Техномагия

Глава 1

Старшеклассница, спотыкаясь, бежала по тёмным переулкам вечернего мегаполиса. Она резко заворачивала за углы, пытаясь запутать преследующее её нечто. Однако, существа, сверкая в темноте пугающими красными глазами, постепенно нагоняли девушку. Переулки становились уже. Те из них, в которых она смогла бы пролезть только боком, ей приходилось пропускать, но и это не спасало: фигуры, напоминающие среднего размера собак, беспощадно нагоняли её. Очередной поворот. Как только девушка нырнула туда, непроизвольный стон разочарования вырвался из её рта. Перед ней был просторный пустырь между зданиями и эстакадой. Тупик, в котором ей, похоже, и суждено было умереть.

Добежав до заграждения, школьница трясущейся рукой поправила круглые очки. Она смотрела на двух медленно выходящих их переулка хищников и буквально слышала, как её сердце отбивает неровный ритм. Два чёрных красноглазых пса, щурясь от света фонарей, мерными шагами разошлись по разные стороны от жертвы и медленно приближались, двигаясь по полукругу. Послышался негромкий удар по бетонной приме, словно кто-то спрыгнул в проулок с высоты. Девушка подумала, что ей мерещится всякое перед смертью. В тот момент, как она перевела взгляд на собаку, от которой услышала шум, зверь взмыл в воздух… от увесистого пинка ногой в лакированной туфле.

Пёс бесшумной грудой свалился на бетон в полутора десятках метров, и в ту же секунду второй сорвался с места. Хищно оскалившись, он напрыгнул на таинственного молодого человека. Плоский каблук с мрачным хрустом вошёл существу точно меж глаз. Отброшенная тушка ещё в полёте рассыпалась на тряпки, груду переломанных костей и два куска гниющего мяса. Не дожидаясь, пока раненый зверь оклемается, парень подбежал к распластавшемуся телу и резко впечатал свою туфлю в его безобразную голову. Послышался хруст, тушка тут же обмякла, обращаясь кучей тряпья и гниющего мяса. Гнилостный запах распространился по пустырю. Незнакомец присел на корточки и принялся брезгливо расшвыривать вонючую влажноватую ткань.

– Что ты делаешь? Это отвратительно! – оправившись от первоначального шока воскликнула девушка.

– Кое-что ищу, не обращай внимания, – пробормотал парень монотонным и отрешённым голосом. Он нахмурился и поджал губы, поддевая очередной слой тряпья.

Девушка сделала несколько шагов к незнакомцу и сморщилась, когда смрад гнили и помоев ударил ей в нос.

– Э-эта способность… Какая-то странная, – сказала она, надеясь поддержать диалог. Однако, молодой человек её проигнорировал, продолжая сосредоточенно копаться в мерзкой куче.

Наконец, он выудил из-под тряпья короткий кусок бумажной ленты и посмотрел через него на ближайший источник света. Пустырь был плохо освещён фонарными столбами эстакады, потому, так ничего и не увидев, парень прицыкнул и вложил находку в носовой платок.

– Это ещё что такое? – не унималась девушка. Незнакомец пошёл было ко второй кучке тряпья, но, услышав её, остановился и шумно вздохнул.

К сожалению, или к радости, навязчивая мелодия опередила его слова. Девушка выудила из кармана школьной юбки телефон и выключила высветившееся напоминание. Приближался комендантский час, за нарушение которого школьников могло ждать очень серьёзное наказание, иногда вплоть до отчисления из учебного заведения. Официально, его ввели для успокоения родителей, отправляющих своих детей учится в старшие школы и колледжи Города Наук, но, по слухам, ночами на улицах может быть очень небезопасно. Поравнявшись с незнакомцем, девушка поблагодарила его с небольшим поклоном и поспешила уйти. Когда её фигура скрылась в переулке, молодой человек ещё раз вздохнул, на этот раз с облегчением. И направился ко второй смердящей куче.

Следующий вечер выдался по-летнему тёплым. Небольшой храм, укромно ютящийся на небольшой насыпи, был окружён плотной рощицей, плавно перетекающей в хвойный парк. Не так много людей знали дорогу к этому месту. Краска давно облупилась, а само знание немного перекосилось, но всё же, это был действующий синтоистский храмик посреди одного из самых научных городов на земном шаре. В подобных местах всегда чувствуется некая мистика, отдающая архаичными легендами, верованиями, которые сейчас можно считать разве что достоянием истории.

Высокий темноволосый студент стоял возле лестницы, опираясь на каменный фонарь, и неспешно пробегался глазами по строкам простенькой фантастической книжки на экране своего планшета. Изредка парень поглядывал на наручные часы. Он надеялся сегодня вернуться домой пораньше, хотя веры в это было уже не так уж много. Тот, к кому молодой человек сегодня пришёл, снова опаздывал, несмотря на то что этот храм служил ему домом.

– Ох, Такаги… – окликнула парня женщина лет тридцати. – Прошу прощения, что тебе пришлось ждать так долго. Хозяин сегодня освещал амулеты, и это заняло немного больше времени… Чем мы думали.

– Я понимаю, это не стоит Вашего беспокойства, Саито. Помочь? – ответил он и указал на небольшую коробку в её руках.

Род Саито в прошлом, и семья Саито сейчас вот уже несколько веков служат богу, избавляющему от бренных помыслов: Нито. Сегодня Саито Кику была облачена в церемониальные одежды и несла деревянный ящик в коробке. Этот ящик был доверху наполнен талисманами, которые позже раздадут редким прихожанам, а также развесят по городу. Почему-то молодой человек был уверен, что этим придётся заняться и ему тоже.

– Нет, спасибо, она не тяжёлая, – вежливо улыбнулась служительница. – Проходи внутрь, господин скоро подойдёт.

Такаги подхватил сумку для документов, небрежно брошенную возле столба, и проследовал в глубину храма, через главный вход, мимо ящика для подношений. Оставив свои туфли у входа, он прошёл в первое помещение: просторную комнату с низким столом посередине. Парень сложил планшет, убрал его в сумку и сел на циновку. Спустя некоторое время внутренняя дверь открылась и в комнату вошёл невысокий человек. Такаги отметил, что сегодня он выглядел постаревшим и осунувшимся, хотя даже так его внешность мужчины средних лет не соответствовала впечатлению, которое он производил. Статная, явно отточенная походка, сдержанная мимика и немного уставший строгий взгляд, сочетающий в себе пренебрежение и властность с пронзительностью и хитростью, совершено не соотносились с худыми, немного угловатыми чертами лица, на котором будто бы едва проступили первые старческие морщины. После обмена стандартными приветствиями хозяин храма поправил пояс своей повседневной юкаты и сел напротив юноши.

– Вчера в городе две рукотворные магические твари напали на самую обычную старшеклассницу, – начал Такаги, – Внутри их тел я нашёл это.

Он выложил на стол носовой платок и развернул его. Помещение наполнил несильный, но ощутимый смрад помоев. Внутри лежали два талисмана, всё ещё влажные спустя сутки. Хозяин храма взглянул на лоскуты бумаги с нескрываемым отвращением, высоко вздёрнув правую бровь.

– И как вам только приходят в голову настолько отвратительные ритуалы… – проворчал он, раскуривая длинную трубку. И, как только запах табачного дыма перебил вонь, продолжил: – никто из знакомых мне магов не делает и не использует големов таким образом. Тем более… – господин наклонился к платку и всмотрелся в рисунок на поверхности талисмана, прежде чем задумчиво продолжить. – Тем более что заклинание, похоже, было охранным. Эдакая сигнализация от назойливых магов. А что девочка?

– Самая обычная, вроде никак не связана с нами, – ответил Такаги немного неуверенно. С одной стороны, странно, что заклинание вообще среагировало на обычную ученицу старшей школы. С другой – девушка вообще никакого представления о «псах» не имела, и приняла их за чью-то способность. «Применять заклинание, построенное на фильтре восприятия, в городе, переполненном людьми с расширенным восприятием – по крайней мере глупо,» – подумал молодой человек и спросил: – Думаете, в городе объявились гости?

– Естественно, сейчас я не могу знать обо всех делах в Городе Наук, но очень похоже на то. Как на зло, я не могу отправить слугу всё проверить, – сказал хозяин храма без тени сожаления в голосе. Под белым рукавом его юкаты послышалось тихое змеиное шипение. Он посмотрел на Такаги и, взяв небольшую паузу, как будто только что об этом подумал, сказал: – О, Тетсуо, могу я попросить твоей помощи?

Такаги Тетсуо тихо вздохнул, подёргивая правой рукой манжет своей рубашки. Подобные представления его раздражали, но он был готов к этой просьбе. Хозяин храма переживал не лучшие времена, к тому же в прошлом парень сильно ему задолжал.

– Конечно, я разузнаю об этом «псаре» всё, что смогу.

Кажется, он просто не мог позволить себе отказать. В конце концов, ему и самому было немного любопытно, и именно поэтому он оказался вчера вечером в том тупике. Тем временем диалог себя исчерпал, потому Такаги вскоре откланялся и ушёл домой. Заходя по пути в минимаркет, молодой человек достал телефон и пролистал диалог с Фумико до небольшого списка. Сообщение находилось довольно высоко, девушка постоянно присылала ему всё, что считала хоть сколько-нибудь интересным. Чаще всего Тетсуо даже на половину сообщений не успевал отвечать.

За несколько минут, которые парень провёл в магазине, на улице включились разогнавшие вечерний сумрак фонари, а расставленные по всему городу квадратные урны выпустили жужжащих автоматических мусорщиков. Увесистые аналоги роботов-пылесосов убирали дорожную грязь и набивали «наспинные» мешки редкими пустыми банками или обёртками от быстрых перекусов. Несмотря на то, что весомую часть населения города составляют подростки старшего школьного возраста, мусора на улицах всегда было немного. Сказывалась не только продвинутая система уличных уборщиков, но и строгая дисциплинарная ответственность. Нередко система отслеживала особенно злостных нарушителей, отправляя в их учебное заведение соответствующие сообщения. Случалось, что знакомые Тетсуо, да и он сам, получали нагоняй за повторяющиеся мелкие проступки.

Вечернее небо, ещё с обеда затянутое тучами, теперь грозило дождём. Почувствовав потяжелевший от влаги воздух, Такаги поправил учебную сумку, перехватил поудобнее небольшой пакет с продуктами и поспешил домой. В многоэтажный комплекс общежитий из двух зданий, выстроенных в форме букв “Y”, обычно селили молодые семьи или научных сотрудников третьего университетского комплекса. Тихая и комфортная жизнь в однокомнатной квартирке стоила тех проблем, которые Такаги пришлось преодолеть, чтобы получить его и переехать.

Молодой человек зашёл в круглый подъезд одного из “Y” и прошёл через огромный холл к цилиндрической шахте лифта. Одной из раздражающих особенностей этих необычных зданий было то, что в них было всего по одному лифту. За это стоит сказать отдельное «спасибо» проектировщикам, продвинувшим это решение не смотря на его нецелесообразность, чтобы проверить новый адаптивный алгоритм для его движения. К счастью, лифт был просторным, скоростным и с сразу тремя дверьми, по одной на каждое крыло здания. Такаги жил на седьмом этаже, в квартире 7-60 – самой дальней в третьем крыле. Открывая дверь, он почувствовал прилив веселья, следом за которым послышался лёгкий смешок из-за стоящей посреди комнаты ширмы. Показав из-за неё голову с собранными в пучок тёмными волосами, девушка улыбнулась и приветственно махнула рукой.

– Смотришь что-то весёлое?

– Угу, – кивнула девушка и поправила съехавшие на лоб игровые наушники. Охватившее Тетсуо необычное веселье схлынуло. Она поднялась и вышла из-за ширмы, поправляя просторную футболку пижамы. – Ты зашёл в магазин? Я есть хочу.

– Конечно.

Фумико выхватила у парня пакет и нырнула за стойку, отделяющую маленькую кухонку от остальной комнаты. Послышалось шуршание упаковок, стук ящиков и звук текущей воды. Тетсуо ушёл принять душ после длинного дня, а когда он вышел из ванной, девушка уже ждала его возле низкого столика, на который поставила простенький ужин.

– Знаешь, я сегодня прочитала, что автор «песнопений» проводит встречу с фанатами, – потянула она, поправляя резинку в волосах. – Он сто процентов будет подписывать мангу! Эх…

– Хочешь схожу? Когда она будет?

Янтарные глаза девушки засветились от счастья. «Секретные песнопения у ведьминого крыльца» была её новой любимой мангой, да и Тетсуо она понравилась.

– А? Да! Очень хочу! Ты – лучший! Она через пару недель, в пятницу, – радостно затараторила Фумико. – В том старом клубе в центре… Кстати, сегодня читала про старые здания в городе. Там написали даже про тот небольшой храм неподалёку. Ты и сегодня там был?..

Парень кивнул. Как обычно, Такаги Фумико болтала без умолку, обо всём подряд, разве что периодически останавливаясь, чтобы закинуть в рот очередную порцию салата или послушать комментарий Тетсуо. Хотя чаще всего она успешно совмещала оба действия.

– … а там крысы, сцепившиеся хвостами. Ну и жуть! Можно понять почему люди это тёмным силам приписывали.

– Спасибо за еду, – поблагодарил парень, отложил приборы и откинулся назад. Девушка ненадолго умолкла, набивая рот остатками своей порции. Доев, она унесла обе тарелки, чтобы ополоснуть их.

– Фумико, – Тетсуо начал говорить, запрокинув голову назад, в сторону кухни, – меня один приятель попросил помочь в важном деле, так что какое-то время я буду возвращаться позже.

– Понятно, – задумчиво потянула девушка.

Она словно застыла. Её янтарного цвета глаза замерли, она пристально вгляделась в закинутое к потолку лицо собеседника. Повисла неловкая пауза. Спустя некоторое время, девушка шумно вздохнула:

– Брат, может быть мне тоже стоит поискать подработку в интернете?

– Что? – только и смог переспросить парень. Неожиданное предложение поставило его в тупик.

Фумико громко и заразительно рассмеялась.

– А-ха-ха-ха! Видел бы ты сейчас своё лицо! – пробормотала она сквозь смех и слёзы. – Ни за что бы не подумала, что ты так удивишься! Просто, – она сделала глубокий вдох и продолжила серьёзнее, – ты в последнее время то и дело «помогаешь» своим друзьям и задерживаешься. Ты же подрабатываешь ещё, кроме лаборатории, так? Вот я и решила помочь, раз нам не хватает денег.

Тетсуо невольно прыснул. Иногда сопротивляться её веселью было невозможно.

– Это вовсе не подработка, ты зря беспокоишься, – заверил её брат.

Когда дело касалось обучения, Городу Наук не было равных. Такаги часто сравнивал город с гигантским исследовательским институтом, в котором всё подчинено двум вещам – исследованиям и подготовке новых исследователей. Тысячи школ, немногим меньше училищ и сотни университетов сплелись в единую систему, пропускающую через себя одновременно несколько миллионов учащихся. Конечно, ни один, даже такой, город не мог обеспечить образованием целую страну. В учебные заведения Города Наук было сложно поступить, зато очень легко отсеяться, особенно за нарушение дисциплины. И, помимо всегородского комендантского часа, многие академии устанавливали собственные ограничения. К счастью для Такаги, к студентам ВУЗов относились намного проще.

Третий университетский комплекс объединял практически все инженерные ВУЗы города. Именно его выпускники и сотрудники спроектировали и выстроили большую часть Города Наук, со всеми его высотками, подземными комплексами и сложнейшей транспортной системой. Они же наполнили лаборатории высококлассными приборами, немногочисленные фабрики – эффективным оборудованием, а улицы – продвинутой системой безопасности. Удивительно, но столь эффективная образовательная структура на деле была достаточно хаотичной. Казалось, институты соревновались друг с другом в эксцентричности. Например, институт автоматизации, робототехники и роботостроения, в котором учился Такаги, со стороны больше напоминал своеобразный муравейник. Роботы самых разных моделей то и дело сновали из стороны в сторону с какими-то мелкими поручениями. Над головой Тетсуо пронёсся знакомый квадрокоптер с помятым корпусом и разномастными лопастями. В крепеже под «брюшком» он куда-то нёс новую пачку маркеров. В коридорах, по которым дрон пролетал, можно было легко определить первокурсников. Разнообразные дроны или, например, те-же роботы-пылесосы, студенты раньше часто видели на улицах города, но, когда один из них проносился в нескольких сантиметрах от чьей-нибудь головы, они рефлекторно пытались отпрыгнуть в сторону, или, по крайней мере, дёргались.

И летающими курьерами, и снующими между ног разнообразными автоуборщиками управляла единая система. И не только роботами. Практически всё в четырёх учебных корпусах, что возможно было автоматизировать в принципе, было автоматизировано и соединено в один большой цифровой организм. А управлялось это всё сложнейшим древовидным интеллектом, который с чьей-то лёгкой руки назвали «Фикус». «Живой» комплекс помогал как в образовании, демонстрируя все чудеса автоматизации на практике, так и в научной работе института. Среди снующих роботов часто встречались не только устаревшие модели, но и разномастные прототипы, которые чаще всего применялись не по их изначальному назначению. Местную систему управления часто использовали для тестирования экспериментальных разработок, как городскую Сеть в миниатюре.

Такаги зашёл в одну из лабораторий. За одним из офисных столов сидел мужчина лет тридцати. Он развалился в своём кресле, закинув ноги на столешницу и листал что-то на планшете. Заслышав движение автоматической двери, он дёрнулся, но, узнав парня, остался в своём удобном положении.

– Добрый день, – кивнул Такаги, заходя вглубь аудитории.

– Добрый, – отозвался коллега, подняв руку.

Парень сел за свой стол и вывел компьютер и спящего режима. Недавно пришли данные по физическим повреждениям дронов за прошлую неделю, и теперь их нужно было рассортировать. Монотонная работа, но без неё исследование не продвинется. Всего тридцать шесть случаев. Больше чем обычно, но это нормально для начала сентября, когда в городе много приезжих. Больше половины случаев уже были промаркированы центром статистической обработки, остальное приходилось доделывать вручную.

В последнее время, дронов на улицах стало больше, и навигационная система Сети перестала справляться. Со временем алгоритм обучился бы сам, но сколько роботов она разобьёт до этого момента, никто не знает. Чтобы минимизировать ущерб, учёные решили доработать алгоритм вручную. Лабораторию, в которой работал Такаги, привлекли к проекту наряду с ещё несколькими.

Тетсуо не очень любил монотонный труд. Перепроверяя случай за случаем, он то и дело отвлекался, проваливаясь то в экран телефона, то в собственные мысли. Он не сразу понял, что уже четыре записи подряд практически полностью повторяли друг друга. Над одним и тем же зданием, в разное время четыре дня подряд почтовые дроны резко теряли высоту и задевали корпусом об угол. Заметив сходство, Такаги подозвал старшего коллегу.

– Да уж, выглядит странно, – прогудел он, почёсывая небритый подбородок. Постояв так с минуту, он продолжил: – Давай оставим как есть, несколько странных случаев не должны сильно подпортить статистику.

– Хорошо, – кивнул Тетсуо, на всякий случай записывая адрес в заметки своего телефона.

К тому времени, как студент закончил обрабатывать данные, окно между парами в его расписании закончилось. Перед тем, как уйти на последнюю пару, Такаги напомнил старшему коллеге, что сегодня после занятий он не придёт. На вечер у Тетсуо были другие планы.

Узкая дверь открывалась внутрь и по пути задевала старенький, как и почти всё в магазинчике, но звонкий колокольчик. Как и всегда, в уютном закутке было тихо и практически пусто. Один из редких клиентов: пожилой мужчина в видавшем виды тёмно-зелёном свитере рассматривал миниатюрную бронзовую статуэтку самурая, придерживая пальцами дужку очков с толстенными линзами. Изредка он тихо переговаривался с владелицей магазина, изрядно уставшей от его повторяющихся вопросов. Такаги пробежался глазами по ассортименту антикварной лавки. Большая часть товаров у входа стояла на полках по нескольку лет, а что-то – дольше, чем Тетсуо знал это место, но, чем ближе к стойке владелицы, тем свежее и интереснее они становились. На самом деле, далеко не все товары в магазине были старыми, но от всего буквально веяло богатой историей или точной имитацией оной. В обществе, так быстро стремящемся в будущее, всегда найдутся ценители старины. Как минимум, так считала хозяйка этой лавки. Справедливости ради, хоть клиентов у неё и было немного, но на плаву магазинчик всё-таки держался.

Такаги нравилось разглядывать полки, заставленные разнообразной утварью. Глиняные чайнички, ступки, бронзовые тарелки, расставленные в причудливые стопки, и столовые приборы, пара фарфоровых сервизов, и немного серебра – товары лавки не были расставлены в каком-то привычном для торговых прилавков порядке, и это добавляло местечку шарма. Неподалёку был выставлен шахматный набор из резного камня. Фигуры больше напоминали небольшие статуэтки и были выполнены очень детально. Тетсуо взял короля из камня цвета слоновой кости. Фигурка изображала полководца, вздёрнувшего вверх скипетр и выкрикивающего одобрительную речь своим солдатам перед началом тяжёлой битвы. А быть может, он вовсе не подбадривал солдат, а раздавал приказы, отправляя воинов за победой или за смертью.

– Красивый набор, да? – прозвучал мягкий голос за спиной у парня. Такаги вздрогнул от испуга. Засмотревшись, он даже не заметил, как старичок оставил их наедине. Владелица магазина стояла сзади с хитрым прищуром.

– Добрый вечер, госпожа Оокубо. Да, прекрасная работа.

– Добрый-добрый, раз уж ты решил наконец зайти, Тетсуо, – теперь женщина широко улыбалась. Её лицо покрылось сетью морщинок возле глаз и носа, придавая чертам особую мягкость. Её одежда была такой-же старомодной, как и весь этот магазин. Простое насыщенно-красное платье с непритязательной фактурой, поясок и расстёгнутый бордовый пиджак поверх – живая картинка моды столетней давности. Собранные в объёмную причёску медно-рыжие волосы только подчёркивали ощущение старины.

– К сожалению, я к вам по делу, – вкрадчиво произнёс Такаги. – Мне необходимы услуги Коллекционера.

Лицо женщины тут-же стало серьёзным.

– Проходи, – сказала она, показывая на заднюю дверь, скрывавшую узкую лестницу.

Подвальчик, к которому они спустились, служил магазину не только складом. Одно из помещений было обустроено в небольшую комнату-кабинет, заставленную кучей разнообразных предметов. Для непосвящённого могло показаться, что это товары, не поместившиеся в основном зале, но на самом деле причудливой формы артефакты делали это место, вероятно, самым магическим в городе. Такаги не знал точного назначения большей части содержимого комнаты, а Оокубо не спешила его посвящать. Женщина грациозно обошла стол с разложенной картой города, нарисованной от руки. Кропотливейшая работа повторяла улочки мегаполиса с феноменальной точностью, и только совсем новые здания пока не нашли на ней своего отражения. Антиквар села за стол и требовательно сказала:

– Показывай, что у тебя.

– Предупреждаю, пахнет оно… неприятно, – побормотал Такаги, передавая ей свёрток.

Как только женщина развернула платок, повеяло гнилью, но её это, кажется, не смутило. Коллекционер пристально всмотрелась в узор на талисмане, пробормотала что-то себе под нос, потом достала квадратные очки, схожие с теми, что используют ювелиры или часовщики, надела их и включила настольную лампу.

– Старая магия, раннее средневековье, а то и раньше, – выдала она вердикт, спустя несколько минут и парочку сменённых линз, – думаю, родом из Европы.

– Понятно, – потянул Такаги. – А кто может использовать такое, как думаете?

– Да кто угодно, если честно. Но у нас в городе я такое впервые вижу. Разузнаю подробнее, если нужно, но придётся подождать.

Тетсуо оплатил информацию и поспешил уйти. Радушная хозяйка лавки уговаривала его остаться на чай и отпустила, только когда парень клятвенно пообещал задержаться в следующий раз. «Европейская магия, значит? Сейчас мне это ничего не даёт,» – размышлял Такаги по пути к станции. Услуги Коллекционера обходились недёшево, даже несмотря на их давнее знакомство с госпожой Оокубо. Но раз уж она взяла аванс, информация стала лишь вопросом времени. Но несмотря на это, Тетсуо не мог позволить себе бездействовать. Парень взглянул на часы. Похоже, сегодня он успеет зайти в ещё одно место.

Смеркалось. Переулки складского района подсвечивались рыжим закатным солнцем, а темнеющее небо отражалось в оставшихся после дождя лужах. Ветер, уже не такой летний, как вчера, неприятно продувал через рубашку Такаги. Он уже успел пожалеть, что не захватил с собой хотя бы пиджак, и теперь прятал руки в глубоких карманах брюк. Проходя по не очень широкой улице, парень заглядывал в переулки, пытаясь вспомнить точное место. «Ну, вроде здесь,» – подумал он, заворачивая в небольшой проём между невысоким зданием и складом. Из этого переулка два дня назад в ужасе выбежала старшеклассница, а теперь по нему проходился студент. Расщелина между домами почти сразу превратилась в своеобразный лабиринт из проходов разной ширины. Хоть Такаги и использовал карты в своём телефоне, парень блуждал по промзоне не меньше получаса, то и дело натыкаясь на заваленные старым хламом проходы или выходя к небольшим абсолютно пустым площадкам. Наконец, он вышел к железнодорожным путям, подходящим к высоким ангарам. Место было довольно просторным, с редкими пристройками, и Тетсуо не видел вокруг ни души. Что в подобном месте забыла старшеклассница, он не имел никакого понятия, да и спросить уже вряд ли сможет.

Парень открыл сумку и нащупал небольшой пенал. Чтобы выудить его из-под учебных тетрадей понадобилось некоторое время, но спустя пару секунд неловких движений, потёртый чёрный прямоугольник, обитый дешёвой искусственной кожей, оказался на свободе. Из него парень достал маленький холщовый мешочек, внутри которого тихонько стучали друг об друга несколько полированных камушков, и обмотанную бечёвкой металлическую зажигалку. В тех местах, где верёвка не покрывала металл, на корпусе виднелись аккуратные символы, выведенные чёрным маркером, а сверху прямоугольной крышки была нарисована длинная тонкая волнистая линия. Такаги развязал мешочек с камнями, и изнутри повеяло благовониями. Тетсуо средним пальцем правой руки поддел тонкое кольцо для ключей и за привязанную к нему плотную тонкую верёвку вытянул из мешочка продолговатый фиолетово-розоватый камушек, напоминавший по форме наконечник стрелы. Он сжал камушек в правой ладони поднеся её поближе к лицу, а левой разжёг огонь зажигалки и расположил её точно под правой. Затем парень закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Спустя пару секунд он поднёс правую руку ко рту, прислонил её к губам, чтобы согреть прохладный камушек своим дыханием. Было очень важно как можно сильнее разогреть камень за один выдох. Опустошив лёгкие, Такаги разжал ладонь, позволяя амулету повиснуть на всей длине тесьмы. Он качнул рукой, заставив стрелку обогнуть невысокое ароматное пламя зажигалки. Каменный маятник описал круг…

И ничего не произошло. Тетсуо разочарованно прицыкнул. Ритуал был простым, на первый взгляд, но срабатывал у парня через раз. Изначально вместо зажигалки с пахучим топливом должен был использоваться пучок соломы, пропитанный ароматными маслами, да и тесьма с кольцом лишь условно повторяли исторический амулет. Любые отличия усложняли активацию заклинания, но Такаги не хотел мучится с поиском устаревших материалов. Парень отогнал лишние мысли и сосредоточился на проведении ритуала. Глубокий вдох, выдох, камень падает вниз, натягивая импровизированную тесьму, затем описывает круг. Невысокий язычок пламени словно вытянулся, игнорируя ветренную погоду. Ароматный огонь наклонился влево, в сторону маленькой сторожки, и круг, описываемый стрелой, вытянулся в том же направлении. Тетсуо шумно закрыл крышку зажигалки.

Парень обошёл сторожку кругом, не находя ничего интересного. Домишко стоял на сваях, не касаясь земли дном. Даже если в грязи и были какие-то следы, Такаги точно не из тех, кому они смогли бы чем-то помочь. Парень поднялся по лесенке и дёрнул дверную ручку. Заперто. В надежде найти что-нибудь, он подсветил телефоном пространство под домиком. Из-под постройки несло гнилью. Присмотревшись внимательнее, он заметил в земле небольшое углубление, уже пустое. Псарь быстро сменил стоянку, поняв, что големы не вернулись. Тетсуо вздохнул. Он и сам не был уверен, что именно хочет здесь найти. Возвращаясь назад, к оставленной неподалёку сумке, парень перетасовывал в голове крупицы информации: «Неместный маг с европейским ритуалом… Хотя, навряд-ли он один. Лучше исходить из того, что это группа… Ну нет, я знаю слишком мало. Катастрофически мало…». Испустив ещё один бессильный вздох, Такаги повесил учебную сумку на бок.

Красный птичий глаз не сводил с молодого человека взгляда. Ворон не моргал, не двигался, не дышал. Его можно было бы принять за чучело, но стоило цели скрыться за небольшим складом, птица вспорхнула с крыши маленькой сторожки. Город накрывала ночь, скоро перестанут ходить поезда, потому Тетсуо спешил к станции. А чёрная тень не спускала с него красных глаз.

Глава 2

Такаги вынырнул из сна с гложущим чувством тревоги. Он не помнил, что ему снилось, да и не особо концентрировался на этом. Парень всеми силами глушил чувство тревожности, пока сестра не проснулась. Девушка всегда слишком остро реагировала на его переживания, потому Тетсуо вынужден был их контролировать. Это было намного проще, чем если бы прошлось успокаивать этого эмоционального подростка. Пара глубоких вдохов, и некомфортное чувство взведённых нервов сменилось привычным скучным спокойствием. Парень сидел на своём футоне, окончательно просыпаясь. До единственной субботней пары оставалось чуть больше двух часов. Парень тихо вздохнул, свернул футон и отправил его на полку шкафа. Со следующей полки он достал старую циновку с завёрнутыми в неё индийской масляной лампой и туркой, затем сходил на кухонку и взял коробочку с чёрным перцем, небольшую маслёнку и мешочек с листьями лавра, индийского чая и корнем имбиря, которые парень особым образом засушил ранее. Примерившись, он расстелил циновку так, чтобы сесть, смотря строго на восток. Поверхность коврика была сильно потёртой, часть промялась под позу сидящего. Тетсуо сел на неё в позе лотоса, поставил прямо перед собой лампу и левой рукой поджог фитиль. Воздух наполнил несильный запах шафрана.

Он закрыл глаза небольшой красной повязкой, глубоко вдохнул и позволил ароматному маслу очистить своё сознание. Это, наверное, самая сложная часть ритуала: перейти в другое состояние сознания, некий транс, в котором реальность воспринимается неописуемо иначе. Почти во всех ритуалах нужно так или иначе отстранится от обычного осознания действительности, но сложные заклятья к этому особенно требовательны. Когда-то Тетсуо делал это легко, однако чем больше он погружался в науку, чем больше его образ мышления изменялся под действием образования, тем сложнее ему становилось абстрагироваться. К счастью, парень не потерял эту способность окончательно: хозяин храма, оправдывая своё имя, помог ему снова обрести необходимую отрешённость. Наконец, его дыхание выровнялось, а движения стали плавными и спокойными. Он левой рукой отсыпал ровно четыре ядра перца в турку и долго и методично растирал его, пока тот не обратился в однородную перечную пыль. Затем он добавил в турку остальные травы из мешочка и продолжил растирать, пока смесь в ёмкости не стала однородной. Тогда он медленно влил к получившемуся порошку масло индийской алмы из маслёнки. Средним и безымянным пальцами левой руки парень тщательно вмешал в масло сушёные травы. Когда масса стала однородной, этими же пальцами колдун загрёб содержимое турки и нанёс его на свой язык. Даже в такой смеси жгучесть перца всё ещё ощущалась, но несмотря на это парень не пошевелил ни единой мышцей на своём лице, лишь его язык растирал горько-острую смесь по нёбу. Закончив, он снова замер, сконцентрировав всё своё внимание на обжигающей боли во рту, пока та, вдруг, не пропала. Теперь Тетсуо стал шептать мантру, а когда закончил – сменил положение. Левая его рука замерла над огнём лампы, а пальцы правой надавили на висок через плотную повязку. Парень вновь замер и посидел так добрый десяток минут. А затем вздохнул, проглотил оставшуюся во рту противную смесь, и повторил ритуал ещё раз.

В своём трансе Тетсуо не заметил, что Фумико уже проснулась и теперь терпеливо наблюдала за действиями брата. Как только он закончил и снял повязку она наигранно-ворчливым тоном спросила:

– Брат, вот и как в тебе уживается эта суеверная муть?

– Иногда с трудом, – честно ответил парень.

– Ещё бы, ещё бы! Учишься в университете, наукой занимаешься, но всё равно веришь, что день будет лучше, если помолиться утром минут двадцать.

– Скорее в то, что он может быть хуже, если не сделаю этого, – поправил её парень скучающим тоном.

В последнее время Фумико стала часто заводить подобные темы. Для неё, выросшей обществе победившей науки, это были скорее разговоры о мировоззрении, взглядах на религию и культуру. И Тетсуо хотел бы, чтобы так и оставалось. «Кто раз коснулся магии, больше никогда не сможет от неё избавится» – постоянно твердил старик из храма.

– Зануда! Я же сказала тоже самое! – воскликнула девушка и карикатурно надула губы. Она взяла небольшую паузу, наблюдая за тем, как брат возвращает всё по местам, а затем спросила: – Вот честно, оно хоть раз тебе помогло?

– Да, очень много раз.

Спокойный и уверенный ответ, как всегда, поставил Фумико в затруднительное положение. Если бы Тетсуо выказал хоть немного сомнения, у девушки появился бы повод уколоть брата, а такой ответ, напротив, заставлял девушку сомневаться в своей позиции. Сестра молча наблюдала, как парень нарезал себе бутерброды, попивая йогурт из большой кружки, и размышляла. По выражению её лица всегда можно было понять, насколько та или иная мысль её захватила. Поджатые губы сложились в полуулыбку, прищуренные глаза блестели, словно кусочки янтаря – с непривычки можно даже решить, что она недовольна или злится, но Тетсуо знал, что это не так. Фумико нравилось размышлять.

– И всё равно, в голове не укладывается! – воскликнула девушка.

– Всё потому, что ты считаешь мистику и науку чем-то несовместимым. Может показаться, что научное знание конкурирует с мистическим на поприще объяснения тех или иных явлений, – услышав эти слова Фумико кивнула, а Тетсуо продолжал говорить, параллельно собираясь в университет. – Но на самом деле это не так. Мистическое знание, например, религиозное, чаще всего охватывает то, что наука описать не может: этику, к примеру. Или чудеса.

На слове «чудеса» Фумико поморщилась.

– Разве наука не творит чудеса? Те же способности, – сказала она, указав на свою голову. Девушка хотела добавить что-то ещё, но осеклась и виновато взглянула на брата. Всего на мгновенье, но она заметила как Тетсуо изменился, услышав эти слова. Бессильная злоба накрыла его, но, почти сразу отступила.

– Извини, – смущённо пробормотала девушка.

Тетсуо коротко кивнул и спрятался от неё за ширмой, чтобы переодеться. Вскоре он покинул квартиру, немного раньше, чем выходил обычно, и направился в университет. Спустившись вниз, он глянул на часы. В этот раз парень проигнорировал трамвайную остановку, с которой ездил обычно, потому что решил пройтись пешком. До университета было идти немногим больше сорока минут, транспорт же сокращал это время вдвое. Прогулки обычно помогали Такаги прогонять некомфортные мысли. Один и трюков, которым его иногда обучал хозяин храма. Жизнь с Фумико заставила Тетсуо очень внимательно относится к своим эмоциям, чтобы не доставлять сестре лишних проблем. Практики старого господина помогали ему контролировать чувства, но, несмотря на это, сестра всё равно считала парня мрачным. «Ты вечно тоскливый, печальный и очень спокойный, – объясняла она, – а я наоборот, гиперчувствительная хохотушка. А мы точно родственники, братик?»

Район, в котором стояло общежитие, был довольно зелёным, не смотря на достаточно плотную застройку. Дворики домов в обязательном порядке были засажены деревцами, где это было возможно, располагались аллеи или небольшие скверы, в которых постоянно шумели дети. Спокойные районы с узкими улочками были словно избавлены от всех болезней мегаполиса. Но, как и всё в Городе Наук, эти районы тоже были частью масштабных экспериментов. Это был первый микрорайон такого размера, свободный от личного автотранспорта. Для того, чтобы осуществить это на площади небольшого города, пришлось значительно доработать систему общественного транспорта, сделав его значительно точнее и доступнее. Все троллейбусы, трамваи и автобусы перевели на автоматическое управление от Сети, потому что живые водители оказались неспособны проходить маршрут настолько точно, как это делает искусственный интеллект. В итоге, на всей площади жилого комплекса на несколько сот тысяч человек не было ни одной машины, кроме общественного транспорта и редких такси. Такаги слышал, что деревьями район засаживали тоже ради эксперимента, но в чём заключалась его суть, парень не знал.

Оставшийся путь, лежавший над крупной железнодорожной развязкой, не приготовил для парня никаких сюрпризов, как и единственная субботняя пара. За прошедшие два года Такаги не особенно сдружился с ребятами из своей учебной группы. Единственный из них, с кем парень довольно регулярно общался –Исихара Кайоши – невысокий юркий студент, увлекающийся разнообразными теориями заговора и всевозможной фантастикой. После пары у парней завязался довольно бессодержательный диалог о недавно почитанной серии книг, и Тетсуо решил прогуляться с Исихарой до станции метро.

– … а в конце вообще всех попереубивал. Теперь я весь в предвкушении очередной части. Понятия не имею как автор будет выкручиваться, – восторженно рассказывал приятель Тетсуо, активно жестикулируя. Прохожие часто оборачивались на его особенно громкие или двусмысленные высказывания, но парни не обращали на это никакого внимания. В какой-то момент обсуждение книг себя исчерпало, и Исихара переключился другую привычную для него тему: слухи и спекуляции.

– А ты слышал, Императив снова выложили материал, – сказал парень, немного тише.

– Не слежу за ними, – ответил Такаги. – Там есть что-то интересное?

– Да, ещё как. В этот раз они пишут об экспериментах над детьми.

Тетсуо нахмурился. Он не слишком то доверял подобным источникам. Обычно они кормили своих читателей достаточно откровенными глупостями, вроде тайного правительства пришельцев и прочих заговоров. Потому парню не нравилось, когда такие спекулянты касались чего-то вроде опытов над детьми.

– Они утверждают, что под видом обычного медосмотра, учёные чуть-ли не препарируют им мозги, поят разными препаратами и всякое такое, – продолжал его собеседник. – В общем, всё, чтобы способности подробнее изучить.

– Я такие слухи с переезда слышу, – со вздохом ответил Такаги. – Не слишком то сенсационная информация, знаешь ли.

– Знаю. Но в этот раз конкретика. Они нашли детский дом, который практически продавал содержанцев учёным из Города Наук. А оформлялось это всё как благотворительная акция в помощь беспризорникам.

– Хм…

– Вот и именно, «Хмм»! – торжествующе произнёс Исихара. Ему не часто удавалось увлечь друга конспирологией, так что он постарался закрепить свой успех: – Я сброшу тебе статейку вечером.

Такаги кивнул. Какое-то время назад они дошли до станции и стояли неподалёку.

– Ну, бывай. До понедельника, – попрощался Исихара и спустился вниз, не дожидаясь сдержанного ответа Тетсуо.

Свой плотный ужин Тетсуо, как обычно, переваривал лёжа. Эта привычка досталась ему от отца. Ещё со времени жизни в маленькой деревушке на севере Японии мужчины семьи Такаги лежали на полу своего небольшого традиционного дома после того, как отведали еды, приготовленной женщинами. С высоты современной жизни даже Тетсуо было сложно не считать родное село отставшим от жизни, архаичным, что уж говорить про Фумико, которая с трудом вспоминала время, проведённое с родителями. Всего десять минут назад девушка закончила очередной дежурный разговор с их матерью. Как и всегда, Тетсуо сказал пару привычных фраз, оставив разговор с ними на откуп сестре. Парень холодно относился к своим родителям. С одной стороны, чета Такаги еженедельно преодолевали несколько десятков километров только для того, чтобы позвонить своим детям. С другой – в том числе и из-за них Фумико, а следом за ней и её старший брат, семь лет назад отправились в Город Наук и остались здесь жить, предоставленные сами себе.

С момента переезда Тетсуо так и не нашёл в себе сил съездить домой. Он всегда как-нибудь себя оправдывал, но на самом деле прекрасно понимал, что настоящая причина лежит в его неприязни к родителям. Первое время связаться с ними было вообще невозможно. Семья Такаги состоит в ортодоксальной общине, которая предпочитает жить как можно дальше от чужих глаз, а значит и от вышек сотовой связи. Родители сами приезжали навестить их раз в год, на осенний день открытых дверей. Стоит отметить, что попасть в Город Наук – это непросто и недёшево. Конечно, город сложно назвать по-настоящему закрытым, но часто ездить в него для того, чтобы кого-то проведать, тоже не получится. В какой-то мере, этот факт служит таким-же оправданием для четы Такаги, как то, что ему не на кого оставить Фумико, для самого Тетсуо. Как минимум, он сам был в этом уверен.

Парень листал пересланную Исихарой статью. Она была написана бойким провокационным языком, от которого у начитанного студента почти натурально свербело в затылке, но приложенное к ней расследование стоило того. Из провинциального детского дома забрали почти всех детей от шести до десяти лет, якобы в качестве благотворительности, в пользу вакантных мест в школах Города Наук. Одного из увезённых детей часто навещала немолодая замужняя пара врачей. Они так полюбили этого ребёнка, что решили повидаться с ним и после переезда. Только спустя месяц им удалось добиться у властей Города встречи. Когда они приехали, ребёнок находился в больнице с симптомами, похожими на отравление психоактивными веществами. Естественно, увидев это, семья врачей заподозрила неладное. Они попытались усыновить ребёнка, но им отказали. Особенно в статье напирали на то, что его усыновление «противоречит интересам Города Наук».

Выводы Тетсуо дочитывать не стал. К несчастью, для него описанные в статье события были не жуткой сплетней об «истинном лице Города Наук». Всё в этом городе в том или ином смысле было материалом для исследования, и парень знал об этом не понаслышке. В его голове беспорядочно роились воспоминания семилетней давности. Он попал в Город Наук всего на месяц позже сестры, ещё месяц искал её. В июле девочку забрали учится, а в сентябре брат нашёл её в психбольнице. С пустым, и с трудом узнавшим его, взглядом. И психологической инвалидностью. Он сжал кулаки, душа в себе бессильную злобу. Девушка выглянула из-за ширмы и вопросительно посмотрела на брата. Тетсуо отрицательно помотал головой, показывая, что всё в порядке. Всего его гнева, каким бы справедливым он ни был, не хватит для того, чтобы что-то исправить.

Остаток вечера Тетсуо предпочёл бы провести за книгой. Роман, который он сейчас читал, был довольно интересным, но парень растянул его уже почти на целую неделю. В последние дни у него не находилось достаточно спокойного времени, чтобы уделить его чтению. Устроившись на полу поудобнее, Тетсуо попытался погрузится в текст. И понял, что абсолютно не может этого сделать. Помимо тяжёлых воспоминаний, парня глодала совесть. Он совсем отодвинул поручение хозяина храма, оставив поиск информации госпоже Оокубо. Не то, чтобы парень мог сделать ещё что-то полезное, но совесть не позволяла ему просто так расслабляться. Уходя из дома, Тетсуо сказал Фумико, что отправится прогуляться. И это было недалеко от правды: парень понятия не имел, куда именно ему сейчас стоит пойти.

Вечернее солнце клонилось к закату, накрывая улицы золотистой пеленой. Погода была приятной, чистое небо не предвещало дождя. Такаги спрятал руки от ветра в карманы своей толстовки и позволил ногам нести его куда придётся, погружаясь в мысли. С крыши соседнего здания сорвался чёрный ворон и тихо последовал за парнем. Красноглазая птица следовала за ним почти всюду, и только от его квартиры держалась на почтительном расстоянии. Голем должен был оставаться незамеченным, и, стоит признать, цель даже не подозревала о наблюдении. Тем временем, Тетсуо прокручивал в голове все детективные сюжеты, что только мог вспомнить. Парень не слишком любил книги подобного жанра, но, хотя бы шутки ради, пытался вспомнить, что делали главные герои, когда их расследование заходило в тупик. По злой иронии, обычно они дожидались следующую жертву. И тут парня осенило. «Ну конечно, и почему это не пришло мне в голову раньше?» – подумал он и ускорил шаг.

Для туриста или человека, который только недавно переехал, Город Наук мог показаться слишком правильным. Он всегда был чистым, буквально вылизанным, и в нём царили строгие правила, из-за которых достать тот же алкоголь было не так просто. И небезопасно для твоего учебного или рабочего места. Складывалось впечатление, будто в городе негде провести досуг, однако это было не так. Среди местных заведений часто встречались уютные уголки на любой вкус. Такаги особенно нравилось одно из таких местечек по близости. Где-то в получасе ходьбы от общежития Тетсуо небольшое помещение занимала кофейня с зоной тихого отдыха. Заведение было оформлено под библиотеку с бумажными книгами. В век современных технологий нужда в настоящих библиотеках отпала, ведь почти вся существующая литература была давно оцифрована и легко доступна через интернет. Так что для Такаги, выросшего в доме с огромной библиотекой, это местечко оказалось необходимо, как воздух. Несмотря на то, что парень давно читал с электронного носителя, ему нравилось находится в окружении бумажных книг. В прочем, кофейня привлекала его не только своей схожестью с библиотекой.

Неприметная дверь с невзрачной лестницей за ней привели Тетсуо в просторное помещение на втором этаже. У входа стояла барная стойка с разнообразными кофейными принадлежностями, а поблизости – пара витрин с простенькой выпечкой. Обычно люди приходили сюда поработать в тишине или отдохнуть, а тёплые напитки были лишь приятным дополнением. Когда здесь не проходили мероприятия, за залом следила всего пара человек. На высоком барном стуле возле стойки сидела девушка в светлом кардигане – одном из элементов местной формы – с собранными в хвост рыжеватым волосами. Сегодня была смена Мацуи Ханы – знакомой Тетсуо, чему парень был вполне рад. Девушка оторвала глаза от экрана ноутбука, на котором заполняла какие-то документы, и они встретилась взглядами.

– О, Такаги! Привет! – сказала девушка, откладывая компьютер. – Давненько не заходил.

Тетсуо ненадолго задержал взгляд на её лучезарной улыбке, потому кивнул с небольшим опозданием. Впрочем, девушка не обратила на это никакого внимания.

– Сделать тебе чаю? – спросила она.

– Да, и захвати какое-нибудь печенье, пожалуйста.

Такаги прошёл вглубь зала и расположился на своём привычном месте: сел на небольшой пуф-каплю возле окна в пол. Вид на улицу был не слишком живописным, но парню нравилось рассматривать людей, идущих по проспекту по своим важным вечерним делам, когда он отвлекался от работы или книги. Парень уже успел пожалеть, что не взял с собой своего верного спутника – планшет. Читать с его экрана было бы значительно удобнее, чем с телефона, но уже ничего не поделаешь. Вздохнув, парень достал телефон принялся искать. Его план был достаточно прост: раз Город Наук – огромный мегаполис, кишащий людьми с расширенным восприятием, то он рассудил, что статистически не может быть такого, что странных чёрных псов прямо неподалёку от жилого района видели только Тетсуо и та старшеклассница. А раз так, то где-то в сети должны бы появится публикации и обсуждения по этому поводу.

Звучит не сложно, но на самом деле парень понимал, что сейчас ему предстоит перерыть большое количество бесполезной информации. И он не сказал бы, что был готов к этому. Почти весь первый час поисков ушёл в никуда. Сначала в результаты усиленно лезла какая-то маленькая музыкальная группа с названием «Нападение чёрных псов», имеющая по паре страниц во всех возможных социальных сетях. Затем Тесуо осознал, что совсем забыл по фильтр по месту происшествия, правда уже после того, как пробежался глазами по парочке обсуждений из Токио. Наконец, настроив всё правильно, парень добрался до нужных разделов. Обсуждения не были слишком активными. В основном люди писали, что им мерещились небольшие красноглазые псы на разнообразных складских зонах. Иногда они просто сидели, иногда странно двигались. Несколько человек писали, что странные животные проявляли агрессию. Никакой конкретики. Впрочем, под одной из таких записей парень увидел рассылку от конспирологического форума. Вроде бы Исихара говорил о нём, но Такаги не был в этом уверен.

Ссылка привела его в тему, посвящённую городским легендам и прочим странным слухам. Люди обсуждали недавние события. Больше всего их занимала предполагаемая серия убийств, которую, как они думали, старательно пытались не афишировать, но иногда проскакивали теории и по поводу «псов». Они были крайне разнообразны, от новой неизвестной способности и до испытания новых военных роботов. Как ни иронично, о магической природе происшествий никто не говорил, хотя обычно подобным форумам это не чуждо. Впрочем, Тетсуо зашёл сюда вовсе не за этим. Прочитав сообщения за последние пару дней, парень наткнулся на одно довольно интересное наблюдение одного из пользователей. Псов замечали преимущественно в университетском округе, в трёх самых восточных районах. Такаги нутром чувствовал, что это неслучайно, но никакого рационального объяснения у него не было. Единственное, что могло заинтересовать магов поблизости – храм Нито в глубине районного парка, но хозяин ничего не знал о гостях. Зато парень смог предположить, когда псарь появился в городе: псов стали замечать с прошлого понедельника. «Получается, таинственные маги появились в городе порядка недели назад,» –заключил он, отрешённо скользя взглядом по опустевшей улице. – «Но зачем именно сейчас? Дни открытых дверей всего через месяц. Видимо я что-то упускаю…»

– Такаги…

– А?! – удивился парень. Утонув в своих размышлениях, он не заметил, как Мацуя подошла к его столику.

– Ой, я тебе помешала?

– Ничего страшного. Пора закрываться? – спросил он, по привычке бросая взгляд на часы.

– Нет, ещё полчаса будем работать. Но ты – последний посетитель. Могу я составить тебе компанию? – спросила она, и присела рядом, дождавшись кивка Тетсуо.

Такаги с Мацуей познакомились около трёх лет назад. Нельзя сказать, что после первой встречи на шумном мероприятии, они сразу сдружились. Однако, когда девушка устроилась сюда работать, она пригласила многих своих знакомых посетить заведение, и Тетсуо был в их числе. Они стали часто проводить время болтая о всяком, и это была одна из важных причин, почему парню нравилось это место. К тому-же, он часто задерживался здесь до закрытия.

– Как Фумико поживает? – спросила девушка.

Они не были знакомы лично, но Мацуя почему-то симпатизировала младшей Такаги.

– Кажется, неплохо, – ответил он немного наиграно. – На днях изъявила желание найти подработку.

– Что, неужели ей кажется, что у вас мало денег?

– Скорее, она думает, что я слишком много работаю, – усмехнулся парень.

– А вот это совсем не удивительно! – сказала девушка, изображая назидательный тон. Получалось у неё неплохо, если не брать в расчёт вечно сияющую улыбку – Даже к нам зашёл поработать!

– Возможно, – потянул Тетсуо. Ему не очень хотелось объяснять, что поручение Хозяина храма – это не работа, да и разница была невелика.

Впрочем, мысли девушки уже убежали в совсем другое направление:

– Она ведь скоро школу закончит, – пробормотала она задумчиво. – Наверняка поступит в тот же университет, что и ты.

– Почему?

– Да она же в тебе души не чает, судя по твоим рассказам.

– Но это же не повод…

– Ещё какой повод! – перебила она парня. – Уверена, для Фумико это важно.

Тетсуо ничего не ответил, обдумывая слова девушки. Больше ни о чём важном они не говорили. Такаги, как обычно, посоветовал Мацуе пару книг, а Хана красочно расписала недавно прочитанную визуальную новеллу. И, как обычно, посетовала на то, что Тетсуо их зачастую игнорирует.

– Ладно, пора закрываться, – сказала Хана, взглянув на часы на руке Такаги. – Подождёшь меня?

– Конечно, – кивнул парень.

Он расплатился, дождался, пока девушки – Мацуи и её коллега по смене, имени которой парень не знал – переоденутся из рабочей формы, и, наконец, закроют помещение. На улице было пусто, по меркам огромного города. Широкий проспект, вроде того, по которому они шли, никогда не оставался по-настоящему пустым. Редкие машины сновали по многополосной дороге, разделённой островом трамвайной линии, и поздним вечером, и ночью. Вдоль улицы было сосредоточено много мелких магазинчиков, салонов и ресторанчиков, в основном встроенных в первые этажи жилых домов и офисных центров. Естественно, чем ближе они располагались к станции метро, тем плотнее ютились друг к другу, и тем приличнее старались выглядеть. Многие места работали до глубокой ночи, разбавляя светом своих вывесок и без того ярко уличное освещение. Ежедневно, хотя преимущественно и по будням, по этой улице проходило множество людей. В основном это были работники местных офисов и административных учреждений, учащиеся двух близлежащих школ и колледжей. А ещё снаружи было довольно прохладно. Вечерний ветер неприятно продувал через спортивный костюм Тетсуо, а вот Хана, напротив, была одета достаточно тепло и теперь хитро поглядывала на спутника. К слову, парень, как обычно, вызвался проводить её до станции.

– И, как всегда, ты одет не по погоде! – наиграно отчитывала его девушка. – И куда только Фумико смотрит?

– Может быть, я просто не такой холоднокровный, как ты, Мацуи? – с ухмылкой ответил парень.

– О, да, точно, горячий парень! – сказала девушка и звонко рассмеялась.

Такаги широко улыбнулся. Он не смог быстро подобрать достойный подкол в ответ, но это его не слишком беспокоило. Улыбка Мацуи была обезоруживающей. Парень снова посмотрел на неё. Лицо девушки вдруг стало обеспокоенным.

– Всё в порядке? – парень спросил первое, что пришло в голову. И теперь вопрос казался ему очень глупым.

– Да… Да, всё в норме, – мягко улыбнулась девушка. Скромная, немного робкая улыбка не была похожа на лучезарное выражение лица, к которому парень привык. – В последнее время начиталась всякого в сети, жутковато по вечерам добираться домой. Знаю, что всё это глупости, но всё же…

– Может быть, мне проводить тебя до дома? – осторожно спросил парень.

Мацуи отрицательно помотала головой.

– Нет, не нужно, – сказала она серьёзно. – Тебя дома сестра ждёт, не стоит задерживаться.

– Ладно…

– Спасибо. Я правда в порядке.

К тому моменту они уже почти дошли до метро. Остаток пути Тетсуо как мог старался не докучать Хане излишним беспокойством, но на прощанье всё же стребовал написать ему по приезду домой. На всякий случай. Домой Такаги вернулся с ватной головой. День оказался очень длинным, и в какой-то момент парень осознал, что переваривать всё, что сегодня произошло он будет в другой раз. Дождавшись сообщения от Мацуи, парень расстелил футон. А стоило ему лечь, и сон взял своё.

Следующий день – выходной – парень провёл как обычно: утренний ритуал, как магический, так и личной гигиены, завтрак, немного учёбы, чтобы разгрузить следующую неделю, затем тренировка, а вечер посветил отдыху с сестрой за просмотром фильма и чтению. Тренировки Тетсуо проводил несложные: разминка, полчаса бега, а затем отработка ударов в спортзале общежития. Занимался спортом он только по выходным, на неделе на это обычно не было ни времени, ни желания. Разве что изредка спускался поколотить грушу для успокоения. И в последнее время то происходило всё реже.

Вопреки ожиданиям Тетсуо, новая неделя оказалась рутинной и ничем не примечательной, вплоть до пятницы, когда Такаги позвонила Оокубо и пригласила в свой магазинчик: забрать заказ и выполнить обещание. Тетсуо смог добраться до неё только к вечеру, после занятий. Когда он вошёл под звон колокольчика, из-за стойки с кассой ему улыбнулась девочка лет четырнадцати. Выглядела она совсем простенько: одета в монотонную блузку и длиннющую юбку, всё приглушённых цветов, а волосы собраны в пучок на затылке. Парень предположил, что госпожа Оокубо наняла её из местного католического приюта, чтобы та помогла ей в магазинчике. Владелица часто делала так раньше, при этом она не ограничивалась только сиротами, Тетсуо тоже успел здесь поработать в свои школьные годы. В основном он помогал таскать тяжести, прибирался и присматривал за залом, пока госпожа Оокубо работала с другими клиентами внизу. Ничего сложного, подросток вполне может справится, но девочка явно очень нервничала. С каждым шагом Тетсуо её улыбка становилось всё более нервной и натянутой, а взгляд то и дело прыгал с клиента на дверь, ведущую в подвал.

– Д-добро п-пожаловать, – промямлила девушка, как только Такаги подошёл к стойке.

– Здравствуй. Я пришёл к госпоже Оокубо.

– Г-госпожа антиквар сейчас занята, – выпалила девушка немного смелее. Впрочем, посмотреть клиенту в глаза она так и не могла. – Она ожидает гостей.

– Думаю, речь обо мне, – сказал парень как можно мягче. – Позови её, пожалуйста.

Девушка спешно закивала, нажимая на кнопку звонка. Хозяйка магазина поднялась спустя несколько неловких минут молчания. Сегодня она была одета в тёмно-синее платье, а поверх собранных волос красовался берет. Стоило ей войти в зал, женщина тут же принялась ворчать, от чего Тетсуо поморщился, снова припомнив деньки работы в магазинчике.

– О, Всевышний, я же говорила, что занята… – выпалила она и запнулась, встретившись с Такаги глазами. – О! А вот и ты! Не очень-то торопился, как и обычно, – усмехнулась женщина, хитро прищурившись. – Чего стоишь? Пошли, угощать тебя будем.

После этих слов парень окончательно потерял надежду отвертеться от чаепития. Не то чтобы Тетсуо была неприятна компания госпожи Оокубо, но хотелось поскорее вернуться домой. Тихо вздохнув, Такаги последовал за коллекционером в её кабинет. Между заполнявшими помещение без какого-либо порядка ценностями стоял небольшой чайный столик с парой старинных стульев. Кабинет у Оокубо был совсем небольшим, потому, садясь на предложенное место, парень очень боялся опрокинуть что-то из антикварной коллекции. А вот хозяйку всех этих вещей подобные мелочи, похоже, абсолютно не беспокоили. Поверх стола была накинута небольшая скатерть, на которой стоял чайник, распространяющий по комнатке приятный фруктовый запах, и две чашки с блюдцами и ложечками из одного из многочисленных белых сервизов. Венчал сервировку небольшой тортик на тоненькой белой тарелке, который женщина порезала заранее. Госпожа Оокубо уселась напротив и, разливая чай, стала расспрашивать студента о жизни. Об университете, затем о работе и планах на будущее, на что парень ответил дежурное «поживём-увидим».

– А что Фумико? Как там она, есть прогресс? – спросила она, подливая себе чай.

– Радуется жизни. Прогресс… – Тетсуо ненадолго задумался. – Сложно сказать. Похоже, она уже смирилась со своим пожизненным «домашним арестом».

– Неужели руки опустила?

– Скорее бросила попытки пробить ими каменную стену, – печально проговорил парень. – Смириться со своими проблемами ещё не значит не пытаться прожить хорошую жизнь.

– Ей ведь уже шестнадцать. Скоро школу закончит. Ты говорил с ней о будущем?

– Совсем немного.

– Понятно… – женщина ненадолго замолчала. Встряхнув головой, она решила сменить тему: – А как там поживает старик из храма?

Коллекционер его недолюбливала, при том взаимно. Такаги никогда не вдавался в причины их неприязни, хоть и считал её странной: оба чтили старину, хоть и по немного разным причинам, да и в храме вполне могло найтись несколько интересных для антиквара вещиц. Как бы там ни было, долго они об этом не проговорили. Закончив с чаем, госпожа Оокубо предложила перейти к работе. Она встала и отошла к своему рабочему месту, чтобы найти бумаги по заказу Тетсуо. Она провозилась несколько секунд, перекладывая сваленные в кучу на столе документы из стороны в сторону.

– А вот и они, – сказала она певучим голосом, поднимая нужные листы и передавая их парню. – Собственно, здесь всё, что тебе может пригодится.

– Можете коротко рассказать, в чём суть? – аккуратно спросил он, пробегаясь глазами по докладу коллекционера.

– Вот же лентяй! – усмехнулась госпожа Оокубо. – Ладно, слушай. Големы такого типа родом откуда-то с территории нынешней Англии, при том древнее. Первые упоминания аж во втором тысячелетии до нашей эры. Думаю, кельты постарались, я сразу приметила, что рисунок отдалённо напоминает кельтскую вязь. Но источник, на самом деле, не так уж и важен. Как я и говорила, заклинание достаточно популярное, а у них, обычно, есть по несколько версий с разными названиями и мелкими отличиями в ритуале. Наш с тобой случай называется «Катарские цепные псы» и применяли его европейские католики для борьбы с ересями, – самодовольно рассказала она.

– То-есть, ты хочешь сказать, что «Псарь» – часть католической церкви? – переспросил парень. – Но зачем им это?

– А вот в этом я сомневаюсь. То-есть, я уверена, что они католики, но навряд-ли часть Церкви, – она взяла небольшую паузу, подбирая слова, а затем спросила: – Слышал об Индексе Запретов?

– Ну, да. Это список запрещённых католиками книг, – не задумываясь ответил Такаги.

– Так вот. В Индекс Запретов входят не только книги, – продолжила коллекционер. – В нём есть раздел, посвящённый ритуалам. И в какой-то момент истории, несколько столетий назад, «Катарские цепные псы» были признаны негуманными и не рекомендовались к применению, а немногим больше века назад угодили в Индекс. Ни один католик уже достаточно давно не имеет возможности изучать этот ритуал.

– То-есть… – задумался парень, – Раз вы считаете, что они католики, но не следуют Индексу Запретов… Получается, они из какой-то радикальной секты?

– В точку! Только какая именно – я не знаю. После Реформации в шестнадцатом-семнадцатом веках от католиков отделилось очень много сект и течений, и далеко не все из них можно отследить по наши дни.

Такаги задумчиво кивнул, вчитываясь в отчёт коллекционера. Спустя несколько минут он вздохнул и, поблагодарив госпожу Оокубо, отправился домой. Когда парень поднялся из подвала, дремавшая, положив голову на стойку, помощница, испугано дёрнулась и посмотрела на него растерянными сонными и немого испуганными глазами. Взглянув на девушку, Тетсуо невольно улыбнулся, и, попрощавшись, поспешил выйти из магазина, чтобы не ставить её в ещё более затруднительное положение. Вдохнув прохладный воздух сентябрьского вечера, он ещё раз прокрутил в голове то, что узнал за последнее время. «Что-ж, с такой информаций есть смысл заглянуть в храм» – удовлетворённо подумал Такаги, спрятал руки в карманы и направился к станции.

Суббота выдалась на удивление тёплой. Проходя вглубь районного парка, окружавшего храм Нито, Тетсуо повесил свою ветровку на плечо, придерживая её левой рукой. Этот парк был частью одного из немногих в городе, в котором уголочек леса остался практически первозданным. Он был ухожен и чист, но рукотворные сооружения на его территории ограничивались сетью узких дорожек, парой деревянных мостов над прудами и редкими лавочками. Без учёта самого храма на лесистом холме. Не все жители окружающего парк академического района знали о существовании этого ритуального комплекса, а случайно прогуливаясь по парку, найти его было не так уж и просто. Иногда Тетсуо казалось, что храм сам отваживает от себя посетителей, словно скрываясь в гуще листвы и стволов, но хозяин храма в ответ на догадку парня только посмеялся. Сегодня старое и почти забытое место поклонения ощущалось необычно. Такаги не сразу смог понять, что именно изменилось, это была неуловимая перемена в атмосфере, духе этого места. Сколько Тетсуо знал это место, оно всегда было наполнено мощью и древней мудростью. А сейчас… Нет, это ощущение не пропало совсем, скорее немного угасло.

Сегодня у храма было пусто. Такаги добрался до него во второй половине дня, немногим после полудня, и ожидал увидеть вечно работящую Саито, однако поблизости её не было. Пожав плечами Тетсуо подошёл к ящику для подношений. Он уже давно был бесполезен, с того момента, как в городе окончательно перестали водиться наличные деньги. В качестве традиции вместо денег могли бросать рукотворные талисманчики и другое простенькое оригами, но заполненной коробку Тетсуо ещё не видел. Впрочем, это не удивительно, ведь в храм и правда приходят всё реже. Обойдя коробку, парень постучал в раздвижную створку двери.

– Входи, – послышался голос старика из глубины строения.

Дверка отъехала немного неохотно из-за просевшего пола на крыльце. В первом помещении хозяина храма не было. Тетсуо разулся и прошёл вглубь старого здания. Дощатый пол тихонько поскрипывал, пахло пылью, бумагами и, совсем немного, аромомаслами. О таких местах говорят, что время для них будто остановилось. Старик обосновался в небольшом полупустом кабинетике в дальней части здания, который, судя по всему, также служил ему спальней. Он сидел за низким столиком и методично расписывал талисманы. Руки старика, сморщенные и покрытые вздувшимися венами, уверенно держали традиционную японскую кисть, вычерчивая иероглифы и обрамляющий их узор. Ровные, идеальные символы ложились на бумагу, образовывая незнакомый Тетсуо узор. Наконец завершив выводить очередной элемент композиции, хозяин храма аккуратно отложил кисть и поднял голову чтобы встретиться глазами с гостем.

– Здравствуй, Тетсуо – заговорил хозяин храма и указал на лежащий напротив него дзабутон. Дождавшись, пока парень сделает поклон и сядет, он продолжил: – Как твои успехи?

– Я смог немного разузнать про «псаря», – ответил студент и подробно пересказал ему все свои размышления и выводы, к которым пришёл за последние дни. С каждым новым фактом, который высказывал парень, выражение лица старика едва уловимо мрачнело. В отличии от Тетсуо, пожилой хозяин храма уже понял, кто наведался в его вотчину.

– Вот, собственно, и всё, что мне удалось узнать… – закончил парень. – Хотя подождите-ка, ещё кое-что. Псарь проявлял себя только в этом районе. И я ума не приложу, что им может быть нужно.

– Понятно. Спасибо, Тетсуо, ты хорошо постарался.

– Я думаю, я смогу разузнать больше, если…

– В этом нет необходимости, – оборвал его старик. – У меня есть к тебе ещё одна просьба. Я хочу, чтобы ты нашёл для меня одного человека.