Тёмный город: Кибернетик

Глава 1. Код: КП-13

Двое полицейских в форме едят пончики сидя в служебной машине.

— Ммм... — запихивая в рот целое булочное изделие со всей эйфорией замычал изрядно пополневший за последнее время, офицер Рей. — Ради этого стоит жить... Попробуй, Ис. Это лучшие хрустящие, что я ел в своей жизни...

— Ну-ка, ну-ка... — часть пончика исчезает во рту Иса, с хрустящим звуком раздавшемуся по всей машине. — Ммм. И правда. Как хорошо жить в век технологий... — запивая кофем из пластикового стаканчика, сказал офицер.

— Как там твой парнишка? Слышал вроде, что он к нам хочет после того, как школу корпоратов окончит... — жадно поглощая уже второй пончик, невзначай спросил Рей.

— Ага... — грустно вздохнул Ис, смотря куда-то в проходящую мимо толпу. — После смерти Электры он совсем загорелся этой идеей...

— Ну а что ты хотел? Его мать, офицер полиции с самым красивым лицом, что я видел за свою жизнь, погибла при исполнении из-за перестрелки Гонщиков и Синдиката, — перестав есть, Рей отвернулся. — Пацан молодой. Пускай попробует поработать в полиции. Если не хочешь, что бы он, как мы и Эл были в опасности, то отправь к Мэг, пускай сидит в офисе, — Рей редко говорил умные и рассудительный вещи, но сегодня видимо особый день.

— Может ты и прав... — Ис кисло улыбнулся. — Приеду сегодня и поговорю с ним.

— Конечно, я прав. Я всегда прав, вообще-то! Если бы не я, то ты бы с Эл не познакомился, — Рей улыбнулся и повеселел, а после повернулся к напарнику и несколько раз толкнул того в плечо.

— Тише! Моё кофе! — подняв стаканчик вверх, Ис пытался сопротивляться силе огромного Рея.

— Всем патрулям... Объявляю код: КП-13. Повторяю, КП-13, — из раций послышался голос Мэг. — В Ксинкси был замечен подозреваемый. Несколько гражданских погибли, но ещё больше раненых. Направляйтесь туда и оцепите район до прилёта Душителей.

— Принято, Офис. Направляемся к месту преступления, — Рей быстро закрывает коробку с недоеденными пончиками и кидает куда-то себе под ноги.

— Офис, прошу разрешение на оцепление районов, находящихся рядом с Ксинкси. Цель, возможно, попытается сбежать до прилёта Душ, — открывая окно и выбрасывая недопитый стаканчик с кофе, обращался с запросом Ис.

— Запрос обрабатывается... — Мэг отключается, а спустя несколько секунд связывается лично с Реем и Исом. — Ребят, направляйтесь в район Жидао. Оцепите там.

— Принято, Офис. Выезжаем, — заводя машину и начиная движение со второй передачи, сказал Рей. — Эй, Мэг, ты сегодня после работы свободна? Может, прогуляемся?

Мэг моментально отключилась, чем заставила обоих офицеров смеяться.

Через примерно пять минут полицейская машина останавливается на районе Жидао. Китайский район, вечно захламлённый множеством постеров, вывесок и плакатов, был пуст и эвакуирован. Хорошо, что гражданские смогли сами покинуть район.

— Ох... Аж живот скрутило... Плохое предчувствие, Ис, — Рей, явно обеспокоенный позывами желудка, посмотрел в глаза друга. — Может, ну его? Посидим в тачке?

Ису тоже было неспокойно, но не успев согласиться или возразить, оба офицера услышали женские крики где-то в одном из переулков. Быстро открывая дверь и совсем позабыв о страхе, ведомый долгом, Ис бежит на крики, сразу доставая пистолет из кобуры и убирая его с предохранителя. Рею ничего не оставалось, как последовать за своим другом, предварительно взяв крупнокалиберный дробовик из багажника.

Ис, ведомый женскими криками, заглядывает в переулок. Вдалеке он видит киберпсиха, чьи мозги сплавились из-за имплантов, а также и ту самую кричащую девушку, что со сломанной ногой, пыталась уползти от медленно преследующего её, слетевшего с катушек психа.

— Ах-ха-ха! Как прелестно! Смотрите на меня! Смотрите! Я самый сильный! САМЫЙ! СИЛЬНЫЙ! — тощий псих в очках, вместо рук имел две огромные клешни импланты. На нём не было абсолютно никакой одежды, если не считать, конечно, его трусов.

Если не прервать психа, то девушка погибнет страшной смертью, а потому Ис сразу начинает стрельбу. Несколько пуль попали в голову, но псих, лишь смеясь во всё горло, развернулся.

— Полиция Сан-Хейма! Отойдите от девушки или будете застрелены на месте! Быстро! Быстро, я сказал! — Ис испугался того, что псих не умер от нескольких пуль, угодивших в его голову, но ещё больше он был в ярости.

— Ах-ха-ха! Полицейские! Полиция! Я уже убил пару полицейских! Хочу! ХОЧУ! ЕЩЁ! — с диким смехом псих побежал на офицера, совсем забыв о девушке.

Ис выстрелил целую обойму, но никакого эффекта это не дало. Психи не чувствуют боли, а при определённых условиях, которые никто не может выяснить, они ещё так запросто и не умирают. Хоть голову отделяй от тела психа, голова то умрёт, но вот само тело продолжит жить ещё несколько минут и рушить всё вокруг в предсмертных конвульсиях.

Когда расстояние между офицером и психом сократилось до шести метров, уже успевший отчаяться и смириться со смертью, Ис неожиданно для себя услышал выстрел из дробовика. Рей выскочил из-за спины друга и с краснющим лицом, словно перец чили, выстреливает в психа. Верхняя часть тела психа отлетает на несколько метров назад, а его ноги, пробежавшие ещё два метра, падают пред офицерами. Ис истерично засмеялся, а за ним начал смеяться и Рей, что пытался отдышаться.

— Сука... Ещё раз куда-то побежишь вот так... У меня сердце не выдержит... — жадно глотая воздух, говорил улыбающийся толстячок Рей.

— Ахаха... Фух... Я твой должник, Рей... Куплю тебе ящик пончиков после работы... — Ис нажимает на рацию, выходя на связь с Офисом. — Алло, Офис. Подозреваемый устранён. Гражданский ранен. Высылаю координаты.

— Что? Подозреваемый жив. Он перебегает в ваш район. Будьте осторожней! — недоумевающий голос Мэг явно дал понять, что она не врёт и не прикалывается. — Координаты приняты. Высылаю помощь и Душителей. Псих особо опасен! Не вступайте с ним в бой без необходимости!

Трясущиеся руки Иса выключили рацию. Его полные страха глаза посмотрели на совсем оцепеневшего от ужаса товарища.

— Та-та-там! Ис! Смотри! — Рей указывал пальцем на то место, где лежит девушка.

Переборов свой страх, Ис медленно поворачивает голову. Его глаза за всю его жизнь никогда не видели таких обвешенных металлом людей. Казалось, что это во все и не человек, а настоящий робот. Псих медленно шёл к полицейским, проходя мимо девушки, что в предсмертном бреду вцепилась в его ногу. Её голова тут же была раздавлена, а ноги, руки и тело агонизировали из последних сил в неестественных движениях. Пытаясь перезарядить пистолет, Ис роняет на плитку обойму, но быстро поднимает её и за несколько секунд выстреливает всю. Абсолютно никакого эффекта. Если пули, раньше входившие в тело психа, состоящего из плоти и крови, могли возыметь хоть малейший эффект, то пули, попадающие в железное тело, попросту отскакивали и рикошетили.

Ис услышал шум позади себя. Развернувшись в надежде увидеть помощь, он впадает в уныние. Рей, только что спасший его от одного из психов, просто убегал. Ис вновь обернулся на состоящего из железа человека, но уже столкнулся с ним лицом к лицу. Псих схватил его за голову обеими руками и начал медленно сдавливать. Непередаваемые человеческие муки сопровождались истошными криками. Пытаясь сопротивляться, Ис бьёт железяку по лицу пистолетом и ногами куда-то в торс. Всё это было бесполезно. Железяка не чувствовала вообще никакой боли, а потому пистолет успел разлететься на части, а обе ноги Иса сломаться. Осознавая, что вот-вот его голова взорвётся, полицейский вспоминает о своём сыне.

— Прости меня, Джек. Сегодня я с тобой не поговорю. Я умру, прямо как твоя любимая мама. Мне жаль. Оба твоих родителя умрут на работе, к которой ты так долго стремился. Я хочу для тебя лучшей жизни. Не иди в полицию. Прошу тебя, не иди. Тут только смерть. Тебе придётся сталкиваться со смертью каждый день. Невинные. Друзья. Товарищи. Может даже любимые... Все они умирают, но в полиции все умирают в сто раз быстрее. Прошу тебя, Джек... Не умирай, как я и твоя мама... — в предсмертной иллюзии мозга Ис прощается с сыном. Слезы горя льются из глаз, а спустя лишь одну секунду голова взрывается кровавым фонтаном, заливая психа кровью и мозгами.

Глава 2. Чугун

Холодным и туманным утром в мрачном городе уже успел смешаться запах отработанного масла и асфальтовой пыли. Узкие улочки пустовали, и только звук прокручивающихся колёс байков, мопедов и машин будил всех с утра пораньше, что было весьма опрометчиво с их стороны. Гонщики остановились близ Вейс-Сайда, где начали отдыхать и громко слушать задиристый уличный рэп.

Ранне утро сопровождалось тёмными улочками, из которых шли разные для этого времени шумы. Кто-то кого-то избивал, кто-то с кем-то «игрался» и «развлекался», а кто-то, снаряжённый, шёл на разборки с бандами.

Из освещённого неоном переулка, бряцая своим металлом, выходит «Чугун». Одет он был в лёгкий бронежилет поверх кожаной куртки с усиленными металлическими вставками в плечах и руках. Нейлоновые белые штаны, что носили железные наколенники для мощных ударов и защиты, были испачканы кровью в нескольких местах. Высокие военные сапоги с металлическим наносником и грубой подошвой для лучшего сцепления с землёй, грозно выступили пред бандой. На белой майке, едва скрывающей мускулы, был виден большой логотип полиции Сан-Хейма. Лицо «Чугуна» скрывала обычная чёрная балаклава, но в прорезях были видны сияющие решимостью и злобой голубые глаза. Ощущая мурашки, прошедшие по телу и прилив адреналина в венах, разминная кулаки, предварительно перевязанные в красные бинты, Чугун влетает с ноги в лицо одного изрядно выпившего гонщика. Вся банда тут же подскочила и начала нападать на парня.

Чугун весьма хорош в драке. Он лишь иногда пропускает по удару, и то лишь для того, чтобы ударить посильнее полностью открывшегося врага. Всё шло хорошо. Гонщики с разбитыми в кровь носами падали на холодный асфальт один за другим, но вдруг кто-то из них додумался достать из багажника биту. Треск дерева о человеческую голову заставил всех оцепенеть. Чугун яростно натирал место удара и что-то бубнил себе под нос, упав на одно колено. Когда боль, наконец, прошла, то он, подпрыгнув, ударил с ноги в челюсть парня, что достал биту. Удар был такой силы, что бедный парнишка отлетел в свою тачку и разбил заднее стекло, влетев внутрь салона.

— Кто... Тут... Главный? — по голосу можно понять, что Чугун моложе 25. Явно устав, он осмотрел десяток гонщиков, взявших его в круг. — Я вам всем... Рожи сломаю... Твари!

Неожиданно в молодом бойце нашлись новые силы, и влетев, как таран в одного из бандитов, он разрывает круг. Вместе с гонщиком на плече он пробежал до какой-то тачки, врезавшись в кузов. Бандит явно боялся Чугуна и даже не пытался сопротивляться, а потому получал по своему лицу и телу с такой силой, что через пару ударов закрыл глаза и обмяк.

— Кто... Тут... Главный?! — озверевший любитель избивать бандитов, делая паузы, чтобы отдышаться, осмотрел оставшихся.

Оставшиеся бандиты были явно пешками. Это было понятно по их одежде, страху перед Чугуном и не охотой действовать и помогать своим браткам. Чугун уже отчаялся, что не будет хорошей драки, как вдруг из-за спин Гонщиков выходит двухметровый амбал, весящий примерно 110-120 килограмм. Чугун был меньше на целую голову и весил меньше в два раза. Накаченный латинес с чёрной бородой и абсолютно лысой головой разогнал мелких на его фоне гонщиков.

— Мелкая крыса. Я тебя разорву! — амбал сорвал с себя майку, а после, смяв в руках, кинул в ноги Чугуна. — Я заставлю тебя сожрать собственные пальцы!

Чугун ударил с ноги по лицу обмякшего бандита, а после выпрямился и немного размялся, прежде чем сражаться с таким силачом. За всю его жизнь это первый такой противник, а значит, придётся нелегко. Амбал гораздо сильнее Чугуна, потому придётся работать головой.

— Ну давай, мучачос. Посмотрим, кто щас пальцы жрать будет, тако бой, — встав в боксёрскую стойку, Чугун готовился принимать врага.

Латинес как с цепи сорвался и на огромной скорости почти было влетел в парня, но Чугун успел уклониться. Амбал попадает в уже разбитое стекло тачки и ненадолго застревает там, но этого хватает, чтобы Чугун успел вытащить шокер из кармана штанов и ударить им по шее главного бандита. Мышцы, что сильно сокращались из-за электрического тока, пытались сопротивляться и оттолкнуть Чугуна, но тот уклонялся и от них.

— Стой! Стой! Пожа-луйста! Умо-ляю! — амбал с кровоточащей из-за стекла шеей пытался внятно говорить и даже умолял Чугуна.

Но молодой боец не хотел останавливаться. Он прекрасно знал, из-за какой банды погибла его мать. Его месть будет страшна. Ударяя шокером вновь и вновь, Джек, что на улицах носил прозвище «Чугун» решил отомстить каждому, кто хоть как-то был связан со смертью матери. Не останавливаясь не на секунду, он буквально вбил амбала в машинную раму, пока тот не смолк, а его руки, ноги и тело не перестали двигаться.

Наконец, отключив электрошокер, Джек оглянулся. Гонщики, что могли хоть как-то передвигаться, спешно покинули это место, оставив своего лидера и лежащих без сознания товарищей. Джек достал из кармана бутылку воды и, не снимая балаклавы, выпил всю до дна. Смяв пустую бутылку, он положил её обратно в карман.

— Твари... Ещё легко... — Джек разбил стекло машины со стороны водителя. — Отделались... Фух...

У Джека сейчас занятия в школе, но вместо уроков он предпочитает улицу. И мнимую месть...

Услышанная им приближающаяся полицейская сирена совсем его не испугала. Джек не собирается убегать. За последний месяц со смерти матери он просидел в обезьяннике две недели и три дня. Большая часть офицеров полиции уважают парня, но не многие разделяют его тягу к «справедливости». Сняв с себя балаклаву, Джек сел на спину вырубленного амбала.

Его длинные волосы, что за время драки успели создать вид огромного гнезда птицы, медленно приобретают вид нормальной причёски, которую делает сам себе Джек с помощью рук.

Его черты лица, в основном взятые от матери, осветились солнцем, что встало из-за зданий. Кинжального вида подбородок с синяками и ссадинами, узкие разбитые губы, разбитый маленький нос, что парень закрыл липким пластырем, и уставшие, но проницательные голубые глаза, глядящие на подъехавшую полицейскую машину, выглядели весьма изящно и красиво в его то, вымотанном дракой виде.

Из машины вышла девушка, что сразу достала пистолет из кобуры и нацелилась на обессиленного Джека. Её блондинистые, убранные в хвост волосы цвета перемолотой муки, её испуганные глаза с радужными линзами, её маленькие женские нежные руки, едва держащие пистолет, явно давали понять, что она только выпустилась из академии.

— П-полиция Сан-Хейма! Ни с места! Вы а-арестованы! Бросьте оружие! Развернитесь и идите ко мне с по-поднятыми руками! — девушка говорила уверенно, но изредка заикаясь.

— Ладно, ладно... — глубоко вдохнув и не спешно поднявшись, Джек разворачивается спиной к девушке. — Я вас в первый раз вижу... Новенькая?

— М-молчать! Медленно идите ко мне! Без резких движений! — девушка смутилась, но вот пистолет лишь сильнее сжался в руках.

— Так точно, босс... — Джек дошёл до девушки, а после почувствовал, как хрупкая девушка пыталась опустить его на колени. Пыталась не то слово. Девушка при всём желании даже подвинуть парня не смогла бы. Поняв это, Джек, как истинный джентльмен, присаживается на колени. — Эта работа не для вас. Вам бы ноготочки идти делать, офицер...

— Молчать! — девушка ударила Джека по шее, а после надела на руки тугие наручники, сильно давящие на кожу. — Встать! Без резких движений!

— Вы только меня пакуете? А это отребье не хотите? — Джек не стремился вставать. Злобно посмотрев на валяющеюся банду, он сплюнул в сторону комком крови.

— Встать! Не сопротивляйтесь аресту! — девушка ударила по шее с помощью пистолета.

— Ай-яй-яй! Ты дура, что ли? Зачем бить?! Встаю, встаю! И так херово ещё ты добиваешь... — Джек неспешно встаёт. Ощущение на шее ужасные, так ещё и не почесать никак.

Остальной арест прошёл быстрее. Девушка открыла заднюю дверь в машине, куда затолкала Джека, ударившегося головой о низкую крышу тачки. Когда все уселись в машину, то Джек, наконец, увидел ещё одного офицера, сидящего и смотревшего за проходящим арестом. Старшим офицером оказался хорошо знакомый Джеку офицер Барнс. Барнс несколько раз был работником года и является одним из лучших в департаменте. Седые, не расчёсанные волосы, мешки под глазами и электронная сигарета во рту — типичное состояние Барнса.

— Доброе утро, Джек. Уроков нет, что ли? — Барнс с улыбкой посмотрел на разбитое лицо парня через зеркало.

— Старик Барнс! Как я рад вас видеть... А ваша жена знает, что вы катаетесь с молоденькими девушками, что любят наряжаться в форму? — Джек ехидно улыбнулся, смотря на девушку с раскрывшимися от удивления глазами, слушавшую разговор.

— Ха-ха... Но сегодня ты, конечно, перегнул... Хватило же ума в твоей пустой черепушке напасть на эту орду... — Барнс смотрел на восемь лежащих вырубленных тел. — А если бы у них были пушки?

— Да справился бы как-то. Не беспокойся, старый, на мне раны, как на собаке заживают, — усмехнувшись, Джек уселся как можно удобнее. — Арест на троечку. Я бы сделал лучше...

— Это да... — Барнс посмотрел на девушку. — Что стоим, Нева? Я думал мы уже в департаменте.

— А... Ой... Извините, сэр... Я... — девушка моментально растерялась и пыталась нащупать ключи зажигания. — А... А кто он? — перейдя на шёпот, спросила Нева у Барнса.

— На молодых тянет? — усмехнулся старый офицер. — Это сын Исаака и Электры.

— Моё величайшее достижение! — услышав шёпот, ответил Джек с улыбкой на лице.

— Мы всё ещё стоим, Нева... — Барнс уже сам потянувшись к рулю, включил зажигание, а после и круиз контроль. Открыв GPS, старик вводит местоположение участка. — Если будешь медленной, Нева, то долго тут не проживёшь. Бери пример с юного Чипа.

— Да, сэр... — девушка с широко раскрытыми глазами рассматривала лицо Джека, стараясь не встречаться взглядами, ведь когда такое происходило, то молодой парень каждый раз подмигивал, чем смущал офицера.

— Джек, мальчик мой... Посидишь у нас до вечера. Промоют тебе раны, напоят, пончиков дадут... Как обычно, в общем. Отец твой тебя вечером заберёт, хорошо? — Барнс приоткрыл окно, куда выдыхал дым электронной сигареты.

— Так точно, сэр! — громко сказал Джек. — Но я сегодня хотел бы лапши быстрого приготовления!

— Лапша так лапша... — Барнс улыбнулся, переведя взгляд на что-то печатавшую в телефон Неву, а после отвернулся обратно к окну.

Остаток пути в машине было тихо. По приезду, Джека забрали другие знакомые ему офицеры. Весь департамент знал о сыне Чипа и о его драках с бандами, а потому к нему относились как к своему. Дав отдельную чистую камеру, к Джеку сразу пришла Нева с аптечкой и начала лечить полученные за утро раны.

— Не болят? — сказала Нева, проводя пропитавшейся спиртом ватой по лицу парня.

— Кто? Что? А... Раны. Не, я уже привык, — Джек улыбнулся.

— Не боишься, что тебя убьют? Если бы у них было оружие, то... — содрав пластырь с носа Джека, Нева сменяет его на новый.

— Пускай только попробуют... Если вытащат пистолеты, то я им всем головы прострелю... Каждому... — кулаки Джека сильно сжались.

— Так же нельзя. Я понимаю тебя, правда, но это слишком. Ты сын офицера. Ты должен быть примером справедливости и законопослушности... — Нева провела по волосам Джека расчёской, сделав небольшой начос.

— Ты не понимаешь... Всё? Так проваливай... Оставь меня одного... — Джек встал и отошёл в угол камеры.

Нева разочарованно вздохнула и неспешно покинула камеру. Остаток дня Джек провёл в тренировках. Если бы не отцовский шокер, то парнишке наверняка пришлось бы туго. Нужно больше тренировок, ведь чем больше тренировок, тем больше силы, а чем больше силы, тем больше покалеченных бандитов в день. Рано или поздно Джек вытравит всю преступность из города, и тогда больше никто не потеряет любимого человека из-за каких-то мудаков, устроивших перестрелку средь бела дня. Ближе к вечеру в департаменте началась паника. И всё из-за кода КП-13, означающего особого киберпсиха, убившего несколько гражданских и офицеров. Полиция зачастую против таких бесполезна, и их задачами становятся оцепление районов и эвакуация гражданских. Устранением психов занимаются Душители — особые наёмники корпорации «SoulMad», которые стоят весьма крупную сумму для администрации города. Но вот разрушения, вызванные психами, обходятся куда дороже.

Наблюдая за бегающими туда-сюда сотрудниками Офиса, Джек случайно услышал о местонахождении психа. Ксинкси. Рядом с Ксинкси работает отец Джека. Волнуясь за жизнь папы, Джек то и дело спрашивал сотрудников о именах погибших офицерах, но каждый раз радовался, не услышав своей фамилии. Через пол часа код был отменён. Погибло тридцать восемь гражданских, семьдесят раненых. Двадцать один офицер погиб при исполнении, а за жизни семерых сильно раненых, сейчас врачи борются в больницах. Среди Душ никто не пострадал. Псих был устранён. Радуясь тому, что его отец жив и скоро дома будет отличная история, Джек не мог усидеть на одном месте. Вдруг ближе к 8 часам вечера к камере подходит уставший офицер Барнс. В его грустных глазах читалось, что он хочет рассказать что-то очень плохое. Открывая железную дверь с помощью ключа, Барнс жестом подзывает Джека.

У Джека сердце в пятки ушло. В последний раз Барнс был таким в день смерти матери. Встав, но пошатнувшись, Джек сразу сменил счастливое выражение лица на мрачное и отрешенное, а после молча последовал за Барнсом. Идя по коридору, младший Чип, бывало, ловил на себе грустные взгляды оставшихся на ночное дежурство офицеров. Барнс привёл мальчишку к своей гражданской машине. Внутри рыдала Нева, но как только задняя дверь машины открылась и во внутрь уселся Джек, девушка сразу успокоилась и начала вытирать свои слёзы. Сердце Джека сильно билось, едва не вырывалось из груди. Мысли парня путались, но приходили к одному лишь ответу, который парнишка хотел услышать от старика.

Усевшись за руль, Барнс заводит машину и трогается с места. Мёртвая тишина прервалась через двадцать минут, когда машина подъезжала к квартире Джека.

— Джек, мальчик мой... — голос старика, явно хотевший сказать что-то важное, смолк.

— Да? — Джек хотел услышать это от кого-то другого.

— Твой отец... Офицер полиции... Исаак Чип... Погиб при исполнении своих обязанностей... Он погиб как герой, уничтожив психа... — Барнс не смотрел на медленно начинающего копить гнев мальчишку. — Ты можешь забрать его значок и вещи завтра... Или же мы отправим его вещи к тебе на адрес в течении недели...

— Я понимаю... Понимаю. Ну, ничего не поделать. Бывает. Что-то ещё? — Джек открыл дверь, уже ступил двумя ногами на землю.

— Офицер Нева присмотрит за тобой эту ночь. Это приказ главы департамента... Ты можешь его обжаловать, но...

— Хорошо, — Джек выходит из машины, а после закрывает свою дверь, открывая дверь для Невы. — Давайте быстрее, мне ещё готовить нужно.

— Д-да... Извини, — Нева выходит из машины с опущенной головой.

Барнс опускает стекло.

— Мальчик мой... Я сегодня тебя проведаю. Сейчас не могу рассказать... Прошу, не делай ничего опрометчивого, — Барнс обеспокоенно вгляделся в мёртвые глаза Джека.

— Я и не собирался. Буду вас ждать, сэр... — Джек кивнул и развернулся, уходя ко входу в подъезд.

Барнс и Нева перешёптываются. Спустя пару секунд Барнс уезжает, а к Джеку спешно подбегает Нева. Парень открывает дверь в подъезд с помощью электронного ключа, заходя внутрь. Горящий неоном и воняющий мусором подъезд совсем ничего не навеивал на ум Джека. Его голова была пуста. Глаза, руки и ноги двигались сами по себе на автомате. Дойдя до лифта, Джек нажимает на кнопку, тем самым вызвав его. Глаза глянули на опустившую голову Неву, а после, моргнув пару раз, Джек неожиданно для себя оказывается перед входом в квартиру. Открывая дверь ключом, он неспешна заходит во внутрь.

Снимая с себя куртку и обувь, Джек первым делом идёт в ванную комнату, чтобы освежить своё уставшее лицо водой.

Ледяная вода омывает лицо парня, что не чувствовал температуры и боли. Если бы не зашедшая в ванную Нева, то парень, простоявший там три минуты, стоял бы ещё неизвестно сколько времени. Вода выключается, а из глаз Джека незаметно для него самого начинают идти слёзы. Горячие слёзы раздражают парня. Он пытался их вытереть, но не намеренно лишь раззадорил, и из двух капель начала идти целая река. Не переставая рыдать, Джек падает на холодную плитку и закрывается руками.

Нева, убежавшая куда-то, бросила Джека один на один в полном опасности для его здоровья месте. Сквозь слёзы Джек замечает отцовскую бритву с лезвием вместо популярных бритв на электричестве. Утихнув и встав, Джек быстро разбирает бритву на запчасти, достав так нужное ему лезвие. Если бы не вбежавшая в ванную Нева, то Джек бы порезался, а ещё хуже сделал бы что-то совсем непоправимое. Девушка с криками набросилась на парня и довольно легко выбила из его рук лезвие, улетевшее в раковину.

— Дурак! Дурак! Что ты делаешь?! — Нева дала сильную и звонкую пощёчину Джеку, оставив на щеке красный след от её ладони. — Совсем?!

— Я... Я не могу больше... Я не хочу... — Джек не был в силах смотреть в глаза девушки.

— Хватит! Пойдём, я тебе чай сделала. Успокойся, всё будет хорошо. Ладно? — Нева взяла Джека за руку и потащила за собой. — Всё будет хорошо... Даже если сам в это не веришь, то поверь мне... — проведя Джека на кухню, Нева усаживает его в мягкое кресло-слизняка и подает в руки тёплый сладкий чёрный чай. — Выпей... Станет легче...

— Нет... Давай вино. Отец хранил любимое вино матери... — указав пальцем на один из шкафчиков, сказал Джек.

По строгому взгляду Невы было понятно, что она против, но не решилась на спор. Девушка достала из шкафчика бутылку, открыла её и налила в бокал, а уже после подала в руки Джека. Мальчишка за раз выпил полный бокал, а после откинулся на удобном кресле.

— Я им всем отомщу... Всем... И Гонщикам... И Синдикату... Хорошо, что хоть за отца мстить не придётся... Надеюсь, он смог соединиться с мамой в раю... — глаза парня, что до этого раза не пробовал никогда алкоголь, медленно слипались.

— Рая нет... Я знаю, что твой отец был хорошим человеком. Если бы не он, то наверняка псих убил бы ещё кого-то... Я понимаю, что я говорю, возможно, очень глупую вещь, но... Ты не обязан мстить... Месть никогда не доходила до хорошего исхода... — взглянув на Неву, Джек увидел, что её красивое лицо и фигура стали ещё немного красивее.

— Ты не понимаешь... Как я могу ничего не делать? Как я могу не мстить за смерть матери? Как!? Это... Это же... Неправильно... Я должен... — Джек взял бутылку и налил себе ещё целый бокал вина. — Это моя обязанность... Если не я, то кто?!

— Закон. Бог. Кто угодно, но не ты. Ты не должен мстить. Пойми это. Твоя мама не хотела бы этого. А твой отец, думаешь, желал того, чтобы однажды ты получил пулю или твои органы были намотаны на железные руки психов? — обеспокоенная состоянием Джека, Нева, пока тот не видит, убирает бутылку на пол.

Заливая в себя второй бокал, Джек чувствовал, как его сознание мутнеет. Встав и пройдя пару метров, подкосившиеся ноги предательски расслабились, и Джек падает на ковёр в бессознательном состоянии.