватит сил поднять себя наверх.

Лекс схватил его за правую руку и резко потянул. Иван взметнул вверх, словно им выстрелили из пушки. Боковым зрением Темников заметил, что зеркальные стражи пришли в движение. Вылетев из окна, он упал лицом на траву возле стены. Лекс повалился рядом.

Все трое прислушались. Внутри архива было тихо.

— Не заметили, — Лекс вытер со лба пот. — Успели.

— Бежим быстрее, — Кэт вскочила на ноги.

— Решетка, — Иван поднялся с земли. — Нужно восстановить решетку. Иначе пропажу заметят.

— Точно. — Лекс подполз ближе к вентиляционному окну. — Сейчас попробую.

Лекс достал из кармана кристалл—стабилизатор, который едва светился тусклым зеленым светом. Его пальцы коснулись ржавой пыли, оставшейся от металла решетки — она стала горячей.

— Держитесь подальше, — бросил он через плечо, но Иван уже видел, как его друг закатывает рукава мундира.

Лекс приложил ладонь к тому, что осталось от решетки и прошептал что-то неразборчивое. Воздух вокруг него задрожал, а кристалл начал ярко пульсировать. Железная пыль, засветилась мягким золотистым светом, начав стягиваться друг с другом, создавая частицы расплавленного металла.

— Это адаптивная алхимия, — пояснил Лекс, не отрывая взгляда от процесса.

Решетка начала медленно восстанавливать свою форму, будто время двигалось вспять. Расплавленные края сливались, превращаясь в гладкие прутья, а трещины исчезали без следа.

Кэт наблюдала за процессом, скрестив руки на груди:

— Ты становишься слишком зависим от этих штуковин, — она кивнула на кристаллы. — Что будешь делать, если они подведут?

— Тогда буду импровизировать, — усмехнулся Лекс. — Но пока что они меня не подводили.

Через минуту решетка снова была целой, будто ее никогда и не повреждали. Лекс провел пальцем по металлу, проверяя качество работы, и удовлетворенно кивнул.

— Как новенькая. Все, пошли.

* * *

Библиотека Академии Святогора спала под покровом полуночи. Лекс шел первым, водя перед собой светящимся кристаллом, чей луч выхватывал из темноты полки, доверху заставленные книгами. Другой рукой Лекс расстегивал верхнюю пуговицу мундира, доставая небольшой кристалл, открывающий путь в лабораторию.

Они вышли из первого зала в широкий проход, ведущий к дальним отделам книгохранилища. Проход освещался слабым голубым светом фонариков, мерцающих высоко под потолком.

— Нужно поторопиться, — прошептала Кэт. — Охранники совершают обход раз в час. И здесь тоже. В библиотеке можно находиться ночью, но будут лишние вопросы.

Кэт прибавила шаг. Лекс и Иван чуть замешкались, когда она обогнала их и, переглянувшись, вздохнули. Им казалось, что уже не о чем беспокоится. Самое сложное позади — они выбрались из архива незамеченными и несут с собой книгу, содержащую ответы.

— Так-так-так, — из-за шкафа справа вышла высокая фигура в черном плаще. Лицо было скрыто капюшоном. — Куда это мы спешим?

Из-за других книжных стеллажей в проход вышли еще двое в черных длинных плащах.

Иван оглянулся — сзади стояли еще трое.

— Бегите! — Кэт рванулась назад, но человек в плаще схватил ее за горло, развернул и притянул к себе. В его руке блеснул тонкий клинок.

— Не двигаться! — прокричал он.

Двое в плащах ринулись из-за его спины на Лекса. Он пытался сопротивляться, но они повалили его на пол лицом вниз. Один из нападавших поставил колено на спину Лекса.

Остальные подбежали к Ивану и, схватив его, поставили на колени. Иван не сопротивлялся. Ему заломили руки, а к горлу приставили нож.

«Они не используют магию, — понял Иван. — Не хотят, чтобы мы поняли кто они».

— Отдайте то, что взяли, — снова заговорил главный. — И останетесь целыми. Пока.

Иван посмотрел на Кэт. Она была спокойна. Ее сумка была перекинута через плечо и была скрыта серым плащом. Нападавшие не знают у кого гримуар, но это ненадолго.

— Обыщите их! — крикнул главный. — А ты пойдешь с нами.

Он потянул Кэт за волосы так, чтобы мог видеть ее лицо.

— Отпусти меня, — прошипела Кэт. — Или ты пожалеешь.

— Какая дерзкая, — главный прижал кинжал плотнее к ее горлу. — Тебе отведена важная роль.

Один из державших Лекса разрезал ремни его сумки, взял ее в руки и начал обыск.

— Здесь только стекляшки, — глухо сказал он. — Книги нет.

«Под капюшонами на них маски, — догадался Иван. — Сейчас они обыщут меня, и тогда точно поймут, что книга у Кэт».

— Зачем вам книга? — Иван решил тянуть время.

— Не твое дело, птенчик, — ответил главный.

«Птенчик, — подумал Темников, — кто-то уже так называл меня».

— Громов, — догадался Иван. — Значит ты с ним заодно.

— Догадливый, — Глеб шагнул вперед, волоча перед собой Кэт. — Тем лучше, не придется больше скрываться. Зачем вы сопротивляетесь? Считаете, что сможете справится с могущественным магом? Я так не думаю. Вы только оттягиваете неизбежное.

Громов сделал еще шаг вперед, приближаясь к Ивану.

Воздух за его спиной сгустился.

«Каин, — подумал Иван. —Это конец».

Черная тень начала превращаться в человеческий силуэт. Громов почувствовал, что за спиной кто-то появился. Он на секунду ослабил хватку и в этот момент Кэт впилась зубами в его руку.

Громов закричал и Кэт вырвалась.

— Она прокусила мне руку! — орал Глеб. — Чертова дура!

Силуэт становился все отчетливее. Иван подумал, что теперь им не справится с Каином. Но из сгустка тени вышел Дим Светлов. Он шагнул к Громову и движением направил мощную волну в его сторону сбивая с ног.

Воронова, прошептав что-то, направила мощный поток воздуха в сторону двоих, что удерживали Лекса. Их отшвырнуло на несколько метров назад. Лекс быстро поднялся, выхватил из брошенной на полу сумки один из кристаллов и просил в вдогонку нападавшим. Раздался взрыв.

Иван вырвал руку у тех, кто его удерживал. Они явно были в смятении. В следующую секунду одному из них Лекс нанес мощный удар кулаком. Да, иногда можно справится и без магии.

— Бежим скорее! – Кэт уже бежала по коридору. Иван и Лекс последовали за ней.

— Дим, за нами, скорее, — Лекс задержался возле стоящего неподвижно Светлова.

— Секунду, — ответил тот. — Нужно их задержать.

Плащ Дима колыхался, как живой мрак.

Громов уже поднялся с пола. Лицо его теперь было открыто. В его глазах читалась ярость руке полыхало пламя. Еще секунда и коридор заполнит сжигающий все на своем пути огонь.

Светлов провел рукой по воздуху. Тени в глубине стеллажей ожили. Они начали стекаться со всех сторон, превращаясь в щупальца. Дмитрий шагнул вперед, и его тень будто бы выросла, заполняя коридор.

Подельники Громова бросились бежать. Сам Глеб еще секунду помешкав, бросил сквозь зубы проклятие, и отступая скрылся за поворотом. Щупальца теней поползли за ним.

— Уходим, — сказал Светлов, быстро шагая в противоположную сторону.

Глава 12

Дверь лаборатории закрылась за ними. Иван рухнул на небольшой диван. Лекс поставил свою сумку на стол и принялся копаться в ней. Кэт повернулась к двери и начертила в воздухе руну.

— Это должно защитить нас от вторжения, — она обессилено опустилась на стул.

Дим остался стоять возле входа.

Еще какое-то время все прислушивались к тому, что происходит снаружи. Вполне возможно, их убежище могли атаковать. Громов мог вернуться с подмогой.

Но все было тихо.

— Кэт, он хотел не только забрать книгу, — нарушил молчание Иван. — Он хотел забрать тебя.

— Да я поняла это, — Кэт потерла царапину, оставленную кинжалом у нее на шее. — Интересно зачем ему я? Но тут понятно одно: Громов – сообщник Камнева.

— Да! — воскликнул Лекс. — И не он один. С ним было еще пятеро.

— Это могли быть его слуги. — Кэт покачала головой. — Или наемники. Никто из них не пользовался магией. Только Громов, когда скрываться уже было бессмысленно. Но то, что сообщников у Камнева достаточно, это — факт.

Кэт повернула голову и посмотрела на Светлова.

— Ты как здесь оказался? Следил за нами?

— Да. — Дим стоял, опустив голову. — Следил.

Лекс быстро подошел к нему и, схватив за грудки, потащил в центр комнаты и повалил на стол.

— А ну ка, иди сюда, — приговаривал Орлов, а Кэт, вскочив со стула, уже готовилась запустить в Дима заклинание.

— Стойте! — Светлов поднял вверх руки. — Стойте. Я все вам расскажу. Все!

— Подождите, — Темников вскочил с дивана и схватил Кэт за руку. — Пусть расскажет. Лекс, отпусти его.

Лекс снова протащил Светлова по комнате и усадил на стул. Придвинул табурет и сел перед Дмитрием, глядя ему прямо в лицо.

— Только попробуй дернись, — Орлов провел кулаком перед лицом Светлова. — Разукрашу так, что ты сам себя излечить не сможешь.

— Я понял, — Светлов не сопротивлялся. — Я не буду сопротивляться.

— Говори, — приказала Кэт и встала перед ним скрестив руки на груди.

— Да, — Дим вытер пот с лица рукой. — Я действительно за вами следил. И вы правы. У Камнева много сообщников. Он возрождает клан Черных Воронов и многие тайно к нему примкнули.

Кэт глубоко вдохнула.

— И ты тоже примкнул? — спросила она.

— Да, — Дим опустил голову. — Но это не мое желание. Камнев поймал меня в ловушку. Он обещал мне… кое-что. А когда я понял, что все это обман, было уже поздно. Я слишком сильно увяз в его интригах.

— Что он тебе обещал? — Иван поднялся и тоже подошел к Светлову. Теперь они втроем окружали его, как пленника на допросе.

— Это важно? — Светлов испугано переводил взгляд с одного на другого. — Это моя тайна. Зачем она вам?

— Чтобы понимать, что ты не врешь, — Кэт злобно сверлила глазами Дмитрия.

Светлов опустил голову.

— Я нашел ее в библиотеке, — заговорил он. — Она всегда любила сидеть в самом дальнем углу, где ее никто не мог найти. Она любила запах книг. Говорила, что они пахнут временем. Но в тот день она ничего не читала. Она лежала на полу. А из груди у нее торчал кинжал, похожий на осколок. Она была еще жива. Я пытался излечить ее, но моя магия не подчинялась мне. Как будто то что-то ее блокировало. Тогда она склонилась ко мне, чтобы сказать последние слова. И затихла.

— Кто она? — не выдержал Лекс. — Про кого ты говоришь?

— Надежда, — ответил Светлов. — Моя сестра.

Дим расстегнул верхнюю пуговицу на своем мундире и достал серебряный медальон на цепочке. Он открыл его. Внутри была прядь светлых волос и фотография девочки лет 11-ти.

— У нее был особый дар, — продолжил Дим. — Она могла видеть. Сквозь время.

— Прорицательница, — Кэт внимательно посмотрела на медальон.

— Да, — кивнул Светлов. — Это были видения или сны. Она не могла объяснить, что видела. Может, потому что была еще слишком мала. Но дар у нее был.

— Так она училась в Академии? — Лекс нахмурился будто что-то вспоминая. — Я ее не помню.

— Нет, не училась. — Дим сжал кулаки на руках. — Это я виноват! Она любила проводить со мной время. Любила читать. Такой библиотеки, как здесь нет нигде. Я тайком оставлял ее здесь, когда она приезжала с родителями. Проводил ее в библиотеку, а она сидела там часами. И вот день тоже все было как обычно. Я провел ее и оставил на некоторое время. А когда вернулся…

Дим опустил лицо и заплакал.

— Так ее убили? — Иван нарушил молчание. — Кто? Ты знаешь?

— Знаю, — Светлов поднял глаза. — Когда жизнь покинула ее, в библиотеке внезапно появился Камнев. Он вытащил кинжал из ее груди и сказал мне, что я могу все исправить. Нужно только помочь ему. И когда он добьется своего, моя сестра снова будет жива.

— И ты согласился, — подвела итог Кэт.

— Да, — обреченно сказал Светлов.

— И что ты для него делал?

— Почти ничего, — Дим смахнул выступившие на глазах слезы. — Когда Иван появился в Академии, он приказал мне втереться к нему в доверие.

— Ясно, — Кэт прошлась по комнате. — У тебя получилось, поздравляю.

Она холодно посмотрела на Ивана.

— Я говорила, что ему нельзя доверять.

— Послушайте, — Светлов попытался встать, но Лекс положил ему руку на плечо. — Я больше не служу ему. То есть… Понимаете, то, что он задумал чудовищно. Я не хочу в этом участвовать. Если он добьется своего, на земле наступит ад. И сестру мне никто не вернет… Я решил вам помочь. Я видел, что Громов что-то задумал. И тогда я проследил за вами. А когда вы пробрались в архив, понял, что теперь у вас в руках что-то важное, значит Громов попробует это отнять.

— Понятно, — сказал Иван. — Почему они не заметили тебя сразу?

— Заклинания, — ответил Светлов. — Громов не такой умный, чтобы проверить все вокруг на магические следы. Я затаился и ждал подходящего момента.

Иван встал и прошелся по лаборатории.

— Я ему верю, — сказал он.

— Ты что, дурак? — Кэт ударила ладонью по столу. — Он же врет. О все доложит Камневу.

— Да Камнев и так знает о каждом нашем шаге! — не выдержав крикнул Иван. — Даже сейчас. Громов ждал нас. Значит он знал, что мы пойдем в архив. И в пещерах была ловушка. Мне вообще кажется, что это не мы решаем, что делать, а Камнев, или Каин, кто бы он ни был, двигает нами, как фигурами на доске.

В комнате повисло молчание.

— Ты прав, — Кэт устало вздохнула. — Он действительно обо всем знает.

— Но в таком случае он мог просто нас убит, — Лекс отпустил Светлова и поднялся.

— Мог, — Иван кивнул. — Но мы ему нужны живыми.

— Да, — снова заговорил Светлов. — Вы двое ему нужны.

— Кто? — Иван повернулся к Светлову. — Кто двое?

— Ты и Кэт, — ответил Дим. — Мне было приказано следить за вами, но не допускать, чтобы с вами что—то случилось.

— Так, — Кэт быстро подошла к Диму и села напротив него. — Выкладывай все, что знаешь. Что задумал Каменев?

— Он хочет провести ритуал. Открыть врата и…

— Это мы знаем. — прервал его Иван. — Какой ритуал? Зачем конкретно ему нужны мы?

— Я не знаю, — Дим смотрел на них испуганным взглядом. — Я думал вы выяснили что-то в архиве.

— Точно. Гримуар, — Лекс хлопнул себя ладонью по лбу.

Кэт достала из своей сумки книгу в черном кожаном переплете. Трещины на обложке мерцали тусклым синим светом.

— Ты знаешь, что искать? — спросил Иван.

— Нет. Дайте мне время.

* * *

Они сидели уже больше часа. Кэт переворачивала страницу за страницей, изучая книгу, украденную в архиве. Лекс копался с одним из своих приборов. Дим все также обреченно сидел на стуле и разглядывал медальон. Иван не мог ничем себя занять. Он ходил по лаборатории из угла в угол.

— Вот, — воскликнула Кэт. — Кажется нашла.

Иван и Лекс тут же подскочили к ней.

— «Тьма — ключ, Воронье перо — мост, Молния — жертва. Лишь триединый путь разорвет пелену между мирами, не требуя Ока», — прочитала она.

— Что это значит? — Лекс переводил взгляд то на Ивана, то на Кэт.

— Я не знаю, — раздраженно ответила Воронова. — Вот тут дальше.

Она продолжила читать.

«Когда луна скроется в пепельной пелене, и реки сольются в сердце земли, собери три капли крови. Не в сосуде, но в воде, где тьма и свет сплетаются.

Кровь Тьмы — ключ. Ее капля разорвет покров и прорастает во мраке. Ее сила — в тишине, что следует за громом.

Кровь Ворона — мост. Ее капля должна быть смешана с пеплом сожженных видений. Они будут танцевать над водой, как крылья в буре, сплетая нить между мирами.

Кровь Молний — жертва. Ее капля должна быть вылита в огонь, который не гаснет, даже в воде. Тело, из которого она льется, станет опорой врат. Если оно дрогнет — врата поглотят мир.

И тогда тьма будет пить свет. Тени станут плотью, а время — песком в чужих руках…»

Все снова замолчали.

— То есть врата можно открыть без Ока Абсолюта? — Лекс поднял бровь и посмотрел на все собравшихся в комнате.

— Выходит, что так, — Темников опустился на диван и потер шрам на ладони.

— Но для этого нужна кровь. — Кэт еще раз перечитала текст в гримуаре. — Тень, Ворона и Молния. Что это может быть?

— Мне кажется я знаю. — Дим оторвал взгляд от медальона. — Сестра шепнула мне кое—что перед тем, как…

— Ну, говори, — не выдержала Кэт.

— Она сказала: «Черный Глаз. Три реки. Кровь». Черный Глаз — это озеро. Вода, в которой нужно смешать три капли крови. Есть такое озеро на севере. У вас есть карта?

Лекс достал с полки свернутую в трубу карту и развернул ее на столе.

— Вот оно, — Дим ткнул пальцем в точку на карте. — Оно здесь. Если верить сказкам, то много лет назад здесь жила очень могущественная ведьма. Северные народы считали, что в этих местах ведьма прячет солнце. К этому озеру подходят три небольших реки.

— Врата там, — Иван внимательно рассмотрел карту.

— А кровь… — продолжил Светлов. — Тень – это ты, Иван. Ворон – это Кэт. А Молния…

— Громов, — хором сказали остальные.

— Все сходится, — Лекс даже присвистнул от удивления.

— Поэтому мы нужны ему живыми. — Кэт нахмурилась. — Мы нужны ему для ритуала.

— Зачем тогда ему осколки Ока? — Лекс покосился на сейф в углу комнаты.

— Чтобы мы думали, что это его цель, — сказал Темников. — Он отвлекал нас. А Громов уже у него. Сегодня он мог заполучить еще и Кэт. Тогда я был бы у него в руках.

— Это еще почему? — Кэт внимательно посмотрела на Ивана. — Ты что, кинулся бы меня спасать?

— Да.

— С чего вдруг? Мог бы сбежать. Без тебя ритуал не состоится.

— Я не могу сбежать. Я бы не бросил тебя.

Глаза Кэт сузились. Повисло неловкое молчание.

— Ладно, — Лекс решил прервать затянувшуюся паузу. — И какой у нас план?

— Нет никакого плана, — Кэт зашагала по комнате. — Все это слишком сложно. И опасно.

— Нам нужна помощь, — сказал Иван. — Кэт права: самим нам не справится.

— И кто может нам помочь? — сказал Лекс.

Иван задумался.

— Не знаю. Но здесь оставаться опасно. Нужно уходить.

* * *

Луна, почти набравшая всю свою полноту, висела над Академией, ее бледный свет проникал сквозь облака, словно пытаясь осветить тайны, скрытые в стенах древнего здания. Четверо скользнули вдоль стены заброшенной оранжереи, их силуэты растворялись в липкой тьме. Стеклянные арки, некогда сверкавшие под солнцем, теперь были увиты черным плющом, чьи листья шелестели, словно шептали проклятия. Воздух пах гнилью и полынью, а под ногами хрустели осколки стекла, смешанные с пеплом давно угасших костров. Лекс придержал скрипучую дверь, его пальцы дрожали от напряжения, пока Кэт, Иван и Дмитрий проскальзывали внутрь. Влажный шепот ночи остался за спиной, словно сама тьма пыталась удержать их.

— Здесь должно быть безопасно, — прошептала Кэт, но ее голос дрогнул. Ее пальцы, сжимавшие рукоять кинжала с рунами на рукоятке, дрожали, а серый плащ, обычно безупречно чистый, был испачкан в паутине.

Они прошли в глубину оранжереи, к месту, где когда-то росли призрачные орхидеи. Теперь их стебли напоминали скелеты, а лепестки, упавшие на пол, походили на обрывки кожи, истлевшие под взглядом безжалостного времени.

— Все. Остаемся здесь, — Кэт убрала кинжал в ножны на поясе. — Сюда никогда никто не ходит.

Светлов остановился возле единственной сохранившейся орхидеи. Почти невидимые прозрачные лепестки выдавал только их легких трепет на слабом ветерке. Дмитрий коснулся цветка, и его пыльца взметнулась в воздух, создавая контуры силуэта чьего—то лица.

Дмитрий был мрачен. Его лицо, освещенное лунным светом, казалось вырезанным из мрамора — бледное, с тенями под глазами, в которых читалась смесь страха и решимости.

— Я больше не слышу его голоса, — сказал он. Его голос звучал хрипло, словно каждое слово давалось с трудом. — С тех пор как избавился от метки...

Он посмотрел на Ивана.

— Помнишь, Громов оставил на твоей руке метку?

Иван кивнул. Светлов смотрел на него, свет луны отражался его в глазах, придавая им зловещий блеск.

— Это метка Черных Воронов. Все, кто носят ее могут в любой момент связаться друг с другом, — Дим задрал рукав кителя и показал запястье. На нем красовалось множество порезов, которые складывались в нечто похожее на спираль.

— То есть он хотел управлять мной? — Иван посмотрел Светлову в глаза.

— Хотел. И до сих пор хочет. — Светлов скрыл запястье рукавом. — Я тогда решил, что не стану ему помогать. И потому снял с тебя метку, пока она не прижилась на тебе и никто не заметил. Свою метку мне пришлось выцарапывать.

Лекс фыркнул, его волосы торчали в разные стороны, как всегда, когда он нервничал:

— Я все равно не верю тебе, — он шагнул вперед, сжимая ладонь в кулак. — Если ты все это знал и не собирался оставаться слугой этого демона, мог бы и раньше нам все рассказать.

— Я не мог, — Светлов повернулся к Лексу. — Он бы все узнал. И убил бы меня.

— Докажи, — Лекс обернулся к Кэт. — Как мы можем это проверить?

Кэт полезла в сумку и достала пузырек с мутной жидкостью, в котором плавали серебристые завихрения.

— Давай свою руку, — сказала она Светлову. — Это зелье «Отпечаток». Если человек связан с другим существом через магию крови или клятву, зелье покажет узор связи.

Иван наблюдал за Дмитрием, который молча закатал рукав, обнажая бледную кожу со шрамом в форме спирали.

— И что, просто выпить? — Светлов нахмурился, глядя на вихри в жидкости.

— Нет. Нужна кровь. — Кэт достала свой кинжал с рунами. — Ты согласен?

Светлов кивнул. Лекс, не сводя с него глаз снова достал свой кристалл-сканер.

Кэт полоснула кинжалом по ладони Дмитрия. Капля крови упала в пузырек, и жидкость вспыхнула ярко-алым. Спиральные завихрения начали сливаться в узор, похожий на карту звездного неба.

— Смотрите, — прошептала Кэт.

В центре зелья проступила тень — извивающаяся черная спираль, но она резко обрывалась, словно ее перерезали. Затем вспыхнула серебристая нить, тянущаяся к шраму на руке Светлова.

— Что это значит? — Иван шагнул ближе, его собственный шрам начал неприятно зудеть.

— Видимо связь с Каином действительно оборвана, — Кэт смотрела, как нить внутри пузырька исчезала, а сама жидкость становилась прозрачной.

Лекс, не отрывая взгляда от сканера, добавил:

— Никаких колебаний. Только остаточный след.

Светлов медленно опустил рукав.

Иван прикоснулся к шраму на ладони, который пульсировал, словно живой. В его голове звучал голос Аррана: «Он говорит правду... пока».

— Хорошо, — кивнул он, глядя Дмитрию в глаза. — Но если ты врешь...

Он не договорил. Карканье, резкое и множественное, прорезало тишину. Вороны — десятки, сотни — ворвались сквозь разбитые окна. Их крылья били по лицам, клювы целились в глаза, а перья, казалось, были сделаны из стали. Лекс выругался, прикрывая голову руками, а Кэт выкрикнула заклинание, заставив стаю замереть в воздухе. Ледяные узоры оплели птиц, превратив их в хрупкие статуи.

Но не всех.

Одна птица, крупнее остальных, рухнула на пол и начала таять, словно воск под пламенем свечи. Из лужи черного дыма, пахнущего серой, поднялась фигура в плаще из вороньих крыльев. Костяная маска скрывала лицо, но глаза горели, как расплавленное серебро, проникая в самые глубины души.

— Каин, — прошептал Иван, чувствуя, как шрам на ладони оживает, превращаясь в раскаленную полосу. Его дыхание стало прерывистым, а в висках застучал пульс, словно сердце мира билось в унисон с его страхом.

— Дети, — голос Каина звучал, будто эхо из могилы, глубокий и вибрирующий, от которого задрожали стекла в оранжерее. — Вы упорствуете, но это конец. Врата ждут лишь капли крови...

Его палец, похожий на коготь, указал на Ивана, и шрам вспыхнул огнем.

— Твоей крови.

— Ты не получишь ее, — процедила Кэт, выставляя вперед руку посылая новый импульс заклинания.

Каин рассмеялся. Смех отозвался в стенах, как скрип гробовой доски, заставив Лекса вздрогнуть.

— Вы все сделали сами. Иван... — он наклонился, словно делясь секретом, его дыхание пахло пеплом и гнилью, — ты уже открыл первую дверь, когда выпил яд.

Иван сжал кулаки. Шрам горел. Он почувствовал, что внутри него пробуждается сила.

«Арран, это ты?», подумал Иван и ощутил, как в его ладони появляется огненный меч — язык белого пламени. Его отсветы играли на стенах, превращая оранжерею в пляшущий ад.

— Убирайся! — крикнул он, взмахивая клинком. Пламя рассекло воздух, оставляя за собой шлейф искр, но Каин отступил, не от страха, а с холодным расчетом. Его плащ взметнулся, словно крылья гигантской птицы, а из—под ног Светлова выползла тень — черная змея. Она впилась в горло Дмитрия, заставив его захрипеть.

— Предатели всегда платят сполна, — прошипел Каин, его голос теперь звучал из каждой тени, обвивавшей стены.

— Нет! — Лекс бросил кристалл, замедляющий время. Тень застыла, но лишь на миг. Иван рубанул мечом, рассекая тень надвое. Светлов рухнул, хватая ртом воздух, а Каин начал таять, смеясь:

— Вы проиграли. Врата откроются.

Вороны исчезли. Меч в руке Ивана погас, оставив лишь запах паленого мяса и горький привкус поражения.

Воздух в оранжерее дрожал. Луна светила мертвенно—бледным светом.

Светлов лежал на боку, его пальцы впились в землю, а на шее алели борозды от зубов змеи. Кэт опустилась рядом, выхватывая из сумки пузырек с зеленоватой жидкостью.

— Держись, — сказала она, выливая зелье на раны. Жидкость зашипела, как рассерженная змея, и раны начали затягиваться, оставляя бледные шрамы.

Лекс, сжимая сканер, бормотал:

— Тень Каина оставила метку... Но она не проникла глубже. Ему повезло.

— Дим, — Иван схватил Дмитрия за плечо, заставляя его сфокусироваться. — Ты слышишь его? Снова?

Светлов закашлялся.

— Нет... Я больше не чувствую его, — он коснулся шеи, нащупывая свежие шрамы.

Кэт встала, ее плащ трепетал от ветра, пробивающегося сквозь разбитые окна:

— Каин не станет ждать. Нам нужно что—то делать.

Лекс нахмурился:

— Что мы можем сделать? У нас не хватил сил ему противостоять.

— Значит нам все—таки нужна помощь, — Иван оглядел всех своих друзей. — Нужно идти к директору Врану.

— Думаешь он поможет? — глаза Кэт сузились.

— Не знаю, — Иван посмотрел на свою ладонь. — Но другого выходя я не вижу. Рассвет уже скоро. Идемте.

Снаружи оранжереи завыл ветер, принося с собой запах дождя и грозы. За башнями Академии небо начало светлеть, окрашиваясь в бледно—розовые тона. Рассвет был близко, но в его свете не было тепла — только холодное предупреждение о том, что время истекает.

Глава 13

— То, о чем вы рассказали — очень серьезное обвинение, — директор Вран поправил очки в серебряной оправе. — Магистр Камнев уважаемый преподаватель. Он занимает значимое положение в обществе.

— Мы говорим правду, — ответил Темников. — Дмитрий Светлов готов подтвердить, что Камнев убил его сестру и завербовал его в качестве агента организации Черные Вороны.

Директор Вран откинулся на спинку массивного кожаного кресла. Четверка студентов сидела по обе стороны деревянного стола. Темников решительно развернулся в его сторону, Воронова сидела с ровной спиной и сложенными на груди руками. Орлов непоседливо разглядывал кабинет. А Светлов, опустив плечи, смотрел вниз.

— Черные Вороны, — Вран задумчиво подвинул к себе белую чашку с чаем. — Об этой организации не было слышно со времен Ночи Падающих Звезд. Вы серьезно полагаете, что магистр Камнев возродил ее и пытается открыть Сумрачные Врата?

— Да, — Иван ответил не раздумывая. Кэт кивнула, вторя ему.

Вран отпил из чашки. Воздух в комнате заполнился запахом трав и ягод.

— Что ж, молодые люди, — директор поставил чашку на стол и сложил руки в замок. — Чего вы хотите?

— Помощи, — ответил Темников.

— Какого рода помощи?

— Я не знаю, — Иван замешкался. — Вы можете приказать схватить его. Отправить в Императорскую полицию. Призвать других магистров наложить на него магические печати, блокирующие магию.

— Постойте, Темников, — Вран немного помолчал и снова поправил очки в серебряной оправе. — Допустим, я вам поверил. И все, что вы рассказываете — правда. Давайте попробуем предугадать, что будет дальше.

Вран встал и начал ходить по кабинету.

— Приказать арестовать Камнева, я не могу. У меня нет достаточных на это оснований. Заявив полиции о том, что контроль над сознанием уважаемого магистра захватила сущность, путешествующая между мирами, я буду выглядеть смешным. Даже глупым. Это первое. Но даже если мне поверят, судя по тому, что вы говорите, у Камнева есть сообщники. Сколько их, мы не знаем. Заключение в темницу нарушит планы Камнева, или того, кто за ним стоит. Это может спровоцировать нападение на Академию, или на Императорскую тюрьму. А может быть и на самого Императора. Поэтому, арест Камнева исключен.

Вран остановился возле своего кресла, поднял чашку и отпил из нее.

— Дальше. Как мы можем нейтрализовать эту угрозу самостоятельно?

Вран посмотрел на пришедших к нему студентов. Все молчали.

— Я тоже пока не могу ответить на этот вопрос. — директор продолжил мерить шагами кабинет. — Единственно верным решением сейчас, мне представляется сохранение видимости моего неведения.

Кэт посмотрела на директора. В ее взгляде читались злость и негодование.

— Не нужно так на меня смотреть, Екатерина, — Вран невозмутимо поправил очки и продолжил рассуждения. — Я поясню, что имею ввиду.

Он остановился.

— Если все это правда, основная задача — предотвратить ритуал. Для этого вам двоим, Воронова и Темников, нужно не попасться им в руки до того момента, как Камнев проявит себя на столько, чтобы спровоцировать свой арест. Поэтому, мне придется вас спрятать.

Иван и Кэт переглянулись.

— Куда вы хотите нас спрятать? — спросила Воронова.

— В Академии есть Императорские покои. Это очень комфортное и весьма защищенное место. Оно существует на случай приезда высочайших персон, или даже самого Императора. Прочные стены, укрепленные магией. Они выдерживают и мощное физическое воздействие, и достаточно защищены от заклинаний.

— Вы хотите запереть нас вместо Камнева? — Иван подскочил с кресла.

— Я хочу защитить вас, — стекла в очках Врана сверкнули. — Я говорил вам, Темников, что защищать и поддерживать студентов — моя обязанность. Сейчас это видится мне наиболее верным решением.

— И сколько нам придется сидеть в комфортном заточении? — спросила Кэт.

— Не нужно язвить, Воронова, — Вран подошел к ней. — Я обещаю вам разобраться во всем как можно скорее. Мне нужно будет посоветоваться со многими людьми. Проверить все и подтвердить. Я не думаю, что это продлиться долго. В любом случае, возвращаться в общежитие вам сейчас опасно. Вам, господа Орлов и Светлов, тоже. Поэтому вы составите компанию своим друзьям.

Светлов не сразу отреагировал, будто бы не слышал речи директора. Он продолжал безучастно смотреть в пол, а Лекс как будто даже обрадовался этой новости. Видимо не хотел остаться в стороне от всех этих событий.

— Надеюсь, я вас убедил, — Вран остановился у окна и посмотрел на двор Академии. Студенты расходились по своим занятиям. Некоторые, сбившись в кучки, что-то обсуждали и смеялись. Обычный учебный день.

Директор Вран вздохнул.

— Значит так и поступим, — сказал он поворачиваясь. — Сейчас я отдам распоряжение привести императорские покои в порядок и пополнить запасы продуктов. Скажу, что к нам нагрянула внезапная проверка из Приказа Магического Надзора. Побудьте пока здесь. Как только все будет готово, я за вами вернусь.

* * *

Они шли по длинному переходу. Директор Вран медленно шагал впереди, а четверка студентов плелась за ним, сбиваясь с быстрого шага и стараясь не опережать магистра. Переход был довольно широк и хорошо освещен. Конечно, не водить же Императора или его приближенных по узким сырым тоннелям. Стены из гладко отшлифованного камня поглощали любые звуки. Будто бы они шли не по каменному полу, а по чему—то мягкому. Стук шагов и даже дыхание растворялись в амортизирующих рунах, вычерченных на полу и стенах.

Через несколько метров они уперлись в стену. Дальше идти было не куда. Директор Вран обернулся, осмотрел всех, кто следовал за ним и, в чем-то удостоверившись, произнес:

— Draco et corvus.

Пол под их ногами задрожал. Иван ухватился за стену и поднял голову. Потолка над ними не было. Коридор изгибался, но не в сторону, а вверх. И конца его не было видно.

Лекс подтянул ближе к себе Светлова, который замешкался будто не понимая, что происходит. Только Кэт спокойно стояла, скрестив руки на груди, как будто с ней такое происходит не впервые.

Каменная плита начала подниматься вверх. Это был плавный и небыстрый подъем. Иван подумал, что все это сделано, чтобы ни коим образом не потревожить умиротворенность императора или кого-то из его свиты.

Остановилась плита так же плавно, открывая короткий ярко освещенный коридор. Директор Вран шагнул вперед и все последовали за ним.

Перед ним маячила массивная резная дверь. Она была сделана из цельного куска красного дерева, а в ее центре было вырезано изображение императорского герба – черного дракона с расправленными крыльями. Темников понял, что императорские покои находятся в Башне Дракона — самой высокой из черных игл Академии, шпиль которой царапал облака, а флаг империи колыхался, как крыло черного дракона на алой ткани.

Вран приложил руку к груди искусно вырезанного изображения древнего ящера. Дракон засветился красным светом. Через секунду свечение погасло, а дверь, щелкнув едва слышно, открылась, не издав ни единого скрипа.

— Прошу вас, господа, — сказал директор Вран приглашая жестом войти в помещение. — На моей памяти еще ни одному студенту не было оказано чести посетить императорские покои Академии Святогора.

Иван осторожно ступил за порог.

Лучи солнца, пробиваясь сквозь витражи, скользили по гладким каменным плитам стен из серого гранита, усиленным стальными балками. Просветы между ними украшали богатые гобелены со сценами древних магических битв. На поверхности окон шевелились тонкие, едва различимые нити, сплетающиеся в узлы при каждом шаге приближающегося.

— Щит Аргента, — сказала Кэт, приблизившись к одному из окон, — Сеть из серебряных нитей опутывает и сжигает любого, кто попытается пройти через нее.

— Все верно, госпожа Воронова, — магистр Вран провел рукой перед тонкой паутиной, она отозвалась еле уловимым свечением, — Очень надежное заклинание. Совершенно безвредно для находящихся внутри, но смертельно для тех, кто попытается преодолеть его снаружи. Пол защищают руны устойчивости. Они предотвращают любые вибрации. От взрывов, например. Двери пропитаны зельем «Костяная сталь» для дополнительного укрепления. Также на ней высечен «Круг молчания». Он блокирует звуковые атаки.

Иван огляделся. Комната была довольно большой, но не огромной. Не похоже на императорские покои. Несколько диванов и кресел. Дубовый стол. Комоды и тумбы на гнутых ножках. На противоположной стене — еще одна массивная дверь.

— Это и есть императорские покои? — обратился Иван к директору.

— Не совсем, — Вран поправил очки, сползшие с носа. — Это гостиная. Императорские покои и Зал для приемов за этой дверью. Но вас я туда пустить не могу. Этого помещения вам будет вполне достаточно. Вот здесь, — директор указал на большой комод в углу, — небольшой запас провизии. По большей части сладости, но я надеюсь надолго вы здесь не задержитесь. Этого должно хватить. На этих диванах вы можете отдыхать. Уверен в вашей чистоплотности. Но все же: постарайтесь ничего не сломать и не испортить.

— Постараемся, — ответила Кэт и уселась на диван, закинув ногу на ногу.

— Благодарю вас, — директор Вран сделал небольшой поклон. — Располагайтесь. Дверь я буду вынужден запечатать. Для вашей безопасности.

— То есть выйти мы не сможем? — Лекс взял яблоко из корзины с фруктами.

— Нет, — Вран задержался у двери. — В экстренном случае, я приду за вами сам, или пришлю своего помощника.

Сказав это, директор закрыл дверь.

— Отлично. Мы заперты в богатой темнице с лазутчиком Каина, — Кэт покосилась на стоявшего возле окна Светлова.

— Кэт, может хватит? — Лекс грыз яблоко сидя в кресле из красного бархата.

— Что хватит? — Воронова встала. — Это не твою кровь хочет заполучить злодей из параллельного мира, чтобы вызвать демоническое чудовище. А этот собирался ему помочь.

— У Дима были причины, — вмешался Иван. — И довольно веские. Я думаю, не стоит его обвинять во всех грехах. Тем более он признал вину. И помог нам.

— Нет, она права, — Светлов все также стоял лицом к окну. — Я бы тоже не доверял себе, будь я на вашем месте. И я не прошу полного доверия.

— В любом случае, сейчас мы в одной лодке, — Лекс догрыз яблоко и перемещался по комнате в поисках мусорного ведра. — Мы тут под всеми видами защиты. Давайте отдыхать. Все устали. Ночь была тяжелой.

Иван теперь действительно почувствовал смертельную усталость. После ночной вылазки и стычки с Громовым они до утра просидели в лаборатории, размышляя как поступить дальше. Как только прозвенел колокол, они сразу же направились в кабинет директора.

— Да, давайте отдохнем, — Темников устроился на одном из свободных диванчиков. — Сейчас мы уже ничего не сможем сделать.

* * *

Быстро уснуть Иван не смог. Он долго лежал наблюдая, как его друзья устраиваются на отдых. Лекс, заложив обе руки за голову, уснул довольно быстро. Кэт еще долго сидела, уставившись на Дима, но скоро усталость взяла верх и над ней. Она опустила голову на диван и уснула так и не расцепив руки, скрещенные на груди. Светлов уснул сидя в кресле возле окна.

Иван лежал и смотрел в высокий потолок, пытаясь привести мысли в порядок. Они столкнулись с могущественным врагом. Дали ему отпор. Шли по его пятам, но… Теперь они в тупике. Сейчас вся надежда на директора Врана и его опыт и знания.

«Он должен найти способ избавится от Каина», — подумал Иван, перед тем как его веки сомкнулись, и он погрузился в сон.

Колючий холод пронизывал его. Каждый вдох обжигал легкие ледяными иглами. Снег хрустел под сапогами, но не белый, а серый, словно пепел, выпавший из потухшего неба. Каменистая равнина тянулась до горизонта, сливаясь с тяжелой пеленой тумана. Где—то вдали, в этой мертвой белизне, чернело пятно — озеро. Вода не шевелилась, не дышала, лишь поглощала свет, как дыра в самом дне мира.

Иван шагнул ближе. Снег внезапно сменился голым камнем, скользким от инея. Он сделал несколько шагов.

«Сюда..»

Он слышал этот шепот, зовущий его. Чей это голос? Иван не мог понять.

Еще несколько шагов. Неподвижная гладь озера стала ближе.

Темников сделал еще шаг и увидел ее.

Кэт лежала на камне, запрокинув голову. Снежинки таяли на ее ресницах, а из разрезанного горла струилась кровь — яркая, алая, несовместимая с этим местом. Она растекалась по камням, но не замерзала, будто живая.

— Кэт... — голос Ивана сорвался в никуда, съежился от холода.

Он сделал шаг, тело девушки дрогнуло и рассыпалось в пепел, унесенный внезапным ветром. На камне осталось лишь пятно, темное, как вода в неподвижном озере.

За спиной хлюпнуло.

Иван повернулся.

Лекс. Он лежал в луже крови, такой густой, что казалось она застыла от этого нестерпимого холода. Его пальцы судорожно впились в камень, глаза, широкие от ужаса, смотрели сквозь Ивана.

— Лекс! — Иван рванулся к нему, но ноги вдруг стали ватными. Каждый шаг давался как через толщу смолы. Руки протянулись, почти касаясь куртки Лекса...

Тело друга расплылось, превратилось в кровавый туман.

Тишина сдавила виски.

Он снова услышал.

«Ближе..»

Шепот лился из самой глубины озера, обвиваясь вокруг сознания холодными щупальцами. Иван повернулся. Руки... Почему руки красные? Кровь стекала по пальцам, капала на снег, и каждая капля шипела, оставляя дымящиеся язвы.

Он подошел вплотную к озеру. Черная гладь оказалась твердой, как стекло. Посреди него, в двух шагах от берега, стоял Дим. Связанный, с кляпом во рту. Глаза — два белых круга ужаса. Он балансировал на поверхности, словно на льду, но под ногами не было ничего, кроме тьмы.

— Держись! — закричал Иван, шагнув вперед.

Нога провалилась. Не в воду — в пустоту. Он рухнул вниз, ударившись лицом. Это не вода. Это зеркало. Черное, холодное, бесконечное. Иван всмотрелся в свое отражение. Его глаза вспыхнули серебром.

Иван поднял голову.

Позади связанного Светлова стоял он. Костяная маска, слившаяся с черепом. Плащ из вороньих перьев, шелестящий, как тысячи крыльев. В руке — нож из осколка Ока Абсолюта.

— Посмотри, Иван, — голос Каина прозвучал сразу везде: в ушах, в костях, в самой крови. — Это твой выбор.

Нож взметнулся.

Кровь из горла Светлова брызнула на водное зеркало, и Иван закричал. Кричал, пока черное стекло не треснуло, не разорвалось в клочья, и он...

...упал на пол, в поту, с горлом, сжатым ледяной рукой.

— Эй, ты чего? — Лекс бросился к Ивану. — Что с тобой?

Иван лежал на полу и не мог дышать. Собственной рукой он сжимал себе горло. Его сознание не хотело возвращаться в реальность. Перед его глазами стоял связанный Светлов, а из открытой раны на его горле хлыстала кровь.

Кэт достала из своей сумки пузырек с коричневой жидкостью, открыла и сунула Темникову под нос.

Никакой реакции.

— Черт, он не дышит! — закричала она. — Лекс разожми ему руку!

— Я пытаюсь, но не могу! Она как каменная!

— Отойдите! — Дим сел рядом с Иваном и взял его за руку, сжимающую горло.

Кэт и Лекс отошли от них. Светлов закрыл глаза и зашептал что-то едва слышно. Его руку начали опутывать тени. Тонкие змейки ползли сквозь его пальцы, обвивали запястье. Вот они уже переползли на синеющее лицо Темникова, пролезли в его ноздри и открытый рот.

Иван разжал пальцы. Глубокий вдох, смешанный с криком — и вот он уже тяжело кашляет, перевернувшись лицом вниз.

Светлов сидел рядом и тяжело дышал. Его бледное лицо покрылось испариной. Тени исчезли.

Иван приподнялся и привалился спиной к креслу. Его лицо начало приходить в норму: синий оттенок исчез с губ, бледность начала сменяться нездоровым румянцем.

— Опять видение? — спросил Лекс.

— Да, — глухо ответил Иван. — Нам нужно выбираться отсюда.

— Что ты видел? — Кэт протянула Ивану стакан воды.

— Кое-что очень плохое. Оставаться здесь опасно.

— Как мы отсюда выйдем? — Лекс начал ходить по комнате. — Нас заперли и открыть дверь мы не сможем.

— Не может быть, чтобы из императорских покоев не было тайного выхода! — Темников поднялся, но ноги не слушались, и он упал в кресло. — Нужно искать!

Все начали ходить по комнате и обследовать стены. Иван смог подняться и нетвердым шагом направился к двери, ведущей из гостиной в Зал приемов. Дверь была заперта. Темников попытался толкнуть ее плечом — бесполезно. Он посмотрел на свою ладонь.

«Ты же ключ, — подумал он. — Может ты способен открывать все двери?»

Иван сосредоточился на шраме. Он мысленно отдал ему приказ активироваться. Внезапно шрам-ключ покраснел, будто загоревшись огнем.

— Ну что ж, попробуем, — Иван занес руку чтобы приложить к двери.

Звон колокола раздался за окнами. Иван обернулся и его шрам погас.

— Что это? — Лекс замер, слушая непрерывный звон колокола. — Сейчас же ночь. Рано еще поднимать всех на занятия.

— Это не утренний подъем, — Кэт быстро подошла к окну. — Это тревога.

* * *

Все ринулись к окнам. Свет магических кристаллов-светильников, расставленных по комнате, отбрасывал дрожащие тени на стены. Иван прижал ладонь к холодному стеклу окна, за которым бушевала ночь. От его дыхания поверхность стекла запотела, но он не отводил взгляд.

— Они повсюду… — прошептала Кэт, вцепившись в подоконник.

Сначала казалось, что стены академии плавятся. Темные потоки выползали из трещин в камне, как смола, принимая формы чудовищ с длинными когтистыми пальцами и пустыми глазницами. Тени издавали звуки похожие на шепот или шипения, а их движения были резкими и прерывистыми.

В центре двора старый магистр Морвен размахивал своим посохом с кристальным черепом на вершине. Он кричал что-то, пока бестелесные темные чудовища кружили в воздухе над всей территорией Академии. Вдалеке виднелся другой преподаватель, который метал в тени огненные кнуты. Пламя выжигало из них куски, но не останавливало их. Они набросились стаей, обвив его ноги, и потянули к земле.

— Нет! — Лекс ударил кулаком в стекло, когда одна из теней вонзила сумрачный коготь в плечо Морвена.

Старый маг упал на колени. Череп—кристалл на его посохе мерцал так ярко, что, глядя на этот свет, у Ивана зарябило в глазах. Лежа на земле, Морвен продолжал выкрикивать заклинания, пытаясь взять тени под контроль, но все было тщетно. Громадная тень протянула к нему свое щупальце, обхватило сухое тело магистра и, подняв на высоту нескольких этажей, бросило вниз.

Иван увидел, как Морвен поднял голову и потянулся к своему посоху, но сил ему не хватило. Его голова безжизненно упала, а череп-кристалл, померцав, погас.

Из центрального входа общежития хлынула толпа студентов. Они бежали к главным воротам, но тени опережали их. Черные щупальца хватали за щиколотки, руки, обвивались вокруг горла. По воздуху метались беспорядочные магические атаки: вихревые потоки, столбы пламени, каменные глыбы.

Девушка в синем плаще упала, и мгновение спустя волна тьмы подняла ее в воздух. Она кричала так сильно, что казалось кроме ее крика вокруг ничего нет, хотя кричали все. Тень, удерживающая ее в воздухе, растаяла, и девушка полетела вниз. Ее крик оборвался, как порванная струна, в ту секунду, когда она коснулась земли.

Из окна третьего этажа общежития вылетела рама. Следом за ней с подоконника в воздух сорвался парень. На нем были форменные брюки и рубашка, расстегнутая на груди. Он взмахнул руками, почти как птица, и поток воздуха понес его вверх. Уже через секунду он скрылся из виду.

— Мы должны помочь! — Иван рванулся к двери, но Кэт перегородила путь.

— Ты видел, что они делают! Мы не сможем…

Грохот снаружи заглушил ее слова. Маги-преподаватели собрались в круг, их руки светились рунами защиты. Серебряный купол вспыхнул над ними, отталкивая тени, но черные щупальца уже ползли по барьеру, как паразиты.

— Должно получиться, — Лекс сжимал в руке одну из своих грант. — Они же справятся? Столько опытных магов!

Тени облепили купол. Преподаватели хором запели заклинание и начали медленно и синхронно поднимать руки. Края купола начали подниматься и загибаться вверх, превращая его в чашу.

— Они хотят заточить их в сферу! — догадалась Кэт.

Внезапно одна из теней вырвалась из захлопывающегося шара и приблизилась к их окну. Пустые глазницы уставились прямо на Ивана. Она подлетела ближе и ее пасть растянулась в беззвучном рыке.

— Отойди! — Лекс привел в действие кристалл-гранату и швырнул в стекло.

Окно разбилось, и тень отпрянула, зашипев от внезапной и яркой вспышки света.

— Что ты делаешь? — заорал Светлов и ринулся к противоположной стене.

Тень застыла в воздухе, но через секунду разделилась на пять силуэтов. И все они ринулись в разбитое окно.

Кэт оттащила Ивана от проема. Тени врезались в тонкую, почти невидимую серебряную сетку.

«Щит Аргента», — вспомнил Иван, глядя, как тончайшая паутина начинает сжигать прорывающиеся внутрь тени. Они издавали крики больше похожие на визг, тянули свои щупальца сквозь просветы в сетке, но Темников понял, что им не прорваться.

Лекс указал на входную дверь.

Тени пытались просочиться под дверью. Воздух наполнился запахом горелой кожи и металла. Где-то вдалеке раздался звук рушащегося здания, и звон колокола прокатился.

Лекс схватил еще один кристалл.

— Свет! Они боятся света!

Он выкрикнул заклинание, и кристалл вспыхнул ослепительным лучом. Лекс направил его на дверь. Тени завизжали, втягивая свои щупальца в узкую щель у пола.

— Этого хватит на минуту, не больше, — сказал Лекс. — У меня больше нет кристаллов!

За окном прервалось монотонное пение заклинания магами-преподавателями. Иван подбежал к окну. Магистр Волжинский, преподаватель магии ветра, рухнул на колени. Цепь, созданная магами, прервалась и серебряный купол треснул. Тени хлынули из него, их крики смешались с ревом толпы студентов, бегущей прочь из разрушающейся Академии.

Кэт прижалась к стене, ее голос дрожал:

— Они не остановятся.

Но Темников уже не слушал. Он смотрел, как тень, похожая на гигантского паука с лицом человека, подползает к их окну по стене.

— Назад! — закричал Иван, но тень уже была в комнате.

Глава 14

Тень заползла в комнату, ее щупальца, словно черные змеи, извивались в воздухе. Лицо-маска, искаженное пародией на человеческие черты, уставилось на Ивана пустыми глазницами. Холодный ветер, которого не должно было быть в закрытом помещении, рванул со стороны окна. Свет погас.

— Не двигайтесь! — прошипела тень голосом, похожим на скрежет железа по стеклу.

Иван попытался шагнуть вперед, но ноги будто вросли в пол. Тень выбросила в его сторону щупальце. Оно обвило его грудь и толкнуло в сторону, прижав к стене. Иван почувствовал холод и его дыхание перехватило.

— Ты... ключ... — тень склонилась к его лицу. Из пасти капала черная смола, оставляя дымящиеся ожоги на полу.

Кэт закричала, и рванулась в сторону. Тень выпустила еще одно щупальце и схватило Воронову за шею. Она билась, пытаясь царапать тень ногтями, но пальцы проходили сквозь тьму, как сквозь дым.

Светлов сполз по стене на пол и закрыл голову руками.

— Свет! Нужен свет! — Лекс метнулся к разбитому окну, пытаясь схватить осколки кристалла, но тень ударила его щупальцем, словно хлыстом. Орлов рухнул на колени, кровь проступила на рукаве.

Щупальце вокруг груди Ивана сжалось сильнее. В ушах зазвучал шепот: «Сдайся...»

— Нет! — Иван впился пальцами в щупальце. Кожа задымилась, но боль придала ясности. «Арран... помоги!»

Шрам на его руке вспыхнул алым. Тень взвыла, отдернув щупальце, будто обожглась.

— Держись! — крикнул Лекс, и подняв с пола осколок кристалла, швырнул его в чудовище.

Светящийся камень вонзился в маску. Тень завизжала, ее форма затрепетала, как пламя на ветру. Но этого было мало. Она росла, заполняя комнату, щупальца били в стены, вырывая куски камня.

Входная дверь с треском распахнулась.

— Хватит!

Голос прокатился, как удар грома. Директор Вран стоял на пороге, его плащ развевался в незримом вихре. В руке он держал посох с черным шаром, внутри которого клубились молнии.

— Аннулир. Ветрас. Кель-Тор. — каждое слово Врана вспыхивало в воздухе руной.

Тень рванулась к нему, но посох ударил о пол. Волна силы сбила чудовище с ног, пригвоздив к центру комнаты. Маска треснула, из щелей хлынул свет — ослепительно-белый, режущий глаза.

— Ты не принадлежишь этому миру. — Вран поднял руку, и молнии из посоха оплели тень, стягивая в узел. — Возвращайся в бездну.

Тень взорвалась. Черные ошметки разлетелись по комнате, превращаясь в пепел, а свет из маски сгустился в сияющую точку и — исчез с хлопком.

Наступила тишина.

Лекс тяжело дышал, прижимая окровавленную руку. Кэт, бледная как мел, сползла по стене на пол. Дим продолжал сидеть, закрыв голову руками. Иван стоял, все еще прижатый к камню, шрам на руке медленно гас.

— Вам повезло, что я успел. — Вран повертел посох, молнии угасли. — Тени очень сильны. Они ищут слабые места... и скоро их найдут.

Он бросил взгляд на разбитое окно, где снаружи все еще слышались крики.

— Но Академия еще не пала, — директор поправил на носу очки в серебряной оправе. — Скорее за мной.

Директор зашагал к двери, ведущей в следующий зал. Коснувшись ее он прошептал что—то. Раздался щелчок, будто бы какой—то замок открылся. Вран резко толкнул дверь. Она распахнулась, открывая вид на круглую комнату с картой империи на полу.

Все последовали за ним. Кэт дрожащими пальцами потрогала шею — там остались черные полосы, как от ожогов.

В зале было темно. Вран щелкнул пальцами и над ними зажегся кристалл—светильник.

Иван огляделся, пытаясь понять, что находится в зале, но луч был настолько ярким, что пресекал любую возможность разглядеть что—то сквозь темноту.

Очки Врана блеснули.

— Тени пришли не за Академией. Они пришли за вами. — Он обернулся, его голос звучал спокойно, но в глубине глаз мерцало что-то тяжелое. — Сколько бы мы не отбивали эту атаку, думаю они не остановятся, пока не получат вас, Темников и Воронова.

Кэт вздрогнула, черные полосы на шее пульсировали. Лекс стиснул зубы, но промолчал.

— Но я не торговец детьми, — Вран резко повернулся. — Поэтому мы сделаем иначе.

Он достал из складок плаща предмет, завернутый в темную ткань. Развернув ее, он показал кристалл в форме слезы, внутри которого клубился туман.

— Это Сердце Павшей Звезды. Легенда гласит, что это осколок звезды, упавшей в бездну между мирами. Тогда, во время Ночи Падающих Звезд, граница между мирами была сохранена. Этот артефакт может сковать врата... на время. — Вран протянул кристалл Ивану. — Но для ритуала нужны четыре стороны света.

Он указал на каждого по очереди:

— Темников — Север, носитель шрама-ключа. Твоя кровь свяжет врата. Воронова — Восток, ветер, что развеет тьму. Орлов — Запад, алхимия, что обратит магию вспять. Светлов — Юг... — Вран замолчал, глядя на Дмитрия, который стоял в тени. — Жертва, что заплатит цену.

Дмитрий кивнул, не поднимая глаз.

— Ты должен погрузить кристалл в воду, позволив шраму «сшить» границы миров. — Продолжил директор, обращаясь к Ивану. — Воронова, вы прочитаете заклинание ветра. Оно рассеет тени, которые попытаются помешать.

Директор протянул Кэт клочок бумаги, исписанный мелким почерком.

— Орлов, вы смешаете эти компоненты с водой, — Лексу директор протянул небольшой мешок. — Они создадут барьер против магии.

Лекс кивнул.

— А вы Светлов, — Вран протянул ему тонкий кинжал. — Должны будете отдать что-то в качестве платы за временный мир.

Дим испуганно посмотрел на директора.

— Что я должен буду отдать?

— Это не кровавый ритуал, Светлов, — голос директора стал резким. — Пряди ваших волос будет достаточно.

Светлов кивнул и принял кинжал.

— Ритуал даст нам месяц. Не больше, — продолжал директор. — Но это время...

— А Камнев? — вдруг спросил Иван. — Где он?

— Камнева я не нашел сегодня в Академии, — директор Вран снова поправил очки. — Его не было на занятиях, а его кабинет сгорел. Видимо он поджег его, когда сбегал, чтобы скрыть улики. Камнев понял, что его могут раскрыть и тогда против него будут все могущественные маги. Или почти все. Это нападение — его последний шанс.

Вран поднял посох, и шар на его вершине снова заполнился молниями. Искры побежали по трещинам на полу, складываясь в символы. Воздух завибрировал и завыл, как раненый зверь.

— Портал откроется недалеко от озера. Идите. О вас будет около часа, чтобы добраться до места и провести ритуал. Это время мы здесь продержимся. А дальше…

Воздух перед ними начал плавиться, образуя арку из синего пламени. Иван взглянул сквозь портал. Заснеженная земля. Большие серые валуны. И пронизывающий холодный ветер. Шрам на его ладони кольнул.

— Как мы вернемся? — спросила Кэт, сжимая Сердце Павшей Звезды в дрожащих руках.

— Если выживете — врата сами приведут вас обратно, — Вран повернулся к двери. — А теперь... бегите.

Лекс шагнул первым, его плащ взметнулся в вихре энергии. Иван последовал, чувствуя, как шрам на руке жжет в такт пульсации портала. Кэт потянула за собой Дмитрия, но он остановился на пороге.

— Директор... а вы?

Вран не обернулся. Его тень на стене дрожала, удлиняясь, будто пытаясь вырваться.

— Я задержу их. Чтобы вы успели. — Он помолчал немного, а затем добавил. — Не провалите свою миссию, Светлов.

Лекс первым шагнул сквозь подрагивающую пелену портала. Кэт убрала в сумку Сердце павшей Звезды и последовала за ним.

— Давай, Дим, — сказал Иван Светлову и коснулся его плеча.

Светлов посмотрел на него, Ивану показалось, что Дим испуган.

— Ты в порядке? — спросил Темников. — Нам нужно спешить. Сейчас нет времени на раздумья.

— Да, — Дим кивнул. — Идем.

Светлов шагнул в портал. Иван обернулся. Директор Вран стоял у двери. Они кивнули друг другу и Темников сделал шаг.

* * *

Портал сомкнулся за ними с глухим хлопком, оставив в воздухе запах озона и пепла.

Они оказались в пустоши, где время, казалось, застыло вместе с ландшафтом. Каменистая равнина простиралась до горизонта, усеянная валунами, похожими на окаменевших исполинов. Ветер, пробирающий до костей, выл между камней, поднимая вихри колючего снега и пригибая к земле редкие тонкие ели.

— Куда нам идти? — Лекс пытался закрыть лицо от летящего снега.

— Туда? — Кэт показала рукой в нужную сторону. Она достала из сумки шарф и обмотала им шею.

И они двинулись в путь.

Каждый шаг отзывался болью в промерзших конечностях, а воздух был таким холодным, что ресницы покрывались инеем за считанные секунды.

Иван шел впереди, вглядываясь в серую пелену метели. Его плащ хлопал на ветру, как крылья раненой птицы. Шрам на ладони ныл, будто в него впились ледяные иглы. Он пытался сосредоточиться на ритуале, но мысли уплывали куда-то далеко.

Лекс, прижимая раненую руку к груди, проклинал каждый камень, о который спотыкался. Его пальцы посинели от холода, а губы дрожали, сдерживая стон.

— Не могли найти место для Врат в более теплом месте! — крикнул он, едва перекрывая вой ветра. —Может укроемся на время вон там? — Он кивнул на темный провал меж двух валунов впереди. — Иван нам костер разожжет, погреемся.

— У нас нет времени на шутки, — Кэт, шагавшая следом, даже не улыбнулась. Ее пальцы нервно перебирали ремень сумки, где лежал артефакт. Сердце Павшей Звезды излучало холод, проникающий сквозь ткань. Казалось, кристалл впитывал тепло всего вокруг, оставляя лишь ледяное онемение. Отметины на шее горели, как раскаленные нити, и она ловила себя на мысли, что черные полосы медленно ползут вверх, к вискам.

— Не останавливаемся, — бросил Иван через плечо, даже не замедляя шаг. — Вран дал нам час, не больше.

— Час до чего? — проворчал Лекс, сплевывая снег, налипший на губы. — До превращения в ледяные статуи?

Дмитрий шел позади всех, его шаги были неровными, будто он двигался сквозь сон. Время от времени он останавливался, прислушиваясь к чему-то, чего не слышали остальные. Его глаза блуждали по горизонту, а губы что-то беззвучно шептали.

Кэт обернулась, заметив, что он снова отстал.

— Светлов! Иди быстрее!

Он вздрогнул, словно ее голос вырвал его из глубокого сна, и ускорил шаги, но через минуту снова замедлился. Его рука дрожала, сжимая рукоять кинжала.

— С ним что-то не так, — тихо сказала Кэт, нагоняя Ивана. — Он будто... не здесь.

Иван кивнул, бросая взгляд на Дмитрия. Тот остановился у огромного валуна, покрытого коричневым мхом, и начал водить пальцами по его поверхности. Его губы двигались беззвучно.

— Эй, Светлов! — Лекс швырнул в него комок снега. — Перестань шептаться с камнями, а то решим, что ты с ними заодно!

Дмитрий медленно повернул голову. Его взгляд был пустым.

— Они здесь... — прошептал он. — Они смотрят.

— Кто? — нахмурился Иван, но Светлов уже шел дальше, будто не слыша вопроса.

Дорога становилась все опаснее. Камни, покрытые льдом, скользили под ногами, а ветер усиливался, сбивая с ног. Однажды Лекс едва удержался на краю расщелины, скрытой под снегом. Его крик потонул в реве стихии, но Иван успел схватить его за ворот мундира, прежде чем тот рухнул вниз.

— Спасибо... — Лекс выругался, впиваясь пальцами в камень. — Надеюсь, Вран действительно знает, как вернуть нас обратно. Иначе я приду к нему в виде призрака и буду нашептывать в ухо целую вечность!

Кэт, шагая за ними, заметила странное: снег под ее ногами иногда чернел, словно пропитываясь тенью. Она хотела сказать остальным, но артефакт в сумке вдруг дрогнул, и ее язык будто онемел. «Он чувствует приближение озера», — подумала она, сжимая сумку сильнее.

Через полчаса пути показалось озеро. Черная гладь лежала неподвижно, как зеркало, брошенное в бездну. Вокруг него торчали громадные глыбы льда. Чем ближе они приближались к озеру, тем тише становился ветер, но холод пробирал глубже, до самых костей.

— Там, — Иван указал на каменную плиту у воды, покрытую мхом и древними письменами. — Место ритуала.

Дмитрий вдруг остановился как вкопанный. Его тело затряслось, а глаза расширились от ужаса.

— Не... не надо... — прохрипел он, отступая назад. — Она не хочет...

— Кто не хочет? — резко обернулась Кэт, но Светлов замер, уставившись на озеро.

Лекс схватил его за плечо:

— Соберись, дружище! Мы тут все не в восторге, но выбора нет.

Дмитрий вздрогнул и вырвался, его пальцы впились в собственные ладони.

— Они здесь... — пробормотал он, глядя на воду. — Везде...

Иван подошел к плите, игнорируя его. Он достал нож, чтобы вырезать руны для ритуала, но лезвие соскользнуло с замерзшего камня.

— Кэт, артефакт. Пора.

Она развязала сумку, и достала кристалл «Сердца». Синий свет заструился по ее пальцам, отбрасывая мерцающие блики на черную воду. Внезапно озеро вздохнуло — тяжелый, низкий гул, от которого задрожали камни под ногами.

— Что, уже начинается? — Лекс неуверенно засмеялся, но смех оборвался, когда он заметил движение у края озера.

Между кристаллов проползла тень, быстрая и бесформенная. Потом еще одна. Они не нападали, лишь следили, прячась за валунами.

— Иван... — Кэт протянула артефакт, но ее рука дрожала. — Может, проверим еще раз схему ритуала?

Он взял кристалл, чувствуя, как холод проникает в кости. Шрам на руке вспыхнул алым, и озеро ответило — вода подернулась рябью, как будто что-то огромное шевельнулось на дне.

— Нет времени. Начинаем.

Дмитрий, стоявший в стороне, вдруг резко вскинул голову. Его глаза казались безумными.

— Она просит... остановиться... — прошептал он, но ветер унес слова прочь.

* * *

Холодный ветер выл, словно оплакивая кого-то. Озеро Черный Глаз лежало перед ними, его вода, черная как смола, не пропускала через себя ни одного ни одного луча света. Над ним висело свинцовое небо, лишенное солнца.

Иван сжимал в руках «Сердце Павшей Звезды», кристалл пульсировал в такт его собственному сердцу, будто пытаясь вырваться. Он подошел к прите у воды и положил артефакт на нее. Кэт, дрожа от холода, чертила защитные руны на замерзшей земле. Лекс раскладывала на каменной плите компоненты ритуала: береста с рунами Ирбиса, отражающая тьму, кость, взятая с могильного кургана, пропитанная силой предков, кристалл льда из озера, замерзшего после колокольного звона, способный заглушить тьму и земля, взятая из следа, оставленного волком. Раненую руку Орлова сковал иней, но он игнорировал боль, стиснув зубы.

Дмитрий стоял в стороне. Его пальцы нервно перебирали рукоять кинжала, глаза метались от озера к артефакту. Ветер будто шептал ему что-то на ухо.

— Дим! — резко окликнул его Иван, прерывая тягостное молчание. — Твоя очередь.

Дмитрий вздрогнул, словно его вырвали из кошмара. Он медленно подошел к плите, его шаги были тяжелыми, будто каждый шаг давался через силу. Лед под ногами трещал, как кости древних существ, погребенных под озером.

— Сначала кровь… — пробормотал он, не глядя на Ивана. — Они… требуют крови.

— Мы все сделаем по плану, — Кэт протянула ему серебряный стилет, лезвие которого было покрыто рунами жертвоприношения. — Прядь волос. Только прядь, помнишь?

Дмитрий взял нож, переданный ему Враном, но вместо того, чтобы отрезать волосы, провел лезвием по ладони. Кровь, густая и темная, капнула на плиту. Руны вспыхнули алым светом, осветив его лицо, искаженное внутренней борьбой.

— Что ты делаешь?! — Иван рванулся к нему, но было поздно.

Светлов схватил артефакт, лежащий на ритуальной плите. Сердце Павшей Звезды в его руках исказилось — кристалл почернел, покрылся паутиной трещин, из которых сочился дым, пахнущий серой и гнилью. Воздух вокруг него завихрился, снег начал таять, превращаясь в черные капли, которые застывали в воздухе, словно время замедлилось.

— Они обещали… что она будет жить… — проговорил он, и его голос звучал неестественно, будто из глотки говорили двое: один — отчаянный, другой — холодный и чуждый.

Кэт взмахнула руками, пытаясь выпустить магический импульс, но энергия рассыпалась, поглощенная тьмой артефакта. Светлов произнес что-то на древнем незнакомом языке, от которого задрожали камни под ногами. Сердце Павшей Звезды взорвалось вспышкой черного света, и пространство вокруг героев исказилось.

Иван почувствовал, как его тело сковало невидимыми цепями. Мышцы одеревенели, дыхание перехватило. Он пытался крикнуть, но язык прилип к небу. Кэт застыла в полуповороте, ее глаза расширились от ужаса — черные полосы на шее пульсировали, как змеи, сжимая горло. Лекс, застигнутый в движении, рухнул на колени.

Только Светлов двигался свободно. Его тень, отброшенная светом артефакта, растянулась, превратившись в гибрид человека и чудовища — с рогами, когтями и пустыми глазницами, пожиравшими свет.

— Спасибо, Дмитрий, — раздался голос, исходящий из самой тьмы. — Ты оказался куда полезнее, чем я мог надеяться.

Светлов поднял артефакт над головой. Черный кристалл раскололся с грохотом, выпустив вихрь теней. Они сплелись в спираль, разрывая ткань реальности. Воздух загудел, земля затряслась, а озеро Черный Глаз забурлило, словно в его глубинах проснулось нечто чудовищное.

Портал, кроваво-красный и пульсирующий, развернулся над землей. Его края были обрамлены переплетенными костями и шипами из черного льда, а в центре клубилась масса теней, принимавших формы скрюченных тел, лиц с беззубыми ртами и рук, цепляющихся за края разлома. Из бездны портала вышли двое.

Магистр Камнев ступил на замерзшую землю первым. Его мантия, расшитая золотыми змеями, которые извивались, словно живые, не колыхалась на ветру — казалось, сама тьма соткала ее. Лицо, обезображенное шрамами, искривилось в усмешке. Следом за ним появился Глеб Громов. Его глаза горели лихорадочным блеском, а в руках он держал арбалет.

— Прекрасное место для могилы? — Камнев провел рукой по воздуху, и путы, сковывавшие героев, ослабли, позволив им двигаться, но не бежать.

Иван рухнул на колени, едва ловя дыхание. Шрам на его руке горел, как раскаленное железо.

— Предатель… — прохрипел он, глядя на Светлова.

Тот стоял, опустив голову. Артефакт в его руках теперь напоминал кинжал с лезвием изо льда, испещренным рунами, которые светились ядовито—зеленым.

— Он не предатель, — Камнев подошел к Дмитрию, положив руку ему на плечо. — Он спаситель. Его сестра… да, Дмитрий? Она дышит. Она ждет, когда мы освободим ее. Как и мой сын.

Светлов вздрогнул. Его пальцы сжали кинжал так, что побелели костяшки.

— Я… не мог иначе… — выдавил он, но в голосе не было уверенности. — Все это время она говорила со мной. Просила спасти ее. Освободить. Она говорила мне, что вы навсегда отправите ее в небытие. Я не мог допустить этого. Я должен был искупить вину.

— Дурак! Это иллюзия! — закричала Кэт. — С тобой говорил он! Он обманул тебя!

— Я исполнил обещание, — Камнев повернулся к озеру. — Твоя сестра жива. Но чтобы она оставалась такой… тебе нужно закончить начатое.

Громов засмеялся, грубо толкнув Лекса ногой. Тот упал на лед, с трудом поднимаясь на дрожащие руки.

— Ваш ритуал — детские шалости, — сказал он. — Мы откроем врата по-настоящему. Ключ, мост и жертва… Все в сборе.

Иван попытался встать, но Камнев взмахнул пальцами. Невидимая сила придавила Темникова к земле, выжимая из легких последний воздух.

— Не торопись, Темников. Ты важен… как ключ.

Кэт, все еще скованная остатками чар, пыталась поймать взгляд Светлова. Ее голос дрожал, смешиваясь с ревом ветра:

— Дим, не слушай его! Он использует тебя! Она уже мертва!

Но Светлов не смотрел на нее. Он подошел к краю озера, поднял кинжал—артефакт. Лезвие вонзилось в лед с глухим стуком. Черная вода взорвалась гейзерами тьмы, взметнувшись к небу. Из глубин поднялись массивные арки из черного камня. Их поверхность была покрыта резными рунами, которые светятся тускло-синим светом. Над центральным проемом шириной в три человеческих роста виднеется символ — круг с черным глазом в центре, обведенный спиралями, похожими на трещины. Проход был закрыт полупрозрачной пеленой, похожей на мутное стекло. Каждую секунду с той стороны барьера, будто из пустоты, к нему подступали плохо различимые силуэты.

Они будто кричали. Их рты растягивались в немом вопле, но здесь, с этой стороны их не было слышно.

Иван почувствовал, как шрам на руке вспыхнул адской болью.

«Арран, ты слышишь меня? — мысленно обратился он к страннику, чья душа была заключена в его теле. — Где ты? Ты не можешь сейчас ничего не делать! Я не чувствую тебя, как будто ты прячешься в тени. Мне не справится с этим одному!

Тьма уже на пороге. Видишь? Ты говорил, что мы должны помешать этому. Но где ты теперь, когда так нужен?

Они открывают врата, Арран. Я вижу их — те глаза в темноте. Они вырвутся наружу, как черви из гниющего яблока. И если ты не встанешь сейчас… если ты позволишь ему… это будет конец.

Помнишь лабиринт? Ты дал мне силу тогда. Сделай это снова.

Пробуждайся, Арран. Или мы оба умрем в этой проклятой тьме».

Арран молчал. Шрам на ладони Ивана вспыхнул, как огонь. Он закричал, и этот крик, полный ярости и отчаяния, разбил остатки чар, сковавших его.

— Нет!

Он рванулся вперед, но Глеб Громов выстрелил из арбалета. Стальная стрела впилась Ивану в плечо. Кровь брызнула на снег.

Камнев рассмеялся. Его смех эхом разнесся над озером, отражаясь от скал, как звон погребального колокола.

— Благодарю за помощь, дети. Ваши смерти станут кирпичиками в новом мире.

Глава 15

Воздух над озером сгустился, словно сама тьма решила обрести плоть. Сумрачные Врата, еще недавно лишь тревожащие память, теперь пульсировали багровым светом. Их очертания дрожали, как натянутая струна. Каждый удар невидимого сердца заставлял землю под ногами героев трескаться, а воду вскипать черными пузырями.

Тени пришли первыми.

Они ползали по мутной границе портала, как пауки из прорванного кокона. Одни из них были бесформенными, а другие напоминали людские, но их тела были вытянутыми, пальцы слишком длинными. Темников видел их рты, растянутые в немом крике.

— Двигайтесь… — Лекс хрипел и бил себя по бедрам. Ноги не слушались.

Иван попытался рвануться вперед, но что—то сдавило грудь. Невидимые тиски. Шрам на его руке вспыхнул, и боль пронзила мозг, как раскаленный гвоздь. Он увидел, как Камнев поднял руки к небу, его тень растянулась.

— Приди, Повелитель! — голос мага гремел, заглушая вой ветра. — Мир готов принять тебя!

Портал взорвался вспышкой алого. К границе портала, медленно, словно продавливая реальность, приближался громадный силуэт.

Темников попытался рассмотреть его: спина, покрытая буграми, шипастые руки, заканчивающиеся когтями. Лицо скрывала маска из живого пламени, но глаза… глаза были бездонными колодцами, куда проваливался взгляд. Каждый шаг демона оставлял на земле трещины, из которых сочился дым с запахом горелой плоти. Но пока он был вне пределов этого мира.

— Мастер… — голос Камнева звучал, будто усиленный. — Я звал. И ты пришел.

Камнев замер в глубоком поклоне, но улыбка не сходила с его губ.

— Великий Астарот. Этот мир гниет. Его правители слабы, магия — игрушка в руках детей. — Он указал на лежащих на земле. — Их страх… их кровь… станут мостом для твоего величия.

Иван попытался крикнуть, но язык словно прилип к небу. Шрам жег, будто пытаясь вырваться из его ладони. Кэт металась взглядом между демоном и Камневым. Лекс, стиснув зубы, пытался шевельнуть хотя бы пальцем, но в его ноги будто вонзили копья и пригвоздили к земле.

— Зачем? — выдохнул Иван, и это слово, сорвавшееся сквозь силу, заставило Астарота повернуться в его сторону.

Пламя маски вспыхнуло ярче. Демон засмеялся, и звук этот заставил лопнуть лед у берега.

— Он хочет стать богом. — голос демона звучал как скрежет тысяч мечей. — А боги… нуждаются в жертвах.

Камнев выпрямился, его глаза горели безумием.

— Эти дураки верили, что спасут мир. Но мир не нуждается в спасении — он нуждается в перерождении!

Он шагнул к порталу, и тени замерли, будто в ожидании приказа.

— Я открою Врата. Астарот сожжет империю, а я… я буду тем, кто поднимет новый порядок из пепла!

Астарот протянул коготь к границе портала:

— Ты забыл о цене, человек.

— Цена будет заплачена! — маг вскинул руку.

Светлов стоял на краю озера, его силуэт дрожал в мерцающем свете портала. Его лицо было бледным, глаза — пустыми, словно кто-то выжег из них душу. Мундир ученика Академии Святогора, всегда безупречно выглаженный, сейчас висел на нем, словно это были изорванные лохмотья. Дим стоял неподвижно и смотрел на Врата, которые сейчас удерживали демоническое создания от прихода в этит мир.

Из мрака за спиной Светлова выползли тени — тонкие, как паутина, и липкие, как смола. Они обвили его ноги, поднялись по груди, впиваясь в кожу черными жалами. Светлов застонал, но не от боли, а словно вспомнил что—то ужасное.

— Дим! — крикнула Кэт, но ее голос утонул в шуме ветра и реве демонов за границей портала.

Тени сомкнулись, подняв Светлова над водой. Он завис в воздухе, как марионетка, с вывернутыми руками и неестественно склоненной головой.

Камнев шагнул к нему. В руках он держал кинжал — тот самый, сделанный из осколка Ока Абсолюта. Тем самым, которым он убил сестру Дима. Лезвие кинжала искрилось ядовито—зеленым светом.

— Он был слаб. Как и вы, — маг провел пальцем по лезвию, и нож сверкнул.

Иван рванулся вперед, но тени схватили его за ноги.

— Прекратите! — закричал он. — Он же просто ребенок!

— Он — расходный материал, — Камнев подошел к Светлову. Щупальца поднесли тело ближе, обнажив шею. — Но его смерть будет красивой. Посмотрите.

Кэт закричала, пытаясь вырваться, но тени вцепилась в волосы и прижали к земле.

Светлов медленно повернул голову и посмотрел на Воронову. Его губы дрогнули:

— Прости…

Нож взметнулся.

Кровь хлынула из разрезанного горла — не алая, а черная, густая, как нефть. Она стекала в озеро, и вода встрепенулась. Черная гладь забурлила, выпуская пузыри.

Сумрачные Врата задрожали. Костяные столбы покрылись трещинами, из которых сочился алый свет. Воздух наполнился ревом — низким, вибрационным, будто сама земля стонала. На той стороне портала, в дымке, снова проступил силуэт Астарота. Его очертания мерцали, как мираж.

— Жертва принята… — прозвучал голос демона.

Иван поднял голову. Из раны на плече сочилась струйка крови, а шрам на его ладони пылал. Но теперь боль была иной — будто что-то цеплялось к нему изнутри, пытаясь вырваться.

— Ты должен помочь — прошептал Иван, а Каменев повернулся к порталу, поднимая окровавленный нож.

— Приди, Повелитель! Их страх — твой пир!

Астарот протянул когтистую лапу. Реальность вокруг Врат начала крошиться, как сухая глина. Но демон не переступал границу — еще нет. Он ждал, пока последние цепи, сдерживающие врата, не лопнут.

Иван почувствовал, как земля уходит из-под ног. Светлов… мертв? Мысли путались, боль от шрама сливалась с ужасом. Он видел, как Кэт плакала, но слезы замерзали на ее щеках. Видел, как Лекс пытался вырваться, но тени сжимали его горло.

— Теперь… начнем, — Каменев взмахнул руками.

Астарот шагнул вперед. Тени за его спиной завыли в экстазе, обретая форму — солдат с клинками из костей, чудовищ с пастями до земли.

— Нет… — прошептал Иван, но его голос потерялся в демоническом рыке.

Сознание его поплыло, и тьма накрыла его, словно саван.

* * *

Иван открыл глаза.

Тишина.

Она обволакивала, как теплое одеяло, заглушая память о боли, криках, реве демонов с той стороны портала. Он лежал на спине, чувствуя под собой не холод мерзлой земли, а что-то мягкое — мох, бархатистый и влажный, будто только что омытый дождем. Воздух был густым, наполненным ароматами. Яркий свет лился сверху, но небо... небо было невидимым, словно пространство здесь существовало вне времени.

Темников поднялся, и его босые ноги погрузились в ковер из серебристого лишайника, мерцающего, как россыпь звезд. Иван огляделся вокруг. Место напоминало сад. Деревья с корой цвета золота тянули к невидимому небу свои ветви, усеянные листьями. На ветвях виднелись цветы — гигантские, с лепестками, переливающимися всеми оттенками синего. Их сердцевины пульсировали, словно крошечные сердца.

Между деревьев пролегала тропинка, вдоль которой были расставлены белые светящиеся камни. Иван пошел вперед, осторожно ступая по мягкой траве и влажному мху. Каждый камень, когда Иван приближался к нему, начинал светиться ярче.

Темников шел вперед, тропа уводила его глубже в чащу.

Иван вышел на просторную опушку. На ее противоположной стороне он увидел фигуру человека, который поднял вверх руку, призывая Темникова подойти. Иван подошел ближе.

Арран стоял у каменной скамьи, обвитой плющом. Он был... другим. Не тенью в сознании, не эхом в кошмарах. Человеком. Высоким, почти двухметровым, с плечами, которые несли тяжесть веков. Его лицо было изрезано шрамами. Волосы — белые, как снег — спадали на плащ из тонкой белой ткани.

— Где мы? — спросил Иван. Его голос звучал эхом.

— Между. — Арран коснулся цветка ближайшего дерева. Поверхность дрогнула, превратившись в стаю бабочек с крыльями из голубого пламени. Насекомые кружились вокруг Ивана, оставляя за собой шлейф искр. — Это место вне реальности. Здесь я храню то, что осталось от меня. Воспоминания. Сожаления. Моменты, которые даже Бездна не смогла стереть.

Он указал на тропинку, ведущую вглубь сада. Над ней висели арки, сплетенные из ветвей деревьев. Вдали виднелась дверь из белого дерева, украшенная резьбой в виде спиралей и глаз, будто следящих за Иваном. Над ней висел светильник, меняющий цвет от кроваво—красного до мертвенно-синего.

— Идем. У нас есть время.

Дверь оказалась входом в библиотеку, чьи масштабы заставили Ивана застыть на пороге. Полки из черного мрамора уходили ввысь, теряясь в тумане, который клубился под сводами, похожими на ребра гигантского зверя.

На центральном столе из полированного камня располагалась карта миров — не плоская, а объемная. Иван подошел и начал ее разглядывать.

— Где наш мир? — спросил он.

Арран провел рукой, и карта пришла в движение. Перед Иваном промелькнуло множество городов, стран. Он увидел фигуры людей, сцены сражений.

Карта остановилась. Иван увидел Академию Святогора. Он смотрел на нее, как будто с громадной высоты.

Над Академией висел магический шторм, крошечные фигурки студентов бежали к вратам.

Иван провел рукой, и карта снова начала двигаться. Льды северной части страны. Вот оно. Озеро Черный Глаз пульсировало черным светом, а рядом с ним — микроскопический Иван, лежащий на льду, фигурки его друзей и врагов.

— Это... настоящее? — Темников потянулся к фигурке, но Арран остановил его.

— Не нужно трогать. Здесь каждая деталь — часть баланса.

Они сели напротив друг друга. Стол отражал их лица, как зеркало. Иван заметил, что его отражение было другим — старше, с глазами, в которых горел холодный огонь.

— Зачем я здесь? — спросил он, отводя взгляд.

— Чтобы понять, — Арран достал книгу с полки. Переплет был из кожи, покрытой шрамами, как у него на лице. На обложке — портрет юноши с волосами цвета меди и глазами, как два затмения. — Ты спрашивал, почему я выбрал тебя. Начнем с начала.

* * *

Он открыл страницу. Чернила ожили, поднявшись в воздух, и картина развернулась перед ними.

Древний храм, высеченный в скале. Его стены покрыты фресками с изображением богов с крыльями и звериными мордами. Жрецы в масках с символами стихий на лбах, склонялись перед алтарем. На нем лежал мальчик лет пяти, с рыжими волосами и лицом, искаженным ужасом.

— Это я. — голос Аррана дрогнул. — В начале моего пути меня принесли в жертву богам, чтобы открыть первые Сумрачные Врата. Жрецы верили, что моя кровь, чистая от греха, станет ключом. А мои родители продали меня за обещание вечного урожая.

Картина сдвинулась. Нож жреца вонзился в грудь ребенка. Кровь, ярко—алая, заполнила чашу на алтаре. Но вместо крика раздался смех — высокий, леденящий. Стены храма затрещали, и из трещин полезли щупальца тьмы.

— Я не умер. — Арран провел пальцем по изображению. Ребенок на алтаре открыл глаза — теперь они горели серебром. — Боги... или то, что люди называют богами... переродили меня. Сделали мостом между мирами. Первым Хранителем.

Следующая страница. Арран, уже взрослый, в доспехах и в мантии из ткани. Он стоял перед зеркалом, в котором отражался не он, а существо с рогами, обернутыми цепями, и глазами — бездонными колодцами.

— Моя сила росла. Я учился управлять Вратами, изгонять тени, побеждать древних демонов.

Картина сменилась: Арран с пылающим огнем мечем бьется с ордой существ с клыками и когтями. Города на фоне горели, люди бежали, превращаясь в пепел.

— Много веков я искал людей, которые смогут заменить меня.

Арран перевернул страницу. Иван увидел Каина. Но это была не тень в костяной маске и плаще. Это был юноша с глазами, полными голода. Он стоял на коленях перед Арраном, держа в руках свиток.

— Каин был моим учеником. Умным, жадным до знаний. Я видел в нем себя... и потому прощал его ошибки. Каин должен был заменить меня. Я учил его всему. И вначале он был хорошим человеком. Он хотел спасти человечество от болезней, и я научил его ритуалу перерождения. Но я не знал, что это извратит его...

Страница снова перевернулась: Каин в темном подвале, окруженный телами детей. Он вонзал кинжал в грудь мальчика.

— Он убил своего сына, чтобы обрести вечную жизнь. Он предпочел стать бестелесной тенью, чтобы проникать во все миры. Когда ему удалось это, Каин решил стать властелином вселенной. Он раз за разом пытался открыть врата и разрушить их, чтобы стереть границы между мирами. Мы стали заклятыми врагами. Много веков мне удавалось помешать ему. Но однажды...

Картина перед глазами Ивана снова сменилась. Арран с мечом в руках, сражающийся с тенями. Они жалят его, но он продолжает биться. И вот он обессиленный лежит, прислонившись к алтарю, в центре которого холодным блеском переливается кристалл. Иван узнал его. Это Око Абсолюты. Вот над обессиленным Арраном возникает тень Каина: костяная маска, плащ из вороньих перьев. Черным клинком он пронзает Око. Он разлетается на осколки, а Арран исчезает.

— Он убил меня. Но смерть для Хранителя — не конец. Я стал духом. Я начал скитался между мирами, искал тело, которое выдержит мою суть...

Арран закрыл книгу. Его голос стал тише:

— Все, кто пытался стать сосудом, сгорали. Их души разрывались, как пергамент в огне. Пока я не нашел тебя.

— Почему я? — Иван сжал кулаки. Его ладони вспотели, хотя в библиотеке было прохладно.

— Ты — потомок Святослава Темникова. — Арран достал медальон с изображением ворона с ключом в лапах. — Он был другом. Одним из тех, кто помогал мне защищать границу между мирами. В каждом мире есть свой Страж. Темниковы были как раз из них. Только при участии Стража можно открыть врата. И только Страж может их закрыть.

Арран снова открыл книгу. Перед глазами Ивана появилась новая сцена. Молодой человек в форме Двора Теней, чем-то отдаленно похожий на самого Ивана, стоял перед Сумрачными Вратами. Иван узнал это место. Академия Святогора. Немного другие постройки, но это точно была она.

— Это твой прадед, Святослав, — сказал Арран. — Он был моим преданным союзником. В ту ночь, когда звезды выстроились на небе в узор, напоминающий арку. Это была одна из тех ночей, когда граница наиболее уязвима. Врата появились на территории Академии Святогора. И Каин решил этим воспользоваться. Ты знаешь, что случилось тогда?

— Нет, — ответил Иван. — Я знаю только, что после этого наш род прокляли.

— Тогда смотри, — сказал Арран и перед Иваном разыгралась сцена того, что произошло больше века назад.

Иван увидел, как Святослав Темников держит в руках исписанный рунами меч, почти такой же, как у Аррана. Его руки дрожали, но не от страха. От ярости. Врата содрогались. С той стороны сквозь незримую границу пытались прорваться толпы теней. Небо трещало по швам — алые полосы на нем мерцали, словно раны. Звезды падали, оставляя за собой шлейфы пепла.

Святослав начал ритуал. Его голос, мощный и низкий, сливался с ревом ветра. Меч вспыхнул, и лучи света поднялись вверх, сплетая сеть из древних рун.

Иван увидел, что Святослав был не один. За его спиной стояло множество учеников в форме Академии. Они образовали множество кругов силы. Их молодые голоса подхватили напев заклинания, и сотни нитей магии поднимались в небо, сплетаясь в единый щит.

— Святослав сумел убедить многих в опасности и необходимости запечатать врата, — тихо сказал Арран. — И многие пошли за ним. Но Каин предвидел это.

Иван продолжал смотреть.

Они пришли, как тараканы из щелей. В масках воронов и черных плащах. Среди них Иван разглядел его. Костяная маска и плащ из вороньих перьев.

Каин.

Один их Черных Воронов ударил посохом в землю. Кристаллы защиты треснули.

— Предатели! — закричал Святослав, но его слова утонули в грохоте.

Черные Вороны влили в ритуал искаженную магию. Их заклинания, темные и вязкие, как деготь, поползли по щиту, превращая руны в язвы. Каин смеялся:

— Ты проиграл, Страж.

Звезды начали падать быстрее. Одна из них врезалась в западное крыло Академии. Каменные грифоны рухнули, давя учеников. Крики… Девочка в синем плаще пыталась закрыться от падающей каменной глыбы.

Святослав в ярости повернул меч против Черных Воронов. Свет ударил в их круг, испепеляя трех магов, но цена была страшной. Щит над Академией дрогнул. Тени, появившиеся из мрака, ворвались в толпу учеников. Святослав бросился на них, рассекая клинком демонов, но их было слишком много. Ученики, не обученные бою, гибли как мухи. Один мальчик метнул в тварь огненный шар, но она увернулась, а затем разорвала его пополам.

— Я пришел слишком поздно, — Арран провел рукой, и сцена кровавой бойни исчезла. — Я направил всю его силу Ока Абсолюта против Каина и его приспешников. Земля разверзлась, поглотив Черных Воронов и половину Академии. Демоны рассыпались в прах. Врата закрылись.

Арран помолчал.

— Но, когда дым рассеялся, выжившие увидели лишь руины и трупы. А потом был Совет.

Арран снова перевернул страницу и перед взором Ивана появилась новая сцена из прошлого. Большой зал и множество людей в мундирах и мантиях, сидящие полукругом. В самом центре возвышался трон, на котором, как понял Иван, восседал сам император.

— Они назвали его безумцем. — продолжил Арран. — Обвинили в связях с врагами Империи. Роду Темниковых за «преступную гордыню» объявили опалу. Никто не поверил, что Черные Вороны действовали по воле Каина. Легче было поверить в предательство. Черных Воронов объявили вне закона и запретили любые упоминания о них. Но Каин получил то, что хотел: раздор, страх, семя для будущего хаоса. Упавшие звезды принесли в Империю большие разрушения. Погибло много людей. Годы спустя память о той ночь начала стираться. Но все помнили, что ваш род принес эти разрушения.

Арран задумался.

— Потомки рода Темниковых продолжали пользоваться привилегиями дворянства и обучаться магии, — снова заговорил он, — пока десять лет назад, твой отец, Гордей, снова не предотвратил прорыв ценой собственной жизни. Тогда Император приказал лишить ваш род всего имущества, а тебя оставили в качестве слуги в собственном доме. Гордей уже не мог сопротивляться Каину. Многие годы Каин пытался завладеть его разумом и у него почти получилось. Твой отец не видел другой возможности прервать ритуал открытия Врат, кроме как убить себя.

Иван посмотрел на Аррана.

— Поэтому он приказал мне принять яд, как только Врата начнут открываться вновь.

— Да. Он знал, что ребенок не сможет сопротивляться и поддастся воле Каина. Поэтому в тот день ты принял яд. Но это открыло для меня возможность переместиться в твое тело.

— Но почему Каин не завладел моим сознанием раньше?

— О искал, — ответил Арран. — Искал новую точку открытия Врат. Искал сообщников. Он готовился к твоему появлению, ожидая легкой прогулки. Он не учел того, что ему предстоит снова столкнуться со мной.

— Твой разум он не может контролировать?

— Нет. Как и твой. В этом и был его просчет.

— Так я всего лишь инструмент? — Иван встал из-за стола.

— Нет. — Арран поднялся следом. — Ты — шанс. Я не смог остановить Каина тогда, но сейчас ты можешь исправить это.

Он внимательно посмотрел на Ивана.

— Твой шрам — не проклятие. Это печать, которую я поставил, чтобы защитить тебя. Она блокирует силу Око Абсолюта, пока ты не будешь готов.

— Готов к чему?

— Стать Хранителем, — Арран коснулся его руки. Шрам вспыхнул золотым светом, и Иван увидел...

Он увидел реку из света, текущую сквозь миры. Существ, похожих на богов, сплетающих из этого света реальности. Аррана, сражающегося с тенью.

— Если ты примешь мою суть, мы сможем победить Каина. Но... — Арран отпустил его руку. Видение исчезло.

— Но?

— Ты перестанешь быть тем, кем являешься сейчас. — В голосе Аррана прозвучала горечь. — Твоя душа сольется с моей. Ты увидишь то, что сломало многих: бесконечность миров, голод Пустоты, сны забытых богов. Ты будешь помнить все, что произошло с этим множеством миров. Все, что помню я. Каждого, кого потерял... Но вместе с этим, ты получишь всю мою силу.

— Я перестану быть собой?

— Нет, — Арран с грустью посмотрел на Ивана. — Мое время подошло к концу. Я прожил очень долгую жизнь. Я одержал множество побед. Посмотри сколько шрамов на моем лице. Но одну битву я проиграл.

Арран помолчал и продолжил.

— Ты достоин стать Хранителем, Иван. Я передам тебе все, что знаю. А сам, отправлюсь на покой.

— Ты оставишь меня? Но, если я не справлюсь? — Пальцы Ивана дрожали. — Если Каин победит, и граница между мирами сотрется? Если Вселенную захватят демоны?

— Я верю в тебя Иван, — Арран подошел к полке с книгами. — Подойди. Посмотри на это.

Иван подошел к полке и взглянул туда, куда указывал Арран. Это была книга. Совсем новая, как будто только что вышедшая с печатного станка. Иван коснулся корешка. На нем было написано: «Иван Темников. Хранитель».

— Тебе не интересно? — сказал Арран с улыбкой. — Возьми ее. Посмотри, что внутри.

Иван вытащил книгу с полки и открыл. Внутри были лишь чистые страницы.

— Что будет с тобой, если я соглашусь? — спросил Темников, не отрывая взгляда от пустых страниц.

— Я стану частью тебя. А ты... — Арран улыбнулся, и в этой улыбке была грусть тысячелетий. — Ты станешь тем, кем должен быть.

Иван почувствовал, как земля под ногами задрожала.

— Что это? — Иван обеспокоенно огляделся.

— К сожалению тебе пора уходить, — сказал Арран. — Каин почувствовал, что ты здесь. Решай Иван. Сейчас.

Глава 16

Иван вынырнул из глубин сознания, будто его вытолкнули на поверхность ледяной воды. Воздух врезался в легкие, обжигая холодом.

Он осмотрелся. Все вокруг бушевало. Холодный ветер носился, поднимая клубы снега в воздух и вновь обрушивая их на землю. Небо стало черным. По нему проходили кроваво-красные полосы, словно порезы от огромного ножа. Сумрачные Врата были охвачены клубами молний. Ужасные тени прилипли к невидимому барьеру, ожидая, когда смогут прорваться в этом мир и устроить свой кровавый пир.

Позади них неподвижно стояла фигура древнего демоны. Иван задержался на его взгляде. Глаза—бездны смотрели на него. Демон ждал.

Иван услышал голос Камнева. Он произносил заклинание на древнем языке, а ветер разносил его голос по всей округе. От этого у Темникова зазвенело в висках.

Глеб Громов стоял у кромки озера. Его лицо было искажено гримасой фанатичной решимости. В руках он сжимал тот самый кинжал — осколок Ока Абсолюта. Лезвие светилось ядовито—зеленым, как глаза голодного хищника.

— Для Нового Мира! — прохрипел Громов и провел клинком по ладони.

Кровь, густая словно растопленная смола, хлынула из раны. Громов сжал кулак и вытянул руку.

Капли его крови упали в озеро, и вода встрепенулась. Черная гладь озера начала светиться. Сначала слабыми всполохами, как далекие молнии, потом ярче — кроваво-алым, пронизанным прожилками тьмы. Вода поднялась столбом, формируя арку над порталом. В ее отражении мелькали очертания города с башнями из костей и реками из лавы. Воздух наполнился воем — то ли ветра, то ли потерянных душ.

Поверхность озера забурлила, выпуская пузыри. Из глубины черной воды поднялись тени, обвивая Громова, как веревки. Он застонал, но не от боли. Это был восторг.

— Жертва принесена! — громогласно прокричал Камнев. — Пришло время построить мост.

Громов припал перед Каменевым на одно колено и сделал поклон.

— Да, учитель, — сказал он. — Время пришло.

Глеб поднялся и направился к Кэт. Девушка лежала на земле, придавленная магическими оковами, но не на секунду не переставала пытаться вырваться.

Громов подошел к Вороновой, убрал арбалет за спину и взял Кэт за руку.

— Пойдем, — сказал он с улыбкой. — Ты же видишь, сопротивляться нет смысла. С тобой все будет в порядке. Нужна только капля твоей крови.

Кэт почувствовала, что ее оковы ослабли. Она вырвалась, ударив локтем Громову в живот, но щупальце тьмы обвило ее шею. Глеб рванулся к ней и схватил за волосы.

— Твоя очередь, Воронова! — он заломил ей руку за спину.

Лекс из последних сил бросился вперед, но Громов успел выхватить арбалет. Выстрел прозвучал глухо. Болт с шипом вонзился Лексу в бедро, и Орлов рухнул, вцепившись пальцами в лед.

— Нет! — крикнула Кэт.

Громов подтащил ее к берегу озера. Держа ее за волосы одной рукой, другой он схватил правую руку Кэт и вытянул ладонью вверх над поверхностью воды. Воронова сжала пальцы в кулак так, что ее костяшки, красные от холода, побелели.

— Ты слишком строптивая, Екатерина Воронова, — Камнев приблизился к ней и заглянул в глаза. — Твои предки были гораздо покладистей. Но твое сопротивление не имеет смысла. Вы уже проиграли. Стой смирно.

Каменев щелкнул пальцами и Кэт будто сковал паралич. Громов отпустил ее, но двигаться она не могла. Камнев провел рукой над ее ладонью, и незримая сила разжала пальцы.

— Глупо было думать, что никчемная кучка детей сможет противостоять мне, — на обезображенном шрамами лице Камнева появилась улыбка. — Ты считаешь себя умной. Но я провел тебя. Все, что вы делали, все, о чем вы узнавали, должно было привести вас сюда. И вы, как безумцы следовали за моей наживкой. И вот ловушка захлопнулась.

Каменев рассмеялся. Кэт стояла неподвижно и по ее щекам катились слезы.

— Хватит лирики, — Камнев повернулся к вратам и продолжил читать заклинание.

Кэт дрожала и продолжала стоять на краю воды.

Внезапно Камнев уже провел клинком по ее ладони.

Ее кровь брызнула в воду. Озеро взревело. Из воды поднялся столб света, а затем сменился черным вихрем, затягивающим в себя осколки льда, камни и даже воздух. В центре воронки возник глаз — гигантский, с вертикальным зрачком, как у змеи.

Кэт рухнула на землю.

Иван поднялся на колени. Шрам на его руке пылал, но теперь боль была иной — ясной, направленной. Она не мучила его. В голове звучал голос Аррана: «Встань. Ты не один».

Темников вдохнул. Воздух пахнул грозой и пеплом. Он встал, не чувствуя веса тела, будто кто-то невидимый вел его.

Иван закрыл глаза. Рукой он нашел висящий на груди медальон. Ворон сжимающий ключ. Иван будто бы увидел лица всех своих предков. Род Темниковых, который всегда стоял на страже спокойствия этого мира. Сколько жертв принесли его предки: прадед, отец, он сам.

Но этого недостаточно. Пока недостаточно.

Иван сделал глубокий вдох. Он почувствовал, как его мышцы наливаются силой. Такой силы он не ощущал никогда. Где-то внутри себя Иван ощутил нечто. Будто что-то раскрылось и теперь по его телу струится энергия. Ее источник был где-то глубоко. Но из него потоки стремились по всему телу, расползались и заполняли каждую клетку.

Темников сжал кулак, и шрам-ключ начал пылать. Огонь становился ярче. Столб огня начал преображаться. В руке Ивана появился клинок — длинный, прямой, с лезвием, словно выкованным из белого огня. Рукоять обвила его ладонь, как живая, а вдоль гарды светились руны, которые он теперь понимал: «Жертва. Память. Искупление».

Иван открыл глаза и шагнул вперед.

* * *

Камнев продолжал громогласно выкрикивать заклинания. Его тело было окутано черным сиянием. Вихрь, круживший над озером, поднимал в воздух камни, вырывал с корнем небольшие деревца. Все вокруг пришло в движение.

Глеб Громов будто замер с арбалетом в руке. Он завороженно смотрел на эту бурю. На его губах застыла зловещая улыбка, а глаза горели безумием. Кэт обессиленно лежала на земле. Она рыдала, прижав к груди кровоточащую ладонь. Лекс, дважды раненый Громовым из арбалета, беспомощно взирал на это со стороны.

Темников медленно шел к Камневу сквозь вихревой поток выставив перед собой горящий меч. Белое пламя прокладывало ему дорогу.

Лекс повернул голову и заметил его.

Иван! — крикнул Орлов.

Темников не услышал его. Но крик Лекса вырвал из оцепенения Громова.

Глеб повернулся к Ивану. В его глазах читалась ярость, а злорадная улыбка превратилась в гримасу.

— Ну что, птенчик, настал твой черед. — левую руку Громова охватило пламя. — Открой Врата добровольно. Или я тебя заставлю.

Иван ничего не ответил. Он продолжал медленно приближаться к Каменеву, который будто не замечал его.

Громов метнул в Ивана поток пламени.

— Огненный шторм! — прорычал он, и следом за заклинанием несколько раз выстрелил в Ивана из арбалета.

Иван поднял руку в направлении Громова и мысленно произнес: «Развей».

Огневой поток, выпущенный Громовым, потух, будто кто—то огромный задул его, как спичку. Арбалетные болты на секунду застыли в воздухе и тут же упали на землю.

Улыбка испарилась с лица Громова.

— Мерзкий выродок! — прошипел Громов. — Сейчас ты узнаешь каково это гореть заживо, как родители этого дурака Орлова!

Глаза Лекса вспыхнули яростью.

— Ублюдок! — закричал Орлов. — Вы ответите за это!

Громов рассмеялся.

— Наивные идиоты! — он бросил арбалет на землю. — Могущество нашего рода всегда было велико. А теперь оно будет безгранично!

Громов расстегнул свой красный мундир Двора Огня и рванул рубашку за воротник, так, что пуговицы разлетелись в стороны. Клеймо. Восемь языков пламени. Печать Договора.

Тело Громова охватили языки черного пламени. Глеб, не отрываясь смотрел на Темникова, пока огненные потоки не сплелись воедино, образовав клинок.

Это было то же заклинание, которое Громов применил против Ивана на занятии в Академии. Но на этот раз клинок был огромным.

— Сейчас ты станешь покорным, выродок! —Глеб взмахнул руками и клинок из черного пламени полетел в Ивана.

Камнев заметил это.

— Что ты делаешь? — прокричал магистр. — Он нужен живым!

Глаза Камнева блестели, как расплавленное серебро. Он зарычал и выбросил поток энергии в сторону Громова.

Темников повернулся к летящему в него огненному клинку. Он не торопился. Нет, время для него не замедлилось. Иван ощущал такую силу и уверенность, которой у него никогда не было. Ему не нужно было вспоминать заклинание, или готовить атаку сгустком магической энергии. Ему не нужно было произносить слова заклинания. Все происходило само собой. Словно он делал так уже миллионы раз. Словно выиграл миллионы магических дуэлей.

Иван выставил перед собой меч. Его белое пламя вспыхнуло ярче, и навстречу клинку Громова полетел поток белого огня. Вспышка света озарила все вокруг.

Темников увидел, как черный огненный клинок превратился в дым, который начал рассеивать ветер. Когда дым исчез, Иван увидел, как Громова сбивает с ног поток энергии.

Глеб упал на землю. Что—то невидимое пригвоздило его и не давало двигаться. Громов брыкался и пытался вырваться, как дикий зверь, попавший в ловушку.

— Это не твоя сила, — голос Камнева оторвал Ивана от наблюдения за бившимся в истерике Громовым.

Иван повернулся. Камнев спокойно стоял в нескольких шагах от него и улыбался. Грубое лицо, обезображенное шрамами, было спокойным.

— Не думал, что мы встретимся снова так быстро, Арран Вейл, — в глазах магистра зажглись серебряные огоньки.

— Его здесь нет, — Иван смотрел ему прямо в глаза. — Здесь только я.

Каменев засмеялся.

— Кто же ты, тщедушный мальчишка?

— Я — Иван Темников. Хранитель ключа. И я верну тебя туда, где твое место — в мир теней. И ты больше никогда не сможешь выбраться оттуда.

Каменев перестал смеяться.

— Тебе не справится с такой силой, мальчишка. Она убьет тебя самого. Оставь это глупое геройство. Открой Врата, и я научу тебя всему. Ты станешь одним из самых могущественных магов. У тебя будет все, что ты пожелаешь. Мы будем вместе управлять этим миром и всеми существующими мирами во Вселенной.

— Ты не могущественный правитель, — ответил Иван. — Ты червь, который прогрызается сердцевину плода и существует за его счет. Ты просто паразит. Бестелесная тень. Я не буду служить тебе. Я уничтожу тебя.

— Ну что ж, — Камнев снова оскалился в улыбке. — Давай попробуем.

Его глаза снова сверкнули серебром. Камнев рванул застежку мантии возле шеи и сбросил ее на землю.

— Посмотри, — Камнев раскинул руки в стороны, — Меня уже не изгнать из этого тела!

Голый по пояс торс Камнева был покрыт множеством черных рун. Черные надписи были как будто живыми. Они перемещались по телу магистра, словно черви создавая все новые и новые руны. Камнев снова засмеялся.

Иван сильнее сжал магический меч, пылающий белым огнем.

Темные тени начали сгущаться вокруг Камнева, готовые поглотить любого, кто осмелится приблизиться.

— Ты не сможешь победить меня, — прошипел Камнев, а его голос эхом разнесся по округе. — Эта магия существует с начала времен. А твоя сила — лишь жалкая имитация. Склонись передо мной!

Иван не ответил. Он сосредоточился, чувствуя, как магия внутри него пульсирует, готовая вырваться наружу. Он поднял меч.

Белый огонь вспыхнул, разрезая воздух, и потоком направился в Камнева, но тот легко уклонился, исчезая в тенях. И в следующий миг он появился позади Ивана, его руки окутались тьмой, готовые нанести смертельный удар.

Иван почувствовал опасность и мгновенно создал магический барьер. Тени ударили в щит, но он выдержал. Иван развернулся и взмахнул мечом, пытаясь нанести ответный удар, но Каин снова исчез.

— Ты не можешь победить тень, Иван, — насмешливо произнес Камнев, его голос звучал словно отовсюду.

Иван закрыл глаза, пытаясь сосредоточится на своей внутренней силе. Он чувствовал, как магия откликается.

«Тень можно победить только светом», — прозвучал голос в его голове.

Иван открыл глаза. В его руке появился светящийся шар. Темников метнул его в сторону, откуда доносился голос Каина.

Шар взорвался, освещая все вокруг ярким светом.

Каин снова появился из теней, но его лицо искажено гримасой боли. Иван понял, что момент упускать нельзя и бросился на Камнева, держа над головой меч. Клинок оставлял за собой след белого огня.

Камнев одним движением, создал теневой щит, но сила Ивана была слишком велика. Щит треснул, и меч прошел сквозь него, оставив глубокую рану на руке магистра.

Но Камнев лишь засмеялся.

— Ты силен, Иван, — сказал он, но его глаза горели ненавистью. — Но этого недостаточно.

Камнев поднял руки, и тени начали собираться вокруг него, превращаясь в огромного зверя.

Чудовище издало громогласный рык раскрыв свою огромную пасть. Глаза зверя запылали огнем, и он бросился на Ивана.

Темников не дрогнул. Он сосредоточился и создал вокруг себя магический барьер, который отразил атаку зверя, а сам поднял меч и нанес мощный удар, разрезая теневого зверя пополам. Зверь исчез, оставив после себя лишь клубы дыма.

Камнев пошатнулся.

Иван почувствовал, что момент настал. Силы врага иссякают.

Темников сконцентрировался, собрал все свои силы и направил ее в меч. Белый огонь вспыхнул ярче, чем когда—либо.

— Это конец, Каин, — произнес Иван, его голос был полон решимости.

Он бросился вперед. Бег никогда не давался ему так легко. Всего секунда и он приблизился к Камневу.

Иван поймал его взгляд. В глазах магистра появился страх, но в то же время Темникову показалось, что вслед за страхом в этих глазах промелькнуло облегчение.

Иван сделал последний рывок. Его меч пронзил грудь врага. Камнев закричал от боли.

Время словно замедлилось. Белый огонь, окутывающий клинок, вспыхнул ярче, освещая лицо Камнева, искаженное болью и ненавистью. В следующий миг из его тела начала вырываться тень, сгущаясь и принимая форму.

Иван узнал ее. Плащ из вороньих перьев, костяная маска с пустыми глазницами, в которых мерцали серебристые огоньки, полные злобы и жажды мести.

Тень Каина, освободившись от тела Камнева, возвышалась над полем битвы. Плащ развевался, создавая иллюзию, будто сама ночь ожила и явилась, чтобы поглотить все живое.

Иван стоял, не отрывая взгляда от тени, его меч все еще пылал белым огнем. Он чувствовал, как магия внутри него пульсирует, готовая к последнему, решающему удару. Тень Каина, казалось, насмехалась над ним, ее глаза сверкали, обещая новые испытания и битвы.

— Ты не победил меня, — прошептал Каин, его голос эхом разнесся по полю. — Я вернусь...

Тень начала таять, ее плащ рассыпался на мелкие частицы, которые растворились в воздухе.

Тело Камнева, освободившись от контроля, рухнуло на холодную землю. Его дыхание стало прерывистым, а глаза, полные боли и усталости, устремились к небу.

Иван опустился на колени рядом с ним, чувствуя, как холод земли проникает сквозь одежду. Каменев слабо поднял руку.

— Иван... — прошептал Камнев, его голос был едва слышен. — Я... я не хотел этого...

Иван наклонился, чтобы лучше слышать его слова. В глазах Камнева он увидел не злобу, а глубокую печаль и раскаяние.

— Я всего лишь хотел спасти сына, —голос Камнева дрожал. — Но он обманул меня.

Иван молчал.

— Теперь я свободен, — прошептал Камнев, его глаза начали тускнеть. — Спасибо тебе, Иван.

Камнев закрыл глаза, и его дыхание прекратилось. Иван положил руку на плечо магистра, словно пытаясь удержать его в этом мире, но было уже слишком поздно.

Раздался нечеловеческий рев. Иван почувствовал, как магическая энергия вокруг него начала меняться. Воздух наполнился трепетом. Сумрачные Врата мерцали, их края были окутаны мраком, а за ними виднелись бесчисленные тени, которые яростно метались, пытаясь прорваться на эту сторону.

Иван чувствовал, как магия ключа пульсирует, готовая защитить мир от прорыва теней. Врата начали дрожать, их контуры стали размытыми, словно они начали исчезать.

Тени за невидимой границей пришли в ярость. Они бились о барьер, их крики и вопли эхом разносились по полю битвы. Иван видел, как тени отчаянно пытаются найти хоть малейшую брешь, но все их попытки были тщетны.

Среди этого хаоса возвышался силуэт демона Астарота. Он молчал, взгляд его бездонных был устремлен прямо на Ивана.

Иван смотрел на демона, чувствуя, как его сердце замирает от напряжения. Но Каин был побежден, и Врата начали исчезать. Их контуры становились все более размытыми. Тени за ними начали меркнуть, их крики и вопли становились все тише. Астарот все еще стоял, его взгляд не отрывался от Ивана. И вдруг, когда Врата почти исчезли, демон медленно кивнул, словно признавая поражение.

В следующий миг Врата растворились в воздухе, оставив после себя лишь пустоту. Крики стихли, и вокруг воцарилась тишина.

Иван почувствовал, как напряжение начало покидать его тело. Он опустил меч, его белый огонь постепенно угасал, оставляя после себя лишь легкое мерцание. В этот момент он услышал шорох позади себя и обернулся.

На земле, недалеко от него, лежал Глеб Громов. Его лицо было искажено страхом и ужасом. Глеб начал медленно пятиться назад, его движения были неловкими и судорожными.

— Глеб, — окликнул его Иван. — Я не причиню тебе вреда.

Но Громов не слушал. Его глаза метались из стороны в сторону. Вдруг, его руки начали светиться ярким огнем. Он сосредоточился, и перед ним начал формироваться портал, окутанный пламенем. Громов бросил последний взгляд на Ивана, его глаза были полны отчаяния и страха. Он шагнул в портал.

* * *

Кэт сидела на берегу озера и сжимала порезанную ладонь. По ее щекам Кэт катились слезы. Лекс неуклюже поднялся, и хромая подошел к ней.

— Ну все, Кэт. Все закончилось. У нас получилось.

Иван подошел к ним.

В плече и в бедре Лекса торчали арбалетные болты. Иван взялся за болт, засевший в плече, и резко дернул. Лекс застонал от боли. Темников потянулся к ноге друга, но Лекс запротестовал.

— Нет! Я лучше сам.

Орлов ухватился за короткий деревянный стержень с красным оперением, торчавший из его ноги, зажмурился и резко выдернул.

— Нужно перевязать, — Кэт принялась искать свою сумку, но не найдя ее, оторвала кусок ткани от своего плаща и принялась перевязывать раны Лекса.

Темников встал и огляделся. На берегу озера лежали два мертвых тела. Профессор Каменев, который еще несколько минут назад был сильным мужчиной иссох прямо на глазах. Видимо жизнь в старом магистре поддерживала вера в то, что он сможет вернуть к жизни сына. Он лежал лицом вверх. Его глаза были открыты и смотрели в серое морозное небо.

Иван подошел к нему, посмотрел в его лицо и рукой закрыл ему глаза.

Чуть поодаль лицом вниз лежал Дмитрий. Его худое тело было наполовину погружено в воду.

«Они оба надеялись вернуть то, что потеряли безвозвратно, — подумал Иван. — Их обоих обманули».

— Холодно, — Кэт закуталась в свой разорванный плащ.

— Надо возвращаться, — Лекс попытался встать. — Иван, раз уж ты теперь такой сильный маг, ты случайно не можешь открыть портал и вытащить нас отсюда?

— Да, пора уходить, — Иван подошел к кромке воды и поднял светящуюся голубым кристальную каплю. — Но сначала закончим то, зачем пришли.

Кэт подняла на него глаза.

— Ты хочешь провести ритуал?

— Да.

— Но нас теперь только трое, — Лекс сумел подняться, опершись на здоровую руку. — Нужен еще один. Жертва. Помнишь?

— Он уже принес свою жертву, — Иван бросил взгляд на тело Дмитрия.

Еще какое—то время они, дрожа от холода искали на берегу разбросанные компоненты, которые принесли для ритуала. Лекс смешал их, а Кэт заверила, что запомнила заклинание. Когда все было готово Иван посмотрел на свою ладонь. Шрам-ключ начал светиться. Боль уже не было. Теперь ключ стал с ним одним целым.

Иван погрузил Сердце Павшей Звезды в воду озера. Черная гладь стала голубой.

Кэт начала произносить заклинание. Поднявшийся ветер поднял рябь на поверхности воды.

Лекс вылил эликсир в воду. Волны поднялись со всех четырех сторон озера и устремились к центру. Сомкнувшись воедино, они образовали фонтан, который ударил потоком воды так высоко, что никто не смог разглядеть, где его вершина.

Иван снова посмотрел на свою руку, опустился на колено и приложил ладонь к воде.

Поток водопадом рухнул с неба обратно в озеро. Все затихло.

Начало смеркаться.

Серые тучи расступились и над своей головой друзья увидели звезды, которые отразились своим белым мерцанием в спокойной озерной воде.

— Теперь здесь совсем не жутко, — сказал Лекс. — Мне тут даже нравится.

— Да, — Кэт кивнула. — Спокойное место.

Иван сосредоточился и провел рукой по воздуху. Воздух свернулся, приобретая форму эллипса.

— Нам пора, — сказал он. — Нужно только сделать еще кое-что.

Темников подошел к телу Светлова. Иван поднял обе руки и невидимый поток воздуха подхватил Дмитрия и понес к центру озера. Там тело мягко опустилось на воду.

— Теперь идем.

Кэт и Лекс медленно зашагали к порталу. Воронова все время пыталась поддерживать хромающего Орлова, но тот то и дело отказывался, показывая, что справится сам. Иван пошел за ними следом. Лекс первым исчез в портале. Чуть погода за ним последовала Кэт.

Подойдя к призрачной границе, Иван обернулся. Тело Дмитрия, спокойно лежавшее на поверхности воды, начало медленно погружаться.

Темников дождался, пока юный маг-целитель полностью скрылся под водой, и сделал шаг в портал.

* * *

Директор Вран стоял возле окна своего кабинета и наблюдал, как во дворе множество учеников и преподавателей устраняли последствия нападения. Маги камня собирали обломки разрушенных стен и отправляют их на место. Маги огня плавят металл, заделывая трещины. Маги верта потоками воздуха убирают мусор и грязь, а маги теней укрепляют постройки защитными рунами и заклинаниями.

Только колокол, который каждое утро будил учеников, ознаменовывая своим звоном начало нового дня, лежал разбитым в центре площади.

— Вы знаете, — Вран неожиданно заговорил. — Я приказал не убирать и не восстанавливать колокол.

— Почему? — Темников сидел за столом. Перед ним стояла чашка с чаем, но Иван к ней не притронулся.

— Хочу оставить его, как напоминание, — Вран отошел от окна и занял место в своем кресле директора. — Вчера погибло восемь учеников академии. И два преподавателя.

— Три, — поправил его Иван.

— Да, вы правы, — Вран поправил очки. — Тело магистра Камнева доставили сегодня утром. Я не стану предавать огласке то, что произошло. Официально – магистр Камнев погиб вчера, защищая Академию Святогора от нападения.

Иван кивнул.

— Я надеюсь вы, Иван, понимаете, что раскрыть всю правду будет неразумно. Надеюсь, что вы сохраните этот секрет. Как и ваши друзья. Кстати, как они?

— Они уже в порядке, — ответил Иван. — Им оказали помощь. Они сейчас отдыхают.

— Это хорошо, — Вран налил себе в чашку чай. — Вам тоже нужно отдохнуть. Вы совершили… — Вран помедлил, глядя на Темникова. — Подвиг.

Иван молчал.

— Я думаю вы заслуживаете награды, — продолжал директор. — Всю информацию о произошедшем и о вас с передал Императорской канцелярии. Как вы понимаете, от них я не мог ничего скрыть.

— Понимаю, — Иван встал. — Награды мне не нужны. Я могу идти?

— Можете, — директор Вран снова поправил очки на переносице и внимательно посмотрел на Темникова. — Что вы планируете делать дальше? Насколько я знаю, есть высочайшее решение вернуть вам титул, имущество и все привилегии.

— Я бы хотел продолжить обучение в Академии, — ответил Иван. — Конечно, если это возможно.

Директор Вран помолчал.

— Да, конечно. — директор встал и протянул Ивану руку. — Ступайте, Темников.

Иван развернулся и зашагал к двери.

— Кстати, Иван, — Вран окликнул его, когда Темников уже схватился за ручку двери.

— Да.

— Когда это повторится снова, что вы намерены делать?

Иван не ожидал такого вопроса.

— Почему вы думаете, что это должно повториться?

— Я давно живу, Темников, — директор Вран встал и снова поправил очки в тонкой серебряной оправе. — Такие могущественные сущности не отступают просто так. Или вы действительно думаете, что это конец?

— Нет, — ответил Иван, глядя на директора. – Это только начало.

© Павел Стрельцов, 2025 год.