Тёмная кровь

Глава 1. Телли

Ярко-красные волосы, завязанные в высокий конский хвост, то мелькали среди толпы, то снова исчезали. Я всё пыталась высмотреть эту храбрую волшебницу, которая рискнула пойти наперекор всему обществу. В Императорской академии магии учатся исключительно отпрыски дворянских семей, а среди этого общества подобные вольности не приветствовались. Это - мягко говоря. Думаю, меня бы отец из дома выгнал бы, учини я что-то подобное.

И мне, как и многим другим поступающим в этом году, было интересно посмотреть, кто именно плевал с Вдовьей башни на правила приличия.

Пока мы толкались в очереди на вступительное испытание, которое вообще не понятно, зачем нужно было, учитывая, что в Академию принимают всех без разбора, а потом в ожидании результатов, таинственная незнакомка постоянно оказывалась чуть-чуть, но впереди меня. Так что ничего, кроме мелькавшего, словно путевой огонёк, хвоста мне с моим небольшим ростом разглядеть не удавалось.

Удача улыбнулась мне уже после того, как мое имя среди прочих вспыхнуло на Столпе знаний, и я едва смогла отбиться от излишне волнующихся за меня родителей. Точнее, не совсем за меня, а за мою дальнейшую судьбу. Ибо, что может случится с толпой магов в магической академии в сердце одной из столиц? А вот на меня у них были вполне конкретные планы…

Из-за затянувшихся наставлений матушки, я вошла за ворота Академии припозднившись. И поняла, что совершенно не понимаю, куда дальше идти. Тут-то удача и оказалась на моей стороне. В центре небольшого круглого двора Академии в окружении сочной весенней зелени стояла она. Высокая, гибкая, что ивовый прут, со своим ярко-красным хвостом. Меня кольнула легкая зависть. Всеотец, создавая меня, обделил и ростом, и тонкой фигурой, зато наградил по-детски пухлыми щеками, которые я всей душой ненавидела. Лицо же незнакомки красотой могло быть сравнимо разве что со старыми портретами королев. Правда те обычно смотрели на зрителей немного свысока, у обладательницы алых волос на лице читалась полная растерянность.

Лучшая возможность, чтобы начать разговор! Не даром же отец накануне прочитал мне целую лекцию о том, что Академия не место учебы, а налаживания связей. А в нашем положении…

Я вытерла взмокшие ладони о подол платья и быстро, чтобы не передумать, шагнула к яркой незнакомке.

- Привет, - я улыбнулась как можно дружелюбнее, надеясь, что это не выглядит как судорога. – Ты выглядишь так, будто тебе нужна помощь. Или хотя бы путеводный столб.

- Привет, - на меня сверху вниз уставились темные, почти черные глаза. – Точно. И почему их не расставят для новеньких?

- Возможно, стоит поговорить об этом с ректором? – Приободренная успехом, продолжала я. Но в ответ незнакомка почему-то только поморщилась.

- Жутко упёртый тип. Быстрее небеса упадут, чем его можно в чем-то убедить.

Я не успела спросить, откуда ей об этом известно. Я даже не представляла, как выглядит наш ректор, только слышала о нем из сплетен. Да и то вскользь. Но меня опередили.

- Я Лада, кстати, - представилась волшебница.

- А я Телли, - это было совсем не похоже на официальное представление, которому меня учил мой учитель хороших манер.

- Я ищу кастеляншу, не знаешь, куда идти?

- Мне тоже туда, - еще раз улыбнулась я. – Пойдем искать вместе.

Небольшое помещение – приемная кастелянши с высокой конторкой, будто это торговая лавка, примыкало непосредственно к студенческому крылу. Кастеляншей оказалась крайне худощавая мадонна с тонкими и длинными руками, которые она страдальчески заламывала.

- Всеотец, дай мне сил, ещё и дня не прошло, а они уже сломали три метлы, - взгляд, наполненный искренним страданием, обратился к нам. – Новенькие? – Мы с Ладой недружно кивнули. – Имена.

Кастелянша взмахнула рукой, перед ней возник длинный пергамент со списком имён первокурсников.

- Лада Монтоне, - подала голос волшебница с яркими волосами. А я силилась вспомнить все, что знаю о роде Монтоне. Судя по тому, что с ходу мне в голову ничего не приходило, ничего выдающегося.

Кастелянша махнула ладонью в сторону и чернильные буквы на пергаменте засияли, прямо как на Столпе.

- А вы, мадонна? – Она посмотрела на меня.

- Кателла рок Моро, - я немного растерялась. Кастелянша недовольно поджала губы, и лицо её из страдальческого тут же сделалось строгим.

- Громче, мадонна.

- Кателла рок Моро, - пришлось мне выполнить просьбу, чувствуя, как щеки обжигают стыдом. И страхом. Но лицо кастелянши ничего не выражало. Она снова махнула рукой, и снова вспыхнули буквы.

- Раз уж вы пришли вместе, поселю вас в одних покоях.

И так мы с Ладой Монтоне, самой красивой волшебницей Императорской академии магии стали соседками по комнате.

Кроме двух изящных ключей, заговоренных именно на нашу дверь, кастелянша выдала нам по комплекту формы, в которую рекомендовала облачиться немедленно, а также, погрозив своим длинным и сухим пальцем, напомнила, чтобы к трём часам мы были у кабинета декана артефактологии. Правда, где бы нам найти этот кабинет , почему-то не сказала, а вытолкала за дверь, сославшись на то, что ей ещё с мётлами разбираться.

Найти нашу комнату оказалось не так уже и сложно. На её двери один за другим виднелись наши родовые гербы – мой с тремя ягодами, и Монтоне – коронованный грифон. Герб был мне знаком, но почему-то я никак не могла вспомнить, где его видела. Не зря на меня ворчал преподаватель истории, ой, не зря.

Наши покои состояли из трех комнат – общей гостиной с двумя секретерами, книжными шкафами, в которых уже стояли учебники, гостевым уголком с диваном, креслами и столиком. Из гостиной две двери друг напротив друга вели в спальни. Лада тут же заняла ту, что справа, я отправилась в левую. Они были абсолютно одинаковыми – большое окно, небольшая кровать с балдахином, зеркало в полный рост, да небольшой комод для вещей. Скромно, что и говорить. Но не хуже, чем у меня дома.

Я не стала пренебрегать советом кастелянши, и стянув с себя платье, поспешила облачиться в новый наряд. Это оказалась белоснежная рубашка в пол с пышными рукавами, поверх которой надевалось верхнее черное платье, которое открывало рукава от локтя, но зато плотно закрывало всё остальное. Я глянула на себя в зеркало. Какой ужас! Бесформенное полотно, в котором я выглядела как… жрец Всеотца! Кроме кистей и головы, которую тоже, видимо, надо покрыть шапероном, вообще ничего не видно. И в этом я должна найти себе жениха?

- Телли! – Донеслось откуда-то из гостиной. – Ты не могла бы мне помочь?

Я высуналась из своей комнаты. Посреди гостиной стояла Лада в одной рубашке, растерянно крутя в голове верхнюю часть наряда. Хламида явно ввела её в ступор. Она подняла глаза на меня.

- О, ты уже справилась? У меня никак не выходит, - пожаловалась девушка.

- Давай помогу, - я улыбнулась, выходя из своего укрытия. И обнаруживая, что ходить в этой хламиде, оказывается, очень даже удобно. Ничего нигде не стягивает, никаких тугих шнуровок. Всё равно это не извиняет её уродство!

- Не помню, когда я в последний раз одевалась без служанки, - пожаловалась Лада, пока я помогала ей просунуть руки в широкие рукава. – Ты удивительно ловко справилась!

На щеках у меня немедленно вспыхнул румянец, но вовсе не удовольствия от похвалы. Ну да, служанка. Не помню, когда мне в последний раз приходилось прибегать к чьей-то помощи, чтобы одеться. Положение моей семьи не позволяло нам держать полный штат слуг, поэтому на меня личной служанки не полагалось.

Я, стараясь не смотреть на фигуру моей мечты, обладательницей которой почему-то была не я, помогла Ладе всё же залезть в балахон. Судя по её лицу, она тоже была не в восторге от этого наряда.

- Удобно, конечно… - Девушка покрутилась, придирчиво оглядывая себя в зеркале. – Но что делать на гимнастике?

- Гимнастике? – Я застыла позади Лады, разглядывая её в зеркале. Та немного стушевалась, провела ладонями по черной ткани.

- Я слышала, что это важная часть учебы в Академии. Особенно для тех, кто станет боевыми магами.

Я едва не застонала от досады. Ненавижу гимнастику! Вообще все, что связано с активностями. Только танцы и верховую езду я ещё как-то могла принять. Из-за балов, и конных прогулок за городом, конечно.

- Скажи ещё, что нас будут учить драться, - нервно усмехнулась я.

- Конечно. А тебя разве этому не учили? – Лада уставилась на меня с таким искренним удивлением, что мне стало стыдно.

- Н-нет…

- Подожди, ты же рок Моро, я думала…

- Что ты думала? – Я немедленно насупилась.

- Думала, что это у вас в крови. Твоя же бабушка мать нынешних императоров, разве нет?

Я нахмурилась ещё сильнее, чувствуя, как где-то в горле собирается колючий комок.

- И что с того?

- В тебе должна быть сильна драконья кровь, - ничуть не смутившись ответила Лада очень просто. – Наверняка у тебя очень высокий потенциал силы.

- Пятый. Может быть, когда-нибудь – четвертый, - процедила я сквозь зубы. – Извини, мне нужно…

И не договорив, вылетела из гостиной в свою комнату. Я не знала, как перевести разговор в более нейтральное русло, ну а говорить дальше о своей семье ни сил, ни желания не было. Я устало прислонилась спиной к двери. Отец убеждал меня, что все давно забыли об этом. Двадцать лет прошло без малого. Все мои сокурсники будут не старше 18, их память не должна была это сохранить. Только я обязана помнить о том, что натворил мой дядя. Помнить каждую минуту своей жизни.

Слёзы подступили к глаза, я шмыгнула носом, но заставила себя не плакать. Не хватало ещё ходить первый день в Академии с распухшим носом. В конце концов, с таким нарядом лицо – единственное, что у меня осталось в качестве оружия для привлечения внимания перспективных кавалеров. И волосы. Я мельком глянула в зеркало, поправляя пышную каштановую копну. В этот момент в дверь постучали.

- Телли, я э… кажется, не совсем поняла. Я тебя чем-то обидела?

Я закатила глаза. Интересно, Лада вообще знакома с чувством такта? Я вздохнула и все же открыла дверь. Моя соседка стояла на пороге в растерянности. То хмурилась, то кусала губы.

- Просто давай не будем поднимать эту тему? – Я тоже решила не ходить вокруг, да около. А то вдруг с намеками у нее тоже плохо.

- Тему твоего уровня силы?

- Тему моей семьи.

- Не понимаю, как можно не гордиться столь близким родством с императорами, - Лада пожала плечами. – Но мне безразлично. Пойдем, поищем кабинет декана?

Я кивнула, выходя из своего укрытия. Странно, но почему-то фраза Лады о том, что ей безразлично, меня неприятно кольнула. Но я постаралась побыстрее отбросить это.

- Ставлю что угодно, что внутри замка тоже нет путевых столбов.

- Что значит – ставлю?

Мы выбрались из комнаты и направились на поиски кабинета. В коридоре мы были не одни, студенты в таких же черных хламидах двигались по коридору студенческого крыла.

- Ну, ставка, как в какой-нибудь игре.

- Игре? – Лада непонимающе уставилась на меня, а я на нее.

- Ну да. Играла когда-нибудь в карточные игры? – Девушка отрицательно помотала головой, отчего её огненный хвост заплясал. – Ого… Ну ладно, а видела бои?

- Как тренировка?

- Вроде того, только не ради тренировки, а чтобы показаться людям, - на лице моей соседки вновь мелькнуло непонимание. – Хорошо, ты наблюдала за тренировкой когда-нибудь? – Лада кивнула. – Бывало такое, что ты болела за одного из бойцов, хотелось, чтобы победил кто-то конкретный?

Девушка задумалась, но спустя паузу кивнула.

- Это не совсем правильно, но да, бывало такое.

- Для того чтобы подогреть свой интерес люди, порой, делают ставки на понравившегося им бойца. Деньги или что-то дорогое.

- Зачем?

- Риск потерять что-то дорогое повышает твое желание, чтобы выбранный тобой боец победил. Ты переживаешь больше, болеешь за него всей душой.

- Странно как-то, - Лада пожала плечами.

- Это как спор, только с самим собой! – Нашла я, наконец, объяснение. Лицо волшебницы просветлело.

- Это я понимаю, пари. Мы с братьями частенько занимаемся таким, - она улыбнулась, по всей видимости, вспоминая о своих братьях.

- Много у тебя их? – Мне немедленно стало любопытно. Сама я была единственным ребенком в семье, но всегда мечтала о том, чтобы у меня был брат или сестра, а лучше двое или трое.

- Двое, - Лада быстро отмахнулась. Видимо, она скучала по ним, и не очень хотела об этом говорить. – Смотри.

Мы спустились на этаж ниже, там, как нам подсказали, был этаж артефактологов. И сейчас Лада указывала рукой на длинную очередь, которая змеей вилось по коридору до самой лестницы. Очевидно, нам было туда.

Мы пристроились в хвост очереди. Перед нами стоял какой-то парень, которому я, захоти встать поближе, дышала бы куда-то между лопаток его такой же как у нас черной хламиды. Я попыталась встать на цыпочки и рассмотреть, что там, в начале очереди, вообще, зачем нас сюда вызвали. Но пока я неуверенно мялась, Лада взяла дело в свои руку.

- Извините, мессере, - она коснулась плеча впереди стоящего. – Не знаете, мы зачем тут стоим?

Парень обернулся, а у меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди. Он был непозволительно хорош собой: темные волосы до плеч с одной стороны заправлены за острое ухо, породистое лицо, чуть раскосые глаза цвета льда на Озере Слёз, тонкий нос с небольшой горбинкой придавал его профилю что-то хищное.

- Известно куда, - эльф усмехнулся, посмотрел на Ладу, взгляд его зацепился за её волосы. Бровь выгнулась, он чуть склонил голову. – Получать цеховые знаки.

- О, - тихо прокомментировала я. Не столько новость, сколько внешний вид парня. Его взгляд обратился ко мне. Кажется я могла рассмотреть каждый оттенок голубого в его глазах, от ярко-небесного, до полупрозрачного.

- Можете пока выбрать место на теле, куда его поставить.

И эльф, еще раз улыбнувшись, отвернулся, так и оставив меня стоять с открытым ртом. Всеотец и Матерь! Пожалуйста, пусть этот красавчик будет каким-нибудь маркграфом, а лучше принцем. Хотя, обратит ли такой на меня внимание? Я горько вздохнула, только сейчас понимая, что Лада мне говорить что-то.

- Прости? – Я покачала головой, возвращая себя из мечтаний.

- Говорю, интересно, больно ли это. Говорят, что в Тортюре такие знаки ставят, что потом ещё день придется отлёживаться, - вещала Лада, ничуть не стесняясь подобных слов.

- А ты откуда знаешь? – Я нахмурилась. Волшебница быстро стушевалась. Поймала кончик своего длинного хвоста, наматывая на палец.

- Слышала.

Очередь двигалась на удивление быстро. Пока я старалась разглядеть своих будущих сокурсников, крутила головой в желании услышать что-то интересное, незаметно подошла наша очередь. Пока я мялась, Лада скользнула вперед меня и за ней закрылась темная резная дверь. Я так, чтобы со стороны это не выглядело так, будто я подслушиваю, постаралась прислушаться к тому, что творится в кабинете. Но бесполезно. Слышны были только голоса из коридора.

Лада выскочила из кабинета декана достаточно быстро. Поправляя на себе ворот одежды.

- Ну как? – Спросила я. Но вместо ответа девушка подтолкнула меня в приоткрытую дверь, и та быстро за мной захлопнулась. Обратный путь был отрезан.

- Имя, - раздался строгий голос. Я быстро обернулась, с ужасом вспоминая все дни, проведенные за партой. Внутри всколыхнулись неприятное ощущение, что мне снова десять, а меня сейчас начнут отчитывать за невыученные уроки. А мне, между прочим, восемнадцать! Некоторые в моем возрасте уже давно замужем.

- Моё?

Кабинет декана артефактологии оказался достаточно большим. Камин, кресла, стол, который отделял приемную часть кабинета от рабочей. За ним пряталась небольшая лаборатория со склянками, ретортами, ступками. И бесконечные шкафы с книгами. Во главе этого царства стояла высокая, сухая женщина в голубом, старомодном платье и седыми волосами, уложенными в сложную прическу. Глядя на это платье, я бы сказала, что ей лет двести, не меньше.

- Ваше, мадонна, - декан оторвала взгляд от длинного свитка, такого же как мы видели у кастелянши, и посмотрела на меня.

- Кателла рок Моро, - робея ещё больше под этим взглядом, тихо ответила я.

Волшебница сложила пальцы в щепотку, свиток тут же сам зашуршал, показываясь ей нужным местом, вспыхнуло мое имя. Женщина взмахнула рукой, и имя из свитка исчезло.

- Меня зовут архимагистр Рабра Хад. Я декан факультета артефактологии и милостью ректора, сегодня награждаю вас цеховыми знаками, - профессор говорила это все таким тоном, что понятно было сразу, она повторяет это перед каждым учеником, и ее это уже порядком утомило. – Выбрала место?

- Да, - я кивнула. – Шея.

И сглотнула, в ужасе от собственной смелости. Вообще-то я хотела ставить знак на предплечье, но в последний момент почему-то передумала. Матушка будет в ужасе. Профессор никакого удивления не высказала. Приказала сесть в кресло и убрать волосы. На негнущихся ногах я выполнила приказ.

- Будет больно? – Шепотом спросила я.

- Вы маг, мадонна рок Моро, для вас боль – естественный ход вещей, - горячие пальцы коснулись кожи на шее слева. И я получила ответ на свой вопрос: короткая вспышка боли заставила меня вздрогнуть, но в ту же секунду все было окончено.

- Готово, - декан стряхнула с кончиков пальцев лишнюю энергию, а я встала, придерживаясь за горящую огнем кожу на шее. – Отныне цеховый знак показывает вашу высокую принадлежность к студентам Академии. Но также он обладает сдерживающими свойствами. В случае необходимости, через знак вашу магию могут ограничить. Или отследить, - тем же скучным голосом продекламировала профессор. В какой раз за сегодня она повторяет эту заученную фразу?

- Кто может? - Тихо поинтересовалась я.

- Ректор и деканы факультетов, - женщина скосила на меня взгляд. - Ещё вопросы? - Я отрицательно помотала головой. - Можете идти, и не забудьте о торжественном ужине сегодня в восемь.

Лада ждала в коридоре. Завидев меня она заулыбалась и махнула призывно рукой.

- Ну как? – Мы двинулись обратно к нашей комнате.

- Больнее, чем я думала, - пожаловалась я, все еще придерживая рукой шею.

- А, ерунда! – Соседка отмахнулась. – В нос, порой, дают больнее. Не терпится взглянуть!

До покоев мы дошли едва ли не бегом, чтобы столкнуться плечами возле зеркала. Я завертелась, стремясь рассмотреть три ровных вертикальных линии – знак принадлежности стихии воды. Лада оттянула ворот одежды. Там под ключицей на покрасневшей коже виднелись три кривые горизонтальные линии – знак воздуха.

- Как тебе новость, что за нами будут следить? – Лада с интересом сначала посмотрела на мой знак, а потом на меня.

- Не знаю, - я пожала плечами. – Вот заняться профессорам больше нечем, чем следить за тем, куда мы ходим.

- Ну да, - хмыкнула соседка. - Есть у них дела и поважнее.

Сказано это было запросто, но всё равно почему-то повеяло холодком. Будто бы она действительно знала, чем именно занимаются профессора. И уж точно ничем хорошим.

Глава 2. Тея

В лесу никогда не было тихо. Где-то вверху перекликиваются пичужки, вот спрыгнула с ветки расторопная белка, хрустнула ветка под ногой небольшого зверя, зашумел в кронах ветер. Лес был полон звуков.

Тея, пробиравшаяся сквозь редкий, но, тем не менее, без тропинки, лес уже второй десяток дней, успела так к нему привыкнуть, что боялась представить что будет, когда она наконец выйдет на большую дорогу. Впрочем, не страшно, с дороги в любую минуту можно сойти и снова укрыться в спасительных ветвях. Вот перспектива оказаться в большом городе страшила больше. Наверное, она просто оглохнет от какофонии звуков.

Тучи на небе начали сгущаться еще с полудня, так что теперь сложно было определить время. Но Тея, прожившая под открытым небом около полугода, научилась не только отличать капризы природы, но и предугадывать их. Дождь почти наверняка соберется в ближайший час, а это значит, что самое время найти место для ночлега.

Выбор пал на раскидистую старую ель, под нижними ветвями которой можно было встать почти в полный рост. Лапник, как обычно, стал отличным спальным местом, а накинутый сверху плащ, разведённый костёр и немножко магии не позволят девушке замёрзнуть ночью. Не забыла жрица Аквилии и про дождь. Над её местом отдыха раскинулся в несколько метров шириной невидимый купол, который равно хорошо защищал как от дождя, так и от любопытных глаз.

Когда дымок костра потянулся вверх сквозь ветви ели, Тея достала скудные остатки еды – последний кусочек сыра и хлеба. Скромно, но этого было вполне достаточно. Уже завтра Тея наконец окажется в конечном пункте своего путешествия – столице империи. Путешествия, длиной почти в двадцать лет.

Именно столько понадобилось тринадцатилетней графине, чтобы окрепнуть, обучиться, а теперь – исполнить свой семейный долг. Мысль о том, что уже завтра она будет так близко от своей цели, от смысла всей её жизни, заставило девушку улыбнуться. Она по привычке коснулась ладонью солнечного сплетения и вознесла молитву, сначала Матери, как учили в храме, потом Теням, как учили в детстве. Растягивая удовольствие, Тея доела свой скромный ужин, и в сгущающихся сумерках легла спать под убаюкивающие звуки дождя, стучащего о невидимый купол.

Тея не сразу поняла, что именно её разбудило. Угли в костре слабо тлели, сквозь черные ветви ели едва виднелось ночное небо. Дождь перестал, тучи разошлись, и теперь на небе, словно омытые свежей водой, ярко сияли звезды. Где-то невдалеке раздался сдавленный, но вполне отчётливый вскрик. Его было легко спутать с криком ночной птицы, но жрица, большую часть своего послушничества, проведшая у постели больных, не могла спутать его ни с чем другим – это был крик боли.

На своём пути в столицу Тея всегда старалась не отходить далеко от главного тракта. Днём, когда движение было более оживлённым, уходила вглубь леса. Вечером же наоборот, подходила ближе, чтобы точно не заплутать.

Так что ничего удивительного в таком соседстве не было, кто-то также как и она съехал с тракта. Но что-то случилось.

Тея села, прислушиваясь к хрусту веток и вновь наступившей тишине. Нежелание встревать в неприятности раньше времени, ведь для того, чтобы исполнить желаемое, ей необходимо было вести себя как можно тише и скромней, и любопытство боролись в ней. Мелькнула даже предательская мысль о том, что этот неизвестный скорее всего страдает. А она может оказать ему помощь, ведь именно этому ею учили так много лет. Но Тея от этого поспешно отмахнулась. Она карающая длань. Инструмент в руках Судьбы, а не лекарь. Пора уже вытряхивать из головы эти сестринские наставления.

Вскрик вновь разорвал ночной ропот леса. Немного поколебавшись, Тея всё же решила аккуратно осмотреться. Всё равно теперь уже не уснуть.

Сначала она увидела бредшую ей навстречу кобылу. Поймать растерянную лошадь не составила труда, и под уздцы Тея повела её в сторону, откуда доносились довольно громкие стоны и сопение. Не было нужды прощупывать местность магически, чтобы понять, что человек там один. Максимум – двое. Иначе шума было гораздо больше.

Жрица оказалась права. В темноте, с трудом привалившись спиной к дереву, сидел мужчина. Издалека было не разглядеть ни его наряда, ни выражения лица, но аура боли от него исходила такая сильная, что было ясно как день – путник ранен.

Накинув поводья лошади на ближайшее дерево, чтобы животное больше не разгуливало по темному лесу, рискуя переломать ноги, Тея подошла к мужчине.

- Кто ты? – Хрипло отозвалась темнота.

- Покажи рану, – Тея зажгла светлячка и подвесила над их головами. Мужчина у дерева сощурился, закрывая ладонью лицо и стараясь разглядеть подошедшую. Он ещё не видел её лица, но разглядел платье – зелёное с коричневой окантовкой. Платье жрицы Аквилии - пусть и не совсем легальных, но лучших целителей во всей империи.

- О, боги! – Мужчина отнял руку от лица, на котором читалось короткое, но облегчение. – Сам Отец послал мне тебя.

Тея не стала спорить, присела напротив. Пускай Отец, ей безразлично. Она уже разглядела окровавленный камзол и нашивку на груди. Гвардеец из столичной стражи. Далековато он от места службы. Мужчина неловко повернулся, отодвигая стеганый камзол, под которым была разорванная и окровавленная рубашка. Тея увидела ужасную рваную рану уходившую от живота к рёбрам. Пара заклинаний – обезболивающее, очищающее, да чтобы ткани срослись, и вся песня. Но она не могла.

- Давно ты так? – Девушка аккуратно приподняла рубашку, осматривая рваные края раны.

- Сложно сказать… - Гвардеец почти не дышал, неотрывно следя за манипуляциями жрицы. Тея подозвала светлячок ближе, осветить лицо мужчины. Тот оказался достаточно молод, вряд ли старше нее. И был белее снега.

- Есть вино? – Тея отправила светлячок вверх и встала. Гвардеец растерянно кивнул.

- В сумке на лошади.

Там же нашёлся и небольшой походный котелок. Пока это всё, что было нужно Тее. Сложив всё это рядом со своей котомкой, девушка принялась собирать костёр.

- Как тебя зовут? – Девушка прищелкнула пальцами, и огонь весело занялся среди веточек.

- Тед. – Голос гвардейца был напряжённый.

- Тед. Кто тебя так? – В ответ была тишина. Тея, обернувшись, лишь увидела, как сильнее парень сжал челюсть. – Меня зовут Тея. Прости, Тед, но мне придётся зашивать наживую. И очень важно, чтобы ты был в сознании.

- А как же заклинания? – Голос мужчины стал глухим. – Ты же жрица… Вас учат целительству.

- Я не могу колдовать.

- А огонь, что ты разожгла, светлячок?

- Это крохи магии, для целительства нужно брать больше. Гораздо больше.

Оба они замолчали. Тея подвесила котелок, давая ему прогреться, вылила туда вина, немного оставив во фляжке. Пока пряный напиток закипал, жрица помогла стянуть с Теда камзол, разорвала на нём рубашку, освобождая себе поле для действий. Полезла в свою котомку, звеня склянками.

- Ты… ты ещё не закончила своё служение Матери, – тихо спросил Тед, следя за движениями жрицы. Плавными, отточенными, без спешки, она делала это сотни раз.

- А ты слишком далеко от городской стражи. – Тея мельком взглянула на мужчину, они вновь замолчали.

Кажется, у каждого из них была причина хранить свои секреты.

Тея приманила к себе светлячка, повесив над самой головой. Мокрой тряпицей, как могла, аккуратно отерла кровь вокруг раны. Гвардеец морщился, но мужественно молчал, наблюдая за девушкой. Та, хмыкнув чему-то своему, встала.

- Всё плохо?

Жрица подошла к костру. В вине поднимались первые пузырьки.

- Нет, но вряд ли ты бы дожил до утра без помощи лекаря, - не стала кривить душой. Не ради того, чтобы набить себе цену, а просто не видела смысла обманывать рыцаря. Тот, будто обескураженный ее прямотой, замолчал. Слышалось только громкое сопение.

В темноте было почти не различить силуэт жрицы, но когда Тея вернулась к раненному, в её руках была небольшая палочка. Девушка со всей тщательностью сняла с сухую, грязную кору. Потом достала из своего мешка чехол с инструментами. Некоторое время провозилась с иголкой, сначала накаляя ту над огнем, а потом продевая особенную нить. Она была сплетена из жил кета, была едва видимой, так что в темноте продеть ее в ушко оказалось тем еще занятием. Тед долго молча наблюдал за приготовлениями, но всё же не выдержал.

- Ты же можешь снять боль, – кажется боль немало его страшила. – Наверняка там есть что-то среди твоих склянок.

- Потому что тогда ты начнёшь терять сознание, тогда я не могу следить за твоим состояние, – Тея протянула мужчине остатки вина, веля делать глоток. – Готов?

Тед слабо кивнул. Жрица скрутила свой плащ жгутом, вручила в руки гвардейцу. В рот вставила прежде отёсанную палочку. На удивленный взгляд ответила:

- Чтобы язык себе не откусил. Мы обычно даем такие роженицам, тужиться удобнее, – тёмные глаза гвардейца сверкнули. Но Тея уже этого не видела. Она подхватила котелок с вином. – Вдохни поглубже, вот так. И выдыхай.

Жрица тут же вылила кипящее вино на открытую рану. Даже палка во рту не остановила звериный вой. Мужчина заметался, пытаясь укрыться от боли, по вискам его побежали капли пота. Но Тея, уже откинувшая котелок, крепко придержала гвардейца, прижимая обратно к земле. Сил в ней было немало.

- Тед. Посмотри на меня, – мужчина через силу, но повиновался. Только сейчас он увидел, что глаза у жрицы невероятно красивого бирюзового оттенка. – Больше так больно не будет. Сейчас я заберу палочку, постарайся не кричать, хорошо?

Рыцарь с трудом кивнул, а Тея кончиками пальцев вынула свой нехитрый инструмент. Следы от зубов на палочке были внушительные.

В ход пошла иголка. Тея не соврала, боль была уже не такой сильной, скорее просто ноющей. И только она не давала провалиться в черный сон.

- Расскажи, что случилось, – не отрываясь от своего занятия, попросила жрица. Ответом было ей недовольное посапывание. – Мне ни к чему твои секреты, просто хочу знать, что ты в сознании.

- Ты же и так это чувствуешь, – сквозь зубы произнес Тед.

- Для обычного гвардейца ты слишком много знаешь о жрицах, – Тея сделала очередной стежок. Совпадение или нет, но её настараживала такая осведомленность. Не может же быть, что её уже отправились искать? По расчетам, о её пропаже узнают не раньше чем дня через три. А, может, и все пять. Это было бы большой удачей. – Можешь рассказать откуда. Будем считать это твоей платой за мои услуги.

- Мне не жалко, – каждое слово давалось гвардейцу с трудом. Больше хотелось кричать. А еще больше – отпрянуть от этих умелых рук, которые доставляли так много боли. – Жена моего хозяина – из жриц Аквилии. Бывшего хозяина.

Тея вскинула голову, с интересом посмотрев на раненого.

- Меня разжаловали и отправили в городскую стражу, – пояснил Тед, не совсем верно истолковав любопытство девушки. Её, конечно, больше интересовала судьба бывшей жрицы. Но вслух она сказала другое:

- За что?

- Пьяная драка. Чуть не покалечил их сынка. А тот, не абы что, а с задатками мага, – Тея понятливо кивнула. Такое дитя – на вес золота. Ей ли не знать. – Но тот дурак, сам полез нас разнимать, вот и получил пару раз с пьяных глаз и горячей руки.

- Ну а рана? – Жрица отрезала нитку маленьким острым ножичком, похожим на нож для бумаг, только короче. Теперь в ход пошли травы и маленькая деревянная ступка с пестиком. В нос ударил горький запах.

- Поквитаться хотел с обидчиком, а, он… - Тед шумно втянул носом воздух. Продолжать гвардеец не стал. Оказался сильнее? Поступил не честно? Говорить об этом мужчина явно не хотел, ну а жрица не стала настаивать.

Кашица из растолченных трав приятно холодила кожу вокруг свежей раны. Обмотав торс несколько раз чистой тряпкой, под сдавленные стоны боли, Тея наконец могла считать свою работу завершенной. Внутри разлилось теплое чувство удовлетворения.

Тед, измученный поездкой и лечением, заснул практически мгновенно. Боль была ещё при нём, но в сравнение с той, что терзала его последние пару часов – никакого сравнения.

Тея же, ополоснув руки остатками воды и вина, повторила манипуляции с защитным куполом. Догадаться было не сложно, Тед опасался того, что враг его преследовал. Потому нёсся галопом сквозь бурелом леса, рискуя не только умереть от кровотечения, но и свернуть себе шею, переломав ноги кобыле.

Тея расстелила свой плащ невдалеке от костра, но сон теперь не шел. Лежа на спине, слушая лес и ровное дыхание Теда, чародейка смотрела на то, как небо меняет свой цвет. Где-то на востоке занимался рассвет.

Тея проснулась от того, что кто-то нарушил целостность защитного купола. Приоткрыв глаза, она наблюдала, как Тед медленно, прижимая обе ладони к ране, ковыляет в сторону кустов. Значит, бравому гвардейцу стало лучше.

Когда Тед вернулся, к небу уже поднимался дымок от костра. Тея перебирала травы. Какие-то толкла, какие-то кидала в воду прямо так.

- Если ты так мила, что варишь нам похлебку, то я не голоден, - хмуро отозвался мужчина, с трудом садясь на свой плащ весь в бурых пятнах.

- Я делаю тебе отвар, чтобы ты смог дожить до вечера, - не оборачиваясь, ответила девушка. Теперь при сером утреннем свете Тед мог рассмотреть её более внимательно. Лицо и руки казались молодыми, но это ещё ничего не значило. Жрицы Аквилии чародейки, а те не гнушаются скрывать свой истинный возраст. Тее может быть и девятнадцать, и сто тридцать. Хотя, судя по её платью – зеленому, с коричневой окантовкой, она пока ещё послушница, но это уже далеко не первая ступень обучения. Скорее всего, ей где-то между двадцатью пятью и тридцатью. Темные, длинные волосы красивыми волнами лежали на спине, едва виднелось кончик заостренного уха, как у полукровок.

Девушка, словно почувствовавшая взгляд, обернулась. Взгляд бирюзовых глаз обжег, и Тед поспешил отвести свой взгляд, делая вид, что никого он тут не рассматривал.

Обжигающий отвар на вкус оказался хуже, чем прошлогоднее сено. Но строгая жрица заставила выпить гвардейца всё до последней капли. Тот в ответ поделился остатками своей пищи.

- После твоих травок я еще долго есть не захочу, - улыбнулся гвардеец.

Тея пожала плечами и молча приняла кусок хлеба и вяленого мяса. Тед удивленно качнул головой. Ни спасибо, ни пожалуйста, как будто она не в храме воспитывалась, а волками.

Они поели в полном молчании. Точнее, гвардеец допил свой отвар, борясь с приступами тошноты. После жрица осмотрела рану и поменяла повязку. Казалось, что в ее заплечной сумке есть все, и тряпки, и инструменты, и целый набор трав.

- Ты отправляешься в столицу? – Тед аккуратно надевал обратно свою куртку. Чародейка кивнула, не поднимая взгляда от своей сумки, как будто что-то подсчитывала. – Не хочешь отправиться со мной?

- Я не хожу по Большой дороге, – ответила девушка, завязывая сумку.

- Это не проблема, - поспешил ответить Тед. – Я тоже могу идти не по дороге!

- А твоя лошадь?

- Пойдет следом. Я всё равно не могу ехать верхом.

- Это плохая идея, – качнула головой Тея. – Сколько до столицы?

- Пешком? – Тед задумался, обычно он преодолевал этот путь верхом. – К вечеру будем.

- То есть верхом – часа два, - девушка дернула плечом. – Нет, лучше езжай верхом. Рана откроется, конечно, но зато прямиком к целителю.

- А ты пойдешь пешком? Вот так, - Тед указал пальцем на босые ноги жрицы. Та пожала плечами. Она уже полгода ходила по лесам босиком, один день до столицы как-нибудь уж переживет.

- Тея, – Тед неожиданно стал серьёзен. – Ты спасла мне жизнь. Я обязан тебе, и не могу бросить вот так в лесу. – Взгляд бирюзовых глаз прожигал, кажется, насквозь. – Ведь ты сбежала, верно? Поэтому не пользуешься магией?

Чародейка окинула взглядом гвардейца с головы до ног. Тот был умнее, чем показался Тее в начале. И осведомленнее. Она помолчала немного, накидывая на голову плат, пряча под него волосы. Гвардеец знал её в лицо, знал, что она сбежала. В столице нет храма, но точно есть другие жрицы. Что мешает ему сдать её? Разумнее пока понаблюдать.

- Поедем верхом вдвоем, чем быстрее, тем лучше, – девушка повела плечами. – В предместьях я смогу излечить твою рану.

Некоторое время они ехали молча. Тея сидела впереди, припоминая, когда она вообще в последний раз каталась верхом, Тед позади, держал поводья. Лошадь пустили рысью. Тед то и дело морщился, когда кобыла наступала на очередную кочку.

- Почему ты босиком? – Ёрзая, спросил гвардеец. Ему было неудобно в седле, рана ныла, несмотря на отвар.

- Условие данного обета, – отвечала Тея, не оборачиваясь.

- На какой ты ступени?

- Планта.

- Ааа, то есть ты ещё послушница? Не настоящая жрица?

Тея поморщилась. Она никогда себя не считала ни одной, ни второй, и никогда не сможет.

- Просто ещё не заключила договор без возврата.

- Моя хозяйка… Ну та, откуда меня выгнали, очень любила рассказать про ваш Храм. Про мать-настоятельницу, про правила. А мне было страшно любопытно. Если хочешь знать, я считаю это ужасно несправедливым, что вас запирают там на тридцать лет. Это ведь как тюрьма…

- Ты очень болтлив для того, кто чуть не умер.

- Ты слишком хороша для того, чтобы стать затворницей. Ты поэтому сбежала?

- Тед, что ты хочешь? – Тея повернула голову, едва не утыкаясь носом в мужской подбородок. Гвардеец поспешно притормозил лошадь, та пошла медленней.

- Помочь.

- А может сдать меня на руки своей хозяйке? Она ведь предана культу Матери, отслужила свои тридцать лет, вышла замуж, родила долгожданного наследника, ещё и мага. Ты же знаешь, что делают такие как она, с такими как я. Сдашь меня, а сам получишь обратно своё теплое местечко.

- Нет! Нет! – Гвардеец в порыве подался вперед, но тут же пожалел об этом. Боль тут же скрутила его, Тед застонал сквозь зубы. Тея даже не шелохнулась, наблюдая за чужими страданиями. – Нет… - Прохрипел мужчина, находя в себе силы поговорить. – Я твой должник, помнишь?

Чародейка молчала.

- Я… Давай так, когда приедем в столицу… Мне надо отплатить чем-то за твои услуги, верно? Можешь поселиться у меня, – бирюзовые глаза всё ещё смотрели неотрывно. – И я клянусь, что больше не буду задавать тебе неудобные вопросы.

Тея отвернулась и причмокнула. Лошадка с готовностью тронулась чуть быстрее. Тед истолковал этот ответ, как согласие, и поспешил прищелкнуть поводьями.

- Просто помни, что я могу в любой момент убить тебя, – буднично произнесла девушка. Тед не видел её выражения лица, но искренне понадеялся, что это шутка. Потому что от этих слов внутри у него, взрослого, закаленного в боях мужчины, похолодело.

Через пару часов, как и обещал гвардеец, лес поредел и впереди показалась деревенская околица. Близко к селу подъезжать не стали, наверняка их парочка вызовет у местных жителей множество вопросов. Да и Тед, болтавший всю дорогу без умолку, за последние полчала заметно сдал. Гвардеец еще пытался натянуть на себя улыбку, но получалось у него из рук вон плохо, а цвет лица приобретал мертвенных оттенок.

Они нашли спрятанную от людей стеной деревьев полянку, и Тее пришлось буквально стаскивать мужчину с лошади.

- Ты можешь не… - Гвардеец выдохнул шумно, сквозь зубы. – Не заканчивать. Меня здесь и так найдут.

- К концу дня, в лучшем случае. – Кивнула жрица, укладывая мужчину, расстегивая его куртку. – Мертвого.

Рана воспалилась, пару швов всё же разошлись. Кровь щедро сочилась из раны. Несмотря на все усилия Теи вчера, после поездки верхом всё выглядело не лучшим образом.

Девушка потерла ладони друг об друга, будто пытаясь согреться. И приложила их к ране на боку рыцаря, не касаясь кожи. От ладоней шёл жар. Успокоительный, снимавший боль, которая зудела в боку. Кровь остановилась, а края раны под швами сразу стали выглядеть лучше. Небольшим магическим воздействием жрица сделала больше, чем за полночи вчера.

- Лучше? – Тед в ответ кивнул, удивленно скосив глаза на собственный бок. Конечно, он видел воздействия магии и раньше, но на себе – никогда. Ощущения были странными. – Хорошо, в городе смогу снять тебе швы. Даже шрама не останется.

- А если я хочу, чтобы шрам остался? – Рыцарь начал шутить – верный признак выздоровления. Потянулся к фляжке на поясе, хотел сделать глоток. Но внутри оказалось пусто.

- Значит оставлю шрам, ещё проще, – пожала плечами Тея и покосилась на фляжку. – Кажется это моих рук дело.

- Но фляга была при мне! – Возмутился Тед. – Когда ты успела все выпить?

- Я маг воды. – Жрица встала, оттряхивая подол платья. – Это плата за твою рану.

Тед помолчал, задумчиво оглядывая емкость у себя в руках.

- Если это так, то это самая маленькая плата за жизнь – полфляги воды, – опираясь одной рукой о дерево, Тед встал. – Боюсь, теперь я тебе обязан ещё больше.

Тея поправляла выбившиеся из-под платка волосы, будто и не услышала его. Но рыцарь уже понял, что это манера жрицы общаться – делать вид, что не замечает тебя.

- В таком случае, - Тея подняла взгляд на Теда. – Не выдавай меня. И мы будем в расчете.

Глава 3. Телли

К вечеру академия наполнилась множеством голосов. Все первокурсники были распределены по своим комнатам, рунные татуировки были розданы и вскоре стали прибывать старшекурсники. Чтобы к вечеру всех нас собрали в общем зале для торжественного приёма.

Я никогда не была в таком огромном замке. Наш палаццо, находившийся на окраине столицы, отличался скромными размерами, и те, к кому мы имели честь быть приглашены не сильно отличались от нас. Так что мое детство прошло в атмосфере погони за недосягаемыми высотами тех, кто жил в Верхнем городе, ближе к замку драконов.

Куда там маленьком палаццо до многовекового замка с высоченными сводчатыми потолками, бесконечными переходами, галереями и темными заколуками. Если бы не Лада, которая удивительно легко ориентировалась в новом месте, я бы точно заплутала.

Общий зал поражал воображение. Где-то под арками потолка кружились бесчисленные светлячки, ни одной люстры или факела, что придавало помещению особую атмосферу волшебства. Студенты академии старые и новые рассаживались по своим местам.

Куда надо было садиться нам, догадаться было несложно. Первый и второй курс носили такие же черные балахоны с шаперонами, что и мы, но первокурсников сразу можно было узнать по растерянным и немного испуганным лицам. Я с готовностью последовала к “своим”. Всё же бояться вместе было как-то приятнее, чем поодиночке.

Мы с Ладой сели друг напротив друга. Соседка не отрывала любопытного взгляда от учительского стола, который находился на небольшом возвышении, как стол хозяев дома. А я была больше увлечена тем, что находился на столе. После всех сегодняшних мытарств есть хотелось зверски. И только я присмотрела аппетитный кусок пирога, как к кафедре вышел ректор Академии. Высокий мужчина в темно-фиолетовой мантии, он обвел нас скучным взглядом.

- Рад приветствовать вас в стенах Императорской Магической Академии, кого-то впервые, кого-то снова. Знаю, что вы голодны, так что обойдемся самым важным, - он откашлялся и продолжил. - Вы взрослые люди, никто не будет следить за каждым вашим шагом. Однако помните, что любые излишества с высокой вероятностью плохо скажутся на вашей успеваемости. Неуспеваемость же быстро станет поводом потерять место, добытое столь тяжелым трудом, - ректор сделал короткий жест рукой, после чего на столах появились ровные ряды глиняных кувшинов с восковым печатями. Море студентов заволновалось. - И вот ваш первый урок: отпразднуйте новый год в Академии как следует. Однако помните, что с этой минуты на ваш цеховый знак устанавливается ограничение по колдовству до бытового уровня. А того, кто завтра опоздает к первой лекции, ждет суровое наказание, - показалось мне, что она взглянул на нас или нет? - Добро пожаловать и удачи.

Раздались бурные аплодисменты. Ректор коротко поклонился и отправился на свое месте среди преподавателей. Студенты восприняли это как сигнал к началу “боевых действий”. Тут же зал наполнился радостным гомоном.

Лада с интересом притянула к себе ближайший кувшин, понюхала.

- Пиво, - кувшин был отставлен в сторону.

- О, это мне, - парень по левую руку от Лады перехватил кувшин и, не раздумывая ни секунды, налил себе полный кубок. Выпил почти залпом и налил ещё.

- Ого, - не удержалась я от комментария. - А ты уверен, что это хорошая идея?

Запрет на всю магию, кроме бытовой, означал, что протрезветь с помощью магии никто не сможет. Заклинание отрезвление, хоть и было простеньким, для этого можно было не учиться в Академиях, но было из разряда целительских. А получать в первый же день выговор не хотелось совершенно. По крайней мере, мне.

- Не бойся, детка, у меня есть маленький секрет, - парень отсалютовал мне вновь наполненным кубком и сделал пару глотков. Я поморщилась. Детка? Мне такая фамильярность совсем не понравилась.

Лада, тем временем, нашла вино и налила себе немного. Я после короткого колебания тоже подставила кубок.

- На тебя не распространяется запрет магии? - Спросила соседка, небрежно пригубив вино.

- А если так? - Парень загадочно улыбался, уже с большим интересом разглядывая Ладу. - Могу и тебе помочь, если что. Я Алдо, кстати. Алдо Мантега́цца.

- Лада, - соседка пожала протянутую руку. - Не надо, справлюсь.

- Ну а вы, мадонна? - Алдо кивнул мне.

- А ты правда можешь колдовать? Тебе забыли поставить знак, или что? – Я тоже решила не церемониться.

- У него сестра на пятом курсе целительства, - неожиданно раздался голос рядом со мной. - Она ему правильных травок выдала.

Я повернула голову, чтобы увидеть усмешку на очень знакомом лице. Тот самый эльф, который стоял перед нами в очереди к профессору Хад! Улыбка у него вышла тонкой, немного хитрой. Подстать правильным, чуть заостренным чертам лица. Чутьё подсказывало, что эльф был соседом Алдо. Тот, кстати, совершенно не рассердился на то, что его секрет выдали, лишь улыбнулся.

- Кателла рок Моро, - я протянула руку эльф.

- Астрей рок Гран, - не остался в долгу парень.

- Ого, два мага в семье, - Лада посмотрела на Алдо уже с чуть большим интересом. - Большая удача. А как же наследство?

- Лада! - Вырвалось у меня. Вопрос был настолько бестактен, что я не удержалась от замечания, с ужасом слыша нотки матери в собственном голосе. Соседка лишь растерянно уставилась на меня, мол, что тут такого?

- Легко, - Алдо, впрочем, не смутился. - Делим пополам, если у родителей не появятся ещё наследники. А они вряд ли появятся, - парень поднял свой кубок. - Ну что, с поступлением?

Ещё никогда мне доводилось общаться со сверстниками-парнями столь близко и наедине. Я имела ввиду, конечно, равных мне по статусу. При доме всегда ошивался кто-то из дворни вроде конюха или прислуги. И мне казалось, что парни более холодные и высокомерные. Но оказалось совсем наоборот. Алдо болтал без умолку, щедро рассыпал шутки и рассказывал истории из своей жизни. Рэй хоть и был молчалив, но тоже не казался мне ни заносчивым, ни холодным. Мне хотелось, чтоб он был столь же открыт, как Алдо, но эльф от всех личных вопросов ловко увиливал. Однако это никак не помешало нам отлично провести время. А когда ближе к полуночи студенты начали расходиться, парни предложили посидеть ещё немного у них.

Комнаты Алдо и Рэя оказались точной копией нашей, только были на другом, “мужском” этаже. А так - та же гостиная, две спальни.

Мы разместились в центре комнаты, на пушистом ковре, разложив вокруг себя прихваченные закуски и расставив кувшины. Неудобные шапероны мы уже давно с себя стянули, еще бы избавиться от этого жуткого балахона.

- Неужели в этом придется ходить всё время? - Страдальчески простонала Лада, обмахиваясь кончиком шаперона.

- Нет, только на торжественные приемы, - с тенью удивления ответил Рэй. - Вы не знали?

Мы с Ладой переглянулись. Почему-то такую досадную мелочь никто не решился нам сообщить.

- Слава Всеотцу, - тихо выдохнула я.

- Вот уж точно, - заметил Алдо. - В Академии столько красивых девушек и все они должны ходить в этом недоразумении? Я бы не пережил такого удара судьбы.

Лада хихикнула, а я закатила глаза. Наверное по-своему харизматичный и чрезмерно болтливый Алдо и мог кого-то очаровать, но уж точно не меня. Временами его болтовня утомляла. Временами - так сильно, что хотелось его треснуть.

Тем временем Алдо подмигнул Ладе.

- Правда или действие?

- Детская игра, - тут же заявила я.

- Что за игра? - Лада перевела заинтересованный взгляд с Алдо на меня.

- О, ты правда не знаешь? - Алдо искренне обрадовался. - Это легко, на ходу сообразишь. Телли? Рэй?

Я махнула рукой, а Рей флегматично пожал плечами.

- Тогда я начну, - Алдо придвинул кувшин с любимым пивом поближе, внимательно обвёл глазами присутствующих, и... остановился на мне. Мерзкая ухмылочка не предвещала ничего хорошего. - Телли, правда или действие?

От одной мысли о том, что может спросить Алдо, у меня все похолодело внутри. Наверняка, что-нибудь достаточно личное и гадкое, чтобы было стыдно произнести перед малознакомыми людьми, а уж тем более перед мужчинами. По всей видимости, все мои переживания тут же отразились на лице, потому что улыбка у Алдо становилась всё шире и шире.

- Действие.

- Теперь каждый раз, когда кто-то выбирает действие, ты пьешь. - Алдо отсалютовал мне кувшином.

“Вот гад”, - подумала я. Но вслух только сказала:

- Тебе придется делиться сестринскими травками, - и послушно отпила из кувшина.

- Кажется, я поняла правила, - Лада прищурилась. Взгляд остановился на Рее. - Правда или действие?

- Правда, - эльф даже бровью не пошевелил. Вот бы мне такую выдержку.

- Сколько в тебе эльфийской крови? - Кажется Лада сегодня хотела побить все рекорды по неудобным вопросам. Я покраснела, чувствуя острый приступ стыда за соседку, Алдо поперхнулся своим пивом. Рэй же только хмыкнул удивленно, но спустя пару все же ответил:

- Я чистокровный эльф, насколько я знаю, примерно до четвертого поколения, - соседка кивнула, принимая ответ, а Алдо уважительно присвистнул. Я тоже более внимательно посмотрела на своего нового знакомого. Таких как он осталось не так уж и много - эльфов, которые борются за чистоту крови. Ещё в ту давнюю эпоху, когда земли эльфов были завоеваны людьми во главе с драконами, многие дворянские эльфийские семьи либо по собственной воле, либо по принуждению, были вынуждены заключить браки с людьми. Таких, как семья Рэя считали что-то вроде белых ворон. Хотя в столице и ходили упорные слухи о том, что в Озёрном крае - столице эльфов, вокруг Королевы эльфов зреет нечто вроде оппозиции, желающих отстоять свои кровные права и чистоту происхождения.

Мда, надо меньше мне слушать отца с его любимой политикой.

- Лада, правда или действие? - тем временем включился в игру Рэй.

- Правда, - девушка решительно тряхнула головой.

- Какой твой настоящий цвет волос? - Лада на секунду стушевалась. Но виртуозно выдала это за задумчивость.

- Ммм... Я давно видела его. Наверное, ближе к светло-русому.

Так мы бы просидели ещё долго, тем более что все, кроме Алдо старались потреблять алкоголя в меру. Но владелец комнаты, кажется, решил взять меня на износ, чуть ли не в каждый свой ход предлагая действие. Мы успели узнать о том, что Алдо – маг земли, а Рэй – огня. И что в итоге мы вчетвером образуем классический Обсидиановый квартет стихий. Рэй, оказывается, видел вживую наследника, что редкость, а сестру Алдо уже сейчас зовут в Разведку, что является огромной честью. Место службы для каждого чародея, сколь вожделенное, столь и опасное.

Но скоро я поняла, что делать даже маленькие глотки из кувшина не помогает, так как хмель уже приятной расслабленностью растекался по телу. Было хорошо, но остатки здравого смысла подсказывали остановиться.

- Правда или действие? – Рэй откинулся назад, упершись спиной о диван и глядя на Ладу из-под опущенных век.

- Правда, – недолго раздумывала девушка.

- Нарушала ли ты когда-нибудь правила? – Алдо довольно хмыкнул, с одобрением глянув на соседа. Мы все с интересом посмотрели на Ладу. Она ответила не сразу.

- Да. И не раз. Надеюсь, это не будет использоваться против меня? – Рэй только пожал плечами. - Алдо, правда или действие? – Лада скосила сочувственный взгляд в мою сторону и ободряюще улыбнулась.

- Действие! – Алдо отсалютовал мне почти пустым кувшином. Я вяленько ответила тем же, скривившись.

- В таком случае, идём спать, – Лада поднялась. Я облегченно простонала, с трудом поднимаясь вслед за ней. Рэй галантно не дал мне упасть прямо в кресло. Кажется он тоже был рад такому развитию событий.

- Эй, мы же только начали! – Алдо с досадой махнул рукой, сам не замечая того, как его ведет в сторону. Не одной мне пора было отправляться в кровать.

Наутро, как и предполагалось, я едва смогла поднять тяжелую голову от подушки. Кажется я ещё никогда в своей жизни не пила так много. Рискуя нарваться на лишнюю отработку после воскресной исповеди, вознесла благодарности Всеотцу за то, что не надо натягивать на себя идиотский балахон, а можно обойтись платьем.

Лада выглядела не в пример бодрее меня. Под глазами у соседки залегли тени, но это и всё. Девушка пылала энтузиазмом и едва не притоптывала, как лошадка, перед выходом из наших покоев, пока я медленно закидывала в заплечную сумку свитки и инструменты для записей. Я в зеркала даже смотреться не стала, опасаясь того, что увижу. Только волосы чуть пригладила, чтобы не торчали в разные стороны непослушными кудрями.

С нашими товарищами по ночным посиделкам было всё ровно то же самое. Рэй выглядел так, будто собрался на прием к императору, а не на первое занятие. А вот Алдо можно было только посочувствовать. Растрепанный, в помятой одежде, натянутой кое-как, он стоял перед аудиторией с большой деревянной кружкой в руках. Наполовину опустошенная, она была протянута мне.

- Это что такое? - Я с подозрением принюхалась, но кружку приняла.

- Отвар, сестра выдала, - пояснил Алдо и вымученно улыбнулась. - Я же обещал.

- Что-то тебе не очень помогло, - заметила я.

- Пей и не привередничай, принцесса, - фыркнул парень. - И где мое спасибо?

- Спасибо, конечно, - я сделала глоток. Отвар, как я и ожидала, оказался редкостной гадостью. И почему травники не могут изобрести хоть что-нибудь повкусней. - Но вообще-то, это ты виноват…

Тем временем среди толпы первокурсников появилась кастелянша. Гордо посматривая на нас сверху вниз, он проплыла мимо, демонстративно отворила створчатые двери учебного класса и также молча удалилась, словно призрак. Ручеек учеников потек внутрь помещения.

Первым занятием нам поставили теорию магии. И курс моментально разделился на два лагеря – те, кто считал, предмет совершенно бесполезным, - ведь всю теорию нам объясняли еще домашние учителя магии, - и тех, кто в предвкушении готовился к новым знаниям. Мы вчетвером разделились ровно пополам: Лада и Алдо были уверены, что этот предмет не заслуживает их внимания, а мы с Рэйем жаждали узнать что-то новое. Не знаю как эльф, но мне казалось, что я очень далека от понимания магического мира. Мой мастер – едва выпустившийся из Академии студент, учителя посерьезней мы просто не могли себе позволить, занимался со мной спустя рукава. И я наоборот боялась, что в моем домашнем обучении обнаружатся серьезные пробелы.

Расселись мы согласно своим ожиданиям к предмету: мы с Рэйем поближе к преподавателю, Лада и Алдо где-то в середине аудитории, не желая светиться. Странное желание, учитывая алые волосы Лады. Не заметить её было сложно, как подсолнух посреди поля ржи. Красный подсолнух.

Преподаватель возник в дверях аудитории ровно без одной минуты назначенного времени. Тишина воцарилась почти мгновенно. Широкоплечий мужчина с сединой в темных волосах и роскошными усами, встал на свое место - ровно посередине невысокого подиума. Я на всякий случай взяла на изготовку перо.

- Доброе утро. Меня зовут магистр Бехлер, я декан факультета теоретической магии. На меня возложена великая ответственность познакомить вас с курсом «Теории магии», который, как и многие другие теоретические дисциплины, длится год. Все лекции я прошу тщательно записывать. Проверять не буду, но как показывает опыт, каждое записанное слово вам пригодится. Прогуливать не рекомендую, – взгляд черных, словно два уголька, глаз из-под кустистых бровей, обвел аудиторию. – У меня отличная память на лица. Лучше, чем хотелось бы студентам.

В аудитории никто, кажется, даже не дышал, так было тихо.

- Так как уровень знаний у вас всех, скорее всего, разный, для начала мы просто поговорим, – Бехлер громко хлопнул в ладоши, выводя аудиторию из оцепенения. – Что такое магия?

Ответом магистру было, конечно, молчание. Мужчина нахмурил свои кустистые брови, отчего стал казаться ещё суровее, а желания отвечать стало ещё меньше.

- Ну же, представьте, что это просто разговор за кружечкой эля. Я не требую от вас глубоких познаний предмета.

- А эль давать будут? - Я даже не оборачиваясь узнала голос Алдо. Ну, конечно.

- Если вы ответите правильно на вопрос, мессере…

- Мантегаца.

- Если вы ответите на вопрос правильно, мессере Мантегаца, я клянусь лично принести вам кружку хорошего эля, - хмыкнул профессор. Напряжение сразу как-то спало. Кто посмеивался, кто пытался разглядеть смельчака.

- Магия - это способ достижения своих целей путем наименьшего сопротивления, - смело и громко отчеканил Алдо. Кое-где раздались смешки, кто-то одобрительно заулюлюкал. Магистр улыбнулся, и его суровое лицо стало куда мягче.

- Правильно, но лишь отчасти. Садитесь, мессере. Ещё варианты?

- В церкви говорят, что магия - это зло, - раздался звонкий голосок откуда-то с верхних рядов.

- Мадонна, - Бехлер приподнял голову, стараясь высмотреть источник голоса. - Представьтесь.

С заднего ряда поднялась тоненькая фигурка девушки. Она была какой-то хрупкой, изящной, с роскошными светлыми волосами и большими глазами. А ещё красными от смущения щеками.

- Тинави, - она заправила локон белокурых волос за ухо.

- А ваша фамилия? - Мягко уточнил Бехлер.

- Я… ой, - девушка смутилась еще больше. - Тинави из Сканно.

- О, так перед нами самородок, - с интересом потянул магистр, чем смутил девушку ещё больше.

- Что это значит? - Шепнула я Рэю. Он покосился на меня с удивлением.

- Она из простых.

Я уставилась на скромную девушку с ещё большим интересом. Из простых - это значит, что она не состояла в родстве ни с кем из дворянских фамилий. По крайней мере, официально. И магия её была не от родства с драконами, а природной, как её ещё называли иногда, истинной. Такими были первые маги в истории, а ещё их потенциал силы мог быть очень высоким. Опасно высоким.

- Так, и что же говорит церковь по поводу магии? - Подбодрил смущающуюся девушку Бехлер.

- Что магия - происки сил Хаоса, - начала Тинави. - И что люди, творящие её не ведают, что творят. Что, пусть магия иногда и становится источником благих деяний, но при этом использование магии надо строго ограничить, а магов… - Девушка, было переставшая смущаться, снова потупила взгляд, не решаясь произнести конец фразы.

- Ну-ну, мадонна Сканно, а что надо сделать с магами по мнению церковников?

- Посадить на цепь, как бешеных псов.

В зале снова повисла тишина. На этот раз весьма неприятная, как будто резко похолодало. Я поёжилась. Это было чистой правдой: церковь, несмотря на то, что маги были кровь от крови императоров-драконов, да еще и плотно вплетены в управление и жизнь страны, все равно ею осуждались. Помню, когда в моем приходе узнали, что во мне пробудились магические способности… Это был один из худших дней в моей жизни. Казалось, что проповедь была направлена меня одну, что все взгляды, все мысли многочисленных присутствующих были обращены на меня. Я еле отстояла службу, потом заперлась в комнате и долго отказывалась оттуда выходить.

Только со временем я поняла, что большинство из этих взглядов были вовсе не осуждающие, а завистливые. Потому что как бы не осуждала церковь магию, а от того менее ценной и престижной она не становилось. Ребенок-маг в семье - большая удача.

Но это в столице. Не представляю, что пришлось испытать Тинави, из какой бы большой деревни она не была, люди там все равно другие. А маги, если не считать деревенских травников - приезжие из столиц.

Бехлер кивнул. - Ещё есть мнения?

- Магия - это сила, которую можно использовать во благо и зло, в зависимости от склонности мага, - послышалось откуда-то.

- Поэтому она подконтрольна Совету магов, - крикнул кто-то позади меня. Прозвучало ещё несколько повторяющихся вариантов и, в конце концов, магистр поднял руку, призывая всех к тишине.

- Все вы по-своему правы. И те, кто говорит, что магия - благо, и те - кто зло. Давайте попробуем разобраться в этом детально, - профессор взмахнул руками, в воздухе появились знакомые руны четырех стихий, какими они были выжжены на телах студентов.

- Первое: магия – это не наживное и не приобретенное, а исключительно врожденное. Ещё нет на свете ни одного заклинания, зелья или артефакта, который мог бы наделить существо магическими способностями не в меру отведенного, – Бехлер сделал небольшую паузу, давая нам время записать. – Второе: в нашем мире достаточно магии, но не все одинаково одарены возможностью её обрабатывать. И именно те, кто одарён, могут называться магами. Третья: магия бывает только, я подчеркиваю это, только стихийной. Что это значит? Маги черпают силу из своей стихии и дальше могут преобразовывать её в любое другое заклинания, будь то целительство или некромантия.

От рун потянулись стрелки к нарисованному в воздухе человечку, а стрелка от него вела к огромную разнообразию других заклинаний. Картинки для самых маленьких.

- Возникает логичный вопрос. Если я маг, например, земли, могу ли я пользоваться магией огня?

Из четырех стихий у нарисованного человечка осталось всего две: огня и земли. Стрелка от земли стала зеленой, от огня – красной.

– Можете, отвечу я. Но организм будет всячески отторгать эту энергию, а последствия могут быть непредсказуемыми. Так что прибегайте к этой возможности только в исключительных случаях. Лишь, когда это вопрос жизни и смерти.

Нарисованный человечек на миг загрустил – на его круглой голове появилось грустное выражение. И в следующее мгновение все рисунки исчезли.

- Когда мы с вами прошли то, что должен знать любой ребенок, обратимся к вещам, более соответствующим студентам Императорской Академии Магии, – в воздухе вспыхнули буквы. – «Doctrina Postea», она же «Теория замещения».

Перья заскрипели по пергаменту с удвоенной силой.

- Для сотворения чар вне зависимости от степени их сложности необходима энергия. Колоссально много энергии — гораздо больше, чем способен аккумулировать организм самого чародея. Основным доступным источником необходимых для колдовства ресурсов являются четыре природных стихии: огонь, вода, земля, воздух. Стихии, которые чародей в буквально смысле грабит — вытягивая, трансформируя, придавая в сущности противоестественные формы тем силам, ключевая функция которых — питая, поддерживать жизнь. И вот тут возникает проблема. Поскольку съеденному пирожку невозможно вернуть румяную корочку и преобразованная магом энергия — совершенно не то, чем было прежде, для восстановления баланса природа вынуждена прибегать к кое-каким ответным действиям. Так, в местах повышенной магической активности эволюционные процессы идут в абсолютно невероятных для других мест темпах и в абсолютно непредсказуемом русле.

У меня начало сводить пальцы от быстрого письма, но я понимала, что промедление было сейчас подобно смерти. Слова профессора буквально гвоздями входили в мозг вместе с едким вопросом: такое ли это благо – магия, каким его считают многие?

- Интенсивное и продолжительное выкачивание энергии из стихий, сосредоточенных в конкретной местности, является мощнейшим ударом по природе вокруг, печальным следствием которого зачастую становится почти полное истребление одних видов с последующим замещением их новыми, гораздо более приспособленными, кровожадными и свирепыми. Мутациям посредством длительного контакта с «отработанной» энергией подвержена вся живая материя — и флора, и фауна. За исключением людей, эльфов и нечисти, – Бехлер взмахнул рукой, стирая все записи с магической “доски”. - Вернее: и люди, и эльфы, и нечисть магическим мутациям вполне подвержены, правда, для подобного рода экспериментов потребуются лаборатория, упорство и чрезвычайно раздутое эго. - Маг хмыкнул, но тут же стал крайне серьезен. - Официально опыты над разумными видами под строжайшим запретом. Кроме нечисти.

Магистр сложил руки на груди, выжидая, пока все мы закончим записывать его слова. После чего обвел каждого из нас взглядом своих пронзительно-черных глаз.

- По сей день не существует способа для нейтрализации магического воздействия на природные процессы. Впрочем, для того чтобы по-настоящему что-то испортить, понадобится довольно сильное и продолжительное воздействие…

- Профессор, – послышался голос где-то сзади. Я с замиранием сердца обернулась, увидев как Лада вскинула руку. Это, видимо, в её мире называется “не светится”. – Поэтому возле Гвинефэр такая концентрация волшебных существ?

Я вместе с остальными студентами обернулась обратно к Бехлеру, замечая, как кустистые брови магистра поползли вверх от удивления. Ещё бы, мне тоже интересно, откуда у моей соседки такие вопросы.

- Мадонна…

- Монтоне, - подсказала Лада.

- Мадонна Монтоне, не буду спрашивать, откуда такая осведомленность о Высшей Академии, но вы правы лишь отчасти. Территория болот, на которой стоит Гвинефэр, изначально славилась плохой аурой. И, скажем так, магические семена упали на правильную почву.

Остаток лекции нам пришлось записывать уже более занудные постулаты “Теории замещения”, каждая из которых сопровождалась теоретической выкладкой со схемами. Алдо не обманул, вскоре моей голове стало легче. Но зато мне казалось, что рука моя после такого активного записывания лекции с непривычки точно отвалится.

- Интересно, есть какое-нибудь заклинание, которое заставляет перо писать самому? - Пожаловалась я, выходя из зала для лекций.

- Есть, но оно запрещено, - тут же отозвался Рэй рядом.

- Но хотя бы что-то, что позволит моему запястью не отвалится?

Мы вчетвером двинулись к общему залу, чтобы подкрепить силы чем-то вроде обеда. И не только силы. После такой вот лекции настроение было отвратительным, с привкусом чего-то горького на языке. И, кажется, не у меня одной. Я покосилась на ребят. Лада с любопытством исследователя рассматривала проходящих мимо студентов, Рэй потирал переносицу, глядя себе куда-то под ноги, Аарон кусал губы. Так и не решившись заговорить, мы дошли до общего зала.

Как ни странно, Алдо со своей неугомонной натурой, заговорил первым. По всей видимости, молчать у него больше сил не было.

- Получается, что церквоники не такие уж и дураки, – парень подтянул к себе тарелку, на которой дымилось дивного вида тушеное мясо. – Как только во мне открылся дар, как только я начал учиться магии, то все рассуждения Церкви о том, что магия – это проклятье, несущие лишь смерть и разрушение, принимались мной за бред сбрендивших стариков.

Я кивнула. Он был прав, я чувствовала то же самое. Несмотря на то, что отец пытался воспитать меня в глубокой вере во Всеотца, ко всем тем проповедям, что касались магии, я относилась настороженно. Да и верили в них только совсем уж недалекие и обозленные на мир крестьяне. Для меня это всегда было странностью, ведь именно маги помогали им с погодой, скотом, болезнями, в конце концов. В любом, даже самом захудалом доме деревни при входе будет воткнута Булавка – слабенький магический артефакт, защита от сглаза. И зная это, слышать проповеди о магах-нечестивцах было втройне странно.

- Это и есть бред, - Лада передернула плечами и отобрала у Алдо тарелку с мясом. - Тебе хватит, - показала парню язык и принялась накладывать себе. - Магия - дар от драконов. А называть злом часть драконов само по себе ересь. Вы что, ребят?

- А как же последствия использования магии? - Я пристально посмотрела на невозмутимую соседку. - Это тоже добро?

- Это издержки. В любом деле есть часть материала, которую уже невозможно использовать, и она идет на выброс. Или перерабатывается. Ты видела когда-нибудь, как делаются монеты?

- Нет, конечно! Они же делаются в драконьем замке.

- Не в замке, а на монетном дворе. Он находится на территории замка, - Лада отодвинула тарелку и принялась активно жестикулировать. - Берется вот такая пластина, например, серебра, - она очертила в воздухе прямоугольную фигуру где-то с локоть длиной. - И из этой пластины с помощью двух прессов с рисунком, их называют штемпеля, выбивается кружочек монетки. Р-р-раз! - Лада стукнула кулаками друг об друга. - И выходит монета.

- Как готовить равиоли? - Уточнила я.

- Откуда ты знаешь, как готовить равиоли? - Алдо выгнул бровь в удивленном жесте и оторвался от созерцания жестикуляции Лады. Я стушевалась, отвела взгляд.

- Кухарка показывала однажды, - быстро нашлось оправдание. На деле, нам с мамой однажды пришлось почти год готовить самим. Даже вспомнить страшно, что получалось в первое время. И как мама прятала слезы. Конечно, не о такой жизни она наверное мечтала, выходя замуж за рок Моро. - Надо раскатать тонко-тонко тесто, а из него вырезать формы.

- Точно! - Лада преободрилась. - Тогда ты представляешь, сколько потом остается теста? Так и с магией. Это просто излишки.

- Но тесто можно смять снова, как и серебро перелавить. Что ты будешь делать с мутирующий магией? - Поинтересовался Алдо, который явно был на моей стороне.

- Как что? - Лада посмотрела на нас как на дураков. - Охотится. Думаете боевых магов просто так посадили на этих болотах? Они же косят местную фауну толпами. Это у них что-то вроде разминки по утрам.

Только я хотела спросить, откуда Лада столько знает про закрытую, в общем-то, Академию для боевых магов, меня опередил Алдо.

- Рэй, а ты чего молчишь?

Мы все уставились на эльфа. Он во время нашей дискуссии чинно наслаждался обедом. И сейчас, прежде чем ответить на вопрос Алдо, сначала отложил прибора, потом промокнул рот салфеткой и после этого посмотрел на соседа.

- Что я должен сказать?

- Вы там в Озёрном крае все еретики, поклоняетесь Матери, - заявил Алдо.

- Это не так, - мягко возразил Рэй. - У нас чтимы и Матерь, и Всеотец.

- И что же говорят у вас про магию? - Оживилась Лада.

- То же самое, что и у вас. Жрицы Матери более терпимы к магии, но всё равно призывают использовать её только в крайней необходимости.

Кажется Алдо хотел спросить что-то ещё, но застыл в нерешительности. Он смотрел нам с Рэйем за спину и явно не находил слов, чтобы выразить свое изумление. Мы с эльфом обернулись. Позади стоял профессор Бехлер с кружкой в руке.

- Это вам, мессере Мантегаца, - кружка была вручена застывшему Алдо.

- Но она пуста, профессор, - парень перевернул кружку, потряс ею, демонстрируя правоту своих слов. - Мы говорили о кружке эля. Могли бы налить хотя бы половину!

- Вы же сами сказали, что магия - способ добиться желаемого. Добивайтесь, мессере Мантегаца.

Глава 4. Тея

Чем ближе они подходили к высоким стенам, что ограждали столицу от остальной империи, тем неуютнее становилось Тее. Шум, скопление народа, высокие здания… Всё это пугало девушку, словно лесного зверя. А за полгода в лесу она, наверное, так одичала, что даже суета в Храме показалась бы Тее базарным днем.

Серые стены давили, заставляли девушку сильнее сжиматься, в глупой надежде, что её одежды останутся незаметными для городской стражи, которая хоть и лениво, но все же осматривала въезжающих в город.

- Будь добра, перестань ёрзать, - тихо попросил Тед, натягивая поводья и заставляя свою верную лошадку перейти на шаг. - Боишься?

Тея демонстративно фыркнула, показывая все свое пренебрежение. Мысли он её читает что ли?

- На нас с тобой им плевать, - ответил Тед, улыбнувшись. - Смотри.

Они как раз подъезжали к воротам, попадая в небольшую очередь, что образовалась благодаря торговцу, который пытался въехать в город. Его повозка была загружена с маковкой, так что вол, тащивший все это богатство, тяжело отфыркивался.

- Тпррр! - Один из стражников, остановил животное, потрепав по лохматому загривку. - Что везем? - Это уже, конечно, было не к волу, а к его хозяину. Такой же объемный, как его скотина, торговец слез с козел. Теперь вопрос был только в цене.

Тед двинул лошадь мимо разыгравшейся сцены, которая была стара как мир. Тея, как бы ей было не любопытно посмотреть, чем кончится дело, постаралась побыстрее отвернуться, сделать вид, что ей ничуть не интересно.

- Извольте посмотреть, мессере, - суетился торговец. - Вот здесь кувшины, а тут тарелочки. Сами делаем…

Один из стражей, нахмурившись, обернулся к всаднику. Но заметив дублет стражи - коричневого цвета с нашивкой в виде двух драконов на груди, лицо стражника разгладилось. Он приветственно махнул всаднику, Тед ответил тем же. Страж с любопытством взглянул на Тею, но задавать вопросов не стал. Дележка добычи торговцы интересовала его больше, чем девка на лошади.

- И часто ты катаешь девушек верхом?

- Только в свободное от службы время, - рассмеялся Тед.

Они въехали в Большую столицу.

Город обрушился шумом, яркими красками и непривычными запахами. То и дело на глаза попадался камень. Камень здесь был повсюду - булыжная мостовая, приземистые каменные домишки, каменные стены позади. По улице, громыхая, прокатила какая-то телега, её вез мужик в лохмотьях. Ставни одного из домов распахнулись, оттуда высунулась женщина. Её бугристое лицо выражало крайнюю степень недовольства.

- Мария! Мария! - Истошно завопила она.

Открылось окно через дом.

- Чего тебе, старая?

- Где мое молоко? - Она подергала за канат, к которому была привязана корзина, что висела на уровне первого этажа. Только сейчас Тея заметила, что почти возле каждого окна помещалась такая же конструкция: крюк, через который была перекинута веревка, к одному концу которой была привязана корзина.

Тед причмокнул, и послушная лошадка свернула в противоположную сторону. Город жил, кипел жизнью, но был не безразличен к новым лицам. Прохожие провожали их заинтересованными взглядами. Стражник, хоть и в перепачканной кровью одежде, вызывал меньше интереса, чем девушка в его объятиях.

- Сними платок, - шепнул Тед, накидывая на плечи Теи свой плащ. - Привлекает много внимания.

- А так меня примут просто за шлюху? - Волшебница и правда потянула с головы плат. Темные волосы немедленно рассыпались по плечам.

- Нет… Точнее, не то чтобы… - Стражник покраснел, плотно сжал губы, уставился перед собой. Тея усмехнулась. Надо же. Как будто в жрицы Аквилии готовили его, а не её.

Пару узких улочек, петляющих в каких-то сомнительных изгибах, потом улица круто пошла вверх, и вот, наконец, они выехали на главную площадь столицы. И если до этого Тея была уверена, что оглохнет от шума, то только теперь поняла, как сильно ошибалась.

В центре огромной площади стоял сколоченный наспех из досок помост. На нем в сомнительного вида одеждах стоял мужчина и выкрикивал, чудом перекрикивая гомоняющую толпу:

- Слушайте и не говорите, что не слышали…

Прилавки, крытые яркими тентами, пестрили в глазах. Ранняя и теплая весна была богата на свои дары. Овощи в достатке, кожа, даже камень. Откуда-то доносился запах свежего хлеба, лимонов и рыбы. Люди шумели, толкались, спорили. Время от времени сквозь толпу проезжали всадники или проходил кто-то из знатных. Тогда людское море расступалось, пропуская.

Тея, сглотнув горячую голодную слюну, торопливо отвела взгляд. А посмотреть ещё была на что. Городская ратуша ощерилась на площадь окнами, но настоящим местом, которое приковывало взгляды, был храм Всеотца.

Громадина из серого камня, с острыми шпилями, стрельчатыми окнами и огромным цветным витражом. Самый высокий из шпилей, который, кажется, грозился проткнуть небо, венчал знак церкви - круг с четырьмя знаками, сверху, снизу и по бокам. В центре круга было квадратное отверстие. Круг золотился в отблесках солнца и сам казался вторым солнцем.

В детстве ей рассказывали ту же историю, что и всем, кто исправно ходил в церковь: четыре равных друг другу бога, олицетворяющих народы империи - это четыре знака в круге. И сам круг - знак Всеотца, главного над ними, самого могущественного. Он и есть мир. Его главенство признают все другие боги, а люди - и подавно.

Но когда Тея попала к Аквилиям, мать-настоятельница рассказала немного иную историю. Что богов изначально было не пятеро, а шестеро. Что да, круг - это действительно Всеотец. Но центр мира, там где сейчас вместо него квадратное отверстие - это Матерь. Она сердце этого мира, которое однажды вырезали.

Тея не верила ни одной, ни второй из этих басенок. Она верила лишь в Тени.

Если поднять голову чуть выше, то можно было увидеть шпили древнего замка. Он стоял на горе и возвышался над всем городом. Однако в нем не было той стройной красоты, что была свойственна храму. Шпили торчали там и тут, к основному каменному телу как будто были пришиты маленькие отростки, отличающиеся и по цвету, и по стилю.

- Это драконий замок?

- Да, - Тед приосанился, как будто он лично строил его. - Красивый, правда?

Тея не считала его красивым. Скорее, нелепым. Как будто его строил ребенок, не имеющий представления об архитектуре.

- Ты был там когда-то?

- Не-е-ет, что ты, - мужчина рассмеялся как-то неловко. - Я обычный стражник, а в замке императора бывают только разведчики.

- Боевые маги из разведки? - Тея замерла.

- Ну, да, кто же ещё.

- А кого-нибудь из драконов ты видел? - Девушка старалась задавать вопросы аккуратней, скрывая свое нетерпение.

- Императоров? Пару раз, - кивнул Тед. - И императрицу однажды издалека. А ещё как-то видел, как драконы летали над замком. То были сумерки перед рассветом. Я дежурил и как раз вышел… Кхм, в общем, вышел. И увидел силуэты над замком.

Тея кивнула. Одним словом, ясно, обычным смертным, как она и предполагала, до драконов не добраться. Впрочем, не нужны были ни императоры, ни тем более императрица, хотя взглянуть было бы и любопытно. Тот, ради кого она решилась сбежать в столицу не жил в замке на горе.

- А ещё я несколько раз видел Кетцера, - продолжал Тед.

- Того самого? Из Разведки? - Тея напряглась всем телом.

- Да, он вообще любитель заявиться в какую-нибудь ночлежку. Правда, там где он появился - жди беды. Такие как он без причин в гости не приходят.

По спине Теи побежали дрожь. Близко, очень близко. Вот кто ей был нужен. Племянник императоров, самый сильный маг империи за несколько столетий, глава самого опасного и таинственного заведения страны - Мортетортюра. Человек, который убил её родителей, вырезал всю семью.

- Интересно, и не страшно ему? - Как бы невзначай спросила Тея.

- Да что такой как он может бояться? - Тед рассмеялся. - Разве что сплетен. Но смотреть там не на что. Ты если хочешь поглядеть на настоящих драконов…

Дальше уже Тея болтовню стражника не слушала. Пробыв в дороге с Тедом весь день, она привыкла к тому, что тот болтает много и часто не по делу, а потому быстро научилась его не слушать.

Как бы было хорошо, застань она Кетцера где-нибудь в городе. Очевидно, что в саму Разведку она может попасть только одним способом - в кандалах. А от такого проку мало. Для того, чтобы нанести один точный и смертоносный удар ей нужны были не только свободные руки, но и вся её магия.

- …праздник, на который съедется вся Империя, - тараторил Тед, пока они съезжали в узкие улочки. Они петляли и все дальше и дальше уходили вглубь города. Дома становились ниже, мостовые сменились просто хлюпающей под ногами лошади грязью.

- Ты разве живешь не в казармах? - Тея плохо знала что-либо о быте городских стражников. Она и в городе-то то была лишь однажды в глубоком детстве, в какой-то будто одной из прошлых жизней. Но в их родовом замке отец держал большую дружину. По внутреннему двору всегда разгуливали люди при оружии. Тея знала, что они живут в специально построенных для этого казармах.

- Когда как, - уклончиво ответил мужчина. - Иногда дома требуется помощь.

На этом словоохотливость гвардейца кончилась, и они поехали молча.

Дом Теда оказался двухэтажным небольшим зданием, на первом этаже которого находилась лавка сапожника. Здесь даже был узенький мощеный дворик со скамьей и диким плющом, что вился по стене. Чтобы войти внутрь, им пришлось спешиться, а Тед на силу заставил свою лошадку наклониться, чтобы пройти под невысокой аркой.

- Ты зачем сюда скотину привел? - Крикнул женский голос со второго этажа. Тея подняла голову, гладя как из оконного проема к ним склоняется девушка. Полные руки, румяные щеки, пронзительный взгляд. Волосы скручены в тугой узел.

- Не кричи ты, я её в казармы уведу, - рыкнул в ответ Тед.

- Вот и уводи, а то развернуться негде, - ответила неизвестная. Бросила подозрительный взгляд на Тею и исчезла.

- Склочная баба, - пробубнил себе под нос Тед, поглаживая лошадку.

- Не сердись, Теобальд, ты же знаешь, что Патриция хочет как лучше, - донесся мягкий голос со стороны.

В тени дикого виноград на скамье сидела женщина. Загорелое её лицо было покрыто сеточкой морщин, от открытой и доброй улыбки расходилось такое тепло, что Тее стало даже немного неуютно. Голубые водянистые глаза смотрели на Теда.

- Да, мама, - вздохнул гвардеец, накидывая поводья на лошадку и подходя к женщине. Он склонился, поцеловал морщинистую руку. Вторая тут же потрепала Теда по волосам.

- Почему от тебя пахнет кровью? - Женщина нахмурилась. - Ты опять с кем-то подрался, несносный мальчишка?

- Мама, - тянет Тед. - Это моя обязанность. Ай! - Мужчина выгнулся, на лице его появилась болезненная гримаса. Женщина схватила непутёвого сына за ухо. - Я в порядке! Честно!

- То-то же, дьяволенок, - улыбнулась женщина и отпустила Теда из цепкого плена. - И кого ты мне привел?

Взгляд её, наконец, обратился к Тее, которая так и стояла посреди двора. Девушка по привычке сложила руки перед собой, собираясь поклониться, как это делали в Храме перед вышестоящими, - привычка вбитая в голову палками, - но замерла. Поняла вдруг две вещи: женщина перед ней слепа. Белесые глаза смотрели на нее, но не видели. А ещё она почувствовала тонкое, едва уловимое дыхание Силы. Женщина обладала магическими способностями.

- Мама, это Тея, - Тед жестом поманил свою гостью поближе. Тея не стала сопротивляться, сделала пару шагов навстречу. - Она… помогла мне.

Очевидно слово “спасла” стражник говорить боялся, потому что после этого мог возникнуть логичный вопрос: спасла от чего? Но мудрая женщина уже и сама всё смекнула.

- Зашила тебя, пока ты истекал кровью, как новогодний хряк?

- Мама! - Тед так густо покраснел, что даже Тее стало его немного жаль. Она опустила голову всё же пряча улыбку. - Тея, это моя мать - мадонна Фелиция.

- Иди сюда, дитя, - девушка и ответить ничего не успела, как теплые руки коснулись ее руки. Тея испуганно отпрянула. - Ну-ну, не бойся. Я просто хочу ощупать твое лицо. Видишь ли, только так я могу видеть этот мир.

Тея кинула взгляд на мужчину, тот ободряюще кивнул. И она наклонилась, подставляя лицо. Мягкие и теплые пальцы пробежались по линии подбородка вверх, ощупали нос, брови, глаза, губы. Словом, все. Как ни странно, в этом не было чего-то действительно неприятного. Однако Тея не могла перестать думать, каково этой женщине живется в мире, в котором нет ничего, только пустота вокруг.

- Красивая, - сделала вывод Фелиция и отстранилась. - Тебе некуда пойти, девочка?

- Мама, она…

- Теобальд, кажется я не с тобой разговариваю.

Тед немедленно стушевался и виновато взглянул на Тею. Кажется, для него мать была непререкаемым авторитетом.

- Все верно, мадонна, - не стала кривить душой Тея. - Я только что прибыла в столицу и у меня ни гроша в карманах.

- Чем жы ты собираешься зарабатывать на жизнь? - Фелиция нахмурилась.

- Я умею врачевать, - ничуть не смутившись, ответила Тея. - Думаю, ваш сын даст лучшие рекомендации.

Фелиция громко рассмеялась. Смех у нее был заливистый, заразительный. Даже хмурившийся Тед улыбнулся.

- Не пропадешь, - одобрительно потянула женщина. - Так и быть, найдем тебе угол.

Жилые комнаты были на втором этаже. Комнат, в общем-то, было две. Одну занимал старший брат Теда, хмурый мужчина с сединой в темных волосах, хотя на вид ему было не более сорока. Патриция, та девушка, которая кричала из окна второго этажа, была его женой. Супружеская пара обладала двумя наследниками трёх лет и полугода.

Тед с матерью занимал вторую половину верхнего помещения. Здесь была всего одна кровать, судя по всему, Фелиции. Тед ютился у противоположной стенки на соломенном матраце.

- Постелем тебе вот тут, - указал он на свое место, - а я к окну.

- Я не боюсь холода, - попыталась уверить его Тея, но страж упрямо замотал головой.

- Нет, это всё что я могу тебе дать.

Переубедить его не удалось, и Тея сдалась. Всё равно это ненадолго.

Ни матрац, ни ещё шестеро человек её не пугало. После сна под открытым небом - это было что-то наподобие королевских перин. Просто чтобы подобраться поближе к Кетцеру надо было не обрастать уютным уголком, а искать. И этому явно не способствовало хозяйство, ласковая Фелиция и Патриция, которая обрадовалась тому, как Тея одним движением руки вылечила старшему сыну сопли, которые ручьем текли уже месяц.

Видя, что сейчас жрицу возьмут в оборот, Тед предложил Тее немного показать город.

- Я как раз хотел пройти до казарм, надо вернуть мою красотку на место, - они стояли во дворе, Тед взял лошадку за поводья. Тея кивнула благодарно. Не хотелось бы плутать, в случае, если ей придется отлучиться.

Она снова спрятала волосы под платок и они вместе отправились возвращать казенную лошадь. На этот раз пешком.

- Зачем это? - Тед указал на зеленый плат с коричневой каймой.

- Все жрицы и послушницы носят его, - ответила Тея.

- Нет, зачем ты надела его сейчас? - Тед помотал головой. - Разве ты не сбежала? Это не значит, что ты больше не жрица?

О, как бы Тея хотела на самом деле до конца избавиться от этого платья! Домотканная ткань грязно-зеленого цвета с коричневой по низ окантовкой и такой же платок - форма Планты. А до того было белое, а до него - нежно-голубое. Всегда один фасон, менялись только цвета и кант, обозначавшие твою ступень службы. Столько лет прошло, а она так и не привыкла к этому, и хотела бы сжечь это платье, вторую кожу к которой так привыкла. Но жрицы должны были сослужить ей ещё одну, последнюю службу.

- Жрицы Аквилии известны своими целительскими способностями. Так я быстрее найду тех, кто захочет заплатить мне за работу, - призналась Тея. А деньги ей сейчас ой как нужны были. Хотя бы для того, чтобы избавиться от платья. Но для начала снять себе комнату где-нибудь подальше от Теда и его семьи.

- Почему ты сбежала? - Стражник прищурился.

- Кажется, ты обещал больше не задавать мне вопросы.

Тед недовольно засопел, но замолк, по всей видимости, обидевшись. Они еще долго шли молча. Пока Тея не заговорила первой.

- Что с глазами у мадонны Филции?

- В какой-то момент она стала всё хуже и хуже видеть, - Тед ответил охотно. - А потом за год и вовсе почти перестала. В последний раз, когда я спрашивал, она говорила, что видит лишь яркие движущиеся пятна перед собой.

- Почему не пошли к целителю? - Тея чуть склонила голову, глядя на стражника. Очевидно, простой лекарь тут делу не помог бы. Однако маг еще мог вернуть Фелиции зрение.

- Я копил деньги с жалования, - Тед помрачнел. - Но потом умер отец, и расплачиваться с целителем стало нечем.

Тея кивнула. Это была правда, целители, особенно высокой ступени, брали за свои услуги много. Несколько раз она с другими послушницами и старшей жрицей, путешествовали по деревням и даже доходили до ближайшего города. Обязательной частью служения жрицы было спасение. И хотя в храм и без того постоянно шли люди, жрицы не гнушались и самой тяжелой работы. К ним выстраивались настоящие очереди из тех, кто нуждался в помощи, но не имел денег, чтобы заплатить магу-целителю.

Жрица поймала взгляд стражника. Тот смотрел на нее выжидательно, будто хотел что-то.

- Ты что-то спросил? Я не слышала.

- Нет, ничего, забудь, - Тед замотал головой так сильно, что она могла вот-вот оторваться. - Мы почти пришли.

Глава 5. Телли

- Что это у тебя?

Лада ворвалась в нашу общую гостиную с ворохом пустых свитков в руках. Вид у нее был воинственный. Это меня немного пугало.

- Твоё будущее, - заявила моя соседка туманно. Рассыпала свитки на полу и сама уселась на ковер рядом. Я развернулась на стуле, с интересом глядя на Ладу и её прыгающий будто в нетерпении алый хвост.

- Вот как, - потянула насмешливо я. – И что же мне сегодня предрекает великое гадание на пустых свитках?

Лада пропустила мою насмешку мимо ушей. Поманила к себе.

- Иди сюда и перо возьми.

Я спустилась вниз, прихватив перо и чернила. Все-таки соседка меня заинтриговала.

Лада разложила свитки перед собой в неком подобии порядка, потянула тот, что первым попался под руку.

- Тебе же нужно замуж, верно? – Спросила соседка, даже не взглянув на меня. Щёки мои немедленно покрылись румянцем.

- А кому не нужно? – Тут же вспыхнула я.

- Те, кто собирается делать магическую карьеру, - парировала Лада. – Я в курсе, в каком положении ваша семья. И, если хочешь знать, я считаю это ужасно несправделивым.

- Откуда ты… - Начала было я, но соседка меня перебила.

- Неважно. Но я ведь права? – На меня уставились черные угольки глаз. Я, чувствуя, что краснею еще сильней, была вынуждена просто кивнуть.

- Но разве не любая девушка мечтает выйти замуж поудачнее? – Предприняла я ещё одну попытку оправдаться.

- Я не мечтаю, - твердо заявила Лада. – И вообще, не перебивай. – Она широким жестом провела над свитками. – Сейчас мы с тобой составим охотничий лист.

- Кого-кого? – Я была совершенно сбита с толка таким кавалеристским напором.

- Охотничий лист, - с удовольствием повторила Лада, взяв из моих рук перо. – Составим список кандидатов на твою руку и сердце. Если ты хочешь поправить положение рок Моро, то к этому делу надо подходить основательно. И никаких глупых влюбленностей!

Я перевела взгляд с Лады на листы и обратно. В её словах было столько правильного и абсурдного одновременно, что у меня даже не находилось аргументов, чтобы поспорить. Конечно, составление, как сказала соседка «охотничьих листов» - дело низкое и со стороны выглядит мерзко. С другой стороны, Лада права, мне ведь и вправду нужно это замужество. Возможно, немного рационального подхода и не помешает.

- А что мы будем делать, когда выберем э… кандидата? – Спросила я, уже сдаваясь.

- Конечно, охотится! Ты была когда-нибудь на охоте? – Я покачала головой. – Оно и видно. Прежде чем поймать зверя, необходимо разработать план. Расставить ловушки, рассчитать, с какой стороны заходить, учесть погодные условия… Но это потом! Сначала список. Хорошо бы, конечно, просто достать списки учеников у кастелянши… - голос девушки стал мечтательным.

- Лада! - Не хватало мне ещё, чтобы кастелянша была в курсе наших походов за женихом.

- Ладно-ладно, справимся и так, - она обмакнула перо в чернильницу. – Мантегаца?

- Кто? – Я не сразу поняла, кого имеет ввиду соседка. – Алдо?

- Ну, не его же сестра, - фыркнула Лада. – Конечно, никто не мешает тебе ею увлечься…

- Лада! – Щёки мои горели так сильно, что на них запросто можно было приготовить яичницу. – Нет!

- Это мы сейчас про Алдо или его сестру?

- Я тебя сейчас ударю, - прорычала я. Лада только рассмеялась.

- Ладно-ладно, нет так нет. Ты права. Род у Мантегаца не очень богатый, да и происхождение оставляет желать лучшего. Насколько я помню, его пра-пра-прадед был кожевником, - фамилия Алдо появилась на пергаменте и тут же была перечеркнута. – Даже удивительно, что двое детей и оба маги.

Я обмахнулась подолом платья. Как-то стало душно.

- Рэй? – Фамилия соседа Алдо появилась чуть ниже.

- Нет, - я принялась обмахиваться подолом сильнее.

- Почему? – Лада с интересом посмотрела на меня. – Ты так на него смотришь, я думала он тебе нравится.

- Ничего подобного! – Я вскочила. – Лада, по-моему это глупая затея, давай остановимся.

- Ты так быстро сдаешься? – Лада фыркнула. – Но насчет Рэя ты права. Если он из семьи столь радикальных взглядов, то вряд ли возьмет в жены человека, хоть и с эльфийской фамилией. – И фамилия Рэя тоже была уверенно вычеркнута. Я поймала себя на неприятном разочаровании. – Давай дальше. Растрелли?

Теперь я не удержалась от громкого фырканья.

- Даже если он сам принц, я за него не пойду, - я скрестила руки на груди и стала расхаживать по гостиной. – Он хам, жлоб и совершенно не умеет обращаться с девушками.

Таким образом в «охотничьем листе» появлялись и тут же исчезали фамилия за фамилией. Кое-кто оставался не перечеркнутым на «подумать», как сказала Лада. Мы перебрали своих однокурсников, потом принялись за магов на несколько лет старше. В итоге в списке осталось пять имен. На наш с Ладой взгляд эти пятеро отвечали всем параметрам, чтобы стать достойным мужем. Параметром было не так уж и много: знатность, состояние, свобода от обязательств, не замечен в грубом или неприятном обхождении с девушками.

- Как насчет Сфорца? – Лада смотрела на оставшийся список, задумчиво грызла кончик пера.

Перед глазами у меня сразу встал образ красавчика с каштановыми вихрами и совершенно невероятными янтарными глазами. Он был на пару курсов старше нас.

- Говорят, он единственный наследник двух знатнейших и не беднейших родов, - продолжала Лада. – Что думаешь?

- Он неприступный, как скала, - я сидела на краешке стула, сверху вниз глядя на Ладу.

- Брось, это только с виду. Все эти неприступные обычно те еще котята где-то глубоко внутри, - улыбнулась девушка.

- Откуда ты знаешь? – Я с подозрением покосилась на соседку. Лада усмехнулась, поворачиваясь ко мне и загадочно сверкая глазами.

- Двое братьев. И, поверь, ты не найдешь во всей империи двух таких же «неприступных» упрямцев, как эти двое, - она улыбнулась с нежностью. – И более чувствительных котят, которым только дай поиграться с клубком, да почесать за ушком. Ну что, решено?

Я неуверенно кивнула, глядя на единственную не перечеркнутую фамилию Сфорца.

Кабинет предмета интригующего, но при этом, если верить расписанию, шедшего у нас всего один учебный год, «Магические существа» полностью оправдывал своё название. В отличии от многих других аудиторий здесь было гораздо больше места. Сводчатые высокие окна наполняли комнату светом. И позволяли нам в полной мере насладиться представленной экспозицией. Дело в том, что часть кабинета была отведена под выставку уродов.

Из углов на нас скалились чучела диковенных существ, которых и животными то назвать было сложно. Под потолком на одном лишь честном магическом слове в застывшей позе парила жутковатая тварь, от которой остался длинный клюв и крылья размахом в человеческий рост.

Мы очень тихо расселись по местам и также тихо вертели головами по сторонам. Мне, городской жительнице, которая больше крысы то никогда никого не видела, было сложно представить, что такое вообще существует. А ещё казалось, что эта тварюга под потолком вот-вот свалится на голову. Я уткнулась носом в пустой свиток, стараясь не думать о том, как выглядело это животное до того, как превратилось в чучело.

Острый локоть бесцеремонно ткнул меня под бок.

- Телли! - Лада развернула передо мной ярко-красный кусок пергамента. Оставалось догадываться, в чем его вымачивали, чтобы получить такой цвет. Золотистые чернила немного светились, бросаясь в глаза крупной надписью: “ВЕЧЕРИНКА СЕГОДНЯ. ВТОРОЙ ЭТАЖ ОБЩЕЖИТИЯ, КОМНАТА САРТОРИ И ДАМИКО”. Я непонимающе уставилась на соседку. Она многозначительно подвигала бровями и загадочно проговорила:

- Охота.

Дверь, ведущая в какие-то глубины кабинета, скрипнула, и оттуда вышла хозяйка местных владений. То что она находится в полной гармонии со своим “королевством”, было сразу понятно.

Темно-синее, почти чёрное платье было пошито на северный манер – с большим корсетом и низкой талией. Из квадратного, только-только входящего в моду выреза верхнего платья едва виднелась тонкая ткань нижней рубашки. Узкие рукава зашнурованы до середины ладони – элемент, подходящей скорее платью моей бабушки или какой-нибудь аквилии, чем модной даме. Чёрные волосы были собраны наверху под аккуратный, жутко модный, в тон платью арселе.

Конечно, всё это было бы просто тряпьем, если бы не его хозяйка. Прямая осанка, синие глаза смотрят сверху вниз, но чуть насмешливо. Поймать этот взгляд было и желанно, и боязно одновременно.

- Добрый день. – Голос у обладательницы экстравагантного наряда оказался низким, с хрипотцой, вопреки моим ожиданиям услышать что-то надрывное. – Прошу приготовить ваши свитки и перья, меня зовут мастер Гемелли, и я не люблю долгих прелюдий.

Кажется, в уголках её тонких губ мелькнула улыбка. Хотя, может и померещилось…

- На лекции магистра Бехлера вы уже слышали, что магия – это колоссальные затраты энергии. Гораздо больше, чем способен аккумулировать организм самого чародея. Основным доступным источником необходимых для колдовства ресурсов являются четыре природных стихии: огонь, вода, земля, воздух. Стихии, которые чародей в буквально смысле грабит — вытягивая, трансформируя, придавая в сущности противоестественные формы тем силам, ключевая функция которых — питая, поддерживать жизнь. И вот тут возникает проблема.

Синие глаза обвели присутствующих. Мастер усмехнулась. А я прильнула к Ладе, не в состоянии усидеть на месте. Свиток, который теперь был надежно спрятан в сумке соседки, не давал мне покоя.

- Ты хочешь туда пойти? - Зашептала я.

- Я туда пойду, и ты пойдешь, Телли, - ответила мне Лада. Я нервно заерзала на ученической скамье.

- Так как нельзя зашить обратно испорченную дочку местного лорда, чтобы убедить всех вокруг в её невинности… - Продолжала мастер. Я почувствовала, как мои щёки вспыхнули румянцем. Пониже опустила голову, утыкаясь в свиток. Ну и сравненьеце. - …Так и преобразованная магом энергия — совершенно не то, чем было прежде, для восстановления баланса природа вынуждена прибегать к кое-каким ответным действиям. Так, в местах повышенной магической активности эволюционные процессы идут в абсолютно невероятных для других мест темпах и в абсолютно непредсказуемом русле.

Я покосилась на Ладу. На её лице были весьма сешанные эмоции, так сразу и не поймешь, в ужасе она или в восторге.

- Наглядный пример: если в окрестностях вашей деревни отгремело магическое сражение, в результате чего лес по соседству, где ваш дед обожал бить белок, начал выглядеть как-то зловеще; имейте в виду: может статься, ваши дети пойдут бить белок уже с рогатиной; еще через поколение — сами белки придут бить ваших детей. Без рогатин, но крайне свирепо.

Сама мысль о свирепых белках с рогатинами или без них была довольно комичной. Разве можно было опасаться этих милых пушистиков? Но глядя на лицо мастера смеяться что-то совсем не хотелось.

- Кто мне скажет, что из этого следует? – Воцарилось неуверенное молчание. Полным грации движением мастер указала на Тинави – Ты.

Девушка выглядела как-то не очень здорово, а когда Гемелли указала на нашего вундеркинда пальцем, то и вовсе потеряла дар речи. Неужели такое бурное воображение? Или в ее деревне правда есть лес со зловещими белками?

- Ч… что… - Чуть не стуча зубами, попыталась ответить Тинави.

- Мда. – Гемелли скрестила руки на груди. – Все куда хуже, чем я думала. Кто-нибудь?

- Что все магические существа – результат переработки отработанной магической энергии? – Кинул Алдо с восхитительной небрежностью. Впечатлена была не одна я. Гемелли удивленно посмотрела на Мантегаца, но кивнула.

- Верно. Я рада, что на двадцать голов нашлась хотя бы одна с зачатками разума. – Мастер отвернулась, возвращаясь к своему месту. Мы с Ладой переглянулись.

- Я не пойду, - быстро зашептала я.

- Пойдешь, - Лада кинула на меня испепеляющий взгляд. Не силой же она меня туда потащит?

Мастер тем временем начертила в воздухе три короткие светящиеся черты. Как показывал опыт предыдущих лекций, это означало одно – сейчас придётся много записывать.

- Магические существа подразделяются на три категории: нечисть разумная, нечисть мозг имеющая, однако инстинкты предпочитающая, существа магические неразумные. И не попадающая ни под одну из этих категорий – существа искусственные, созданные руками магов намеренно, а не специально…

Только я обернулась, чтобы предпринять ешё одну попытку бунта, как мне в нос едва не уткнулся кулак соседки. Очевидно это был ответ на высказанное мною возражение.

Где проходила вечеринка, было понятно по голосу кастелянши, взмывавшему куда-то к высоким сводам замка.

- И чтобы до одиннадцати все были по своим комнатам!

Объявила женщина визгливым голосом и захлопнула за собой дверь. Гордо вскинув подбородок, она прошествовала мимо нас с Ладой. Я вцепилась в рукав соседки. Вот сейчас кастелянша заметит нас, отправит обратно к себе, а на утро списки на отчисление будут на столе у ректора.

Но женщина, одарив нас взглядом: “И вы туда же”, прошла мимо. Лада приободренная таким успехом, толкнула меня между лопаток.

- Ну, чего застыла? Идём.

- Ты уверена? - Уже в сотый раз за вечер спросила я Ладу. Я спрашивала это после занятий, потом когда соседка помогала мне с платьем, потом когда пыталась соорудить на голове подобие прически.

- Я уверена, - отвечала в сто первый раз соседка, подталкивая меня к распахнувшимся дверям. Оттуда выпорхнула стайка птичек-писем, раздался громкий смех. Испуганные птички разлетелись по коридору. – Пропустим всё веселье!

И Лада, не дождавшись, пока я сдвинусь с места, первая шагнула в дверной проем. Мне ничего не оставалось, кроме как пойти следом.

Комната хозяев на этот вечер странным образом преобразилась. Уж не знаю, кто поиграл здесь с пятым измерением, но теперь обычная комната общежития выглядела как сад. Самый настоящий – с кустами, журчащим фонтаном в центре и убегающими вдаль темными дорожками. Между кустами от светлячка к светлячку резвились феи. Вообще этот маленький народец предпочитал жить в лесах и садах, были пугливы и на контакт шли плохо. Если только вы не были лесником или садовником. Но, видимо, расширение пространства было до того удачным, что даже феям понравилось.

И, конечно, здесь была толпа народа. В комнатном саду собралось если не все общежитие, то большая его половина.

- И что будем делать? – Тихо спросила я Ладу, инстиктивно прячась за спиной соседки.

- Для начала пойдем, поздороваемся с мальчиками.

- С мальчиками?

Мой вопрос канул в взрыве хохота от компании неподалеку. И только обернувшись к источнику шума, я поняла, что имела ввиду Лада. В окружении трех миловидных девушек стояли Алдо и Рэй. Мантегацца с упоением что-то рассказывал, активно жестикулируя. Он то страшно вращал глазами, то дул щеки, а то хитро щурился, улыбаясь одной из своих самых очаровательных улыбок. Да и вообще Алдо источал сногсшибательную энергию, которая чувствовалась даже на расстоянии, не удивительно, что слушательницы млели. Рэй рядом изображал то ли гвардейца на посту, то ли дерево, так и не понять.

Лада прицокнула языком восхищенно и недовольно одновременно, и уверенным шагом направилась к компании. Среди девушек я неожиданно рассмотрела Тинави. Ого, а тихоня тут что делает? Хотя, наверное, то же самое можно сказать и про меня.

- Развлекаешь дам, Мантегацца? – Лада тряхнула своим красным хвостом, тут же легко вписываясь в эту шумную компанию. Я с удивлением заметила, как в глазах двух неизвестных мне вспыхивает ревность. Ого!

Глава 6. Телли

- Дамы не против, - отвесил шутливый поклон Алдо. Я поймала на себе взгляд Рэя. Он едва заметно повел бровью, мол, и ты тут? Но вслух ничего не сказал.

- Нам всё нравится, - пискнула Тинави, улыбаясь Ладе снизу вверх. Разница между миниатюрной девушкой и моей высокой соседкой была впечатляющая.

- В таком случае, не будем вас отвлекать, - Лада здраво расценила расстановку сил. – Подскажите только, с чего начать нашу экскурсию на этом празднике жизни?

- Идите прямо, - Алдо махнул рукой в сторону главной аллеи сада. – Не ошибетесь.

Мантегацца не соврал. В глубине аллеи, как раз там, где расходились темные дорожки, стоял указательный столб. На прибитых вкривь и вкось табличках сидели светлячки, образовывая короткие надписи: “Золотой павильон”, “Таинственный пруд”, “Гостиная волка”, “Сад камней”. Глаза разбегались, было интересно глянуть на все и сразу. Что за золотой павильон? Как из камней можно сделать сад?

Но Лада всё решила за меня.

- Идём, нам сюда, - соседка крепко прихватила меня за руку и потянула на одну из дорожек, я даже не успела глянуть, куда она вела.

- Ты уверена? Почему сюда? - Затараторила я, озираясь. Редкие светлячки освещали дорогу, так что заплутать без твердого на то намерения было невозможно, но понять, куда ведет тропа - никакой вероятности.

- Я уверена, тише ты. - Лада понизила голос до шепота, а я, наконец, заметила, почему соседка выбрала этот путь.

Впереди нас вышагивала знакомая фигура с широкими плечами и вихрами каштановых волос. Сфорца. Да не один, а в сопровождении какой-то девушки. Я застопорилась, упираясь пятками в землю.

- Нет-нет-нет, мы туда не пойдем.

- Это ещё почему? - Опешила Лада.

- Он же уже с кем-то, ты что не видишь? - Зашипела я на нее.

- И что? Это досадное недоразумение не должно мешать нашим планам, - Лада сделала страшные глаза. - Охотничий лист, Телли!

А когда и это не помогло, соседка вцепилась в меня и потащила волоком. Спорить с ней, все равно что спорить с голодным драконом: совершенно бесполезно, он все равно тебя сожрет. Так что пожалев подол платья и единственные парадные туфли, я подчинилась настойчивым “просьбам” Лады, и мы пошли следом за прогуливающейся парочкой.

- Вот бы еще узнать кто это, - прошептала Лада мне на ухо.

- Зачем? - Я взглянула на соседку.

- На всякий случай, - улыбка у Лады вышла кровожадной, мне резко стало неуютно.

Таким образом, Сфорца со своей дамой, а на некотором расстоянии от них мы с Ладой, наша компания вышла к концу аллеи. И на какое-то мгновение я и думать забыла, зачем мы здесь.

Перед нами раскинулась темная гладь воды, в которой отражались многочисленные звезды и полная луна, огромная, жёлтая, как круг сыра. Теплый летний ветерок шелестел в траве, над прудом резвились светлячки, путаясь в отражениях со звездами. Вдалеке стрекотали цикады и пели лягушки, без обычного их тошнотворного кваканья, а как будто идеально вписываясь в окружающую обстановку. Подул ветерок, и моей руки ласково коснулась осока. Я улыбнулась, чувствуя какое-то удивительное умиротворение. Тот, кто создавал этот уголок сада явно постарался. Жаль, что это всего лишь на одну ночь.

- О, мы здесь не одни, - прозвучал рядом приятный голос с бархатной хрипотцой. Я обернулась, встречаясь взглядом с девушкой, что прогуливалась со Сфорца. Ею оказалась одна из старшекурсниц, и я поняла, почему выбор парня пал на нее. Лоснящаяся эбонитовая кожа, которая едва не сверкала под серебристым лунным светом, высокие скулы, чувственные губы и янтарного цвета глаза. Каждое движение её было наполнено грацией.

- Меня зовут Лада Мантоне, - взяла все в свои руки соседка. - А это Телли рок Моро.

- Адиль Тесфа, - девушка откинула с плеч свои роскошные черные волосы, оглядев нас с Ладой взглядом королевы.

- Витторе Сфорца, - немного растерявшись, представился парень. Он хотел сказать что-то еще, несомненно вежливое и подобающее моменту, но куда там против Лады. Она пиявкой вцепилась в Адиль. В переносном смысле, конечно.

- Тесфа? Вы дочь посланника Тесфы? - Моя соседка от нетерпения даже чуть подалась вперед.

- Именно так, - Адиль с достоинством кивнула. - Мой отец - посланник Великой Эритреи.

- Я так много читала о вашей стране! - Лада едва не подпрыгнула на месте. - Прошу, удовлетворите мое любопытство, у меня столько вопросов…

И мадонна Тесфа была безжалостна сметена ураганом по имени Лада в сторону, заваленная шквалом вопросов. Мы с Витторе остались наедине. Впервые я смогла разглядеть своего потенциального жениха (мысль об этом меня ужасно смущала) так близко. Пускай освещение здесь было лишь из луны и светлячков, но этого было достаточно, чтобы разглядеть резкие, но красивые черты лица и глаза цвета мёда. Пауза между нами затянулась. Я мучительно пыталась придумать, что бы такого сказать, но тут Сфорца улыбнулся сам.

Это ваш первый год, мадонна рок Моро?

Я кивнула, улыбнувшись в ответ. Но хоть кто-то из нас знаком с этикетом.

- Никак не могу привыкнуть, что волшебство станет неотъемлемой частью моей жизни, - призналась я. - Впрочем, вам наверняка знакомо это чувство.

- Отнюдь, - парень покачал головой, расправил плечи. - Оба моих родителя маги.

- О, - только и смогла произнести я, чувствуя, как Сфорца становится все симпатичнее и симпатичнее. - Вам очень повезло.

И пока я подбирала слова, чтобы продолжить разговор, раздался гомон и смех, прорезающий благостную тишину. С тропинки в осоку ступила шумная компания во главе с Алдо. Тинави, Рэй и остальные не отставали. Я поймала на себе взгляд эльфа.

- А вы как тут оказались? - Услышала я возмущенный голос Лады. Алдо что-то ответил ей, но я его уже не услышала, потому что ко мне склонился Витторио.

- Прогуляемся? Здесь становится слишком громко, - он указал на берег пруда, уходивший куда-то в ночь. Я кивнула.

Мы удалялись от голосов и нас вновь окутывала музыка ночи.

- Это ваши друзья? - Поинтересовался Сфорца.

- Да, - я подняла голову, парень поморщился. - То есть, э… Вроде того.

- Простите, я не очень люблю шумные сборища.

- Ничего, я понимаю, - мысленно я выдохнула. Активный Алдо и меня время от времени утомлял, так что Сфорца и вправду можно было понять. А я уж подумала, что ребята ему не очень нравятся.

Мы болтали о каких-то ничего не значащих мелочах, невдалеке доносились голоса явно расширившийся компании, пение лягушек, напротив, становилось ближе и громче. Что-то время от времени плескалось в воде, наверное, рыба.

- Да, мастер Гемелли тоже пугала нас до ужаса по первой, - усмехнулся Витторе своим воспоминаниям. - Она строга, требовательна, но не зверствует без меры. Так что не переживайте, мадонна. Если будете прилежно выполнять все задания, то проблем не должно возникнуть.

- Надеюсь, так и будет, - я едва сдержала недовольную гримасу. Тон Сфорца был каким-то снисходительным. Будто он разговаривал с неразумным ребенком. Понимаю, что я младше его, но разница в возрасте не так велика. Неужели он не видит во мне взрослую девушку?

Мы дошли до конца пруда и развернулись, чтобы пойти в обратную сторону. Даже не глядя на Витторе, я почувствовала, как парень напрягся. Подняла голову, чтобы проследить за его взглядом. Что-то случилось? Сфорца смотрел на болтающую в начале пруда компанию. Цветочной феей вокруг Адиль порхал Алдо, занимая красавицу разговором. Его, кажется, ничуть не волновала ни разница в возрасте, ни в положении с дочерью посла.

- Мадонна рок Моро, я могу задать вам личный вопрос? - Голос Витторе звучал глухо.

Все внутри меня затрепетало. Неужели мои молитвы были услышаны? Я поспешно заправила локон за ушко, бросила кокетливый, как мне казалось, взгляд на парня.

- Называйте меня Телли, мессере Сфорца. Что вы хотели спросить?

- Телли, - мягко повторил Витторио. - Видите ли, я могу назвать себя знающим человеком во многих вещах. Я очень хорош в магии, в рукопашном бою и даже в практической артефактологии. Но загадку женского сердца постичь мне так и не удалось. - Сердце мое быстро-быстро застучало об ребра. - Как понравится девушке, которая даже не смотрит в твою сторону?

Ого, как откровенно. Я приободрилась.

- Попробуйте узнать, что ей нравится. Общие интересы часто объединяют людей, - менторским тоном принялась наставлять я. - Не забудьте узнать, свободно ли её сердце…

И только тут до меня дошло. Стоп, даже не смотрит в его сторону? Взгляд мой метнулся к компании у аллеи. Алдо как раз в этот момент демонстрировал пышный придворный реверанс. Слышался девичий смех. Адиль! Вот с кого Сфорца взгляда не сводил. Внутри меня всё упало.

- Прошу, продолжайте, - подбодрил меня Витторе.

- Я… ну… - Неприятное открытие сбило меня с толку. Я сбилась с шага, не находя что ответить Сфорца. Это что же, я ему помогаю сейчас охмурять свою соперницу? Да и с чего я вообще решила, что могу соперничать с дочерью посла Эретрии?

На глаза навернулись слезы. Стало обидно. С чего я вообще решила, что могу понравится такому парню, как Сфорца с первого взгляда.

Однако любовная неудача оказалась не последней на сегодня. Пока глаза мои застилали слезы, под ноги мне метнулась предательская кочка, которая столкнулась с предательскими туфлями.

- Телли! - Услышала я голос Витторе, уже размахивая руками и заваливаясь в воду. И нет бы упасть целиком, так нет же, завалилась набок, с позорным вскриком. - Вы в порядке?

- В полном! - Огрызнулась я, пытаясь хотя бы сесть и мельком осмотреть платье, все потеряно? - Решила искупаться. Водичка теплая.

Тут я не врала, вода и правда оказалась приятной, однако не для купания во многослойном платье.

- Искупаться? - Витторе стоял на берегу и смотрел на меня своими невероятными глазами. - Там же р…

Дослушать окончание фразы я не успела. Потому как сзади раздался плеск воды, что-то или кто-то схватил меня за лодыжку и резко дернул назад. С вскриком я упала носом в песок и почти сразу меня поглотили темные воды.

Все что я успела - поскорее захлопнуть рот, чтобы не глотнуть мутной воды. На зубах заскрежетал песок, но это было не самой большой моей проблемой. Кто-то по-прежнему тащил меня вглубь пруда. Я изо всех силах принялась брыкаться, пытаясь отбиться от крепкой хватки. Но куда там. Мало того, что еще больше запуталась в бесконечных слоях платья, так еще и ногу мою сдавило так, что я едва не взвыла от боли.

Ладно, попробуем применить другую тактику - посмотреть врагу в лицо. Кое-как извернувшись, я повернулась на спину, чтобы попытаться разглядеть своего обидчика. Сквозь толщу воды в движении это было непросто, однако я успела заметить синевато-бледную спину и сверкающую при слабом свете луны чешую.

Будто почувствовав, что на него смотрят, существо остановилось, повернулось ко мне, но хватку не ослабило. На меня смотрело лицо из учебника по Магсущу: бледное, с заостренными чертами лица, очень похоже на обычное женское. Русалка ощерилась на меня своими по-щучьи острыми и мелкими зубками. И вот ту я не удержалась от крика.

Вода хлынула в горло, легкие, трахею. Я забилась как рыбка в сетях, чувствуя, что вот-вот задохнусь. Меня потащили дальше.

Боль прожигала внутренности, я почувствовала, как сознание меркнет. Вот так, Телли, захотела себе жениха получше, а будешь съедена нечистью на дне грязного пруда. Зато в своем лучшем платье.

Я почувствовала, как кто-то обхватил меня вокруг талии. Ну вот, точно, сейчас есть начнут. Поскорее бы потерять сознание. Что-то тяжело опустилось мне на затылок, и я уже было успела порадоваться такой удаче, как все резко изменилось.

Вместо того, чтобы провалиться в спасительное бессознательное, мир вокруг внезапно стал чист и ярок. Я закашлялась, выплевывая воду а с ней едва не отхаркивая собственные внутренности. Кто-то держал меня над водой, крепко прижимая к себе поперек талии и наклоняя вперед за затылок.

Когда я, наконец, смогла дышать, то торопливо замахала руками. Тяжесть с моего затылка исчезла, и я смогла распрямиться, чтобы тут же встретиться взглядом с темным взглядом.

- Ты как? - Меня крепко прижимал к себе Рей.

- Жива, - просипела я.

- Телли!

- Ты жива?

На берегу собралась целая группа поддержки. По щиколотку в воде стояла Лада, похоже пытавшаяся ринуться вслед за эльфом. Алдо суетился на берегу, сзади мелькали девочки, сплетни теперь быстро разлетятся. Сфорца со своей дамой сердца тоже там. Отец Всемогущий, какой позор…

Я застонала, мечтая о том, чтобы потерять сознание и не смотреть на все это. Может, все-таки пойти утопиться?

- Телли, что-то болит? - Рей, который не отпускал меня ни на секунду, беспокойно заглянул мне в лицо.

Болело всё, включая душу, но знать моему спасителю это было вовсе не обязательно.

- Все хорошо, - голос возвращаться не хотел, поэтому я продолжала сипеть. - Спасибо тебе.

- Ерунда, - эльф улыбнулся. - Водичка и правда приятная, кто же откажется купаться с русалками?

Рей не слушая моих возражений, помог доплыть до берега, а там и вовсе взял на руки. Все что мне хотелось - провалиться под землю от стыда. Но не тут-то было. Нас с Реем обступили со всех сторон.

- Как себя чувствуешь? - Лицо Лады было бледным от испуга.

- Ну ты удумала, - Алдо улыбнулся, но в глазах его тоже мелькала тревога.

- Надо отнести госпожу рок Моро к целителю, - веско заявила Адиль.

- Позвольте, я её осмотрю, - вперед выступил Сфорца. - У меня неплохие оценки по целительству.

- Нет! - Я попыталась крикнуть, но севший голос только дал петуха. Звучало это жалко. - Я в порядке, - поспешила добавить я и в подтверждении своих слов попыталась слезть с рук эльфа. Рей меня удерживать не стал, аккуратно поставил на землю, но и далеко не отходил. На случай, если я снова ринусь в воду?

- Я отведу её в комнату, - вперед выступила Лада. Неужели в соседке проснулась тактичность?

- Одну минуту, - Рей остановил нас. - Телли, закрой глаза. - Я уставилась на эльфа с мольбой, не время для сюрпризов! - Закрой.

И я послушалась. В следующее мгновение почувствовала, как по мне прошлись потоки теплого воздуха, а одежда в мгновение стало сухой. Так намного лучше! Только вот теперь я почувствовала под ногами холодную землю. Мои туфельки канули смертью храбрых в пруде. Матушка меня убьет.

- Спасибо, - я слабо улыбнулась Рею, он в ответ только кивнул.

Когда я оборачивалась к Ладе, чтобы поскорее ретироваться с места своего позора, заметила, как она что-то шепнула Алдо. Тот взглянул на меня и кивнул. Тоже мне заговорщики. Но разбираться, что там эти двое задумали, сил у меня не было. Я как можно вежливее распрощалась со всеми, стараясь не смотреть на Сфорца, и под руку с Ладой быстро пошла к аллее.

- Я, конечно, читала о таком способе завоевать мужское сердце, - заговорила соседка, как только мы отошли на приличное расстояние. - Но не думала, что ты рискнешь…

- Лада, - застонала, а точнее, засипела я. - Это не специально!

- Правда? - Девушка уставилась на меня, как на живого дракона. - Ладно-ладно, я верю. Но странно, что не помогло. Этот Сфорца…

Всю остальную дорогу до комнаты я слушала, какой Сфорца мягкотелый, нерасторопный, да и вообще не такой уж сообразительный, раз упустил возможность спасти такую девушку.

- Ему нравится другая, - прошептала я, когда мы зашли в комнату.

- Ну и дурак, - пожала плечами Лада, навсегда, кажется, перечеркнув имя Виторе Сфорца в своих списках. - Значит надо обновить наш охотничий лист.

- Больше никаких охотничьих листов! - Я погрозила Ладе кулаком. - С меня хватит.

- Но Телли…

Но ответом соседке стала хлопнувшая дверь моей спальни.

Глава 7. Тея

Однако первоначальный план Теи, чтобы снискать себе пациентов среди жителей столицы, был обречен на провал.

На следующий же день после приезда девушка обрядилась в наряд жрицы-Планты и немного поплутав по длинным улочкам, вышла к главной площади.

Здесь был шумно и людно. Как будто каждый день в столице - базарный. Тея потолкалась у прилавков, не без интересов разглядывая, чем торгуют. Ткани тонкой выделки, духи с мускусом и дегтярное мыло, освежеванные перепела и рыбный лоток, который несмотря на запах, привлекал покупателей.

Девушка присматривалась. И слушала. Местный говор и чужие наречия. Сколько нынче берут за скаль восточного шелка, что предпочитает на завтрак граф Орацио и чем нынче болеет мадонна Чезаре. Пока все эти сплетни были ей ни к чему, но кто знает, что и когда пригодится.

Тея уже хотела было пойти к помосту, на котором вчера глашатай выкрикивал несомненно благие вести. Разве может быть по-другому в великой Империи?

Тея то и дело ловила на себе заинтересованные взгляды, но подходить никто не спешил. Странно, как только они с другими жрицами появлялись в маленьких городах, их сразу облепляли не давая пройти. В столице то ли было меньше страждущих, то ли громадина Храма отбивала всякое желание обращаться к жрице Аквилии.

Обоняния Теи коснулся знакомый аромат. Воспоминания, спрятанные глубоко в душе жрицы, накрыли с головой, будто мягкое покрывало. Родовой замок - массивное строение из камня - в детстве казалось Тее оплотом безопасности. Она знала, что никто не смеет здесь причинить ей вред, что она - величайшая драгоценность рода рок Моро. И плата, на взгляд маленькой Теи, была не так уж велика - ежедневные занятия с жрецами “Крыльев”. Это было утомительно, больно. Часто - невыносимо. Но когда она возвращалась обратно к себе, то с замиранием ловила взгляд отца, в котором сквозило удовлетворение. Получала теплые объятия матери, которая почему-то каждый день плакала. И, наконец, угощение. Оно было похоже на кусочки битого стекла, только коричневого цвета. Мама называла их кара-мель. Сладкое-сладкое, как мёд. Только мёд Тее не нравился, а кара-мель нравилась. Мама говорила, что угощение привозят из далекой страны, которая зовется Эретрией.

Девушка облизала сухие губы. Ей показалось, что она чувствует вкус кара-мели. Соблазн был слишком велик, и Тея последовала за запахом. Нос вывел жрицу к небольшой лавке, вокруг которой столпились дети. Здесь были и с чистыми лицами, в новеньких платьях, и те, оборванцы, которые промышляли на рынке одним - воровством. Все они неотрывно смотрели на прилавок, который больше походил на новогоднюю ель. Коврижки и пирожки, конфеты и колотая кара-мель. Что-то Тея видела впервые в жизни, но почему-то не сомневалась в том, насколько это вкусно.

Например, вот те булочки. Похожие на обычную сдобу, сверху покрыты блестящей, сладкой корочкой… Тея почувствовала, как рот наполняется слюной, что даже скулы сводит.

- Эй, ты! - Из-за прилавка показался мужчина с длинными усами.

Жрица завертела головой. Это к ней сейчас обращаются?

- К тебе, - будто прочитал её мысли торговец. - Иди сюда.

Стайка детей расступилась, пропуская девушку. Тея прошла сквозь толпу, словно каравелла, рассекаяющая волны - высокая и величественная.

- Ты же жрица? - Торговец кивнул на плат девушки. Тея кивнула. - Голова болит так, будто по ней весь день палкой бьют. Не поможешь? А я отплачу. Хочешь вон ту булочку? - Он указал на сдобу в блестящей корочке. - Я видел, как ты на неё смотрела.

Отпираться не было смысла, и Тея согласилась. Головная боль - ерунда. Ей достаточно было возложить прохладную ладонь на блестящий от пота лоб. Боль нашлась в правом виске. Вдох, и Тея потянула её к себе, капля за каплей. Торговец наверняка почувствовал короткий укол, а потом резкое улучшение. Будто кто-то проделал дырку у него в голове, чтобы оттуда уходили все вредные миазмы. Лицо мужчины разгладилось, он улыбнулся.

- Мастерица! - Восхитился он. - Благодарю, мадонна.

Тея чуть подрагивающими от работы и волнения пальцами приняла булочку. Пальцы немедленно утонули в теплой и липкой корочке. Девушка на зависть ребятне прямо там разломила сдоба пополам и откусывая понемногу, шагнула в сторону от лавки.

Увлеченная своей маленькой, но все же платой, Тея не сразу поняла, что вокруг что-то неуловимо изменилось. Как будто гомон толпы стал потише. А потом она поняла. Взгляды тех, кто толкался на площади, так или иначе скользили по ней, изучающе, с интересом или без оного. Но теперь все упорно не смотрели в её сторону. По загривку прошел холодок нехорошего предчувствия.

Тея, делая вид, что крайне увлечена своей булочкой, аккуратно постаралась рассмотреть, что же все таки стряслось. А потом заметила их.

Двое в черных сутанах они выделялись среди разношерстной толпы также, как пятна грязи на ярком ковре - с первого взгляда бросаются в глаза, выбиваясь из общего рисунка. На поясе позвякивая висела связка символов Отца. Мелкие кругляшки можно было бы принять за монеты, если бы не квадратное отверстие посередине. Двое служителей раздавали по маленькому бронзовому кругляшку каждому встречному, раздавали благословение Всеотца.

Они ещё её не заметили. Это Тея поняла по их неспешной походке. Но ещё пару мгновений, и голодные волчьи глаза вопьются в наряд жрицы Аквилии, верующей в Матерь, а значит - еретички. И застенки Разведки станут для Теи намного ближе, чем ей бы хотелось.

Сдержав первый порыв дернуться в сторону, Тея медленно развернулась и шагнула за повозку. Под пыльной холщовой тряпкой лежало нечто, что возвышалось головы на две выше самой Теи. Девушка услышала знакомый голос.

- Ободрал на три золотых, чтоб его Бездна забрала.

Тея высунулась с другого конца повозки, натыкаясь взглядом на широкий профиль торговца. Старый знакомый с городских ворот! Значит под пологом у него там горшки и вазы. Рядом раздалось монотонное позвякивание, и Тея поспешила спрятаться за повозкой. Сердце глухо забилось в груди, в горле пересохло.

- Благословение Отца!

- Благодарю, братья, - прогремел владелец горшков. Неразборчиво пробормотал что-то его спутник.

Пока прикидывала, сможет ли быстро скрыться с площади, если уронит пару горшков, чтобы отвлечь внимание толпы, да в каком переулке скрываться, шаги служек удалились. Тея высунулась, чтобы удостовериться. И точно, темные спины уже скрывались в толпе.

Было ясно, на площади ловить ей нечего. Надо возвращаться к Теду.

Больше выходить на площадь Тея не рисковала. Да и вообще лишний раз высовываться со двора. Однако сидеть без дела она не собиралась. Семья стражника приютила ее, дала хлеб, Тея не любила быть должной кому-либо.

Жрица не брезговала браться за любую работу. Она вызвалась помогать с приготовлением пищи Фелиции, убраться в доме, даже помочь хозяину дома с его ремеслом.

Даже суровая Патриция, видя, что Тея не отсиживается в сторонке, сменила гнев на милость. Однажды, когда жрица как раз заканчивала с мытьем полов в их общей комнате, Патриция появилась на пороге с охапкой вещей.

- Ты в этом платье как плакальщица, - заявила молодая хозяйка в своей обычной манере. - На, вот. В этом будет удобнее.

Так у Теи появилась нижняя рубашка и юбка, всё с плеча Патриции, а потому порядочно велико. Тея и без того была жилистой, а за полгода в лесу на ней даже её платье висело. Рядом с дородной, пышущей здоровьем Патрицией она и вовсе смотрелась бледной немочью. Поэтому с нарядом пришлось немного повозиться.

Не без помощи той же Патриции к ним начали захаживать соседи. Точнее, соседки, преимущественно с детьми. По всей видимости, жена сапожника не без основания поделилась с товарками тем, что у них в доме завелась настоящая целительница, и как ловко она спасла обоих мальчиков от соплей. Так что теперь, что не день, то кто-нибудь захаживал во двор, прося исцеления то от одной хвори, то от другой. Тея никому не отказывала в помощи.

Местные хозяюшки расплачивались кто чем мог. На столе семьи каждый день теперь были и свежие яйца, и бутылочка хорошего вина, и горячий хлеб. Иногда в кармане Теи оседали и красивые кругляши звонкой монеты. Девушка аккуратно складывала их в небольшую стопку в своей шкатулке. Но изо дня в день стопка почти не увеличивалась, а того что есть было ничтожно мало для её целей.

Тед, как и говорил, появлялся дома так часто, как мог. Тея очень скоро поняла, почему. Как только младший сын уходил в казармы, все в доме забывали о существовании Фелиции. Она становилась будто призраком в собственном доме. В хорошую погода могла часами сидеть на скамейке во дворе или у окна на втором этаже.

За детьми она не смотрела, те были предоставлены самим себе. Время от времени она помогала Патриции на кухне, но часто о ней не вспоминали, даже когда садились все вместе за стол.

Единственный, кто уделял Фелиции внимание был Тед. В свободные часы он почти не отходил от матери, за что даже получал клюкой по бедру.

- Оставь ты меня хоть на минуту, - ворчала Фелиция с улыбкой. - Прицепился, как репей.

Тед притворялся, что ему ужасно больно, оставлял мать наедине, но через какие-нибудь полчаса снова был подле нее.

В один из таких дней Тед вышел из дома, посмеиваясь. Вслед ему летела неразборчивая ругань Фелиции. Закатное солнце заливало золотом крыши домов и верхушки деревьев. Тея сидела на каменной скамье, вытянув босые ноги и подставив лицо закатным лучам. Она только что отпустила кумушку Патриции, у которой неожиданно начало щелкать в ухе.

- Опять прогневал матушку? - Тея прищурилась, глядя на стражника. Тот присел рядом с ней, достал из-за пазухи трубку.

- Посмел предложить ей помощь с ужином, - хмыкнув, Тед принялся забивать трубку вонючим табаком.

- Как ты только живым ушел, - улыбнулась Тея и потянулась, чтобы распустить тугой узел волос.

Взгляд Теда скользнул по приподнявшейся груди. Вспыхнул жадностью. Широкая рубашка Патриции с глубоким вырезом то и дело норовила сползти. И Тея уже не в первый раз наблюдала столь заинтересованные в своем теле взгляде. Но в первый раз от Теда. И в первый раз ей от этого взгляда стало так жарко.

Впрочем, стражник быстро взял себя в руки. Отвел глаза, наткнулся взглядом на кое-что не менее интересное. Бесцеремонно ткнул пальцем во внутреннюю сторону плеча.

- Это что?

Тея скосила взгляд туда, куда указывал Тед, хотя ей это было без надобности. Широкие рукава рубашки сползли и открыли обзору бледную кожу на которой виднелся рисунок крылатой женщины.

- Это? - Тея коснулась татуировки пальцами, провела ногтем по рисунку. - Гарпия. Цеховой знак Аквилий. Видишь, вместо ног - лапы, а рук - орлиные крылья.

- Грудь не очень натуральная, - хохотнул Тед.

- Художник не очень старался, - криво улыбнулась Тея. - А это корона, знак Матери.

- Кто вообще такие - гарпии? - Тед затянулся своей трубкой.

- По легенде - это вестницы матери. - Тея опустила руку и отдернула рукав. - Полуженщины, полуптицы. Орлицы, точнее. Знаешь, как с эльфийского переводится “аквила”?

- Орёл, - Тед кивнул, чуть прищурившись.

- Знаешь эльфийский?

- Нет, помнишь, я говорил, что моя прошлая хозяйка была из ваших? Очень уж любила рассказывать о Храме.

- Теобальд! - Голос у Фелиции был звучный, далеко слышно. Тед не спеша потушил трубку. вытряхнул пепел вперемешку с недогоревшим табаком и только после этого встал.

- Странное дело, - теперь он вертел трубку у себя в пальцах. - Вроде я в должниках, а благодаря тебе у нас плотный обед каждый день, да и дышится… легче.

Тея промолчала, отвела взгляд На деле Тед, согласившись её приютить, уже многое сделал. Но пусть уж лучше стражник думает, что всё совсем наоборот. Так и не дождавшись ответа Тед тихо хмыкнул и ушел в дом.

Следующей ночью Тея проснулась от подозрительного шороха. Она уже давно привыкла к тому, как звучит по ночам дом. Как встает Фелиция, как хнычут дети, как храпит брат Теда. Сам стражник в дозоре сегодня. И привыкшая спать, словно кошка - постоянно предвкушая опасность, - Тея проснулась моментально. Рука тихо скользнула под подушку.

Как только её плеча коснулась чужая рука, Тея отреагировала отточенным движением, и уже в следующую секунду к чужой шее был приставлен нож.

- Это я, - поспешил прошептать Тед, покосился на лезвие, которое гостья не спешила отпускать. - Где ты такому научилась? В храме?

Отвечать Тея не стала, но верный кинжал убрала. Единственное, что осталось у неё от той, настоящей жизни - тонкий мизерикорд с изящным украшением дракона на рукояти. Каждую свободную минуту Тея посвящала тренировкам - простым экзерсисам, что когда учили её братья. Негде было учиться новому, но старые навыки Тея отточила до идеала.

- Что-то случилось?

- Нужна твоя помощь. Надень платье и захвати свою сумку.

Поверх платья Тед накинул на плечи жрицы тяжелый плащ. Прятал. Сердце неприятно ухнуло: хочет сдать. В голове всплыли воспоминания о храмовниках на площади. Черные сутаны, перевязь отцовской благодетели. Но кому, как не детям лучше всех знать, что родительская благодетель может очень быстро превратиться в наказание. Если использовать перевязь с бронзовыми кругляшками в качестве оружия, то можно отделаться не только синяками.

Но лучше уж храмовникам, чем Разведчикам. Против жриц Аквилий те ничего не имели. Но стоит им увидеть знаки на теле Теи, то пиши - пропало. Живой из застенок она точно не выйдет.

Рука будто сама собой потянулась к бедру, где в самодельных ножнах покоился кинжал. Тея тихонько через рот выдохнула.

- Куда мы идем?

Они как раз вышли со двора, к удивлению жрицы, не потревожив никого в доме, свернули направо, пробираясь по улице выше. Темнее, чем в подвале.

- В казармы, - Тед шел немного впереди, и Тея цеплялась взглядом за белые вкрапления в его форме, чтобы не потеряться. - Извини, что выдернул тебя вот так…

Как оказалось, в казармах произошла небольшая потасовка, как это обычно бывает - из-за пустякового повода. Стражники бросали кости, один обвинил другого в мухлеже, накинулся с кулаками. А больше всех досталось тому, кто полез их разнимать.

- Голову разбили здорово, - покачал головой Тед. Они уже подходили к казармам. Стражник остановился перед воротами, повернулся к Тее, натягивая капюшон поглубже. - Педро как упал, так, говорят и не пошевелился. Дышит, кровь идет, да и все.

Мимо дозорных прошли без проблем. Те, узнав Теда, просто кивнули, по всей видимости, договорились заранее. Тень в плаще, идущую за ним, они просто предпочли не заметить.

Только когда их странная парочка отошла подальше от дозорных, нырнув в открытую галерею, Тея рискнула заговорить.

- Почему лекаря не позвали? - Она вертела головой, осматриваясь, запоминая. В отличие от темных улиц во внутреннем дворе ярко пылали факелы. Они с Тедом шмыгнули в какую-то маленькую неприметную дверь.

- Он… - Стражник замялся, подыскивая слова. - Немедленно сдаст всех сержанту и ребят выгонят. А они ведь не со зла.

Взобравшись по узкой и неосвещенной лестнице, они забрались на второй этаж одной из городских башен. Тед толкнул столь же узкую дверь, чтобы войти в нее, ему пришлось согнуться почти вдвое.

К удивлению Теи за дверью пряталась просторная комната. Койки по углам, столы в центре. Несколько свечей, шкафы, стойка с оружием, скорбная тишина. За одним из столов сидел мужчина. Он подпирал тяжелую голову ладонями, то ли дремал, то ли просто созерцал стол. На вошедших не обратил никакого внимания.

- Сюда, - Тед указал рукой на угол, в котором столпились мужчины. Тея скинула капюшон, пройдя вглубь помещения.

- Это твой целитель?

- Тед, ты что, девку привел?

- Она жрица, - тихо возразил стражник.

- Да хоть сама императрица, - возразил другой. - Что она может? - Тяжелая рука легла не плечо Теи, больно сжала. Девушка поморщилась. Боли она не боялась, а вот то что завтра же на плече будут синие следы - как пить дать. Мужчина склонился к ней, дохнул перегаром, заглядывая в лицо. - Слышь, ты… Что смотришь своими ведьмовскими глазищами?

- Убери руку. - Тихо произнесла Тея, не отрывая глаз от взгляда напротив. - Или я тебе её оторву.

Глава 8. Тея

Вокруг в мгновение стало тихо. Лицо напротив перекосилось, там читалось презрение, недоверие и удивление вперемешку с испугом.

- Соплячка, - смачно сплюнул стражник, но руку убрал. Больше возмущаться почему-то никто не лез.

Тея прошла к койке, склоняясь над бледным мужчиной. Спиной чувствовала, как в нее уперлось множество взглядов. Напряжение можно ложкой есть. Жрица коснулась головы, бегло осмотрела рану и выпрямилась.

- Мне нужна вода, ветошь, - она расстегнула плащ и бросила его в руки кому-то рядом стоящему. - И откройте окно. От винных паров дышать нечем.

Позади засуетились. Пока Тея убирала волосы, закатывала рукава, рядом появилась и кадка с водой, и ветошь, и кто-то даже притащил кружку с вином. То ли в заботе о лекаре, то ли своего товарища.

Прежде всего, Тея старательно оттерла засохшую кровь, чтобы разглядеть рану. Дело было плохо, но не настолько, чтобы хоронить добросердечного стражника. Не теперь. Заклинания она накладывает играючи, одно за другим: кровоостанавливающее, обезболивающее, потом сонное, чтобы раненый не пришел в себя раньше времени. Дыхание мужчины стало ровнее. Хлопнули ставни окна, её разгоряченного лица коснулся прохладный ветерок. Теперь самое сложное.

Тея подняла голову стражника так, чтобы тот чуть наклонился вперед. И прикрыла глаза, кладя руки на чужую голову. Это было почти также, как с головной болью булочника. Только теперь надо было прогнать не боль, а кровяной сгусток. Пальцы заволокло бирюзовое сияние, вода в принесенной кадке стала стремительно исчезать. Тея кусочек за кусочком очищала голову мужчины, прогоняла кровь по безопасным путям.

- Э, да у него кровь носом пошла!

- Тише ты!

Ещё чуть-чуть, ещё немного, до последней капли.

Когда Тея закончила, воды осталось на самом донышке. Жрица обмакнула кусок ветоши в оставшиеся, отерла кровь на губах стражника. Цвет лица у того становился всё здоровее и здоровее, мертвенная бледность уходила. Тея улыбнулась, быстро пряча свою улыбку. Внутри разливалось тепло от удовлетворения проделанной работой. С внутренними кровотечениями, разорванными органами и прочим, что скрыто от людских глаз всегда так. Гораздо сложнее, чем просто залечить рану.

- Он проспит до утра, не трогайте и не будите раньше времени, - Тея встала с постели, распустила волосы. - Лучше пусть ещё день или два отлежится.

Когда она обернулась, её встретила почтительная тишина. Никаких шепотков и уж тем более упреков. Тот, кто назвал её соплячкой, подал жрице её плащ.

- Вы уж меня простите, мадонна…

Тея только повела плечом, не удостоив хама ответа.

- Ты готова? - Рядом вырос Тед. - Скоро меняется караул, надо успеть уйти.

С тех самых пор у Теи появился ещё один небольшой заработок. Теперь к дому Теда потянулись сослуживцы стражника. Слухи быстро распространились по казарме, и Тея не знала отбоя от пациентов. Приходили, конечно, не только с разбитыми головами и сломанными в бою руками, а по большей частью с болячками. Подагра, грудная жаба, срамные болезни - в избытке. Зато и платили за это не в пример больше, чем за детские сопли. И в кармане жрицы то и дело приятно позвякивали стопки серебряных монет.

На вырученные деньги Тея сначала прикупила одежды. Штаны, рубаха, плащ, вроде того, в какой наряжал её Тед. У хозяина дома сторговалась на сапоги. Брат Теда расстарался, обувь была не самой тонкой выделки, но зато добротная, и по грязищи ходить, и верхом ездить. Жаль только лошадки нет. Самое важное же для Теи было высокое голенище, чтобы туда свободно входил кинжал, и вытаскивался без труда.

В свободные часы жрица отправлялась гулять. Изучала город, улица за улицей, переулок за переулком. До главной площади уже могла добраться с закрытыми глазами. Однажды даже, съедаемая любопыством, рискнула заглянуть в Храм. Тот поразил жрицу своей холодной безжизненностью. Холодный камень, молчаливые служители, даже свет из витражей не оживлял эту холодную пустыню. Из ниш по бокам на пришедших смотрели изящные фигуры святых. Они выглядели прекрасными и… безумными. Чем больше Тея всматривалась в лица святого Локи или святой Нанны, тем больше Тея в этом убеждалась. Только у безумцев бывает такое спокойное выражение лица.

Долго она всматривалась в массивную фигуру отца, которая возвышалась едва ли не до самого потолка храма.

- Поражены? - Раздался голос рядом. Тея вздрогнула. Рука было дернулась к кинжалу, но девушка остановила себя быстрее, чем произошло бы непоправимое. Повернула голову, разглядывая говорившего. Приземистый мужчина с редкими с проседью волосами, крупный нос, но все это было ерундой в сравнении с его одеждой. Форменный коричневый сюртук, такие же штаны и золотая нашивка на груди - символы четырех стихий. Разведчик. И не просто разведчик, из исследовательского департамента. - Вижу вы здесь впервые, - улыбнулся мужчина. Улыбка Тее не понравилась. Была она какой-то… скользкой. Девушка только кивнула. Отрицать очевидное было глупо.

- Говорят, - продолжал словоохотливый разведчик, - что сей монумент находился на этих землях испокон веков, ещё до прихода драконов. И когда Измир Первый велел построить здесь столицу, то Всеотца решено было не передвигать, а это, - мужчина обвел пространство вокруг себя рукой, - возвели вокруг него.

Тея вернула свой взгляд к монументу. Что же, может и так, красивая легенда. Но скользкий тип ей все равно не нравился.

- Преклоняюсь перед вашей мудростью, - кивнула она. Однако разведчик никуда не ушел. Наоборот, стоял и очень внимательно её разглядывал.

- Вы прибыли в столицу издалека? - Наконец, произнес он. Тея с трудом сдержалась, чтобы не передернуть плечами.

- Из Озёрного края, - она вежливо улыбнулась, чуть повернув голову к мужчине.

- Кровь эльфов, - удовлетворенно кивнул разведчик, сделал полшага к Тее. - Приехали в гости?

- К брату, - ни моргнув и глазом, ответила жрица. - Он служит здесь.

В голове забилась паника. Если он на высокой ступени, то может запросто учуять её магию. Начнутся вопросы про учебу, Академию. Не говорить же про Аквилий.

Но, кажется, разведчик был заинтересован совсем в другом.

- Мадонна…

- Фелиция.

- Мадонна Фелиция, - он придвинулся ещё ближе. - Как думаете, отпустит ли брат вас на небольшую прогулку по красотам столицы? Хотя, клянусь перед лицом Всеотца, ничто не сравниться с Вашей.

- Мастер…

- Архимагистр Крочетти, - приосанился разведчик. У Теи мгновенно округлились глаза, а улыбка архимагистра стала еще шире. Конечно, он небось подумал, что девочка из провинции впечатлена его высоким положением. На деле Тея напряглась ещё сильнее. Архимагистр - первая ступень. Он издалека должен был почуять магию в ней.

- Архимагистр, - она немного поклонилась. - Сочту за честь, но прежде моего брата нужно об этом испросить.

Мужчина в театральном жесте приложил палец в перчатке к губам.

- Хм, как насчет того, чтобы встретиться здесь же, в то же время завтра? - Он сверкнул глазами. - Ни в коем случае не хочу позорить вас перед семьей.

Глаза его говорили об обратном. Хочет. В разнообразных позах.

- В таком случае, договорились, - довольно улыбнулась Тея. И пока у архимагистра не включились мозги вместо другого места, которым он сейчас думал, поспешила улизнуть из храма.

Конечно, о том, чтобы появиться завтра на условленном месте встречи не могло быть и речи. В голову Теи на мгновение закралась крамольная мысль о том, что через Крочетти было бы проще добраться до внутренней кухни Разведки, но жрица её быстро отмела. Во-первых, неизвестно, когда архимагистр учует в ней магию. И не просто магию, третья ступень - это не шутки. Это уже полноценный боевой маг. Таких как она ценят на вес золота, а то и дороже. Очень быстро вскроется не только её учёба у Аквилий, но и все остальное. Во-вторых, одна мысль о том, чтобы стать любовницей Крочетти приводила Тею в ужас. Если её стошнит прямо в процессе, то плакала вся маскировка. Больше на главную площадь Тея не ходила.

Лето минуло как-то слишком быстро. Тея складывала монетку к монетке, едва ли не каждый день пересчитывая, сколько там скопилось. Всё казалось что мало, что не хватит и на пару дней.

На деле жрица и самой себе не хотела признаваться, что прикипела к этой жизни душой. В доме сапожника её уже давно принимали за свою. А ей было впервые за много-много лет просто спокойно. Казалось, что она так и будет до конца жизни начищать деревянные полы, есть свежий хлеб по утрам и лечить нуждающихся, когда придется.

- Да что ты шикаешь на меня, послушай!

Была ночь. Тея давно ушла спать, но сон никак не шел. Жрица лежала на своем матраце, подложив руку под голову. Смотрела, как облака плывут, то и дело закрывая полумесяц. Внизу во дворе разговаривали Тед и Патриция.

- Услышит же, - возражал Тед.

- Спят все давно, - вполголоса отвечала своячница. - То не дело, Теобальд. На меня уж соседи косятся, что, мол, у вас девка просто так живет. Иль она тебе не по нраву?

- По нраву, - тихо и печально вздохнул стражник.

- А что ты как теленок? Му да му, когда жениться её поведешь? - Шипела Патриция змеей. Очень возмущенной змеей. - Она странная, конечно. Говорит мало, сидит одна часто. Так зато хозяйственная, рукастая. Да и врачует…

- Патриция! - Тед чуть повысил голос. - Ты не понимаешь. Она мне не ровня. Знаешь, кто обычно на таких как она женятся? Графья, бароны. Принцы!

- Так чего она здесь тогда бока мнет, а не на перинах графских? - Справедливо заметила Патриция. - Ждешь, когда её кто из твоих дружков зацапает? Я видела, как давеча этот твой… белобрысый приходил. Уж он ужом вокруг нее вился.

- Это который? - Мрачно отозвался Тед.

- А! Не нравится, да? То-то же. Ты мужик или что? - Ответом Патриции была тишина. - Ну, чего молчишь? Поговоришь?

- Поговорю.

Внутри у Теи потянуло. Больно и сладко одновременно. Девушка крепко-крепко зажмурилась, закусила губу, так сильно, что во рту появился привкус крови. Ноздри её хищно раздулись, и теперь внутри шевельнулось что-то другое. Что-то темное, привычное. То, что успокаивало её все эти двадцать лет в храме.

Она всегда была одна, всегда сама по себе. У Тривии рок Моро могло быть только два спутника, два верных пса: смерть и безумие. Один только и ждет, чтобы в любое мгновение принять к себе. Второй преданно лижет пальцы, успокаивая, но то и дело грозясь откусить руку по самый локоть.

И притворяться, что такая тихая и спокойная жизнь не для нее было опасно.

Надо было уходить.

Тея решила не откладывать. Благо, днем Тед отправился в казармы, так что обещанного Патриции разговора не состоялось. Девушка вела себя как обычно - помогла Фелиции поутру, разобралась на кухне. Посидела с мальчишками, а потом пришли посетители.

Однако подготовиться она успела. Сумка с ингредиентами и платьем была сложена. У конюшни Тея заранее оставила штаны, рубаху, плащ и сапоги. Осталось дождаться, пока шум в доме затихнет, и она тенью сможет выбраться.

Как назло дети долго шумели за стенкой, но в конце концов, уже глубокой ночью наступила тишина. Тея ещё какое-то время полежала, прислушавшись к храпу, сопению, ровному дыханию, как гуляет уже прохладный ветер в щелях. И, наконец, рискнула встать.

Однако не успела сделать и пары шагов, как ее остановил голос.

- Далеко собралась?

Тея вздрогнула, оборачиваясь к кровати. Фелиция сидела на постели, свесив ноги. Луна серебрила ссутулившуюся фигуру женщины, делая её какой-то ненастоящей. Распущенные волосы рассыпались по плечам, а сквозь рубашку виднелись руки, в которых ещё покоилась сила.

Только сейчас Тея почему-то подумала, что Фелиции, наверное, не так уж и много лет. Сорок-сорок пять? Для мага - ерунда, для обычного человека - почти вся жизнь.

- Ухожу, - коротко объявила жрица.

- Насовсем?

- Насовсем.

Помолчали. Тея смотрела на Фелицию и не могла понять, почему не может сдвинуться с места. Казалось, что надо сказать что-то на прощание. Поблагодарить, наверное. И только мысль собралась оформиться в действие, как Фелиция ее опередила.

- Я знала, что так и будет, - Тея замерла. - Знала, что ты уйдешь однажды… вот так. Как воришка.

- Я не воришка, - немедленно встрепенулась девушка.

- Знаю, милая, знаю. Иди сюда. - Женщина похлопала по постели рядом с собой. Не понятно почему, но Тея подчинилась. Казалось, что так будет правильней.

- Далеко пойдешь? - В тихом голосе не было осуждения или упрека. Скорее, забота. Столь непривычная для Теи, что её едва не передернуло. Как Фелиция может быть такой спокойной?

- Пока не знаю, - ответила почти честно. Она знала только направление.

- Тед расстроится, - вздохнула Фелиция. Тея промолчала. Она знала. Но так будет лучше. Изначально, там на лесной дороге, где они повстречались, она хотела стражника убить. Тед не подозревал, как крупно ему повезло, то Тея просто уходит.

- В вас есть магия, - тихо произнесла Тея. - Почему не используете?

- Ох, милая, - Фелиция улыбнулась, глядя перед собой. Она медленно начала перебирать волосы на плече. - Там той магии - кот наплакал. Не думаю, что и на самую слабенькую ступень наберу. Ну вещь потерянную найду, да огонь может разожгу при надобности, больше я ни на что не годна.

- Бывает, что магия прячется. Что надо вытаскивать её силком, копать. Но если уж докопаться, то она бьет ключом. - Тея видела, как Фелиция замерла, пораженная. Но это длилось лишь мгновение, тут же женщина рассмеялсь.

- Куда уж мне на старости учиться, - улыбнулась она еще шире. - В Академию меня не возьмут.

- Можно? - И не дожидаясь разрешения Тея положила ладонь на теплый лоб женщины. Фелиция вздрогнула, но вырываться не стала. Застыла, задержала дыхание.

Мать Теда была права, магии в ней было чуть. Может до пятой ступени она бы и дотянула, но через годы упорной учебы. Впрочем, для простой девушки и это было бы хорошим подспорьем. Но Тею интересовало не это.

Всё же Теду следовало довести матушку до целителя. Потеря зрения Фелиции была обратима. На это придется потратить немало сил, но…

Тея зажмурилась крепче, потянула к себе ниточки силы. Те, как обычно, послушно скользнули к рукам волшебницы, под пальцами стало горячо. Тея вливала и вливала магию в тонкую структуру человеческого тела. Плела, латала, восстанавливая те связи, что были утрачены из-за болезни. На лбу выступила испарина, но жрица не смела даже пошевелиться. А сила лилась и лилась, закрывая бреши и разрывы, пока Тея одним резким движением не обрубила ручеек.

Только сейчас жрица открыла глаза. Фелиция сидела оглушенная таким бесцеремонным вмешательством в свою жизнь. Она давно поняла, что Тея не магический потенциал в ней проверяла.

Девушка вытянула ладонь, зажгла на ней магический светлячок.

- Фелиция, видите?

- Огонь, - хриплым шепотом ответила женщина.

Тея кивнула, погасила светлячок.

- Зрения будет возвращаться ещё несколько дней, будьте аккуратней, - жрица встала. Её повело в сторону, в висках заныло. Надо перед уходом добыть на кухне что-то съестного, уж очень много сил потратила разом.

- Спасибо… спасибо тебе, - все ещё ошарашенная зашептала Фелиция, хватая Тею за подол юбки. - Проси всё что угодно!

- Есть кое-что, что вы можете сделать для меня, - Тея мягко отцепила руку от своего подола, сжала пальцы Фелиции. Та сжала её ладонь в ответ. Теплые, чуть шершавые от мозолей руки. Внутри у Теи кольнуло что-то, перед глазами мелькнуло красивое лицо матери. Девушка сглотнула с трудом. - Передайте Теду что-нибудь от меня. Придумайте любую ложь, лишь бы это облегчило его печаль.

Уже совсем скоро Тея, наконец, выскользнула со двора. Не оборачиваясь, не давая себе возможности передумать. Посильней запахнула плащ, поправила сумку и твердым шагом отправилась вниз по улице. Добротные сапоги хлюпали в грязи, накануне прошел дождь.

То что однажды Тед её надет, Тею не волновало. Путь её лежал в ту часть города, куда и стража захаживать предпочитала лишь по острой необходимости. Квартал Роз с Переулком Снов, Улицей королев и тупиком Грёз. Туда, где властвовала похоть, грязь, запрещенная магия и деньги.