Телохранитель для принцессы

Глава 1

В гостиной, помимо Дианы, находился высокий мужчина в неброской, но явно дорогой и качественной одежде. Помнится, во время последнего нашего разговора отец обмолвился, что хочет меня кое с кем познакомить. И намекнул, что новый знакомый сыграет в моей жизни очень важную роль.

Шагая к центру огромной гостиной, я внимательно изучала незнакомца. Цепкий взгляд стальных глаз, темные брови вразлет, высокий лоб, прямой нос с едва заметной горбинкой, острые скулы, недовольно поджатые губы — явно возмущен моим откровенным изучением его персоны — гладко выбритый волевой подбородок и светлые волосы, аккуратно зачесанные назад.

Я даже руки в кулаки сжала, чтобы унять неуместный зуд от желания растрепать его прическу, а то слишком уж все идеально. Скользнула взглядом от широких рельефных плеч к мощному торсу, угадывающемуся под слоями одежды, потом опустилась еще ниже, к узким бедрам и крепким ногам, выгодно подчеркнутым тканью штанов. Впрочем, думаю, дело тут было совсем не в штанах. На этого что ни нацепи — все равно будет выглядеть шикарно.

Закончив осмотр, я поразилась коварству своего родителя: против такого жениха и возразить-то нечего. Но мне не хотелось ничего, кроме как сообщить, что договорные браки уже лет как пятьсот не практикуются и послать всех к демонам. Ну не люблю я, когда мне что-то навязывают. Не люблю! Отец называет это бунтарским духом, а Диана врожденной вредностью.

Остановившись у стола, я перевела взгляд на любовницу отца и приветственно кивнула. Она ничуть не изменилась за то время, что мы не виделись — такая же изящная и ухоженная. Только взгляд стал другим: сейчас в нем не было даже намека на притворную радость от встречи со мной.

— Знакомься, Эбигейл, это лир Аррон Алистер, твой телохранитель, — представила мне мужчину Диана, и я едва не поперхнулась вдохом.

То есть, не жених? Я облегченно выдохнула, но почти сразу осознала, что радовалась зря.

В смысле, «телохранитель»? Он похоронит мое тело в случае, если очередная выходка будет стоить мне жизни? Или станет таскаться за мной повсюду, постоянно путаясь под ногами? Такого счастья мне не надо, спасибо.

К тому же, мужчина мне понравился и не был виноват в том, что у меня тяжелый характер, и я подумала, что мне стоит избавить его от такой участи, как постоянное пребывание в моей компании. Так сказать, я по доброте душевной решила сделать хорошо и приятно нам обоим.

Дорога была долгой и порядком меня утомила, поэтому я решила сразу обозначить свою позицию, не размениваясь на положенные этикетом расшаркивания.

— Я не нуждаюсь в услугах телохранителя, — обратилась я к женщине, а потом перевела взгляд на господина Алистера. — Вы уволены.

— Это последняя воля твоего отца, — с нажимом произнесла Диана и окинула меня тяжелым взглядом. — Если в тебе осталась хоть капля совести, ты не посмеешь оспорить его решение.

Я уже набрала в грудь побольше воздуха, чтобы высказать свое мнение о том, у кого из нас двоих эта самая совесть хотя бы имеется в наличии, но тут до меня дошел смысл фразы «последняя воля». Так вот, почему он сам меня не встретил.

Меня как обухом по голове ударили, и я опустила ресницы, чтобы скрыть вспышку силы, которая всколыхнулась и попыталась прорваться наружу. Медленно выдохнула, пытаясь взять себя в руки. Как сквозь толщу воды до меня донесся мягкий баритон блондина:

— … так что с этой минуты я буду вас охранять.

— Сочувствую, — обронила я, развернулась и покинула гостиную.

Моя комната находилась на втором этаже, и весь путь я пыталась осмыслить то, что недавно сказала Диана. Не получалось. Я не то, что осознать, я даже поверить в это не могла. Папы больше нет. Может, это какой-то глупый розыгрыш? Может, я неправильно истолковала чужие слова?

Перед дверью я остановилась и тупо уставилась на позолоченную ручку. Мгновение спустя на нее опустилась широкая ладонь, и дверь открылась. Я медленно перевела взгляд на телохранителя.

Он все это время шел сзади, а я даже не заметила.

— Мне кажется, вы слишком превратно истолковали слово «всюду».

— Вовсе нет, — возразил мужчина. — Я сейчас осмотрю комнату, потом вы сможете пройти.

— Это моя комната. Мой дом. Мне не может здесь угрожать опасность, — произнесла я тоном «для слабоумных».

Блондин закатил глаза и вошел. Я сразу проследовала за ним.

Мужчина бросил на меня осуждающий взгляд, потом окинул помещение острым взглядом, пустил быстрое сканирующее заклинание, удовлетворенно кивнул и обернулся ко мне:

— Принимая во внимание то, как погиб ваш отец, не могу с вами согласиться.

Погиб. По телу прокатилась волна мурашек. Магия взбунтовалась с новой силой.

Ответить я не смогла. Просто кивнула и указала на дверь.

— Мне нужно еще осмотреть ванную и гардеробную.

Честное слово, я еле сдержалась от того, чтобы вышвырнуть наглеца из комнаты заклинанием. Нельзя. На мне печать. Никто не должен знать, что она не работает.

— Подите вон, — рыкнула я, когда блондин закрыл дверь ванной и обернулся ко мне.

Мужчина сверкнул глазами, но покорно вышел.

Кажется, я его раздражала. Но мне было плевать. Сейчас главное предотвратить срыв. Это будет сложно, потому что ничего, кроме как отпустить контроль над эмоциями, мне не хотелось.

Я опустилась на ковер, задрала форменную рубашку и пробежалась пальцами по рисунку, расположенному в районе солнечного сплетения. Рисунок — не татуировка. Это печать, которая удерживает необузданную магию.

Когда на меня накладывали печать, я успела слегка вмешаться в процесс, и теперь завершающий узелок заклинания легко развязывался. Точнее, почти всегда отсутствовал. Я запирала в себе магию сама и только в критические моменты, вот как сейчас.

Прикрыв глаза, я нащупала нити внешнего круга и потянула за них, соединяя концы и замыкая контур.

Закончив, я утерла пот со лба и помассировала зудящую печать. Ее может сорвать, если поток магии будет сильным. У меня так уже случилось один раз, но никто не пострадал: это происходило в школе, где все было увешано поглощающими магию щитами. Сейчас все было иначе. Мне нужно как можно скорее куда-то «слить» силу, так как она вряд ли успокоится сама.

Сделав пару глубоких вдохов, я поднялась и прошла к двери.

Телохранитель на диво недобросовестно выполнял свою работу: в коридоре было пусто. Может, получится по-тихому сбежать из дома?

Когда я уже почти натянула на себя черную рубашку с вышивкой по вороту и черные узкие штаны, в комнату, коротко постучав, вошла Диана.

— Эби, нам нужно поговорить, — ее чарующий голос был полон печали.

— Не сейчас, — процедила я, засовывая ноги в высокие сапожки на шнуровке.

Диана не соизволила поставить меня в известность, когда погиб отец, а я должна теперь с ней разговаривать?

Кстати, а когда он погиб? Судя по тому, что глаза у женщины не заплаканные, не два и не три дня назад.

Я выясню все подробности. Потом.

— Я думала, ты все знаешь.

— Диана, — прошипела я. — Определение «учебное заведение закрытого типа» не наводит тебя ни на какие мысли?

— Ты что, пойдешь веселиться, как ни в чем не бывало? — наконец, спросила женщина, наблюдая за моими сборами.

— Не твое дело, — отрезала я, накинула на плечи плащ и вышла в коридор.

Телохранитель нарисовался уже во дворе, когда я и вправду начала верить в то, что у меня получится избавиться от его общества. Молча помог мне взобраться в седло, потом грациозно взлетел на своего скакуна и поинтересовался, куда мы едем.

К его счастью, мужчина не стал высказывать свое мнение по поводу трактира, который я собиралась посетить. Он спокойно выехал на дорогу и не сказал мне больше ни слова. Я тоже не горела желанием общаться, даже не высказалась по поводу того, что меня окутала сфера защитного заклинания.

— Здравстуйте, лира Моргалис, — поприветствовал меня охранник у входа.

Алистеру пришлось вытерпеть сканирующее заклинание и сдать оружие. Увидев количество вынутых из-под одежды колюще-режущих предметов, я мысленно присвистнула и покачала головой. Не удивлюсь, если ушлый телохранитель умудрился оставить что-то при себе.

— Мне как обычно, Лайз, — сообщила я, плюхаясь за стойку, и обернулась к Аррону. — Хочешь чего-нибудь выпить?

Мужчина ожидаемо скривился и сообщил, что он при исполнении. Я пожала плечами и принялась ждать. Хозяин сегодня здесь, ему уже наверняка обо мне доложили.

— Крошка Эби! — меня сдернули с высокого стула и сжали в объятиях.

Я едва не опрокинула на себя большую глиняную кружку с темным напитком.

Эдвин и сам не выглядел взрослым — скорее, даже, наоборот, но на самом деле он был в несколько раз старше меня, поэтому я и прощала ему «крошку». Ну и потому, что мы были довольно близкими приятелями.

— Давненько ты не радовала нас своими визитами.

— Но сегодня ваше везение закончилось, — гаденько ухмыльнулась я и смачно чмокнула Эдвина в щеку.

Смазливый красавчик скорчил рожицу и притянул меня к себе поближе. Естественно, он сразу оценил мое состояние и понял, зачем я приехала.

— А я ведь совсем недавно сделал косметический ремонт, — словно ни к кому не обращаясь, сообщил он.

— Слушай, Эд, я уже больше не могу терпеть, — прошипела я мужчине на ухо и, заметив внимание телохранителя, уже громче добавила. — Соскучилась, сил нет.

Была вероятность, что Аррон меня с Эдом никуда не отпустит. Я, честно говоря, очень сильно этого опасалась, так как уединиться с этим красавчиком мне было жизненно необходимо, но Алистер вообще вел себя на удивление тихо. Он почти слился с окружающей обстановкой и ни слова не сказал мне, когда мы с парнем направились к лестнице, ведущей на второй этаж.

В мою голову закралась робкая мыслишка о том, что телохранитель не так прост, как кажется, а еще знает что-то, чего не знаю я. Это раздражало.

Эд запер дверь и привлек меня к себе.

Разорвать печать, которая уже начала нещадно жечься, на этот раз оказалось очень просто. Я потянулась к губам парня, вдохнула искорку его магии, позволяя ей сплестись с бушующим во мне потоком, и выдохнула ее обратно, медленно отпуская силу. Мужчина едва слышно застонал, запуская пальцы мне в волосы и сдавливая затылок.

Очень хотелось выплюнуть все разом, но какое-то время я держалась. А потом, когда, как мне показалось, основная часть уже вылилась, окончательно расслабилась, полностью отпуская контроль. Магия хлынула потоком.

Эд сжал меня крепче и пошатнулся, продолжая, впрочем, жадно пить мою силу. Я вцепилась в плечи парня, не давая ему отстраниться или случайно разорвать контакт. Прецеденты уже случались: я разнесла весь кабинет и вынесла двери с окнами. Не помогли даже встроенные заклинания.

Наконец, мой резерв полностью опустел, и мы оторвались друг от друга, тяжело дыша. Я тут же сползла на пол: в теле поселилась предательская слабость, и ноги отказывались меня держать.

Глава 2

Слегка пошатывающийся Эд добрел до своего стола, выудил из ящика бутыль и протянул мне.

Стабилизатор.

— Я не хочу, — вяло сообщила я, запрокинув голову к склонившемуся надо мной парню.

Он тряхнул головой и жадно отпил сам. Потом поднес горлышко к моим губам и насильно влил напиток в рот, зафиксировав для надежности мой затылок.

— Эд, ты паразит, — откашлявшись, сообщила я.

— В противном случае по твоему состоянию всем стало бы ясно, чем мы тут с тобой занимались, — развел руками красавчик, усаживаясь в кресло.

По телу медленно разливалось обманчивое тепло. Напиток нормализовал работу организма, стабилизируя эмоциональный и магический дисбаланс.

Вскоре от моей апатии не останется и следа, а что я буду вести себя так, будто нахожусь в состоянии легкого алкогольного опьянения — так какое же лекарство без побочных эффектов?

— Я не хочу ничего чувствовать, — медленно произнесла я, массируя печать. — И не знаю, как все это пережить.

— Подожди, когда ты приехала?

— Сегодня.

— Тебе не сообщили, — понял Эдвин.

Я покачала головой и запустила пальцы в волосы.

— Тогда тем более нельзя прятаться за безразличием. Тебе надо это пережить и отпустить, Эби, — серьезно сказал мужчина, глядя мне в глаза.

— Тогда расскажи мне, — твердо попросила я, — а то я ведь так толком ничего и не поняла.

— Если коротко, то экипаж твоего отца взорвался во дворе вашего дома. Он погиб на месте, щиты не спасли от перегрева. Но твой отец умудрился оставить для тебя кое-что. Кристалл с записью. Думаю, тебе его если не отдадут, то хотя бы запись покажут. Я дам контакты следователя, который ведет дело.

Потом мы смотрели запись с магического кристалла, сделанную месяц назад. Месяц, подумать только. Я целых тридцать дней прожила в счастливом неведении.

— Твой резерв очень сильно вырос за последний год, — сообщил мне Эдвин, когда я уже собралась уходить. — Я насытился. Вкус-с-сно, — он блаженно закатил глаза, но потом продолжил нормальным тоном. — Будь осторожнее с магией, если что, ты знаешь, где меня найти. Не тяни до последнего.

— Да уж, мне повезло, что когда-то я решила устроить погром именно в твоем трактире, — фыркнула я, открывая дверь.

— Ты знаешь, что твой… сопровождающий — из Разящих? К тому же, у него имеются определенные особенности. Регенерат, если я не ошибаюсь. И маг очень высокого уровня. Так что не пытайся его обдурить, будешь выглядеть глупо. И печать советую привести в нормальное состояние.

Помещение ему нужно было проверить. Гад. Что он успел там навертеть, пока я глазами хлопала? Я мысленно выругалась, завязала силовую нить печати, вышла в коридор и захлопнула дверь.

Отличное у меня окружение. Сирена, высший энергетический вампир, теперь вот элитный телохранитель из разряда неубиваемых. И выглядят же многие как люди, заклинаниями маскирующими пообвешаются, и поди разберись, кто есть кто.

Сегодня выступал полуэльф. Этот менестрель был мне знаком, поэтому я без зазрения совести плюхнулась на скамью с ним рядом и попросила исполнить что-нибудь более душевное и менее веселое. Тот кивнул и провел пальцами по струнам лютни, вызывая тягучие, глубокие звуки.

Я какое-то время молча слушала и пила свой настой из трав и ягод с капелькой меда. Ягоды были кислыми, а травы — горькими и терпкими, но результат смешивания меня вполне устраивал. Напиток слегка обжигал горло и оставлял на языке едва различимую горечь, но никакого опьяняющего эффекта не оказывал. Я вообще алкоголь не употребляю. Вредно для здоровья окружающих.

— Что тебе сыграть? — негромко поинтересовался Таль, завершив очередную песню.

Я неопределенно передернула плечами.

— Я же вижу, что тебе хочется, — он начал перебирать струны, безошибочно угадав мое настроение.

Не то, чтобы у меня был великолепный голос. До Дианы мне было еще дальше, чем до достижения контроля над собственной магией, но слушать вполне можно, особенно, если у меня хорошее настроение. А вот если я пою, когда мне плохо, то становится плохо всем. Потому что с голосом я выплескиваю накопившиеся эмоции. Честно, открыто, прямо. И песни я выбираю соответствующие.

— Посетителей жаль, — пояснила я, оглядывая полупустой зал. — И тебя.

За то, что я делилась с Эдом своей магией, мне было позволено в его заведении творить все, что вздумается. Так что вампир мне ничего, кроме «спасибо» не скажет. Где еще такой мощный источник энергии найдешь, причем, добровольно отдающий силу? Но сегодня все слишком плохо. Не припомню, чтобы мне когда-нибудь было так паршиво.

— Тебе это нужно, — мягко сказал парень, продолжая наигрывать мелодию.

Эти песни исполнял на празднике Ночи один заезжий бард. Я не все приняла, но меня зацепило, хоть в них и было, на мой прежний взгляд, много грусти, боли, жестокости. А сейчас это было то, что нужно.

Каждый переживает песню по-своему, пропускает ее через себя и заставляет звучать так, как он чувствует. Я отставила кружку, поднялась и кивнула Талю.

Ну вот и все, конец игре:

Сгорают двое на костре,

А я смотрю на них в надежде видеть истину.

Над плотью, что уже мертва

Взлетают искрами слова,

Но я же, право, никогда не верил в мистику.

Но казнь окончена, и вот

Уходит с площади народ,

Он завтра вновь себя вернет к своим занятиям.

Да это все, но как мне быть,

Ни днем, ни ночью не забыть:

Летит из пламени костра мне вслед проклятие.

Я пела, а перед глазами стояла запись с кристалла. Полыхал экипаж, пламя взметалось ввысь, клубы дыма застилали небо, и я горела. Я сгорала там, вместе с ним…

И длится день, давая свет,

Но смерти матерный акцент

Теперь все время слышу я в любой мелодии.

И тонет в ужасе душа,

И сухо крыльями шурша

Ко мне подходит не спеша моя агония.

Таков уж, видно, жребий мой,

Нет сил смеяться над судьбой,

Я отлученным был, и стал сегодня проклятым.

Тебя отправил я на смерть,

Чтоб самому в огне гореть,

Но я сгорать уже устал, глотая горький дым…

(с) Канцлер Ги «Ну вот и все, конец игре»

Я чувствовала себя виноватой. За то, что не научилась держать в узде свою силу, не смогла стать достойной преемницей, не оправдала надежд. За то, что не смогла быть рядом.

Я пела, пела и пела. Перед глазами вставали картины прошлого, подсвеченные пламенем, наши ссоры и разговоры по душам, редкие встречи. Мыслями я была далеко, я забыла о том, где нахожусь и о том, что меня слушают люди. Я просто пыталась избавиться от боли и горечи, засевших в душе.

Наконец, я поняла, что пора заканчивать. Последний куплет был произнесен хриплым шепотом и поставил точку в моей исповеди. Я обвела зал шальным взглядом и с изумлением заметила слезы на лицах некоторых из присутствующих. Склонила голову и спустилась с небольшого возвышения, которое заменяло здесь сцену. В следующее мгновение ноги подкосились, и я рухнула на пол.

Точнее, почти рухнула: меня подхватили сильные руки. Подняв глаза, я с изумлением встретилась взглядом с лиром Арроном, про которого успела забыть. Да уж, воистину, память девичья. Я хихикнула и обвила его шею руками, потому что ноги не держали.

Алистер подался вперед, и я запрокинула голову, глядя в глаза цвета грозового неба. Сильные руки прижимали меня к горячему телу, ноздри мужчины едва заметно трепетали, будто он к чему-то принюхивался.

— Позвольте полюбопытствовать, дорогой телохранитель, как называется то, чем вы сейчас занимаетесь? — хрипло спросила я.

— А на что похоже? — темная бровь взметнулась вверх. Видимо, мужчина был удивлен тем, что я могу связно разговаривать в таком состоянии.

— На харассмент.

— Что?

— Поведение личности, причиняющее неудобство или вред другой личности, нарушающее неприкосновенность ее частной жизни, — сообщила я и добавила для ясности. — Домогательство, проще говоря.

— Даже не мечтайте, — прошипел мужчина мне на ухо. — Мы сейчас с вами, юная лира, отправимся домой…

— Но я не хочу домой, — капризно заявила я, пытаясь высвободиться из тисков.

— А вас никто не спрашивает, — отпускать меня не спешили, напротив, целеустремленно волокли к выходу, а когда я начала сопротивляться, бесцеремонно закинули на плечо.

— Тебе повезло, что моя магия запечатана, — доверительно сообщила я мужчине на ухо. — Поставь меня. Поставь, я сказала!

Я брыкалась, молотила кулаками по широкой спине и грозила своему телохранителю различными карами. Случайно выбила ногой поднос с пустой посудой из рук подавальщицы и едва не угодила пяткой по магическому светильнику на одном из столиков.

Алистер что-то невнятно побормотал, нажал несколько точек на моем теле, и я почувствовала, как оно предает меня. Руки и ноги безвольно повисли, отказываясь повиноваться. Демон, да я пошевелиться не могу!

— Ты что сделал, изверг? — взвыла я. — Как у тебя рука вообще поднялась? Да чтоб тебе…

И тут я с ужасом поняла, что из моего рта не вырывается ни звука. На этот раз мужчина использовал банальное заклинание. Что обидно, очень простенькое, но я, в силу своего состояния, защититься не смогла. Позор мне.

В мыслях промелькнула картинка: отец неодобрительно качает головой. Опять взгрустнулось.

Глава 3

Ночной воздух окутал меня прохладой, по телу пробежали мурашки. Я поморщилась.

Алистер усадил меня на своего скакуна, а сам устроился за моей спиной. Меня затошнило. Я снова поморщилась и злобно сверкнула глазами, так как никаким другим способом выразить свое отношение к ситуации была неспособна.

Мы ехали медленно, но меня все равно немного укачивало. Моя лошадь послушно плелась рядом.

Я ощущала, как к телу постепенно начинает возвращаться чувствительность и думала о том, что скажу этому… телохранителю, когда он вернет мне дар речи. Сделать это самостоятельно не представлялось возможным: дурацкая печать не давала воспользоваться магией. Которой во мне сейчас оставались жалкие крохи. Можно, конечно, было эту печать снять, но я даже в своем нынешнем состоянии понимала, что это глупо: мне ведь ничего не угрожает, потерплю.

Я мысленно одарила сидящего за моей спиной мужчину парой ласковых фраз, но он, естественно не проникся.

Наконец, я почувствовала, что оцепенение, сковывающее тело, полностью спало, медленно пошевелила пальцами ног, затем рук, потом размяла кисти и облегченно выдохнула. Промычала что-то невразумительное и царственным жестом указала на свое горло. Верни как было, мол.

— А ты будешь себя хорошо вести? — раздалось над самым ухом.

Я даже рот приоткрыла от такой наглости. Что ему не понравилось? А, бедняжка просто не знает, как выглядит мое плохое поведение. Я сочувствующе вздохнула.

— Я так понимаю, это отрицательный ответ? Тогда сиди так, — и Алистер поудобнее перехватил мое опасно накренившееся тело.

Я сложила пальцы одной руки в неприличный жест, который девушкам моего положения даже знать не полагается, другой похлопала по обвивающей меня руке, привлекая внимание, и продемонстрировала мужчине получившуюся конструкцию.

— Сиди смирно, мы уже скоро приедем… принцесса, — последнее слово он произнес так, будто это было оскорбление.

Мужчине повезло, что он сидел сзади и не видел всей гаммы эмоций, отразившихся на моем лице.

Так меня называл папа. Только ему это было позволено. И звучало прозвище ласково, нежно, и я сразу понимала, что, несмотря на все наши недомолвки и ссоры, отец меня любит. А этот… этот… да как он посмел вообще? Еще и с такой интонацией!

Из седла я вылезла самостоятельно, проигнорировав протянутые ко мне руки. Да я теперь не то, что прикасаться к телохранителю, я теперь разговаривать с ним не буду, вот! По крайней мере, в ближайшее время.

Появившуюся в коридоре Диану я тоже проигнорировала, хотя возможность говорить этот вредитель вернул мне, как только я вошла в дом.

В комнате я молча разделась и упала на кровать, накрывшись одеялом с головой. Какое-то время просто лежала и молча сопела, потом не выдержала и высказала в потолок все, что я думаю о своем новом сопровождающем. Получилось на удивление коротко и емко: «Гад бессердечный».

Даже проклятия никакие на блондинистую голову Алистера не наслала. Потому что я незлобная, а не потому что устала. Глаза закрываются.

Утро началось… просто началось. Я открыла глаза и уставилась в окно, за которым виднелся кусочек ясного неба и залитые солнцем верхушки деревьев. Но сегодня хорошая погода не могла повлиять на мое настроение. Стабилизатор подействовал как надо, поэтому чувствовала я себя вполне неплохо. Физически. Морально я была подавлена.

Посмотрев в висящее над раковиной зеркало, я с силой провела ладонями по лицу и растянула губы в улыбке. Вышло натянуто и неестественно. Нужно взбодриться.

Я влезла в ванну и решительно открыла кран с холодной водой. С потолка хлынул ледяной поток, и я, хоть и была к этому готова, не смогла сдержать душераздирающего вопля, плавно переходящего в ультразвук.

Не прошло и двух секунд, как дверь в ванную распахнулась, ударившись о стену, и внутрь ворвался мой телохранитель. Я настолько опешила, что даже орать перестала.

На мужчине были низко посаженные штаны и… все.

Телохранитель, бегло осмотрев комнату и сообразив, что никто меня убивать не собирается, стремительно двинулся в мою сторону, а я… я застыла, разглядывая его идеально вылепленный торс и крепкие руки.

Про ледяную воду вспомнила только тогда, когда Алистер ее выключил. Я сглотнула и перевела глаза вверх, запоздало залившись краской. Руки сжала в кулаки, я подавила порыв прикрыться. Мужчина уже все увидел, демонстрировать еще и свою неловкость я не собиралась.

— Вы забыли, как настраивать температуру воды, лира Моргалис? — спросил мужчина, глядя мне четко в глаза.

— Подите вон, — да, я была неоригинальна.

Как только за Алистером захлопнулась дверь, я закрыла лицо руками и села в ванну. Полную ледяной воды, естественно. Вздрогнула, но не произнесла ни звука, просто молча вынула пробку.

Демоны, ну почему я все время попадаю в такие идиотские ситуации?

Активировав встроенное в ванну испаряющее влагу заклинание, прелесть которого заключалась в том, что оно срабатывало и у неодаренных магией тоже, стоило лишь нажать нужный камушек на панели, я дождалась, пока высохнут волосы и завернулась в махровый халат. Заявляться в таком виде на кухню не позволяли приличия, а позавтракать было нужно, хоть и не хотелось — у меня сегодня много дел, нужны силы.

Скрутив волосы в пучок, я облачилась в строгое темно-синее платье, сунула ноги в туфли на невысоком тонком каблуке и вышла из комнаты.

— Доброе утро, Эбигейл. Завтрак будет подан через полчаса, — оповестила меня хлопочущая на кухне женщина.

— Здравствуйте, лира Лайт, — улыбнулась я. — Можно я пока фруктов перехвачу?

— Конечно, деточка, — захлопотала она. — Ты кушай-кушай, вон как осунулась. Вчера даже и не поужинала. Да что там не поужинала, вообще на кухню не заглянула. А я, между прочим, черничный пирог испекла, специально для тебя.

— Извините, — покаялась я, — как-то все навалилось…

— Тяжесть последствий от приема дурманящих разум веществ — единственное, что на тебя навалилось, — раздраженно произнесла заглянувшая на кухню Диана. — Лира Лайт, не добавляйте корицу мне в кашу, в последнее время терпеть ее не могу.

Я вгрызлась в яблоко, заедая рвущуюся с языка фразу. С Дианой я старалась не спорить, предпочитала делать вид, что ее нет. Потому что дивный голос сирены, когда та изволила скандалить, играл с ней и окружающими злую шутку, которая шуткой вовсе не была.

— Что-то она не в духе в последнее время, — неодобрительно заметила наша кухарка, а потом сочувствующе поинтересовалась. — Ты сама-то как?

Я неопределенно пожала плечами. Хотела бы я это знать.

Вроде бы, нормально. Способна мыслить и действовать. По крайней мере, пока. Как и когда изменится мое настроение, я предсказать не могла.

— Как твоя учеба? Всех там за пояс заткнула? — кухарка положила передо мной кусочек вчерашнего пирога и подвинула чашку с чаем.

Я благодарно ей улыбнулась и принялась пересказывать забавные ситуации, случавшиеся во время занятий. Вообще-то, в нашем «Туманном Острове» — так называлось место, где я училась — веселого мало, а развлечения можно по пальцам пересчитать, но нужно уметь во всем находить положительные моменты.

— Лира Лайт, что там с завтраком? — прервал наш смех недовольный голос Дианы.

Я поднялась, подхватила тарелки с нарезкой из фруктов и понесла в столовую.

— Деточка, оставь, — шикнула на меня женщина, но я только отмахнулась. Мне несложно.

— Эби, ну что ты творишь? Сядь, пожалуйста, — закатила глаза Диана, уже занявшая свое место за столом. — Каждый должен заниматься своим делом.

Я молча уселась на стул. Взгляд наткнулся на пустое место во главе стола, и я поспешно опустила глаза в свою тарелку с кашей.

— Доброе утро, лиры, — поприветствовал нас спустившийся к завтраку Алистер.

Мы с Дианой нестройно пожелали мужчине того же, и я даже почти не покраснела, вспомнив утренний инцидент

— Ваш завтрак на кухне, — оповестила Аррона моя недомачеха.

— Почему лир Алистер не ест с нами? — вздернула брови я.

— Потому что здесь едят только члены семьи. Я попрошу тебя соблюдать этикет, Эбигейл.

Если уж на то пошло, Диана членом семьи не была. Но я не стала ей этим тыкать. Просто поджала губы и продолжила размазывать кашу по тарелке.

Для Алистера место приема пищи, похоже, не имело никакого значения, поэтому он спокойно отправился на кухню. За небольшой уютный столик. А я осталась сидеть здесь, за огромным столом на двенадцать персон напротив Дианы, и ее вид отбивал у меня аппетит, которого и так не было.

— Эби, ты ведешь себя отвратительно, — расправившись с завтраком, уведомила меня сирена.

— Ты тоже. Хотя бы тем, что отчитываешь меня при свидетелях.

— Как с тобой сложно, — сокрушалась женщина. — Почему ты никогда меня не слушаешь?

Я молча поднялась, подхватила поднос со своей порцией и направилась на кухню.

— Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю! — чудный голос взлетел на тон выше.

Я поморщилась и захлопнула дверь кухни, надеясь на то, что Диана постыдится идти за мной и предъявлять претензии. Мои надежды оправдались.

Выждав еще пару мгновений, я плюхнулась за стол напротив Аррона, рядом с лирой Лайт, и принялась запихивать в себя кашу.

— Мы поедем в департамент городской стражи, мне нужно поговорить со следователем, — уведомила я Алистера, как только с кашей было покончено.

Глава 4

Сегодня мы передвигались в экипаже. Телохранитель сидел напротив и буравил меня изучающим взглядом. Я делала вид, что меня это не раздражает, но потом не выдержала:

— Прекратите на меня пялиться.

— Как скажешь, принцесса, — и мужчина перевел взгляд чуть в сторону.

Теперь Аррон смотрел в мою сторону, но словно сквозь меня.

— И не называйте меня принцессой, пожалуйста, — раздраженно добавила я.

Блондин хмыкнул, но промолчал.

В здание меня пропустили без проблем, как только услышали мою фамилию. Проводили в кабинет, усадили на жесткий стул, предложили воды. Я вежливо отказалась.

Тинар Габи, тот самый следователь, принес мне кристалл с записью. Я отерла вспотевшие руки о платье (не видит меня сейчас Диана!), приняла кристалл и замешкалась, бросив косой взгляд на камень в массивном браслете — более мелких украшений с камнями подходящего размера у меня не нашлось.

Когда я узнала, что кристалл мне не отдадут, пришлось придумывать, как заполучить запись. Я была уверена, что папа оставил мне не просто сентиментальное послание. В нем наверняка было гораздо больше информации, чем смог выудить следователь. И мне придется очень сильно постараться, чтобы понять, что именно хотел донести до меня отец.

— Если хотите, я могу оставить вас, — тактично предложил лир Габи.

— Благодарю вас, — кивнула я, не веря своему счастью.

Если бы я знала, что все сложится так удачно, принесла бы еще один записывающий кристалл. Тогда скопировать запись не составило бы труда — нужно было бы просто сделать такой же рисунок кода без всяких изменений, так как все записывающие кристаллы стандартны. У них одинаковое строение и одинаковые свойства, разница лишь в размере, но он здесь большой роли не играет.

Однако я никак не могла предположить, что меня вот так запросто оставят одну. А поэтому придется сначала скопировать и развернуть ленту записи с кристалла, а потом намотать ее на кристаллическую решетку драгоценного камня, учитывая поправки на разницу в строении, все переносы на следующий слой и следя за тем, чтобы запись накладывалась ровно, не путаясь и не прерываясь — это могло привести к искажениям картинки и повреждению звука.

В общем, работы было много, а времени очень мало, поэтому я приступила сразу же, как только за лиром Габи закрылась дверь.

Вроде бы, все прошло успешно. Все-таки, не зря я дочь лучшего артефактора столицы.

Я выдохнула, натянула бесстрастное выражение лица и выглянула в коридор. Запись я потом посмотрю в спокойной обстановке, без свидетелей и, желательно, неподалеку от Эда. Кто знает, чем этот просмотр обернется.

— Есть еще что-то, что я должна знать? — возвращая кристалл следователю, поинтересовалась я.

— Это все. Пока идет следствие, я не вправе обсуждать с вами его детали. Спрашивать, видели ли вы что-то подозрительное — бессмысленно, я в курсе, что вы не встречались с отцом полгода. До свидания, и примите мои соболезнования.

Я кивнула и повернулась к Аррону, подпирающему стену. Тот бросил на меня внимательный взгляд. Я отвела глаза поспешила к выходу. Назвала вознице адрес одной из лавок с артефактами и села в экипаж.

— Что за сообщение оставил лир Моргалис?

— Вы знали моего отца?

— Я первый задал вопрос.

— Вам не кажется, что это личное?

— Послушай, я интересуюсь не из праздного любопытства, — терпеливо разъяснил блондин. — Я отвечаю за твою жизнь, хотя даже не знаю, от кого тебя нужно защищать. Важна любая мелочь.

— То есть, вам папа ничего не объяснил?

— Он связался со мной и попросил приехать к твоему возвращению на каникулы. Эбигейл, лир Моргалис предполагал, что тебе угрожает опасность. Повторю еще раз. Что было на записи?

— Не знаю, я не посмотрела, — отмахнулась я.

— Демоны. Ты… Как можно быть такой безответственной?

Дорогой телохранитель явно собирался «обласкать» меня неприятными словами, но в последний момент сдержался. Все несказанное я додумала самостоятельно. И обиделась.

— Сам дурак, — парировала я.

Теперь уж точно не буду ему ничего показывать. И рассказывать. И вообще, я пыталась быть вежливой. Не высказывала претензии по поводу истории с моей комнатой, терпела постоянное присутствие постороннего человека, а он… считает дурой. И обездвиживает. И голос отнимает.

Так, кажется, мы на месте.

Несмотря на гибель отца, бизнес продолжал жить. По крайней мере, лавка, которая находилась непосредственно при лаборатории, работала.

Папин заместитель, лир Варлоу, был превосходным дельцом. По сути, все дела вел он. Мой отец, в основном, занимался наукой: изобретением новых артефактов и разработкой охранных заклинаний.

— Доброе утро, лира Моргалис, — почтительно поклонилась мне лавочница.

Поговорив с ней и расспросив насчет странных заказов и посетителей, которые наведывались сюда в последнее время, я поднялась на второй этаж, в кабинет лира Варлоу. К нему приставать с расспросами не стала — пожилой мужчина явно не станет делиться со мной информацией. Все, что посчитал нужным, он уже рассказал следователю.

Поэтому я выслушала соболезнования, высказала благодарность за то, что лир держит все под контролем, обговорила условия дальнейшего сотрудничества. Проще говоря, сообщила, что полностью доверяю мужчине и не собираюсь снимать его с должности, когда мне исполнится двадцать один, и я вступлю в права наследования.

Вниз я спускалась в состоянии крайней задумчивости.

В том, что произошедшее — не случайность, я была уверена. Мог ли лир Варлоу убрать моего отца, чтобы завладеть бизнесом? По-моему, это нелогично. Во-первых, с новыми изобретениями дело идет гораздо лучше. Во-вторых, всего через пять месяцев бизнес перейдет ко мне, а это — новая проблема. Меня, конечно, тоже можно убрать… я тряхнула волосами.

Нет, очень глупо строить какие-то предположения при почти полном отсутствии фактов. Надо узнать подробности о делах моего отца за те последние полгода, что мы не виделись. И надо посмотреть запись, неплохо бы еще изучить то место, где сгорел экипаж.

***

Алистер ждал у выхода из лавки с недовольным выражением лица. Мы проехались еще по нескольким лавкам, но и там я ничего интересного не узнала. Решила, что нужно заехать покормить телохранителя. Время уже близилось к вечеру, а голодный мужчина — злой мужчина.

Ели в тишине, на открытой террасе вполне милой кафешки. Точнее, ел Алистер, а я лениво потягивала сок через трубочку. Тарелка мужчины уже наполовину опустела, но на его настроении это никак не сказалось.

— Ты можешь просто свалить туда, откуда приехал, — не выдержала я. — Никто тебя не заставляет за мной таскаться.

— Не боишься, что тебя кто-нибудь пристукнет? — блондин оторвал от еды заинтересованный взгляд.

— Тебе-то что? — я откинулась на спинку стула и сложила руки на груди.

— Я должен твоему отцу. Поэтому, хочешь ты того или нет, я буду рядом, пока все не уляжется.

— А если мне ничего не угрожает?

— Как только я буду уверен, что это так, меня ничто не заставит остаться, — заверил меня Аррон.

А вот это было обидно. Не такая уж я и отвратительная.

Я с противным звуком втянула в себя остатки сока и отставила стакан. Ясное дело, о том, что их связывало с папой, Алистер мне не расскажет. По крайней мере, не сейчас. Потом, возможно, удастся выудить из мужчины информацию, а пока не стоит демонстрировать свое любопытство.

Я повернула голову к рощице, которая располагалась сразу через дорогу от кафе. Ярко-зеленые листья берез, пронизанные солнечными лучами, шелестели на ветру, и я, делая вид, что любуюсь деревьями, уплыла в свои мысли.

— Эби, дорогая, привет! — раздался голос Алисии.

Мое и так не самое прекрасное расположение духа испортилось окончательно.

— Здравствуй, Лисс, — кивнула я. — Привет, Дерек.

— Так хорошо, что мы тебя встретили! — прощебетала девушка, радостно улыбаясь.

Я бы поспорила, но не буду.

— Нам нужно с тобой кое-что обсудить, — продолжила Лисс, не замечая моего настроения.

Я окинула взглядом хрупкую фигурку, белокурые локоны и милое личико. Повторила себе, что мне не стоит злиться. Но самовнушение не помогло. Девушка метнула на своего спутника многозначительный взгляд.

Та-а-ак.

— Я, и правда, хотел с тобой поговорить, — наконец, произнес Дерек. — Наедине, если можно.

— Аррон, ты не возражаешь, если я отойду? — ухватилась я за возможность остаться.

Но вредный телохранитель величественно мне кивнул и даже улыбнулся Алисии, опустившейся за наш столик.

Я поджала губы и поднялась, следуя за парнем. Прямо к той самой рощице, на которую я так усердно пялилась последние минут десять.

— Ну? — я привалилась спиной к стволу березы и вопросительно вздернула брови.

— Эби, я хотел выразить тебе свои соболезнования и еще раз извиниться за то, что все так вышло…

— Короче, — перебила я.

— В общем, я надеюсь, что нам, все-таки, удалось сохранить теплые отношения…

— Еще короче.

— Мне нужны деньги, — выдохнул Дерек. — Я хочу записать свою песню. Ну, ты же помнишь…

— Конечно, я помню, — кивнула я, чувствуя, как внутри все сжимается.

— В общем, стартовый капитал. Затрат по минимуму, записывать будем меня и Лисси, а голос и музыку наложим отдельно. Нужны кристаллы, плюс работа артефактора, еще…

— А не пойти бы тебе к демону, Дер? — подавшись вперед, прошипела я.

— Давай честно, мы с самого начала договаривались, что ничего серьезного между нами не будет, так что твои обиды неуместны. Но умолять тебя я не собираюсь. Счастливо, — Дерек развернулся, махнул рукой Алисии и направился к стоящим у кафе экипажам.

Больше эта парочка не нуждалась в моей компании, и я была этому рада, хоть мы с Арроном уже собирались уходить.

Алистер поднялся, а я так и осталась стоять, прислонившись к стволу. Как же не вовремя все происходит!

— Эбиге-е-ейл, — кажется, не в первый раз звал меня Аррон.

— Прости, задумалась.

— Что там дальше в твоем маршруте?

Можно было бы проехаться по поставщикам материалов для артефактов или по тем местам, где часто бывал папа. Или покопаться в его лаборатории, пока в ней никто не работает...

— Домой, — сказала я, искренне надеясь, что Дианы там нет.

Но Диана была там.

Она лежала на полу в гостиной, изо рта, носа и ушей у нее растекались красные пятна.

Я, кажется, вскрикнула и бросилась к женщине. Трясущимися руками попыталась нащупать пульс, но его, ожидаемо, не было. Все еще в это не веря, я попыталась просканировать Диану заклинанием, забыв, что моя печать замкнута.

Аррон за шкирку оттащил меня от женщины, увел в мою комнату и вызвал стражу, предварительно проверив дом и накрыв гостиную щитом.

Глава 5

Я сидела на полу, прислонившись спиной к кровати, и считала. Раз, два, три, вдох. Раз, два, три, выдох.

Я почти не помнила, что спрашивал следователь. В основном, механически кивала или мотала головой, реже выдавливала из себя короткие лаконичные фразы.

Мы же только утром разговаривали, и она меня неимоверно раздражала. Как же так вышло? Почему? За что? Я не понимала.

По всем законам психологии у меня уже должен был случиться нервный срыв, но вместо вполне логичного желания устроить истерику я испытывала апатию пополам с сожалением. Возможно, от того, что буквально вчера я полностью опустошила свой резерв, а потом накачалась стабилизатором, а может, оттого, что мне уже нечем было нервничать.

— Что это? — я подозрительно принюхалась к жидкости в стакане, который мне протягивал Аррон. — Мне нельзя успокоительное.

Не с моими проблемами с контролем.

— Я знаю, это просто вода, — блондин опустился на пол рядом со мной и зажег на ладони «светлячок», решив не раздражать меня светом люстры.

Я только сейчас заметила, что стемнело. Это сколько я уже так сижу?

— Откуда знаешь?

— Я всегда серьезно подхожу к своей работе, и твое досье изучил очень тщательно.

Я поморщилась. Мне не нравилось, что телохранитель знает про мою жизнь если не все, то очень многое, а сам для меня остается в тени.

— Что думаешь по поводу Дианы? — осторожно спросил Аррон.

— В это сложно поверить, но, оказывается, она кому-то мешала даже больше, чем мне.

— И насколько же сильно твоя мачеха тебе мешала? — тут же подобрался блондин.

—Думаешь, это я ее? — я нервно рассмеялась я.

— Просто интересуюсь, — успокаивающим тоном произнес Алистер.

Я прекрасно поняла, что не «просто», но подумала, что не стоит заострять на этом внимание. Аррон хотел знать все как можно подробнее, и я решила послушно выполнить его просьбу, максимально развернуто ответив на вопрос.

Я, конечно, сделала это не для того, чтобы облегчить Алистеру жизнь. Мне просто нужно было выговориться.

— Диана в принципе не могла никому мешать, — медленно начала я. — Она была безобидной. Да, досаждала мне своими нотациями и нравоучениями, но… мне плевать на ее мнение. Мне все равно, что она считает… считала меня отбитой наркоманкой, незнакомой с понятием «хорошие манеры», потому что мне она — никто.

— Но ты не осталась безразлична к ее гибели, — уверенно констатировал мужчина.

— Мне жаль ее, — призналась я, глядя на магический шарик, зависший в воздухе почти перед моим носом. — Все время было жаль. Она пыталась заменить мою мать в глазах отца, но… какая-то часть его души так и не ожила после маминой смерти. Ты, наверное, решишь, что с моей стороны это просто глупое отрицание того, что папа мог полюбить кого-то, кроме мамы, но я прекрасно понимаю, что это не мне решать. И я была бы рада, если бы он снова ожил по-настоящему, но увы. И Диана где-то в глубине души понимала, что я все вижу и жалею ее. Поэтому наши отношения и не складывались.

Спустя пару мгновений задумчивой тишины, я перевела глаза с огонька на лицо сидящего рядом мужчины. Он смотрел на меня, и в его взгляде было что-то новое, но Аррон это быстро спрятал, стоило мне повернуть голову.

Я все же заметила и усмехнулась:

— Удивлен, что я умею нормально разговаривать?

— И ты только что испортила все впечатление, — фыркнул телохранитель, поднимаясь на ноги. — Отдыхай, у тебя был тяжелый день. Если что, зови.

— Ты еще и подслушивающих заклинаний понавешал? — с негодованием прошипела я, поднимаясь следом.

Никаких «следилок» я, естественно, не заметила. Видимно, Аррон действительно так хорош, как о нем говорил Эдвин, но у меня есть голова, и я умею ей думать.

— Это для твоей же безопасности. Спокойной ночи, принцесса.

Скрип моих зубов в опустевшей комнате прозвучал очень отчетливо.

***

Заставив себя умыться и переодеться, я забралась в кровать и взяла в руки браслет. Нет смысла тянуть. На записи наверняка есть что-то важное и, чем скорее я ее посмотрю, тем лучше. И Аррону завтра покажу. Если будет утром себя хорошо вести.

Деактивировав печать, я укутала себя пологом тишины, чтобы кое-кто не подслушивал, и, набрав в легкие побольше воздуха, коснулась камня.

Появившееся изображение было подсвечено синим — видимо, из-за того, что камень, на который я перенесла запись, был сапфиром — и языки пламени этого оттенка выглядели очень зловеще. Лицо отца, покрытое испариной, заставило сердце болезненно сжаться.

— Эби, — голос прозвучал надломлено, папа закашлялся, но потом взял себя в руки и заговорил. — Ты в большой опасности. Слушай во всем лира Алистера, ему можно доверять. Думал, познакомлю вас лично, но не вышло. Будь осторожна и не делай глупостей, — отец провел рукой по шее, словно ему не хватало воздуха. — Я люблю тебя, моя маленькая принцесса.

Поставив запись на повтор, я все смотрела и смотрела в глаза самого близкого мне человека, не в силах начать анализировать его слова. Любимое лицо было так близко и одновременно так недостижимо далеко. В какой-то момент я начала хрипло дышать, сминая пальцами одеяло, и постепенно мои сухие рыдания переросли в полноценные всхлипы.

Не знаю, сколько прошло времени. В себя я пришла, свернувшись на мокром от слез одеяле и мелко дрожа. Выпила отставленную на тумбочку воду, прошлась очищающим заклинанием по постели, замкнула печать и взяла браслет в руки, готовая мыслить рационально.

Правда, вскоре оказалось, что выудить тайный смысл из послания не так просто. Я тратила очень много сил на то, чтобы держать себя в руках. Последнее еще получалось, а вот с первым было глухо.

В конце концов, я плюнула на это дело, улеглась на кровать и уставилась в потолок. Сон не шел. Мысли ворочались в голове, причиняя мне почти физический дискомфорт. Я вертелась с боку на бок, пытаясь найти удобную позу, но не преуспела.

Передумав о злополучной записи все, что только можно было, я решила, что нужно переключиться на что-то другое.

Некстати вспомнилась встреча с Дереком. Правильно ли я поступила, отправив парня в дальнее пешее путешествие? С одной стороны, мне обидно. До сих пор. А с другой — может, стоит уже отпустить ситуацию? Тем более, для меня деньги, которые просит Дер, — смешная сумма.

Все так просто и сложно одновременно. Я зажмурилась и побилась затылком о подушку.

Да, я начала спать с Дереком потому, что секс — отличный стабилизатор без побочных эффектов, и мне это было очень нужно, чтобы по достижении совершеннолетия попасть на волю, а не в изолятор. И я прямо об этом сказала, когда парень начал за мной ухаживать. Но все изменилось.

Я привыкла к Дереку, стала ждать наших встреч, обсуждала с ним его увлечения, главным из которых была музыка. Дер мне песню написал. И это я подкинула ему идею записать свой клип. Да, я тогда сама предложила помощь. А потом увидела парня с Лисс. Он сразу сказал, что нам стоит все прекратить. Я тогда жутко обозлилась: надо сначала все прекращать, а потом уже зажиматься по углам с другой девушкой.

У меня почти случился срыв после годового периода затишья. Кстати, я как раз тогда и познакомилась с Эдом…

Наверное, стоит съездить завтра в банк, это будет полезно и мне тоже. Небо за окном уже посерело, скоро совсем рассветет.

Я сползла с кровати и поплелась в ванную. Отмокала в горячей воде так долго, что меня даже слегка разморило.

На то, чтобы привести себя в более-менее приличный вид, удалив последствия бессонной ночи, пришлось потратить уйму времени. В ход пошли все имеющиеся косметические средства, и все равно получилось скорее менее, чем более. Я критично оглядела свое отражение в зеркале, решила, что лучше уже все равно не будет, только если иллюзию накладывать, и махнула рукой. Заплетенные в сложную косу волосы и платье нежного кремового оттенка почти спасли положение.

Когда я спустилась в кухню, обойдя опечатанную гостиную, за окном уже вовсю светило солнце, а на столе дымились тарелки с завтраком.

— Доброе утро, как спалось? — поприветствовал меня лир Алистер.

— Благодарю, хорошо, — окинув его неприлично свежую физиономию завистливым взглядом, я опустила глаза в тарелку и принялась за еду.

А потом мою голову посетила очень неприятная, но вполне закономерная мысль: нужно организовывать похороны. Настроение испортилось окончательно.

Глава 6

С похоронами мне очень помогла лира Лайт. Откровенно говоря, она почти все взяла на себя, от меня были нужны только кое-какие мелочи.

И, несмотря на это, мы с Арроном непозволительно много шатались по городу. И это были шатания совсем не по тем местам, по которым я собиралась пройтись, когда строила в своей голове план расследования гибели отца.

День, когда нам выдали погруженное в стазис тело, подкрался до неприличия быстро. Глядя на мертвую женщину, я, помимо прочего, испытала иррациональное чувство вины, хотя точно знала, что я ни в чем не виновата.

И все же… почему папа приставил телохранителя ко мне, а не к Диане? Он не мог ошибиться. Он что-то знал. А вот убийца явно ошибся, вот только в чем?

Когда я ходила к Диане в комнату и перебирала ее гардероб, выбирая погребальный наряд, у меня сложилось ощущение, что в шкафу покопался еще кто-то до меня. И это явно была не сирена.

Дело в том, что Диана никогда не была перфекционисткой, а в комнате все выглядело слишком идеально. Все безделушки на своих местах, одежда, которая не висит на плечиках, сложена уголок к уголку в ровные стопочки. И ни одной вещи не валяется на полу и не висит на спинке стула.

— Эби, — подтолкнула меня под локоть лира Лайт, когда я, задумавшись, не ответила очередным гостям, подошедшим выразить свои соболезнования.

Я тут же вынырнула из своих мыслей, благосклонно кивнула и поправила рукав платья, из-под которого начал выглядывать браслет.

Сапфир с записью я постоянно таскала при себе, не снимая даже на ночь. Аррон это, кстати, заметил, судя по тому, как он косился на мою руку. Но ничего не спрашивал. А удобный случай для того, чтобы все рассказать телохранителю, так и не подвернулся.

Как я ни отпиралась, пришлось публично объявлять место похорон и время прощания, чтобы все желающие могли прийти. И, честное слово, я столько цветов за всю свою жизнь не видела. Мне даже стало стыдно от того, что я Диану недостаточно уважала.

Поток соболезнующих казался мне неиссякаемым. Все же, Диана была довольно известной личностью, и у нее было много поклонников.

У меня уже болели все мышцы, бесстрастное выражение, казалось, приклеилось к моему лицу, а они все шли, шли и шли. В какой-то момент я поймала себя на том, что даже не запоминаю подходящих к гробу людей.

Неудивительно, что появление Дерека и Лисс я пропустила. Я даже не сразу поняла, что слышу голос Дера. Кажется, парень собирался еще что-то сказать, но я качнула головой: не сейчас. Да, я перевела на его счет нужную сумму. Смешно, но мне и вправду стало легче. И обсуждать с Дереком то, почему я вдруг передумала или выслушивать благодарности не хотелось.

Наконец, пришло время отправлять Диану в последний путь. Вполне логично, что эту миссию возложили на мои хрупкие плечи. И, хотя ничего сложного в том, чтобы поджечь гроб с помощью артефакта, не было, мне виделся в этом действии какой-то зловещий подтекст.

Вокруг гроба образовалось свободное пространство — всего около десятка шагов. Но мне казалось, что мы с Дианой сейчас совсем одни. Точнее, я совсем одна.

Произнеся прощальную речь, я активировала артефакт и положила его женщине на грудь. А дальше произошло странное.

Возможно, я просто никогда на подобных церемониях не находилась так близко к усопшему, но мне показалось, что пламя вспыхнуло как-то слишком быстро и мощно, обдав меня горячей удушающей волной. Ввысь взвились клубы черного дыма.

Я, едва сдержав крик, отшатнулась, но огонь успел перескочить на подол моего платья.

Подставляться и демонстрировать свою возможность использовать, вроде как, запечатанную магию, я не могла. Нужно было всего-то не опозориться перед половиной города и дождаться, когда Алистер со всем разберется.

Случилось это уже через несколько мгновений, даже ткань моего платья не пострадала, но я за это время успела растратить добрую часть своих нервов. А еще, кажется, с дымом было что-то не так, потому что у меня закружилась голова, и я бы точно грохнулась на пол, если бы Аррон не подхватил меня и не прижал к себе.

А я вдруг поняла, что абсолютно в нем не сомневалась. Вот ни капли. Да, мне было очень страшно, но я была уверена в том, что Алистер меня спасет. И дело было вовсе не в том, что он мой телохранитель и это его работа. Просто я внезапно осознала, что безоговорочно ему доверяю.

И на меня наверняка нашло какое-то помутнение рассудка, потому что я, глядя в стальные глаза, изучающие меня с легким оттенком беспокойства, еще сильнее приблизила свое лицо к мужскому и поцеловала твердые губы, которые после прикосновения, казалось, затвердели еще сильнее. А сам Аррон, застыв на пару мгновений, медленно отстранился.

Мое сердце стучало, грозясь проломить ребра, воздух с трудом поступал в легкие, но мне удалось сохранить лицо. Хотя желание вывернуться из железной хватки и закрыться ладонями было почти непреодолимым.

— Я прошу нас простить, лире Моргалис нездоровится, — во всеуслышание объявил Алистер, увлекая меня к выходу.

На инцидент с моим платьем никто, казалось, не обратил внимания. Возможно, потому что все смотрели на объятый пламенем гроб, а возможно, потому, что я не кричала. А потом еще и Аррон закрыл меня собой от чужих взглядов. В любом случае, все сложилось как нельзя удачно.

— Надеюсь, лир Варлоу и лира Лайт справятся, — пробормотала я.

Мы сидели на лавке в дальнем уголке сада, у меня в руках был стакан с водой, который я изучала с самым внимательным видом.

— Тебе не все ли равно? — насмешливо хмыкнул телохранитель.

— Ах да, точно. Спасибо, что напомнил, — буркнула я.

Даже как-то странно. Мы знакомы с Алистером так мало времени, а я уже забываю выпускать при нем иголки. Я, кажется… не боюсь рядом с ним быть собой. Откуда такое доверие?

Я тряхнула головой и оторвала свой взгляд от стакана:

— Мне показалось, что с гробом что-то не так. Или с Дианой. В смысле, с этим заклинанием стазиса.

— Почему не с артефактом?

— У меня отец артефактор, — напомнила я. — Один из лучших. И я тоже кое-что знаю. Артефакт все время находился у меня, если бы с ним что-то было не так, я бы заметила.

— Если что-то и было, то после активации оно развалилось. Я просканировал пространство, пока ты меня целовала… кстати, зачем ты это сделала?

— Затем, что мне захотелось, — предельно честно ответила я.

Даже тараканы в голове замерли, обалдев от такого заявления. Но оно само вырвалось, я сначала ляпнула, а потом подумала.

Вот ты идиотка, Эби! Еще бы призналась Аррону, что он тебе нравится!

— Когда в следующий раз захочется, хорошо подумай, прежде чем действовать, — серьезно сказал Алистер. — Ты взрослый человек, пора учиться контролировать свои порывы. Возможно, тебе не объясняли, но нельзя просто так взять и сделать что-то просто потому, что тебе вдруг захотелось. Вокруг живые люди, а не предметы для удовлетворения твоих прихотей.

А я вот в упор не понимала, почему нельзя, я же ничего плохого не сделала. Что, от этого кто-то умер?

Хотя при взгляде на лицо Аррона стало понятно, о чем он думает: избалованная принцесса, которая привыкла получать все, что ей хочется, по первому требованию, решила поиграть с новой игрушкой. Мог бы и понять, что это не так.

Но он не понимал. Аррон не отчитывал меня, он просто спокойно, как несмышленому ребенку, объяснял мне прописные истины. Меня аж злость от этого его менторского тона взяла.

— Но все же я надеюсь, что ты хотела подразнить своего Дерека или преследовала какую-то другую, неведомую мне цель. Потому что в противном случае — забудь, я не смешиваю личное и работу, — продолжил Алистер, так как я молчала, пытаясь задавить раздражение и обиду.

— Без проблем, — быстро согласилась я и даже загордилась тем, как ровно звучал мой голос. — Вернемся к гробу. Ты ничего не обнаружил во время сканирования?

Подумать только! Аррон, видите ли, пространство успел просканировать, пока я его целовала. То есть, он даже не удивился, просто начал незаметно плести сканирующее заклинание, как ни в чем не бывало. Профессионал, вы посмотрите-ка!

— Кое-что промелькнуло, но очень слабое, я не успел подцепить след, — раздосадовано признался мужчина.

— Папин экипаж сгорел, гроб Дианы тоже как-то неправильно вспыхнул. Думаешь, просто совпадение?

— Надо проверить. Но не забывай, причиной смерти Дианы стало чрезмерное ментальное давление. И я не вижу смысла поджигать уже мертвую женщину. Если только… — он метнул на меня быстрый взгляд.

— Если только целью не была я. Но я бы точно не сгорела, что за глупая попытка… напугать? Меня хотели напугать?

— Или проверяли, насколько серьезная у тебя охрана.

— О, очень серьезная. На моей памяти она даже ни разу не улыбнулась, — фыркнула я.

Губы блондина дрогнули в намеке на улыбку, но он тут же снова стал серьезным:

— Пока не закончится мероприятие, не отходи от меня ни на шаг. А я попытаюсь проверить всех посетителей. Ты никого странного не заметила?

— Да я большую часть из них впервые в жизни увидела, — покачала я головой. — И как ты собираешься их проверять? Мы же не будем стоять на воротах и прощаться с каждым?

Я просто не выдержу всю эту экзекуцию по второму кругу!

Глава 7

— До свидания, и спасибо, что нашли время посетить мероприятие… — улыбалась я уже демон знает, какому по счету гостю, покидающему особняк.

Аррон молчаливой тенью маячил за моим плечом. Правда, поддержки телохранителя я не ощущала от слова «совсем», так как мужчина был занят проверкой, ради которой весь этот спектакль и затевался.

У меня болели ноги, спина и особенно скулы, так как удерживать на лице дежурную улыбку стоило больших трудов. К радости Аррона, люди уходили не сплошным потоком, а группами, иногда — вообще по одному. Многие перекидывались со мной парой фраз, поэтому мой телохранитель имел прекрасную возможность проверить всех с ног до головы.

— Лира Моргалис, позвольте еще раз выразить вам мои искренние соболезнования, — раскланялся передо мной импозантный брюнет лет сорока.

— Благодарю вас, — встрепенулась я, внимательно его рассматривая, — не знала, что в окружении моей дорогой мачехи есть настолько серьезные люди. Я ведь не ошиблась, это вы продаете драгоценности из лунного серебра?

— Увы, дорогая лира, я всего лишь владелец кожевенной лавки, но могу вас заверить, товар у меня только высшего качества, и я приглашаю вас лично в этом убедиться, — мужчина сцапал мою руку и коснулся губами запястья.

— Всенепременно, — пообещала я, украдкой вытирая обслюнявленную конечность о подол.

Дерек и Лисс подошли одними из последних. Они были не единственными моими товарищами по учебе, которые пришли на похороны. На остальных я просто не заостряла внимание — мы не слишком дружили. Точнее, я вообще ни с кем не подружилась в новой школе.

Я порадовалась, что при Алистере Дерек не стал даже пытаться сказать мне что-то, кроме дежурных слов прощания, и облегченно выдохнула, едва последний гость покинул особняк.

Скорчила пару рожиц, проверяя, как работают лицевые мышцы, стащила туфли и босиком направилась к себе в комнату. В дурацком платье было жарко и неудобно. Лира Лайт крикнула мне в спину, что сейчас пройдется по гостиной и холлу очищающими заклинаниями, и тоже уйдет. Я кивнула, не поворачивая головы.

У себя в комнате я сбросила одежду и с наслаждением потянулась. Сейчас еще ванну приму, и можно будет считать, что этот ужасно длинный день закончился.

Но моим мечтам не суждено было сбыться. Едва войдя в ванную, я поскользнулась на измазанном полу, чуть не приложившись головой о плитку. Грязно выругалась, трясущейся рукой нащупала полотенце и, набегу обматывая вокруг себя пушистую ткань, рванула в комнату Аррона. Благо, бежать было недалеко.

— Эби, тебе вообще этикет в школе преподавали? — возмутился, к счастью для моего здоровья, одетый Алистер (в противном случае я рисковала захлебнуться слюной), занятый изучением содержимого своего шкафа.

— Премного извиняюсь, — я даже обозначила пару ударов по двери, — но не соблаговолите ли вы отвлечься от своего, несомненно, важного дела и посетить мою ванную? Того требуют веские обстоятельства в виде трупа дохлой птицы… — тут я сбилась. Труп по определению не может быть живым, что за бред я несу?

На слове «труп» Алистер стремительно развернулся, окинув меня внимательным взглядом. Я сглотнула, плотнее закуталась в полотенце, и протараторила:

— Прошу простить мой внешний вид, я была чрезмерно ошарашена открывшейся картиной, а посему…

— Эбигейл, прекрати паясничать! — мужчина схватил меня за локоть и поволок в коридор. — Я отошел от тебя во второй раз за день, и во второй раз ты во что-то вляпалась. Тебя хоть на минуту можно одну оставить?

— Не думаю, — пролепетала я, окидывая взглядом свою ванную.

Лучше бы я этого не делала, потому что птиц оказалось две. Вторую я просто не заметила по причине того, что ее, видимо, разорвало, а останки размазало по полу и стенам.

Алистер, в точности повторив фразу, произнесенную мной несколькими минутами ранее, вытолкал меня из ванной и захлопнул дверь прямо перед моим носом.

Немного потоптавшись на месте, я уставилась на красные следы моих босых ног и, честное слово, мне захотелось прибить того, кто это сделал. А еще смыть с себя останки бедных пернатых. Поэтому я потопала в ближайшую ванную, и мне было абсолютно плевать, что она смежная со спальней моего телохранителя.

Что меня очень порадовало, отделана комната была в темных тонах и немного отличалась планировкой, поэтому не вызывала ассоциаций с моей собственной ванной, а следовательно, и с птицами. Но я все равно думала о случившемся.

Птичек было неимоверно жаль. Я бы похоронила хотя бы одну, как делала в детстве с бабочками-однодневками, которых находила на крыльце, но, боюсь, Аррон уже все убрал.

Ну и ладно, все равно этот поступок не вписывается в мое амплуа прожженной стервы.

— Эби! Ты торчишь там уже почти час, — донесся до меня сквозь шум воды недовольный голос Алистера. — Давай, выползай уже, а то жабры отрастут.

Ну что за невыносимый тип? Я нехотя перекрыла воду, проследила, как в слив убежала последняя прозрачная дорожка, подождала, пока сделает свое дело испаряющее влагу заклинание, замоталась в полотенце и толкнула дверь.

На кровати Аррона лежало мое синее платье. Самого хозяина комнаты видно не было. Спасибо за заботу, конечно, но вы, дорогой телохранитель, кое о чем запамятовали.

Правда, подняв платье, я убедилась в том, что с памятью у Алистера все в порядке, и не могу сказать, что этот факт меня обрадовал. Точнее, то, что про белье он не забыл — это хорошо. Но сама ситуация жутко раздражала. Ну вот что мешало мне самой взять с собой одежду? Но я была настолько под впечатлением от случившегося, что даже не подумала об этом.

— Ты готова?

— Да, заходи, — я поморщилась, глядя на поднос в руках телохранителя.

— Тебе нужно поесть, последний прием пищи был утром, а сейчас уже поздний вечер. Давай.

— Ты копался в моем белье, — озвучила очевидное я. — И я не хочу есть.

— Могла бы просто сказать «спасибо», — парировал мужчина, принимаясь за еду.

— Спасибо, — решив, что слишком вымотана для словесных перепалок, произнесла я. — Правда, спасибо. И за одежду, и за еду, я оценила.

— Раз оценила, съешь хоть немного, — попросил телохранитель.

Я послушно взяла с тарелки бутерброд и принялась его жевать. То, что поздний ужин готовила не лира Лайт, было очевидно, и я нехотя признала для себя, что вредный Аррон — просто идеальная нянька.

— Что-то не так? — сразу заметил падение моего настроения с отметки «плохое» до «совсем плохое» телохранитель.

— От меня слишком много неприятностей, — поморщилась я и поспешила увести разговор в другое русло. — Ты нашел что-то в ванной? Как туда попали птицы?

— Похоже, кто-то очень хотел проникнуть в особняк, но у него ничего не вышло, — злорадно ухмыльнулся Аррон. — На время похорон я усилил защиту всего дома, так что никуда, кроме гостиной и холла, пройти было невозможно. А твои комнаты вообще защищены чуть ли не как здание правительства. Если бы ты не оставила окно открытым, даже птиц пропихнуть было бы невозможно. Первую убило охранным заклинанием, вторую еще и размазало. Там система такая: с каждым разом отдача все жестче. Человека бы в первый раз не убило, а просто вырубило.

То есть, если бы я закрыла демонову форточку, птички бы сейчас спокойно спали в своих гнездышках. Я потерла лицо и глотнула воды.

— Получается, настоящая цель — проникнуть в особняк, а мое вспыхнувшее платье — это отвлекающий маневр? Если бы ты его так вовремя не потушил, я бы наделала шума.

— Я тоже так подумал, — согласился Алистер. — И мне интересно: что такое важное может находиться в доме? Это не драгоценности, иначе их бы вынесли еще тогда, когда убили Диану. Какие-то мощные артефакты?

— Отец ничего такого дома не держит. По крайней мере, раньше не держал, — я покачала головой, сняла браслет и вручила его Аррону. — Активируется так же, как и обычный записывающий кристалл. Только смотреть будешь без меня и потом вернешь. Спокойной ночи.

— А ты знаешь, что копировать материалы дела незаконно? — насмешливо поинтересовался блондин.

— Просто молча посмотри и верни мне. Я все сотру, если тебе так будет спокойнее, — я хлопнула дверью и направилась в свою комнату.

Правда, дойдя, я поняла, что так и не узнала итогов устроенной нами проверки. Плюхнулась на кровать прямо поверх покрывала и уставилась в потолок. Возвращаться или нет? Я пока точно не готова опять смотреть ту запись, а Аррон ее наверняка сейчас изучает.

Ладно, я и завтра могу узнать результаты спектакля одного актера со мной в главной роли, а сейчас я точно туда не сунусь.

— Эби, ты еще не легла?

Конечно, легла. А свет не выключаю потому, что мне дохлые птицы мерещатся. Демоны, а ведь и правда страшно.

— Я войду?

— Входи, — вздохнула я, садясь на кровати.

— Я посмотрел, — Аррон положил браслет на тумбочку у кровати и сел рядом со мной. — думаю, это послание рассчитано исключительно на тебя, никто другой понять истинный смысл не сможет.

Я кивнула.

— Просто обрати внимание на детали и отдельные фразы. Может, нужно вспомнить какой-то важный разговор, и все станет понятно.

Я снова кивнула.

— Я знаю, что у тебя получится, ты очень сообразительная. Нужно просто покопаться в памяти.

— Хорошо.

— Эй, — Аррон положил руку мне на плечо в ободряющем жесте. — Не кисни, мы со всем разберемся.

— Что там с проверкой? Ты засек кого-нибудь? Есть шансы найти нашего истребителя живности?

— Есть несколько зацепок, надо будет завтра проверить.

— Я только одного заметила, — вздохнула я.

— Почему ты спросила его про серебро? — поинтересовался Алистер.

— Да просто ляпнула первое, что пришло в голову, чтобы он назвал свою сферу деятельности.

— И что это тебе дало?

— Да ничего, скорее всего, мужчина соврал. Я просто не смогла быстро придумать, как его разговорить, — я раздосадовано закусила губу и пояснила. — У него был амулет со встроенной иллюзией. Я думаю, на самом деле этот дядечка лет на десять-пятнадцать моложе, судя по голосу и походке. Если он не маг, конечно.

— Ну, маячок я на него повесил на всякий случай, проверю, что к чему. Ты мне другое скажи, Эби. Разве можно невооруженным глазом распознать артефакт, скрывающий внешность? Это же не наведенный морок.

— Нельзя, если у тебя нет артефакта-индикатора. Я просто знаю, как они выглядят, папа делал такие. Правда, в небольшом количестве, и продавались они не каждому покупателю. А у того мужчины еще и хватило глупости нацепить амулет как украшение, а не спрятать под одеждой… Подожди, хочешь сказать, ты повесил на того типа маячок только потому, что я обратила на него внимание?

— Я должен был подумать, что тебе нравятся мужчины постарше?

Я фыркнула и ткнула локтем телохранительский бок. Мужская ладонь соскользнула с моего плеча, попутно успокаивающе огладив руку, отчего по коже пробежали мурашки.

— Я хотел сказать, что ты молодец. Ловко провернула этот фокус с записью, не ожидал.

— Алистер, за несколько минут я услышала от тебя больше добрых слов, чем за все время нашего знакомства: ты похвалил меня уже несколько раз за вечер, один раз — даже в открытую. Завтра снег пойдет?

— Я просто пытаюсь тебя подбодрить, — мужчина щелкнул меня по носу.

— Спасибо, — я смешно сморщилась.

— Ты сегодня тоже удивительно щедра на добрые слова.

— Это я все еще под впечатлением, — проворчала я, закутываясь в покрывало.

— Спокойной ночи, принцесса.

Глядя на закрывшуюся за телохранителем дверь, я думала о том, что он, все-таки, гад. Просила же так меня не называть. Но в этот раз прозвище меня не задело, оно прозвучало даже как-то ласково, и я решила: пусть.

Глава 8

— А я говорю, что мне надоело сидеть дома, пока ты занимаешься всякими интересными делами!

— Э-э-эби, ну найди себе какое-нибудь занятие, — буркнул Алистер, размазывая кашу по тарелке.

Каша, кстати, сегодня получилась даже съедобной и почти не подгорела: я восстанавливала в памяти давно забытые навыки.

После того, как Аррон доходчиво объяснил мне, что дело серьезное, и угроза вполне реальна, я отослала лиру Лайт отдохнуть к сыну и его семье, а все домашние дела возложила на свои хрупкие плечи. Меня хватило на два дня, еще сутки я продержалась взаперти на чистом упрямстве и вынашивании планов о том, как так увязаться за Алистером, чтобы он ничего не заподозрил.

— Мы же решили, что ты будешь покупать нам еду, так как, будем честны, готовлю я отвратительно, — парировала я. — Чем мне еще заниматься? Для того, чтобы активировать очищающие заклинания, много времени и ума не надо.

— Займись своим образованием, — предложил мужчина. — Книжки почитай.

— Единственное мое проблемное образование — это мозоль на том месте, которым я в последнее время очень много сижу! Ты даже в сад мне не даешь самой выходить.

— Хорошо, я сегодня вечером усовершенствую защиту, и ты сможешь гулять в саду, — пообещал блондин.

А все уже, раньше надо было об этом думать. Сейчас я настроена крайне решительно.

Дождавшись, пока за телохранителем закроется дверь, я понеслась в свою комнату собираться. Меня ждали великие дела.

Попасть в неприятности я не боялась. Во-первых, Алистер будет неподалеку, во-вторых, я не так уж и беззащитна, как это может показаться на первый взгляд. Да, на факультет боевой магии я перевелась всего несколько лет назад, но все равно многому успела научиться.

Стащить вчера вечером из кошеля Аррона монету, проделать с ней кое-какие манипуляции и засунуть ее обратно, было делом плевым. Такой маячок работал на небольшие расстояния, а потому колебаний фона почти не вызывал, и обнаружить его было крайне сложно. И вот теперь моя лошадь покорно рысила в нужном направлении.

Сбор информации о подозрительных личностях, посетивших похороны, оказался делом еще более муторным, чем выявление этих самых личностей. Если сначала я испытывала азарт, подкрадываясь ближе и подслушивая разговоры Аррона с лавочниками, соседями и родственниками этих людей и боялась быть обнаруженной, то во второй половине дня пришла к выводу, что следить за телохранителем не так уж весело, как я себе представляла.

Но, конечно, все равно веселее, чем сидеть в четырех стенах. Свежий воздух, опять же.

Мимо проехал обильно политый духами юноша, я чихнула и злобно уставилась на Алистера, застрявшего в трактире. И ладно бы, он там делом занимался, так нет же. В окно прекрасно было видно, что мой телохранитель самым бессовестным образом… ел.

Ну и ладно. Я тоже голодна. И я тоже буду обедать. Тем более, скоро ужин. Я решительно спешилась и зашла в так кстати расположенную рядом булочную.

Как назло, у прилавка образовалась очередь, пришлось ждать. Но Алистер, казалось, никуда не торопился. Я расположилась за столиком и с комфортом перекусила, поглядывая в окно трактира. У меня, конечно, был маячок, но, как говорится, лучше один раз увидеть… как мой телохранитель флиртует с подавальщицей. Я аж задохнулась от возмущения.

Я, значит, «дома сижу», жду его, а он тут развлекается.

Я проглотила застрявший в горле кусок, выдохнула и попыталась призвать мысли к порядку. Аррон ведь занят делом. Ну зашел перекусить — так это не преступление. Мужчина почти весь день на ногах, и мое возмущение в данной ситуации совершенно неуместно. Я просто… просто ревную.

Прекрасно! Эбигейл, я тебя поздравляю.

Так, стоп. Процесс рационального мышления запущен, а потому ругать себя я буду после. Я прикоснулась к висящему на шее маскирующему внешность амулету и задумалась: а как давно Алистер меня обнаружил? Ведь неслучайно же он выбрал место, в котором два заведения, где можно поесть, расположены так близко друг к другу.

Ну просто таких мест мало, это же очень невыгодно. Конечно, неслучайно. Это же Алистер. Профессионал своего дела, демон его побери. Что для него какая-то девчонка, впервые в жизни решившая устроить слежку? Определенно, сидение в четырех стенах оказывает тлетворное влияние на мои мозги.

Я дожевала слойку и поднялась. Надо идти каяться.

— Скучаете, юная лира? — дорогу преградил молодой парень, ростом на пару дюймов ниже меня.

Впрочем, недостаток роста отлично компенсировался высоким самомнением. Юноша и не подумал уступить мне дорогу после вполне однозначного ответа, еще и посоветовал прекращать ломаться.

— Если вы сейчас же меня не пропустите, пожалеете, — прошипела я, вырывая руку из цепкого захвата.

Не знаю, чем бы все закончилось, если бы Алистер решил меня проучить и молча подождать развития событий. Но мой телохранитель, конечно, поступил как настоящий мужчина: спас лиру от хулигана. Последний понятливо испарился, как только на его плечо легла широкая ладонь.

Алистер же молча вывел меня из булочной, завел за угол и пришпилил к стене, нависнув надо мной каменной глыбой. Я виновато потупилась и уже собиралась начать извиняться, но мужчина начал первым. Нас накрыл звуконепроницаемый щит.

С каждым предложением голос Алистера звенел все больше от едва сдерживаемого гнева. Я закипала. Обиднее всего, конечно, было то, что Аррон прав. Я бы это, может быть, даже признала и покаялась, если бы он не обзывался.

— Прекрати уже меня воспитывать, — не выдержала я. — Я тебе что, ручная зверушка, чтобы терпеливо дожидаться дома? Вообще-то, мне скучно!

— Зато мне сегодня твоими стараниями было ой, как весело, — рявкнул мужчина, опаляя дыханием мой лоб. — Раз не понимаешь по-хорошему, будет по-плохому.

Что значит его «по-плохому» я поняла только на следующее утро, когда попыталась выйти в сад. Точнее, сначала даже не поняла, просто остановилась в дверном проеме, налетев на невидимую преграду. Ощупала пространство руками и высказала пару нелестных комментариев в адрес ушедшего телохранителя.

Он даже не счел нужным дождаться меня за завтраком, просто ушел. Молча. И вчера со мной весь вечер не разговаривал. Теперь-то я понимала, почему: совершенствовал защиту. А тогда подумала, назло мне притворялся, что спит, сидя в кресле.

Стукнув пару раз по невидимой преграде, я захлопнула дверь — благо, та открывалась внутрь — и пошла завтракать. После приема пищи я без особой надежды направилась проверять все остальные двери и окна, ожидаемо не обнаружив выхода.

Дальше настал черед охранных заклинаний. Я копировала части плетений, вертела их перед глазами так и эдак в надежде найти слабое место, но Аррон сделал все идеально четко, а места слияния щитов закрепил так прочно, что проще было провертеть новую брешь, чем размотать шов на уже имеющейся.

Ну а что я хотела? Профессионал же. Даже мой отец бы восхитился, а он толк в этих делах знает.

Опытным путем я выяснила, что защита пропускает предметы и заклинания. А также предметы с наложенными на них заклинаниями, но только в одну сторону: наружу. На подходе к барьеру со стороны улицы заклинания развеивались.

То есть, барьер еще и гасил магию. Вот это Алистер силен! Но это не отменяло того, что он негодяй! Разве можно так издеваться над подопечной?

Поежившись от ощущения чужого взгляда, я оставила изучение охранки, захлопнула дверь и ушла к себе в комнату. Достала учебник по боевой магии, раскрыв его на странице с разрушающими чарами. Так, чисто из интереса. Пробовать эти плетения на защите, на которую Алистер угробил столько сил и времени, я не собиралась. Во-первых, вряд ли сработает, во-вторых, тогда Аррон узнает, что я могу использовать магию и, чего доброго, поработает с печатью, а этого мне не нужно.

Мужчина вернулся, когда почти стемнело. Я даже начала немного волноваться, и выбежала его встречать, хоть и планировала демонстративно игнорировать телохранителя.

Как оказалось, переживала я зря: он был абсолютно цел и невредим, а еще чем-то донельзя доволен. Ко мне в голову тут же закралось подозрение о том, что позднее возвращение и хорошее настроение Аррона вызваны посещением увеселительного заведения, о котором приличным девушкам даже знать не полагается.

Скрипнув зубами, я несколько раз повторила себе, что это не мое дело, и попыталась сделать взгляд чуточку приветливее.

— Как ты тут, не скучала? — как ни в чем не бывало, поинтересовался Алистер.

— Ну что ты, мне было, чем заняться — ядовито ответила я, развернулась и направилась к лестнице.

— Может, поужинаешь со мной? Я мясо в грибном соусе принес, — сказал мужчина и тоном коварного искусителя добавил, — и пирожные.

Я остановилась.

Ладно, сделаем шаг навстречу примирению. Обижаться глупо. Тем более, я соскучилась.

Глава 9

— Что празднуем? — спросила я, когда с мясом было покончено, и настало время пирожных.

Воздушных, со взбитыми сливками и ягодами. Я почувствовала, как рот заполняется слюной, и принялась разливать чай.

— Просто хотел тебя порадовать. И дело, кажется, сдвинулось с мертвой точки.

— Отлично, — я опустилась на стул и выжидающе уставилась на мужчину.

— У меня есть несколько подозреваемых, главный из них — мальчишка из театра, где выступала Диана. Скорее всего, парень — просто мелкая сошка, но завтра я планирую заняться им вплотную и попытаюсь выйти на того, кто за всем этим стоит.

— Надеюсь, у тебя все получится, — я отсалютовала Аррону чашкой чая.

Расставляя посуду по местам, я размышляла о том, что буду делать, когда это все закончится.

Аррон уедет, я верну лиру Лайт, спокойно продолжу обучение, вступлю в права наследования, продемонстрирую на экзаменах свой контроль над силой, с меня снимут печать…

Демоны, как не хочется, чтобы он уезжал.

— О чем задумалась? — вопрос телохранителя застал меня врасплох.

— А? — чашка дзынькнула о блюдце.

— Ты сегодня непривычно молчаливая.

— Да так, пытаюсь понять, что хотел сказать отец, — я почесала нос и развернулась к сидящему за столом Аррону.

— Вижу, успехи оставляют желать лучшего, — понятливо произнес Алистер.

Я развела руками.

— Не переживай, — мужчина подошел и положил руки мне на плечи. — Я обещаю тебе, что со всем разберусь. Нужно только немного потерпеть, хорошо? — большие пальцы огладили мою кожу сквозь ткань платья.

Я вдохнула и выдохнула, прикрыв глаза. От Аррона очень хорошо пахло. Я не могла сказать, чем. Спокойствием, защищенностью. Просто — Арроном. Хотелось уткнуться носом в его рубашку и просто дышать.

— Эби?

Я поспешно открыла глаза.

— Я понимаю, Аррон, — буркнула я, отходя подальше. — Ты делаешь все, как надо. И я не обижаюсь, что приходится целыми сутками сидеть взаперти.

Хоть это и неимоверно скучно! Честно, на следующий день я даже по лестнице начала бегать вверх-вниз, проявляя физическую активность.

Размявшись, я приступила к своему любимому развлечению — прыжкам на силовых нитях. Заодно и резерв раскачаю, а то магия застоялась, а это вредно. Жаль, в доме недостаточно места. Я с тоской вспомнила тренировочный полигон боевиков — вот где простор и свобода для маневров. Там я могла часами скакать по полосе препятствий.

Даже без магии это занятие было весьма увлекательным. Но прыжки на веревках, созданных из собственной энергии, дарили мне чистый восторг и чувство полета, и это было в сто раз круче, чем простая левитация. И вообще чем что-либо.

Взобравшись на перила, я спрыгнула вниз, на первый этаж, на лету цепляя перекладину силовой нитью. Прокатилась под лестницей, зацепила перила с другой стороны, чуть помогая себе силой, взбежала вверх по стене. У потолка оттолкнулась ногами и приземлилась обратно на перила, балансируя на одной ноге.

От веселого времяпровождения меня отвлекла вибрация сигнального заклинания.

Кого это к нам занесло? Я поправила одежду, на всякий случай окутала себя щитом и двинулась к двери, на ходу выравнивая дыхание. Не то, чтобы я не доверяю профессионализму Алистера или у меня паранойя, но лучше перестраховаться.

— Здравствуйте, лира Моргалис? — поприветствовал меня паренек лет шестнадцати.

На нем была простенькая невзрачная одежда, за плечами — огромная сумка. Волосы мальчишки были растрепаны и припорошены дорожной пылью.

— Доброго дня. Как ты вошел? — ровно поинтересовалась я, нацепив на лицо вежливое выражение.

— Так у вас это… ворота не заперты были, а у меня посылка. Вы же не сердитесь? И вы не ответили: лира Моргалис — это вы?

Я кивнула, осматривая дорожку, ведущую от ворот к крыльцу. Ну, с одной стороны, может, Алистер действительно не запер калитку? Я ведь все равно выйти не могу. А с другой — ну он же тот еще… профессионал. А тут открытые ворота.

— Так что, будете посылку принимать? — поторопил мальчишка.

— А от кого?

— Отправитель не указан.

— Тогда распаковывай, посмотрим, что там.

— Не положено, — заупрямился мальчишка.

Мне, конечно, было интересно, что там внутри. Но жить, в случае чего, все-таки, будет поинтереснее, поэтому как-нибудь перебьюсь. Тем более, у меня даже нет предположений, от кого посылка. Точнее, предположение было всего одно, и оно мне категорически не нравилось.

— Оформляй возврат.

— А в причинах что указывать? Вы ведь не посмотрели даже! — насупился пацан.

— Мне все равно, придумай что-нибудь. Всего доброго, — и я взялась за ручку двери.

— Лира Моргалис! — запричитал пацан. — Ну вы хотя бы откройте. А вдруг меня из-за этого без работы оставят? — с этими словами паренек шагнул вплотную к порогу и сунул коробку в дверной проем.

— Демоны, просто оставь ее се… — окончание фразы потонуло в оглушительном грохоте.

Дом содрогнулся. Я рефлекторно упала на пол и откатилась подальше, накрывая себя еще одним слоем щита. С потолка посыпалась лепнина, совсем рядом грохнулась люстра, весь холл окутало облаком пыли.

Щит, хоть и содрогался от ударов, надежно их выдерживал. Однако, крупицы пыли свободно проникали через него вместе с воздухом и попадали в дыхательные пути. Я дышала через стянутую впопыхах рубашку и то и дело кашляла.

Надеюсь, все это скоро закончится. И не тем, что мой щит лопнет от очередного удара.

Наконец, грохот затих, и все вокруг перестало вибрировать. Я осторожно поднялась и, перешагивая через обломки, направилась к двери. Точнее, к тому месту, где она находилась. Сейчас там зияла дыра: разворотило не только дверной проем, но и часть стены. А на земле, неподалеку от крыльца, лежал мальчишка-посыльный.

Не отдавая себе отчета в том, что творю, я бросилась к нему. А вдруг жив? Но защита, будь она неладна, меня не пропустила. Полдома разнесло, а охранкам Алистера хоть бы что!

Я хрипло расхохоталась, но быстро взяла себя в руки и побрела на второй этаж. Надо отправить вестника за целителем и сообщить лиру Габи о случившемся. И оценить ущерб.

Больше всего пострадал холл, там развалилось буквально все. Второй этаж и, как ни странно, лестница, остались целыми. В гостиной слегка обвалился потолок, кое-где попадали люстры. Ну и стекла из рам повылетали, куда же без этого.

Я размышляла, безопасно ли сейчас будет принять ванну, чтобы смыть с себя слой пыли, когда услышала шаги и голос Алистера. Быстро развеяла щит, замкнула печать и поспешила к нему, на ходу натягивая рубашку, через которую до этого дышала.

— Стражу я вызвала, целителя мальчишке тоже, со мной все в порядке, — выпалила я, вываливаясь в коридор.

Мужчина мне на слово не поверил, подошел вплотную и принялся сканировать меня заклинанием. Я покорно стояла, наблюдая за руками, скользящими в какой-то паре дюймов от моего тела. Следом за ними табуном бежали мурашки, сердце выстукивало бешеный ритм. Демоны, еще немного, и я покраснею, как подросток!

Наконец, телохранитель отступил, и я едва заметно выдохнула.

— Видимых повреждений нет, — заключил Аррон. — Ты же стояла прямо у очага взрыва, как так вышло?

— Ты меня что, упрекаешь? — тщетно пытаясь скрыть возмущение в голосе, спросила я. — Мне нужно было там умереть, чтобы ты остался доволен?

— Я бы остался доволен, если бы ты не открывала двери кому попало, — произнес Алистер с таким невозмутимым выражением лица, что мне захотелось его ударить.

— Ты невыносим! — рявкнула я, развернулась на пятках и направилась в свою комнату.

Глава 10

Целитель прибыл быстрее следователя, но все равно, увы, слишком поздно. Лир Габи настоятельно рекомендовал нам с Арроном переселиться куда-нибудь в другое место на время расследования, а дом решили опечатывать.

— Лира Моргалис, вы знали этого мальчика? — спросил следователь после того, как я в подробностях пересказала свой разговор с посыльным и несколько раз описала взрыв.

Я покачала головой, потом вспомнила вчерашний разговор с Алистером и предположила:

— Возможно, он работал в театре, где выступала моя мачеха.

— Верно, а еще посыльным в двух почтовых отделениях, — огорошил меня лир Габи.

— Я был сегодня на почте, личность отправителя выяснить не удалось, — сообщил Алистер, а я потихоньку выскользнула из комнаты.

— Лир Алистер, давайте каждый будет заниматься своей работой, — уже из коридора услышала я просьбу следователя не лезть не в свое дело.

Я не думала, что этот щелчок по носу оказался для Алистера более неприятным, чем прилипшая к одежде соринка, но все равно злорадно усмехнулась. Так его!

Обратно я вернулась довольно быстро, без особых усилий держа дорожную сумку, в которой уже было все необходимое. Плюхнула ее на пол и выжидательно уставилась на телохранителя. Тот закончил разговор со следователем — видимо, делился тем, что ему удалось раскопать — и, бросив на меня мимолетный взгляд, вышел.

Я сунула лиру Габи тяжелый кошель и попросила передать его семье погибшего мальчика. Не знаю, что удивило мужчину больше: моя вера в то, что следователь не оставит деньги себе или мое желание помочь мальчишке, из-за которого я могла погибнуть, но лир Габи пообещал выполнить просьбу. Я благодарно кивнула.

Мы с Арроном покинули дом налегке. У телохранителя вещей было еще меньше, чем у меня. Стражи остались изучать место преступления, а мы оседлали лошадей и направились к ближайшему постоялому двору. Там мужчина снял две комнаты, запихнул меня в одну из них и вышел, строго наказав мне сидеть на месте и не влипать никуда, пока он не вернется. Еще и заклинание на дверь повесил.

Я только фыркнула. Параноик.

Если за нами и следили от самого дома, то сейчас ко мне лезть точно не будут. Преступникам нужно время, чтобы придумать новый план и реализовать его. В том, что они преследуют более сложную цель, чем мое убийство, я не сомневалась. В моей смерти не было никакого смысла. Если, конечно, это не дело рук лира Варлоу.

Кто же, все-таки, это устроил? Я задумалась и запустила пальцы в волосы. Припорошенные строительной пылью. Демоны!

Я подошла к зеркалу, изучила свое отражение и пришла к выводу, что выгляжу просто ужасно. Идти отмываться не хотелось, да и Аррон просил сидеть на месте. И я сидела. К счастью, недолго. Телохранитель вернулся чуть больше, чем через четверть часа. Со своими вещами.

Я вопросительно вскинула брови. Аррон мою молчаливую реплику проигнорировал. Вместо этого попросил меня встать с кровати и отойти, а сам принялся колдовать над постелью.

Сначала я подумала, что он изгоняет клопов, но через пару мгновений удивленно уставилась на… саму себя, мирно спящую в обнимку с подушкой. Было так похоже, что я бы и сама не нашла отличий, Алистер даже позу выбрал правдоподобную. Откуда знает, интересно?

Мужчина заботливо накрыл мою иллюзию одеялом, отчего я ощутила иррациональный укол ревности, подхватил мою сумку и подошел к двери. Я послушно встала рядом.

На мое плечо опустилась широкая ладонь и притиснула меня к мужскому боку. Вокруг нас заклубилась и исчезла дымка маскирующего заклинания, а потом мы шагнули за порог, и вскоре покинули постоялый двор, аккуратно лавируя между посетителями.

Я сосредоточено считала шаги, стараясь не растекаться лужицей от близости Аррона. А то закапаю слюной дорогу, и вся конспирация насмарку. Не хотелось бы.

— Ты можешь разговаривать, — наконец, нарушил Алистер затянувшееся молчания.

— Конечно, могу, и даже на нескольких языках, — согласилась я и тут же сбилась со счета.

Ну да ладно. Все равно успела досчитать только тридцати пяти, а рекорд — девяносто восемь. Я сбивалась почти каждый раз, когда горячая ладонь сжимала мое плечо, направляя к нужному повороту. В животе сладко дергало, я отвлекалась, и начинала счет заново.

Мы шли не то, чтобы очень долго, но какими-то окольными путями и по не самым живописным районам города.

На меня волнами накатывала слабость, и я сама сильнее навалилась на мужчину, обвив рукой его торс. Приятное ощущение перекатывающихся под моими пальцами мускулов придало бодрости на какое-то время, но вскоре я снова почувствовала желание разлечься прямо здесь, на дороге.

Усталость была, скорее, не физической, а моральной, но идти все равно никуда не хотелось.

Пот струйками тек по телу, размазывая пыль, от которой мне, видимо, не суждено было сегодня отмыться. Невольно вспомнилось утреннее происшествие, к горлу подкатил комок. Я сделала пару глубоких вдохов, прогоняя дурноту.

Поскорее бы уже прийти… куда мы там идем? Надеюсь, не в соседний город, потому что этот мы уже почти пересекли и приблизились к окраинам.

Темп, который взял Алистер, был едва ли медленнее лошадиной трусцы и изрядно меня выматывал. Кстати, об этом.

— Почему мы оставили лошадей?

— Слишком приметные, — ответил Аррон. — Я их продал.

Прекрасно! А меня он даже в известность не соизволил поставить. Ну подумаешь, породистая лошадь, которая верой и правдой служила мне вот уже почти пять лет. Подумаешь, папин подарок на шестнадцатилетие. Безопасность важнее.

Гад!

— Надеюсь, ты не продешевил, потому что моя Волна стоит целое состояние.

Прозвучало резче, чем мне хотелось, но я была зла. Да, я прекрасно понимала, что моя лошадь такая одна на весь город, что по ней найти нас проще простого, но расставаться с животинкой было жаль.

— Когда все закончится, я выкуплю твою Волну обратно, — пообещал мужчина, и мое раздражение лопнуло, как мыльный пузырь.

Я устало потерла лицо и продолжила путь. Потом я пару раз оступилась, и Аррон молча подхватил меня на руки. Но я так устала, что это не вызвало у меня никаких волнующих ощущений. Не было сил даже доказывать, что я вполне могу идти сама.

Кажется, я впала в забытье и очнулась только когда Аррон, подойдя к покосившемуся частоколу, окружающему ветхий домишко, на пару мгновений остановился и замер. Снимает защиту, догадалась я и снова прикрыла глаза.

В полуразвалившихся лачугах я еще не жила. Впрочем, как показала практика, внешний вид дома еще не является гарантией того, что он не развалится в самое ближайшее время.

Внутри все оказалось не так плохо, как я себе вообразила.

Обстановка была простенькой, я бы даже сказала, скудной, но вполне приемлемой. Здесь было всего две комнаты: кухня с настенными шкафчиками, печью, добротным столом и парой табуретов и гостиная, в которой находился диван и видавшее виды кресло. Пахло в доме не гнилью или застарелой сыростью, а обычной пылью. Проветрим, и можно жить.

Аррон сгрузил меня на пол и одним взмахом руки очистил комнату от накопившейся пыли, а я с блаженным вздохом опустила свою тушку в кресло.

— Куда? — возмутился блондин. — Я же только все почистил!

Ясное дело, мужчина пытается меня расшевелить, в противном случае демон бы я дождалась от него настолько бестактного комментария в свой адрес. Но я шевелиться категорически не желала, как обычно, пребывая в прострации после нервного потрясения.

— По-моему, раньше ты не был такой язвой, — проворчала я.

— С кем поведешься, — развел руками Алистер. — Ты серьезно не хочешь смыть с себя все это?

Конечно, я хотела смыть «все это», особенно — апатию и сонливость. И если последнее было возможно, то с первым явно возникнут проблемы. Так что лучше всего не сопротивляться и просто это заспать.

Но у Аррона были другие планы. Так и не дождавшись моего ответа, мужчина снова подхватил меня на руки и потащил во двор.

Глава 11

За домом, укрытые от посторонних глаз деревянной… ну, пусть будет ширмой, стояли бочки, наполненные дождевой водой. Здесь же, прямо на траве, лежали обструганные доски, на которые полагалось вставать во время приема водных процедур.

— Я правильно поняла: ты хочешь, чтобы я здесь мылась? — вяло возмутилась я, вглядываясь в воду. Она не цвела, и червей в ней, вроде, не наблюдалось. Но как-то… все равно «фу», в общем.

Алистер очистил и подогрел воду, занеся ладони над бочками, и сделал приглашающий жест.

— И доски еще обеззараживающим заклинанием, пожалуйста.

— Самая большая зараза на этих досках — ты, — закатил глаза мужчина, послушно стряхивая заклинание с ладоней. — Разувайся в следующий раз.

Вообще-то, он сам меня туда поставил! Но я молча проглотила шпильку и направилась в дом за полотенцем, ощущая спиной обеспокоенный взгляд Алистера. Надо его как-нибудь уколоть, а то вон испереживался весь, бедненький.

Вернувшись со своим полотенцем и Арроновыми мыльными принадлежностями — свои я взять не догадалась, но телохранитель это никак не прокомментировал — я принялась разуваться.

Делать это стоя было неудобно, но скамейки в этом чудном месте никто не предусмотрел. И без нее пространства было катастрофически мало.

Расправившись с обувью, я ступила босыми ногами на гладкие доски и блаженно зажмурилась, ощущая натруженными стопами приятную прохладу.

— Может, зажжешь мне светлячок?

Уже начало смеркаться, но спросила я больше для того, чтобы убедиться, что мне не показалось, и Аррон действительно никуда не ушел.

— Не стоит привлекать внимание соседей, — последовал ответ.

Я облегченно выдохнула и принялась раздеваться. Я, наверное, наоборот, должна была испытывать смущение от того, что всего в паре шагов от меня стоит мужчина и даже, может, пялится на мои щиколотки (как интимно, хе-хе), но мне было спокойнее знать, что он рядом. Все-таки, абсолютно незнакомое место, а я еще и в таком уязвимом положении.

Забросив грязную одежду на ширму рядом с платьем, которое принесла на смену, я поежилась, поспешно зачерпнула воды и умыла лицо. Влага тоненькими струйками разбежалась по телу, и мне почти сразу стало прохладно, так как вечерний ветерок никто не отменял.

Еще пару раз плеснув на себя водой, я тихонько зашипела. М-да, надо было с собой ковш в дорогу брать, а не запасную одежду. Но кто же знал?

Алистер знал! Но зачем меня о чем-то предупреждать?

— Держи, — в поле зрения появилась рука, протягивающая мне большую жестяную кружку.

— Спасибо.

Дело пошло быстрее. Облившись водичкой, я щедро зачерпнула из баночки жидкого мыла. Оно едва уловимо пахло хвоей и очень хорошо пенилось. Подумав, я все же нанесла эту субстанцию на волосы. Если бы меня сейчас увидела Диана, она бы, конечно, испытала культурный шок. Хотя, я думаю, она упала бы в обморок еще при виде этой, с позволения сказать, ванной.

От мысли о том, что я больше никогда не услышу нотаций своей недомачехи, по коже пробежали мурашки. Еще и ветер, как назло, усилился. Я поспешно смыла с себя пену, насколько могла тщательно промыла волосы и закуталась в полотенце.

— Аррон, где моя одежда? — как можно спокойнее спросила я.

Если это такой способ вывести меня из состояния овоща, то кто-то сейчас получит.

Хм, получается, способ действенный. Что, впрочем, не отменяет того, что этот кто-то — наглец.

— У меня. Держи, — и часть вещей вернули туда, где я их оставила.

Только теперь они были чистыми и даже не мятыми.

— Что не так с платьем, которое я собиралась надеть?

— Слишком дорогое для этих мест. Завтра куплю что-нибудь попроще.

— Хорошо, тогда мои тряпки «посложнее» можешь раздать нуждающимся, — проворчала я, натягивая штаны. — Мы здесь надолго?

— Как получится. Ты же понимаешь, что лучше не привлекать внимания?

Я вышла к мужчине и безразлично пожала плечами.

Аррон проводил меня в кухню, высушил заклинанием волосы, закутал в плед и усадил на табуретку. Поставил на стол передо мной фляжку ежевичного взвара и завернутый в тряпицу кусок пирога, а потом тоже удалился «принимать ванну».

И как так вышло, что в средних размеров сумке телохранителя полезных вещей оказалось больше, чем в моей большой? Зря только все тащили. Хотя какая разница, несла-то не я. И вообще, мог сразу сказать, что мне ничего из того, что я собрала, не понадобится. Кроме денег и нижних рубашек.

Теша себя тем, что просто не знала, что брать, рассчитывая на постоялый двор, я отхлебнула взвара. Он был кисло-сладкий и еще чуть теплый, а потому оставлял во рту противное послевкусие.

Эх, чаю бы. Горячего. Я поплотнее закуталась в покрывало и прислонилась к стене. Сидеть на табуретке без опоры было утомительно.

В такой позе меня и застал вернувшийся телохранитель.

— Ты ничего не съела, — укоризненно сказал он.

— Не хочется, — извиняющимся тоном проговорила я.

— Давай хотя бы чуть-чуть.

Аррон отрезал небольшой кусочек и поднес его к моему рту. Я, пересилив себя, забрала еду из мужских рук и принялась жевать. Тяжесть комом упала в желудок, мне еще сильнее захотелось спать, о чем я и сообщила мужчине.

Тот кивнул и направился в комнату. Я проследовала за ним. Аррон бросил на диван чистое покрывало, потом извлек из своей сумки два пледа, один из которых скатал в рулон и положил в изголовье вместо подушки. Второй, я полагаю, должен был заменить одеяло.

— А ты?

— На чердаке должна быть раскладушка. Ложись.

«Тут еще и чердак есть», — отстраненно подумала я, перебираясь на диван и укутываясь во второй плед. Сон сморил меня почти мгновенно, стоило принять горизонтальное положение. Правда, ненадолго.

Я дернулась, едва сдержав крик, и проснулась. В окно светила полная луна, позволяя разглядеть спящего на раскладушке неподалеку Аррона, накрывшегося плащом. Я какое-то время полежала, успокаивая сердцебиение и разглядывая плетения охранных чар.

Все хорошо, я в безопасности. Аррон рядом.

Уснуть не получалось: меня потряхивало то ли от холода, то ли от пережитого во сне ужаса. Я развернула сложенный в подушку плед и укуталась еще и в него. Стало немного теплее. Я начала постепенно проваливаться в сон.

***

Вязкая дремота не хотела выпускать меня из своих объятий, как я ни пыталась вырваться. Я дергалась и пыталась закричать, но из горла вырывались только едва различимые стоны. Было страшно до одури. А потом вдруг резко потеплело, страх ушел, и я расслабилась, нежась в волнах тепла, окутывающих тело.

Когда я проснулась снова, на улице уже вовсю светило солнце, и через открытую форточку доносилось щебетание птиц. Приятная нега растеклась по всему телу.

Я довольно потянулась, и на пол с шуршанием упал мужской плащ. Я села, выпуталась из кокона пледов, и оглядела комнату. Пустая раскладушка стояла у стены. Плащ валялся у моих ног. Так, а где Аррон?

Я обулась, вышла на крыльцо и подставила лицо солнечным лучам. Мне было на удивление хорошо. Если бы еще не физиологические потребности… туалет нашелся (к счастью, не по запаху) в уголке у забора, скрытый раскидистыми ветвями каштана. Весь участок порос быльем, так что тропинку я искала довольно долго, а потом плюнула и пошла напролом.

В таких местах я справляла нужду очень давно, кажется, еще в прошлой жизни, но, как выяснилось, за столько лет мало, что изменилось, и ничего страшного в этом, по-прежнему, не было. Кроме паука, который решил на меня свалиться, когда я уже натягивала штаны.

Я коротко вскрикнула, стряхнула членистоногое со своего предплечья и выскочила из деревянного домика. Следующим пунктом назначения были бочки с водой — мне следовало умыться.

Глава 12

К тому моменту, когда я вернулась в дом, Алистер уже расставил на столе стаканы с молоком, хлеб, сыр и овощи.

— Ты откуда все это взял? — поинтересовалась я, с наслаждением втягивая носом запах свежей выпечки.

— У соседей купил, конечно. Потом покажу тебе, где можно обзавестись продуктами и набрать воды.

Я кивнула и села за стол. Аппетит вернулся, поэтому я с удовольствием лопала бутерброд из хлеба, сочного помидора и козьего сыра и разве что не жмурилась от удовольствия.

— Какие у нас планы?

— Я вернусь в город и попробую распутать ниточку, ведущую от мальчишки-посыльного, а ты будешь сидеть тихонечко и ждать меня. Дальше по обстоятельствам.

— И что, мне опять нельзя из дома выходить?

— Можно, только платок на голову повяжи, а то шевелюра уж слишком приметная. Тебя здесь искать никто не догадается, но, все-таки, будь осторожна. Одежду я сложил к тебе в сумку, платок возьмешь там же.

— Хорошо.

Кстати, о шевелюре. Неплохо бы расчесаться, а то я после мытья головы так и не удосужилась. Этим и займусь после завтрака.

Убрав со стола, я зарылась в сумку в поисках гребня. Потом добрую четверть часа пыталась вычесать колтуны и распутать волосы. Они у меня густые, длинные и иссиня-черные. В детстве вились мелкими колечками, но потом отросли, потяжелели и стали укладываться в волны.

В общем, локоны у меня очень красивые, однако, на мой взгляд, ничего необычного в них нет. Но, раз Аррон сказал, придется носить платок.

И только оказавшись среди остальных жителей, я поняла, почему он так сказал. Здесь почти все были блондинами или, в крайнем случае, русыми. Я, действительно, выделялась на общем фоне.

Это в столице жители больше внимания уделяли внешности и красили волосы во все цвета радуги, поэтому там я смотрелась более, чем обычно. А тут, в деревне, люди такой ерундой не заморачивались, им и без этого было чем заняться.

— Странно, — тихо сказала я. — Мы ведь недалеко от города, а здесь все совсем по-другому.

— Это потому что у местных другой образ и стиль жизни, — так же тихо ответил Аррон.

Проведя мне экскурсию и сунув в ладонь мешочек с мелкими монетками (когда успел разменять?), мужчина ушел, а я решила сходить в лес. Ну в самом деле, лето же! Там земляники должны быть целые поляны. Сколько я уже так землянику не собирала? Лет семь?

Да, точно. Семь лет назад мы уехали с родителями в крупный город, потому что в академии искусств заинтересовались папиными разработками. Моя семья стремительно разбогатела и перебралась в столицу. Папа стал знаменитым и уважаемым артефактором, и старая жизнь в тихой деревушке уплыла на задворки памяти, напоминая о себе только во снах, да и то все реже и реже.

Я брела по лесу, вспоминая, как во время летних каникул мы с подружкой Винни на целый день убегали на речку купаться. Дурачились, объедались земляники. А ее брат пугал нас, неожиданно выскакивая из-за деревьев или дергая за ноги под водой. Доставалось нам от него знатно, зато в школе Майк всегда нас защищал от противных мальчишек, забрасывающих в волосы гусениц и жуков.

Найдя полянку, я первым делом объелась земляники. Вторым тоже. До отвала. Измазала одежду и руки в ягодном соке, но была довольна собой. Еще и домой набрала. Может, найду нужные продукты и испеку пирог. Вроде, когда мы делали это с мамой, было не так сложно.

Выходя из леса, наткнулась на мужчину лет сорока, но он так на меня смотрел, что я предпочла сделать вид, что не разглядела его среди ветвей.

По дороге к дому мне встретилась шустрая девушка с длинной пшеничной косой. Она была немного старше меня, а может, такое впечатление создавал яркий макияж, накидывая девушке пару лишних лет. Ладная, в длинной цветастой юбке и с широкими браслетами на покрытых бронзовым загаром руках, она выглядела как экзотический цветок.

— Привет! — крикнула она. — Я Вайла. Твой спутник сегодня утром покупал сыр у моей мамы.

Мне сразу не понравилось, с какой интонацией она произнесла слово «спутник». Как будто имела виды на Аррона.

— Эби. Очень приятно, — тем не менее, представилась я. — Не подскажешь, где тут у вас можно муку приобрести?

— Ой, так давай я до мельницы тебя провожу.

— Можешь просто показать направление, — попыталась я избежать допроса, который явно намеревалась устроить девушка.

— Мне все равно в ту же сторону, — мило прощебетала она.

Как жаль.

В ответ на расспросы я мстительно сообщила, что мы с мужем приехали сюда в отпуск из города, а дом этот раньше принадлежал его родственникам. Каким — не знаю, но очень дальним и очень давно.

Главное, чтобы потом не выяснилось, что в этом домике раньше жили, например, браконьеры.

Мельник, крупный суровый мужчина с аккуратной густой бородой и волосами, заплетенными в короткую косицу, встретил нас не очень приветливо. Вайла почти сразу упорхнула, а я объяснила, что мне нужно.

После ухода моей провожатой мужчина сразу как-то подобрел, даже мешочек с мукой обернул дополнительным сукном и спросил, не нужна ли мне помощь с транспортировкой. Я сначала вежливо отказалась — там муки-то было не так много, но прибежавший на зов отца мальчишка лет пятнадцати сделал такое грустное лицо, что я передумала.

На этот раз чужое общество меня не тяготило. Мы обсуждали ягодные места и личных тем не затрагивали. Еще Колин поведал мне о старом полуразвалившемся замке, в котором раньше жил наместник, а теперь — привидения. Мы даже договорились, что мальчик как-нибудь меня туда проведет.

На прощание я вручила пацану медяшку, хотя он упорно отказывался.

Остальные ингредиенты для пирога и некоторые другие полезные продукты я раздобыла у соседей. Одна милейшая женщина даже поделилась со мной ванилью.

Разложив на столе все необходимое, я принялась за дело. Испачкала мукой себя и полкухни, но тесто замесила. С тем, чтобы выложить начинку и слепить края, проблем не возникло. Довольно много времени я потратила на то, чтобы почистить печь и найти огниво. А потом поняла, что нужны дрова, и приуныла. Догадалась посмотреть на чердаке, заодно стерла пыль своей одеждой: здесь, почему-то, Аррон не почистил.

Так, ну пары полешек хватит, а потом придется просить Алистера наколоть. Сама я умела только магией, но, по понятным причинам, пользоваться ей во дворе не стала.

Пирог я проверяла каждые пять минут, отчаянно боясь передержать, поэтому готовился он дольше обычного. Но получился неплохо. По крайней мере, если судить по внешнему виду. Вот дождусь Аррона, и попробуем. Надеюсь, мужчина вернется не затемно.

Ожидая телохранителя, я навела порядок на чердаке и даже нашла там пару интересных вещичек, в том числе, несколько книг и керосиновую лампу, а еще изгваздалась окончательно. Можно было бы, пользуясь отсутствием свидетелей, применить магию, но я сомневалась в том, что Аррон, если он уже рядом, не заметит колебаний фона, и решила не рисковать. И время заодно убила.

Начало смеркаться, когда внизу хлопнула дверь и послышались шаги. Я проворно спустилась с чердака, прихватив с собой приглянувшуюся книжку: методичку по зельеварению.

— Я вижу, ты освоилась, — хмыкнул телохранитель, выкладывая на стол цыпленка, приготовленного на вертеле, и окидывая меня насмешливым взглядом.

По телу мурашками пробежала волна очищающего заклинания, и пыль с одежды исчезла. Пятна, оставшиеся от ягодного сока, тоже.

— Как успехи? — поинтересовалась я, разрезая пирог.

М-м-м, как пахнет.

— Не так хорошо, как хотелось бы. Из полезного — нашел свидетеля заказа той доставки, но он мнется и ничего толкового об отправителе сообщить не может.

— Слушай, надо бы дров наколоть. И воды в бочки натаскать, — протянула я. — Хотя воды я и сама могу.

Но лучше он. Я немного опасалась ходить к колодцу, потому что, когда я сегодня туда сунулась после пробежки по соседям, бравый детина предложил мне помощь. И посетовал, что такие дела должны выполнять настоящие мужчины, явно намекая на себя. И явно рассчитывая на мою благодарность.

Пришлось отбрехиваться тем, что я просто гуляю, и сбегать от плотоядного взгляда. Эх, вот было бы здорово засветить мужику файерболом промеж глаз!

— Бочки я наполню, это несложно, — отмахнулся Аррон.

Я едва заметно выдохнула и откусила от пирога. На удивление, вышло хорошо, почти как в детстве. Но у мамы, все-таки, получалось лучше.

— Как ты, Эби? — вдруг спросил Алистер.

— Нормально. Даже хорошо, — не покривила душой я. — Здесь все напоминает мою родную деревню, наверное, поэтому я чувствую себя как-то… расковано, что ли.

Это было правдой. Здесь мне не нужно было ни с кем воевать и никому ничего доказывать. Не нужно было стараться обратить на себя внимание папы, отстоять право делать то, что хочу, у Дианы. Не нужно было закрываться от одногруппников, демонстрировать наставникам свой контроль над силой. Можно было просто расслабиться.

— Аррон, может, устроишь себе выходной? — предложила я на волне всей этой расслабленности. — В лес можно сходить, еще тут, говорят, озеро недалеко есть.

Про замок упоминать не стала, справедливо полагая, что местные архитектурные красоты вряд ли заинтересуют телохранителя. А может, он вообще запретит мне туда соваться.

Так что правильно я смолчала. Молчание, как говорится, золото.

— Мне некогда отдыхать, — развел руками мужчина. — Время играет против нас.

Я пожала плечами. Мое дело — предложить.

— Да и потом, в конце недели здесь будут гуляния, мы с тобой приглашены, отказаться не получилось, — продолжил Аррон не самым радостным голосом. — Заодно и выходной устрою.

— Это у тебя профессиональное — втираться в доверие к окружающим? — я приподняла брови.

Меня вот никто не звал.

— Да ты тоже общий язык с местными нашла, про нашу семейную пару уже все селение болтает.

Словосочетание «семейная пара» прозвучало уж очень иронично, но, вроде, без укоризненных интонаций.

— Ты сердишься? — решила уточнить я.

— Нет.

Он ответил спокойно. Наверное, и правда не сердится. А я, в случае чего, могу наличием мужа прикрыться. Удобно же? Несомненно. А что для Вайлы и других женщин Алистер под запретом, так это обратная сторона медали. Для него же моя безопасность на первом месте, верно? Так что перебьется.

Глава 13

После ужина мужчина, как и обещал, отправился за водой. Притащил четыре ведра. Два из них висели на том самом детине, который предлагал мне свою помощь у колодца. Телохранителю вот, все-таки, навязал.

Детина во все горло пожелал мне здоровья, а так как он прекрасно знал, что я не глухая, пришлось выползать во двор, здороваться с помощником и угощать пирогом. Такая я гостеприимная, аж сама в шоке. Но здесь не город, так принято.

Стоило детине уйти, я тут же отлипла от Алистера, к которому прицепилась, как банный лист, и засела за методичку. Может, попробовать завтра сварить что-нибудь? Все равно делать нечего.

— Дрова с утра наколю, сейчас темно уже, — сообщил мне вернувшийся телохранитель, сверкая голым торсом.

Я кивнула и уткнулась глазами в рецепт мази, отпугивающей насекомых.

Надеюсь, при свете дня Аррон в таком виде по двору не шастает. А то ведь затопит нас слюной соседушек, как есть, затопит. А нам этого не надо, нам и моей слюны предостаточно, я считаю.

Все-таки, здешняя атмосфера оказывает расслабляющее воздействие. В столичном доме Аррон бы себе такого не позволил. Но там бы и не надо было опасаться, что чьи-то любопытные глаза разглядят в темноте вспышки бытовых заклинаний.

— Пойдешь мыться? Вода еще теплая.

Идти одной было неуютно. Но сполоснуться, все-таки, следовало, поэтому я отложила методичку и встала с кресла. И испытала огромное облегчение, когда Аррон взял лампу и направился за мной.

А сам он как мылся, интересно?

А, заклинание ночного зрения, точно. Как было бы легко, если бы я могла свободно пользоваться магией. Может, хватит уже скрывать свои возможности? Не запечатает же меня Алистер по-настоящему, в самом деле!

Я подумала-подумала, и отказалась от этой идеи. Я, конечно, Аррону доверяю, но вдруг закон ему окажется ближе, чем подопечная? Да и незачем ставить телохранителя перед выбором, если можно обойтись без этого.

Спать я укладывалась чистая и довольная. Снова закуталась во все пледы и блаженно закрыла глаза. Было тепло. Но это было какое-то не то тепло, которое согревало меня прошлой ночью. Не настолько уютное и успокаивающее. Что за бред?

Я подняла ресницы и с подозрением уставилась на устроившегося на раскладушке телохранителя, вспоминая плащ. Я не была им накрыта сегодня утром, он просто лежал рядом. А все почему?

— Ты сейчас дыру во мне проделаешь, — не выдержал Алистер.

— Удобно тебе? — вкрадчиво поинтересовалась я.

— Нормально.

Ну да, а что ноги слегка свисают, так это ничего, это даже почти не чувствуется. И что перекладина в спину впивается так, что даже отсюда видно — тоже мелочи.

— Диван можно разложить, — предложила я.

— Зачем?

— Затем, что так тебе будет удобнее, — я включила тон «для идиотов».

—Эби, мне приходилось спать и в куда менее комфортных условиях, — заявил этот… герой.

— Но у тебя же комфортные условия в двух шагах, — гнула я свою линию. — Тебе что, лень дойти?

Ну правда, зачем так над собой издеваться? Что за глупая самоотверженность? Я девушка понятливая, еще с того поцелуя все уяснила, приставать не буду. А он выспится.

И вообще, вдруг эта рухлядь под ним прямо во сне сломается?

Тем более, я почти уверена, что прошлой ночью этот упертый гад меня грел.

— Или ты стесняешься? — я даже села, весело разглядывая крупную фигуру, разместившуюся на умирающей раскладушке. — Меч тут вряд ли найдется, но я могу кухонный нож между нами положить.

— Это еще зачем? — Аррон тоже приподнял голову, но раскладушка угрожающе заскрипела, и он замер.

— Как гарант целомудрия. Так воины в книжках делали, — я хихикнула. — А может, и правда, в древности существовал такой обычай. Возможно, именно поэтому средняя продолжительность жизни была гораздо меньше, — окончательно развеселилась я.

Аррон фыркнул, и я решила его дожимать. Поднялась и разложила диван.

— Если надумаешь, милости прошу, — и я вместе с пледами откатилась на свою половину лицом к стене.

А если не надумает, это будет просто сокрушительный удар по моему самолюбию. Все-таки, осознание того, что человеку на неудобной койке лучше, чем на диване рядом с тобой, здорово опускает самооценку.

Спустя несколько бесконечно долгих мгновений Алистер решил воспользоваться моим щедрым предложением. Ура, самолюбие спасено!

Я довольно улыбнулась, не размыкая глаз. Все, теперь можно спать.

Правда, заснуть сразу не получилось: все-таки, Аррон сейчас находился меньше, чем на расстоянии вытянутой руки, и это было… волнительно. Но усталость взяла свое, я успокоилась и провалилась в сон.

Пробуждение было таким же, как и вчера, с той лишь разницей, что теперь я точно знала, что ночевала у телохранителя под боком. Самого телохранителя рядом не было. Из кухни тянуло запахом каши. Со двора доносился бойкий стук.

Я расчесалась, натянула принесенное Арроном платье, очень милое, хоть и «попроще», и пошла умываться.

Правда, едва завернув за угол дома, я застыла, позабыв о том, куда шла. Потому что Аррон, как вчера и обещал, колол дрова. Голый по пояс.

Натренированные мышцы красиво перекатывались под гладкой кожей плеч и спины, блестящей от пота. Как хорошо, что мужчина стоит ко мне спиной, и я могу наблюдать за всем этим великолепием.

Утро из просто доброго превратилось в наидобрейшее из всех утр. За последние полгода — точно.

Я замерла, провожая взглядом сверкающие на солнце бисеринки пота, скатывающиеся по рельефным мускулам к поясу штанов. Скрытые тканью бедра и крепкие икры тоже были выше всяческих похвал, но это я заметила еще тогда, в нашу первую встречу, и потому вернулась взглядом к спине. Когда еще выпадет шанс полюбоваться?

Но вот Аррон расколол последнее полено и воткнул топор в чурбак. Я встрепенулась, крикнула в распрямляющуюся спину «доброе утро» и поспешила к бочкам. От мысли о том, что мужчина сейчас обернется и поймет, что я на него самым бессовестным образом пялилась, щеки залило краской. Уши, наверное, тоже. Но я уже скрылась за домом и запустила ладони в спасительную воду, остывшую за ночь.

Я вернулась в дом, обойдя его с противоположной стороны, чтобы не наткнуться на телохранителя. Достала из печи котелок с кашей, разложила ее по тарелкам, нарезала хлеб и сыр. Разила молоко по стаканам и устроилась на табуретке.

На умывшегося и уже полностью одетого Алистера, усевшегося за стол, я старалась не смотреть. Перед глазами все еще стояла его обнаженная спина, и я боялась себя выдать. И боялась небезосновательно, потому что Аррон почуял неладное, несмотря на все мои старания.

— Эби, все в порядке?

Я кивнула, продолжая размазывать кашу по тарелке. И облегченно выдохнула только когда Аррон ушел.

Почти весь день я провозилась с мазью от насекомых: сначала собирала нужные травы, потом растирала и варила в котелке. Для меня это было делом довольно интересным и даже сложным, так как занималась я им впервые, а травы требовали бережного обращения. Плюс ко всему, некоторые из них нужно было собирать в определенное время суток или даже лунного цикла для большей эффективности, но я понадеялась, что сойдет и так.

Хотя в глубине души, конечно, опасалась, что, скорее всего, не сойдет. Но я ничем не рисковала: травки, вроде как, были безобидные, и их сочетание не должно было вызывать раздражение на коже или интоксикацию организма. Я не поленилась и досконально изучила не только список побочных эффектов, но и приложение с реакциями, возникающими от смешивания некоторых трав.

В крайнем случае, выброшу испорченную мазь.

По дороге из леса я снова заметила мужчину, которого видела во время похода за земляникой. Подходить опять не решилась: он явно не был настроен на разговор. Зато Колин, мальчишка, который помогал мне с мукой, очень обрадовался встрече. Он поинтересовался, когда же мы пойдем смотреть замок, и я великодушно сообщила, что завтра абсолютно свободна. На том и порешили.

Вернувшегося Аррона ждало овощное рагу и почти выветрившийся запах… чего-то противного. Получившаяся мазь отпугивала не только насекомых, но и всех, у кого есть обоняние. Мужчина отнесся к моему новому увлечению философски. «Чем бы дитя не тешилось…», — читалось в его взгляде.

Мы дождались, пока дом полностью проветрится, и сели ужинать.

— Завтра приду раньше, мне будет нужна твоя помощь, — огорошил меня телохранитель.

— Расследование идет туго? — сочувственно поинтересовалась я.

— Слишком много информации, поэтому я решил зайти с другой стороны. Постараюсь достать все разработки, которыми занимался твой отец, и ты мне расскажешь, что именно представляло наибольший интерес, да и вообще, может, вспомнишь что-нибудь важное. А там уже, я надеюсь, удастся проследить связь между посетителями похорон и клиентами твоего отца.

— Почему ты так уверен, что убийство связанно именно с его работой?

— Потому что остальные версии не подтвердились. Я все очень тщательно проверил.

— Хорошо, я постараюсь быть полезной.

И, надеюсь, успею сходить на экскурсию к замку до того, как Аррон вернется.

С тем, чтобы заснуть, проблем не возникло, несмотря на то, что подстершийся в памяти утренний эпизод всплыл перед глазами, стоило мне улечься на диван. Проблемы начались позже, когда я уснула.

Мне снился полураздетый Алистер, гоняющийся за мной по двору с топором. Я носилась вокруг дома, петляя, как заяц, а потом забежала внутрь, схватила котелок с вонючей мазью и опрокинула его на телохранителя.

Мужчина бросил топор и зажал меня в углу. А потом наклонился и поцеловал. И, несмотря на «благоухающую» субстанцию, в которой мы оба измазались с ног до головы, я получала от процесса огромное удовольствие. Даже запустила руки мужчине под одежду, но он отстранился и строго сказал: «Эби, ты моя работа. А я с работой не сплю».

Я проснулась, покрытая липким потом и прижатая к телохранительскому боку. Причем, телохранительской рукой же и прижатая. Не спит он с работой, как же! Очень даже спит. И ему даже нравится, судя по умиротворенному выражению лица.

Во сне мужчина выглядел моложе, ему от силы можно было дать лет двадцать пять. Разгладилась складка между бровей, расслабился рот, растрепавшиеся волосы смешно прилипли ко лбу. Я протянула было руку чтобы их убрать, но потом отдернула ее, выбралась из-под наглой конечности и уползла поближе к стене и подальше от соблазна.

Глава 14

— Много веков назад, когда по небу еще летали драконы, — рассказывал мне Колин, я так подозреваю, местную легенду, — в этом замке жили потомки древнего рода. Они были высокими и красивыми, а силой их магии можно было разрушить и собрать воедино огромную скалу. Когда грянула война, они достойно сражались, защищая свой род и все королевство и победили, но победа далась им нелегко: все погибли, кроме средней сестры — Лиары. Однако, она не смогла перенести горечь утраты, и сбросилась с самой высокой замковой башни, а ее дух живет там и поныне, распугивая…

— Идиотов, которые отважатся сунуться в ее дом, — закончил за Колина второй мальчишка, Даррел.

Даррел был на пару лет старше сына мельника и, кажется, не так свято верил в легенду о замке. Но было видно, что мальчишке все равно немного боязно.

Сначала я думала, что это у детей развлечение такое — пугать редких гостей страшным замком и не менее страшным призраком. Но светящиеся неподдельным любопытством мордочки навели меня на другую, более близкую к правде мысль, которую я решила озвучить:

— Я так понимаю, до меня идиотов не находилось?

Молчание и опущенные глаза были куда красноречивее любых слов.

Ну да, я, вроде как, взрослая, со мной не страшно. И призрак, если что, сначала будет расправляться со мной, как с самой крупной, а они смогут слинять.

Видимо, такой логики и придерживались эти недоэкскурсоводы, приглашая меня «посмотреть замок».

Конечно, призраков я не боялась: мне доводилось сталкиваться с парочкой во время ознакомительного практикума по некромантии. Они, в общем-то, безобидны. Но вот то, что меня посчитали великовозрастной дурой, настроения не поднимало. Зато, как мне пришлось признать впоследствии, было чистой правдой.

— А откуда же вы тогда про призрака знаете? Может, это все сказки?

— Так взрослые рассказывают, — сделал страшные глаза Колин. — Дядька Варл говорил, что призрак его с лестницы спустил.

Призраки, взаимодействующие с материальным миром? Интересно. Некромантия — не мой профиль, но, насколько я помню, единственное, что подвластно этим сгусткам энергии — телекинез легких предметов. Очень легких. Вроде перьев или листов бумаги. А еще иногда призраки издают пугающие звуки, похожие на завывание ветра. Люди, если они не являются магами, при контакте с призраками ощущают холод, но не могут не то что прикоснуться — даже увидеть их.

Так что дядька Варл, кто бы он ни был, определенно приврал. Ну и отлично, значит, мне вообще не стоит беспокоиться.

Сначала мы шли тропинкой, по которой я постоянно прогуливалась к лесу за травами и ягодами. Я бдительно смотрела по сторонам, но странного мужчины, на которого я постоянно натыкалась, нигде не было. Я посчитала это хорошим знаком и окончательно расслабилась.

Потом мы поднялись на холм, и стало видно замок, расположенный в низине. Страшный-престрашный по рассказам детей, на деле он оказался не внушающей трепета развалиной. Единственное, что вызывало опасения — вероятность обвала потолка. Целой осталась одна-единственная башенка, показавшаяся мне указующим перстом судьбы. Который с этого ракурса выглядел как средний. Будем надеяться, что мои дурные ассоциации не имеют ничего общего с действительностью.

Чем ближе мы подходили, тем больше я сомневалась, что мы найдем тут что-то интересное. И лучше бы так оно и было.

Но, едва мы перелезли через полуразрушенную стену, я поняла, что эти руины не настолько заброшены, как кажется на первый взгляд.

Неуловимое присутствие человека ощущалось буквально во всем. На полу у стен были собраны горы пыли, в то время как середина коридора чуть ли не представляла собой проторенную дорожку. Один из вставленных в настенные кольца факелов использовали по назначению явно совсем недавно.

Я внимательнее осмотрелась по сторонам и осторожно распутала контур своей печати. Мало ли, как отреагируют местные жители на непрошеных гостей. Лучше быть готовой ко всему.

Вопреки моим опасениям, вокруг было на удивление тихо. Мы обследовали верхний этаж и башню, но, кроме пыли и кое-каких явно современных предметов обихода, ничего не обнаружили. Призраками здесь и не пахло.

— Наверное, уже можно возвращаться, — расстроено произнес Колин, явно не ожидавший от замка такой подставы.

— Тут наверняка должен быть спуск в подвал, — возразил Даррелл, заглядывая во все незапертые двери.

Лестница обнаружилась в конце коридора, сразу за поворотом

Я схватила ринувшегося было вниз пацана за шиворот и дернула на себя.

— Ты чего? — обиженно просипел тот, дернув ногой в паре дюймов от охранного плетения.

— Нам не стоит туда ходить, — уверенно сказала я и поставила щит на случай, если парнишка меня не послушает. — Призраку это не понравится.

— Струсила — так и скажи, — фыркнул подросток, вырываясь из моего захвата. — Призраки — сказки для маленьких детишек вроде Колина.

— Но это правда, — чуть не плача, возразил последний.

— Правда, — подтвердила я. — Хозяйка не хочет нас пропускать. Сам попробуй.

Даррел закатил глаза, сделал шаг к ступенькам и уперся в невидимую преграду. Точнее, в мой щит. Недоуменно округлил глаза, пощупал твердое пространство перед собой и перевел взгляд на меня.

— Ну что, домой? — с притворной грустью спросила я.

Снова уверовавший в призрака и заметно повеселевший Колин бодренько шагал к выходу. Второй экскурсовод, наоборот, скуксился, но послушно брел следом. Я замыкала шествие, не забыв развеять перед уходом свой щит.

Когда замковая сырость и полутьма сменились солнечной свежестью, я почувствовала, как неприятное ощущение, поселившееся в животе, постепенно рассасывается, и облегченно выдохнула.

Мне в замке категорически не понравилось. Еще и эта охранка. Откуда бы ей взяться? Ясное дело, призрак тут ни при чем.

— А где Даррелл? — вынырнула я из своих мыслей.

— Сказал, ножик свой в замке забыл, — развел руками Колин.

— Когда это он сказал? — зловеще прошипела я.

Стоило задуматься, и этот паразит удрал обратно! Медом ему там, что ли, намазано?

У меня неприятно засосало под ложечкой.

— Ты хмурилась. Он мне шепнул, что сейчас вернется и тихо ушел, чтобы тебя не злить, — простодушно заявил мальчишка.

Боится, значит? И правильно боится! Я сейчас его догоню и таких подзатыльников навешаю!

— Ты. Сейчас быстро уходишь в лес и ждешь нас на полянке с земляникой. У ручья, — строго приказала я. — Понял? Марш!

Мальчишка быстро закивал и припустил в сторону леса. А я развернулась и опрометью бросилась к злополучной лестнице. Только бы не опоздать.

Я успела как раз к тому моменту, когда Даррелл, запнувшись о ловушку, полетел вниз по лестнице. Моя силовая нить обвилась вокруг тощего тела и вздернула его на пару локтей вверх, едва не приложив макушкой о потолок. Вышло резковато, зато никто не сломал себе позвоночник.

— Сказала же, демон тебя раздери, не лезть туда!

— Ты маг! — тонкий палец обвиняюще указал на меня.

— А ты неугомонный мальчишка! — пробурчала я, вытягивая подростка обратно в коридор.

— Отпусти!

— И не подумаю! — я присела на корточки, разглядывая вмонтированный в стену артефакт, на который была завязана охранка.

От изучения принципа ее работы меня отвлек резкий звук — это Даррелл со злости пнул в стену камешек. Я на всякий случай упала на пол, утянув пацана за собой. Накрыться щитом не успела, но нам повезло: заклинание пролетело мимо и срикошетило в стену. Та тихонько завибрировала.

А нет, не повезло.

С потолка посыпалась мелкая крошка. Я все-таки накрыла нас щитом, вскочила и потянула Даррелла к выходу. Мы бежали со всех ног, а страшный-престрашный замок трясся и стонал, грозясь запереть нас внутри навсегда.

Что-то везет мне в последнее время на обвалы.

К счастью, все оказалось не так ужасно. По крайней мере, когда мы на всех парах неслись к деревьям, замок все еще стоял. И когда я окидывала внимательным взглядом мрачное сооружение уже издалека, оно выглядело примерно так же, как и до нашего визита.

Я сдула упавшие на лоб волосы и проглотила ругательство. Платок, которым я покрывала голову, остался где-то между замком и поляной, на которую наша троица вывалилась, тяжело дыша: Колина мы нагнали по дороге и заставили ускориться.

— И что это было? — уточнил мальчишка, подозрительно глядя на меня.

— Она… — начал было Даррелл, но я сделала страшные глаза, и подросток понятливо заткнулся.

Вот! Может же, когда хочет.

— Значит, так. Никто не должен знать, что мы там были. Никто! Это понятно? И никто из вас туда больше не сунется ни при каких обстоятельствах.

Колин медленно кивнул, Даррел смерил меня скептическим взглядом. Я сделала себе мысленную зарубку поговорить с вредным мальчишкой и повела детей к деревне, по дороге всерьез задумавшись о том, почему я собираю на свою голову столько неприятностей.

На выходе из леса я отправила Колина домой, а сама, внимательно оглядевшись, схватила второго мальчишку за шиворот и приперла к дереву.

— Объясняю еще раз для непонятливых. Если те, кто изрядно постарался, чтобы что-то спрятать в замке, узнают, что мы там были, мало не покажется никому.

Мальчишка зло смотрел на меня из-под насупленных бровей.

— Ты же знал, что никакого призрака нет, верно? — вкрадчиво проговорила я. — Что там было, внизу?

— Сокровища, — нехотя буркнул Даррелл.

Хорошо, хоть сам за ними не сунулся.

— Кто тебе о них рассказал? — продолжила выпытывать я.

— Видел, как кто-то волок мешок в сторону замка, — признался пацан. — Это было вечером, почти ночью. Я за рыбой ходил к речке, засиделся. Домой возвращался не по тропинке, решил срезать. А тут он.

— Ты уверен, что это был мужчина?

— Нет, говорю же, темно было. А фигура шла сгорбившись, еще и в плаще с капюшоном.

— Тебя не видели?

— Я что, совсем дурак, по-твоему? — искренне возмутился Даррел.

Ну, как сказать... Хотя я сама не лучше.

Я разжала пальцы, разгладила смятую ткань рубашки и с нажимом проговорила:

— Пообещай мне, что ты в сторону замка даже смотреть не будешь. Поверь, все очень серьезно. И молчи!

— Ладно, — сдулся мальчишка. — Может, ты и права.

Он отлепился от дерева и медленно побрел к дороге, обняв себя за плечи. Я постояла, глядя пацаненку в спину, потом решительно направилась следом.

— Может, зайдешь ко мне? Я тебя булочками угощу. С молоком. Хочешь? — моя рука ненавязчиво обняла острые плечи.

Даррелл как сомнамбула поплелся в заданном мной направлении, даже не попытавшись высвободиться. Дома я усадила мальчишку за стол, подвинула блюдо с булочками, оставшимися с завтрака, и поставила перед Даррелом стакан теплого молока. Неплохо было бы какой-нибудь успокаивающий отвар налить, но у меня ничего такого не было.

Даррел взял булку, но до рта так и не донес.

— Это нормально, — уверенно сказала я, подсев ближе. — То, что ты сейчас испытываешь. Ты чуть не погиб, и не нужно стыдиться того, что тебе страшно за свою жизнь. К тому же, ты очень неплохо держишься.

Подросток судорожно вздохнул, потом ткнулся лбом мне куда-то в район ключицы. Я обняла мальчишку и принялась гладить по голове, одновременно сплетая легкое расслабляющее заклинание. Его обычно используют от бессонницы, но, думаю, нервное потрясение тоже поможет снять.

Целитель из меня, конечно, так себе…

Я задумалась, поэтому шаги во дворе услышала не сразу. Вздрогнула, прекратив ерошить светлые волосы, и отстранилась от мальчика. Тот оглянулся на дверь, но как-то лениво, без опаски.

Вошел Аррон.

— Ты сегодня рано, — облегченно выдохнула я и втянула файербол в ладонь заведенной за спину руки.

— Я, пожалуй, пойду, — очнулся Даррелл. — Спасибо за булочки.

Я завернула ему еще пару с собой и проводила до калитки.

— Ты это… спасибо. За все, — жутко смущаясь, пробормотал мальчишка.

— Иди уже, — я напоследок взъерошила непослушные волосы и вернулась в дом.

Глава 15

— Ну? — первым делом спросил Аррон, стоило мне переступить порог.

Я недоуменно приподняла брови.

— Я спрашиваю, во что ты опять вляпалась, — уточнил мужчина.

— Почему сразу «вляпалась»? — возмутилась я, но вышло как-то ненатурально.

— Она еще спрашивает, — телохранитель тяжело вздохнул, неспешно приблизился и припер меня к стенке.

Я с вызовом смотрела в стальные глаза.

На самом деле я, конечно, не собиралась от Аррона ничего утаивать: это не тот случай, когда стоит замалчивать проблему. Просто мне нравилось доводить своего телохранителя. Я испытывала от наших перепалок огромное удовольствие.

Тут главное не перегнуть и не перевести все в реальный спор. Потому что в таких ситуациях мне обычно становилось обидно, что Аррон считает меня маленькой, ни на что не способной избалованной девочкой, и все удовольствие терялось.

— Давай ты мне сама все расскажешь, Эби? — устало произнес Аррон, и мне стало стыдно.

Я даже рот раскрыла, собираясь что-то ответить, но мужчина совершенно неожиданно задрал одной рукой подол моей рубашки, оголив живот, а второй зафиксировал мои запястья, прижав их к стене у меня над головой. Я подавилась воздухом, потеряв способность связно мыслить.

В животе екнуло, хоть я и понимала, что такое поведение вызвано отнюдь не мужским интересом ко мне.

Под рубашкой у меня, как у любой уважающей себя лиры, был дорогой кружевной лиф. В деревне такое, конечно, никто не носит, но его ведь не видно, а я привыкла к хорошему нижнему белью. Правда, к моему огромному сожалению, краешек кружева, выглядывающий из-под ткани, внимания Алистера не привлек. Взгляд мужчины был прикован к печати, которую я предусмотрительно замкнула перед тем, как зайти в дом.

Когда Аррон самым наглым образом заправил подол рубахи мне за ворот, чтобы тот не мешался, и принялся водить ладонью над печатью, я еще как-то пыталась совладать с подкашивающимися коленками и пульсом, частящим от тепла мужской руки. А потом мужчина прикоснулся пальцем к рисунку.

Я дернулась и точно съехала бы на пол, если бы мои руки не были надежно зафиксированы. Сердце трепыхалось пойманной птицей, дыхание сбилось. «Только бы он не заметил, только бы не заметил», — крутилась в голове лихорадочная мысль.

Пришлось отвернуться и зажмуриться, но так прикосновения ощущались еще острее.

Я подняла ресницы и закусила губу, глядя на то, как Алистер методично исследует печать, неумолимо подбираясь к тому месту, где завязывался контрольный узел. Мужское лицо при этом не выражало никаких эмоций, как будто Аррон водил пальцем по страницам старой книги, решая сложную задачу, а не прикасался к девушке.

К довольно привлекательной девушке, прошу заметить.

Внутри начала разворачиваться волна раздражения. Не дожидаясь, пока Аррон найдет узелок, я сама разомкнула печать и ударила.

Несильно, но, так как мужчина не ждал атаки, его оторвало от меня и отбросило на пол. Алистер мгновенно перекатился через голову, вскочил на ноги и застыл в ожидании следующего удара. Он это что, серьезно?

Я расхохоталась и, все-таки, сползла на пол.

Отсмеявшись, я убрала упавшие на лицо волосы, вытянула ноги и принялась рассказывать про нашу прогулку в замок.

— В общем, я думаю, это браконьеры. Скорее всего, не маги, иначе не стали бы тратиться на артефакт. Вещица, кстати, довольно дорогая и многофункциональная, — закончила я свой рассказ.

— Ясно. Схожу, посмотрю, что к чему, заодно следы подчищу. А ты будешь сидеть здесь и изучать кристалл с записями разработок твоего отца, — и Аррон вышел, не дожидаясь моего ответа.

Впрочем, ни просить, чтобы Алистер взял меня с собой, ни останавливать его я не собиралась. Еще некоторое время я просидела на полу, глядя перед собой, потом повязала на голову новый платок, запрятала кристалл в своих вещах, для надежности прикрыв заклинанием, и вышла из дома.

Мне нужно было проораться.

Что мне здесь нравилось, так это то, что если не считать направление, откуда мы с Арроном пришли, куда ни пойди из деревни — все равно попадешь в лес.

Зайдя за деревья, подальше от людских глаз и ушей, я удобно устроилась на траве, прислонившись спиной к шершавому стволу, набрала в грудь побольше воздуха и запела:

Слетают на плечи

Обрывки несказанных слов,

Банален и вечен,

Сюжет, к сожаленью, не нов —

Так единодушно

Над этим смеется свет:

Ты мне очень нужен,

А я тебе — вовсе нет.

Искусство притворства

С досады постигла давно,

Ведь это так просто —

Смеяться, когда не смешно,

И вместо проклятий

Придумать приветствий вязь,

При виде объятий

Осколками слез давясь…

Мое душевное равновесие пошатнуло, как ни странно, не произошедшее в замке, а то, что случилось после. Нет, это же надо было так глупо влюбиться, а? В мужчину, который смотрит на тебя, как на предмет мебели. Идиотка!

Вот спрятаться мне бы

И сердце закрыть на засов;

Уставилось небо

Глазами испуганных сов,

И времени кости

Я в злобе иду ломать:

Я жду тебя в гости —

А ты не придешь опять!

(с) Канцлер Ги «Баллада»

Не то, чтобы я так уж страдала от неразделенной любви, наоборот, мне было хорошо и очень уютно в обществе Аррона, а когда он уходил, я спокойно занималась своими делами. Но сегодня мне стало неприятно. Потому что то, что произошло, было неправильно: моя острая реакция и его абсолютное безразличие. Пора с этим заканчивать.

Нервное напряжение выплеснулось из меня вместе с криком, и на место разъедающему грудь раздражению пришла пустота. Я запрокинула голову и прикрыла глаза, проверяя, не было ли случайных свидетелей моих душевных излияний. Но вокруг было пусто, даже птицы разлетелись, только какой-то грызун забился в свою нору и ждал, когда же я, наконец, закончу.

Я усмехнулась и встала на ноги. Пора возвращаться.

Аррон пришел немногим позже меня. Сообщил, что все, что мог, облазил, но платка моего не нашел. Я с сосредоточенным видом изучала информацию с кристалла и даже не повернула голову в сторону мужчины, просто кивнула.

Алистер, видимо, тоже не горел желанием со мной беседовать и, постояв немного на пороге комнаты, вышел. Вот и отлично! Я расслабилась и вернулась к описанию артефактов.

Я просидела над кристаллом довольно долго, вспоминая все, что мне было известно. Но, по правде говоря, зацепиться пока было не за что.

Аррон позвал меня ужинать, когда уже стемнело. Вот это я замечательная хозяюшка. Даже не задумалась о том, чтобы что-то приготовить.

— Я не голодна, спасибо.

— Может, просто чаю выпьешь?

Я нехотя поднялась с дивана и поплелась на кухню. Уселась за стол, обхватила ладонями большую кружку и уставилась в нее так, будто в янтарной жидкости было кое-что поинтереснее, чем сидящий напротив Алистер.

— Эби… — широкая сухая ладонь тронула мои пальцы, и волна мурашек резво пробежала по моей руке от места касания до локтя.

Я вздрогнула и чуть не облилась чаем. Отодвинула кружку подальше и подняла глаза. Аррон уже доел? Отлично, я тогда пойду, наверное?

— Эби, что-то не так?

— Все так, — буркнула я, не имея возможности объяснить свое поведение так, чтобы причина была хотя бы отдаленно похожа на адекватную.

К сожалению, ничего, кроме обвиняюще-обиженного «ты меня не лю-ю-уби-ишь», в голову не лезло. Правду говорят, что, влюбляясь, люди глупеют. Может, я поэтому не могу разобраться с делами отца?

— Я тебя обидел… тогда? — неуверенно спросил блондин.

Робкие нотки в тоне Алистера? Это что-то новенькое! Я даже немного развеселилась и едва успела поймать поползший в сторону уха уголок рта.

О, еще как обидел. Только не в том смысле, который ты подразумеваешь.

— Прости, я позволил себе лишнего, — уже более твердо продолжил мужчина, так и не дождавшись моего ответа. — Больше этого не повторится.

От этих извинений я разозлилась еще больше и, бросив короткое «забудь, все в порядке», вышла во двор.

Нужно остыть и взять себя в руки. И прекратить обижаться на Алистера. У меня, если уж на то пошло, нет объективных причин на него дуться. Аррон ни словом не упрекнул меня в том, что я утаила от него свою возможность колдовать и что влезла, куда не следовало. Даже не попытался прочитать мне нотацию о том, что я нарушаю закон, да и вообще с печатью моей ничего не сделал. Хотя по правилам должен был.

И за удар ничего не сказал. А потом вообще извинился. Золото, а не мужчина!

Я подавила волну глухого раздражения и продолжила заниматься самовнушением.

Аррон не виноват, что я веду себя как идиотка. И пора бы уже начинать действовать, руководствуясь мозгом, а не своими порывами. И перестать растекаться лужицей каждый раз, когда телохранитель ко мне прикасается.

Я сходила умыться, в этот раз спокойно использовав заклинание ночного видения, и вернулась в дом почти в полной гармонии с собой.

Алистер уже лег спать. На умирающую кушетку. Отлично, так даже лучше. Пусть уходит, пока я не успела привыкнуть.

Однако, как выяснилось, успела. К хорошему вообще на удивление быстро привыкаешь.

Я долго вздыхала и ворочалась с боку на бок, прежде чем провалиться в вязкие беспокойные сновидения.

Глава 16

На деревенский праздник идти не хотелось. Но, во-первых, Алистера одного отпускать не хотелось еще больше, во-вторых, у меня за полдня сидения за кристаллом так затекла спина, что я решила на сегодня закончить.

Я заставила себя испечь пирог к общему столу, хотя Аррон предлагал просто купить готовый. Все-таки, традиции есть традиции, их надо уважать.

Когда начало смеркаться, я распустила волосы и надела платье — опять же, дань традициям. Синий льняной сарафан, хоть и был из тех, что «попроще», безумно мне шел. У меня даже появилось настроение идти на праздник.

Аррон облачился в рубаху в цвет моего одеяния — знак того, что мы пришли вместе.

Посчитав на этом сборы оконченными, мы отправились на гуляния.

Все обитатели уже собрались на поляне вокруг большого стола, ломящегося от снеди. Я скромно пристроила наш пирог с краю и встала в общий круг.

Сначала были хороводы и песни, а когда совсем стемнело, у реки разожгли костер. И снова были хороводы, песни и пляски, теперь уже вокруг костра. Я веселилась, пела и танцевала вместе с другими, поддавшись волне общей эйфории.

Алистер постоянно был рядом, но в гуляниях участвовал не так активно.

Он вообще довольно быстро оставил попытки выяснить, что же случилось, и принял новую линию поведения: я не мешаю ему, а он — мне. Мы больше не болтали о пустяках за едой, не подшучивали друг над другом и даже не переругивались. За прошедшие пару дней между нами выросла незримая ледяная стена.

Я пряталась от Аррона за делами и внушала себе, что все идет, как надо, хотя на самом деле мне очень не хватало нашего общения.

Я убеждала себя в том, что все пройдет, надо просто подождать. Или отвлечься, чем я сейчас очень старательно занималась.

Когда костер прогорел, и пламя стихло, начались прыжки через огонь. Аррон поймал меня за локоть, когда я уже пристроилась в конец очереди.

— Не мешай мне развлекаться, — предупреждающе сощурила глаза я, удерживая на лице приторную улыбочку.

— Или мы прыгаем вместе, или ты отходишь в сторонку, — с такой же улыбкой ответствовал мне телохранитель.

Я пожала плечами. Мы же больше не спорим.

Когда подошла наша очередь, Аррон неожиданно подхватил меня на руки. Я взвизгнула и обняла его за шею. По ледяной стене между нами пробежала трещина.

У меня начало захватывать дух уже во время разбега, а когда мы оторвались от земли, время словно остановилось на пару мгновений, и я застыла, восхищенно разглядывая лицо Аррона, подсвеченное огненными всполохами. Оно было таким красивым, таким… волшебным, что я забылась и уже собиралась протянуть ладонь к мужской щеке, но тут мы приземлились по другую сторону костра.

Я сразу вспомнила, как дышать, и задорно улыбнулась.

Я помню, что хотела держаться от Аррона подальше, но это было очень тяжело. А трещина в стене, которую я выстроила между нами, все росла.

— А ты, оказывается, совсем не такой бука, каким пытаешься казаться, — я не смогла смолчать и толкнула мужчину в плечо, когда Аррон отошел в сторону и спустил меня на землю.

Он смотрел так… так, что я растаяла. Я не могу держать дистанцию. Не сейчас.

— Пошли, я хочу пить, — провозгласила я и утянула мужчину в толпу.

У стола собралась приличная толпа народа, а Лея — дочь старосты — угощала собравшихся каким-то напитком из кубка.

Хрупкая девичья фигурка, окутанная светлым облаком волос, завораживала.

Дождавшись своей очереди, я благодарно кивнула, принимая кубок, и бодро отхлебнула напиток. Уже проглотив, сообразила, что что-то не так, вернула кубок девушке и схватила ничего не понимающего Аррона за потянувшуюся к кубку руку. Куколка попыталась что-то вякнуть, но я так посмотрела, что она передумала и сунула свою чашу следующему желающему. Появившееся во рту мерзкое послевкусие подтвердило мои опасения.

— А…

— Идем, дорогой, — с нажимом проговорила я, хотя сказать мне хотелось совсем другое.

— Дорогая, что-то случилось? — насмешливо произнес Алистер, впрочем, покорно следуя за мной.

— Случилось, — истерично произнесла я, оглядываясь на веселящихся людей. — Мы уходим. Очень быстро и очень далеко.

— Эби? Объясни, что не так, — уже совсем другим тоном попросил Аррон.

— Пока все так, но это ненадолго. Там была «Огненная страсть». Не знала, что они тут настолько придерживаются традиций.

— Подожди, ты хочешь сказать, что только что выпила афродизиак?

Я кисло кивнула. Мужчина сжал челюсти, на точеных скулах заходили желваки.

Ай-яй-яй, недоглядел.

— Просто отведи меня домой и выруби. Если начну приставать по дороге, выруби сразу. Давай, идем, — поторопила я.

— Я слышал о подобного рода традициях, но думал, они давно в прошлом, — проговорил Алистер, все еще виня себя за случившееся.

Ну да, слишком уж варварский обычай — пить «волшебное зелье» и убегать в лесную чащу предаваться любви с кем придется, и верить в то, что зачатые в праздничную ночь дети будут здоровы и удачливы, так как их отметили высшие силы.

— Там, откуда я родом, такое уже несколько столетий не практикуется, но старики до сих пор истории рассказывают, — поделилась я. — Да ты не переживай так, нормально все будет.

— Ты-то откуда знаешь? — вздохнул Аррон и придержал мое пошатнувшееся тело.

Я тряхнула головой и попыталась призвать к порядку ставшие ватными конечности. Через некоторое время по телу разольется жар, а потом разум затуманит сумасшедшее желание.

Странно, в прошлый раз все происходило медленнее.

Кажется, эту фразу я произнесла вслух, потому что Аррон удивленно спросил:

— В какой еще прошлый раз?

Вообще-то, это довольно личная история, о подробностях которой Алистеру знать совсем необязательно, но мой язык уже развязался, и остановить процесс я была не в силах.

— Меня в новой школе опоил мальчишка, на ухаживания которого я не ответила взаимностью, — призналась я. — Ну как, «ухаживания». Это было пошлое предложение погреть мальчику постель. Естественно, я его послала. Потом оказалось, что он сын богатенького папочки, привыкший получать то, что хочет, — я усмехнулась. — Хотя кто бы говорил об избалованных детках и богатых родителях, да?

— Эби… — теплая ладонь легла мне на плечо.

Живот прострелило молнией, что-то внутри сладко сжалось. Стадия «выложу все, что знаю» завершилась довольно быстро. Сейчас начнется самое интересное.

Я сделала над собой усилие и сбросила мужскую руку. Отшатнулась я слишком резво, а потому меня повело, и я чудом не шлепнулась на землю. Этим чудом был, конечно, Аррон.

— Не трогай, — хриплым шепотом произнесла я. — В принципе, уже можно меня вырубать. Тем более, мы пришли.

— И пропустить окончание истории про «прошлый раз»? — выгнул бровь Аррон, открывая калитку и пропуская меня вперед. — Ну уж нет.

— Какой же ты, все-таки, гад! Бессердечный. Я тут мучаюсь и страдаю, вообще-то, — выдала я последнюю связную фразу за этот вечер и снова едва не свалилась.

— Так уж мучаешься? — фыркнул блондин, затаскивая меня на крыльцо.

— Не-е-ет, — после небольшой паузы протянула я и блаженно зажмурилась.

Мои руки легли Аррону на плечи. «Огненная страсть» бурлила во мне радостным предвкушением.

—Ты крас-с-сивый, — я провела пальцем по колючей щеке. — С-с-сильный.

Я подалась вперед и потянулась к мужским губам.

Последнее, что я запомнила — огненную лаву, растекающуюся по венам и окончательно застилающую разум.

Глава 17

Утро наступило… было такое ощущение, что оно наступило на меня. Я еще не открыла глаза, а уже поняла, что день не задался. Тело ныло и горело, голова была тяжелой, в глаза словно кто-то щедро сыпанул песка. Я чувствовала себя разбитой морально и физически. А еще очень хотелось пить.

Я с трудом села и, не открывая глаз, протянула руку к прикроватной тумбочке. Той на месте не оказалось, но мне в ладонь ткнулось что-то холодное. Я залпом выпила всю воду из стакана и только потом соизволила разлепить ресницы.

Аррон сидел на полу у дивана и смотрел на меня с беспокойством.

И, глядя мужчине в глаза, я поняла, что все не так плохо. Все гораздо хуже. Потому что ко мне начали возвращаться обрывки воспоминаний прошлой ночи.

Я застонала, закрыла глаза и рухнула обратно на диван, натянув на голову плед и отвернувшись к стене.

…я подалась вперед и потянулась к мужским губам. Аррон выпрямился и задрал подбородок, и перед моими глазами соблазнительно замаячила крепкая шея. Я провела по ней языком.

Аррон вздрогнул и схватил меня за руки, вцепившиеся в пояс его штанов. Я в отместку прижалась губами к гладкой коже в том месте, где только что был мой язык, втянула ее и прикусила зубами. Мужчина что-то хрипло выдохнул или простонал. Кажется, это было мое имя.

Даже сейчас от этой картинки в животе словно взорвался фейерверк. Я накрыла голову еще и импровизированной подушкой, чувствуя, что краснею.

… Я, явно с демоновой помощью, разомкнула печать и разорвала на мужчине рубаху при помощи магии. Ткань упала к нашим ногам. Я прижалась к горячему, несмотря мой собственный жар, телу и потерлась о него, словно кошка.

Аррон выдохнул, отпустил мои руки, но лишь для того, чтобы положить ладони мне на шею, а потом наступила темнота.

Все? Пожалуйста, пусть это будет все.

Лицо, уши, даже шея горели огнем.

— Эби, ты меня пугаешь, — услышала я сквозь пледы голос Алистера.

— Все в порядке, — мне пришлось подать признаки жизни.

— Тогда вылезай.

— Ни за что.

— Тебе все равно когда-нибудь придется это сделать. Давай, — Аррон потянул мой плед на себя, без труда избавив меня от разделяющей нас преграды и развернув к себе. — Ничего страшного не случилось. Посмотри на меня.

Я помотала головой, даже не подумав открыть зажмуренные глаза. Движение отдалось тупой болью в висках, я застонала.

— Смотри на меня, — приказал Алистер, запуская пальцы обеих рук мне в волосы и приподнимая мою голову.

Я от неожиданности послушалась и встретилась с уверенным взглядом стальных глаз. Пожалуй, если бы мне не было так плохо, я бы сгорела со стыда. Или не со стыда. Все-таки, стыдно мне не было. Неловко — да. Но не стыдно.

Пальцы в моих волосах пришли в движение, слегка массируя кожу, и я ощутила, как отступает головная боль. Общее самочувствие тоже улучшилось. И… неловкость, как ни странно, прошла.

Просто Аррон так заботливо избавлял меня от последствий «Огненной страсти» и так успокаивающе молчал, что я сама не заметила, как расслабилась.

— Спасибо, — смущенно пробормотала я, отодвигаясь подальше, когда мужские пальцы выпутались из моих волос.

— Эби, давай поговорим, — предложил Алистер, присаживаясь на диван.

— О чем? — настороженно спросила я, принимая сидячее положение и отползая в сторону.

— Вот об этом, — серьезно произнес Аррон. — Не надо от меня шарахаться.

— Я не… — начала было я, но мужчина протянул руку, и я непроизвольно дернулась в противоположную сторону.

— У нас же неплохо получалось ладить в последнее время. Ну, до того, как я увидел твою печать. Я уже за это извинялся и, повторюсь, прости, если я тебя обидел или напугал, — Аррон повел плечом, отчего воротник его рубашки прошелся по шее.

По абсолютно гладкой шее с идеально ровным цветом кожи.

Но я совершенно точно помню, что в этом месте должен быть засос. Я же сама его вчера поставила. Получается, эти воспоминания — просто мои фантазии? Больное воображение? Все же было так реалистично. Я ничего не понимаю.

— …а если ты переживаешь за вчерашнее, — ворвался в мои мысли голос мужчины, — то не стоит. Ты себя не контролировала.

Я подняла на него подозрительный взгляд и, все-таки, решила уточнить:

— А что было после того, как мы подошли к дому?

— Я отключил твое сознание, — не моргнув глазом, соврал Алистер.

Или не соврал. Поди разбери его. В любом случае, если хорошо сделать вид, что ничего не было, то… ничего и не было. Я, правда, пока не поняла, радоваться мне по этому поводу или огорчаться.

— Так что, мир? — мужчина протянул мне ладонь.

— Мир, — согласилась я и пожала предложенную конечность.

Поздний завтрак, по времени больше относящийся к полднику, протекал, можно сказать, в непринужденной атмосфере. По крайней мере, Аррон пытался сделать ее такой, развлекая меня беседой ни о чем. Беседа не клеилась: я все думала, обманывает меня мужчина или мне уже пора лечиться.

А, забыла, это же не лечится. Какая досада.

После завтрака я вышла к бочкам набрать воды для мытья посуды, а когда вернулась, обнаружила в кухне Вайлу, нервно тараторящую что-то о пропаже Леи.

— Больше никто не пропал? — поинтересовался Аррон. — Какой-нибудь паренек, например?

— Так если и пропал, никто не заметил. Наши парни же не Лейка, чтобы глаз с них не спускать, — фыркнула девушка и перекинула за спину толстую косу, звякнув браслетами. — В общем, мы всей деревней ее ищем. Вы идете?

— Конечно, — проворчала я. — Куда мы денемся.

— Вайла, мы скоро к вам присоединимся, — вежливо выставил девушку Аррон и, дождавшись, когда она выйдет, повернулся ко мне. — А ты куда собралась?

— С тобой, — озвучила очевидное я.

— Дома останешься, — припечатал мужчина.

Ничего другого я от него и не ожидала.

— Послушай, Аррон, — начала я, стараясь говорить спокойно и рассудительно, чтобы он проникся. — Я могу быть полезной в поисках, сканирующую «сеть» никто не отменял. Если мы с тобой разобьем лес на условные квадраты, соразмерные радиусу действия поискового заклинания, и разделим их между собой, то обязательно найдем девочку еще засветло.

— Я справлюсь и сам, а тебе лучше не высовываться после такого удачного визита к контрабандистам, — возразил Аррон.

— Я, в конце концов, на факультете боевой магии учусь, — начала раздражаться я. — Но если ты настолько не веришь в мои возможности, я могу просто идти рядом и делиться с тобой силой.

— Эби, не обижайся, но я гораздо быстрее и выносливее тебя. Идя со мной, ты будешь просто тормозить поиски, — мягко сказал Аррон. — Поэтому, пожалуйста, просто останься дома и занимайся тем, чем я тебя попросил. Здесь ты будешь полезнее, чем в лесу. Я скоро вернусь.

Я сжала ладони, пытаясь взять себя в руки. Было у меня подозрение, что этот кристалл — просто способ заставить меня сидеть на месте и никуда не соваться. Потому что найти что-то стоящее среди всего этого вороха информации не представлялось возможным.

Аррон даже не стал запирать меня магией. Значит ли это, что он мне доверяет? Вряд ли. Скорее всего, остерегается привлекать внимание охранками. Перестраховщик. Не думаю, что кто-то из местных может их видеть, я бы не пропустила мага за столько времени.

Я могла спокойно пойти в дом старосты, найти какую-то из вещей Леи и присоединиться к поискам. Но вместо этого уселась за дела отца. Я же собиралась взрослеть. А Аррон прав, объективно говоря, он прекрасно справится и без меня, поэтому я не буду никому мешать.

Остаток дня я провела, сидя на диване и усиленно напрягая мозг. Отвлеклась только когда стало смеркаться. Аррона все не было, и это начало напрягать. Я прекрасно понимала, что глупо за него беспокоиться: у мужчины вполне хватит сил и возможностей справиться даже с целой деревней, если все жители внезапно сойдут с ума и набросятся на него. Но смутный червячок тревоги медленно грыз меня изнутри.

Когда стукнула калитка, я не смогла себя сдержать и выбежала на крыльцо. Но это был не Аррон, а крупный парень, который притащил нам воду около недели назад. К своему стыду, я даже не запомнила его имени.

— Там твой муж…

Я не дослушала, развернулась и метнулась в дом обуваться. Правда, не успела сделать и пары шагов, как меня оглушили. Банально, ударив по затылку.

Глава 18

В себя я пришла в подвешенном состоянии. И это не фигура речи. Я действительно почти болталась на руках, привязанных к крюку, вбитому в потолок. Раньше на нем, скорее всего, висела люстра. Сейчас же никакого источника освещения в комнате не наблюдалось.

Ноги касались пола, но, так как я была без сознания, опираться на них не могла. А сейчас, едва я попробовала это сделать, затекшее тело отозвалось болью. Особенно огорчил затылок. Мало того, что он болел, так еще присутствовало ощущение, что волосы чем-то запачканы — кожу головы и шеи неприятно тянуло.

Я закусила губу и принялась по возможности разминать конечности, давя желания начать ругаться сквозь зубы: меня могли услышать. А мне нужно время, чтобы хоть немного привести себя в форму и осмотреться.И вот потом уже освобождаться от веревок и драпать отсюда.

Оглядев в темноте каменные стены и небольшое оконце, сквозь которое было видно усыпанное звездами небо, я пришла к выводу, что нахожусь в том самом замке, который по моей милости немного… кх-м, обветшал. Похоже, что в единственной уцелевшей башне. Какая ирония.

Неприметная дверь скрипнула и отворилась, в глаза ударил свет артефакта, дезориентировав меня на пару мгновений.

— Крепкая девочка попалась. Я уж подумал, ты ее прибил, силищу не рассчитал, — прохрипел незнакомый низкий голос, и артефакт-светлячок оказался прямо у меня перед глазами.

— Так она с места сорвалась, как будто что-то заподозрила, я побоялся, что уйдет, — пробасил детина. — Да и потом, все равно ее убивать, какая разница.

А я его пирогом кормила. Тьфу!

— Не скажи, — возразил первый, и я, прищурившись, опознала в нем подозрительного обросшего мужика, на которого я натыкалась в лесу чуть ли не каждую свою прогулку. — Нам сначала нужно узнать, кому она про наше место разболтала. Муженьку своему, небось?

— Именно, — хрипло выдохнула я. — Так что он меня обязательно найдет.

Из-за боли в голове у меня не получалось сосредоточиться и разомкнуть печать. Перед глазами плясали мушки. Похоже, у меня сотрясение. Иначе объяснить плывущие и ускользающие силовые линии замкнутого контура я не могла.

— Еще кто знает? — спросил бородатый, цепляя жесткими пальцами мой подбородок.

— Так я тебе и сказала, — фыркнула я и мотнула головой, пытаясь удержать ускользающее сознание.

— Смотри, дорогая, расклад такой: либо ты все рассказываешь, и мы тебя быстренько убиваем, либо…

— Пытать будете? Беззащитную девушку? — округлила глаза я.

— Для начала мы с тобой развлечемся, — расплылся в противной улыбке бородач и бросил своему подельнику. — Можешь начинать, я пока артефакт правды активирую.

Вот гадство! Я попыталась дышать ровно, призывая тело к порядку. Детина медленно приблизился и принялся расшнуровывать ворот моей рубахи. Я мысленно нащупала контрольный узел и принялась его разматывать.

Не выдержавшее такого насилия сознание решило меня покинуть. Всего на пару мгновений. Я пошатнулась, тут же получила пощечину и взвыла от резкой боли. А еще, кажется, на мне разорвали рубаху.

— Видел, какое бельишко у барышни? Она точно не из простых… — донеслось до меня сквозь звон в ушах. — И татуировка странная. Эх, столько денег можно было бы за нее получить. Жаль, девка — не жилец.

Грубая лапища сжала освобожденную от лифа грудь. Я сморщилась и что есть силы пнула неудавшегося насильника между ног. А после такого пинка насильник точно будет неудавшимся.

Детина взвыл и согнулся пополам.

— Девка, не делай глупостей, — строго бросил первый контрабандист, — мы ведь и по-плохому можем.

— Мой муж от вас мокрого места не оставит, — прошипела я, готовясь, если потребуется, пинать снова.

— Твоего муженька на себя Лейка взяла, — злорадно сообщил бородатый. — Подстроить, чтобы он на нее набрел, было проще простого. А она его опоила и перерезала горло. Даже лучше, что он тебя с собой не взял. У Лейки вообще ловко с мужиками получается. Так что, повторюсь, не делай глупостей. Нет больше у тебя мужа.

Как нет?

Нет.

Его больше нет.

Нет!!! Меня скрутило от боли.

«Не делай глупостей… глупостей…», — эхом отдалось у меня в голове почему-то голосом отца. В груди привычно завертелась волна неконтролируемой силы — предвестница магического срыва, и я раскрылась, не стараясь ее удержать. Плевать. Уже плевать на все.

Сырая неоформленная сила играючи сорвала печать, разметала похитивших меня людей по комнате и начала биться о стены. Башня задрожала. Я отстраненно отметила, что на этот раз замок точно развалится, и уходить коридорами— не вариант.

Я наблюдала за бушующей энергией со смешанными чувствами. Я осознавала, какой сокрушительной она может быть, но в то же время понимала: это неотъемлемая часть меня. Резкая, бунтующая и вздорная, но… управляемая. Сейчас я поняла это как никогда ясно. Я управляю ей, а не она мной. Направление всегда задаю я. И от этого осознания тело наполнилось странной эйфорией.

Окрыленная странным чувством, я, забыв про боль, освободилась от веревок и, пошатываясь, побрела к окну, на ходу связывая полы разорванной рубахи в узел.

Несмотря на то, что энергии осталось не так много — магический выброс практически опустошил мой резерв — я чувствовала себя на удивление сносно. Сила легко сплелась в нить и, по моему указанию, послушно уцепилась на крюке от люстры.

Я прыгнула вниз.

Лететь было высоко, пришлось даже слегка себя замедлить, чтобы не разбиться, если не успею среагировать.

Ноги коснулись земли, я пару мгновений постояла, пережидая головокружение, а потом сорвалась с места. Новые силовые нити оплетали деревья, помогая мне перепрыгивать кусты и коряги. Я сосредоточилась на том, чтобы поскорее отсюда убраться, и не сразу различила звуки чужих шагов сквозь звон в ушах.

Неужели с ними был кто-то еще? Кто-то, кто стоял на стреме и не попал под раздачу?

Я рывком ушла в сторону, едва не угодив в заросли малины. Притормозить и даже оглянуться не давал треск сминаемых чьими-то резвыми ногами веток.

Эйфория, появившаяся после всплеска силы, откатывалась, оставляя после себя приятное опустошение и шум в голове.

Странно, обычно после срыва я чувствую себя совсем не так. А где апатия? Абсолютное безразличие ко всему? Похоже, в этот раз все по-другому. Но оно и к лучшему, жить-то хочется.

Шум в голове усиливался, перед глазами туманилось. Не помогало даже заклинание ночного зрения.

— Эби… — вдруг различила я едва слышный оклик сквозь какофонию звуков, раздающихся, казалось, отовсюду.

Что это, я брежу?

Я, все-таки, обернулась, за что тут же поплатилась: нить сорвалась, и я плюхнулась на землю. Пару раз перекатилась, гася инерцию, и затихла, не в силах подняться. В глазах плыло. Все, на что меня хватало — жадно дышать и собирать оставшиеся крохи силы в атакующее заклинание.

Проморгавшись, я различила надвигающийся на меня силуэт. Кто бы это ни был, я так просто не дамся.

— Эби, — позвал совсем рядом голос Аррона.

Я вздрогнула и потеряла концентрацию. Заклинание рассыпалось.

— Алистер? — не веря своим ушам, с надеждой спросила я.

Из горла вырвался едва различимый шепот, но мужчина, опустившийся возле меня на колени, все услышал.

— Это я, Эби. Все хорошо, сейчас я тебе помогу.

Я села, поддерживаемая сильными руками, и вдохнула такой нужный, такой родной запах. Это действительно он.

— Аррон, — облегченно выдохнула я и прижалась к мужчине, оплетя его руками, как вьюн.

Колючая щека у моей щеки, мои пальцы в мягких коротких волосах.

Он жив, он рядом. Все хорошо.

— Тише, маленькая, тише, — убаюкивающе шептал знакомый голос, а пальцы мужчины осторожно ощупывали мой затылок, пуская по коже иголочки исцеляющего заклинания. — Сейчас все пройдет.

Я не сразу поняла, что реву. Неконтролируемые слезы катились по щекам, стекая Аррону на рубашку и щеку, к которой я прижималась.

Я ненавидела плакать при свидетелях. Я даже не помню, когда это происходило в последний раз. Кажется, еще в прошлой жизни. Я уже давно не демонстрировала свою уязвимость, и это было правильно. Никто не должен знать, что я слабая маленькая девочка. Никто и не знал.

А сейчас… сейчас все было правильно. И хорошо. Потому что Аррон молчаливо меня поддерживал. Потому что он никогда не использовал бы это против меня. Потому что мужские пальцы по-прежнему были запутаны в моих волосах.

Боль отступила, а вот страх потери крепко засел внутри меня, поэтому я продолжала всхлипывать и вжиматься в Алистера, не желая его отпускать.

Одна мужская рука продолжала удерживать меня за затылок, а вторая принялась успокаивающе гладить спину. Раз. Второй. Потом ощупала ее, видимо, в поисках белья и, не обнаружив его, замерла. И я почувствовала, как разом напряглось мужское тело.

— Эби, посмотри на меня, пожалуйста, — попросил телохранитель.

Я сделала пару глубоких вдохов и отстранилась, выполняя его просьбу.

Окружающий мир вернул себе четкость, поэтому я ясно различила и взгляд, который стек с моего лица в декольте, а потом еще ниже, и задержался на завязанном у пупка узле, и заходившие по лицу желваки.

— Что они с тобой сделали?

Полный скрытой ярости голос ударил по нервам, заставив сжаться и торопливо заверить, что ничего со мной сделать не успели.

— Все в порядке? — продолжал допытываться Аррон.

— В порядке. А ты…

Мне была очень хорошо видна горизонтальная полоса на крепкой шее, покрытая коркой запекшейся крови.

— Мне сказали, тебе горло перерезали, — призналась я, и на глазах снова выступили слезы, пришлось зажмуриться.

— Так ты из-за этого… — выдохнул себе под нос мужчина и продолжил уже громче. — Меня не так-то просто убить, Эби. Скорость моей регенерации в разы превышает человеческую. И магией исцеления я владею в совершенстве. Так что, как видишь, все со мной хорошо, — руки Аррона обхватили мое лицо, а шершавые пальцы заботливо стерли слезы с щек. — Не плачь.

Точно, Эд же говорил, что мой телохранитель — регенерат. А я забыла. Память моя девичья.

Значит, засос у него вполне мог зажить за ночь.

— Идем, — сказал Алистер, не подозревающий, о чем я сейчас думаю. — Думаю, нам стоит собираться и уходить из деревни. Непонятно, кто из местных еще замешан в этих темных махинациях.

— Что с Леей? — спросила я, принимая протянутую руку и поднимаясь.

—Напоил ее сон-травой и отнес к отцу. И вызвал следователя из города, пусть он сам со всем этим разбирается.

Когда мы вышли на дорогу, я обернулась в сторону страшного-престрашного замка. Башни видно не было. Возможно, конечно, она просто скрыта сейчас за деревьями, но что-то мне подсказывает, что башня, все-таки, обрушилась. И горе-контрабандисты, скорее всего, уже больше никогда никого не потревожат. Туда им и дорога.

Я не специально.

Я не виновата.

Я ничего не могла сделать.

Я прекрасно это понимала, и все равно на душе было гадко.

Глава 19

— Можем уйти уже сейчас, но лучше остаться переночевать, — говорил Аррон, укладывая сумку. — Ночь на исходе. А тебе не помешало бы немного поспать, хотя бы до рассвета.

— Угу, — согласилась я, думая о своем.

— Ну?

— Что? — в голове крутилась навязчивая и очень важная мысль, которую я никак не могла поймать за хвост, а тут еще отвлекают всякие.

— Спать идешь? Только переоденься сначала.

Да, и кровь из волос неплохо было бы вымыть. Выплыв из оцепенения, я поплотнее запахнула рубаху, взяла сменную одежду и направилась к двери.

— Сходить с тобой?

— Сама справлюсь.

Аррон, все-таки, пошел следом.

—Спасибо, — тихо сказала я.

И не то, чтобы одной мне было страшно, просто когда мужчина был рядом, я чувствовала себя… увереннее, что ли. Да, я была полностью уверена в своей безопасности.

Вернувшись в дом, я забралась на диван, укуталась в плед и уставилась в потолок. Что же такое важное произошло сегодня? Я потерла скулу в том месте, куда пришлась пощечина. Наверное, к утру проступит синяк.

Или уже проступает, потому что присевший рядом Аррон нахмурился и прикоснулся к моей скуле кончиками пальцев. Я зажмурилась и хихикнула от ощущения холодящих кожу иголочек.

Точно, пощечина! Вот оно! «Не делай глупостей».

«Не делай глупостей», — говорит папа в своем послании и проводит рукой по шее. Подвеска.

— Я вспомнила!

«Не делай глупостей, дочь», — втолковывал мне отец во время нашего разговора по кристаллу связи.

Незадолго до этого я была дома на зимних праздниках. Папа подарил мне учебник по гибридным методам создания артефактов и амулетов, а Диане — подвеску с крупным прозрачным камнем. Скорее всего, бриллиантом.

И я бы не обратила на подарок мачехи никакого внимания — я вообще была равнодушна к побрякушкам, но это украшение отец преподносил ей с таким видом, словно в камне была сокрыта тайна всех времен и народов, не меньше. Женщина вся светилась от счастья. А я… я как раз после едва не случившегося срыва из-за ссоры с Дереком разнесла трактир Эда.

Папа был мной недоволен. И вел себя довольно холодно по отношению ко мне. Все праздники. Меня это задевало.

Перед отъездом я поссорилась с Дианой. Ссора проходила в ее комнате — я зашла сообщить, что ужин готов, женщина сделала мне замечание по поводу моего внешнего вида, и понеслось…

Вообще, в этом не было ничего необычного — мы с Дианой не ладили. Но в тот раз меня ее слова задели за живое, потому что сирена ткнула меня тем, что я недостойна своего отца. Выплюнув мне в лицо эту фразу, женщина выплыла в коридор. Видимо, ужинать. А я так и осталась стоять, шипя и булькая, как закипающий котелок.

Мой взгляд упал на папин подарок, небрежно лежащий на туалетном столике.

Вспоминая об этом сейчас, я не понимала, что заставило меня так поступить. Вообще-то, я никогда не брала чужого. Но тогда я схватила подвеску и сунула ее в карман, надеясь, что если эта вещь так дорога отцу, он приедет за ней в школу, как только узнает о пропаже.

Однако, моим надеждам не суждено было сбыться: все, чего я добилась — это разговор через кристалл и расстроенный, обеспокоенный папа. Я сейчас точно не вспомню, но он говорил что-то о том, что у меня теперь будут крупные неприятности. Я тогда даже не думала, что папины расстроенные чувства имеют более глубокий смысл, чем простое недовольство моим глупым поступком.

— Ты не взяла подвеску с собой, когда поехала домой в следующий раз? — приподнял брови Аррон.

— Папа сказал, что никто не должен ее видеть. Просил, чтобы я убрала украшение подальше, а лучше вообще про него забыла. И я действительно забыла, — развела руками я. — Сначала, конечно, злилась, ревнуя к Диане, но просьбу выполнила. А потом забыла. Вспомнила непосредственно перед отъездом и решила не возвращаться — слишком надежно запрятала, еще и не у себя в комнате.

— У Дерека? — проницательно уточнил телохранитель.

— И откуда ты такой умный? — я закатила глаза и неодобрительно ткнула мужчину локтем в бок.

— Я так понимаю, у тебя было не слишком много друзей в школе, — повел плечом Аррон.

— Как будто этой информации не было в моем досье, которое ты, несомненно, очень внимательно изучил, — фыркнула я.

— Злишься на меня за это?

— Это твоя работа, — философски ответила я. — Не то, чтобы сильно. Я ничего не знаю о твоей жизни, но это не мешает мне знать, что ты за человек.

Мужчина состроил снисходительно-недоверчивое лицо. Мол, говори-говори, все равно из нас двоих я неприступный и скрытный профессионал, а ты — маленькая глупая девочка.

— Ты сам напросился, — фыркнула я. — С твоего позволения, оды о твоей силе, выносливости и профессионализме я опущу. Итак. У тебя синдром гиперответственности и непомерно развитое чувство долга и справедливости. Ты никогда никого не бросаешь в беде, даже если это твой враг, Лея — тому подтверждение. Ты стараешься этого не показывать, но я знаю, что довольно часто вывожу тебя из себя. Ты меня не понимаешь и считаешь неконтролируемым избалованным ребенком. Каждый раз, когда я попадаю в неприятности, ты винишь за недосмотр себя. Тебе тяжело со мной, потому что ты никогда нормально не общался ни с женщинами. ни с детьми (а я представляю собой что-то среднее между ними), но ты меня не бросаешь, потому что когда-то мой папа тебе помог, и ты платишь ему тем же, так как по-другому не можешь. Я права?

Некоторое время Алистер молча изучал меня с нечитаемым выражением на лице, потом заговорил. Слова Аррона, пожалуй, мало были связаны с тем, что я только что выпалила. Но, тем не менее, они были гораздо более интересны и откровенны, чем то, что я рассчитывала услышать в ответ.

— В моей семье все мужчины — военнослужащие, — сообщил Аррон. — Наша династия носит имя Разящих, ты наверняка слышала это определение. Неуловимые, смертоносные, неуязвимые — все это про нас. Мой дед, а за ним и отец возглавляли Тайную службу одного из соседних государств.

— Теперь глава ты? — раскрыла рот я.

— К счастью, на эту должность готовят моего старшего брата, — усмехнулся Алистер и продолжил. — Мы с твоим отцом познакомились во время одной из его экспедиций. Я тогда был совсем мальчишкой, а он только получил ученую степень и поехал на курсы повышения квалификации. Меня похитили прямо со двора дома, пытаясь таким образом надавить на деда. А твой отец помог меня найти, использовав какой-то хитрый артефакт.

— Наверное, артефакт, завязанный на родственную кровь, — догадалась я. — Сейчас такие — не редкость, а вот пару десятилетий назад использование подобных изобретений было запрещено из-за того, что для их создания нужно было использовать магию крови, тогда еще очень плохо изученную.

— Тебе виднее, в этом вопросе ты разбираешься куда лучше меня, — кивнул Аррон и продолжил. — Когда лир Моргалис с нами связался, он не вдавался в подробности. Намекнул лишь, что в деле замешаны интересы обоих государств и обмолвился, что его единственная дочь в очень большой опасности. Остальное обещал рассказать при встрече, если мы согласимся помочь. Как ты знаешь, сделать этого он не успел.

— Я не думала, что все настолько серьезно, — призналась я. — Межгосударственный конфликт — это совсем другой уровень. Тебе стоило бы вплотную заняться делом, а не возиться со мной.

— Как ты верно заметила, у меня непомерно развитое чувство долга, — хмыкнул Алистер. — К тому же, насколько я понимаю, из тех, кто знал о подвеске, в живых не осталось никого, кроме тебя, так что ты — ценный свидетель.

— Уже нет, я же все рассказала. А вспомнила бы я об украшении раньше, сколько времени можно было бы сэкономить.

— В любом случае, до твоей школы сейчас ближе, чем до моего дома, поэтому мы сначала направимся туда, — соизволил мужчина посвятить меня в свои планы. — Заберем подвеску, чем бы она ни была, и уже потом я отвезу тебя под присмотр моей семьи, и будешь ты сидеть там тихонечко и не дергаться.

Я возмущенно вырвала из наглых пальцев прядь своих волос, непонятно, как там оказавшуюся, и села, так как толкать гневную речь, лежа и глядя снизу вверх на этого гада, было неудобно.

— Аррон, я тебе сейчас припомню «следилку», которую ты тайком на меня повесил, — угрожающе сообщила я, подаваясь вперед. — Ты когда-нибудь научишься спрашивать, чего хочу я? Почему ты каждый раз просто ставишь меня перед фактом и никуда не пускаешь?

Объективно говоря, я понимала, что если бы не эта самая «следилка», которую я заметила только тогда, когда ее снесло во время магического выброса, Аррон вряд ли бы так быстро меня нашел. Да и все остальные его решения были, в общем-то, разумны и верны, но демон возьми, меня так раздражало то, что мою персону ни во что не ставят!

Я с негодованием выливала на Аррона свое возмущение, а он ничего мне не отвечал. Просто сидел. Явно не слышал ничего из того, что я говорила, а его задумчивый взгляд был прикован к моему лицу. Раньше я не замечала, чтобы он так смотрел. Желание возмущаться сошло на «нет», я замолчала. Аррон продолжал смотреть.

— Со мной что-то не так? — подозрительно уточнила я, отчаянно смущаясь.

— Нет, — немного заторможено отреагировал мужчина, выплывая из своих мыслей и отводя взгляд. — Постарайся поспать.

Все-таки, нельзя хотеть от Алистера слишком многого. Он и так сегодня уже достаточно мне рассказал. Раньше телохранитель не был так щедр на информацию.

Я вздохнула и улеглась на диван. Аррон поправил на мне плед, прежде, чем подняться.

Глава 20

Мы покинули дом, едва забрезжил рассвет. Лошадей Алистер купил в первом ближайшем селении, до которого мы топали пешком под маскирующим заклинанием. Там же наскоро перекусили, купили еды и продолжили путь.

Взгромоздившись в седло, я с трудом заставила себя держать спину прямо. Все-таки, пара часов сна и прогулка протяженностью в пару десятков верст отрицательно повлияли на мою бодрость. К тому же, меня разморило после еды, и ехать никуда не хотелось. Но у нас было срочное дело, поэтому пришлось терпеть.

Ближе к вечеру мы заставили лошадей замедлить шаг. Стало еще хуже — я расслабилась и начала клевать носом. Аррон, видя мое состояние, предложил пересесть к нему в седло. Я помотала головой. На горизонте уже показалась деревня, в которой мы планировали остановиться на ночлег. Хотя, если честно, я могла бы улечься спать прямо в лесу. А что? Людей рядом нет, свежий воздух, опять же.

Особенно меня напрягали, конечно, люди, а именно мужчины, устремившие на меня свои взгляды, стоило нам с Арроном войти в трактир. Сразу вспомнились противные лапы и сальные глаза контрабандиста, порвавшего мою рубаху.

Я подцепила Алистера под локоток и мило улыбнулась хозяину, принявшемуся нахваливать нам свое заведение.

В трактире свободных комнат оказалось предостаточно. Естественно, Аррон снял две. Хорошо, хоть соседние.

Меню разнообразием не радовало, но предложенные блюда оказались на удивление вкусными. Я даже увлеклась и забыла о паре бандитского вида мужиков, сидящих за столиком в углу и бросающих в нашу сторону пристальные взгляды. Аррон, видимо, счел мужчин неопасными и спокойно поглощал свой картофель с мясом.

Дождавшись, пока мужчина доест, я попросила его проводить меня до комнаты. Телохранитель послушно поднялся со мной на второй этаж, осмотрел мою комнату — маленькую, зато с бочкой, наполненной водой — и вышел, пожелав мне спокойной ночи.

Я заперла дверь на засов, а подумав, еще и на ключ, потом прошлась по постели обеззараживающим заклинанием. Магия отзывалась на удивление легко и послушно, будто и не было у меня никаких проблем с контролем силы.

Вода в бочке была теплой — сервис на высоте, не поспоришь. Если бы еще разносчицы так заискивающе не заглядывали Аррону в глаза, вообще бы цены работникам не было.

Наскоро помывшись, я натянула чистую рубаху и завалилась на узкую кровать, блаженно вытянувшись во весь рост. Тело немного ныло, но усталость была приятной, и я начала проваливаться в сон.

Из которого меня самым наглом образом вырвал стук в дверь.

— Кто там? — хрипло выкрикнула я, садясь в постели.

— Мы бочку с водой пришли забрать, — ответили мне басом.

Беру назад свои слова насчет сервиса.

— Утром заберете, заодно и поменяете, — раздраженно буркнула я, падая обратно на подушку.

В следующее мгновение дверь содрогнулась под оглушительным ударом, заставив меня подскочить и метнуться к окну.

В голове роилась сотня мыслей. Могли ли нас с Арроном выследить? Мы же специально магией не пользовались. Если нет, что тогда от меня нужно ночным гостям? Хотят ограбить? Так я, вроде, не выгляжу как состоятельная лира.

— Вал, демоны задери, ты ходить разучился?! — возмутился тот же бас, что сообщал мне о бочке.

Я замерла.

— Так тяжело же тащить, — виновато прогудел второй голос, — а тут еще пол влажный, вот я и поскользнулся.

— Дверь чуть не вынес, бестолочь неуклюжая! Хорошо, хоть не разлил ничего.

Спокойно, Эби, выдыхай.

Я еще немного постояла на подоконнике, дожидаясь, пока меня отпустит, потом отцепила силовую нить от карниза, медленно спустила ступни на холодный пол и закрыла окно. Меня ощутимо потряхивало.

Нервная я стала. И подозрительная. Паранойя развивается, не иначе. Нужно расслабиться и пойти, наконец, спать. Завтра меня ждет утомительный день в седле.

Не дойдя пары шагов до постели, я вздрогнула от осторожного стука, но снова занервничать не успела: за дверью раздался голос Аррона. Облегченно выдохнув, я отправилась открывать.

Вошедший телохранитель с одного взгляда определил мое состояние и без слов притянул к себе. Я послушно уткнулась носом мужчине в грудь и обхватила руками могучий торс, сразу успокаиваясь.

Как-то так само собой получилось, что засыпала я, держась за широкую ладонь сидящего рядом мужчины. А когда проснулась посреди ночи от того, что стало слишком жарко, обнаружила, что Аррон никуда не ушел. Он лежал, прижав собой край одеяла и придавив меня рукой.

Я осторожно выбралась из постели, приоткрыла окно — когда Аррон рядом, и с открытой дверью не страшно — и заползла обратно, вернув на место мужскую конечность. Алистер, даже если и проснулся от моих телодвижений, виду не подал. Я блаженно улыбнулась, проваливаясь в сон. На этот раз — до утра.

Вставать отчаянно не хотелось. Тело было приятно расслабленным, мышцы на попытки их напрячь отзывались легкой болью. Но Аррон уже поднялся и слинял, значит, пора и мне: скоро выезжаем.

Я, кряхтя и стеная, застелила постель, оделась, впустила работников, меняющих бочки, поплескала себе в лицо свежей водой и поплелась вниз. Позавтракали и выселились мы быстро.

Взбираясь на лошадь, я тоже кряхтела и стенала, только мысленно. Делать это вслух перед Арроном было неудобно.

Сначала ехать было тяжко, но потом мышцы разогрелись, и я, наконец, перестала себя чувствовать старой развалиной.

Ближе к полудню я начала уставать от жары, но потом с удивлением осознала, что узнаю местность, и взбодрилась. Да, точно! Скоро мы будем проезжать городок, куда я в детстве ездила с родителями на ярмарку. И моя родная деревня тоже совсем недалеко.

Когда мы въехали в городские ворота, я завертела головой по сторонам, разглядывая смутно знакомые улочки и домики. Здесь мало что изменилось, но после большой и шумной столицы все казалось мне каким-то маленьким. Это было… непривычно.

Возле лавки со сладостями я не удержалась и купила два леденца на палочке. Один всучила растерянному телохранителю, второй, блаженно закатив глаза, облизала сама. В моих воспоминаниях он тоже был более крупным, но вот вкус остался тот же. Вкус безграничного счастья, легкости и веселья.

— Папа покупал мне каждый раз, когда мы здесь бывали, — объяснила я Аррону, который слишком уж ошарашено пялился на мою счастливую улыбку, отдающую нотками сумасшествия. — Дальше за городом, если с дороги съехать, озеро. Может, заедем и искупаемся? Это совсем рядом.

Взгляд у Аррона в момент, когда он соглашался, был такой же, как и у моего папы, когда тот не мог мне в чем-то отказать. Я попыталась спрятать довольную улыбку, но не преуспела и решила не утруждаться. Насчет «совсем рядом» я немного слукавила, но оно того стоило.

Дорожка почему-то за годы моего отсутствия не стала более утоптанной — наоборот, заросла так, что пришлось спешиваться и вести лошадей под уздцы. Возможно, это должно было меня насторожить, но я преследовала цель, а значит — шла напролом и не видела препятствий. К тому же, со мной был непобедимый, неуязвимый и вообще самый крутой телохранитель, что могло случиться?

Вышеупомянутый неуязвимый телохранитель спокойно шел впереди, прокладывая дорогу и время от времени посылая в разные стороны поисковые импульсы.

Наконец, мы вышли к каменистому берегу. Он почти зарос колючим кустарником и выглядел настолько неестественно диким при такой близости к цивилизации, что я прикрыла глаза и раскинула над зеркальной гладью воды поисковую сеть. Может, кто-то завелся в озере, вот сюда никто и не ходит?

Но заклинание отчетливо показало: никаких живых существ, кроме мелких рыбешек, в воде не обитает. Я пожала плечами и принялась рыться в своей сумке в поисках какой-нибудь тоненькой рубахи. Хмыкнула, наткнувшись на мешочек с драгоценностями. Лучше бы ложку лишнюю прихватила.

— Тебе тоже не нравится, что все выглядит так, будто сюда пару лет никто не приходил? — спросила я, выуживая, наконец, нужную вещь.

— Это довольно странно, — кивнул Аррон и окинул меня полным сомнения взглядом. — Может, не надо?

Моя паранойя была полностью с ним согласна. И почему мы в городе ничего про это озеро не спросили?

Но возвращаться было как-то обидно. Не зря же мы сюда столько топали.

Я вспомнила, как мы с Майком и Винни плескались в этом озере в то лето, после которого я с семьей переехала, с сожалением поджала губы и засунула обратно одежду, выбранную для купания.

— Ладно, давай хоть пообедаем, здесь красиво, — вздохнула я, чувствуя себя как ребенок, которому сообщили, что все сказки, рассказанные ему в детстве — выдумка.

— То есть, купаться не будете? — уточнил мелодичный голос, заставив нас повернуть головы к озеру.

— Что-то уже не хочется, — проворчала я, разглядывая стоящую по пояс в воде девушку с белой кожей и длинными светлыми волосами.

Заклинание не обмануло: живых в озере не было. А вот мертвые были. То есть, мертвая.

Глава 21

Неужели русалка? Я окинула внимательным взглядом ничем не прикрытые округлости груди, которые даже мне, девушке, показались невероятно красивыми, и перевела глаза на Аррона. Тот застыл, пялясь на обитательницу озера немигающим взглядом.

А вот мой вид без одежды, помнится, такого ошеломляющего эффекта на мужчину не произвел. Обидно, однако.

— Ты что с ним сделала? — обманчиво спокойным голосом поинтересовалась я.

— Ничего, — развела руками девица и многозначительно добавила. — Пока.

— Давно ты тут? — решила сменить тему я, приближаясь к озеру и ненавязчиво заслоняя русалке обзор на Аррона.

— Так уже пять лет, почитай, — сообщила русалка. — Как мой Клим меня предал, так мне жизнь не мила стала, вот я в озере и поселилась.

— И что, тебя ни один маг не одолел? — восхитилась я. — Сильно.

— Да что мне эти мужчины могут сделать? — беспечно отмахнулась девушка. — Прибегают периодически меня убивать, но я их топлю. Да и вообще, давно никого не видно.

— А женщины?

— Эти почти не приходят. А как видят меня — в обморок падают, — она раскрыла рот, обнажая клыки.

Фарфоровая кожа приобрела синий оттенок, лицо раздулось.

— Прошлый вариант мне нравился больше. Ты очень красивая, — не покривила душой я.

Русалка перестала буянить и посмотрела на меня благосклонно.

— Хочешь, я подарю тебе что-нибудь? — решила я ковать железо, пока горячо.

С русалками я раньше дел не имела: их извели несколько столетий назад, а на все известные водоемы поставили ограничители. Так и утопленников легче вылавливать, и нежить не плодится. Поэтому о нежити я знала сугубо из исторических справок и сказок бабушки Винни и Майка. А тут, видимо, что-то сломалось. И местные, вместо того, чтобы бить тревогу, сначала решили справиться своими силами, а когда не получилось, просто перестали ходить к озеру.

— А я тебе что взамен? — деловито уточнила она.

— Мужчину этого отпустишь, например? — предположила я.

— Да зачем он тебе нужен? Все мужики — козлы, — фыркнула девушка. — А с этим ты даже не спишь.

— Вообще-то, сплю, — ехидно возразила я.

— Вот именно, что только и спишь, — не менее ехидно согласилась русалка.

— В любом случае, это неважно. Важно то, что он мне нужен. Очень. Понимаешь?

— Дуры девки, — вздохнула русалка. — Ладно, давай, показывай, что там у тебя.

Из сказок я помнила, что русалок задабривали всякими тряпками. Одеждой, то есть. Вот, а кто-то ворчал, что мои платья слишком приметные. Что же ты скажешь теперь, дорогой телохранитель?

Застывший памятником самому себе телохранитель, естественно, ничего сказать не мог.

Я подошла к сумке и выудила из нее синее платье, то самое, в котором была на деревенском празднике.

— Такой простой наряд на такого шикарного мужика? — скептически поинтересовалась русалка. — Не очень-то равноценный обмен, не находишь?

Я, конечно, находила. А вот ничего из того, что могло бы заинтересовать мою новую знакомую, не находила. Камни им безразличны, золото тоже. Разве что…

Я стянула рубашку и продемонстрировала русалке кружевной лиф работы известного модельера.

— Вот, это уже интереснее, — одобрительно хмыкнула утопленница.

— У меня еще панталоны есть, шелковые, со вставками из пенного кружева, — скрепя сердце, выудила я из сумки клочок тонкой ткани.

— Годится, — решила девушка. — Неси сюда. Платье тоже.

Я едва заметно выдохнула, взяла одежду в охапку и пошла к воде. У берега разулась, сняла бюстик и штаны и натянула рубашку.

—Ну, чего стоишь? Спускайся давай, — поторопила русалка.

Мысль о том, что меня сейчас благополучно утопят, мелькнула в голове и пропала. Все равно без Аррона я никуда не уйду, так чего ломаться?

Изящно спуститься в воду с валуна не получилось, и я некрасиво плюхнулась в озеро, волевым усилием задавив рвущийся наружу полузадушенный писк.

У берега было неглубоко: вода едва доставала мне до груди, но я умудрилась окунуться в озеро с головой. Вынырнув, я убрала с лица прилипшие волосы и выпрямилась, дожидаясь, пока русалка перестанет смеяться.

Внезапно возникшее течение, повинуясь воле русалки, подхватило и унесло приготовленные мной вещи. Девушка на несколько мгновений скрылась под водой и вынырнула уже около меня, облаченная в мою одежду.

— А ты забавная, — сообщила русалка, внимательно меня разглядывая.

— Рада, что смогла тебя повеселить, — ответила я таким тоном, что было ясно: вежливо вру.

Нарываешься, Эби.

Впрочем, русалка на мой выпад никак не отреагировала. Она подошла-подплыла еще ближе и повесила мне на шею жемчужину на тонкой полупрозрачной нити.

— Жемчужина даст тебе возможность дышать под водой, — сообщила девушка. — Правда, всего один раз и не очень долго, так что используй с умом. Чтобы активировать, нужно разорвать нить и положить жемчужину в рот. После этого у тебя будет полчаса.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я.

— Все, иди, а то твой спутник уже весь извелся.

Я обернулась на все также неподвижно стоящего Аррона.

— А разве он…

— Он все слышит и видит, только сделать ничего не может. Но скоро сможет. Силен, — восхищенно констатировала девушка. — Ну все, я ушла. Чистого горизонта.

Русалка исчезла. Вода в том месте, где только что стояла девушка, даже не всколыхнулась.

Я повернулась обратно к берегу, раздумывая, как бы поаккуратнее вылезти из воды. Или хотя бы просто вылезти. Однако, утруждаться не пришлось — я взмыла в воздух и зависла в паре дюймов над валуном, у которого оставила свои штаны и обувь. Вода струйками стекала по моему телу и капала на камень. Отсутствие твердой опоры под ногами слегка нервировало.

Аррон, целый и невредимый, стоял шагах в пяти от меня. Я нацепила на лицо самое виноватое выражение, на какое только была способна, но мои актерские потуги должного эффекта не произвели.

К тому же, надолго меня не хватило, так как мои старания не нашли отклика в сердце неблагодарного зрителя. Я приказала:

— Аррон, спусти уже меня на землю и прекрати пялиться на мои ноги.

— Отчего же не посмотреть, если показывают? — ровно ответил телохранитель, ни капли не смутившись.

Попытка пристыдить мужчину с треском провалилась.

Ах, так?! Ну ладно.

Я сверкнула глазами и нащупала подол рубахи, достающий мне до середины бедра. Мокрая ткань медленно поползла вверх, оставляя за собой толпу мурашек.

Аррон иронично приподнял бровь, не делая попыток меня хоть куда-то сдвинуть. И вот за этого человека я отдала свой последний лифчик! Где хотя бы минимальная благодарность?

Бедра закончились, и я, неожиданно смутившись, одернула подол, с сожалением осознав, что мне Аррона не переиграть. Потом поняла, что ткань слишком плотно облегает тело, обрисовывая все контуры, и сложила руки на груди. Только бы не покраснеть.

Потом я, наконец, вспомнила, что, вообще-то, могу свободно колдовать, и влезла в заклинание левитации, которым меня удерживал Аррон. Мы пару минут поборолись, соревнуясь в изобретательности, в итоге я победила, создав в воде у берега морок русалки. Естественно, мужчина мгновенно переместил меня себе за спину и накрыл нас каким-то хитрым щитом.

— Ого, — я ткнула пальцем вполне осязаемый купол. — Он что, от воздействия нежити защищает? А нас такому не учили.

— Вот ты поганка, — выдохнул Аррон, развеивая мой морок и прикрывая глаза.

— Что, воспитательный процесс пошел не по плану? — с деланным сочувствием поинтересовалась я.

— Я за тебя очень испугался, Эби, — серьезно сказал Аррон и коснулся ладонью моего плеча. Меня на пару мгновений окутало потоком теплого воздуха. — Когда ты свалилась в озеро, чуть не поседел.

Мне сразу расхотелось подкалывать мужчину. Даже насладиться своей победой нормально не получилось. А, все-таки, я его сделала!

Мы отошли подальше от озера и сделали привал. Мне нужно было поесть, а Аррону — поесть и успокоиться. Вслух этого, конечно, никто не произносил, но все было понятно и без слов.

— А почему ты вообще поддался на мои уговоры? — спросила я, когда мы расправились с бутербродами.

— У тебя было такое счастливое лицо в тот момент, я раньше тебя никогда такой не видел. Подумал, ничего не изменится, если мы немного задержимся.

Я от этих слов неожиданно расчувствовалась и едва не прослезилась.

— Спасибо, — я коснулась мужского предплечья кончиками пальцев. — Для меня это было важно. И прости, я не думала, что все так получится.

— Тебе не за что извиняться, я мог быть и повнимательнее, — нахмурился мужчина, поднимаясь и беря лошадь под уздцы.

Ну вот, опять.

— Перестань, — раздраженно сказала я. — Невозможно предусмотреть все на свете, ты же не пифия.

— У меня нет права на ошибку, Эби.

Я дернула плечом и отвернулась, решив не продолжать эту бессмысленную дискуссию, но долго молчать не смогла. Нужно было еще кое-что обсудить, поэтому, едва мы вышли на дорогу, оседлали лошадей и поехали бок о бок, я осторожно позвала телохранителя:

— Аррон, у меня к тебе просьба… насчет русалки.

Мужчина повернулся ко мне и вздернул бровь.

— Может, не будем сообщать в маг департамент? Она же неопасна.

Приподнятая бровь сменила угол наклона, выражая крайне скептическое отношение к моему предложению.

Ясно. Невербальное общение — наше все.

— Ну правда. Она нас не тронула и подарок мне сделала, — продолжала я гнуть свою линию.

— А то, что эта милая барышня людей топила — так, сущие мелочи, — поддакнул Аррон.

— Не всех, а только тех, кто пытался ее убить, — возразила я. — Она защищалась.

— Ты считаешь, убийство можно вот так просто оправдать? — вроде бы невзначай поинтересовался мужчина, но его безразличный тон уже не мог меня обмануть.

— Не стоит пытаться сделать из меня монстра. С этим прекрасно справились еще до тебя, — усмехнулась я. — Нет. Я никого не оправдываю. Хотя на самом деле все просто: либо ты, либо тебя. Я убила тех браконьеров. Если бы можно было вернуться в прошлое, я бы сделала ровно то же самое и даже не задумалась. И неважно, считаю я себя виноватой или нет. Важно, что я сейчас разговариваю с тобой, живая и невредимая, а не… — я выдохнула, понимая, что меня куда-то не туда понесло. — Я хочу сказать, что жизнь сама все расставит по своим местам. А судить тех, кто не причинил никакого зла мне или моим близким, я не нанималась, ясно?

— Тебе жаль ее, — констатировал Аррон.

— Это тоже неважно.

— Хорошо, я не буду трогать твою русалку.

Я выдохнула и прикрыла глаза. На душе было неспокойно, магия отчего-то опять взбунтовалась. Я поймала себя на том, что с силой проталкиваю в легкие странно раскаленный воздух.

— Там что-то горит, — голос Аррона заставил меня открыть глаза и всмотреться в линию горизонта.

Чуть правее дороги в небо клубами вздымался сизый дым, который я сначала приняла за тучу. «Поле», — вдруг осенило меня. А за ним деревня. Та самая, в которой прошло мое детство. И та самая, которую это поле кормило многие годы. Я решительно пришпорила лошадь и направила ее галопом к месту пожара.

Глава 22

Дышать становилось тяжело. То ли от уже отчетливо различимого в воздухе запаха гари, то ли оттого, что я разнервничалась.

Чем ближе мы подъезжали к горящему полю, тем горячее становился воздух и тем отчетливее я понимала, что просто так пламя не утихнет.

Остановившись в нескольких десятках шагов от стены пламени, мы с Арроном одновременно раскинули сеть, проверяя, не попал ли кто в огонь.

Я внимательно следила за светящимися точками, движущимися по сетке. Мелкие животные спешно покидали место пожара. Из тех, кто остался в живых, почти все выбрались из огненного плена.

Так. А это еще что?

— Там, кажется, человек, — взволнованно произнесла я.

— Вижу, — откликнулся Аррон. — Я успею. Жди здесь.

Мужчина соскочил с лошади и бегом направился прямо в огонь, на ходу окутывая себя щитом, и вскоре скрылся в дыму.

Я еще пару мгновений удерживала сеть, следя за стремительно движущимся Арроном и разглядывая человека, находящегося практически у очага возгорания и каким-то чудом попавшего на нетронутый огнем пятачок. Потом отпустила заклинание и принялась плести новое.

Я видела, что со стороны деревни огонь уже тушили, мне же было необходимо ограничить пожар с остальных сторон, чтобы пламя не поползло дальше.

Подойдя к полю, насколько это позволяла температура воздуха, я раскинула руки и принялась колдовать. Само по себе заклинание было несложным: всего-то и нужно было накрыть огонь воздухонепроницаемым щитом. А вот масштабы… масштабы заставляли меня сомневаться в своих силах. Поле было не просто большим, а огромным. Помню, в детстве оно напоминало мне золотое море, у которого не видно противоположного берега.

Я решила создать щит по контуру, постепенно сдвигая его внутрь. И мой план сработал. Так как новому воздуху под щитом взяться было неоткуда, а горение — это, как известно, реакция с кислородом, который находится в воздухе, пламя гасло.

Я шла вперед, сужая линию отсечки огня по мере того, как мне удавалось его тушить. Под ногами трещала сухая сгоревшая рожь. Я обращала на это внимание лишь мельком, полностью сосредоточившись на управлении своей магией.

Энергия утекала из меня, послушно деформируя изначальное заклинание. Колдовалось на удивление просто. Я и не помню, когда в последний раз мне удавалось так легко и играючи управляться со своей силой.

Наверное, что-то изменилось во мне после того всплеска в страшном-престрашном замке. Я стала иначе относиться к своей магии, перестала ее опасаться и начала воспринимать как союзницу, а не как, например, еще одну конечность, которая, вроде и должна облегчать жизнь, а на деле только мешает.

Я потеряла счет времени и остановилась только тогда, когда в глазах заплясали разноцветные точки, с удивлением осознав, что мой немаленький резерв даже больше, чем пуст. Я потерла виски и уселась на землю, чтобы не свалиться в позорный обморок.

Не делая попыток подняться, я наблюдала за пляшущими языками пламени. Интересно, огонь начнет расползаться разрастаться снова? Гореть, вроде как, почти нечему. Но все равно надо отползти.

Отползти не получилось. Я с удивлением осознала, что не могу пошевелиться. Перестаралась.

Отстраненно подумалось, что если я сейчас тут сгорю, это будет очень глупая смерть. Развить мысль и запаниковать я не успела: прямо из огня на меня вышел Аррон. Он подхватил меня на руки и куда-то понес. Я прикрыла глаза, оставив попытки удержать уплывающее сознание.

— Эби! — прикрикнул Аррон, а потом, видимо, просканировав меня заклинанием, грязно выругался.

В следующий миг мой рот накрыли горячие губы. Я удивленно распахнула глаза и только потом сообразила разжать челюсти, принимая хлынувший в меня поток энергии.

Раньше я всегда выступала в роли донора, и оказаться по другую сторону баррикад было… странно. Ощущения были совсем иными. И гораздо более приятными. Хотя, возможно, а скорее, даже наверняка дело было во мне и моем отношении к Аррону. Я обняла мужчину за шею, делая наш контакт еще более тесным.

Не знаю, кто из нас первый это начал (подозреваю, что, все-таки, это мне снесло крышу от новых ощущений), но в какой-то момент я осознала, что мы безудержно целуемся, не прекращая обмен энергией. И я от этого поцелуя плавилась как свечка.

Крепкие руки вжимали меня в горячее тело, суховатые мужские губы с жаром сминали мои, и мне казалось, что мы растворяемся друг в друге.

Ощущения пьянили. Это было так упоительно сладко, что мне не хотелось прекращать.

Но я опасалась, что могу выпить мужчину полностью: Аррон тоже изрядно потратился, пока бегал по полю сквозь пламя. Поэтому, осознав, что магическое истощение мне уже не грозит, а у Аррона осталось меньше четверти резерва, я сделала над собой усилие и отстранилась.

— Достаточно, — хрипло произнесла я, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.

Дальше телохранитель нес меня молча. Похоже, мы опять будем делать вид, что ничего не произошло.

Делать вид — это как раз то искусство, которым я овладела в совершенстве.

Я научилась закрывать от окружающих свои чувства почти сразу после того, как попала в новую школу после переезда в столицу. Вообще, когда остро стоит вопрос выживания, выход из ситуации находится довольно быстро. В противном случае все грозит обернуться катастрофой. Так что да, я делала вид, что меня не задевают издевки, что я сильная и самостоятельная, мстительная и злопамятная. Потому что иначе меня бы растоптали.

От моей персоны отстали довольно быстро, но вскоре, как я уже упоминала, дела у отца резко пошли в гору, и наш социальный статус резко возрос. Меня устроили в интернат для элитной молодежи, и вот тогда-то я поняла, что все проделки моих одноклассников в прошлой школе — просто детский лепет по сравнению с тем, что творилось здесь. Одна история с «Огненной страстью» чего стоила. А ведь мне было всего пятнадцать.

В общем, я на следующий день после того случая устроила погром в кабинете. В присутствии всего класса и двоих учителей. Психолог диагностировал у меня магический срыв. Папа приехал и забрал меня домой на целую неделю.

Это была очень счастливая неделя, я купалась в лучах родительского внимания и даже уговорила папу с мамой перевести меня в обычную школу. Не такую престижную, но зато позволяющую ученикам уходить домой после уроков. Да, с образованием в ней наверняка будет похуже, но я ведь не собиралась становиться великим ученым. Два великих ученых на одну семью — многовато, не правда ли?

А потом умерла мама. Отец с головой ушел в работу. Естественно, я не осмелилась напоминать о своей просьбе: видела, что папе и так тяжело.

Говорят, общее горе сближает, но мы с отцом наоборот отдалились друг от друга. Он очень редко связывался со мной по кристаллу и почти не приезжал. Я терпела несколько месяцев, потом решилась на еще один «магический срыв», пытаясь обратить на себя внимание.

В общем, в другую школу меня, все-таки, перевели. В «Туманный Остров» — учебное заведение закрытого типа, предназначенное для магов, у которых были проблемы с контролем дара. Туда, как нетрудно догадаться, я пришла наученная горьким опытом и практически с порога продемонстрировала всем, что меня лучше не трогать. Сработало.

Какое-то время все было относительно спокойно, потом я узнала про Диану. Вот тогда-то у меня и случился первый настоящий срыв. Я испугалась. Это было… жутко. А еще опустошающе и разрушительно. Разрушительно настолько, что мою силу решили замкнуть печатью, чтобы я ненароком никому не навредила.

Я старалась себя контролировать, как могла. Получалось плохо. Сила не слушалась даже под четким контролем наставников. Как-то раз отец попросил меня остаться в школе на время каникул, потому что уезжал на очередные курсы повышения квалификации и не мог за мной присматривать. Я жутко обиделась, взбунтовалась и… сменила профиль обучения на боевой.

Мой выверт остался без должного внимания, но я упорно продолжала осваивать новую специализацию и постепенно втянулась. Физических нагрузок стало больше, времени и сил на переживания — меньше. Всю бушующую во мне бурю эмоций я теперь оставляла на тренировках. А то, что оставалось, я сбрасывала пением, так как магией было теперь нельзя.

Наметился прогресс в контроле над силой, мне даже перестали замыкать печать после занятий, лишая магии только на то время, когда я покидала «Остров». Потом я начала общаться с Дереком, научилась самостоятельно размыкать контур печати, и все стало вообще замечательно.

…притворяться, что наш разрыв не вызывает у меня никаких эмоций, оказалось сложнее. Пожалуй, мне повезло, что все случилось накануне каникул. День я продержалась. А приехав домой, сорвалась. По счастливой случайности, в трактире Эда.

Потом все снова стало почти хорошо. Я уже не пыталась найти общий язык с Дианой, наслаждалась редкими моментами общения с папой и с нетерпением ждала момента, когда смогу пройти проверку и продемонстрировать всем свой контроль над силой.

А потом погиб папа, и оказалось, что все мои прошлые переживания — ерунда. Жаль только, что я поняла это слишком поздно.

Глава 23

— Эби? — вырвал меня из воспоминаний полный удивления смутно знакомый голос.

Я встрепенулась в руках Аррона и с изумлением узнала в говорившем Майка. Из тощего паренька Майк превратился в массивного широкоплечего мужчину с бородой, но не узнать его было невозможно.

Я с нетерпением дождалась, пока телохранитель сгрузит меня на землю и с визгом повисла на шее старого приятеля.

— Вот это ты вымахал! — выдохнула я, запуская пальцы в жесткую черную бороду.

— Зато ты как была мелкой занозой, так и осталась, — возмутился Майк, шлепая меня по рукам. — Всюду свои лапки загребущие тянешь.

— Не жадничай, — фыркнула я, но руки, все-таки, убрала. И весело засмеялась, когда меня оторвали от земли и закружили.

— Спасибо, — сказал Майк, когда я оказалась на земле. — За поле. И за дочь, — это уже Аррону.

— У тебя есть дочь?! — изумилась я. — Подумать только! У этого червяка-переростка, который совсем недавно воровал яблоки в соседней деревне, есть дочь! В смысле… Поздравляю! Я так за тебя рада, — я снова полезла к Майну обниматься.

— За червяка ответишь, — деланно насупился мужчина.

— Ну да, ты уже не червяк, ты…

— Избавь меня от порождений своей больной фантазии, — перебил меня мужчина, закатив глаза. — Пойдемте уже, накормим вас. Устали, наверное, с дороги.

Я кивнула. Разговаривать, стоя у выжженного поля, действительно, не было не лучшей идеей. Тем более, к нам уже спешили местные, которых я с интересом разглядывала, изучая изменения, произошедшие с ними за время моего отсутствия. Только что-то я не вижу…

— Майк, а где Ванесса?

Раньше Винни не пропускала ни одного хоть сколько-нибудь значимого события. Мы всюду совали свои носы, за что нередко по этим носам получали, но сопротивляться любопытству было выше наших сил.

— Дома Ванесса, она… — ответ потонул в радостном гомоне окружающих.

Лица приветствующих людей слились в одну смазанную картину. Я кивала, улыбалась, что-то отвечала и даже кого-то обнимала, но мыслями была далеко. Точнее, мысли были далеко. Я отдельно, они — отдельно: последствия обмена энергией не заставили себя долго ждать.

Стабилизатора под рукой не оказалось, секс — тут я метнула косой взгляд на Аррона — мне тоже не светит, поэтому окружающим придется терпеть абсолютно эмоционально опустошенную меня. Алистер, кстати, был бодр и активно участвовал в разговоре: видимо, его не накрыло, потому что я выпила у мага не весь резерв.

Майк привел нас в свой дом и усадил за стол. Правда, только после того, как Аррон почистил меня заклинанием. Наверное, до этого я выглядела как трубочист, но мне было все равно.

А вот жена моего приятеля — кстати, дочь того самого мужчины из соседней деревни, у которого Майк таскал яблоки — от моего вида в восторг не пришла.

Я ковыряла еду и слушала новости краем уха, вычленяя главное. Итак, детей в огне было двое: трехлетняя дочь Майка, Сильвия, и десятилетний Брук — мальчишка, которого еще при мне подобрал где-то на дороге дед Михай, наш тогдашний сосед. Дети так плотно прижимались друг к другу, что моя Сеть распознала их как одно целое. Точнее, это я их так распознала, неправильно расшифровав сигнал. Учиться еще и учиться.

Пацан оказался магом, он поле и поджег. Случайно. Управлять огнем мальчишка не мог, но пламя своего создателя не трогало, поэтому дети выжили. По крайней мере, так все объяснял Аррон.

А потом случилось невероятное: Алистер меня похвалил. Меня. Похвалил. Сказал, то, что так быстро удалось потушить огонь, — целиком и полностью моя заслуга. Будь я в своем обычном состоянии, я бы, наверное, лопнула от счастья. Так что моя нынешняя апатия пришлась очень кстати.

Аррон сказал, что хочет наведаться в гости к деду Михаю и еще раз побеседовать с Бруком. А мне велел оставаться в доме и отлеживаться. Я кивнула, давая понять, что услышала.

— Эби, ты меня пугаешь! — сообщил Майк, как только Аррон вышел. — Чтобы ты, да без пререканий осталась в стороне от чего-то интересного? Как такое возможно? Неужели повзрослела?

Я философски пожала плечами.

— Да она так выложилась, пока на поле была, что теперь пошевелиться не может, — донеслось от двери. — Верно, подруга?

— Винни, — улыбнулась я.

Ванесса стремительно двинулась ко мне, но, видимо, от слишком резкого движения оступилась, и тут же была подхвачена под локоть вошедшим следом за ней мужчиной.

— Том, спокойнее, я беременная, а не безногая, — шикнула она на своего, видимо, мужа.

Появление подруги детства немного вывело меня из меланхоличного состояния. Мы обнялись, едва не завалившись на пол, а потом Ванесса принялась заваливать меня вопросами. Я рассказала о своей учебе, не вдаваясь в подробности, сообщила о гибели родителей, приняла соболезнования.

Потом Винни решительно заявила, что мне нужен отдых, и повела меня в сад, сплетничать. Том, скрепя сердце, остался в доме, но провожал нас внимательным взглядом до самой беседки.

— Можно? — я кивнула на круглый животик, когда мы уселись на лавочку в беседке.

Дождавшись кивка, я протянула руки, аккуратно прикасаясь к животу кончиками пальцев. Это было немного странно и отчего-то вызывало чувство восторга и щемящей нежности. Такой коктейль ощущений был для меня в новинку.

— Привет, малыш, — прошептала я и, осмелев, положила ладонь целиком. И вздрогнула, почувствовав легкий толчок.

— Ты ему понравилась, — довольно улыбнулась Винни.

— Так быстро время летит, — невпопад ответила я. — У вас с Майком уже свои семьи. Все так изменилось.

— А ты когда планируешь? — хитро прищурилась подруга. — Этот твой блондин ничего такой. Не была бы замужем за самым лучшим мужчиной, влюбилась бы.

Я, конечно, была влюблена в Аррона, но в своих мыслях о нем не заходила так далеко. Алистер в роли отца наших детей — это что-то нереальное. А никого другого, кроме него, я рядом с собой сейчас представить не могла. Я вообще старалась слишком много себе не представлять, а то еще донапредставляюсь. Сама придумаю, сама расстроюсь, что этого никогда не случится. Оно мне надо?

— Вы что, не вместе? — как-то сразу поняла Винни мое молчание. — А почему?

— Я не стану это обсуждать, — извиняющимся тоном произнесла я.

Это же Аррон, он наверняка повесил на меня новую следилку, не удивлюсь, если со встроенной прослушкой. Так что нет, я лучше промолчу.

— Как скажешь, — покладисто согласилась Винни.

— А ты изменилась.

Стала более мягкой и плавной в своих действиях, менее напористой и какой-то… домашней, наверное. Себя такой я не смогла бы вообразить даже если бы очень захотела.

— Все мы меняемся. Ты тоже стала другой. Что бы ни говорили про то, что можно увезти человека из деревни, но деревню из человека — никогда, столица наложила на тебя свой отпечаток. Знаешь, ты похожа на аристократку. Даже в такой простой одежде держишься как принцесса.

Я улыбнулась краешками губ. Слишком много людей так меня называет. Только каждый вкладывает в это слово свой смысл.

Папа подразумевал, что я сокровище, ради которого он сделает все, что угодно, Аррон — что капризная избалованная девчонка, привыкшая получать все по первому требованию, а Винни вон аристократические манеры разглядела.

Для меня же принцесса всегда была девочкой из сказок. Легкой, воздушной, доброй и отзывчивой. Чистой и хрупкой, где-то даже наивной, но это ее ничуть не портило. Все эти качества, если даже и имелись у меня раньше, сейчас были запрятаны где-то очень глубоко внутри. Поэтому сама я себя принцессой не считала.

Если бы меня попросили одним определением описать произошедшие со мной изменения, я бы, не задумываясь, сказала, что стала жесткой. Жесткой и несгибаемой. А это тянет скорее на злую колдунью, чем на принцессу. Принцессе место в сказке, а жизнь — это суровая реальность. По-другому у меня вряд ли бы получилось.

— Тебе, наверное, стоит поспать, — мягко сказала Ванесса, заметив, что я ее совсем не слушаю.

— Извини, — покаялась я. — Собеседник из меня сейчас отвратительный.

— Я все понимаю, — девушка поднялась и подхватила меня под локоть. — Спасибо тебе. Если бы не ты…

— Перестань, — отмахнулась я. — Я сделала то, что должна была.

Улегшись на кровать в выделенной мне комнате, я почти сразу провалилась в сон. Сначала меня преследовали тревожные сновидения. Я куда-то бежала, что-то искала, кого-то звала и постоянно боялась опоздать. А потом вдруг приснился Аррон. Он гладил меня по голове и бормотал всякие приятные глупости. Я как-то сразу успокоилась, перестала переживать и расслабилась.

Проснулась я поздно. Запустила в стену подушкой со злости на Аррона, который так нежно обнимал меня в моем сне и так бессовестно отсутствовал рядом в реальности. Отбросила покрывало, которым меня заботливо накрыли, и сползла на пол. Аккуратно застелила постель, вернув подушку на место, оделась и вышла на кухню.

Все уже завтракали, видимо, решив меня не ждать. Причем, количество присутствующих за столом явно превышало число обитателей этого дома. Всем хотелось хоть одним глазком поглядеть на волшебника, шагающего сквозь пламя. В нашей деревне всего-то и был один штатный маг-погодник, который потратил весь свой резерв на то, чтобы закрыть огню путь к деревянным домикам на окраине поля. Когда я отсюда уезжала, не было и этого: все необходимое делал мой отец. А тут аж целых два столичных мага.

В основном, конечно, в лучах общественного внимания купался Алистер, нравилось ему это или нет. Особенно старались молодые незамужние девушки. Их здесь было всего двое, но наступали девочки за десятерых. Чисто по-женски я их, конечно, понимала. И также, чисто по-женски, желала оттащить их от Аррона за длинные косы и за них же привязать к какому-нибудь забору в противоположном конце деревни.

М-да, терпимее надо быть, Эби. Доброжелательнее.

Мне тоже немного внимания перепало, за компанию. Правда, большинство адресованных мне вопросов сводилось к личной жизни. Есть ли у меня жених, а почему нет, а все ли в столице такие легкомысленные и не думающие о будущем?

Я глубоко вздохнула и вернула на место в очередной раз собравшиеся закатиться глаза. Наткнулась на понимающий взгляд Винни и скорчила умоляющую рожицу. Подруга улыбнулась и перевела взгляд на тетю Нюру.

Ну как, «тетю». Скорее, бабушку, но никто об этом даже не заикался.

— Теть Нюр, а это нормально, что… — подруга положила руку на живот, понизила голос, склонилась к женщине близко-близко и зашептала что-то ей на ухо.

Продолжения фразы я не услышала, но оно меня и не интересовало. Самое время сматываться.

— Спасибо, Марика, все было очень вкусно, — поблагодарила я жену Майка и поднялась.

Аррон вышел из дома вслед за мной. И чего за столом не сиделось, спрашивается? Там же такие красивые девушки. С такими большими… глазами. И не только. Я по сравнению с ними чувствовала себя щепкой, хотя никогда по поводу своего телосложения не переживала.

— Напугали они тебя? — поддела я.

Мужчина неопределенно пожал плечами и фыркнул.

— Ну, их можно понять. Нечасто такие громкие события в деревне случаются. Чтоб и пожар, и сильные маги. Еще и такие… холостые, — хихикнула я.

Останься мы здесь подольше, последнее мое определение можно было бы оспорить. Но, думаю, Аррон задерживаться не собирался. Все-таки, у нас срочное дело. Если честно, я не понимала, почему мы до сих пор не в дороге.

— Ты знала, что дед Михай с Бруком живут в вашем доме? — проигнорировал мою реплику телохранитель. — Крыша их домика обрушилась примерно через год после отъезда твоей семьи, а что с делать с вашим жилищем к тому моменту еще не решили.

— Пусть живут на здоровье, — пожала плечами я. — Ты все это к чему?

— К тому, что мы сейчас идем туда.

Я остановилась.

Глава 24

Если честно, визит домой в мои планы не входил. Особенно, в присутствии Аррона. Я знала, что на меня обязательно накатит ностальгия, я расчувствуюсь, возможно, даже разревусь. А оно мне надо? Не надо.

— Аррон, я… боюсь, — призналась я.

— Чего? — не понял мужчина.

Воспоминаний. Чувств. Казалось, я пережила потерю родителей, и все осталось в прошлом. Но на самом деле это было не так. Сейчас я зайду в дом, где прошло мое детство, и эта рана вскроется вместе с застарелой болью.

Аррон, кажется, догадался без слов.

— Послушай, Эби, — он ненавязчиво приобнял меня одной рукой за плечи и направил вперед. — Я думаю, в прошлом можно найти ответы на многие вопросы. Наверняка, в доме остались какие-то бумаги. Дед Михай сказал, чердак они с Бруком не трогали. Но без твоей помощи я вряд ли что-нибудь обнаружу.

—Хорошо, — кивнула я.

Если это нужно для дела, личные переживания придется отодвинуть на второй план. Думаю, у меня получится.

При виде знакомой постройки в груди заворочались переживания. Они ледяными потоками пробежались по телу и сковали внутренности. Я сделала над собой усилие и шагнула за ворота.

Как ни странно, на подходе к дому стало легче.

На крыльцо выбежал Брук и радостно повис у Аррона на шее. Разглядывая эту картину, я украдкой улыбнулась. Некстати подумалось, что из Алистера вышел бы прекрасный отец.

Я закусила губу и повернулась к деду Михаю, ковыляющему из глубины дома. Мы обнялись. Он взъерошил мне волосы, как много лет назад, когда водил нас с другими детишками на рыбалку, а вечером рассказывал у костра разные истории.

— Ты был с дедом на рыбалке, Брук? — не удержалась я.

— Конечно, — тут же откликнулся мальчишка. — Я вот такого карася поймал, — и он раскинул руки, демонстрируя мне размер рыбы.

— Огроменный, — восхитилась я.

— Может, ты хочешь осмотреть дом, крошка Эби? — предложил дед.

— Мы лучше сразу на чердак, — покачала головой я.

Брук поскакал к лестнице, показывая Аррону дорогу. Я шла следом, оглядывая родные стены и знакомую, слегка обветшавшую мебель.

На чердаке пахло пылью и нагретым солнцем деревом. Я любила этот запах. И временами пряталась тут, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Родители знали, что если я на чердаке, то меня не стоит беспокоить. Это был мой маленький мирок. Сейчас здесь все было завалено коробками, свитками, папиными старыми тетрадями и всяким хламом.

Я встряхнулась, прогоняя легкую, светлую грусть, и приступила к делу, решив разбирать коробки в противоположном от Аррона конце чердака.

Так, здесь мои школьные принадлежности, тут мамины кулинарные записи. А вот ее ежедневник. Я провела рукой по шершавой обложке и отложила его в сторону. Это к делу не относится. Хотелось поддаться ностальгии и прочесть все, что было в старой тетради, но я мужественно себя переборола.

В коробках лежали черновики статей по артефакторике. Еще тут были блокноты с формулами, упрощающими вложенные в артефакты заклинания. И формулами, позволяющими увеличить время действия артефакта. Расчеты времени износа различных материалов, используемых для изготовления артефактов и амулетов…

Я читала названия на обложках, кое-какие тетради быстро пролистывала и откладывала в сторону. Это все не то.

К учебе я всегда относилась серьезно, к тому же, папиным делом искренне интересовалась, а потому прекрасно знала, что все эти материалы уже давно запатентованы и внедрены в производство. Должно быть что-то другое. Если оно вообще есть.

Бруку давно наскучило торчать с нами, и он ускакал вниз. Я убрала волосы со лба и вскрыла очередную коробку.

В ней обнаружились материалы к папиной кандидатской диссертации. «Изучение свойств артефактов, использующих магию крови. Сравнительный анализ и особенности». Кажется, так она называлась.

Самой диссертации здесь, естественно, не было, только черновики и наброски. Я, хоть и была совсем маленькой, помнила, что папина защита вызвала много противоречий и дискуссий в научном обществе. В итоге папа все же оставил изучение этой темы. По крайней мере, в открытую своих наработок в данной области никому не предоставлял.

Однако, если вспомнить рассказ Аррона об использовании моим отцом артефакта, настроенного на родственную кровь, можно предположить, что отец своих исследований не оставил, просто занимался ими, скажем так, в свободное от работы время.

Я вспомнила кристалл, который мне приволок Аррон. В памяти камня никаких данных о магии крови не было. Но, как я сейчас поняла, пролистывая очередную тетрадь, только на первый взгляд. Некоторые формулы казались мне недоработанными, и я наивно полагала, что папа не придумал, к чему их можно приложить. Или не закончил.

Но по всему выходило, что он просто оставлял разработки на предпоследней стадии. А последняя, как раз, подразумевала применение магии крови. Правда, насколько я знала, хоть сейчас эта магия и изучалась достаточно кропотливо, никаких серьезных проектов с ее применением разработано не было. Или я просто о них не знала. Возможно, это была закрытая информация. А после перевода на боевой факультет я принципиально не разговаривала с папой о его работе.

Очень зря, как оказалось. Похоже, магия крови — это именно то, что мы искали.

Я резко повернулась, чтобы сообщить Аррону о своем открытии, задела маленькую жестяную коробочку, и та упала на пол, звякнув чем-то у себя внутри.

Крышка от удара о пол отлетела в сторону, и я увидела маленькие кристаллы, предназначенные для хранения информации. Они, правда, были совсем небольшими и, судя по их виду, очень старыми. Такие перестали использовать лет пятнадцать назад, но, возможно, там могло быть что-то интересное.

Я взяла первый и легко его активировала. Изображение было слегка размытым и не таким ярким, как я привыкла, но узнать в запечатленной паре моих родителей не составило труда.

Эти камушки хранили старые снимки. Ничего особенного, но я не могла от них оторваться. К горлу подкатывал ком, кончики пальцев начало покалывать от плещущихся внутри эмоций, потащивших за собой магию.

Демон! Я вскочила и кинулась к маленькому окошку под крышей, сшибая все, что попалось мне на пути. Распахнув окно, я вцепилась пальцами в раму и полной грудью вдохнула чистый воздух. Вдо-ох, вы-ыдох. Размеренно. В нужном ритме.

Дыхательная гимнастика не помогала. Я чувствовала, как внутри меня зарождается цунами.

—…Эби! Эби, да посмотри ты на меня, — Аррон насильно отодрал меня от окна и развернул лицом к себе.

Я сжала руки в кулаки, пытаясь успокоиться.

— Аррон… мне нужно… подышать, — с трудом выдавила я.

— Ш-ш-ш-ш, — он взял мое лицо в свои ладони.

Я прикрыла глаза, продолжая дышать. Меня трясло. Это еще не срыв, это все от эмоций. Но я могу не удержать силу. Хоть она и стала послушной, сейчас моя магия повиновалась моим чувствам, а не разуму.

К моим губам прикоснулись твердые мужские губы. Я облегченно выдохнула в них поток своей силы. Возможно, слишком резко, потому что мужчина вздрогнул. Но продолжил меня целовать. Сам. Я вцепилась в твердые плечи, отвечая на поцелуй.

И вскоре почувствовала, как меня отпускает. Мощные колебания энергии медленно утихали. Я перекрыла канал, через который сливала излишки силы в резерв Аррона, но поцелуй не прервала.

Мне нравилось ощущать сильные руки на своей талии и целующие меня требовательные и одновременно нежные губы.

Я чувствовала, как по телу растекается теперь уже совсем другая энергия. Обжигающая, острая. Она кружила голову и дезориентировала меня. Ощущения были похожи на то, что я испытывала под воздействием «Огненной страсти», но, в то же время, они были другими. Во-первых, моими собственными, во-вторых, настоящими. И такими… правильными, наверное.

Я с наслаждением запустила пальцы короткие волосы и едва не вздрогнула от ударившей в живот волны удовольствия. Я и не знала, что бывает так ярко.

— Аррон, — простонала я, когда мужские губы освободили мой рот и спустились на шею.

С глухим стуком упала одна из тех коробок, которые я не успела уронить, пока бежала к окну. Я вздрогнула.

Аррон отстранился.

Мы оба тяжело дышали. Я оперлась спиной о стену — ноги не держали. В груди бешено колотилось сердце, щеки заливала краска.

— Я понял, в чем твоя проблема, — немного хрипло произнес мужчина. — Ты запираешь внутри свои чувства, а они ищут выхода и тянут за собой твою магию. Отсюда срывы. Просто попробуй не сдерживаться.

И я последовала совету, сделав то, чего мне в этот момент хотелось больше всего: от души залепила Алистеру пощечину. И даже с удивлением отметила, что мне действительно стало немного легче.

— Ты прав, помогает, — с каменным лицом сообщила я и направилась к двери, ведущей в коридор.

Психолог, демоны его подери. Я, значит, таю от его прикосновений и поцелуев, а он, оказывается, от срывов меня так лечит!

Метод, надо признать, самый действенный из всех, что я пробовала, но что-то меня все равно тянет прибить этого… телохранителя.

Аррон спустился минут через десять после меня. Я успела организовать всем чаю, поболтать с Бруком и отметить, что кто-то тут похозяйничал буквально вчера, зарастив трещины на оконном стекле. Приглядевшись, едва уловимые магические следы можно было заметить по всему дому.

Я вылила в себя остатки напитка из кружки. Желание прибить Аррона испарилось, как будто его и не было.

— Будешь чай? — ровно спросила я у Алистера.

Тот качнул головой. Я пожала плечами, попрощалась с новыми хозяевами этого дома и вышла на улицу.

— Эби… — осторожно позвал меня Аррон некоторое время спустя.

— Я уже успокоилась, — сообщила я. — Но извиняться за пощечину не буду, даже не надейся.

И, чтобы он не испортил все окончательно, ответив что-то вроде «больше подобного не повторится», добавила, что, вроде бы, нашла то, что нам нужно. И, когда будет возможность, все подробно расскажу.

Собрались и выехали мы на удивление быстро и слаженно. Я обещала Винни навестить их, как только разберусь со своими делами. Прощание вышло коротким, без лишних слез и долгих печальных речей.

Когда знаешь, что вернешься, уезжать всегда легче.

Глава 25

— Смотри, — я чертила схему палочкой на земле. — Так выглядит уже полностью подготовленный и собранный артефакт.

Мы устроились на ночлег, и я, усевшись прямо на траву и подсвечивая себе светлячком, вместо сказки на ночь рассказывала Алистеру о тонкостях артефакторики.

Артефакт я выбрала довольно простой и подробно описала подготовительные действия и нюансы используемых формул, чтобы донести до мужчины все этапы процесса.

— А если опустить последнюю стадию, — я зачеркнула лишние линии, — то мы получим некий предмет с уже четко заданными опциями, но еще не готовый к использованию ввиду отсутствия в нем магической энергии.

Потом я достала кристалл с папиными разработками и, вытащив из него одну из нужных нам схем, указала на свою нарисованную.

— Сравни. Видишь, осталось только влить в него силу и замкнуть контур? — я подалась вперед и ткнула палочкой в узлы и линии, на которые следовало обратить внимание.

Аррон тоже склонился над схемой. В свете магического огонька его волосы отливали золотом. Тени, отбрасываемые светлыми прядями, разрисовали мужское лицо причудливыми узорами, и я сделала паузу, позволив себе пару мгновений полюбоваться этой завораживающей картиной. Потом не без сожаления отвела глаза и продолжила:

— Насколько я понимаю, магию крови можно применять к некоторым видам обычных артефактов, чтобы расширить их возможности. У поисковых, например, увеличить площадь поиска и повысить точность обнаружения.

— А если магию крови использовать для изготовления менее безобидных артефактов, которые могут попасть не в те руки, — подхватил мысль Аррон, — то последствия будут плачевными.

Я кивнула и поспешила предупредить:

— Но это только мои домыслы, никаких подтверждений у меня нет.

— Однако, твою версию стоит отработать, — решил мужчина. — Я прослежу путь твоего отца по научно-исследовательским институтам. С моим уровнем доступа мне не смогут отказать в предоставлении информации. Найдем доказательства — выйдем на тех, кто за всем этим стоит.

Я кивнула и движением руки стерла рисунок, заставив песчинки и крупицы глины улечься по местам.

— Ты молодец, — похвалил меня Аррон. — Хорошо соображаешь, нестандартно мыслишь. Из тебя вышел бы отличный артефактор, если бы ты не сменила специализацию.

— Если бы я не сменила специализацию, я бы сошла с ума, — возразила я.

Другая область магии помогла мне переключиться. Да и физические нагрузки выбили лишнюю дурь из головы.

Продолжать разговор Аррон не стал. Видимо, почувствовал, что я не хочу обсуждать свое решение. Он потушил мой светлячок и улегся на сооруженную из веток, накрытых пледом, лежанку. Я устроилась у мужчины под боком и без стеснений обняла Аррона одной рукой, прижимаясь к теплому боку и утыкаясь носом в крепкую шею.

Я так устала, что думать о том, насколько неприличны мои действия, ни сил, ни желания не нашлось. Несмотря на то, что это была моя первая ночевка в незнакомом лесу, уснула я практически мгновенно.

Утро встретило меня щебетаньем птиц и шумным дыханием разминающегося Аррона. Естественно, рубаху он снял.

Я пару минут полюбовалась бугрящимися в такт движениям мышцами спины, а потом Алистер закончил отжиматься, и мне пришлось вставать. К сожалению, никакого озера или родника поблизости не было, поэтому я обтерла лицо тряпицей, смоченной водой из наших запасов. Потом наблюдала, как то же самое проделывает Аррон.

Так ме-е-едленно, так… интимно.

Хотя на самом деле мужчина просто вытирал шею. Это все моя больная фантазия. Но, вообще-то, мог бы и отойти за деревья.

Я отвернулась, чтобы не пялиться слишком уж откровенно.

Мы наскоро перекусили лепешками и отправились в дорогу. Лошадей не загоняли, но перемещались довольно быстро, а потому шпили башен «Туманного Острова» показались на горизонте уже к вечеру. М-да, в карете путешествовать было. Так пусть и медленнее, зато значительно комфортнее.

Сейчас же у меня ныло все тело.

— После заката ворота закрывают, попасть внутрь будет значительно сложнее, — сообщила я, останавливая лошадь рядом со спешившимся Арроном. — Нам лучше поторопиться.

— Насколько я знаю, здесь неподалеку деревенька, остановимся там, — сообщил мужчина.

— А как же…

— Лучше, чтобы в школе не знали, что ты возвращалась. Я по-тихому заберу подвеску сегодня ночью.

— Что значит «я»? — тут же встрепенулась я и тоже спешилась. — Ты же не знаешь, что где расположено.

— Ну ты же мне расскажешь? — вкрадчиво произнес Аррон, глядя мне в глаза.

— И не подумаю, — в том же тоне отозвалась я, отнекиваясь скорее по привычке. Дорога далась мне тяжело.

— Ладно, обсудим это после ужина, — вздохнул мужчина, направляясь к ответвлению от основной дороги.

Конечно, обсудим. К сожалению, все не так просто, как хотелось бы.

Я была даже рада, что хоть немного пройдусь пешком. Снова садиться на лошадь было выше моих сил.

***

В деревне нашелся приличный трактир, где мы сняли комнаты. Причем, трактир был настолько приличным, что в нем даже работал водопровод. Я слышала о том, что некоторые воспитанники сбегали из школы на выходные. Как я понимаю, именно сюда: больше-то и некуда. Ближайший город в окрестностях школы. Вот трактирщик и подсуетился. Все-таки, детки, обучающиеся в «Острове» в большинстве своем были отпрысками состоятельных родителей.

Запихнув в себя пару кусков мяса из принесенного на ужин блюда, я наконец-то приняла ванну с пеной и горячей водой. Содрав с себя мочалкой дорожную пыль и тщательно промыв волосы, я заново наполнила ванну, откинулась на бортик и прикрыла глаза. М-м-м, какое блаженство.

Из состояния легкой дремы меня вывел стук двери моей комнаты и звук аккуратных шагов. Я тут же распахнула глаза, села, наскоро сплела атакующее заклинание и только после этого позвала, стараясь скрыть панические нотки в голосе:

— Аррон?!

Дверь почти сразу распахнулась, на пороге возник мой телохранитель.

— Какого демона ты приперся без приглашения и даже без стука? — занырнув в остатки пены и развеяв заклинание, облегченно выдохнула я.

— Нужно было уточнить, что твоя реплика означает «Аррон, это ты?», а не «Аррон, иди сюда!», — фыркнул мужчина, снимая с крючка полотенце и протягивая мне.

— Просто выйди, — прошипела я, вырывая махровую ткань у телохранителя из рук.

Мужчина послушно покинул ванную, плотно закрыв за собой дверь.

Я сжимала в руке полотенце, испытывая странное разочарование и досаду от того, что он ушел. А что ты хотела, Эби? Ты же сама его выгнала.

Я глубоко вздохнула и принялась вытираться. Так, где тут у нас халат?

Тело после воды было ватным, поэтому, выйдя из ванной комнаты, я завалилась на кровать и сложила ноги на колени сидящего поверх покрывала Алистера. Ну и что, что рядом еще куча места?

Я заметила мелькнувший во взгляде интерес, когда Аррон рассматривал меня, пытающуюся спрятаться за клочками пены, и теперь не могла его не подразнить. Совсем чуть-чуть. Даже если мне показалось.

— Я не хочу никуда идти, — помолчав, сообщила я.

— И в чем подвох? — осторожно поинтересовался мужчина.

— Без меня тебе не пройти, — пояснила я. — Там очень серьезный охранный контур, в само здание могут попасть только те, чьи ауры внесены в заклинание. Я, конечно, знаю, ты лучший из лучших и все такое, но даже тебе взлом такого уровня вряд ли под силу. По-хорошему, лучше мне вообще пойти туда одной.

— Даже не думай, — сильные пальцы обхватили мою лодыжку и предупреждающе сжали.

— Кто бы сомневался, — вздохнула я и дернула ногой.

Мужские пальцы на пару мгновений сжались сильнее, потом расслабились, и Аррон быстро поднялся, впрочем, не забыв аккуратно сгрузить мои конечности на кровать.

— У тебя десять минут на сборы, поторопись.

Я довольно выпрямилась на кровати, потянулась, как сытая кошка, потом нехотя поднялась и принялась одеваться.

Глава 26

Проникнуть на территорию закрытого учебного заведения оказалось довольно просто. Куда сложнее лично мне было до него дойти. Именно дойти, потому что лошадей мы оставили, чтобы не привлекать внимания. А я, между прочим, так находилась и наездилась за последние несколько дней, что мне на год вперед хватит.

Но меня, конечно, никто не спросил, что я думаю о таком ритме жизни. А если бы даже и спросил, вряд ли бы я начала жаловаться. Время не ждет.

Через высокий каменный забор мы перелезли при помощи силовых нитей. Я шла первой, за мной — Аррон. Очень быстро, пока не затянулся узнавший меня купол.

С самим зданием было сложнее. Во-первых, про черный ход я слышала лишь краем уха, во-вторых, слышать и знать — это не одно и то же. В итоге ход обнаружил Аррон, просто просканировав стену на пото-жировые следы и найдя кирпичи, к которым прикасались чаще всего. Я, к стыду своему, про такое заклинание слышала лишь мельком, когда изучала артефакты, используемые в криминалистике.

— Что дальше, незаменимый эксперт по взлому? — ехидно прошептал телохранитель, явно ставя под сомнение мою незаменимость.

— Обними меня. Плотнее, — шикнула я, когда широкие ладони легли на мои плечи. — Так, чтобы между нами не было свободного пространства.

— Давай ты просто залезешь мне на спину, — предложил Аррон, убирая руки.

— Жаль, что не на шею, — проворчала я, но спорить не стала.

Подпрыгнула, обхватив руками мужскую шею, а ногами — крепкий торс. Горячие ладони подхватили мои бедра, поддерживая, чтобы я не скатилась с широкой спины, и внизу живота щедро плеснуло огнем. Я закусила губу и принялась растягивать свою ауру на нас обоих.

— Давай.

Несмотря на то, что осечки быть не могло, я все равно волновалась. Аррон же уверенно шагнул вперед, легко проходя через барьер. Контур не исказился и не подал сигнала о проникновении, лишь пару раз мигнул, но быстро вернулся в изначальное состояние. Я выдохнула и позволила себе немного расслабиться.

Черный ход был узким и вел в главный холл на первом этаже. Когда мы туда вышли, стена за нашими спинами задвинулась без единого лишнего звука. Алистер, не позволив мне спуститься на пол, накрыл нас невидимостью и двинулся вперед, следуя моим подсказкам.

На седьмой этаж Аррон взбежал легко и бесшумно. Мне кажется, стук моего сердца звучал громче, чем мужские шаги.

Остановившись у нужной двери, Алистер, все-таки, убрал руки, и я спрыгнула на пол. Несколько раз переступила ногами, восстанавливая кровообращение, и приложила руку к двери. Надеюсь, Дерек забыл удалить мне доступ в свою комнату.

Надеяться-то я, конечно, надеялась, но верила слабо. Как оказалось, зря. К моему огромному удивлению, дверь, приглашающе мигнув заклинанием, открылась почти сразу.

Я тут же скользнула внутрь, дождалась, пока Аррон тоже войдет, и заперла комнату. На всякий случай. А то что-то слишком все гладко идет, мне это не нравится. Чувствует моя пятая точка приближение эфемерной сестрицы.

Я отвернулась от двери и оглядела комнату, усилием воли отогнав набежавшие воспоминания. Тут все было почти так же, как и в мой последний визит. Я медленно двинулась к стоящей у стены кровати, на которой мы с Дереком спали. Хотя, конечно, больше не спали, чем спали. А потом Дерек не спал на ней с Лисс.

Меня передернуло, и я скорее опустилась на колени, пролезая под кровать. Она была не то, чтобы широкой, но нам в свое время место хватило. И не только нам.

Я сердито тряхнула головой и, проявляя чудеса пластики, изогнулась под немыслимым углом, опираясь на локоть левой руки. Правой принялась шарить по металлической сетке, выпутывая из нее цепочку.

В комнаты уборщицы не заходят, здесь ученики поддерживают порядок сами при помощи заклинаний. Или не убирают вовсе, вот как Дерек. Поэтому я не боялась, что кто-то обнаружит мой, так сказать, тайник.

Я торопилась и отчего-то нервничала, дело шло медленно и со скрипом. Я зажгла светляк и старательно пыхтела, продолжая опираться на колени и локоть. Мысль перевернуться на спину и устроиться поудобнее, окунаясь в пыль, я с сожалением отмела. Вдруг кто заметит, что стало чисто?

— Есть, — радостно взвизгнула я и только потом осознала, что слышу шаги в коридоре.

В следующее мгновение мой светлячок погас, а на спину чуть выше того самого места, которое отвечало за притягивание неприятностей и торчало из-под кровати, резко надавили.

Я подавилась возмущенным вздохом, от неожиданности выпрямила ноги и плюхнулась на пол. Аррон тут же затолкал меня под кровать и ввинтился следом. Устроившись рядом, мужчина положил ладонь мне на лицо, и горло с носом на пару мгновений захолодило от заклинания. Зато нестерпимый зуд, вызванный попавшей в нос пылью, прошел.

Стукнулась о стенку открывшаяся дверь, мой слух уловил шаги двух пар ног и глупое хихиканье.

— Хорошо, что Дер дал тебе доступ, — прошептала невидимая девушка. — А то я уже не знаю, куда прятаться от своей приставучей соседки.

Ну, все понятно. Эти ребята, видимо, были из тех несчастных, у которых обнаружили проблемы с социальной адаптацией и лечили их, подселяя к ученикам соседей. Общительных, милых и потому очень раздражающих.

Ой, они же сейчас будут… не-е-ет. Только не это. Только не сейчас. Я сжала свободной рукой ладонь Аррона, все еще находящуюся у моего лица. Во второй руке я сжимала подвеску, из-за которой мы тут оказались.

Ладно, оказались мы тут из-за меня, но на подвеску злиться было проще.

Послышались звуки поцелуев и шорох снимаемой одежды. Бряцнула пряжка ремня. Кровать еле слышно заскрипела и прогнулась под весом упавших на нее тел. Аррон еле успел улечься на спину, а меня развернуть на бок и прижать к стене.

Демоны, я и представить не могла, что окажусь в такой неловкой ситуации. Надеюсь, ребята обойдутся без долгих прелюдий.

Не обошлись.

Мне было жарко, я отчаянно краснела. Еще было неудобно. На плечо давило основание кровати, на грудь — плечо Аррона. Только спину охлаждала стена, к которой я была притиснута.

Комнату наполнили влажные порочные звуки и стоны.

А девочка попалась темпераментная. Да и мальчик не особо стеснялся. Я, к своему огромному стыду, почувствовала, как внутри все сжимается от возбуждения.

Конечно, если бы Аррона не было рядом, я бы так не отреагировала. Но сейчас я вдыхала его запах, чувствовала его горячее дыхание, ощущала, как чуть сильнее вдавливается в мою грудную клетку мужское плечо, когда легкие Аррона наполняются воздухом, и сходила с ума.

Да сколько можно, когда это закончится?

Наконец, девушка пронзительно вскрикнула, пару скрипов кровати спустя хрипло застонал парень, а потом все стихло.

Они же не собираются здесь ночевать?

— Куда? — хрипло спросил мужской голос.

— Я, вообще-то, в душ ушла, — хихикнул в ответ женский. — Соседка не дождется — наставникам доложит. Надо идти. И тебе тоже.

— Ладно, — нехотя согласился парень.

Кровать снова скрипнула, сетка выровнялась. Я облегченно выдохнула. Опять зашуршала одежда, дверь едва слышно стукнула о косяк, звуки удаляющихся шагов затихли.

После того, как Аррон проворно выбрался из-под кровати, я не без усилий вытащила свое тельце из щели между основанием кровати и полом и, наконец, сделала глубокий вдох. Кажется, я даже почувствовала, как расправляются сжатые легкие.

— Ты там жива, принцесса?

— Если это такая попытка заставить меня двигаться побыстрее, то ничего не выйдет, — проворчала я, пропуская через пальцы золотую цепочку. — Даже желание прибить тебя за «принцессу» не может пересилить потребность насладиться возможностью дышать полной грудью.

Аррон тут же заглянул под кровать и, убедившись, что в помощи целителей я не нуждаюсь, протянул руку и выволок меня наружу. Я нехотя села, надела на себя цепочку, спрятав подвеску в вырезе рубашки, и принялась отряхиваться.

Телохранитель покачал головой и быстренько очистил нас заклинанием. Потом заставил собранную клоками пыль разлететься по своим местам и ровным слоем покрыть пол под кроватью. Как будто мы с телохранителем и не валялись там добрых полчаса.

Я уважительно качнула головой. Вот, что значит умение грамотно заметать следы.

— Из тебя мог бы получиться идеальный преступник, — не удержалась я.

— Но получился телохранитель с кучей недостатков, — фыркнул мужчина. — Давай, принцесса, подъем!

Я закатила глаза и поднялась. Обратный путь мы преодолели быстро и незаметно. Потому что его преодолевал, в основном, Аррон. Я сидела у него на спине и не мешала. Даже почти успела вздремнуть, потому что телохранитель, видимо, пощадив «принцессины» ножки, нес меня до самого трактира, сгрузив на землю лишь перед дверью. Ну или мужчина просто хотел быстрее оказаться на месте, а я плелась как умирающий зомби.

Я уже представляла, как улягусь на кровать и усну, но моим мечтам оказалось не суждено сбыться так сразу.

Зал на первом этаже, где кормили посетителей, был пустым, не считая парочки вдрызг пьяных мужиков за столиком у входа (видимо, чтобы выносить было ближе, если что) и одетого в плащ с капюшоном господина, устроившегося в уголке у стены. Я бы его, честно сказать, и не заметила, если бы мужчина не поднялся и не направился к нам, на ходу скидывая капюшон.

Мне незнакомец сразу не понравился. Хотя мне редко не нравились люди, если они не сделали мне ничего дурного. А этот еще и был симпатичным. Так что объективных причин для неприязни у меня не было.

Но, вот странное дело: едва я увидела Аррона, прониклась к нему симпатией, а этот экземпляр вызывал у меня исключительно противоположные эмоции.

Мужчина был высокого роста, но пониже и поуже комплекцией, чем Алистер, однако это не давало повода думать о нем как о более слабом представителе сильного пола по сравнению с Арроном. Думаю, гибкость и ловкость с лихвой компенсировали отсутствие у мужчины мощи моего телохранителя.

Двигался незнакомец плавно, но смертоносно, и, кажется, излучал опасность одним своим видом. Его темно-каштановые волосы были заплетены в мелкие косички и забраны в хвост, темные глаза на смуглом породистом лице смотрели на меня с холодным и каким-то плотоядным интересом. Я с трудом подавила желание поежиться.

— Рад, что ты смог приехать так скоро, Дан, — пожал мужчине руку мой телохранитель. — Познакомься, это лира Эбигейл Моргалис.

Глава 27

— Лир Даниэль Рейвс, к вашим услугам, — пропел мужчина, расплывшись в обворожительной улыбке.

О да, ночной трактир — самое что ни есть подходящее место для подобных расшаркиваний. Мне ничего не оставалось делать, кроме как вложить свои пальцы в протянутую ладонь. Лир Даниэль же друг Аррона. А значит, он не может причинить мне вреда. Стоит быть поприветливее.

— Рада знакомству, лир Рейвс, — вежливо ответила я и даже выдавила из себя почти искреннюю улыбку.

— О, зовите меня просто Дан, — попросил мужчина и коснулся губами моего запястья.

Хотя этикет этого не требовал. Можно было просто изобразить поцелуй в паре миллиметров от кожи. Не то, чтобы мне было неприятно, но не стоит так вести себя в первую встречу, если девушка тебя не очаровала до безумия. А я вряд ли сейчас могла кого-то очаровать.

— Эбигейл, расскажите, как вы здесь устроились? Мой друг не слишком вас мучает своими требованиями? — продолжил лить мед мне в уши Даниэль, мимолетно (но я все равно заметила) огладив взглядом мое отсутствующее декольте.

— Ну что вы, Дан, у нас с лиром Алистером полное взаимопонимание, — сладко пропела я, бросив на Аррона многообещающий взгляд. — Прошу меня извинить… время позднее, я устала с дороги и хотела бы отдохнуть.

На самом деле, сейчас я больше всего хотела бы вытрясти из Аррона причину столь стремительного появления этого Рейвса. Однако, оставаться было рискованно.

Я так разозлилась, что Аррон ни словом не обмолвился о своем приятеле, что могла запросто наговорить им обоим лишнего. А потому, пожелав мужчинам доброй ночи, я отправилась в свою комнату.

Не могу сказать, что я чего-то опасалась, но перед сном все-таки заставила себя повесить на свою дверь дополнительную охранку поверх алистеровой. И на окно. И спать я ложилась в длинной рубахе, хотя постельное белье было таким мягким и так маняще пахло свежестью, что спать на нем в одежде было преступлением. Ну ничего. Пусть буду преступницей, зато живой. Хе-хе.

Проснулась я поздно. Солнце уже давно взошло и высоко поднялось по небосводу. Я тщательно умылась, завязала волосы в хвост кожаным шнурком и наглухо застегнула все пуговицы на рубашке. Чтобы не смотрели всякие.

Алистера внизу видно не было, зато вчерашний знакомый обнаружился за столиком прямо посреди зала, поэтому сделать вид, что я не заметила Даниэля, не получилось. Мужчина даже приподнялся, чтобы привлечь мое внимание.

А ведь я надеялась, что они с Арроном по-быстрому уладят все вопросы, и Рейвс избавит меня от своего общества. Он ведь наверняка по важному делу так срочно приехал аж посреди ночи.

Я подошла к Даниэлю и опустилась на отодвинутый им стул. Проведенный сеанс самовнушения не исправил моего вчерашнего ощущения: мужчина все еще казался мне каким-то странным. Ну, как будто его внешний вид не соответствовал внутреннему содержанию. Никогда раньше такого не замечала.

— Вы всегда едите мясо на завтрак? — спросил Даниэль, когда я сделала заказ.

Сам мужчина завтракал кашей и блинчиками с вареньем.

— Только если не наелась накануне вечером, — пожала плечами я. — А вы с какой целью интересуетесь?

— Хочу побольше разузнать о ваших вкусовых предпочтениях, нам ведь придется много времени провести вдвоем.

— Вдвоем? — только и смогла выдавить я.

— Ну да, нам с вами, прекрасная лира, предстоит долгая дорога.

И мужчина расплылся в самодовольной улыбке, как будто путешествие с ним было лучшим из всех событий, которые могли произойти в моей жизни.

— Дорога? — снова повторила я.

Мой мозг отказывался хоть как-то воспринимать и анализировать полученную информацию.

— А что, разве Аррон вам не сказал? — приподнял брови Рейвс.

Я промолчала. Потому что опять переспрашивать: «Не сказал?» было слишком глупо даже для меня, находящейся в состоянии крайнего удивления.

— Он пригласил меня специально для того, чтобы я сопроводил вас Истолию, — так и не дождавшись моего ответа, пояснил мужчина.

Значит, все-таки, Истолия. Я догадывалась. Но все равно было неприятно осознавать, что я узнала название родной страны Аррона не от него.

— Видимо, Аррон забыл меня предупредить, — я развела руками и принялась кромсать на куски так вовремя принесенный стейк.

Когда мясо было разделано, я осознала, что не могу засунуть в себя ни кусочка, и отложила приборы.

— Знаете, Дан, мне нужно ненадолго отлучиться. Продолжайте, пожалуйста, без меня.

Моей выдержки хватило только на то, чтобы спокойным шагом пересечь зал и подняться по лестнице. Дверь в комнату Аррона я открывала с ноги и без стука. Точнее, стук-то, конечно, был — двери о стену — но уже после того, как я ее открыла.

Одетый в одни штаны Алистер, видимо, только что вышедший из душа, как раз благодарил милую разносчицу за так скоро приготовленный завтрак.

— Девушка, не могли бы вы оставить нас с лиром? — обманчиво спокойным тоном попросила я.

Девушка могла, но не хотела. Аррон, изучивший меня достаточно хорошо, кивнул разносчице и еще раз поблагодарил за завтрак. С такими благодарностями этот завтрак должен быть королевским, не меньше.

Разносчица вышла, даже не подозревая, какой опасности только что избежала.

— Мой друг хорошо на тебя влияет, — словно невзначай бросил Алистер. — Я от тебя столько вежливых слов за все время нашего знакомства не слышал.

— Аррон, ты не хочешь мне объяснить, что происходит? — спросила я, уже не пытаясь скрыть раздражение.

— Если ты о том, почему я не завтракаю внизу, отвечу: это для того, чтобы вы с Даном нашли общий язык.

— Какой, к демону, язык? — тихо рыкнула я, закипая.

— А что, по-моему, у тебя очень неплохо получается быть милой, — продолжал издеваться блондин. Видимо, мстил за все зло, которое я ему причинила.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, — прошипела я, подходя ближе и тыкая пальцем в мужскую грудь. — Ты получил от меня все, что хотел, и теперь отправляешь неизвестно с кем к демону на рога…

— Ты сейчас о моей семье говоришь, — предостерегающе произнес Алистер. — Они о тебе позаботятся. И не злись, что сразу не сказал. Я же знал, что тебе эта идея не понравится, и ты обязательно что-нибудь выкинешь. Кстати, твоя подвеска останется с тобой, я ничего у тебя не отбираю. Просто хочу, чтобы ты дожила до того момента, когда все закончится.

Вот непрошибаемый! И я даже злиться не могу — он действительно хочет, как лучше. Оберегает меня. Но…

— Мне не нравится Рейвс, я никуда с ним не поеду, — твердо сообщила я.

— Почему?

— Потому что я ему не доверяю.

— Почему?

—Потому что… — я закрыла рот, снова открыла его, силясь подобрать слова, но убедительных аргументов не нашла.

Потому что он ведет себя как подобает настоящему лиру? Потому что проявляет ко мне повышенный интерес? Ну так это нормально. Я, вообще-то, привлекательная девушка, это только некоторые глупцы ничего у себя под носом не замечают.

Просто потому, что он меня напрягает. Весь какой-то… неправильный. Подозрительный. Чересчур вежливый, даже слащавый. Но это все мои ощущения. Такие простые и понятные для меня самой, произнесенные вслух они не произведут на Алистера ни малейшего впечатления. Ему нужны факты. Которых у меня нет.

— А мне ты доверяешь, Эби? — прерывая затянувшееся молчание, Аррон заглянул мне в глаза, положил ладони на мои плечи и легонько сжал их.

Я кивнула.

— Тогда, пожалуйста, сделай, как я прошу.

— Ты не просишь, — снова разозлившись, я скинула с плеч мужские руки. — Ты приказываешь. Ты, как обычно, все за меня решил! А вот случится со мной что-нибудь по дороге в Истолию, и что ты будешь делать?

— Эби, послушай меня, — Аррон поймал ладонями мое лицо и снова посмотрел мне в глаза. — С тобой ничего не случится. Дан — надежный человек. Самый надежный из всех, кого я знаю.

Аррон продолжал меня убеждать, приблизившись так, что мы почти соприкасались лбами. В какой-то момент я поймала себя на там, что просто смотрю Аррону в глаза, абсолютно не слушая, что он там говорит. Да это и неважно. Никакие слова неспособны были меня переубедить.

— Аррон, пожалуйста, — я положила ладони на каменную грудь, привлекая внимание. — Возьми меня с собой. Ты можешь требовать от меня все, что угодно, я обещаю, что буду беспрекословно тебе подчиняться. Только возьми меня с собой.

— Эби… — раздосадовано выдохнул мужчина, поняв, что хвалебная речь в честь Даниэля была произнесена впустую.

— Пожалуйста, — тихо выдохнула я в упрямо сомкнутые губы. — Если тебе хоть немного дорога моя жизнь.

И он дрогнул. В глубине стальных глаз отразилось сомнение, потом борьба. Я ждала. Ну, давай же!

— Нет.

Слово камнем упало между нами, мне даже показалось, что стало труднее дышать. Это было такое веское «нет», что я поняла: все. Как бы я ни билась, решение окончательное. Аррон не передумает.

Я оттолкнула от себя все еще стоящего слишком близко мужчину и вышла. Спокойно. Даже дверью не хлопнула.

У себя в комнате я активировала заклятие тишины и…

—А-А-А-А-А-А!!!

Добротное кресло из темного дерева, с трудом оторванное мною от пола, полетело в стену. Комната содрогнулась.

Грудь тяжело вздымалась, на висках выступил пот. М-да, моя спина мне потом за это «спасибо» не скажет.

Я подняла глаза к потолку, прогоняя злые слезы. Не буду я реветь, еще чего не хватало!

Было, конечно, обидно. Очень. Мне думалось, что Аррон, услышав мою последнюю фразу, согласится на что угодно. И ведь это даже не было манипуляцией. Я действительно опасалась за свою жизнь, хоть и не могла внятно объяснить, почему.

Ну ладно. Мы еще повоюем. Надо только успокоиться и начать думать.

Я развеяла «полог тишины», сделала пару кругов по комнате, вернула кресло на его законное место, приложив для этого немало усилий и удивившись, как вообще смогла поднять такой тяжелый предмет мебели, потом забралась на мягкое сиденье с ногами и задумалась.

Зачем Аррон меня отсылает — понятно. Боится, что здесь меня достанут и прихлопнут. В Истолии его семья меня защитит. По крайней мере, он так думает.

Но что-то мне подсказывает, что на самом деле все не так просто. И, если моя интуиция права, и Рейвс нам не союзник, а совсем даже наоборот, то выходит, что Даниэль преследует вполне определенную цель.

Вспомнив заинтересованный взгляд своего будущего сопровождающего, скользивший вчера по моей груди, я вынула из-за ворота подвеску.

Повертела камень в руках, рассматривая его с разных сторон магическим зрением. Я была уверена, что это какой-то хитрый артефакт, но никак не могла понять, как он активируется и для чего предназначен. В любом случае, со мной и Рейвсом эта вещичка не поедет.

Глава 28

Я зарылась в сумку со своими вещами, нашла тяжелый шелковый мешочек и развязала тесемки. Ничего, что могло бы заменить артефакт, я не нашла: я носила, в основном, серебро, а камушек висел на золотой цепочке.

В итоге я решила, что камень играет в этом артефакте основную роль, да и вообще, скорее всего, цепочка — это просто цепочка, с чистой совестью заменила подвеску крупным топазом и застегнула украшение на шее, а бриллиант сунула в карман штанов.

— Эбигейл, — осторожно позвали из-за двери голосом Рейвса.

Я натянула дружелюбную мину и высунулась в коридор.

— Если ты готова, то я предлагаю выезжать. Путь неблизкий.

— Я готова, — кивнула я. — Попроси оседлать лошадей, я сейчас спущусь.

— Давай я вещи отнесу, — галантно предложил Даниэль.

Я послушно отступила, позволяя мужчине войти в комнату и взять мою сумку. Все равно там ничего ценного нет.

Дождавшись, когда темная макушка исчезнет из поля моего зрения, я вышла в коридор и остановилась напротив комнаты Аррона. Собралась с духом и занесла руку, чтобы постучать. Однако, дверь распахнулась сама. На пороге стоял Аррон.

— Если ты сейчас… — предостерегающе начал он.

— Я попрощаться, — протараторила я и просочилась в комнату, попутно отмечая местоположение мужской дорожной сумки. Слишком далеко.

— Ты же понимаешь, что не стоит убегать от Дана? — приподнял бровь телохранитель.

— Я не такая глупая, как ты считаешь, — буркнула я, стараясь ничем себя не выдать.

Как? Ну как мне подобраться к сумке?

— Я не считаю тебя глупой, Эби.

Это правильно. Потому что я, кажется, придумала.

— Сделаю вид, что поверила, — вздохнула я. — Обнимешь меня на прощание?

— Не переживай, мы скоро увидимся, — уверенно сказал Аррон и привлек меня к себе.

Объятия — это, конечно, хорошо, но мало. Боюсь, не успею.

Я огладила ладонями широкую спину и, отчаянно волнуясь, потянулась к мужским губам. Сердце стучало как бешеное. Только бы он меня не оттолкнул.

И он не оттолкнул. Крепко сжал в объятиях и поцеловал. В животе сладко ухнуло, по телу вместе с адреналином начал разливаться жар. Я с трудом заставила себя сосредоточиться и сплести силовую нить.

Аккуратно подцепив подвеску, я выудила ее из кармана и опустила Аррону в сумку, засунув поглубже в вещи. Теперь не забыть развеять нить.

Целовать Алистера, умудряясь при этом колдовать и не ошибаться, было сложно. Но я справилась. И заслужила почетный орден, как минимум.

Аррон, почувствовав, что я расслабилась, углубил поцелуй, заставляя меня дрожать от остроты ощущений. Я отвечала ему, как в последний раз, полностью раскрываясь и отдавая свои чувства.

Я понимала, что нужно остановиться, но отчаянно не хотела разрывать поцелуй. Мужчина сделал это сам. Он оторвался от моих губ, но продолжал удерживать меня в объятиях и скользить по лицу потемневшим взглядом.

— Я… пойду, — выпалила я, развернулась и стремительно выскочила в коридор.

***

—Хочешь есть? — спросил Даниэль, когда мы устроились на ночлег, оставив позади последнюю деревню на пути к границе.

— Нет, но могу нарезать тебе бутербродов, — предложила я.

— Сам справлюсь, отдыхай, — отмахнулся мужчина.

Я пожала плечами и полезла в палатку. Ее тоже ставил Рейвс. Когда он принялся растягивать брезент на металлических жердочках, у меня глаза на лоб полезли. А когда мужчина потянулся к своей сумке в следующий раз, я была почти уверена: вытащит ванну, уже наполненную горячей водой. Ну или что-то близкое к этому. Мне казалось, он захватил с собой все удобства, которые только мог.

Путешествовать с Даниэлем вообще было одно удовольствие: мы часто делали привалы, оба раза останавливались на ночлег в деревнях, ели разнообразную пищу.

Словом, Рейвс был золото, а не попутчик.

Но все равно я не могла заставить себя расслабиться рядом с ним.

Мимика, какие-то мелкие жесты, брошенные вскользь взгляды — все это настораживало. Мои нервы были напряжены до предела. Я готовилась отражать удар в любой момент. Стыдно сказать, я даже стащила столовый нож в одном из трактиров, куда мы заезжали перекусить.

Когда населенные пункты остались позади, чувство приближающейся опасности усилилось.

Я всю ночь проворочалась в спальном мешке, но так и не смогла сомкнуть глаз. Даниэль, как истинный лир, свой мешок вытащил на улицу и устроился прямо на траве. Но мне казалось, что мужчина смотрит на меня сквозь брезент палатки и ждет, пока я усну, чтобы напасть. Иногда мне становилось стыдно за свою подозрительность, но я ничего не могла с ней сделать.

Наутро я выползла из палатки и отказалась от завтрака: на нервной почве слегка мутило.

— Может, вернемся в деревню и вызовем целителя? Ты неважно выглядишь, — предложил Даниэль, внимательно меня осматривая.

— Я в порядке, просто плохо сплю вдали от цивилизации, — поежившись от острого взгляда, соврала я. — Поехали.

И мы поехали. Я оглядывала лес и прикидывала, в где будет удобнее всего от меня избавиться, не оставив следов. И к обеду мы оказались именно в таком месте: стремительная горная река, вдоль которой пролегала дорога, срывалась со скалы оглушительным водопадом. Мощные струи воды ударялись о камни внизу и разлетались мелкой водяной пылью, образуя туман.

Дальше река текла по относительно ровному рельефу, но лес с высоты выглядел до того густым, что я даже усомнилась, есть ли в нем хоть какое-то подобие дороги.

Водопад завораживал. Думаю, снизу он выглядел бы еще более величественно.

Даниэль остановил лошадь и спешился, предложив сделать привал перед спуском. Я повторила его действия. Подошла к реке и глянула вниз.

— Как тебе вид? — раздался совсем рядом голос Даниэля.

Мужчина подошел ко мне вплотную, перекрикивая шум воды.

— Отличное место, — прокричала я в ответ. — Здесь меня и похороните.

Это я от нервов умом тронулась, не иначе. Ничем другим объяснить столь необдуманную фразу я не могла.

— Что?

— Тебе же артефакт нужен, — вместо того, чтобы как-то исправить ситуацию, я продолжала ее усугублять.

Взгляд мужчины сделался хищным, лицо исказило, казалось бы, абсолютно несвойственное для него выражение — на коже даже морщин не было в тех местах, где сейчас образовались складки.

— Как только ты его получишь, я умру. А здесь, хотя бы, красиво. И да, ты его не получишь, — я дьявольски расхохоталась и шагнула назад, к краю обрыва.

Прежде, чем я успела сделать следующий шаг, Рейвс резко выбросил руку вперед и сорвал с моей шеи цепочку. Толчок в грудь другой рукой — и я, на ходу окутывая себя упругим щитом, лечу с обрыва прямо в воду.

Пожалуйста, пусть там будет глубоко.

Я плюхнулась в реку и вслепую зацепила силовой нитью что-то на дне, не позволяя себе всплыть. Все тело сковало судорогой от ледяной воды, но спустя пару мгновений отпустило. Я открыла крепко зажмуренные глаза, нашарила подаренную русалкой жемчужину, положила ее в рот и перекусила нить.

Выждав несколько секунд, я, не размыкая губ, сделала ртом аккуратный вдох и почувствовала, как легкие наполняются кислородом. Выдохнула носом и снова вдохнула ртом, постепенно привыкая к такому дыханию. Все работает.

Выпустив на волю немного сырой энергии из своего резерва, я сорвала все прикрепленные к моей ауре следилки и сформировала вторую нить, которой зацепила огромный валун впереди себя.

Видимость под водой была так себе, но я плыла по течению очень быстро, помогая себе нитями и резво работая руками и ногами, чтобы не закоченеть. Щит предусмотрительно не снимала. Дальше от водопада оказалось не так глубоко, и я рисковала влететь в какой-нибудь камень. Жемчужина во рту медленно уменьшалась, отдавая мне кислород.

Когда терпеть холод стало невмоготу, а левую ногу свело судорогой, я вынырнула. Зацепилась нитью за ствол ближайшего дерева и сделала несколько глубоких вдохов. Почти истаявшая жемчужина выпала в воду.

Спасибо, русалка, спокойного тебе озера.

Камни были скользкими, конечности не слушались, и на сушу я выбралась с большим трудом. Плюхнулась на землю, дрожащими руками стащила сапог и принялась растирать сведенные судорогой мышцы.

Кривенькое разогревающее заклинание сработало как нужно. Я облегченно выдохнула и принялась сушиться магией. Горячий поток окутал тело, я блаженно зажмурилась. Волосы после этого заклинания станут как солома, но это не самая большая проблема.

До меня медленно доходил весь ужас ситуации.

Идиотка! Что я натворила?! Истерику закатила. А если бы не повезло, и я бы разбилась? В коленках появилась предательская слабость, сердце тяжелыми ударами билось в грудную клетку. Тело колотило крупной дрожью.

Я ровно и глубоко задышала, пережидая это состояние. Помотала головой и растерла плечи. Долой унылые мысли! Я жива, я избавилась от компании Рейвса. Он наверняка не рассчитывает больше увидеть меня живой. Надеюсь, что и не увидит. В смысле, что мы никогда не встретимся.

Я держалась и специально не демонстрировала при нем свою возможность пользоваться магией. Надеюсь, Аррон Даниэлю тоже ничего не рассказал про сорванную печать. Если это так, то Рейвс, наблюдая за моим фееричным падением, вряд ли догадался смотреть магическим зрением. Я не выныривала, поэтому он не станет искать мое тело, решив, что его унесло течением.

Так что, на мой взгляд, все прошло более, чем удачно. Надеюсь, я не недооценила своего противника, в отличие от него.

Я обернулась в ту сторону, откуда приплыла.

Водопад был скрыт за поворотом. Я прикрыла глаза и, насколько это было возможно, раскинула Сеть. До водопада и, соответственно, до Даниэля не достала. Сканирование не выявило поблизости крупных живых объектов.

Отлично. Теперь надо исказить свою ауру, чтобы она не светила сигнальным огнем на весь лес. Я нащупала в заднем кармане штанов медную монетку — сдача с последнего обеда в деревне — и принялась навешивать на нее «заглушку».

Провозилась я долго: все-таки, для моей задумки больше подходит серебро. Но в итоге мои старания увенчались успехом. Теперь для любого мага, решившего просканировать лес, я буду выглядеть зверьком средних размеров. Да, вряд ли здесь разгуливают толпы одаренных магией людей, но все же лучше перестраховаться.

Теперь можно отправляться в путь. У меня нет ни еды, ни денег, ни точного маршрута, но до Истолии я как-нибудь доберусь. А там уже на месте буду разбираться.

Глава 29

Граница между государствами проходит по реке Клифф. Учитывая тот факт, что до соседней страны не так уж и далеко, речка, из которой я только что вылезла, вероятнее всего, является ее притоком. К своему стыду, ни о водопаде, ни о самой реке я ничего не знала, поэтому хотя бы примерное расстояние до границы определить не могла. Но, думаю, пока можно просто идти по течению. Куда-нибудь, да выйду.

С этими оптимистичными мыслями я тронулась в путь. В лес решила не заходить: слишком непролазная была чаща, и продираться сквозь заросли в поисках звериных троп мне не улыбалось.

Я шла, периодически раскидывая Сеть и следя за обстановкой. Старалась не ломать ветки прибрежных кустов и вообще оставлять за собой как можно меньше следов, но временами поскальзывалась на мокрых камнях и пару раз чуть не свалилась в воду.

Да, это не набережная в столице, тут по удобной дорожке не прогуляешься.

Вечерело. Солнце скрылось за деревьями, лес окутывали сумерки и ночная прохлада. Комары закружили вокруг меня с утроенной силой, пришлось выставить щит.

Я начала уставать и подмерзать. А еще захотелось есть. Но я решила, что пока не настолько оголодала, чтобы охотиться. Рыскать по лесу в поисках кустов дикой малины, рискуя наткнуться на медведя, мне тоже не улыбалось. Да и вообще, может, их здесь и нет, кустов этих. А вот медведи точно есть, я сама видела. Почти наткнулась на целое семейство, вышедшее к водопою: маму-медведицу и двоих медвежат. Хорошо, заметила их заранее через Сеть и переждала, пока звери не ушли.

Страшно мне одной в лесу не было. Видимо, отбоялась уже, за двое с половиной суток пути с Рейвсом. Немного напрягало то, что река заглушает все звуки, но у меня была Сеть, которая предупреждала о лесных обитателях задолго до их появления.

Вскоре совсем стемнело. Я пробормотала заклинание ночного видения и поплелась дальше. Ноги заплетались, и я переставляла их на чистом упрямстве, злорадно представляя, как при встрече сообщу Аррону что-нибудь вроде: «А я говорила!» или: «Надеюсь, теперь ты начнешь прислушиваться к моим словам?». Эти мысли взбодрили меня, но ненадолго. Усталость брала свое.

Я решила присмотреть себе дерево покрупнее и устроиться спать на толстой ветке, примотав себя к ней силовыми нитями и поясом от штанов — на случай, если нити рассыплются, когда я усну. По идее, они не должны были, но лучше обеспечить себе дополнительную страховку.

Подходящее дерево я нашла довольно быстро. Напоследок раскинула Сеть, чтобы убедиться, что поблизости нет хищников.

Хищников не было. Зато было кое-что поинтереснее. Точнее, кое-кто. Ну что, Эби, убедилась?

Что поспать спокойно не удастся…

Судя по размерам, это был крупный зверь или даже человек. Хотя второе маловероятно. Огонек медленно двигался почти на краю моего заклинания. Аура была очень тусклой и, если бы не слабое мерцание, я бы вообще не обратила на него внимания — слишком далеко.

Что бы это ни было, скорее всего, оно умирает. Что может в этом лесу навредить такому крупному существу?

Из соображений безопасности мне стоило обойти то место десятой дорогой, но я, недолго думая, отмела эту мысль. Надо же узнать, что там такое. Вдруг, и правда, человек?

Силовая нить оплела толстый ствол, и я взлетела на дерево. Потом зацепилась за следующее и перемахнула на него. Пройти здесь пешком бы не получилось: подо мной колючим ковром стелился подлесок, состоящий из невысоких деревьев, можжевельника, малины и еще каких-то шипастых кустов, названия которых я не знала.

Прыгать с дерева на дерево было в какой-то степени даже весело. Я почти сразу разогрелась, а спустя некоторое время вошла во вкус, получая удовольствие от своеобразной тренировки. К конечной точке моего маршрута я приближалась гораздо быстрее, чем рассчитывала. И почему я не передвигалась таким способом с самого начала? Глядишь, и до границы бы уже добралась.

На раскинувшейся у меня в голове картинке, полученной через Сеть, появились новые действующие лица в количестве трех штук. Точнее, морды. На этот раз я была уверена, что именно морды.

Завязалась какая-то возня. Я смогла расслышать звериное рычание, свернула ставшую ненужной Сеть и ускорилась, ориентируясь на звук.

Там, действительно, был человек. Видно его практически не было, я могла только наблюдать, как пляшет в натренированных руках большая палка, которой он отбивается от волков.

Звери не могли достать человека, злились, рычали, но не уходили. Человек был почти скрыт от меня деревом, к которому прижимался спиной. Я думаю, он был очень слаб. Скорее всего, ранен. И, тем не менее, палка стремительно вращалась, не подпуская зверей слишком близко.

Интересно, что бы сделал человек, если бы был в своей полной силе? Разорвал бы волков голыми руками?

Наконец, оказавшись достаточно близко, я, не мешкая, спрыгнула на землю чуть позади человека и раскинула руки в стороны, призывая магию. Треск смятых моими ногами веток не остался незамеченным. По крайней мере, волки отвлеклись.

Над моими ладонями вспыхнули огненные шарики, постепенно увеличиваясь в размерах. Волки же должны испугаться огня, верно?

Я, игнорируя бешено колотящееся сердце, сделала пару шагов вперед, молясь про себя, чтобы звери ушли. Я никогда в жизни не стреляла заклинаниями по живым мишеням. А ведь если волки не убегут, то придется. Я смогу?

Я медленно шла вперед, волки также медленно отступали, скалясь и тихо порыкивая. Человек остался сзади, по левую сторону от меня. Я чуть расслабилась и, чтобы закрепить успех, увеличила приток силы, отчего пламенные шары полыхнули и еще больше разрослись.

А дальше произошло не совсем то, чего я ожидала. Один из волков прыгнул. Прямо на меня. Закрепила успех, молодец!

Я взвизгнула и выставила руки перед собой. Два шара слились в один и снова вспыхнули, ослепляя и опаляя жаром мое собственное лицо. Ладони тоже ощутимо обожгло.

Я с трудом удержала файербол. Все-таки, это было атакующее заклинание, а не бытовой «светлячок».

Волк, прямо налету, был сбит палкой, усиленной парой крепких словечек. До меня зверь не допрыгнул, только опалил усы, заскулил и убежал в чащу. Сородичи последовали за ним.

Я облегченно выдохнула и аккуратно впитала заклинание обратно в ладони.

Ладно, признаю, артефактор из меня намного лучше, чем боевой маг. Я ведь даже ни на одной нормальной практике не была. Тренировочный полигон — это совсем не то.

— Надо было атаковать, а не пищать, — хрипло произнес смутно знакомый голос.

Сердце пропустило удар. Я начала медленно оборачиваться, уже зная, кого увижу, но отказываясь верить собственным ушам. Потому что это было невозможно.

И, тем не менее, на меня смотрел Даниэль Рейвс собственной персоной.

Он продолжал стоять, опираясь на древесный ствол и внимательно меня изучая. А я лихорадочно соображала, что делать. Да, во время магического срыва я положила сразу двоих, но… осознанно атаковать файерболом живого человека я не смогу. Даже этого. Тем более, что сам он нападать не спешит.

Я потянулась к голенищу сапога и вынула столовый нож. Тот самый, который украла в трактире.

— Не подходи, — прокаркала я — голос не слушался.

— Или что? — насмешливо спросил мужчина, скептически оглядывая мое оружие.

— Или я себя убью, и ты никогда не получишь то, что тебе нужно, — и я направила лезвие себе в грудь.

Даниэль на пару мгновений потрясенно замолчал, а потом рассмеялся.

— Обычно девушки реагируют на меня совсем по-другому, — отсмеявшись, сообщил Даниэль. — Они, как правило, убиваются — фигурально, конечно — если я не хочу к ним подходить. За тем, что им нужно. Кстати, просвети, а что я хочу от тебя получить?

Я насторожилась. Что-то было не так.

Это был тот же самый Рейвс, который столкнул меня с края обрыва, но в то же время не тот. Этот был какой-то правильный, такой-как-надо Рейвс. Сейчас он не вызывал у меня такой острой неприязни, как раньше. Да и вообще был мне симпатичен. И мимика была правильная. И взгляд… взгляд был другой. И Рейвс не удивился тому, что я жива. Он, кажется, вообще меня не узнал.

— У тебя что, раздвоение личности? — спросила я, удобнее перехватывая нож вспотевшими пальцами.

— Со мной-то все хорошо, а вот у тебя явно не все в порядке с головой, — фыркнул мужчина.

— Лир Даниэль Рейвс? — чувствуя себя полной идиоткой, уточнила я.

— Мы знакомы? — удивился мужчина. — Извини, в темноте плохо видно твое лицо.

Странно, что он не использует магию. Заклинание ночного зрения позволяет видеть только в серых тонах, но вполне четко.

Я сморгнула, перестраивая зрение на обычное и зажгла светлячок.

— Так нормально? — ядовито поинтересовалась я.

— Ты ножик-то убери, воительница, а то поранишься ненароком. А я так и не узнаю, что мне от тебя нужно. Хотя… твое лицо кажется мне знакомым.

—Эбигейл, — подсказала я, внимательно следя за реакцией мужчины. — Эбигейл Моргалис.

— Действительно, — удивленно произнес он, рассматривая мое лицо. — Правда, на картинке с кристалла ты выглядела более… — он замялся, подбирая слово, — благопристойно.

— Ты тоже, знаешь ли, не в лучшей форме, — фыркнула я, осознавая, что ни капельки его не боюсь.

Вот совсем.

— Значит, то был не Даниэль, — медленно сказала я, опустила нож и подошла ближе.

В нос ударил запах крови.

Глава 30

— Где был не Даниэль? — переспросил… Даниэль, отстраненно наблюдая за тем, как я начинаю по-хозяйски его осматривать. — Вот, такое поведение уже больше похоже на правду. А если начнешь меня раздевать, я вообще поверю, что ты нормальная.

— Просто помолчи, — буркнула я, действительно задирая мужскую рубаху. — Хотя нет. Скажи, в каком месте рана.

Кожа, которая покрывала развитые мускулы, была идеально чистой, без единого намека даже на царапину. Только очень горячей. Да его лихорадит.

— На спине. Ты объяснишь мне, что происходит?

— Поворачивайся. Мы с Арроном нашли артефакт, из-за которого… у моего отца возникли проблемы. Встретились с тобой. Ну то есть, с тем, кто себя за тебя выдавал. Аррон отправил меня с ним в Истолию, а сам остался решать кое-какие вопросы. Возле водопада наш самозванец забрал артефакт, точнее, то, что я носила вместо него, и столкнул меня с обрыва, — выложила я. — Твоя очередь.

— А меня ты как нашла? — проигнорировав мою фразу про «очередь», спросил мужчина.

— По Сети увидела твою ауру, решила пойти посмотреть, — вздохнула я, рассматривая практически ровную спину, если не считать пары едва заметных темненьких пятен под кожей. Я бы и не обратила на них внимания, но рубаха на спине мужчины была запачкана кровью и продырявлена в трех местах. — Ты регенерат?

— Да.

— О, ты умеешь не только задавать вопросы, но и отвечать на них, — восхитилась я, ощупывая зажившие раны. — Это арбалетные болты у тебя под кожей?

— Ага. Я пересек границу через заброшенный пост. У меня есть допуск, поэтому через барьер я прошел без проблем. А на этой стороне меня ждали. Обстреляли из арбалета. Я зашвырнул пару заклинаний в ответ, но поначалу не придал нападению особого значения. Отбился, и хорошо. Только через несколько часов почувствовал что-то неладное, когда температура поднялась. Потом вообще сознание потерял. А когда очнулся, при мне не было ни вещей, ни лошади, вообще ничего. Даже плащ стащили. Спасибо, хоть сапоги оставили. А потом я растратил свой резерв и обнаружил, что он не восполняется. Совсем.

— Скверно, — констатировала я. — Давай присядем, мы тут как раз отлично все утоптали.

Мужчина опустился на землю, придерживаясь руками за дерево. Я подхватила Даниэля, помогая облокотиться о ствол, на что он недовольно сверкнул глазами. Но заговорил со мной вполне дружелюбно.

— Итак, я предлагаю начать знакомство заново, — Рейвс растянул губы в открытой улыбке, сверкнув зубами, и протянул мне руку. — Дан. Спасибо, что спасла меня.

— Эби, — я пожала горячую ладонь и вздрогнула, когда к запястью прикоснулись еще более горячие сухие губы.

На последнем издыхании ведь, а все туда же. Похоже, Дан был тот еще обольститель женщин, и именно этой роли придерживался тот, кто решил его заменить. Только получалось у него ненатурально. Настоящий Даниэль флиртовал как дышал: абсолютно естественно и вообще не напрягаясь. И сразу располагал к себе.

— Ты знаешь, каким ядом тебя напичкали?

— Догадываюсь, — помрачнел мужчина. — Скорее всего, их было несколько. «Опустошение» — блокирует способность организма восполнять резерв — и «Последний вдох» — этот убивает на месте, даже вдохнуть не успеешь. Но я, в силу своих особенностей, все еще жив. Возможно, было что-то еще, снотворное, например. Не знаю.

— Может, вырезать болты? Хотя… яд, которым они были обмазаны, скорее, всего, уже полностью разнесся по организму.

— Мне все равно не нравится, что в мое тело вживлены куски металла, — хмыкнул Дан.

— Можно еще кровопускание сделать, — предложила я. — Чтобы хотя бы частично вывести эту дрянь из организма. Я так понимаю, «Опустошение» перестанет действовать само через некоторое время, а «Последний вздох» как работает?

— Начинай болты вырезать, — поморщился Дан, разворачиваясь ко мне спиной. — А я пока расскажу тебе про яд.

Я вздохнула и снова достала нож. Прокалила лезвие над файерболом, поднесла к коже и сделала надрез.

— «Последний вздох» — воистину выдающееся изобретение, — начал рассказывать Дан, как будто не его тут резали живьем. — Тот, кто его разработал, был гением. Мне иногда кажется, его разработали специально для того, чтобы убивать таких, как я.

Первый болт вылез достаточно легко, так как застрял очень близко к коже, и мне понадобилось лишь сделать небольшой надрез, чтобы до него добраться. Дан, казалось, даже ничего не почувствовал, продолжая говорить.

— Дело в том, что это вещество само по себе не является ядом. Это катализатор. Ты, наверняка знаешь, что некоторые реакции протекают только при определенных условиях. В нашем случае все решает присутствие катализатора...

Со вторым болтом было сложнее. Я выковыривала его, помогая себе пальцами, Дан сбился и со свистом выпустил воздух сквозь сжатые зубы.

— Так вот, — продолжил мужчина, когда я достала болт и остановилась, решив дать передышку себе и ему, — попадая в кровь и всасываясь в ткани, «Последний вздох» заставляет реагировать между собой некоторые составляющие организма, и продукты этой реакции являются токсичными.

Я присвистнула. Дело дрянь. Если «Последний вдох» — катализатор, значит, он просто ускоряет реакцию, но не расходуется, пока она идет. То есть, закончиться, полностью прореагировав с составляющими тканей, он не может. Получается, реакция будет идти снова и снова.

Организм будет расщеплять образующийся яд, а не стараться вывести «безвредный» катализатор. Это будет продолжаться, пока организм не исчерпает свои возможности. И в конечном счете — все равно летальный исход. Регенераты ведь не бессмертны, хоть и восстанавливаются в сотни раз быстрее, чем обычные люди.

— Значит, нужно противоядие, — констатировала я.

— Даже если бы я знал, что для этого нужно, мы бы все равно вряд ли смогли его тут синтезировать, — фыркнул Дан.

Я поднялась, подобрала палку, служившую оружием против волков, и протянула мужчине:

— Положи между зубов, чтобы не стерлись. Сейчас будет больно.

Третий болт вошел так глубоко, что, если бы не дырка на рубахе, я бы его пропустила. Пришлось делать сильный надрез и оставлять нож в ране, чтобы не затянулась, а болт цеплять нитью и дергать.

Из раны мощной струей хлынула кровь, обдав меня фонтаном брызг. Я быстро вытащила нож и прижала края ладонями.

Дан выплюнул палку, сопроводив это действие парой непечатных выражений. Они относились не к моей криворукости, а к ситуации в целом, но я все равно виновато потупилась. Это же было просто нереально больно.

— Ну как ты? — спросила я, когда из-под моих ладоней перестала течь кровь.

— Как будто заново родился, — выдохнул Даниэль, падая на живот. — Давай отложим кровопускание до завтра.

Я потрогала горячий лоб и вздохнула:

— Я думаю, лучше сегодня. Тем более, ты можешь сделать это сам. А я воды пока принесу.

Я, недолго думая, стащила сапоги, срезала кожаные голенища и обработала их очищающим заклинанием.

Сплавить кожу магией в нужных местах идеально ровно не удалось, но бурдюки получились вполне сносными. Дан, с легкой завистью наблюдающий за тем, как я колдую, пожертвовал свои сапоги. Так что теперь у нас было аж четыре емкости для воды.

— А это твое «Опустошение» блокирует только самопроизвольное поступление магической энергии в организм?

— Ты хочешь со мной поделиться? — сразу догадался Дан. — Не знаю, выйдет ли, но давай попробуем.

Делиться я не хотела. Но и оставлять Рейвса одного, без сил и без магии, не хотела тоже. Поэтому подождала, пока Дан перевернется на спину, и прильнула к нему.

Мужчина был горячий, как печка. Магия текла в него достаточно легко, из чего я сделала вывод, что, под воздействием «Опустошения» резерв восполнить, все-таки, можно, пусть и с чужой помощью.

Слив половину от того, что у меня было, я оставила Дану нож, подхватила бурдюки и, перестроив зрение, запрыгнула на дерево, уже привычно зацепившись нитью. Взобралась почти на самую макушку и посмотрела в ту сторону, откуда пришла.

Реки видно не было. Слышно тоже. Тогда я раскинула Сеть и сосредоточилась на мелких огоньках. Животные почти все спали, а вот рыбы в реке двигались. Вода была, можно сказать, рядом.

Обрадовавшись своему открытию, я поскакала по деревьям к реке, уже планируя, как с утра сгоняю туда еще раз и наловлю рыбы на завтрак.

Бурдюки, прицепленные к силовой нити, обмотанной вокруг пояса, не протекали, но добавляли мне веса, поэтому обратный путь я проделала уже не так весело и ловко. Но все равно вернулась довольно быстро.

Истекающий кровью Дан с воткнутым в грудь ножом лежал на траве.

Зрелище, откровенно говоря, было не самое приятное. По телу пробежала предательская дрожь, хоть я и знала, что на самом деле все не так, как выглядит со стороны.

На мое появление мужчина отреагировал сразу: сел и зажег светлячок. Я поморщилась и сморгнула, снимая заклинание ночного зрения.

— Вот тебе вода. Постарайся пить как можно больше.

— Спасибо.

— И вытащи уже нож, хватит, — буркнула я и передернула плечами.

Моя нежная психика отказывалась воспринимать живого и вполне себе функционирующего мужчину с оружием в груди. Чтобы не смотреть на процесс изъятия ножа, я улеглась на траву и спиной к Дану и прикрыла глаза.

— А ты мою кровь с себя смыть не хочешь? — откуда-то издалека донесся до меня голос Рейвса, но я только отрицательно дернула плечом, уплывая в сон.

Глава 31

Разбудили меня звуки, наполнившие просыпающийся лес.

Я потянулась и уперлась ногой в какую-то преграду. Распахнула глаза. Обнаружилось, что я по шею укутана двойным слоем воздухонепроницаемого щита. Видимо, Рейвс позаботился, чтобы не замерзла.

А у меня такой получается с трудом и держится недолго. Даже жаль развеивать.

Даниэль спал неподалеку, в чистой целой одежде и накрытый таким же щитом. Да, мужчине явно без магии приходилось тяжелее, чем мне. Видно же, что Дан постоянно пользуется магией, даже непроизвольно.

Вокруг нас был очерчен защитный контур.

Я поморщилась. Вчера беспечно уснула там же, где и легла, ни на миг не задумавшись о безопасности.

Аккуратно избавившись от своего щита и выскользнув за границу защитного контура, я прихватила опустевшие бурдюки и уже знакомой дорогой, точнее, ее отсутствием, направилась к реке. Там тщательно умылась, старательно вымывая кровь из-под ногтей, и почистила одежду.

Сеть из силовых нитей сильно облегчила мне жизнь, и каких-то полчаса спустя я стала счастливой обладательницей четырех рыбин размером с локоть. Скорее всего, это был лосось, но, если даже нет, я не расстроюсь. Потому что ложные опята в природе встречаются, а вот ложные лососи — нет. Если это не лосось, значит, какая-то другая съедобная рыба. Потому что ядовитые речные рыбы от тех, что я поймала, визуально очень легко отличались.

Когда я вернулась, Дан встретил меня чуть ли не с распростертыми объятиями. Что-то слишком уж сильно он радуется.

— Ты думал, я не вернусь? — прямо спросила я.

Мужчина замялся и отвел взгляд.

— Дурак.

— А зачем тебе со мной возиться? — резонно возразил Рейвс. Судя по его виду, мужчине не сильно полегчало от моих вчерашних попыток поиграть в целителя. — Одна бы ты передвигалась гораздо быстрее.

— И что? — я дернула плечом. — Вместе пойдем. Если ты думаешь, что я от тебя так просто отстану, даже не надейся. Готовь рыбу, а я пойду малину соберу, тут недалеко.

Вообще-то, рыбу я не люблю. Готовить ее, естественно, не умею. Даниэль, как выяснилось, тоже. Когда я вернулась с парой горстей малины в подоле рубахи, мужчина честно дочищал первую половину рыбины.

Вдвоем мы кое-как выпотрошили наш завтрак и запекли его в костре. Без соли должно было быть вообще невкусно, еще и мелкие кости постоянно попадались, но я умяла почти целую рыбу, потому что ничего не ела больше суток. Дан тоже жевал с большим аппетитом. А малина на десерт вообще была бесподобна.

— Ты знаешь, в какую сторону идти? — спросила я, когда с завтраком было покончено.

— Примерно, — кивнул мужчина. — Но лучше бы вдоль реки, по лесу мы далеко не уйдем.

До реки еще нужно было добраться.

Путь по разведанному мной маршруту отнял у нас гораздо больше времени, чем я предполагала. Дану в его состоянии было сложно управляться с силовыми нитями, поэтому мы прорывались сквозь лесную чащу по земле. Если бы не щиты, мы бы давно разодрали всю одежду и конечности.

Когда вышли к реке, передвигаться стало легче, но мы все равно шли очень медленно, делая остановки через каждые пару часов, чтобы отдохнуть и обтереть Дана, у которого был сильный жар. Я повязала мужчине на лоб смоченный в воде подол рубашки, но это тоже не сильно помогло.

В дороге мы питались рыбой, а еще оборвали так удачно встретившуюся на пути дикую яблоню. Чтобы унять резь в желудке, хватило.

Я несколько раз делилась с Даном энергией, ему после этого становилось легче, но сгорало все очень быстро. Я, закусив губу, поддержала предложение Дана не останавливаться на ночь — ему становилось все хуже.

Посреди ночи мы добрались до устья. Река Клифф была более широкой и стремительной и дарила мне надежду на скорое завершение пути. К тому же, мы обнаружили, что действие «Опустошения» прошло, резерв Дана теперь восполнялся без моей помощи, и ему, вроде бы, стало немного лучше. Но выдыхать с облегчением было еще рано. Я постоянно растягивала Сеть и обеспокоенно косилась на своего спутника.

К рассвету мы добрались до заброшенного пограничного пункта, который представлял собой хлипкий мост через реку. Я этому мосту не особо доверяла, но все лучше, чем по воде.

Ровно на середине моста мы уперлись в барьер, и Дан вытянул вперед руку, дав заклинанию возможность считать его ауру и открыть проход.

— А как ты собиралась пересечь границу? — спросил мужчина, когда мы сошли с моста и сделали небольшой привал.

— Четкого плана у меня не было, — призналась я, поджаривая очередную рыбину заклинанием. — Я ведь даже примерно не знала, где находится пункт. Так что сначала, дойдя до Клифф, попробовала бы под водой. Рыбы ведь спокойно плавают по реке от одного берега к другому. А отличие от людей только в размере и ауре. Сделать артефакт, который исказит ауру, для меня не проблема, остается размер. Но я бы рискнула. Если бы не вышло, придумала бы что-нибудь еще.

— Ты сумасшедшая, — вздохнул Дан, устало прикрывая глаза. — Хорошо, что кроме тебя эта безумная идея никому в голову не пришла.

— Или вы просто не выследили того, кто успешно ей пользуется, — фыркнула я. — Конечно, если эта схема вообще рабочая.

— Думаю, проверять не стоит, — выдавил Дан.

— В самом крайнем случае я бы просто начала долбиться в барьер, пока меня бы кто-нибудь не пропустил, — я дернула плечом и активнее заработала челюстями.

Нужно поторопиться. Похоже, самочувствие моего спутника все ухудшается.

Дальше мы шли по хорошо знакомой Дану тропе. Она должна была вывести нас к приграничному городку, откуда Рейвс собирался связаться со своим человеком, чтобы тот организовал нам помощь.

Но до городка мы не дошли.

Когда солнце начало опускаться к горизонту, Дан, которого я последние пару часов практически волокла на себе, рухнул, как подкошенный. Я пыталась его удержать, но не преуспела, и мы оба повалились на землю.

Я выползла из-под придавившего меня тела и принялась тормошить мужчину, даже залепила ему пару пощечин, но никакого эффекта не достигла. Целитель из меня получился еще хуже, чем боевой маг.

От бессилия хотелось выть.

Я с трудом заставила себя успокоиться. Поднялась, кое-как отволокла бесчувственное тело подальше от тропы, начертила защитный контур, от души влив в него силы, и подпрыгнула, цепляясь нитью за дерево.

Я неслась по лесу со всей скоростью, на которую только была способна. Извилистая тропинка мелькала рядом, показывая направление.

Только бы успеть. И не заблудиться.

Тропа вывела меня из леса на широкую дорогу. Город, окруженный каменной стеной, виднелся на горизонте. Солнце нависло над ним огромным раскаленным шаром.

Я бегом припустила по пыльной дороге, надеясь успеть до того, как закроют ворота.

Я в жизни так не бегала, честное слово. Мне кажется, все пешие гонцы мира, если бы узнали о моем марш-броске, обрыдались бы от зависти.

Я успела. Было ощущение, что в процессе немного сожгла легкие, но успела.

— Куда? — поймал меня за ворот рубахи дежуривший на воротах стражник лет сорока. — А пошлину за вход кто платить будет?

— Сколько? — хрипло спросила я, пытаясь отдышаться.

— Медьку.

Я молча вынула из кармана штанов заколдованную монетку, которая маскировала мою ауру, и вложила в протянутую ладонь. На мой взгляд, плата была чрезмерно высокой, но я решила не тратить время на препирательства. Каждая минута на счету.

— Не подскажете, где департамент городской стражи?

— Иди прямо по дороге, в центре у фонтана и будет.

Я кивнула и помчалась вперед, игнорируя боль в боку. И вскоре чуть не угодила под копыта выскочившей из-за поворота лошади.

Всадник попался такой участливый, что изволил поинтересоваться, куда это я так спешу. «Куда несешься, сумасшедшая?» — вот что он сказал, если быть точнее.

— В центр, к фонтану, — рвано дыша, протараторила я. — Не подбросите?

Не ожидавший такой наглости паренек потрясенно разинул рот и я, воспользовавшись этой заминкой, взлетела в седло позади него.

—Ты точно сумасшедшая, — пробормотал всадник, но послушно тронул поводья.

Видимо, решил, что выполнить просьбу и поскорее от меня отделаться будет безопаснее, чем спорить.

Тряска в седле отдавалась болью в и так колющем боку, но я, стиснув зубы, мужественно терпела. Городок, к огромному моему счастью, был совсем небольшим, поэтому на место меня доставили еще до темноты.

Я соскользнула с лошади, отметив, что сильно запачкала щегольский камзол, но не испытала по этому поводу даже малейших угрызений совести. От души поблагодарила доброго юношу и поковыляла к нужному зданию. Спутать департамент городской стражи с чем-то другим было невозможно.

Встретили меня не то, чтобы приветливо. Дежурный меланхолично сообщил, что начальника на месте нет, так как его рабочий день закончился. Предоставлять мне кристалл связи от тоже отказался, но, даже если бы я этот кристалл получила, все равно понятия не имела, с кем связываться.

Дан, паршивец такой, хоть бы один код или имя мне назвал на всякий случай. Но нет, мы же все такие загадочные, в тайной службе работаем. Тьфу!

Я попробовала узнать домашний адрес начальника стражи, но, как нетрудно догадаться, в этом мне тоже отказали. Дежурный, сначала принявший меня за бродяжку-астматика, теперь явно начал думать, что у меня проблемы не только с легкими, но и с головой. В общем, меня пообещали закрыть на пятнадцать суток, если я прямо сейчас не уйду.

И я ушла. Но недалеко — за угол. Накинула на себя невидимость и прошмыгнула вглубь здания.

Творить беззаконие оказалось на удивление просто. Меня даже никто не засек.

Кабинет начальника департамента обнаружился довольно быстро. Не мудрствуя лукаво, я расшатала охранки, грубо вынесла дверь файерболом и вошла внутрь под аккомпанемент заходящегося визгом сигнального заклинания.

К тому времени, когда в коридоре столпились работники департамента, я с удобством устроилась в кресле их начальства и с самым независимым видом изучала одну из бумаг, лежавших на столе.

Вставленный на место двери щит пока держался, но уже начинал дрожать. Подгадав момент, я его развеяла.

Брошенное одним из стражников заклинание, не встретив преграды, пролетело через весь кабинет и вылетело на улицу вместе с оконной рамой.

— Если меня сейчас же не проводят к тому, кто здесь главный, я к демонам разнесу это здание, — громко и уверенно произнесла я, окинув ввалившихся в кабинет мужчин ледяным взглядом.

Сначала я хотела сказать, что к демонам разнесу город, но, все-таки, решила, что могу перегнуть. Поэтому сказала про здание.

Это был самый отчаянный блеф в моей жизни.

И, как ни странно, он сработал. Меня даже не попытались убить. Ни разу. Просто сообщили, что сейчас приведут того, кого я хочу видеть. Видимо, сошедшая с лица краснота и выровнявшееся дыхание прибавили мне убедительности.

Пара мужчин бросилась в коридор, остальные застыли в нерешительности, потом тоже начали двигаться в сторону дверного проема, искоса на меня поглядывая. Только какая-то чересчур любознательная девушка, похоже, не собиралась никуда уходить. Видимо, молодая еще, террористами непуганая.

— Чего стоим? — прикрикнула я. — Воды мне принеси!

Когда кабинет опустел, я поняла, что с водой это я хорошо придумала. Пить хотелось ужасно. Голод пока не мучил, но это я еще от своего марафона не отошла.

Когда в оккупированный мной кабинет вошло несколько мужчин, я сидела в кресле и допивала последний стакан воды из графина. Я проверила: вроде, ничего лишнего в воду не добавили. А если и добавили, то я совсем скоро об этом узнаю. Оптимистично.

Я хотела было подняться, но поняла, что ноги меня не слушаются и, не забывая сохранять независимый вид, осталась сидеть.

Глава 32

Одним из вошедших был работник департамента, его я уже видела, а вот два оставшихся мужчины были мне незнакомы. Хотя, если быть точнее, один из них. Скорее всего, это и был хозяин кабинета.

Второй был очень похож на Аррона. И, встреться мы с мужчиной в другой ситуации, я бы уносила от него ноги со всей прытью, на которую способна. Потому что острый взгляд стальных глаз не предвещал мне ничего хорошего, и от него леденели внутренности. Но Даниэля нужно было спасать, и я, прочистив сжатое спазмом горло, смело открыла рот.

— Лир Алистер? — разрушая звенящую тишину, спросила я и тут же продолжила. — Меня зовут Эбигейл, лира Моргалис.

Стальной взгляд потеплел на пару градусов. Я посчитала это хорошим знаком и продолжила, пока мужчина не начал задавать вопросы.

— Дело в том, что Даниэль Рейвс... настоящий Даниэль Рейвс, — с нажимом уточнила я, заметив, как дернулись мужские губы в попытке что-то сказать, — сейчас находится в лесу, и ему срочно требуется помощь целителей. Дан сказал, его отравили «Последним вдохом». Поэтому давайте поторопимся, дорогу я покажу.

Надо отдать должное родственнику Аррона, действовал он быстро и четко. Не было никаких расспросов и уточнений или попыток проверить мои слова. Он отрывисто приказал найти целителя и отправить его за нами по маячку, а меня выдернул из-за стола и поволок на улицу. Я не сопротивлялась, послушно следуя за Алистером на деревянных ногах. Чувствую, этот забег мне еще аукнется.

Мужчина стремительно взлетел в седло, рывком вздернул меня следом, устраивая впереди себя, и пришпорил коня.

— Ты же понимаешь, что, если ты меня обманула, я тебя убью? — буднично поинтересовался блондин.

Вот так стараешься-стараешься, рискуешь легкими и ногами, а тебе потом «убью, если обманула». Невежливо, однако. Но я не злилась: лошадь неслась во весь опор, и сейчас это было единственное, что меня волновало.

— А как тебя зовут? — невпопад спросила я.

— Адриан.

— Приятно познакомиться, Адриан.

Я боялась, что в лесу придется перестраиваться на ночное зрение и идти пешком, но, как выяснилось, у Адриана был артефакт для лошади. Продуманный тип.

Чем ближе мы подъезжали к месту, где я оставила Даниэля, тем больше меня трясло. Ауру Дана я смогла различить только сейчас. Она едва заметно мерцала на Сети. Шансы его спасти были, но я все равно боялась, что целитель может не успеть.

— Здесь, — наконец, сообщила я.

Блондин спрыгнул с лошади. Я сползла следом, не дожидаясь помощи, и рванула к Дану, с треском ломая кусты. Развеяла защитный контур и плюхнулась на колени рядом с бессознательным мужчиной.

Он все еще был горячим. Наверное, это хороший знак — раз еще не остывает, значит, организм борется.

Я схватила широкое запястье. Пульс был очень слабый.

— Отойди, — приказал Адриан.

Он забросил руку Дана себе на плечо и оторвал его от земли. Потом загрузил его на лошадь, примотал к седлу силовыми нитями и, взяв поводья, направился к выходу из леса. Там, где тропинка позволяла, я шла рядом с Рейвсом и шептала ему всякие подбадривающие глупости.

— Дан, — тихонечко звала я, легонько поглаживая мужскую кисть. — Скоро целитель приедет. Ты только держись.

— Если я выживу… — вдруг едва различимо пробормотал мужчина, не размыкая глаз. — Выйдешь… за меня замуж?

Демоны, да он неисправим!

— Когда выживешь, мы вернемся к этому разговору, — прошипела я, сжимая мужскую ладонь.

С целителем мы встретились практически на выходе из леса. Там же сгрузили Даниэля на землю.

Седой мужчина насильно что-то влил Рейвсу в рот, потом принялся колдовать. Я напряженно следила за целительскими руками и искорками силы, сплетающимися в заклинание. В какой-то момент я начала видеть маленькие черные точки, путешествующие по телу Дана вместе с кровью. Целитель удовлетворенно кивнул и принялся перемещать их, концентрируя в одном месте. Потом сделал на груди Даниэля надрез, и собранные вместе крупицы отправились наружу вместе с кровью.

— Угрозы для жизни нет, — наконец, услышала я. — Я его усыпил, нужно, чтобы организм пришел в норму. Думаю, к утру будет как новенький.

Я облегченно выдохнула, легла на траву и уставилась в ночное небо. Яркие звезды величественно и безмолвно смотрели на меня свысока, завораживая своей красотой. В голове было пусто и звонко.

Зато тело наливалось свинцовой тяжестью.

— Простудишься, — откуда-то издалека произнес Адриан и протянул мне руку.

Я нехотя уцепилась за широкую ладонь и села, потом героически поднялась на ноги. Хотя, будем честны, это больше была заслуга тянувшего меня мужчины, чем моя.

В город мы возвращались медленно. Потому что лошадей было всего две, а нас четверо. Нагружать животных двойным весом необходимости не было, поэтому Адриан и целитель шли пешком. Я, из уважения к почтенному возрасту нашего лекаря, пыталась было вякнуть, что прекрасно доберусь на своих двоих, но мне никто не поверил. Целитель еще и вручил баночку с мазью «на всякий случай» и строго-настрого наказал принять горячую ванну, чтобы расслабить мышцы.

По дороге Адриан меня больше ни о чем не спрашивал, и я была ему за это очень благодарна. Возможно, причиной тому было присутствие постороннего человека, а вовсе не великодушие мужчины, но меня это не сильно заботило. Я просто радовалась, что могу направить все свои силы на то, чтобы удержаться в седле.

Устроились мы на постоялом дворе, где остановился Адриан. Я с большим трудом заставила себя выполнить все рекомендации целителя и тщательно помыться и завалилась спать прямо в халате, оставив грязную одежду горкой валяться у кровати. Водные процедуры отняли у меня последние силы.

Всякий случай наступил через несколько часов после того, как я уснула: правую икру свело судорогой. Я, едва не воя от боли и шипя сквозь зубы ругательства, кое-как доползла до столика, на котором оставила спасительную баночку, и щедро нанесла мазь на скованную мышцу.

Не знаю, из чего была приготовлена мазь, но, даже если из крови девственницы, я бы воспользовалась ей снова — ногу немного покололо и отпустило почти сразу.

Я опять провалилась в сон практически моментально и так же быстро проснулась — свело мышцу бедра. На этот раз я предусмотрительно намазала обе ноги заранее.

Как выяснилось чуть позже, я забыла про ягодицы.

И про мышцы, расположенные на тазе и тоже отвечающие за движение ног.

Демоны! Я уже поняла, что нужно было лучше учить анатомию, можно мне теперь поспать?

В следующий раз меня разбудил стук в дверь. Кое-как продрав глаза, я сползла с кровати и, на ходу поправляя перекрутившийся халат, поплелась открывать.

В комнату ввалилась молодая девушка с кучей бумажных свертков и пакетов и даже парой картонных коробок.

— Это вам от лира Рейвса, — протараторила она. — Меня просили передать, что он и лир Алистер ждут вас к обеду.

Подарки от Дана? Значит, он уже пришел в себя?

Сон как рукой сняло.

— Когда обед? — спросила я, осознав, что просто зверски хочу есть.

— Через час будут подавать, — огорошила меня служанка.

Я изумленно обернулась к окну. Действительно, солнце уже в зените.

— Спасибо, передайте, что я буду.

— Позвольте, я это уничтожу, — девушка указала на мою одежду и то, что осталось от сапог. — Вам ведь есть, во что переодеться.

Я залилась краской. При свете дня мое одеяние выглядело еще плачевнее, чем я запомнила вчера. Действительно, надо бы его убрать. А то лежит тут, пол пачкает.

— Спасибо, я… сама, — наконец, сказала я.

Потому что сейчас мне было немного неприятно на свои вещи даже смотреть. А я ведь это носила.

— Ну что вы, как можно? — возмутилась девушка и решительным шагом прошла в комнату, накрыла сваленную кучкой одежду какой-то тряпкой, ловко скрутила все в узелок и удалилась.

Я застелила кровать и принялась за водные процедуры. Облив себя холодной водой, чтобы окончательно взбодриться, я вернулась в комнату, выпила полграфина воды, слопала пару фруктов из вазочки на столе и взялась за свертки.

Дан купил мне пару платьев, несколько рубашек, костюм для верховой езды, сапоги, мягкие кожаные туфли, чулки и нижнее белье. К счастью, самое обычное, но я все равно испытывала ужасную неловкость, когда его надевала. И ведь Дан угадал, угадал с размерами! Вот как?

Решив сильно над этим не задумываться, я облачилась в скромное, но элегантное платье, надеясь, что юбка в пол хоть немного скроет мою походку калеки: тело ощущалось тяжелым и двигалось очень неохотно.

Туфли были очень удобными и тоже подошли идеально.

Дольше всего я провозилась с волосами, разбирая колтуны. Кошмар какой! А ведь я постоянно собирала их в пучок, чтобы не путались.

Наконец, хорошенько прочесав шевелюру, я выдохнула и решила оставить локоны свободно спадать по спине. И так уже с ними намучилась. К тому же, желудок непрозрачно намекал, что пора бы уже его наполнить.

Я взглянула в висящее над столом зеркало и передернула плечами. Да, платье было мне к лицу, но я чувствовала себя неловко. Раньше мужчины не покупали мне одежду. А мы с Рейвсом, к тому же, были не настолько близки, чтобы он делал мне такие подарки.

Пожалуй, если бы я не была так голодна, я бы терзала себя сомнениями гораздо дольше, но сейчас решила отложить моральные дилеммы до лучших времен. В конце концов, мне ведь действительно не в чем ходить!

Когда я спустилась в общий зал, меня уже ждали.

Адриан приветственно мне улыбнулся дежурной улыбкой Аррона. Абсолютно живой и здоровый Дан поднялся, поцеловал мне руку и отодвинул стул.

Сейчас, умытый, гладко выбритый и в чистой одежде, Даниэль стал еще сильнее похож на своего двойника, я даже с шага сбилась, наблюдая за вежливыми жестами, которые уже видела. Но, к счастью, от лже-Рейвса Дан легко отличался. Я не могла внятно объяснить, чем, просто так чувствовала. А объяснять все же пришлось.

Потому что оба мужчины прямо-таки жаждали подробностей. Спасибо, им хоть хватило терпения дождаться, пока я утолю голод. Потом мы даже выпили какое-то легкое вино за всю такую прекрасную меня, которая и Даниэля спасла от верной смерти, и обманщика вычислила с первого взгляда. А, кстати, как вычислила?

И понеслось. Мне под видом обеда устроили самый настоящий перекрестный допрос. Я, в меру своих возможностей, отвечала, так как понимала, что интересуются мужчины не из праздного любопытства и что каждая мелочь может стать зацепкой. Но они все равно меня утомили.

— Ладно, предлагаю закончить, — наконец, сжалился Алистер и поднялся. — Спасибо за информацию, Эбигейл. Отдыхай, набирайся сил. Завтра выезжаем в Вейст.

Вейст — небольшой городок в Истолии недалеко от столицы. Получается, штаб Тайной службы расположен там, а не в главном городе страны?

— Отлично выглядишь, — сделал комплимент оставшийся за столом Дан. — Хоть на человека стала похожа.

— Дан, я… — аккуратно подбирая слова, начала я, но меня бессовестно перебили.

— Да брось, — мужчина как-то сразу понял, что я хотела сказать. — Ты ведь действительно меня спасла. А я просто стараюсь сделать твою жизнь чуточку легче. Не надо воспринимать мою помощь как попытку перейти личные границы. Это просто одежда. Хорошо?

— Спасибо, — выдохнула я.

— Это тебе спасибо, Эбигейл, — возразил Дан, тряхнув заплетенными в косички волосами. — Я в неоплатном долгу перед тобой. Кстати, — встрепенулся он, озорно сверкнув глазами. — Ты подумала над моим предложением? Времени было достаточно.

Глава 33

— Ты же это все несерьезно? — скованно улыбнулась я. — Я подумала, что ты бредишь.

— Я не отказываюсь от своих слов, — серьезно сказал Дан, глядя мне в глаза. — Ты потрясающая девушка. Храбрая, самоотверженная. И очень красивая. И, если бы твое большое и доброе сердце не было занято, я бы, все-таки, настоял, чтобы ты подумала. А оно занято, моя дорогая. Иначе ты бы смотрела на меня совсе-е-ем по-другому. Я прав?

Я кивнула.

— О, десерт! — опять переключился Дан и подвинул мне вазочку с мороженым. — Ты ешь, ешь. А потом я тебе местные достопримечательности покажу. Или хочешь просто остаться в комнате и отдохнуть?

— Если мы не будем ходить ногами, можешь показывать мне что угодно, — сообщила я, блаженно облизывая десертную ложку.

Кажется, в последний раз я ела мороженое еще в прошлой жизни.

Осматривать достопримечательности мы отправились со всеми возможными удобствами — Дан арендовал двухместный открытый экипаж. Я сидела, откинувшись на спинку кресла, и смотрела вперед, изредка лениво поворачивая голову в разные стороны.

Рейвс развлекал меня, выступая в роли экскурсовода и шута одновременно, что, впрочем, не мешало ему править повозкой.

Мы еще раз посмотрели городской фонтан — в лучах солнца он выглядел совсем не так, как в вечерних сумерках: водные брызги рождали небольшую радугу. Потом мне показали сцену для выступлений на праздниках, ярмарку и даже могилу основателя города. К ней пришлось пройтись пешком, но я не возражала.

А к вечеру Дан привез меня на холм, смотреть на закат. Достал из-под сиденья корзинку с фруктами и накрыл пледом мои плечи. Я вспомнила двойника Дана, у которого тоже все было продумано до мелочей, и покачала головой. Даже это учел.

С Даниэлем было очень легко. Я не испытывала неловкости, которая часто возникает при общении с малознакомыми людьми. Да, мы почти двое суток путешествовали вместе, но оба были не в том состоянии, чтобы развлекать друг друга разговорами на отвлеченные темы.

А сейчас становилось ясно, что Дан отличный собеседник. Да и помолчать с ним тоже было о чем. Мы просто сидели и смотрели на большой красный диск, скатывающийся за линию горизонта. После нескольких дней сумасшедшей гонки мне было легко и спокойно.

Почти.

Потому что я беспокоилась за Аррона. Раньше не до этого было — самой бы выжить, а теперь… Я прекрасно понимала, что лже-Рейвс не дурак и наверняка догадался, что, раз подвески у меня нет, значит, она осталась у Алистера.

Да, Аррон прекрасный воин. Да, у него всегда есть пути отступления и запасной план на случай неудачи, но он считает того человека своим другом и доверяет ему безоговорочно. А от двойника можно ожидать чего угодно. Как мне уже не посчастливилось убедитьсяв том, что злоумышленник запросто пойдет на убийство, чтобы добраться до артефакта.

— Дан, — я, все-таки, решилась нарушить наше уютное молчание. — А как Аррон с тобой связался? Ну, когда попросил приехать.

— По кристаллу, — откликнулся мужчина. — У него есть личный на случай непредвиденных ситуаций.

— И сейчас он знает, что Рейвс, который за мной приехал, ненастоящий?

— Конечно. Адриан Аррону еще в ту ночь, когда нас привезли в город, все сообщил. Думаю, Аррон и сам догадался еще раньше. Хотя я не уверен: мы не общались после того, как на меня напали и украли мой кристалл вместе с вещами.

— Ясно, — выдохнула я.

Значит, все в порядке.

— Не переживай, Аррон уже закончил с делами и едет в Вейст, — Дан ободряюще сжал мое плечо и со смешком добавил. — Знала бы ты, что он устроил, когда мой двойник не вышел на связь. Всех на уши поставил. Адриану даже пришлось лично ехать на границу искать нас.

Так вот, почему Адриан здесь. А я еще подумала, как это мы с ним так удачно столкнулись.

Я блаженно улыбнулась. То, что Аррон за меня волновался, приятно грело душу.

Мой телохранитель приехал гораздо быстрее, чем я рассчитывала. Вечером того же дня, что и мы. Я почти всю дорогу отсыпалась или просто блаженно валялась в телеге с сеном, лишь изредка, когда на пути попадалось слишком много колдобин и ухабов, пересаживаясь в седло, чтобы размяться.

По приезде мне выделили комнату в достаточно большом доме. Впрочем, сейчас здесь почти не было людей.

Снаружи строение не выглядело богато, даже штукатурка в некоторых местах обвалилась, зато внутри все было новое и сияло чистой. Никаких изысков вроде позолоченных ручек или мраморных перил в интерьере не присутствовало, но мебель явно была высокого качества.

Дом располагался на окраине, вокруг него был разбит небольшой сад, обнесенный высоким кованым забором и живой изгородью. Сад тоже был как будто слегка запущен, однако ни одного увядшего растения я в нем не встретила. Не то, чтобы я успела внимательно осмотреться, пока мы расседлывали лошадей и шли к дому по обычной гравиевой дорожке, но что-то мне подсказывало, что вся эта заброшенность напускная. Чтобы не привлекать лишнего внимания.

Я, Дан и Адриан сидели в гостиной и пили чай. На столе стояла ваза с фруктами и закуски, но на них никто особого внимания не обращал. Мы опять обсуждали ситуацию с двойником.

— Я вот никак не могу понять, — проговорила я, глядя в свою чашку. — Почему я при виде лже-Рейвса сразу почувствовала неладное, хотя увидела его в первый раз, а Аррон, который знает Дана очень давно, даже не насторожился?

Я обвела присутствующих задумчивым взглядом и поднесла чашу ко рту.

— Возможно, дело в артефакте, который он использовал, чтобы надеть личину Даниэля, — раздался от двери голос Аррона. — Скорее всего, наш двойник использовал магию крови.

Я от неожиданности поперхнулась чаем и делала все возможное, чтобы он не вылился через нос. Это немного нарушило мои намерения вскочить и повиснуть у своего телохранителя на шее.

Дан отобрал мою кружку, чтобы я в добавок не облилась, похлопал по спине и заботливо заправил мне за ухо упавшую на лоб прядь волос.

Когда я, наконец, смогла нормально вздохнуть, Аррон уже успел обменяться рукопожатиями с братом и обняться с другом, и повернулся в мою сторону.

— Здравствуй, Аррон, — прохрипела я и шмыгнула носом, не сумев сдержать заползшей на лицо счастливой улыбки.

— Здравствуй, Эби, — ответил мужчина и церемонно поцеловал мое запястье.

Я выпала в осадок. Он раньше никогда так не делал.

— Теоретически, чтобы достичь максимального сходства, можно было использовать кровь Дана, такая возможность была, — подхватила я мысль про магию крови. — Но поверил-то именно Аррон. Значит, артефакт должен был быть завязан на его кровь?

— Не обязательно. Подойдет и кровь близкого родственника, — сообщил Аррон, присаживаясь на диван между мной и Рейвсом. — Я кстати выяснил, есть возможность смешения крови нескольких носителей для зарядки одного артефакта.

Я присвистнула. Это же такие возможности. И таких дел можно наворотить.

— Если это так, — медленно сказал Адриан, — значит, у злоумышленника был доступ к чертежам лира Моргалиса. Аррон, покажешь мне данные по его контактам.

Я хотела спросить у Аррона, какую еще информацию удалось добыть, но его брат не слишком изящно выставил меня из гостиной под предлогом того, что я устала и мне уже пора спать.

Я со вздохом подчинилась, поймав на себе слегка удивленный взгляд Аррона. Ну да, не спорить, когда это бессмысленно, я тоже умею. Неожиданно, правда?

Если с Даном у нас сложились теплые приятельские отношения, то с Адрианом все было сложно. Он меня к себе не подпускал, несмотря на то, что повода не доверять мне не было. Старший Алистер вообще казался мне очень холодным и закрытым человеком, но, возможно, это издержки профессии. Наверное, в кругу близких людей он не такая бесстрастная ледяная глыба.

Подслушать не получилось.

Потому что Адриан сразу окутал комнату звуконепроницаемым щитом. Откуда только понял, что я собираюсь делать? Ведь знает меня всего ничего, а уже так хорошо изучил. Я сердито цокнула языком и пошла к себе в комнату.

Еще раз приняла ванну, закуталась в халат и уселась на кровать. Уже стемнело, но спать мне не хотелось: в крови все еще бурлила радость от встречи с Арроном.

Однако я не представляла, чем себя занять. Мерила шагами комнату и периодически выглядывала в коридор. Не знаю, зачем. Звукоизоляция в доме была хорошей, и шаги из того конца коридора, где располагалась гостиная, были не слышны.

Все-таки, Адриан — ледышка. Дал бы брату отдохнуть с дороги. Ясно ведь, что Аррон торопился. Никто из нас не ожидал так скоро его увидеть. Я прикусила губу, вспоминая отросшую щетину на впалых от усталости щеках, и мотнула головой, отходя от шкафа, куда сложила свои немногочисленные наряды.

Наверное, пробираться ночью к Аррону в комнату — плохая идея. Он ведь устал, наверняка почти не спал и не останавливался. Пусть отдыхает.

Я снова улеглась на кровать и уставилась в потолок.

Ну и что, что он устал? Я, вообще-то, соскучилась.

Идти или не идти?

В дверь тихо постучали. Я тут же подскочила и помчалась открывать. Если это не Аррон, я его убью. И Аррона, и того, кто пришел. Но это был он.

Глава 34

— Аррон, — взвизгнула я и, все-таки, повисла у телохранителя на шее, не дожидаясь, пока он войдет.

Сильные руки подхватили меня и крепко сжали. Какое-то время мы так и стояли на пороге, потом я нехотя расцепила руки и отошла. Некстати вспомнилось, что под халатом у меня ничего нет, и я почувствовала себя ужасно неловко.

— Я тут тебе принес кое-что, — Аррон протянул мне кристалл. — Естественно, это далеко не все данные по артефактам, завязанным на магию крови, но информация закрытая. Большая удача, что мне вообще позволили что-то скопировать.

— Как это Адриан разрешил тебе разбрасываться такой важной информацией? — съехидничала я, пряча кристалл в ящик стола. Потом посмотрю.

— Мне удалось убедить брата, что ты отличный специалист в этой области и сможешь пролить свет на многие вопросы.

— Спасибо за доверие, — фыркнула я.

— Не сердись на Адриана, — неожиданно сказал мужчина. — У моего брата сложный характер, но, поверь, он ценит то, что ты сделала для нас. Дан — не просто ценный кадр, он наш близкий друг, можно сказать, член семьи.

— Я не сержусь, — вздохнула я. — Просто… думаю, нам обоим нужно время, чтобы друг к другу привыкнуть, если уж вы решили посветить меня в свои тайны.

— У меня есть для тебя еще кое-что, — как-то странно сказал Аррон.

Если бы этот мужчина умел смущаться, я бы подумала, что сейчас он делает именно это.

— Это что? — подозрительно спросила я, глядя на вынутый из кармана мужских штанов и увеличивающийся прямо у меня на глазах сверток.

Я осторожно приняла подношение и отвернулась вместе с ним к столу. Руки почему-то подрагивали. Хотя, с чего бы мне волноваться?

Узелок никак не хотел развязываться. В итоге я плюнула и разрезала ленточку магией. Внутри было кружево. Точнее, кружевное нижнее белье. Очень красивое и изящное, тонкой работы. Я почувствовала, как лицо заливает краска.

— Это вместо того, что ты отдала русалке, — подал голос Аррон.

— Спасибо, — выдохнула я, все еще не зная, как реагировать. — Мне очень нравится.

— Я рад, — сказал мужчина у меня за спиной. — Хотя, тебе, наверное, и так есть, что носить.

Прозвучало немного напряженно. Ну да, Дан тоже подарил мне одежду, но это же совсем другое… для меня, по крайней мере.

— Мне правда очень нравится, — повторила я и, все-таки, повернулась, встречаясь с мужским взглядом.

Лицо Аррона было, как всегда, бесстрастно, но в глазах бушевал целый вихрь скрытых эмоций. Я их читала и не знала, верить или нет. Сердце провалилось куда-то в желудок и застучало там часто-часто.

— Ты что… — я откашлялась, нервно облизала пересохшие губы и продолжила совсем тихо, — ты ревнуешь, что ли?

Аррон не ответил, но я поняла, что угадала.

— Зря, — я несмело положила ладонь на колючую щеку и погладила ее большим пальцем. — Разве непонятно, что мне никто, кроме тебя не нужен?

— Мне, кроме тебя, тоже, — выдохнул мужчина и прижал меня к себе. — Моя маленькая принцесса.

Широкая ладонь перебирала мои волосы, горячее дыхание щекотало макушку, посылая по телу толпы мурашек. Я запрокинула голову, и Аррон тут же поймал ртом мои губы. Я всхлипнула, зарываясь пальцами в мягкие волосы и отвечая на поцелуй

Мне очень не хватало Аррона все это время. И сейчас я чувствовала себя так, будто часть меня вернулась обратно. Сердце сжималось от щемящей нежности.

Постепенно наши руки становились смелее, губы — напористее. Одежда ворохом упала на пол, я оказалась на кровати, накрытая только горячим мужским телом. От прикосновений широких шершавых ладоней по коже бежали мурашки, следом за ними — огненная лава.

Я плавилась, выгибалась навстречу Аррону и абсолютно растворялась в нем. Его движения, то плавные и размеренные, то резкие и глубокие, сводили меня с ума. Я выкрикивала его имя и двигалась навстречу, продолжая слияние душ. В какой-то момент напряжение достигло пика, и я разлетелась на тысячи осколков.

Когда живот слегка кольнуло холодом, я вздрогнула и обнаружила, что, оказывается, никуда я не разлетелась. Лежу вполне себе целая на рельефной груди Аррона.

— Вообще, это надо было сделать до, а не после, но я слегка увлекся, — извиняющимся тоном произнес Алистер и огладил ладонью мой живот, растирая в пыль уже и так истончившийся рисунок заклинания.

Ладно, ему простительно. Я-то вообще забыла обо всем на свете.

***

— Аррон, вставай, я принесла тебе завтрак, — жизнерадостно оповестила я и бухнула поднос с едой на прикроватный столик.

— Э-эби, — протянул мужчина, вытягиваясь на кровати во весь рост.

Одеяло сползло, и мой взгляд тут же прилип к идеально слепленному телу. Какая красота!

— Что ты говоришь? — я отвлеклась от созерцания и подняла глаза выше.

— Говорю, я не спал две ночи подряд. Потом поспал три часа и снова не спал целый день.

— Вообще-то, ты продрых больше суток, — я окончательно стащила с мужчины одеяло и уселась на кровать. — Я и так терпела, сколько могла.

— Так хотела повторить вчерашнюю… кх-м, позавчерашнюю ночь? — мужчина схватил меня за запястье и дернул на себя.

Я послушно распласталась на нем и потерлась носом о колючую щеку. Свободная рука Аррона принялась задирать мою рубашку. Под которой было подаренное им белье.

Поздний завтрак пришлось отложить на неопределенное время, отчего он превратился в обед.

— Пока ты спал, я изучила информацию, которую тебе удалось достать, и мы с ребятами решили подойти к поиску злоумышленников с другого конца. Ну, то есть от артефакта.

— Вы с ребятами? — оторвался от еды Аррон.

— Э-э, мы с Даном решили, — исправилась я, — а потом он уговорил Адриана. Так что мне нужна подвеска, где она?

— То есть, на самом деле ты меня разбудила из-за какого-то там артефакта? — делано возмутился мужчина.

— Артефакт — это второстепенная и, как будто, уважительная причина, — не согласилась я и стащила с подноса кусочек пирога. — Кстати, когда ты узнал, что я его тебе подбросила?

— Сразу, — потупившись, признался Аррон. — Просто ты так старалась, что я решил не мешать.

— Ты воспользовался ситуацией! — вскричала я, возмущенно ткнув мужчину в грудь.

— Я был неправ, — вдруг серьезно сказал он, поймав мою ладонь. — Если бы не ты, они бы получили то, что хотели. Но это не главное. Я бы не простил себе, если бы с тобой что-то случилось, Эби. Ты лучшее, что есть в моей жизни.

Мужские губы прикоснулись к тыльной стороне запястья, потом двинулись выше, а я опять оказалась на груди Аррона.

— Не буду скрывать, я представляла себе ситуацию с извинениями, — пробормотала я Аррону в шею и поерзала, устраиваясь на мужских коленях, — но даже подумать не могла, что это будет насто-о-олько приятно.

Аррон с готовностью подхватил меня под бедра, перемещая еще ближе к себе.

— Эй, такими темпами завтрак рискует плавно перейти в ужин, — возмутилась я.

— Ты против? — широкая ладонь огладила мое бедро.

— Еще чего! — я негодующе фыркнула и куснула так удобно расположенную шею.

Пирог доедал пришедший навестить друга Даниэль. Ну, это фактически. Из его слов выходило, что Рейвс пришел спасать Аррона чуть ли не из рабства.

***

— Преступник состоит на службе в Тайной канцелярии и, скорее всего, это довольно влиятельная фигура, — мрачно сообщил Адриан, стоило нам рассесться по креслам в гостиной.

Возможно, доказательства обнаружились только сейчас, но, откровенно говоря, такой вывод напрашивался с самого начала. Поэтому я едва удержалась от того, чтобы фыркнуть.

— Эбигейл, — заметил мою пантомиму старший Алистер и прожег меня испепеляющим взглядом. — Нам нужно, чтобы ты как можно скорее выяснила, что из себя представляет подвеска.

Между строк читалось: «Эби, займись делом, а не тем, чем ты сегодня весь день занималась». Я кивнула и опустила глаза, изобразив легкое смущение. На самом деле за наш с Арроном секс-марафон стыдно мне не было ни на грамм, но правила приличия не позволяли открыто об этом заявлять.

А вот Аррон бросил на брата предостерегающий взгляд. Тот сделал вид, что ничего не заметил и перешел к следующему вопросу.

— Готов выслушать ваши предложения относительно выявления злоумышленника.

— Или злоумышленников, — вставил Рейвс, за что тоже удостоился недовольного взгляда.

Повисла давящая тишина. Мужчины почему-то молчали. Хотя их, конечно, можно понять: столько лет бок о бок проработать с предателем, да еще не где-нибудь, а в составе Тайной службы страны.

Я, конечно, понимала, что по большому счету я тут просто путаюсь под ногами и внутренние дела государства — это не моя стезя, так что никаких предложений от меня никто не ждет, но молчать, естественно, не собиралась.

Аррон, который успел узнать меня, как облупленную, предостерегающе сжал мое плечо. Я, как и Адриан, сделала вид, что ничего не заметила.

— Предлагаю провокацию, — оптимистично заявила я, решив опустить предложение по поводу тщательной проверки всех сотрудников. До этого уже наверняка додумались и без меня.

Три взгляда обратились ко мне.

— Просто предъявите сотрудникам Аррона. Тот, кому надо, поймет, что артефакт где-то рядом, и начнется охота.

— В этом случае нам всем нужно будет вести себя предельно осторожно и быть готовыми к нападению в любой момент. И убрать подальше Эби, — своеобразно поддержал меня Дан.

Я вздохнула. На самом деле, идея мне категорически не нравилась, потому что в первую очередь под удар попадал Аррон.

— Эби мы уберем подальше в любом случае, — поддакнул мой мужчина.

— А ничего, что Эби, вообще-то, всеми силами помогает расследованию? — возмутилась я.

— Будешь помогать дистанционно, — отрезал Адриан. — Нечего тебе туда соваться.

— Ну я же не предлагаю продемонстрировать всем живую и невредимую меня и ловить того, кто больше всех удивится, — недовольно буркнула я.

— А что, по-моему, отличная идея. Быстро и эффективно, — хохотнул Дан, за что тут же схлопотал подзатыльник от Аррона.

— А теперь серьезно, — поморщился Адриан. — Я считаю, провокация с артефактом должна сработать. Нужно еще сделать копию подвески. Эби, займись. А мы пока обсудим детали.

Глава 35

«Тоже мне, нашли ювелира», — бурчала я, спускаясь в подвал, где специально для меня Адриан распорядился обустроить лабораторию. Утром прошлого дня я составила список всего необходимого, и уже к вечеру нужные ингредиенты и оборудование были доставлены, а к сегодняшнему утру лаборатория была уже полностью готова для работы. Я уже успела там все посмотреть и расставить реактивы в удобном мне порядке.

И вот теперь, положив в чашу весов папин артефакт, придирчиво его изучала. Вес чуть больше, чем положено, скорее всего, это обусловлено вложенной в него функцией. Или данными. Я все же надеялась, что кристалл сам по себе артефактом не является, лишь содержит некую информацию. Но чутье говорило об обратном.

Найти подходящий по весу и размерам камень и огранить его труда не составило. Когда есть образец, остается лишь применить нужное заклинание.

С оправой, «скопированной» тем же способом, проблем тоже не возникло.

Да, чаще артефакторы работают в паре с мастерами-ювелирами. Первые производят расчеты, исходя из которых выводятся размеры и приблизительный дизайн будущего артефакта, вторые воплощают идею в жизнь. И уже потом артефакторы вплетают в изделие нужные заклинания.

Но нас все равно учат азам ювелирного дела, чтобы, в случае чего, мы могли проделать всю работу самостоятельно. Выходит, конечно, не так красиво, но эффективность остается прежней.

Над магическим фоном копии пришлось потрудиться, так как я понятия не имела, что представляло собой папино изобретение, а разбираться пришлось бы еще дольше, чем «наживлять» на кристаллическую решетку плетение с похожими колебаниями магического фона.

Я заправила за ухо выбившуюся из пучка прядь волос и полюбовалась на дело рук своих. Вышло вполне сносно. Даже мне на первый взгляд было сложно отличить оригинал от подделки. Если наши злоумышленники — не профессионалы, они и подавно не заметят подмены.

Я довольно улыбнулась и убрала обе подвески в ящик стола. С предназначением артефакта разберусь позже. Сначала необходимо озаботиться еще одним важным делом.

Я достала чистый лист бумаги и карандаш и принялась за расчеты. Придумывать форму на ходу, опираясь на имеющиеся в лаборатории ингредиенты, оказалось не так уж и просто, но время поджимало, поэтому я отмела ненужные мысли и с головой ушла в работу.

Я так увлеклась созданием артефакта, что почувствовала изучающий взгляд только когда разогнула затекшую спину. На пару мгновений отвлеклась от работы, потом поняла, что скользящий по мне взгляд принадлежит тому, ради кого все затевалось, и снова склонилась над столом, возвращая внимание к почти готовому перстню. Осталось влить в черный агат расчетную формулу и закрепить кровью создателя.

Вышло на удивление легко.

Камень на миг полыхнул, впитывая алую каплю из проколотого пальца, а потом след исчез, словно его и не было.

Я никогда такого раньше не делала и сейчас опиралась лишь на полученную от Аррона информацию, но надеялась, что у меня все получится и магия крови окажет дополнительную защиту, если понадобится. Еще больше я, конечно, надеялась, что не понадобится. Но лучше перестраховаться.

— Давно ты там стоишь? — я выпрямилась и повернула голову ко входу в лабораторию.

— Не знаю, — Аррон оторвался от дверного косяка и подошел к моему рабочему месту. — Наверное, давно. Шел позвать тебя на ужин, но ты была так увлечена, что я решил не мешать.

Он остановился у меня за спиной. Широкие ладони легли на мои плечи и легонько сжали, массируя уставшие мышцы.

— У тебя, наверное, стальное терпение, — довольно промурлыкала я, запрокидывая голову.

— Ты даже не представляешь, насколько, — прошептал Аррон мне в ухо и прижал меня к себе. — Картина открывается весьма… завораживающая.

Я смущенно улыбнулась, почувствовав его возбуждение, и прогнулась в пояснице. Короткий поцелуй обжег шею, и кожа сразу покрылась мурашками. Живот прострелила маленькая молния.

— Подожди, — поймала я мужские руки, расстегивающие пропитанный специальным составом халат.

— Я и так слишком долго ждал, — фыркнул мне в волосы Аррон, но послушно замер.

Я взяла кольцо и повернулась к нему. На самом деле, я не была уверена, что угадала с размером, но на какой-то из пальцев оно точно должно налезть.

— Эби, вообще-то, это мужчина должен делать предложение руки и сердца, — «просветил» меня Алистер, что, впрочем, не помешало ему взять в руки мое изобретение и внимательно его рассмотреть.

— А можно не паясничать? — я закатила глаза, отобрала кольцо, поймала крепкое запястье и надела артефакт на средний палец левой руки. — Пообещай, что не будешь его снимать.

— Обещаю, — послушно повторил Аррон и снова меня обнял. — Что это?

— Страховка на случай непредвиденной ситуации, — обтекаемо сформулировала я. — На самом деле, я не уверена в его функционале, но удар должно отвести. Не думай, что я сомневаюсь в твоих способностях, просто мне так спокойнее.

— Спасибо, принцесса.

На этот раз мне даже не пришло в голову возмутиться. Прозвище звучало удивительно нежно. Чтобы скрыть смущение, я принялась наводить порядок на столе.

— Помочь?

— Поставь на верхнюю полку в тот шкаф, — я вручила Аррону склянку с серной кислотой. — Только аккуратно.

— Это все? — спросил мужчина, оглядывая прямо-таки сверкающее чистотой рабочее место.

— Нет, не все, — протянула я и вернулась к пуговицам на халате. — На чем мы там остановились?

— Мы как раз собирались проверить на прочность этот стол, — включился в игру Аррон, подхватывая меня под бедра и усаживая на столешницу.

Так, ну что я могу сказать? Надувать Адриана, видимо, было себе дороже, поэтому мебель, которую привезли для лаборатории, оказалась добротной и качественной. Надеюсь, с реактивами и материалами все работало точно так же.

— Эй, вы ужинать собираетесь? — раздался из коридора недовольный голос старшего Алистера, стоило мне о нем вспомнить.

Впрочем, внутрь Адриан заходить не спешил. Я оценила его деликатность. Поправила рубашку, накинула на плечи халат, оглядела критическим взглядом одетого словно с иголочки Аррона, достала из ящика изготовленную мной подвеску и крикнула Адриану, что мы уже идем.

Ужин я съела с большим аппетитом — видимо, сказалась усиленная работа мозга и… кх-м, последующие физические упражнения. Адриан ни разу за весь вечер меня за них не попрекнул ни косвенно, ни в открытую. Наверное, остался доволен моей подделкой, которая теперь висела на шее у Аррона.

Представление подвески потенциальным преступникам назначили на завтра. Меня это крайне нервировало, но я старалась держать себя в руках. Дан зубоскалил, пытаясь развеять мое мрачное настроение, однако спать я все равно ложилась в дурном расположении духа.

Аррон пришел ночевать ко мне, я так всю ночь и проспала, закинув на него свои конечности и не желая отпускать. Не знаю, каким чудом он утром выпутался из плена, не разбудив меня, но, когда я проснулась, в доме был только Дан. Его оставили меня развлекать. Точнее, следить, чтобы я не наделала глупостей.

Но я и не собиралась никуда лезть. По крайней мере, пока. У меня было дело поважнее, а потому я спустилась в подвал и принялась колдовать над подвеской. Рейвс, поначалу разбавлявший тишину своими репликами, быстро понял, что его присутствие мне только мешает и удалился, наказав звать его при первой необходимости.

Я билась над камнем почти весь день, но запустить артефакт не удавалось. Светлая идея активировать его кровью пришла в мою голову далеко не сразу, хоть и была довольно очевидной. Кристалл засветился, окутав помещение мягким голубым светом.

Дальше было дело техники. Я сверила заложенную в него формулу с теми, что имелись в добытых Арроном данных, но идентичную ей не нашла. Выписала подобные, покрутила так и эдак и свела их к одному уравнению. Из которого выходило, что артефакт способен оказывать мощнейшее ментальное воздействие и в абсолютной степени подавлять волю.

Этим открытием я поделилась с вернувшимися мужчинами, стоило только нам всем собраться в гостиной.

— Выходит, абсолютное подчинение? — нахмурился Адриан.

Я кивнула и сжала ладонь сидящего рядом Аррона.

— Может, уничтожить его, пока не поздно, а? — робко предложила я.

— Эби, нам очень жаль, — мягко сказал Дан, — но так просто эта проблема не решается. Неясно, сколько человек знают о существовании артефакта, к тому же, возможно, сохранились какие-то схемы, по которым он создавался. Если это так, его смогут воссоздать. И потом, его можно использовать во благо, несмотря на такую страшную функцию.

Я смутно представляла себе это самое «благо», которое, скорее всего, будет благом только с одной точки зрения. Если в деле будет замешана большая политика, то я даже знать не хочу, чего можно добиться при помощи артефакта, использовав его на стороне одного из государств. Что станет с остальными?

Нет, это слишком мощное оружие.

Но возражать я не стала. Не время и не место что-то доказывать. Поэтому я просто пожелала всем доброй ночи и ушла к себе. Приняла ванну, уселась на кровать и принялась расчесывать волосы.

На душе было муторно. Я ничего не понимала. Как отцу могла прийти в голову подобная мысль? Мой папа никогда по доброй воле не решился бы на такое. Скорее всего, это не его идея, он просто выполнял чей-то заказ. Но если это так, почему согласился на эту работу?

Теплые ладони накрыли мои холодные пальцы, забирая гребень. Аррон устроился рядом и принялся перебирать мои волосы, периодически их прочесывая. Я расслабилась и прикрыла глаза.

— Почему я ничего обо всем этом не знала, Аррон? — жалобно спросила я, когда поняла, что прогнать навязчивые мысли из головы не получится.

— Потому что твой папа оберегал тебя, — мягко ответил мужчина. — Он тебя очень любил, ты же знаешь.

— Он поэтому и создал этот демонов артефакт, — дошло до меня. — Его шантажировали, да?

В свете этого открытия мой перевод именно в закрытую школу обрел совсем другой смысл. Папа не пытался от меня избавиться, он хотел меня защитить.

— Моя мама… — я прокашлялась. — Выходит, ее смерть тоже неслучайна?

— Мы не можем это знать наверняка, Эби, — Аррон отложил гребень и заключил меня в объятия. — Хватит думать о плохом. Лучше расскажи мне, какие сказки ты любила в детстве?

— Про принцесс, конечно, — фыркнула я, устраиваясь у Аррона на груди.

— Так ты поэтому такой принцессой выросла, — теплое дыхание щекотало волосы у меня на макушке.

— Да брось, — фыркнула я. — Ну какая из меня принцесса?

—Самая настоящая. Когда колючки спрячешь, конечно, — добавил он. — Ты храбрая и отважная, готовая твердо стоять на своем и очень упрямая, при этом у тебя большое доброе сердце и чистая душа. Я рад, что мне повезло узнать тебя настоящую.

— Спасибо, Аррон. За то, что ты есть. За то, что ты всегда рядом, когда мне это нужно, — я вжалась носом в крепкую шею и вдохнула родной запах.

— Я всегда буду рядом, — едва слышно откликнулся мужчина. — Спокойной ночи, Эби.

Глава 36

Два дня я провела как на иголках. Утро третьего было не лучше.

Внутренности комом скручивало дурное предчувствие, и чем дольше ничего не происходило, тем сильнее я нервничала. Запиралась в лаборатории и пыталась отвлечь себя работой, но выходило из рук вон плохо.

Мне удалось выяснить, что артефактом подчинения можно воздействовать сразу на нескольких людей. От ключевой нити заклинания в стороны расходились каналы-ответвления, которые, насколько я поняла, выполняли роль «поводков». Нужно было только правильно ими воспользоваться. Жуткая вещица.

Меня никто не трогал, но в доме постоянно присутствовал кто-то из мужчин на случай форс-мажора.

Видимо, сейчас форс-мажор как раз и случился: за спиной раздались торопливые шаги. Я вылила в урну для отходов использованный очищающий состав и развернулась, готовясь к худшему.

И все равно оказалась не готова.

В спину прилетело парализующее заклинание, и я застыла в неудобной позе, внимательно изучая … ну, пусть будет посетительницу. Девушка была высокого роста, статная и очень красивая. А еще очень активная. Она споро выворачивала ящики, сжимая в руке амулет, из которого, собственно, и было выпущено сковавшее меня заклинание. Значит ли это, что сама красотка магом не является?

Я прищурилась, силясь изучить ауру гостьи, но не преуспела: девушка была обвешана амулетами как иная бродячая псина — блохами, я даже не все успела идентифицировать. Но еще парочка атакующих у нее в запасе точно имелась.

Девица потрясла очередную банку, затем откупорила ее и, недолго думая, перевернула, высыпая содержимое на пол. Я проводила глазами дождь из магниевой стружки, подцепила нить парализующего заклинания и принялась аккуратно ее разматывать. От дела по спасению себя любимой меня отвлек звук бьющегося стекла и шипение.

Разбилась склянка с уксусной кислотой. По счастливой случайности совсем рядом с измельченным магнием. Конечно, эта случайность только для меня была счастливой.

Выделяющийся прямо под ногами вредительницы водород заставил девушку отскочить назад и активировать один из артефактов, выстраивая вокруг себя щит. Газ, конечно, сам по себе не токсичный и в малых количествах пагубного воздействия на организм не оказывает, но когда человек не знаком с понятием «химическая реакция», шипящий и пузырящийся металл вызывает у него если не страх, то опасения точно.

Я, воспользовавшись тем, что внимание девушки сконцентрировано не на мне, начала работать активнее и вскоре сбросила с себя магические путы, тут же укутавшись щитом и невидимостью. Именно в этот момент незваная гостья вспомнила про меня и сняла с шеи артефакт поиска. Демоны!

Надо было к нападению готовиться и обвешиваться артефактами или хотя бы практиковаться в боевой магии, а не изучать новую область науки. Но кто же знал, что все так получится?

Невидимость я сбросила, так как от нее уже не было никакой пользы. Щит лопнул от первого же попадания наведенной молнии. Да-да, практик из меня никудышный.

От следующего удара я увернулась, помогая себе силовой нитью.

На самом деле я, конечно, понимала, что рано или поздно шустрая девица меня скрутит — это был лишь вопрос времени. Которое я тянула, как могла. Где же Дан, демоны его раздери?

Об ответных атаках думать не приходилось — тут бы с защитой успеть. И я успевала, но отступала к стене. Девушка методично загоняла меня в угол. На то, что удастся прорваться к выходу, я даже не надеялась.

Очередной удар настиг меня у шкафа с колбами. Я охнула и отключилась.

***

Придя в сознание, я обнаружила себя сидящей на жестком стуле в гостиной. Руки были скованы за спиной. Не пропускающими магию наручниками, судя по тому, что я не смогла под шумок применить ни одно заклинание.

Зато вопрос «где же Дан» отпал сам собой. Мужчина лежал на полу около дивана. На нем тоже были наручники. Вид Рейвс имел потрепанный, но, вроде, дышал.

Из коридора послышался спокойный, но от этого не менее раздражающий голос нашей незваной гостьи. Кажется, нейтрализовав обитателей, девушка успокоилась и взяла себя в руки. Не было необдуманных рваных движений, она размеренно цокала каблуками и, видимо, переговаривалась с кем-то по кристаллу связи.

Когда красотка вошла, закончив разговор, я сразу обратила внимание на болтающуюся у нее на шее подвеску. Настоящую, а не ту, с которой сегодня утром ушел Аррон.

— Что с Даном? — спросила я, не дожидаясь, пока девушка начнет разговор.

— Спит, — лаконично ответила она.

Подошла ближе к мужчине, пару раз легонько пнула его под ребра носком туфли и обернулась ко мне.

— Вам не удалось нас провести, моя дорогая Эбигейл, — протянула девушка, и что-то в ее интонациях на миг показалось мне знакомым. — Предлагаю тебе сейчас рассказать мне, как работает эта штука, и спасти жизнь своего дружка.

— Его не так-то просто убить, — возразила я скорее для проформы. Что-то подсказывало, что гостья точно знает хотя бы парочку способов.

— Я могу отрубить ему голову, — вторя моим мыслям, буднично сообщила девушка. — Если отделить ее от тела на длительное время, начнутся необратимые процессы, никакая регенерация потом…

— Артефакт активируется кровью, — прервала я вдохновенную речь.

— Действительно, могла бы и сама догадаться, — девица извлекла из-за пояса тонкое шило и проколола палец.

Камень вспыхнул, алая капля впиталась в ограненную поверхность. Что делать дальше, девушка, видимо, знала и без меня. Хорошо подготовилась. Она парой касаний активировала ключевую формулу и направила на меня нить привязки. Камень снова вспыхнул, ослепив меня на пару мгновений.

— Прокричи птицей три раза, — долетел до моего слуха четкий приказ, пока я пыталась проморгаться.

Я послушно выполнила требуемое, чувствуя себя при этом очень по-идиотски. Не могла она другой способ для проверки выбрать?

Пухлые губы расползлись в довольной улыбке, и я снова поймала себя на мысли, что где-то такую уже видела.

Потом девушка заставила меня топать ногами в ритме мазурки, наклонять голову под немыслимыми углами, пытаться достать языком до носа и только после этого успокоилась и сняла с меня наручники.

— Сиди спокойно и не мешай.

Девушка достала кристалл связи и сделал вызов. Ответили почти мгновенно, на том конце нарисовался лже-Рейвс. Выглядел он с бледной кожей и коротким ежиком белых волос совсем по-другому, но не узнать его я не могла. Надо сказать, родная внешность подходила мужчине куда больше. По крайней мере, никаких внутренних противоречий у меня не вызывала.

— Господа, а сейчас позвольте продемонстрировать вам то, ради чего мы, собственно, здесь собрались. Прошу всех оставаться на местах и не делать глупостей. Напоминаю, что в противном случае левое крыло здания взлетит на воздух.

Я не видела, где находится сообщник, но предполагала, что в департаменте Тайной службы, в каком-нибудь зале совещаний. И все важные люди наверняка тоже там. Адриан с Арроном — точно.

— Эбигейл, подойди.

Откуда она знает мое имя? Мы точно встречались. Только где?

Я медленно поднялась со стула и послушно приблизилась к девушке. Наверное, по ту сторону связи все присутствующие увидели мое застывшее маской лицо.

— Держи нож.

Я сжала ткнувшуюся в ладонь рукоять враз похолодевшими пальцами.

— Иди к Даниэлю.

Я развернулась и на деревянных ногах направилась к спящему мужчине. Девушка следовала чуть позади, видимо, для того, чтобы разыгрываемая сцена получила лучший обзор.

Что она собирается делать дальше? Может, я лучше ей тут прокукарекаю или станцую, а? Отлично же в прошлый раз получилось.

Я дошла до дивана и остановилась, ожидая дальнейших распоряжений.

— Отлично. А теперь отрежь ему ухо.

Я сглотнула и медленно опустилась на колени. Нож в руке мелко дрожал и неумолимо приближался к цели.

— Прекрати это, — голос Адриана звучал отрывисто. — Останови ее и скажи, чего ты хочешь.

Нож коснулся кожи.

— Замри, — кажется, с легким разочарованием протянула девушка.

Словами не передать, какое облегчение я испытала в тот момент. Как будто гора с плеч свалилась.

— Оба Алистера должны быть здесь через полчаса. Вместе с приказом об амнистии для лира Джонатана Эштона. И бумагами о его назначении на пост главы государства. В противном случае наша дорогая Эбигейл убьет Даниэля, а потом себя. А часть здания администрации, где расположили послов дипломатической миссии, будет уничтожена. Вместе с послами. Время пошло.

Я мысленно присвистнула. Похоже, я здорово ошиблась, записав сообщника этой барышни в лидеры. Главной здесь была она. Линда Эштон.

В памяти всплыл скандал шестилетней давности. В Истолии тогда как раз шла предвыборная кампания. И буквально перед выборами всплыла информация о том, что главный претендент на пост главы государства — Джонатан Эштон — замешан в каких-то темных делишках. Если мне не изменяет память, его обвинили в контрабанде сиреневого дурмана и приговорили к десяти годам лишения свободы и полному запечатыванию дара. А страну возглавил второй кандидат, не настолько известный и любимый народом, но зато с кристально-чистым прошлым.

Вроде бы, сестра лира Эштона, Линда, пыталась оспорить решение суда, но ее прошение даже не стали принимать к рассмотрению. Все кристаллы в общественных местах пестрели изображениями политика, переквалифицировавшегося в преступники, и лицо мужчины я очень хорошо запомнила. Линда была на него похожа, так что сложить два и два труда не составило. Знакома она мне была вовсе не по портрету Эштона. Но, к сожалению, больше ничего вспомнить я не могла, как ни старалась.

— Можешь пока сесть обратно на стул, — вспомнила про меня девушка, так и не отменившая приказа замереть.

Я поднялась, ощутив острое желание размять затекшие спину и шею, и медленно двинулась к стулу.

Время тянулось медленно. Кровь монотонно шумела в ушах, заставляя впасть в некое подобие транса.

В себя меня привел звук шагов, донесшийся из коридора. Устроившаяся на диване Линда встрепенулась и поднялась.

Аррон вошел первым, за ним Адриан, замыкал шествие лже-Рейвс. Кажется, Линда называла его Грэгом.

— Предлагаю сесть за стол и…

— Обсудить условия сделки? — усмехнулся Адриан.

— Вы собираетесь что-то обсуждать? Разве неясно, что условия здесь ставлю я? — холодно спросила Линда.

— В роли кухарки вы были гораздо более учтивы, лира Лайт, — укорил ее Аррон. — Извините, лира Эштон.

Лира Лайт, значит… И как это я сразу не поняла? Да точно так же, как Аррон не догадался про Дана.

К тому же, наша кухарка — последняя, на кого бы я подумала. Да я бы скорее поверила в то, что Диана инсценировала свою смерть, а сама пыталась меня убить. Хотя это было бы, конечно, очень глупо: подвеска с самого начала была у мачехи.

И все равно новость никак не желала укладываться у меня в голове.

— Если вы желаете выслушать мои требования стоя, так тому и быть, — раздраженно бросила лира Эштон.

Кажется, Алистеры нарочно выводили ее из себя. Видимо, надеялись, что преступница растеряет концентрацию и начнет совершать ошибки.

Они втроем все же сели. Сообщник Линды подпер стену у двери и уставился на нас внимательным взглядом. Мужчина был максимально собран, в отличие от нервничающей девушки.

— Вы сейчас передаете мне бумаги, скрепленные магическим подтверждением, и мы с Грэгом уходим. Ах да, до того момента, пока Джонатана не освободят, Эбигейл побудет с нами. Подойди ко мне, милая.

Я подчинилась и встала за спиной лиры Эштон. Сосредоточилась. Нужно незаметное точечное воздействие, чтобы никто не успел ничего понять.

Кадка с фикусом, стоящая у окна, опрокинулась. Все повернулись на звук

А я замахнулась и со всей силы ударила Линду по затылку рукоятью ножа, который Линда так и не приказала мне бросить. Девушка вскрикнула и завалилась на бок.

Грэг сориентировался быстрее всех и запустил в меня заклинанием. Подозреваю, что запрещенным. И, вероятнее всего, смертельным.

Я еще не успела осознать, что сейчас умру, и испугаться, а передо мной уже вырос Аррон и выставил щит. Который лопнул от соприкосновения с черной молнией. Мой мужчина сдавлено выдохнул и осел на пол. Я ухватила его за рубашку, но сильно лучше не сделала — ткань затрещала и порвалась.

К счастью, новых ударов не последовало. Адриан очень споро обезвредил Грэга и снял все артефакты и амулеты с Линды.

Я взяла Аррона за руку и принялась изучать подаренное мной кольцо. Точнее, то, что от него осталось. От встречи со смертельным заклинанием черный агат вместе со всеми наверченными на решетку формулами рассыпался пылью, и теперь на пальце мужчины поблескивал совершенно обычный ободок.

— Почему артефакт подчинения не сработал? — грозно вопросил старший Алистер, опускаясь на колени рядом с братом.

Аррона задело лишь вскользь. Он размеренно дышал и вообще выглядел вполне живым. Адриан просканировал брата парочкой диагностирующих заклинаний и удивленно приподнял брови.

— Артефакт… испортился, — дипломатично пояснила я.

— Эби, — слабо позвал хриплый голос, а рука, которую я изучала, стиснула мои пальцы. — Выходи за меня замуж.

— А… артефакт не сам испортился, — с опаской произнесла я.

— Это «да»?

— Конечно, да!

— Отлично, я вас поздравляю, — язвительно произнес Адриан. — А теперь, Эби, не соизволишь ли объяснить, каким именно образом ты привела в негодность мощнейшее изобретение за всю историю магии?

— Как я уже говорила, — вздохнула я, — от основной формулы, заложенной в основу, отходят потоки, так называемые нити подчинения, которые оказывают направленное воздействие на разум. Так вот, я эти потоки замкнула друг на друга, так что воздействие уходило вглубь, а не на человека, к которому должно было применяться. А так как Линда — не маг, она не поняла, что артефакт неисправен. Ну а я не могла обезвредить ее раньше, потому что у вас там нелетающие послы под угрозой полета. Пришлось ждать.

— Спасибо, — неожиданно произнес Адриан. — За то, что обезвредила подвеску.

Я кивнула. Это они были связаны обязательствами перед страной и должны были в первую очередь отстаивать ее интересы, что подразумевало использование артефакта во благо государства. Мне же ничто не мешало уничтожить опасную вещь, что я, собственно, и сделала. И стыдно мне за это не было ни капли. Уверена, папа бы одобрил мое решение.

Эпилог

— А вот здесь я упала в воду, — я подъехала к обрыву и для наглядности ткнула пальцем в нужном направлении.

Сейчас, при ясном небе и в свете солнечных лучей место выглядело не угрожающе, а сказочно. Водопад заканчивался радугой, вода сверкала и переливалась на солнце. Красота была просто завораживающей.

— Эби, пожалуйста, отойди подальше от края, — Аррон остановил коня рядом с Волной и взял мою лошадь под уздцы.

— Не бойся, никуда я от тебя не денусь, — проворчала я.

— Конечно, не денешься, ты же моя жена, — Аррон взял в руку мою ладонь и поцеловал кожу рядом с кольцом.

Законом наш союз мы скрепили через неделю после неудачной попытки захватить власть. Именно столько потребовалось, чтобы мою Волну нашли и доставили к нашему дому.

Все время до этого знаменательного события мой будущий супруг и остальные представители Тайной службы потратили на то, чтобы разобраться с оппозицией. Да, ее лидер — Линда Эштон — была обезврежена и отправлена под следствие вместе с сообщником, но остались и другие противники нынешней власти. Какие меры были приняты по отношению к ним я не знала, да и не горела желанием узнать. Меня больше интересовало, каким образом Линда заняла место лиры Лайт и что случилось с настоящей экономкой.

Аррон рассказал, что лира Эштон шантажом заставила лиру Лайт сменить место работы и фамилию (в тот момент я испытала даже некоторую благодарность по отношению к Линде), а сама проникла в дом. Это она убила Диану и подложила самовоспламеняющийся артефакт в ее гроб, она же пыталась обыскать мои покои во время похорон и использовала птиц для того, чтобы понять, как пробить защиту Аррона, но не преуспела. Потом была попытка пробить щит, окутывающий дом, но провалилась и она. Все-таки, Алистер, и правда, профессионал своего дела.

Наше свадебное путешествие, пожалуй, носило больше деловой, чем развлекательный характер. Я передала лиру Варлоу все дела и договорилась об открытии торговых точек в Истолии. Это, собственно, и было главной целью путешествия. Еще я продала дом и оформила документы о переводе в новое учебное заведение, предварительно пройдя аттестацию по контролю над моей ранее нестабильной магией. Буду доучиваться, изучать магию крови и работать над созданием новых артефактов.

Я сходила на могилу родителей и Дианы (могила сирены была завалена цветами от поклонников). Встретилась с Эдом, который сообщил, что безумно рад за меня, а еще более безумно рад за свое заведение, которое я больше не разгромлю, но обещал пригласить в гости, когда потребуется обновить обстановку.

Музыкальная группа Дерека набирала популярность, его песни даже крутили на кристаллах в некоторых заведениях города.

Лиру Лайт мы тоже проведали. Она много плакала и извинялась за то, что не смогла меня предупредить, но я на нее не сердилась. Не знаю, что бы сделала я, если бы моей семье угрожали.

Заехали мы и в мою родную деревню, по пути заглянув к русалке и пополнив ее гардероб парой платьев (все-таки, благодаря ей я осталась жива), там же, у озера, познакомились с лешим.

В Истолии свадьбу мы отмечали в узком семейном кругу — было не до роскошных празднеств — а вот Винни, несмотря на то, что ее семья пополнилась на одну очень милую девчушку, расстаралась и организовала для нас с Арроном настоящее торжество с песнями, плясками, конкурсами и гуляньями.

А теперь мы возвращались домой. Осень деликатно вступала в свои права, окрашивая верхушки деревьев в золотые тона и делая небо по-особенному звонким, словно хрустальным. Я вдыхала по-осеннему прохладный воздух и чувствовала себя абсолютно счастливой.