Тебе не скрыться от меня

Глава 1

Стюардесса указывает рукой на мое место и, взглянув на него, вижу, что рядом сидит та самая девушка, которую я заприметил в зале аэропорта. Она сейчас смотрит в иллюминатор и не обращает на меня внимания. А я ее узнал по волосам. Они действительно красивые, отдающие здоровым блеском и спускаются легкими волнами до ее талии.

А жизнь налаживается! Ожидание скучного полета сменилось как по заказу удачным подбором компании. Никогда не спешащий переоценить внешние данные, на первый взгляд, подмечаю: особа более чем симпатична.

Останавливаюсь около наших кресел и улыбаюсь от осознания того, что эту цыпу я все-таки сегодня подцеплю.

— Hi! How are you (Привет! Как дела? — англ.)?

Она поворачивается ко мне и внимательно рассматривает. Проходится взглядом от ног до лица и обратно.

Сажусь в соседнее с ней кресло и жду ее воплей типа: «А!!! Это ты!!! А-а-а!!!» — такова обычная реакция девчонок на меня. «Ну, давай! Признай во мне знаменитость, но, главное, не пищи от счастья, я тебя умоляю». Но она… просто отворачивается обратно к иллюминатору. Это демонстрация холодного спокойствия или высокомерного пренебрежения? Реагирую немедленно.

— What? What the fuck (Что? Что за херня? — англ.)? — произношу чуть громче положенного. Такого я точно не ожидал. В бесконечных барах, ночных клубах, шумных компаниях мое присутствие девчонок с ума сводило. Чтобы привлечь внимание они такое вытворяли, а эта ...

К нам спешит стюардесса, думая, что надо решать проблему пассажиров.

— How can I help you (Чем я могу вам помочь? — англ.)?

Девушка оборачивается на голос стюардессы и произносит очень красивым и мелодичным голосом:

— Вы же говорите по-русски? Объясните, пожалуйста, этому молодому человеку, что я не понимаю его языка.

— Так ты русская? — спрашиваю на ее родном и могучем.

По глазам девушки вижу, что она очень удивлена. Ну,наконец! Хоть какая-то реакция с ее стороны.

— Э-э-э, я — да. А вы тоже?

В памяти всплывает мое первое интервью журналистам, где я говорю, что мои родители — американцы. Мы с моим менеджером сообща приняли решение скрыть от поклонников тот факт, что мои предки родом из России. Сообщили всем, что они выходцы из Германии, но уже давно проживают в США, поэтому я считаю себя американцем. В каком-то смысле мы сказали правду, просто опустив тот факт, что это вся история моего отчима, а не моя.

— Нет. Но мне нравится ваш язык, и я решил его изучить. Как вам мое произношение?

— Для иностранца у вас очень хорошо получается, — медленно подмечает она.

А разве может быть по-другому, когда у родителей непреложный закон: «Дома говорим только на родном русском, на улице — только по-английски».

— Признаюсь, — улыбаюсь своей самой милой улыбочкой, от которой все девочки сходят с ума, — у меня друг — из России, и мы часто с ним вместе практикуемся в языках.

— М-м-м… понятно.

Вижу, как она отводит взгляд в сторону окна, желая завершить диалог и вернуться к созерцанию аэропорта. Но я не хочу прерывать наше общение, поэтому быстро произношу:

— Привет еще раз, меня зовут Стив, — закидываю удочку, назвавшись фальшивым именем. Посмотрим, знает она меня или нет. Ну не может же не знать, побывав в Америке!

— Привет, а меня — Лили.

Хм, необычное имя для русской девочки.

— Очень приятно, — протягиваю руку, и она, как воспитанная девушка, делает то же самое. Хотя по глазам вижу, что даже касаться меня не хотела.

Странная она какая-то. Все девчонки мечтают меня потрогать, прикоснуться хоть пальчиком, а эта... Хотя… от этого еще интересней общение становится.

— А ты в Америке проездом была или учишься тут?

— Э-э… Прилетела в гости к тете. Вот теперь обратно домой.

— А твоя тетя неплохо живет тут, раз может позволить себе купить для племяшки билет в бизнес-классе.

Моя собеседница меняется в лице.

— Нет, она обычная женщина, которая приехала в Америку в поисках лучшей жизни. А этот билет был разыгран авиакомпанией, и она его выиграла. Но подарила в итоге мне.

Стюардесса проходит по ряду и просит пассажиров пристегнуть ремни безопасности. Девушка начинает нервничать, ее руки дрожат, да так сильно, что даже я это замечаю.

— Что с тобой? Ты себя плохо чувствуешь?

— Я просто боюсь летать. Давай немного помолчим, пока самолет набирает высоту, хорошо?

— Ладно, если тебе от этого легче...

— Да, мне нужна тишина в такой момент.

— Окей, Лили. Продолжим общение уже в небе.

Она вновь отворачивается к иллюминатору. Я же лезу в карман за конфетками. Да, я сладкоежка и, пока самолет совершает взлет и посадку, с удовольствием могу себе позволить без зазрения совести и ругани своего фитнес-тренера съесть пару-тройку сладких кругляшей.

Разворачиваю карамельку и закидываю ее себе в рот. А потом меня посещает идея.

Достаю вторую, беру Лили за руку и вкладываю в нее конфетку. Рот девушки немного приоткрылся от удивления, а глаза увеличились вдвое и смотрят то на наши руки, то прямо на меня. Она ошарашена моей выходкой.

Ловлю себя на мысли, что мне нравится ее касаться. Подмечаю, что кожа очень нежная , и пальчики тоненькие и длинные.

— Попробуй, помогает.

— Х-хо-ро-шо, — отвечает она и отнимает свою руку.

Эх, жаль. Усмехнулся сам себе. Когда я последний раз держался за ручку с девочкой и хотел продлить этот момент? Да никогда! А что тогда это со мной сейчас?!

— Давай я тебя подержу за руку, пока мы взлетаем, — сам не понял, как произнес эти слова вслух.

Смотрим друг на друга с некоторым недоумением. Я удивлен тем, что сказал только что, а она — моим предложением. Блин, надо пояснить, а то еще решит, что я к ней пристаю.

— Ну, я видел в фильмах, как люди помогают друг другу в самолете: держась за руки, преодолевают свой страх полета… типа.

— Э-э-э, не надо. Я сама справлюсь, — произносит довольно уверенно и безапелляционно.

Ну, окей. Сама так сама. Решаю оставить ее (пока что) в покое. А вот смотреть она же не запрещала! Поэтому сижу и нагло рассматриваю ее, насколько позволяет мне мое положение в кресле.

Она и правда красивая. Женственное с правильными чертами, но по-детски миловидное у нее лицо. Большие карие глаза, которые сегодня уже глядели на меня глубоким грустным взором. Еще немного и они будут искриться от смеха и блестеть как тающий шоколад, я уверен, как только она подпустить меня к себе чуть поближе. Аккуратный носик, пухленькие губки, которые она сейчас покусывает от напряжения. Чистая кожа лица, единственное, на пару тонов темнее, чем я предпочитаю, но это не критично. Ее это не портит.

Когда самолет набирает нужную высоту, решаю, что пора продолжить нам знакомиться.

— Так ты из России, значит. А в каком городе живешь?

— А ты в какой летишь? — наконец проявляет она интерес ко мне. Думаю, я ей уже нравлюсь.

— Я? В Москву.

— М-м-м, в столицу, значит. А я живу далеко от Центральной России, — говорит воодушевленно.

Вот черт! А вот тут мне действительно жаль! Мне она нравится, и я хотел бы продолжить наше знакомство.

— А где именно далеко? — интересуюсь. Может, съезжу к ней на пару деньков, заодно и посмотрю Родину родителей, проехав по городам страны.

— Э-э-э, — мой вопрос как будто застал ее врасплох, — Ростов-на-Дону, — наконец отвечает мне.

— А это сколько от Москвы?

— Почти сутки на машине.

— И как ты будешь добираться? Еще сутки проведешь в дороге? — удивляюсь. Это же какой она уставшей должна приехать домой.

— Да… Я от Москвы поеду на автобусе. Посплю в пути.

Невесело. Не хочу терять с ней связь, и увеличивать расстояние между нами. Все должно быть ровно наоборот. Мне надо его максимально сократить.

— Может, номерами обменяемся? Возможно, буду в твоем городе. Могли бы увидеться.

— Хм… Ну, можно. Давай, диктуй свой номер, — достает из сумки телефон. А трубка- то у нее — последняя модель «яблока». Неплохо всё же она живет, раз может себе позволить такой мобильник, находясь в России.

— А вот с этим проблемы. У меня же американский номер. По приезду в аэропорт приобрету местную симку. Давай ты мне свой скажешь, а я, как куплю, тебя наберу. Она задумывается, и я ловлю ее недовольную эмоцию. Она не хочет дать мне свой номер?!

— Ну хорошо, записывай, — медленно произносит и диктует цифры.

— А давай на всякий случай и в Facebook подружимся, чтобы уж точно не потерять связь. — Она смотрит на меня очень внимательно, будто на что-то решаясь. — Что? — не понимаю, почему не отвечает.

— Да, давай. Только можно мне сначала выйти, позволишь?

— Да, конечно.

Лили встает, берет свою сумочку и следует по направлению к туалету.

Ну, окей. А я пока послушаю музыку. Вставляю наушники и, прикрыв глаза, откидываюсь в кресле довольный собой.

Уже прослушал около десяти треков, а моей соседки всё нет. Что за фигня?! Снимаю наушники и оглядываю салон. Все пассажиры на местах, не хватает только Лили. Вызываю стюардессу.

— Вы не могли бы проверить туалет? Моя соседка ушла около получаса назад. Не знаю, возможно, ей стало плохо.

— Да, конечно, сэр. Не беспокойтесь, я сейчас проверю.

Слежу за ней взглядом, готовлюсь встать с места, если вдруг потребуется моя помощь.

Бортпроводница доходит до туалета и стучится. Тишина. Еще раз — снова тишина. Она открывает дверь, заглядывает. После разворачивается ко мне и неспешно подходит.

— Извините, сэр, но там никого нет. Вы уверены, что рядом с вами сидел пассажир?

— Что? Конечно я уверен! Что за вопрос! Мы с ней общались, а потом она захотела «попудрить носик» и ушла в туалет. С тех пор я ее не видел.

— М-м-м, ясно. Успокойтесь, сэр. Всё хорошо. Если она сидела рядом с вами, то, значит, скоро вернется. Из самолета же она не вышла, правда? — объясняет, как какому-то ребенку, и улыбка такая у нее… издевательская, что ли.

Понимаю, что эта стюардесса ничего не знает.

Ну да, это не она обслуживала нас ранее. Подожду ту, другую. Которая общалась как со мной, так и с Лили.

Проходит еще полчаса, но моя соседка не возвращается. Целый час пропадать где-то на борту самолета — это уже нереально! С ней явно что-то случилось!

Снова вызываю стюардессу. Опять приходит та же. Чувствую, что с ней дело не сдвинется с мертвой точки.

— Позовите вашу напарницу, которая обслуживала меня с начала полета.

— Извините, сэр, но сегодня бизнес-класс обслуживаю я.

— Нет, не вы. Была другая девушка.

— Нет, сэр, вы заблуждаетесь. Сегодня моя смена в бизнес-классе.

Что за чертовщина происходит?!

— Девушка, — смотрю на ее бейдж, — Маша, — выделяю ее имя, — вы появились здесь только сейчас. А в начале полета тут была симпатичная брюнетка.

Она на меня так смотрит, как будто я ей пытаюсь доказать, что Нью-Йорк находится в Соединенном Королевстве. Короче говоря, что я несу бред и всякую ахинею. Просто жесть! Что за!..

— Молодой человек, сейчас на борту один стюард и три стюардессы. Брюнетки среди них нет, поверьте.

Мне надоело! Резко встаю и иду в направлении эконом-класса. Выйти отсюда, как из автобуса, Лили не могла, а значит, должна быть там. Отодвигаю шторку и оглядываю пассажиров. Все заняты своими делами: кто музыку слушает, кто фильм смотрит, кто книгу читает.

Слышу за спиной:

— Сэр, вам туда нельзя, займите, пожалуйста, свое место.

Но я не обращаю внимания на её просьбу. Иду дальше между кресел и рассматриваю пассажиров. Если она не в бизнес-классе, то, по-любому, тут. Прошел уже несколько рядов, как услышал визг и затем возглас на чистейшем английском:

— Oh, My God! It's Deni Veber! A super model of America (О, мой бог! Это же Дени Вебер! Супермодель Америки! — англ.)!

Поворачиваю голову в сторону звука. Какая-то несуразная девчонка с брекетами и очками, вскочив с кресла, смотрит на меня во все глаза и, пытаясь удержать свои эмоции, машет руками, будто пытается взлететь.

Полоумная фанатка, не люблю таких. Она, поймав мой взгляд, помахала мне рукой, не стирая с лица выражения восторга.

— Look! That's him!!! Oh, my God (Смотрите! Это он!!! О, мой бог! — англ.)!

Пассажиры отреагировали мгновенно, направив мобильники на меня, и начали щелкать затворами камер.

Черт! Только этого мне не хватало.

Улыбнулся, поднял руку в качестве приветствия, а после резко развернулся и быстрыми шагами направился к своему месту.

Вот ведь мелкая пигалица! Из-за нее не удалось отыскать Лили. Если бы она так не заорала на весь салон, никто бы внимания на меня не обратил. Черт! Как теперь вернуть Лили на соседнее кресло?!

Когда сел на место, нога начала дергаться в нервном нетерпении. Эта фанатка спутала все планы по поиску и возврату моей пропажи, но ничего, что-нибудь при посадке придумаю.

...

Как только парень скрылся за шторкой бизнес-класса, улыбка сошла с некогда восторженного лица девушки, и она спокойно села в свое кресло.

— Теперь можно спокойно почитать. Думаю, он уже сюда не сунется, — произнесла она вслух, сняла очки и открыла отложенную ранее книгу.

Глава 2

Часом ранее

Лили с сожалением встала со своего удобного кресла и мысленно попрощалась с круассанами и вкусным кофе. А все из-за этого самовлюбленного болвана и красавчика в одном лице — ее соседа! Остальной путь до дома ей придется провести в эконом-классе, а она так надеялась хоть в полете отдохнуть. Взяла свою бездонную сумочку, в которой всегда помещалось много вещей, и оглядела место, где только что сидела, понимая, что ничего здесь оставлять нельзя. Зашла в туалет, собрала волосы в пучок и скрыла их под кепкой. Надела очки, а также капы, которые носила еще в школе. Стерла помаду с губ. Сняла пиджак и, аккуратно свернув его, положила в сумку. Оттуда же достала легкую кофточку и надела взамен своей блузки. Поменяла юбку на легкие легинсы, а туфли на высоком каблуке —на летние кеды.

— Эх, — посмотрев на свое отражение в зеркале, пробормотала она, — а так хотелось хоть раз приехать домой не в роли «бедной Золушки». Да, судьба... она такая, ее не изменить.

Выйдя из туалета, она подала знак стюардессе, и та незамедлительно подошла. Протянув ей свой второй билет, Лили произнесла:

— Проводите меня до моего места.

— Да, конечно. Пойдемте!

И обе девушки направились в эконом-класс.

Лили предполагала, что он захочет ее найти, поэтому ждала появления Дени. Правда, ожидала его увидеть чуть ранее, а не через час. Долго же он настраивался на поиски пропавшей попутчицы. Если бы с ней действительно что-то произошло, то на него не стоило бы надеяться, только на саму себя. Впрочем, как всегда.

Увлекшись чтением, она не сразу увидела его в проходе между рядами, а когда заметила, вскочила и заорала на весь салон, привлекая внимание всех к нему.

И да, конечно, она сразу узнала этого самодовольного красавчика, как только тот сел в соседнее кресло. В Америке он смотрит на тебя чуть ли не с каждого билборда. И когда Дени заговорил с ней, попытался познакомиться, от волнения ничего умнее, чем сказать, что не понимает его и не знает английского, не пришло ей в голову. Но, как назло, он ее и тут обставил, заговорив на русском, с легким привлекательным акцентом . И откуда такие познания языка у этого американца с немецкими корнями? А имя? Почему он соврал, что его зовут Стив? Или, может, у него два имени? Хотя можно предположить, что он не хотел раскрывать свою личность, нежели наличие двойного имени. Скорее всего он просто хотел подцепить девчонку на ночь, с сожалением приходит она к этому выводу. А как она чуть не спалилась, когда он спросил ее о городе пребывания...

Да и какая разница? Они больше не увидятся, поэтому и не стоит загружать этим свою голову.

Дени

Тарабаню пальцами по подлокотнику. Не нравится мне, что обвели вокруг пальца, как малолетку. Бесит! Неприятно такое осознавать. Успокаивает только то, что у меня есть еще несколько часов в запасе. Мы в замкнутом пространстве, а значит, будет возможность во всем разобраться.

Слежу за стюардессой, периодически вызывая ее по всяким мелочам. То плед попрошу, то бумажный пакетик, водичку, жвачку, подушку, томатный сок, апельсиновый сок, газету, журнал, другой журнал... Я знаю, она меня уже ненавидит. Но и я не питаю к ней теплых чувств за то, что пыталась выставить меня полным лохом. Если бы я еще был пьян и сам ничего не помнил... Но я не пью спиртных напитков во время полета специально, чтобы потом меня не могли обвинить в пьянстве и дебоше на борту.

В очередной раз встал «размять ноги», прошелся взад-вперед по салону, выглядывая за занавеску в поисках Лили. Но все мои попытки обнаружить пропажу остались безрезультатными. Все девять часов полета проходят в напряжении и нервном ожидании. Давно я так себя не изводил. Сидел, вспоминал, как все началось сегодня утром.

Несколькими часами ранее

Сижу в зале ожидания, потягивая кофе, и жду посадки на самолет. Но нет никакого желания лететь. Задаюсь вопросом: почему именно я?! Родители наотрез отказались выслушать мои доводы против и сказали, что из нашей семьи ехать больше попросту некому. Они заняты, у младших занятия в школе, которые им сейчас никак нельзя пропускать, да и вообще, они еще молоды для таких перелетов. А как же я?! Не хочу я в эту Россию! Девять часов в пути и, спрашивается, для чего это мне надо?!

Сами родители давно оттуда сбежали, даже успели получить гражданство США. И возвращаться не планируют, а меня отправили под девизом «Семья — самое важное, что есть в жизни человека». Теперь я представляю нашу семью на свадьбе моей кузины, дочери сестры матери.

— Они нам очень помогли в сложное для нас с отцом время, теперь наша очередь выказать им уважение и материальную поддержку, — сказала мне тогда мать.

Так отошлите им деньги переводом, зачем там нужен я?!

Ответ прост: моим родителям приспичило отправить своего непослушного сыночка к родственникам, чтобы он увидел, как живут люди, у которых не хватает денег на крутые тачки, как у меня, которые я к тому же успешно разбиваю. Или увидел людей, которые не живут в трехэтажных домах подобно нашему, а ютятся в малогабаритных квартирах, и ничего, держатся.

Предлог нашелся. Знали, как правильно надавить, ведь мне с детства вбивали: «Семья — главное! Всё ради нее!». Вот и вырос я с этим понятием. И теперь сижу в зале аэропорта в ожидании своего рейса.

Так уж получилось, что я с детства обеспечиваю свою семью. Мне повезло родиться красивым ребенком, и мать носила мое портфолио по фотостудиям и детским модельным агентствам. Меня заметили и стали снимать в рекламе подгузников, детской одежды, косметики для детей и тому подобное. На первые гонорары родители и организовали свой магазин детских товаров. Это сейчас у нас сеть в десяти штатах , а тогда, двадцать три года назад, это был маленький магазинчик на одной из улиц Майами. Сам я всё так же продолжаю работать моделью. Правда, получил образование финансиста. Только вопрос: для чего? В работе модели эти знания ни к чему. Но получить образование — это как поставить еще одну галочку в мамином списке важных дел.

Недавно мой агент выбил мне возможность поучаствовать в кастинге на роль в молодежном сериале. Он сказал, что это прекрасный шанс для развития карьеры. Ну что же, я ему доверяю и, как вернусь, начну работать в этом направлении. Вот почему эта поездка на Родину родителей еще больше меня злит. Если бы не она, я бы уже начал готовиться к пробам и, кто знает, возможно, уже через месяц получил бы свою первую роль в кино.

Сижу недовольный, нацепив темные очки, чтобы, не дай бог, не узнал никто. Еще не хватало раздавать автографы влюбленным в меня фанаткам.

От скуки рассматриваю народ вокруг, который, как и я, томится в зале ожидания, и вдруг взгляд останавливается на девушке, проходящей мимо, в нескольких метрах от меня, ближе к окнам.

Солнце играет в ее длинных темно-русых волосах, которые гладким водопадом ниспадают по ее спине. Глаза скрыты за большими солнцезащитными очками. Подходит к табло вылетов и смотрит на расписание рейсов. Снимает очки в поисках нужной ей информации. А она красивая! Высокий каблук выгодно подчеркивает тонкую щиколотку и стройные ноги. Строгий пиджак придает какую-то недосягаемость ее образу. Давно я таких не встречал! Нет, красивых девушек много в моем окружении, но вот таких, с естественной красотой, которым достаточно только чуть-чуть косметики, чтобы подчеркнуть ее, а не ослепить всех. И что еще было особенного в этой девушке — она не искала заинтересованных в ее персоне взглядов. Она была очень серьезной и по сторонам вообще не смотрела.

Обычно красивые девушки посматривают по сторонам в поисках парней, которым они понравились. А эта нет.

Она ответила на звонок, сухо поговорила с собеседником, положила телефон в сумочку и вернула внимание на табло.

Тут я услышал, что через двадцать минут заканчивается регистрация на мой рейс и начинается посадка. Наконец-то! И пока я отвлекся на свои мысли, девушка пропала из поля моего зрения. Я снова огляделся вокруг, но тщетно. Она исчезла, как видение.

Жаль, можно было бы взять телефончик и по возвращении замутить с ней. Провести пару-тройку жарких ночей — уж точно. Со мной она бы оттаяла, я уверен.

Наверное, не судьба с ней познакомиться. Как ни выглядывал — нигде ее нет. Жаль, конечно, но ничего страшного. Переживу.

По словам Тёмы, моего кузена, в России девушки падки на таких красавчиков, как я. А уж если им сказать, что я популярная модель в Штатах, то... В общем, я рассчитываю на отличную компанию каждую ночь, вплоть до своего отъезда домой.

Проходя в салон бизнес-класса, куда меня сопровождала миленькая стюардесса, и по ее взгляду понимая, что она меня узнала, подмигнул ей, предвкушая жаркий секс в самолете. Радуясь, что хоть это небольшое приключение скрасит мое долгое путешествие.

А что я получил в итоге? Только стресс, неудовлетворение и злость на всех окружающих меня людей. За то, что меня обхитрили.

Самолет приземлился в аэропорту, и пассажиров начали провожать к трапу. Я вышел среди первых, не попрощавшись с бортпроводниками. Оглядывался и посматривал на выходящих из «эконома» людей, но ни в ком не смог ее узнать. Народу было много, она могла затеряться. Но как так вышло, что я не смог ее найти?! Зато увидел эту страшную пигалицу, которая узнала меня в самолете и закричала об этом на весь салон. Но вот Лили нигде не было.

Меня должен встретить кузен Тёма, младший сын тети. Последний раз мы виделись, когда ему было девять., а мне четырнадцать, и тогда он казался мне таким маленьким и щупленьким. С тех пор мы общались только по скайпу, да по фейстайму. А сейчас передо мной смазливый, повзрослевший пацан девятнадцати лет.

Стоит с табличкой «Дени Вебер, добро пожаловать домой!» И смайлик нарисовал улыбающийся. Придурок. Хотя я его люблю именно таким.

— Здоров, бро! С приездом, что ли.

— Ага, спасибо.

Здороваемся крепким рукопожатием и слегка сталкиваемся плечами.

— Долго летел, как полет? В этот раз на российских авиалиниях прилетел, и как оно? Разница есть с американскими?

— Полетишь и сам сравнишь. Мне не до этого было.

— А что так? Или... да ладно! — усмехается этот придурок. — Успел подцепить какую-то чику на борту? Уверен, что да! Бро, ты, как всегда, купаешься в шоколаде! Девки на тебя стаями липнут.

— Да заткнись ты уже и не говори того, чего не знаешь. Есть у Темы один грешок: бежит впереди паровоза. Толком ничего не зная, делает свои выводы.

— Воу, воу! Да что такого произошло?

— После расскажу. Давай пойдем уже. Ты, кстати, за рулем?

— Обижаешь! Я как права получил, с тех пор не слазил.

— Вот и отлично. Мне надо одного человечка дождаться.

— Кого?

Мы уже подходим к одному из выходов аэропорта, и я оглядываюсь, стараясь увидеть объект своих поисков.

— Скоро узнаешь. Машину подгони к выходу, а я пока покараулю. Не хочу пропустить...

— Дай угадаю, — перебивает меня кузен, — девушку?!

— Догадливый не по годам, — шутя бью его по плечу. — Давай за машиной, я жду.

— Штраф могут вломить, если долго будем стоять.

— Аварийки включишь. Если не обойдется этим, я оплачу штраф, не переживай. Главное — сделать задуманное.

— Хех, окей, бро! Я скоро. А ты пока лови свою мамзель.

— Иди ты... вперед, давай!

Тёмка уходит, а я встаю поодаль от людей, но так, чтобы было видно всех, кто идет к такси или к встречающим их машинам.

И таки да! Я ее вижу! Идет, улыбается всем, никого не замечая. Ну вот ты и попалась, птичка!

В этот момент мне сигналит подъехавший Тёма. Бегу к нему, стараясь не выпускать ее из вида. Быстро сажусь в авто и указываю рукой на ту машину, куда села моя «цель».

— Вот за ней, быстрее, едем. Ее никак нельзя упустить.

— Будет сделано, большой брат!

— Ну ты и придурок!

— От такого же и слышу. Так за кем мы едем? Не дала в небе, решил наверстать на земле?

— О боже! И мне терпеть тебя две недели! — произношу как можно более страдальческим голосом, подняв взгляд на обивку крыши автомобиля.

— Любить и лелеять, ты хотел сказать?! Да, именно так ты и должен поступить!

— Дебил!

На что Тёма только заржал и весело подмигнул мне. Хоть пацан и молодой, машиной управляет уверенно. Что меня очень радует.

Тем временем, следуя за автомобилем, мы подъезжаем к торговому центру, девушка покидает такси и спешит скрыться внутри.

— Я скоро! У тебя есть для меня телефон с местным номером?

— Обижаешь! Я же подготовился к твоему приезду, — с этими словами Тёма достает древнюю Nokia и протягивает мне.

Смотрю сначала на этого придурка, а после на допотопный телефон. Затем хватаю его и, выходя, произношу:

— Напомни, как вернусь, вставить тебе мозги.

— Обязательно. Можешь на меня в этом положиться, — выкрикивает мне вдогонку мой горе-братец. А я спешу в торговый центр, мне нельзя ее потерять теперь, когда она оказалась уже почти в моих руках.

Быстро прохожу первый этаж, и, конечно же, ее нигде нет. Поднимаюсь на эскалаторе на второй и замечаю ее на соседнем, спускающейся вниз. Она выделяется на фоне обычных людей своим внешним видом. Перепрыгиваю через ступеньки, сначала вверх, благо народу немного, затем вниз и настигаю ее уже у самого выхода из здания. Хватаю ее за руку и разворачиваю к себе лицом.

— Ну привет, врушка.

Глава 3

Стюардесса, а это именно она, смотрит на меня непонимающе, но через несколько секунд в глазах появляется узнавание. — Вы? — изумленно спрашивает

— Я. — заявляю, удовлетворенный своими действиями. Да, я не такой уж лох, каким она меня представила.

Она оглядывается по сторонам. Затем снова смотрит на меня.

— Но как?! Ах!, — строит догадки она, — Вы следили за мной?!

— Да, но только из-за того, что вы не оставили мне выбора.

— Но зачем? — недоуменно спрашивает она, а потом вдруг расплывается в ехидной улыбочке: — Зацепила девчонка, да?

— Возможно. Но больше взбесило ваше отношение! Думали, провели меня как какого-то безмозглого сосунка?! Который не дружит с головой и даже не запоминает, кто его обслуживал пятью минутами ранее?!

— Ну, во-первых, вы все богачи на самом деле не смотрите на лица людей, которые работают на вас в качестве «принеси-подай». А во-вторых, мы действовали незапланированно. Не надо так утрировать. И давайте уже уйдем с прохода, мы людям мешаем.

Кивнул. С этим я согласен, пара человек уже недовольно ворчали, огибая нас у входа в торговый центр.

Она пытается вырвать руку, но я не позволяю. Вдруг решит сбежать, не буду же я за ней гоняться по всему зданию?! Еще, чего доброго, кто видео снимет и выложит в сеть. Мне такого не надо.

Для меня сейчас первостепенная задача — тихо и аккуратно выведать нужную мне информацию.

Отойдя подальше от входа, встаем за угол, чтобы как можно меньше людей нас видело.

— Итак...

— Итак... — передергивает она.

— Рассказывай. Я жду, — мои нервы на пределе, жаль, что она не мужик, уже бы давно разобрался.

— Не припомню, чтобы мы переходили на «ты».

— Послушай… те. Мне уже не до шуток!

— Мне тоже. Я могу лишиться работы!

— Из-за чего? Из-за того, что я узнаю от вас хоть что-то о Лили? И как вообще вы провернули всё в самолете?

— Она тебе назвала свое имя? — стюардесса выглядит очень шокированной.

А я, что называется, обалдел от ее реакции. Что такого в том, что девушка сказала, как ее зовут?!

— Э… ну да. А что?

— Раньше она так не поступала… Хотя она и тут умело вывернулась, назвавшись неполным именем, — задумчиво говорит она, а в глазах пляшут смешинки.

— И как звучит ее имя полностью?

Стюардесса выгибает бровь. Стерва, все понятно.

Президент Бенджамин Франклин на купюре решит это вопрос, я уверен. Протягиваю ей сотню долларов, на что она только фыркает.

Ясно. Значит, мало. Ну что же, я настолько же нежадный, насколько любопытный, особенно сейчас. Добавляю сверху еще две хрустящие банкноты.

— Еще семь таких сверху, и расскажу, — говорит и при этом забирает из моих рук баксы.

—Шутишь?! Одно имя за штуку зеленых?! — это уже наглость.

— А что тебя еще интересует?

Решаю пойти ва-банк:

— Рассказываешь всё, что о ней знаешь. — Стерва хочет возмутиться, но я не даю ей вставить даже слова и быстро продолжаю: — И тогда сверху добавляю еще штуку.

Все ее мыслительные процессы отображаются на лице. Жадность и жажда легкой наживы борются с ответственностью и правилом не разглашать информацию о пассажирах.

В итоге побеждают первые два, и она произносит:

—Ладно, только деньги вперед.

Достаю еще семь стодолларовых купюр и передаю ей. Улыбается плотоядно, глаза бегают по зеленым бумажкам. Уже явно планирует, на что их потратит.

— И?

— Только никому ни слова, что это я проболталась.

— Детка, я даже имени твоего не знаю, — с легкой насмешкой произношу эти слова, пытаясь успокоить собеседницу. — Да и кому мне это рассказывать?

— Ну, не знаю. Мало ли.

— Короче, давай быстрее. Как ее зовут и так далее. Все, что знаешь.

— Зовут ее Лилиана. За ней стоит какая-то крутая «шишка», при деньгах и власти.

— Откуда такая инфа?

— Наблюдательность.

— Под вопросом. Что еще? Какая у нее фамилия?

— Не знаю.

— Слушай!..

— Я честно не знаю.

— А имя откуда знаешь тогда?

— Ну… знаешь она не первый раз летает нашей авиакомпанией, — смотрю на нее скептически, так как это явно не вся правда. Заметив мой взгляд, она понимает, что такими пространными объяснениями от меня не отделаться и придется выложить всё как есть. — В первый ее перелет в Штаты, примерно год назад, я была бортпроводником того рейса. Она тогда была очень расстроена, почти весь полет проплакала.

— Да ладно! Вот так, при всех ревела?

—А, нет. В бизнес-классе больше никого не было. Только она. Они выкупили все билеты .

А вот это уже интересно.

— И что дальше?

— Я услышала конец ее разговора с матерью, она держала трубку далеко от уха, потому что та на нее кричала. А я как раз шла мимо по проходу и услышала, как мать назвала ее Лилианой.

— Ясно, что еще?

— У нее всегда минимум два билета на руках. Если не происходит никаких эксцессов, то она весь путь проводит в бизнес-классе. Если случаются такие курьезные ситуации, как сегодня, то она меняет свою внешность и садится в «экономе».

— Так вот почему я ее не нашел! — Наконец-то я начал понимать, что произошло в самолете. — Она замаскировалась?! Вот в чем дело! Хотя, думаю, я бы всё равно ее узнал. Наверное, она спряталась на последних рядах.

Стюардесса смотрит на меня как на одноклеточное существо. Глупое и противное.

— Что не так? — она реально начинает меня выводить из себя. Вообще, у нее сейчас такое самодовольное лицо, словно она королева положения и всё знает, а я, мелкий червяк, — ничегошеньки! И это бесит больше всего.

— Вы, красавчики, думаете, что всё знаете, раз почти каждая «дает». А на самом деле это не так.

— Да что ты? Как интересно. Не поведаешь секрет? И кстати, без «почти», — подмигиваю ей.

— Ха! Ты бы ее не узнал! Вернее, ты ее уже не узнал, — делает она ударение на «уже», — хотя видел.

— Она сидела в первых рядах, а я прошел мимо, не поняв, кто это?

— Нет, она та, что кричала на весь салон твое имя.

— Что?! Вот эта страшненькая девчонка, в ужасной кепке, очкастая, и была Лили?!

— Да-да, тебя провели, как маленького сосунка, ха!

Будь она пацаном, врезал бы за такие слова этой стерве. С трудом взяв себя в руки, сжимаю кулаки и пытаюсь подавить свою ярость. Поведение Лили и то, как разговаривает со мной эта стюардесса, невероятно злят.

— Так. С этим разобрались. Что еще ты знаешь? Например, фамилию, возраст, где учится.

— Нет, этого ничего не знаю.

— Тогда что еще?

— Больше ничего мне о ней не известно. Всё, давай еще штуку, и я пошла.

Она протягивает ко мне руку ладонью вверх.

— Да та инфа, которую ты мне поведала, даже на одну штуку не тянет! Но я щедрый сегодня. Забирай ее и вали.

— Ты мне обещал дать еще одну штуку баксов!

— А ты мне обещала инфу, но ее нет. Кроме имени — ничего.

В данный момент она меня ненавидит, и эта ненависть читается в ее глазах. Но мне всё равно. Я тоже терпеть не могу таких, как она. Ради легких денег предаст любого, при этом еще и захочет продемонстрировать свое превосходство над тобой. Хотя этого превосходства нет и быть не может.

Внезапно пах простреливает яркая боль, заставляя сложиться пополам, а в глазах темнеет.

Дрянь! Она ударила меня между ног! Меня!

— Урод самовлюбленный! — слышу ее удаляющийся голос, когда она очень быстро направляется к выходу.

Беги, с*ка, беги. Не то, если найду, ты мне за это ответишь!

Когда боль проходит, спешу на улицу, к Тёме. Он стоит у выхода и курит сигарету.

— Эй, чувак! Ты что такой красный? Видел я, как твоя цыпочка убегала. Бросила, и ты из-за этого страдаешь теперь?

— Тём, заткнись! И так тошно.

— Что случилось-то?

— Ничего. Поехали, тетка, наверное, уже заждалась.

— Да, уже пару раз мне звонила.

— Где машину оставил?

— Пошли, Казанова хренов.

— Слышь, Малой, я и ударить могу за такие слова.

— Можешь, но не будешь! Иначе, когда к матери приедем, она тебя обратно первым рейсом отправит, ты же ее любимого сына решил поколотить, кровиночку родную, так сказать.

— Не паясничай, а то можешь и с лестницы упасть. Случайно.

— Ага, только, знаешь ли, трудно упасть с лестницы там, где ее нет.

Понимаю, что этого болтуна не переговоришь, и просто включаю игнор. Надо обо всем подумать. Информация, что я получил о Лили, мне не понравилась. Вот совсем. И надо решить, нужно ли мне вообще о ней еще что-то узнавать, или просто забыть и наслаждаться поездкой в Россию?

Глава 4

В квартиру тетки приезжаем быстро, почти без пробок. Встречает она меня с русским гостеприимством. Уже из прихожей виден накрытый стол человек на десять, хотя у них семья состоит из четырех, ну и плюс я, пятый. По обалденному аромату, что кружит в воздухе, понимаю: еще что-то допекается в духовом шкафу. На столе стоят напитки, как алкогольные, так и без. Катя, моя кузина и старшая сестра Артема, подбегает и с радостным визгом обнимает меня.

— Не будь ты моим братом, я бы в тебя влюбилась! С приездом, Дени! — и целует меня в щеку.

—Я бы тоже была в тебя влюблена, не будь ты моим племянником. И если бы была лет на двадцать пять моложе. Хотя о чем это я? Я и так в тебя влюблена!

Моя тетя Таня — святая простота. О своих чувствах всегда говорит открыто. Она подходит и крепко обнимает меня, а после целует в обе щеки.

— Ну мама! Разве так можно? — возмущается Катя. — Ладно я так сказала, но ты-то куда?

— А чем я хуже тебя?

— Это, знаешь ли, обидно, мам, — встревает в разговор двух женщин Артем, — мне ты так в любви не признаешься.

— Ты оболтус, Тёма! Симпатичный, милый, но оболтус.

— Мам, ну так я же моложе, мне еще погулять надо, да и учусь я. Вот закончу универ, стану много зарабатывать, тогда признаешься в любви?

— Оболтус ты не поэтому, Тём. Связываешься с неподходящими для тебя девушками, мне такие невестки не нужны. Вот станешь серьезным, как Даня, тогда и признаюсь.

Тетя любит называть меня на русский манер, и ее сразу поправляет дочь:

— Мама, не Даня, а Дени. Ну что ты, в самом деле?

— Мне плевать, как его называют американцы, для меня это Данька, племянник, сын моей сестры. Как же ты похож на своего отца, просто одно лицо.

И сын, и дочь театрально громко вздыхают, что показывает — маму им не переубедить и не переделать, а я лишь улыбаюсь этой смешной, но дружной и любящей семье.

В этот момент из комнаты выходит статный мужчина — отец семейства.

— Ну вы и разгалделись, семья, гостю даже слова не даете сказать.

Мы пожимаем друг другу руки. Константин Бестужев — высокий, серьезный мужчина с добрыми глазами.

— Как дорога, как полет?

— Спасибо, все хорошо.

— В пробку попали? Артем давно отзвонился, что встретил тебя в аэропорту. А вас все нет и нет.

Сразу видно, отец контролирует все передвижения сына и переживает, что тот задержался.

— Нет, просто дело одно было, требовалось срочное решение.

— И как, решил? Помощь нужна? — Дядя Костя работает на госслужбе, но вот какая у него должность, мне неизвестно.

— Нет, спасибо.

— Отлично, тогда мыть руки и за стол. Таня тут для тебя старалась, надо же оценить ее кулинарные таланты.

— А как же я, папа? Я тоже старалась. Почему меня не хвалишь?

— Нашинковать зелень — это не старания, дочь. За подобную мелочь хвалить даже грешно, наверное, — подтрунивает над дочерью Константин. Катька насупилась, и дядя, желая подбодрить ее, добавляет: — Но ничего, сейчас замуж выйдешь, будешь со своим Стасиком отдельно жить. Кашеварить научишься, не переживай. У твоей мамы тоже не всё сразу получалось.

— Ну пап!

— Костя, ты о чем? — одновременно в голос заявляет вся женская половина этого семейства.

— Всё, всё, — поднимая руки вверх, говорит Константин, — сдаюсь. Вы у меня самые лучшие и самые любимые. А еще я проголодался. Покормите? — более жалобным голосом добавляет он.

Я уже прошел за Артемом в сторону ванной комнаты, поэтому не услышал, что же ответили дамы, но в душе появляется такое чувство спокойствия и тишины, как будто я наконец-то дома.

— Что лыбу тянешь? Вспомнил свою стюардессу?

— Нет, семья у тебя классная. Это здорово.

— Э-э... ну… они не всегда такие прикольные, и иногда мне хочется сбежать от них.

— Артем, даже в шутку не говори таких вещей.

— Черт, я и забыл. Ладно, извини, бро.

— Всё нормально. Давай выходи уже, я тоже хочу поесть нормальной пищи.

Вслед за Темкой я сходил сначала в ванную помыть руки, а после на кухню. Тетка уже раскладывала всем по тарелкам главное блюдо, от которого исходил божественный аромат.

— Садись ко мне поближе, Даня, — зовет к себе тетя Таня, параллельно наполняя и мою тарелку. — Покушай, а потом, как всегда, допрос с пристрастием.

— Хорошо, любимая тетушка, — усмехаюсь я. — Согласен.

Семейство принимается за еду, дядя разливает напитки по бокалам. Вино — для себя, жены и меня. Катя и Тёма сами себе наливают соки.

Прекрасно запеченная говядина просто тает на языке, о чем я и сообщаю тете, поэтому следующие несколько минут она с энтузиазмом рассказывает о том, как нашла этот рецепт «Говядины Велингтон» и как они с Катькой экспериментировали, чтобы он стал лучше, красивее по подаче и легче по исполнению. Я так понял, что сегодня готовились не только к моему приезду, а еще и к встрече жениха Кати. Но у него что-то случилось на работе, поэтому сегодня гость только я.

— Как твоя мама? В последнее время Света мне очень редко звонит.

— Да, она занята своими магазинами.

— Какая она все-таки молодец! — Ну всё, тетя выпила, теперь ее несет: — Не сломалась в чужой стране, встала на ноги, не потеряла крепость духа даже после развода с твоим отцом. Все-таки Светка — кремень!

— Ну все, папа, маме больше не наливай, а то мы до утра будем слушать одну и ту же историю, — угрюмо ворчит Катя.

— Лучше молчи, дочь! — осекла ее тетя. — Ты даже не представляешь, как они любили друг друга. У тебя с твоим Стасом нет того огня, что был между родителями Дани, вот и не понимаешь, о чем я говорю.

— Ну, видно, этот огонь их и спалил. Ой, извини Дени, — сразу поправляется Катя, смущенно прикрывая рот рукой.

— Ничего страшного, ну что вы, в самом деле? Они живы, здоровы! Оба счастливы во втором браке. Общаются между собой, еще и договариваются, кто на этот раз будет меня отчитывать. Так что, всё хорошо, — стараюсь вернуть за стол былую легкость общения.

— Да, это хорошо, что так. Но всё же какая у них была любовь… Света — изящная, стройная, сексуальная блондинка, а Кирилл — первый парень в университете, за ним бегали самые красивые и богатые девушки. Все были влюблены в него. И когда он выбрал Светку, такое началось, ох… Они были одни против всего мира, тут такое было… Но они выстояли, а потом сбежали в чужую страну, это был единственный выход, иначе… Ох... Про такую любовь кино снимают, — не успокаивается тётя Таня.

— Вот только в кино всё заканчивается хэппи-эндом, а в реале... в реале жизнь продолжается, и не всегда события происходят так, как ты бы того хотел. Но я это всё уже пережил, как и папа с мамой. Так что, всё нормально. Лучше расскажите про Стаса, как будет свадьба проходить, да и вообще.

И тут уже Катька старается вовсю. Эмоции льются через край, заставляя ее перескакивать с тематики свадьбы на обсуждение каких-то мелочей, которые они еще не купили с матерью на праздник, и потом резко возвращаться к обсуждению жениха. По ней видно, как она счастлива, что выходит замуж, и как сильно любит своего Стаса.

Я за нее рад, это здорово — видеть сияющие глаза родных людей.

***

Свадьба кузины проходит очень весело, в соответствии со всеми традициями: с выкупом, регистрацией брака, венчанием в церкви, банкетом в ресторане и конкурсами.

И для меня она была бы так же весела, если бы не «голодные» взгляды почти всех присутствующих дам. Почти, потому что невеста смотрела на своего обожаемого мужа, ну и тетя смотрела на меня как мать на своего ребенка. Все остальные просто пожирали меня глазами.

Ловлю себя на мысли, что ищу тут равнодушный взгляд красивых карих глаз, хозяйка которых не облизывалась бы, глядя на меня, а проявляла лишь свое равнодушие. Я сам подошел бы к ней, заговорил и пригласил бы на танец. Но, увы, ее здесь нет.

Я начал разговаривать с акцентом и неправильно склонять русские слова, добавляя что-нибудь на английском и делая вид, что не понимаю, о чем меня постоянно просят. На каждый конкурс подружки невесты тащили меня на сцену. По очереди, а их-то шесть штук! Это был какой-то ад!

Я его выдержал, но уже в конце просто говорил твердое «нет» и держался за стул руками и ногами.

Прирастал, потому что некоторые девушки почему-то считали, что белый танец — это вытащить партнера на танцпол без его желания, даже если он идет в комплекте со стулом.

Артем уже открыто ржал надо мной, а я был готов набить ему рожу.

Когда первые гости решили покинуть торжество, я вскочил со своего места, схватил кузена за локоть и потащил на выход.

— Отвези меня домой. Немедленно.

— Ты чего, весело же все проходит.

— Тема, мне скоро улетать домой, и единственное воспоминание, которое у меня останется, — адская свадьба твоей сестры. Будь добр, просто выполни мою просьбу, и, возможно, я подумаю о том, чтобы приехать к вам в гости еще раз.

— А мне какой резон? — издевательски интересуется он.

— Артем! — почти кричу, а потом мелькает мысль: — Ты же знаешь, какой подарок я сделал Катьке на свадьбу. Обещаю, твой свадебный подарок будет еще круче, если ты сейчас же отвезешь меня к вам домой.

Артем в миг из ржущего и издевающегося надо мной парнишки превратился в делового молодого человека.

— Смотри, тебя за язык никто не тянул. Ты обещал. А значит, должен будешь выполнить.

— И за свои слова я отвечаю.

— Хорошо, тогда поехали, — Артем показал мне ключи от своей тачки и поспешил на парковку ресторана.

Так-то!

Я знаю, что Артем не падок на материальный достаток, и, если надо, он и без денег это сделал бы. Но сейчас он хотел поиздеваться надо мной, поэтому я и пошел на хитрость.

Полдороги молчали. Первым заговорил кузен:

— Дени, сколько ты еще тут пробудешь?

— Пять дней осталось.

— Мм. Значит, попадаешь. Слушай, через три дня у меня встреча выпускников, не хочешь составить мне компанию?

— И что я там буду делать?

— Будешь поддерживать меня. Как тебе такой вариант?

— Никак. Не катит.

— Ден?

— Тём. Или признаешься, для чего я тебе там, или я никуда не иду.

— Вот же! — недовольно бурчит он.

— Давай, давай, колись!

— Да… тут и рассказывать нечего. Старшие классы я заканчивал в школе, в которой учатся дети политиков и бизнесменов…

— И, — он замолчал, и я посчитал нужным его поторопить.

— Что и? Я учился на льготной основе. Выглядел как «полный ботан». Подростковые прыщи, очки, короткая стрижка и дрыщ дрыщем.

— А сейчас что-то изменилось? — саркастически смерил я его взглядом.

— Иди ты, — мне в плечо прилетел кулак Темы. — Летом после школы я начал ходить в спортзал, перестал коротко стричь волосы и поменял очки на линзы. А прыщи… как видишь, они прошли. Я поступил в МГИМО. Так что, могу теперь спокойно и с достоинством быть в любой компании.

— Тём, я же не священник, чего ты мне исповедуешься? — настала моя очередь издеваться над этим юнцом.

— Ну и козел же ты, Дени! Я тут ему душу изливаю, а он...

— А он понимает, что ты хочешь его разжалобить, чтобы пошел у тебя на поводу.

— Раскусил, значит?

— А то! Давай короче, окей?

— Окей. В общем, уверен, что меня будут рассматривать как диковинную обезьянку. Не хочу этого. Поэтому планирую притащить тебя в качестве тяжелой артиллерии.

— Честность — это хорошо. Но кто сказал, что я снова подпишусь на такое мероприятие, какое было сегодня?

— Ну а если я скажу, что будет очень много красивых девочек, которые без обязательств смогут тебе сделать приятное в последние дни пребывания на Родине твоих предков?

— Ты мне это обещал, когда я еще был в Штатах. И что в итоге?

— А я не виноват, что моя мама решила показать «сына Светы» всем родственникам, как ближним, так и дальним.

— Да… эту поездку я запомню на всю жизнь!

Глава 5

Через три дня я стоял у дверей квартиры готовый пойти на встречу одноклассников Артема. Так как шел я в качестве отвлекающего компонента, то решил одеться строго, но со вкусом.

Разница у нас с Артемом пять лет, но она не особо мешает нам общаться, и история, рассказанная им, тронула и разбудила во мне старшего брата, который хочет защитить младшего. То, как его унижали девочки богатых родителей, а пацаны, не ограничиваясь этим, еще и поколачивали, задело меня за живое, и хотелось хорошо так поддать этим ублюдкам. А что самое обидное, все только из-за того, что парень ботан и из бедной семьи.

Как итог, я, готовый к вечеринке, стою сейчас и жду этого пацана.

Вот наконец из своей комнаты выходит Артем, которому явно неловко. Парень принарядился и выглядит модно. Братан действительно подготовился и готов произвести впечатление на своих бывших одноклассников. На нем стильный темно-синий костюм и светло-голубая рубашка.

— Ну, как я тебе? — нервно спрашивает он.

— Могу сказать, что все девочки, которые тебя раньше обзывали «ботаном», будут пищать от удовольствия, видя такого красавчика рядом.

— Думаешь? Значит, нормально?

— Парень, где тот крутой чувак, который встречал меня в аэропорту? Ау! Вернись!

Артем лишь хмыкает.

Да-а, оказывается, всё очень запущено.

— Так, Артем, наверное, тебе для храбрости выпить надо? Если это так, давай заглянем в какой-нибудь бар по дороге, а уже после поедем к твоим одноклассникам.

— Нет, ты что! Мы же в стены нашей школы будем заходить. Если там почувствуют запах спиртного, то…

— То что? Тебя отчислят? Вызовут родителей к директору? Опозорят на линейке? — Подошел к нему вплотную и серьезно посмотрел в его глаза. — Артем, ты уже взрослый парень. Учишься в одном из лучших вузов страны. Красивый, сильный, умный. Да, у тебя родители не политики и не бизнесмены, но это не самое главное. А знаешь, что главное? Что у тебя вот тут, — показываю пальцем на его голову, — и тут, — перемещаю палец в район сердца. — А теперь бери себя в руки. Да твои одноклассники локти кусать будут от зависти, ведь все девчонки сегодня твои. Понял?

И только когда вижу, как он кивает в знак согласия, разворачиваюсь и направляюсь в сторону входных дверей. Услышав шаги Артема, последовавшего за мной, улыбаюсь сам себе.

— К тому же с тобой идет самый красивый парень Америки, а ты трясешься как осина на ветру.

В спину прилетело что-то мягкое, а после упало на пол. Я даже не обернулся. Главное, что мои слова достигли цели.

Уже сидя в машине, раздумываю, как поеду домой и что буду делать с кастингом, когда Артем ощутимо ударяет меня кулаком по плечу:

— Слушай, чувак! Ты так хорошо сказал!

— Да не говори, я аж сам чуть не поверил!

— Придурок!

— Бывает.

После небольшой паузы слышу, как Артем прочищает горло и произносит:

— И всё же спасибо тебе за эти слова. Ты был прав абсолютно во всем.

Я мысленно киваю. Это не мои слова, я только повторил то, что однажды сказали мне.

Когда мы подъезжаем к школе, я таращусь на нее и могу лишь присвистнуть.

Она явно отличается от того, что я себе представлял. Что же, приятно удивили.

— Ну что, пойдем, Дени?

— Конечно. Будем поражать твоих бывших одноклассников.

Мы вошли в школу и направились в сторону шума и музыки. В просторном зале на небольшом помосте выступала какая-то группа, развлекая гостей.

Все пришедшие разделились по кучкам и весело что-то обсуждали. Но, когда мы вошли, громко хлопнув дверью, взгляды обратились на нас.

Не могу сказать, что мне понравилось. От всех присутствующих шла какая-то тяжёлая и холодная энергетика. Любопытство читалось на их лицах. Они не понимали, кто к ним пришел, и не признавали в Артеме своего одноклассника.

Я ткнул его в бок, и он, наконец, заговорил:

— Привет всем. Что вы так смотрите, не узнали, что ли?

Девушка, явно бывшая отличницей, с недоверием произнесла:

— Бестужев, ты?

— Я.

На лицах его одноклассников читается абсолютный шок.

— А это кто? — медленно произносит и одновременно пальцем показывает на меня всё та же девушка.

— Это мой брат, Дени, приехал в Россию ненадолго. Вот решил показать ему школу, в которой учился.

— Всэм привэт, — стараюсь проговорить с американским акцентом.

— Здравствуйте, вновь прибывшие. — К нам подходит женщина сорока пяти-пятидесяти лет и заключает Тёму в объятия.

— Как же ты изменился, Артем! Стал таким красивым парнем. — Она наконец выпускает его из объятий, но руки оставляет у него на локтях. — Просто красавчик!

— Здравствуйте, Марина Ивановна. И спасибо.

— Ну, и вы тоже, Дени. Добро пожаловать в Россию. Надеюсь, вам тут нравится! — больше утверждает, нежели спрашивает, видимо, учительница Артема. — Проходите, не стесняйтесь.

Мы делаем несколько шагов вглубь комнаты, когда за нашими спинами снова открывается дверь, впуская новых гостей.

Обернувшись, вижу двух улыбающихся девушек, вернее, нет, не так. Двух девочек. Совсем молоденькие, в обычных белых кедах, джинсах и футболках под цвет обуви, и с рюкзаками на спинах. У обеих волосы зализаны и собраны в пучок на макушке, на лицах ни грамма косметики, обе в очках — эдакие отличницы-зубрилки.

Тёма, когда их видит, тоже расплывается в улыбке и, забыв обо мне, направляется к ним. Я уже собираюсь последовать за братом, как меня вдруг перехватывают, потянув за руку.

—Приветики. Значит, ты брат Артема?

Передо мной стоит «кукла Барби». Красивая, яркая девушка, но почему-то приятна взгляду совсем не она Так и тянет обернуться и посмотреть на тех заучек.

И пусть пока это мне не удается, зато подслушать их разговор — легко.

— Привет, Аня,— здоровается с одной из девушек Артем.

— Да ладно! Бестужев?!

— У всех такая же реакция, как у тебя. Неужели так изменился?

— Да не то чтобы, но да! Классно выглядишь, Артем!

— Спасибо. А ты все-таки пришла?

— Да, было свободное время, и вот…

— И, смотрю, не одна.

— Да, Лиза, познакомься, это мой бывший одноклассник Артем, а это моя сестра Лизавета.

— Очень приятно, — отзывается Тёмка.

Что отвечает Лиза, не слышу, так как стоящая передо мной девушка начинает активно щелкать пальцами у моего лица.

— Ау, ты где, красавчик? «Хьюстон» вызывает «Аполлона», — немного переиначила она фразу, пытаясь этим привлечь мое внимание.

— Да, да. «Аполлон» слушает. Извини, что ты спросила?

— А у тебя неплохой русский, — подмечает блондинка, а я готов сам себя треснуть по лбу, что проговорился. — Так, значит, ты брат Артема. Никогда бы не поверила, что у него может быть такой брат.

— А что в этом такого удивительного? — Девушка уже начинает меня раздражать не только своими словами, но и тем, что мешает посмотреть туда, куда так и тянет взглянуть.

— Ну, Артем такой страшненький. — Одна моя бровь взлетает вверх в ответ на ее реплику. — Был. Это сейчас он пришел сюда весь такой с иголочки. Ты бы взглянул на него год назад...

— Я видел его и год, и два назад. Так что, можешь не продолжать. И вообще, мне некогда сейчас с тобой говорить.

Отворачиваюсь от нее и делаю пару шагов к Артему, когда в спину прилетает: «Грубиян!» — но мне нет до этого дела, я смотрю на Артема. К моему разочарованию, рядом с ним уже тех девушек нет.

— С кем ты говорил только что?

— А, это Аня Гурьева, хорошая девчонка, тоже льготница, как и я. Мы с ней не особо дружили, но старались друг друга поддерживать в тяжелые времена. Нас было трое таких в этом классе. Еще Денис Николаев, но пока его не вижу. Кстати, Аня тоже с сестрой пришла. Прикол, да? Нам всё еще не хватает уверенности в себе, раз мы приходим с поддержкой, так, что ли, выходит?

— Не знаю... не знаю... — что-то в груди тревожно зашевелилось и не давало мне успокоиться. Но что, не пойму.

Осознаю только, что глазами ищу одноклассницу Артема и ее сестру. Зачем? Сам не знаю. Но почему-то хочется их еще раз увидеть.

— О! И Юн пришел! Надо же!

Я проследил за взглядом брата и увидел высокого худого парня азиатской внешности. Ничего интересного, у нас таких на каждом углу сотни. Ну, возможно, не настолько высоких, да и в шмотках попроще, ну и, конечно, без модной укладки.

— И что он тут делает?

— Он сын посла Южной Кореи. Учился с нами. Я же тебе говорил, тут учатся дети дипломатов и богатых людей. А такие, как я, из среднего класса, только благодаря выигранным олимпиадам могут попасть сюда, на бюджетную основу.

И вот этот сын посла по имени Юн подходит к однокласснице Артема, которая пришла только что. С моего местоположения непонятно, кто это, Аня или Лиза, потому что со спины они абсолютно одинаково выглядят.

— Да ладно! — произносит Артем.

Отвлекаюсь от парочки и смотрю на Тёму.

— В чем дело?

— А я не верил в это, что рассказывали про них..

— Да говори уже, что не так! — моему терпению приходит конец. Снова возвращаю взгляд на парочку — они мило беседуют. Парень стоит максимально близко к одной из заучек. Вот он протягивает руки, чтобы снять ее очки, а она пытается оттолкнуть их, но парень легко справляется и все же отбирает, а затем кладет их в карман пиджака.

Ее профиль кажется мне знакомым. А следующее движение Юна окончательно позволяет мне понять, кого перед собой я вижу.

Этот бессмертный, каким он, видимо, себя считает, стягивает резинку с ее волос, и длинные темно-русые волосы ниспадают на спину девушки неровными прядями. Она явно недовольна его поведением и хочет забрать у него свою резинку, на что он лишь усмехается и просто перехватывает ее руку, сжав в своей ладони. Определенно, это Лили. Уж этот профиль я успел изучить как следует. В самолете она была более решительной, и даже провернула свое бегство у меня под носом, а тут стоит и терпит.

Я сжимаю кулаки и стискиваю челюсти, мне совсем не нравится то, что позволяет себе этот юнец.

— Да, он всегда был немного наглым с девушками. Но вот такое поведение, тем более с Аней, я наблюдаю впервые. Эй, ты чего, Дени? — повернувшись ко мне, Артем наконец замечает мое состояние. — Эй, Дени.

— Почему никто не встревает?

— Потому что Аня сама за себя всегда постоит. И мы все это знаем. Тем более ничего криминального он пока не делает.

Я так не считаю. Если у них это норма, вот так вот вести себя, то для меня — нет. Особенно, если это делаю не я.

Решительной походкой направляюсь к этим двоим.

Глава 6

К Лили подходит ее сестра и что-то говорит, после чего обе срываются с места и уходят в противоположном от меня направлении. «Что за черт!»

Прибавляю шаг и следую за ними, а увидев, что они собираются скрыться за поворотом и я могу их потерять, быстро выкрикиваю ее имя:

— Лилиана!

Услышав меня, она останавливается и оглядывается, но в темноте коридора не может меня рассмотреть. А вот я ее лицо вижу прекрасно и сейчас на сто процентов уверен, что это моя попутчица из самолета. Сейчас она без макияжа, очков и с распущенными волосами, точно так же, как была несколько дней назад.

Когда подхожу к ней, освещение уже достаточное и она понимает, кого видит перед собой.

Старается взять себя в руки и скрыть свое изумление, но все же я успеваю его заметить в ее глазах до того, как она принимает невозмутимый вид.

— So I wasn't wrong after all. It's you (Значит, я все-таки не ошибся. Это ты — англ.), — произношу, прекрасно помня ее выходку в самолете и великолепное владение английским.

— Не совсем понимаю о чем вы. Кто вы такой? — строит из себя оскорбленную невинность.

— Не надо, Лили, не прикидывайся глупой. Уж не передо мной так точно.

Рядом с ней возникает ее копия — сестричка. При близком расстоянии понимаю, что они похожи, но все же черты лица Лили более утонченные, а вторая девушка скорее милая, нежели красивая.

Она восхищенно смотрит на меня и неконтролируемо дергает Лили за руку, что неимоверно раздражает ту. И наконец она скидывает маску невинной овечки и произносит серьезным, даже с нотками наезда, голосом:

— Ну ладно, окей, это я. И что теперь? Чего ты хочешь? Стив… — язвит мне на последнем слове.

Я на мгновение впадаю в ступор. Милая красавица Лили исчезла, когда ее разоблачили. И передо мной возникла истинная Лилиана, которая готова рвать и метать оттого, что ее маскировка раскрыта.

Из оцепенения меня выводит рядом стоящая Лиза, она снимает очки и распускает длинные, по лопатки, волосы.

Уверенная в своей неотразимости, она элегантно протягивает мне свою ручку и произносит:

— Привет, Дени. А меня зовут Лиза.

Вот кто действует открыто. Она узнала во мне супермодель Америки и хочет теперь «познакомиться.

Смотрю на недовольную мордашку Лили. Ей не понравилась самовольность Лизы. Поиграю на ее нервах.

Беру девочку за руку и притягиваю к себе. Приобнимаю за талию одной рукой и целую в обе щеки, при этом смотря прямо в глаза ее сестрице-лгунье.

— Я так знакомлюсь с красивыми девушками, — говорю с улыбкой на ее шокированный взгляд. — Очень приятно, Лиза, а я Дени, как ты уже, видимо, знаешь.

Если бы люди могли излучать свет, то Лиза сейчас просто ослепила бы всех. Я уже и забыл это ощущение, когда поклонницы смотрят на меня как на Бога.

Лили хватает сестру за руку и оттаскивает от меня.

— Так, Лиза, на, — сует в ее ладонь ключи от автомобиля. — Возьми их и иди в машину. Я скоро буду.

Но девчонка ее не слышит, она смотрит влюбленными глазами на меня.

«Да, детка. Умничка. Покажи своей сестрице, как надо на меня реагировать».

Лили не успокаивается и начинает махать перед лицом Лизы руками, а когда и это не возымело должного эффекта, приступает к крайним мерам: больно щипает сестренку за плечо.

Лиза взвизгивает и зло смотрит на сестру.

— Быстрее. Ты забыла, мы спешим.

Сознание Лизы проясняется, она что-то вспоминает. А после говорит мне расстроенным голосом «пока» и уходит.

Как только девчонка скрывается из виду, Лили толкает меня в грудь и угрожающее проговаривает:

— Ты следил за мной? Как ты узнал, что я буду здесь? Откуда ты узнал мое имя?

Все события, предшествующие нашей сегодняшней встрече, проносятся перед глазами. И последнее, что я вспоминаю, — как этот ускоглазый наглец проявлял неуважение к Лили.

— Это всё не так интересно, как то, почему этот китаец так с тобой себя вёл! — раздраженно предъявляю ей. Вообще, я толерантен к другим народам, но тут захотелось поддеть пацана.

— Во-первых, он кореец, — поправляет меня эта глупышка, чем злит еще сильнее. — А во-вторых, это не твое дело!

Тот факт, что она указывает мое место и подчёркивает пропасть между нами, сильно злит. По ее мнению, я не достоин быть рядом с ней, она даже имени своего мне не хотела говорить. А ему все спускает. Чем он лучше меня?!

— Даже так? Значит, со мной и парой слов не желаешь переброситься, а ему позволяешь всё, что он захочет?

— Нет, но его я знаю дольше, чем пять минут.

Ее ответ приводит в бешенство! Так как это она виновата в том, что мы нормально не познакомились, лгала о себе от и до, сбежала от меня и не оставила никаких контактов.

А она гордится собой, что уделала меня в словесном бою… Уперев руки в бока, гордо поднимает подбородок и смотрит на меня с вызовом.

С одной стороны, я неимоверно злюсь на нее и всю эту ситуацию. Но с другой, видеть ее неподдельные эмоции — это чистый кайф.

Повинуясь сиюсекундному порыву, руками обхватываю ее лицо. Смотрю на нее, наблюдая, как меняется ее взгляд. Гордость сменяется непониманием, а затем страхом. Притягиваю к себе и впиваюсь в ее чуть дрожащие пухлые губы, властно накрыв их своими.

Этим хочу обозначить свою территорию, что я буду там, где хочу, и она мне не указ. А также наказать ее за грубые слова в мой адрес.

Вбираю ее нижнюю губу все сильнее и сильнее, затем медленно отпускаю на свободу.

Лили поначалу цепенеет, но после я чувствую, как она расслабляется и обмякает в моих объятиях. И я вместе с ней уже сам получаю удовольствие и полностью погружаюсь в ощущение блаженства и отчуждения от окружающего мира. Чувства захватывают меня, и я перестаю применять силу в отношении девушки.

Не успеваю расслабиться и распробовать ее до конца, как град ударов сыплется на меня, обрушиваясь на мою голову, плечи и грудь.

Девчонка колотит меня со всей силы, стараясь отбиться и отодвинуться от меня. Но я не позволяю. Уж слишком долго я ждал. Чуть выпуская ее из плена поцелуя, хватаю тонкие, нежные запястья и завожу их за спину, этим притягивая Лили к себе еще ближе.

И только когда мы уже оба начинаем задыхаться от нехватки воздуха, я отпускаю ее губы на свободу, но продолжаю держать девушку в крепких объятиях.

— Ты! Ты!!! — ее мысли мечутся в полном хаосе, и ей никак не удается сформировать полноценную речь.

Если бы ее взгляд умел убивать, я бы уже лежал, и мое бездыханное тело стало бы сенсацией СМИ. Она напрягает ручки, снова пытается вырваться, но я лишь усмехаюсь ее жалким попыткам противопоставить свои силы моим.

— Ты!.. Да как ты посмел?! — наконец выкрикивает она мне в лицо.

— За тобой был должок, — самодовольно отвечаю Лили, а сам прям кайфую. Я горд тем, что наконец заставил ее потерять самообладание, и сейчас вижу ее реальные эмоции.

— Что? Какой еще долг? — она не понимает, как меня задела в небе над Атлантикой!

— За выходку в самолете. Надула меня, как какого-то сопляка, обвела вокруг пальца.

Она пыхтит носом и рычит на меня, снова предпринимает попытку вырваться, но я вновь ей этого не позволяю. Да, я намного сильнее ее и нагло пользуюсь этим.

— Не кипятись, Лили-Ана, — выделяю каждую частицу ее имени и освобождаю из своего плена. — Это даже не французский поцелуй, чтобы так заводиться. Твои глаза метают в меня молнии, и теперь мне хочется узнать, какими они будут после настоящего поцелуя.

— Ты… — в ее глазах вспыхивает пламя, и она резким движением руки в один миг бьет меня по лицу ладонью.

Делаю шаг назад. Мое веселое настроение улетучивается мгновенно. Меня еще ни одна девушка так не унижала. Готов ли я прибить Лили за эту выходку? Абсолютно точно — «да».

— Ой, — пропищала она тихо и прикрыла руками пол-лица. И даже раскаяние, появившееся на милой мордашке, ничего не изменит! Она, будто почувствовав, что я дошел до точки и обратного пути нет, резко срывается на бег и спешит вслед за своей сестрой.

Этот по-настоящему детский шаг с ее стороны приносит легкое удовлетворение. Она испугалась последствий и решила сбежать.

— За это я возьму у тебя еще три поцелуя… — выкрикиваю ей вдогонку.

— Сначала найди! — не поворачиваясь, кричит мне в ответ. И, свернув за угол, скрывается из виду.

С ее уст – это действительно аргумент, черт побери!

Глава 7-15

Срываюсь с места и бегу обратно на поиски брата.

Нахожу его в том же месте, где и оставил. Сменился только пол бывших одноклассников — сейчас вокруг него одни девчонки. Хватаю его за плечо, отвожу в сторону и быстро проговариваю в ухо так, чтобы услышал только он:

— Тёма, срочно валим. По дороге всё расскажу. Немедленно. Не то упустим.

Нужно его заинтриговать, чтобы побыстрее двигался, иначе начнет расспрашивать, и тогда я потеряю драгоценное время.

Быстро выходим из школы, парковка рядом, садимся в машину. Артем уже собирается выезжать, но я останавливаю его жестом руки, а сам вглядываюсь за угол здания школы.

— Не понял. Ты же спешил? Почему теперь тормозишь? Из-за твоих «срочно и быстро» я свалил, даже ни с кем не попрощавшись, — недоумевает брат.

— У тебя там всё равно не было друзей. Так что не прикидывайся оскорбленным, — сосредоточившись на цели «не упустить Лили и в этот раз», не слежу за своими словами и грубо бросаю их кузену.

Тут я замечаю, как из-за угла школы выходит Лилиана. Замираю, боясь привлечь ее внимание. А за ней быстрым шагом спешит и сестрица.

Из-за того, что мы вышли с парадного входа школы, я выиграл время. А девчонкам пришлось огибать всё здание по пути на парковку. Мне на руку сыграло, что школа современная и просторная, два огромных «крыла» расположены с обеих сторон основного блока.

Лили и Лиза садятся в машину и выезжают со стоянки, а дальше — на основную дорогу.

— Всё, теперь давай живо за ними.

— Ты серьезно? Мы будем следить за самой скучной девчонкой из нашего класса? Она, конечно, стала симпатичнее и всё такое… Но, Дени, серьезно?!

— Тёма, быстрее езжай за ней, иначе я сам сяду за руль...

Не знаю, то ли угрожающий тон подействовал на Артема, то ли мой взбудораженный вид, но он давит на педаль газа, и мы выезжаем вслед за девчонками, дальше следуем за ними по улице и наконец выруливаем на широкий многополосный Ленинский проспект.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — начинает любопытствовать Артем, он едет позади девчонок, отставая на две машины, чтобы не засветиться. Как заправский шпион.

— Сначала ты. Расскажи всё, что знаешь об Ане.

— Ну, окей, — нехотя соглашается брат, — правда, тут особе нечего говорить. Вроде она сирота. По крайней мере, на родительских собраниях от ее имени никого никогда не было. Перевелась по программе правительства Москвы «Доступность лучшего образования для детей из неблагополучных семей, семей с низким...» Так, ладно, полное наименование закона тебе нафиг не сдалось. В общем, девятиклассники общеобразовательных школ Москвы могут пройти тест, и лучшие попадают сюда на льготной основе. Они не платят за учебу, за допзанятия и вообще. Сильные преподаватели, большое количество уроков, в том числе два иностранных языка... загрузка полная, короче.

— Меня такие мелочи, как образовательный процесс, не волнуют. Давай про нее саму.

— А что про нее? Она была третьей по результатам. Вторым был я, Денис — первым. Нас всех перевели в эту школу, и мы ее окончили. Не скажу, что с легкостью, но окончили.

— Не упускай их из виду, вспоминая о школьных годах. Нас уже разделяют три машины, — усмехаюсь я.

— Не переживай. Не упущу.

Выданная Артемом информация никак не вяжется с тем, что я разузнал о Лилиане сам. Что-то не сходится.

— Еще что расскажешь? Что у нее с этим козлом, который приставал к ней?

— С Юном? Даже не знаю. Ходили слухи об их симпатии. Я замечал иной раз взгляды, которые он бросал на нее в конце учебного года. Но вот так открыто они никогда не общались в школе. С льготниками вообще мажорчики не знались. Да и сама программа — дерьмо, мы были экспериментальным проектом. По факту, больше на льготной основе тут учеников не было.

— Ясно. Что ничего не ясно.

Смотрю в окно, пытая разобраться в полученной информации, и ничего не понимаю.

Мы выезжаем из города и следуем за девушками уже около получаса. Тёма держится от них на приличном расстоянии, но из вида не выпускает. Вскоре мы оказываемся в каком-то поселке и останавливаемся у небольшого двухэтажного дома, расположенного на краю населенного пункта, за забором этого строения и скрываются девушки. Смотрим, как они заходят в дом, как включается внутри свет и через час, примерно, он гаснет.

Мы сидим в машине, следя за домом, до поздней ночи. Но свет в нем больше не загорается, и на улицу никто не выходит.

В столь позднее время народу на улице немного, попробовали расспросить их об обитателях этого дома, но никто не смог дать вразумительного ответа. Большинство сказали, что тут никто не проживает и мы не могли никого видеть.

Пробовали стучать в калитку и звонить в звонок, но тоже никакого эффекта. Девчонки как будто провалились сквозь землю. На нас уже начали косо посматривать сельчане. Кто-то даже крикнул, что вызовет полицию.

Так ничего и не добившись, мы решили вернуться в город. Воспользуемся связями семьи Бестужевых.

Глава 8

Его родители уже спят, Катька с мужем в свадебном путешествии в Сочи. Сначала мы располагаемся на кухне. Оба молчим и думаем каждый о своём, потягивая при этом чай.

Я не понимаю ничего, что сегодня произошло. Почему я так разозлился на этого парня, который клеился к Лили? Почему вспылил на неё, когда она не захотела объяснить мне ситуацию с ним? А самое главное? Почему я ее поцеловал? Насильно.

Я никогда сам не целовал девушек. Обычно это они начинали тянуться ко мне за поцелуем, томно прикрывая глаза. И, если мне девушка была интересна, я ее целовал. Если нет, «извини, но ты не в моем вкусе» — этих слов было достаточно, чтобы она исчезла из поля моего зрения. А тут что же получается? Я сам поцеловал девушку, она этого явно не хотела. Против ее воли, удерживал в своих объятиях, что для меня вообще несвойственно!

Но это чувство, что она в моей власти, в моих руках, и я могу ее целовать, прижимать к себе, мне понравилось. Черт! Что за фигня происходит со мной!

Я в шоке от своего поведения. Мне надо подумать обо всем и понять, что происходит.

Дату отъезда я перенёс. Не хочу улетать, оставив вопросы без ответов.

Тема тоже выглядит задумчивым.

— О чем думаешь, Тем?

— Да об Аньке.

Надо же, не я один в мыслях с ней. Так! Стоп! А он что это о ней задумался!? Неужели воспылал к ней чувствами? Нет! Не позволю!

— Почему о ней думаешь? — немного грубее, чем надо, спрашиваю я. Но Тёма вроде как даже не замечает этого.

— Да понимаешь, я всегда считал, что она из бедной семьи. Одевалась очень скромно и… как бы это сказать... серенько, что ли. Если бы она не была льготницей, я бы никогда не посмотрел на нее. Но иногда девчонки над ней тоже издевались, называя нищебродкой, как иногда доставалось и нам с Денисом от пацанов. Вот поэтому я и обратил на нее внимание и поддерживал, как мог, да и она меня тоже.

— Серьёзно? У вас издевались в школе над учениками?

— Десятый класс так точно. В одиннадцатом уже как — то все повзрослели, и это не было постоянно, просто задевали, иногда толкали. Но это так мелочи по сравнению с предыдущим годом. Там даже до рукоприкладства доходило.

— Ее тоже били? — я весь напрягаюсь, сжимая кулаки. Никто не имеет права ее обижать, а тем более бить!

— Ну да, было пару раз, девчонки не рассчитали силу, и Ане досталось. Пришлось ее нести в медпункт, а после на скорой — в больницу. — Я встаю и начинаю — мерить кухню шагами, эти слова не на шутку злят меня. Да я бы этих девчонок! Вот же твари! Нападали на маленькую девушку стаей!

— Не нервничай так, Дени, все обошлось. Было сотрясение мозга и гематомы. Я так понял, Аню уговорили не писать заявление в полицию и все замяли. Но после этого случая везде установили камеры, буквально через каждые два метра, и такого самопроизвола больше не было. Охрана дежурила на каждом этаже по два человека: мужчина и женщина... В общем, нам стало жить проще. Никто открыто не захотел идти на конфликт. А еще эта девчонка, которая Ане заехала по лицу, вскоре исчезла из нашей школы. В интернете появились очень провокационные видеоролики с ее участием, и под предлогом «чтобы рядом с ее именем не упоминалась наша школа», ее исключили.

— Только ее одну? А остальных?

— Остальным сделали строгий выговор и перевели в другой класс.

— Надо было ей написать заявление, — я все ещё не могу успокоиться. Внутри все колотится от несправедливости в отношении Лилианы.

— Ты знаешь, после нашей поездки я теперь смотрю на все другими глазами.

Я останавливаюсь и внимательно смотрю на Артема.

— Что ты имеешь в виду?

— Да что — то тут не сходится... — Тёма удобнее устраивается на стуле и, положив обе руки на стол, начинает активно ими жестикулировать, объясняя свою точку зрения: — Аня всегда была тише воды, ниже травы, вроде как сирота, ходила в одежде явно с чужого плеча, в чем — то неярком, неприметном. А сегодня мы видели, как она хорошо управляла машиной, тоже замечу, не из самых дешёвых. С гордо поднятой головой вышла из нее и уверенной походкой зашла в дом. Двухэтажный дом. Достаточно большой.

— Обычный дом вроде.

— Дени! Ты видел домики, мимо которых мы проезжали? Одноэтажные, невысокие, с кривыми крышами, которые держатся на честном слове, — быстро тараторит Артем. — Да я скорее бы поверил, что она в таком доме живёт, нежели в том, в который она вошла!

— Ну и что?

Но Артем игнорирует мой вопрос и продолжил свою мысль:

— И ведь после того случая в школе дисциплина стала строже, опять же эти охранники и камеры... вот сейчас я и думаю, что если бы со мной подобное произошло, навели бы такой кипишь или нет? Максимум вызвали бы к директору для разговора, и все! Понимаешь, к чему я веду?

— Понимаю, что она не так проста, как хотела казаться.

— Точно! Это все сделали, только из-за того, что жертвой стала она! Слушай, — бодро говорит Артем. — А может, она внебрачная дочь какого-нибудь олигарха? И он ее открыто не признает, но все же заботится о ней?

— Ты идиот, Темка! Насмотрелся мыла из телевизора и поплыл! Я - то думал услышать что - то более правдивое, а тут внебрачная дочь. Эх, Артем, Артем! Кто сейчас такое скрывает?! Я ожидал от тебя более умных мыслей.

— А что? Вполне себе нормальная теория, — немного обидевшись, Тема все равно хочет настоять на своём мнении.

— Твоя теория попахивает дешёвым сериалом. Лучше скажи, у тебя есть знакомые, которые смогут пробить по базе, кому принадлежит тот дом?

Артём задумывается буквально на секунду, а потом выпаливает:

— Откуда, Дени! С этими мажорами мы особо не дружили. А ещё у кого узнать такие подробности частной жизни, я не знаю.

— Жаль... Ладно, мне надо ещё менеджеру позвонить. Давай, спокойно ночи, Шерлок недоделанный.

Выйдя в коридор, я достаю свой новый мобильник. Конечно я избавился от того недоразумения, что всучил мне Артём в первый день моего приезда в Москву. И теперь в руках у меня последняя версия популярной в России марки смартфона, да и в мире.

Набираю менеджеру, у них как раз раннее утро, и он должен быть на пробежке.

— Колин, хочу задержаться тут,— без предисловий начинаю я.

— Дени, учти, контракты долго ждать не будут.

— Знаю. Прилечу через недели две.

— Хорошо, будем ждать.

И, прежде чем он положит трубку, мне приходит в голову сумашедшая мысль.

Глава 9

— Колин, а у тебя в России случайно нет человека, который бы работал в полиции? Кое -что узнать надо.

— В полиции? Ты шутишь, Дени? При таких накаленных отношениях с Россией ты хочешь найти знакомого в их полиции? Хах, малыш, ты там это… перегрелся на русском солнце? Возвращайся быстрее. Поездка на тебя плохо действует.

— Ладно, ладно, не гони... просто так, от безысходности спросил. Ладно, давай. — убираю телефон от уха и уже хочу нажать на кнопку «завершить», как слышу голос агента.

— Стой, стой, Дени! Я кое-что вспомнил. Одного из артистов нашей компании пригласили выступать на мероприятии у российского олигарха, вернее, на дне рождения его сына, в Москве. Может, тоже зайдёшь туда с нашими и попробуешь завести нужные знакомства? Возможно, они тебе помогут все утрясти там, и ты быстрее вернёшься домой.

— Отлично! Диктуй адрес, где наши остановились. Наведаюсь к ним. Может, что и выгорит из этой затеи.

Услышав, кого именно пригласили выступить на дне рождения, я очень удивился. Этот рэп-исполнитель очень популярен сейчас в Штатах и выступает только за большие гонорары. А тут перелетел океан, и не куда-нибудь, а в Россию... Кто бы ни был тот олигарх, он баснословно богат.

Решив и Темке показать эту сторону свой жизни, я предложил ему пойти со мной. Созвонившись с ребятами из стафа, мы прибываем в «Барвиха Luxury Village», где должно проходить масштабное празднование совершеннолетия сына олигарха.

Подходя к нашим, я замечаю девушку, показавшуюся мне знакомой. «Странно, я же здесь никого не знаю... Ладно, разберусь чуть позже.».

Знакомлю всех с Темкой, но, мне кажется, из-за погдотовки к получасовому коцерту ни Тема их не запомнил, ни они его. Мы тоже включаемся в процесс и помогаем ребятам подержать, переключить, проверить микрофон, звук и все в этом духе, в общем, все, о чем просил нас менеджер.

Чуть позже я захожу в гримёрку к артисту. Крейк сидит за столом, попивая воду и смотря«Игру престолов». Он преводит свой взгляд на меня и сначала удивляется, но потом привстает и пожимает мою руку.

Мы с ним учились на одном факультете первые два года, а после он бросил учебу ради карьеры музыканта. Чуть позже мы часто встречались на вечеринках, где он читал свой рэп, а я работал моделью. Парень был нормальным, не принимал наркоты, особо не буянил, даже когда сильно выпивал. В общем, мы были неплохими приятелями. За последние два года он очень хорошо раскрутился, его треки начали занимать первые строчки топ-чартов, и наши пути немного разошлись. Все же певец и модель нечасто сталкиваются, хоть и находятся под крылом одной продюсерской компании.

— Как ты тут оказался, Ден?

— Приехал около месяца назад. Созвонился с Колином, который занимается моделями, он мне и рассказал о вашей внеплановой поездке. Как ты, кстати, тут оказался?

— Да, неожиданно. Но эти русские готовы были столько бабла заплатить, а тут еще перенесли съёмки, и в итоге освободилось пару дней. Правда, теперь будет запара полная, расписание друг на друга накладывается.

— Да, жёстко тебе придётся в следующем месяце.

— Есть такое. А ты как? Какими судьбами?

— Да так, тоже по делам. Слушай, Крейк... сделаешь мне одолжение? В общем, мне нужны тут знакомства, связи... найти одного человека надо. Ты будешь после выступления сидеть за столом именинника?

— Да, меня пригласили составить компанию пацану. О точном времени спроси у Тони.

Он в ожидании смотрит на меня, и я озвучиваю ему свои мысли:

— Мне бы хотелось, чтобы ты меня ему представил и посадил рядом. Я бы у него попробовал разузнать кое что.

— Ладно, не вопрос, Дени.

— А, и еще! У меня плюс один, Крейк, надеюсь, это не проблема?

— Не вопрос, брат. Думаю, они освободят место для моих парней.

Ну что же, у меня появился шанс попробовать узнать что-то о Лили, и я им непременно воспользуюсь.

Выступление Крейка проходит отлично. Все гости довольны, а особенно именинник. Артиста приглашают к столу, и он берет меня, Тему и своего менеджера с собой..

Все организовано достаточно красиво, стильно. Много выпивки, официанты с подносами снуют туда-сюда. Красиво накрытые столы. Начали выступать местные артисты, а мы наслаждаемся едой и выпивкой.

В какой-то момент я понимаю, что рядом сидящие люди, да и сам именинник, на меня косо поглядывают.

Крейк посадил нас с Темой рядом, а между нами своего менеджера Тони, по первому взгляду на которого видно, что он голубой, и он это не скрывает. И вот, по лицам своих соседей и их мимике я понимаю, что они меня приняли за «подружку» Тони. Они решили, что я голубой! Жесть! А после, услышав их разговор на русском, я чуть не роняю бокал из рук!

За столом я разговариваю на английском, Тема молча наблюдает за всеми, поэтому они не в курсе, что мы их прекрасно понимаем. Так что особо и не пытаются скрывать что-то и говорить между собой тише. И вот я слышу, что меня, окрестили заднеприводным, как и Тони. Типа смотри, как они близко сидят друг к другу. А после со смешинками в голосе один из друзей именинника говорит: "Ну конечно, они все "такие". Подразумевая американцев, присутствующих на мероприятии.

Серьёзно? В какой момент они могли узреть это во мне?! Даже стало немного обидно. Наверное, стоит покинуть сие мероприятие. Толком ни с кем не познакомился, все малолетки восемнадцати лет, Лили не увидел, да и вообще, никого интересного. Еще и Тема сидит, еле сдерживая смех.

Резко встаю со словами «Я скоро приду», но не успеваю уйти, как вдруг взгляд цепляется за мимо проходящую девушку, опять показавшуюся мне знакомой. Именинник вдруг подскакивает и хватает ее за запястье.

— Лиза, куда идёшь? Может, составишь нам компанию. Тебе вроде нравился Крейк, вот он сидит тут, могу познакомить, — с превосходством в глазах произносит он.

— Архип, я была на нескольких его концертах, а после и на аfter party. Ты думаешь, я до сих пор с ним не знакома? Серьёзно? И я уже успела с ним пообщаться в гримёрке. В общем, спасибо, но я откажусь от твоего предложения.

Архип, а именно так зовут именинника, резко меняется в лице и отпускает ее руку.

— Ты ездила к нему на концерты, а он приехал ко мне в гости. Чувствуешь разницу? — стараясь сохранить лицо и в то же время с претензией выговаривает он ей.

— Конечно. Ты знатно потратился. Поздравляю, Ахрип... то есть Хип. — оборачивается к Крейгу и, подмигивая ему, улыбается, а после уходит. Архип становится красным от злости и тоже уходит, только в противоположную сторону.

«Да, девочка разозлила парня. Лиза… Лиза? Лиза — та самая сестра Лили! Ну конечно! Только сейчас она в платье модного бренда и с прекрасным макияжем. Сняла дурацкие очки и джинсы с кедами. Она великолепно выглядить, красивая девушка, и совсем не выглядит заучкой".

Глава 10

Смотрю на друзей именинника и по лицам их понимаю, что они недовольны Лизой. Особенно одна из двух девушек. Подхожу к ней и протягиваю руку. — Потанцуем?

Осмотрев меня с ног до головы, она конечно же соглашается.

— Ок.

Довольно симпатичная девчушка, с пухлыми щёчками и голубыми глазами. Как только выходим в центр танцпола, прижимаю ее к себе и, наклоняясь к ее уху, спрашиваю.

— Как тебя зовут, красавица?

— Анжелика,— девушка уже не выглядит разъярённой. Она кайфует от того, что такой красавчик пригласил ее на танец.

На танцполе нам составляют компанию несколько взрослых пар, скорее всего родители именинника и их приглашённые друзья.

— У тебя очень красивое имя, Анжелика. Надеюсь, ты не подружка именинника, а то, боюсь, даже мой статус гостя не поможет мне, если я захочу отбить у него девушку.

Ей явно нравится то, что она слышит, потому что она мило краснеет и с улыбкой отвечает:

— Нет, он не будет против. Я его сестра.

Ее английский не очень хорош, но вполне понятен.

— А... как хорошо. А кто была эта девушка? — Анжелика в моих руках напрягается, поэтому я спешу ее успокоить: — Не очень приятной она мне показалась, и Архипа взбесила. Вот и интересуюсь.

— Эта, прости пожалуйста, стерва, возомнила о себе черт знает что! Думает, если понравилась Архипу, то может говорить и делать все, что ей заблагорассудится!

— А это не так?

— Конечно нет! Безусловно, ее мать очень крутая, самая богатая бизнесвумэн России. Но отец Архипа тоже очень богат. А эта задирает нос, как будто она тут самая «вышка».

— А может, ее отец тоже из богатых?

— Про отца я ничего не знаю, да и никто его и не вспоминает. Скорее всего, она так задирает нос, потому что богатые они уже в третьем поколении. А отец Архипа лет десять только как нажил себе солидный капитал.

— Э-э-э… как это понять, в третьем поколении?

— Её прадед из руководства страны, дед был политиком ещё в Советском союзе, , а когда тот развалился, все прибрал к рукам и стал богатым. У него только одна дочь, мать этой Лизы. Но она только увеличила капитал, когда пришла к управлению компанией.

Вот как оказывается. Интересно.

— А эта Лиза тоже единственная дочь в семье?

У меня есть только одна надежда, что, возможно, она что-то знает и о Лили.

— Да, дочь единственная, но не единственный ребенок. У неё ещё есть брат-близнец, Марк. — Девушка в моих руках немного напрягается, когда говорит о нем, но потом встряхивает головой, как будто отметая ненужные мысли, и продолжает рассказывать: — Насколько я знаю, больше никого. Они вон там, сидят за одним столом все вместе, недалеко от нас.

Я смотрю в направлении, которое мне указала Анжелика, и вижу молодую женщину, примерно сорока лет, с двух сторон которой сидят ее двое детей, Лиза и ее брат, Марк. Они чем-то похожи, только у парня более мужская внешность, грубые черты лица. Но это не делает его некрасивым, скорее мужественным.

Я как фотомодель, могу дать оценку как женской, так и мужской внешности.

— Марк ещё большая заноза, чем Лиза, — тем временем Анжелика понимает, что нашла свободные уши, и продолжает вещать, однако, полезную и нужную для меня информацию. — Их семья выкупила огромное количество земли, построила там посёлок для богатеев, прям под Москвой, ну и себе они, естественно, отгрохали огромную домину. Полчаса от Москвы и ты дома, круто же! Марк ездит на дорогих тачках и думает, что каждая девчонка должна теперь перед ним раздвигать ноги и просить к ней прикоснуться! Ему всего восемнадцать, а ведёт себя как альфа самец недоделанный. Самодовольный петух!

Последнее она произносит на русском, а я в последнюю секунду догадываюсь сделать вид, что не понял её.

Удивлённо смотрю на нее, и она поясняет:

— Не обращай внимание, просто оценка его характера на русском языке.

Да, задел за живое этот Марк Анжелику, раз она первому встречному такое рассказывает. Конечно, не следует списывать со счетов и то, что она выпила несколько бокалов шампанского. Ну да ладно, мне это только на руку.

Получается, что Лили сестра этого Марка и Лизы. Дочь богатой мамаши и без отца, но дед у них бывший политик. Но почему о ней никто не знает?

Глава 11

Танцуя с Анжеликой, я понимаю, что Марк, брат Лизы, пристально смотрит на меня. Скорее всего, Лиза ему обо мне уже рассказала. Что ж, это даже хорошо. Может, он подойдёт ко мне и захочет поговорить, выяснить, что да как. И, если он брат Лизы, получается, что и брат Лили. Возможно, сводный... Но главное, что есть ниточка, связывающая его и мою беглянку.

Анжелика тоже поглядывает на этого Марка. Но ее взгляд скорее вызывающий, нежели заинтересованный или ненавидящий. Хотя, если судить по ее словам, она его на дух не переносит.

Я провожаю свою партнёршу по танцу за столик, а сам хочу выйти на улицу и дать возможность брату Лили и Лизы подойти ко мне и поговорить. Но, к моему удивлению, на улицу выходят Марк и Лиза, вместе, и, даже не обратив на меня внимание, быстрым шагом идут в сторону парковки.

Я сразу набираю Артема.

— Чего мне звонишь, я и так вышел составить тебе компанию. Знал, что захочешь поговорить, — произносит Тема, стоя у меня за спиной. — Артем, некогда. Пошли быстрее, мы должны за ними успеть.

Мы быстрым шагом направляемся к парковке и сразу замечаем выезжающий Bugatti La Voiture Noire, с Лизой на пассажирском сиденье и Марком за рулем.

«А пацан знает толк в машинах, — мелькает у меня мысль. — Ему есть восемнадцать или нет? Насколько я помню, в России за руль машины можно садиться, только став совершеннолетним».

Артем присвистывает от изумления.

— Что за чувак был за рулем? На эту машину можно только облизываться, но подходить, а уж тем более садится за руль... Ее же нереально купить, черт!

— Да, паренек — не промах. По ходу, у него очень много денег, раз может позволить себе купить машину, которая во всем мире существует в единственном экземпляре, — с завистью говорю я. Мне еще надо о-о-очень много работать, чтобы заработать на такую. — Ладно, давай, садись за руль, нам надо поспешить, а то упустим машину, которая развивает скорость в пять раз больше, чем наша.

И мы действительно чуть не теряем их на дороге. Никогда бы не подумал, что буду благодарен московским пробкам, которым без разницы, на Bugatti ты или же на простом Opel.

Выехав из столицы и направляясь за их тачкой, мы предполагаем, что брат с сестрой едут к Лили. Но нас ждет неприятный сюрприз, когда они уже в самой деревушке сворачивают с главной дороги налево, а через некоторое время въезжают на территорию, которая огорожена от нас высоким забором и шлагбаумом, через который нас, естественно, не пустили, так как никто из жильцов этого посёлка не давал на то распоряжение.

— И что теперь будем делать?— Тема растерян, впрочем, как и я.

— Не знаю...

Некоторое время мы сидим за раздумьями.

— Слушай, Тем. Давай поедем к дому Лили, может, она сейчас там?

Но, к сожалению, ее там нет, свет в доме не горит ни в одном окне.

Я выхожу из машины и пинаю колесо, не зная, как сбросить напряжение и вообще, где искать, куда идти. Артем выходит следом за мной.

— Эй, полегче, это моя ласточка.

— Ничего более банального не мог придумать? Ласточка, — усмехаюсь я.

— Что теперь? — не стал развивать тему Артем.

— Не знаю.

— По ходу, тебя действительно торкнуло от этой девчонки. Раз так за ней бегаешь.

Я и сам себя понять не могу, но единственное, что чувствую, — мне надо разобраться во всем, иначе не будет мне покоя.

— Лучше заткнись, Тем.

— Вау, вау... ладно, молчу. Ну так что?

Не зная, что делать, я сам сажусь за руль и включаю зажигание, жестом головы указывая Теме сесть на пассажирское сидение, а после гоню обратно в Москву.

Когда доезжаем до дома, я понимаю,что еще не остыл до конца, надо еще погонять.

Не привык я встречать преграды, которые не могу преодолеть, и меня это очень бесит.

— Тема, выходи, я еще немного покатаюсь.

— Эй, бро, ты в Москве без году неделя, куда ты поедешь сам? Давай я с тобой.

— Тём, навигатор, телефон. Не думаешь ли ты, что я заблужусь?

— А что с ментами?

— Не существует проблемы, которую нельзя решить купюрой. Ментам монету, и ты в «бронежилете», — со смешком вспоминаю я высказывание отца.

Темка тоже в курсе этого выражения, поэтому салютует мне рукой и заходит в подъезд.

А я еду обратно, к дому Лили. Раз нет никакой новой зацепки, надо возвращаться к началу. Я сам видел, как она вошла в этот дом, значит, он как-то с ней связан.

Паркуюсь напротив этого дома и думаю, вглядываюсь в темноту. Не знаю, что ищу, возможно, подсказку, как действовать дальше, или зацепку какую. Включаю фары, и они освещают ее дом. Незнание ситуации бесит. И отсутсвие возможностей - злит! Но оставить ситуацию и не решить загадку - выводит из себя еще сильнее. Замечаю движение в особняке, что чуть дальше дома Лили, за забором возвышается. Переключаю ближний свет фар на дальний и... небеса меня вознаграждают за упорство: я вижу девушку на балконе мансарды, и что-то мне подсказывает, что это Лили.

Глава 12

Вначале думаю, показалось, но, присмотревшись, понимаю, что это она! По крайней мере, девушка на нее очень похожа. Стройная, длинноволосая, рост примерно такой же.

Кричать и привлекать внимание не стал. Она меня не видит, смотрит в небо. Ее глаз я не вижу, только силуэт, но лицо поднято вверх, будто бы она ищет ответ в ночном звездном небосводе.

«Я ее нашел. Но как мне теперь к ней приблизиться?!»

Оглядываюсь по сторонам. Дальше по улице вижу, как рабочие меняют лампы в уличных фонарях с помощью автовышки. Недолго думая, подбегаю к ним.

— Мужики, заплачу каждому по двести долларов, если поможете мне.

Сейчас главное их заинтересовать.

— Парень, пошел бы ты, а! И так застряли тут, как... в общем, нам не до шуточек.

— Мужики, я серьёзно. Влюблен по уши, хочу покорить ее. И деньгами не обижу. Вот, — достаю из портмоне четыреста баксов и даю каждому по двести. — Если поможете взобраться вон на тот забор, а после снимете меня, еще больше в два раза дам. — Я понимаю, что если они вдруг уедут, я так и останусь сидеть на заборе, а такая ситуация меня совсем не привлекает. — Ну, мужики... выручайте. Очень надо.

Недоверчивый, недовольный взгляд сменился интересом и озорством.

— Ладно, парень, давай. Только недолго общайся там.

Ох, неужели что-то начало получаться? Пока договаривался, Лили уже скрылась в комнате.

Я собираю в кулак несколько камней, пока их машина разворачивается и подъезжает ближе к забору дома, а после взбираюсь на автовышку, и меня начинают поднимать.

Повезло, что забор достаточно широкий и я смог на него удобно усесться. Даю знак мужикам, чтобы немного отошли из поля зрения, а потом начинаю закидывать камушки на балкон Лили. Конечно, некоторые вообще не туда попадают, но я очень надеюсь не разбудить никого из домочадцев, кроме нее самой разумеется.

И, Аллилуйя! Я попадаю несколько раз подряд в ее окно. И вот, медленно открывается дверь балкона, и из-за перил выглядывает голова девушки, которая заставила меня изрядно понервничать.

— Ну, вот я тебя и нашёл, Лили.

Шок отражается на ее лице. А я кайфую! Такое неподдельное изумление. Каждая эмоция отображается на ее лице, и, хотя сейчас уже ночь и я все это вижу благодаря ночному освещению элитного поселка, мои чувства сейчас так обострены, что складывается ощущение, будто она стоит рядом.

— Дени?!

— Я рад, что ты запомнила мое имя.

— Ты... ты что тут делаешь?

Она оглядывается назад, потом проходит к перилам и, немного свесившись вниз, всматривается в окна третьего этажа своего дома.

— К тебе приехал, — отвечаю я, переключая ее внимание обратно на себя. — Вот, не зовешь домой на чай, приходится на заборе сидеть.

— Если сейчас же не уйдешь, будешь под забором. Немедленно уходи, — предупреждающим, громким шёпотом говорит Лили.

— Нет.

— Нет?! — изумлена она моим категоричным ответом, — Как это нет, Дени? Тебе самому будет лучше, если ты сейчас же слезешь и поедешь к себе домой. Забудешь и меня, и дорогу сюда.

— Нет.

— Ты! — угрожающе кричит Лили, а потом, вспомнив что-то, тише продолжает. — Дени, в последний раз говорю, сделай себе одолжение, слезай. Последствия могут быть катастрофичные.

— Наше свидание завтра, и я слезу.

— Что?

Она явно не ожидала сейчас от меня еще и требований о свидании, но я понимаю, что если не сейчас, то уже никогда.

— Завтра, в шесть вечера. Свидание. И я сейчас же сваливаю отсюда.

— Ты псих, — улыбается Лили.

И вроде обозвали психом, а мне приятно. Черт! Явно начинается сдвиг по фазе.

— Возможно. Не проверишь, не узнаешь. Ну так что, придешь?

Она осторожно кивает головой.

— Все, все, иди. Пока никого не разбудили. И как ты только туда взобрался...

— Я полон сюрпризов, — с улыбкой отвечаю ей.

— Нет, ты точно псих. Очень классный, но псих.

Как только она понимает, что сказала это вслух, вскрикивает и закрывает рот ладошкой. Я уверен, она сейчас покраснела.

В этот момент я жалею, что явился к ней без цветов, а то подарил бы ей их сейчас. Тогда она перестала бы так смотреть на меня, часто-часто моргая.

Чтобы еще больше не заставлять девушку краснеть, говорю:

— Жду тебя завтра, в шесть. Смотри, ты обещала.

Лили кивает, продолжая так же стоять, тращась на меня, закрывая рот ладошкой.

Я снова улыбаюсь. Она сейчас такая открытая на эмоции, не то что в аэропорту и в самолете, или в той же школе. Тогда она была серьезной, сдержанной, собранной. А сейчас она полностью открыта, искренна и честна в проявлении своих чувств. И мне это очень нравится. Я уже было разворачиваюсь, чтобы подать знак мужикам подъезжать, как слышу ее:

— Стой!

— Да-а, — довольный, оборачиваюсь. Надеюсь, она позвала меня именно затем, зачем я думаю.

— А... э э… где? Ну... завтра, — немного смущённо спрашивает она. И, да! Это так, моя хорошая девочка.

Вот теперь я точно уверен, что она и сама хочет встретиться со мной, согласилась не только из-за шантажа.

— В парке Горького. Завтра в шесть, у главных ворот.

Лили еле заметно улыбается и кивает.

— Ладно, уходи, хорошо? И побыстрее, пока тебя никто не увидел, — говорит она и заходит к себе в комнату.

Я киваю и иду по забору к мужикам с автовышкой. Подаю им знак,чтобы подъезжали и забрали меня.

— Ну что, улыбаешься, довольный как кот. Значит, согласилась?

— Согласилась, — растягивая слово, довольно отвечаю им, расплачиваясь за их помощь. А самого аж распирает от того, что все получилось.

Да! Именно так и должно все быть!

Глава 13

Лилиана

С бешено стучащим сердцем захожу обратно к себе в комнату и прижимаю одну руку к груди, а второй прикрываю рот, чтобы мой визг в доме никто не услышал.

О-фи-геть! У меня будет настоящее свидание, и не с кем-нибудь, а с самим Дени Вебером! Кому рассказать, никто не поверит. Хотя, кроме Мари, мне и рассказывать-то некому, да и она сейчас уехала на каникулы домой во Францию. А Лизе… Да, наверное, можно. Но нужно ли? Она же сразу начнет мечтать и строить планы на наше с Дени будущее А мое будущее… Мое будущее уже предопределено.

Отличное настроение в миг улетучивается. Захотелось выть от бессилия. Черт побери, а казалось, счастье было так близко.

Ложусь обратно на кровать. Как бы ни хотелось воспользоваться принципом Скарлет О'Хара, у меня ничего не получается. Мысли не покидают мою голову всю ночь, не позволяя уйти в царство Морфея.

День возвращения в Россию. Лили.

Девушка подъезжает к обычному, небольшому двухэтажному дому, с садовым участком около двух соток, который находится в одном из сел недалеко от столицы.

Припарковав свою Honda Civic хэтчбек в гараже дома, она достает ключи из сумочки и, поднявшись на несколько ступеней, открывает входную дверь.

Зайдя в дом, она, не снимая обуви, проходит по коридору и оказывается в гостиной, которая обставлена современной мебелью для среднего класса.

Тут девушка тоже не останавливается, а продолжает свой путь дальше. Заходит в одну из комнат, которая находится сразу после гостиной, и открывает одну из дверей, на первый взгляд похожую на обычную дверь в ванную , но за ней находится совсем не она, а лестница, ведущая вниз.

Спустившись на пару десятков ступеней, девушка идет по освещенному коридору примерно две минуты, затем снова поднимается наверх и подходит к очередной двери. Она вводит код и заходит в бытовую комнату, также служащую для стирки и глажки белья.

Выйдя из этой комнаты, она попадает в длинный коридор, который через минуту приводит в небольшую комнату зоны отдыха с диваном и телевизором, а, выйдя уже оттуда, девушка заходит в большую гостиную с высокими потолками, настоящим камином и богато обставленную дизайнерской мебелью класса люкс.

На диване сидит молодой человек и смотрит на плазменном телевизоре передачу о диких животных. Он поворачивается на шум и, увидев гостью, присвистывает.

— О, наша Золушка приехала!

В дальнем углу у окна сидит девушка с книгой в руках, одного возраста с парнем. Подняв на его голос глаза, она видит Лилиану и, быстро положив свое чтиво на стол, бежит ей навстречу, чтобы захватить в плен своих объятий.

— Как же я скучала! Мы не виделись всего два месяца, а я так соскучилась.

Девушка в ответ обнимает ее.

— Ох уж эти ваши восторженные девичьи ласки воссоединения, — театрально недоумевает молодой человек.

— Не обращай на него внимание, он сегодня не в духе. Как всегда накосячил, и ему за это прилетело.

— Следи за языком, Лиза. Здесь даже у стен есть уши, — попробовал утихомирить болтливую девушку паренек.

— Ой, заткнись уже, Марк. Можно сегодня расслабиться, в доме никого нет и не будет до завтрашнего вечера.

— Как? Еще целые сутки? — наконец заговорила Лилиана. — Ох, извини, дорогая. Я тоже скучала по тебе, Лиза, очень. Но все же. Их не будет еще сутки?

— Да, уехали по своим делам, ты же знаешь, как это бывает.

— Вот черт, — Лилиана прошла вглубь комнаты и устало упала на диван, не заботясь о том, как она сейчас выглядит. — Тогда зачем было меня так срочно срывать?

— Америка тебя совсем испортила, да, детка? Даже не обнимешь меня? — Марк снова начал привлекать к себе утерянное внимание, желая быть в центре событий.

Но Лилиана не обратила внимание ни на его колкости, ни на развалившееся на диване тело, которое она точно не собиралась обнимать, даже если бы решила выполнить его просьбу.

— А ты и без Америки с этим справляешься, — беззлобно сказала Лиза.

Лили сделала вид, как будто ничего не услышала.

— А ты что натворил на этот раз? — обратилась она к Марку.

— Ничего. Все это клевета и вымысел, — попытался отшутиться он.

— Марк попал в аварию. И представляешь, в кого врезался? — Лилиана молчит и даже не пытается строить догадки, а терпеливо ждет, когда Лиза закончит свою мысль. — В машину одного популярного журналиста. Повезло, что за рулем сидел не он сам, а его водитель. Откупился братик, да? — с усмешкой спрашивает Лиза.

— Да, ма-ла-я, — намеренно выделяет последнее слово Марк, так как знает, как Лиза ненавидит, когда ее так называют.

— Эй! Я всего лишь на несколько секунд младше тебя!

— Так, двойняшки, не начинайте, пожалуйста. Я сейчас не в состоянии это слушать.

Лиза кивнув, замолчала. А вот Марк не мог не воспользоваться и не поддеть Лилиану.

— Тебя никто и не заставляет. Двери справа от тебя.

Лили смотрит на Марка долгим задумчивым взглядом, потом встает с дивана и, прихватив свою сумочку, идет в указанном парнем направлении.

Уже у дверей она оборачивается и спрашивает:

— А где мелкий?

Марк не шевелится, лишь серьезно смотрит на нее. Отвечает ей погрустневшая Лиза.

— У себя, в компьютерные игры режется.

Лилиана кивает сама себе и уже собирается выйти из комнаты, как слышит серьезный голос Марка:

— К тебе приходили. — Пауза. — Этот твой. Оставил приглашение на встречу одноклассников.

Лилиана замирает на месте. А после, глубоко вздохнув, спрашивает:

— Где оно?

— Она забрала.

Лили все так же продолжает стоять лицом к двери, поэтому никто не видит одиноко упавшую слезу.

Через несколько секунд, собравшись с силами, она спрашивает как можно спокойнее, но двойняшки слышат ее грустный голос:

— Ты запомнил время и место?

— Да, — последовал тихий ответ Марка.

— Хорошо,— вновь кивает головой.

Больше не говоря ни слова, она выходит из комнаты.

Подниматься по ступенькам нет сил ни моральных, ни физических. Поэтому Лилиана идет в сторону лифта. Она уже нажала на кнопку вызова, когда к ней подбегает Лиза.

— Не обижайся на него. Он просто ревнует.

— Не смеши меня, Лиз. Кого и к кому?

— А ты не понимаешь?

— Если уж кто и должен ревновать, то это я.

— Я- то это вижу и понимаю, а он все воспринимает по— другому.

— Лиза, на сегодня уже хватит. Я правда устала, — уже заходя в лифт, негромко шепчет Лили.

Но Лиза делает вид, что не услышала, и быстренько шмыгает за ней в кабинку лифта.

— Ли-и-иза-а-а, — умоляюще произносит Лили,— не отстанешь? Ну пожалуйста.

— Что произошло на борту самолета, что ты в наряде Золушки приехала? Партнеры по бизнесу?

— Нет. Парень один начал приставать.

Нет смысла скрывать от своей младшей сестры такую информацию, потому что та все равно не отстанет, пока все не узнает. Лучше быстрее признаться и лечь отдохнуть, чем врать и пытаться оправдываться до поздней ночи.

К тому же, они были погодки. А значит, Лиза уже взрослая и многое понимает.

— Да ладно?! К тебе, такой неприступной, которая только одним взглядом может отбить желание знакомиться?! Вау! Что это за бессмертный такой нашелся?

Лили повеселила реакция Лизы, и даже немного улучшилось настроение.

— Модель из Штатов, — они уже поднялись на четвертый этаж особняка, который занимает Лилиана.

Целым этажом это сложно назвать, скорее, мансарда. Но зато она принадлежит ей. На этот этаж никто, кроме нее, не поднимается, и Лили это очень радует.

— Модель?! Круто! Наверное, красавчик?

Лили задумалась, как описать ей Дени, а потом решила.

— Сейчас покажу, и сама решишь.

Достав свой телефон, она вбивает в поисковике его имя, и конечно же огромное количество его фотографий заполняют экран смартфона. Лили выбирает первую попавшуюся и поворачивает телефон к Лизе.

— Смотри. Красавчик?

Глава 14

— А- а-а!!! — вдруг вопит Лиза на весь этаж. — Такой красавчик захотел с тобой познакомиться, а ты его отшила?! Пожалуйста, скажи, что я все не так поняла, и ты меня тоже с ним познакомишь!

Она вырывает телефон из рук Лилианы и начинает просматривать остальные фотографии.

— У-у- у, тут и горяченькое есть! — продолжает восхищаться Лиза.

Теперь уже Лилиана вырывает из рук сестры телефон и, вернув его себе, смотрит на экран. Увидев снимок, на котором Дени голый и лишь рукой прикрывает свое достоинство, она краснеет от смущения, быстро выключает экран и с укором смотрит на Лизу.

«Какой Дени бесстыжий, участвует в таких съемках», — думает про себя Лили, но Лизе, как старшая сестра, строго говорит:

— Тебе еще рано смотреть такие фотографии!

— Это еще почему? Мне уже есть восемнадцать, ты забыла?

— Не забыла. Это твоему телу есть восемнадцать, а тут, — Лилиана стучит пальцем по голове Лизы, — тебе максимум четырнадцать.

— Знаешь, Аня, иногда ты бываешь ужасной занудой. Жизнь нам дана один раз, и надо ее прожить со всеми возможными приключениями и удовольствиями.

— Посмотрю я на тебя, если ты попадешь в мясорубку родителей, — в миг становится грустной Лилиана. — Не смей при них такое сказануть. Иначе, как и меня, сошлют куда - нибудь.

— Извини. Я не хотела ничего такого сказать,— игровое настроение Лизы тоже испаряется. — Просто он такой красивый и классный, обратил на тебя внимание, захотел познакомиться. Ты достойна лучшего мужчины. Вы были бы прекрасной парой.

— Ха! Ты серьезно? Эх, Лиза, Лиза. Я же говорю, что ты еще не доросла. Он хотел просто переспать. И не обязательно со мной, любая бы подошла.

— С чего такие мысли? Аня, ты очень красивая, почему не допускаешь мысли, что ты ему понравилась.

— Потому, что он представился мне чужим именем. Не думаю, что девушке, к которой у тебя родился интерес, ты будешь лгать. Ты так не думаешь?

— М- м- м, вот козел! — в миг меняет свое мнение о парне Лиза.

— Они почти все такие, Лиза. И, прежде чем верить словам, смотри на поступки.

Плечи Лизы опускаются, и она утыкается взглядом в пол.

— Ясно. Ладно, не буду тебе мешать. Отдыхай.

Оставшись одна, Лилиана принимает душ, а после, закутавшись в махровый халат, ложится на кровать и за мыслями о новом знакомом и признанием самой себе, что он действительно внешне очень красив, незаметно для себя засыпает.

И во сне ей снится полуголый красавчик, из самолета. Он то и дело хочет подойти к ней и схватить за руку, но Лилиана весь сон убегает от его цепких рук.

Глава 15

Лили — Тук, тук. К тебе можно?

— Заходи конечно, Лиза.

Я лежу на кровати в свой комнате и думаю. Думаю о том, как бы уйти из дома, да так, чтобы об этом никто не узнал. Но в голову не приходит ни одна умная мысль.

Лиза садится на край моей кровати.

— Что делаешь?

— Не поверишь, — усмехаюсь я,— Думаю.

— Хочешь пойти?

Я резко сажусь в кровати и смотрю на нее удивленно.

— Ты знаешь?

— Марк сказал.

Я киваю. Он и мне сказал пару дней назад о месте встречи. Марк вредина еще та, но все же он хороший. Ему уже восемнадцать, и он многое стал понимать.

Для меня важно пойти и увидеться с ним. Чтобы наконец понять, что я точно его отпустила. Не хочу больше переживать и плакать. Мне надо отделаться от этого чувства, иначе дальнейшая жизнь станет кошмаром. Особенно, если планы родителей на мой счет начнут исполняться.

— Думаешь, как пойти?

— Думаю, как свалить незамеченной.

— А можно мне тебе помочь?

— Лиза, если все вскроется, тебе достанется. Кстати, что на твой счет решено?

— Пока вроде как поступаю с Марком. Ты же их знаешь, в последний день могут все переиграть.

— Ну, да. А на какой факультет?

— Пока экономический.

— М- м- м, ясно.

— Лиль, давай пройдемся по магазинам сегодня, — немного громче, чем следовало задает вопрос Лиза.

— Сейчас? — немного неожиданное предложение, при том, что раньше мы так никогда не поступали.

— Сегодня. Ну, скажем, через часик.

— А никто против не будет? — играю бровями и кошусь на дверь.

— Мы же не по бутикам в центре поедем. А так, просто в какой-нибудь торговый центр, сейчас посмотрю в инете, в каком больше женских магазинов.

— Э- э- э, хорошо. На какой тачке едем?

— На твоей, наверное. Моя будет слишком приметная.

— Ну да, ну да. Хорошо. Тогда буду готовиться.

Я встаю и иду в ванную.

Лиза выходит из комнаты, так как ей еще надо отпросить и себя, и меня.

Через полчаса я уже готова. Волосы собрала в хвост на затылке, надела самые обычные джинсы, кеды, взяла сумочку и вперед. В этот момент в комнату залетает Лизка. Тоже одетая по- простому, как и я.

— В общем, я их уговорила. Все же мы с тобой редко гуляем. Да и в таком прикиде мы не привлечем ничьего внимания.

— Ты сказала, в какие магазины мы пойдем?

— Нет, только уточнила, что будем не в центре. Они сейчас разговаривали о чем— то серьезном, поэтому быстро отделались от меня.

— Молодец! Ну что, пошли?

— А ты в школу разве очки не носила? — почти у дверей спрашивает Лиза, вовремя это вспомнив.

— Точно! — я уже было кидаюсь к шкафу, но останавливаюсь. — Ты уверена, что мы сможем туда попасть? И если вдруг все вскроется, повторяю: тебе достанется. Очень.

— Лиль, мы же быстренько. Марк нас прикроет, если что. Никто ничего не узнает.

— Ну хорошо. — Открываю шкафчик, достаю оттуда свои очки, которые носила в школе, и кладу их в сумочку.

На улицу мы выходим со стороны малого дома, чтобы никто ничего не заподозрил, увидев нас.

Когда мы выезжаем, я сразу вбиваю в навигатор адрес школы.

— Ты в штатах тоже водишь?

— Нет, там у меня шофер.

— Хоть там ты можешь пользоваться благами семейства.

— Ну да. Хотя я не прочь и не делать этого.

— Я тебе сейчас кое-что скажу, только ты не обижайся, — я киваю, заинтригованная такой просьбой. — Мне всегда было тебя жалко из-за того, что тебе отвели такую роль в семье.

— Хах, на такое разве можно обижаться? Такова участь нежеланного ребенка.

— Не говори так, ко всем нам одинаковое отношение.

— Тебя запихнули в обычную школу и сказали стать лучшей, иначе?..

— Нет, но все же...

— Ты знаешь, если бы я точно не знала, что являюсь их дочерью и твоей родной сестрой, я бы еще сейчас поспорила.

— Знаешь, я тоже часто задумывалась, что, если бы не родилась в паре с Марком, возможно, они бы и из меня сделали твою вторую копию, — глаза Лизы выражают грусть, а зная ее, мне никак нельзя допускать, чтобы ее мысли продолжали развиваться в этом направлении.

— Да хватит, Лиз. Чего ты себя загружаешь?! Этого никогда не случится. Так что не стоит заморачиваться этим вопросом. Хорошо? Ты отлично сдала ЕГЭ, в этом году поступаешь в университет, все хорошо, правда же?

— Как думаешь, они еще решатся на ребенка?

— Надеюсь, что нет. Никому не пожелаю нашей участи.

Желая закончить этот неприятный разговор, я начинаю расспрашивать ее насчет новых шмоток, которые она приобрела недавно. Обсуждая последние тенденции моды, мы доезжаем до школы.

— Надо волосы в гульку собрать, все же с такой длиной одноклассники меня не видели.

— А можно и я так соберу волосы?

— Лиза, что хочешь то и делай. Мы тут пробудем полчаса, если он придет... — я замолкаю, сама еще не понимая, что буду делать дальше.

— Хорошо, я еще очки захватила. Будем сестрами-двойняшками.

Вот так, шутя и веселясь, мы заходим в школу, а затем и в зал малых совещаний. Тут все переставили для встречи выпускников, даже заказали поп-группу для развлечения гостей.

Что порадовало, так это то, что на меня, впрочем как всегда, особо никто не смотрит.

А еще то, что мой друг-ботаник и зубрила, Артем Бестужев , решил измениться и стал прям красавчиком, я его даже не узнала по-началу.

Пока мы с ним весело общаемся, я чувствую на себе взгляд Юна.

Конечно же я отвечаю ему тем же, а после и вовсе решаю подойти. Странно, но сейчас, я не испытываю того трепета и волнения от одного взгляда на него, или даже малую часть ощущений которые были тогда, год назад. Да, для меня он близкий человек, но чувства как будто уснули, и просто идут на повторе воспоминанием.

Лиза идет за мной, так как никого тут не знает и знакомиться и привлекать внимание к себе не хочет, поэтому держится рядом.

Начинаем разговаривать на английском. Русский он так и не освоил, поэтому и не любил его практиковать.

— Привет.

— Привет, Аня. Тебе передали приглашение?

— Да.

— Почему ты опять в этих ужасных очках? Они скрывают твои красивые глаза.

Не успеваю я ему ответить, как он одним движением снимает их у меня с лица.

— Юн, что ты делаешь? — я понимаю, что таким поведением он привлечет внимание моих одноклассников. А мне этого не хочется. — Верни мне их.

— Даже не подумаю, — и прячет их в своем кармане. — Я скучал и хочу видеть тебя настоящую.

А после этих слов он делает то, что никак нельзя, не здесь и не сейчас.

Юн срывает с меня резинку и распускает мои длинные волосы.

«Что он себе позволяет?! Я не давала ему повода вот так со мной обращаться!» Я готова его даже ударить сейчас, при том, что раньше у меня бы такой мысли даже не возникло. Настолько я к нему хорошо относилась. Но пойти на поводу своих эмоций означало стать звездой вечера.

И тут мне на помощь спешит Лиза.

— Марк звонил, надо срочно ехать.

Зло посмотрев на Юна, я развернулась, чтобы уйти отсюда, и, схватив Лизу за руку, быстро пошла по направлению к запасному выходу. В темном коридоре, который должен был вывести меня на другую сторону школы, я отпускаю Лизу и иду уже более спокойным шагом. Негодование на Юна еще не прошло. Как он посмел так поступить? Вдруг слышу, как меня окликнули моим полным именем!

Застываю камнем на месте. В этой школе не знает никто этого имени, даже Юн! «Лили— Анна».

— Лилиана! — услышала я мужской голос, но кому он принадлежит, не могу понять.

Во-первых, он мне не знаком, а во-вторых, в темноте я не могу четко увидеть лицо приближающегося к нам, парня.

Когда я вижу Дени Вебера собственной персоной, то изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не вскрикнуть.

Как он здесь оказался? В моей школе! На встрече выпускников!? Откуда он знает мое полное имя?

— Значит, я все— таки не ошибся. Это ты, — произносит он на своем родном английском, подойдя ко мне.

— Не совсем понимаю вас. Кто вы такой? — Раз он сомневается, на этом можно сыграть. В любом случае, надо перепробовать все варианты.

— Не надо, Лили, не прикидывайся глупой. — не ведется на мой розыгрыш этот красавчик. А это уже плохо!

В это время меня еще активней дергает Лиза, только не из - за того, что нам надо спешить, а потому, что Дени, перец из ее грез, сейчас стоит прям перед ней во плоти. Это я понимаю по ее восхищенному взгляду, направленному на предмет своего обожания.

— Ну ладно, окей, это я. И что теперь? Чего ты хочешь? — грубо бросаю ему. Надо отвадить его от себя, иначе, проблем не миновать.

Дени явно не ожидает от меня этих слов, потому что видно, как он растерян. Тут ему на помощь приходит Лиза, которая сначала быстро снимает свои очки, а после распускает волосы и перекидывает их на левое плечо, оголяя часть шеи. Протягивая ему руку, она произносит:

— Привет, Дени. А меня зовут Лиза.

Вебер смотрит на нее, потом на меня и снова возвращает взгляд на Лизу. Затем, взяв за руку, притягивает к себе, приобнимает и целует в обе ее щеки.

— У нас так принято знакомится с красивыми девушками, — говорит он с улыбкой, поймав ее шокированный взгляд. — Очень приятно, Элизабет.

Если бы люди могли излучать свет, то Лиза сейчас была ярче солнца. Такой я еще не видела свою сестру никогда. Любой, кто увидел бы Лизу сейчас, подумал бы, что она видит Бога, и это он ее поцеловал, а не смертный парень, модель мирового масштаба - Дени Вебер.

— Так Лиза, держи, — сую насильно в ее руки ключи. — Возьми их и иди в машину. Я скоро буду.

Но Лиза меня не слышит, она смотрит влюбленными глазами на Дени. Черт! Это надо прекращать!

Я машу рукой перед ее глазами и, что бы уж точно быть услышанной, щипаю ее за плечо. Только после этого она переводит свой одурманенный взгляд от Дени и осуждающе смотрит на меня.

— Лиза, быстрее. Ты забыла, мы спешим.

Мой «толстый» намек, наконец, доходит до нее. Она напоследок еще раз бросает взгляд на Дени, тихо шепчет «пока» и удаляется в направлении машины.

Как только она уходит, я кидаюсь на Дени, надеясь застать его врасплох:

— Ты следил за мной? Как ты узнал, что я буду здесь? Вообще, я в шоке от твоего упрямства и находчивости.

— Это всё не так интересно, как то, почему этот китаец так с тобой себя вёл! — раздраженно предъявляет он.

— Во-первых, он кореец, — на автомате поправляю я его. Когда-то, в другом разговоре, с другими людьми я не могла этого сделать, но не сейчас. — А во-вторых, это не твое дело!

— Даже так? Значит, со мной и парой слов не хочешь переброситься, а ему позволяешь всё, что он захочет? — искренне возмущается парень. Но я не пойму, почему у него такая реакция. Но все же пытаюсь объясниться с ним.

— Нет, это не так. Юн перешел границу. Но, хочу заметить, его я знаю дольше, чем пять минут.

Его глаза вспыхивают, взгляд становится злым и колючим.

Уперев руки в бока, жду, что же он еще мне скажет. А этот, как бы его похуже назвать, двумя руками обхватывает мою голову, притягивает к себе и впивается поцелуем в губы.

Глава 16-17

Волна лихорадочного жара проходит по моему телу и достигает груди, и она начинает ныть и требовать прикосновений.

Через мгновение до меня доходит, что происходит, и я в шоке застываю.

«Мое тело так реагирует на поцелуй Дени? Это ненормально!» Осознание происходящего бьет по голове импульсами, прихожу в себя и пытаюсь его оттолкнуть. Но этот хам так крепко меня держит, что ничего не получается.

Я начинаю колотить его, куда попаду: по плечам, груди, лицу - но он перехватывает мои руки и заводит их мне за спину, притягивая меня тем самым еще ближе к себе. Бедрами трусь об него, и чувствую по центру что-то твердое и выпирающее.

«Капец, просто!»

Когда мы уже оба начинаем задыхаться от нехватки воздуха, этот нахал отпускает мои губы. Но не меня.

— Ты! Ты! — не знаю, как его обозвать, мысли мечутся в полном хаосе, и никак не получается их собрать, чтобы произнести хоть что - то логически связное.

Я готова его убить... взглядом. Сжимаю руки в кулачки и в то же время понимаю, что ничего не смогу с ним сделать, физически мне всё равно с ним не справиться, он гораздо сильнее и моих ударов даже не чувствует.

— Ты!.. Да как ты посмел!?

— За тобой был должок, — самодовольно отвечает это нахал.

— Что? Какой еще долг?

— За выходку в самолете. Надула меня, как какого - то сопляка, обвела вокруг пальца.

Мысленно рычу и киплю от злости. На себя, из- за собственного бессилия, на него - что выше и сильнее меня.

— Не кипишуй, Лили-Анна, — выделяет каждый слог моего имени этот мажорик. — Это даже не французский поцелуй, чтобы так заводиться. Или это твой первый поцелуй?

Не первый, второй, если быть точной. Но, эффект от поцелуя такой, что первый просто рядом не стоял.

— Твои глаза метают в меня молнии, и теперь мне хочется узнать, какими они будут после настоящего поцелуя, — все еще продолжает провоцировать меня этот красавчик.

— Ты… — не выдерживаю я и с размаху даю ему затрещину по лицу.

Я не любитель насилия, поэтому обычно стараюсь избегать подобных ситуаций, но тут сам бог велел, как говорится.

Дени тут же выпускает меня из своих объятий. Самодовольное выражение слетает с его лица, и он вновь начинает злиться. Я понимаю, что сейчас точно что-то будет, поэтому разворачиваюсь и быстрым шагом иду вслед за Лизой.

За спиной слышу, как он кричит мне вдогонку:

— За это я возьму у тебя еще три поцелуя.

— Пошел ты! — не разворачиваясь, кричу ему в ответ. И, завернув за угол, влетаю в Лизу, которая, оказывается, подсматривала за нами.

— Вау, Лиль, это было так... так... романтично!

Я обхожу ее, желая как можно быстрее обогнуть школу и найти свою машину, чтобы покинуть это место.

Лиза не отстает от меня и всё громче и громче причитает:

— Нет, это было как в кино! Честное слово! Лили… м— м— м... Я тоже так хочу! Что бы схватил, прижал к стенке и поцеловал, как настоящий мачо-мэн. Чтобы башню сносило от чувств! Чтобы эмоции через край... Чтобы парень так раз, и поцеловал, когда захотел и не спрашивал...

Мне уже надоело это слушать, и я, резко остановившись, поворачиваюсь к ней.

— Лиза, — стараюсь говорить строго, — это было насилие! Я не хотела этого! Он поцеловал меня силой! Ты понимаешь разницу? Я бы не пожелала тебе оказаться на моем месте, когда тебя против воли сжимают в объятиях и целуют.

Высказав ей всё это, решаю закончить разговор и снова устремляюсь к машине, лишь бы быстрее уехать. К тому же, если верить звонку Марка, нас ожидают родители.

— Все равно так хочу, — тихо продолжает эта малявка, — я же не просто с каким –то доходягой имею ввиду, а вот с таким красивым, сильным, успешным. У меня уже голову срывает от осознания, что у тебя появился такой поклонник. А прикинь, что будет со мной, если и на моем горизонте высветиться такой?!

— Лучше не надо.

— А может, он сможет тебе помочь вырваться из нашего ада, и обрести свободу? — с надеждой в глазах произносит эта наивная девочка.

— Лиза, очнись, где просто модель из штатов – и наши родители?

Последний аргумент, наконец, производит должный эффект.

Лиза притихла, но всё же идет рядом, стараясь не отставать. Остановившись у водительской двери, протягиваю руку сестре, и она молча вкладывает в нее ключи от машины. Сажусь за руль и, дождавшись, когда Лиза сядет рядом, жму на газ. Надо спешить, ведь впереди еще предстоят разборки с родней.

По дороге домой погружаюсь в себя и на автомате веду машину. Лиза тоже молчит, позволяя мне подумать о том, что произошло.

Он меня поцеловал. Дени Вебер меня поцеловал! Чуть ли не первый красавчик страны! Ну и что, что он это сделал в отместку? Если бы я ему не понравилась, он бы так не поступил. Желая отомстить, он мог сделать что - нибудь другое, но никак не целовать! Из этого делаем следует вопрос: нужно ли мне внимание медийной персоны? Ответ однозначный: НЕТ!У нас нет будущего.

А то, что это, кажется, мне очень понравилось, не имеет значения. Какой девушке не польстит, когда к ней проявляет интерес такой парень, как Дени? Конечно же всем это понравилось бы. И я не исключение. Его внутренняя сила, самоуверенность, упорство и прямолинейность не могли не зацепить. Но! Он не для меня, а я не для него. Что нас ждет в будущем? Нервы, слезы и боль. Мы не сможем быть вместе. Я это точно знаю. Так зачем продолжать общение, если за этим ничего не последует? Незачем. Вот и всё. Вот и ответ на вопрос. Один раз я уже обожглась, больше не хочу.

Кажется, мне немного грустно от сделанных выводов, но... надо смотреть правде в глаза, я не смогу пойти против воли родителей, а они его точно не одобрят.

Да, мне надо постараться больше нигде с ним не сталкиваться. Он забудет обо мне, а я... я буду хранить этот маленький приятный момент в своей памяти, возможно, иногда прокручивать его в мыслях. Но продлиться этому знакомству не позволю.

Глава 17

Вернулись домой, снова через запасной дом.

Родители действительно приехали, но находились у себя на этаже. Если они не спускаются, значит, ничего срочного нет, и зря так летели обратно. Хотя, с другой стороны, хорошо, что все же свалили из школы.

И если, чуть раньше, я думала, что буду анализировать ситуацию с Юном, и почему он вел себя так по-хамски в школе. То сейчас, в моей голове, только Дени. Его поцелуй и мои ощущения. Даже сейчас, мне потряхивает только от одной мысли об этом. Как вспомню, так сразу тело охватывает легкое возбуждение и …

Мысли обрываются, без стука ко мне в комнату влетает Лиза.

— Слушай, вроде нас пронесло. Родители у себя, и как я поняла, очень уставшие вернулись, и просили тебе передать, что встреча, из-за которой ты приехала из Америки, откладывается на неопределенное время.

— Вот черт! И, что мне теперь делать?

— Сказали ждать. Сообщат.

Сказать, что я расстроена – это ничего не сказать. Теперь я заперта в этом доме, и каждый выход на улицу будет сопровождаться отпрашиванием, как малого дитя. Иначе, просто не выпустят за ворота. Кажется, я уже и забыла, как это находиться под постоянным контролем.

— Ну, чего ты грустишь?! Вместе будем веселиться, мы тоже пока дома. На днях планируется только поездка на вечеринку к выскочке Архипу, а так, я полностью в твоем распоряжении. Будем в бассейне купаться, в СПА поваляемся, в игры поиграем. Ну, ты чего? От учебы свободны, и можем делать, что хотим!

— В четырех стенах…

— Ну, я бы не сказала. На территории особняка тоже можно гулять. Я всегда смотрю с оптимизмом на вещи и ищу в них всегда положительные моменты.

— Да, я знаю, — тереблю ее за пухлые щечки, — только ты и скрашиваешь нашу жизнь.

Проходит время. Я периодически гуглю имя Дени в интернете. О новых фотосессиях нет никакой информации, выходят только старые публикации. Или он вернулся в штаты, или до сих пор у нас в стране.

Сегодня мать с двумя старшими детьми должна выйти в свет. У одноклассника Лизы и Марка день рождение. Празднует свое совершеннолетие он в «Барвиха Luxury Village». Наши двойняшки смеются над ним, что выбрал такое место для мероприятия, хочет выделиться. Но, они его все равно ро́вней не считают, так как капитал нашей семьи намного превышает возможности семьи Архипа.

По факту: для матери важен статус, и она должна там показаться, хоть и считает, что они этого не достойны. Но, новый контракт на рекламу она подписала с отцом Архипа, и поэтому тоже должна присутствовать, как и Лиза с Марком.

Лиза. В то же время.

Смотрю на публику, собравшуюся тут, и думаю, что все же зря согласилась сюда приехать. Надо было притвориться больной.

Марк тоже не в духе, почему-то. Мама, как всегда, с надменным видом всех осматривает, считая ниже своего достоинства с кем-либо заговаривать первой. Для нашей семьи выделен целый стол. Для семьи из трех человек накрыт стол, за которым поместятся все десять. Но никто к нам не присаживается.

Ненавижу посещать мероприятия вместе с мамой. Я знаю, Марк тоже этого не любит, но не показывает вида. И ведёт себя в точности, как мама.

Жалко, Лильке нельзя с нами. Она бы немного скрасила моё тут существование.

Ещё этот Архип, что б его! Как же он достал. Вроде ясно дала понять, что между нами ничего не будет, но он не отстаёт.

Наверное, попрошу Марка с ним поговорить по-мужски. А то его приставания уже начали носить насильственный характер. Чего только стоил его захват моей руки сегодня, вот так просто, на людях! Сто процентов, за это мама мне еще мозг вынесет дома.

Возможно, он бы мне понравился, если бы мама не запретила принимать его ухаживания, считая его недостойным нашей семьи. Видите ли, они только разбогатели, не то, что мы, поколения богачей, в крови которых течёт благородная дворянская кровь. Никто не вспоминает, что это наша прапрабабка, главное, что в нас есть эта кровь.

Надоело! Эти постоянные секреты, тайны, обман!

Надо отвлечься... Посмотрим на собравшуюся публику. Все пришли семьями, богатые родители и их счастливые отпрыски.

Перевожу взгляд от одной пары к другой и, оглядев почти всех, понимаю некую разницу между присутствующими тут людьми и нашим семейством.

— Мама! Как тебе удалось сохранить свою фигуру и молодость?

— Сейчас полно процедур, Лиза. Что за глупые вопросы? Хотя, мне приятно слышать, что ты считаешь меня красивой.

— Нет, я не об этом. Родители моих одноклассников тоже примерно твоего возраста, но они выглядят старше. А ты выглядишь на тридцать пять, при том, что Лиле уже девятнадцать. Я тоже хочу так сохранить свою молодость и красоту, после рождения четверых детей. Да хотя бы двоих! — на эмоциях проговариваю последнее предложение.

На что мама поворачивается ко мне и ледяным голосом говорит:

— Не рожай детей и следи за собой, это единственный мой тебе совет.

Благо, я приучена уже и к этому тону, и к этому взгляду. И у меня уже выработался какой-то защитный щит от этого. Поэтому я продолжаю допытывать у мамы истину.

— Нет, ну это понятно. Но как ты сохранила, у тебя же нас четверо?

— Лиза, в последнее время ты меня часто начала разочаровывать. Я же тебе все объяснила. Из этого ты должна была сделать вывод, что я вас не ро-жа-ла.

Проговорив мне это в лицо, мама поднимается со своего места и отправляется в только ей известном направлении.

А мы с Марком остаемся в шоке смотреть друг на друга.

— Ты тоже это услышал?

Он кивает. Видно, что, как и я, в ауте. Но молчит. И тут его взгляд становится злым. Слежу за направлением его взгляда и натыкаюсь на два океана прекрасных голубых глаз, обладатель которых танцует с единственной девушкой, отказавшей моему брату - Анжеликой. Терпеть ее не могу, надменная выскочка! Сколько проблем было у Марка с ней в школе.

«Дени Вебер здесь и танцует с Анжеликой?! Не может быть! Как он здесь оказался?! Он тоже смотрит на меня! Неужели узнал? Вот черт! Этого не должно было произойти».

Паника накрывает меня с головой. Надо действовать!

— Марк, мы должны уехать, — быстро начинаю тараторить, — Срочно, иначе быть беде.

Братец не отрывает злой взгляд от танцующей парочки, но все же произносит, обращаясь ко мне:

— В чем дело, Лизок?

— Не произноси мое имя так! — шиплю ему в ответ. — Ладно, это позже, — пытаюсь настроиться на том, что сейчас важнее, — В общем, тут есть парень, который видел меня с Лилей, в школе! В ее школе, понимаешь?! И, мне кажется, он меня узнал.

Марк, наконец, переводит свой взгляд на меня.

— Вот черт. Уверена?

— Да, ну, на восемьдесят процентов, — немного сжимаясь, тихо уточняю.

— Никогда не слушаешься меня, и вот к чему это приводит. Не пошла бы с ней, не было бы проблем. Так, ладно. Все решаемо. Кто он и всю инфу о нем скажешь по дороге. А сейчас тебе надо отсюда убираться, пока он не приперся удостовериться, что видел именно тебя с Лилей. Вставай и иди к машине. Я к маме и за тобой. Мне уже и самому эта вечеринка осточертела.