Темный Ловец. Том третий

Глава 1

Ух-х, ну и страхолюдина…

Массивная голова, заросшая седыми космами вперемежку с лиловыми пульсирующими шишками, клонилась к земле – ее веса явно было много для неестественно длинной и тонкой шеи. Мутные глаза навыкате, уродливый бугор носа, скошенная влево нижняя челюсть. Лицевые мышцы беспрестанно сокращались, отчего казалось, что эта жуть, замершая в каких-то пятнадцати метрах от меня, все время гримасничает.

Вот она в ярости.

Вот удивлена.

Вот напугана.

Вот…

Верхние конечности – невероятно худые, каждая с дополнительным суставом – с трудом удерживали горбатое туловище с буро-розовой, будто бы обожженной кожей. На впалой груди темнели язвы, истекающие чем-то густым и полупрозрачным. Выпирающий живот то и дело вздрагивал. Создавалось впечатление, что внутри находится нечто живое, отчаянно стремящееся наружу.

Ног у чудовища не было. Их заменяло переплетение десятка длинных студенистых щупалец, которые оставляли на земле жирный и мерзко пахнущий след.

Но самое главное – тварь была огромна. Выше меня как минимум вдвое. А уж насколько она сильна, я боялся даже представить.

То, что сейчас находилось передо мной, определенно не было обычным обитателем мертвого межмирового пространства. Это нечто уникальное. Одна лишь его способность общаться со мной чего стоит…

Интересно, может, у меня получится договориться с этим существом? Драться сейчас, когда я истощен практически до предела, да еще и с совершенно незнакомым и непредсказуемым противником… Черт, да меня от одной мысли о такой перспективе мутить начинает. Да еще и Зов шибает по мозгам так, что в глазах чуть ли не двоится.

– Н-не бойс-с-са. Др-ратьс-с не нуж-ж-ш… Будем гов-вори-ить.

За пару мгновений до того, как чудовище произнесло все это, мой мозг словно обожгло. Не сильно, но ощутимо. Такое иногда бывает, когда становишься объектом изучения для ментального мага.

Очень могущественного ментального мага.

– Да-а… – существо вновь отозвалось на мои мысли. – Ка-ас-с-сание раз-зума. Оно по-омогло… наладить с-свя-а-аз-зь.

Договорив, оно неожиданно согнулось, затряслось и захрипело. Раздутый живот стал колыхаться еще сильнее, глаза вспыхнули алым светом.

Твою мать… Это еще что?..

Я выставил защиту, тут же заработав головокружение. Перед глазами замелькали десятки черных точек, и мне очень захотелось блевануть.

Твою ж налево… В таком состоянии я точно не боец. И как быть, если этот уродливый обитатель заброшенного карьера все же решит применить силу?

– Н-не пр-рименю-у… – прекратив трястись, отозвался тот. – С-силы поч-ч-шти нет. На ис-схо-оде. Поэт-том-му нуж-ж-ш-шно успеть. Рас-сказ-за-ать…

Следующие два с лишним часа оказались очень непростыми. Да, это существо говорило на одном со мной языке, но – с огромным трудом. Вдобавок некоторые формулировки были очень странными, и мне приходилось переспрашивать, чтобы понять, что именно мой собеседник имел в виду. Причем иной раз не единожды. Плюс время от времени ему становилось особенно плохо. Он вновь начинал хрипеть и дрожать, едва удерживая тело в вертикальном положении. В трясущемся брюхе монстра что-то урчало, а слизь из язв на груди начинала сочиться еще сильнее.

В такие моменты мне казалось, что это существо вот-вот умрет, но нет: раз за разом оно приходило в себя и делилось со мной очередной каплей информации.

Да-да, именно так. За время нашего разговора я узнал совсем немного. Однако ценность услышанного была невероятной.

Существо звали Сэввом, и у него был старший брат – Тэммр. То самое чудовище, скрывавшееся в летающей дымной сфере, что едва меня не прикончило.

Когда-то давно братья были людьми. И магами: Сэвв биомантом и менталистом, Тэммр – техномантом. Оба обладали впечатляющими способностями, а потому их дар был востребован во многих уголках Джао – небольшого королевства, в котором братья родились и выросли.

Последние месяцы перед «пиром серых божеств, исписанных кровью» они работали здесь, на месторождении альбарума – редкого и ценного минерала. Тэммр при помощи магии управлял летающими машинами, транспортирующими горную массу, а Сэвв подпитывал его своей силой.

«Пир серых божеств, исписанных кровью» наступил в самый обычный рабочий день, теплый и солнечный. Именно тогда мир, в котором жили Сэвв, Тэммр и еще миллиарды людей и других существ, попросту… умер. Точнее – погиб. А все живые организмы претерпели множество мучительных трансформаций и в итоге превратились в чудовищ.

Хуже всего пришлось тем, кто обладал магией. Не исключено, что они меняются до сих пор. Во всяком случае, с Сэввом и Тэммром все происходит именно так, поскольку братья были очень сильными магами.

Карьер стал их новым домом. Первое время братья питались другими работниками, которые также превратились в монстров, но гораздо более слабых. Потом переключились на изменившихся обитателей окрестностей – тех, кого я нарек Птиценогами, Клювоглавами, Бабл-Гамами и так далее. Тварей вокруг было немало, к тому же большинство из них научились размножаться.

Так Сэвв и Тэммр продолжали жить. Вернее – существовать, мучаясь и меняясь как физически, так и ментально. Мой собеседник не знал, сколько именно продолжается эта пытка. Возможно, десятилетия. Возможно – уже века. Мутации изменили сознание Сэвва, но не настолько, как у Тэммра, и все благодаря дару ментального мага, которым он обладал. Именно эти способности позволили Сэвву проникнуть ко мне в голову и изучить мой язык и часть воспоминаний.

Помимо этого «пир серых божеств, исписанных кровью» создал между братьями прочную связь. Они стали чувствовать друг друга и могли общаться без слов – образами. Долгое время это им помогало, но теперь, когда я убил Тэммра, Сэвв тоже не сможет больше жить.

Был ли он зол на меня за произошедшее? Нет. Сэвв понимал, что во время боя с Тэммром, который со временем окончательно превратился в безумного хищника, я всего лишь защищался. И вдобавок он был очень удивлен тем, что в мире, искалеченном «пиром серых божеств, исписанных кровью», вдруг появился кто-то… нормальный. Да еще способный справиться с таким могущественным противником, как Тэммр. Ну и главное: я прекратил мучения одного брата, скоро прекратит страдать и второй. И он был этому очень рад.

Последние минуты разговора получились самыми тяжелыми. Сэвву становилось все хуже. Он больше не мог удерживать вес тела на руках и лег на землю, борясь за каждый вдох. Затем его начало рвать. Тем не менее, напоследок я получил очень дельный совет.

Если я хочу узнать о гибели этого мира больше, то должен попасть в Сильгурм – столицу Джао. И добраться до дворца правителя – короля Пэттра. Он был самым сильным магом королевства, а потому велика вероятность, что он тоже до сих пор жив и сохранил разум. Хотя бы частично.

Карьер, ставший для Сэвва и Тэммра тюрьмой, расположен всего в пятнадцати тысячах шагов от Сильгурма. И к нему ведет дорога: она начинается там, где я видел каменные постройки, трубы и металлоконструкции. По словам Сэвва, раньше это был завод, на котором кристаллы альбарума отделяли от пустой породы.

Это было последнее, что сообщил мой невероятный собеседник перед тем, как умереть.

В нем оказалось огромное количество жизненной энергии, и она принесла мне двойную пользу. Во-первых, я перешел на очередную ступень в ранге мастера. Во-вторых – справился с истощением. Разумеется, не полностью, но, по крайней мере, сил хватало на то, чтобы встать и заняться делами.

Перво-наперво я достал из вещмешка инструменты и занялся разделкой Сэвва. За всю свою жизнь Темного Ловца я кромсал чудовищ сотни раз и делал это без какого-либо душевного трепета. Но сейчас все было иначе. Мысли о том, что передо мной не просто очередная тварь Темных Угодий, а бывший человек, роем назойливых мух гудели в голове и мешали сосредоточиться.

Тем не менее, с задачей я справился. Многое из искалеченной утробы Сэвва превратилось в «полуфабрикаты». На все про все ушло не меньше трех часов, и еще столько же я потратил, чтобы препарировать Тэммра. Далее настало время для не менее сложной задачи – подъема по ступенчатому склону карьера.

С-сука, даже вспоминать не хочу, насколько это оказалось тяжко. Когда я наконец выполз из гигантской ямы, то чувствовал себя поганее, чем даже в самые тошнотные дни процедуры инициации. Дурнота, дичайшая мигрень, адская боль в мышцах, жажда… И полное нежелание шевелиться.

Однако, провалявшись пару минут, я заставил себя подняться – на четвереньки. Затем вновь окунулся в содержимое вещмешка, достал парочку собственноручно изготовленных эликсиров. Не обращая внимания на бунтующий желудок, принял оба, и довольно скоро почувствовал себя более-менее сносно.

Созданная Тэммром стена пламени превратила часть леса в пепелище. Ни деревьев, ни тем более призванных измененным магом тварей, которых я убил в самом начале боя. Жаль, конечно – как-никак, а «полуфабрикаты» никогда лишними не бывают, – но уж это я как-нибудь переживу. Сейчас самое главное – благополучно вернуться на Землю. У меня не осталось ни патронов, ни запаса магии в артефактах, да и собственных сил мало. Так что встреча даже с относительно слабой тварью, вроде Клювоглава, вполне могла обернуться серьезной проблемой.

С такими невеселыми мыслями я и двинулся вперед – к поваленной башне, разлому в земле и порталу в мой родной мир.

***

«Ох и славно же вы с этой Квазимодой закусились! – восторженно кудахтал Смотритель Погостов у меня в голове. – Она тебя – хвать! – и в воздух! Ты по ней из винтовки – тра-та-та-та-та! А ей хоть бы хны!.. И на огонь ей фиолетово, и на яд!.. Прямо битва с боссом! Еще б чуть-чуть – и на респаун бы тебя отправила!»

«Не напоминай», – я болезненно сморщился, в очередной раз вспомнив те ощущения, что испытывал, пока Тэммр тянул мою жизненную силу.

«Ладно, не кривись. Все ведь закончилось благополучно. И, кстати говоря, тебя можно поздравить».

«С чем это?»

Смотритель сделал эффектную паузу, и я невольно представил, как этот засранец считает секунды и хитро лыбится.

«Пусть и кое-как, но ты смог управлять божественной силой, – наконец соизволил заговорить мой бесплотный спутник. – И заставил ее атаковать противника. Тэммр был действительно силен. Уж не знаю, каким могуществом он обладал, будучи человеком, но то, что превратило его в летающую образину, до кучи сделало его едва ли не полубогом. Магия Тэммра, грубо говоря, подавляла твою божественную силу. Поэтому она и не сработала… автоматически. Как в прошлые разы, когда либо ты сам рисковал помереть, либо рядом с тобой находился тот, кто вот-вот расстанется с жизнью».

Значит, предположение, которое я сделал, очнувшись на дне карьера, оказалось верным. Мне и впрямь удалось заставить силу тринадцати звездных зверей спасти меня. Что ж, это хорошие новости. Первый шаг сделан.

«Ну, насчет первого шага ты, конечно, погорячился. Так, шажок. И то через жопу. Ну да ладно, спишем это на неопытность и экстремальные условия, в которых тебе пришлось действовать. Главное в другом: ты должен продолжать. Тренироваться. Как именно – я уже говорил».

Ну да, помню. Спасать тех, кто находится на грани жизни и смерти. И мысль, надо сказать, очень дельная.

«Разумеется, это ведь моя мысль, – самодовольным тоном продолжил Смотритель. – Так ты и кучу людей с того света вытянешь, и сам станешь имбой. Хотя гарантий, конечно же, дать не могу, уж извини».

На это я лишь кивнул, продолжая задумчиво разглядывать раскинувшееся перед глазами великолепие. А точнее – кучу «полуфабрикатов», что стали моими трофеями во время вчерашних приключений в Темных Угодьях. Сейчас все они лежали на полу скромного, но уютного гостиничного номера, который я снял два дня назад.

Улов получился более чем солидным, но тут возникла небольшая проблемка. Проведенные мною тесты показали: вся моя добыча настолько уникальна, что в одиночку разбираться с правильным применением трофеев я буду очень долго. Никогда прежде мне не доводилось работать с «полуфабрикатами», в которых таится такая сила – незнакомая, своенравная и весьма опасная. Главным образом это касалось того, что я извлек из тел молотоголовой твари, Сэвва и Тэммра.

Так что, похоже, пришла пора навестить моего драгоценного наставника. Причем демонстрация новых трофеев далеко не единственная причина заглянуть в школу Темных Ловцов.

Игорь должен знать о том, что я был в неизведанной области Темных Угодий. Нужно рассказать ему о новых чудовищах и явлениях – вроде плавающих по воздуху светящихся сфер, луж с разъедающей плоть субстанцией и прочих аномалиях. Ну а главное – указать наставнику на ошибку, которую он и мой отец сделали еще в самом начале.

Темные Угодья – вовсе не мертвое межмировое пространство. Это погибший мир, скорее всего мало чем отличавшийся от Земли. Вопрос лишь в одном: почему он погиб?

«Так ясно же, – вновь подал голос Смотритель Погостов. – Некие серые божества, исписанные кровью, явились и славно попировали».

«Это я понимаю, – ответил я, начиная складывать «полуфабрикаты» обратно в вещмешок. – Но это очень общая информация, ее явно недостаточно».

«Ну-у, прогуляйся в Темные Угодья еще разок. Сэвв, если ты помнишь, дал прекрасную наводку: возвращаешься к карьеру, оттуда топаешь в Сильгурм и ищешь дворец правителя. Напрашиваешься к нему на аудиенцию и говоришь по душам».

Ха, надо же, как у этого дымного товарища все просто. Но он прав: в Сильгурме я обязательно побываю. Но позже. Даже сейчас, спустя почти сутки после сражения с Тэммром и несмотря на все, что я сделал, чтобы привести себя в порядок, я чувствовал себя не очень хорошо. И соваться в таком состоянии туда, где помереть можно на каждом шагу, – такая себе затея.

«Тьфу ты, – отозвался на мои размышления Смотритель. – Куда пропал твой дух авантюризма? Где и через какое место ты его выронил?»

«Одним духом авантюризма сыт не будешь, нужно еще и здравомыслие. К тому же велика вероятность, что Пэттр будет рад гостям не больше, чем Тэммр. А учитывая, что Сэвв назвал правителя Джао самым могущественным магом… В общем, перед тем как к нему идти, нужно хорошенько подготовиться. И не факт, что я пойду в Сильгурм в одиночку».

«Хочешь взять с собой своего драгоценного наставника?»

«Да. И, может быть, не только его. Дело серьезное, так что правильнее всего будет организовать полноценную экспедицию».

Именно поэтому сначала я побываю там, где провел последние двенадцать лет жизни, и пообщаюсь с Игорем. Причем, довольно скоро: кое-что из «полуфабрикатов», которые раньше были внутренностями Птиценога, Бабл-Гамов и Глазоеда, пошло на создание артефакта, предназначенного для открытия портала. Еще неделя-полторы – и артефакт «созреет».

Черт, а я ведь соскучился. И по своему драгоценному наставнику, и по Номи, и по остальным Темным Ловцам. Включая даже Борга с его прихвостнями. Даже просто увидеть их будет здорово. Но главное, конечно, рассказать обо всем, что я узнал про Темные Угодья.

Мертвое межми… Этот мертвый мир не перестает преподносить сюрпризы, и с каждым разом они все более интригующие. К тому же Темные Угодья – источник уникальной силы. А потому, чем больше я буду о них знать, тем могущественнее стану. И тем быстрее достигну всех своих целей.

«Я так понимаю, на этот свой… гм… вечер выпускников ты тоже отправишься не один? – ехидным тоном поинтересовался Смотритель Погостов. – Возьмешь с собой одну беловолосую барышню?»

О-о, да! Марта хотела отправиться туда, где живет и здравствует ее возлюбленный, – а значит, отправится. А я с удовольствием понаблюдаю за их воссоединением. Потом, конечно, Игорь заставит меня раскаяться в этом интриганстве, причем наверняка весьма болезненно. Но час расплаты придет именно что потом. И оно того стоит.

«Ты, главное, помни: заново отращивать конечности земные маги научились. Хотя процедура очень дорогая, – ехидства в голосе Смотрителя заметно прибавилось. – А вот новую голову тебе никто и ни за какие деньги не отрастит».

«Обязательно учту», – усмехнулся я.

«Вот и чудненько. А теперь – позволь откланяться, пойду балладу про твои геройства продолжать. На сей раз материала полно, тут ты прям молодец».

На этой оптимистичной ноте мы и закончили диалог. Дособирав «полуфабрикаты» в вещмешок, я перебрался к столу и взялся за книги. Послезавтра и у меня, и у Вари очень ответственный день: нас ждет первый вступительный экзамен.

Глава 2

– Блин, блин, блин! – семенящая рядом со мной Варя паниковала все больше. – Ничего не помню! Вообще! Как я отвечать буду?! Блин, ну почему я такая глупая?!

– Спокойнее, – произнес я. – Все ты помнишь. И ни разу ты не глупая. Просто сама себя накручиваешь. Создаешь в собственной голове сумбур, потому и кажется, что все знания оттуда улетучились.

В ответ Варя лишь поджала губы, нахмурилась и прерывисто вздохнула. Интересно, она сегодня вообще спала? Или всю ночь проворочалась, представляя, что и как будет на сегодняшнем экзамене? Судя по синякам под большими, красивыми, но полными тревоги глазами, второй вариант куда более вероятен.

Я же, наоборот, пребывал в прекраснейшем расположении духа. Позавчера я за пару часов повторил все, что необходимо было знать для первого экзамена, а затем провернул еще парочку весьма полезных делишек.

Во-первых, часть крови Сэвва и молотоголовой твари оказалась пригодной для создания чернил, и я «пририсовал» к татуировке-накопителю на своей груди еще несколько деталей. Благодаря этому мой «коктейль» прибавил в смертоносности процентов на пятнадцать, а запас силы вырос и вовсе на четверть. Плюс появилась возможность пропускать магию через кончики пальцев второй руки, а дальнобойность атак увеличилась еще на два метра. В общем, замечательно, хотя кожу под татуировкой до сих пор жжет так, будто к ней раскаленное клеймо прижимают.

Во-вторых, вчера в сквере я спас от гибели какого-то тощего и явно обдолбанного бедолагу, который чуть не стал ужином для твари из Темных Угодий. Наркоман валялся на лавке и что-то бубнил самому себе, но, увидев меня, вскочил. Несколько секунд он совершенно диким взглядом пялился на мою наикрутейшую капитанскую фуражку, а затем начал орать: требовал, чтобы я отдал ему штурвал – он тогда прямо по воде добежит до того места, где затонул «Титаник» и поднимет его на поверхность.

И я бы просто прошел мимо, если бы не одно но: на парня нацелилась тварь из Темных Угодий. А конкретно – Едкоплюй, кривоногий человекоподобный коротышка, покрытый чешуей. Кислотные мешки на шее уродца к моменту моего появления уже раздулись, и это значило, что еще чуть-чуть – и он атакует наркомана. Забрызгает с ног до головы, после чего тот довольно быстро помрет и превратится в мясной студень – любимое лакомство Едкоплюя.

Подчинить тварь было несложно, так что из сквера мы выходили уже вдвоем – я и Едкоплюй. А наркомана я погрузил в сон, полный страшных видений о том, как нехорошо травить самого себя всякой дрянью и какая участь его ждет, если он не переборет зависимость. Разумеется, кое-что и кое-где я приукрасил, но так было нужно. Надеюсь, старался я не зря.

Едкоплюй же стал главным действующим лицом одной спонтанной «спецоперации». Изначально разведывательной, но по ходу дела превратившейся в диверсионную.

Получив в распоряжение тварь из Темных Угодий, я подумал, что неплохо было бы прогуляться вместе с ней до завода, на котором князь Воронцов наладил производство звезд-артефактов. Добрался и запустил Едкоплюя внутрь – поглядеть, как там дела.

Понятно, что после той эпичной диверсии, которую совсем недавно устроила целая компания тварей под моим руководством, предприятие все еще стояло. Однако туда уже завезли кое-что из нового оборудования. Пока что оно хранилось на складе и даже не было распаковано, а потому представляло собой идеальную цель.

Выделяемая Едкоплюем кислота невероятно быстро превратила техномагические агрегаты в оплавленный мусор, пригодный разве что для глубокой переработки. А вот с расположенным в кабинете бухгалтерии сейфом тварь обошлась гораздо аккуратнее – прямо-таки ювелирно. Проплавила в стенке дыру и извлекла из стального нутра весьма солидную сумму наличности и кое-какие документы.

А полтора часа назад тварь вновь выступила в роли разведчика. Но на сей раз в стенах академии: прошлась по этажам и проверила, нет ли в коридорах, кабинетах и аудиториях кого-нибудь с «волшебным» значком-звездой на груди. Вроде бы все было чисто, хотя… Академия огромна, и Едкоплюй вполне мог разминуться со счастливым обладателем артефакта.

Зато он повстречался с господином первым проректором, и я не без удовольствия отметил, что выглядит достопочтенный Павел Сергеевич не очень. Явно страдает от недосыпа, хе-хе.

Закончив разведку, я велел Едкоплюю спуститься на первый этаж, завел его в кусты и погрузил в сон. А затем отправился к ближайшей станции метро – встречать Варю. После чего уже вместе с ней пошел обратно.

Девушка волновалась все больше едва ли не с каждым пройденным метром. А когда мы наконец подошли к академии, то она остановилась и, закусив губу, стала разглядывать столпотворение, царившее возле главного входа.

– Ты чего? – я тронул Варю за плечо.

Та сделала глубокий вдох и мотнула головой.

– Знаешь, – спустя пару секунд сказала девушка. – Я, пожалуй, не пойду.

Ну, здрассте, приплыли…

– И почему же? – спросил я, хотя и так знал, какой ответ услышу.

– Потому что… – Варя тяжело сглотнула, – это бессмысленно. Во-первых, все, что я могу вспомнить из выученного, – это какие-то обрывки. И мне совсем не хочется позориться перед экзаменационной комиссией. А во-вторых… Даже если я каким-то чудом наберу проходные баллы… Это еще ни о чем не говорит. Посмотри, сколько здесь народу. Сотни парней и девушек. Среди них наверняка есть аристократы, и таких будут принимать в первую очередь. Статус – очень серьезная вещь, сам ведь понимаешь.

– Согласен. Но и важность знаний еще никто не отменял.

– Да говорю же, – всхлипнула Варя, – у меня сейчас в голове такой бардак! И то, что я учила… Все забыла! Спасибо тебе, Андрей, за поддержку и помощь, и капельки твои меня очень выручили, но… Похоже, зря ты их на меня тратил.

– И ничего не зря, – сурово произнес я. – Все ты помнишь. Просто эмоции бушуют. Но и это дело поправимое.

Договорив, я извлек из кармана джинсов пузырек с небольшими полупрозрачными пилюлями фиолетового цвета.

– Вот, – я протянул склянку Варе. – Скушай таблеточку, как раз для твоего случая. Действует очень быстро и надолго. Часов шесть олимпийского спокойствия гарантирую. На экзамен как раз должно хватить.

Помявшись пару секунд, девушка сцапала пузырек. Вытряхнула на подрагивающую ладошку одну пилюлю и мигом ее проглотила. Потом уставилась на меня, и пару минут мы провели в молчании, просто глядя друг на друга.

– Ну? – осведомился я, при помощи ментальной магии убедившись, что снадобье подействовало. – Готова сразить господ экзаменаторов своими феноменальными знаниями?

– Готова, – кивнула Варя. От былой нервозности, мучившей девушку, не осталось и следа. – Не знаю, что за таблеточку ты мне дал, но она и вправду помогла. Вот только…

– Чего?

– Не опасно такие лекарства принимать? Из чего оно вообще состоит?

Я в ответ усмехнулся и качнул головой.

– Вообще-то о подобном принято спрашивать до приема. Но не бойся: ни в капельках, с помощью которых ты выучила все необходимое, ни в этих пилюльках нет ничего, что могло бы тебе навредить. И состав у них самый натуральный.

«О-о, да, – подал голос Смотритель Погостов и захихикал. – Ты еще расскажи нашей дорогой Варваре, из чего именно все твои микстуры и таблетки изготовлены. Пусть ее прямо здесь, тебе на ботинки вытошнит».

Ну да, состав что у капелек, что у пилюлек специфический. На девяносто процентов состоит из внутренностей чудовищ, порожденных Темными Угодьями. Варе о таком лучше не знать.

– Идем, – девушка, тем временем, взяла меня под руку и потянула вперед, к академии. – А то опаздываем уже.

Вскоре мы подошли к крыльцу. Вслед за другими абитуриентами шажок за шажком добрались до входа, миновали арочный магодетектор и предъявили временные пропуски сурового вида даме, за которой высились двое шкафоподобных охранников.

– Проходите побыстрее, – велела та, изучив наши с Варей документы, после чего вперилась недовольным взглядом в мою фуражку. – А вы, молодой человек, будьте добры, снимите головной убор.

Факультет прикладной магии располагался на пятом этаже. Преодолевая один лестничный пролет за другим, я с интересом разглядывал академию изнутри и не мог не поражаться тому, насколько здесь все огромное и роскошное. Прям дворец какой-то, а не учебное заведение, пусть и высшее.

– Так… – сказала Варя, как только мы закончили подъем. – У меня пятьсот пятая аудитория, у тебя – пятьсот тринадцатая. Хм, нехорошее число какое-то…

– Да брось, – отмахнулся я и вернул-таки фуражку на законное место. Понимаю, что некультурно, но ничего не могу с собой поделать: без нее я как будто голый. – Ты ведь маг, а значит, сама должна понимать: нумерология – чушь собачья.

– Ты прав, – кивнула девушка. Затем глубоко вдохнула и решительно произнесла: – Ну, удачи нам. Обоим.

На этом мы распрощались, и вскоре я отыскал нужную аудиторию. Показал невысокой женщине, дежурившей на входе, посадочный талон и прошел внутрь. Экзаменаторы уже сидели за столом перед огромной интерактивной доской, и, увидев, кто занимает место во главе комиссии, я остолбенел.

«Ва-а-ау, какие люди в Голливуде, – тут же оживился Смотритель Погостов. – Хотя… этому герою сексуалистического труда гораздо больше Порнохаб подходит».

– Молодой человек, – подал голос Василий Петрович. Да-да, тот самый, что не так давно устроил ночь любви с некоей Натальей Дмитриевной в особой секции библиотеки. – С вами все в порядке?

– Эм-м… Да, – кивнул я.

– Тогда подойдите сюда и распишитесь напротив своей фамилии. Потом можете присаживаться за любой свободный стол. Конверты с экзаменационными билетами уже находятся там. Сам экзамен начнется ровно в одиннадцать, и только после этого вам будет разрешено открыть конверт. Если вы сделаете это раньше, то, к сожалению, нам придется удалить вас с экзамена и лишить возможности поступления.

«Ты только глянь, Андрюха, – радостно кудахтал мой бесплотный спутник. – Вид у нашего Васильпетровича какой-то помятый. Невыспавшийся. Как думаешь, почему?»

На это я лишь раздраженно мотнул головой и коснулся пальцами перьевой ручки, которая лежала перед Василием Петровичем.

– Смелее, – подбодрил меня тот.

«О-оу, май! – протянул Смотритель. – Я тот подглядел немного его воспоминания. Ночку Василий Петрович провел очень насыще…»

«Ну-ка цыц!» – мысленно рявкнул я на Смотрителя Погостов и, взяв ручку и листок с длинным списком абитуриентов, отыскал свою фамилию.

Поставив роспись, я развернулся и оглядел аудиторию. Народу пока было немного, но почти все парни и девушки, по одному сидящие за столами, смотрели на меня. Кто-то с удивлением, кто-то оценивающе. А двое расположившихся рядом товарищей – явно аристократов, что было прекрасно видно по дорогой одежде и общей холености – с презрением и насмешкой.

Ясно-понятно… Опять все дело в шляпе. Точнее – в фуражке: не понравилась она этим мудакам. Ну да ладно, хрен с ними. Любят с дебильными рожами сидеть – ради бога. Мне сейчас куда важнее выбрать местечко поудобнее. И вон то, возле окна, вполне подойдет.

– Андрей Александрович, – вновь заговорил Василий Петрович. – Прошу вас, присаживайтесь.

Кивнув, я направился к выбранному месту, но преодолел лишь половину пути.

– Слышь, а баржу свою ты где оставил?

Вопрос, разумеется, задал один из парней-аристократов. Говорил он негромко, и надменности в его голосе было хоть отбавляй. Сам он при этом ухмылялся, по-прежнему глядя на меня, да и второй цареныш тоже довольно лыбился.

Бляха-муха. Как же меня задолбали эти «мореплавательские» шуточки…

«Сам виноват, капитан кора… БЛЯ, – тут же среагировал Смотритель Погостов. – Нехрен везде с этой фиговиной на голове таскаться. Волосам, между прочим, воздух нужен. И солнце».

На этот пассаж моего невидимого спутника я не обратил внимания. А вот не ответить аристократу было нельзя. Так что…

– Да здесь недалеко припарковал, – произнес я и тоже ухмыльнулся. – Рядом с твоим надувным кругом в виде желтого утенка.

«РАУНД!!!» – торжествующе завопил Смотритель Погостов.

По аудитории прокатилось несколько негромких смешков. Но аристократам мой ответ ожидаемо не понравился.

– Что ты сказал? – парень скривился и зло сверкнул глазами. – Дерзишь? А ты хоть знаешь, кто я такой?

– Юрий Владимирович, Андрей Александрович… – Василий Петрович старался говорить твердо, но получалось так себе. – Будьте добры, оба успокойтесь. Не надо устраивать конфликт. Мы собрались здесь вовсе не для этого.

– Разумеется, – я развернулся к главе экзаменационной комиссии и, слегка поклонившись, приподнял фуражку. – Не извольте беспокоиться: это у нас так, дружеские пикировки.

Василий Петрович в ответ кивнул, но было видно, что он встревожен произошедшим. Похоже, мой холеный оппонент – представитель какого-то довольно влиятельного рода.

Впрочем, меня это не особенно волновало. Я наконец дошел до выбранного места и уселся. Применив немного ментальной магии, ощутил эмоции аристократа. О-о, злился тот знатно. Однако продолжать перепалку не планировал. По крайней мере, сейчас. А в будущем, думаю, мы с ним еще пободаемся.

Следующие четверть часа я просто сидел и глядел то в окно, то в никуда, то на других участников экзамена. Помимо аристократов мое внимание привлек еще один парнишка, довольно-таки забавный. Пухлый, с длинными кудрями мышиного цвета, он беспрестанно сопел, двигал бровями и прожигал лежащий на столе конверт яростным взглядом. Было ощущение, что парень хочет через слой белой бумаги увидеть, какие вопросы его ждут. Не скажу, что это невозможно, но достаточно сложно: нужен особый дар, и кудрявый скорее всего им не обладал.

Наконец нам позволили открыть конверты и вытащить билеты. Та-ак, и что тут у нас?..

Ага, виды и способы применения изоляционных материалов для артефактов повышенной опасности. Ну-у, это фигня. Этот вопрос я повторял буквально полчаса назад, пока ждал Варю у метро.

А вот второе задание оказалось на порядок сложнее: нужно было перечислить все типы промышленных ядоуловителей и расписать формулы их действующего вещества. Впрочем, и тут у меня не должно возникнуть проблем.

Ну-с, приступим…

Смотритель Погостов в моей голове неожиданно заржал.

«Ты чего? – обратился я к нему. – Анекдот вспомнил? Или какая-нибудь душа, не желающая уходить за Грань, тебе пальчик показала?»

«Не угадал, – продолжая веселиться, отозвался мой бесплотный спутник. – Просто… Васильпетрович вчера вечером точно такую же фразу произнес – перед тем, как разорвать прямо на Наталье Дмитриевне ее очаровательные кружевные тру…»

Смотритель загоготал с новой силой, а я лишь покачал головой и, достав из конверта чистый лист и ручку, начал писать ответ на первый вопрос.

***

– Таким образом, чтобы перевести данный катализатор из одного агрегатного состояния в другое, лучше всего использовать пиромантию. Это наиболее оптимальный вариант, – договорив, я посмотрел на Василия Петровича.

Вашу ж мать, уже минут пятнадцать перед ним и остальными экзаменаторами распинаюсь. Сначала ответил на вопросы, которые были в билетах, затем на кучу дополнительных, причем вообще по другим темам, иной раз даже не имеющим отношения к артефакторике. Такие, в основном, задавала противная стареющая мадам, что сидела слева от Василия Петровича. И когда я отвечал – максимально полно и подробно, – она прямо-таки заставляла себя кивать, кривя губы.

В общем, задолбался я знатно. Даже возникло ощущение, что меня хотят завалить. Особенно вышеозначенная мадам.

– Ну что ж, – произнес Василий Петрович. – Думаю, на этом все. Андрей Александрович, благодарю вас за блестящие ответы. Вы продемонстрировали действительно хорошие знания, а потому будет вполне справедливо удостоить вас высшей оценки. Ста баллов.

Во-от, другое дело.

– Коллеги, вы со мной согласны? – продолжал главный экзаменатор.

– Вообще-то не совсем, – подала голос противная мадам.

Окинув меня хмурым взглядом, она покачала головой и заговорила вновь:

– Молодой человек отвечал недурно. Но вот его воспитание по всем признакам оставляет желать лучшего. Еще до начала экзамена он продемонстрировал свое неуважение ко всем, кто здесь находится. Поэтому я считаю, что будет справедливо, если мы назначим ему штраф. Минус двадцать баллов, на мой взгляд, вполне достаточно.

Ну нихрена ж себе… Приплыли, блин…

Глава 3

Следующие несколько секунд прошли в тишине – если не считать матерящегося в моей голове Смотрителя Погостов. Я же просто сидел и смотрел то на противную мадам, то на Василия Петровича, который был удивлен не меньше моего.

– Гм… Маргарита Тихоновна… – наконец заговорил он. – Я не думаю, что такие меры… необходимы. Все же Андрей Александрович отвечал более чем достойно, а мы здесь оцениваем именно это.

– Вы, Василий Петрович, забываете один важный момент, – возразила мадам, окинув главу экзаменационной комиссии недовольным взглядом. – Наше учебное заведение – храм не только знаний, но и культуры. И вести себя здесь так, как повел этот молодой человек, недопустимо.

– Что ж, – произнес я. Как-никак спасение утопающих – дело рук самих утопающих. – Я готов понести наказание. Но позвольте поинтересоваться: мой оппонент тоже лишится двадцати баллов? Маргарита Тихоновна, вы ведь наверняка обратили внимание, что первая реплика прозвучала именно из его уст? А я лишь ответил.

Ух ты, подействовало. Мадам побледнела и растерянно приоткрыла рот.

Ну, Маргарита Тихоновна, чего молчим? Не знаете, что ответить? Говорить «нет» вроде как нечестно, а отминусовывать практически за просто так двадцать баллов от результата юнца, чьи родители наверняка имеют вес среди аристократов Российской Империи, по меньшей мере страшновато. Так себе ситуация, верно?

– Я думаю, – вновь взял слово Василий Петрович, – что правильнее всего сейчас будет ограничиться устным предупреждением. Но если с участием Андрея Александровича опять произойдет какой-то инцидент, нам действительно придется его наказать. Возможно, снятием баллов, возможно – как-нибудь еще.

Маргарита Тихоновна в ответ кивнула, пусть и с явной неохотой, а Василий Петрович взял мой экзаменационный бланк и аккуратным почерком вывел на нем единицу и два нуля.

Есть! Первая оценка! Высший балл!

– Поздравляю вас, Андрей Александрович, с успешной сдачей экзамена, – сказал он, вручая мне бланк. – Но впредь ведите себя более сдержанно.

«Не губи себя парень! – меньше всего я ожидал услышать голос Василия Петровича у себя в голове. Ух ты, а он, оказывается, тоже ментальный маг. Да еще и довольно-таки сильный, раз смог пробиться сквозь мою естественную защиту разума. – Не ссорься с этими избалованными детьми. Не ведись на их провокации. Сегодня тебе повезло, но так будет не всегда».

Что ж, совет и впрямь дельный. Надо быть поосторожнее. Маловероятно, что аристократ угомонится: все-таки задел я его знатно, да еще и при свидетелях. Такие, как он, подобного не прощают, а значит, стоит ждать мести. Чего-то серьезного вряд ли, но вот какую-нибудь мелкую и гадкую провокацию Юрий свет Владимирович вполне может устроить.

И здесь у меня два пути – принять удар молча и невозмутимо либо вновь ответить. Первый вариант более разумен, второй… гораздо предпочтительнее. Единственное – ответ должен быть не только равноценным, но и максимально изобретательным, чтобы даже такие кровопийцы, как Маргарита Тихоновна, носа не подточили.

– Всего вам доброго и до встречи на следующем экзамене, – добавил Василий Петрович уже вслух, и я, взяв бланк с первой оценкой, покинул аудиторию.

Теперь нужно узнать, как дела у Вари.

Девушка нашлась возле пятьсот пятой аудитории – стояла, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Каменное лицо, взгляд в никуда…

– Эй, – я подошел к Варе и мягко тронул ее за плечо. – Что случилось?

– Ничего, – прошептала та.

– Ты что, не сдала?

Варя в ответ лишь качнула головой.

Оба-на… И как это вообще возможно?.. В своих капельках и пилюлях я был уверен на все двести процентов. Как они могли подвести?

Но с этим я буду разбираться позже. Сейчас главное – успокоить девушку. Чую, скоро ступор уступит место самому настоящему стихийному бедствию, именуемому женской истерикой.

– Слушай… – черт, и почему в особенно ответственный момент необходимые слова вообще не приходят в голову? – Ты главное не…

Я так и замер с открытым ртом, когда стройную фигурку Вари окутало золотистым светом. Девушка только что получила новый уровень.

Так, стоп…

Насколько я уже успел понять, Система дает очередной левел-ап спустя несколько минут после того, как человек достигнет какой-то важной жизненной цели. И что-то я сомневаюсь, что Варя стремилась провалить экзамен. Соответственно…

– А-а-а-а! Поверил! – завизжала эта засранка и начала радостно прыгать и хлопать в ладоши. – Поверил! Поверил! Видел бы ты свое лицо!..

Вот ведь, блин…

«Именно! – злорадным тоном подтвердил Смотритель Погостов. – Развели тебя, Андрюшечка, аки маленькую дитятку! Стыдоба-то какая!..»

– Да я… сразу понял, что ты меня разводишь, – произнес я, наблюдая, как Варя продолжает ликовать. – Просто… подыграть решил.

– Ну да, ну да. Я так и подумала, – с каждой секундой девушка сияла все больше.

А это значит…

– Ну так что? Сдала?

– Девяносто шесть баллов! – с гордостью ответила Варя. – Как мне сказала госпожа Стужинская, глава экзаменационной комиссии, с таким результатом травоведение сдают очень немногие!

– Умница! – я расплылся в самой широкой улыбке, на которую только был способен.

«Погоди, погоди, – вновь напомнил о себе Смотритель. – Какая нафиг умница? Ты сейчас должен был упереть руки в боки, нахмуриться и строгим мамским голосом спросить: «Девяносто шесть? А почему не сто?»

Я в ответ лишь усмехнулся, качнул головой и взял Варю за руку.

– Ну что? Думаю, такое дело нужно отпраздновать. Как насчет одного уютного ресторанчика неподалеку? А потом можно переместиться в не менее уютный номер…

– Прости, Андрей, но не сегодня, – девушка снова улыбнулась, но на сей раз немного грустно. – Я бы с радостью, но… Очень уж по родителям и дому соскучилась. У меня поезд через час.

Жаль, жаль. Но и Варины чувства я прекрасно понимал. А потому вызвал такси и сопроводил ее сначала до общежития, чтобы забрать кое-какие вещи, а затем и на вокзал, где посадил девушку на поезд.

После этого я позволил себе получасовой перерыв на перекусить и вернулся к академии за Едкоплюем. Потаскаю его с собой до вечера, пока занимаюсь делами, а потом пущу на «полуфабрикаты»: внутри этого кривоногого коротышки полным-полно полезностей.

Держа тварь на ментальном «поводке», я отправился в библиотеку академии – получить кое-какую литературу, доступную по специальному читательскому билету абитуриента. Пора было начинать подготовку к следующему экзамену. И в читальном зале встретил Олю – дочь Ильи Еремеевича.

– О, Андрей, привет, – улыбнулась девушка. – Очень рада тебя видеть. Как дела? Сдал первый экзамен?

Разумеется, я не мог не похвалиться честно заработанной сотней баллов, чем обрадовал Олю еще больше. Вскоре у нее начался обеденный перерыв, и мы переместились в студенческую кафешку.

– Как дела у Аллы? – первым делом спросил я, заказав малиновый морс и двойную порцию сырников. – Чувствует себя хорошо?

– Да, все прекрасно, – кивнула девушка. – Больше никаких кошмаров, к тому же… Такое ощущение, что тот… гм… случай постепенно стирается из маминой памяти.

Отлично, так и должно быть. Благодаря сеансам совместной медитации, которые я провел с Аллой после победы над Крюгом, спустя примерно полгода женщина и не вспомнит, что подверглась влиянию твари из другого мира.

– Да и в целом мама стала гораздо живее, – продолжала Оля. – После того, как узнала, что с папой все в порядке и он собирается вернуться. Эта новость как будто ей сил придала. И мне тоже.

– Замечательно, – сказал я. – Илья Еремеевич сейчас тоже гораздо бодрее и веселее, чем в первые дни нашего знакомства. Но волнуется, это прям видно. Все-таки несколько лет с семьей не жил. И, кстати говоря, до его возвращения осталось всего ничего. Мы тут начали плотно сотрудничать с одним товарищем, помогли ему вернуть прежнее влияние, так что… Очень скоро вся наша большая и дружная компания переберется в Петербург. В принципе, можете начинать готовиться к встрече вашего блудного отца и мужа. Блудного – не в том смысле, что он там где-то…

– Я поняла, – улыбнулась Оля. После новости о скором приезде отца она расцвела еще больше. – Значит, теперь вы с папой зарабатываете продажей артефактов?

– Ага. И прошу заметить: уникальных артефактов. Значительная часть того, что мы продаем, – штучный товар. Разумеется, недешевый, но в его востребованности я не сомневаюсь. Среди наших покупателей уже несколько аристократов, а «сарафанное радио» даже в высшем обществе имеется. Так что «МАГазин» быстро займет достойное место на столичном рынке артефактов.

А вот эта новость Олю почему-то напрягла. Девушка нахмурилась и с задумчивым видом закусила губу.

– Что такое? – я подался вперед, глядя на нее. – Боишься представить Илью Еремеевича крутым столичным бизнесменом?

– Не в этом дело, – ответила та нерешительным тоном. – Просто… Ты сам сказал про «сарафанное радио». Это значит, что об открытии вашего с папой магазина очень скоро узнают и его враги. Чернославские. Не знаю, может, я зря волнуюсь и этим негодяям уже будет неинтересно мешать папе вести торговлю, все же прошло много времени… Но… Я просто помню, с каким старанием они душили его тогда. Вдруг это повторится?

– Может быть. Но сейчас многое поменялось. Во-первых, «МАГазин» находится под защитой того самого влиятельного товарища. Это наш главный покупатель. И его авторитет – не пустой звук: он работает на людей из правительства Империи. Думаю, по сравнению с ним Чернославский – все равно что шакал против льва. Ну а во-вторых, даже если шакал рискнет показать зубы, есть ведь еще и я. А у меня свои методы перевоспитания гадких дяденек. Я могу создать Чернославским такие проблемы, что они и думать забудут про Илью Еремеевича и «МАГазин». Поэтому не переживай. И Алла пусть не волнуется. Вам сейчас о другом думать надо: как снова жить всем вместе после разлуки в несколько лет. Это не так-то просто.

– Согласна, – Оля поджала губы. – У папы всегда был сложный характер. Из-за этого-то все и произошло. Плюс он уже в возрасте, а значит, стал еще более упрямым. Страшновато…

– Ну-у, вы с Аллой умные женщины, – улыбнулся я. – Думаю, в случае чего обуздаете эту ходячую и вечно ворчащую стихию. Ну а если нет, обращайтесь. Помогу. Не аргументами, так… – я легонько постучал пальцами по виску, – ментальной магией.

– Спасибо, – тихо сказала Оля и смущенно опустила взгляд. – Знаешь, Андрей… Я безумно рада, что ты появился в нашей жизни. Уже столько хорошего сделал… Маму спас, папе помогаешь, помирил нас наконец-то… Просто чудо какое-то.

Ох-х… Даже на душе теплее стало. Приятное чувство, очень даже.

С Олей мы посидели в кафешке еще минут пятнадцать. Потом обеденный перерыв закончился, и девушка вернулась в библиотеку. А я вышел на улицу и достал телефон – нужно было созвониться с Мартой и договориться о встрече.

Пора сообщить аристократке о скором путешествии в Темные Угодья. Впереди, конечно, еще около полутора недель, но пусть женщина готовится уже сейчас – по целому списку инструкций, которые я накидал, чтобы сделать ее пребывание в другом мире более безопасным и комфортным. Марта сразу должна понять: Темные Угодья – не заграничный курорт.

Кроме того, я не сомневался: уж кто-кто, а госпожа Гринимаер наверняка очень неплохо осведомлена о Чернославских. Интернет, как обычно, выдал лишь общую информацию об этой благородной семейке.

Главой рода уже двадцать три года является барон Афанасий Семенович. Он папаша того самого Саввы, из-за которого Илье Еремеевичу пришлось распрощаться с карьерой преподавателя. В собственности барона находятся два самых крупных и популярных курорта в Российской Империи. Еще Чернославские обожают направлять деньги на благотворительность. Этим, по большей части, занимается Марина Анатольевна – супруга барона. Очень уж ей по душе помогать нуждающимся, а заодно светить симпатичной аристократической мордашкой перед камерами журналистов.

Вот, собственно, и все. Средства массовой информации наверняка неплохо подзаработали, создавая для барона и его семейки красочную и блестящую обертку, но я должен знать, что находится под ней. Наверняка ничего хорошего. И мне все эти сведения очень пригодятся, если кто-нибудь из Чернославских рискнет косо посмотреть в сторону Ильи Еремеевича, когда мы перевезем «МАГазин» в Петербург.

Однажды эти сволочи по собственной прихоти уже чуть не сломали Попову и его семье жизнь. Второго раза я точно не допущу. И душить наш с ним бизнес тоже не позволю.

«Будешь действовать на опережение?» – поинтересовался Смотритель Погостов со знакомыми нотками азарта в голосе.

«Решу, когда узнаю о Чернославских больше, – отозвался я, набирая номер Марты. – Если за ними нет большой кучи дерьма, а сами они по отношению к нам с Поповым будут вести себя тихо-мирно, то пусть и живут соответствующе. Ну а если возвращение Ильи Еремеевича в столицу вызовет у этих господ какой-либо нездоровый интерес… Что ж, сами виноваты. Устрою им веселье не хуже, чем Воронцову. Волосы на себе будут драть от ярости и отчаяния».

«Ух ты, как многообещающе. Мне прям уже хочется, чтобы Чернославские попытались ухватить вас с Поповым за мягкие места, и посмотреть, что будет».

М-да…

Впрочем, ничего другого от этого засранца ждать и не стоило. Любитель экшена, блин. Ладно, фиг с ним, продолжаем заниматься делами.

Марта сразу ответила на звонок и предложение встретиться приняла без раздумий. Более того, оказывается, аристократка сама хотела со мной связаться, поскольку ей есть что мне показать.

Формулировочка, конечно, так себе, двусмысленная. Но, думаю, я знаю, что конкретно женщина имела в виду.

***

«Спокойнее, Андрюха, спокойнее, – зудел в моем ошеломленном разуме Смотритель Погостов. – Главное – держи все клапаны закрытыми. Не хватало еще при даме репутацию вместе со штанами подмочить. Тем более в ее личном гараже».

– Ну как? – Марта хитро улыбнулась.

Блин, женщина… Ну к чему сейчас вопросы? У меня ж на лице все написано!..

– В реальности она еще прекраснее, чем на фото, – вот и все, что я мог просипеть в ответ.

И это была чистейшая правда. А я все смотрел, смотрел на НЕЕ – и никак не мог насмотреться.

Черно-красный «Форд Мустанг» – такой же, какой был у моего отца. Не просто машина, а произведение искусства. Стремительная, мощная, с суровым нравом, и теперь она – моя.

МОЯ!

– Тот случай, когда молчание красноречивее любых слов, – промурлыкала Марта, кладя руки мне на плечи. – Знаешь, а вы прекрасно смотритесь вместе. Ты в своей крутой капитанской фуражке и эта… страстная красотка.

О-о, да! Так и было задумано!

– Мои техномаги неплохо над ней поколдовали, – продолжала женщина. – Кузов повышенной прочности, магический щит, возможность переключения скоростей при помощи ментальной магии и еще куча разных сюрпризов. Полный перечень можешь прочитать вот здесь, – Марта вручила мне технический паспорт.

Я ухватил тонкую глянцевую книжицу пальцами, по-прежнему глядя на свой подарок.

У меня теперь есть машина! Да еще… ТАКАЯ!

– Я рада, что тебе понравилось, – вновь заговорила Марта. – Дело за малым. Освоить вождение и получить права. Уж извини, но просто так я тебе эту красавицу не отдам – как для ее блага, так и для твоего. Мне вовсе не хочется, чтобы вы устроили аварию спустя час после знакомства. А потому – вот тебе еще один сюрприз…

В руке женщины каким-то волшебным образом появилась пестрая брошюра.

– Сертификат на индивидуальное обучение в лучшей столичной автошколе, – пояснила аристократка. – С усиленным курсом контраварийной подготовки. Интуиция говорит мне, что спокойной езды от тебя лучше не ждать, поэтому меры предосторожности лишними не будут. Начинать учебу можешь в любое удобное время.

– Спасибо, – прошептал я, все еще пожирая глазами замершее передо мной черно-красное чудо.

«Все это, конечно, жутко трогательно, – ворчливым тоном заявил Смотритель Погостов. – Но смею напомнить: ты прибыл к госпоже Гринимаер не только для того, чтобы на красивую машинку глазками полупкать».

Тут он, конечно, прав. Пора нам с Мартой обсудить темы, с которыми я к ней и ехал.

– Поганенькая личность этот Афанасий Семенович, – чуть заметно сморщилась женщина, стоило мне упомянуть Чернославского. – Подлый, мстительный. Но в то же время… просто гениальный подхалим, как бы странно это ни звучало. И именно благодаря этому его род имеет среди российской аристократии определенный вес. К тому же барон очень дружен с министром образования, всеми руководителями столичной магической академии и несколькими чиновниками из министерства торговли. А тебе он вообще зачем?

– Да так… Есть вероятность, что скоро Чернославский станет моим врагом. Поэтому мне и нужно знать его болевые точки. С кем он сотрудничает, конкурирует, дружит и враждует, какие за ним водятся грешки. Я должен понимать, куда бить в случае необходимости.

– Признаюсь честно, меньше всего мне хочется погружаться в дела таких личностей, как барон Чернославский, но… – Марта озорно улыбнулась, – разве я могу отказать такому бравому и очаровательному юноше? Помогу. Скоро как раз ожидается череда торжественных приемов, на которых, увы, я просто обязана присутствовать, и такие мероприятия – лучший способ узнать… гм… кое-что о кое-ком.

– Чудесно. Вот только… когда эти твои приемы начинаются?

– Дня через три. А что такое?

Выдержав небольшую эффектную паузу, я наконец-таки сообщил аристократке, что скоро ее ждет еще один торжественный прием. Устроить который могу только я.

– Вот как… – слегка побледнев, сказала Марта и поежилась. Было видно, что новость о скором путешествии в Темные Угодья и встрече с Игорем ее взволновала. – Как-то это… неожиданно быстро…

– Ну-у, чем раньше мы там побываем, тем лучше. Разве нет?

– Да, но… – аристократка волновалась все больше. – Знаешь, Андрей, а я ведь боюсь.

– Да ладно тебе. Не такие уж Темные Угодья и опасные. Ты ведь со мной будешь. К тому же я для тебя еще и кое-какие инструкции составил. Целый список…

– Глупый ты! – перебила меня Марта, сердито сверкнув глазами.

«Полностью согласен! – недовольным тоном подтвердил Смотритель Погостов. – А еще – чурбан бесчувственный! Неужели невдомек, что дама переживает совсем по другому поводу?!»

– Ради Игоря, – после небольшой паузы продолжила Марта, – я готова отправиться даже туда, где черти пляшут вокруг кипящих котлов с грешниками. Вопрос лишь в том, нужно ли это самому Игорю? Вдруг он будет совсем не рад меня видеть?

– Лучше сделать и пожалеть, чем потом жалеть о том, что не сделал, – заметил я. – Не переживай, все будет хорошо. А если этот шизик окажется недоволен твоим появлением, я возьму весь удар на себя.

Марта в ответ улыбнулась и сморгнула слезу. Некоторое время она молчала, а затем задала, пожалуй, главный вопрос:

– Скажи, Андрей… А у него кто-нибудь есть? Или… был? Только прошу тебя: не лги.

– Не было, – ответил я. Чистую правду, между прочим. – Пара дамочек из других миров пыталась к нему клеиться, но Игорь всех отшил. А вообще, знаешь… у нас там бывали случаи, когда его ученики создавали пары. Игорь всегда радовался за таких ребят, но… В то же время было видно, что ему грустно. Он как будто вспоминал кого-то. И теперь я понимаю, кого именно.

Все это тоже было чистой правдой, и сейчас она согрела Марту изнутри. Женщине заметно полегчало, большая часть ее тревог улетучилась.

– Спасибо тебе, – прошептала она.

Некоторое время аристократка молчала, обдумывая услышанное. Затем с хитрым прищуром посмотрела на меня.

Ох-х, знаю я этот взгляд. Вообще ни разу не к добру.

– Слу-у-ушай… А ты сам в этих своих Темных Угодьях создавал с кем-нибудь пару? Есть там юная красавица, у которой мурашки по коже пробегают, когда она о тебе думает? О-о!.. Можешь не отвечать: вижу, что есть.

Ба-а-алин! Вот в который раз убеждаюсь: когда речь заходит обо всяких амурных делах, у женщин в голове какой-то сенсор включается! Ведь всего-то пару секунд как про Номи вспомнил, а Марте уже все ясно!

Ну как так-то, а?..

– Ну, оно и неудивительно, ты у нас парень не промах, – продолжала аристократка довольным тоном. – А может ты и здесь уже успел подружкой обзавестись, м-м? О-о-о!..

Да ну е-мое!!!

Варя!!! Кыш из моей головы!!!

«Насчет сенсора ты, походу, прямо в яблочко попал!» – Смотритель Погостов противно захихикал.

– Не могу сказать, что одобряю полигамию, – Марта все еще наслаждалась моментом, – но я рада твоим успехам на любовном фронте. Главное, чтобы ты сам в отношениях со своими красавицами не запутался. А это очень даже вероятно, уж поверь женской интуиции.

От продолжения щекотливого разговора меня спас запиликавший в кармане телефон. Достав аппарат, я посмотрел на дисплей и сжал челюсти.

Вот и еще один человек, с которым мне предстоит серьезно побеседовать.

Арнольд.

Глава 4

– Ну что, Фокусник, нравится? – Арнольд откинулся на спинку дорогущего офисного кресла и внимательно посмотрел на меня.

– Неплохо, неплохо, – согласился я, все еще оглядывая его новый кабинет. – Главное, чтобы было дорого-богато, да?

На интерьер бритоголовый и впрямь не поскупился. На начищенном до блеска паркете лежала медвежья шкура. Причем, судя по ее огромным размерам, золотистому цвету и исходящему от нее едва уловимому медовому аромату, зверь при жизни явно обладал магическими способностями. По обе стороны от зашторенного окна возвышались два резных шкафа, возле другой стены была своеобразная зона отдыха: кожаный диван, пара кожаных кресел, журнальный столик. Над диваном висела большая картина, на которой было запечатлено довольно-таки эпичное сражение – с огненными сферами, молниями, ледяными вихрями и призванными чудовищами. А хозяин всего этого великолепия сейчас сидел за массивным письменным столом с зеленым суконным покрытием и с видом победителя пялился на меня.

– Люблю себя побаловать, – сделав вид, что не заметил ироничных ноток в моем голосе, пожал плечами Арнольд. – И если ты еще не понял, все это здание теперь принадлежит нам. Все три этажа. Так что скоро у нас будет аналитический отдел, несколько лабораторий, хранилище оружия, боеприпасов и артефактов, архив, тренировочный полигон…

– А его-то ты куда впихнешь? – я недоуменно приподнял бровь. – Заместо туалета оборудуешь?

Бритоголовый раздраженно дернул щекой.

– Не забывай, здесь есть еще и подземные помещения. Там можно и тренироваться, и проводить испытания, и… разговаривать по душам с теми, кто изначально к общению был не очень расположен.

– Что ж, вижу, у тебя здесь полный… фарш. Мои поздравления.

– Благодарю. И, кстати, для вас с Поповым тут тоже найдется все необходимое. Помещение под лабораторию, оборудование, место для торгового зала. Заказами мы вас также обеспечим. И все это на очень выгодных условиях.

– Предлагаешь мне и Илье Еремеевичу войти в состав твоей частной военной компании? – я намеренно добавил в голос скепсиса.

– Не совсем. Заключим особый контракт о сотрудничестве. По сути, продолжите со стариком заниматься тем же, чем и в Бажовске. Изобретать, продавать. Но моя организация будет у вас в приоритете. Все новинки и уникальные вещи вы, в первую очередь, направляете мне. В том объеме, в каком я потребую.

– Опять двадцать пять, – я вздохнул и покачал головой. – Слушай, вот ты вроде неглупый человек. Кресло у тебя вон какое дорогое. А памяти… как будто совсем нет. Я ж уже не раз объяснял: все мои изобретения – практически штучный товар. И материалы для них нужны настолько уникальные, что… В общем, об их происхождении ты даже не догадываешься. Добыть их очень непросто, многое здесь зависит от банального везения. Так что про сроки и, тем более, объемы лучше забудь сразу. Но вот права первой ночи я тебя лишать не буду, не волнуйся.

Смотритель Погостов у меня в голове захихикал. Арнольд же нахмурился и шевельнул массивной нижней челюстью. Услышанное его явно не обрадовало: не с его привычкой чувствовать себя хозяином положения проглатывать такие обломы. Тем не менее, он собрался и негромко произнес:

– Что ж, такие условия меня устраивают. Штуковины ты изготавливаешь действительно интересные. А что насчет участия в наших операциях? С некромантами и Калиниными ты показал себя очень даже неплохо. Думаю, и в дальнейшем от тебя будет толк.

– Будет, не сомневайся, – ответил я. – Но лишь в тех случаях, когда я сам посчитаю, что очередная заварушка не повредит. Так что давай-ка придумывай мне какой-нибудь эксклюзивный контракт с особыми условиями. Особыми – и выгодными.

Несколько секунд Арнольд просто смотрел мне в глаза. Поняв, что взгляд я не отведу, он усмехнулся и качнул головой.

– Ладно, будет тебе эксклюзивный контракт. Мы как раз объявили набор боевых магов. Народ идет охотно, так что скоро сможем заниматься по-настоящему серьезными делами.

– Кстати, об этом, – я понял, что пора переходить к главному, и сжал кулаки. – Крысиное гнездо Калининых мы разворошили, свою часть сделки я выполнил. Теперь очередь за тобой. Я хочу знать фамилии всех, кто участвовал в уничтожении рода Соколовых.

Су-ука… Что-то не нравится мне ухмылочка, заигравшая на мрачной физиономии бритоголового.

Неужели ублюдок затеял какую-то гадость?

«Спокойнее, Андрюха, спокойнее», – подал голос Смотритель Погостов.

– Что ж, – после небольшой паузы произнес Арнольд. – Слушай и запоминай. Помимо тех, кого я уже называл, в нападении на Соколовых участвовали Глушковы, Лифантьевы, Зыряновы, Номадовы…

– Это все?

– Не совсем. Также в нападении на особняк Соколовых участвовал некий Арнольд Северов, – бритоголовый очень многозначительно прищурился. – Он не является аристократом, однако именно благодаря ему в сражении была поставлена точка.

Ага. И я даже знаю, как именно это было сделано.

Ар-р-р… Долгие дни я представлял себе этот разговор и признание бритоголового ублюдка. Думал, он будет юлить или еще что-нибудь в этом духе. Но даже помыслить не мог, что все произойдет так… буднично.

Что, мразь, убил мою семью, да? Ну да, убил.

И все…

«Андрей… – впервые на моей памяти в голосе Смотрителя Погостов ощущалась тревога. Он чувствовал, что внутри у меня все кипит. – Держи себя в руках».

– Интересно получается, некий Арнольд Северов, – процедил я, испепеляя бритоголового яростным взглядом. – Ты только что сознался в причастности к уничтожению семьи Соко…

– Твоей семьи, Фокусник, твоей, – перебила меня эта мразь. – Прекращай формулировать все так, будто не имеешь к Соколовым отношения. Ты – младший сын Виктора, уже много лет считающийся без вести пропавшим. Я достаточно быстро это понял.

– Молодец какой… А понимаешь ли ты, что, согласно условиям Договора со Смотрителем Погостов, должен лишить жизни самого себя?

Моя ярость передалась и Арнольду. Он подался вперед, впившись в меня взглядом, и оскалился в жуткой ухмылке.

– Все не так просто, Андрей Соколов. Во-первых, в нашем Договоре не указано, как именно я должен помочь тебе наказать виновных. Хочешь, чтобы я сам прикончил всех этих аристократов? А вот хрен тебе! То, что я назвал всех причастных, – уже вполне себе помощь.

Тварь!.. Ублюдок!..

Сука!..

Я же… тебя… прямо здесь!..

«Андрей!..» – вновь напомнил о себе Смотритель.

– А во-вторых, – с торжеством в голосе продолжала бритоголовая тварь, – мы с тобой не обговаривали и сроки. Когда я должен пойти войной на обидевших тебя аристократов? Завтра? Через месяц? Через год? А может, через сорок лет? Все эти варианты вполне допустимы. Включая последний. И лично мне как раз он больше по душе.

Татуировка-накопитель у меня на груди была полна смертоносной энергии. И сейчас этот «коктейль» пришел в движение. Я находился в шаге от того, чтобы сделать то, что уже не смогу исправить. Держался лишь чудом, но если ублюдок произнесет еще хоть слово…

Не произнес. И торжествующая ухмылка вдруг пропала с мерзкой хари, уступив место тревоге. Арнольд нахмурился, побледнел и тяжело сглотнул.

Какого хрена? Ему как будто поплохело. Или он вспомнил нечто… страшное?

«Вспомнил, Андрюха, вспомнил, – снова заговорил Смотритель Погостов. – И страшное, и важное. А конкретно – что потусторонние сущности очень не любят, когда кто-то, считающий себя безмерно хитрожопым, начинает переиначивать установленные ими правила, искать лазейки, чтобы оказаться в более выгодном положении, и так далее. К тебе это тоже, кстати, относится. Однако сегодня твой блистательноголовый оппонент накосячил куда больше – и уже получил заслуженную порцию а-та-та».

«Что ты имеешь в виду? – я озадаченно наморщил лоб, не сводя глаз с Арнольда, которому, похоже, все еще было хреновато. – Что ты сделал?»

«Во-первых, напомнил Арни, что ты рисковал жизнью во время его войнушки с Калиниными и выложился по полной. Так что и ему придется напрячь булки, когда ты решишь атаковать Воронцовых, Зыряновых, Номадовых и всех прочих. Отсиживаться он не будет, не волнуйся. И ресурсами поможет, и людьми. И сам обязательно погеройствует – за этим я особенно внимательно прослежу».

Что ж, уже легче. Вот только как быть со сроками?

«А вот это – во-вторых. Я установил для Арнольда дедлайны. Он должен быть во всеоружии, когда ты решишь, что готов сделать ход против кого-то из своих врагов. Так что сроки теперь зависят исключительно от тебя. Доволен?»

О-о, да. Так гораздо лучше.

Ярость понемногу уходила, а торжествующая ухмылка сама собой наползала мне на лицо.

– Ну что? – обратился я к Арнольду. – Облом, да? Думал, что самый умный и хитрый? А вот хрен тебе!

Тот в ответ лишь зло сверкнул глазами.

«Только ты, дружище, давай-ка тоже не расслабляйся, – сказал Смотритель. – И самым умным и хитрым себя не считай. У тебя, конечно, и первого, и второго навалом, но не настолько, чтобы прям… Короче, ты меня понял».

«Понял. До короля мира мне еще далеко».

«Именно. И лазеечка твоя мне очень не нравится. Ненадежная она. Воспользуешься – и не исключено, что быть беде. Это тоже имей в виду».

«Хорошо», – скрипнув зубами, ответил я.

«А вообще, – продолжал мой невидимый собеседник, – было бы замечательно, если бы ты прислушался к совету, который я уже озвучивал. Спрячь свою ненависть к Арнольду хотя бы на время. Позволь рассказать… нет, даже показать… кое-что. Возможно, тогда ты хоть немного смягчишься по отношению к нему. По крайней мере, поймешь, что им двигало и тогда, и сейчас».

– ДА НЕ ХОЧУ Я НИЧЕГО ПОНИМАТЬ! – рявкнул я, ощущая, как ярость накатила с новой силой.

Какого хрена? Уже второй раз Смотритель заводит эту шарманку. Пытается убедить меня, что бритоголовый не такая уж и тварь. А кто он тогда, а?! Волшебная розовая феечка?!

– Чего психуешь, Фокусник? – прищурился Арнольд.

– Да так… – я зло ухмыльнулся. – Есть тут у тебя один защитничек. Все хочет, чтобы я что-то о тебе узнал. Нечто такое, что растрогает меня до глубины души и…

– ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ, СУКА!!!

Голос бритоголового громыхнул настолько мощно, что все вокруг как будто содрогнулось. А сам он мгновенно вскочил с кресла, трясясь от ярости. Вокруг сжатых кулаков зазмеились языки красного тумана, на лысой башке проступили до боли знакомые светящиеся символы.

Э-э, что происходит?.. Ублюдок все же решил пободаться, и похеру на последствия?..

– ТОЛЬКО ЛЯПНИ ЧТО-НИБУДЬ ЭТОМУ ЩЕНКУ!!! – только сейчас я заметил, что смотрит Арнольд вовсе не на меня, а… просто чуть выше. Значит, и обращается он не ко мне. Но тогда к кому?.. – ЗАПОМНИ: ЕСЛИ ОН УЗНАЕТ ХОТЬ ЧТО-ТО, Я ТЕБЯ УНИЧТОЖУ!!! И ПЛЕВАТЬ, ЧТО ТЫ БЕСПЛОТНЫЙ И ЖИВЕШЬ В ДРУГОМ ИЗМЕРЕНИИ!!! Я НАЙДУ СПОСОБ!!!

А-а, все ясно. Лысая скотина испугалась за свою тайну – вот и закипела. Да настолько, что принялась угрожать Смотрителю Погостов.

Ха, даже интересно стало, что же это за тайна такая.

«Ох, блядь… – печально вздохнул Смотритель. Причем печаль в его голосе не казалась какой-то наигранной. – В общем, ребята, разбирайтесь в своих отношеньках сами. А я умываю руки. Главное – не наделайте совсем уж непоправимых глупостей».

На этом он замолчал. Арнольд еще несколько секунд яростно попыхтел, потом вернулся в кресло и включил ноутбук. Следующие пару минут мы просто молчали: бритоголововый пялился в ноут, время от времени щелкая мышкой, я сидел, хмурился и думал о произошедшем.

Бляха-муха, чуть не поубивали друг друга. Впрочем, Арнольд сам виноват: нехрен было хитрить.

– В общем, так… – заговорил он, оторвавшись от компьютера. – В ближайшие дни я составлю два договора – по «МАГазину» и конкретно для тебя. А ты пока готовь Илью Еремеевича и вашу лавку к переезду сюда. Как бы там ни было… в данный конкретный момент мы можем принести друг другу пользу.

– Согласен, – кивнул я.

Через силу, конечно, и тем не менее.

– Вот и отлично. Еще вопросы есть?

– Есть. Но это не совсем вопрос, – ответил я и рассказал о магах-террористах, засевших в Самшите, и их кровавых планах.

– Вот, значит, как… Проснулись, шакалы… – выслушав, задумчиво произнес Арнольд. – Если все действительно так, как ты говоришь, этим делом необходимо заняться. И людей убережем, и стабильность в обществе сохраним, и… что уж греха таить, заработаем хорошие деньги и дополнительные очки перед людьми из правительства. Пусть видят, что не зря дали мне и моим ребятам второй шанс. Но работать придется в тесной связке с магами из имперской службы безопасности. Я доложу им обо всем, что ты узнал, они проверят информацию, проведут разведку, и уже тогда будем действовать. Молодец, Фокусник, нашел для нас неплохое дельце. Единственное, что непонятно: как ты вообще узнал о готовящемся теракте?

– У меня свои источники, – уклончиво ответил я, не желая рассказывать, где и при каких обстоятельствах получил нужную информацию.

На этом мы с бритоголовым распрощались, и следующие несколько дней я провел вполне спокойно и мирно.

Первым делом – погрузился в чтение, основательно подготовился ко второму экзамену – по технике безопасности при работе с артефактами – и вполне успешно его сдал. Знания проверяла уже знакомая компания экзаменаторов, но это не помешало мне заработать еще одну сотню баллов. Маргарита Тихоновна, понятное дело, допрашивала меня с особым пристрастием, постоянно искала, к чему бы придраться, однако все ее старания оказались тщетны. Отвечал я идеально.

Да и к моему поведению у этой неприятной дамы претензий не было: на сей раз парочка абитуриентов-аристократов вела себя тихо, а потому и я пребывал в образе паиньки.

В один из поздних вечеров, заканчивая прогулку, я спас человека. Тот, изрядно замученный ощущением полнейшей безысходности из-за длительного контакта с Чиполлетто – опасной тварью из Темных Угодий, – сидел в заброшенном дворе-колодце и уже был готов наглотаться таблеток.

Ведомый Зовом, я оказался рядом за пару мгновений до того, как первая порция белых кругляшей отправилась в рот бедняги. Обездвижив его с помощью телекинеза, я атаковал чудовище.

Эта здоровенная мясистая «луковица» с двумя пастями и шестью суставчатыми лапами подохла довольно быстро, подарив мне в качестве трофея свое сердце. А следующие два часа ушли на то, чтобы очистить разум жертвы Чиполлетто от ментальной «грязи».

Также я еще раз встретился с Мартой, и женщина сообщила мне кое-что интересное насчет Чернославских.

Не так давно Афанасий Семенович выкупил часть природного заповедника на Урале. Но на сей раз не для строительства нового курорта, а кое для чего более увлекательного. Барской Охоты – некогда популярного, но уже много лет как позабытого развлечения российских аристократов.

По задумке Чернославского, участники охоты будут выслеживать обладающих магией зверей, специально запущенных на территорию заповедника. Понятное дело, что под присмотром опытных магов-егерей, но свою дозу адреналина и удовольствия господа князья, графы, бароны, виконты и все прочие обязательно получат. А для Афанасия Семеновича это и очередной источник хорошего заработка, и налаживание новых связей, и укрепление старых.

Во всяком случае, по словам Марты, аристократ рассчитывает, что все будет именно так.

Пока что этот проект Чернославского находится «на бумаге», но женщина обещала дать знать, когда барон приступит к его реализации.

Смотритель Погостов все эти дни молчал – даже когда я сам пытался мысленно обратиться к нему. Похоже, произошедшее во время моей последней встречи с Арнольдом всерьез расстроило этого засранца. Или разозлило. Или… Хрен его знает, в общем. И, по правде говоря, иной раз едких комментариев этого персонажа как будто не хватало.

Еще я начал изучать столичный рынок недвижимости. Мыкаться по гостиничным номерам и съемным квартирам мне порядком надоело, вдобавок за последние недели я умудрился обзавестись суммой денег, вполне достаточной для покупки какой-нибудь пусть небольшой, но комфортной берлоги. И звонок от Арнольда застал меня как раз в тот момент, когда я лазил по очередному сайту, раздумывая над тем, что лучше: новостройка или вторичное жилье.

– Слушаю, – произнес я, взяв телефон.

– Послушай, ты… Фокусник, блядь, поганый… – голос бритоголового буквально вибрировал от гнева. – Ты это специально сделал, да? Специально, сука?! Захотел меня подставить?!

Хм, интересно у нас разговор начался… Про содержательность вообще молчу.

– А можно как-то поподробнее? – сохраняя невозмутимый тон, поинтересовался я. – Что именно я сделал?

– Нахрена ты напиздел про Самшит?! – процедил Арнольд. – Маги-безопасники там три раза все вдоль и поперек прошерстили! Нет в этом гребанном городишке и его окрестностях никаких террористов!

Глава 5

Арнольд продолжал материться, и я… ему не мешал.

Вполуха слушая, с какой гадиной и бестолочью связался бритоголовый, я пытался унять растерянность и начать думать.

Хотя и думать тут особо было нечего: произошло нечто непонятное, а значит, надо ехать в Самшит и самому разбираться в ситуации.

Бритоголовый все еще бушевал, и в конце концов мне это надоело. Прервав звонок, я на время заблокировал номер Арнольда, чтобы не мешал. Затем сходил в ванную, умылся холодной водой и стал составлять план действий.

Следующие двое суток превратились в марафон срочных и сложных дел. Мне пришлось и поизобретать, и поохотиться, и поэкспериментировать с черной магией, поскольку пойманную тварь нужно было усовершенствовать, и пободаться с сотрудниками аэропорта, дабы достать билет на самолет до ближайшего к Самшиту крупного города. А уже оттуда до нужной точки на карте Российской Империи я планировал добраться автостопом.

В итоге все получилось. И сейчас я ехал к Самшиту в старенькой «девятке», за рулем которой был почтенный бородатый старец с орлиным профилем.

– Слушай, да, вот прям с утра какое-то предчувствие… дурное, – разглагольствовал тот, качая головой и цокая языком. – Вот вроде и хорошо все: к сыну еду на день рождения, барана зарежем, шашлык сделаем, но… Тревожно, да.

Прям с утра, говоришь? Ну-у, скорее с того самого момента, как я напросился к тебе в попутчики, дедуль. Точнее даже не я, а мы. И причиной тревог этого отца именинника был как раз второй пассажир – тот, что оставался невидимым и ехал снаружи, на крыше.

Тварь для предстоящего дела я поймал очень даже подходящую – Ткачиху. Жуткую и тощую старуху ростом под два с половиной метра, облепленную уродливыми шишками, из которых выделялось нечто вроде паутины.

В обычных обстоятельствах хозяин «девятки» ее бы даже не почувствовал. Но я немного изменил Ткачиху при помощи черной магии, и побочным эффектом изменений стало появление особой ауры, которая и внушала водителю тревогу.

Вдобавок Ткачиха, и так существо крайне агрессивное, пребывала в отвратительном расположении духа. На самолете ей, видите ли, не понравилось летать. И кресло маленькое, неудобное, и уши на высоте закладывает, и сожрать никого нельзя… Короче, не путешествие, а сплошное огорчение.

– Ох, прям холодок по спине пробегает, да, – в очередной раз вздохнул старик и передернул плечами. – Чует отцовское сердце: нехорошее что-то случилось.

Чтобы не мучить беднягу, я использовал немного ментальной магии. Спустя пару минут водитель повеселел и всю дорогу рассказывал, как был чемпионом по вольной борьбе, старпомом на круизном лайнере, фермером и так далее. Биография у него оказалась очень солидная.

До Самшита я добрался к обеду. И, честно говоря, городок производил удручающее впечатление.

Было видно, что люди отсюда уезжают: многие магазины закрыты, дома пустуют, народу на улицах практически нет. В общем, идеальное место для логова шайтанов. Дело за малым – найти его. Или убедиться, что Арнольд прав и никаких террористов тут нет, а затем идти к бритоголовому на поклон и объяснять, что я стал жертвой дезинформации.

Второй вариант меня не устраивал абсолютно.

Ну да ладно, довольно лирики, пора браться за дело.

Скомандовав Ткачихе «сидеть», я извлек из вещмешка наспех сделанный артефакт. Выглядел он так, что любой мало-мальски понимающий в артефакторике маг, глядя на этот «шедевр», брезгливо сморщится и спросит: «Что это за хрень?» Острые осколки костей, фрагменты мумифицированных внутренностей тварей из Темных Угодий, несколько мелких минералов, скрепляющий раствор серо-буро-козявчатого цвета… Все это было слеплено в подобие сферы размером с футбольный мяч. Впрочем, эстетическая сторона при работе над этим артефактом меня волновала в последнюю очередь: мне требовалось изготовить его в кратчайшие сроки, наделив всем необходимым функционалом.

Что ж, теперь пора проверить, справился ли я…

Опустив артефакт на тротуар, я «оживил» его несильным магическим импульсом. Тот засветился мягким желтым светом, приподнялся над асфальтом и медленно поплыл вниз по улице. Мы с Ткачихой двинулись следом.

Одним из свойств артефакта была невидимость. Так что в глазах редких прохожих я выглядел обычным парнем в наикрутейшей капитанской фуражке, а не дурачком, который топает за скользящей по воздуху неведомой фиговиной.

За следующие три часа я обошел большую часть города. И понемногу начинал тревожиться, поскольку не обнаружил никаких признаков логова террористов.

Возможно, Арнольд прав и в Самшите действительно нет никаких шайтанов. Или же мой артефакт оказался не только безобразным на вид, но и не выполнял свою главную функцию – обнаружение сразу нескольких видов магии. Черной, предназначенной для отвода глаз, отпугивающей, маскировочной и так далее. Я понятия не имел, что представляет собой база шайтанов, где конкретно она находится и какими чарами защищена. Поэтому напихал в артефакт целую кучу детекторов, сделав его максимально универсальным.

Не исключено, что именно это все и погубило… Плюс спешка вкупе с недостатком опыта и ресурсов.

Хотя, конечно, не факт, что проблема в артефакте. Велика вероятность, что террористы действительно свалили из Самшита. Не дождались Джабраила и остальных, встревожились, почуяли неладное – вот и передислоцировались…

Неизвестно куда.

– Блядство, – процедил я, вслед за артефактом направляясь к окраинам северо-западной части города.

Попутно поглядывал по сторонам: мало ли, вдруг на глаза попадется кто-нибудь подозрительный.

Эх, сейчас бы очень пригодилась помощь Смотрителя Погостов. Но этот вредный гаденыш до сих пор молчал, что, признаться, тоже начинало напрягать. Да, выбесили мы его с Арнольдом знатно, признаюсь. Но не вечно же теперь щеки надувать?

Когда артефакт засветился красным, в первые пару мгновений я не сразу поверил глазам.

Неужели… нашел?

Похоже, да: моя корявая левитирующая «ищейка» напала на след и устремилась вперед. Туда, где за сочными зелеными зарослями укрывалась заброшенная промзона.

Жутковатое местечко, кстати… Забор с каймой из колючей проволоки, несколько больших проржавевших ангаров, пара козловых кранов, готовых вот-вот рухнуть, горы металлолома и куча ржавой техники – грузовиков, тракторов, бульдозеров, погрузчиков, автобусов.

Эту территорию я пересек, максимально обезопасившись: проглотил пилюлю из клыков Глодателя, укрылся щитом и чарами невидимости. Артефакт уверенно скользил вперед, но, оказавшись за высоченным нагромождением морских контейнеров, внезапно замер. А потом произошло то, чего я ждал с тех самых пор, как эта аляповатая магическая поделка налилась красным светом.

Прямо под ней, там, где еще секунду назад был просто растрескавшийся асфальт, внезапно возник канализационный люк.

Оп-пачки, вот оно, значит, как…

Укрепив связь с артефактом, я прикрыл глаза и сосредоточился. Так-с, что тут у нас?.. Ого, как все наворочено-то!..

Люк, под которым, как я надеялся, был расположен вход в логово шайтанов, и все вокруг в радиусе пары десятков метров защищалось сложнейшей комбинацией заклинаний. Причем совершенно незнакомых.

Видимо, поэтому разведка имперской службы безопасности и не смогла ничего засечь. Не исключаю даже, что эти бравые ребята побывали прямо здесь, за контейнерами: потыкали в асфальт магическими детекторами, провели несколько ритуалов, поигрались со свитками и печатями. В общем, расстарались знатно, задействовали все ресурсы, но их оказалось недостаточно.

Наверняка террористы за годы существования своей организации как следует изучили возможности, методы, инструменты и прочие магические козыри безопасников. Вот и сотворили собственного… гм… джокера, который и их надежно укрыл, и сам остался совершенно незаметен. Вот только…

На любой уникальный замок найдется не менее уникальная отмычка. Пускай даже она выглядит как хрен знает что и сделана практически на коленке. Это я сейчас про созданный мной артефакт.

В общем, похоже, пора разблокировать Арнольда, звонить ему и требовать извинений. Хотя…

Я так и не достал телефон. Вместо этого посмотрел еще раз на люк, потом на топтавшуюся чуть позади Ткачиху. И расплылся в хитрой ухмылке.

***

Ну вот, а теперь можно и бритоголовому позвонить.

Я зашел в список контактов, разблокировал Арнольда, и телефон почти тут же завибрировал.

Хе-хе, на ловца и зверь бежит…

– Алло, – произнес я, принимая вызов.

– ТЫ ГДЕ ПРОПАДАЕШЬ, КРЕТИН?! – обрушился на меня громогласный рев Арнольда. – ТЫ ЗНАЕШЬ, СКОЛЬКО Я ДО ТЕБЯ ДОЗВОНИТЬСЯ ПЫТАЮСЬ?! КАКОГО ХРЕНА ТЫ ВООБЩЕ ОТКЛЮЧИЛСЯ?!

– Делами занимался, – невозмутимым тоном ответил я.

– КАКИМИ, СУКА, ДЕЛАМИ?! ДА Я ТЕБЯ…

М-да уж, накипело и пригорело у бритоголового порядочно. Он драл глотку еще минуты три, пока не закашлялся.

– Водички попей, – все так же бесяче-невозмутимо сказал я. – А заодно послушай, что я тебе расскажу. Прямо сейчас я нахожусь в Самшите – в полусотне метров от базы террористов.

От неожиданности Арнольд даже кашлять перестал. Лишь тяжело сопел, что было прекрасно слышно.

– Да-да, сижу себе под южным солнышком, грею косточки и стерегу этих отмороженных бородачей, – продолжал я. – Уж не знаю, каким местом Самшит проверяли эти твои хваленые имперские безопасники, но логово шайтанов они проглядели.

– Ты… шутишь сейчас? – уже гораздо тише, но все еще очень грозно поинтересовался Арнольд. – Учти, если…

– Да какие шутки? Не веришь – собирай отряд и подваливай сам. Точные координаты я тебе сейчас сброшу.

– Хорошо, – после недолгих раздумий процедил бритоголовый. – Скоро будем.

Убрав телефон в карман, я вновь довольно ухмыльнулся.

***

Ух ты, какая делегация…

Тут и Арнольд, и Лизавета, и Брут с Краузом, и еще трое незнакомых, но очень суровых мужиков. И все вооружены до зубов, морды решительные. Сразу видно: телепортировались, чтобы хорошенько повоевать.

– Здрассте, здрассте, люди добрые, – поприветствовал их я, сидя прямо на асфальте. – Ох, долго же вы собирались, я прям заждался. А у вас покушать чего-нибудь не найдется? А то с пяти утра маковой росинки во рту…

– Не паясничай, – перебил меня Арнольд. Сейчас он напоминал бойцового пса, готового к очередной схватке. – Где?

– Что «где»? – я недоуменно приподнял бровь.

– База! – прорычал мой лысый собеседник.

– А-а, где шайтаны окопались. Да прямо под нами, в канализации. Вон вход, – я кивнул на канализационный колодец.

Открытый.

Несколько секунд Арнольд смотрел на него, потом перевел взгляд на меня и задумчиво прищурился.

– То есть ты хочешь сказать, что целая группа магов-разведчиков, профессиональная, подготовленная и обеспеченная всем необходимым, не смогла найти место дислокации террористов, а ты, восемнадцатилетний сопляк, смог?

– Грубоватая, конечно, формулировочка, но примерно так дела и обстоят, – подтвердил я. – А на безопасников не сердись, они наверняка старались. Просто очень уж хитро шайтаны свое лежбище замаскировали.

– И как же ты его обнаружил?

– А вот с помощью этой изящной вещицы, – я встал и извлек из вещмешка артефакт, что привел меня к логову террористов. – Она какую хочешь магию обнаружит.

– Покажи, – Арнольд протянул к артефакту руку, но я отступил на шаг. – Почему сразу мне про него не рассказал?

– Ну-у, наверное, потому, что изготовил его только полтора дня назад.

– Я хочу, чтобы ты продал его мне. Заплачу хорошо.

– Об этом мы отдельно поговорим. А сейчас довольно языками трепать, пойдемте я вам лучше базу покажу. Эти бородатые шизики, надо сказать, очень классно устроились.

С этими словами я убрал артефакт, подхватил вещмешок и расслабленной походкой направился к открытому канализационному люку.

Арнольд и остальные так и не сдвинулись с места.

– Постой, – произнес бритоголовый, когда я проделал примерно половину пути. – Вход ты обнаружил, молодец. Но я не поверю, что он был защищен только маскирующими заклинаниями.

– Верно мыслишь. Там много всего. Одно заклинание не позволяло убрать с люка крышку, еще два предназначались для атаки. Плюс, конечно же, сигнализация. Говорю же, шайтаны обустроились очень основательно.

Вот обожаю моменты, когда вроде бы отвечаешь, а вопросов у собеседника становится только больше.

«О-о, да, – подтвердил Смотритель Погостов. Мы с ним, кстати, помирились, но об этом чуть позже. – Рожа у твоего блистательноголового соратника такая, что любо-дорого посмотреть. Стоит, глазками луп-луп делает – и НИХРЕНА не понимает».

Впрочем, так и было задумано.

– Ну мы идем или как? – поторопил я Арнольда и остальных.

– Ты что… – бритоголовый в очередной раз взглянул на открытый колодец, – нейтрализовал все заклинания?

– Ну да. У меня для этого специальные игрушки, – я извлек из вещмешка еще один артефакт, похожий на многоножку. Только туловище ее состояло из небольших бледно-желтых кристаллов, а конечности были костяными. – Активируешь такую штуковину, подводишь к зоне действия заклинания, и она его попросту впитывает. Конкретно эта сейчас полна магической энергии, предназначенной для атаки непрошеных гостей. И эту энергию можно изучить, перенаправив из артефакта в обычный накопитель. Все остальные заклинания я тоже поглотил. Думаю, если ты передашь артефакты с запечатанной в них магией безопасникам, те будут очень рады. У них ведь наверняка есть служба, которая занимается магическим анализом. Мы неплохо заработаем и поднимем собственный авторитет, если подбросим им новые образцы для исследований. Разведка облажалась, потому что шайтаны использовали совершенно новые заклинания. Но теперь у безопасников есть возможность лишить террористов этого преимущества.

– И сколько у тебя таких артефактов? – прищурился Арнольд. – Заполненных магией.

– Пятнадцать. По одному заклинанию в каждом.

Некоторое время бритоголовый молчал, переваривая услышанное. Потом задумчиво посмотрел на меня.

– Получается, вход свободен и безопасен? – спросил он. – А террористы что, ни сном, ни духом о том, что остались без магической защиты? Сидят себе спокойно – и ни о чем не подозревают?

– Ну-у, не сидят. Лежат.

Арнольд вновь замер. Непонимания в его взгляде было столько, что Смотритель Погостов закудахтал от восторга.

– В смысле… «лежат»? – после небольшой паузы произнес Арнольд.

– Да обыкновенно, – я с невинным видом пожал плечами. – В горизонтальном положении. Пойдемте. Будет гораздо лучше, если вы сами все увидите.

Развернувшись, я наконец дошел до люка и стал спускаться. Бритоголовому и прибывшей с ним «делегации» не оставалось ничего другого, кроме как последовать за мной.

Базу шайтаны и впрямь обустроили неплохо: изолировали несколько канализационных тоннелей, что шли от заброшенного санатория, располагавшегося за промзоной. Помимо уже найденного колодца в логово вели еще несколько – тоже максимально защищенные магией. Впрочем, ими террористы не пользовались, а на поверхность попадали через портал, расположившийся в конце одного из тоннелей.

– Ну вот, – сказал я, дождавшись, пока все спустятся, и рукой указал на уложенных вдоль стены бородачей. – Все полностью обезврежены, ведут себя спокойно, отдыхают. Ты, Арнольд, можешь уже сейчас звонить своему человеку из правительства, или с кем ты там беседы разговариваешь, и докладывать об успешно проведенной операции. Лавры победителя полностью твои.

Арнольд продолжал пялиться то на меня, то на шайтанов, опутанных липкими нитями черно-серой паутины, и, похоже, никак не мог поверить, что все происходящее ему не снится. А вот Лизавета, стоявшая за спиной босса, хоть и сохраняла серьезное выражение лица, но веселилась от души. По глазам было видно.

«Ой, можно подумать, ты ей в глаза смотришь, – тут же среагировал мой невидимый спутник. – Разве что в те, которые четвертого размера. Прекрасные, большие и упругие глаза…»

Отвечать я не стал. Просто стоял и наслаждался триумфом.

На то, чтобы захватить базу террористов и обезвредить всех, кто на ней находился, у меня ушло два с половиной часа. Первым делом я задействовал артефакты-поглотители, чтобы открыть дорогу вниз. Но не для себя, а для Ткачихи, а затем, управляя тварью при помощи ментальной магии, начал охоту.

Полностью подчиненная моей воле, Ткачиха выцепляла шайтанов по одному, по двое. Благодаря тому, что я изменил монстра черной магией, его паутина приобрела, пожалуй, самое полезное свойство из всех возможных: каждый, кто попадал в липкий кокон твари, мгновенно цепенел и не мог ни позвать на помощь, ни тем более использовать заклинания. В общем, крутой монстр получился, жаль только, что жить ему оставалось несколько часов. Та сила, которой я наделил Ткачиху, медленно уничтожала ее изнутри. А сама тварь сейчас была погружена в сон.

– Шестнадцать человек, – посчитал пленников Арнольд. – Это все?

– Ага, – соврал я.

На самом деле шайтанов было двадцать два, однако шестерых я отдал Смотрителю Погостов. Собственно, когда все террористы оказались обезврежены, а я, наконец спустившись в их логово, все осмотрел, этот бесплотный засранец и напомнил о своем существовании.

Сначала обозвал меня упертым мудаком, потом похвалил за успешно проведенную операцию и сообщил, что кое у кого из моих пленников души прогнили настолько, что у него аж в глазах рябит.

Всех, на кого указал Смотритель, я телепортировал на ближайшее кладбище и с чистой совестью сдал этому зубастому черному облаку.

Затем вернулся на базу шайтанов и, используя кое-какие артефакты собственного изобретения, предназначенные для обнаружения и вскрытия тайников, провел тщательный обыск. В итоге моими трофеями стали несколько книг – на незнакомом языке, но это не проблема, – целая коллекция редких ингредиентов и чемодан с наличностью – рублями, долларами и евро. Денег оказалось столько, что сейчас я могу спокойно подобрать себе жилье на рынке элитной недвижимости.

Чем и займусь в самое ближайшее время.

– Как ты все это провернул? – мрачно осведомился Арнольд.

– Ловкость рук и никакого мошенства, – пожал я плечами. – Я же Фокусник. А сейчас предлагаю осмотреться. Тут много всего интересного, хоть и довольно опасного.

– Молодец, парень, – задумчиво произнес один из незнакомых мне бойцов. Высокий, смуглый, с тяжелым взглядом и черной щетиной на скуластой и носатой физиономии. – Один столько народу поймал. Шустрый и хитрый.

Ух ты, это что, комплимент? Мне? Что ж, приятно, приятно, вот только…

Обычно комплименты говорят каким-то более теплым тоном. Да и вообще интересно: что это за товарищ такой серьезный?

Не исключено, что он из безопасников. Возможно даже, один из тех, кто проводил в Самшите разведку. Если так, то вряд ли этот носатый рад, что его и остальных разведчиков обошел какой-то непонятный паренек.

Похоже, я обзавелся недоброжелателем.

Предложение осмотреться Арнольд воспринял положительно. Несмотря на то, что я уже вдоволь поскреб по сусекам, в логове шайтанов оставалось много всего интересного. Оружие, боеприпасы, артефакты, документы, компьютеры, ноутбуки, съемные диски… Думаю, бритоголовый останется доволен.

Так и вышло. К концу обыска Арнольд пребывал в прекрасном расположении духа. По крайней мере, он перестал пялиться на меня с видом человека, заветной мечтой которого уже пару недель является банальное опорожнение кишечника.

– Хорошо, – сказал бритоголовый, когда мы все собрались на пересечении двух тоннелей, и достал телефон. – Молодец, Фокусник. В очередной раз и удивил, и порадовал. Теперь давайте порадуем… одного важного человека.

– Не спеши, Арнольд.

Догадываетесь, кто это сказал? Правильно: тот самый носатый субъект, что похвалил меня каких-то полчаса назад.

Сейчас он стоял, чуть подавшись вперед, и сверлил бритоголового очень нехорошим взглядом.

Глава 6

Мгновение – и носатый оказался в паре десятков метров от нас, укрывшись за громоздким металлическим шкафом. А меня, Арнольда, Лизавету и остальных накрыло большой клеткой с прутьями из чистой магической энергии.

Очень, кстати, нехорошей: стоило клетке появиться, и я сразу почувствовал себя погано. Закружилась голова, затошнило, органы свело в жутком спазме. Меня стало бросать то в жар, то в холод. Но самым хреновым было то, что эта сраная ловушка подавляла магические способности. Не полностью, но процентов на восемьдесят точно.

Другим было не лучше. Лизавета упала на колени, обхватила себя руками и часто вздрагивала. Арнольд стоял наклонившись и сдавливал собственную голову, словно боясь, что та вот-вот взорвется. Одного из незнакомых мне наемников выворачивало наизнанку, остальные шатались, стонали или матерились. В общем, досталось всем, и я еще неплохо держался. К тому же куда больше собственного физического состояния меня заботило другое: а какого хера вообще происходит?

– И… Ибрагим… – выдавил Арнольд, с ненавистью глядя на носатого. Он по-прежнему держал руки у головы, а из глаз катились кровавые слезы. – В чем дело?

– В твоей неугомонности, – отозвался прячущийся за шкафом ублюдок. – Все-то ты, Арнольд, никак не успокоишься. Тебе же ясно дали понять: нет здесь никого. Нечего сюда лезть. Но ты, как обычно, не послушал. Отправил этого… хитрого и шустрого, чтобы все разнюхал. А он… Ладно, как твой паренек умудрился натворить таких дел, мы еще выясним.

– Мы, значит… – задумчиво повторил бритоголовый. – И сколько времени ты заодно с этими отморозками?

– На твоем месте я бы подбирал слова тщательнее. Не в том ты сейчас положении, чтобы грубить. Впрочем, – Ибрагим усмехнулся, – с другой стороны, какая теперь разница, да? Учитывая, куда ты и вся твоя компания очень скоро отправитесь. Название «Жаровня» тебе о чем-нибудь говорит?

Судя по тому, как помрачнел Арнольд, говорило. Да еще как.

– Слышь, – я тронул плечо бритоголового. – Что еще за «Жаровня» такая?

Тот болезненно сморщился, а кровь из глаз стала сочиться еще сильнее. Тем не менее, Арнольд ответил:

– Самая поганая тюрьма для магов в мире. Служит… этакой альтернативой смертной казни, которая запрещена во многих государствах. «Жаровня» создана Ближневосточной Коалицией, находится в Нефудских Песках и представляет собой… да просто бетонную площадку размером в несколько десятков квадратных километров, укрытую навесами. По официальной версии в «Жаровню» попадают приговоренные к смертной казни. Но на самом деле там полно тех, кто просто оказался неугодным кому-либо, обладающему определенным влиянием. Она даже в охране не нуждается: среди заключенных очень редко находятся те, кто рискует сбежать. Потому что кругом только песок, солнце, адская жара и смерть. А тюрьму хотя бы обеспечивают грязной водой и скудным пайком – посредством порталов. Правда, достается все это лишь самым сильным, а остальные дохнут с голоду. И когда такое происходит, в «Жаровне» начинается праздник. Догадываешься почему?

– Видимо, померший становится едой.

– Правильно. Но опять-таки для самых сильных.

– Да уж, хреновато у них там. И что, сбежать вообще нереально? Пустыня пустыней, но ты сказал, что там содержат магов. Наверняка среди них есть те, кому под силу путешествие через пески.

– Да, мой хитрый и шустрый друг, – ответил вместо Арнольда Ибрагим и очень мерзко ухмыльнулся. – Такие случаи бывали. Правда, шансы на успех – один к нескольким тысячам. И главная проблема здесь не в суровых условиях пустыни. Перед тем, как отправиться в «Жаровню», осужденные маги становятся джахберрами.

– Чего? – я озадаченно наморщил лоб. – Кем становятся?

– Джахберрами, – повторил носатый говнюк. – Или, если попроще, – мутантами. Все будущие заключенные «Жаровни» проходят очень болезненную процедуру. Она уродует их тела и, самое главное, лишает большей части магических способностей. Вот и ответ на твой вопрос, хитрый и шустрый. Думаешь, сможет маг, лишившийся практически всех сил, преодолеть сотни километров по пескам и под палящим солнцем?

– Маловероятно, – процедил я, мрачнея.

– Вот. Но даже если преодолеет, то все равно наверняка умрет. Внешность любого джахберра, мягко говоря, приметна, – Ибрагим усмехнулся. – И в любой стране мира знают: если рядом с обычными людьми появился большеголовый, горбатый урод с кривыми конечностями, выпученными глазами и раздутыми лимфоузлами, то это беглец из «Жаровни». Некогда опаснейший преступник, заслуживающий самого сурового наказания. И у него два пути: либо попасться полиции и возвратиться на бетонную площадку в пустыне, но уже с отрезанными ногами, либо выживать вдали от всех.

– Да уж, говенные перспективы, – задумчиво произнес я. – И как-то… не хочется мне ни мутировать, ни магию терять, ни попадать в это твое общество каннибалов.

Ибрагим в ответ оскалился в хищной белозубой улыбке.

– Об этом, хитрый и шустрый, надо было задумываться раньше. До того, как ты сунул свой любопытный нос в убежище моих братьев. Не надо мешать нашей священной войне. Любой, кто осмелится на это, будет наказан самым суровым образом. Наш небесный покровитель видит все. Он ведет нас вперед, к единству на всей Земле!

Последние фразы носатый произносил с очень знакомым благоговением: точно такие же интонации были у Джабраила, когда тот рассказывал, кто он, чем занимается и кому служит.

Короче, еще один фанатик. А ведь как мастерски притворялся нормальным.

«А я вот сразу просек, что это за крендель, – заявил Смотритель Погостов. – Лучший человек шайтанского профсоюза. И в имперской службе безопасности успевал трудовые подвиги совершать, и молиться своему небесному покровителю, и братьям всячески помогать, пользуясь служебным положением».

«И предупредить ты никак не мог?» – суровым тоном осведомился я.

«Мог. Но зачем? Посмотреть, как ты и остальные будете выбираться из этой жопы, гораздо интереснее».

Гондон… Иначе и не скажешь.

«Будешь обзываться – оштрафую еще на пару прогнивших душ. Кстати, Ибрагимчик мне вполне подходит. Имей в виду, когда начнешь его нагибать».

Носатый, тем временем, вышел из-за шкафа и достал телефон.

– Кому звонить собрался? – спросил я.

Черт, а положение-то серьезное. Надо действовать быстрее. Но наличие сраной клетки, глушившей мой магический дар, капец как осложняло дело.

Значит, будем тянуть время.

– Тебе не все ли равно? – усмехнулся Ибрагим.

– Я любопытный. К тому же, по законам жанра, когда близится кульминация, злодей обязан выдать какой-нибудь пафосный монолог, насыщенный полезной информацией. О том, как он придумал свой гениальный план, как теперь захватит всю планету, сожрет всех воробьев и так далее, и тому подобное.

– Я не злодей, – глаза шайтана нехорошо блеснули. – Я – один из тех, кто распространяет свет истины по нашему миру, погрязшему во всевозможных грехах.

– Вот-вот, про это я и говорил. Продолжай.

– Ты глупец, хитрый и шустрый, – Ибрагим качнул головой и посмотрел на телефон. – Хочешь узнать, кому я намерен позвонить? Это великий человек. Именно он открыл мне глаза и привел к истине. Увы, ни тебе, ни тем, кто сейчас стоит рядом с тобой, не суждено познать это счастье. Зато вы познаете боль.

Арнольд тихо выматерился.

– Чего ругаешься? – спросил я.

– Да так… – бритоголовый в очередной раз размазал кровь по щекам. Выглядел он в этой «боевой раскраске» очень даже грозно. – Я догадываюсь, кому эта тварь собралась звонить.

Судя по тону, Арнольд был встревожен не на шутку. Ар-р-р, дерьмовая ситуация… А Ткачиха, скотина, все еще не желала пробуждаться.

«А вот нечего было зверушку усыплять, – наставительным тоном сказал Смотритель. – Не пришлось бы сейчас мучиться».

Ага. Вот только кто ж знал, что все так обернется?..

– Сейчас сюда прибудет маг-экзекутор, – после небольшой паузы продолжил Арнольд. – И он превратит нас в джахберров. Процедура происходит как раз в таких ловушках.

Лизавета, услышав бритоголового, сжалась еще сильнее.

– Не… хочу… – еле слышно выдавила она. – Только не… это…

– Э, я тоже не хочу! – воскликнул я, добавив в голос панических ноток.

Ткачиха наконец начала пробуждаться. Но, сука, слишком медленно!..

Надо тянуть время. Отвлекать носатого всеми возможными способами.

– Сам виноват, – с гнусной улыбкой отозвался Ибрагим. – Нечего было лезть куда не следует. За любой поступок приходится расплачиваться. И чем он серьезнее, тем выше цена.

Мля, как все эти религиозные фанатики любят пофилософствовать… Впрочем, сейчас это как нельзя кстати, потому что…

ТКАЧИХА, ТВОЮ МАТЬ! А НУ, ПОДЪЕМ!!!

– Да ни в чем я не виноват! – я приблизился к клетке, следя за рукой шайтана, в которой тот держал телефон. Всего несколько движений пальцами по экрану – и будет поздно. – Это все Арнольд! Мудак упертый! Говорит: езжай – и без результатов вообще о себе не напоминай! Что мне еще было делать?..

Ну? Очухалась наконец? Теперь мчи сюда!

Управлять тварью, когда ментальная магия целенаправленно глушится – крайне сомнительное удовольствие. Ощущение такое, что кто-то очень добрый натыкал в мозг с десяток зазубренных железяк и принялся их нагревать.

– Во-от как… – задумчиво протянул носатый. – Что ж, если все так, то, возможно, ты и впрямь заслуживаешь пощады. Но тебе придется это доказать.

– Как? – я продолжал сверлить взглядом телефон в руке ублюдка.

Что окажется быстрее? Его пальцы, почти коснувшиеся дисплея? Или все же Ткачиха?

Тварь так и норовила освободиться от невероятно хлипкого ментального «поводка».

– Видишь эту красавицу? – Ибрагим кивнул на дрожащую Лизавету. – Убей ее. У тебя ведь наверняка есть с собой нож. Достань и перережь ей горло. Только медленно.

Мразь…

Зато теперь понятно, почему Смотритель Погостов не против заполучить душу носатого. И я с удовольствием ее ему преподнесу.

– Давай, давай, – поторапливал меня тот, с каким-то яростным предвкушением глядя на Лизавету. Ненормальный, сука. – Смелее. Убивал кого-нибудь когда-нибудь? Страшно только первый раз, затем входишь во вкус. К тому же для девушки так будет даже лучше. Не думаю, что такая красотка захочет провести остаток дней, превратившись… как там у вас говорят? В страхолюдину, да?

Ха, вовремя же эта скотина заговорила про страхолюдин. Одна такая – правда, невидимая для всех, кроме меня, – уже стояла за его спиной, готовая атаковать.

– Действуй же, – Ибрагим зло оскалился. – Спаси девушку. Не дай ей стать уродкой. Не позволь отправиться туда, где ее будут пользовать и днем, и ночью. Женщинам в «Жаровне» очень рады, даже безобразным. Главное – чтобы нужные дырки оставались в нужном месте.

Ну все, ублюдок, ты меня достал… Ткачиха, ФАС!!!

Тварь только этого и ждала. Сцапав Ибрагима длинными кривыми лапами, она тут же принялась опутывать его паутиной.

– Что?.. – выдохнул Арнольд и отступил на пару шагов.

Ну да, для него и остальных находящихся в клетке все, что сейчас происходило, выглядело донельзя странно.

Ибрагим, еще пару секунд назад стоявший с видом победителя, вдруг выронил телефон, завертелся на месте, а прямо из воздуха начали появляться толстые и липкие нити черно-серого цвета. И они наматывались на него словно на живую катушку, медленно, но верно заключая в прочнейший кокон.

Единственное, голову носатого я решил оставить «на свободе». Уверен, Арнольд сейчас очень хочет с ним побеседовать.

– Фокусник… – надо отдать бритоголовому должное, он быстро понял, что к чему. – Твоя работа?

– Ага, – кивнул я с довольным видом и велел Ткачихе остановиться, опустить носатого на пол и отойти на несколько шагов. Затем, напрягая свой многострадальный мозг, вновь погрузил тварь в сон. – Всегда надо иметь дополнительный козырь в рукаве. Особенно на такой случай.

– Тогда, может, ты и с этой чертовой клеткой что-нибудь сделаешь? Пока мы все тут не подохли.

– Как раз собирался этим заняться, – ответил я и полез в вещмешок за пустым артефактом-поглотителем.

Увы, быстро справиться с магической ловушкой не удалось. Вдобавок пришлось задействовать сразу три артефакта. Хорошо, что этих «многоножек» я изготовил с приличным запасом.

Оказавшись наконец на свободе, все еще минут пять приходили в себя. Особенно тяжко было тому незнакомому наемнику, которого безжалостно выворачивало: из-за долгого прерывания в клетке он погрузился в полубессознательное состояние.

Быстрее всех очухались мы с Арнольдом и Лизавета. Причем девушка сразу же оказалась рядом и заключила меня в крепкие объятия, упершись роскошной грудью мне в бок.

Ох-х, у меня аж голова болеть перестала. А вот давление в плавках начало довольно-таки быстро нарастать.

– Спасибо тебе, Андрей. Огромное спасибо, – прошептала она, мелко вздрагивая. – Если бы не ты… Этот подонок ведь прав: умереть – куда лучше, чем оказаться в «Жаровне».

– Согласен. Судя по услышанному, местечко так себе, – ответил я, наслаждаясь обнимашками. – Я другого не понимаю: нахрена эта «Жаровня» вообще нужна? Альтернатива смертной казни, говорите? Ну окей. Но, насколько я понял, тамошние заключенные ничем не заняты, ничего не производят. Только слоняются по бетону, изнывают от жары, дерутся, убивают и жрут друг друга. То есть пользы от них вообще никакой. Для чего тогда их содержать?

– Как минимум, по трем причинам, – ответил Арнольд.

Он приблизился к Ибрагиму, поставил ногу ему на грудь и навис над ним, пристально глядя носатому в глаза. Выглядел тот жалко, что, впрочем, вполне объяснимо: еще несколько минут назад он был хозяином положения, а тут вдруг – раз! – и превратился в жертву. Причем в результате совершенно непонятных обстоятельств.

– И что это за причины такие? – напомнил я о себе.

– Во-первых, в процессе превращения в джахберра осужденный маг теряет большую часть способностей. Но эта сила никуда не исчезает. Ее направляют в особые артефакты-накопители, а потом используют для разных целей, в зависимости от дара конкретного мага. Во-вторых, «Жаровня» служит своего рода назиданием. Это ведь, по сути, рукотворный ад. И лучше тысячу раз подумать, прежде чем идти на преступление, рискуя оказаться на проклятой бетонной платформе посреди пустыни. Ну и в-третьих, ее содержатели неплохо зарабатывают. Я ведь уже говорил: в «Жаровню» попадают не только преступники, заслуживающие смертной казни. Думаю, за нас хозяева тюрьмы получили бы хорошие деньги. От тех, на кого работает эта двуличная тварь.

Последнюю фразу Арнольд произносил, еще больше склоняясь над Ибрагимом и продолжая испепелять его взглядом.

– Надо же… – он качнул головой, – как убедительно ты играл сотрудника имперской службы безопасности. И ведь был на отличном счету, прямо-таки верный пес. А на деле оказался подлым шакалом.

– Это вы все шакалы! – злобно прошипел носатый. – Неверные!

Он попытался плюнуть в бритоголового, но лишь обляпался собственными слюнями.

– И что, теперь он сам попадет в «Жаровню»? – поинтересовался я, печально вздыхая: Лизавета, засранка такая, решила, что хватит со мной тискаться.

Арнольд в ответ хищно ухмыльнулся.

– Э-э, нет. В таком случае есть риск, что эта погань вообще избежит наказания. Нет уж, я посодействую, чтобы его отправили куда-нибудь за Северный полярный круг. А в рядах безопасников в самое ближайшее время пройдет тщательнейшая проверка. Опыт подсказывает, что такие, как Ибрагим, всегда имеют напарников.

«Гм, по-моему, самое время намекнуть твоему блистательноголовому соратнику, что смуглое чудо в коконе может сгодиться и кое для чего другого», – подал голос Смотритель Погостов.

Именно это я и хотел сделать. Но не успел.

Ибрагим меня опередил.

Закатив глаза, он оскалился и выкрикнул фразу на незнакомом языке. Спустя мгновение его голова… попросту взорвалась.

А на стенах тоннеля засветились причудливые синие символы. Как минимум полтора десятка.

Еще через секунду из них вылетели призрачные человекоподобные фигуры, которые тут же яростно взвыли и устремились ко мне, Арнольду, Лизавете и остальным.

Глава 7

Ну, твою же ж мать, похоже, опять встряли. Вопрос лишь в одном: почему?

Кокон из паутины Ткачихи должен был подавить магические способности Ибрагима. А значит, и заклинание, пробудившее этих летающих призрачных товарищей, он использовать никак не мог.

И тем не менее, смог. Но как?

Ладно, об этом поразмышляю, когда угроза в виде полутора десятков жутко воющих призраков будет ликвидирована.

Те неслись к нам явно не с добрыми намерениями. Полупрозрачные лица искажала злоба, тонкие руки тянулись вперед. Еще секунда-две – и этот яростный рой налетит на нас, а у меня, будто назло, ни единой мысли о том, как защитить себя и остальных.

Резкий выкрик Лизаветы заставил воздух завибрировать и словно сгуститься. А над всеми нами тут же возник темный полупрозрачный купол.

Для призраков, как минимум на время, он стал непреодолимой преградой. Первая пара летунов на всей скорости врезалась в защиту, отчего и купол, и сами летуны ярко замерцали. Спустя мгновение полусферу попытались протаранить еще несколько противников.

С тем же успехом, вот только…

Лизавета закричала от боли и рухнула на колени.

А призраки продолжали попытки пробиться к нам. Дерьмовая ситуация. Очень дерьмовая.

– Сколько ты еще сможешь продержаться? – спросил Арнольд, склонившись над Лизаветой.

– Не знаю, – всхлипнула та и содрогнулась от очередной атаки призраков. – Минуты полторы. Может быть, две.

– Плохо, – бритоголовый помрачнел.

– Что это вообще за твари? – спросил я у него, кивая на беснующихся за куполом призраков.

– Души. Превращенные в заклинания и заключенные в печати. Ибрагим активировал их голосом.

А-а, вот оно что. Теперь ясно, как носатый выпустил на волю этих летающих чудовищ. Вместо заклинания он использовал обычную голосовую команду. Какое-то слово или сочетание слов, на которое были «запрограммированы» печати. Непонятно другое: почему у него взорвалась голова?

«А это, друг мой дорогой, плата за активацию, – отозвался Смотритель Погостов. – Без его жизненной силы печати бы не сработали. У народов Ближнего Востока своя магия. В том числе и некромантия. Они и заклинания из душ добровольцев умеют делать, и печати-тюрьмы для них создавать, и много чего еще интересного и опасного. Поизучай на досуге труды выдающихся восточных чародеев. Только сначала придумай, как выбраться из этой передряги».

Это да. Судя по состоянию Лизаветы, защитный купол исчезнет очень скоро, и тогда ничто не помешает летающим призрачным тварям добраться до нас и…

Интересно, что они с нами сделают? Разорвут? Испепелят? Высушат до состояния мумий? Проверять совершенно не хотелось, даже на Арнольде. Поэтому…

Извини, Ткачиха, но мне опять нужно тебя разбудить. Послужишь моим целям еще немного.

Магический купол Лизаветы, как и клетка носатого, тоже влиял на мою магию, а потому вывести тварь из сна оказалось не так-то просто. Но я справился, после чего поднял Ткачиху и направил к атакующим нас летунам.

Так-с, а теперь самое сложное…

Недавно я уже проделывал нечто подобное – заставлял порождение Темных Угодий впитывать опасную магию. Посмотрим, получится ли это сейчас, с заклинаниями, которые раньше были душами людей.

По-прежнему занятые попытками прорваться сквозь купол, летуны поначалу не обратили на Ткачиху никакого внимания. Лишь когда та вытянула руку, коснулась одной из призрачных фигур и, повинуясь моей команде, впитала ее, души-заклинания замерли. Почуяв неладное, они оставили в покое созданную Лизаветой защиту и устремились туда, где исчез их «собрат».

Спустя пару мгновений купол растворился в воздухе, а девушка с тихим болезненным стоном провалилась в беспамятство.

Все: теперь права на ошибку у меня нет…

Летуны по-прежнему не видели Ткачиху и зависли перед ней словно хищные птицы, наткнувшиеся на аппетитный кусок мяса. Поэтому все, что мне оставалось делать, – лишь приказывать твари касаться очередного противника и «выпивать» его энергию.

– Фокусник… – разумеется, Арнольда не могло не насторожить, что летуны, по какой-то непонятной причине вдруг сгрудившиеся поодаль от людей, начали исчезать один за другим. – Твоя работа?

– Ага… – процедил я, обливаясь потом, из последних сил удерживаясь на ногах, борясь с болью, ознобом и тошнотой. Заклинания шайтанов оказались куда серьезнее тех, которыми цыгане защищали дорогу к своему жилищу. Так что сейчас мне было на порядок хреновее, чем при спасении Ильи Еремеевича. – Очередной фокус… С исчезновением воинственных душ-заклинаний.

И до кучи с превращением и так не самого симпатичного существа в нечто еще более страшное, сильное и опасное… Но это я уже не стал говорить. Лишь с тревогой смотрел, как меняется Ткачиха, «пирующая» магией шайтанов.

Е-мое… Во что же ты превратишься, когда поглотишь последнего летуна и усвоишь силу душ-заклинаний полностью?.. Смогу ли я справиться с тобой после этого?

Хрен его знает. Но один противник все же лучше, чем полтора десятка. Пусть даже и такой…

Меньше чем за минуту Ткачиха значительно прибавила в росте и массивности. Челюсти с удлинившимися клыками выдвинулись вперед, дряблую серую кожу прорвали острые костяные шипы. Каждый не меньше полуметра в длину. А уродливые шишки, из которых тварь выделяла паутину, приобрели очертания… лиц. Безобразных, но все же отдаленно напоминающих человеческие.

Ну и жуть… Хотя куда хуже другое: с каждой секундой контролировать эту чудовище становилось все сложнее. Измененная Ткачиха могла в любой момент сорваться с ментального «поводка».

– В общем, так… – прохрипел я, из последних сил удерживая тварь под контролем. Ей осталось впитать всего двух летунов. – Доставайте стволы и готовьтесь палить. Туда, куда я скажу.

– Действуйте, – скомандовал Арнольд остальным и извлек из вещмешка пулемет.

Все… Ткачиха – точнее, неведомое четырехметровое нечто – впитала последнюю душу-заклинание. Управлять ею стало столь же сложно, как огромной рыбиной, попавшейся на крючок. Единственное, на что хватило остатков моих сил, – отвести тварь на несколько метров назад и заставить замереть посреди тоннеля, превратившись в идеальную мишень. А затем…

– Стреляйте! – рявкнул я, после чего прекратил контролировать тварь ментально. Но тут же перехватил ее с помощью телекинеза и обездвижил. – Центр тоннеля! Высота три метра!

Грохот выстрелов мгновенно затопил канализацию. Десятки пуль устремились к груди замершего монстра-гиганта и принялись рвать его плоть.

Боль привела бывшую Ткачиху в ярость. Тварь задергалась, пытаясь освободиться от телекинетических оков, и у меня потемнело в глазах от напряжения.

Сука! Какой же сильной она стала!..

– Продолжайте! – взвыл я, каким-то чудом удерживая чудовище на месте.

Выстрелы не прекращались. На впалой груди и брюхе Ткачихи появлялись одна жуткая рана за другой. Кровь и ошметки плоти летели во все стороны. Вскоре полезли наружу потроха.

Но тварь оставалась все так же сильна и с той же яростью рвалась в атаку.

Только когда пули лишили ее обеих рук и изрешетили так, что стали видны ребра и даже хребет, Ткачиха наконец угомонилась. Она утробно зарычала, грохнулась на колени и упала вперед, впечатавшись жуткой мордой в вымощенный кирпичом пол.

Фух-х-х… Ну и заставила же эта монстрятина меня попотеть…

– Отбой! – крикнул я все еще стрелявшим Арнольду и остальным.

Потом, когда пальба прекратилась, сел на пол и позволил себе полуминутную передышку. Попутно наблюдал за тем, как изувеченная туша Ткачихи и все, что отлетело от твари во время расстрела, превращается в бурую и беспрестанно пузырящуюся субстанцию.

Выглядела та мерзко, да и пахла соответствующе, но в качестве трофея сгодится. Сейчас наполню несколько пробирок, законсервирую с помощью пары хитрых заклинаний, а затем как следует изучу.

«Вот что ты за человек… – с насмешливым укором произнес Смотритель Погостов. – Лишь бы всякую гадость подобрать. Как невоспитанный щенок на прогулке».

«Да, выглядит не очень, – отозвался я, наблюдая, как Арнольд и Крауз приводят Лизавету в чувство. Девушка уже очнулась, но подниматься пока не решалась. Выглядела она обессиленной. – Но вот в плане свойств эта жижа может оказаться чем-то совершенно уникальным».

Смотритель в ответ лишь фыркнул, а я, решив, что достаточно восстановился, встал, извлек из вещмешка пробирки и направился к пузырящейся луже.

– Что делаешь, Фокусник? – поинтересовался Арнольд, когда я с помощью телекинеза начал перемещать жижу в первую склянку.

– Образцы воздуха собираю, – ответил я и усмехнулся.

Все-таки это забавно: бритоголовый и остальные не видели ни саму тварь, ни то, во что она превратилась после смерти. И поэтому сейчас в их глазах я занимался чем-то совершенно непонятным.

– А может, все-таки поделишься своим секретом?

– Каким?

– Сначала эти летающие твари начали исчезать одна за другой. Потом стрельба во что-то или в кого-то, видимого только тебе. Теперь вот с посудинами своими лабораторными возишься. Что происходит, Фокусник? Как ты нас всех спас? Только давай без этой своей присказки про ловкость рук и никакого мошенства. Мне она уже порядком надоела.

– То есть того факта, что я просто всех спас, уже недостаточно? – я посмотрел на бритоголового.

Объяснять ему, что да как, не хотелось совершенно. Нужно по-быстренькому состряпать какую-нибудь логичную и невинную отговорку, максимально далекую от реальности.

– Нет, Фокусник, недостаточно, – ответил Арнольд очень уж решительным тоном. – Раз мы теперь работаем вместе и связаны… гм… определенными обязательствами, я хочу знать, на что ты…

Концовка его фразы потонула в крике, полном боли.

Лизавета, так и не сумевшая встать, билась на полу. Безумный взгляд, дикая дрожь по всему телу. Кровь, текущая изо рта.

– Плохо дело, – Крауз упал рядом с девушкой на колени и посмотрел на Арнольда. – Перестаралась наша красавица сегодня.

Бритоголовый тоже опустился возле Лизаветы, положил ладонь ей на голову и, судя по еле заметной вспышке, использовал заклинание.

Понятия не имею, как оно должно было подействовать, и подействовало ли вообще, но девушка и не думала успокаиваться.

– Что с ней? – я присел рядом с Арнольдом. – Почему это происходит?

– Все из-за того заклинания, которое Лизавета использовала, защищая нас от летающих тварей, – мрачно произнес бритоголовый. – Черная магия, как ты уже мог догадаться. Каждый раз, когда купол атаковали, Лизавета получала внутренние повреждения. Понятия не имею, насколько серьезные, но… Сколько раз твари пытались пробиться к нам?

Десятки, если не сотни. А раз так, то вполне вероятно, что все внутренние органы Лизаветы превратились в кашу.

– Она умирает, – подтвердил мои размышления Арнольд. Он старался говорить ровно, но впервые в его голосе я слышал нотки боли. Едва уловимые, и тем не менее. – И мы ничего не сможем с этим сделать.

А вот здесь бритоголовый ошибается.

Я уже чувствовал волнение божественной силы. Еще немного – и она вырвется наружу, чтобы спасти Лизавету.

«Пока это твое «еще немного» пройдет, красавица успеет умереть раз десять, – проворчал Смотритель Погостов. – Давай-ка ты сам уже что-нибудь сделаешь. О чем мы недавно говорили? Ты должен научиться управлять божественной силой. Пробуждать ее самостоятельно, а не ждать у моря погоды. Действуй, Андрюха. Действуй».

Что ж, все верно. Жизнь Лизаветы на волоске, сама она каждое мгновение испытывает дикие муки. Пора это остановить.

– Что ты делаешь? – сурово осведомился Арнольд, как только я положил руки на грудь девушки.

– Пытаюсь ее спасти, – отозвался я и впился взглядом в перепуганные глаза Лизаветы.

Божественная сила волновалась все больше – как море во время зарождающегося шторма. Нужно лишь поторопить разгул стихии. И мне это вполне по силам, поскольку дар, полученный от Тимофея, теперь такая же часть меня, как телекинез, ментальная магия и все способности Темного Ловца.

Давай же… Давай!..

Крики Лизаветы затихали, превращаясь в хрипы. Время от времени девушку рвало кровью, ее руки и ноги то и дело сводило судорогой.

Но ничего, скоро кошмар закончится. Я чувствовал: у меня получится.

Секунда. Еще одна. Еще…

Яркий свет вырвался из моих ладоней и начал вливаться в тело Лизаветы. Она тут же замерла с открытым ртом и широко распахнутыми глазами. А я продолжал делиться с девушкой целительной энергией, будто бы вместе с ней ощущая, как уходит боль, а все повреждения практически моментально заживают.

«Молодец, Андрюха, – произнес мой бесплотный спутник. – Так держать».

– Что происходит? – а это Арнольд, вот только его голос доносился словно издалека.

Из другой реальности.

И он лишь чудом пробивался туда, где были я, Лизавета и сила тринадцати звездных зверей.

Я продолжал наполнять девушку божественной магией, но сам от этого не становился слабее. Мне было… просто хорошо.

Не знаю, сколько длилось исцеление. Может пару минут. Может час. Не важно. Главное – я спас Лизавету. И не просто удержал от ухода за Грань, а избавил от всех тех внутренних ран, что она получила, защищая нас. Вернул ее к полноценной жизни.

Когда поток божественной силы иссяк, девушка уже крепко спала. Дыхание было ровным, на окровавленных губах едва заметно читалась улыбка. Лизавете больше ничто не угрожало.

– Та-ак… – сказал я, поднимаясь. – Пусть поспит минут десять.

– Ну, Фокусник, ты даешь, – произнес пораженный Крауз. – Что ты сделал-то вообще?

– Если говорить языком магов-целителей, произвел обширное хирургическое вмешательство. Но при этом совершенно не инвазивное.

– Чего? – наемник, мало что поняв из моего нарочито мудреного ответа, озадаченно почесал шлем со стороны затылка.

Я в ответ лишь махнул рукой, в очередной раз сцепившись взглядом с Арнольдом.

Бритоголовый был шокирован. Он смотрел на меня широко раскрытыми глазами, и в них я видел целую палитру чувств.

Сильнейшее удивление. Непонимание происходящего. Яростное желание разобраться, что к чему.

А еще – боль, отголоски надежды и… как будто бы мольбы.

Хм, странно. Это вовсе не те эмоции, которые можно было бы ожидать от такого человека, как Арнольд. Впрочем, мне могло и показаться: все же денек выдался насыщенным, и вымотался я до предела.

***

Фух-х… Ну все, теперь можно и в душ.

«Давай, давай, – тут же подал голос Смотритель Погостов. – Судя по твоей потной и красной физиономии, ароматы ты сейчас источаешь отнюдь не цветочные».

На это я лишь усмехнулся и мотнул головой. Настроение было отличным: четыре с лишним часа я провел в тренировочном зале на новой базе Арнольда и выполнил жесточайший комплекс упражнений на выносливость, ловкость, силу и гибкость. Никакой магии – только возможности собственного организма. Пропотел капитально, мышцы горели огнем, слегка подташнивало, но все ощущения – даже последнее – были приятными.

Подхватив со скамьи у стены полотенце, я вытер лицо и хотел уже направиться к выходу, как двери неожиданно открылись.

«Ого…» – выдохнул Смотритель, вместе со мной глядя на Лизавету.

Выглядела девушка очень необычно. Ни высоких каблуков, ни облегающих кожаных брюк, ни корсета, который подчеркивал то, на что можно было смотреть вечно… Лишь простое летнее платье, серебристые балетки, волосы заплетены в короткую косу. И, по правде говоря, так Лизавета выглядела даже лучше, чем в образе роковой красотки.

– Привет, Андрей, – немного смущенно улыбнулась светловолосая красавица и сделала несколько шагов навстречу мне.

– Привет. Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. Сегодня прошла последнее обследование в клинике, и доктора сказали, что я в полном порядке.

– Вот и замечательно, – я задумчиво покивал головой.

С истории в Самшите прошло четыре дня. Все это время Арнольд вновь проводил в высоких кабинетах, отчитываясь и рассказывая о наших подвигах. Остальные наемники занимались своими делами, я – своими, а Лизавету отправили обследоваться к лучшим специалистам. И вердикт докторов не мог не радовать.

А вот нерешительность, что прямо-таки волнами исходила от светловолосой прелестницы, стоявшей передо мной, малость озадачивала.

– Тебя все-таки что-то беспокоит? – спросил я и на несколько шагов приблизился к Лизавете.

– Нет, Андрей, все хорошо. Просто… Я пришла поблагодарить тебя и… попрощаться.

Услышав последнее слово, я озадаченно прищурился и чуть склонил голову.

– Понимаешь… – продолжала девушка, – я ведь только четыре дня назад полностью осознала, насколько опасно все то, чем занимается Арнольд и остальные. До этого всего его дела, даже самые сложные, воспринимались как игра. Да, было непросто, я понимала, что мы рискуем, но… Я никогда не чувствовала, что могу умереть.

Лизавета прервалась и поежилась.

– Мы всегда побеждали. Ни разу не было такого, чтобы Арнольд, я и остальные оказались в безвыходном положении. По крайней мере, на моей памяти. И то, что случилось в Самшите… У меня как будто глаза открылись.

– И что, Арнольд так просто тебя отпустил?

– Да. Он в принципе относится ко мне как-то… по-отечески что ли? Поэтому здесь проблем не было. Более того, Арнольд обещал посодействовать, чтобы меня приняли в один серьезный правительственный комитет, который занимается преступлениями, связанными с черной магией. Буду там экспертом. Но, – Лизавета улыбнулась, – не раньше, чем через год.

– Довольно долго, – заметил я.

– Да, но я сама попросила, чтобы все было именно так. А на ближайшие триста шестьдесят пять дней у меня другие планы. Которые я бы наверняка еще сто раз отложила, если бы не кошмар в Самшите.

– Что же это за планы такие?

– Просто пожить, – в глазах красавицы блеснули слезы, но улыбка никуда не исчезла. – Причем так, как хочу я сама. И наконец взяться за исполнение всего, о чем давно мечтала. Увидеть настоящую секвойю, поплавать рядом с китовой акулой, познакомиться с магами Тибета… Знаешь…

Лизавета прервалась и помрачнела. Некоторое время она собиралась с мыслями, после чего продолжила:

– В магической клетке, когда Ибрагим сказал, что нас превратят в джахберров… И потом, когда нас атаковали души-заклинания и я получала одну рану за другой… В те моменты я думала только об одном – о том, что не успела. Вообще ничего. Не исполнила ни одной своей мечты. По-настоящему заветной. Той, к которой стремилась всем сердцем. И от этого было особенно страшно и больно.

– Понимаю, – чуть заметно кивнул я.

– Больше я так не хочу. Откладывать то, чего желаю сильнее всего на свете, предавать саму себя. Хватит. Устала. Если продолжу, есть риск, что мечты так и останутся мечтами. Поэтому… – Лизавета снова улыбнулась, – уже сегодня я начну транжирить все те деньги, которые накопила, работая на Арнольда. А сумма там вполне приличная.

– Вот и умница, – я вновь кивнул – на сей раз одобрительно. – Все верно решила. Мечты должны сбываться.

– Я рада, что ты со мной согласен. А в знак благодарности за спасение позволь подарить тебе кое-что…

С этими словами девушка сняла с шеи небольшой медальон овальной формы с черным камнем.

– Вот, – протянув мне украшение, сказала она. – Возьми. Этот артефакт на двадцать-тридцать процентов усиливает все заклинания, относящиеся к черной магии.

Ух ты, солидная вещица. И энергии в нем хоть отбавляй – это я ощутил сразу, как только взял медальон и повесил на шею.

– Спасибо, – произнес я, пряча артефакт под футболку.

Помимо медальона Лизавета наградила меня крепкими объятиями и звонким поцелуем.

– Пока, Андрей, – сказала красавица напоследок. – Удачи тебе и будь осторожен. Работа на Арнольда – это постоянная игра со смертью.

«Молодец девочка, – задумчиво произнес Смотритель Погостов, пока я провожал уходящую Лизавету взглядом. – Правильный выбор сделала. Хотя, конечно, жаль прощаться с такой красотой».

«Ну-у, – задумчиво протянул я, как только за девушкой закрылись двери. – Что-то мне подсказывает, что это не последняя наша встреча. К тому же, если она и впрямь устроится туда, куда ее рекомендовал Арнольд… В общем, свой человек в правительственном комитете лишним не будет никогда».

Постояв немного в задумчивости, я покинул тренировочный зал. Принял душ, помедитировал, а затем отправился в лабораторию.

«Ну что?» – осведомился мой бесплотный спутник, как только я остановился возле стола, на котором лежал серый пористый камень с вкраплениями розового, зеленого и лилового.

Несколько секунд ушло на то, чтобы проверить артефакт с помощью магии. После этого я достал телефон и набрал номер Марты.

– Да, дорогой? – женщина ответила на звонок после пары гудков.

– Привет, – сказал я, по-прежнему глядя на артефакт. «Дозревший» и полностью готовый к использованию. – Ну что, ты готова отправиться к Игорю?

Глава 8

– Неплохо, – произнес я, в очередной раз оглядывая Марту. Та была облачена в бронекостюм пятого уровня защиты, который наверняка стоил целое состояние. – Очень даже.

– Значит, – женщину заметно потряхивало, – можем отправляться? Прямо сейчас?

Мы с аристократкой стояли на заднем дворе ее особняка. В одном из окон второго этажа я видел начальника службы охраны Марты – и даже на расстоянии чувствовал его напряжение и недовольство. Сурового вида амбал хотел отправляться с нами, однако я сразу сказал: нет. Отказ объяснил тем, что портальный камень-артефакт слабенький и троих человек не потянет.

Настоящая же причина была в другом: чем меньше людей знает о Темных Угодьях, тем лучше.

– Остался последний штрих, – сказал я и протянул Марте большую круглую таблетку и пузырек с темной жидкостью. – Сначала проглоти пилюлю, отсчитай двадцать – двадцать пять секунд и запей. Выпить нужно все. Но перед этим присядь, – я кивнул на скамейку возле небольшого прудика, в котором плавали несколько крупных пестрых рыб. – Снадобья вызывают кратковременное, но сильное головокружение.

Усевшись, аристократка взяла у меня таблетку и пузырек. Закинула первую в рот, не без труда проглотила и уставилась в никуда, чуть заметно кивая в такт каждой секунде. Отсчитав нужное время, осушила пузырек.

Примерно полминуты ничего не происходило. Однако потом Марта охнула и вцепилась обеими руками в скамью. Женщину стало клонить вправо.

– Тихо, тихо, – я шагнул к аристократке и обхватил за плечи, удерживая ее в вертикальном положении. Ух, представляю, как в этот момент напрягся главный охранник Марты. – Сейчас все кончится.

– Что это вообще было? – напряженно спросила женщина, как только головокружение сошло на нет.

– Скажем так, небольшая прививка. Место, в которое мы отправляемся, оказывает не очень хорошее влияние на человеческий организм. Снадобья сведут это влияние к минимуму.

Кивнув, Марта поднялась и прерывисто вздохнула.

– Теперь-то мы можем отправляться?

– Можем, – кивнул я и достал из вещмешка портальный камень.

Положив его на траву, активировал. На месте артефакта тут же возникло большое темно-красное облако.

«Да ну бли-ин! – проскулил у меня в голове Смотритель Погостов. – Ну что за жо-опа?!»

«Что такое?» – осведомился я, при помощи магии проверяя, все ли в порядке с порталом.

«У вас там такой эпик намечается, а я все пропущу! Придется потом довольствоваться объедками в виде твоих воспоминаний! Где справедливость в этой Вселенной?!»

На это я лишь усмехнулся и качнул головой. После чего протянул Марте руку и велел:

– Хватайся. И не отпускай.

Из-за волнения хватка женщины была едва ли не железной.

– А теперь вперед, к Игорю, – сказал я, и мы с Мартой шагнули в портал.

Вопреки опасениям, переход в Темные Угодья прошел идеально. Артефакт перенес нас именно на то место, где я впервые увидел Игоря и где мы с ним попрощались перед моим возвращением на Землю несколько недель назад.

– Все получилось? – дрожащим голосом спросила Марта, скользя взглядом по окружавшему нас безжизненному пейзажу. – Мы там, куда и должны были попасть?

– Да, – ответил я и высвободил руку из пальцев аристократки. – Добро пожаловать в Темные Угодья, как называет это место мой драгоценный и слегка шизанутый наставник, в которого тебя угораздило влюбиться.

В ответ Марта лишь поджала губы и еще раз огляделась. Было видно, что ей очень неуютно. Плюс волнение перед встречей с Игорем.

По поводу второго я и сам, признаться, слегка нервничал. Ладно, вру: далеко не слегка.

– Идем, – негромко произнес я и первым двинулся в левую сторону.

Марта бесшумно, едва ли не на цыпочках, пошла за мной. Впрочем, стоило нам преодолеть пару-тройку сотен метров, как аристократка начала успокаиваться.

– Знаешь, – сказала она, по-прежнему изучая раскинувшийся перед глазами мертвый пейзаж, – здесь, конечно, мрачновато, но, в целом, не так уж плохо. Игорь был довольно нелюдимым человеком, терпеть не мог суету и шум. Так что это место для него в самый раз – тихое, спокойное.

– Тихое, спокойное? – насмешливо переспросил я, разглядывая нескольких тварей, которых мы с Мартой уже успели заинтересовать. Все они были довольно слабыми, чувствовали исходящую от меня опасность и не спешили атаковать. – Я бы так не сказал.

– А что такое?

– Здесь довольно много тех, кто был бы не против попробовать нас на зуб. Но не бойся, со мной ты в безопасности.

– Что вообще такое эти ваши Темные Угодья?

– Игорь называет их мертвым межмировым пространством. Чем-то вроде бесконечно длинной реки, огибающей великое множество миров-островов.

– Игорь называет… А у тебя на этот счет другое мнение?

В последнее время – да. После всего, что случилось в той области Темных Угодий, где обитают Клювоглавы с Птиценогами и кое-кто еще более «интересный»… Впрочем, про это я Марте говорить не стал. А вот с Игорем нам будет о чем потолковать.

Главное – чтобы он не прибил меня раньше времени… сами понимаете, за что…

– Как чувствуешь себя? – я повернулся и внимательно оглядел аристократку.

Выглядела та неплохо. А бледность и чуть заметную дрожь спишем на волнение.

– Нормально, – отозвалась Марта. – Долго нам еще идти?

Я в ответ качнул головой и немного ускорился.

До нескольких крепких деревянных построек, составлявших жилище и школу Темных Ловцов, мы добрались спустя четверть часа. Снаружи никого не было, но стоило подойти к мрачной трехэтажке, в которой я прожил двенадцать лет, как входная дверь с грохотом распахнулась и нам навстречу рыжей кометой вылетела… Номи.

– Андрей! – взвизгнула красавица и тут же стиснула меня в таких объятиях, что едва не затрещали ребра.

Ох ты ж, блин…

Свободу я получил лишь секунд через десять. Вдоволь натискавшись, рыжеволосая бестия отошла на пару шагов и уставилась на меня сияющими глазами.

– Нет, – сказала девушка и качнула головой, – я, конечно, надеялась снова увидеть твою наглую, но очаровательную физиономию… Но не думала, что это будет так скоро.

– Я, честно говоря, и сам о таком не думал, – ответил я, беря Номи за руку.

Дверь в дом вновь открылась, и на сей раз я увидел Робба – первого ученика Игоря. А из-за его массивной двухметровой фигуры выглядывали три любопытные мордашки младших учеников Игоря. Ребята только-только прошли инициацию, о чем свидетельствовали бледность и темные круги под глазами.

– Здравствуй, Андрей, – пробасил Робб и широко улыбнулся.

С удивительной для его комплекции грацией он соскользнул со ступеней крыльца и оказался рядом со мной. После чего положил ручищу мне на плечо и слегка сжал.

– Привет, здоровяк, – кивнул я и нырком вниз освободился от захвата, а затем уже сам сцапал конечность Робба двумя руками, заставив того хохотнуть.

Это у нас с ним традиционное приветствие такое, если что.

– А что это за прекрасную незнакомку ты к нам привел? – прищурилась Номи, глядя на Марту. – Не хочешь представить свою спутницу?

– Хочу, – ответил я и почувствовал, как сердце забилось чаще. Вот мы с Мартой и вышли на финишную прямую перед ее встречей с Игорем. – Но сначала мы с ней повидаем нашего достопочтимого сенсея. Надеюсь, он у себя?

Номи и Робб мигом помрачнели и переглянулись.

Та-ак…

***

– Это случилось четыре дня назад, – начал рассказывать Робб, как только мы все вошли в дом, поднялись на третий этаж и разместились в кабинете нашего наставника. – Игорь вместе с Боргом, Парзом и Арчером отправился в сорок седьмой квадрат.

– Довольно далеко, – заметил я. – На самой границе изученной нами территории.

– Да. И они не вернулись. Но, что еще хуже, мы с Номи и старшими Ловцами ощутили два Укола Скорби.

Вот как… Тогда дело действительно дрянь.

Укол Скорби – заклинание, не так давно созданное Игорем и Аминой, его старшей ученицей. Оно действовало так же, как Узы Горящего Сердца, которые связывали членов моей семьи, и распространялось на всех Темных Ловцов, начиная от подмастерьев шестой ступени. Срабатывало заклинание лишь в одном случае – когда кто-то из нас умирал.

– Ты ничего не ощутил, да, Андрей? – непривычно тихий голос Номи вывел меня из задумчивости.

Я в ответ покачал головой.

– Это логично, – сказал Робб. – Все же в тот момент ты находился… довольно далеко.

– Да, – ответил я и, собравшись с духом, задал главный вопрос: – Удалось понять, кто именно… ушел?

В отличие от Уз Горящего Сердца, Укол Скорби позволял определять, кто из Темных Ловцов расстался с жизнью. Но – не всегда.

– Удалось, – кивнул Робб, и я сжал кулаки.

Марта, которая пока мало что понимала, но чувствовала, что что-то не так, напряглась.

– Борг и Арчер, – сказала Номи, заставив меня выдохнуть.

Фух-х… Это, конечно, хреново, пускай даже Борг с Арчером всегда были теми еще говнюками, но… Главное, что Игорь с большой долей вероятности пока что жив. Стопроцентной гарантии, конечно, нет, и тем не менее.

– Вы пробовали его искать?

– Пробовали, – подтвердил Робб. – Сразу же после того, как ощутили Уколы Скорби, собрали отряд и выдвинулись к сорок седьмому квадрату. К его внешней границе.

– И?

– Ни Игоря, ни Парза, ни тел Борга и Арчера мы не нашли, – продолжила за здоровяка Номи. – И нам совершенно непонятно, что именно там произошло, но…

– Похоже, они столкнулись с какой-то тварью, ранее нам незнакомой, – вновь заговорил Робб. – И обладающей просто невероятной силой. Игорь, Борг и Парз с Арчером вступили с ней в бой, и место, где это произошло, выглядело жутко. Вся земля взрыта, деревья повалены и будто бы взорваны изнутри, повсюду лужи какой-то вязкой фиолетовой субстанции с резким запахом. Которая, как мы позже выяснили, проведя анализы, еще и очень токсична.

– Напасть на след твари, я так понимаю, не удалось? – хмурясь, поинтересовался я.

– Увы, – покачал головой Борг. – Тварь, Игорь, Борг, Парз и Арчер будто бы просто исчезли, оставив после себя тот перекопанный и залитый отравой участок.

Дерьмо…

А ведь я еще года четыре назад предлагал помозговать над артефактами, которые позволяли бы отслеживать местоположение каждого Темного Ловца. Игорь вроде бы даже соглашался, но всякий раз у него и остальных находились более важные дела. А справиться с такой серьезной задачей в одиночку мне было не по силам.

Скрипнув зубами, я посмотрел на Марту. Женщина сидела словно статуя, с лицом, почти таким же белым, как и ее волосы.

– Извини, дорогая, – процедил я, осторожно касаясь разума аристократки, который сейчас напоминал штормящее море, – но вашу встречу с Игорем придется отложить. Надеюсь, что ненадолго.

Марта не ответила. Лишь тяжело сглотнула и прикрыла глаза.

Блядство. Нет, пожалуй, ничего поганее, чем получить надежду, а потом ощущать, как она тает из-за каких-то совершенно дерьмовых обстоятельств.

Ар-р-р!..

«Послушай, – вклинился в мои мысли голос Номи. Когда мы только начинали встречаться, то провели несложный ритуал, позволяющий нам общаться ментально. – А кто она вообще такая? И что ей нужно от Игоря?»

«Ты удивишься, но это его первая и, судя по всему, единственная любовь, – ответил я, продолжая смотреть на Марту и молясь о том, чтобы женщина держалась. – Как узнала, что я знаком с этим шизиком и знаю, где он сейчас обитает, так чуть душу из меня не вытрясла, требуя доставить ее к нему. Ну а кто я такой, чтобы отказывать влюбленной женщине?»

– Та-а-ак, – задумчиво протянула Номи.

Было видно, что мой ответ натолкнул ее на какие-то мысли. Несколько секунд девушка внимательно смотрела на Марту, продолжая о чем-то думать, затем обратилась ко мне и Роббу:

– Мальчики… Вы не могли бы оставить нас на пару минут? Нам тут нужно немного… посекретничать.

Мы со здоровяком переглянулись, кивнули и вышли в коридор.

– Ты что-нибудь понимаешь, Андрей? – спросил Робб. – Я вот – вообще ничего.

Ага. Такая же ситуация. И жаль, что Смотрителя Погостов сейчас со мной нет. Он бы без труда дотянулся до Номи и Марты и узнал, что они обсуждают.

Впрочем, долго их разговор не продлился. Открыв дверь, Номи впилась в Робба и меня горящим взглядом.

– Значит так… Ты, – кивок на здоровяка, – иди и разбуди Амину. А ты, – девушка повернулась ко мне, – топай вниз и открой процедурную.

– Это еще зачем? – удивился я.

– А затем, мой дорогой, что у твоей спутницы есть кое-что, способное помочь нам найти Игоря.

***

– Ты что-нибудь понимаешь?

– Робб, дружище, – усмехнулся я, – ты уже спрашивал. Единственное, что более-менее ясно, – наши красавицы решили устроить какой-то… магический девичник.

Мы со здоровяком топтались на первом этаже возле дверей процедурной. Именно там Игорь начинал «колдовать» над каждым будущим Темным Ловцом и при необходимости проводил различные медицинские манипуляции. А сейчас в этом милом помещении, от одного вида которого меня начинало мутить, закрылись Номи, Амина и Марта.

И девчонки что-то делали с аристократкой.

Что конкретно? Ни одна, ни вторая так и не удосужились объяснить.

Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей и бесполезных предположений, я рассказал Роббу обо всем, что происходило со мной после возвращения на Землю. Здоровяк был впечатлен.

– Навел ты там шороху, – с нотками уважения произнес он. – Впрочем, от тебя другого и не ожидалось.

Я в ответ лишь усмехнулся, и спустя пару секунд двери процедурной открылись. Вышедшие оттуда Номи и Амина выглядели выжатыми как лимон.

– Фу-ух, блин, – покачала головой рыжая бестия. – Вроде получилось, да?

– Надеюсь, – отозвалась Амина – миниатюрная женщина, чьи волосы и глаза от природы имели фиолетовый цвет. – Но, с другой стороны… Мы ведь впервые провели подобный ритуал.

– Что еще за ритуал? – напряженно спросил я, заглядывая внутрь процедурной. Марта лежала на столе, расположенном в центре помещения – под большой ярко светящей лампой. Женщина была без сознания. – Вы что с ней сделали? Мне вообще-то ее еще назад возвращать. А Марта – дама со связями и определенным влиянием. Если что-то случится, ее служба безопасности мне зубами в задницу вцепится.

– Ну-у, – глаза Номи хитро блеснули, – нечто подобное и я была бы не прочь сделать. А по поводу Марты не беспокойся. Ритуал, который провели мы с Аминой, никак ей не навредит. Просто после него нужно немного поспать. Час, максимум полтора. Потом эта чудо-женщина, сумевшая охмурить такого сухаря, как наш дорогой наставник, проснется. И, возможно, укажет нам, где он сейчас находится.

Я удивленно уставился на Амину, и та кивнула.

– Да, Андрей, – сказала она. – Все так, как говорит Номи. Если мы провели ритуал должным образом, а Игорь еще жив, то мы сможем найти его. Где бы он ни был.

– Нихрена себе. Это что ж за ритуал такой уникальный?..

– Давай дождемся пробуждения Марты, ладно? – попросила меня Номи. – Если все получилось, я объясню тебе что к чему.

***

Аристократка проснулась спустя восемьдесят шесть минут.

Мы с Роббом помогли ей сесть, Номи приблизилась к женщине и заглянула ей в лицо.

– Как вы себя чувствуете, сударыня? – ласковым тоном спросила она.

– Хорошо, – негромко ответила Марта.

Судя по внешнему виду, она и впрямь была в порядке. Хотя растерянность и волнение оставляли на благородном лице аристократки свой отпечаток.

– Замечательно, – продолжила Номи. – Тогда приступим к главному. Подумайте об Игоре. Закройте глаза, представьте его… И постарайтесь почувствовать.

Марта прикрыла веки и несколько секунд сидела неподвижно. Затем вздрогнула, открыла глаза и пораженно уставилась на нас.

– Я… чувствую, – выдохнула она.

– Правда? – Номи подалась вперед и положила руки на плечи аристократки. – Как именно? Что вы ощущаете?

– Я… – Марта нахмурилась, собираясь с мыслями, – как будто просто знаю. Он жив. И даже вроде бы цел и невредим. Но ему все равно больно. За погибших учеников. Игорь чувствует вину, потому что не защитил их. А еще…

Женщина прервалась. Прерывисто вздохнула и со страхом посмотрела на нас.

– Игорь готовится к смерти. Он понимает, что скоро для него все кончится. Очень скоро.