Тёмный Лекарь 18

Глава 1

— Северо-восточный сектор чист, — голос одного из воинов прозвучал в ухе Виджая через артефакт связи, небольшой кристалл, закреплённый на его виске. — Никаких следов. Продолжаю поиск.

Виджай парил над кромкой джунглей, его тело поддерживала магия ветра, создавая невидимые потоки, которые держали его в воздухе без усилий. Внизу под ним раскинулся зелёный океан, густые тропические заросли у подножия горы, где располагался монастырь Белого Облака.

Джунгли. Идеальное место, чтобы скрыться.

Он прищурился, вглядываясь в зелёную массу. Деревья росли так плотно, что их кроны смыкались, образуя сплошной навес. Сквозь него едва пробивался солнечный свет. Видимость на уровне земли была практически нулевой, не дальше нескольких метров.

Найти одного человека в этой чаще было почти невозможно. Особенно если этот человек был магом Вийон вне категорий, способным усилить своё тело до нечеловеческих пределов.

Даже за несколько минут, Анжи могла преодолеть километры. Могла забраться на дерево и замереть там, как хищник в засаде. Могла даже зарыться в землю при желании и достаточной смекалке.

Но маячок не врал. Артефакт отслеживания, который Виджай держал в руке, упорно указывал на восток, в самое сердце джунглей. Не точное местоположение, но направление и примерное расстояние. Судя по силе сигнала, она была где-то в пределах пяти километров.

Близко. Очень близко.

— Западный сектор тоже чист, — доложил второй воин.

— Продолжайте поиск, — приказал Виджай, его голос оставался спокойным, ничего ещё не потеряно. — Ищите косвенные признаки. Сломанные ветки, потревоженную листву, следы на земле. Она двигалась быстро, могла оставить следы. Рассредоточьтесь, прочешите территорию по секторам.

Пять воинов, которых он взял с собой из монастыря, были опытными следопытами. Все деструкторы, все прошли десятки боевых миссий. Они знали, как искать. Как находить то, что другие пропустили бы.

А Виджай знал, как ими командовать.

Он снова посмотрел на маячок, проверяя направление. Стрелка дрожала, указывая чуть южнее его текущей позиции.

— Виджай.

Голос в артефакте связи был до боли знакомым. Его родной брат. Кришан.

У него было много братьев по отцу. Ракша имел десятки наложниц и не сдерживал себя. Но по матери уже гораздо меньше.

Хотя их мать была первой наложницей Великого Князя и одной из самых любимых.

Виджай подавил вздох и ответил:

— Слушаю.

— Я в южном секторе. Нашёл что-то интересное. Сломанная ветка на высоте примерно трёх метров. Свежая. Похоже, кто-то прыгал через деревья.

— Хорошо, — кивнул Виджай. — Продолжай искать в том направлении. Если найдёшь ещё следы, сообщи.

Короткая пауза. Затем голос Кришана снова прозвучал в ухе, но на этот раз с другой интонацией. Более личной. Более… злой.

— Знаешь, я всё думаю. Зачем мы вообще её ищем?

Виджай не ответил сразу, продолжая сканировать джунгли внизу. Он знал, к чему ведёт этот разговор. Знал, что Кришан не успокоится, пока не выплеснет всё, что накипело.

— У нас приказ отца, — спокойно сказал он. — Пленница должна оставаться в монастыре.

— Приказ отца, — передразнил Кришан, и в его голосе прозвучало презрение. — Всегда приказ отца. А ты никогда не думал, что, может быть, это к лучшему? Что она сбежала?

Виджай медленно развернулся в воздухе, глядя в ту сторону, где, по его расчётам, находился Кришан. Конечно, брата не было видно, слишком далеко, слишком много деревьев между ними. Но Виджай всё равно смотрел туда, словно мог пробить взглядом зелёную массу.

— Допустим, — ровно ответил он.

— Она всегда была чужой в монастыре, — голос Кришана становился всё более эмоциональным, слова начали сыпаться быстрее. — Вийон. Чужая. Непокорная. Ей никогда не понять устои клана. Отец держал её только потому, что она ему была нужна. Но теперь? Теперь она предательница. Она сбежала. Выпустила монстров. Возможно, помогла кому-то разрушить защиту. Она опасна.

— И? — Виджай ждал, куда это приведёт.

— И нам стоит от неё избавиться! — выпалил Кришан, его голос прорезал связь, полный ярости и… чего-то ещё. Личной обиды. — Просто прикончить эту суку здесь, в джунглях, и сказать отцу, что она сопротивлялась. Что пришлось применить силу. Он поймёт. Он примет это.

Виджай молчал несколько секунд, заставляя брата понервничать.

— Ты закончил? — наконец спросил он.

— Нет, не закончил! — огрызнулся Кришан. — Всё это время она просто играла роль доброй целительницы. А на самом деле просто ждала момента, чтобы сбежать! И ты хочешь её вернуть? Чтобы она могла попытаться снова?!

— Кришан…

— А ещё Викрам! — брат не давал ему вставить слово, его голос становился всё более истеричным. — Помнишь его? Её драгоценного сыночка? Золотого мальчика, которого отец так любил? Который был лучше всех нас? Который сбежал двадцать лет назад, и отец до сих пор о нём вспоминает!

Виджай сжал челюсть. Вот оно. Истинная причина ненависти Кришана. Они с Викрамом были практически ровесниками. И обучались вместе.

Но он прав. Когда у Ракши появился сын от родной сестры Катарины Вийон, Великий Князь временно потерял интерес ко всем остальным.

— Викрам сбежал, — продолжал брат, его слова были как удары. — Но что, если она вернётся? Что, если отец заставит её снова рожать? Что, если появится новый Викрам? Новый золотой мальчик, который отодвинет нас всех на задний план?!

— Кришан, успокойся…

— Нет! — рявкнул тот. — Я не успокоюсь! Даже ты, Виджай! Даже ты предпочитал его мне во время обучения! Ты проводил с ним больше времени, тренировал его лучше, давал ему больше внимания! А я что? Я был просто… запасным вариантом!

Виджай почувствовал, как в груди закипает раздражение. Он терпел эти детские обиды годами. Кришан всегда был таким, эмоциональным, завистливым, неспособным смотреть дальше собственных чувств.

— Ты закончил истерику? — холодно спросил он.

— Это не истерика! Это…

— Может быть, ты сейчас волнуешься о благополучии нашей семьи? — перебил Виджай, его голос стал жёстче. — О матери? О наших родных братьях? Или тебе просто обидно, что когда-то кто-то был лучше тебя?

Кришан замолчал. Тяжело дышал в артефакт связи.

— Скажи честно, Виджай, — наконец выдавил он. — Ты хочешь, чтобы Викрам вернулся? Тебе вообще есть дело до нас? До нашей семьи? Или тебе плевать?

Виджай закрыл глаза, делая глубокий вдох. Достаточно. Пора положить этому конец.

— Послушай меня внимательно, Кришан, — его голос стал тихим, но в нём звучала сталь. — И больше не заставляй меня повторять.

Брат молчал, ожидая.

— Ты ведёшь себя как инфантильный ребёнок, — продолжил Виджай, каждое слово было как удар. — За своими детскими обидами ты не видишь возможностей. Ты думаешь только о себе. О своих чувствах. О своей гордости. Но ты не думаешь о клане. О его будущем. О том, что действительно важно.

— Я…

— Молчать, — оборвал его Виджай. — Я ещё не закончил.

Кришан замолчал.

— Анжи Вийон — это не просто пленница, — объяснял Виджай, его голос был абсолютно спокойным теперь, методичным. — Это инструмент. Ценнейший инструмент нашего клана. Именно благодаря ей монастырь Белого Облака настолько особенный. Именно благодаря ей мы можем проводить тренировки, которые невозможны больше нигде.

Он сделал паузу, позволяя словам осесть.

— Отец ценит это. Он ценит эффективность, с которой здесь воспитываются ученики. Лучшие бойцы клана Канваров выходят отсюда. Из моего монастыря. И всё это благодаря тому, что у нас есть целитель, способный вернуть к жизни практически с того света.

— Но…

— Я не закончил, — жёстко повторил Виджай. — Ты спрашиваешь, волнует ли меня наша семья? Конечно, волнует. Именно поэтому я делаю всё, чтобы мы оставались ценными для отца. Чтобы наш вклад в клан был неоспорим. Монастырь — это моё достижение. Моя ценность. И я не позволю тебе или кому-либо ещё разрушить это из-за личных обид.

Кришан молчал, но Виджай чувствовал его кипящую ярость даже через артефакт связи.

— Так что нет, — подытожил Виджай. — Мы не будем убивать Анжи Вийон. Мы вернём её. Живой. Невредимой. И она продолжит служить клану. Это не обсуждается.

— Даже если я…

— Особенно если ты, — оборвал его Виджай, и в его голосе появилась угроза. — Если ты попытаешься убить её, Кришан, я сам сломаю тебе руки. И ноги. И объясню отцу, что ты саботировал миссию из-за личных причин. Думаешь, он будет доволен?

Тишина.

— Ты понял меня? — спросил Виджай.

— …да, — через силу ответил Кришан.

— Хорошо.

Виджай собирался уже отключиться, но потом вновь заговорил, и в его голосе появилось нечто… другое. Не холодная рациональность. Что-то более тёмное, обычно глубоко скрытое от остальных.

— К тому же, — медленно произнёс он, и на его губах появилась тонкая улыбка, — ты не должен так волноваться, брат. После того, что она натворила, отец наконец-то позволит мне применять к ней… более строгие воспитательные методы.

Кришан молчал, но Виджай чувствовал, как тот слушает внимательнее.

— Раньше отец запрещал физические наказания, — продолжил Виджай, его голос стал тише, почти доверительным. — Он хотел, чтобы она смирилась со своим положением. Чтобы добровольно служила, стала более сговорчивой и вновь подарила ему детей. Но теперь? После побега? После того, как она выпустила монстров и, возможно, помогла врагам?

Он усмехнулся.

— Теперь отец поймёт необходимость жёсткой руки. Теперь я смогу делать то, что давно хотел. Сломать её волю. Показать ей, что попытка бунта имеет последствия. Убедиться в том, что она никогда, никогда больше не попытается сбежать.

Виджай посмотрел на маячок в своей руке, стрелка всё ещё указывала на восток.

— Так что будь спокоен, Кришан, — закончил он. — Эта сука больше никогда не будет жить так спокойно, как прежде. Обещаю тебе.

Молчание в артефакте связи было тяжёлым, но Виджай чувствовал удовлетворение брата. Кришан получил то, что хотел услышать. Не полностью, но достаточно, чтобы успокоиться и не портить всё хотя бы сейчас.

— Виджай! — внезапно прозвучал другой голос в артефакте. Один из воинов. — Нашёл след! Юго-восточный сектор, примерно в трёх километрах от монастыря. Несколько сломанных веток на большой высоте, следы мощных прыжков. Очень свежие следы!

Виджай мгновенно сфокусировался, все посторонние мысли исчезли.

— Координаты, — коротко приказал он.

Воин продиктовал точное местоположение. Виджай сверился с маячком — направление совпадало идеально.

— Все ко мне, — скомандовал он. — Юго-восточный сектор. Движемся быстро. Она там.

Шестеро магов Канваров синхронно изменили направление полёта, устремляясь к указанной точке. Ветер свистел в ушах Виджая, когда он набирал скорость, пролетая над кронами деревьев.

Маячок пульсировал всё ярче. Сигнал усиливался. Они приближались.

Ещё немного и охотники загонят жертву.

Виджай прищурился, вглядываясь в джунгли внизу. Где-то там, в зелёной чаще, пряталась его добыча.

Анжи Вийон.

Сейчас он её найдёт.

Сейчас он её поймает.

И тогда начнётся настоящее веселье. Он, наконец, покажет этой твари Вийон её настоящее место. Выдрессирует её как обычную вздорную суку.

Виджай ускорился, его тело рассекало воздух, магия ветра несла его вперёд всё быстрее. За ним летели остальные, четверо воинов и Кришан.

Охота подходила к концу.

***

Я стоял на крыше одной из самых высоких башен монастыря, вглядываясь в вечернее небо. Ветер трепал мои волосы, а воздух пах дымом и разрушениями.

Где-то внизу ещё тлели остатки центральной пагоды, которую разнесли элементали. А сам монастырь выглядел так, словно пережил небольшую войну. Хотя сама битва нам ещё только предстояла.

— Вижу первую группу, — спокойно сказал дед, стоя рядом со мной.

Его руки были сложены за спиной, а поза расслабленна.

Лич, как всегда, выглядел так, словно вышел на обычную вечернюю прогулку.

Впрочем, ему даже не надо было что-то говорить.

Я и сам прекрасно видел наших врагов.

Через глаза мёртвой совы, парившей высоко над монастырём, я наблюдал за приближающимся отрядом Канваров. Двадцать человек, летящих строем. Все в боевом снаряжении, все излучали уверенность опытных бойцов.

Они летели прямо к нам. К башне. К самой высокой точке монастыря после разрушенной пагоды.

Предсказуемо.

— Расстояние? — спросил дед.

— Триста метров, — ответил я, переключаясь между разведчиками. — Двести пятьдесят. Двести.

— Гремлины?

— Уже на пути обратно в деревню.

— Октавия?

— В порядке, — отозвался я, мысленно коснувшись ещё одной нити связи.

На этот раз с птицей, сидящей в зале внутри башни. Ведьмочка ждала нас там там

Канвары приближались. Сто пятьдесят метров. Сто.

Я активировал теневые кинжалы, готовясь отправить их в полёт. Простое заклинание, но не тогда, когда я закладываю в них энергию сильнейшего взрыва.

В этом случае они превращаются в настоящие летающие бомбы, способные навредить даже архимагам.

Особенно когда враг ничего подобного не ожидает.

— Пятьдесят метров, — прошептал я.

Дед поднял руки.

Рядом с ним материализовался рой мясных мух, отвратительных созданий, которых он поднял из тел уже погибших защитников монастыря.

Мухи жужжали, нетерпеливо роясь в воздухе, ожидая команды.

Канвары летели прямо на крышу, не снижая скорости. Их лица были сосредоточенными, руки тянулись к оружию. Они явно планировали приземлиться и начать зачистку башни.

Я швырнул кинжалы.

Они полетели, рассекая воздух с тихим свистом, и врезались в первый ряд Канваров ещё до того, как те успели отреагировать.

БАХ! БАХ! БАХ! .

Один за другим, кинжалы детонировали, выпуская волны разрушительной энергии. Канвары закричали, их строй рассыпался, несколько человек потеряли концентрацию и начали падать.

Дед не стал медлить. Он взмахнул рукой, и рой мясных мух ринулся вперёд, как чёрная туча смерти.

Мухи облепили лица Канваров, проникая под повреждённые взрывом щиты, забирались в глаза, в рот, в уши.

На первый взгляд мелкие и не слишком опасные вредители буквально пожирали врагов живьём.

Я достал из кармана три небольших сферы, которые Октавия дала нам перед началом боя. Не самые мощные из того, что у нас было, но как финальный аккорд сойдёт.

Мы собирались застать Канваров врасплох и нанести им как можно больше быстрого урона всем, чем только можно.

Так что я швырнул сферы прямо в гущу врагов.

БАХ! БАХ! БАХ!

Три новых взрыва, три волны огня и осколков. Канвары кричали, пытались укрепить щиты, но было уже поздно.

Несколько человек рухнули вниз, теряя высоту. Кто-то сумел зацепиться за край крыши, но тут же получил ещё один теневой взрыв-кинжал в плечо.

— Восемь выбыло, — доложил я, наблюдая через разведчиков. — Двенадцать ещё в строю.

— Неплохо для первого удара, — дед кивнул с удовлетворением.

Но тут я увидел вторую группу.

Ещё двадцать пять Канваров, летящих со стороны восточного склона. Они уже видели, что произошло с первым отрядом, и летели осторожнее.

— Подкрепление, — предупредил я. — Пора отступать.

Дед театрально ахнул:

— О нет! Их слишком много! Бежим!

Я едва сдержал усмешку. Мы развернулись и бросились к люку, ведущему внутрь башни. Канвары за нами закричали что-то торжествующее, явно решив, что напугали нас.

Отлично. Пусть так думают.

Мы спустились по лестнице на один этаж ниже, затем на второй. Дед бежал впереди, я за ним. За нашими спинами уже слышались крики Канваров, ворвавшихся в башню следом

Мы ворвались в большой зал на втором этаже. Октавия сидела в кресле в дальнем конце помещения, её рюкзак лежал у ног, а руки были сложены на коленях. Она выглядела очень расслабленной. И, как всегда, очень милой.

Красотка послала мне воздушный поцелуй, и я улыбнулся в ответ. А затем мы с дедом пробежали мимо неё и скрылись в боковом проходе, прячась за колоннами.

Через несколько секунд в зал ворвались Канвары.

Первыми вбежали пятеро, затем ещё десять, потом остальные. Всего около двадцати человек. Они остановились, оглядываясь по сторонам, ища нас.

И увидели Октавию.

Она вскочила с кресла, изобразив на лице испуг. Руки прижала к груди, глаза широко распахнула.

— О нет! — воскликнула она, голос дрожал от якобы страха. — Пожалуйста, не трогайте меня!

Один из Канваров, крепкий мужчина с бородой, расхохотался:

— Ха! Они так бежали, что даже свою бабу бросили!

— Хватайте её! — скомандовал другой, очевидно командир отряда.

Канвары с радостным улюлюканьем бросились к Октавии. Кто-то кричал непристойности, кто-то смеялся, предвкушая лёгкую добычу. Они бежали через зал, не обращая внимания на пол под ногами, на стены, на потолок.

Ошибка.

Октавия спокойно подняла руку и щёлкнула пальцами.

И зал взорвался.

Первой сработала ловушка в полу. Несколько плиток под ногами Канваров вспыхнули огнём, взрываясь с оглушительным грохотом. Трое передних полетели в разные стороны, их тела обуглились от жара.

Затем из стен выстрелили струи вязкой паутины. Нашей особой, ультра-липкой, ультра-прочной. Она обмотала сразу пятерых Канваров, приклеивая их руки к телу, ноги друг к другу. Они упали, беспомощно дёргаясь, пытаясь вырваться, превратившись в забавный трепыхающийся клубок.

С потолка посыпались острые иглы. Сотни тонких металлических шипов, смазанных ядом, который плавил даже металл.

Канвары закричали, укрепляя щиты, но иглы пробивали защиту, впиваясь в плоть, а яд разъедал всё на своём пути.

Один из воинов попытался отступить и наступил на другую ловушку. Пол под ним провалился, заставляя упасть на этаж ниже, где его уже ждали острые шипы. Мужчина рухнул вниз с воем ужаса.

Я удивлённо хмыкнул. Не думал, что Октавия за пару минут успеет организовать даже подобную ловушку.

Ещё один Канвар попытался взлететь и врезался головой в силовой барьер, который Октавия незаметно установила под потолком. Он отлетел назад, теряя сознание.

Взрывы, крики, паутина, иглы, падающие камни, струи огня из скрытых артефактов, зал превратился в настоящую арену ужаса.

Словно какой-то жуткий демон выбрался из ада и теперь приносил в жертву своих врагов особо жестоким и изощрённым способом.

Что ни говори, а Октавия всё равно на какую-то долю оставалась ведьмой клана Сципион.

И сейчас, глядя на это, любому стало бы предельно ясно, почему их так сильно боятся.

Октавия наблюдала за происходящим со всё той же милой и невинной улыбкой, с которой только что посылала мне воздушный поцелуй.

Я невольно залюбовался.

Дед рядом тихо хихикал:

— Талантливая пигалица. При случае надо бы показать ей ещё пару интересных трюков.

Когда хаос немного утих, большая часть Канваров либо лежала на полу, опутанная паутиной, либо корчилась от боли, либо просто пыталась выбраться из ловушек, Октавия спокойно подняла рюкзак, перекинула его через плечо и направилась к выходу в другой конец зала.

На секунду она остановилась и оглядела зал. Кто-то из врагов уже никогда не встанет, но некоторые ещё оставались в сознании.

— Знаете, — игриво протянула она, — «бросить бабу» и «оставить ведьму в засаде» — это немножко разные вещи.

И ушла, её шаги эхом отдавались в зале.

Я расхохотался.

Но не все Канвары были выведены из строя. Человек шесть-семь, самых сильных или просто удачливых, всё-таки сумели прорваться через ловушки. Они были ранены, злы, но всё ещё боеспособны.

И они бросились следом за Октавией.

— Наша очередь, — сказал я деду.

Мы вышли из укрытия и прошли в следующий зал, куда уже убежала ведьмочка.

Канвары ворвались туда буквально через секунду после нас, и замерли, увидев меня и деда, стоящих между ними и Октавией.

— Сюрприз, — сказал я, улыбаясь.

Дед взмахнул рукой, в которой мгновенно появился теневой клинок.

Я сделал то же самое.

Канвары переглянулись. Они явно не ожидали, что мы снова окажемся здесь. Что это была ловушка в ловушке.

Командир отряда, высокий мужчина с седеющими висками, сжал меч:

— Отступаем! Ждём подкрепления!

Умное решение.

Канвары развернулись и бросились обратно, к лестнице. Мы успели прикончить троих из них, но остальные вылетели прочь из окна.

Что ж. Дальше уже так легко не будет. Они явно пересмотрят свою тактику.

Но и текущий результат неплох.

Дед подошёл ко мне, его лицо выражало удовлетворение:

— Отлично. Мы вывели из строя около двадцати. Осталось… сколько?

Я переключился на разведчиков, быстро оценивая ситуацию. Третья группа Канваров уже подлетела к монастырю и сейчас приземлялась во дворе. Остатки первых двух групп выбирались из башни, собираясь вместе.

— Около сорока, — доложил я. — Может чуть больше. Они перегруппировываются.

— А драконы? — спросила Октавия, подходя к нам.

На её лице не осталось и следа страха, который она изображала минуту назад. Только азарт.

Я мысленно потянулся к своей связи с Агни и Сэром Костиусом. Мёртвые драконы откликнулись на мой зов, не словами, а ощущением. Холодным присутствием нежити, летящей по моему приказу.

Через эту связь я чувствовал примерное расстояние между нами. И оно всё ещё оставалось большим.

— Двадцать пять минут, — сказал я вслух. — Может, двадцать, если повезёт.

Дед нахмурился:

— Долго. Слишком долго. Сорок против троих… даже нам будет непросто держаться так долго.

— У нас нет выбора, — пожала плечами Октавия. — Значит, будем держаться.

Я собирался ответить, но тут кое-что меня отвлекло.

Магия. Много магии, концентрирующейся в одной точке.

Я переключился на ворону, сидящую на соседнем здании, и увидел.

Канвары собрались во дворе. Все сорок с лишним человек. Они стояли полукругом, глядя на башню, в которой мы прятались. А впереди них стоял их командир, тот самый седой мужчина.

Он поднял руки, и над его головой начала собираться энергия.

К нему присоединилась ещё дюжина магов. Их заклинания сплелись воедино, создавая массивное заклинание из сжатого воздуха. Я сразу понял, что это. Ураганная бомба.

— Они собираются разрушить башню, — спокойно сказал я.

Дед и Октавия переглянулись.

— Умно, — признал дед. — Очень умно. Лишить нас преимущества узких проходов и высоты. Выманить на открытое пространство.

Я уже активировал теневой щит, окутывая нас троих плотным коконом энергии. Дед добавил свою защиту, создавая второй слой.

Как раз вовремя.

Воздушная бомба ударила в основание башни.

Взрыв был оглушительным. Я почувствовал, как всё здание содрогнулось, камень трескался, балки ломались. Пол под ногами накренился, стены начали рушиться.

Башня падала.

Мы падали вместе с ней.

Я укрепил, вкладывая в него больше энергии. Обломки сыпались на нас со всех сторон, камни, дерево, черепица. Всё это отскакивало от барьера, но давление росло.

Удар о землю был жёстким. Даже сквозь все щиты я почувствовал толчок, от которого зазвенело в ушах. Октавия вскрикнула, дед выругался.

Но мы были живы. И невредимы.

Вот только теперь мы стояли посреди руин башни. Вокруг нас лежали обломки, целая гора камней и дерева. Пыль поднималась столбом в воздух, затрудняя видимость.

А в нескольких десятках метров от нас, полукругом, стояли Канвары.

Сорок с лишним человек. Все вооружены. Все готовы к бою. Все смотрели на нас с холодной решимостью.

Мы потеряли башню. Потеряли преимущество высоты. Потеряли узкие проходы, где могли сдерживать противника малыми силами.

Теперь мы были на открытой местности. Трое против армии.

И драконы были ещё далеко.

Дед медленно выдохнул, оглядывая врагов:

— Будем надеяться, что самого Ракши поблизости нет. Потому что если он здесь, — дед криво ухмыльнулся, — то даже нам с тобой придётся туго. Очень туго.

Я снова посмотрел на Канваров. Они начали медленно приближаться, сужая кольцо.

Где-то высоко в небе летели драконы. Но они были слишком далеко.

А мы были здесь. Сейчас.

Что ж. Я хищно усмехнулся.

Будет интересно.

Глава 2

Канвары сражались с Канварами.

Со стороны это могло показаться странным зрелищем, потому что только часть из этих Канваров была живой.

Я стоял посреди хаоса, наблюдая, как двое мертвецов в форме монастырской охраны яростно атаковали своих бывших товарищей. Их движения были резкими, механическими, лишёнными той грации, которая была у них при жизни. Но они были эффективны. Даже очень.

Особенно когда их использовали как живые… ну, точнее мёртвые щиты.

Канвар в красном плаще попытался метнуть в меня воздушное лезвие. Острое, как бритва, заклинание рассекло воздух с протяжным свистом. Я даже не пошевелился. Один из моих умертвий шагнул вперёд и принял удар на себя. Лезвие разрезало его пополам, но это уже не имело значения. Он и так был мёртв.

А я уже поднимал следующего.

— Сколько у тебя? — спросил дед, стоя рядом.

Его руки светились бледно-зелёным свечением, а вокруг кружили три роя мясных мух, жужжа в предвкушении следующей жертвы.

— Семнадцать, — ответил я. — Хотя уже восемнадцать. Только что ещё один подарок получил.

Канвар, которого секунду назад пробил теневым клинком дед, рухнул на землю. Я протянул к нему энергетические нити, и труп дёрнулся, начиная подниматься.

— У меня двадцать три, — довольно хмыкнул дед. — Старость и опыт побеждают молодость и энтузиазм.

— Это не соревнование, дед.

— Всё в жизни соревнование, внучок.

Я усмехнулся, уклоняясь от летящего в меня камня.

Один из Канваров решил использовать магию ветра, чтобы швырнуть обломок разрушенной башни. Творческий подход, должен признать.

Камень пролетел мимо и врезался в одного из моих умертвий, разнося ему голову. Жаль. Но у меня было ещё семнадцать запасных.

Канвары явно не ожидали такого приёма. Они думали, что их сорок, а нас трое. Численное преимущество. Лёгкая победа.

Ошибались.

Хороший некромант — это ходячая армия. А чем больше врагов, тем больше потенциальных солдат. Каждый упавший Канвар становился моим или дедовым слугой. Каждая смерть работала против них и на нас.

Ирония ситуации была восхитительной.

Конечно, превращённые в обычных умертвий, Канвары теряли всё, что делало их опасными при жизни. Магия ветра? Исчезла. Способность летать? Пропала. Боевые навыки? Деградировали до примитивного рукопашного боя.

Но для некроманта это не имело значения.

Тела мёртвых можно было использовать по-разному. Даже самые простые и примитивные умертвия имели несколько вариантов возможных применений.

Их можно было превратить в рой мясных мух, чтобы отвлекать и ослеплять врагов. Можно взорвать, как ходячую бомбу.

Ну, или просто бросить в рукопашную, заставляя врага тратить время и энергию на бесполезные цели.

Я швырнул теневой клинок в летящего надо мной Канвара. Тот активировал энергетический щит.

Клинок врезался в него и взорвался, пробивая защиту.

Канвар дёрнулся, теряя концентрацию, и начал падать. Один из моих умертвий был уже внизу, ожидая. Мёртвые руки схватили живого мага за ноги, утаскивая вниз.

Канвар закричал, пытаясь вырваться, и дед воспользовался моментом. Снаряд чистой энергии пронзил грудь врага, и тот обмяк.

Ещё один солдат для нашей армии.

— Октавия, как дела? — крикнул я, не оборачиваясь.

— Прекрасно! — донёсся её голос откуда-то сзади. — Только не отходите слишком далеко!

Я бросил быстрый взгляд через плечо. Ведьмочка стояла в относительно безопасной зоне, прикрытая с трёх сторон моими умертвиями. Она рылась в рюкзаке, доставая очередной артефакт. Что-то цилиндрическое, светящееся красным.

— Пригнитесь! — предупредила она.

Я и дед синхронно уклонились.

Октавия швырнула артефакт в группу Канваров, пытавшихся зайти нам в тыл. Цилиндр пролетел по дуге, ударился о землю рядом с ними и взорвался.

Но не огнём или ещё какой-то атакующей магией. А чем-то вроде… липкой пены? Субстанция выстрелила во все стороны, накрывая пятерых Канваров. Они закричали, пытаясь вырваться, но пена затвердевала на глазах, превращаясь в подобие камня.

— Что это было? — спросил дед, поднимаясь.

— Застывающая пена, — довольно ответила Октавия. — Купила на распродаже в лавке артефактов. Говорили, что для строительных работ, но я подумала — почему бы и нет?

Я расхохотался, уклоняясь от очередного воздушного лезвия.

Битва продолжалась.

Канвары метали заклинания, используя магию ветра. Воздушные лезвия рассекали пространство. Мини-торнадо пытались сбить нас с ног. Сжатый воздух взрывался как гранаты.

Но мы отвечали не менее эффективно.

Я призывал теневые взрыв-кинжалы, швыряя их в летящих врагов. Использовал теневой шаг, мгновенно перемещаясь из одной точки в другую, избегая атак и вылавливая зазевавшихся врагов.

Дед сосредоточился на своих мясных мухах и умертвиях, развлекая врагов со всей возможной изобретательностью некроманта.

Октавия швыряла артефакты. Взрывающиеся сферы. Ловушки с паутиной. Дымовые гранаты, какие-то миниатюрные молнии в банках.

Её рюкзак был не простым, а пространственным, так что доступный ей арсенал казался практически бесконечным.

Но битва была не такой лёгкой, как вначале.

Канвары учились. Адаптировались.

Если сначала они действовали агрессивно, уверенные в своём численном превосходстве и домашнем преимуществе, то теперь стали осторожнее. Они поняли, с кем имеют дело. Поняли, что недооценили противника.

И изменили тактику.

Они перестали спускаться низко, оставаясь в воздухе, где мои умертвия не могли их достать. Перестали атаковать по одиночке, действуя группами, прикрывая друг друга. Перестали рисковать, предпочитая дальний бой.

Умно.

И раздражающе эффективно.

Я швырнул теневой клинок в ближайшего Канвара, но тот просто поднялся выше, уклоняясь. Его товарищи тут же накрыли меня градом воздушных лезвий. Я укрепил щит, принимая удары, но чувствовал, как энергия утекает.

Безусловно, у меня был уже огромный магический резерв. Но зато их было много, и рано или поздно даже я начну уставать.

— Они тянут время, — проворчал дед, отбивая очередную атаку. — Ждут подкрепления.

— Я знаю, — кивнул я.

И я действительно знал. Через разведчиков, всё ещё разбросанных по монастырю, я видел, как один из Канваров активировал артефакт связи. Звал на помощь. Может быть, даже самого Ракшу.

Если Великий Князь Канваров прилетит сюда лично… выкрутиться сразу станет на порядок сложнее. Глупо было бы его недооценивать.

Но думать об этом пока рано. Нужно действовать.

— Давим, — скомандовал я. — Не даём им передышки.

Дед кивнул, и мы устремились вперёд.

Я использовал теневой шаг, мгновенно оказываясь под группой Канваров. Они не ожидали, что я смогу подняться так высоко — я не мог летать в прямом смысле, но теневой шаг позволял перемещаться почти в любую точку в пределах видимости.

Появившись прямо под ними, я швырнул сразу пять клинков. Все взорвались одновременно, создавая волну теневой энергии. Трое Канваров потеряли концентрацию и начали падать. Дед был готов, он тут же оказался рядом, выкачивая из них энергию и жизнь.

Вот и новая тройка умертвий для нашей армии.

Но остальные Канвары отступили ещё выше, выходя за пределы моей досягаемости. Они атаковали издалека, методично, не давая себя втянуть в ближний бой.

Я сжал зубы. Нам нужно было преимущество в воздухе. Нужны были драконы.

Но мгновенно телепортироваться к нам они не могли.

Я потянулся к связи с Агни и Сэром Костиусом. Мёртвые драконы откликнулись, холодным присутствием. Они неумолимо летели по моему зову, но я чувствовал расстояние между нами.

Ближе. Но всё ещё не здесь.

Ещё несколько минут. Может, пять. Может, десять.

Нужно было продержаться.

Я вернулся на землю, используя теневой шаг, и сразу выставил щит. Град воздушных лезвий обрушился на меня, но я устоял. Дед рядом взорвал ещё одно умертвие, когда Канвар подлетел слишком близко.

Октавия швырнула что-то яркое и шипящее. Артефакт взорвался в воздухе, создавая облако едкого дыма. Канвары закашлялись, отступая.

Но их всё ещё было слишком много. И они всё ещё контролировали небо.

И тут я почувствовал изменения в воздухе.

Магия. Много магии. Приближающаяся с юго-запада.

Я перевёл взгляд туда и увидел их.

Элементали воздуха.

Они появились над монастырём как стая гигантских птиц. Ветряные журавли, с телами сформированными из чистого воздуха, сверкали в лучах заходящего солнца. На этот раз их было даже больше, чем мы освободили, около двадцати. Явно привели друзей.

А впереди них, медленно снижаясь к земле, летел знакомый силуэт.

Древний дух. Старик с белой бородой, в развевающихся одеждах, с посохом в руках. Он приземлился на относительно ровный участок двора, примерно в тридцати метрах от нас.

Канвары замерли, не понимая, что происходит.

Дух поднял посох, и журавли синхронно взмыли вверх, начиная кружить над полем боя. Они двигались организованно, словно стая, управляемая единой волей. А дух стоял внизу, его руки делали двигались то плавно, то резко. Он размахивал своим посохом, словно дирижёр перед оркестром.

— Зачем он опять прилетел? — тихо спросила Октавия, подходя ближе. — Мы и так справлялись…

Я открыл рот, чтобы ответить, но не успел.

Голос духа прозвучал прямо в воздухе, гулкий и властный, словно раскат грома:

— Я свободный дух! Захотел и прилетел.

Октавия вздрогнула, явно не ожидая, что он её услышит с такого расстояния.

Дух повернул голову в нашу сторону, и я мог поклясться, что на его лице была усмешка.

— И вообще, — продолжил он, — я хотел отомстить. Вот и мщу.

Он взмахнул посохом, и журавли ринулись в атаку.

Канвары попытались защититься, выставляя щиты, швыряя заклинания. Но духи воздуха тоже не были слабаками. Их совместные атаки пробивали защиту магов, словно та была сделана из бумаги.

Один из журавлей взмахнул крылом, и Канвара отбросило назад, словно игрушку. Другой выпустил струю сжатого воздуха, которая пробила щит врага и швырнула его в стену.

Древний дух стоял внизу, управляя журавлями жестами. Его лицо было сосредоточенным, но я замечал лёгкую улыбку в уголках губ. Он явно наслаждался процессом.

— Он помогает нам, — медленно сказала Октавия. — Но ведёт себя так, словно делает одолжение.

— Цундере, — хмыкнул я.

— Что?

— Лучше спроси у Лифэнь или Алины. Они часто используют подобные термины.

Битва изменилась радикально.

То, что было преимуществом Канваров, их способность летать, их контроль над воздухом, теперь превратилось в слабость.

Духи воздуха играли на их поле и делали это превосходно. .

Они создавали встречные потоки ветра, которые сбивали Канваров с курса. Теперь любое их движение в воздухе требовало поправок на атаки элементалей.

Те маги, которые уже вымотались или были послабее, вообще временно теряли ориентацию.

А духи и дальше продолжали метать воздушные лезвия, формировать мини-торнадо и всячески мешать Канварам вести бой.

Самих же духов вывести из строя было не так-то просто.

В битвах с магическими созданиями, всегда нужен особый подход. И сейчас наши враги к этому готовы не были.

Конечно, они пытались сопротивляться, но это уже была неравная борьба.

Ведь мы с дедом и Октавией тоже никуда не делись. И малейшая потеря концентрации с их стороны сразу же приводила к жертвам.

Они падали вниз один за другим. Кто-то разбивался о землю. Кто-то терял сознание от ударов. Кто-то просто сдавался, понимая бесполезность сопротивления.

Битва превратилась в избиение.

Через десять минут всё было кончено.

Канвары были либо мертвы, либо без сознания, либо сбежали. Монастырь снова погрузился в тишину, нарушаемую только тихим жужжанием мясных мух деда и шелестом ветра в крыльях духов.

Я медленно выдохнул, рассеивая теневой щит. Всё тело ломило от усталости, но я был цел. Дед рядом выглядел как всегда бодрым и довольным. Октавия присела на обломок стены, вытирая пот со лба.

Древний дух медленно подошёл к нам, его журавли кружили над головой.

— Ну что, — сказал он, его голос звучал самодовольно, — я помог. Больше я вам ничего не должен.

Я поднял бровь:

— Хорошо.

— Да, — дух махнул рукой. — Я же свободный. Могу делать что хочу. И если я хочу отомстить этим Канварам за то, что они держали меня в клетке… что ж, это моё право.

— Конечно, — согласился я, еле сдерживая улыбку.

Дух повернулся, собираясь улетать, но остановился и оглянулся:

— И вообще, не думайте, что я прилетел ради вас. Я прилетел ради себя. Потому что захотел. Понятно?

— Кристально, — кивнул я.

— Прекрасно.

Он взмахнул посохом, и журавли взмыли вверх. Дух последовал за ними, его тело растворялось в воздухе, превращаясь в чистую стихию ветра.

Через несколько секунд они исчезли, улетая на юго-запад, туда, откуда прилетели.

Октавия проводила их взглядом:

— Странный дух.

— Но полезный, — добавил дед.

Я кивнул, соглашаясь. Затем почувствовал знакомое присутствие.

А затем поднял голову и увидел драконов. К слову, только я с моей командой и мог их сейчас видеть. Для всех остальных они по-прежнему двигались в маскировке.

Два массивных силуэта на горизонте. Они летели делая широкие взмахи крыльев.

Агни и Сэр Костиус.

Они приближались прямо к монастырю, их кости и чешуя сверкали в лучах заходящего солнца. Пламя в глазницах Агни горело ярко-оранжевым. Серебристые кости сэра Костиуса отражали свет.

Через минуту они приземлились во дворе, создавая облако пыли. Своенравный Сэр Костиус зарычал, низко, гортанно, с нетерпением. Агни просто склонил голову, ожидая команды.

— Наконец-то, — пробормотал дед. — Хоть и запоздали.

Я усмехнулся:

— Зато теперь можем лететь.

— Куда? — спросила Октавия, поднимаясь.

— К Симону и Бланш, — ответил я, направляясь к Агни.

Я запрыгнул на спину дракона, устраиваясь между костяными шипами. Дед последовал за мной, садясь на сэра Костиуса. Октавия тоже через пару секунд уже устроилась рядом со мной.

Агни взревел и взмыл в воздух. Сэр Костиус последовал за ним.

Ветер свистел в ушах, когда мы набирали высоту. Монастырь под нами становился всё меньше, превращаясь в крошечную точку на склоне горы.

Впереди были джунгли. И где-то там, в зелёной чаще, Симон и Бланш искали Анжи Вийон.

Мы летели им на помощь.

И очень надеялись, что не опоздаем.

***

— Ты уверен, что мы идём правильно?

Бланш перепрыгнула через упавшее дерево, её тело двигалось с нечеловеческой скоростью и ловкостью благодаря баффам Вийон.

Мышцы работали идеально, дыхание было ровным, несмотря на бешеный темп. Магия жизни текла по её венам, усиливая каждое движение, каждый шаг.

Симон летел над ней, его тело поддерживала магия ветра. Он держал в руке светящийся амулет Октавии, стрелка внутри упорно указывала на юго-восток, глубже в джунгли.

— Амулет не врёт, — ответил он, не оборачивая головы. — Она где-то здесь. Близко.

Джунгли вокруг них были плотными, почти непроходимыми. Деревья росли так густо, что их кроны смыкались, превращая дневной свет в зеленоватый полумрак. Лианы свисали с веток, как змеи. Воздух был влажным, тяжёлым, пропитанным запахом гниющей листвы и тропических цветов.

Бланш прыгнула на толстую ветку, оттолкнулась от неё и полетела вперёд, преодолевая несколько метров за один прыжок. Её тело было лёгким, сильным, каждое движение выверено до совершенства. Баффы Вийон делали её почти такой же быстрой, как летящий Симон.

Почти.

— Подожди, — внезапно сказал Симон, останавливаясь в воздухе.

Бланш тут же затормозила, цепляясь за ветку дерева. Её инстинкты включили тревогу ещё до того, как она поняла, что именно не так.

— Что? — тихо спросила она.

Симон медленно развернулся, вглядываясь в небо сквозь кроны деревьев. Его лицо было напряжённым, глаза прищурены.

— Мы не одни, — прошептал он.

Бланш замерла, прислушиваясь. Сначала ничего. Только шелест листьев, крики птиц, жужжание насекомых.

А потом она услышала.

Свист ветра. Не естественный, а магический. Звук, который издают маги воздуха, когда летят на высокой скорости.

Её взгляд метнулся вверх, и она увидела их.

Несколько фигур, летящих над джунглями. Слишком высоко, чтобы разглядеть детали, но достаточно близко, чтобы понять, они движутся в том же направлении.

Канвары.

— Сколько? — тихо спросила Бланш.

Симон прищурился, считая:

— Похоже, шестеро. Летят строем.

— Они тоже её ищут.

— Да.

Бланш сжала рукоять меча. Они опоздали? Канвары уже нашли Анжи? Или только ищут?

— Смотри, — Симон указал вперёд.

Силуэты начали снижаться. Медленно, осторожно, направляясь к какой-то точке в джунглях примерно в километре от них.

— Они её нашли, — выдохнула Бланш.

— Тогда нам нужно торопиться, — Симон развернулся к ней, его лицо было решительным. — Быстро. Пока они её не забрали.

Бланш кивнула и рванула вперёд.

Они двигались как можно быстрее, не обращая внимания на шум. Бланш прыгала с дерева на дерево, ломала ветки, продиралась сквозь лианы. Симон летел над ней, его магия ветра оставляла за собой видимый след, колышущуюся листву, согнутые ветки.

Но им было всё равно. Скрытность больше не имела значения.

Через несколько минут они услышали звуки боя.

Крики. Удары. Свист магии ветра. Глухой хруст, словно кто-то врезался в дерево.

Бланш ускорилась, её сердце бешено колотилось. Не от усталости, баффы компенсировали физическое напряжение. От напряжения. От страха опоздать.

Они выскочили на небольшую поляну или то, что когда-то было поляной. Сейчас она больше напоминала поле боя. Сломанные деревья, развороченная земля, вмятины в стволах.

И люди.

Шестеро Канваров. Пятеро активно действовали, а один лежал без движения у края поляны, его тело было неестественно скрученно. Мёртв или без сознания — непонятно.

Ещё один корчился на земле, держась за живот. Его лицо было искажено от невыносимой боли, изо рта шла пена. Он пытался кричать, но из горла вырывались только бессвязные стоны.

Бланш узнала эту магию мгновенно.

Вийон. Клановая магия жизни, использованная в обратную сторону. Вместо лечения — разрушение. Вместо баффов — боль. Магия, которая могла заставить органы человека буквально бунтовать против своего хозяина.

И доступная лишь самым сильным представителям их клана.

Жестокая. Эффективная. И очень, очень болезненная.

А посреди поляны стояла рыжеволосая женщина.

Её загораживали двое Канваров, схватившие её за руки, так что было трудно разглядеть лицо.

Она отчаянно сопротивлялась, дёргалась, пыталась вырваться. Её белое платье было порвано, волосы растрепаны, руки в синяках и ссадинах.

Но она всё ещё сражалась.

Третий Канвар стоял чуть поодаль, наблюдая. Высокий, атлетически сложенный мужчина лет сорока, с тёмными волосами, собранными в узел. Его поза была расслабленной, но Бланш видела напряжение в его плечах, готовность действовать в любой момент.

Определённо это их командир.

Он медленно повернулся, услышав их приближение.

И Симон замер в воздухе.

Бланш видела, как изменилось его лицо. Как расширились глаза. Как сжались кулаки, побелели костяшки пальцев.

Она видела чистую, выжигающую всё, абсолютную ярость.

— Виджай, — прошептал Симон, и в его голосе было столько ненависти, что Бланш невольно вздрогнула.

Воспоминания обрушились на него лавиной.

Тренировочный зал. Холодный каменный пол. Запах крови и пота.

Невыносимая боль, когда Виджай ломал его пальцы, один за другим, обучая «правильному хвату меча».

Его крики, когда магия ветра пробивала его защиту, оставляя глубокие порезы на теле.

Издевательства. Насмешки.

Пытки, замаскированные под тренировки. Жестокость, оправданная «необходимостью воспитания».

И лицо Виджая. Всегда спокойное. Всегда хладнокровное. Без тени раскаяния или сожаления.

Симон медленно выдохнул, и воспоминания отступили.

Но ярость осталась.

Он опустился на землю, его ноги коснулись травы. Рука легла на рукоять меча. Магия ветра закружилась вокруг него, готовая к бою.

— Кто вы? — спросил Виджай, его голос был ровным, без эмоций. — Назовитесь.

Симон не ответил. Он просто выхватил меч.

И атаковал.

Виджай едва успел среагировать. Он взмыл в воздух, уклоняясь от удара, который должен был разрубить его пополам. Лезвие прошло в сантиметре от его груди.

— Агрессивный, — прокомментировал Виджай, приземляясь в нескольких метрах. — Но неразумный. Нас шестеро. Вас двое.

Симон не отвечал, хотя и отметил, что его враг склонен преувеливать. Двое уже не могли сражаться. Так что четверо против троих, если считать пленницу. Не такой уж и плохой расклад.

Симон снова атаковал, его тело двигалось с невероятной скоростью. Меч рассекал воздух, оставляя за собой след из магии ветра.

Виджай уклонялся, отступая, изучая стиль противника. Его глаза сузились, в них промелькнуло удивление.

Его противник оказался по-настоящему опытным фехтовальщиком. Не простым рубакой, а искусным мастером меча.

Каждое движение выверено, каждый удар точен.

И магия ветра, усиливающая каждый выпад, делающая клинок быстрее, острее.

— Ты… — начал Виджай, но Симон не дал ему договорить.

Серия ударов, слишком быстрая, чтобы отследить. Виджай усилил щит, принимая удары, но чувствовал, как защита трещит под натиском.

Этот человек был хорош. Очень хорош.

Кто он?

Тем временем Бланш ворвалась в схватку с двумя Канварами, держащими женщину.

Она не тратила время на предупреждения. Просто ударила.

Её кулак врезался в челюсть первого Канвара с силой, которой хватило бы, чтобы проломить каменную стену. И его щит также лопнул.

Мужчина отлетел в сторону, выпуская женщину, его тело рухнуло на землю и не двигалось.

Второй Канвар попытался взлететь, но Бланш была быстрее. Она схватила его за ногу, дёрнула вниз и нанесла удар в солнечное сплетение. Воздух вышел из его лёгких с хриплым выдохом, он согнулся пополам, и Бланш врезала ему локтем в затылок.

Если бы они не умели летать, она бы их здесь и прикончила. Но они были магами воздуха, опытными бойцами. Первый удар стал неожиданностью, но они восстанавливались.

Первый Канвар поднялся, его челюсть была перекошена, но он всё ещё мог драться. Он взмыл в воздух, выходя из зоны досягаемости Бланш.

Второй последовал его примеру, придерживая рёбра, его дыхание было затруднено, но взгляд полон решимости.

— Кришан, — позвал первый, глядя на своего товарища. — Играем с ней. Она не может летать.

Кришан, молодой мужчина с жёстким лицом и злыми глазами — усмехнулся:

— С удовольствием.

Они начали атаковать с воздуха, используя магию ветра. Воздушные лезвия резали пространство, целясь в Бланш. Она уворачивалась, перекатывалась, прыгала между деревьями, используя их как укрытие.

Но она не могла эффективно контратаковать. Они были слишком высоко.

К тому же, Бланш должна была защищать не только себя.

Та, кто возможно была Анжи упала на колени, её дыхание было рваным, тело дрожало от усталости. Она явно была на пределе. Один удар, и всё закончится.

Бланш метнулась к ней, прикрывая своим телом. Воздушное лезвие ударило в её спину, но защитный барьер выдержал. Боль прострелила по позвоночнику, но Бланш устояла.

— Кто вы? — хрипло спросила женщина, поднимая голову.

Бланш быстро оглядела её. Рыжие волосы, зелёный глаза. Она была очень похожа на Катарину. Наверное, и впрямь её сестра. Та, кого они ищут.

Но Анжи смотрела на Бланш с подозрением. С недоверием. Даже со страхом.

— Вийон, — прошептала Анжи, и в её голосе застыло горькое понимание. — Катарина прислала тебя.

— Что? — Бланш едва уклонилась от очередной атаки, её внимание было разорвано между боем и словами Анжи. — Нет, я…

— Ложь! — Анжи попыталась отползти от неё. — Всё это её план! Она хочет меня использовать, как и все остальные!

— Я не…

— Можешь передать сестрице, что она может подавиться своим великодушием! — Анжи закричала, её голос был полон отчаяния и ярости. — Вы зря стараетесь! Я не пойду с вами! Слышишь?! НЕ ПОЙДУ!

Бланш открыла рот, чтобы возразить, объяснить, но Кришан атаковал снова, и ей пришлось сосредоточиться на бое.

Нет времени. Нет времени разбираться с безумными обвинениями запутавшейся женщины.

Нужно было выжить.

Бланш уворачивалась, блокировала, защищала Анжи своим телом. Баффы держались, но она чувствовала, как они истощаются. Энергия утекала с каждой секундой.

А Канвары продолжали атаковать, играя с ней, используя своё преимущество в мобильности.

Неподалёку Симон теснил Виджая.

Его меч был везде. Удар сверху, перехват, выпад в грудь, разворот, рубящий удар по ногам. Фехтование, доведённое до совершенства, усиленное магией ветра.

Виджай отступал, на его лице впервые возникло что-то кроме спокойствия. Удивление. Возможно, даже тревога.

Его взгляд метнулся к лицу противника. Молодой. Около тридцати. Светлые волосы, серые глаза, решительное выражение лица.

Знакомое лицо?

Нет. Не может быть.

— Кто ты? — прорычал Виджай, отбивая очередной удар.

Симон не ответил. Только атаковал сильнее, быстрее, яростнее.

Его меч пел в воздухе, и Виджай понял, что проигрывает.

Этот человек был лучше. Намного лучше.

Виджай попытался взлететь, выйти из зоны досягаемости, но Симон последовал за ним, его собственная магия ветра несла его вверх с такой же лёгкостью.

Так хорошо владеть ей мог только другой Канвар. Неужели предатель?

В воздухе они продолжили схватку. Меч против меча, магия против магии.

И Виджай отступал.

Внизу Анжи наблюдала за боем, её разум лихорадочно работал.

Две Вийон? Нет, одна Вийон и… кто? Его магия была магией ветра, но стиль боя…

Она не понимала. Не могла понять.

Всё, что она знала — ей нельзя было сдаваться. Ни Канварам. Ни этим двоим, кем бы они ни были.

Она должна была сбежать.

Сейчас. Пока они заняты друг другом.

Анжи собрала остатки сил, поднялась на ноги и побежала.

Не к выходу с поляны. Просто прочь. В любую сторону. Куда угодно, только бы подальше отсюда.

Её ноги едва слушались, тело было на пределе, но она бежала. Баффы, которые она наложила на себя раньше, всё ещё работали, давая ей скорость, которой хватало, чтобы оторваться.

Девушка Вийон закричала что-то, но Анжи не слушала.

Виджай повернул голову, заметив побег, но был слишком занят боем с Симоном.

А Кришан увидел.

И его лицо исказилось от ярости.

— Нет! — рявкнул он. — Она не уйдёт!

Он развернулся в воздухе и устремился за ней.

Бланш попыталась перехватить его, но второй Канвар заблокировал её путь, яростно атакуя.

Кришан летел быстро, его магия ветра несла его вперёд со свистом. Анжи бежала внизу, перепрыгивая через корни, пролезая между деревьями.

Но она была слишком медленной.

Она уже слишком устала.

Анжи каждый день работала на износ в монастырском госпитале. Уже многие годы она никогда не успевала полностью восстанавливать свой магический резерв. А сегодня она потратила силы ещё и на побег, и на сражение.

Кришан настиг её за несколько секунд.

Он опустился прямо перед ней, перекрывая путь. Его меч был уже в руке, лезвие сверкало в свете закатного солнца, пробивающемся сквозь кроны.

— Ты никуда не денешься, сука, — прошипел он.

Анжи попыталась остановиться, развернуться, но было поздно.

Кришан шагнул вперёд.

И пронзил её грудь мечом.

Лезвие вошло легко, с тихим хрустом ломающихся рёбер. Прошло насквозь, выйдя между лопаток.

Анжи застыла, её глаза расширились от шока.

Боли ещё не было. Только удивление. И холод, растекающийся от раны по всему телу.

Кришан усмехнулся, глядя ей в глаза:

— Хотя бы врагам не достанешься.

Он был рад, что всё-таки нашёл вескую причину проигнорировать прямой запрет брата. Эта чёртова сука Вийон всё-таки сдохнет.

Он выдернул меч.

Анжи упала.

Её тело рухнуло на землю, кровь бурным потоком хлынула из открытой раны, окрашивая белое платье в алый.

Глава 3

— Нет!

Крик Бланш разорвал воздух, наполненный звуками боя.

Она увидела всё. Как Кришан настиг Анжи. Как его меч пронзил её грудь. Как женщина упала и её белое платье окрасилось алым.

Ярость.

Чистая, выжигающая, абсолютная ярость затопила разум Бланш. Магия Вийон взревела в её венах, баффы усилились до предела, мышцы налились нечеловеческой силой.

Но Симон был быстрее.

Он увидел то же самое. И что-то внутри него сломалось.

Мать.

Его мать лежала на земле, истекая кровью, а этот ублюдок стоял над ней с окровавленным мечом.

Виджай перестал существовать. Бой перестал существовать. Весь мир сузился до одной точки — врага, поднимающего меч для последнего удара.

Симон даже не помнил, как переместился.

Магия ветра вспыхнула вокруг него, превратив его тело в стрелу. Он пролетел расстояние между ними за долю секунды, так быстро, что обычный человек бы даже не разглядел.

Кришан размахнулся клинком, явно собираясь закончить начатое и отрубить Анжи голову, но не успел.

Симон врезался в него как ураган.

Удар был настолько сильным, что Кришан отлетел на несколько метров, его тело врезалось в дерево с глухим хрустом ломающихся костей. Меч выпал из его рук, звякнув о камни.

Симон приземлился рядом, его собственный клинок уже был наготове.

— Ты, — прошипел он, его голос был полон такой ненависти, что даже раненый Кришан попытался отползти, — посмел её тронуть.

Враг попытался подняться, призвать магию ветра, взлететь, но было поздно.

Симон двигался как профессиональный убийца. Без лишних слов. Без предупреждений. Просто серия точных, выверенных ударов.

Первый по запястью. Кость хрустнула, рука безвольно повисла.

Второй по колену. Кришан завопил, падая.

Третий плашмя по голове. Сознание покинуло Канвара мгновенно.

Три секунды. Три удара. Противник выведен из боя.

Кришан рухнул на землю, его тело дёрнулось и замерло. Возможно, ещё живой, но полностью небоеспособный.

Виджай наблюдал за этим с расстояния, его лицо оставалось абсолютно бесстрастным.

Малолетний идиот.

Он предупреждал Кришана. Приказывал не трогать пленницу. Объяснял, почему это важно. Но брат не послушал. Позволил эмоциям взять верх. И поплатился.

Виджай не чувствовал горя. Не чувствовал вины. Только холодное понимание того факта, что брат пострадал по собственной глупости.

Но важнее было другое.

Этот человек, враг, который только что вырубил Кришана, двигался невероятно быстро. Слишком быстро для обычного мага воздуха. Магия ветра давала скорость полёта, но не такую.

Виджай уже догадывался об этом, но теперь убедился окончательно.

Женщина с клановой магией Вийон, которая сражалась рядом, усилила его. Дала ему скорость, силу, возможно, даже регенерацию.

Опасная комбинация. Фехтовальщик с магией ветра плюс баффы Вийон.

Но у любой силы есть слабости.

И Виджай собирался их использовать.

Враг отвлёкся. Он стоял над телом Кришана, всё его внимание было сосредоточено на раненой женщине, лежащей в нескольких метрах. Он явно собирался рвануть к ней.

Идеальная возможность.

Виджай просчитал траекторию за долю секунды. Расстояние, угол, скорость ветра, положение противника.

Затем атаковал.

Воздушное лезвие вылетело из его руки, усиленное всей мощью, которую он мог вложить. Острое, как бритва, заклинание резануло пространство, целясь в правое плечо врага.

Не в сердце или в голову, он знал, что не сумеет убить такого врага одним ударом.

А значит точку удара нужно было выбирать со всей тщательностью.

Виджай был опытным бойцом и понимал, что фехтовальщику нужна правая рука. Повредить её, значит лишить врага половины эффективности.

Заклинание достигло цели.

Симон дёрнулся, но было поздно. Лезвие прорезало его плечо, разрывая мышцы, оставляя глубокую рану. Кровь брызнула, окрашивая одежду.

Он коротко закричал и упал на колено, сжимая рану.

Виджай не стал медлить. Он ринулся вперёд, готовый добить противника, пока тот ослаблен.

Но Симон не был обычным противником.

Даже раненый, даже дезориентированный, он перекатился в сторону, уклоняясь от следующей атаки. Его меч теперь был в левой руке, неудобно, непривычно, но всё ещё опасно.

Виджай остановился, переоценивая ситуацию.

Враг был ранен. Правое плечо повреждено серьёзно. Но он всё ещё сражался. Всё ещё оставался угрозой.

Но всё-таки, он постоянно бросал взгляды на раненую женщину.

Его концентрация была нарушена. Он нервничал, порывался вернуться к ней, проверить её состояние.

Слабость.

Виджай готовился использовать это, когда услышал крик.

— Симон! — голос его напарницы звучал уверенно. — Не отвлекайся на Анжи! Я здесь всё улажу!

Виджай повернул голову и увидел, что другая Вийон наконец-то получила передышку. Её противник, в бою с которым она ещё недавно увязла, был серьёзно ранен, держался за бок, откуда сочилась кровь.

Он всё ещё был в строю, но уже не мог нападать также активно как прежде. .

А рыжеволосая воительница уже двигалась к раненой Анжи, её руки светились золотистым свечением магии жизни.

Симон колебался секунду, его взгляд метался между Виджаем и матерью.

Затем кивнул и снова сосредоточился на бое.

Его глаза встретились с глазами Виджая, и в них читалась холодная решимость.

Бой продолжился.

Тем временем, Бланш добежала до Анжи.

Она упала на колени рядом с ней, её руки тут же легли на грудь женщины, туда, где зияла ужасная рана.

Меч пронзил грудь насквозь. Кровь всё ещё сочилась, несмотря на то, что Анжи явно пыталась остановить кровотечение.

Бланш видела тонкую плёнку затянувшую края раны. Временная мера, чтобы не истечь кровью мгновенно.

Умно. Очень умно.

Но недостаточно.

Клинок задел сердце. Бланш чувствовала это через свою магию. Мышца была повреждена, билась неровно, слишком слабо.

Мать Симона, а новоиспечённая княгиня Вийон, теперь была уверена, что это именно она, ушла в подобие комы. Её дыхание было поверхностным, пульс едва прощупывался. Организм замедлил все процессы до минимума, пытаясь сохранить жизнь.

Но это только оттягивало неизбежное. Без помощи даже целитель такого уровня, как Анжи, может умереть.

Бланш не собиралась этого допускать.

Она призвала всю свою магию жизни, направляя её в тело раненой. Золотистое свечение окутало обеих женщин, пульсируя в такт сердцебиению.

Она рисковала в таком положении, но лечение на расстоянии всегда было менее эффективным. Без прямого контакта с раной, ни один боевой лекарь не мог идеально контролировать процесс.

Хотя Бланш умела и так. Она обучалась этому годами. Умела лечить в самых невозможных условиях. Посреди боя, под обстрелом, когда каждая секунда на счету.

Но всё-таки лучше, когда есть возможность прикоснуться.

Магия Бланш потекла в тело Анжи, находя повреждения, начиная их чинить.

Сердце в первую очередь. Мышечная ткань восстанавливалась медленно, слой за слоем. Повреждённые сосуды заплетались заново. Кровь перестала просачиваться в грудную полость.

Бланш чувствовала, как Анжи реагирует на лечение. Её собственная магия жизни активировалась, работая в унисон с Бланш. Две Вийон, две целительницы, работающие вместе, чтобы спасти одну жизнь.

Это было… невероятно.

Бланш никогда не чувствовала такой синхронизации с другим магом. Анжи была мастером. Настоящим мастером магии жизни. Даже в коме, даже на грани смерти, она работала с невероятной точностью.

Вместе они восстанавливали сердце. Затем лёгкое, которое тоже было задето. Затем рёбра, мышцы, кожу.

Процесс был медленным, изнурительным. Бланш чувствовала, как её собственные силы истощаются. Но она не останавливалась.

Потому что рядом всё ещё был враг.

Раненый Канвар, с которым она сражалась раньше, не отступил. Он кружил неподалёку, выжидая момент, чтобы атаковать.

Бланш держала его в поле зрения, готовая защититься в любую секунду. Одна рука лечила Анжи, другая была готова призвать боевую магию.

Канвар атаковал.

Воздушное лезвие прорезало воздух, целясь в спину Бланш.

Она даже не обернулась, просто активировала щит.

Лезвие ударило в барьер и рассеялось.

Канвар выругался, отступая.

Бланш продолжала лечить, не отвлекаясь.

Анжи крайне уязвима. Любой новый удар мог оборвать её жизнь, пока лечение не завершено. Так что главной задача Бланш на этот момент стало держать врагов подальше. К счастью, тех уже почти не осталось.

И пока она справлялась.

А Симон сражался.

Но это было тяжело. Намного тяжелее, чем раньше.

Рана в правом плече пульсировала болью с каждым движением. Мышцы не слушались, рука почти не держала меч. Он переложил клинок в левую руку, но это было менее удобно.

Фехтование требовало точности. А точность требовала правой руки.

Виджай это понимал. И безжалостно использовал.

Он атаковал снова и снова, целясь именно в раненое плечо, заставляя Симона уворачиваться, тратить силы, терять позицию.

Симон отступал, теряя инициативу.

Его взгляд постоянно возвращался к Анжи. Он видел, как Бланш лечит её, как золотистое свечение окутывает обеих женщин. Но он не мог отделаться от страха.

Что если не успеет? Что если мать умрёт прямо сейчас, пока он не может ей помочь?

— Сосредоточься, — прошипел он себе под нос. — Доверься Бланш. Она знает, что делает.

Он снова атаковал, но удар был неточным. Виджай легко уклонился.

— Ты слабеешь, — прокомментировал Виджай, его голос был спокойным, почти насмешливым. — Рана мешает. Скоро ты не сможешь держать меч вообще.

Симон не ответил. Только сжал зубы и атаковал снова.

Но минуты шли, а Симону не становилось хуже.

И Виджай заметил, что рана на плече врага затягивалась.

Медленно, но с каждой секундой это становилось всё более очевидным.

Края раны смыкались, кровотечение останавливалось, мышцы восстанавливались.

Виджай нахмурился, его взгляд метнулся к женщине Вийон, которая всё ещё лечила Анжи.

Она делала это? Лечила обоих одновременно?

Нет. Невозможно. Даже мастер-целитель не может лечить двух человек на расстоянии с такой эффективностью.

Значит…

Виджай посмотрел на врага. На его лицо, его глаза, его стойку.

А затем понял.

— У тебя два дара, — медленно сказал он, и в его голосе прозвучало что-то новое. Не просто удивление. Понимание.

Симон не ответил, продолжая атаковать.

Но Виджай уже всё понял.

Два дара. Магия ветра и магия жизни.

Невероятно редкое сочетание. Почти уникальное.

И Виджай знал только одного человека с таким сочетанием.

— Ты Викрам? — прямо спросил он, останавливаясь в нескольких метрах.

Симон замер.

Его лицо исказилось от ярости.

— Моё имя, — прорычал он, его голос был полон ненависти, — Симон Фаверо. И никак иначе. Запомни это, прежде чем умрёшь.

Виджай открыл рот, чтобы ответить, но вдруг замер.

Сверху донёсся чей-то низкий гортанный рык.

Оба бойца одновременно подняли головы.

И увидели их.

Два массивных силуэта, летящих над джунглями. Огромные парящие существа, рассекали воздух широкими взмахами крыльев.

Пламя горело в пустых глазницах одного, а серебристые кости второго сверкали в лучах заходящего солнца.

Драконы.

Мёртвые.

Они летели прямо сюда и быстро приближаясь.

А на их спинах сидели люди.

И только теперь Виджай понял, кто на самом деле стоит за нападением на монастырь Белого Облака.

***

Джунгли проносились под нами, зелёная масса деревьев сливалась в сплошное пятно. Агни летел на максимальной скорости, его костяные крылья рассекали воздух с протяжным свистом.

Сэр Костиус держался рядом, чуть позади.

Я вглядывался вперёд, переключаясь между разведчиками, разбросанными по джунглям.

Там, прямо впереди виднелась поляна посреди зелёной чащи.

Через глаза мёртвой птицы, сидящей на ветке, я видел всё.

Симон сражался с высоким Канваром, которого я сразу узнал. Виджай, глава монастыря.

Их мечи звенели, магия ветра свистела в воздухе. Симон был ранен, его правое плечо кровоточило, но он продолжал биться.

Бланш склонилась над телом Анжи на земле. Белое платье матери Симона было алым от крови, но Бланш лечила её, золотистое свечение магии жизни окутывало обеих женщин.

Ещё один Канвар кружил рядом, раненый, но всё ещё представляющий угрозу.

И несколько тел, разбросанных по поляне. Мёртвые или без сознания.

— Вижу их, — сказал я, не оборачиваясь к деду и Октавии. — Внизу. Приготовьтесь.

— Вдарим по ним драконами? — спросил дед. — Агни может спалить этих Канваров одним дыханием.

— Нет, — резко ответил я. — Слишком опасно. Можем задеть своих. Драконы остаются в воздухе, патрулируют территорию. Мы спрыгиваем.

Дед проворчал что-то недовольное, но не стал спорить.

Агни снизился, приближаясь к поляне. Я почувствовал момент и спрыгнул, не дожидаясь полной остановки.

Падение с такой высоты могло бы стать смертельным для обычного человека. Но для мага лишь небольшое неудобство.

Дед приземлился рядом секундой позже, а Октавия спрыгнула последней, её артефакты сработали, замедляя падение.

Драконы взмыли вверх, их рык эхом прокатился над джунглями. Они начали кружить над поляной, готовые спуститься по первому моему зову. Но важнее, что они стали страховкой от возможного подкрепления для врагов.

Я огляделся, быстро оценивая ситуацию.

Симон и Виджай всё ещё сражались, их бой достиг пика интенсивности. Мечи звенели так быстро, что я едва успевал следить. Заклинания магии ветра кружили вокруг них, принимая самые разные формы. От мини-торнадо, до воздушных лезвий.

Бланш продолжала лечить Анжи, её лицо было сосредоточенным, напряжённым.

Раненый Канвар, который пытался ей мешать, увидел нас и замер, его глаза расширились от ужаса.

Драконы. Ещё трое врагов. Он был уже мёртв, и он это понял.

Я сделал шаг вперёд, готовый вмешаться в бой Симона, помочь ему прикончить Виджая быстрее.

И поймал красноречивый взгляд своего ученика.

Он обернулся на секунду, услышав наше приземление. Наши глаза встретились.

И в этом взгляде было всё.

«Не вмешивайся. Это моё. Я должен закончить это сам.»

Я замер на месте.

Дед и Октавия рванули вперёд, готовые присоединиться к схватке, но я поднял руку, останавливая их.

— Стойте, — коротко приказал я.

— Что? — Октавия обернулась, её лицо выражало недоумение. — Макс, они сражаются! Симон ранен! Нужно помочь!

— Нет, — покачал головой я, не сводя глаз с боя. — Это битва Симона. Не нужно ему мешать.

— Но он же ранен! — настаивала Октавия, её голос был полон беспокойства.

Я повернулся к ней, моё лицо было серьёзным:

— Для воина это не имеет значения. Симон уверен, что справится. К тому же, — я усмехнулся, — не забывай. Он ещё и Вийон.

Словно в подтверждением моим словам, рана на плече Симона на наших глазах стала чуть меньше.

Магия жизни. Его второй дар.

Октавия открыла рот, чтобы возразить, но затем увидела это и замолчала.

— Понятно, — пробормотала она.

Дед хмыкнул:

— Хочет доказать что-то. Понимаю. Ладно, пусть развлекается. А мы что, просто стоим?

— Нет, — я уже двигался к Бланш и Анжи. — Мы помогаем здесь.

Я подошёл к ним и сел рядом с Бланш. Анжи лежала неподвижно, её лицо было бледным, губы посинели.

Огромная рана в груди медленно затягивалась под действием магии Бланш, но процесс шёл слишком медленно.

Бланш бросила на меня быстрый взгляд, её лицо было измождённым:

— Макс. Помоги. Она… клинок задел сердце. Я делаю что могу, но…

— Понял, — я уже призывал свою магию.

Некромантия и лечение кажется странным сочетание для большинства людей. Магия смерти, исцеляющая живых? Абсурд.

Но лишь на первый взгляд.

Некроманты не хуже любых лекарей понимают как устроены человеческие тела. Как они работают и как ломаются, как их чинить.

Не магией жизни, как Вийоны. А магией… структуры. Формы. Материи.

Если Вийоны были чистыми целителями, заливающими тело энергией жизни, то я был хирургом смерти. Я мог срастить кости, соединить ткани, восстановить повреждённые органы на физическом уровне.

Разные подходы. Но оба работали.

Моя магия потекла в тело Анжи, находя повреждения. Сердце было частично разорвано, мышечные волокна порваны. Я начал их восстанавливать, одно за другим, сплетая ткани воедино.

Бланш чувствовала мою работу и подстраивалась под неё. Я восстанавливал структуру, она вливала жизненную энергию, заставляя восстановленные ткани работать.

Идеальная синхронизация.

— Как она? — тихо спросил я, продолжая работать.

— Выживет, — выдохнула Бланш. — Теперь точно выживет. Она сама себя ввела в кому, замедлила все процессы. Умная. Очень умная. Без этого она бы умерла за минуту.

Я кивнул, сосредотачиваясь на работе.

Но часть моего внимания оставалась сфокусирована на бое.

Через теневых разведчиков я наблюдал за Симоном и Виджаем.

Битва достигла апогея.

Виджай сражался как загнанный зверь. Он понимал, что проиграл. Подкрепление прибыло, драконы кружили над головой, его люди мертвы или выведены из строя.

Но он не собирался сдаваться.

Он явно хотел использовать тот единственный шанс, что ему оставили. Пользуясь тем, что в их бой никто не вмешивается, Виджай надеялся забрать Симона с собой.

Теперь он атаковал с яростью, не экономя силы.

Воздушные лезвия летели одно за другим, каждое могло разрубить человека пополам. Он взлетал, опускался, атаковал с разных углов, пытаясь найти слабое место в защите Симона.

Его энергетический щит пылал, окутывая всё тело плотным слоем магии. Я не мог не отдать ему должное.

Его владение магией ветра было превосходным, он держался в воздухе легко, словно рождённый летать.

Виджай был архимагом Канваров, почти готовым перейти в ранг вне категорий. Он явно считался одним из лучших бойцов его клана. Опытным, сильным, думающим врагом.

Но было и то, чего ему не хватало.

Мастерства меча.

Симон был превосходным фехтовальщиком. Настоящим мастером клинка, который не только имел талант от рождения, но и оттачивал своё мастерство годами, буквально жил этим.

Каждое его движение было идеальным. Каждый удар — точным.

А теперь, когда его рана затягивалась, когда магия жизни восстанавливала повреждённые мышцы, он вновь обрёл полную боеспособность.

Правая рука снова держала меч уверенно. Движения стали быстрее, точнее.

Виджай это заметил. И понял, что время истекает.

Он атаковал в последний раз, вкладывая в удар всю оставшуюся силу. Воздушное лезвие, усиленное до предела, полетело прямо в грудь Симона.

Симон уклонился, переместившись в сторону с невероятной скоростью. Лезвие прошло в сантиметре от него, срезая несколько волос.

А затем он контратаковал.

При помощи техники, так похожей на мой теневой шаг. Только он сделал это при помощи ветра. Практически мгновенно оказавшись около врага.

А затем он взмахнул мечом.

И щит Виджая разлетелся вдребезги под ударом.

Симон идеально подобрал момент, когда враг ещё не успел прийти в себя после того, как вложил в свою атаку слишком много сил.

Он не удержал концентрацию и теперь остался без защиты.

Сразу же последовал ещё один удар. Быстрый, точный, смертельный.

Клинок пронзил горло Виджая, входя с одной стороны и выходя с другой.

Канвар замер, его глаза расширились от шока. Кровь хлынула из раны.

Он попытался что-то сказать, но из горла вырвалось только бульканье.

Симон выдернул меч.

Виджай упал.

Его тело рухнуло на землю, конвульсивно дёрнулось несколько раз и замерло.

Мёртв.

Симон стоял над ним, его дыхание было тяжёлым, меч всё ещё сжат в руке. Кровь стекала с лезвия, капая на траву.

Несколько секунд он просто смотрел на труп, словно сам не верил в произошедшее

Затем развернулся и побежал к нам.

— Мама! — его голос был хриплым от эмоций. — Мама, как она?!

Я оторвался от лечения, оглядываясь на него:

— Стабильно. Выживет.

Симон упал на колени рядом, его руки дрожали, когда он тянулся к Анжи:

— Мама, прошу, открой глаза. Это я. Симон. Я здесь. Я пришёл за тобой.

Бланш и я обменялись взглядами. Она кивнула, и мы синхронно влили еще немного энергии в Анжи, завершая самый критичный момент лечения.

Её сердце теперь билось ровно. Дыхание стабилизировалось. Рана затянулась до тонкого розового шрама.

Достаточно, чтобы она очнулась.

И она очнулась.

Веки Анжи дрогнули. Затем медленно открылись.

Глава 4

Как только Анжи очнулась, Симон тут же выпалил:

— Мама, — его голос дрожал, — наконец-то я тебя нашёл. Как я рад, что ты жива.

Он держал её руку в своей, его собственные глаза были влажными от слёз, которые он уже не пытался сдерживать.

Анжи моргнула несколько раз, словно пытаясь понять, реальность это или сон.

— Симон? — прошептала она, её голос был хриплым, едва слышным. — Это… это, правда, ты?

— Да, мама. Это я.

Её глаза непроизвольно тоже наполнились слезами.

Она попыталась подняться, и Симон осторожно помог ей, поддерживая за плечи. Анжи протянула дрожащую руку, коснулась его щеки, словно не веря, что он настоящий.

— Мой мальчик, — прошептала она. — Ты так вырос… ты стал таким…

Она не договорила. Просто притянула его к себе, обнимая с такой силой, словно боялась, что он исчезнет, если отпустит.

Симон обнял её в ответ, уткнувшись лицом в её плечо. Его плечи вздрагивали от рыданий.

Все остальные тактично молчали, понимая, что матери и сыну нужно немного времени.

Прошла минута. Может, две.

А затем Анжи резко переменилась.

Она внезапно вскочила на ноги. Слишком резко, её тело пошатнулось, но она устояла. Её лицо исказилось от ужаса.

— Нет, — прошептала она, затем громче: — Нет! Симон, ты должен бежать! Сейчас!

Симон замер, его лицо выражало замешательство:

— Что? Мама, о чём ты…

— ОН убьёт тебя! — закричала Анжи, хватая его за плечи. — Ракша! Он не оставит это так! Он узнает, что ты здесь, и он придёт! Он убьёт тебя! Убьёт нас обоих!

Её дыхание участилось, глаза расширились от паники.

— Тебе нужно бежать, — она толкнула его, пытаясь заставить двигаться. — Беги, Симон! Беги, пока не поздно! А я… я что-нибудь придумаю. Мне довольно того, что я знаю, что ты жив. А дальше я сделаю всё, чтобы ты жил дальше. Беги! Я возьму гнев Ракши на себя!

Бланш подскочила к ней, испугавшись едва ли не больше потенциальной свекрови:

— Анжи, пожалуйста, — она осторожно коснулась руки женщины, — не делайте резких движений. Мы только что еле вытащили вас с того света. И хотя всё должно быть нормально, лучше всё равно пока не рисковать. Вы можете снова открыть рану.

Анжи резко обернулась к ней, её взгляд стал жёстким и подозрительным:

— А ты кто такая?

Её тон был резким, почти враждебным. Она окинула Бланш взглядом с ног до головы, оценивая.

— Спасибо за помощь, конечно, — продолжила Анжи, её голос стал ещё холоднее, — но если Катарина думает, что я побегу к ней, то она ошибается. Я знаю её методы. Знаю, как она использует людей.

Она повернулась обратно к Симону, схватила его за руки:

— Не доверяй Вийонам, — умоляюще сказала она. — Моя сестра не намного лучше Ракши. Если не хуже. Что бы она тебе ни сказала, что бы ни обещала — это ложь. Она использует тебя. Она хочет использовать нас обоих.

Я решил, что пора вмешаться.

— Достаточно домыслов, — сказал я, делая шаг вперёд.

Анжи замолчала и перевела взгляд на меня.

— Тебе стоит знать, — спокойно продолжил я, — что перед тобой стоит Бланш Вийон. Твоя новая княгиня.

Наступила тишина.

Анжи медленно оглядела меня с головы до ног. Внимательно и изучающе.

Пара секунд, и она, всё-таки, меня узнала.

Её глаза расширились, лицо побледнело, губы приоткрылись, но звука не последовало.

— Ты, — наконец выдавила она, её голос был едва слышным шёпотом. — Но… как? Это не можешь быть ты.

Она покачала головой, словно пытаясь прогнать галлюцинацию.

— Наверное, просто кто-то похожий, — пробормотала она, больше себе, чем мне. — Да. Просто похожий. Это не может быть правдой.

Её ноги подкосились, и Симон поймал её, не дав упасть.

— И не шути так! — внезапно вскрикнула Анжи, её голос стал истеричным. — Катарина убьёт нас всех даже за одну такую шутку! Даже за упоминание его имени! Ты не понимаешь, что ты делаешь?!

Я усмехнулся, и в этой усмешке не было ничего доброго:

— Вынужден с прискорбием сообщить, что твоя сестра нас покинула. Навсегда.

Анжи замерла, впившись взглядом в моё лицо.

— Нет, — медленно покачала она головой. — Нет, это невозможно. Катарина… она была монстром. Настоящим монстром. Её практически невозможно убить. Я знаю. Я видела, как она…

Слова застряли в её горле.

— Тем не менее, это правда, — невозмутимо подтвердила Октавия. — Привыкай.

Как? — требовательно спросила Анжи, попеременно обводя взглядом всех присутствующих. — Как это случилось? Когда? Почему я ничего не знаю? Кто… кто её убил?

Вопросы сыпались один за другим, её голос становился всё выше и выше. Она снова погружалась в панику:

— Она действительно мертва? Вы уверены? Может, это ловушка? Может, она просто…

— Анжи, — я поднял руку, останавливая поток слов. — Предлагаю обсудить всё это позже. В более подходящем месте. А сейчас…

Я оглядел поляну. Тела Канваров, разбросанные по земле. Кровь на траве. Сломанные деревья. Следы боя повсюду.

— Сейчас нам пора валить, — закончил я.

Анжи открыла рот, чтобы возразить, но Симон мягко погладил её по голове. Словно, это она была ребёнком.

— Мама, доверься нам. Максимилиан Рихтер не даст никому погибнуть. Не нервничай и не накручивай себя. Скоро ты всё узнаёшь. Я сам расскажу тебе каждую новость. Обещаю.

Слова сына и впрямь подействовали на Анжи, как лучшее успокоительное. Она всё ещё была напряжена, но уже хотя бы была готова слушать и не дёргаться.

— В общем, так, — я повысил голос, обращаясь ко всем. — Вы все молодцы. Но давайте объятия, слёзы и вопросы отложим на потом. Пошумели мы знатно. Уже все на свете знают, что мы здесь. Ещё немного и сюда и впрямь может заявиться Великий Князь Канвар собственной персоной. А я, конечно, всегда рад схлестнуться с Ракшей, но на своих условиях. Для полноценной войны нужна армия. А мы здесь в весьма скромном составе. Кроме того, я не готов рисковать только что спасённой Анжи.

Дед кивнул с пониманием:

— Разумно. Я тоже уверен, что Ракша сюда уже летит, если ещё не в монастыре.

— Именно, — согласился я. — Поэтому возвращаемся. Быстро.

Я призвал Агни и сэра Костиуса. И через несколько мгновений они уже были рядом.

Анжи вскрикнула, шарахнувшись назад, когда два массивных дракона приземлились на поляну. Земля задрожала под их весом. Деревья согнулись от ветра, поднятого их крыльями.

— Что… что это? — прошептала Анжи, прижимаясь к Симону. — Драконы? Мёртвые драконы?

— Наш транспорт, — коротко ответил я, направляясь к Агни.

Дед уже забирался на спину сэра Костиуса, устраиваясь в седло. Октавия уверенно последовала за ним, запрыгнув на Агни, она уже привыкла к драконам.

Симон осторожно поднял Анжи на руки. Она попыталась возразить, но он покачал головой:

— Ты ранена, мама. Не стоит рисковать.

Он понёс её к Сэру Костиусу, и я помог ему устроить женщину поудобнее. Анжи схватилась за его шипы дрожащими руками, её лицо побледнело от нового шока.

— Держись крепче, — посоветовал я. — Полёт будет короткий, но быстрый.

Симон забрался рядом с ней, устраиваясь так, чтобы поддерживать её в случае чего.

Я же перепрыгнул на Агни, где, помимо Октавии, уже сидела и Бланш.

— Готовы? — спросил я, не оборачиваясь.

— Нет, — честно ответила Анжи, её голос дрожал. — Совершенно не готова. Но полагаю, выбора нет?

— Абсолютно никакого, — усмехнулся я.

Агни взревел и взмыл в воздух.

Анжи вскрикнула, вцепившись в костяной шип так сильно, что побелели костяшки пальцев. Симон обнял её, удерживая на месте.

Мы поднялись над джунглями, ветер засвистел в ушах.

Я посмотрел вниз, на оставшуюся позади поляну, на тела врагов, на разрушения.

Виджай мёртв. Его люди мертвы, а Анжи спасена.

Но Ракша точно не оставит этого так просто. Скоро он сам появится здесь.

И нам нужно было быть далеко отсюда, когда это случится.

— Куда летим? — крикнул Симон, перекрикивая ветер.

— В деревню, — ответил я. — Забрать Минжу и Али. А дальше… — Я усмехнулся. — Дальше посмотрим.

Драконы набирали скорость, унося нас прочь от монастыря Белого Облака.

***

— Думаешь, они справились?

Лянь Минжу стояла у окна маленького деревянного домика на окраине деревни Цзиньшань, вглядываясь в сумерки. Солнце только начинало садиться, окрашивая небо в оттенки оранжевого и розового.

Али Демир сидел за столом, изучая карту местности. Он поднял глаза, встретился взглядом с Минжу и пожал плечами:

— Когда там Максимиллиан Рихтер? Он всегда справляется. Вопрос только в том, как громко и с какими побочными эффектами.

Минжу усмехнулась, но беспокоиться не перестала.

А буквально через пару минут они услышали шум снаружи.

Быстрый и лёгкий топот. Словно маленькие обезьянки скакали за окном.

А затем в комнату влетели Шпиль-Ка и Вин-Тик, их пушистые мордочки были взволнованными, глаза блестели от возбуждения.

— Вернулись-прибыли! — пропищала Шпиль-Ка.

— Всё сделали-выполнили! — добавил Вин-Тик, поправляя съехавшие очки.

Али и Минжу переглянулись.

— Вы что, здесь одни? — недоверчиво спросила Минжу.

— Ага-да! — кивнула Шпиль-Ка.

— Починили-улучшили всё, что смогли! — гордо объявил Вин-Тик.

Али хотя и знал про план Макса, но всё равно насторожился:

— И что вы сделали?

Гремлины засуетились, перебивая друг друга:

— Много-очень много! Освещение-свет! Замки-двери! Водоснабжение-трубы!

— И духов-элементалей освободили-выпустили!

— И ещё кое-что-немножко!

Али почувствовал, как голова начинает болеть:

— Подождите, подождите. Каких ещё духов?

— Воздушных-небесных! — Шпиль-Ка кивала так энергично, что её уши развевались, словно флаги на ветру. — Они были в тюрьме-клетке! Очень плохо-нехорошо! Надо было выпустить-освободить!

Али попытался собрать мысли в кучу:

— Хорошо. Давайте по порядку. Что именно случилось в монастыре? Почему вы здесь?

Следующие десять минут гремлины взахлёб рассказывали о своих приключениях. Али и Минжу слушали с нарастающим ужасом.

Теперь каждый из них понимал, что они во время поездки в общем-то ещё легко отделались.

Али опустился на стул, чувствуя, как ноги отказываются его держать.

— Значит, вы устроили полный хаос в монастыре Канваров, — медленно произнёс он. — Выпустили духов. Сломали все системы.

— Не сломали-испортили! — возразил Вин-Тик. — Улучшили-оптимизировали!

— Но яростные-злые духи устроили погром-разгром, — признала Шпиль-Ка. — И не только они. Монстры тоже буйствовали-нападали, но это уже не мы.

Минжу потёрла виски:

— И где вы были, когда это всё происходило?

— Убежали-скрылись! — гордо объявила Шпиль-Ка. — Очень быстро-ловко! Никто не поймал-не увидел!

Али и Минжу снова переглянулись. Информация была сумбурной, неполной, но одно было ясно, раз они здесь одни, операция пошла совсем не по плану.

Она подошла к окну и снова посмотрела на горы. Где-то там, высоко на склоне, находился монастырь. И если верить гремлинам, там сейчас творился полный бедлам.

— Нам нужно быть готовыми ко всему, — решительно сказала она, разворачиваясь к Али. — Собирайся. Быстро.

Али уже тоже поднимался:

Они быстро собрали вещи, как свои, так и те, что оставили остальные, и через несколько минут вышли во двор дома.

И замерли, глядя на небо.

Над горой, где находился монастырь, пролетали два знакомых силуэта. Массивные, с костяными крыльями, отбрасывающие длинные тени на склоны.

Драконы.

Мёртвые драконы Максимилиана Рихтера, которые должны были остаться у очага далеко отсюда, чтобы не привлекать внимания. А теперь они кружили над монастырём совершенно не скрываясь.

— Ну вот, — тихо сказала Минжу. — Теперь уж точно ясно, что тайная операция перестала быть тайной.

— Летят в нашу сторону? — спросил Али, прикрывая глаза ладонью от солнца.

— Не уверена. Возможно, они ещё не закончили… — Минжу нахмурилась. — Идём к реке, к плавучему дому. Будем ждать там. Если что-то пойдёт не так, нам нужен быстрый способ отступления.

Али кивнул, и они быстрым шагом направились к берегу.

Плавучий дом покачивался у причала, точно такой же, каким они его оставили. Чэнь, Ли и Вэй стояли на палубе, их лица выражали беспокойство.

— Госпожа Минжу! — окликнул Чэнь, увидев их. — Что происходит? Мы видели драконов! И река словно взбесилась! Она выходит из берегов, словно в неё поступает вода откуда-то ещё.

— Долгая история, — коротко ответила Минжу, поднимаясь на борт. — Готовьте судно к отплытию. Возможно, придётся уходить быстро.

— Уже готовим! — Ли бросился к канатам.

Гремлины тоже забрались на борт, с любопытством оглядываясь.

Глаза Шпиль-Ки мгновенно загорелись.

— Ой! — пропищала она. — Какой примитивный-простой кораблик!

Вин-Тик придвинулся ближе, изучающе осматривая конструкцию:

— Очень старомодный-устаревший! — согласился он. — Можно улучшить-модернизировать!

Али почувствовал прилив паники:

— Нет! Нет, нет, нет! Кораблик и так хорош! Отличный кораблик! Не надо его трогать!

Минжу тоже посмотрела на гремлинов с сомнением:

— Может, правда не надо? Он работает нормально. Зачем что-то менять?

Но тут она вспомнила грузовик, который гремлины починили. Да, добавили эту чёртову музыку, которая не выключалась. Но починили же. Машина работала. И неплохо. Да и Максимилиан доверял этим созданиям.

— Хотя… — медленно произнесла она. — Машину-то они нам всё-таки починили.

Али посмотрел на неё с недоверием:

— Серьёзно? Ты хочешь дать им разрешение?

— Не разрешение. Просто… — Минжу повернулась к гремлинам. — Если вы что-то сделаете, то только чтобы кораблик стал быстрее. Понятно? Просто быстрее. Ничего больше.

— Быстрее-шустрее! — закивала Шпиль-Ка. — Поняли-усвоили!

Али добавил, глядя на них строго:

— И НИКАКОЙ музыки!

Гремлины переглянулись, их уши слегка поникли.

— Хорошо-ладно, — вздохнул Вин-Тик. — Никакой музыки-мелодий.

— Обещаем-клянёмся! — добавила Шпиль-Ка.

Они тут же бросились исследовать плавучий дом, перебегая с места на место, заглядывая под палубу, простукивая доски, изучая двигатель.

Чэнь, Ли и Вэй наблюдали за этим с нарастающим беспокойством.

— Э-э… госпожа Минжу? — осторожно позвал Чэнь. — Что эти… существа делают с нашим судном?

— Улучшают, — со вздохом ответила Минжу. — Надеюсь.

— Надеетесь?! — ахнул Вэй.

Али похлопал его по плечу:

— Добро пожаловать в наш мир. Боюсь, это максимум, на что мы можем рассчитывать.

Гремлины уже исчезли под палубой, откуда доносились звуки возни, постукивания и шорох.