Тайра и Дарак: Любовь сквозь вражду

Пролог

Тропические джунгли стояли плотной стеной, океанский бриз чуть шевелил ветви вековых деревьев. Почувствовав скорый рассвет, защебетали первые птицы. Ветер доносил запах соли и влажной коры. Где-то в кронах кричали попугаи, пробуждая необитаемый на первый взгляд остров.

Первые лучи солнца уже окрасили верхушки скал в оранжево-красный цвет, когда среди них показался человек.

Его смуглые плечи покрывали чёрные татуировки, напоминающие перья хищной птицы. Из одежды была только набедренная повязка, а перекинутые через плечи ремни удерживали за спиной колчан со стрелами и длинное копьё.

С опущенным луком Дарак внимательно всматривался в джунгли внизу, словно чего-то ждал. Его глаза сузились, а на губах заиграла недобрая ухмылка, когда он наконец заметил фигуру охотницы вражеского племени.

Глава 1

Тайра бесшумно скользила вдоль скалы, пробираясь сквозь заросли мха и лиан. Над верхушками деревьев солнце пекло так, что даже птицы затихли, попрятавшись среди скал. Но здесь, в глубине джунглей, было прохладно. Тишину нарушали только редкие крики попугаев и стрёкот насекомых. В полумраке лишь отдельные лучи пробивались сквозь листву, окрашивая стволы деревьев в тёмно-изумрудный цвет и высвечивая притаившуюся между ними фигуру охотницы. Она наконец заметила добычу.

Если получится, у её племени наконец-то будет на ужин не только кукуруза. Тайра медленно натянула тетиву, целясь в небольшого оленя, пасшегося в ста шагах от неё. В редких пятнах солнца на её плечах блеснули белым несколько татуировок в виде переплетающихся лиан – символ принадлежности племени Юкайя. На скуле красовался маленький белый полумесяц – знак, что она дочь вождя. Длинная чёрная коса была перехвачена кожаным ремешком, чтобы не мешать охоте. По этой же причине Тайра сняла свои привычные позвякивающие украшения из камней и ракушек, оставив только короткую тёмно-зелёную тунику. Замерев среди поросших мхом камней, на которых играли пятна света, девушка сливалась с ними подобно хамелеону.

Внезапно шорох листьев спугнул оленя, бодро поскакавшего в сторону перевала. Тайра разочарованно опустила лук:

– Проклятье...

Откуда-то сверху послышался издевательский смешок, и в паре десятков шагов от неё на землю легко спрыгнул юноша. Из пучка волос на его голове торчала пара соколиных перьев, а по татуировкам на плечах и чёрному спиралевидному кругу на левой скуле было сразу понятно, кто он. Сын вождя клана Чикун.

Тайра вперила в него полный ярости взгляд, но Дарак и бровью не повёл. Она оскалилась:

– Опять ты? Исчезни.

Дарак прислонился к стволу дерева, лениво подбрасывая в воздух свой небольшой охотничий лук. В его глазах зажёгся насмешливый огонёк:

– Юкайя... Вижу, ты так и не научилась смотреть по сторонам. Что, твоё племя устало от кукурузных лепёшек?

Тайра на мгновение обожгла его гневным взглядом, прежде чем подобрать своё метательное копьё. Она перехватила его, приготовившись к бою. Дарак только усмехнулся:

– Не сегодня. Наш прошлый поединок закончился в мою пользу. Потренируйся ещё.

Тайра подняла брови:

– И это говорит Чикун? Убегаешь от битвы?

Дарак повернулся к ней боком:

– Орлы не замечают тех, кто ползает внизу. Я опущусь до битвы с тобой, когда сам того захочу.

Увернувшись от брошенного в него копья, он нагло ухмыльнулся, по-кошачьи запрыгнул на дерево и скрылся в направлении своего лагеря.

Тайра подобрала своё оружие, процедив сквозь зубы:

– Курица, утыкавшая себя чужими перьями – ещё не орёл.

Тем же вечером Тайра растянулась возле общего костра в поселении Юкайя, жуя лепёшку из маниока и задумчиво глядя в небо. Вокруг с криками носились дети племени, преследуемые своими матерями в бессильных попытках уложить тех спать. Подростки упражнялись в фехтовании на копьях, кто-то задорно переругивался. В воздухе пахло жареной рыбой и чем-то сладким. Должно быть, кто-то из шаманов снова заваривал какие-то травы.

Солнце уже опустилось за горизонт, темнота быстро накрыла лагерь и окружавшие его джунгли, в небе начали зажигаться первые звёзды. Как и все Юкайя, Тайра верила, что это крошечные дырочки на небосводе, сквозь которые за ними наблюдают их предки. Ей нравилось думать, что это так. Как будто она всегда была под их присмотром и защитой. Девушка перевела взгляд на луну, которая этим вечером светила так ярко, что можно было разглядеть снующих среди деревьев крылатых насекомых.

Рядом с Тайрой плюхнулся на циновку один из её трёх старших братьев, напрочь сбив лирический настрой. Он был невысокий, ростом с Тайру. Вечно растрёпанные волосы и поджарая фигура выдавали крайне подвижный образ жизни. Она даже не взглянула на него:

– Привет, Юсур.

– Что такая хмурая? – он проследил за её взглядом. – Чего так на луну уставилась? Не волнуйся, не отвалится, она там уже давно висит.

Тайра бросила в него куском лепёшки, но всё равно невольно улыбнулась. Каким-то непостижимым образом он всегда умел её развеселить:

– Просто думаю. Где отец?

Рядом с Юсуром присел их старший брат, Таман. Самый высокий и широкоплечий в семье, он был как обычно спокоен. Услышав последний вопрос, Таман равнодушно махнул рукой:

– Он разнимает Руная и какого-то парня из разведки.

– Не поделили очередную черепаху?

Тaман кивнул, облокотившись о лежащее бревно:

– Вроде того. Мне иногда кажется, отец уже давно послал бы всех нас куда подальше и ушёл на пляж курить бамбук и бухтеть на пеликанов, – брат хмыкнул. – Но нельзя, он же вождь. Надо уметь вершить правосудие, это тебе не только с Чикун драться.

Юсур вскинул брови:

– При этом сам он не дерётся.

– Это другое. Он руководит.

– О, ну да. Кто-то же должен решать, кто будет орать, а кто – махать дубиной.

– Ты поосторожнее. Если он тебя услышит, в следующем бою тебе даже боевая раскраска не понадобится. Кстати, а вот и он идёт.

Действительно, вождь Амару устало присел рядом с Тайрой и с подозрением покосился на сыновей:

– Что вы так резко замолчали? Обсуждали меня?

– Нет, папа, – с честнейшим лицом соврал Юсур. – Говорили про битвы.

Амару кивнул:

– Правильно, это не лишнее. Чикун в последнее время совсем обнаглели...

К костру тихо подошёл Рунай, младший сын, лишь немного старше Тайры. Самый худощавый и длинноволосый из братьев, он больше походил на подростка, чем на полноценного воина вроде мускулистого Тамана. Особенно сейчас, ещё немного помятый после отцовской взбучки, но всё равно с задором в глазах:

– Ты всегда так говоришь, сколько мы себя помним.

Юсур потянулся:

– Интересно, как бы мы жили, если б мы были одни на этом острове и не делили его с Чикун?

Амару задумался, глядя в огонь:

– В Юкайя много искусных бойцов в основном из-за битв с ними. Если бы не Чикун, мы бы, наверное, занимались только целительством и земледелием. Без оружия, дозора, разведки... Жили бы мирно, возделывали плантации...

Тайра фыркнула. Амару покосился на дочь:

– Кроме тебя. Ты и с туканом подерёшься, если он на тебя косо посмотрит.

Но у Тайры в голове уже возник новый вопрос:

– А что Чикун и Юкайя не поделили?

Её слова заставили взгляд вождя затуманиться, будто он ушёл мыслями в воспоминания. Будучи обычно крупным и мощным воином, сейчас он больше напоминал просто уставшего отца семейства. Тени от костра резко очерчивали его первые морщины и шрамы от прошлых битв.

– Это было так давно, что не помнят даже старейшины. Говорят, оба племени прибыли сюда с континента, спасаясь от ужасной силы. С севера, где течёт Великая Река, пришли воинственные люди – Карибы. Они не знали пощады, захватили всё побережье, истребляя местных. Нашим предкам не осталось ничего, кроме как бежать в открытое море, ища землю. Так мы и попали на этот остров, но так и не смогли ужиться вместе. Юкайя – земледельцы. Как осёдлое племя мы сразу обосновались на самой плодородной части острова. Мы всегда славились выносливостью и хитростью, терпением и мудростью... Хотя и не все, – вождь покосился на Юсура, пытавшегося поджарить лепёшку, положив её на угли.

– Чикун же – люди неба, кочевники, – продолжал Амару. – Своим тотемом считают Орла, а не Змею, как мы. И даже свои дома строят на деревьях, а не среди корней. Никто из наших этого не видел, но ходят такие слухи. Они – охотники. Самонадеянные, вспыльчивые. Бросаются в бой, не раздумывая. Хотя надо признать, и в бою, и в охоте они храбры, как ягуары, и сильны, как удавы. Но и они, и мы – сильные воины. Вот уже веками мы противостоим друг другу. И никто не помнит, с чего всё началось.

Слушая отца, Тайра снова легла на спину и уставилась в звёздное небо. Она никогда раньше не задумывалась, почему так ненавидит Чикун. И она, и братья, и все их предки выросли в этой ненависти, считая её чем-то само собой разумеющимся. И при этом никто даже не помнит, в чём была причина.

Но потом Тайра вспомнила ухмыляющееся лицо Дарака и снова нахмурилась. Он побеждал её в каждой их стычке. Но никогда не добивал до конца, как того требовал их закон. Она, видите ли, «не доросла» до его уровня, чтобы сражаться с ней, как с равной, и потом гордиться победой.

Наверное, ни с кем из Чикун у неё не было таких частых случайных встреч. Но разве она виновата, что именно на границе между их землями обитает нужная дичь? И там вечно ошивался этот самонадеянный, заносчивый...

Устремив взгляд на огонь, Тайра думала о Дараке, который всегда пытался всячески поддеть, а иногда даже целенаправленно разозлить её. Дело было уже не в племенной вражде, это скорее личные счёты. Забывшись, она тихо пробормотала сама себе:

– Я тебя достану, Дарак... Однажды я тебя достану.

Её мысли были прерваны ругательствами Юсура, всё-таки спалившего лепёшку и схлопотавшего подзатыльник от отца.

Следующие несколько дней Тайра не покидала территорию поселения. Она упражнялась с братьями в битве на копьях, метании дротиков и стрельбе из лука. Это было её любимое времяпрепровождение в противовес другим девушкам племени, которые предпочитали своим ремеслом целительство и растениеводство. Впрочем, девушки-воины здесь не были такой уж редкостью, и никого не волновало пристрастие Тайры.

Увлёкшись стрельбой по плодам инжира, она не заметила, как к ней подошла Сильва.

Это была высокая и статная женщина средних лет. Первая седина уже тронула её виски, но красоты не убавила. В тёмных глазах читалась мудрость, какая бывает у тех, кто видел больше, чем говорит.

– Дочь, у меня к тебе есть просьба.

Тайра тут же выпрямилась, опустив лук и выжидающе посмотрев на Сильву.

– Среди моих запасов закончились некоторые лекарственные травы, которые можно добыть только наверху, среди скал. Соберёшь их для меня?

Сильва протянула дочери несколько разных веточек в качестве образцов:

– Лучше сегодня. А то мне скоро нечем будет лечить некоторых особо старательных бойцов, – она посмотрела в сторону Руная и Юсура, размахивающих копьями на тренировке так, словно они задались целью взлететь.

– Хорошо, мама! – Тайра была рада любому полезному делу после нескольких однообразных дней.

– Будь осторожна. Эти скалы на севере, там граница с землями Чикун.

Поднявшись на каменистый уступ, Тайра наконец нашла нужные маленькие белые цветочки и сверила с веточкой, которую дала ей мать.

– Камнеломка... Да, это она.

Аккуратно срезая траву маленьким ножиком из обточенного обсидиана, Тайра присела на колено рядом со скалистым берегом небольшой, но глубокой реки. Поток низвергался широким, хотя и не слишком высоким водопадом, а обильные брызги воды образовали под ярким солнцем маленькую радугу, упирающуюся в камни глубокого бассейна, куда падала вода.

Собрав траву, Тайра устроилась на краю полюбоваться видом, опустив босые ноги в ледяную воду.

– Боец, потерявший бдительность – мёртвый боец.

При звуке голоса из-за спины Тайра резко вскочила и схватила копьё. Возле дерева стоял Дарак, беспечно облокотившийся на древко своего лука.

– Это земли моего племени, Юкайя. Здесь следовало бы быть поаккуратнее. Мало ли кто тут захочет убить тебя...

Тайра стиснула зубы. Это ж надо иметь такой талант – появляться сразу же, стоит ей только подойти к границе. И бесить её одним своим присутствием.

– Это не ваши земли, а граница. И я буду ходить, где захочу. Ты и в этот раз сбежишь, или примешь бой?

Дарак выхватил своё копьё и занёс в атакующей позиции:

– Может, тогда хотя бы в этот раз будешь драться по-настоящему?

Провокация очевидна, но неприязнь между ними была слишком сильная, чтобы пропустить её мимо ушей.

Дарак атаковал первым. Успешно отбив удар, Тайра перехватила инициативу. Выискивая слабое место противника, она переступала вбок, держа оборону и высматривая слабые места.

Тайра и Дарак медленно шли по кругу на краю берега, периодически атакуя и обороняясь, но при этом выжидая, когда один из них совершит малейшую ошибку.

И её совершила Тайра, поддавшись на обманный манёвр. Делая вид, что атакует слева, Дарак неожиданно изменил направление взмаха, ударив копьём ей под колено и заставив противницу с размаху упасть на бок, подняв столб мелкой песчаной пыли.

Тайра подняла голову, глядя на нависшую над ней тень.

– Вставай, – его голос звучал ровно, без единой эмоции. Он отступил на пару шагов, давая ей время отдышаться. – Не заставляй меня терять достоинство и добивать лежачего, это не в наших правилах.

– О, так у вас есть правила?!

Тайра встала, её руки слегка дрожали от сдерживаемого гнева. Если бы она умела убивать взглядом, Дарак бы уже давно корчился в агонии. Тем не менее, он стоял неподвижно, хладнокровно наблюдая за ней. Да, он не зря был лучшим бойцом в своём клане. На фоне безалаберных соплеменников он никогда не позволял эмоциям брать верх над ним в бою.

В отличие от Тайры, уже потерявшей концентрацию от ярости в желании отомстить за этот краткий момент позора.

Поединок стал интенсивнее. Птицы с близлежащих деревьев взвились, возмущённо чирикая на тех, кто их потревожил. Юноша и девушка сражались теперь совсем близко к уступу водопада, брызги воды уже летели на них, мешая обзору. Битва накалилась.

Неожиданно для обоих противников Тайра оступилась на скользком камне. Секундное замешательство. Ещё не до конца осознав, что она падает спиной прямо в ревущий поток воды, она судорожно попыталась уцепиться пальцами за воздух. Увидев стремительно удаляющийся от неё уступ, на котором она только что стояла, Тайра закричала, но её тут же заглушила низвергающаяся вода.

– НЕТ! – крик издал Дарак, увидев, как Тайра исчезла среди брызг.

Не раздумывая, он прыгнул следом. Полёт был недолгим. Нырнув, Дарак почти сразу заметил Тайру, её сильно пристукнуло падающей водой, но она не попала в один из валунов на дне.

Молниеносно вытащив Тайру на берег, Дарак быстро перевернул её на спину. Увидев, что она не пострадала серьёзно, он выдохнул:

– Идиотка...

Закашлявшись, Тайра инстинктивно перевернулась лицом вниз, давая вытечь потокам воды изо рта и носа. Ей потребовалось несколько секунд на то, чтобы осознать случившееся. Поняв, что произошло, она рывком села, тяжело дыша. Её взгляд заметался между склонившимся над ней Дараком и водопадом:

– Что за... Какого...?!

Дарак резко встал, его лицо окаменело. Он поспешно отвернулся, но Тайра успела заметить: на миг его глаза расширились – так, будто он сам испугался того, что сделал.

Тайра продолжала ошарашенно смотреть на своего смертельного врага, который только что спас её.

Глава 2

Осознав, что только что натворил, Дарак быстро поднялся. Тайра продолжала пристально смотреть на него, недоумение в её лице смешивалось с недоверием. Отвернувшись от неё, Дарак пытался скрыть следы растерянности в своих глазах. Он не хотел, чтобы она умирала, это очевидно. Казалось бы... Но почему? Может быть, ещё не время. Это его главный соперник, она не может уйти из жизни вот так глупо. И вообще, он не обязан перед ней оправдываться.

Рывком повернувшись к Тайре он открыл было рот, чтобы бросить что-то резкое, но замер, услышав голоса. Чьи-то крики доносились с юга – со стороны лагеря Юкайя. Должно быть, кто-то услышал вопль Тайры, когда она падала в водопад и спешил на помощь. Дарак определённо не горел желанием объяснять своим врагам, почему их соплеменница – испуганная и насквозь мокрая – оказалась у его ног. Впрочем, никаких объяснений они бы слушать и не стали. А драться с превосходящими силами – более, чем глупо.

Он развернулся и прыгнул в кусты, помчавшись в сторону скал. Кажется, Тайра что-то крикнула ему вслед, но это уже не имело значения. Нужно убраться как можно скорее.

Голоса затихли, оставшись позади. Прикинув в уме, что он уже достаточно далеко, Дарак снял оружие и сел, прислонившись спиной к дереву и восстанавливая дыхание. Дело дрянь.

Тайра – та ещё заноза, он уже успел это понять за несколько сезонов их миленьких стычек. Как воин и соперник она – неплохой боец. Даже хороший. С ним она не сравнится, конечно, но с ней интересно драться. Впрочем, никто не сравнится с Дараком, только он настолько увлечён искусством поединка на копьях, что изобретает собственные приёмы, которые никто и никогда не сможет предугадать. Тайра – единственная, кто не сдавался до конца. Каждый раз, столкнувшись с его новой техникой, она старательно пыталась разгадать её. И иногда у неё получалось, и тогда Дарак выдумывал и задавал ей новую задачку. Но она упряма.

Дарак нахмурился своим мыслям, бездумно ковыряя кончиком стрелы песок под ногами. Она чудовищно упряма. Пока есть силы – будет вставать, пока хватает дыхания – будет на него ругаться, пока дышит – будет его ненавидеть. Всё так, как и должно быть.

Так зачем он её спас? Может быть, потому, что было ещё не время. Ведь тогда ему бы не на ком было отрабатывать новые приёмы. Просто убивать было не интересно, а эти олухи из Юкайя часто либо сдаются, либо сбегают. Кроме того здоровяка, кажется, это один из её братьев, – тот будет стоять насмерть, если надо. В своём племени у Дарака достойных соперников тоже почти не было. Есть ещё два младших брата, потенциал у них большой, но они ещё подростки, молокососы. Дарак лишь на десяток сезонов старше их, а по опыту он им скорее как отец.

Так что убивать Тайру не стоит. И позволять ей умереть тоже не стоит. Но эта упрямая гусыня теперь будет требовать объяснений, это было ясно, как день. И что теперь? Оправдываться? Ни в коем случае. Просто послать? Её это не уймёт. Сказать правду? Возомнит о себе и станет окончательно невыносима. Прикрыться законами клана Чикун? А это мысль!

Губы Дарака расплылись в улыбке. Да, он должен сам её убить. Своими руками и в честном бою, только так он заслужит почёт сородичей, что умертвил дочь самого Амару. А до этого... Пусть она сначала удостоится такой чести, станет равным соперником. Всё складывается идеально, так он ей и скажет.

Дарак с облегчением поднялся и подхватил оружие и колчан со стрелами. Надо ещё поохотиться, прежде чем возвращаться в поселение.

Выпустив пар на охоте, Дарак возвращался в лагерь с целой связкой свежепойманных птиц. Не глядя кивнув в знак приветствия дозорным, он небрежно бросил дичь на большой плоский камень возле кострища и направился прямиком к своему жилищу. Взлетев, как пума, по хлипкой верёвочной лестнице, он уселся на пороге своего небольшого шалаша, примостившегося между ветвями одного из огромных деревьев. Остальные шалаши, судя по всему, пустовали – все отправились на охоту или к побережью. Внизу бродили всего несколько женщин, присматривая за детьми и занимаясь другими привычными делами. Одна из них уже подняла связку птиц, принесённую Дараком, и занялась их подготовкой к ужину. Кажется, её звали Гира. Она посмотрела на него, наверное, хотела поздороваться. Но Дарак не горел желанием с кем-либо общаться сейчас. Его и так все считали нелюдимым и замкнутым, пусть так оно и остаётся.

Дарак привалился спиной к стене шалаша и свесил ноги вниз. Он старался думать об охоте, новом оружии, которое сделает вместо затупившегося копья. Но от мыслей о Тайре не удавалось избавиться, они снова и снова лезли ему в голову, он прокручивал в голове их будущий разговор. Поверит ли она в то, что он вытащил её из воды из эгоистичных соображений? Должна поверить, он всё придумал довольно убедительно. А ещё: что она уже успела рассказать своим соплеменникам, которые прибежали на её крик? Она рассказала им правду? Если да, у него будут большие проблемы. Отец не будет разбираться, почему он спас дочь врага, он будет в бешенстве, только услышав об этом. Убить любимого старшего сына у него не хватит духу. Наверное. Но на какое-то время превратить его жизнь в ад вполне может. Дарак поджал губы. А ведь если ему это расскажет кто-то из Юкайя, он всё равно не поверит, правда? Да, пожалуй, можно спать спокойно.

Откинув голову, он разглядывал листву и машинально крутил в пальцах древко стрелы. От этой девчонки невообразимо много проблем. Если она начнёт требовать ответы и отчёт о его поступке, он ей покажет, где её место. Дарак, будущий вождь Чикун, не будет оправдываться.

Снизу кто-то крикнул. Дарак взглянул вниз. Ему махал Заран, его младший брат, предлагая тому спуститься. Под его глазом красовался свежий фингал. Дарак вздохнул: опять.

Спустившись вниз, он хлопнул брата по плечу:

– Ну и кто тебя разукрасил на этот раз?

Заран поморщился:

– Зацепился за Аскара.

Дарак удивлённо поднял брови:

– Аскара? Нашёл, с кем отношения выяснять. Может, будешь драться с кем-то по возрасту?

Заран обиженно надулся:

– Я младше всего на несколько сезонов.

– На пару десятков.

– До инициации осталась всего пара лун. Мы с Баркутом скоро присоединимся к воинам, а в считанные дни станем лучшими, – он нахально подмигнул.

Дарак завёл глаза. Юнцы зелёные. У Баркута и Зарана ещё даже татуировок нет, чистая кожа на лицах говорила о том, что они – ещё совсем дети. Впрочем, Дарак был младше их, когда прошёл инициацию. Но он – другое дело, Дарак – прирождённый воин, а эти двое слишком стремятся пробиться «наверх» вместо оттачивания умений. Впрочем, они успешно к этому идут, нужно это признать.

– А что Аскар? Как он объяснил, что поднял руку на ребёнка?

– Я не ребёнок!

– Отвечай на вопрос.

Заран повёл плечами, словно сбросив с них невидимую накидку:

– Он, видимо, просто был не в настроении. Вылазка к Юкайя, кажется, прошла не слишком успешно. Два парня на плантации удрали от него. Ну а я поддел его, что раз он даже за Юкайя не может угнаться, не лучше ли ему начать ловить черепах.

– Недальновидно.

– Знаю.

Дарак бросил взгляд на южную часть лагеря:

– Я поговорю с ним. Кажется, он опять забыл правила.

Заран ухмыльнулся:

– Только не бей его сильно, оставь мне.

Дарак взглянул на брата так, что тот осёкся на полуслове:

– Я тебе не нянька. После инициации со всеми своими обидчиками будешь разбираться сам.

Заран вытянулся и картинно отсалютовал:

– Понял.

– Ты это мне хотел рассказать, когда позвал меня?

– Так точно.

Дарак вздохнул. Когда Заран разыгрывает из себя солдата, это выглядит ещё глупее, чем если бы он просто пришёл пожаловаться, что его обидели.

– Свободен.

Заран гикнул и помчался за пределы лагеря, где его, несомненно, уже ждал Баркут. Дарак махнул кустам, не сомневаясь, что второй брат его видит. Уже повернувшись к своему дереву, он заметил, как на земле что-то блеснуло. Дарак с любопытством наклонился и поднял амулет из обточенного клыка каймана. Это игрушка Зарана. Этот балбес в порыве своего солдафонства даже не заметил, как обронил свой любимый маленький оберег. Дарак снисходительно покачал головой и, зажав клык в руке, поднялся обратно к своему шалашу. Потом отдаст, когда Заран вернётся в лагерь.

На этот раз он зашёл внутрь. Единственная комната была ярко освещена солнцем, проникающим через большие круглые отверстия в стенах, служившие окнами. Помимо аккуратно скатанного матраса в углу, внутреннее убранство состояло из плетёной циновки на полу и связок оружия возле входа – целый лес смертоносных древков, луки, пара копий и связка перьев для будущих стрел. Довершали обстановку несколько любимых трофеев, развешанных у противоположной стены. В основном это были перья редких птиц, клыки и когти убитых хищников и его главная гордость – шкура ягуара. Глаза Дарака задумчиво остановились на шкуре. В его взгляде смешались горечь и сожаление. Вздохнув, он провёл ладонью по шкуре, служившей напоминанием не столько о подвиге, сколько о боли, которую он заплатил за эту шкуру. И эта боль не затянется, подобно ранам...

Одним пинком разложив матрас, Дарак улёгся на него, закинув руки за голову.

Он ещё не вождь, а проблем столько, что он уже себя им ощущает. Одних надо бить, других защищать, третьих учить жизни. Мда уж.

Глава 3

Из глубины джунглей послышались крики. Тайра обернулась, узнав голоса своих братьев.

– Эй! Постой! – она инстинктивно выкрикнула, но Дарак уже исчез среди зарослей. Через несколько секунд к берегу выбежали три юноши:

– Тайра!

Рунай и Юсур бросились к ней, Таман остановился рядом, на всякий случай подняв лук и вглядываясь в окрестности.

– Мы слышали твой крик. Что случилось? – Рунай помог ей подняться.

Тайра заморгала, пытаясь собрать мысли в одну кучу:

– Я... упала со скалы...

– Оттуда? – Таман взглянул на уступ чуть выше середины водопада. – Как ты выплыла? Насколько помню, ты с плаванием никогда не дружила.

– Не знаю... чудом. Инстинктивно, наверное, – желая побыстрее перевести тему, Тайра посмотрела наверх. – Там осталась сумка с травами для шаманов и мой лук.

Юсур, убедившись, что всё в порядке, уже вернулся к своему привычному фиглярству:

– Когда в следующий раз решишь купаться, оставляй на берегу и копьё тоже. Рыба и без него от тебя будет шарахаться, – он выдернул оружие Тайры, застрявшее между камней на мелководье. – Я схожу за твоими вещичками.

Пока Юсур обходил скалу, чтобы взобраться на уступ, Таман с подозрением посмотрел на сестру:

– Ты поскользнулась на том уступе? Зачем ты вообще туда полезла?

– Видом любовалась, – вяло огрызнулась Тайра. Ей было не до объяснений. Она сама всё ещё с трудом понимала происходящее.

– Ты знаешь, что плохо плаваешь, и всё равно лезешь под самый поток воды. Где логика, Тайра?

Рунай положил руку ей на плечо, словно оградив от упрёков старшего брата:

– Идём к лагерю. После ледяного купания лучше согреться. Все расспросы потом.

Когда вся группа направилась в сторону поселения, Тайра украдкой взглянула на лицо Тамана. Судя по всему, он не догадался, что произошло что-то странное, только молча возмущался легкомысленностью Тайры. Рунай и Юсур уже беспечно болтали о своих планах.

Переодевшись в сухое и накинув на плечи плащ, Тайра сидела у костра. Неслышно, словно ночной бриз, рядом присела Сильва.

– Таман рассказал мне о водопаде.

Тайра рассеянно кивнула:

– Да... как-то вот...

– Ты и раньше попадала в переделки из-за собственной неосторожности. Но я никогда не видела, чтобы это настолько выбивало тебя из колеи.

Тайра напряглась. Её мать всегда была крайне проницательна и видела многое из несказанного. Слишком многое.

– Думаешь? Вроде всё как обычно. Просто не понимаю, как можно было так глупо упасть.

– Хм... Ледяная вода иногда помогает остыть тем, кто... слишком горяч.

Тайра в недоумении посмотрела на мать. Она не поняла, к чему та клонит, но предпочла не спрашивать. Она часто говорила загадками. Сильва улыбалась чему-то своему, не глядя на дочь. Немного помолчав, она неожиданно спросила:

– Ты помнишь, что означает твоё имя?

Тайра удивлённо посмотрела на неё:

– Лоза... А что?

– Да, гибкий и сильный побег, стремящийся к солнцу.

Обдумывая, с чего бы это мать вдруг сменила тему, Тайра немного помолчала. Сильва терпеливо ждала вопроса. Тайра осторожно спросила, словно вспомнив о чём-то:

– Все наши имена связаны с землёй, да?

– Юкайя – это «люди корня». Так что да, конечно. Твой брат Таман, его имя – «опора», потому что его участь – быть наследником звания вождя.

Тайра кивнула. Это она знала и так. И Таман полностью соответствовал этой роли – надёжный, спокойный, собранный.

– Юсур – «юркий». Он хитёр и пронырлив, лучший следопыт и разведчик.

– Это да, – Тайра позволила себе улыбнуться. – Пронырлив, особенно когда надо улизнуть от работы.

Под острым взглядом Сильвы она стушевалась и добавила:

– Но по поводу следопыта не спорю, равных ему не было никогда.

Уголок губ Сильвы чуть заметно дёрнулся вверх. Она продолжала:

– А Рунай – «скрытое знание». Он не прирождённый воин, но чрезвычайно добр и талантлив в целительстве.

– В этом он весь в тебя. А вы с папой?

– Моё имя означает «лес». Его дала мне старая шаманка. Она знала, что я пойду по её пути. Твой отец Амару – «священный змей». Несёт в себе мудрость, но в гневе стремителен и беспощаден. Тотем нашего племени – Змея, как тебе известно, символ мудрости и целительства. Так что можно сказать, его жизнь – служение племени.

– А про Чикун что-нибудь знаешь? – как бы невзначай поинтересовалась Тайра.

– Да. Название их племени произошло от крика орла, которому они поклонялись. Их вождя зовут Сарган – «хищник». На мой взгляд, очень подходящее ему имя, эти земли ещё не видели более свирепого вождя. Его жена, Тали – «нить».

Сильва сделала паузу и посмотрела на дочь. Увидев, что она с напряжением ждёт ещё чего-то, Сильва вздохнула:

– Их сын Дарак – «несущий дар», «несущий силу». Однажды он сменит своего отца и возглавит их племя. Вроде у них есть и младшие, но их я уже не знаю.

«Несущий дар, значит, – Тайра почесала лоб. – Ну да. Тот ещё подарочек. Тоже мне».

Тайра старательно сделала вид, что про Дарака ей не было интересно:

– Жена вождя – «нить»? Как-то выбивается из их стиля.

Сильва грустно усмехнулась:

– Она не из их племени. Чикун похитили её у народа Урава.

Тайра удивлённо заморгала:

– Урава? Племя рыболовов с соседнего острова? Как это?

– Да. Она была дочерью одного из их ремесленников. Чикун забрали её, когда она добывала жемчуг.

– Но зачем?

Сильва снова слегка улыбнулась её наивности:

– Чикун – кочевники. А у кочевых племён всегда значительно меньше женщин, чем у осёдлых вроде нас. У них нет ритуалов знакомства с другими племенами, они просто забирали то, что им нравилось. И Сарган забрал Тали на правах вождя. Сейчас Чикун уже таким не занимаются, но раньше это была распространённая практика.

– Бедная Тали...

– О, она не горюет. Тали была простой девушкой, добытчицей жемчуга. И стала первой женщиной племени, ей оказывают почёт и уважение все, даже сам Сарган. Её мнение имеет вес в племени. После слова вождя, конечно. Вот только... Она осталась оторвана от семьи, от своего клана. Но её имя – «нить» не просто так. Она не просто плела сети, а стала связующим звеном между племенами. Я хорошо знала её когда-то... До похищения.

Сильва замолчала, задумавшись, но потом добавила:

– Только не думай, что имя определяет нашу судьбу. Оно даёт внутреннюю силу, а раскроешь ты её или нет – зависит от тебя. Когда я назвала тебя Лозой, я пожелала тебе быть сильной и гибкой не только физически. Любая ситуация, ломающая других, даёт лозе преимущество и опору, чтобы виться выше.

Тайра улыбнулась, не отводя взгляд от костра:

– Не знала... Но кажется, я получила совет, который мне был так нужен.

На следующее утро, едва лишь рассвет начал золотить нависшие над скалами облака, Тайра выскользнула из лагеря, прихватив с собой только копьё и нож. В глазах была решимость добыть ответы на свои вопросы вместо того, чтобы искать их у себя в голове.

Исследуя границы своей территории, она делала то, чего никогда не делала раньше – искала Дарака.

Джунгли жили своей жизнью. Птицы спорили за лучшие ветки, ящерицы замирали на камнях, греясь в первых солнечных лучах, где-то вдалеке шумела река. Всё шло своим чередом. Только Тайра выпадала из этого размеренного течения – слишком быстрая и напряжённая. Слишком ищущая.

Она пересекла условную границу ещё до того, как солнце коснулось верхушек деревьев. Когда оно поднялось высоко, окрасив небо в густую синеву, Тайра наконец заметила Дарака, сидящего на поваленном дереве и чистящего свежедобытую шкуру.

Он даже не поднял головы. Видимо, знал, что она идёт.

– Нам нужно поговорить, – тон Тайры не допускал возражений.

Нож Дарака замер. Чёрт её подери... Он так и знал. Дарак медленно поднял взгляд:

– О чём?

– Ты знаешь.

Он вернулся к шкуре, нож неспешно скрёб по коже. Голос подчёркнуто ровный. Тайра должна понять, что ему наплевать.

– Не льсти себе. Я не ради тебя прыгнул.

– А ради чего?

Он вздохнул:

– Ради себя. Я воин. Ты должна проиграть мне в бою. А не умереть от собственной глупости, я в этом не заинтересован. Как я тогда заслужу почёт, если не убью дочь врага?

Тайра замерла. Такого ответа она не ожидала:

– Звучит как оправдание.

– Звучит как правда.

Он наконец повернулся к ней. Взгляд тяжёлый, спокойный. Ни тени той насмешки, что была в прошлые разы. Тайра вдруг поняла, что не знает, что у него в голове. Раньше ей казалось, что он – открытая книга. Высокомерный болван с хорошими рефлексами. Сейчас книга захлопнулась.

Пытаясь хоть что-то разглядеть в его непроницаемом лице, Тайра наконец нашла слова:

– Если твоё племя узнает об этом...

Дарак усмехнулся. Это он тоже предусмотрел:

– Кто им об этом расскажет? Ты, что ли?

Он встал, тем самым показывая, что разговор окончен. Но у Тайры ещё оставался вопрос:

– И за другим воином Юкайя ты бы тоже прыгнул?

Дарак замер на несколько секунд, обдумывая ответ.

– Не забивай себе голову. Тебе это только навредит.

Уходя, он по своему обыкновению вскочил на ближайшую широкую ветвь.

Тайра решила, что инцидент исчерпан. Конечно, её гордость была задета, но в то же время она почему-то чувствовала необъяснимую лёгкость. Вроде бы всё сходится. Он – эгоист, и всегда им и был. Где-то в глубине души осталось сомнение, но она отбросила его: Дарак и раньше был непредсказуем. Она просто не может его понять – и ей это не нужно. И она ничем ему не обязана! Это главное.

Глава 4

Солнце уже поднялось высоко, когда Тайра проснулась. Открыв глаза, она глядела в потолок хижины и прислушивалась к тому, что происходит в лагере.

Там царило оживление. Таман властно отдавал кому-то распоряжения. Юсур, судя по крикам, уже успел кого-то разбудить, получить за это затрещину и заново помириться. Утро начиналось как обычно. Однако сегодня был важный день – нанесение татуировок младшим представителям племени. Юноши и девушки становятся взрослыми, получают свои первые отличительные символы племени, первое оружие, право покидать границы территории.

Тайра нехотя встала. Прошло много дней после её последней вылазки на вражескую территорию. Её одолевала скука, даже привычные тренировки не спасали. Она медленно собрала длинные волосы в косу и надела привычную холщовую юбку и тунику, украшенную ракушками и разноцветными мелкими камушками.

В хижину заглянула девушка одного возраста с Тайрой. Она была невысокой, а с её лица, казалось, никогда не сходила спокойная улыбка, навевающая умиротворение на каждого, кто с ней заговаривал. Это была её подруга Айна, она мягко позвала:

– Наконец-то, я уже шла тебя будить. Шаманы начинают обряд.

Присоединившись к племени, Тайра увидела молодёжь, сидевшую в напряжённом ожидании перед остатками вечернего костра.

Ещё вчерашние подростки – парни и девушки заметно нервничали, но их распирало от гордости. Тайра помнила себя в их возрасте, тогда она тоже думала, что это самый важный день в её жизни.

Главный шаман, Умакуар, подошёл к первому парню с таким видом, будто собирался не украшать тело, а спасать душу. Судя по лицу парня, душа собиралась покинуть его прямо сейчас. Иглы морских ежей – штука неприятная, но надёжная. Рунай как-то заявил, что шаманы знали толк в символике – взросление должно запоминаться.

Сильва, сидящая чуть позади Тайры, тихо усмехнулась:

– Я помню, как делали первую татуировку твоему отцу. Он тогда сказал, что это больнее, чем рожать.

– Что ты ему ответила?

Сильва пожала плечами, озвучивая очевиднейшую для неё вещь:

– Что пусть сначала родит, а потом сравнивает. Больше он не говорил об этом.

Айна, сидевшая рядом, хихикнула. Тайра слегка улыбнулась, наблюдая за церемонией. Первые два парня мужественно вытерпели весь обряд, третий завопил так, что птицы взвились с соседних деревьев.

Тайра тихо беседовала с Айной, когда шаманы уже наносили последние штрихи на плечи юношей, теперь их украшали белые ветви, тонкие и вьющиеся. Наступила очередь украшать лица.

Сильва вполголоса поясняла происходящее окружившим её подросткам, которым до инициации было ещё далеко, но, как и для всех, для них это было чуть ли не пределом их мечтаний. Началом свободы.

– Парни всегда получают первую татуировку после того, как совершат достойный поступок. Таман и Юсур прошли инициацию совсем юными – они принесли шкуру пумы. Рунай – позже, за исцеление тяжело раненого в бою с Чикун воина. Некоторые умудряются добыть яйцо гарпии, как твой отец, Ири. А когда девочка становится девушкой, тату получает она.

– Так просто? – возмутился какой-то паренёк.

Тайра не смогла удержаться от усмешки, но не отводила глаз от церемонии. Кто-то скажет, что девушкам проще, но нет, многие бы лучше пошли с копьём на пуму. Это происходит хотя бы единожды, а не каждую луну. Тайра поморщилась. Она повернула голову в сторону братьев. Помимо обычных рисунков племени, у них на скулах красовалось по небольшому полумесяцу – семья вождя. У старшего, Тамана, дополнительно ещё три точки – наследник титула. Тайра бессознательно погладила пальцами свой полумесяц. Вопреки воспитанию в скромности она всё равно была горда своим положением в племени.

У Айны, Руная и Сильвы лоб пересекали две узкие полосы – целители.

После тату воинам торжественно вручили ножи из обсидиана. Вытачивать их не так-то легко, это было самое ценное оружие. Тайра присоединилась к поздравлениям соплеменников, рассеянно похлопывая кого-то по спинам и отвечая на шутки, но мыслями она уже ушла в тишину и одиночество джунглей.

После церемонии все разошлись по своим делам. Большинство женщин сели разматывать хлопок и разводить краску для будущей одежды, парни решили устроить шутливую потасовку, хвастаясь новым положением в обществе. Её братья, разумеется, тоже не остались в стороне, хотя их инициация и прошла уже много сезонов назад. Мальчишки... Тайра устало вздохнула. Ей хотелось тишины, в голове скопилось слишком много мыслей, которым она не давала выхода. Что-то как будто тревожило её, но что... Она поднялась, не прощаясь. Стараясь не привлекать внимания, она взяла небольшой заплечный мешок, нож и неизменное копьё и выскользнула из лагеря.

Отойдя от поселения подальше, Тайра спустилась к реке. Здесь берег был пологим, камни – плоскими и нагретыми за день, а над водой висели стрекозы, сверкая крыльями на солнце. Ветер почти не тревожил листву, только изредка проносясь по кронам и заставляя их тихо шелестеть.

Удобно устроившись на камне, Тайра достала перья, смолу, нож, наконечники из кости и принялась мастерить стрелы для своего лука. Она делала это машинально – руки сами помнили каждое движение. Это была её медитация: делать что-то привычное, чтобы не думать. Она даже тихо напевала себе под нос, чтобы отвлечься, но мысли всё равно невольно возвращались к водопаду. И к Дараку. Ходили слухи, что он – лучший охотник и боец в Чикун. И от этого ещё более невыносим, потому что он прекрасно это осознавал. И позволял себе издёвки над ней. Как будто это всё – какая-то игра, и будто его соплеменники не уничтожали Юкайя во время каждой большой битвы и даже случайно зашедших на их земли. Масштабных сражений между племенами не возникало уже давно, но маленькие случайные стычки между отдельными людьми то и дело заканчивались чьей-то смертью.

Солнце сместилось к западу, тени от деревьев вытянулись, касаясь воды. Тайра подняла голову, чтобы откинуть с глаз прядь волос, и замерла.

На том берегу, у самого края воды, стоял Дарак. Тайра раскрыла глаза от удивления, меньше всего ожидая здесь именно его. Он смотрел на неё. Без обычной усмешки, без оружия в руках, не подходил ближе, просто стоял и смотрел.

Тайра застыла. Внутри всё сжалось, но она не вскочила. Только пальцы стиснули недоделанную стрелу. Это не к добру...

– Что? – спросила она, чувствуя нарастающее напряжение.

Дарак не ответил. Он просто продолжал пристально смотреть на неё, его лицо ничего не выражало. От этого ей стало совсем не по себе.

– Если хочешь драться, выходи! – Тайра положила ладонь на рукоять ножа. Но Дарак медленно покачал головой. Он просто всё так же смотрел – ровно, без вызова. Тайра растерялась: она не знала, как поступить с этим новым Дараком. Тот, который насмехался, провоцировал, исчезал в ветвях с победным видом – с тем всё было ясно. А этот... Этот просто стоял и молчал. Тайра раскрыла рот, чтобы как-нибудь спровоцировать его, но слова не шли. Пока она собиралась с мыслями, Дарак исчез, шагнув в заросли.

Тайра осталась сидеть на камне, держа в руках стрелу, о которой она уже забыла. Она была сбита с толку.

– Какого чёрта...

Это было подозрительно. Этот тип наверняка задумал очередную пакость. Он хотел разозлить её? У него это получалось.

Тайра вернулась в лагерь, когда в племени уже разжигали вечерний костёр. Не желая ни с кем разговаривать, она решила пропустить ужин и направилась сразу в хижину.

– Тайра! – Рунай помахал ей, приглашая присоединиться к ужину. – Ты не поверишь, что ребята отчебучили после посвящения!

Тайра покачала головой, сдерживая раздражение:

– Потом. Я устала.

Провожая её взглядом, братья переглянулись:

– Да что с ней сегодня? – нахмурился Таман. – Обычно она первая на очереди, чтобы подкалывать нас.

Наконец Юсур пожал плечами:

– Она же сказала, что устала. Захочет – сама расскажет.

Только Сильва, тем временем выходившая из хижины и слышавшая последние слова, проводила Тайру долгим взглядом, как будто знала. Сильва осуждающе покачала головой.

Глава 5

Поселение Чикун постепенно пробуждалось под первыми лучами солнца, проникающими сквозь листву. Дарак уже давно был за пределами лагеря, сидя почти на вершине своей любимой скалы. На южной стороне острова, там, где должно находиться поселение Юкайя, с самого рассвета пылал костёр. Его всполохи иногда взвивались даже выше прибрежных деревьев, иногда окрашиваясь в зеленоватый или сизый цвет. Видимо, шаманы подбрасывали туда какую-то траву и порошки.

Очевидно, сегодня в Юкайя проходит инициация новых воинов. Да, точно... Новолуние же. Чикун этого момента ещё надо дожидаться, у них это происходит только во время солнцестояния. Баркут и Заран уже с ума сходят, так хотят поскорее повзрослеть. Дарак усмехнулся своим мыслям. Совсем недавно эти двое принесли в лагерь шкуру каймана, теперь их точно включат в число достойных. Если они с ума не сойдут от нетерпения, пока дождутся обряда.

Лениво поднявшись, Дарак оставил возле скалы лук и колчан и начал спускаться к реке, прихватив с собой только копьё. Все Юкайя наверняка присутствуют на церемонии, в их лесах никого нет. Можно и поисследовать.

Он легко перескочил через ручей и, дойдя до водопада, на секунду остановился. Падающая вода вызвала неприятные воспоминания о совершённой ошибке. Нет, ошибка не в том, что он спас врага, а в том, что сделал это так неосмотрительно. Мог бы вытащить её и тут же слинять. Нет же, остался зачем-то. Ладно, дело прошлое.

Дарак направился вдоль реки, внимательно изучая тропы, ухабы и каждый поворот. Хорошо ориентироваться на территории врага никогда не будет лишним.

Побродив так какое-то время, он уже было направился к северу, но внезапно остановился, расслышав сквозь журчание реки какие-то новые звуки. Ведомый любопытством, он прокрался сквозь заросли папоротника и свисающего лишайника к самому берегу и аккуратно раздвинул листья, открыв себе обзор на противоположный берег.

На одном из камней сидела Тайра и мастерила стрелы. Почему-то он ничуть не удивился тому, что она ушла с церемонии так рано. Дарак прислушался к её пению. Видимо, ей самой казалось, что она тихо мурлыкает себе под нос, но по мере того, как она погружалась в работу, пение становилось громче. Его уже можно было различить, почти не напрягая слух. Дарак отметил про себя, что она даже не заметила его приближение.

«Тоже мне воин», – он подумал без злобы, с любопытством наблюдая за её движениями. Очевидно, её мысли были так далеко, что руки делали стрелы машинально, а сама она не видела и не слышала ничего вокруг. Даже саму себя.

Он опустил приготовленное копьё, не захотев прерывать её медитацию. Хотя где-то в глубине души старался не признаваться себе, что его просто заворожило её пение. Наверное, ещё никогда он не видел Тайру настолько умиротворённой. Это обескураживало и интриговало. Пение напоминало старинные шаманские песни Юкайя, которые он слышал однажды, проникнув за границу и изучая стан врага. Но мелодия менялась, становясь выше, медленнее, вторя журчанию ручья. Жаль, что слов совершенно не слышно. Вот если бы подойти чуть поближе...

Внезапно Тайра подняла голову, и они встретились глазами. Дарак вдруг осознал, что вышел из своего укрытия. Неосмотрительно...

– Что? – она выкрикнула с вызовом. Как обычно. Ему показалось, или у неё в глазах на мгновение мелькнул страх? Интересно, почему она не вскочила. Неужели настолько боится его, что даже не шевельнулась. Не похоже, что она настолько уверена в себе, что может позволить себе равнодушно сидеть в присутствии врага.

– Если хочешь драться, выходи!

Тайра точно его боится. Дрожащий голос выдал её. И при этом она хочет драться. Чудачка.

Заметив, что у неё слегка порозовели щёки, Дарак чуть заметно покачал головой. Надо же: да он смутил её, когда подслушал её пение! Это что-то новое. Сбитый с толку своим открытием, Дарак смотрел на Тайру, пытаясь разглядеть в ней то, что видел всего минуту назад.

Тайра продолжала пристально на него смотреть, ожидая каких-то действий.

Немного подумав, Дарак сделал шаг в сторону, мгновенно скрывшись в зарослях и неспешно зашагал на север. Настроения драться у него не было. Надо хорошенько обдумать то, что он только что увидел. Умиротворённая девушка на берегу реки, напуганная его внезапным появлением, и Тайра, которую он всегда знал и побеждал, – как будто два совершенно разных человека. Как это возможно?

Перейдя символическую границу в виде маленького ручья и очутившись на территории Чикун, Дарак чуть замедлил шаг, по-прежнему погружённый в свои мысли. Растерянность плавно сменялась злостью. На себя, за то, что позволил себе слабость и посмел разглядеть в Юкайя какую-то человечность. На неё, за то, что она это заметила. И вообще за то, что вызвала у него такие чувства. Чикун не должны быть снисходительны к дикарям, это была огромнейшая ошибка. И даже неважно, узнает об этом кто-то или нет. Он сам знает, что допустил промах, и от себя не убежит.

Надо вытеснить эти мысли из головы. Однажды Тали, его мать, сказала ему, что наступит день, когда он начнёт видеть мир по-другому, начнёт взрослеть. И произойдёт момент, когда он впервые откажется от битвы, потому что будет что-то важнее победы. Она не уточнила, что именно. Загадочно улыбалась и всё. Он тогда был ещё совсем подростком и тут же возразил ей. Он, Дарак, уйдёт от битвы?! Что-то важнее? Бред. Но сейчас, когда он вспомнил её слова, вся его сущность резко воспротивилась этому. Только не сейчас. Он повзрослел, когда прошёл инициацию. Всё. Точка.

С этого дня никакого снисхождения. Он будет драться так, как подобает Чикун, больше никаких игр в кошки-мышки. Он уже дал слабину перед Тайрой, и теперь будет за это расплачиваться. Уже видел недоумение в её глазах за секунду до того, как исчезнуть из её поля зрения. Теперь она снова начнёт задавать вопросы. Нельзя давать ей такую возможность. Вообще никаких разговоров. И искать её тоже не будет. Если она сама захочет, сама найдёт, облегчать он ей задачу не будет.

Продолжая себя накручивать, Дарак вступил на территорию лагеря, лицом к лицу столкнувшись с Тураном и Аскаром. Туран, один из немногих в Чикун, кто носил дреды, держался чуть позади, словно просто подошёл за компанию. Аскар, как и Дарак, носил соколиные перья на голове как отличительный знак выдающегося охотника. Он довольно осклабился:

– Дарак. Твой братец сказал, что ты желал поболтать со мной?

Уже почти пройдя мимо них, Дарак прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, пытаясь обуздать разливавшийся по телу гнев. Точно. Заран, пожаловавшийся ему на Аскара. Он совсем забыл.

Дарак обернулся, встретившись глазами с Аскаром. Туран стоял за его спиной, скрестив руки.

– Ты не вовремя. Потом.

Он уже повернулся, чтобы уходить, но раздавшийся за спиной голос Аскара пригвоздил его к месту:

– А это что-то новенькое. Сын вождя струсил?

Сжав в руке копьё, Дарак медленно повернулся:

– Не самый подходящий момент, чтобы меня провоцировать.

Аскар на секунду завис. Он знал этот ледяной безэмоциональный тон. Все знали. И боялись. Но дороги назад уже не было. Туран поспешно отошёл в сторону, делая вид, что он тут не при чём. Аскар напустил на себя беззаботное выражение лица:

– А я думал, Заран уже нажаловался тебе, как плохой дядя Аскар его обидел.

– Не без этого.

– Научи своего мелкого держать язык за зубами в следующий раз.

Дарак поднял одну бровь. Его бесстрастное выражение лица никак не вязалось с побелевшими костяшками пальцев, сжимающих копьё. Он спокойно произнёс, чеканя каждое слово:

– То есть теперь ты будешь указывать мне, как воспитывать младших сыновей вождя, я правильно понял?

Глаза Аскара метнулись в стороны, будто ища путь к отступлению. Туран уже тихонько куда-то скрылся. Дарак медленно приближался к Аскару, незаметно перехватив копьё в атакующую позицию. Это не ускользнуло от глаз Аскара. Он поспешно сделал пару шагов назад:

– Я не собирался тебе указывать. Только сказал, что твой братец заслужил трёпку.

– Трёпку детям имеют право устраивать только старшие в семье.

– Он не ребёнок.

– Пока не прошёл инициацию, ребёнок. Тебе напомнить про законы племени, Аскар?

Дарак уже подошёл почти вплотную к Аскару, который почувствовал, что отступать уже некуда – за спиной дерево.

– Я уже всё вспомнил.

Дарак чуть заметно усмехнулся. Он умел внушать страх, когда было нужно. Но Аскар и сам виноват – не надо было цепляться, когда Дарак и так уже был на взводе. И он это видел. Его предупреждали? Предупреждали. Не послушал? Не послушал.

– Ты же понимаешь, что наказание всё равно должно последовать? – тон Дарака по-прежнему был равнодушным, как будто он объяснял очевидную истину несмышлёнышу.

Поняв, что драки не избежать, Аскар поднял копьё, принимая вызов.

Кажется, он даже не успел понять, что произошло, и почему он валяется в пыли. Дарак со скучающим видом швырнул рядом с Аскаром его же отобранное оружие. Потребовалась всего пара ударов, чтобы сбить с ног этого придурка. Даже драться нормально не умеет. А подростков обижать – это да, сколько угодно.

Не скрывая отвращение на лице, Дарак повернулся и направился к дереву, собираясь подняться в свой шалаш. Вспомнив, что у него на руке всё ещё болтался оберег Зарана, который Дарак подобрал, он свернул с дороги, чтобы оставить клык на пороге родительского шалаша, где Заран найдёт его позже.

По пути ему встретилась Тали, уже спустившаяся из шалаша и несущая миску с какими-то фруктами. Она улыбнулась сыну. Дарак встретил её взгляд, ещё не успев усмирить гнев в своих мыслях. Посмотрел, наверное, более жёстко, чем она того заслуживала, но Тали лишь продолжала понимающе улыбаться. Она поставила миску на камень.

– Дарак! А вот, кажется, и наступил тот самый день, не так ли?

Ничего не понимая, Дарак хмуро буркнул что-то невнятное, надеясь поскорее отвязаться от вопросов и наконец остаться наедине с собой.

Тали покачала головой:

– Помнишь, ещё очень давно, я говорила, что однажды ты поймёшь, что взрослеешь? Кажется, этот день настал, я это вижу в твоих глазах.

Дарак замер на полпути. Как она узнала, что только сегодня он как раз думал об этом?

– Как ты... О чём ты вообще?

– Внешне ты спокоен, но в тебе бушуют чувства. Я никогда прежде не видела в тебе этого. Ты взрослеешь, сын. Скоро наступит день, когда битвы и победы отойдут на второй план, очень скоро.

– Взросление? Оно давно прошло! И я больше не собираюсь менять что-либо! – Он в два счёта заскочил по лестнице к себе в шалаш. Секундная драка с Аскаром не помогла выпустить пар, а разговор с матерью только ещё больше распалил самотерзание. В груди по-прежнему тлел гнев.

Тали спокойно подняла миску, хмыкнув:

– Взросление не будет спрашивать, готов ты или нет.

Глава 6

В последующие дни Тайра часто покидала поселение на рассвете. Прихватив своё привычное оружие, она уходила на север, в сторону реки, и пропадала там почти целыми днями. Братья и подруги недоумевали, отец не обращал внимания, сосредотачиваясь на более важных делах племени и не замечая ничего необычного, а мать как будто ждала, когда дочь сама подойдёт к ней и попросит совета, иногда бросая на неё долгие взгляды, но ничего не говоря. Иногда Тайра пропадала на несколько дней. Это никого не удивляло, она и раньше надолго покидала поселение – охотилась, тренировалась, возвращалась с добычей, синяками, интересными историями. Но теперь она никому не говорила, куда ходила и что там делала, а вернувшись, молчала.

Она искала. Прислушивалась к шорохам листвы, всматривалась в тени между деревьями, в десятый раз проходила мимо тех мест, где у них с Дараком ранее были поединки. И ничего. Она не знала, что будет делать и что скажет, когда найдёт его, но её жгло нетерпение получить ответы на свои вопросы, которые не давали ей спать по ночам. Почему он так странно себя вёл? Почему смотрел так, будто не мог понять, что она такое? Что он, в конце концов, задумал? Тайра прекрасно осознавала, что ищет неприятности, но ничего не могла поделать с собой. Даже неприятности были лучше, чем подвешенное состояние и бездействие. Он должен объяснить своё странное поведение. Дерётся, потом спасает, потом посылает почти прямым текстом. Можно сказать, даже говорит, что она ничто, а потом приходит и молча пялится! Уязвлённая гордость и нетерпение получить ответы прожигали изнутри.

Вернувшись в лагерь после очередного бесплодного дня, она сидела хмурая, прислонившись спиной к стене хижины и машинально вертя в руках один из браслетов. Солнце уже село, сумерки опускались на остров, но было ещё достаточно светло, и Тайра не знала, чем занять себя.

Её заметила Айна, проходившая мимо с охапкой хлопка. Решив, что пора поговорить, она положила хлопок на траву, и присела рядом с подругой:

– Тайра? Что с тобой происходит в последнее время?

Тайра вздохнула, закрыв глаза. Меньше всего она сейчас хотела отвечать на расспросы.

– Ничего.

– Ты можешь рассказать мне, я умею хранить секреты.

– Я знаю... Просто не хочу ничего обсуждать, пока сама ещё не разобралась.

– Может, я могу помочь?

Тайра покосилась на неё. Айна – прекрасный слушатель, чуткая подруга, проницательная и мягкая, но... слишком правильная. Она будет в ужасе, узнав, что Тайра целенаправленно ходит к границе и на территорию врага, тем более, чтобы вести беседы с соперником вместо драки. А уж странное поведение Дарака... Её это выбьет из колеи даже больше, чем Тайру. С другой стороны, среди всех подруг только Айна никогда её не осудит и никому не расскажет. Не обязательно рассказывать ей всё, особенно про то, что это связано с Чикун.

– Хотя... Знаешь, есть один парень...

Айна заинтересованно подалась вперёд, готовая слушать. Но Тайра не успела продолжить. Между ними с грацией мешка с бататом плюхнулся Юсур:

– У сестрёнки появились тайны? – он фамильярно закинул руку ей на плечи.

Айна разочарованно подняла глаза к небу:

– Юсур, ты просто чудо. – Сарказм в её голосе был такой силы, что Юсур развеселился ещё больше:

– Не слишком ли рано ты выросла, а? Всего одну луну назад ты прыгала в водопады и бросалась в меня едой, а теперь что? Может, ещё и курить трубку начнёшь, как наши старейшины?

Не ответив, Тайра рывком сбросила его руку и встала, подобрав лук. Не говоря ни слова, она направилась в сторону побережья, где обычно молодёжь тренировалась в стрельбе и поединках. Слова Юсура почему-то задели её. Она сама не знала, почему. Может быть, потому, что это была правда? Она действительно изменилась. И ей это не нравилось.

Айна и Юсур переглянулись. Юсур почесал подбородок:

– Она никогда так себя не вела...

Айна покачала головой:

– Признай, шутка и правда была несмешная. Но я согласна, не нравится мне это. Но она права, попробуем довериться ей и пока не вмешиваться. Надеюсь, она знает, что делает.

– Ну да. А вытаскивать её из очередных неприятностей потом опять нам с братьями.

На следующее утро, едва рассвело, Тайра вновь закинула на плечо лук и направилась в сторону скал. Недавно прошёл большой тропический ливень, и с деревьев и лиан свисали большие капли воды, поливающие Тайру неожиданным душем, когда она неаккуратно задевала ту или иную ветку. Казалось, её это совершенно не беспокоило.

В очередной раз пройдя мимо знакомого водопада, она увидела его. Дарак стоял у дерева и равнодушно смотрел на водяной поток, словно уже ждал её.

– Юкайя, – сказал он, и в голосе не было ничего. Ни насмешки, ни злости. Ничего.

Тайра молчала. Она так сосредоточилась на том, чтобы отыскать его, что совершенно не продумала, как и о чём его спрашивать.

– Наконец-то, – вырвалось у неё. Она тут же прикусила язык, надеясь, что он не услышал её шёпот.

Дарак поднял взгляд, холодный и надменный. Совсем как в первые дни их знакомства. Как будто ничего не случилось.

– Ты что, скучала?

Она сжала челюсть.

– Я хотела спросить...

– Не надо, – перебил он и потянулся за копьём. – Если хочешь драться – дерись. Если нет – иди домой, Юкайя.

Он сразу же атаковал.

Удар был жёстче, чем обычно. Тайра едва успела парировать. Она отступила на шаг, сбитая с толку. Обычно драка начиналась с взаимных препирательств, провокаций, насмешек. Но сейчас он наседал, даже не давая ей пространства подумать, он просто давил.

– Что с тобой? – выдохнула она, отбивая очередной выпад.

– Ничего.

Собравшись с духом, она стала отвечать контрударами, но растерянность не позволяла ей сосредоточиться, и она совершала ошибку за ошибкой.

Машинально взмахнув копьём, чтобы отбить очередной удар, она сама не заметила, как сильно задела остриём его плечо, оставив длинную полосу. Дарак остановился, с удивлением взглянув на глубокую царапину, а потом на неё, словно не понимал, как это вышло. Тайра чуть опустила оружие, растерянно глядя на него в ответ. Не потому, что ранила его, а из-за его взгляда. Сквозь маску презрения вдруг промелькнул тот Дарак, которого она видела на берегу реки. Какой-то... любопытствующий. Но это длилось всего секунду. Его лицо тут же стало прежним – отчуждённым и высокомерным.

Он ударил снова. Выбив оружие из её рук, он не воспользовался этим. Просто стоял, тяжело дыша, и смотрел.

– Ты слабая, Юкайя, – сказал он безразлично. – Любой подросток из Чикун сейчас бы справился с тобой. Не попадайся мне больше, я и так был слишком снисходителен к тебе.

Она хотела ответить, но слова застряли где-то по пути. Её душила обида: её даже не удостоили чести быть добитой. Любой бы справился! Он был снисходителен!

Не дожидаясь ответа, он скрылся в листве. Она смотрела на покачивающиеся ветки, среди которых он только что исчез. Потом медленно опустилась на колено и подобрала копьё, чувствуя, как дрожат руки.

– Придурок, – прошептала она. – Сам ты слабый.

Но голос дрогнул.

Солнце было высоко, когда Тайра вернулась к дому. Здесь царило запустение – все разбрелись по своим делам: кто-то собирал фрукты, многие женщины ушли на берег стирать или шить, большинство мужчин и несколько девушек были на охоте и рыбалке, маленькие дети играли на поляне под присмотром дремлющих стариков.

Тайра как попало бросила у стены своё оружие, взяла из миски рядом с входом горсть орехов и забралась в импровизированный гамак, натянутый кем-то между пальмами.

Её самолюбие было уязвлено. Больше, чем когда-либо. Её посчитали слабой. Недостойной битвы с врагом. Её жалели!

Она закрыла глаза и тут же увидела его равнодушное заносчивое лицо...

«Ты слабая».

Слова словно впились под кожу. Она сжала кулаки.

«Любой подросток из Чикун справился бы с тобой».

– Ненавижу, – прошептала она в пустоту.

Но тут же вспомнила, как на секунду его маска дрогнула. Как он смотрел на неё, не насмешливо, а почти растерянно.

«Мне показалось», – сказала она себе. – «Просто показалось».

Но почему тогда она не могла перестать об этом думать?

Она со злости ударила ладонью по ближайшему деревцу, заставив упасть несколько листьев.

«Он заплатит за это!» – решительно подумала Тайра, неспешно сковыривая скорлупу с орешков и наблюдая, как листья плавно кружатся, опускаясь на землю.

Проходя мимо гамака, её настроение заметила Сильва:

– Ты не занята? Поможешь мне кое с чем?

Тайра неспешно спрыгнула с гамака, закинув в рот остатки очищенных орехов.

Сильва продолжала:

– Мне нужно разложить вот эти травы, чтобы они подсушились, пока есть солнце. Скоро придёт сезон дождей.

Тайра стала помогать, всё ещё витая мыслями где-то далеко.

Мать протянула ей маленькую высушенную тыковку, полную какой-то чёрной смолы:

– Смотри, Тайра.

Она взглянула на странную субстанцию:

– Пахнет какой-то сладковатой травой.

– Это кураре.

– Яд?

– Да, для духовой трубки, которые Юкайя иногда используют в охоте. Если добыча близко и есть время преследовать её, пока яд не подействует.

– Мне кажется, он пах по-другому. Чем-то горьким.

– Это другой. Варить его сложнее и дольше, – Сильва обмакнула в субстанцию кончик пальца и попробовала её на вкус. – Но он... эффективнее.

Тайра вытаращила глаза:

– Ты только что попробовала яд, я правильно понимаю?

Сильва мягко улыбнулась:

– Этот яд абсолютно безвреден для желудка. Но смертелен, если попадёт в кровь. На вкус иногда можно точно определить, какое противоядие будет нужно, если охотник случайно попадёт в человека или в самого себя. Такое уже бывало.

Тайра заинтересованно посмотрела на бутылёк:

– Как он действует?

– Очень жестоко. Сначала появляется слабость... Если вовремя не дать противоядие, а это нужно сделать практически сразу, начинают отниматься руки и ноги, потом отказывают мышцы туловища. И это самое страшное. Жертва всё видит и осознаёт. Всё прекрасно понимает, но не может ни пошевелиться, ни позвать на помощь. И наконец, паралич подбирается к лёгким, и отравленный умирает от удушья, при бьющемся сердце.

Тайра содрогнулась, пытаясь в красках нарисовать в воображении эту картину:

– Страшно...

Сильва склонила голову:

– Именно поэтому нам строго запрещено применять яд к людям. Только для охоты.

Тайра насупленно повертела тыковку в руках:

– А что скажешь, если против Чикун...

– Нет, – Сильва ответила твёрдо и категорично. – Даже врагу никто не пожелает такой участи. Многие в нашем племени были бы и рады применить это к Чикун, но предки всё видят. Даже не думай об этом.

Тайра огорчённо вздохнула:

– А из чего противоядие?

Сильва покачала головой:

– Это не просто найти нужную траву и приложить к ране, если ты об этом. Противоядие я делаю из сока некоторых растений, смолы, угля и змеиной желчи. Лучше носи его всегда с собой вместе с ядом.

Тайра кивнула, глубоко задумавшись о чём-то. Она взяла тыковку с ядом, трубку и несколько уже обточенных палочек для неё. Поразмыслив, она всё-таки взяла из рук матери и сосуд с противоядием. Вот бы им было дозволено использовать яд против Чикун, как бы сильно это облегчило жизнь... Лично ей. Конечно, она не опустится до такой низости, но помечтать никто не запрещал.

Сильва видела, что её что-то беспокоит. Но шаманка решила не задавать вопросы, которые наверняка спровоцируют бурю. Она пошла другим путём:

– Тебя что-то тревожит.

Её дочь кивнула. Сильва подождала:

– В последний раз твои глаза были такими злыми, когда Юсур всем рассказал, как ты споткнулась о собственный лук во время охоты.

Тайра тут же взвилась:

– Он сам ходячая авария, и решил, что ему позволено меня позорить! – она швырнула пучок травы на землю и, тут же пожалев о своей вспышке, встала на колено, чтобы собрать его.

Сильва кивнула:

– Да... Никто так не чувствителен к позору, как воины.

Тайра посмотрела на неё исподлобья:

– То есть это говорит о том, что я воин?

Сильва улыбнулась:

– А когда честь задели, что делает воин?

Тайра задумалась:

– Отстаивает её.

– Как? – Сильва подняла бровь.

– С достоинством, – повторила Тайра заученный ещё в детстве урок, уже понимая, куда та клонит.

– Помнишь, ты поступила тогда с Юсуром?

Тайра помнила. Она не прибила его на месте, хотя и хотела поначалу. Не унизила в ответ. А заставила извиниться, доказав своё мастерство в деле.

– Не теряя рассудок, – тихо сказала Тайра. – Это самое сложное.

Сильва улыбнулась и ничего не сказала.

Тайра знала, что делать. Контролировать эмоции для неё было очень трудно, иногда непосильно. Но тренироваться и оттачивать своё мастерство – это она умела. И с этого стоило начать. Она вскочила, забыв про траву.

– Спасибо, мам! – донеслось уже из-за деревьев.

Сильва усмехнулась и подобрала остатки травы. Тайра уже скрылась за деревьями.

– Беги, дочь. От себя не убежишь.

Тайра уже мчалась к тренировочной поляне, где упражнялись в бросании дротиков её братья, они приветственно помахали:

– Как настроение, получше? Не будешь кидаться на нас, если не так посмотрим?

Тайра подхватила валяющееся копьё:

– Я хочу потренироваться. Мне надо кое-что отработать. Кто желает?

Таман и Рунай переглянулись, но Юсур уже бесстрашно вышел вперёд.

– Давай, покажи мне, как сражается настоящая Юкайя!

Глава 7

Юсур вскрикнул от боли, когда Рунай присыпал его рану на предплечье порошком из толчёной коры.

– Оууу! Ты что, муравьёв мне туда засыпал?!

Рунай взглянул на брата исподлобья, уже обматывая его руку разрезанными на длинные ленты листьями:

– Это кора дерева янапа. Неприятно, зато уже завтра будешь как новый. Можешь и дальше позволять сестре тебя увечить.

– Прости, – наверное, в сотый раз пробормотала Тайра, обхватив колени и глядя в огонь. Сумерки уже сгустились, большинство соплеменников разбрелось спать, лишь несколько человек всё ещё негромко переговаривались у костра.

– Да ладно, зато ты действительно стала драться лучше, – Юсур подмигнул. Он взял копьё в замотанную руку, осторожно пробуя ей управлять.

– Но ты видела, как я увернулся от первых двух ударов? – он комично продемонстрировал увороты. – Я как ветер.

– Ветер, в отличие от тебя, хотя бы иногда дует в правильную сторону, – рядом присел вождь Амару. – Тайра, ты зачем выводишь из строя моих воинов? Какая игуана тебя укусила?

В его голосе не было злости или укора. Тайра улыбнулась – это звучало почти как комплимент.

– Я тренируюсь. Хочу стать сильнее.

– Ну-ну. Только не перегни палку, не нужно становиться сильнее за счёт того, что устранишь всех лучших.

Юсур подмигнул Тайре:

– Он считает меня лучшим, представляешь?

Она закатила глаза, но мысленно восхитилась его стойкости. Казалось, этого парня ничто не может сломить: ни насмешки, ни поражение. Он смеётся сам над собой до того, как это успеют сделать другие, он неуязвим для обид. Пожалуй, Тайре есть, чему у него поучиться...

Из задумчивости её выдернул голос Руная, который уже некоторое время сидел молча, наблюдая за звёздами:

– Да, Юсур, ты действительно можешь гордиться таким титулом. Говорят, после смерти лучшие воины удостаиваются чести наблюдать за нами и даже направлять, чтобы мы не сбивались с истинного пути.

Юсур поднял бровь:

– И ты веришь в это?

Амару тут же отвесил ему лёгкий подзатыльник:

– Уважение, молодой человек. Даже если не веришь сам, говорить о них обязан с почтительностью, – он взглянул наверх. – Древние говорили: звёзды – это глаза предков.

– И они смотрят на нас? – Юсур, придав лицу серьёзности, тоже посмотрел на небо.

– Смотрят.

– И не стесняются?

– Предки видели всё. Их уже ничем не удивить.

– Значит, моя вчерашняя...

– Они видели, – перебил Амару. – И промолчали. Учись.

Тайра и Рунай прыснули, Юсур покраснел, но тоже рассмеялся. Амару снисходительно хмыкнул, наверняка думая: «какие они ещё дети».

Тайра продолжала смотреть на звёзды, выражение её лица постепенно сменилось с улыбки на задумчивость. Если предки знают всё, то они видят и то, что с ней происходит. И мысли, которые она прячет даже от себя.

«Что бы они сказали, если бы знали, о ком я думаю? Если бы знали, что он не выходит у меня из головы? Что я ищу его, когда ухожу на север? Что злюсь на себя за это?» – Она зажмурилась, прогоняя эти мысли.

«И что всё это из-за того, что я сама в себя не верю. Что какой-то кретин заронил во мне сомнения. Как это вообще было возможно? Я отомщу ему за эти слова, заставлю взять их назад», – Тайра почувствовала, как щёки заливает жар, и тлеющий костёр явно был тут не при чём. Это был стыд? Злость? Точно она не могла сказать, но одно знала наверняка – она ненавидит его, и эта ненависть жжёт изнутри.

Но сомнение осталось. Где-то глубоко, на самом дне. Она открыла глаза, посмотрела на звёзды ещё раз, и отвела взгляд. Тайра поёжилась, хотя ночь была тёплой. Ей вдруг стало неуютно под этим взглядом тысяч глаз.

– Пойду спать, – она неожиданно встала. – Завтра много дел.

Остальные попрощались с ней, ничего не заподозрив в её напряженном тоне. Сильва, сидящая в тени неподалёку, одобрительно улыбнулась.

Следующее утро началось с затяжного ливня. Тайра, уже полностью одетая, мерила шагами хижину, поглядывая в окно. Её копьё стояло у входа, маленький нож висел на поясе, а нехитрый холщовый мешочек с едой и парой нужных вещей был надёжно завязан за спиной. Она всегда брала его с собой, когда собиралась уйти за пределы лагеря надолго. Обычно там лежали порошки Сильвы на случай ран и укусов ядовитых насекомых, а теперь ещё и маленькая, размером с грушу, засушенная тыква с запасом ядовитых стрел для духовой трубки. За тонкой стеной из бамбуковых ветвей спали братья. За другой стеной родители, наверняка услышав дождь, тоже не собирались вставать.

Едва ливень начал ослабевать и превратился в лёгкую морось, Тайра тут же выскользнула из дома, направляясь в сторону скал, вершины которых сегодня скрывались в низко нависших над джунглями тучах.

Тайра шла неспешно, зная, что в такую погоду она никого не встретит. Спустя много времени дождь прекратился, но небо всё ещё было хмурым, словно оно только ненадолго взяло передышку, прежде чем низвергнуть ещё одну огромную партию воды.

Охотница шла вдоль реки, глядя себе под ноги и думая о том, как вызвать на бой Дарака. Теперь она готова, она тренировалась, уверена в себе и покажет ему, что такое злить дочь вождя.

Вдруг что-то на земле привлекло её внимание. Остановившись и подумав, она вернулась на несколько шагов назад и присела, разглядывая влажную после дождя прогалину. Там виднелся чётко очерченный отпечаток огромной лапы.

Тайра почувствовала, как по спине пробежал холодок:

–Ягуар... – она резко выпрямилась, прислушиваясь, но не услышав в привычной стрекотне насекомых и шорохе листьев ничего подозрительного, направилась в сторону, противоположную той, куда вёл след.

Обычно ягуары охотились в болотистых низинах и у побережья, возле устья рек. Но в сезон дождей иногда поднимались и в джунгли. Проливной дождь – их любимое время для охоты. И если один из них оказался здесь...

Тайра в очередной раз нервно оглядела окрестности. Эти кошки – самые сильные и свирепые звери на острове. Они способны убить даже каймана, превосходно плавают, достанут добычу и на дереве, и под водой, а умертвить способны одним укусом. Воин, убивший ягуара и принёсший в поселение его шкуру, получает пожизненный почёт и особую татуировку в виде кошачьего когтя, это высшая доблесть. Но среди Юкайя ещё не было дураков, добровольно бросивших ему вызов.

–Надо будет рассказать племени... –пробормотала Тайра, всецело погрузившись мыслями в новую проблему и почти забыв о Дараке и своей мести ему.

Именно в этот момент она и столкнулась с ним практически лицом к лицу.

–Юкайя, – он стоял всего в нескольких шагах от неё, – заблудилась, что ли? Или муравьёв считаешь у себя под ногами?

Опомнившись, Тайра вернулась мыслями в реальность и перехватила копьё, готовая к атаке Дарака в любой момент:

– А ты стоял и ждал меня тут, не так ли?

Он фыркнул, заметив её движение и неспешно вытянул своё копьё из-за спины:

– Много на себя берёшь, не все вокруг думают только о тебе.

Тайра пропустила колкость мимо ушей, увидев, что Дарак уже приступил к атаке.

Поединок начался в уже привычном ритме. Но после нескольких недель усиленных тренировок Тайра определённо стала атаковать мощнее, чем раньше. Значительную силу ей придавала и уверенность в себе. Дарак очень скоро это заметил, с трудом удерживая себя в атакующей позиции и стараясь не скатиться в оборону. Он стиснул зубы, понимая, что у него есть риск устать быстрее, чем закончится её энтузиазм. Его это злило. Удары обоих стали чётче, они уже нанесли друг другу по несколько ушибов и царапин, но не обращали внимания на это. Дарак был близок к тому, чтобы выйти из себя, Тайра уже почти праздновала победу в своих мыслях. Но Дарак знал её слабое место. И это – эмоции. Он усмехнулся:

– Так ты старалась ради меня? Жалко.

Тайра мгновенно взбесилась. Она бросилась вперёд, забыв про защиту.

Он легко ушёл в сторону.

– Эмоции. Снова эмоции.

Она замахнулась, он блокировал. Ещё раз – уклон. Ещё – удар древком копья под дых, от которого она согнулась.

– Всё, что я вижу, – это девчонка, которая машет копьём как палкой.

Она выпрямилась, сжимая оружие так, что побелели костяшки.

– Заткнись.

– Заставь.

Она бросилась. Он встретил её сильным точным ударом. Копьё вылетело из её рук и отлетело в сторону. Она медленно вытащила из-за пояса нож.

– Ничего не изменилось, – с презрением процедил он, шагнув ближе.

Атаковав копьём, Дарак заставил её уйти в сторону, тут же перехватил её руку и выкрутил. Нож упал в траву. Лёгкая подсечка, и Тайра с размаху приземлилась лопатками на плоскую скалу под ней. От удара по спине из лёгких мгновенно вышибло весь воздух.

Она была безоружна. Он – с копьём. Дарак занёс оружие для удара.

Тщетно пытаясь вдохнуть, Тайра замерла.

«Всё, – подумала она, задержав дыхание. Сердце колотилось где-то в горле, взгляд словно приклеился к занесённому острию, блеснувшему каплями дождя. – Вот теперь всё»

Копьё свистнуло в воздухе. Она инстинктивно зажмурилась.

Тишина.

Услышав глухой удар, она вскрикнула. Ей потребовалась пара секунд, чтобы осознать, что ей всё ещё не больно. Тайра осторожно приоткрыла глаза. Копьё вонзилось рядом с её головой.

– Ты даже умереть достойно не можешь, – его голос звучал так, будто он только что раздавил противное насекомое, прилипшее к ноге. Спустя пару мгновений Дарак, поморщившись, пояснил: – глаза закрыла.

Он выдернул копьё, развернулся и ушёл, не оглянувшись.

Тайра приподнялась на локте, глядя ему в спину и пытаясь осмыслить услышанное. Они и раньше всегда переругивались во время драк, но такое...

Она села, подтянула ноги к себе и обхватила руками колени. Столько времени она тренировалась... Столько времени жила в копившемся напряжении, которое не позволяла себе сбросить ни на минуту. Сейчас как никогда хотелось это сделать. Она устало уткнула лицо в колени.

Тайра, оставшись одна, плакала, с облегчением давая себе волю выпустить чувства. Словно услышав её мысли, начал накрапывать небольшой дождь, обещающий в скором времени перерасти в очередной ливень. Тайра подняла голову к небу. Ей стало немного легче, спокойнее, но она больше не хочет видеть Дарака. Она не придёт сюда снова.

Глава 8

Победив в очередной раз, Дарак почему-то не чувствовал удовлетворения. Он шагал, по пути сшибая копьём отцветшие головки каких-то цветов. Пылающий в груди гнев начал отступать, непроницаемая маска презрения на лице сменилась сомнением.

Шаг замедлился. Наконец Дарак остановился посреди дороги и обернулся, напряжённо думая. Он не хотел признаваться себе, что в этот раз перегнул палку, но перед глазами то и дело всплывала непрошенная картинка – Тайра, сидящая на берегу реки, делающая стрелы и напевающая себе под нос. Спокойная и умиротворённая. А сейчас, после битвы, когда он посмотрел на неё, уходя, она была такой растерянной. Напуганной. Кажется, этот контраст и заставил его сейчас остановиться.

Дарак поджал губы. Он не такой. Конечно, он заработал себе репутацию беспощадного воина, идущую далеко за пределы его племени. Но он не был бесчестным и тем более грубым. Пожалуй, в своём стремлении загнать свою ярость глубоко внутрь себя он где-то просчитался.

Решившись, он направился назад, стараясь шагать быстро, пока не передумал. Он не знал, зачем. Не знал, что скажет или сделает. Решит на месте. Но этот поединок определённо закончился не так, как он хотел. Наверняка Тайра сейчас проклинает его последними словами. А может, вообще уже ушла к своему племени. В глубине души он надеялся на это. Тогда он просто пойдёт в своё поселение со спокойной душой. А если нет... Тогда даст ей выговориться, пусть разорётся на него или унизит. В общем, ответит ему тем же. А может, они снова подерутся, только на этот раз он даст ей проявить себя.

Уже почти выйдя к реке, Дарак остановился, прислушавшись. Тайра определённо ещё была там. Чёрт. Ладно, придётся идти.

Подкравшись вплотную к разросшимся папоротникам, он уже протянул руку, чтобы отодвинуть их и предстать перед ней, но остановился, услышав странные звуки. Что-то было не так.

Вместо того, чтобы выходить, Дарак аккуратно раздвинул листья, приоткрыв себе обзор. Она всё ещё сидела там, где он её оставил, в паре десятков шагов перед ним. Только теперь она уткнулась лицом в колени, обняв ноги, её плечи слегка подрагивали, но она не издавала ни звука.

Дарак остолбенел.

Она плакала. Он ошарашенно уставился на неё, отодвинув листья шире настолько, что рисковал быть замеченным, но Тайра даже не смотрела в его сторону. Сомнений не было, она действительно плакала. Придя в себя от изумления, Дарак усилием воли заставил себя аккуратно вернуть листья на место и отошёл на несколько шагов. Он упёрся спиной в дерево, невидящим взглядом уставившись перед собой.

Тайра плачет. Из-за него. Это казалось невероятным. Во-первых, то, что она способна на подобные чувства, уже вызывало ступор. Юкайя всегда были бездушными оккупантами, оттяпавшими себе лучшую половину острова под свои дурацкие плантации. Убивали его соплеменников, смели охотиться на их скалах. Все Чикун всегда в это верили. И Тайра была лишь одной из них.

Во-вторых, она плачет из-за его слов. Жестоких, да, он признавал это. Но разве воин может быть настолько... Дарак потряс головой, он не мог мысленно произнести слово «ранимым». Вместо этого снова подошёл к папоротникам и открыл себе обзор на Тайру.

Так и есть. Сейчас она не была ни воином, ни Юкайя, ни его главной соперницей. Он видел перед собой обыкновенную девушку. Уязвимую, эмоциональную. Чьи чувства он так неаккуратно задел. Дарак уставился во все глаза, осознавая своё открытие. Она – всего лишь девушка. Всего лишь!

Окончательно растерявшись, он снова отступил назад и направился на север, волоча копьё. От напряжённой задумчивости между бровей пролегла морщина.

Это было чересчур. Никогда в жизни ему не было перед кем-то стыдно. Это чувство было новым для него. А ещё чувство вины. Он не знал, как всё исправить, что с этим делать. Как он должен был поступить? Утешать её? Забрать свои слова назад? Не найдя правильного ответа, он решил просто уйти. Всё осложнялось тем, что она по-прежнему должна быть его врагом, таков закон.

Он шагал, не разбирая дороги и сжимая копьё. Перед глазами всё ещё стояла она – сжавшаяся, беззащитная, уткнувшая голову себе в колени. Он видел её злой, гордой, упрямой. Но такой – раздавленной – никогда. Он вообще всегда считал, что это невозможно.

«Вот я и сделал это. Довёл её. Но ведь она – враг, – сказал он себе неуверенно. – Юкайя. Дочь злейшего врага Чикун. Она заслужила это».

Но слова не помогали. Перед глазами всё равно стояла беззащитная фигурка.

Ему вспомнились непрошенные слова его матери: «Наступит день, когда ты впервые откажешься от битвы». Он не отказался, как и хотел. И, кажется, впервые в жизни испытал оглушительное поражение.

Придя в поселение, Дарак направился прямиком к себе в шалаш, не глядя по сторонам и по-прежнему глубоко задумавшись. Сидящий возле потухшего костра Аскар встал при его появлении:

– Эй! Защитник молокососов! Готов принять реванш?

Он занёс копьё над головой, готовый к бою. Заран и Баркут с любопытством выглянули из своих шалашей, услышав оклик Аскара.

Дарак поднял на него тяжёлый взгляд, будто только что заметил. Встретившись с ним глазами, Аскар чуть не отшатнулся, но решительно снова занёс копьё, готовый к бою. Он процедил сквозь зубы:

– Ну?

– Отвали. – Дарак равнодушно прошёл мимо него и, в два прыжка поднявшись к шалашу, скрылся за его стеной.

Аскар так и остался стоять с поднятым копьём, пытаясь осмыслить произошедшее. Баркут и Заран недоумённо переглянулись.

Глава 9

Прошло несколько дней с тех пор, как Тайра вернулась в лагерь после последней драки с Дараком. Странное, тягучее чувство преследовало её с тех пор. Нельзя сказать, что она была полностью сломлена. Но какая-то тяжёлая апатия была заметна многим. Сильва всерьёз встревожилась. Айна безуспешно пыталась добиться от неё хоть намёка на причину, но Тайра наотрез отказалась что-либо ей рассказывать, пожалев о своей недавней минутной слабости, когда она чуть было всё ей не выложила. Даже Амару заметил, что что-то не так, но Сильва знаком дала ему понять, чтобы он не лез к дочери с расспросами до поры. Братья же терялись в догадках, всеми силами пытаясь узнать правду или хотя бы отвлечь её на другие дела.

В очередной раз за завтраком Тайра сидела, уставившись в одну точку, и рассеянно вертела в пальцах лепёшку. Юсур, жующий уже третью, наконец не выдержал:

– Ты это есть собираешься или нет?

Тайра молча протянула ему лепёшку.

– Сестрёнка, – Рунай осторожно коснулся её плеча. – Ты в порядке?

– В порядке, – Тайра ответила машинально.

Рунай поднял брови:

– Ты хоть услышала, что я спросил?

Таман отложил копьё, которое чистил, и посмотрел на Тайру в упор:

– Что случилось? Ты уже несколько дней ходишь сама не своя.

– Всё нормально.

– Не нормально, – Юсур доел лепёшку и облизал пальцы. – Ты даже не огрызаешься. Это пугает.

Тайра подняла на него глаза, хотела что-то сказать, но передумала. Просто встала и ушла.

Братья переглянулись.

– Что с ней опять? – спросил Рунай.

Юсур пожал плечами:

– Айна сказала, что она недавно вернулась домой заплаканная. И злая. Предполагает, что Тайра задалась какой-то целью, и у неё ничего не получается. Вот и бесится. Может, на охоте что-то не задаётся.

Таман снова взял копьё:

– Ну да, как будто раньше у неё всё получалось. Но не помню, чтобы из-за этого она падала духом.

Остановившись за стеной хижины, Тайра слышала разговор братьев. Она с шумом втянула воздух и подхватив валяющуюся возле дома сумку, направилась на запад, за пределы лагеря. Мало того, что Дарак считает ниже своего достоинства драться с ней, так ещё и братья относятся, как к несмышлёной девчонке. Она сжала копьё, даже не заметив, как ускорила шаг. Ей надо успокоиться. Уйти от всех подальше и успокоиться.

Тайра ушла далеко в джунгли и расположилась на каменистом берегу одной из небольших речек. Стояла пасмурная погода, периодически накрапывал небольшой дождь, но она уже привыкла и спокойно сидела на мягком мху, прислонившись спиной к большому камню и поджав одну ногу под себя. Колчан с несколькими стрелами и лук она укрыла от дождя в небольшой щели в скале в десятке шагов от себя. Тайра мастерила себе браслеты из камней и собранных накануне ракушек: приближался праздник луны – обязательный для всех, даже для тех, у кого на душе скребут кошки. Настроение было совсем не праздничное, но присутствовать обязаны все. К тому же, монотонная работа всегда ей нравилась. Она размеренно нанизывала тонкие обсидиановые пластинки на новый браслет.

Откуда-то из зарослей раздался шорох. Тайра положила руку на рукоять ножа, не сводя глаз с шевелящихся листьев. Из кустов вышел Дарак. Она удивлённо взглянула на него: что он делает на территории Юкайя так далеко от границы? Но потом вспомнила, что её нет до этого дела, и вернулась к работе.

Дарак подошёл ближе и остановился в паре десятков шагов от неё. Его лицо, как всегда, было непроницаемо.

– Убирайся, – Тайра была не в настроении на обычный обмен вежливостями.

Дарак склонил голову, но не ушёл, всё так же стоя перед ней с опущенным копьём в руке.

Тайра всё-таки оторвалась от рукоделия:

– Что нужно?

– Подерёмся? – вопрос прозвучал почти буднично, но Тайра почувствовала напряжение в его голосе.

– Нет, – она отвернулась.

Дарак поднял копьё, и направил остриё ей в спину:

– Когда кто-то отказывается от боя, он либо сбегает, либо будет убит. Таковы правила.

Тайра продолжала мастерить, не глядя на него и не поднимая своё копьё, валявшееся неподалёку:

– Ну убивай.

Дарак уставился на неё.

– Не понял... – через несколько секунд честно признался он.

Тайра наконец обратила на него взгляд:

– Что непонятного? Ты много раз мог меня убить и не убивал, правильно? И ты мне надоел, либо убивай, пока я даже не сопротивляюсь, либо вали.

Она снова отвернулась, сосредоточившись на рукоделии. Обида на его прошлые слова запылала в груди с новой силой, но Тайра сдерживала себя. Она не даст ему очередной повод унижать её. С неё хватит.

Дарак почти улыбнулся, но сдержался. Это так по-женски...

Он присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с ней, но всё ещё слегка в отдалении:

– Я пытался тебя разозлить тогда. – Он очень старался, чтобы она не услышала раскаяние в его тоне.

– Зачем?

– Считай это частью навыка боя. Ты не умеешь направлять свою злость, не умеешь её контролировать. Когда ты злая, ты действительно дерёшься лучше, и это даже интересно для меня. Мы почти равные соперники, – он хмыкнул в ответ на её гневный взгляд. – Да, именно почти. Пока не позволяешь эмоциям захватить тебя, и тогда вся техника насмарку...

– Значит, правильно злить ты тоже не умеешь. – Спокойно парировала Тайра, с трудом удерживая начинающую вскипать злость.

Дарак пожал плечами:

– Ну я учусь... С тобой всё не как с нормальными людьми. Так что, ты будешь драться, или ты сдалась и перешла на сторону девочек-рукодельниц? – он кивнул на браслеты, которые Тайра держала в руках.

Она поджала губы. Дарак выждал пару секунд, потом поднял брови:

– Так ты всё-таки сдалась? И один я этому причина? Как лестно...

Тайра рывком вскочила, схватив копьё. Дарак, довольный собой, поднялся и взял своё оружие на изготовку:

– Вот это другой разговор.

Они успели нанести друг другу по паре ударов, которые каждый успешно блокировал. Вдруг Дарак остановился, подняв ладонь и глядя куда-то в сторону. Тайра нехотя тоже остановилась:

– В чём дело?

Дарак напряжённо всматривался в заросли папоротника за ручьём:

– Там кто-то есть. Я видел тень.

Тайра с трудом оторвала взгляд от него и взглянула на неподвижные листья. Что-то в его лице подсказало ей, что он не врёт:

– Я никого не слышала. Ты уверен?

– Абсолютно.

Они оба несколько секунд всматривались в кусты. Вдруг мимолётная тень мелькнула снова, будто приблизившись на пару шагов.

Тайра и Дарак переглянулись и, не сговариваясь, направили копья в сторону подозрительного гостя.

– Странно... – пробормотал Дарак, – оно двигается без единого звука. Это не может быть человек...

Тайра вдруг вспомнила следы, которые видела несколько дней назад. Молниеносно сопоставив их с абсолютно бесшумной угрозой в кустах, она побледнела, руки дрогнули.

– О нет... – это совсем вылетело у неё из головы. Как она могла забыть!

Дарак с подозрением покосился на неё:

– Что?

– Ягуар, – выдохнула Тайра, медленно пятясь назад.

Дарак оцепенел на мгновение, но сразу взял себя в руки. Его глаза скользнули по окружающим их деревьям и скалам – он лихорадочно обдумывал что-то:

– В скале я видел расщелину, там вполне может поместиться человек, хищник не достанет. Это единственный шанс. Наши охотничьи стрелы его не возьмут. Короткие копья тоже. Не вздумай поворачиваться спиной к нему. А теперь без резких движений...

Слова звучали резко и отрывисто. В другое время Тайра бы тут же взъерепенилась – да кто он такой, чтобы отдавать ей приказы! Но страх перед нависшей опасностью заставил её послушно кивнуть. Они медленно начали пятиться к скале, не спуская глаз с папоротников.

До расщелины оставалось с десяток шагов, когда дикая кошка всё же решила нанести удар. Своей целью ягуар, очевидно, выбрал Тайру как более слабого противника. Одним прыжком преодолев половину расстояния, разделявшего их, он тут же повторно прыгнул, целясь зубами Тайре в голову. Время словно замедлилось. Тайра видела, как на неё летит огромный хищник, раскрыв пасть, полную длинных острых зубов. Она рефлекторно отшатнулась назад. Вдруг что-то сбило ягуара с его траектории. Это было копьё Дарака. Оно не смогло серьёзно ранить животное, но существенно отвлекло. И, кажется, разозлило. Перед ним возник Дарак, одним движением снова подхватив своё оружие. Взбешённый ягуар издал оглушительный рык и начал яростно бить его лапами, пытаясь одновременно схватить зубами копьё.

Тайра, придя в себя, вскочила на ноги и бросилась к расщелине. Уже почти у входа она обернулась.

Перед ней разворачивалась ужасная сцена: Дарак, на чьём плече уже кровоточила длинная глубокая рана, пытался бороться с ягуаром, но сильно проигрывал ему в силе и габаритах, с его небольшим метательным копьём он не имел никаких шансов. Тайре хватило доли секунды, чтобы оценить ситуацию и принять решение. Дотянувшись до лука и выхватив из валяющего рядом колчана пару стрел, она пустила их подряд в ягуара. Что было несложно, так как Дарак уже лежал на земле, отбиваясь копьём от передних лап нависшего над ним хищника. Первая стрела лишь царапнула шкуру животного, вторая же вонзилась под лопатку. Повалившись набок, ягуар пару раз взмахнул всеми лапами, чтобы поймать равновесие, и тут же вскочил.

Впрочем, этих нескольких секунд вполне хватило Дараку, чтобы подняться и броситься к расщелине. Бросив колчан и лук на землю, Тайра уже втиснулась в неё, Дарак следом. Через секунду оба услышали удар массивного тела по камню и в щель просунулась огромная когтистая лапа.

Вжавшись боком в противоположную стену и стоя лицом к лицу, Тайра и Дарак задержали дыхание в ужасе. Лапе не хватало совсем чуть-чуть чтобы цапнуть одного из них.

В бессильных попытках достать добычу, ягуар начал кружить возле щели, оглушительно рыча и периодически бросаясь на неё или пытаясь просунуть лапу.

Дарак напряжённо всматривался в отверстие, где мелькал ягуар.

– Юкайя же носят с собой эти ваши отравленные зубочистки для духовой трубки? До кошки меньше метра, ты можешь выстрелить, и мы вполне можем подождать, пока яд не подействует.

Тайра вздохнула:

– Они остались в сумке возле реки.

Дарак закатил глаза, но промолчал. Тайра тяжело дышала. По венам с бешеной скоростью нёсся адреналин. Наверное, её бы сильно трясло, не будь она тесно зажата между скалой и Дараком. Где-то на задворках сознания мелькало смущение – так близко она не стояла ещё ни к одному врагу в своей жизни. Что там врагу, вообще ни к кому. Но сковавший её ужас не давал подумать об этом. Почти не моргая, она следила взглядом за мелькающим силуэтом хищника, даже не замечая, как хлещущая из раны Дарака кровь заливает её одежду и ноги.

Он тоже наблюдал за хищником, сжав челюсть от боли. Его взгляд упал на косу Тайры, лежащую на её плече прямо перед ним. Он без разрешения стянул с неё удерживающий волосы ремешок и кое-как попытался одной рукой перетянуть левое плечо повыше кровоточащей раны. Понаблюдав за его попытками, Тайра выдохнула сквозь зубы:

– Дай сюда... Не могу смотреть на это самоистязание.

С трудом высвободив обе руки, она быстро завязала узел:

Дарак криво усмехнулся, превозмогая боль. Ручей крови прекратил заливать всё вокруг, теперь он лишь слегка сочился из его плеча тонкой струйкой.

Спустя время звуки мягкой поступи прекратились, на поляну опустилась тишина.

– Ушёл? – Тайра вытягивала шею, пытаясь разглядеть что-то за пределами щели.

– Не вздумай. Ягуар сразу не уходит, если его не спугнёт толпа охотников. Он обычно ложится на некоторое время рядом и выжидает. Если надоело жить, можешь сходить проверить.

– Тогда он может выжидать целый день.

Дарак снова вздохнул, поражаясь её неосведомлённости, но нарочито терпеливо произнёс:

– Не путай ягуара с пумой. Пума может караулить очень долго. Ягуар больше охотник из засады, это его самая сильная сторона, он не будет тратить целый день, чтобы пытаться выковырять еду из скалы.

Тайра наморщилась при слове «еду»:

– Но всё равно подождёт?

– Он подождёт недолго. Если он не голоден и не серьёзно ранен, он уйдёт.

Тайра кивнула. Стоять в тишине было невыносимо. Пытаясь заставить себя дышать ровнее и хоть как-то отвлечь саму себя, она тихо озвучила уже пару минут терзавший её вопрос:

– Откуда ты столько знаешь про ягуаров?

Дарак помедлил с ответом, но всё же сказал словно нехотя:

– Я охотился на них когда-то. Не так давно, с десяток сезонов назад.

Тайра вытаращила на него глаза:

– Охотился на ягуара? Совсем мозгов нет?

Он пожал плечами насколько позволяла теснота:

– Смелость и безрассудство. Я хотел признания и уважения к себе не только как к сыну вождя. Я хотел заслужить его. Мы с другом спускались в низины в их поисках. У нас были специальные копья. Длинные, с два твоих роста, – он с ухмылкой посмотрел на неё сверху вниз. – И с каменным наконечником, а не костяным. Их можно убить и стрелой, есть специальные длинные стрелы, но для этого нужно, чтобы ты видела его, а он не видел тебя. Но так не бывает обычно...

Тайра поразилась: ещё никогда она не слышала от него такого длинного монолога. И что ещё удивительнее – состоящего не из издёвок.

– И как? Вы с другом добыли ягуара?

Дарак помолчал. Это тема для него явно была не из приятных. Глядя куда-то в сторону, он наконец глухо произнёс:

– Да. Я убил ягуара. Он набросился на Акира, моего друга. Именно в этот момент я успел вонзить копьё прямо в его шею.

– А твой друг...

– Погиб.

Короткий ответ Дарака заставил Тайру замолчать. Она явно влезла в ту тему, куда не стоило влезать.

Тем не менее, помолчав, Дарак спокойно продолжил.

– Тем вечером я вернулся в племя с шкурой хищника. Все стали относиться ко мне с почтением. Я получил признание и уважение, о которых мечтал, – он показал глазами на татуировку кошачьего когтя на скуле, прямо под спиралевидным кругом с тремя точками по периметру, обозначающими преемника вождя. – Но цена за это была слишком высока. Поэтому мне здесь нечем гордиться... Это не была победа в равном бою.

Тайра кивнула. Целых несколько секунд она испытывала невольное уважение к Дараку. А теперь ещё и какое-то странное чувство, незнакомое ей. Только спустя время она поняла, что это. Это было сочувствие. Неприязнь к нему никуда не делась, но теперь к ней примешивалось что-то ещё, и она не знала, как это назвать. Это было очень странно. Тайра глубоко вдохнула. При случае, она поразмыслит над этим всем. Когда хотя бы не будет так напугана. Да и настолько близкое присутствие Дарака не давало пространства для мыслей. Это было более, чем неловко, – быть прижатой к его груди. Невольно она чувствовала его дыхание и биение сердца, хотя очень старалась максимально отвернуться или вытянуть руки куда-нибудь вдоль тела, чтобы меньше касаться его. Судя по виду, Дарак чувствовал то же самое, но молчал. Его кровь продолжала тихонько сочиться из раны. Взгляд Тайры невольно то и дело возвращался к его повреждённому плечу, она сама не знала, почему.

Ноги Тайры занемели от долгого стояния, она попыталась немного сместиться. Дарак тут же зашипел:

– На ногу наступила!

Проигнорировав его, Тайра переминалась с ноги на ногу и пыталась хоть как-то поменять положение своего затёкшего тела. Дарак, кажется, с трудом сдерживал ругательства.

Снаружи послышался звук колыхнувшихся листьев, будто кто-то с силой дёрнул ветку.

Тайра прошептала:

– Я так понимаю, он вскочил на дерево.

– Подождём ещё немного, пусть уйдёт подальше.

Выждав ещё какое-то время, Дарак осторожно высунулся из расщелины и, никого не обнаружив, с тихим стоном сел на ближайший камень у самой воды. Из щели выбралась и Тайра, разминающая затёкшие конечности.

Кровь из раны Дарака всё ещё текла тонкой струйкой, теперь уже медленно, благодаря жгуту. Она залила всю его одежду и одежду Тайры, сам он был очень бледен, полоская руку в реке и оттирая с неё уже засохшую местами кровь. Вода обнажила три глубоких длинных пореза от локтя почти до самого плеча.

Вздохнув, Тайра подобрала свою сумку, оставленную возле реки и уже было повернулась, чтобы уходить, но медлила. Она обернулась, бросив взгляд на Дарака. Казалось, он уже забыл про неё, поглощённый своей раной. Он снова пытался заново перетянуть импровизированный жгут, на этот раз помогая себе зубами. Ещё немного поколебавшись, Тайра повернулась и пошла к нему.

«Я пожалею об этом, – мысль молотом била у неё в голове, – очень, очень пожалею об этом».

Он с подозрением покосился на неё:

– Тебе чего?

– Сиди тихо и не двигайся. – Не очень-то нежно Тайра сдвинула ремни, опоясывающие плечи, подняла его руку, и нанесла коричневый порошок, который достала из своей сумки по пути к нему. Это была та самая кора дерева янапа, которую она одолжила у Руная. После случая с Юсуром она посчитала, что такое лекарство определённо стоит носить с собой. Дарак поморщился от боли, Тайра ослабила жгут, потом через время снова затянула его чуть выше и приложила сверху мягкий, как ткань, лист из своей сумки, закрепив его ещё одним своим ремешком для волос.

Она делала это, то и дело отводя глаза и с желанием побыстрее закончить. Дарак с любопытством наблюдал за её действиями.

– Ты что, целитель по совместительству?

– Нет. Но моя мама – да, она шаманка. Некоторым базовым вещам она меня научила.

– Твоя мама – Сильва?

Тайра внимательно посмотрела на него:

– Ты её знаешь?

Он кивнул, задумчиво наблюдая за её действиями:

– Все знают... Её уважают даже среди Чикун.

Тайра не ответила. Закончив перевязку, она подбирала свои разбросанные ягуаром браслеты, ракушки и стрелы.

– Зачем ты это сделала? – неожиданный вопрос Дарака заставил её поднять голову. Он в недоумении смотрел на неё.

– Считай, что я вернула долг. Ты бросился наперерез ягуару. Хоть и из своих... соображений. К тому же, с такой раной ты бы даже не дошёл до своей земли. А мне на территории Юкайя не нужны валяющиеся вокруг мёртвые Чикун.

Дарак ухмыльнулся, узнав свою манеру речи в её словах.

– Ну да, ну да.

Повернувшись, чтобы уходить, Тайра снова обернулась, её лицо было задумчивым:

– Я думаю, ты можешь считать, что искупил свою вину.

– Ты о чём?

– Тот случай с твоим другом... Тогда ты смог убить ягуара ценой жизни твоего друга. Сегодня ты не позволил ему отвлечься на добычу, а бросился навстречу... Спасибо.

Не дожидаясь ответа, Тайра быстро отвернулась и скрылась в зарослях, больше не думая об этом. Она сказала то, что думала. Это был порыв, внезапно посетившая её мысль. И её не заботило, что об этом подумает Дарак. Она шла, пытаясь представить себя охотящейся на ягуара.

Дарак какое-то время растерянно сидел на поляне. Он посмотрел на её ремешок, которым она перетянула его рану. На его лице мелькнула странная улыбка облегчения.

Глава 10

Резкая боль отдавала в плечо при каждом шаге. Дарак, сжав челюсти, терпел. Он уже пересёк границу территории Юкайя, теперь можно немного отдохнуть.

Он со стоном присел на камень возле реки. Этот переход дался ему нелегко. Вытянув ноги, он медленно выдохнул сквозь зубы. Осталось ещё чуть-чуть.

Наблюдая за сверкающей рябью реки, Дарак слегка ослабил жгут на плече и пошевелил пальцами на начавшей неметь руке. Его взгляд задержался на кожаном ремешке Тайры.

«Хм, это можно считать её первым подарком?» – он слегка улыбнулся собственной шутке. Он очень старался вести себя с ней по-другому. Не совсем по-дружески, но и не как откровенный враг. Кажется, у него получилось. Без провокации не обошлось, но по-другому она бы даже не посмотрела на него. Вот только ягуар всё испортил. Или наоборот?

Дарак распахнул глаза, услышав у себя в голове новую мысль. Да он должен быть благодарен ягуару, если хорошо подумать. Они с Тайрой действовали как одна команда против общего врага. Он инстинктивно сбил с траектории прыгнувшего на неё хищника. Ладно, почти инстинктивно. Он был готов снова объяснить ей, что он должен сам лично её убить и всё такое. Конечно, на этот раз она бы не поверила. Но как ни странно, она даже спрашивать его об этом не стала. «Из своих соображений» – сказала она. Что бы это ни значило. Она что, безоговорочно доверилась ему? Да нет, бред какой-то. Наверное, просто поняла, что он всё равно соврёт.

А потом пустила в ягуара стрелу, дав Дараку шанс не погибнуть. Вернула долг, ага, как же.

Но она ещё и перевязала его рану – это что-то за рамками его понимания. Ещё и после того, как он её обидел тогда. Либо она до глупости великодушна, либо... А вот это более вероятно. Кажется, она почувствовала то же, что и он.

Дарак едва не задохнулся от этой мысли. Она тоже увидела в нём человека, а не врага! В этом не оставалось сомнений. И наверняка сейчас идёт домой и так же, как он, переваривает всё это. Интересно, к какому выводу она придёт? Вот бы узнать...

Что касается самого Дарака, для себя он уже всё решил. Примерно в тот момент, когда рассказал ей про Акира. Он сам не до конца понимал, почему открылся ей: эта тема была самой болезненной для него, он ни с кем не говорил об этом. Ей, как чужой, открыться проще, потому что было абсолютно всё равно, осудит она или нет. И она не осудила. Почему это вдруг стало важным для него?

Он невольно улыбнулся, вспомнив, как они стояли прижатыми друг к другу в расщелине. Тайра, смертельно напуганная, так забавно смущалась. Если бы она ещё не топталась по его ногам, и плечо не кровоточило, этот момент ему бы даже понравился. Да плевать уже, что он должен считать её врагом.

У безликих врагов не стучит сердце так, что чувствуешь его, стоя рядом. Они не смущаются от его слишком близкого присутствия. И уж точно не перевязывают врагу раны. Кстати, о ранах.

Дарак оглядел себя: с ног до головы в засохшей крови. Непорядок.

Сняв со спины оружие, Дарак не раздеваясь вошёл в реку и наскоро вымылся, заново перетянул плечо жгутом и замотал рану новыми листьями. Главное, дотянуть до лагеря. А там уже целители с ним разберутся.

Зайдя в поселение Дарак первым делом послал какого-то мальчика за Тали. Она осмотрит его рану. Мальчик побежал в сторону шалашей. Сам Дарак, стараясь действовать только одной рукой, аккуратно поднялся к себе, чтобы оставить оружие.

Зайдя, он прислонил к стене лук и копьё. Его взгляд, как обычно, упал на шкуру ягуара. Но в этот раз в глазах Дарака не было привычной боли.

Снизу раздался оклик Тали.

– Иду! – крикнул Дарак, не обернувшись. Ему вспомнились слова Тайры, которые она бросила ему, прежде, чем уйти. Наверняка она просто сказала то, что было в её голове, не задумываясь о смысле. Даже не понимая, что для него сделала. На секунду подойдя к шкуре, Дарак провёл рукой по мягкой пятнистой шерсти. Впервые за долгое время, он наконец смог себя простить.

Глава 11

Тайра направлялась домой, погружённая в свои мысли: странный разговор с Дараком в расщелине не выходил у неё из головы. Это не был разговор врагов. Он, пусть и нехотя, рассказал о своём друге, и она... посочувствовала. Её передёрнуло от этой мысли. И его лицо не выражало привычной ей неприязни и насмешки. Это было самым странным. Наверное, впервые в жизни она увидела в нём не бездушного палача, а человека. У него, оказывается, есть чувства. Как минимум, чувство вины. И вроде бы это было очевидно, у всех людей есть семьи, друзья... Но у Чикун? У этих варваров? Многовековые предрассудки дали трещину, и Тайру это крайне обескураживало. Хорошо, что никто не может читать её мысли, она бы тогда от стыда сквозь землю провалилась.

Может, это было временное перемирие из-за общего врага? Вполне возможно. Так или иначе, Дарака она ещё долго не увидит – рана была серьёзная. Он добрался до своих? Тайра так и не спросила, что он вообще делал так далеко от границы, на территории её племени. Это было опасно. И глупо.

Раздумывая обо всём этом, Тайра сама не заметила, как ноги привели её к дому. Из раздумий её резко выдернули крики ужаса:

– Тайра! Что случилось?!

– У неё кровь!

– Она вся в крови!

– Где Сильва?!

Тайра посмотрела вниз и чертыхнулась про себя: кровь Дарака, пропитавшая её одежду. Она совсем забыла! Длинная коса распустилась без ремешка, который она отдала Дараку, и волосы ниспадали вдоль спины, запутанные и заляпанные грязью и кровью, довершая образ сумасшедшей дикарки.

К ней уже спешила побледневшая Сильва:

– Тайра! Ты ранена?

Тайра поспешила взять её за руку и увести в хижину подальше от кричащих соплеменников:

– Я в порядке, кровь не моя.

В доме Сильва, несмотря на возражения, быстро осмотрела дочь. У неё действительно не было ни царапины. Во всяком случае, не больше, чем обычно.

Уже раз десять проклянув свою забывчивость, Тайра взяла чистую и сухую одежду и направилась через другой выход в сторону реки. Она обернулась к Сильве:

– Я скоро приду, мне надо помыться. Пожалуйста, скажи всем, что я в порядке и ран у меня нет. Придётся как-то успокоить их. Но мне надо поговорить с отцом, это важно.

Выйдя из хижины с чистой одеждой в руках, Тайре снова пришлось пройти сквозь толпу. Все гомонили и спрашивали её о чём-то, но она поспешно отмахивалась и отсылала их к Сильве, надеясь как можно быстрее уйти.

Дойдя до реки, Тайра разделась и с облегчением нырнула в ледяную воду. Она старательно оттёрла засохшую кровь, собрала мокрые волосы снова в косу и переоделась в чистое. Короткое купание принесло облегчение – она как будто смыла с себя не только грязь и кровь, но и тяжёлые мысли. Но ей ещё предстоял разговор с семьёй.

Идя назад, Тайра лихорадочно думала: что она скажет? Чья это кровь, если не её? Почему она осталась жива после встречи с ягуаром? Как умолчать про участие Дарака во всём этом? Они не должны знать, что он был так далеко на их территории. Ответов не находилось...

Хижину окружила толпа любопытных, все разглядывали её и громко галдели. Возле входа в дом её уже ждал отец:

– Что случилось? – без лишних предисловий. Это в его стиле.

– Ягуар. Он поднялся из низины, охотится возле западной реки.

Вздох ужаса пронёсся над толпой.

Амару расширил глаза:

– Ты уверена?

Тайра устало кивнула:

– Большой. Я видела его следы ближе к северу тоже. Видимо, он не поднимается выше болот.

Амару выпрямился, глядя на подошедших дозорных:

– Вы знаете, что делать.

Пять человек коротко кивнули и скрылись в толпе.

Амару снова повернулся к дочери:

– Пойдём в дом, поговорим. Сильва, Таман, идём с нами.

Внутри хижины было прохладно, показавшееся из-за туч солнце ярко освещало небольшую комнату. Все четверо сели на циновки. Амару выжидающе посмотрел на Тайру:

– Рассказывай всё.

Тайра аккуратно, чтобы не сболтнуть лишнего, описала встречу с ягуаром. По её рассказу выходило, будто бы на земли Юкайя случайно забрёл парень из Чикун (без уточнений, будто это незнакомец), молодой и глупый, преследовал добычу и сам не понял, как заблудился. Разумеется, между ним и Тайрой завязался бой – она же не могла позволить ему разгуливать на их территории! Внезапно на них напал ягуар. Он прыгнул на парня, а Тайра успела спрятаться в расщелине, парень вступил в бой с ягуаром. Поняв, что проигрывает, он тоже забился в ту же щель. В тесноте им было не до боя между собой, и не до разговоров – нависшая опасность держала их в напряжении. Ягуар, устав ждать, ушёл. Парень, увидев, что угроза миновала, поскорее выпрыгнул из щели и умчался куда-то на север, к племени Чикун, несмотря на рану в плече. Тайра с трудом выбралась из укрытия и отправилась домой, вся в его крови.

Тайра, задержав дыхание, ожидала вердикта. В рассказе было много несостыковок. Чудовищно много. Но она очень надеялась, что ей поверят.

Амару сурово сверлил её взглядом:

– Этот парень из Чикун ушёл?

Тайра сконфуженно кивнула, будто извиняясь:

– У меня не было возможности его добить. Я была ещё в шоке после нападения ягуара. Да и когда я вылезла из щели, его уже и след простыл.

Таман нахмурился в тот момент, когда Тайра упомянула, что парень из Чикун пролез в ту же расщелину в скале, что и она. Брат явно хотел задать какой-то вопрос, но взглянул на отца и промолчал. Видимо, Таман не хотел это спрашивать в его присутствии. Тайра напряглась.

Сильва встала:

– Достаточно. Хватит расспросов. Тайра не ранена, но ей нужно отдохнуть и прийти в себя. Встреча с таким хищником – большой стресс. Это чудо, – она многозначительно посмотрела на Тайру, – что она ухитрилась выйти из этого невредимой. Таман, на выход, я сказала.

Таман задержался, словно хотел остаться и что-то спросить Тайру наедине, но мама выпроводила и его, и отца. Бросив на сестру короткий взгляд, он всё же вышел.

Тайра легла на матрас с травой в углу, благодарная Сильве.

Конечно, мать знает, что она что-то скрыла. Возможно, и отец тоже. Но тактичность Сильвы была просто ангельской, и сейчас Тайра это ценила как никогда. Очевидно, ей ещё предстоит разговор с Таманом... Она ненавидит лгать. И старается максимально удержать истину при себе, где-то что-то недоговаривая или умолчав детали, но не лжёт. Но если Таман спросит что-то напрямую... Это будет тяжёлая беседа.

Лёжа на боку, Тайра услышала доносящийся снаружи голос отца – дозорные вернулись. Они обнаружили следы ягуара у реки и возле болот. Амару начал раздавать распоряжения охотникам. Постепенно его голос расплылся в неясный гул. Обессилев от насыщенного дня, Тайра мгновенно заснула.

Глава 12

Через несколько дней Тайра уже почти оправилась от встречи с ягуаром. Сильва бдила, чтобы никто больше не приставал к ней с вопросами о происшествии. Племя готовилось к празднику луны: девушки плели украшения и венки из цветов, мужчины готовили праздничную еду.

Даже присутствие ягуара в окрестностях не могло повлиять на столь важный обычай. Тем не менее, оно внесло свои коррективы: по периметру лагеря периодически ходили вооружённые боевыми луками дозорные, среди которых был и Таман. Юсур и несколько лучших следопытов племени периодически исследовали низины. Костёр горел и дымил круглые сутки, а детям было запрещено покидать границы поселения.

Когда темнота опустилась на джунгли, Тайра присоединилась к соплеменникам, собравшимся возле костра. Она была рада отвлечься от последних событий и постаралась с головой погрузиться в атмосферу. Подруги и семья были счастливы видеть её прежней, решив, что эмоциональная встряска явно пошла ей на пользу.

Вокруг костра были разложены запечённая в банановых листьях и специях рыба, жареное на костре мясо диких оленей и птиц, а также всевозможные фрукты: бананы, манго, папайя, ананасы, а также лепёшки из кокосовой стружки и напитки с отчётливым медовым запахом цветов.

Девушки и женщины, одетые в длинные бледно-зелёные юбки, украсили свои шеи и руки браслетами и ожерельями из цветов и ракушек, в распущенные волосы были вплетены яркие ленты и распустившиеся цветы. Мужчины украсили себя перьями попугаев, ракушками, а также клыками и когтями хищников.

Тайра присоединилась к группе молодых девушек, среди которых была и Айна.

Молодёжь и подростки шумно веселились возле самого костра. Тайра не удивилась, увидев, что в центре внимания был Юсур, который стоял на импровизированном помосте из бревна и травил анекдоты собственного сочинения. Представители поколения постарше сидели на циновках и что-то бурно обсуждали. Рядом с ними сидела группа старейшин, которые невозмутимо курили трубку и с улыбкой совещались. Между всеми носились дети – в эту ночь им было позволено не спать допоздна. Тайра улыбнулась, глядя на них и вспоминая, как сама любила праздники только поэтому.

Она предпочла не присоединяться к танцующим, наблюдая за ними с циновки. Лениво жуя лепёшку, Тайра качала ногой в такт ритму. Рядом с ней присел Таман, недавно вернувшийся из дозора:

– Устала?

– Просто больше хочется наблюдать за танцующими.

Таман кивнул. Выждав время и убедившись, что Сильвы и Амару нет рядом, он осторожно заговорил:

– Мне не даёт покоя один вопрос после того твоего происшествия с ягуаром.

Тайра перестала жевать и напряжённо посмотрела на брата. Таман продолжал:

– Когда ты говорила про того парня из Чикун, который спасся от ягуара в скале вместе с тобой, ты ни слова не сказала о том, кто он. Это что должен быть за человек, чтобы увернуться от ягуара и успеть залезть в расщелину? Отец, возможно, не заметил, но я видел, что ты пыталась увильнуть от подробностей.

Тайра промолчала. Таман смотрел на её лицо, подмечая каждую эмоцию:

– Кто это был? Это явно был не просто охотник, а кто-то из их воинов.

Тайра поняла, что в этот раз выкрутиться не получится. Она вздохнула, старательно отводя взгляд от лица Тамана и делая вид, что её очень заинтересовал муравей на циновке:

– Это был Дарак.

Таман ошарашенно уставился на неё:

– Что?! И ты молчала?

– Не говори отцу, пожалуйста.

– Ты же понимаешь, что он не мог заблудиться на острове и случайно зайти на нашу территорию?

– Понимаю... Может, он охотился на ягуара? – Тайра невинно посмотрела в глаза брата.

Рядом ящерицей подкатился Юсур, раскрасневшийся от танцев. Он тут же схватил миску с водой и залпом осушил её:

– Кто охотился на ягуара?

– Юсур, ты не вовремя, – Тайра выглядела сконфуженной.

– Я всегда вовремя, крошка. Так кто этот ненормальный?

Ответить решил Таман:

– Дарак, сын Саргана. Это он был в той расщелине скалы с Тайрой.

Юсур недоверчиво посмотрел на брата:

– И он выслеживал ягуара? Совсем рехнулся? Впрочем, неудивительно, Чикун всегда с головой не дружили.

– Вполне возможно, – Тайра решила, что это идеальное оправдание для Дарака, не провоцирующее полномасштабную войну между племенами. – В конце концов, у него на счету уже есть один убитый хищник.

Таман и Юсур переглянулись:

– А ты откуда знаешь?

– Видела татуировку когтя у него на скуле.

Юсур присвистнул. Таман глубоко задумался.

Проходя мимо, их разговор услышала Сильва. Она неодобрительно посмотрела на сыновей:

– Снова расспрашиваете про ягуара?

Юсур шутливо поднял руки в капитулирующем жесте:

– Просто болтаем. Уже уходим. Таман, – он потянул брата за рукав, – пойдём к девчонкам, там сейчас медленные танцы начнутся, всех красивых разберут.

Таман неохотно поднялся. Уходя, он коротко кивнул Тайре, словно давая обещание не разглашать её маленький секрет. Она с облегчением улыбнулась.

Спустя время шаманы одновременно поднялись, на лагерь опустилась тишина, нарушаемая лишь треском костра. Только что показавшаяся из-за облаков полная луна ярко освещала всё племя. Именно к ней в первую очередь и обратился главный старейшина племени – Умакуар. Племя притихло и, следуя примеру старейшин, подняло глаза к небу. Умакуар поднял руки:

Луна, что идёшь над нами с начала времён,

Ты видела первый костёр, слышала первый стон,

Ты слышишь шаги тех, кто больше не с нами,

И тех, кто идёт за живыми шагами.

Прими благодарность от сердца живого:

За свет в ночи — путеводное слово,

За корни, что держат землю родную,

За руки, что помнят работу благую.

Мы чтим тех, кто ушёл в твою тишину,

Как в дереве — сок, как в сердце — весну.

Мы помним их лица и имена,

Они в нас живут, как в реке — волна.

Открой нам в эту ночь то, что незримо,

Что несущественно и что поправимо.

Сотри грань меж тем, что было и будет,

Пусть ищущий свой путь не забудет.

Мы — дети луны, и свет её в нас,

Как звёзды в ночи — не меркнет, светясь.

Как предки в сердцах — живут без слов,

Как корни в земле — основа основ.

Пока шаманы зачитывали обряд и выполняли ритуальное подношение – первый глоток напитка и первый кусок фрукта и мяса были отправлены в костёр – все стояли, в почтении склонив головы.

Когда ритуальная часть была закончена, племя наконец приступило к празднеству, возобновились шум и смех, сидящие ближе всех к костру достали барабаны и задорно выбивали бодрый ритм. Юсур даже принёс флейту из бамбука, удивив всех залихватской трелью.

Вскоре большая часть молодёжи снова пустилась в пляс. Старейшины и шаманы курили трубки и переговаривались между собой. Один из них показал на Юсура, изображавшего древнего старца с флейтой вместо трости:

– Раньше молодёжь уважала старших.

– Мы уважаем. Мы просто делаем это издалека, – Юсур нахально подмигнул старейшинам.

– Я слышал!

– Значит, недостаточно издалека.

Тайра поджала губы, стараясь не фыркнуть, проходящая мимо Айна захихикала. Старейшины покачали головами, улыбаясь в бороды. Юсур, пожалуй, был единственным, кто позволял себе такую фамильярность, но его всё равно все любили.

Вскоре Тайра снова осталась одна на циновке. У неё не было настроения танцевать, и она расположилась подальше от костра, попивая сок.

Сильва присела рядом:

– Я так и думала, что это был Дарак.

Тайра уставилась на неё. Сильва, видя её взгляд, улыбнулась:

– Это было очевидно.

– Но как?!

Сильва пожала плечами:

– По тому, как ты говорила о нём. Это единственный человек на острове, которого ты боишься.

Тайра открыла было рот, чтобы возразить, но Сильва остановила её взглядом:

– Не отрицай это, я понимаю, что ты сама себе в этом никогда не признаешься. Но я вижу. Ты меняешься, когда слышишь его имя. Ты становишься тише, уходишь в себя. И сегодня, когда ты рассказывала про ягуара... ты боялась не зверя.

Тайра молчала. Внутри всё сжалось. Сильва продолжала:

– Но взглянем правде в глаза. Он действительно опасен.

Тайра хмуро покосилась на неё:

– Почему?

– Он – жестокий воин. Его боятся даже свои. И дело не только в убитом ягуаре. Он хитёр, умеет строить стратегию на много ходов вперёд, жертвовать кем-то, если нужно.

Тайра нервно сглотнула, вспомнив об Акире.

– Дочь, бояться его не стыдно. Если ты боишься, это значит, что ты не глупа. Но будь осторожна. Если он пришёл на нашу территорию, это не случайность, Таман был прав. Если он что-то задумал, не будь беспечной. Несмотря на то, что он спас тебя от ягуара.

Тайра резко выпрямилась, вытаращив глаза на мать и чувствуя, что её прошиб пот несмотря на прохладную ночь. Но Сильва уже поднялась и направилась к костру, плавно скользя между танцующими.

Глава 13

После праздника луны прошло много дней. Племя вернулось к привычным делам. Сезон дождей был уже в самом разгаре, и по несколько раз в день всё вокруг заливало водой. Ливни были внезапными, короткими, но такими сильными, что Рунай как-то сказал «будто небеса разверзлись».

– Точнее и не скажешь, – пробормотала Тайра. Она сидела под раскидистым деревом и наблюдала, как капли дождя взрыхлили обычно спокойную поверхность маленького пруда, которая теперь напоминала кипящую воду. Дождь в очередной раз прервал её охоту. Весь день она провела в поисках попугаев ара, чтобы надёргать перья для своих охотничьих стрел. Но никаких следов нужных птиц.

Ягуар, к счастью, тоже больше не показывался на землях Юкайя. Возможно, он ушёл обратно в низины. Скорее всего, его спугнул ажиотаж: дозорные постоянно шерстили джунгли, и хищник поспешил покинуть место с таким количеством людей и запахом дыма.

Тайра вздохнула: скучно. Может, пойти на земли Чикун, подраться с кем-нибудь? Но наверняка они не отходят далеко от лагеря. Какой нормальный человек будет ходить по джунглям в такую погоду... Интересно, как там Дарак? Его рана уже зажила?

Тайра резко одёрнула себя, поймав на том, что мысли пошли в ненужную сторону.

Но стоило признать, стычки с ним были хоть каким-то развлечением. Однако после последнего разговора с Сильвой Тайру мучили сомнения. Дарак опасен... Его боятся даже соплеменники. Он чересчур умён для простого воина и невероятно силён. И вообще не показывает эмоций. Никаких. Это пугало больше всего – что он за человек? Сколько всего скрывает? Даже когда он рассказывал про смерть друга, у него не дрогнул голос. Даже когда потерял много крови, был спокоен. И всё же... Та беседа в ущелье. Дарак на целое мгновение показался ей обычным человеком. Таман и Сильва сказали бы, что это был хитроумный план, и Дараку нельзя доверять. Амару бы вообще рвал и метал, если б узнал. Но вдруг именно в тот короткий момент он был собой настоящим?

Дождь начал стихать. Тайра встала – пора идти домой. Всё равно она сегодня никого не поймает. Бесполезная трата времени. Всё ещё с противоречивыми мыслями, она плелась к лагерю, не зная, чем там заняться.

Шорох где-то среди деревьев заставил её поднять голову. Инстинктивно положив руку на нож, она всматривалась в кроны деревьев. Ей не могло показаться. Чутьё охотницы говорило о том, что за ней наблюдают.

– Юсур? – она осторожно попыталась угадать наблюдателя. Обычно именно он любил передвигаться по деревьям. Наверное, единственный из племени. В основном по деревьям перемещались только...

– Чикун. – Шёпотом она озвучила свою последнюю мысль.

Ответом было молчание. Решив не останавливаться надолго, она нарочито спокойно пошла дальше, вся обратившись в слух и в любой момент готовая броситься на землю при малейшем звоне тетивы или звуке взмаха копья.

Через сто шагов она снова услышала шорох и рывком обернулась, выхватив лук и прицелившись в крону деревьев. Ей точно не показалось.

– Выходи! Спускайся и дерись как подобает воину!

Она ждала ответа долго. Снова молчание. Это точно не ягуар – те двигаются тише, чем падающий лист, несмотря на свою массивность. Это мог быть только человек.

Тайре стало не по себе. Кто мог проигнорировать открытый вызов?

– Выходи! – голос дрогнул. Снова молчание.

Она сделала глубокий вдох. Так. Спокойно.

Развернувшись, она быстрым шагом, но не срываясь на бег, направилась к лагерю, всё ещё готовая к любой угрозе со спины. Внимание было полностью сосредоточено на том, что позади. Поэтому неудивительно, что, почти перейдя на бег, она с размаху врезалась в чьё-то плечо. Вскрикнув от испуга, она едва не упала, но чья-то сильная рука удержала её.

– То есть это так ты теперь охотишься? Вместо стрел просто таранишь лбом?

– Юсур!

Брат стоял, ухмыляясь:

– Ты о чём так задумалась, что даже меня такого красивого не заметила?

Всё ещё тяжело дыша, Тайра отвела глаза. Не могла же она рассказать, что испугалась какого-то шороха в деревьях. Она посмотрела на неподвижные кроны, чьи листья лишь слегка покачивались от капель недавно закончившегося дождя. Сейчас это казалось таким глупым. Невероятно глупым.

– Да так... Просто обо всём подряд.

Брат с подозрением посмотрел на неё:

– Тебя что-то напугало?

– Нет, – пожалуй, она ответила слишком быстро.

Юсур внезапно посерьёзнел:

– Слушай, сестрёнка, лучше не ходи слишком далеко на север.

– Почему?

– Я видел Дарака, он почти каждый день ошивается у границы.

Тайра замерла, пытаясь сказать что-то вразумительное. Через пару секунд она совладала с собой:

– Зачем? – это всё, что она смогла из себя выдавить.

– Не знаю, – Юсур пожал плечами. – Мы не вели беседы. Он скрывается как хамелеон. Но поведение странное.

Тайра сдавленно кивнула и, ничего не ответив, направилась к лагерю.

Бросив лук возле дома и достав из-за двери мешок с сухими щепками, она села рядом с кострищем, чтобы развести огонь. Когда наконец показался небольшой огонёк, она зябко придвинулась к нему, подбрасывая щепки. В голове царил хаос из мыслей. Дарак? Каждый день у границы? Что он ищет? Или кого? Её?!

Если бы не рассказ Сильвы, она была бы более спокойна. Может, даже сама хотела бы его увидеть. Хоть узнать, как он. Так, невзначай, будто ей это неинтересно. Прошло много времени. Но сейчас...

Откуда-то появился Рунай. Он накинул ей на плечи плащ и присел рядом с двумя дымящимися кружками из полой тыквы:

– Будешь?

– Это что?

– Медовая настойка. Из листьев гуавы. Я сам готовил, она согреет.

Тайра благодарно приняла кружку. Он внимательно посмотрел на неё:

– Ты чем-то напугана, – это был не вопрос, а утверждение. Как же он был похож на мать в этот момент.

– Как тебе сказать...

Рунай ждал, не перебивая.

Тайра собралась с мыслями:

– Не могу понять, что происходит. Я никогда раньше не была такой нервной.

– Ты о чём?

– Я слышала шорох в ветвях, когда возвращалась после охоты. Никогда не боялась этого. А сейчас... Я почти что бежала оттуда. Где ты видел воина, который так себя ведёт?

Рунай понимающе кивнул. Он всегда был тактичным с ней, ему можно было рассказать что угодно без страха насмешек или осуждения. Подумав, он сказал:

– Видно, тебя что-то беспокоит. О чём ты думала до того, как услышала шорох?

Тайра потупилась. Это ей уже не хотелось рассказывать. Главным образом потому, что она ещё сама не понимала, что происходит.

Не дождавшись ответа, Рунай похлопал её по плечу:

– Расскажешь, когда придёт время. Но пока лучше не лазь одна по опасным местам. Даже не представляешь, какие фокусы может вытворять наше сознание, когда мы в тревоге. Ты буквально можешь видеть и слышать то, чего нет.

Тайра согласно кивнула. Рунай направился к хижине, оставив её у догорающего костра. Остаток вечера Тайра коротала за починкой одежды и стрел, чтобы хоть чем-то занять себя. Пока руки работали, мысли продолжали блуждать. Поэтому, когда пришла Айна, чтобы поболтать, Тайра обрадовалась. К счастью, в этот раз Айна совсем не задавала вопросов, только взахлёб рассказывала о своём путешествии вместе с компанией других девочек к красивейшей голубой лагуне на юго-востоке острова. Тайра слушала вполуха, лишь иногда поддакивая и восхищённо вздыхая, надеясь, что хотя бы делает это в нужные моменты.

Ложась спать, Тайра растянулась на матрасе, заложив руки за голову. Сон не шёл. Она разглядывала плетёный поток, слушая тихий храп Юсура за стеной. Конечно же, завтра она пойдёт к границе. Почему-то не было никаких сомнений, что Дарак ищет именно её. С другой стороны, какое ей дело? Он враг. Что бы он там ни сказал, когда они встретятся, ей нет до этого дела.

Тайра уснула только под утро, когда серое небо подёрнулось розоватой каймой.

Глава 14

Дарак сидел около входа в небольшую пещеру, подперев подбородок дротиком, который непонятно зачем взял с собой. Для охоты день определённо был неподходящий. Сплошной ливень. Впрочем, кого он пытался обмануть?

С уступа скалы, где он расположился, прекрасно просматривалась граница с землями вражеского клана и водопад, возле которого Тайра часто собирала травы для Сильвы или ловила птиц. Но последние несколько дней она не появлялась там. Испугалась дождя? А может, не хочет встречаться с ним, Дараком?

На земли её племени лучше не соваться. Там полно дозорных, больше, чем раньше. Видимо, из-за ягуара. Конечно же, Тайра рассказала о нём и посеяла панику в поселении. Уже несколько раз Дарак едва не попадался на глаза воинам Юкайя, но ему удавалось ускользнуть незамеченным. Если бы его заметили, стреляли бы без предупреждения, наверное.

Он оперся спиной о скалу и поморщился, неосторожно задев раненое плечо. Прошло уже больше половины луны со дня драки с ягуаром. Рана, хоть и не до конца, но заживала. Дарак всё равно старался как можно меньше задействовать левую руку и не тревожить повязку. Он вздохнул.

«Я же знал, что она не придёт сегодня. Зачем я вообще сюда попёрся? Ах да, я же болван». Он с досадой запустил дротик в огромный, полный воды лист внизу, заставив тот опрокинуть целый каскад.

Но Дарак не обратил на это внимания, его взгляд уже был прикован к мелькнувшей между деревьями фигуре с белыми татуировками и длинной косой.

Тайра?

Он тут же вскочил на ближайшее дерево и последовал за ней, бесшумно перемещаясь по ветвям высоко над землёй. Вызвать её на бой? А если она не одна? Он на вражеской территории, его убьют, даже не выясняя, кто он такой.

Перескочив на следующее дерево, Дарак задел левым плечом ветку. В ране молнией пронеслась боль.

«Твою ж...» – он прошипел это почти шёпотом, но Тайра всё равно обернулась. Дарак замер, стараясь не выдать себя. Не хватало ещё, чтобы она поняла, что он следил за ней.

– Юсур?

«Юсур? – Дарак мысленно повторил её вопрос, подняв брови. – Это ещё кто такой?»

Тайра прошептала что-то вполголоса, настороженно разглядывая кроны деревьев. Дарак не шевелился, гадая, заметила она его или нет. Впрочем, если бы заметила, то на её лице уже было бы написано презрение, как всегда. Хотя кто знает, что могло измениться после их последнего разговора. Уж его-то отношение точно сдвинулось с мёртвой точки задолго до драки с ягуаром.

Тайра направилась дальше. Дарак изумлённо уставился ей в спину. Ему показалось, или она испугалась? Это на неё непохоже. Тайра всегда лезла в драку с таким видом, будто боялась только одного – что он уйдёт, не дав ей как следует разозлиться. А сейчас... Он наблюдал, как она удалялась, не оглядываясь. Поспешно. Почти бегом. Странно. А если...

Дарак снова перескочил через несколько деревьев, на этот раз нарочно тряхнув веткой и обрушив вниз скопившуюся на листьях воду. Тайра мгновенно выхватила лук и прицелилась чуть левее того места, где он замер на ветке.

– Выходи! Спускайся и дерись как подобает воину!

Вот как! Она боится, ему не показалось. Что за чёрт? Что с ней такое? Дарак нахмурился, но не принял вызов. На мгновение у него в голове мелькнула мысль, что она боится именно его. И это было странно.

– Выходи!

Дарак не пошевелился, внимательно смотря на Тайру, но оставаясь невидимым среди густой тёмной листвы. Или она окончательно потеряла хватку настоящей охотницы, или по какой-то причине стала бояться. Её дрогнувший голос никак не вязался с её спокойным «ну убивай» во время их последней встречи.

Пока Дарак терялся в догадках она снова убежала. Он услышал её крик и рванул вперёд, остановившись в кроне дерева почти прямо над ней. Убедившись, что снизу он невидим, Дарак прислушался.

– Юсур!

Так вот кто такой Юсур. Вот этот невысокий ухмыляющийся парень. Они явно близки. Дарак следил за каждым их движением, чувствуя себя настоящим шпионом в стане врага. Так себе ощущение. Он всего лишь хотел понять, чего так боялась Тайра.

– Тебя что-то напугало?

Дарак внимательно прислушался. Вот оно.

– Нет.

Он разочарованно закатил глаза. Ну конечно.

– Слушай, сестрёнка, лучше не ходи слишком далеко на север.

Так это её брат. Странно, что раньше не заметил, семейное сходство бесспорно. Видимо, его обычная наблюдательность совсем сдала под гнётом новых мыслей. Он уже было собрался уходить, не вслушиваясь в их беседу, но замер, услышав своё имя.

– Я видел Дарака, он почти каждый день ошивается у границы.

Замерев, Дарак почти перестал дышать.

Проклятье. Так этот парень его видел.

– Зачем?

– Не знаю. Мы не вели беседы. Он скрывается как хамелеон. Но поведение странное.

Хватит. Он услышал достаточно. Беззвучно переползая с ветки на ветку Дарак отдалился от Тайры и её брата и, спрыгнув на землю, пошёл на север. Он не ошибся. Тайра хоть и не сказала ничего вразумительного, на её лице было написано всё. Она боится именно его. И слова Юсура напугали её ещё больше. Почему же? Он невесело хмыкнул. Впрочем, именно он сейчас следил за ними совсем рядом с их лагерем, разве нет? Видимо, их опасения не безосновательны.

Глава 15

На следующее утро Тайра встала поздно. Даже притом, что она заснула почти на рассвете, и сон был отвратительный – урывками. То она ворочалась, то резко просыпалась и долго не могла заснуть, то ей мешало копошение уже проснувшихся братьев.

Когда она проснулась, в доме уже никого не было – все разошлись по своим делам. Не тратя время на завтрак, Тайра закинула в заплечный мешок пару лепёшек, взяла своё лёгкое копьё, привычно повесила на пояс нож и прихватила несколько дротиков. В луке уже не было смысла, пока она не найдёт перья и не сделает себе новые стрелы.

Тайра направилась прямиком на север. Небо было хмурым, силуэты деревьев с трудом угадывались сквозь густой туман.

Время приближалось к полудню, когда Тайра наконец подошла к водопаду и умыла лицо ледяной водой. Вязкий туман и так и не рассеялся, прилипая к стволам деревьев и стелясь по и без того влажной земле. Ну, вот она и недалеко от границы. Если Дарак действительно часто сюда приходит, она встретит его.

Со стороны скал раздалось чириканье. Тайра подняла голову. Попугаи! Достав дротики, она начала тихо подкрадываться к ним. Ей нужны их перья. Сильно нужны, без стрел она даже не может нормально охотиться. Небольшая стайка красных ара щебетала, словно ссорясь, и перелетала между деревьями. Тайра следовала за ними. На берегу северного ручья она помедлила. Это была граница. Дальше – земли Чикун. Поджав губы, она подумала несколько секунд, потом всё же перескочила через ручей. Она быстро. Только поймает пару попугаев и сразу уйдёт.

Забираясь на скалу, она держала дротик в руке. Птицы уже сидели совсем близко. Они расположились на нагретых солнцем камнях, явно собираясь отдыхать и чистить перья. Держась рукой за уступ и балансируя на одной ноге, Тайра перегнулась через скалу и медленно занесла дротик для броска. Не удержав равновесие в таком шатком положении, она почувствовала, как соскальзывает с камня и летит вниз.

– Оуууу! – Тайра зажмурилась от боли. Падать было невысоко, но правая нога угодила в острый разлом между камнями. Попугаи, напуганные её криком, тут же разлетелись. Выдернув ногу, Тайра медленно выдохнула сквозь зубы и зажмурила глаза, привыкая к боли. Через пару минут она расстроенно осмотрела рану.

– Да что ж такое в последнее время! – она в сердцах ударила ладонью по камню и тут же пожалела об этом, встряхивая ушибленную руку.

Достав из-за плеч мешочек Сильвы, Тайра приложила несколько трав к ране. Царапины были неглубокие, но лодыжка, по ощущениям, скоро начнёт опухать.

Кое-как перетянув её оторванным от туники лоскутом, Тайра попыталась встать. Больно, но терпимо. Надо скорее убираться с вражеской территории, и быстро, пока отёк совсем не обездвижил ногу.

Сделав пару неловких шагов по тропе вдоль скалы, она нос к носу столкнулась с Дараком.

Он удивлённо вскинул брови:

– Что это ты тут делаешь?

Тайра ругнулась про себя, но вслух только пробурчала:

– Увлеклась охотой.

– Ты хоть понимаешь, где находишься?

Тайра кивнула, стоя на левой ноге и оперевшись рукой о скалу. Правую она поставила на носочек за левую.

– Мне тут сказали, ты часто захаживаешь на нашу территорию. Расскажешь, зачем?

Дарак ухмыльнулся:

– Как зачем? Тебя искал. Мы часто виделись именно там.

Тайра с подозрением покосилась на него. Такая прямота её обескуражила.

– И... Для чего?

Кажется, Дарак напрягся. Ей показалось, или этот вопрос оказался для него болезненным? В его глазах на долю секунды мелькнуло мучение. Это сбило её с толку ещё до того, как она услышала ответ.

– Хотел подраться. Это всегда было весёлое развлечение. В такую дождливую пору нормально не поохотиться. Но... – его взгляд скользнул по её травмированной ноге. – Видимо, не сегодня. Это что? Ты опять ходила и думала одновременно?

Тайра поджала губы. Единственное, на что она надеялась, это что Дарак не видел, как она повредила ногу. Это было очень глупо.

Дарак ухмыльнулся, видя её сконфуженный взгляд:

– Я никому не расскажу, но выглядело это и впрямь комично.

Задержав дыхание, Тайра закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться для достойного ответа. Но Дарак неожиданно отступил в сторону, давая ей возможность пройти мимо него на узкой тропе:

– Не сверзись со скалы с такой ногой.

Скрыв недоумение, Тайра гордо, насколько это возможно с прихрамывающей походкой, прошествовала мимо него и аккуратно направилась вниз по тропе вдоль скалы.

Путь вниз оказался намного медленнее. Поднимающиеся снизу клубы густого тумана усложняли задачу ещё больше. Если бы Тайра взглянула наверх, она бы заметила Дарака, бесшумно скользящего чуть выше. Он следовал за ней, выдерживая расстояние.

На середине пути из-за поворота показались два юноши из Чикун. Их плечи были украшены татуировками чёрных перьев, в руках были охотничьи копья. У одного из них из пучка волос на макушке торчали перья, голову второго украшало какое-то подобие дредов. В десяти шагах позади Тайры Дарак замер, наблюдая за всей сценой из-за камня.

Увидев Тайру, парни остановились:

– Это же девчонка Юкайя! На нашей земле.

Оба одновременно нацелили на неё копья. С мыслью, что хуже этот день стать уже просто не может, Тайра отбросила с лица волосы и медленно подняла своё копьё.

Вдруг парень с перьями поспешно сделал шаг назад, заметив тату на её скуле:

– Эй, это же дочь Амару.

– Вождя?

Оба попятились, переглянувшись. Тайра замерла с поднятым оружием, готовая ко всему. Повреждённая нога, старательно спрятанная за левую, чуть дрожала. Парень с дредами повернулся к ней боком и, не глядя, бросил:

– Так. Мы тебя не видели, ты нас тоже.

Поняв, в чём дело, Тайра ухмыльнулась. Приятно, когда тебя узнают. А когда ещё и боятся, безумно приятно. Опустив копьё, она случайно неловко переступила на левую ногу.

Уже уходя, дредастый положил ладонь на плечо парня с перьями:

– Аскар, постой-ка.

Тайра напряглась.

Парень сделал пару шагов по направлению к ней, внимательно глядя на её ногу, которую она всё ещё пыталась спрятать. Нога уже начала существенно опухать.

– Э, девчушка, да у тебя травма.

Аскар подошёл на пару шагов, тоже это увидев. Они синхронно посмотрели друг на друга и улыбнулись Тайре. Эти улыбки не обещали ничего хорошего.

– Так-так-так, это всё меняет. Туран, ты заходишь слева.

Оба подняли копья. Тайра до боли стиснула зубы. Она справится.

Парни атаковали почти одновременно, Тайра успешно поставила блок, держа копьё двумя руками. На узкой тропе они могли атаковать только по очереди, поэтому Тайра успешно отбивала атаки, игнорируя боль в ноге. Она даже смогла взмахом копья оставить длинную красную полосу поперёк груди Турана. Безуспешно пытаясь оттеснить её к краю пропасти, парни наседали, но их атаки не дотягивали до привычного Тайре уровня.

В какой-то момент Туран всё-таки умудрился попасть копьём прямо по травмированной лодыжке, в то время как Аскар рывком подкосил вторую ногу Тайры. Лишённая опоры, она с криком боли беспомощно упала назад, сильно приложившись затылком о камень. От удара она отключилась. Дарак сжал рукоять своего копья, но остался в засаде.

Парни выпрямились, тяжело дыша:

– Я не представляю, как она дралась бы со здоровой ногой.

– Дикарка.

Туран выдохнул:

– Ну что? Добьём?

Аскар остановил уже занесённое Тураном копьё, положив руку ему на плечо:

– Нет, ты что. Это дочь вождя. Мы доставим её в лагерь. Сарган будет доволен таким ценным подарком.

Аскар подошёл к Тайре, чтобы поднять её, но Туран остановил его движением руки:

– Постой. Мы же никуда не торопимся, правильно?

– Нет, а что?

– А что? Аскар, такой уникальный шанс не выпадает больше никому. Дочь врага. Девчонка.

На последнем слове он пару раз подкинул брови со злобной ухмылкой.

Поняв, куда клонит Туран, Аскар хищно оскалился.

Дарак в замешательстве привстал за своим укрытием.

Туран опустился на колено рядом с Тайрой и лёгким движением ножа разрезал её пояс, усмехнувшись:

– Кроме нас здесь никого. Никто не узнает.

Выпрыгнув из укрытия одним прыжком, Дарак, подобно ягуару, одним взмахом копья отправил обоих соплеменников вниз со скалы. Аскар и Туран с воплем полетели вниз, навстречу острым скалам. Дарак отвернулся. Не было нужды наблюдать – после падения с такой высоты не выжил бы никто.

Тяжело дыша и приходя в себя после внезапной вспышки ярости, он медленно повернулся к бессознательной Тайре.

Глава 16

Дарак вновь сидел на уступе скалы, подперев подбородок рукой и бесцельно глядя на джунгли, расстилающиеся под ногами. Близко к водопаду он решил не подходить в этот раз. И, судя по всему, правильно сделал. Среди деревьев пару раз промелькнула тень. Наверняка тот парень, Юсур, решил в очередной раз пройтись по этим местам. Трогательная забота о сестре?

Разглядывая туман внизу, Дарак с горечью подумал, что зря упускает такое подходящее для разведки время. Но лезть на рожон сегодня настроения не было. Пожалуй, пора уходить, пока солнце над нависшими тучами не перевалило за полдень.

Откуда-то справа раздалось чириканье. Дарак лениво повернул голову, заметив стайку красных ара, по-видимому, прилетевших, чтобы почиститься на небольшой скалистой площадке. В следующее мгновение он вскочил, в одно движение очутившись за плоским камнем, закрывающим его от основной тропы. Вслед за попугаями кралась Тайра. Он знал этот блеск в глазах – она шла за добычей. Видимо, эти попугаи были ей очень сильно нужны, раз она проникла на территорию Чикун ради них.

Не отрываясь, он следил за ней, как голодный удав за мышью. Вот она балансирует на шатком уступе. Этот камень ненадёжный. Конечно же, она не может этого знать. Сообразит перенести вес или нет?

Конечно же нет. Дарак фыркнул, увидев, как Тайра неуклюже полетела вниз, смешно пытаясь схватиться пальцами за воздух. Крик боли, раздавшийся в следующую секунду, мгновенно стёр улыбку с его лица. Он прикрыл глаза, неожиданно почувствовав горечь: ну конечно, разве она могла хотя бы упасть нормально? Разумеется, нет.

Дарак пристально следил за каждым её движением, пытаясь оценить, насколько сильная травма. Вот она встала. Кажется, всего лишь ушиб. Может, растяжение, но несерьёзное. Ну и отлично. Пора случайно встретиться с ней.

Выйдя из своего укрытия на тропу, он столкнулся с Тайрой, с удовольствием отметив её оторопевшее выражение лица. Пытаясь разыграть удивление, Дарак задал самый логичный в этой ситуации вопрос:

– Что это ты тут делаешь?

– Увлеклась охотой.

«Кто бы сомневался».

– Ты хоть понимаешь, где находишься?

Разумеется, понимает. Но интересно посмотреть, испугается ли. Встретить Чикун на его территории – верная смерть. Дарак слегка нахмурился, заметив, как Тайра пытается спрятать травмированную ногу. Кажется, он ошибся, и травма посерьёзнее, чем просто растяжение. Тайра же, видимо, вместо ответа решила пойти в наступление:

– Мне тут сказали, ты часто захаживаешь на нашу территорию. Расскажешь, зачем?

– Как зачем? Тебя искал. Мы часто виделись именно там.

Прямой вопрос – честный ответ. Он ожидал этого и подготовился. Скорее всего, именно правдивый ответ окажется для неё самым неожиданным. Кажется, так оно было. От удивления Тайра даже забыла о том, что должна была прятать свою ногу. Теперь Дарак увидел, что она начала опухать. Нехорошо.

– И... Для чего?

Её вопрос оторвал Дарака от размышлений и заставил перевести взгляд на её глаза. В голове всплыло непрошенное воспоминание о том, как она плакала на берегу реки, после нанесённой им обиды. Вот чего ей стоило его враньё в тот раз. Он сжал пальцы, пытаясь выбросить из мыслей свои ощущения в тот момент. В этот раз он будет честным до конца. Пусть она думает, что хочет.

– Хотел подраться. Это всегда было весёлое развлечение. В такую дождливую пору нормально не поохотиться. Но... Видимо, не сегодня. Это что? Ты опять ходила и думала одновременно?

Ну не мог он удержаться от того, чтобы поддеть её. Падала она и правда смешно, если не считать травмы. Тайра покраснела, глядя куда-то себе под ноги. Она смущается своего падения? Дарак выдавил улыбку:

– Я никому не расскажу, но выглядело это и впрямь комично.

Угадал. Кажется, она мечтает провалиться сквозь землю. Он снова перевёл взгляд на её лодыжку. За время их разговора её нога начинала выглядеть всё хуже. Жаль, он не может предложить ей помощь, как бы сильно ни хотелось. Даже несмотря на то, что не так давно она перевязала его рану, нанесённую ягуаром, помогать ей – нарваться на неприятности. Неважно, от неё самой с её подозрениями, или от слухов, которые пойдут, если кто-то заметит хоть малейший намёк на чужую помощь. Пусть уходит в безопасное место побыстрее. Не дав ей времени огрызнуться, он позволил себе усмехнуться:

– Не сверзись со скалы с такой ногой.

«И иди быстрее, пока я не передумал», – мысленно добавил Дарак.

Он сделал шаг в сторону, показывая тем, что разговор окончен. Тайра прошествовала мимо и начала спускаться. Дарак посмотрел ей вслед. Что-то его обеспокоило в её походке.

– Непохоже на растяжение, – пробормотал он.

Чуть помедлив, он последовал за ней, держа дистанцию. Он не знал, что сделает, если она вдруг снова упадёт или просто не сможет идти дальше. Только понимал, что не может этого допустить. Почему-то он чувствовал ответственность за неё, будто бы был виноват в том, что она получила травму на его земле.

Тайра дошла до середины скалы, когда Дарак услышал голоса. Он поспешно вскочил повыше и выглянул из-за уступа. Тайра о чём-то разговаривала с двумя Чикун. Присмотревшись, он узнал Аскара и Турана. Дарак скрипнул зубами: эти двое уже давно не вызывали у него симпатии. Особенно Аскар. Интересно, хотя бы в этот раз они будут драться честно? Он медленно выдохнул. Конечно, нет. Раненый противник против двух воинов – им будет только за радость победить ещё. И ещё потом гордиться этим. Впрочем, Тайра даже с травмой – далеко не самый слабый боец, он не понаслышке знал это.

Дарак перехватил копьё, готовый вмешаться, если драка примет неприятный оборот. Он тут же отбросил мысли о том, что вмешиваться собрался только в том случае, если плохо придётся именно Тайре. Внутренний голос вкрадчиво прошептал, что всё равно именно так и будет. Дарак мысленно цыкнул на самого себя.

Из-за ветра, шумевшего среди скал, Дарак не разобрал слов, но беседа Тайры и его соплеменников не была долгой. Аскар и Туран атаковали.

По мере наблюдения напряжение Дарака спадало. Наконец он совсем расслабился и с улыбкой наблюдал за боем. Даже с травмой Тайра успешно отбивала атаки, используя преимущества местности. Оперевшись корпусом о скалу, она не давала противникам окружить её, и даже незначительно ранила Турана. Дарак удовлетворённо кивнул: его школа.

Довольная улыбка сползла с его лица, когда Тайра упала и уже не поднялась снова. Дарак сжал копьё, но не сдвинулся с места. Они не будут добивать её. Дочь вождя – слишком ценный трофей, наверняка они захотят доставить её Саргану.

Он вмешается, когда Аскар и Туран понесут её в лагерь как пленную. Например, появится и заявит на неё свои права как первый, кто её увидел тут и дрался с ней. А может, даже и ранил в ногу. В общем, придумает что-нибудь. Они подчинятся будущему вождю, хотят того или нет.

Увидев, как соплеменники начали улыбаться, Дарак привстал, чтобы увидеть причину их веселья. Тайра лежала распростёртая, без сознания, но живая. Крови видно не было. В недоумении он нахмурил брови, силясь понять, что они задумали. Неужели всё-таки убьют?

Аскар начал озираться по сторонам, будто проверял, что их никто не увидит. Туран, встав на колени возле Тайры с прежней ухмылкой разрезал один из холщовых поясов Тайры, удерживающий юбку-повязку, и уже потянулся ко второму, сбоку.

Понимание, что они задумали, как гром, поразило Дарака. Его глаза налились кровью, все планы тут же полетели к чертям. Казалось, в этот момент уже не видел и не слышал ничего не вокруг. Сквозь красную пелену ярости, застилавшую глаза, он словно издалека видел цель и услышал свой яростный крик.

В следующую секунду он уже стоял на краю пропасти, осознав, что только что сбил Аскара и Турана вниз. Он даже не успел понять, как это произошло. Дарак тут же быстро отвернулся, чтобы не видеть, как соплеменники достигнут камней внизу.

Красная пелена перед глазами начала спадать, но вместо неё его охватил ступор. Что он только что натворил?! Потерял контроль. Убил своих. Из-за врага. Из-за неё.

В ужасе от самого себя он медленно повернулся к Тайре, пытаясь остановить дрожь в руках и раздумывая, что теперь с ней делать дальше. Он сделал несколько глубоких вдохов, изо всех сил пытаясь взять себя в руки.

Глава 17

Дарак смотрел на Тайру, словно пытаясь решить, что делать дальше. Это определённо не входило в его планы. Какое-то время он стоял и думал. Серое небо нахмурилось ещё больше, обещая в скором времени очередной ливень.

Наконец, решившись, Дарак закрепил за плечами её и своё копьё и свой лук и аккуратно поднял Тайру с земли. Идти было недалеко, но путь лежал в гору.

Поднимаясь по узкой, одному ему знакомой тропинке, он несколько раз опустил глаза на бессознательную Тайру в его руках. Кажется, когда она плакала от обиды возле водопада, она казалась ему уязвимой? Это впечатление даже рядом не стояло с тем, что он видел перед собой сейчас. В голове не укладывалось, что когда-то он мог драться с ней. Что посмел драться с ней.

Обогнув по спирали скалу и поднявшись ещё чуть выше, Дарак вошёл в большую пещеру и медленно положил Тайру на небольшой матрас из шкур в углу. Это была его пещера. Его маленькое укрытие, куда он приходил, чтобы побыть одному, подготовить оружие или переждать непогоду. Уже давно он сложил здесь шкуры оленей и пум и оборудовал камнями небольшое кострище. Здесь же в дальнем углу стояли несколько его копий, луки, дротики, связки стрел и небольшой набор каменных и обсидиановых ножей для выделки шкур. Вход в пещеру был неразличим снизу из-за выдающегося вперёд уступа. В то же время с этого уступа открывался широкий обзор на границу и водопад между землями Чикун и Юкайя.

Выйдя из пещеры, Дарак направился к реке. В скором времени он вернулся с куском мокрой холодной глины и смоченной в ледяной воде хлопковой тканью. Ткань он подложил Тайре под затылок, глину плотно приложил к опухшей ноге. Снаружи начал накрапывать дождь, холодало. Дарак развёл костёр, как учили их в разведке – без дыма, и сел у противоположной от Тайры стены, задумчиво глядя на набирающий силу дождь.

– Что я наделал... – едва слышно прошептал он, подперев лоб рукой.

Его взгляд упал на лежащую на шкурах Тайру. Поднявшись, он подошёл к ней, запахнул часть юбки с разрезанным пояском и дополнительно прикрыв шкурой, со вздохом вернулся на своё место возле костра. Оперевшись спиной о стену и откинув голову, Дарак уставился в потолок пещеры, приводя мысли в порядок.

Жалел ли он о том, что убил Аскара и Турана? Определённо нет. Они давно ему не нравились, но дело даже не в этом. Каждый, кто нарушит закон, приговаривался к смерти. А посягательство на побеждённую или пленную запрещено. Это позор всем Чикун. Уже несколько поколений назад каста вождей и их приближённых в племени отказались от полигамии. Спасибо его прабабушке, Алваре. Свирепости этой женщины мог позавидовать сам Сарган. Первая женщина-воин в Чикун. Попробовал бы кто-нибудь сказать ей, что она будет одной из жён, а не единственной. Или её дочь. Или внучка. Чикун едва не вымерли как вид из-за того, что все и так немногочисленные женщины принадлежали только вождям. Это, наверное, единственный случай в истории, когда женщина, женщина! в корне изменила многовековые традиции.

Девушек было так мало, что несколько поколений после переворота мужчинам приходилось воровать женщин из других племён. Включая его мать....

Ударившись в воспоминания, Дарак чуть не забыл о том, с чего начал. Ах да, он же хотел обелить себя перед самим собой. Ну допустим, он поступил правильно в собственных глазах. С натяжкой, но его действия можно оправдать. А теперь, спасая врага, он окончательно расписывается в своём предательстве. Это он как объяснит?

Взгляд Дарака снова метнулся к Тайре и тут же вернулся обратно к потолку. Ну какой она враг? Девчонка, едва вышедшая из подросткового возраста. Слабая, безоружная, бессознательная.

Если бы он оставил её там, в чём был бы смысл её спасения? Тогда убийство тех подонков было бы зря. Если уж взялся, нужно доводить до конца. Только аккуратно. И так уже сильно напортачил.

Дарак провёл ладонью по лицу. Было столько вариантов сделать всё правильно. Он мог бы остановить её, не позволить уходить с больной ногой. Мог бы появиться и спугнуть Аскара и Турана, они бы сразу смылись, увидев его. Мог бы сказать, что заберёт Тайру, а они пусть проваливают. Да мало ли вариантов!

Так нет же, он выключил мозг. В бою. Он в гневе сцепил руки, будто стараясь раздавить собственную ярость, зажатую между ладоней. Дарак не узнавал себя. И это он упрекал Тайру, что она не умеет контролировать эмоции. Ха! Гнев, на этот раз и на самого себя и на неё, снова заструился по венам.

Тайра медленно открыла глаза. Некоторое время она смотрела на свод пещеры, тупая боль в голове мешала мыслям. Голова гудела, перед глазами всё плыло, где-то в районе груди подкатывала тошнота. Она не понимала, где находится, сколько прошло времени, что случилось после того удара. Только обрывки: лица воинов, их торжествующие улыбки, её падение и наступившая темнота.

Медленно присев, она поморщилась от боли, но сразу же провела рукой по поясу — пусто. Сбоку пояс был почему-то разрезан, но она не обратила внимания на это. Ножа нет на месте! Копья нет. Дротиков нет. Безоружна. Сердце заколотилось где-то в горле, дыхание перехватило. Она никогда не была безоружной в незнакомом месте до этого.

Тайра медленно огляделась. Она в пещере. Снаружи шумит ливень. Чужие вещи. Чужое оружие в углу. И костёр. И он. Дарак сидел у противоположной стены и смотрел прямо на неё. Она не заметила его сразу – он сливался с тенями. А когда заметила, кровь застыла в жилах.

Он встал и быстро шагнул к ней. Его лицо было застывшей маской ярости.

Тайра инстинктивно отшатнулась, вжалась в стену и вцепилась руками в матрас. В груди колотился страх – не тот, который она чувствовала, когда бывала в опасности и знала, что делать. Другой. Липкий, беспомощный, сковывающий движения. Незнакомый. Она не знала, что ожидать от Дарака. Не знала, чего он хочет. Только видела его лицо, суровое и неумолимое, приближающееся к ней. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, он должен был слышать. В широко раскрытых глазах был ужас. Обычно она не боялась ни его, ни боя, ни даже смерти, потому что всегда знала, что ожидать. Сейчас же она была безоружна, замершая в ощущении неизвестности и непонимании того, что происходит. Это пугало больше любой реальной угрозы.

Дарак замер в паре шагов, увидев выражение её лица. Его лицо было суровым, но сквозь маску в глазах мелькнуло что-то – не злость и не ненависть. Растерянность.

Она видела, как его пальцы разжались. Как он сделал шаг назад. Потом ещё один.

– Я не трону тебя, – его голос был тихим, непривычным.

Она не смогла ответить. Даже не попыталась, ощущая ком в горле. Только сидела, не шевелясь и глядя на него, как парализованная.

Он смотрел на неё ещё мгновение, потом развернулся и вышел из пещеры под проливной дождь. Быстро, будто бежал от чего-то, с чем не мог справиться.

Тайра осталась одна. Ливень шумел за входом, костёр потрескивал, отбрасывая неровные тени на стены. Она слышала, как колотится её сердце. Её руки дрожали, усилием воли она заставила свои пальцы отпустить матрас. Она попыталась подняться, но острая боль в ноге напомнила ей о травме и заставила со стоном опуститься обратно.

Осматриваясь по сторонам, Тайра пыталась хоть как-то сопоставить в раскалывающейся от боли голове последние события. Драка с двумя Чикун... Резкая боль, темнота. Пещера. Дарак. На ноге лежал компресс из речной глины. Она тупо уставилась на него. Видимо, это принёс Дарак. Зачем? Она для чего-то нужна ему живой. Плен? Выкуп? Или его племя хотело использовать её как заложницу и прогнуть под себя вождя Юкайя? Это самое вероятное. Где те двое, что напали на неё? Они заодно с Дараком?

Вопросы вспыхивали и гасли в её голове словно искры костра, в которое кинули полено. Ясно было одно: у неё проблемы. Сбежать она не может. Оружия нет. Тайра покосилась на коллекцию оружия Дарака в углу и даже привстала, думая доползти до него, но, снова застонав, рухнула обратно. Даже если не вставать на ногу, малейшее шевеление отдавалось болью.

В пещеру вошёл Дарак. С его волос и плеч стекали потоки воды, в руках он держал какой-то мешок. Заметив её последнюю попытку, он невесело бросил:

– Лучше не двигайся. И не пытайся добраться до моих луков. Сейчас ты их даже не поднимешь.

Он сбросил с плеча холщовый мешок и достал из него несколько фруктов, подстреленную птицу и пару полых тыкв, наполненных водой.

Тайра всмотрелась в его лицо, пытаясь понять, насколько плохо было её дело. Дарак как будто был разозлён: челюсть сжата, глаза прищурены. Он старательно избегал её взгляда, сделав вид, что её тут вообще нет.

Тайра осталась на матрасе, благоразумно помалкивая, но напряжённо наблюдая за каждым его действием. Дарак невозмутимо очистил птицу, замотал её в листья и положил на угли. Взяв воду, он приблизился к ней:

– Держи. Тебе придётся задержаться здесь на какое-то время, – его голос был отрывистым.

Вопросы в голове Тайры метались, как стая спугнутых птиц. У неё непроизвольно вырвались первые слова:

– Где я? Зачем ты...

– Помолчи.

Резкий тон оборвал её на полуслове. Дарак, очевидно, с трудом сдерживал гнев. Тайра судорожно сглотнула и решила последовать совету.

Сжавшись, она продолжала сидеть на матрасе, гипнотизируя профиль Дарака. Тот снова сделал вид, что он здесь один.

Тайра оперлась боком на какой-то скальный выступ и с трудом сдерживала слёзы, задавая вопросы самой себе. Что с ней произошло? Она никогда не была такой. Всегда уверенная в себе, дерзкая, готовая лезть в драку при любом удобном случае. А теперь она сидит здесь, испуганная и не смеющая сказать ни слова. Почему? Сильва была права: она боится Дарака. Нет, ей было не страшно драться с ним. Обычно у неё хотя бы было оружие в руках. И он никогда не был зол на неё. Он её дразнил, насмехался над ней, иногда был равнодушен, высокомерен. Но вот такую холодную ярость она видит впервые. А ещё она не знает, что от него ожидать. Неизвестность всегда убивала её больше, чем любая опасность. Сейчас она бы отдала, что угодно, чтобы стоять в той расщелине, рядом с которой ходил ягуар. Тот хищник хотя бы был предсказуем.

Что её теперь ждёт? Плен? Смерть? Шантаж?

Дарак молча подошёл к ней с большим листом в руках. Тайра сжалась, но он только положил лист перед ней и снова отошёл ко входу в пещеру. Она проводила его взглядом, отметив, что он складывает в мешок какие-то вещи, и только потом посмотрела на лист перед ней. На нём лежал жареный кусок птицы, пара лепёшек и полая тыква с водой. Она с непониманием уставилась на еду. Видимо, она всё-таки для чего-то нужна живой. С такой мыслью в голове кусок в горло не лез. Она даже и не попыталась взять еду.

Дарак поднял голову:

– Ешь.

Тайра не шевельнулась, не отводя от него глаз.

– Я сказал – ешь, – голос стал жёстче, его глаза сузились.

Тайра сглотнула, но упрямо повела головой из стороны в сторону пару раз.

Дарак резко встал. Она задержала дыхание, готовая к любым последствиям, но он только смотрел на неё, по-прежнему с холодным, но уже контролируемым гневом в глазах:

– Ты хоть понимаешь, что я из-за тебя сделал?

Тайра заморгала, пытаясь вспомнить, что она натворила, и что Дарак мог сделать не так. Она осторожно попробовала угадать:

– Ты чем-то сорвал шантаж?

На этот раз сбитым с толку казался Дарак, злость на лице почти уступила место удивлению:

– Какой ещё шантаж?

– Я так понимаю, ты и твои друзья взяли меня в плен?

Дарак уставился на неё. По его лицу Тайра поняла, что говорит какую-то ерунду, но это было единственное объяснение всему:

– Вы не убили меня, чтобы шантажировать моего отца? Поэтому вы держите меня в живых? Вы для чего-то скрываете меня от Саргана? Где те двое? Они с тобой заодно?

Дарак некоторое время тупо смотрел на неё, потом закрыл глаза ладонью:

– Какая же ты... – он стиснул зубы и замолчал.

Тайра тоже умолкла. На этом вся её смелость закончилась. Дарак сделал глубокий вдох:

– Те двое, которых ты видела, мертвы. Я убил их.

У Тайры отвисла челюсть:

– Ты... Что?!

Он наконец убрал ладонь от лица и посмотрел ей в глаза:

– Я убил своих соплеменников. Из-за тебя.

Тайра вытаращила на него глаза. Если до этого в её голове был сумбур, то теперь царила полная неразбериха.

– Это... какой-то бред...

Он подошёл к костру и молча сел возле него, глядя в огонь. Тайра решила, что сейчас лучше помолчать, и бросила любые попытки что-то понять и хоть в чём-то разобраться.

Она не знала, сколько времени они так просидели. На джунгли за пределами пещеры опустилась темнота, но дождь не стихал. Пещеру освещало только пляшущее пламя костерка.

– Я не мог поступить по-другому.

Тайра вздрогнула, когда Дарак неожиданно подал голос, и взглянула на него. Он по-прежнему не отводил глаз от огня:

– Но таков закон. Они перешли черту. Нарушили правила. Их в любом случае ждала такая участь, если бы кто-то узнал. Это немыслимо для воинов. Меня это не оправдывает, но я ничего не мог с собой поделать.

Тайра поняла, что он разговаривает сам с собой, и решила не вмешиваться. Но её внимание было напряжено до предела. Дарак как будто пытался договориться со своей совестью или вроде того. Неожиданно он посмотрел прямо на неё:

– Я не мог им позволить, ты понимаешь? – Его тон стал просящим. Решив, что он сходит с ума, Тайра поспешно кивнула, понятия не имея, о чём тот говорит.

Дарак снова повернулся к костру. Выждав в тишине какое-то время Тайра осторожно спросила вполголоса:

– При чём тут я?

Дарак снова повернулся к ней. Где-то на задворках сознания Тайра отметила крайне странное сочетание злости и мольбы в одном лице. Дарак медленно произнёс, подбирая слова:

– Когда ты потеряла сознание, они... как сказать...

Тайра напряжённо ждала продолжения, её сердце колотилось:

– Что они сделали?

Дарак молча взглянул в сторону её разрезанного пояса. Тайра тупо посмотрела на себя. Через несколько секунд до неё начало доходить. Она в панике чуть не вскочила, забыв про больную ногу:

– ОНИ ЧТО?!

Дарак, осознав, как это прозвучало, быстро встал и сделал к ней несколько шагов. Он положил руки ей на плечи, удержав на месте и попутно исправляясь:

– Они не успели. Ничего не сделали. Даже не тронули.

Тайра как будто ничего не слышала, она часто дышала и инстинктивно попыталась сбросить с плеч его руки, и куда-то бежать.

– Этого не может быть! Нет! Не может быть! – Она машинально отрицала всё, беспощадное воображение услужливо рисовало в сознании самые ужасные картины. Дарак присел перед ней, не зная, как действовать, куда положить руки и что сказать. Он не умел утешать девушек в истерике. Просто понятия не имел, что делать. Поднося ладонь то к её спине, то к плечам, то к рукам, он поспешно убирал её, не коснувшись.

– Тайра! – взмолился он. Тайра на секунду замерла, услышав от него своё имя. Увидев, что она наконец его заметила, он торопливо заговорил:

– Они ничего тебе не сделали. Не успели. Я поэтому их и убил, теперь понимаешь?

Тайра зависла. Спустя некоторое время её дыхание немного выровнялось. Паника нашла выход в виде тихих слёз, катившихся по щекам. Дарак всё ещё сидел рядом. Он осторожно положил ладонь ей на плечо и, увидев, что она не возражает, оставил там, тихонько поглаживая пальцами. Тайра, казалось, это даже не замечала.

Глядя в пол, она тихо спросила:

– Говоришь, они... ничего не сделали?

Дарак твёрдо кивнул:

– Я вмешался. Думаю, они даже не успели понять, что именно их убило.

– Откуда ты взялся там? – когда первый шок отпустил, вопросы снова вихрем закружились в её голове, теперь ещё больше.

– Я шёл за тобой, – он ответил просто и честно. – Хотел убедиться, что без проблем дойдёшь хотя бы до границы.

– Почему?

Дарак не ответил, задумавшись. Он убрал руку с её плеча и просто сидел рядом. Наконец, он медленно произнёс:

– Пожалуй, мне придётся начать с самого начала.

Он посмотрел на неё долгим взглядом. Потом перевёл глаза на огонь.

– Это началось не сегодня, – наконец сказал он. – И не вчера. Наверное, с самого первого раза, когда я тебя увидел.

Тайра подняла на него глаза. Дарак старательно смотрел в стену перед собой. Выражение лица самое мучительное.

Глава 18

На джунгли опустились сумерки. Проливной дождь, видимо, не собирался прекращаться до самого утра. Среди северных скал, на территории Чикун, зияла входом небольшая пещера, освещаемая изнутри небольшим костром.

Тайра и Дарак переместились ближе к огню. Приложив на ногу компресс из лечебных трав, которые Тайра нашла в своей сумке, она сидела, глядя в огонь и слушая Дарака.

Он помолчал некоторое время, собираясь с мыслями.

– Если помнишь, я встретил тебя в первый раз на границе между нашими землями. Много лун назад. Ты тогда охотилась за кем-то и чуть не зашла на нашу территорию. По рисункам на твоём лице и плечах я сразу понял, кто ты. И вызвал тебя на бой.

Тайра кивнула. Она прекрасно помнила тот день, несмотря на то, что он был очень давно. Она тогда только прошла инициацию. Из подростка стала воином, получила разрешение уходить далеко от лагеря и сразу же направилась на опасный север.

Дарак усмехнулся, видя по её лицу, что она помнит:

– К моему удивлению, я не победил тебя сразу же. Было видно, что ты много времени проводила за тренировками. И что выбрала путь воина, а не целителя или собирателя. Это было... Необычно. И ты не сдавалась. После каждого падения поднималась, каждая новая рана будто распаляла тебя ещё больше. Когда в итоге ты обессилела от ран и долгого боя и так и не смогла встать, я подошёл к тебе. Должен был добить тебя, согласно правилам. Но не смог.

Тайра взглянула на него исподлобья, но промолчала. Дарак продолжал:

– Тебе не повезло, что ты столкнулась именно со мной, но я не хотел убивать сильного бойца. Увидел в тебе перспективу, наверное, – он пожал плечами, словно это было какой-то привычной для него ерундой. – К тому же, наш бой доставил мне удовольствие. Это не просто махаловка копьями, это было почти искусство. В моём племени такое нечасто увидишь. Потом я встретил тебя ещё несколько раз. Ты училась, твои способности росли на глазах. Мне становилось всё интереснее. Разумеется, я решил тебя не убивать. С кем мне тогда драться?

Губы Тайры тронула чуть заметная улыбка.

Дарак этого не заметил, глядя в костёр:

– А потом я стал целенаправленно искать встреч с тобой. Тебя не удивляло, почему из всех Чикун ты так часто дерёшься именно со мной?

– Теперь уже догадываюсь. – Тайра пробормотала едва слышно.

– Бесспорно, ты раздражала меня. И я тебя ненавидел.

Она обратила внимание, что он говорил это в прошедшем времени, но решила не вмешиваться. Ему явно было тяжело говорить так много.

– А потом... ты упала с водопада. Я не мог не спасти тебя. Как бы я жил, если бы не стало моего главного соперника? Чем бы занимался? Об этом я подумал уже потом, это было идеальным мотивом. Но тогда я едва ли думал о чём-то. Я просто прыгнул следом, не понимая, что делал. И чуть было не пожалел об этом. Ты стала что-то подозревать. Это и стало точкой невозврата. Я и сам тогда был растерян. Наблюдал за тобой. То приходил и хотел как-то всё объяснить, чтобы вернуть всё как было. То злился за это сам на себя. Обычно ты не замечала меня, но несколько раз видела, когда я был неосторожен.

Тайра вспомнила свои ощущения. Шок, недоумение, вопросы... Она снова медленно кивнула.

Лицо Дарака было непроницаемым:

– Потом я решил не попадаться тебе на глаза некоторое время. Думал, ты забудешь. Но это не помогло. И ты стала драться по-другому. Стала более рассеянной. Начала задавать вопросы. Меня это бесило. Я хотел вернуть всё как было, ведя себя с тобой как обычно, как твой враг, но назад дороги не было. И я разозлился. Помнишь, наверное.

Он искоса взглянул на неё. Его лицо было виноватым. Конечно, она помнила. Ещё не было такого, чтобы кто-то мог довести её до слёз словами. А ведь она росла с тремя старшими братьями, у неё был иммунитет к подобному. Дарак вздохнул, снова уставившись в пол:

– Я не ушёл тогда далеко. После нашего боя. Я вернулся, – он немного подумал. – Сам не знал, зачем.

Тайра замерла, глядя в огонь. Получается, он видел её тогда? Ей хотелось спрятаться от стыда. Дарак словно прочёл её мысли по застывшему взгляду:

– Да, я видел, как ты плакала.

Тайра вздохнула и упёрлась лбом в колено, которое обхватила руками. Она чувствовала себя ужасно. Но следующие слова Дарака заставили её поднять голову.

– Знала бы ты, как я в тот момент себя ненавидел. – Он сказал это так тихо, что Тайра подумала, что ей послышалось.

– Что?! – вопрос вырвался сам собой. Тайра смотрела на него, пытаясь разглядеть в его лице какие-то эмоции, но оно снова стало нечитаемым. Всё, что она знала и понимала о Дараке, с грохотом рушилось.

Он перевёл глаза с земляного пола на огонь.

– Это был первый раз, когда я увидел в тебе не воина, а просто человека. Девушку. Обычную, ранимую. Ты всегда была бойцом, дочерью смертельного врага моего клана. И только. А когда я увидел тебя такой ... – он замолчал, собираясь с мыслями.

Он помнил тот миг до сих пор. Как стоял за деревом, сжимая пальцы так, что они занемели. Как смотрел на её сжавшиеся плечи и как вдруг понял, что весь его мир перевернулся.

– Ты была не врагом в тот момент, – сказал он так же тихо. – Ты была просто девушкой, которую я обидел. И я не знал, как это исправить. Я не умею... – он подумал. –Не умею быть мягким. Я умею сражаться, охотиться, побеждать. А тут я просто не знал, что делать. И я ушёл. Как трус.

Тайра смотрела на него, не дыша. Он никогда не говорил подобного. Никогда не признавался в слабости.

– Я тогда понял, что ты для меня больше не враг, – продолжал он, глядя в огонь. – И это было страшнее, чем любой бой. Потому что я не знал, что с этим делать. С тех пор всё изменилось, я уже не мог притворяться, что ненавидел тебя. Понимал, что должен, но уже было поздно. Я вдруг осознал, что ты ничего не сделала, чтобы заслужить это. Это вражда наших отцов и их предков. Не наша.

Он замолчал. Тайра молчала тоже. Эта мысль приходила ей в голову. Однажды. Но она отбросила её как ужасную, кощунственную глупость. Но теперь, когда её озвучил Дарак... Она звучала по-другому.

В пещере было тихо, только костёр потрескивал, отбрасывая тени на стены.

– Я уже только потом понял, что перегнул палку. Не хотел заходить так далеко, – Дарак поднял на неё взгляд, полный боли. – Извини.

Она смотрела на него, задержав дыхание. Одно простое слово выбило её из колеи даже больше, чем всё, что он говорил до этого. Дарак, сильнеший воин на острове, сын вождя Чикун, смертельный враг всего её племени извиняется за то, что обидел её?! Он молчал, явно ожидая ей ответа. Тайра растерялась, выдавив из себя только пару слов:

– Эм... да... Но ты... всё исправил, когда встал между мной и ягуаром.

Дарак, понимая её эмоции, перевёл взгляд и вздохнул.

– Как ты уже, наверное, понимаешь, перед ягуаром я прыгнул тоже неслучайно.

– Так и знала... – Тайра пробормотала тихо, так, чтобы Дарак не слышал.

– А ты тогда выстрелила в него. Хотя могла убежать.

Тайра смутилась:

– А потом спрятаться в щели и наблюдать, как хищник терзает и ест тебя? – её передёрнуло.

Он слегка улыбнулся:

– И перевязала мне плечо. И я понял, что ты совершенно не такая, как Чикун представляют себе Юкайя. Это пошатнуло мои предубеждения на твой счёт во второй раз.

Тайра поджала губы. Хорошо, что он не просил её объяснить, почему она это сделала. Она сама не знала.

– А сегодня... Когда я понял, что решили сделать Аскар и Туран... – он помедлил, следя за реакцией Тайры. Она сжала пальцы, её взгляд не отрывался от огня, но она держала себя в руках. Дарак продолжил:

– Я только потом понял, что сделал. Никогда раньше не испытывал такого гнева, чтобы не контролировать себя. Ты знаешь, я всегда был хладнокровен. Но там... Это был первый раз, когда эмоции взяли верх над сознанием. Они не имели права тронуть тебя. Они давно были подонками, задолго до сегодняшнего дня.

– Что ты имеешь в виду? – дрожащий голос Тайры выдавал её эмоции, но Дарак не обратил внимания.

– Они часто нападали со спины. Добивали раненых. Убивали безоружных и тех, кто добровольно сдавался. Понятие чести и достоинства им незнакомо.

– В Юкайя всех Чикун считают такими.

– А в Чикун такими считают всех Юкайя. Но скажи мне, разве по нескольким ублюдкам можно судить обо всём народе?

Тайра промолчала. Она никогда не думала об этом. Но как же он был прав... Дарак смотрел ей прямо в глаза:

– В Юкайя есть такие же? Как те двое?

Тайра помедлила. В её племени действительно были такие. Амару давно закрывал глаза на их бесчестные поступки, потому что они были направлены только на Чикун и не вредили племени. Тайра никогда и не общалась с ними напрямую:

– Да... Несколько. Я не знаю, в чём причина их ненависти к Чикун, но они могли... поступить так же, как те двое... – Она запнулась и уткнулась лбом в колено.

– Вот видишь. И меня ты знаешь достаточно хорошо. Наверняка, ты понимаешь, что я просто пытаюсь оправдать себя, это чудовищное преступление, но... Я не жалею. Честь воина для меня всегда была превыше всего. Почти всего.

– Почти?

Дарак смутился:

– Ну... Я нарушил все мыслимые и немыслимые законы Чикун, когда спас тебя из водопада и от ягуара. И сейчас тоже. Сейчас тем более. Больше мне уже нечего терять.

Тайра молчала. Дарак сидел рядом, глядя на огонь. Дождь всё так же лил, костёр догорал.

Он покосился на неё, словно ожидая какого-то ответа.

– О чём думаешь?

– Перевариваю. – Тайра ответила честно. Обрушившаяся на неё правда ломала весь мир, который она знала до этого.

Дарак промолчал, решив дать ей время. Он понимал, что она чувствует.

– Спасибо, – вдруг сказала она тихо. – За всё.

Он посмотрел на неё. Странным для него взглядом – без насмешки, без вызова. Просто смотрел.

– Ты не боишься меня? – спросил он.

Она долго думала. Потом покачала головой.

– Нет, – сказала она. – Уже нет.

В его глазах мелькнуло что-то, похожее на облегчение. Измученный своей исповедью, он перевёл взгляд на огонь, снова погрузившись в размышления.

Между ними повисло молчание. Тайра и Дарак сидели рядом и смотрели на тлеющие угли, каждый думал о своём. Вопросы в голове Тайры рассыпались и пропали. Но вместо понимания и облегчения наступила пустота. Гулкая, тёмная и пугающая.

Глава 19

Тайра проснулась поздно утром. Увидев над собой свод пещеры и не сразу вспомнив, где находится, она в тревоге приподнялась. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить все события вчерашнего дня и ночной разговор с Дараком.

Его не было в пещере. Рядом с матрасом были оставлены фрукты, пара лепёшек и вода. Тайра стала неторопливо есть, раздумывая, как же она теперь вернётся домой.

Через некоторое время в пещеру вошёл Дарак:

– Уже проснулась?

Тайра неловко помахала в знак приветствия, не зная, как теперь с ним себя вести. Она осторожно попробовала задать будничный вопрос:

– Где был?

– В своём поселении. Турана и Аскара уже нашли у подножия скал. Но никто даже и не подумал, что я имею к этому отношение. Я и не захотел высовываться.

Тайра поджала губы. Дарак отвёл глаза:

– Как твоя нога?

Тайра посмотрела на правую лодыжку:

– Паршиво.

Нога сильно опухла и посинела, кожа натянулась. Любое шевеление вызывало боль.

Дарак внимательно осмотрел её, пробормотав вполголоса:

– Разрыв связок. Частичный, судя по всему, – он посмотрел на неё. – Я думал, растяжение. Когда увидел, что ты могла идти и даже драться какое-то время. Но похоже, ты это делала на чистом адреналине. Боль нарастала?

– Да.

– Тогда я прав. Сама дойти до своего поселения ты не сможешь. Здесь оставаться, скорее всего, тоже... Восстановление займёт много времени.

– Сколько?

– Почти одну луну. Чуть меньше. У меня было такое однажды.

– Что же делать?

Он постучал пальцем по подбородку, раздумывая:

– Вариант только один. Сама ты и нескольких шагов не пройдёшь, про костыли в джунглях можно и не думать. Я помогу тебе.

– Как?

– Понесу, – он пожал плечами, будто это было чем-то само собой разумеющимся. – Я же охотник, не забывай. Таскаю же я в лагерь туши оленей после удачной охоты. Не думаю, что ты намного тяжелее их.

– Ты их тащишь целиком? – Она попыталась скрыть изумление.

– Ну да. Мне не хватает терпения таскать частями.

Тайра задумалась. Самцы маленьких островных оленей и впрямь весили примерно как она сама. Невольно она оценивающе взглянула на его плечи. Из всех, кого она знала, только Таман мог бы похвастаться такой силой. Это... впечатляло. Дарак ухмыльнулся, заметив её взгляд. Тайра тут же отвела глаза:

– Ладно. Только неси аккуратнее, чем оленя.

Он хмыкнул:

– Как скажешь. Будем иногда делать остановки. Я хоть и охотник, но не бессмертный. Путь будет долгим.

Он нёс её легко, словно её вес действительно не причинял ему сложностей. Тайра сначала напряжённо вглядывалась в деревья, ожидая, что вот-вот появится кто-то из своих и заметит их, но потом расслабилась.

– Видел бы нас сейчас мой отец... – Тайра крепко держалась за шею Дарака, пока тот переходил небольшой ручей. Они уже были на территории Юкайя, до лагеря оставалось несколько сотен шагов. Сложно было сказать, когда она чувствовала себя более неловко: сейчас, на руках врага, или тогда в расщелине, зажатая между ним и скалой. Ощущения были примерно похожие.

Дарак ухмыльнулся:

– Он бы убил меня на месте?

– Сначала упал бы в обморок. Потом бы очнулся и убил, и снова в обморок.

– Мой тоже.

– Убил бы меня?

– Меня. А потом и тебя. И заодно сжёг бы половину острова на всякий случай.

– Мда, ты выиграл.

Дарак осторожно опустил её на ближайший камень. Тайра посмотрела в сторону поселения.

– Думаю, достаточно, братья отсюда меня уже услышат.

– Не зови сразу. Я хочу успеть убраться отсюда подальше, знакомиться с твоими братьями мне, пожалуй, ещё рановато, – Дарак говорил серьёзно, но на лице мелькнула улыбка.

Тайра кивнула. Подумав, что надо что-то сказать, она добавила:

– Ещё увидимся... Через время.

Дарак кивнул и протянул ей её нож.

– Так он всё это время был у тебя?!

– Ага. Я тогда решил, что когда ты очнёшься в пещере, ты первым делом захочешь меня убить, а не выслушивать объяснения. Поэтому решил перестраховаться.

– Предусмотрительно, – пробормотала Тайра, прицепляя нож к поясу. – Мама была права, когда сказала, что ты слишком умён.

Дарак кивнул:

– Мудрая женщина. Ну пока... Тайра, – он обернулся с улыбкой. – Увидимся, когда будешь на ногах.

В несколько прыжков он по веткам доскочил до кроны ближайшего дерева и пропал из виду.

Тайра чуть заметно улыбнулась. Вот уже второй раз он назвал её по имени, а не как обычно – Юкайя. Не хотелось себе в этом признаваться, но ей это почему-то нравилось.

Тайра подождала какое-то время, подставив лицо редким в последнее время лучам солнца. Решив, что Дарак уже точно добрался до границы, она издала условный свист, который знали только братья.

Через какое-то время среди деревьев показались все трое, держащие в руках дротики:

– Тайра?

Рунай сразу понял, что не так, и закрыл глаза ладонью:

– Опять! Как же ты надоела!

Тайра не смогла сдержать широкой улыбки. Рунай уже склонился над её ногой. Юсур закатил глаза:

– Ты просто ходячая катастрофа в последнее время.

– Кто бы говорил! – Тайра притворно возмутилась. – В отличие от тебя у меня такое хотя бы не каждый день.

– Она права, – Рунай ухмыльнулся Юсуру и повернулся к Тайре. – Кстати, вчера на него упало дерево.

Юсур пожал плечами:

– Я его не заметил. Просто стоял под ним и размышлял о смысле жизни.

Таман перестал смотреть по сторонам и позволил себе наконец опустить дротик. Он с улыбкой повернулся к ним:

– Дерево высотой в три тебя. Ты полгода его не замечал, пока оно решилось.

Юсур открыл было рот для какой-то возмущённой тирады, но Рунай встал, прервав его:

– Разрыв связок. Не сильный, но какое-то время придётся посидеть дома. Таман?

Таман подошёл и поднял Тайру:

– Ты хотя бы легче, чем Юсур. Его я в следующий раз потащу волоком.

Обернувшись через плечо Тамана, Тайра показала Юсуру язык. Тот снова картинно повёл глазами, но улыбнулся. Его определённо радовало, что Тайра сегодня хотя бы в хорошем настроении, а не хмурая, как обычно.

В лагере Таман оставил Тайру на циновке возле погасшего костра. С ней остался Рунай, уже принёсший нужные травы и отвары из запасов их матери. Сама Сильва ещё утром ушла к реке собирать вербейник, чтобы делать новые лекарства. Людей в лагере было немного, но все занимались своими делами. На очередную травму Тайры даже не обратили внимания.

Когда Таман и Юсур ушли, Рунай посмотрел исподлобья на Тайру:

– Судя по отёку, ты травмировала ногу не сегодня.

Тайра смотрела себе под ноги:

– Вчера утром.

– Где же ты провела ночь?

– В одной из пещер.

Рунай долго молчал, потом вздохнул:

– Ты многое не договариваешь в последнее время. И я так понимаю, рассказывать не собираешься?

Тайра покачала головой. Рунай закончил с ногой Тайры и отодвинул травы и повязки:

– Там, где мы тебя нашли, нет пещер. Ты дошла туда?

– Да.

– Каким образом?

– На чистом адреналине, – Тайра вспомнила слова Дарака.

Рунай долго смотрел на неё, не отводя взгляд:

– Знаешь, когда ты что-то недоговариваешь, это сразу видно.

– Не задавай пока вопросов, ещё не время.

– Ты уверена?

– Да.

– Хотя бы не ищи больше неприятностей. Мы с братьями не всегда сможем быть рядом.

– Да, я понимаю это, – Тайра поджала губы, пока брат не видел. Он себе даже не представлял масштаб неприятностей...

Когда Сильва вернулась к лагерю, она внимательно осмотрела травму Тайры, похвалив работу Руная, но запретила дочери ходить ближайшие несколько дней. Тайра даже не пыталась возмущаться, что было против её обыкновения.

Тем же вечером Сильва присела к сидящей возле костра Тайре:

– Ты какое-то время ещё ходила после травмы?

Тайра буркнула что-то вроде подтверждения. Сильва серьёзно на неё посмотрела:

– Это было зря. Зачем?

– Я упала среди скал на севере.

– На севере? На границе с землями Чикун? Или на их территории?

– На их территории... Почти. Увлеклась охотой на попугаев. – Врать Сильве было бессмысленно. Тайра лишь надеялась, что она не будет спрашивать лишнего.

– Таман сказал, что они тебя нашли возле ручья недалеко от лагеря. Как ты добралась туда?

Тайра посмотрела на неё со страдальческим видом. Её надежды не оправдались.

– Ну почему все задают мне эти вопросы? Я не могу ответить. Просто поверь, что всё в порядке.

Сильва кивнула:

– Как скажешь. А у тебя самой, может быть, есть вопросы?

Тайра подумала. Её так часто о чём-то спрашивали и так редко предлагали дать ответы, что она растерялась:

– Наверное... Пока нет. Мне надо подумать.

Сильва поднялась, чтобы уходить.

– Мама? – Тайра подняла голову, словно ей пришла в голову какая-то мысль. Она помолчала, подбирая слова. – Отец всегда говорил, что все Чикун одинаковые. Что они жестокие, коварные, что у них нет чести.

– Да, – сказала Сильва осторожно. – Он так считает.

– А что, если Чикун так же думают о нас?

Сильва помолчала какое-то время:

– Наверняка так и есть.

– И они не правы.

– Конечно, не правы. Далеко не все в Юкайя такие.

– И в Чикун, наверное, тоже, – пробормотала Тайра.

Сильва помолчала, потом тихо спросила:

– Ты про кого-то конкретного?

Тайра покачала головой.

– Просто думаю.

– В любом народе есть те, кто достоин уважения, и те, кто его не заслуживает. Легко сделать вид, что это не так. Легче, когда враг – просто враг, а не человек. Но правда всегда сложнее. И она требует мужества.

Тайра молчала, глядя в огонь. Вечно мама говорила загадками, которые Тайра понимала слишком поздно. Сильва села рядом, и в тишине было слышно только потрескивание углей.

– Я не о вражде кланов сейчас, – сказала Сильва тихо. – Я о тебе.

Тайра подняла голову.

– Мужество – это не только идти в бой с копьём, – продолжала мать. – Иногда мужество – это увидеть правду, которую боишься в себе признать. И не отвернуться от неё. Даже если эта правда рушит всё, во что ты верила.

Сильва посмотрела на дочь, и в её глазах Тайра увидела то, чего раньше не замечала – не только мудрость, но и что-то похожее на грусть.

– Я не знаю, что случилось в тех скалах. Но я вижу, что ты изменилась. И, кажется, начинаешь понимать то, что многие воины не понимают всю жизнь.

Она помолчала, потом добавила тише:

– Это и есть мужество, дочь. Не убивать врага. А увидеть в нём человека и не испугаться этого.

Тайра молчала, глядя в огонь. Сильва мягко поднялась:

– Боюсь, мир ещё не готов понять это. Не только наши племена. Это существовало сотни лет и будет существовать ещё столько же.

– Ты говорила, что Дарак опасен, – Тайра решила отбросить всякую предосторожность.

– И я не отказываюсь от своих слов. – Кажется, Сильва ничуть не удивилась, услышав его имя. – Он умён, расчётлив, жесток и хладнокровен. Но возможно, ты его знаешь уже лучше, чем я?

– Он как будто действительно опасен... Но... Справедлив, что ли...

Сильва долго смотрела на неё, потом сказала:

– Я смотрю, прошлая ночь действительно сильно изменила тебя. Можешь не рассказывать, что случилось в тех скалах. То, что ты здесь, с такой травмой и при этом живая, о многом говорит. Тогда, может, он не так опасен, как я думала. Или опаснее, чем я могу представить. Время покажет.

Сильва ушла, пока Тайра думала, что ответить.

«Опаснее, чем все, кого я знала. Но только не для меня». – Определив для себя это, Тайра, кажется, впервые за долгое время свободно выдохнула. Кажется, что-то начало проясняться.

Глава 20

Тайра резко проснулась, будто её кто-то толкнул. Увидев над собой привычный потолок хижины, она осознала, что лежит в своей кровати, у себя дома. За окном было ещё совсем темно.

Она перекатилась на спину, глубоко дыша и успокаивая участившийся пульс. Картинки из её последнего сна испарялись, как дым. Пытаться ухватить их – всё равно, что ловить этот дым пальцами, но Тайра изо всех сил старалась вспомнить, что же ей снилось.

Вспышки, картинки, чьи-то лица, снова вспышки. Она от кого-то бежит, но еле переставляет ноги, словно что-то тяжёлое прижимает её к земле. Кажется, она бежит от Дарака. Она старается закричать, но из горла не издаётся ни звука. Снова лица, чей-то смех. Злой смех. Дарак стоит впереди, это не он за ней гнался. Тайра оглядывается на преследователя. Очередная вспышка, чей-то крик. Её крик.

Она закрыла глаза, смирившись с тщетностью попыток. Это всё, что она смогла извлечь из своей памяти. Возможно, это что-то значит, её мозг пытается что-то выудить из подсознания. Надо будет спросить у Сильвы, наверняка это важно. Перевернувшись, Тайра снова погрузилась в сон. Наутро она уже совершенно ни о чём не помнила.

Когда Тайра в следующий раз открыла глаза, уже рассвело. Досадуя на себя за позднее пробуждение, она поспешила взять самодельную трость, валяющуюся рядом с матрасом, и вышла из дома. Возле костра сидели Юсур и Айна, тихо переговаривающиеся о чём-то, остальных видно не было. Тайра медленно ковыляла к ним, стараясь не опираться на правую ногу. Хоть после травмы уже и прошло несколько дней, и отёк начал спадать, боль всё ещё была ощутимой.

Айна с укоризной посмотрела на подругу:

– Тайра, Сильва тебе запретила вставать как минимум ещё пару дней.

Тайра отмахнулась:

– Мне уже лучше, правда. К тому же, я аккуратно.

Юсур протянул ей лепёшку:

– На, ещё тёплая.

– А где все? – Тайра уже надкусила лепёшку, только сейчас осознав, что была голодной.

Юсур махнул рукой в сторону побережья:

– Отец, Таман, старейшины и дозорные устроили военный совет с утра пораньше.

Тайра напряглась:

– Военный совет, говоришь? Почему?

Юсур пожал плечами:

– Кто-то из патруля вернулся с севера и заявил, что Чикун странно себя ведут. То ли охотятся на нашей территории, то ли помечают наши тропы, я так и не понял. Но несколько человек взбесились и срочно хотят драться с ними. А некоторые утверждают, что надо сначала понять, чего им надо. В общем, мнения разделились, и отец собрал совет.

– А почему ты не пошёл?

– Крошка, я ж буквально только что с дозора вернулся! Ты думаешь, я бы встал так рано?

– Да, точно, – Тайра рассеянно жевала лепёшку, не замечая вопросительного взгляда Айны.

Наконец, подруга не удержалась:

– Ты-то почему не пошла?

– Я?

– Тайра, проснись уже! – Юсур дёрнул её за косу, но она только отмахнулась.

– Мне никто ничего не сказал о совете. – Тайра нахмурилась. Это было странно. Может, она и не входила в число высших рангом, но была одним из лучших бойцов и всегда участвовала в советах. Похоже, из-за травмированной ноги её временно сбросили со счетов.

Когда Тайра очнулась от своих размышлений, она обнаружила, что сидит у потухшего костра одна. Видимо, Юсур пошёл отсыпаться. Айна тоже куда-то ускользнула.

С побережья в лагерь поднимались соплеменники. Видимо, совет закончился. Старейшины сразу же направились кто в хижины, кто за пределы лагеря. Амару только коротко кивнул Тайре в знак приветствия. Она внимательно вглядывалась в лица входящих в лагерь, но никак не могла определить по ним, к какому решению пришёл совет. Все обсуждали варварство Чикун, сравнивали их и свои силы. Ничего необычного. И совершенно неинформативно.

Со стороны побережья доносились разговоры. Тайра высматривала в толпе Тамана. Уж он-то ей всё расскажет.

Когда почти все разошлись, Тайра прислушалась к голосам, всё ещё доносящимся с побережья. Разговор явно вёлся уже на повышенных тонах. Кажется, кого-то решение совета не оставило равнодушным.

Тайра поднялась и с максимальной, но по-прежнему черепашьей скоростью поковыляла в сторону берега, надеясь, что дойдёт до кричащих друг на друга соплеменников раньше, чем они подерутся.

К её изумлению, одним из участников ссоры был Таман. Его подчёркнуто сдержанный тон, казалось, был на грани. Видимо, ему требовались все силы на то, чтобы держать себя в руках. В нескольких шагах от него стоял Малир. Вот он совершенно не стеснялся в проявлении эмоций и готов был рвать и метать в бешенстве. Его дреды, собранные в длинный хвост, топорщились со всех сторон, а вдоль всей руки Малира шёл длинный белый шрам, побелевший от напряжения сжимавшей копьё ладони.

Тайра закусила губу. Хорошо это не закончится. В голову без спроса влезли воспоминания о словах Дарака: «В Юкайя есть такие же? Как те двое?». Есть, конечно. Малир, например. Обычно Тайра и её братья с ним почти не контактировали, но слава о его «стратегиях», которые Дарак назвал бы «подлыми», шла далеко за пределы племени.

Рядом с Таманом и Малиром стояли Рунай и ещё двое. Кажется, они пытались урезонить участников спора. Тайра поковыляла чуть быстрее, волоча правую ногу по песку и опираясь на костыль. К тому времени, как она уже могла разобрать слова, Рунай и Таман уже ругались на Малира вдвоём. Айхан и Вилар – вблизи Тайра их узнала, встали по бокам от Малира, готовые лезть в драку.

– ... А ты так и будешь сидеть и ждать, пока нас всех не перебьют?! – Малир, очевидно, заканчивал свою обвинительную тираду.

– Мы не ждём. Мы разведываем, – нарочито спокойно парировал Таман, кипя от злости. – Мы ничего не знаем об их численности и планах. Вилар видел только одного.

– Одного! Этого одного достаточно, чтобы отметить себе все наши тропы. Они ориентируются на нашей территории уже лучше половины Юкайя. Фиксируют себе ландшафт и ходы на плантациях. Ты думаешь, просто так?!

– Малир, не пори горячку, – вскипел Рунай. – Засада вслепую – не храбрость, а глупость.

– Глупость – это видеть Чикун на нашей земле и ничего не делать! Юкайя превратились чёрт знает во что, а не воинов. Моему брату, когда он видел подобное, не требовалось разрешение совета, он не ждал, просто пошёл и...

– И погиб, – перебил Таман. – И это лишний раз доказывает, что мы должны поступать умнее.

Похоже, это стало последней каплей. Малир взревел, схватив копьё и бросился к Таману. Таман, видимо, был готов к такому исходу, и, не моргнув, встретил удар своим копьём. Завязалась драка. Тайра беспомощно оглянулась вокруг, но ни вождя, ни старейшин рядом не было. Никого, кто мог бы разнять их. Рунай, Айхан и Вилар отошли, не вмешиваясь в бой двух негласных лидеров.

Сжав челюсть, Тайра поковыляла быстрее, понятия не имея, что сделает, когда достигнет места схватки. Но стоять и смотреть на это не могла.

Когда она дошла, Рунай остановил её, мягко схватив за предплечье и шепнув:

– Не вмешивайся. У них давно это назревало. Ты никак не повлияешь.

Тайра закусила губу. Ну да, кричать Таману бесполезно, отвлечение сейчас может ему дорого обойтись. А Малир её даже не услышит.

Очередной выпад Тамана подкосил обе ноги Малира, и тот рухнул в песок. Тяжело дыша, Таман наклонился:

– Всё? Теперь выслушаешь?

Зарычав, Малир неожиданно швырнул в глаза Таману горсть песка. Тайра вскрикнула, когда он вскочил и занёс копьё над Таманом, пока тот протирал глаза. Игнорируя боль, она быстро сделала шаг вперёд, встав перед Малиром.

– Стоп! Ты перешёл черту! Достаточно.

Растерявшись всего на секунду, Малир занёс копьё, но не успел обрушить его. Удивлённо посмотрев на свою пустую ладонь, он пытался понять, куда делось оружие.

Выдернувший копьё из его руки, слева от Малира вышел Рунай:

– Хватит. Амару тебя лично прикончит, если ты это сделаешь.

Взбешённый Малир повернулся к нему, явно раздумывая, придушить того голыми руками или сначала отобрать своё оружие. Рунай опустил копьё остриём в ноги Малира:

– Я сказал: хватит. Приди в себя, Малир.

Тяжело дыша, Малир взял себя в руки. Его грудь тяжело вздымалась, он быстро бросил взгляд на Тамана, который прочистил от песка глаза и уже держал своё копьё нацеленным на соперника.

– Мы потом ещё договорим. – Чеканя каждое слово, проговорил Малир. Смерив замершую рядом Тайру презрительным взглядом, он вырвал своё оружие из рук Руная и, не оглядываясь, направился к лагерю. Айхан и Вилар последовали за своим предводителем.

Таман, проходя мимо Тайры, успокаивающе похлопал её по плечу, но ничего не сказал, только молча направился к южной части поселения. Рунай подошёл к Тайре:

– Зря ты сюда пришла.

– Я знаю. Но сдаётся мне, этим всё не закончится.

– Переживаешь?

– Конечно.

Рунай слегка улыбнулся:

– Этот придурок – не чета Таману. Твой брат просто не желает бить соплеменников. Если бы он дрался в полную силу, он Малира ещё в начале боя по песку бы раскатал.

Тайра кивнула, не желая продолжать разговор. Дело не в том, что Таман сильнее. А в том, что Малир вполне способен нанести удар даже и вне драки. Рунай и без неё это знал, но старательно избегал этой детали.

Предложив руку в качестве опоры Тайре, Рунай медленно шёл с ней в сторону лагеря, рассказывая о том, что было на совете, но Тайра слушала вполуха. И так всё было ясно из стычки Малира с Таманом. Одни хотят драться, вторые хотят всё выяснить, прежде чем бросаться в бой. Вторых пока что чуть больше, и Малир из-за этого в ярости.

– Хочешь знать, откуда Малир узнал о Чикун на нашей земле? – Рунай шагал, задумчиво глядя перед собой.

Тайра подняла голову:

– Вилар же видел одного. Я слышала, как Таман сказал.

– Одного, а Малир говорил так, будто знает гораздо больше. Вилар принёс ему сведения, я слышал их утром, но не поднимал эту тему на совете.

– На что ты намекаешь? – Тайра с подозрением сощурилась.

– На то, что им известно, где ходят южные дозорные в Чикун. И насколько часто. Малир упомянул это на совете. И что они каким-то образом запоминают и фиксируют себе наши тропы среди плантаций. Как думаешь, откуда Малир мог это узнать?

Тайра остановилась как вкопанная, вытаращив глаза на Руная:

– У Малира есть информатор в Чикун? Нет. Это какой-то бред. Он скорее сбросится со скалы, чем хотя бы заговорит с врагами, ты же его слышал!

– Не у Малира, а у Вилара, – Рунай мягко подтолкнул её, призывая идти вперёд, и они снова зашагали, понизив голоса. – Малир сам без понятия, откуда такие сведения. И ему всё равно, он не видит перед собой ничего, кроме возможности устроить бойню. Не знаю, почему. Возможно, из-за брата. Помнишь, как он взбесился, когда Таман упомянул его?

– Ты говорил про Вилара, – Тайра едва сдерживала нетерпение.

– Ну да. Юсур как-то сказал, что часто видел его, шатающимся на северо-запад в одиночку. При том, что Юсур наперечёт знает всех своих дозорных, и Вилар явно ходил по своей инициативе, да ещё и после заката.

– Странно...

– Вот и я говорю: странно. Так что, либо Малир – хороший притворщик, либо Вилар – искусный двойной игрок. Айхан наверняка тоже в этом всём участвует. Эта троица нам ещё создаст проблемы, вот увидишь.

– Надо сказать отцу!

– А доказательства? Это очень серьёзное обвинение. С предателями быстры на расправу, но если Малир и его прихвостни ухитрятся доказать, что это клевета... И поверь мне, они не так глупы, чтобы не сфабриковать все нужные детали.

Тайра закусила губу. Об этом она не подумала.

Доведя Тайру до лагеря, Рунай куда-то ушёл, прихватив лук. Малир и Вилар тоже исчезли. У стены одной из хижин Тайра заметила Айхана, который только что устроился на циновке, чтобы строгать из дерева будущие стрелы.

Подковыляв к нему, Тайра присела рядом.

– Что? – Айхан угрюмо посмотрел на неё.

– Таман сказал, что Вилар видел кого-то из Чикун на нашей территории.

– И?

– Это явно не вся информация. Этот Чикун помечал наши тропы? Каким образом?

Айхан со вздохом отложил стрелу и повернулся к Тайре, пронзив её таким взглядом, что той стало не по себе:

– Во-первых, надо было присутствовать на совете, если ты хотела всё это знать. Вилар сказал, что давно наблюдал за Чикун исподтишка, не нападая. За каждым их движением.

Кажется, сердце Тайры забилось где-то в районе горла, но она не подала виду, просто кивнув. В какой-то момент даже она сама усомнилась в подозрениях Руная.

От Айхана не ускользнуло молчание Тайры, он продолжал пристально смотреть на неё.

– А во-вторых, Малир видел вас с Дараком. Обоих.

С трудом заставив себя не терять концентрацию, Тайра пыталась слушать Айхана, хотя сердце уже ухнуло из горла куда-то далеко вниз.

Айхан перевёл взгляд на свои стрелы.

– Он молчит, потому что у него пока мало доказательств, никто ему не поверит. Но это – вопрос времени, Тайра. Ты думаешь, он от избытка эмоций на тебя замахнулся? Он убил бы тебя с превеликим удовольствием даже ценой изгнания из племени.

Он замолчал. Тайра сидела в оцепенении, пытаясь что-то сообразить, но мысли не лезли в голову. Холодный ужас за себя, Дарака и вообще всю её семью медленно затапливал сознание. Айхан снова поднял на неё взгляд. В нём читались равнодушие и даже какая-то скука:

– Ты смелая. Но глупая. Как и твой брат, кстати, вы оба ему не нравитесь. Но пока у нас была пусть и вялотекущая, но хоть какая-то война с Чикун, Малир считал всё правильным. А теперь ты братаешься с врагом или, по крайней мере, так это выглядит. Таман отказывается от прямого боя якобы во благо племени. Малир взбесится, вот увидишь.

В голове Тайры вспыхнули сразу несколько вопросов. Насторожившись от равнодушного удовлетворения Айхана при таких словах, она попыталась сформулировать хотя бы один:

– Почему ты мне это говоришь? Тебе всё равно?

– Нет, не всё равно, – Айхан пожал плечами с таким скучающим видом, что Тайра ему не поверила. – Но Малир – мой друг... В каком-то смысле. Двоих друзей я уже потерял из-за их слепой ненависти к Чикун. Помнишь, наверное. Одним был брат Малира, второго казнили за то, что тот поубивал пленных. Не хотелось бы терять ещё одного. Вилару мы тоже многим обязаны, он раздобыл огромное количество ценных сведений о Чикун.

Айхан начал размеренно строгать стрелы, словно разговаривая с самим собой.

– Малир умнее, чем ты думаешь. И он горит желанием показать Чикун, кто на этом острове хозяин после того, как побывал у них в плену. Видимо, для него это было унизительно. Так что имей в виду, если ты или Таман встанете у него на пути, он просто уберёт вас обоих, и плевать он хотел на Амару и совет старейшин.

Тайра нервно сглотнула. Нет, конечно, она знала, что Таман и Малир давно не ладили, но понятия не имела, что настолько. И Малир никому не рассказал, что видел её с Дараком. Или он очень глуп, но, если верить Айхану, эта версия отпадает, или планирует что-то хуже, чем публичные голословные обвинения. Айхана, судя по всему, не радует перспектива прямой резни без плана и стратегии, но ему глубоко плевать. Он и пальцем не пошевелит, чтобы как-то повлиять на это.

Ничего не отвечая, Тайра тяжело поднялась и пошла в сторону кострища. Айхан даже не обратил внимания на её движение, насвистывая какую-то незатейливую мелодию и продолжая делать стрелы.

Глава 21

Едва лишь лодыжка Тайры зажила до приемлемого состояния, она тут же попыталась рвануть в джунгли. Первая попытка не удалась, потому что её успела остановить Сильва, и под её строгим взглядом Тайра села лущить фасоль. Это заняло полдня.

Второй раз её уход пресёк Таман, заявив, что пока она хоть немного хромает, никаких дальних вылазок. Тайра надулась и остаток вечера провела за сбором фруктов с Айной, жалуясь ей на жизненную несправедливость, строгую мать и чересчур опекающих братьев. Айна не могла её понять – она была тихой и домашней, ей было за радость находиться в поселении и заниматься рукоделием. Но она сочувствовала как могла, и Тайра это ценила в подруге.

Тем не менее, сама Тайра была слишком деятельной натурой, и от череды однообразных дней хотелось выть и лезть на стену.

В очередное раннее утро, пока многие спали, Тайра тихо выскользнула из лагеря, прихватив новое копьё и используя его как дополнительную опору. На мгновение она задержалась у хижины, проводив взглядом спину Малира и его друзей, которые, не заметив её, направились на охоту в сторону западных болот. Удовлетворённо выдохнув, она повернулась к северу. Привычный заплечный мешок с припасами и лук со свежими стрелами, одолженными у Руная, она закинула за спину. Солнце ещё не встало, но уже почти рассвело, ночные птицы заканчивали свои трели, передавая смену дневным.

Когда Тайра добралась до северного водопада, край солнца уже показался над горизонтом, залив светом пики самых высоких скал.

Тайра села на камень недалеко от реки. Если Дарак сегодня в своей пещере, он её увидит. Она посмотрела на скалу, от которой её отделяли джунгли и ручей, невидимой границей проходящий по воде. Пещеры не было видно с этого места.

Расположившись на мягком мху, Тайра достала пару фруктов, чтобы перекусить.

Её завтрак прервал Дарак, перепрыгнувший ручей и подходивший к ней с луком в руке:

– Что-то ты рано.

Тайра подняла голову:

– Солнце уже почти встало. Смотрю, твоя охота в разгаре. – Она кивнула на лук у него в руках.

Дарак кивнул, внимательно посмотрев на неё:

– Я имею в виду, не рано ли для вылазок после недавней травмы? Времени прошло маловато.

Тайра пожала плечами:

– Мне было чудовищно скучно. К тому же, я уже почти не хромаю. Даже пару раз тренировалась. Недолго, но всё же.

Дарак ухмыльнулся:

– Ну да, чего ещё можно ожидать от такой занозы.

Он поставил лук на землю, подперев им подбородок:

– Как-то даже неудобно вызывать тебя на бой после всего.

– Да уж...

Оба замолчали, чувствуя неловкость. Как им теперь драться? А если не драться, как они привыкли, то что им теперь делать? Тишину нарушила Тайра, озвучив глупую на первый взгляд мысль:

– Мы могли бы сделать тренировку. Не обязательно угрожать друг другу смертью в этот раз.

Она с сомнением посмотрела на него, ожидая очередной насмешки.

Но Дарак, подумав, согласился и взял копьё:

– Попробуем.

– Только не целься по ногам.

Он хмыкнул:

– Ладно.

Тайра встала, подняв оружие. Она начала атаку первой. Бой действительно напомнил ей тренировку с братьями. Поединок не на смерть, а на оттачивание техники. Без напряжения, без ненависти, без тяжёлых ран. Дарак отбил очередной её выпад:

– Поаккуратнее! От копья-то я успеваю увернуться, а твоя коса чуть не хлестнула меня по глазам.

Тайра подавила улыбку: от этого комментария даже настроение поднялось.

– Так и задумано, это моё дополнительное оружие.

– Нечестно! – Однако его глаза выдавали полное удовлетворение поединком.

В какой-то момент очередной удар Тайры вдруг попал в пустоту. На целую секунду она остановилась в недоумении, но внезапно возникшее слева копьё Дарака сильным толчком сбоку отправило её валяться в пыли.

Откашливаясь, Тайра оперлась на руки. Ну вот опять. Ужасно.

Дарак стоял рядом с довольной ухмылкой:

– Нравится? Я сам придумал этот приём.

– Да уж... Сногсшибательно. – Она рукой пыталась разогнать облако коричневой пыли, забивавшей нос и глаза.

Хмыкнув, Дарак протянул ей руку. Увидев этот жест, Тайра в недоумении взглянула на его ладонь, потом на Дарака. Он ждал. Поколебавшись, она всё же взялась за его руку, позволив Дараку её поднять. Он отошёл на шаг назад.

– Странно... – пробормотала Тайра.

– Что странно?

– Что, ты даже не поглумишься над недостойной Юкайя и всё такое?

Он прищурил глаза:

– А ты этого хочешь?

– Нет, конечно!

Он ухмыльнулся:

– У меня был такой соблазн, но теперь, когда ты знаешь правду...

Он оставил многозначительную паузу, но Тайре продолжение и не требовалось. Всё это было более несуразно, чем она себе представляла.

Дарак посмотрел на неё исподлобья:

– Хочешь, покажу, как это делать? Давай ещё раз. Медленно.

Тайра с облегчением кивнула. Она повторила удар копьём, которое снова уткнулось в пустоту: Дарак успел сместиться в сторону:

– А теперь смотри, – он медленно описал полукруг копьём в воздухе и мягко уткнул тупым концом ей в бок, – видишь? Если я толкну быстро, ты снова улетишь.

Тайра минуту поразмыслила, глядя на его копьё:

– Давай ещё раз.

Её попытка ударить с другой стороны успехом не увенчалась. Развернуть копьё – тоже. Его древко неизменно грозило отправить её в пыль. Дарак молча наблюдал. Наконец, с третьего раза Тайра догадалась во время удара сместиться в сторону и блокировать его движение древком своего копья:

– Вот оно!

Дарак хмыкнул:

– А ну-ка ещё раз.

Повторив то же движение в динамике, Тайра успешно отбила атаку, чуть не выбив оружие у Дарака из рук. Тот прищурился:

– Неплохо.

Девушка гордо выпрямилась, как будто он только что рассыпался перед ней в комплиментах. Дарак подавил смешок.

Устав, Тайра присела, прислонившись спиной к дереву и вытянув ногу, которая уже начинала поднывать. Она инстинктивно оглядела ближайшие заросли и чуть расслабилась, никого там не увидев. Среди тонких лиан спрятаться сложнее, чем где-нибудь в папоротниках, она бы сразу кого-то заметила. Слова Айхана о Малире не выходили у неё из головы, но пока что она твёрдо решила, что Дараку знать об этом необязательно. Кто знает, как он отреагирует...

Дарак присел рядом:

– Всё-таки зря ты не дождалась полного восстановления.

– Это было невыносимо. Я столько дней сидела дома. – Тайра постаралась быстро выбросить из головы мысли о Малире.

– Должно быть, это было ужасно, – Дарак снисходительно улыбался, неправильно истолковав выражение её лица.

– Это была пытка. Мама заставила меня лущить фасоль!

Дарак согласно кивнул с серьёзным лицом:

– Бесчеловечно.

Тайра фыркнула. Он сейчас так напомнил ей Юсура, что захотелось кинуть в него лепёшкой, но она сдержалась. И лепёшки рядом не было.

Заметив её молчание, Дарак покосился на неё:

– О чём-то задумалась?

Она замялась:

– Да просто... Это так странно.

– Что мы сидим и разговариваем, не хватаясь за оружие и не пытаясь убить друг друга?

Тайра молча кивнула. Дарак перевёл взгляд на горизонт:

– Это действительно непривычно. Но, наверное, это первый наш бой, исходом которого я доволен.

Тайра удивлённо воззрилась на него, вспомнив все его торжествующие издёвки в конце каждой битвы:

– Ты серьёзно сейчас?

Он покосился на неё:

– Можешь мне не верить. Но ощущение у меня такое. А ты не довольна разве?

– Я как никогда довольна. Не валяться на земле в очередной раз опозоренной твоими приёмчиками, – Тайра позволила себе улыбнуться, – без злобы драться немного легче. Даже приятно.

– Мы же не будем прекращать, да? – он снова искоса посмотрел ей в глаза. – Мне нравятся поединки с тобой. Это интересно. И держит в тонусе.

– Ни в коем случае не будем прекращать.

– Значит, решено.

Солнце поднялось высоко. Тайра и Дарак никуда не торопились, сидя на мху, неспешно поедая фрукты из заплечного мешка Тайры и обсуждая тактики ведения боя и оружие. Иногда Тайра бросала быстрый взгляд на кусты с южной стороны.

На джунгли уже опустились сумерки, когда Тайра наконец вернулась к дому. Входя в лагерь, она снова поймала себя на мысли о том, что ищет взглядом Малира. Его не было. Сильва при виде неё укоризненно цокнула языком, но Тайра только виновато улыбнулась. Набрав еды и цапнув по пути кусок запечённой рыбы, Тайра расселась возле костра рядом с Рунаем, который уже ужинал. Он удивлённо на неё посмотрел:

– Ты чего такая довольная?

– Просто удачный день.

– Почему?

– Я наконец-то выбралась в джунгли после заточения. Это как глоток свежего воздуха после того, как долго просидел под водой.

Подумав, Рунай удовлетворился этим объяснением:

– Рад за тебя. Уже надоело видеть тебя вечно недовольной. Даже кукуруза киснуть начала.

Тайра засмеялась шутке. Рунай снова уставился на неё:

– Тебе мама не ту траву в отвар подсыпала, что ли?

– Я просто радуюсь жизни.

Вернувшись к своей рыбе, Рунай пробормотал:

– Твоё настроение меняется быстрее, чем тропическая погода. Не удивлюсь, если уже после ужина ты меня пошлёшь куда подальше.

Тайра с аппетитом уплетала рыбу, точно зная, что завтра день уже не будет скучным. Она снова пойдёт на север, к скалам.

Глава 22

Тайра проснулась на рассвете. Выйдя из хижины, она с грустью взглянула на затопленное водой кострище. После проливного ночного дождя, в лагере кругом стояли лужи, там и тут с верхушек деревьев обрушивалась вода, собравшаяся в чашах крупных листьев. Подумав несколько секунд, Тайра решила не завтракать. Поест по пути. Разведение костра займёт половину утра, пусть сегодня этим займётся кто-нибудь другой.

Закинув на плечо копьё, Тайра сделала небольшой крюк через плантации, чтобы прихватить с собой папайю и несколько бананов. Жуя на ходу, она направлялась к скалам и уже ставшему привычным водопаду. Дарак обычно приходил позже – ответственно занимался костром и приведением оружия в порядок прежде, чем покидать лагерь.

Солнце уже коснулось верхних ветвей, когда Тайра услышала журчание воды. Неторопливо обойдя озерцо, она поднималась пешком по пологой части скалы, с которой ниспадала небольшая река, в этот раз превратившаяся в бурный коричневый поток от обилия дождевой воды.

К её удивлению, Дарак уже сидел там и крутил в руках какой-то камушек. Он широко улыбнулся при виде Тайры и небрежно швырнул камень в водяной поток:

– Ты рано, как всегда.

Тайра улыбнулась в ответ, отметив про себя, что он определённо рад её видеть.

– А вот я не ожидала тебя увидеть сегодня так рано.

Дарак пожал плечами:

– Не спалось.

– Почему?

Он свысока посмотрел на Тайру:

– Так я тебе и сказал, Юкайя.

Тайра нахмурилась, но Дарак тут же легко спрыгнул с камня и подошёл к ней, заглянув в глаза:

– Я пошутил, не дуйся. Думал, что ты сразу в драку полезешь.

Она отвернулась, чтобы он не заметил смятение на её лице. Но, кажется, Дарак понял это движение по-своему. Он проворно схватил её за локоть и повернул к себе:

– Не обижайся. Но ты сильно изменилась, – он на секунду прижался губами к её макушке и тут же отпустил. – А если серьёзно, я просто не мог уснуть. Много думал. Но уверяю, что ничего интересного.

Тайра не успела понять, что произошло, а он уже отошёл. Она сбивчиво буркнула что-то, хотя его последних слов практически не слышала. Она правда изменилась. И очень сильно. Несколько лун назад она бы не стояла, покрасневшая от подобного жеста. С одной стороны, это пугало, с другой... Интересно, это он просто машинально чмокнул её в волосы или хотел это сделать? Но она была рада, что Дарак отвернулся и не видел её лицо.

Тем временем он уже отошёл к уступу, на котором сидел, и подобрал свой привычный лук:

– Похоже, ты не в настроении для боя. Я тоже, если честно. Займёмся чем-нибудь другим?

Тайра подняла голову, с трудом оторвавшись от своих мыслей:

– Чем это?

– Можно половить рыбу на побережье. Погода как раз располагает.

Тайра поморщилась. Рыбак из неё ещё тот. И вроде как Дарак помнил, что плавает она неважно.

– Может, поохотимся на птиц?

Дарак удивлённо обернулся:

– Что, настолько всё плохо с плаванием?

Он помнит? Когда она не ответила, он усмехнулся:

– Пойдём, не бойся. Я покажу хорошее место. Это на востоке, почти на самой границе.

Добравшись до восточной стороны острова, Тайра увидела простирающийся справа белый песчаный пляж. Солнце поднялось уже достаточно высоко, и море казалось бирюзовым на фоне мелкого песка. Слева пляж резко переходил в острые скалы, грозно нависающие над водой. Наверное, больше нигде граница между землями Чикун и Юкайя не проходила так чётко.

Дарак вопросительно кивнул на ровный пляж:

– Полагаю, предпочтёшь отправиться туда?

Тайра хотела было согласиться, но остановилась. Если они будут вместе на территории её племени, это может плохо закончиться. Она не забыла про Малира и его дозорных. Далеко на север они обычно не ходили. По крайней мере, она никогда не видела их следов возле их с Дараком водопада. А вот на восток – очень даже часто. Она нервно сглотнула:

– Ты знаешь... Давай начнём со скал, ты говорил про какое-то хорошее место.

Дарак с подозрением посмотрел на неё:

– Ты хочешь пойти сразу на территорию моего народа? Я думал, тебе будет комфортнее на своей земле. За меня можешь не переживать, если ты об этом. Я не в первый раз перехожу все границы. – Он украдкой усмехнулся шутке, понятной ему одному.

– Н-нет. Я хочу отправиться туда. – Запнувшись, твёрдо заявила Тайра и поспешно пошла к скалам, надеясь, что не передумает. Если Малир с друзьями шныряет поблизости, на земли Чикун они не полезут. Как ни парадоксально, сейчас там безопаснее.

Поколебавшись, Дарак ускорил шаг и обогнал её:

– Тогда иди за мной, я знаю тропу. Она приведёт к самой воде. Держись поближе к скале. И... – обернувшись, он внимательно посмотрел на Тайру. – ... не смотри вниз.

Спускаясь, Тайра уже десять раз пожалела о своём решении. Но Малир пугал её больше, чем волны внизу, так что решено. Смотреть вниз не было необходимости – она прекрасно слышала плеск волн, а воображение уже рисовало её собственное долгое падение со скалы.

Дарак обернулся, внимательно изучая её взглядом:

– Ещё не поздно передумать.

– Нет. Идём.

Вздохнув, он протянул ей руку. Они спускались по узкой едва заметной тропинке, петляющей вдоль отвесной скалы. Дарак уверенно шёл, будто он каждый день гулял по ней. Вполне возможно, что так оно и было.

Тайра, привычная к мягкой земле, зарослям и корням, чувствовала себя неуютно на краю скалы. Она сжала ладонь Дарака, стараясь не думать о том, удержит ли он её, если она всё-таки оступится. Он ничего не сказал и не обернулся, только чуть крепче сжал пальцы. Это подействовало успокаивающе.

Тайре показалось, что они спустились слишком быстро. Она отпустила руку Дарака, когда он пошёл по камням, на ходу доставая из-за спины пару дротиков:

– Этим можно охотиться, как острогой. Нырять пока необязательно, здесь мелко, рыба плавает почти на самой поверхности. Видишь чёрные спины? Попробуй.

Тайра вздохнула. Ну хоть плавать пока не надо. Какое облегчение.

Получилось не с первого раза. И не со второго. Третий – тоже промах. Дарак оперся подбородком на лук и спокойно наблюдал, подсказывая, куда лучше поставить ногу и под каким углом направить дротик. Наконец, Тайра ухитрилась поддеть одну рыбину, она радостно вскрикнула. Дарак удовлетворённо усмехнулся:

– Бросай вон туда. Теперь моя очередь.

Поймав несколько больших рыбин, они решили, что им этого хватит. Тайра развела костёр на каменистом берегу, закрытом с востока скалой. Дарак уселся, оперевшись спиной о валун.

– Неплохо. Я так понял, в море ты раньше рыбачила, но нечасто.

– Очень давно, в детстве. Пока не узнала, что для этого иногда надо ещё и плавать. Рыба не всегда поднимается на самую поверхность, как сегодня. А вот братья рыбачить любят.

– Ты совсем не умеешь плавать?

Тайра вскинула голову: Дарак ухмылялся.

– Умею! Просто... Не очень хорошо. И не очень долго. Я умею держаться на воде и даже проплыть небольшое расстояние, если нужно. Но как-то... в общем, это не моё.

Дарак кивнул:

– Понял. Твоя сила – охота в лесу, это я видел. А как насчёт деревьев и скал?

Тайра поколебалась. Чтобы занять чем-то руки, она взяла одну рыбину и начала сосредоточенно чистить:

– Высоты я не боюсь. Но не могу сказать, что мне это доставляет удовольствие. Юкайя – всё-таки люди земли. Только Юсур умеет лазать, как обезьяна. Наверное, единственный среди нас всех.

– Юсур? – Дарак наморщил лоб, словно вспоминая что-то.

– Один из моих братьев. Второй по старшинству.

– Так вот оно что.

– Ты о чём?

– Ни о чём.

Тайра с подозрением на него посмотрела, но Дарак уставился на горизонт, явно не желая развивать свою мысль. Тайра вернулась к рыбе, отметив про себя, что не она одна, похоже, имеет секреты. Ей это не очень нравилось, хоть и было справедливо. Когда-нибудь она честно расскажет ему про Малира. Но не сегодня. Кто знает, какая вспышка за этим последует...

– В общем, – она помедлила, подбирая слова. – На высоте мне просто некомфортно. Я чувствую себя не в своей тарелке. Мне не страшно, но вся моя ловкость куда-то улетучивается. Я либо должна сосредоточиться на охоте, либо на том, чтобы удержать равновесие.

Дарак повернул к ней голову. В его глазах зажёгся хулиганский огонёк.

– Можешь не рассказывать, я прекрасно помню, как ты полезла на скалу за теми попугаями, – поддел он её.

Тайра сверкнула глазами, но в следующее мгновение вздохнула, и сделала вид, что полностью сосредоточена на рыбе.

Дарак подсел к ней поближе и слегка толкнул плечом:

– Ты с каких пор стала такая обидчивая?

Тайра помедлила, пытаясь подобрать правдоподобный ответ. Дарак внимательно смотрел на неё:

– Тебя что-то тревожит. Это как-то связано со мной?

Подумав, Тайра кивнула. Дарак поднял одну бровь:

– Ты боишься чего-то?

Молчаливый кивок.

– Меня?

Тайра энергично помотала головой из стороны в сторону и снова уставилась себе под ноги. Дарак нахмурился:

– Ладно. Вижу, ты не готова об этом говорить. Я подожду. Полагаю, ты по этой причине не захотела рыбачить на пляже Юкайя и пошла в скалы, хотя и не любишь их, не так ли?

Тайра замерла. Она не думала, что Дарак так легко её читает. Наверное, это должно было напугать её. Почему же она испытывает облегчение?

Он молча приобнял её, положив подбородок ей на макушку, но в этот раз не отпустил. Тайра медленно выдохнула, стараясь не шевелиться. Почему-то этот покровительственный жест не ущемлял её самолюбие. Скорее обнадёживал. Она и правда изменилась, все вокруг правы. Все они. Но теперь её это не злило, как раньше. Она наклонила голову, уткнувшись носом в плечо Дарака.

Глава 23

Идя в лагерь после первого тренировочного боя с Тайрой, Дарак чувствовал воодушевление. Он не утруждал себя раздумьями, почему раньше победы над Тайрой угнетали его, а тренировочный поединок оставил с хорошим настроением. Не было смысла углубляться в поиск причин и портить этот день. Насвистывая какую-то мелодию, Дарак заново воспроизводил элементы прошедшего боя, а потом и разговор с Тайрой. Увлёкшись, он даже не заметил, как прошёл мимо отца, опомнившись, только когда Сарган окликнул его:

– Дарак! С каких пор даже не останавливаешься для приветствия?

Дарак вздрогнул, возвращаясь мыслями в реальность.

– Прости, задумался.

– Присядь.

Он послушался, но напрягся под взглядом вождя. Сарган продолжил своё занятие. Только сейчас Дарак заметил, что он натачивал наконечники для боевых стрел.

«Странно, – мелькнуло у него в голове. – Не охотничьи стрелы? Для чего?»

– Ты знаешь, примерно в твоём возрасте я тоже целыми днями пропадал из поселения. Приходил только поспать, и то не всегда.

– Почему? – Дарак не хотел этого знать, но понимал, что Сарган ждёт этот вопрос.

– Сбегал на юг, к побережью острова. С Юкайя у нас тогда было не такое чёткое разделение земель, мы просто дрались друг с другом где попало. А на юге обычно промышляли Урава. Добывали жемчуг.

Дарак уже знал, куда он клонит, но не мог понять, с чего вдруг Сарган решил об этом вспомнить.

– Ты знаешь, чем это кончилось, – Сарган спокойно продолжал, проверяя остроту наконечника в лучах солнца. – Тали стала моей женой. Я долго наблюдал за ней, и она знала об этом. Вела себя достаточно высокомерно – прекрасно осознавала свою красоту. Должно быть, всеобщее внимание ей льстило, моё в том числе. После того, как я её украл, Урава перестали приплывать к этому острову как к себе домой. Только иногда, чтобы поторговать.

– Зачем ты...

– Затем, – Сарган наконец посмотрел сыну прямо в глаза. – Что я узнаю этот взгляд. И все твои исчезновения из лагеря. За кем ты следишь?

Дарак сосредоточил взгляд на наконечниках, думая, что ответить. Он не следил. Просто хотел её видеть. Но Сарган, кажется, не допускал мысли, что бывает по-другому. Не дождавшись ответа, вождь снова вернулся к своим стрелам:

– Вожди больше не похищают себе жён. К сожалению. Кроме нас и этих Юкайя на острове никого уже и нет. Остальные приплывают крайне редко. Ты – сын вождя. Если тебе понравилась девушка, ты имеешь право просто забрать её из семьи. Никто из Чикун тебе и слова не скажет.

Дарак тихонько выдохнул. Отец даже не считал Юкайя за людей. С одной стороны, это облегчение, с другой – что-то неприятное шевельнулось в груди. Сарган снова повернулся:

– Так кто она? Урава?

– Я... Пока выбираю. Знаешь, присматриваюсь.

Вождь удовлетворённо хмыкнул:

– Значит, Чикун. Следишь за девчонками возле лагуны? Я даже не заметил, когда ты вырос. Ну так на ком остановился?

Дарак повернулся полубоком, размышляя, как бы побыстрее свернуть этот разговор. Нет ничего хуже, чем когда родители начинают копаться в твоей личной жизни. Его передёрнуло:

– Это Гира. – Он бросил через плечо первое имя, которое пришло в голову. Как раз вчера она раздавала ужин.

Сарган поднял брови:

– Дочь Ватара? Неплохой выбор. Вы уже...

– Отец! – Дарак встал, собираясь уходить. – Я сам разберусь, ладно?

– Ну-ну. Здорово она тебя зацепила.

Уже сделав пару шагов по направлению к шалашу, Дарак обернулся:

– В смысле?

– Не думай, что я не вижу. Ты забросил тренировки, охоту, даже рыбу не знаю, когда приносил в последний раз. А ещё как-то ты размяк, сын. Раньше и нескольких дней не проходило, чтобы ты с кем-нибудь не подрался, а теперь? Жаль, что Аскар и Туран сверзились со скалы тогда. Понесло же их туда зачем-то во время тумана. Они хоть иногда держали тебя в тонусе.

Дарак сжал челюсть так, что клацнули зубы. К счастью, Сарган не заметил, стуча наконечником о камень, чтобы стряхнуть стружку.

– Это ненадолго, Дарак. Тебя отпустит, когда ты добьёшься своего. Просто сделай это побыстрее. Я планирую слегка напугать Юкайя в ближайшее время. Мне кажется, уж больно они жируют без настоящих драк. И твоё участие будет весьма кстати.

Не ответив, Дарак развернулся и направился к шалашу, обдумывая слова отца. Слова про драку он пропустил мимо ушей – Сарган всегда грезил боями и кровью. А вот то, что он сказал про поведение Дарака... То есть как это «размяк»?! Он, Дарак, размяк?!

Поднявшись в дом, Дарак бросил в угол копьё и тяжело сел на матрас. Его взгляд упал на шкуру ягуара возле окна. Рядом с ней висел неприметный кожаный ремешок с косы Тайры, которым она когда-то перетянула его рану. Задержав на нём взгляд, Дарак отвернулся к стене и лёг на бок. Пожалуй, в чём-то отец был прав. Здорово она его зацепила. Он и не думал об этом, пока его не ткнули носом. Прокручивая в голове последние события, Дарак закрыл глаза и перевернулся на спину. Он понимал, что ввязался в опасную игру. Сарган не из тех, кто просто так простит предательство, да ещё такого масштаба. И он уже начал что-то замечать.

Напрасно Дарак рассчитывал забыться сном. Ворочаясь на шкурах, он то и дело возвращался мыслями к Тайре и их последней тренировке.

«Мама заставила меня лущить фасоль!» – она выглядела как обиженная несправедливостью девочка. Забавная. Хорошо дерётся. Но на скалах удивительно неуклюжая. Интересно, она что, боится высоты? Джунгли – точно её стихия, едва ли от неё скроется даже стрекоза. А вот на скалах... И судя по её ужасу при падении в водопад, плавает она тоже не ахти. Кажется, это было так давно.

Дарак перевернулся на живот, положив подбородок на кисти рук и уставившись в стену. Взгляд снова метнулся к шкуре ягуара, пробудив воспоминания о том, как они стояли с Тайрой в расщелине скалы, прячась от хищника. Сконфуженная Тайра, прижатая скалой к его груди и старательно отводящая взгляд от его лица, снова всплыла в воображении. Он едва помнил свои ощущения из-за кровоточащего плеча, но сейчас заново проигрывал всю ситуацию у себя в голове, получая необъяснимое удовольствие от этого.

А если бы ягуар застал их не тогда, когда они ненавидели друг друга, а, скажем, сейчас? Дарак улыбнулся, представив этот момент. Он бы не стоял, как истукан. Как минимум, попробовал бы погладить её по голове, что ли. Успокоить. Возможно, утешить, защитить. Она ведь была напугана.

Он внезапно нахмурился. Испуг на её лице, когда рядом бродил ягуар, не шёл ни в какое сравнение с ужасом, который он увидел в его пещере, когда она очнулась с травмированной ногой. Его она боялась больше. Неужели она правда считала, что он способен причинить ей вред? Кажется, он переиграл тогда с напускной ненавистью. Но сейчас совсем всё по-другому. Он больше не отпугнёт её, хотя и стоило бы.

Проливной дождь за стенами всё никак не навевал сон. Дарак снова лёг на спину, стараясь отогнать неприятные мысли, но лицо Саргана не уходило из головы просто так. Отец подозревает. Думает, что он подглядывает за девушками Чикун во время их купания в лагунах. Что он скажет, когда узнает, что это не так? Да он убьёт Тайру, даже не заметив. Натравит на неё всё племя, если надо. Может, Дараку просто исчезнуть и не искать встречи с ней?

Он сел на матрасе, глядя в дверной проём, за которым хлестал сильный дождь. Пожалуй, это выше его сил.

Пару раз забывшись коротким сном, Дарак в очередной раз посмотрел в окно. Светало. Ливень уже прекратился, о нём напоминали только уныло повисшие ветви деревьев и огромные лужи внизу, на земле. Ночные птицы ещё не закончили свои трели, дневные ещё спали.

Дарак встал. Не было смысла мучить себя дальше, он всё равно больше не заснёт.

Спустившись до середины верёвочной лестницы, он мягко спрыгнул на траву. Кострище было залито водой. Подумав, он нашёл какой-то плоский камушек и принялся прочищать от промокшей золы место для огня. Всё равно заняться было больше нечем. На бревне всё ещё лежали оставленные Сарганом недоделанные наконечники. Что-то смутно подсказывало, что он не случайно сидел вчера возле костра. Он ждал Дарака для разговора. Просто чтобы поговорить о девчонках? Странновато. Даже для него.

Закончив, Дарак направился на юг. Помедлив возле навеса, служившего хранилищем для еды, он всё же прошёл мимо. Есть не хотелось.

Придя к водопаду, он не потрудился оглядеть местность. Конечно, Тайры ещё не было. Можно было устроиться поудобнее и подождать её. Дарак нашёл себе развлечение, подбирая мелкие камушки и бросая их в поток воды под разными углами. После ливня водопад уже не был прозрачно-синим, скорее напоминал грязевую реку.

Слева послышался едва слышный шорох травы. Оборачиваться не было необходимости – шаги Тайры было сложно с чем-то спутать.

А вот и она. Её лицо было таким удивлённым при виде Дарака, что он невольно расплылся в улыбке:

– Ты рано, как всегда.

– А вот я не ожидала тебя увидеть сегодня так рано.

Стоит ли ей знать правду? В голове молнией пронеслись все мысли, не дававшие ему спать, особенно придуманный им новый сюжет про их встречу с ягуаром с нынешней перспективы.

– Не спалось.

– Почему?

Вот ведь заноза. Интересно, как она отреагирует, если Дарак на мгновение включит свой прежний образ? Как до той встречи с ягуаром... Так, не думать об этом!

– Так я тебе и сказал, Юкайя.

В его голове это звучало не так резко. Тайра тут же едва заметно дёрнулась. В глазах мелькнуло понимание. Как будто она ожидала от него такого выпада. Но он же уже доказывал, что он не такой, как она до сих пор не поняла!

Дарак поспешно приблизился к ней:

– Я пошутил, не дуйся. Ожидал, что ты сразу в драку полезешь.

Так себе оправдание. Только бы она не обижалась.

Тайра отвернулась.

«Нет-нет-нет, почему она так реагирует?!»

Он повернул её к себе, мягко, оставляя пространство вырваться, если захочет.

– Ты сильно изменилась.

Понимала ли это она сама? Всегда была непробиваемая и для выпадов потяжелее. Что же с ней такое? Неужели, она настолько близко пустила его к себе в мысли, что стала уязвимой даже от такой ерунды? Да быть такого не может. Но лучше больше не позволять себе подобного. Чтобы как-то загладить свою вину, он чуть наклонил голову и едва ощутимо поцеловал её волосы. Запах какого-то еле уловимого медового оттенка ударил в нос. Дарак сделал глубокий вдох, и тут же отпустил её, стараясь выбросить опять без спроса влезшие в голову мысли о той расщелине, когда они стояли так же близко.

– А если серьёзно, я просто не мог уснуть. Много думал. Но уверяю, что ничего интересного.

Лучше ей не знать о подробностях. Чего доброго, решит, что он маньяк. Или полный придурок.

«А ладно, не исключено, что так оно и есть». Он ожидал, что она будет вырываться или отпрянет от него. Или ударит по лицу. Видимо, она просто в шоке. Дарак отвернулся, специально давая ей время собраться с мыслями. Пожалуй, драться сегодня не стоит. Отец говорил, что он забросил охоту и рыбалку? Самое время сделать вид, что вождь ошибся.

– Похоже, ты не в настроении для боя. Я тоже, если честно. Займёмся чем-нибудь другим? – Как бы между делом предложил Дарак, словно это только что пришло ему в голову.

Тайра колебалась. Да, он был прав. Плавает она не очень, по скривившемуся лицу это сразу видно. Но ничего. Может, повезёт, и на них поплывёт какая-нибудь акула, от которой они спрячутся вместе между камнями. Ладно, хватит!

На востоке острова взгляд Тайры задержался на песчаном пляже. Не было необходимости гадать, куда она захочет пойти. Она никогда не была трусихой, но и обидчивой тоже. Так что кто знает.

– Ты знаешь... Давай начнём со скал. – Кажется, эти слова стоили ей усилий. Дараку показалось, или при взгляде на джунгли территории Юкайя в её глазах мелькнул испуг? Чего она могла бояться на своей земле? Может, она боится, что его, Дарака, засекут её соплеменники? Мило.

– За меня можешь не переживать, если ты думала об этом. Я не в первый раз перехожу все границы. – О да. Особенно ту, где Юкайя надо убивать. Мгновенно и беспощадно. А он приглашает её на прогулку, фантазируя, как она прижимается к нему, ища защиты от чего-нибудь. Ну да, ну да. Если бы отец это видел...

– Н-нет. Я хочу отправиться туда.

Её голос дрогнул, но Тайра уже направилась к скалам. Кажется, она не шутила. Дарак нахмурил брови, но не стал спорить. Видимо, ему не показалось – она действительно чего-то опасается. И это что-то находится на землях Юкайя.

Вступив на узкий уступ и начав спускаться по витиеватой тропинке вдоль скалы, Дарак периодически оглядывался на Тайру.

Её лицо побледнело. Да уж, с высотой у неё отношения явно не приятельские. А уж с высотой и океаном в трёх десятках шагов внизу – и подавно. Интересно, она достаточно испугана для того, чтобы довериться Дараку? Но будет справедливо дать ей шанс изменить решение.

– Ещё не поздно передумать.

– Нет. Идём.

Упрямая. Дарак не глядя протянул ей руку. Он почувствовал, как её прохладные пальцы доверительно легли в его ладонь. Ей действительно настолько страшно? Он старался не думать ни о чём постороннем, внимательно соизмеряя свои шаги крохотным бороздам на скале. Он далеко не в первый раз здесь рыбачил, с самого детства он бегал к этой скале за морскими звёздами. Но сейчас он шёл осторожнее, чем когда-либо.

Дарак почувствовал, как Тайра крепче стиснула его руку. Боится. Он улыбнулся незаметно для неё и сжал её ладонь в ответ.

Когда они спустились, Дарак поделился с ней одним из своих дротиков, и они принялись за рыбалку. Поначалу у Тайры не очень получалось. Он терпеливо наблюдал за ней и направлял движения. Однако примерялась и била она правильно. Выглядело как давно позабытый навык. Она определённо умела ловить рыбу когда-то.

Спрятавшись от ветра за нависшей над маленьким пляжем скалой, Тайра разводил костёр, Дарак уселся на песке, протирая дротики. Судя по рассказам Тайры, Дарак снова угадал: она действительно не любила плавание и высоту. Тайра всё больше раскрывалась, спокойно рассказывая о своей жизни. Это было приятно.

– Юкайя – всё-таки люди земли. Только Юсур умеет лазать, как обезьяна. Наверное, единственный среди нас всех.

– Юсур? – Где-то он уже слышал это имя.

– Один из моих братьев. Второй по старшинству.

В памяти Дарака тут же всплыл тот день, когда он преследовал Тайру по деревьям (нет, он и правда маньяк какой-то). Услышав шорох листьев наверху, она тогда подумала, что это Юсур. Дарак помнил, что он тогда ещё удивился – какой такой Юсур. Только Чикун на всём острове всегда передвигались по деревьям. Видимо, не только.

– Так вот оно что.

– Ты о чём?

– Ни о чём.

Он не признается, что следил за ней тогда. Она и так столько раз была напугана его поведением, они только-только наладили доверительные отношения. Незачем всё портить. К счастью, Тайра решила проигнорировать его резкий уход от темы. Это снова на неё не похоже. Девушка снова немного насупилась:

– В общем, на высоте мне просто некомфортно.

Дарак не мог удержаться от ухмылки:

– Можешь не рассказывать, я прекрасно помню, как ты полезла на скалу за теми попугаями.

На мгновение в глазах Тайры мелькнула прежняя искра. Дарак уже приготовился получить по лицу сырой рыбой, но Тайра только вздохнула и продолжила счищать чешую. Опять он перегнул.

«Она серьёзно, что ли?»

Дарак подсел к ней поближе. Кажется, дело было не только в том, что Тайра изменилась. Что-то было не так.

– Ты с каких пор стала такая обидчивая? – Она не отвечала. – Тебя что-то тревожит. Это как-то связано со мной?

Возможно, есть смысл связать тот испуганный взгляд на юг острова и желание пойти на скалы. Тайра нехотя кивнула.

– Ты боишься чего-то?

Её кивок на мгновение пустил холодок по его коже.

– Меня? – Он постарался сделать голос таким, чтобы он не звучал сдавленно. Перед глазами снова встала сцена, когда она очнулась в его пещере.

Но она молча отмела его подозрения, уверенно покачав головой. Или она боялась чего-то из-за него, или... Дарак поднял бровь. Или за него. Дарак не помнил, чтобы кто-то когда-либо боялся за него. Это было не просто странно, скорее как-то дико.

Судя по виду Тайры, она наотрез откажется об этом говорить. Тем не менее, даже это признание, очевидно, далось ей нелегко. Очень хотелось её как-то успокоить. Кажется, при общении с ней, Дарак уже приобрёл какой-никакой опыт. Можно было хотя бы попробовать.

Он медленно обнял её одной рукой за плечи. Вопреки его ожиданиям, она не шарахнулась от него, только замерла, задержав дыхание. Кажется, возражений не было. Дарак положил подбородок ей на макушку, вдыхая едва заметный медовый запах от её волос. Он почувствовал, как она выдохнула и слегка расслабилась в его объятии. Он на верном пути. Дарак улыбнулся ей в волосы.

Глава 24

Солнце приближалось к горизонту, собираясь опуститься за океан. Тёплый дождливый сезон подходил к концу. Солнце светило всё чаще несмотря на то, что воздух стал прохладнее.

Тайра и Дарак сидели на краю уступа, наблюдая за приближающимся закатом и неспешно поглощая рисовые лепёшки, принесённый Тайрой и свежезапёченную в углях рыбу, которую Дарак выловил в реке по пути к скале.

Теперь они виделись почти каждый день. Водопад на границе стал привычным местом встречи. Они по-прежнему часто устраивали тренировочные поединки, но теперь к этому добавились совместная охота, рыбалка острогами, сбор диких фруктов, ловля птиц для оперения стрел, соревнования по скоростным прыжкам по лианам и просто спокойные разговоры за едой, как сейчас.

Тайра подула на дымящийся кусок рыбы:

– Твоё племя не интересуется, куда ты так часто стал пропадать?

– Неа, – глухо проговорил Дарак с набитым ртом, – днём в лагере почти никого не бывает кроме стариков и малышни. Я и раньше пропадал целыми днями на охоте или тренировках. А твои?

– Мои задают вопросы. Я всегда часто уходила в джунгли. Правда, не так часто, как сейчас. Теперь я провожу всё время либо с тобой, либо с братьями. Совсем забросила выделку одежды и плантации. Но я и раньше не горела этим.

Дарак поднял на неё взгляд, задумавшись о чём-то:

– Ты близка с братьями?

– Да. Друзей ближе них у меня нет. Есть ещё Айна, но она другая. Спокойная, тихая. А с братьями можно подурачиться, попасть в переделку и всем вместе получить за это от отца.

Дарак слегка усмехнулся, глядя себе под ноги. Тайра заглянула ему в глаза:

– Мама говорила, у тебя есть младшие братья или сёстры?

– Да. Я старший в семье. У меня два младших брата, Баркут и Заран. Но они ещё подростки.

– Что означают их имена?

– «Сокол» и «острый глаз». Они – будущие бойцы, настоящие воины. Но пока неопытные.

– У вас не такие близкие отношения, как тебе хотелось бы? – Тайра заметила лёгкую тень грусти, промелькнувшую на лице Дарака, когда она говорила о своих братьях.

– Как сказать... Я жду, когда они повзрослеют хоть немного. Они смотрят на меня, как на образец для подражания, я их кумир. Я им больше как отец, а не брат. А иногда ещё и вроде... Главнокомандующего. Мы не так близки из-за разницы в возрасте, но чем старше мы становимся, тем больше эта разница стирается. Чем мы старше, тем меньше для нас авторитетов. Они взрослеют, становятся умнее.

– А ты нет, – Тайра ухмыльнулась. – Иногда ты ведёшь себя как подросток.

– Я – будущий вождь, мне можно, – он улыбнулся. – Я ещё успею побыть серьёзным и хмурым в будущем.

Немного подумав, он посмотрел на Тайру:

– Кто из твоих братьев преемник Амару?

– Таман. С большим зелёным луком.

– Такой высокий и суровый? Ему подходит титул вождя.

– Ещё как. Рунай слишком мягкий. Он превосходный целитель. При необходимости драться умеет, но обычно и мухи не обидит. А если обидит, будет долго извиняться. Юсур – тоже не лидер. Ему лучше подходит роль разведчика, он находчивый и хитрый. Хоть иногда и ведёт себя как балбес, когда дело серьёзное, он надёжный, как скала.

Тайра замолчала, глядя на догорающий костёр. Дарак тоже молчал, и в этой тишине было что-то такое, отчего она чувствовала себя спокойно. Вдруг она вспомнила о новости, которую Юсур рассказал вчера за ужином.

– Я слышала, охотники нашли свежие следы ягуара у западных болот, – сказала она. – Говорят, он большой. Даже больше того, что был в прошлый раз.

Дарак поднял голову, и в его глазах мелькнуло что-то знакомое – азарт охотника.

– Я тоже видел следы, – пробормотал он. – Прямо на границе. Тот же зверь или новый, не знаю. Но он не уходит.

Тайра заметила, как блеснули его глаза:

– Ты хочешь его выследить?

Он пожал плечами.

– Может быть, – сказал он. – У меня уже есть одна шкура, и я не чувствую, будто заслужил её. Хочу исправить прошлую ошибку, на этот раз я пойду на него один. Почему бы и нет, заодно это принесёт мне уважение.

– Или смерть, – Тайра не удержалась.

Дарак усмехнулся.

– Ты не веришь, что я справлюсь?

– Я верю, что ты справишься. Но ягуар – не олень. И если ты пойдёшь на его территорию, а не он на твою...

– Ты волнуешься за меня? – он поднял бровь, и в его голосе прозвучало что-то, отчего Тайра смутилась.

– Я волнуюсь, что твоя глупость оставит меня без соперника, – буркнула она, отворачиваясь.

Дарак усмехнулся. Им обоим было очевидно, что это его слова, когда он спасал Тайру от угрозы.

Он не сразу ответил, но она чувствовала его взгляд. Потом он тихо сказал:

– Не волнуйся. Я не собираюсь умирать. Я просто посмотрю, куда уходят следы. Если зверь подойдёт к границе, я предупрежу своих.

– Или нарвёшься на наших охотников, – заметила Тайра.

– Я осторожен, – хмыкнул он.

Она хотела сказать что-то ещё, но передумала. Он не ребёнок. Он сам решает, куда идти и чем рисковать.

– Только не попадись, – сказала она вместо этого. – Юкайя не будут спрашивать, зачем ты здесь. Увидят – убьют.

– Буду осторожен, – беспечно повторил он. И серьёзно добавил, глядя на неё: – обещаю.

Тайра кивнула, чувствуя, как что-то тяжёлое и тревожное поселилось в груди. Она не знала, почему ей не нравится эта идея. Может, потому что он уже убивал ягуара и знает, чем это может кончиться. Может, потому что теперь он для неё не просто враг, которого жалко потерять.

Она не стала думать об этом дальше.

На следующее утро Тайра проводила время, тренируясь в стрельбе с братьями на морском побережье. Она знала, что Дарак сегодня будет занят выслеживанием ягуара на западе, поэтому спокойно с головой погрузилась в одно из своих любимых хобби, сшибая стрелами плоды фруктов с верхушек деревьев. Айна и одна из её подруг собирали на берегу ракушки.

Разгорячившись после стрельбы Тайра с братьями решили искупаться в океане. Парни сразу побежали в воду, поднимая тучу брызг. Тайра – чуть осторожнее, стараясь не заходить на глубину. Зато на мелководье чувствовала себя свободно, подпрыгивая вместе с волнами и ныряя под особо высокие. Юсур крикнул Айне:

– Эй! Береговая охрана! Бросайте свои сокровища, у нас тут соревнование – кто дальше нырнёт. Тайра уже проигрывает, ей нужна поддержка!

Айна улыбнулась:

– Я боюсь нырять. Там медузы.

Юсур подмигнул:

– Да ладно тебе. Идите в воду, пока солнце не село, а мы вас охранять будем. Ну, может, не очень усердно, но хотя бы громко.

Подруга Айны оказалась посмелее, она уже со смехом заходила в воду:

– Сейчас вы услышите, что такое громко.

Тайра вынырнула рядом с берегом, обрызгав завизжавшую Айну:

– Давай! А то Юсур весь берег в водорослях перерыл, чтобы твоё внимание привлечь. Не заставляй парня страдать, – она увернулась от пучка брошенных покрасневшим Юсуром водорослей. – Видишь?

Айна засмеялась. Таман тоже подплыл ближе:

– Если не решишься, он сейчас начнёт сочинять песню в твою честь. Ты этого хочешь? Я – нет.

Пока Тайра и Таман удирали от Юсура, Айна всё-таки зашла в воду. Рунай отогнал пару медуз, чтобы она не боялась.

Все шестеро плескались на побережье почти до полудня, пока пришедший с востока холодный ветер не заставил их поскорее завершать плавание. Когда они вернулись к лагерю, мокрые и замёрзшие, но довольные, их встретило необычное оживление.

– Что там случилось? – поинтересовалась Тайра, беря кукурузную лепёшку и садясь возле кострища, в котором Таман начал разводить огонь, чтобы согреться.

Проходящий мимо юноша неопределённо махнул копьём:

– Там поймали парня из Чикун. Он был на нашей территории. Говорят, шпионил, хотят публично казнить на большой поляне.

Юсур потянулся:

– На нашей территории? Разве его не должны были убить на месте?

– Это не абы кто, а сын их вождя.

Тайра выронила лепёшку, даже не заметив этого:

– Что ты сказал...?

Рунай недоверчиво поднял голову:

– Уж не Дарак ли?

– Он самый.

Тайра смотрела на парня, не слыша собственного дыхания. Кто-то что-то говорил, но она не разбирала слов. В голове было пусто, а потом разом навалились мысли – одна страшнее другой.

– Тайра? – голос Руная донёсся словно издалека. – Ты чего побледнела?

Она моргнула, пытаясь взять себя в руки:

– Когда казнь?

– Сейчас. Все собираются на поляне.

Тайра не помнила, как встала, как вышла из-под навеса, как прошла через лагерь. Ноги несли её сами, а в голове билась одна мысль: сейчас.

«Сейчас. Сейчас».

Поляна была полна народу. Собралось всё племя – мужчины с копьями, женщины с детьми, старейшины в своих лучших накидках. Кто-то шептался, кто-то смотрел вперёд с любопытством, кто-то – с ненавистью.

Тайра пробилась вперёд, не замечая, как её толкают, как кто-то шикает на неё. Ей нужно было увидеть.

И она увидела.

Дарак стоял в центре поляны, его руки были связаны за спиной, из небольшой раны на боку сочилась кровь. Рядом с ним – двое дозорных с копьями наготове. Его лицо было равнодушным. Он не смотрел по сторонам, не искал путей к бегству. Просто ждал.

Тайра почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Он был так близко – в двадцати шагах. Она могла видеть его лицо, связанные руки, разбитую губу. Кровь запеклась на виске, волосы спутались. Он выглядел как воин, который проиграл, но не сломлен.

В груди всё сжалось. Она хотела крикнуть, броситься к нему, сделать хоть что-то, но ноги не слушались. Она только смотрела, не в силах отвести взгляд.

– Страшно, да? – раздался рядом голос Айны. – Дозорные сказали, что он сам зашёл на нашу территорию. Некоторые утверждают, что он шёл на ягуара, но Малир уверен, что он шпионил. Он столкнулся сразу с шестерыми дозорными, у него не было шансов.

Тайра не ответила. Она смотрела на Дарака.

Он поднял голову и посмотрел прямо на неё.

На одно мгновение их взгляды встретились. Тайра замерла, боясь дышать. Она ждала – чего? Укор в его взгляде? Вину? Отчаяние?

Но он просто спокойно смотрел. И в его глазах она прочитала то, что заставило её сердце сжаться ещё сильнее: он знал, что она здесь и смотрит на него. И не ждал от неё ничего.

Он уже простился с жизнью.

Тайра стиснула зубы, чувствуя, как к горлу подступает комок. Она не могла позволить себе заплакать. Не здесь. Не сейчас.

– Амару идёт, – прошептал кто-то сзади.

Тайра обернулась. Отец шёл через поляну, и за ним – старейшины. Лицо его было суровым, но в глазах Тайра увидела то, чего раньше не замечала – не только гнев, но и... торжество.

– Пусть все видят, – сказал Амару, подходя к центру поляны. – Сегодня справедливость восторжествует. Сын вождя Чикун был обнаружен на территории Юкайя. Сегодня мы казним сына врага, который лишил жизни стольких наших собратьев.

Он ещё что-то говорил, но Тайра почти не слышала. Она смотрела на отца, на старейшин, на соплеменников, которые жаждали крови. Взгляды всех были устремлены на пленника. Кроме одного. Краем глаза Тайра заметила, что один человек смотрел не на Дарака, а неё. На губах Малира играла торжествующая ухмылка, но сейчас Тайре не было до него дела. Сама она снова посмотрела на Дарака – спокойного, связанного, готового умереть.

– Это безумие, – над её плечом раздался тихий голос Тамана. – Когда Сарган узнает, он уничтожит всех, кто попадётся ему на пути... Превратит остров в ад. Он способен на это.

Вождь уже поднял руку, давая сигнал одному из воинов, тот прицелил лук.

Глава 25

Лицо Дарака по-прежнему ничего не выражало, даже когда стрела воина, назначенного сегодня палачом, прицелилась ему в грудь, ожидая команды вождя.

Внезапно толпа зашепталась: вперёд вышла Тайра и встала перед Дараком, лицом к отцу. Это не было обдуманным решением, ноги сами вынесли её вперёд. Она ещё не знала, что скажет. Знала только, что не может позволить Дараку умереть. Амару поспешно сделал жест рукой палачу, чтобы тот опустил лук:

– Тайра! Что ты...? Что происходит?!

Старейшины позади него зашушукались. Дарак в недоумении поднял голову, Сильва привстала, с прищуром глядя на Тайру. Амару же был обескуражен, уставившись на дочь так, будто впервые её увидел:

– Что ты творишь?!

Тайра стояла, спокойно глядя отцу прямо в глаза. Прямая и напряжённая, как струна.

– Я не могу позволить убить его. – Её голос не дрогнул. Это обнадёжило, хотя внутри бушевала буря. Она лихорадочно придумывала, что говорить дальше. Казалось, что спина Тайры чувствовала прожигающие взгляды соплеменников.

Над лагерем повисла тишина. Амару смог выдавить из себя только одно:

– Почему?

Вопрос повис в воздухе, поселившись в десятках мыслей вокруг.

– Потому что он спас мне жизнь, – Тайра подбирала слова на ходу, стараясь звучать убедительно. – По закону племени я у него в долгу. Придётся отпустить его.

Есть ли вообще такой закон? Она действовала наобум. Если нет, надо как-то убедить их, что она его где-то слышала. Или воспользоваться всеобщим замешательством и придумать что-то ещё.

Толпа в шоке выдохнула, отовсюду раздался нечленораздельный шёпот. Тайра сфокусировалась на отце, стараясь не представлять себе лица братьев, друзей и Малира сейчас. Амару завис, переваривая информацию. Сильва сделала пару шагов вперёд:

– Тайра... О чём ты говоришь?

– О том дне, когда я вернулась в лагерь в крови несколько лун назад. Его крови. А сама была без единой царапины. Это он спас меня от ягуара. Я тогда рассказала вам это, но не упомянула его имя... И то, что он закрыл меня собой от хищника.

Толпа позади загомонила. Сильва подняла руку, все тут же затихли. Она повернулась к Дараку:

– Это правда?

Дарак кивнул, глядя ей прямо в глаза. Сильва продолжала внимательно смотреть на него. Её глаза задержались на татуировке кошачьего когтя у него на скуле:

– Зачем ты это сделал?

– Мне нужна была шкура зверя. Я охотился за ним. Как и сегодня.

Тайра чуть заметно выдохнула. Дарак с ходу сориентировался и понял правила игры.

Сильва продолжала смотреть, не моргая:

– Тайра сказала, что кровь была твоя. Ты был ранен ягуаром в плечо.

– Да.

– Покажешь?

Он кивнул. Сильва подошла к нему и приподняла край его накидки, увидев шрам от когтей ягуара. По шраму она легко могла определить срок давности битвы. Она повернулась к Амару и старейшинам:

– Они говорят правду.

Амару растерянно опустил руки:

– И... Что... Не убивать теперь? На нашей земле? Как это?

Старейшины и шаманы снова зашептались. Они явно не припоминали подобных инцидентов. Одна Сильва не принимала участия в совещании, сверля взглядом Тайру. Умакуар откашлялся, собираясь что-то сказать.

– Она права. У нас есть такой закон. – Все повернули головы к Сильве, произнёсшей последние слова. Кажется, абсолютно все в полном изумлении уставились на неё, включая старейшин. Тайра изо всех сил пыталась взять себя в руки и ничем не выдать удивление. Дарак же его не скрывал, вытаращив глаза и переводя взгляд с Сильвы на Тайру и обратно.

Тайра позволила себе оторвать взгляд от матери и посмотреть на племя. Все в изумлении смотрели на верховную шаманку. При словах Сильвы с лиц Малира и двух его приятелей медленно сползли торжествующие усмешки.

Сильва смотрела в глаза Амару, игнорируя устремлённые на неё взгляды окружающих. Умакуар предпочёл промолчать, хотя в его глазах изумление уже сменялось подозрением. Но даже совет старейшин никогда не перечил жене вождя.

Амару почти просяще посмотрел на супругу:

– Допустим... Но мы можем оставить его в качестве пленника.

Из толпы внезапно выступил Таман:

– Если Сарган узнает, что его сын в плену, он уничтожит всё племя, наплевав на то, сколько его собственных воинов погибнет. Отец, подумай о безопасности народа.

Сильва кивнула:

– Если Дарак спас ей жизнь и не взял в плен, она обязана вернуть ему долг. Жизнь за жизнь, закон один для всех, даже если это враг, если мы не хотим навлечь на себя гнев предков.

Тайра терялась в догадках: она действительно вот так тыкнула пальцем в небо и угадала? Вот это поворот. Но напряжение не отступало. Амару сгорбился. Он должен был поступить как вождь, даже если это означало растоптать свою гордость. Он отвернулся, бросив через плечо.

– Таман, Малир. Вы проводите его до границы, проследите за ним. Оружие не возвращайте.

Проходя мимо Дарака, он остановился:

– Тебе повезло сегодня. Но если ты ещё раз попадёшься на наших землях, тебя это уже не спасёт. Твой отец причинил слишком много зла моему народу.

Дарак не ответил. Он спокойно встретил взгляд Амару, его лицо ничего не выражало.

Толпа начала расходиться. Дарак пошёл к краю лагеря в сопровождении Тамана и Малира, его руки по-прежнему оставались связаны за спиной. Обернувшись, он нашёл среди людей взглядом Тайру, но лишь на мгновение, прежде чем пропал из виду в толпе.

Тайра вернулась к костру. Её ещё трясло от пережитого. Некоторые сочувствующе похлопывали её по плечу, проходя мимо. В их понимании она выполнила тяжёлый долг, несмотря на ненависть и вражду между племенами. Хорошо. Видимо, она правдоподобно сыграла свою роль. Вовремя же ей пришёл в голову закон «жизнь за жизнь». Она и не думала, что он реально существует.

Юсур подошёл и сел рядом. Он молчал какое-то время, потом сказал:

– Ты сегодня... была похожа на себя. Настоящую.

Тайра удивлённо скосила на него глаза.

– Это комплимент?

– Не знаю, – он пожал плечами. – Но я бы не смог так. Интересно, дойдёт ли он теперь живым до границы.

Тайра резко повернулась:

– О чём ты?

– Отец отправил его под конвоем Тамана и Малира, помнишь? Таман – адекватный, но Малир... Ты знаешь, ему ничего не стоит якобы случайно запустить в него отравленной стрелой из трубки или воткнуть нож, когда Таман отвернётся. Он одержим ненавистью не меньше отца. И плевать хотел на долги, честь и прочее.

Тайре вспомнились Аскар и Туран, от которых Дарак её спас...

– Почему ты не сказал раньше?

– Что? О чём ты?

– Ни о чём.

Тайра резко встала. Она пошла в хижину и взяла лук. Потом поставила его на место. Взяла копьё. Бросила обратно. Шагая вокруг комнатки, она лихорадочно думала, что делать. Только ждать утра.

Она выглянула в круглое отверстие в стене, служившее окном, и посмотрела на звёзды. Ночь уже вступала в свои права.

Тайра легла на матрас в полной уверенности, что сегодня она не заснёт. Мысли о том, что Дарак не доберётся домой, не давала ей покоя.

Глава 26

Идя под конвоем Тамана и Малира, Дарак чувствовал себя более, чем просто неуютно. Идти по тропе безоружным и повернувшись спиной к врагу! Всё его естество бурно протестовало против такого положения, но он старался взять чувства под контроль. Он не в том положении, чтобы выдвигать свои условия. Нужно только дотерпеть до границы. Он просто поразительно легко отделался. Когда Дарак вспомнил бледную как смерть Тайру, вышедшую вперёд, чтоб вступиться за него перед всем племенем, его глаза, устремлённые под ноги, наполнились теплом.

Прыжок перед ягуаром не идёт ни в какое сравнение с отвагой, которая нужна, чтобы в одиночку противопоставить себя близким. Семье. Всему племени. Быть убитым в бою – честь, но если бы ей не поверили, она должна была быть с позором казнена. Шаманы говорят, это заслуживает проклятия на весь род и все последующие жизни преступника. Это ж насколько он дорог Тайре, что она решилась на такое? В голове не укладывалось.

Сзади послышался резкий удар, вырвавший Дарака из раздумий. Он быстро обернулся, успев заметить, как Таман, держащий Малира за ворот льняного плаща, ещё раз крепко приложил того затылком к стволу дерева.

– Не. Сметь. – Таман чеканил каждое слово, сверля взглядом Малира. Тот смотрел на него с откровенной ненавистью, но подчинился.

Кажется, они оба забыли про Дарака, но он предпочёл не уходить. Да к тому же, обе его руки всё ещё были связаны за спиной. Он с любопытством наблюдал за каждым движением своих конвоиров, силясь понять, чем это Малир так разозлил Тамана.

Увидев, что Малир не делает попыток к самообороне, Таман отпустил воротник его накидки и отступил на шаг. Малир встряхнул плечами:

– Теперь ты защищаешь врага? Так вот на чьей ты стороне? Я всегда это подозревал. – Он яростно выплёвывал слова, не сходя с места.

– Я не защищаю врага. Я следую закону. Мы не убиваем безоружных. И не стреляем в спину. И никогда не используем кураре против людей. И ты сам это прекрасно знаешь. Нарушение правил карается смертью. Пойдём, заявим вождю, что казнь всё-таки состоится, только с другим преступником?

Дарак быстро посмотрел Таману под ноги и заметил валяющуюся в траве невзрачную коричневую трубку. Так вот оно что. Быстрая волна дрожи пробежала от головы до пальцев ног. Дважды за один день оказаться на волоске от смерти безоружным было слишком даже для него. Он невольно проникся уважением к Таману. Не замечая Дарака, тот продолжал смотреть на Малира:

– Или ты следуешь правилам, или я лично всажу это копьё тебе в грудь за открытое неповиновение. Ты сам знаешь, что я имею такое право. Но позорить племя ты не будешь. И меня лично в том числе.

Малир бросил быстрый взгляд на Дарака и снова посмотрел Таману в лицо. В глазах обоих читалась открытая неприязнь друг другу. Наконец Малир отступил в сторону, плюнув под ноги сыну вождя. Тот спокойно поднял духовую трубку Малира и сунул себе за пояс, а затем направил остриё копья на соплеменника.

– Иди за пленным. Я пойду последним, и не вздумай делать глупости, я всё увижу.

Малир пошёл по тропе. Дарак, не дожидаясь его приближения, тоже повернулся и пошагал в сторону границы. Сейчас он явственно ощущал, что идти спиной к врагу ему стало несколько спокойнее, хотя и всё ещё неприятно. Таман – определённо достойный будущий вождь. Пусть он и враг, но его есть за что уважать.

Обернувшись к Таману, Малир едва слышно прошипел:

– Семейка предателей. Что ты, что твоя сестра.

– Она поступила сегодня по чести.

– А я не про сегодня говорю.

Не замедляя шага, Дарак незаметно повернул голову, напрягая слух. Таман сдвинул брови:

– Что ты несёшь?

– Как-нибудь поинтересуйся у неё, почему она так часто стала сбегать на север. – Малир довольно хмыкнул, заметив удивление на лице Тамана. – И кто её доставил почти к самому лагерю, когда она вернулась с распухшей ногой.

Таман не ответил, но сжал копьё в руке так, что хрустнули пальцы. Дарак замер на долю секунды, но продолжил шагать, весь обратившись в слух.

Малир, удовлетворённый произведённым на Тамана эффектом, ехидно улыбнулся:

– Она даже не потрудилась поставить тебя в известность, правда? Я же говорю: семейка предателей. Гнилая насквозь. Это убьёт Амару, когда он узнает. А узнает, когда придёт время, когда он будет склонен поверить мне, а не вам. Уже скоро.

Явно наслаждаясь своим текущим положением, Малир сверлил взглядом напряжённую спину Дарака, который старательно делал вид, что ничего не слышит.

Судя по лицу Тамана, у него мелькнула мысль прямо сейчас пронзить копьём спину идущего впереди Малира, но вместо этого он процедил сквозь зубы:

– Амару никогда не поверит на слово такому выродку, как ты. Он слишком хорошо тебя знает. И он в курсе, что я не стану ему лгать. Ни как сын, ни как будущий вождь.

Малир оторвал взгляд от спины Дарака и на секунду обернулся, словно оценивая Тамана:

– Это если он успеет спросить тебя, вошь...дь. С сегодняшнего дня оглядывайся почаще.

Таман пропустил мимо ушей и оскорбление и угрозу. Только ускорил шаг, заставив Малира и Дарака шагать быстрее.

На северной границе Дарак наконец остановился, обернувшись лицом к своим конвоирам. Таман, глядя на Малира, коротко указал подбородком на обратную дорогу. Тот, всё ещё тлея от сдерживаемого гнева, резко развернулся и направился вниз по тропе, оставив Тамана и Дарака наедине. Таман спокойно подошёл к пленнику и, достав из-за пояса нож Дарака, одним движением перерезал стягивающие его запястья верёвки, после чего протянул ему его оружие.

– Проваливай.

Дарак взял нож, Таман опустил руку, но не сдвинулся с места. Он сурово смотрел на врага, после чего медленно произнёс:

– Я не знаю, что за чушь нёс этот тип. Враньё это или нет, но на всякий случай: держись подальше от моей сестры.

Уголок губ Дарака невольно приподнялся. Таман заметил это и помрачнел ещё больше:

– Я серьёзно. Не трогай её, или я тебя из-под земли достану.

– Как скажешь. Я не причиню ей вреда. – Дарак слегка наклонил голову. Уж в этом он мог ему поклясться.

Таман внимательно посмотрел на Дарака, после чего развернулся и исчез среди зарослей.

Сделав глубокий вдох, Дарак направился в сторону своего лагеря. Он не обещал того, что вообще не будет встречаться с Тайрой.

Переступив через небольшое ограждение для маленьких детей, Дарак вошёл в поселение, всё ещё погружённый в свои мысли.

– Ну и видок. Олень в кои-то веки решил дать тебе отпор? Или ты в кусты акации свалился?

Баркут и Заран с любопытством разглядывали ссадины и царапины, покрывающие все открытые участки кожи Дарака. Они сидели возле костра и жарили какую-то рыбу. Дарак поморщился:

– Кусты акации в этот раз решили постоять за себя, такой ответ устроит?

Откуда-то сзади послышался лёгкий смешок. Дарак обернулся, увидев, как среди камней, служивших столами, переговариваются несколько девушек, не глядя на него. Но хихикнула определённо одна из них.

Баркут и Заран переглянулись и одновременно прыснули. Дарак недоумённо покосился на них, сев неподалёку:

– Вы чего веселитесь?

Заран подмигнул:

– Тебя раскусили, брат. Мы слышали, как отец разговаривал с Ватаром.

Баркут энергично закивал:

– И не только мы.

Дарак уставился на братьев, пытаясь понять, о чём речь:

– Каким Ватаром? О чём?

– О его дочери, Гире.

– И что?

– Как что? Уже весь лагерь знает, что ты положил на неё глаз.

Поспешно перелистывая свои недавние воспоминания, Дарак вдруг вспомнил, как ляпнул первое попавшееся имя, когда отец его допрашивал.

– Мда... – Пробормотал он. – Только этого не хватало.

Баркут дотянулся и хлопнул его по плечу:

– Да ладно, рано или поздно всё равно бы все узнали. Мама уже было думала, что ты вообще не способен ни на какие чувства.

– Признаться, я тоже, – произнёс Дарак, думая совершенно не о Гире.

– Ну вот. Ты думаешь, Ватар будет возражать? Или Гира? Старший сын вождя, наследник титула, лучший охотник со шкурой ягуара в доме – да ты мог бы конкурс устроить за своё внимание.

– А Гира что? – смысл происходящего только начал доходить до Дарака.

– О, она на седьмом небе, будь уверен.

– Да уж...

– Не знаешь, как подступиться? – Заран подмигнул. – Хочешь, передам ей что-нибудь?

– Не надо.

– Может, цветов нарвать?

– Я сказал – не надо.

Баркут расхохотался. То, что Дарак в кои-то веки не рявкает на них, придавало им всё больше уверенности и несказанного удовольствия, и они пользовались моментом.

– Этого ещё не хватало... – сказал себе Дарак так, чтобы его никто не слышал. От стайки девушек отошла одна и направилась к ним.

– Гира – это вот она? – не подумав, спросил Дарак и тут же прикусил язык.

Заран и Баркут перестали смеяться и переглянулись:

– То есть в смысле? Ты сам не знаешь?

– Отец неправильно меня понял. – Дело скверно, но Дарак уже почти совладал с растерянностью.

Баркут заметил посуровевшее лицо брата и немного притих, всё же сказав:

– Если так, разбирайся с этим прямо сейчас, пока они с Ватаром и Гирой не успели тебя женить. А то домолчишься до свадьбы, такое часто бывало.

Заран пихнул его локтем. Оба, не удержавшись, фыркнули, но сразу стушевались под грозным взглядом брата.

Дарак поднялся. Гира уже как раз подошла к ним, выжидающе глядя на Дарака.

– Пойдём поговорим? – он постарался спросить вежливо, маскируя точащую его досаду и соблюдая дистанцию. Гира, улыбнувшись, кивнула. Стайка девушек позади снова захихикала, склонив головы.

Когда Дарак и Гира отошли за край лагеря. Баркут повернулся к Зарану:

– Если он говорит правду и сейчас попробует отшить Гиру, она примет отказ? Как думаешь?

Заран задумчиво почесал затылок:

– Что я знаю точно, он не станет отмалчиваться. А вот Гира... Как-то не обращал на неё раньше внимания. Если тихоня, то поплачет и простит. Если боевая, то... Дарак же не будет бить девушку, которая ничего не смыслит в воинском деле, правильно? Если что, следующий на очередь титула вождя буду я.

Баркут ухмыльнулся.

Отойдя от лагеря подальше, Дарак показал в сторону западного берега, приглашая Гиру прогуляться. Она согласно кивнула, её глаза сияли. Посмотрев в них, Дарак ощутил что-то странное. Не так он всё это себе сейчас представлял. Пока они отходили туда, где их не могли услышать, он снова мельком взглянул на Гиру. Она была красивой. Совсем юная, наверное, ровесница Зарана. Смуглая кожа и рассыпавшиеся по плечам тёмные волосы отливали медью на солнце. Карие глаза, обычные. Ему невольно вспомнились внимательные миндалевидные тёмно-карие глаза Тайры, в которых каждую минуту читался целый спектр эмоций. Страх, ужас, злость, обида, ненависть, признательность, любовь... Сердце Дарака дрогнуло, когда он подумал об этом. Раньше он не произносил это слово даже в мыслях. Потом надо будет поразмыслить в тишине, прислушаться к себе. Ровный, выжидающий взгляд Гиры был спокойным всё время. Он пытался вспомнить случайные встречи с ней в лагере и за ужином, когда она раздавала еду или танцевала на праздниках. Всегда спокойная, размеренная, принимающая. Наверное, не осуждающая и не обидчивая. Вообще не то.

Дарак вдруг с горечью подумал о том, как хотел бы в этот момент увидеть Тайру.

– Гира, – начал он, наконец определившись со словами.

Она повернулась к нему, словно уверенная в том, что услышит, и скромно потупила взгляд, её щёки пылали.

– Отец тогда меня неправильно понял. Я не ищу невесту.

Она смотрела на него, в её глазах медленно угасала надежда, сменяясь досадой:

– То есть... Я тебе не нравлюсь?

– Дело не в этом. И не в тебе. Большего рассказать не могу.

Опустив голову, Гира коротко кивнула. Но Дарак мельком заметил, как она сжала кулаки. Она не рискнёт ссориться с ним. Другой на его месте уже наверняка схлопотал бы пощёчину, но Дарак не зря славился своей суровостью и в Чикун и кое-где даже за пределами острова. Наверное, по этой причине его родители с надеждой цеплялись за каждый повод, чтобы его с кем-нибудь свести. Даже если что-то приходилось домысливать. Конечно же, Гира могла не бояться ответного удара, но видимо, сама она так не считала.

– Гира, – произнёс он чуть мягче. Она чуть приподняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза:

– Отец понял всё так, как хотел бы. А не так, как было на самом деле. Так что не принимай на свой счёт. Уверен, ты и так знаешь, кто я такой.

«Тайра при этих словах уже бы запустила в меня чем-нибудь, даже не дав договорить,» – невольно подумалось Дараку, когда Гира промолчала и в этот раз.

Она кивнула, снова опустив глаза:

– Мне пора. – Сказала она тихо и пошла обратно к лагерю, не оглядываясь.

Дарак смотрел ей вслед. Что-то странное было в её походке, когда она уходила. Он ожидал увидеть опустившиеся плечи и вообще поникшую осанку. Вместо этого он отчётливо увидел, как она сжала кулаки и шагала с решительностью.

«Любопытно», – подумал он мрачно. – «Кажется, я недооценил её, и этим дело не закончится».

Перед тем, как скрыться за деревьями, она обернулась и посмотрела на него долгим взглядом. В нём не было ни слёз, ни досады, ни разбитых надежд. Дарак выдержал его, не отводя глаз. Она первая отвернулась.

«Не так я хотел всё это сделать», – снова подумал он.

Когда Дарак вернулся в лагерь. Гиры и других девушек поблизости не было, Баркут и Заран всё ещё сидели возле костра. Они бросили любопытные взгляды на Дарака, но, увидев его хмурое выражение лица, не решились расспрашивать о чём-либо. Дарак сел у дерева позади них, чтобы они не разглядывали его, и принялся размышлять.

Что ещё он мог сказать Гире? Извини, у меня уже есть другая? Кстати, о другой. Дарак прокрутил в голове воспоминания об их поединках, о её глазах, как она доверчиво прижалась к нему недавно на берегу. Пару сезонов назад он искренне ненавидел её. Эмоциональная, взбалмошная, порывистая. Да что там ненавидел, открыто презирал. И она его тоже. А теперь что? Он вспомнил о своих фантазиях про них в ущелье, где они прятались от ягуара. О том, как нёс её на руках к её поселению, как обнимал её совсем недавно после их первой совместной рыбалки. Как она перевязала его плечо, раненое ягуаром. И как сегодня выступила одна против всего своего клана. Ради него. Девчонка, которая когда-то в пылу битвы чуть ли не визжала, что ненавидит его.

Дарак фыркнул. Баркут и Заран удивлённо обернулись, но он уже сидел с прежним хмурым выражением лица. Братья переглянулись, Баркут молча покрутил пальцем у виска.

Дарак это заметил, но ничего не сказал. Скорее всего, Баркут прав, приходилось это признать.

Есть ли вероятность, что она испытывает что-то к нему? После её сегодняшнего выпада, кажется, не оставалось сомнений. Только наверняка она действовала на эмоциях, отключив разум. В таком случае оставался вопрос: насколько глубоко внутрь себя она готова загнать свои чувства? И чем пожертвовать, чтобы продолжать обманывать всех, в том числе себя?

Глава 27

Как Тайра и ожидала, она практически не спала всю ночь. Эмоции вспыхивали яркими искрами и не потухали сразу. Она не могла ни заснуть, ни отвлечься, ни выплакаться, ни в гневе ударить по чему-нибудь. Наверное, Дарак был прав, она не умела контролировать чувства, они контролировали её. Дарак... Он добрался до своего племени? Малир не решился напасть на безоружного? Таман ещё не вернулся. Или вернулся, когда Тайра не заметила?

Едва на улице начало светать, Тайра быстрым шагом отправилась на север. Она не взяла с собой ни еду, ни лук, ни копьё. Только маленький нож, с которым она никогда не расставалась, был как всегда надёжно прицеплен к поясу.

Подойдя к водопаду, Тайра присела на камень, но тут же вскочила. Она не могла просто так сидеть и ждать. Подойдя к пограничному ручью, она, не колеблясь, перескочила через него, и отправилась прямиком к скале, в сумерках безошибочно определяя нужную тропу среди переплетений уступов и клочков травы.

Подойдя к пещере, она тяжело выдохнула – костёр не зажжён. Дарака вчера здесь не было. Может, он пошёл не сюда, а домой, к племени? Это как будто бы логично. Усевшись на матрас в углу, Тайра стала ждать, периодически вскакивая и меряя шагами пещеру, чтобы хоть чем-то себя занять. Потом снова усаживалась на матрас.

Снаружи уже совсем рассвело. Птицы громко выводили свои трели, привычный предутренний туман растворился в воздухе, джунгли наполнились своими обычными звуками и шелестом насекомых. Не спавшая всю ночь Тайра задремала, положив руку под щёку.

Её разбудили тихие шаги. Подняв голову, она прислушалась. Кто-то поднимался по тропе прямо к пещере. Ни секунды не сомневаясь в том, кто это может быть, она тут же выскочила из пещеры, лицом к лицу столкнувшись с Дараком.

– Это ты! – в порыве облегчения она бросилась к нему на шею.

Дарак обомлел с опущенными руками:

– Ты...

Тайра наконец-то нашла в себе силы дать выход душившим её столько времени чувствам:

– Ты обещал быть осторожным! Тебя могли убить столько раз! Да как ты вообще...!

Немного придя в себя от изумления, Дарак осторожно поднял одну руку и сконфуженно провёл по её волосам:

– Всё в порядке, правда... Да, глупо получилось... Спасибо, что вытащила меня из этого. Ты хорошо выкрутилась.

– Да я тебя сама прибью! Я чуть с ума не сошла!

Дарак позволил себе улыбнуться – вот она: импульсивная, порывистая, готовая его поколотить. Одним словом, живая. И, похоже, всю ночь не спавшая.

– Ты так серьёзно переживала?

– Сам как думаешь?!

– Пойдём внутрь, тебе надо успокоиться. И поспать, у тебя тени под глазами.

В пещере Тайра уселась на шкуры возле кострища, пока Дарак разводил огонь.

– В следующий раз не выпрыгивай на меня так. Я мог выставить нож до того, как понял бы, кто передо мной. Рефлексы. Тебе повезло, что здесь я просто не ожидал ничего подобного.

Тайра что-то буркнула, Дарак не смог сдержать смешок:

– Нет, мне было приятно, конечно...

Она бросила в него угольком. Дарак хохотнул:

– Да ладно тебе, я всё понял. Не осуждаю.

– Я думала, ты не доберёшься живым до границы.

– Ты про Малира? Да... Тот ещё засранец.

Тайра напряглась:

– Он всё-таки что-то вытворил?

– А то. Я шёл впереди, а он оказывается, достал свою трубку. Одну из этих ваших... с отравленными зубочистками. Хотел выстрелить мне в спину.

Тайра напряглась:

– И?

– Этот твой брат, Таман, оказывается, достойный парень. Он, видимо, наблюдал за этим шнырём, и как только тот хотел прицелиться, припечатал его спиной к дереву. Рявкнул, чтобы пленного не трогал, или он порешит его прямо там. Я так понимаю, у них ещё и личные счёты?

– Вроде того... Малир – один из тех придурков, которым просто надо убить как можно больше Чикун. И всех, кто этому мешает. Неважно, кого и как. Не знаю, почему. Не интересовалась. И Тамана он, мягко говоря, не уважает.

– Ага... Знакомо. Ну а Таман заявил, что это нарушение правил и позор и для всей его семьи, и для него лично. Я даже зауважал его, у нас есть что-то общее. Он, конечно, не был очень деликатен со мной, вернул нож и сказал проваливать, но его можно понять. Я же всё-таки враг. Ах да... Ещё сказал, чтобы я не вздумал трогать его сестру, иначе он меня из-под земли достанет.

Тайра слегка улыбнулась:

– Не переживай. Ещё одна такая выходка, и даже он не достанет.

Дарак внимательно посмотрел на неё:

– Я правильно понял, что Малир видел нас с тобой, когда я принёс тебя к твоему поселению?

Улыбка мгновенно исчезла с лица Тайры. Она широко раскрыла глаза, в ужасе взглянув на Дарака, но он был спокоен. Тайра спросила внезапно севшим голосом:

– И он сказал это тебе? Или Таману?

– Скорее намекнул. Таман ему или не поверил, или сделал вид. Так или иначе, зря ты опасалась мне сказать об этом.

Тайра потупилась, но Дарак успокаивающе положил ладонь ей на плечо:

– Я не боюсь этого подонка, уже встречался с такими. И Таман тоже не боится, ты напрасно тревожишься, я разберусь с этим. Если твой брат меня не опередит.

Он хитро покосился на неё:

– А знаешь, не думал, что ты будешь так переживать. Пришла на земли моего племени... Безоружная... Бросаешься с объятиями на первого встречного. Представляешь, если бы это был не я?

Тайра покраснела. Ей это и в голову не приходило.

– Но... шаги-то были твои.

– Ну-ну, –Дарак улыбнулся, глядя в разгоревшийся костёр. Подождав, он добавил: – тебе надо поспать.

Тайра не стала спорить. После суток без сна только страх за Дарака держал её в состоянии боеготовности. Теперь, когда тревога отпустила, усталость навалилась с удесятерённой силой. Она легла на шкуры.

–Спасибо, что пришла, – тихо сказал Дарак, но она уже не слышала, мгновенно провалившись в глубокий сон без сновидений.

Он вздохнул. Потом встал, и укрыл её своей накидкой, присев рядом.

Тайра спала. Дарак медленно положил свою ладонь на её руку. Она не пошевелилась, только чуть громче выдохнула. Он смотрел на костёр, пытаясь разобраться в своих мыслях.

Когда Тайра проснулась, солнце было высоко. Дарак сидел рядом, прислонившись спиной к стене пещеры и задремав. Его ладонь лежала на её руке. Тайра пошевелилась, Дарак тут же открыл глаза.

Когда она приподнялась. Дарак убрал руку, потерев глаза:

–Выспалась?

–Да... Уже получше.

Он пошевелил палкой ещё тлеющие угли.

– Хотел тебя спросить кое-что...

Тайра подняла глаза.

–Ты поставила себя между мной и своим отцом не просто из чувства долга. Я знаю, почему ты так сказала, твоё племя не стало бы слушать другие доводы. Но это была неправда. Так почему же? – он взглянул ей прямо в глаза.

– А почему ты поставил себя между ягуаром и мной?

Он усмехнулся:

– Понял. Спрошу по-другому. Что ты почувствовала, когда увидела меня там? Мне просто любопытно. Твоё облегчение уж очень... Всеохватывающее.

Тайра погрузилась в раздумья:

–Как сказать... У меня земля ушла из-под ног. Я не могла этого допустить. Не могла смотреть на это. Мне было всё равно, что подумают или сделают все остальные. Я сначала выскочила, только потом начала думать. Уже в процессе.

Он улыбнулся:

– Я так и думал.

– Почему ты спрашиваешь?

– Хотел убедиться, что это действительно то же самое, что я почувствовал, когда на тебя летел ягуар. И да, было очень похоже.

Тайра молчала, пытаясь сопоставить мысли в своей голове.

– Я знаю, что такое долг, – продолжал он. – Знаю, что такое честь. Я живу этим всю жизнь. Но то, что ты сделала... это не только честь, Тайра.

Она подняла голову. Он смотрел на неё в упор. Тайра удержалась от того, чтобы не отвести взгляд. Наконец она пробормотала:

– Я испугалась, – голос был тихим, почти шёпотом. – Я никогда так не боялась. Даже когда на меня прыгнул ягуар. Тогда я боялась умереть. А вчера... я боялась, что ты умрёшь, – она запнулась, чувствуя, как горло сжимается, и перевела взгляд снова на угли.

Он тоже молчал. Потом она почувствовала, как его рука осторожно накрыла её ладонь. Не сжимала, просто лежала сверху, и это было больше, чем любые слова.

– Я раньше думал, что война – это главное, – сказал он тихо, внезапно вспомнив слова своей матери. По его спине будто пробежал холод, но он совладал с собой. – Что честь воина, долг перед племенем – это всё, что имеет значение. А потом встретил тебя. И ты всё сломала.

Последние слова прозвучали не как обвинение. Она повернула голову и увидела, что он улыбается. Тайра пропустила вдох:

– И что теперь?

Он усмехнулся, но в усмешке снова не было его обычной издёвки. Как и всё последнее время, пора бы уже привыкнуть к этому.

– Теперь я думаю, что война – это просто война. А есть вещи, которые важнее, чем долг и честь.

– Какие?

Он посмотрел на неё. В его глазах было что-то, от чего у неё во второй раз перехватило дыхание.

– Ты, – сказал он просто. – Ты важнее.

Тайра замерла. Сердце колотилось где-то в горле. Она хотела сказать что-то, но слова не шли.

Он не ждал ответа. Просто сидел рядом и смотрел на огонь.

Она медленно, неуверенно, положила голову ему на плечо. Он не двинулся, только его пальцы чуть сильнее сжали её ладонь.

– Странно, – прошептала она. – Я никогда не думала, что буду вот так сидеть с врагом.

– А я никогда не думал, что буду рад этому, – ответил он, не задумываясь.

Она улыбнулась и закрыла глаза. Ей не хотелось никуда уходить. Не хотелось думать о том, что ждёт снаружи – о войне, о племенах, о запретах. Здесь, в этой пещере, было только они, и это было всё, что имело значение.

Они сидели так ещё долго. За пределами пещеры ярко светило солнце, из джунглей стайками поднимались и кружились попугаи, ветер шевелил верхушки деревьев. Они как будто наблюдали за жизнью со стороны, оттуда, где нет времени.

Солнце уже клонилось к западу, когда Тайра нехотя встала. Дарак – следом. У выхода из пещеры она обернулась.

– До завтра? – спросила она.

Он кивнул.

– До завтра.

Она шагнула к нему и на мгновение прижалась к его груди. Потом отстранилась и пошла вниз по тропе, не оглядываясь.

Дарак стоял у входа, глядя ей вслед, пока её фигура не скрылась среди деревьев.

Тайра шла через джунгли, и мир вокруг казался другим. Солнце пробивалось сквозь листву, птицы пели громче обычного, ветер пах цветами. Она не помнила, когда в последний раз чувствовала себя такой лёгкой.

У лагеря она остановилась, прислушиваясь к себе. Внутри всё ещё теплилось что-то, от чего хотелось улыбаться без причины. Она заставила лицо стать спокойным и шагнула на открытое место.

Юсур как раз проходил мимо с починенным луком в руках. Заметив сестру, он усмехнулся:

– А вот и наша пропажа. Где ты была?

– В джунглях, – ответила Тайра, садясь рядом с кострищем.

– Всё утро?

– Ага.

Юсур покосился на неё, но ничего не сказал, только пожал плечами и направился к навесу, под которым они обычно хранили оружие.

Из хижины вышла Сильва. Она посмотрела на дочь долгим взглядом, но вопросов задавать не стала. Только улыбнулась краешком губ и присела неподалёку.

Тайра смотрела на вчерашние угли и думала о том, что будет дальше. Она не знала, как они будут скрываться от племён. Что будет, когда правда откроется. Но сейчас, сидя у костра, чувствуя, как в груди разливается тепло, она знала одно: она хочет, чтобы это продолжалось.

Неслышно подошедшая Сильва плавным движением передала Тайре миску с фруктами. Та рассеянно приняла их, посмотрев на мать и внезапно вспомнив кое-что:

– Мам... – она остановилась, не зная, как сделать так, чтобы вопрос прозвучал не слишком резко. Тайра сглотнула. – А тот закон... Ну помнишь, «жизнь за жизнь».

Сильва внимательно посмотрела на Тайру, слегка улыбнувшись:

– Существуют законы настолько древние, что о них не помнят даже старейшины. И они знают об этом.

– Они не помнят, а ты помнишь?

Сильва пожала плечами, вставая:

– Я уверена, что когда-то такой закон вполне мог существовать. А даже если и нет... – она приподняла одну бровь. – Он не помешает нам.

– То есть на самом деле...?!

– А ты разве хотела бы, чтобы тебе никто не поверил?

Не дождавшись от дочери ответа, она улыбнулась и пошла в сторону хижины. Пальцы Тайры стиснули принесённую миску, она вытаращила глаза вслед Сильве, чья лёгкая походка как будто отдавала озорством.

Юсур вернулся, сев рядом с Тайрой и начав возиться с костром. Он что-то говорил о завтрашней охоте, но она не слушала.

– Эй! Ты вообще слушаешь? Чего ты улыбаешься? – спросил Юсур, прервав свои разглагольствования о чём-то.

– Да так, – ответила она. – Настроение хорошее.

Юсур покачал головой, но тоже улыбнулся.

– Странная ты в последнее время, сестрёнка.

– Я просто счастлива, – сказала она, и впервые за долгое время это было чистой правдой.

Глава 28

После последней встречи с Дараком Тайра ощущала странную лёгкость. Она больше не хваталась за копьё, услышав позади его шаги. Спокойно принимала протянутую Дараком руку, когда он предлагал ей помощь, чтобы взобраться на скалу или дерево.

Однако всё ещё смущалась, когда ловила его на пристальном разглядывании её лица. Он никогда не отвечал на вопрос, почему так смотрит. Как будто пытался разглядеть в ней что-то незнакомое. Это не пугало, но Тайра терялась в догадках.

В этот раз, уйдя далеко на запад, к самому морскому побережью, они только что удачно поохотились на лесных голубей и сидели на скальном уступе, поджаривая ощипанных птиц на углях. Несколько штук они подвесили рядом на деревья, чтобы потом унести в свои племена. Море легонько билось о скалы далеко внизу. В левой стороне от них скалы обрывались и простирался белый песчаный пляж, усеянный ракушками. Солнце уже касалось края воды, собираясь в скором времени полностью спрятаться за горизонт. Тайра наблюдала за ним и думала о том, что этот вечер, наверное, самый правильный в её жизни. Возможно, ещё никогда она не чувствовала такого умиротворения.

Тайра оперлась спиной о ствол ближайшего дерева, довольно подставляя лицо лёгкому морскому бризу. Дарак присел рядом:

– Скоро пойдёшь к своим?

– Не хочется. Там меня снова ждут вопросы. Таман вечно пытается вызвать меня на разговор.

– Волнуется за тебя.

– Пытается отвлечь. Или думает, что я делаю что-то опасное.

Дарак тыкнул стрелой в птицу, проверяя готовность:

– Ну в чём-то он прав...

Тайра хмыкнула:

– Он не может запретить мне напрямую. Мама как будто тоже переживает, поручает мне любое дело, лишь бы я подольше оставалась в лагере. Видимо, хочет удержать меня от того, чтобы я не увлеклась чересчур сильно.

– И у неё получается?

– Нет.

Они оба засмеялись. Тайра была рада от того, насколько ей легко говорить, не думая и не взвешивая каждое слово.

– А твоё племя?

– Они привыкли, я всегда надолго пропадал где-то в джунглях. Но завтра нужно будет вернуться до вечера. Будет инициация новых воинов.

– Будут наносить первую татуировку? Много новеньких?

– Порядочно. Мы ведь проводим церемонию раз в два сезона. Среди них будут мои братья.

– У вас тоже мужчины должны совершить поступок, чтобы иметь право пройти обряд?

– Ага. Одну луну назад Баркут и Заран принесли в лагерь шкуру каймана. Это считается одной из охотничьих доблестей, так что завтра они из подростков превратятся в мужчин.

– Ты рад?

– Конечно. Теперь мы сможем иногда охотиться вместе далеко от поселения, я смогу обучить их чему-то.

Тайра улыбнулась:

– Здорово, я смотрю, тебя это сильно воодушевляет.

– Да, я давно этого хотел, – он покосился на неё. – Не думай, что так просто от меня отвяжешься. Они будут со мной не каждый день. У них подошёл тот возраст, когда они оспаривают все авторитеты и ведут себя так, будто всё знают лучше всех. Так что большую часть времени они самостоятельно будут набивать себе шишки.

Она кивнула:

– Да, знакомо.

Тайра наблюдала за садящимся солнцем, окрасившим облака в яркие красно-золотистые цвета. Ветер стих, и только море внизу мерно шумело, накатывая волны на скалы. Тайра уже привычным жестом мягко положила голову на плечо Дарака. От него пахло дымом и ещё чем-то древесным. Ей понравилось. Вдруг захотелось, чтобы этот вечер никогда не заканчивался.

– Тайра? – тихо позвал он.

Она повернула голову, удивлённая его осторожной интонацией. Он смотрел на неё, и в его глазах было что-то, от чего она не смогла сразу ответить. Она вопросительно взглянула в ответ. Сердце почему-то заколотилось где-то в горле, и она боялась, что он слышит.

Он медленно протянул руку и осторожно убрал прядь волос, упавшую ей на лицо. Пальцы задержались у её щеки, и она почувствовала, как по коже бежит тепло.

– Можно? – он спросил почти шёпотом, его взгляд был выжидающим. У Тайры перехватило дыхание, когда она поняла, что он собирается сделать. Где-то на задворках сознания затрепыхалась маленькая мысль, что это была последняя черта, пересечь которую означало окончательно расписаться в предательстве своей веры и племени, включая всех предков. С другой стороны, они и так уже нарушили все известные правила, им обоим всё равно уже гореть в аду, или куда там их боги посылают отступников...

Маленькая мысль затихла и больше не воскресала. Вместо ответа Тайра закрыла глаза.

Он наклонился ближе, она не отстранилась. Его губы коснулись её губ – легко, почти невесомо, будто он пробовал, не ошибся ли. Она замерла, не дыша, чувствуя, как мир вокруг перестаёт существовать.

Поцелуй был робким, неуверенным. Она не знала, что делать, куда деть руки, как дышать. Когда Дарак убедился, что она не возражает, его рука скользнула ей на затылок, пальцы запутались в волосах. Он целовал её так, будто она была чем-то хрупким, драгоценным, что можно разбить одним неосторожным движением. А она вдруг поняла, что боялась этого – и ждала. Всё это время.

Когда они отстранились, она чувствовала, как горит лицо. Он смотрел на неё, и в его глазах была улыбка – не торжествующая и не победоносная. Просто счастливая.

Увидев её растерянность, перемешанную с улыбкой, Дарак усмехнулся и притянул Тайру к себе, она уткнулась носом ему в плечо. Его рука лежала на её спине, согревая сквозь ткань накидки.

Они оба молчали. Это было непривычно, но тишина была комфортной. Вопреки опасениям, Тайра не почувствовала, что земля уходит из-под ног. Наоборот, всё будто наконец встало на свои места. Она устроилась перед Дараком, оперевшись спиной о его грудь и глядя, как солнце медленно уходит за горизонт, оставляя на небе огненные полосы. Море шумело внизу, ветер шевелил листву, и мир вокруг казался таким правильным, каким не был никогда.

Сейчас их обоих не волновало то, что скажут их семьи, что будет в будущем, и как они теперь будут хранить свой секрет. Не сговариваясь, они оба решили оставить эти мысли на потом. Они что-нибудь придумают, подготовятся, или будут скрываться, если нужно.

Они сидели так, пока солнце не скрылось за горизонтом. Тайре не хотелось уходить. Никогда.

– Нам пора, – сказал он наконец. Тайра закрыла глаза:

– Я знаю, – кажется, Дарак улыбнулся, услышав неохоту в её голосе.

Она встала и посмотрела на запад, где начали зажигаться первые звёзды. «Если это глаза наших предков», – она вдруг вспомнила слова отца. – «Интересно, что они сейчас думают обо мне?» Она невольно вздрогнула, словно от ледяного бриза.

– Что-то не так? – настороженно спросил Дарак.

– Не знаю, – она ответила честно. – Просто... у меня такое чувство, будто это ненадолго.

Он ничего не сказал. Только взял её за руку и крепко сжал.

Глава 29

Спустя пару дней Тайра снова сидела у водопада. Она ждала Дарака и от скуки поигрывала маленькими круглыми камнями, вынесенными пеной на край небольшого зеленоватого бассейна.

Услышав шорох, она подняла глаза.

«Дарак?» – Едва было не спросила она, но в последнюю секунду остановилась. Что-то было не так. Спустя пару мгновений до неё дошло, что шорох послышался снизу, в папоротниковых кустах, а не среди веток дерева, как обычно. Да и шорох был таким, будто кто-то случайно наступил на ветку и сейчас замер, не желая себя выдать.

«Подозрительно», – Тайра сделала вид, что ничего не услышала, продолжая якобы увлечённо раскладывать камни. Второй рукой она незаметно достала из лежащей рядом сумки духовую трубку. Медленно подхватив пальцами лежащую рядом маленькую стрелу, но не трогая тыковку с ядом, она быстрым движением вставила стрелу в трубку и резко дунув, выстрелила в куст папоротника. Раздавшийся из него крик ужаса возвестил о том, что она попала в цель.

Тайра почти не удивилась, когда из кустов выскочил Малир. Почему-то именно его она и ожидала здесь. Малир разъярённо уставился на неё, шаря в своей поясной сумке рукой:

– Ты что наделала, идиотка?!

Удовлетворённо улыбнувшись при виде ужаса в его глазах, Тайра приняла расслабленную позу, не отпуская напряжённую руку с ножа:

– Спокойно, он был не отравлен.

Малир остановился, перестав искать в сумке противоядие, и прислушался к ощущениям в теле. Затем он протянул руку за кусты и достал длинное копьё. Тайра подняла брови, увидев, что его оружие было боевым, а не охотничьим.

– Позволь поинтересоваться, Малир: ты зачем сюда припёрся?

Он начал постепенно подходить, взяв оружие на изготовку. Тайра медленно встала, не спуская глаз с направленного на неё копья.

– В племени начали ходить слухи, что ты зачем-то шляешься к северным скалам. Поговаривают даже, что дочь вождя начала якшаться с Чикун. – Он довольно осклабился.

– Уж не ты ли эти слухи распускаешь?

– А ты попробуешь их оспорить? Кого ты ждёшь здесь, маленькая предательница?

Тайра с достоинством выпрямилась, гневно посмотрев на соплеменника:

– Я никого не предаю в отличие от тебя, придурок. Я сидела одна. Попытка поймать на месте преступления провалилась? Что теперь будешь делать?

«Слава предкам, что именно сегодня Дарак опоздал».

– Научу тебя хорошим манерам.

Малир замахнулся копьём. Тайра отскочила в сторону, в одно движение сняв лук и положив на него стрелу. Противник остановился:

– С луком против копья? Твой братец, как поборник чести, это не одобрит.

– Он не одобрит боевое копьё против охотничьего. Ты уже нарушаешь правила и думаешь, что я не отвечу тем же?

Не ответив, Малир подскочил к Тайре, сократив расстояние между ними до нескольких шагов. Не успев выстрелить, Тайра сглотнула. Малир мрачно ухмыльнулся, заметив её растерянность:

– Блеф не удался? – Он сделал выпад копьём, заставив Тайру отшатнуться, уперевшись спиной в земляной откос возле скалы. Теперь остриё находилось на расстоянии ладони от её горла. Глаза Малира торжествующе сверкнули, когда он прошипел:

– А вот теперь ты мне всё расскажешь.

Тайра тяжело дышала, глядя ему в глаза. Она ничего ему не расскажет, он не посмеет её тронуть, хотя и играет убедительно. Уверенность пошатнулась, когда остриё копья сократило остававшееся расстояние и упёрлось ей в шею, царапнув кожу.

– Я не буду тебя убивать, Тайра. Но говорить заставлю. С чего начать?

Вонзившаяся рядом с головой Малира длинная стрела заставила его отшатнуться.

– Кто здесь?!

На миг у Тайры мелькнула мысль, что это Дарак. Отскочив в сторону, она быстро посмотрела в кроны деревьев, после чего перевела взгляд на стрелу, наполовину ушедшую в мягкую землю уступа. У стрелы было зелёное оперение.

– Юсур?! – Её возглас не был услышан, потому что Малир взревел от злости, бросившись к её брату. Юсур спокойно блокировал удар таким же боевым копьём.

– Руки убрал от моей сестры, – его голос был спокоен, но в нём чувствовалась сталь. – Или я забуду, что мы из одного племени.

Малир отступил на шаг, оценивая позу и занесённое Юсуром оружие. Этот блефовать не станет. Он отступил, не поворачиваясь полностью спиной. Прежде, чем скрыться в кустах, он бросил:

– Люди в лагере уже задают вопросы, Тайра. Объясняться придётся не только тебе, но и твоим братьям. Это только начало. И скоро это дойдёт до Амару.

Когда он исчез среди зарослей, Тайра тяжело опустилась на землю. Юсур подошёл к ней:

– Ты как?

– Нормально.

Юсур покачал головой, уловив дрожь в её голосе. Он протянул ей руку. Не дождавшись ответного жеста, он сам взял её ладонь и поднял на ноги. Тайра посмотрела на копьё в его второй руке:

– Боевое?

– Ага. Когда ты вышла из лагеря, Малир тут же сорвался за тобой. Я бы не придал этому значения, но то, что он взял боевое оружие, меня немного напрягло. Твоё короткое копьё для охоты не годится против такого.

Тайра вздохнула. Очередная глупость с её стороны. Могла бы предвидеть подобное:

– Спасибо.

Юсур приобнял её за плечи:

– Идём домой. Так чего он хотел от тебя?

Тайра мельком бросила взгляд на север. Наверное, к водопаду уже подходил Дарак, он будет ждать её. Но сегодня встреча не состоится.

– Малир точит зуб на Тамана. Они давно в ссоре, не сходятся во мнениях по поводу боёв с Чикун. А недавно Малир начал подозревать, что я для Чикун информатор или вроде того. В общем, считает, что я хожу к северу из-за них. А теперь, судя по всему, начал сеять подозрения в поселении на мой счёт.

Они неспешно шли рядом. Юсур раздумывал:

– С Таманом понятно. На каких основаниях Малир на тебя взъелся?

Поразмыслив, Тайра решила не скрывать:

– Он в курсе того, что Дарак спас меня.

– Дарак? Всё племя в курсе, но ты уже вроде вернула ему долг.

Тайра раздражённо отмахнулась:

– Да нет, я не про ягуара. Помнишь, когда я травмировала ногу и позвала вас, чтобы помочь мне добраться до лагеря?

– Помню.

– Я упала на скалах. Охотилась за попугаями. Дарак принёс меня.

Юсур запнулся от неожиданности:

– Чего? Тебя? Раненую? Так далеко на нашу территорию?

Тайра кивнула, наблюдая за замешательством брата. Юсур помолчал, потом покосился на Тайру:

– У него крыша поехала? Других объяснений я этому не вижу.

Тайра чуть улыбнулась его выражению лица:

– Ты знаешь, вполне возможно. Так или иначе, я не шпион. А всё остальное... Я расскажу, когда придёт время. Когда найду слова для этого.

Юсур кивнул, глядя на тропу, ведущую на юг:

– Смотри не опоздай. Малир не так прост. Он хоть и поганец, но мстить умеет. И обычно делает это медленно и расчётливо. И поаккуратнее с прогулками на север, я не всегда могу быть рядом.

На следующий день с утра пораньше Тайра оставила лук дома, взяв вместо этого два копья. Маленькое охотничье она закрепила за спиной, боевое несла в руке. Это было менее удобно, но ради перестраховки можно и потерпеть. По пути она дважды проверяла, нет ли у неё преследователей. Пока всё было чисто. Тайра подошла к журчащей реке и поднялась к водопаду с другой стороны – с севера.

Присев на один из плоских камней, она стала ждать, прислушиваясь к жизни джунглей. Вскоре появился Дарак, спрыгнув со стоящего рядом высокого камня. Тайра подняла глаза и привстала, чтобы приветственно обнять его. Он с улыбкой прижался щекой к её голове, а она с удовольствием вдохнула свой любимый лёгкий древесный запах, исходивший от его волос.

– Боевое копьё? – он удивлённо вскинул брови.

– Да, была небольшая проблемка. – Она рефлекторно посмотрела в сторону тропы, по которой пришла. Дарак проследил за её взглядом. Только одна опасность с юга могла тревожить её.

– Кажется, я понял. – Он помрачнел и аккуратно приподнял пальцем её подбородок, посмотрев на свежий порез, – это тот ублюдок.

Дарак сжал челюсть. Это было утверждение, а не вопрос. Оба понимали, о ком идёт речь. Тайра не стала развивать тему:

– Нам стоит выбрать другое место для встреч. Хотя бы временно.

Дарак кивнул, не став спорить. Они направились на восток, сходя с тропы и перебираясь через валежник и лианы. Привычная для них местность не вызывала трудностей.

– Как прошла инициация твоих братьев? – Тайра решила отвлечь Дарака от неприятных мыслей.

– Успешно. Они до сих пор ходят надутые, как лягушки в брачный период. Когда их перестанет так распирать от гордости, можно будет уже брать их на охоту.

Тайра ухмыльнулась:

– Предсказуемо. Закончим прошлую тренировку? Я тогда всю ночь обдумывала твою новую схему и, кажется, придумала контрудар.

– Показывай.

Они уже привычно замахнулись копьями, спугнув с ближайшего дерева несколько птиц.

Дарак атаковал первым, Тайра легко ушла в сторону, парировала, ответила. Движения были отточенными и быстрыми. Это была игра, танец, в котором они знали каждое движение друг друга.

– Медленнее! – крикнула Тайра, уворачиваясь от его копья. – Я не успеваю за тобой.

– Давай-давай, Тайра, ты можешь лучше! – он сделал выпад, она едва успела блокировать.

Тайра перешла в наступление, заставив его отступить на шаг. Дарак удивлённо поднял бровь, но не успел ничего сказать – из кустов донесся треск веток, и на поляну выскочили Юсур и Рунай с копьями наготове.

– Тайра! – крикнул Юсур.

Тайра и Дарак замерли. Рунай уже занёс копьё для броска, Юсур обходил Дарака сбоку. Тот поднял своё копьё, готовый к настоящему бою.

Тайра шагнула вперёд и повернулась к братьям, закрывая Дарака собой:

– Стоп! Опустите копья!

Юсур замер, словно его парализовало, только глаза расширились. Рунай опустил копьё, шокированно глядя на сестру, которая встала между ними и воином Чикун.

– Что происходит? – осторожно спросил Юсур, очевидно, думая, что сестра сошла с ума.

Тишина. Тайра поджала губы, лихорадочно обдумывая все возможные варианты выйти из этой ситуации. В голову ничего не приходило. Она повернулась к Дараку, ища поддержки. Он кивнул, тоже опустив копьё. Тайра вновь посмотрела на Юсура и нервно сглотнула:

– Мы не дрались... Мы...

Рунай переводил взгляд с неё на Дарака и обратно. Она стояла спиной к врагу! Ладно это. Она защищала его от них! Он попробовал выдавить из себя какой-то вопрос, но не смог. Впрочем, Тайра поняла его мысль.

– Это была тренировка.

Юсур и Рунай уставились на неё.

– Может, объяснишь?

Дарак вышел из-за её спины. Он был серьёзен:

– Тайра, похоже, пора рассказать им правду.

Глава 30

Дарак проснулся в хорошем настроении. Сегодня у них очередная встреча с Тайрой у их водопада. Их водопада. Чёрт возьми, это приятно звучит, кто бы мог подумать.

Подхватив свой лук, он бросил привычное «на охоту» сидящей возле навеса матери. Тали кивнула, широко улыбнувшись. Её выражение лица заставило Дарака остановиться:

– Что?

Казалось, она сдерживала смех:

– В этот раз хотя бы не забудь принести дичь после охоты.

Дарак помедлил, потом быстро кивнул и порывисто вскочил на нижние ветки дерева. Было мало надежды, что мать не заметила, что его смуглая кожа на щеках слегка покраснела. Но не время думать об этом. Солнце сияло уже высоко, наверняка Тайра уже давно ждёт его.

Уже подобравшись для следующего скачка выше по веткам, Дарак услышал оклик со стороны шалашей:

– Дарак!

Он выдохнул, раздражённо обернувшись:

– Что?!

Увидев Саргана, он остановился и слез на землю:

– Прошу прощения. То есть, что ты хотел?

Пусть он и отец, но иерархия в племени была очень строгой. Сарган сурово посмотрел на сына, но сделал вид, что не слышал первого выпада, и сразу перешёл к делу:

– Ватар говорит, что ты отказал его дочери.

Дарак осторожно кивнул:

– Да, это так. Мне не до этого сейчас. – Он немного поразмыслил. – Я хорошенько подумал, поприсматривался и решил оставить это на потом.

Сарган прищурился:

– И куда ты тогда уходишь на этот раз, если закончил присматриваться?

– На охоту. – Кажется, это прозвучало как хорошо заученный ответ на все случаи жизни. Сарган посмотрел на сына с недовольством:

– Когда ты уже наконец наиграешься? Ты уже не подросток. Твоё увлечение охотой и боями я одобряю, но Тали... Мать беспокоится. Гира – отличная партия, из достойной семьи. И никогда в жизни тебе не будет перечить.

– В том-то и дело...

– Что?

– Ничего. Я учту, но ничего не обещаю.

– Дарак!

Дараку казалось, что это никогда не закончится. Сарган читал нотации, а Дарак украдкой поглядывал на солнце, которое уже перевалило за зенит. Сарган умел давить, когда хотел, но его сын успешно держал оборону. Жаль, что он не мог просто бросить какой-нибудь уклончивый ответ и удалиться. Проявление неуважения к вождю было немыслимо.

Тираду Саргана остановило появление одного из дозорных:

– Вождь, могу прервать вас?

Сарган обернулся:

– Это срочно?

– Да. Заран и Кирсан вернулись. Они следили за Сатой и её сыном. Слухи подтвердились, они действительно лазили на северные плантации Юкайя. И вели беседы с каким-то парнем.

– Сюда их. – Мгновенно забыв про Дарака, Сарган быстрым шагом направился к старухе и взрослому мужчине.

Дарак собрался было вскочить на дерево и помчаться к водопаду, но задержался. Его взгляд был прикован к двум фигурам, стоящим на коленях перед возвышающимся над ними Сарганом. Дарак узнал Сату, о ней давно ходили слухи, будто бы она – полубезумная ведьма. Худосочный мужчина рядом с ней был, очевидно, её сыном. Не было необходимости напрягать слух, голос Саргана звучал как гром, хотя он говорил вполголоса:

– Так это вы шлялись к Юкайя всё это время? Вот откуда им известно, какими тропами ходят мои люди?

Сата и её сын что-то лепетали, очевидно, оправдываясь. Сарган стоял перед ними, скрестив руки на груди и явно наслаждаясь своей властью. Двое осуждённых усердно юлили перед ним, обещая исправить досадную ошибку.

– Предательство – это не ошибка. Это – выбор. Вы прекрасно знали, чем это наказуемо.

Стоящий за спинами изменников исполинского роста широкоплечий мужчина презрительно осклабился. Дарак знал и его. Это был Палтар, он всегда пользовался лояльностью вождя, так как исполнял роль безотказного палача. Если Сарган вызвал его, можно уже не гадать, что будет дальше.

Дарак отвернулся, успев услышать, как Сарган направился к костру, бросив через плечо Палтару:

– Уведи их. Думаю, тебе не нужно объяснять, что с ними делать.

Палтар кивнул, схватив за шкирки и волоком потащив извивающихся и визжащих предателей в сторону побережья.

Не глядя туда и выбросив из головы неприятную сцену, Дарак вскочил на ближайшее дерево и понёсся к водопаду. Тайра дождётся его?

Перескочив через пограничный ручей, он наконец-то вышел к журчащему потоку воды, но Тайры не было. Он разочарованно воткнул копьё в землю и присел. Странно, тот, кто приходил первым, всегда ждал. Дарак задумчиво оглядывал окрестности и не сразу понял, что именно привлекло его внимание. Медленно поднявшись, он подошёл к земляному уступу и выдернул из него стрелу.

– Зелёное оперение? – он задумчиво провёл пальцами по стреле, напряжённо вспоминая, кто использует таких птиц. Определённо кто-то из Юкайя, среди своих он ни у кого таких не видел. И судя по длине, лук был не охотничий. Кто-то пришёл сюда ради серьёзной драки.

Дарак начал ходить кругами, внимательно всматриваясь в следы на участках голой земли. Здесь определённо была Тайра. И ещё двое. Боя на копьях точно не было – следов очень мало. Да и судя по стреле, поединок и не планировался. Неужели Юкайя начали драться с друг другом? Или намеренно пришли сюда убить кого-то из Чикун? Тогда бы здесь была кровь. А может, поджидали Дарака? Но тогда могли бы и дождаться.

– Странно, – пробормотал он, продолжая рассматривать следы. Вот отпечатки ног какого-то мужчины и Тайры. Возле стены, совсем близко друг к другу. Тайра стояла спиной к уступу. В такой позиции они либо целовались, но это бред, либо... Дарак скрипнул зубами – ей угрожали! Совсем рядом отсюда он и выдернул стрелу. Видимо, кто-то вступился за неё. Но почему Тайра просто не вступила в бой со своим противником? Она всегда так поступала. Наверное, по какой-то причине не имела права его трогать. Кто-то из высших рангом? Возможно, она была безоружна. А выстреливший этой стрелой либо промахнулся, либо не преследовал цели убить противника Тайры. Вот он уходит вместе с ней к тропе. Следы первого мужчины ведут туда же, но как-то полубоком.

– Надеюсь, она объяснит это. – Дарак всматривался в тропу, уводящую на юг, словно пытался разглядеть там удаляющиеся спины. Странная тревога поднималась в груди. Ну почему именно сегодня он должен был опоздать!

В этот раз Дарак встал с рассветом и выскользнул из лагеря раньше, чем кто-либо успел бы продрать глаза, чтобы снова помешать ему. Если Тайра в порядке, она наверняка должна прийти к их негласному месту встречи сегодня.

Немного не доходя до границы, он изменил направление и поднялся по скале, остановившись на полпути к своей пещере. Из предосторожности на этот раз лучше убедиться, что придёт именно Тайра, и что она придёт одна. Судя по всему, это место стало известным кому-то ещё. Дарак занял отличный наблюдательный пункт на высоком уступе – отсюда открывался обзор не только на водопад, но и на все тропы, ведущие к нему с юга.

Не прождав и получаса, он увидел Тайру, осторожно идущую к ручью. Дарак уже было вскочил, чтобы направиться к ней, как заметил, что она пошла другой дорогой и как будто решила пойти мимо водопада на запад. Он остановился, с интересом наблюдая. Тайра обошла вокруг скалы и вышла к водопаду. Дарак внимательно оглядел тропы и заросли, ведущие туда. Никого. Но так или иначе, эта предосторожность чем-то оправдана. Значит, он не ошибся в своих вчерашних вычислениях.

Тем временем Тайра уже остановилась на берегу, явно раздумывая, чем заняться, чтобы скоротать время до появления своего любимого врага. Убедившись, что вокруг нет никого кроме них двоих, Дарак даже не потрудился спуститься на землю, передвигаясь по толстым ветвям древних деревьев настолько быстро, насколько мог.

Не замедляя скорости, он спрыгнул с дерева на большой валун, и следующим прыжком приземлился прямо рядом с Тайрой. Она даже не вздрогнула, только подняла глаза на него так, будто он просто позвал её по имени, а не спрыгнул со скалы, распугав рыбу в ручье. Дарак не смог сдержать улыбки при виде её спокойствия. Спокойствия, которое он дарил ей своим присутствием. Она доверительно прижалась к его груди в знак приветствия, Дарак вдохнул медовый запах её волос и почти было погрузился в истому долгожданной встречи, как что-то твёрдое задело его локоть. Это быстро отрезвило его и вернуло к действительности. Отстранившись от Тайры, он кивнул на копьё, которое она так и не выпустила из рук:

– Боевое копьё?

– Да, была небольшая проблемка. – Тайра замялась, словно это была неприятная тема. Дарак, внимательно наблюдающий за выражением её лица, заметил, как она мельком посмотрела на юг, прежде чем перевести взгляд на него. В этом взгляде была тревога. Значит, все его догадки оказались верны. И кто же мог ей угрожать? В эту секунду его молнией пронзила мысль – Малир! Как он раньше не догадался! Кто же ещё, как не тот, кто имеет все козыри для шантажа.

– Кажется, я понял. – Дарак вспомнил про следы возле скалы, к которой Тайра стояла спиной. Если Малир стоял напротив, значит... Он мягко приподнял пальцем подбородок Тайры. Она, очевидно, не хотела показывать порез, но подчинилась. Так и есть. Маленькая царапина, которая бывает, если остриё приставить прямо к шее, статично и с нажимом. Именно в этот момент Дарак испытал жгучее желание убить Малира прямо сейчас. Так же, как Аскара и Турана – как вшивую мартышку, наплевав на какие-то там правила и законы чести.

– Это тот ублюдок. – Он не потрудился уточнять. Скорее просто разговаривал вслух с самим собой. Голос был нарочито спокойным, однако те, кто его хорошо знал, прекрасно сознавали – чем спокойнее голос Дарака, тем ближе чья-то смерть. Тайра, несомненно, тоже это знала.

– Нам стоит выбрать другое место для встреч. Хотя бы временно. – Она точь-в-точь озвучила его мысли. Дарак рассеянно кивнул, мыслями целиком погрузившись в разнообразные способы расправы над Малиром. Тайра пошла первая, направляясь куда-то на восток, перескочив через бурелом. Дарак с хмурым видом следовал за ней.

Дело не в том, что он ранил Тайру. Сколько десятков раз Дарак сам ранил её в их поединках? Несерьёзно, но всё же. А сколько раз она приходила в синяках после тренировок с братьями? Но вот эта малюсенькая царапина – это не просто ранка. Это по счастливой случайности прерванное убийство, или пытка. Наверняка вмешался кто-то из братьев Тайры, теперь Дарак это понял. Возможно, только они знают об отвратной сущности Малира и так берегут сестру. И если он попробует её ещё раз тронуть...

Нездоровая тревога перемешивалась с разумом в его голове, причём второй существенно проигрывал. Картины кровавой расправы в воображении Дарака были прерваны внезапным вопросом Тайры:

– Как прошла инициация твоих братьев?

Он удивлённо посмотрел на неё, соображая, не потерял ли какую-то нить ранее начатого разговора. Но увидев выражение её лица, догадался, что она пытается его отвлечь. Видимо, его мысли находили отражение в его лице. Что ж, он позволит ей это сделать.

Пока он рассказывал, где-то на юго-востоке взвилась стая птиц, словно её кто-то вспугнул. Дарак напрягся. Тайра, ушедшая на пару шагов вперёд, казалось, даже не заметила это, увлечённо говоря что-то про контрудар. Дарак услышал только последнее слово, но интуитивно догадался, чего она хочет.

– Показывай.

Разлетевшиеся птицы – нехороший знак. Он стал параноиком, или к ним кто-то направлялся?

Тайра заняла оборонительную позицию, и Дарак атаковал, стараясь выбросить из головы тревожные мысли, но на всякий случай наблюдая за юго-восточной частью поляны. Стайка попугаев рядом тоже вилась в воздух.

«Так, кто бы там ни был, он понял, что мы здесь», – подумал Дарак, потратив долю секунды на то, чтобы взглянуть на высоко взлетевших над деревьями ярких птиц.

Дарак дрался, всего лишь частично включив своё внимание в бой. Впрочем, Тайре этого было, кажется, достаточно. Когда она взяла себя в руки и бросилась в серьёзную атаку, на поляну за её спиной выскочили две фигуры с поднятыми копьями:

– Тайра!

Тайру, казалось, это обескуражило. Она не ожидала, что здесь был кто-то помимо них с Дараком, и в шоке смотрела на братьев. Дарак не удивился появлению Юкайя на поляне. Он тоже остановился, но не от шока, а скорее с облегчением. Хорошо, что это не Малир или другой неприятель. Юсура Дарак узнал, второй, очевидно, Рунай. Тем не менее, настроены они были недружелюбно, без лишних предисловий беря его в клещи с занесёнными копьями.

Дарак поднял своё оружие в намерении защищаться, но внезапно Тайра развернулась и встала прямо перед ним лицом к братьям.

– Стоп! Опустите копья!

Юсур и Рунай в ступоре смотрели на сестру. Дарак воспользовался моментом, чтобы украдкой усмехнуться. Кто бы сомневался! Эта барышня ни за что в жизни не останется в стороне во время мужских разборок. Но неужели она думала, что Дараку могла угрожать опасность от этих двоих? Впрочем, нет. Скорее всего, испугалась, что её братья пострадают от его рук. Напрасно, он не собирался их бить, только не дать им себя задеть, но откуда ей было это знать...

– Мы... – Тайра обернулась к нему за помощью. Она что, спрашивает у него разрешения выдать тайну? Это... Приятно. Дарак опустил копьё, показывая намерение не вступать в драку, и чуть кивнул Тайре. Ситуация была слишком однозначная.

– Это была тренировка. – Тайра нервно переминалась с пяток на носки. Дарак ободряюще улыбнулся её спине. Конечно, она не заметила. Но от Руная и Юсура это не укрылось.

– Может, объяснишь?

Вот и начало переговоров. Дарак медленно обошёл Тайру и встал рядом с ней. Он и так достаточно долго себя сдерживал, чтобы не выпрыгнуть и не влезть в разговор сразу. Прятаться за спиной девушки! Хотя умом он и понимал, что в данной ситуации это было правильно, гордость тоже была не на последнем месте.

Тем не менее, судя по лицам, оба парня уже были настроены на диалог. Наверное, шок от поступка Тайры здорово посодействовал этому. К тому же, рано или поздно это всё равно должно было случиться.

– Тайра, похоже, пора рассказать им правду.

Тайра посмотрела на него с благодарностью. Неожиданно Дарака осенило: она давно хотела это сделать! Но это была не только её тайна, и она старательно держала её в секрете.

Глава 31

Тайра кивнула на бревно, лежащее рядом с потухшим ещё вчера костром:

– Ребята, вам лучше присесть. Юсур, опусти уже наконец копьё.

Юсур пошевелился, словно это стоило ему огромных усилий. Он и Рунай присели рядом друг с другом, не сводя глаз с Тайры. Дарак сел напротив, демонстративно оставив оружие возле дерева в пяти шагах. Тайра осталась стоять.

– Мы с Дараком не дерёмся всерьёз... Уже давно.

– Почему? – выпалил Рунай.

Тайра глубоко вздохнула. Она не готовилась к этому разговору, но обратного пути уже не было.

– Ну вообще-то мы... – она запнулась, собираясь с мыслями. Потом выдохнула и сказала быстро, чтобы не передумать: – Мы давно не враги. Мы часто видимся. Просто проводим время вместе...

Рунай закрыл глаза ладонью. Юсур же выглядел так, словно Тайра только что заявила, что выходит замуж за ягуара. Он показал поочерёдно пальцем на Тайру и Дарака:

– То есть вы...

Они синхронно кивнули. Юсур опустил руки, вытаращив глаза:

– Ага... Теперь я начинаю понимать. Ты, конечно, всегда была сумасбродной. Но такое...

Тайра улыбнулась:

– Кажется, ты впервые в жизни растерял своё красноречие.

– Подожди, я только немного приду в себя и такое тебе выдам...

Рунай сидел, мрачно подперев подбородок ладонью, другой рукой сжимая копьё:

– Может, расскажешь по порядку?

Тайра сделала глубокий вдох. При небольшом участии Дарака она рассказала всё. И про первое спасение из водопада, и про ягуара, и про то, как он спас её, убив соплеменников, и причину его ярости при этом. Рунай и Юсур на этом моменте сжали кулаки, но не перебивали. Тайра поведала о том, почему именно вступилась за Дарака, когда его взяли в плен, и о разговоре после. Особенно старательно упомянула, что среди обеих племён есть как достойные люди, так и подонки. Услышав имя Малира, братья переглянулись: всё сходилось.

Про то, как Дарак её неосторожно обидел, слёзы после этого и особенно поцелуй она решила умолчать, это было их личное.

Когда она договорила. Юсур и Рунай долго ничего не отвечали. Рунай наклонился вперёд, уперев локти в колени и положив подбородок на руки. Юсур откинулся назад и смотрел наверх, в кроны деревьев. Дарак и Тайра молчали.

– Мдааа, делааа, – протянул Юсур, первым нарушив тишину. – Что теперь будете делать? Не вечно же скрываться?

Тайра улыбнулась, услышав это. Значит, отцу они рассказывать не собираются:

– Пока не придумали.

– Лучше придумай. Судя по нашему вчерашнему разговору, Малир частично в курсе. Таман знает?

– Нет. Но думаю, будет справедливо рассказать ему.

Юсур ухмыльнулся:

– Если его не хватит удар от этой новости, он будет на твоей стороне... Наверное. Ну или по крайней мере, хотя бы не убьёт тебя. Сразу.

– Я расскажу ему... Надо только подумать, как и когда это сделать.

– Лучше, когда он безоружен. И чтобы не держал в руках ничего тяжелого. Вообще можно сначала связать его...

– Юсур!

– Просто предложил.

Дарак фыркнул, но тут же сделал вид, что разглядывает кроны деревьев.

Юсур подмигнул Тайре:

– Хоть кто-то смеётся над моими шутками.

Рунай всплеснул руками:

– Тут все с ума посходили!

Юсур хлопнул брата по плечу:

– Смирись. Ты знаешь сестрёнку, если ей что-то взбрело в голову, это из неё даже дубиной не вышибешь. А судя по её рассказу, Дарак пока неплохо справляется с обязанностями, которые раньше были нашими.

– Как можно быть таким легкомысленным...

– Это называется приспосабливающийся, – Юсур потянулся, хрустнув спиной.

Рунай всё ещё выглядел обеспокоенным. Он посмотрел на Юсура:

– Ты сказал, что Малир частично в курсе? Что ты имеешь в виду?

Тайра опередила брата, напряжённо нахмурив брови:

– Он видел нас с Дараком. Когда он принёс меня к поселению с травмой, помнишь?

– Так вот почему ты мне не сказала тогда, как ушла так далеко от скал.

– Именно поэтому.

Юсур перевёл взгляд с Дарака на Руная:

– Вот и причина, почему по племени ходят слухи о том, что Тайра стала информатором для Чикун. Нетрудно догадаться, кто за всем этим стоит.

Тайра тут же вспыхнула:

– Никакой я не информатор! Мы вообще даже ни разу не говорили о планах и вообще любых сведениях в наших племенах! Я...

Юсур поднял ладони в капитулирующем жесте:

– Успокойся, мы тебе верим. – Он мельком снова взглянул на Дарака, как бы говоря «а ему не очень-то» и вновь посмотрел на сестру. – Но Малиру же ты это не докажешь, правильно? Он увидел тебя рядом с Чикун, для него всё ясно.

– Едва ли кто-то верит этим слухам. – Рунай подал голос, потирая лоб пальцами. – Но это пока. Сдаётся мне, Малир только начал. Лучше бы к другу своему присмотрелся, но разве Малир будет смотреть на то, что у него перед носом, когда сама дочь вождя и сестра Тамана...

Дарак, Тайра и Юсур уставились на него. Рунай поднял голову:

– Что?

– Поясни? – Дарак напряжённо всматривался в его глаза, словно пытаясь прочитать мысли Руная до того, как он озвучит их.

Рунай нервно поколебался, но решил ответить:

– Товарищ Малира, Вилар, давно ходил к границе на северо-западе. Юсур, помнишь, ты сам сказал, что видел его? Я всё гадал, откуда у него столько сведений о Чикун. И всё сходится. Он явно не наблюдает там за ними целыми днями, эти вылазки очень короткие.

Дарак внезапно вспомнил сцену во время своего ухода из лагеря:

– Проклятье... Ты прав.

Теперь все вперили взгляды в Дарака. Тайра осторожно спросила:

– Ты что-то знаешь об этом?

– Немного. – Дарак мрачно посмотрел на неё. – Сегодня утром Сарган казнил двоих за то, что лазили к Юкайя якобы для переговоров. Те даже не отрицали свою вину. В Чикун с предателями разговор короткий, так что... У вашего Вилара больше нет информаторов, какие бы ни были у него цели.

Тайра с братьями замолчали, обдумывая новые сведения. Выходит, Вилар – действительно изменник, теперь это было бесспорно. И Малир, скорее всего, ничего об этом не знал.

– И сейчас предательницей Малир считает меня, – уныло пробормотала Тайра. – И будет всячески это доказывать. Теперь я уверена, что и Вилар во всём этом участвовал, просто чтобы отвести от себя подозрения.

– Ладно, – Юсур поднялся. – Нам всем есть о чём подумать сегодня. Надо переварить всё это.

Рунай тоже встал, подобрав своё оружие. Он всё ещё с подозрением смотрел на Дарака:

– Не вздумай обидеть её...

Дарак уверенно кивнул:

– Не беспокойся.

Юсур закинул на плечо свой лук:

– Я бы сказал то же самое, но Тайра сама кого хочешь обидит. Поэтому скажу так: терпения тебе, парень.

Рунай возвёл глаза к небу. Дарак сдержал улыбку и чуть заметно кивнул, очевидно, соглашаясь с Юсуром. Уж он-то знал. Тайра предпочла не заметить это.

– Пойдём, – Юсур хлопнул брата по плечу. – Он связался с нашей сестрой, ты мог бы и пожалеть его. Сейчас у нас есть проблемы посерьёзнее. По пути обсудим, что делать с Виларом и Малиром.

Когда они ушли, Дарак откинулся назад:

– А Юсур – обаятельный малый.

Тайра подавила улыбку:

– Не ожидала, что он так легко воспримет это. Впрочем, он всегда был самым открытым и лёгким. Рунай, конечно, сильно переживает... Видел его лицо? Но я поговорю с ним потом ещё раз.

– А Таман?

– Это будет сложнее. Но предоставь это мне, ладно? Тебе лучше не присутствовать.

Дарак кивнул. Если Таман так же сначала набросится с копьём прежде, чем всё выяснить, с ним драться будет уже сложнее.

– Будь осторожна с этими двумя... Малиром и Виларом. После выходки с боевым копьём я не знаю, чего от них ожидать. И знаешь что, не мне тебе указывать, но просто попрошу: держись поближе к братьям. Я не могу заходить на твою территорию и лично выследить этих двух гадов, но так мне будет хотя бы спокойнее.

Тайра тепло улыбнулась ему и наклонила голову в знак согласия.

Тем же вечером Таман сидел в отдалении от лагеря и чистил рыбу. Юсур и Рунай сидели возле костра неподалёку, тихо переговариваясь. На джунгли быстро и тихо опускались сумерки. Тайра присела рядом с Таманом:

– Можно поговорить с тобой?

Он удивлённо повернул к ней голову, услышав её тон:

– Что-то серьёзное?

– Да просто... Да, серьёзное.

Издалека раздался крик Юсура:

– Тайра! Это неподходящее время – у него в руках нож.

Таман посмотрел в его сторону:

– О чём он?

– Дурака валяет. Слушай, – Тайра помолчала. Надо было хотя бы отрепетировать речь, она об этом не подумала. – Помнишь, после того, как Дарака освободили из плена, ты сопровождал его до границы?

– Помню.

– Что ты о нём думаешь?

Таман с подозрением посмотрел на неё:

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто интересно твоё мнение.

– Издалека заходишь, видимо... Но ладно. Он сильный боец. Чрезвычайно сильный, судя по истории с ягуарами. Умён как демон, я видел его военные стратегии в масштабных битвах. Ты тогда ещё не допускалась до боёв, а я помню. Но он не бандит, это точно. Его есть за что уважать, но и бояться стоит.

Рунай и Юсур подошли и сели позади Тамана. Он обернулся:

– Вам чего?

– Так, группа поддержки, – Юсур махнул рукой. – Не обращай на нас внимания.

Тайра продолжала:

– В общем, я и Дарак... – она запнулась.

Таман вздохнул:

– Не продолжай, я всё понял.

– В смысле?

– Я давно заметил твоё странное поведение. Долгие исчезновения из лагеря. И эта история с ягуаром... Не говоря уже про ту сцену, которую ты закатила отцу с неудавшейся казнью. Да ещё эти странные намёки Малира. Надеялся, что я ошибаюсь, конечно.

Он кивнул на молчащих Руная и Юсура:

– Они тоже в курсе?

– Да. Видели нас сегодня.

Он помолчал некоторое время, задумчиво повернув нож в пальцах так, что он сверкнул в тусклых лучах солнца.

– Малир – не единственная проблема. Юсур и Рунай рассказали мне про Вилара, как раз перед тем, как ты пришла. И если он действительно получает сведения от Чикун...

– Уже нет.

Таман поднял голову, посмотрев Тайре в глаза:

– То есть?

Тайра нервно сглотнула, но сказала, отведя взгляд куда-то в сторону:

– Дарак сказал... Сегодня утром в Чикун казнили двоих. Засекли за вылазкой к Юкайя. Мы думаем, это как раз те, к кому ходил Вилар.

Таман ещё какое-то время смотрел на неё, потом перевёл взгляд на рыбу в руках.

– Дарак сказал... И ты ему безоговорочно веришь?

Тайра не ответила, почувствовав напряжение в его словах. Ещё немного помолчав, она осторожно спросила:

– Ты злишься?

– Злился бы, если бы ты продолжала скрывать. Но я рад, что ты решила сама рассказать мне. Но спрошу: ты хоть уверена? В нём? В себе?

– Да, – Тайра ответила без колебаний.

Таман вздохнул:

– Значит, тут уже ничего не поделать. Хотя бы будь осторожна. Но если он тебя обидит, я наплюю на все границы и убью его.

– В очередь, братец! – вставил Юсур из-за его спины.

Таман обернулся:

– Сделай одолжение: заткнись, а?

Тайра усмехнулась:

– Убивать не придётся. Думаю, вам с Дараком не помешает встретиться. Без оружия. Вам будет о чём поговорить.

Таман усмехнулся и покачал головой:

– Встретиться с сыном Саргана? Без оружия? – он задумался, потом кивнул. – Ладно. Придёт время – встретимся. Но не сегодня. Мне нужно время привыкнуть к мысли, что моя сестра встречается с врагом.

– Попробуй думать о нём не как о сыне Саргана, а как о Дараке. Ведь лично он ничего тебе не сделал, правда?

– Ты права, – подумав, сказал Таман

– Дадим друг другу шанс показать, кто мы на самом деле.

Юсур поднялся и отряхнул накидку:

– Ну что, все теперь в курсе? Можно жить дальше?

– Можно, – сказала Тайра, вставая. – Спасибо, что...

– Не надо, – перебил Таман. – Ты наша сестра. Мы за тебя. Даже когда ты делаешь глупости. Хотя бы просто не спеши доверять ему.

Они пошли к костру, где уже догорали угли. Рунай молчал всю дорогу, и Тайра знала, что ему нужно больше времени, чем другим. Она подошла к нему, когда они уже почти дошли.

– Ты как? – спросила она тихо.

Рунай посмотрел на неё. В его глазах не было гнева, только тревога.

– Я боюсь за тебя, – сказал он. – Если что-то пойдёт не так... Если отец узнает...

– Я буду осторожна... – Тайра резко замолчала, невольно вспомнив, что точно такие же слова ей говорил Дарак прямо перед тем, как попасть в плен бойцам её племени.

– Я согласен с Таманом, – продолжал Рунай, словно не заметив изменившееся выражение лица сестры. – Мы на твоей стороне и не расскажем ни отцу, ни кому-либо ещё. Но я не горю желанием вот так сразу доверять ему. Он всё-таки Чикун. В общем, ни жди, что мы сразу примем его с распростёртыми объятиями, ладно?

– Я понимаю. Таман и Юсур наверняка думают то же самое, просто не говорят мне так открыто. Нам всем просто нужно время.

Рунай кивнул, но в его глазах тревога осталась.

Они вернулись в лагерь. Сильва уже раздавала ужин, Амару о чём-то спорил со старейшинами. Никто не заметил, что их дети вернулись с поляны, все четверо непривычно задумчивые. Даже Юсур.

Тайра легла спать, но долго не могла уснуть. Она думала о сегодняшнем дне. О том, как Дарак принял её братьев. О том, как Юсур постарался сделать вид, что всё в порядке. О том, как Таман сказал: «Мы за тебя». О том, как Рунай боялся за неё.

Она смотрела в потолок хижины и чувствовала, как в груди разливается тепло. Она не одна. Братья с ней. Дарак с ней. И что бы ни случилось дальше, она справится.

За стеной кто-то засмеялся. Где-то вдалеке крикнула ночная птица. А Тайра закрыла глаза и улыбнулась. Завтра она снова пойдёт к водопаду. И всё будет хорошо. Хотя бы на время.

Глава 32

Дарак неспешно шёл в сторону своего поселения, обдумывая только что услышанные известия. Так значит, тех двоих казнили утром не случайно, этот Вилар, или как там его, действительно получал от них информацию касательно передвижений Чикун с южной стороны. Зачем им это? Он думал и не находил ответа. В голове не укладывалось, что кто-то может добровольно разговаривать с Юкайя. Дарак хмыкнул, подумав о себе самом – какое лицемерие, однако...

Но он тут же вернулся мыслями к Сате и её сыну. Они не просто поладили с Виларом, как он с Тайрой, они целенаправленно передавали ему ценные сведения. Хотя прекрасно знали, что им за это грозит. Все знают. За всю историю Чикун было всего несколько таких случаев. Был Зукар несколько поколений назад, который таким образом смог подорвать репутацию старшего брата и занять место вождя вместо него. Тогда разделившиеся на два лагеря Чикун чуть не поубивали друг друга. Во времена его прабабки какая-то девушка влюбилась в парня Юкайя и пыталась переметнуться к ним в племя и выдала их вождю все, что можно, про оружие и бойцов Чикун. Юкайя её выслушали, а потом убили вместе с её парнем. Варвары... Впрочем, племя Дарака поступило бы точно так же. Но времена тогда были другие, более жестокие. Ни о каких законах чести и границах и речи не шло, не было изощрённых стратегий, племена просто устраивали дикую резню, едва завидев друг друга. Но всё же, всё же, всё же... Сата, может, и полусумасшедшая, но ведь и её сын участвовал в этом.

Зайдя на территорию лагеря, Дарак огляделся. Близились вечерние сумерки, но в поселении было практически пусто. Несколько пожилых женщин расселись на пороге самого низкого шалаша – он нависал практически над самой землёй, но на небольшом возвышении для защиты от змей. Они чинили одежду и что-то активно обсуждали. Дарак прислушался, но сразу же потерял интерес – речь шла чьих-то внуках и одежде.

Поискав глазами среди крон деревьев, Дарак увидел Зарана, со скучающим видом швырявшего куда-то камушки на пороге родительского шалаша. Подумав, Дарак поднялся к нему. повернув голову, Заран кивнул в знак приветствия и продолжил кидать камушки, сбивая ягоды с какого-то куста внизу. Дарак решил приступить сразу к делу:

– Заран, слышал о казни двух предателей утром?

– Ага, – брат равнодушно прицелился в очередную ягоду.

– Что-нибудь знаешь об этом?

– Не-а. Они вроде как ходили к Юкайя, о чём-то болтали с каким-то парнем, ну Сарган и приказал убить их. Ты ж знаешь, обычное дело. А что?

– Просто любопытно. Чего Сата хотела от Юкайя? И зачем сына втянула?

– Она же не в своём уме, кто знает, что взбрело ей в голову.

– А её сын?

– Сартак? А кто его знает... Он всегда был тюфяком. Может, просто послушался мать, – Заран внимательно посмотрел на брата. – А чего это тебя так интересует?

– Есть что-то странное в этой истории.

Снизу раздался голос, заставивший Дарака и Зарана свесить головы по обе стороны настила:

– Я знаю, почему Сата это сделала.

Братья были ошарашены, увидев внизу Гиру. Ей-то откуда было это знать?! Видимо, она только что вернулась с ручья – в её руках была куча влажной одежды. Дарак тут же проворно спрыгнул вниз:

– Что ты знаешь об этом?

Гира не торопилась отвечать, смерив Дарака изучающим взглядом.

– А я смотрю, тебя действительно задело это маленькое происшествие, не так ли?

– Ты скажешь, что произошло, или я пошёл?

Гира вздохнула:

– У Саты убили мужа. По вине Саргана. Уже очень давно.

– Вот как?

Теперь Дарак шёл рядом с ней, мысленно сопоставляя все её слова с тем немногим, что он уже знал о Виларе и недавней казни.

– Сартак был ещё юным и не помнит этого. Во время одной из больших битв с Юкайя его отец был серьёзно ранен. Сарган тогда повёл Чикун в бой. Он ещё не стал вождём и жаждал проявить себя в качестве командира. С того дня о нём и пошла слава как об одном из самых беспощадных лидеров в истории. Муж Саты тогда серьёзно пострадал в бою.

– Кажется, догадываюсь... Пленных не брать, отступивших убивать, раненых не подбирать, – задумчиво пробормотал Дарак любимую фразу своего отца.

– Именно. Кое-кто даже поговаривал, что его добили свои же. Сата участвовала тогда в бою, это произошло на её глазах.

– Сата была воином?!

– Ага. До того дня. Она хотела вернуться за мужем, но ей запретили под страхом смерти. В лагере остался маленький Сартак, и ей пришлось подчиниться. Говорят, с того дня она и сошла с ума.

Дарак глубоко задумался, слушая Гиру. Сата вечно ходила по лагерю, бормотала что-то нечленораздельное, лупила палкой кусты. Но в целом была безобидной, на неё просто не обращали внимания. Воспитанием Сартака в основном занимались пожилые соплеменницы. Неудивительно, что он не стал бойцом.

Гира определённо наслаждалась полным вниманием Дарака, который тщательно вслушивался в каждое её слово, шагая рядом с ней. Они вместе направлялись куда-то за пределы лагеря, но Дарак не обращал внимания, куда идёт.

– Так вот, Сата затаила обиду на Саргана. Она не могла заставить себя вредить вождю в открытую, но долгие годы копила в себе ненависть. И Сартак пропитался ею тоже. Но они были слабые во всех смыслах и не могли бы противостоять настоящему воину, тем более Саргану. А некоторое время назад им подвернулся какой-то парень из Юкайя, когда они грабили их плантации. И, скорее всего, тут-то у Саты и родился план, как подорвать власть Саргана. Унизить его в глазах племени, а может, даже и нанести огромный урон всем Чикун. Наверняка ей было глубоко плевать, что станет с племенем, если у неё самой жизнь уже пошла под откос много сезонов назад.

– И они выдавали Юкайя всё, что знали о наших планах, тропах и прочем, – закончил её мысль Дарак, садясь на скалистый уступ и впервые подняв голову. Они отошли от лагеря к скалам, которые поднимались к небу огромными остроконечными неровными глыбами, угольно чёрными на фоне сумеречного неба. – Откуда ты знаешь всё это?

– Мне рассказал отец. Он догадывался, что Сата – оружие замедленного действия, которое будет ждать своего момента годами, десятилетиями, если нужно. И он по своему собственному решению охранял Саргана, хотя тот даже ни о чём и не догадывался, ведь Сарган – близкий друг моего отца, но удар пришёл оттуда, откуда не ждали. Отец думал, что Сата провернёт что-то вроде тайного отравления или якобы несчастного случая... Но, ты сам видишь, он немного ошибся. Это он подсказал Саргану установить слежку за Сатой, когда та стала пропадать на юге.

– Теперь мне всё понятно, – вздохнул Дарак, откинувшись спиной на скалу и глядя в потемневшее небо. – В Юкайя, значит, наверняка знают, что Сарган планирует большой кровопролитный набег в скором времени.

– Думаешь?

– Он упоминал об этом как-то вскользь... Я думал, он просто хотел развлечься, но пару дней назад я мельком слышал их беседу с Палтаром. Знаешь, с тем здоровяком. Он всерьёз думает нападать на Юкайя, и разумеется, Сата должна была об этом знать, она вечно крутилась неподалёку.

Гира вздохнула:

– Наверняка нам это уже никак не узнать.

– Да, не узнать, – машинально согласился Дарак, уже планируя всё выяснить у Тайры при ближайшей встрече.

Он замолчал, глядя, как на темнеющее небо быстро наползают тучи. Он сосредоточенно думал, что ещё Сата успела разболтать Вилару. В груди медленно разжигалась тревога. Гира же пристально смотрела на него, словно пытаясь прочитать мысли на его обычно непроницаемом лице.

– Ты боишься, что Юкайя нападут первыми? – Гира первая решилась нарушить повисшую неловкую тишину.

– Глупости, – Дарак отмахнулся от вопроса, как от назойливой мухи. Как вообще можно было допускать мысль, что он чего-то боится?

– Тогда почему тебя вдруг так встревожила казнь изменников? Это далеко не первый раз, когда Сарган приказывает кого-то убить. И в этот раз хотя бы за дело.

– Да мне плевать на изменников, – взорвался Дарак. – Они получили по заслугам. Проблема теперь в том, что будет дальше, неужели непонятно? Сарган поспешит с нападением, пока Юкайя не успели подготовиться, а это как минимум четверть убитых из всех, кто пойдёт туда. И Амару – тоже не безобидная бабочка. Узнав, что среди его племени явно есть переговорщики с Чикун, он начнёт шерстить всех, про кого ходят хоть какие-то слухи о контактах на севере, а может, и убивать без разбора...

Поняв, что ляпнул лишнего, Дарак тут же заткнулся, но Гира, которая всё это время внимательно на него смотрела, успела заметить выражение его лица до того, как оно превратилось в непроницаемую маску.

– Мне показалось, или ты тревожишься за то, что происходит у Юкайя? – Гира с опаской наклонилась немного вперёд, чтобы не пропустить малейшее изменение лица Дарака.

– Тебе показалось, – отрезал он, машинально повернув голову немного в сторону, чтобы избежать пристального взгляда Гиры. – Слушай, ты ничего не знаешь, лучше не лезь не в своё дело.

Гира выпрямилась и отодвинулась чуть дальше, будто обожглась. Уловив это движение краем глаза, Дарак представил своё лицо со стороны. Наверняка в его выражении было, чего бояться. Ну и отлично.

– Как скажешь, – Гира поразительно быстро отступила и уставилась себе под ноги.

«Запомнила, – горько подумал Дарак. – Промолчала, но запомнила. Мало мне было проблем, ещё и она...»

– Дарак, – она снова внимательно на него посмотрела. У Дарака появилось смутное ощущение, что эта девушка не так глупа и наивна, как ему раньше казалось. Он слегка повернул голову, чтобы показать, что слушает. В её глазах не было обиды, или растерянности, только какая-то спокойная решимость.

– Может, мне действительно показалось, но твои слова про Амару как будто значили, что тебя волнует не только война, но и какой-то личный интерес.

– Ты знаешь, что бывает с теми, кто задаёт слишком много вопросов тем, кому не надо? – Нечитаемая маска Дарака на мгновение треснула, обнажив холодную, но подконтрольную ярость.

– Знаю, – Гира реагировала удивительно спокойно, но её пальцы дрожали. – Я ничего и не спрашиваю, просто говорю то, что вижу. И это видно достаточно хорошо. Я только надеюсь, что это не увидит кто-то другой, вроде Саргана или Палтара...

– Надеешься? – Дарак недоверчиво поднял бровь, чувствуя угрозу шантажа. Заметив в его вопросе сарказм, Гира поспешила отмести все подозрения.

– Я никому не скажу. Да и что может значить моё слово здесь. Просто... У меня есть ощущение, что тебе нужен тот, кто будет на твоей стороне. Я знаю, что с этой войной тебе не до невест и всего такого. Но если когда-нибудь...

– Не будет никакого «когда-нибудь», – перебил Дарак.

– Я хочу сказать, что ты можешь доверять мне. И если тебе нужна поддержка...

– Я не нуждаюсь в этом.

Гира скептически посмотрела на него, но не ответила. Дарак отметил в ней странное сочетание страха и уверенности. Неужели она всё ещё думает, что близость их отцов оставляет ей какой-то шанс?

– Я серьёзно, Гира, между нами ничего быть не может.

– Пока тебе не до девушек?

– Вообще.

– Почему? Это действительно как-то связано с Юкайя?

– Я же сказал: никаких вопросов, и не лезь, куда не просят, или ты можешь сильно пожалеть об этом. Последний раз предупреждаю.

– Ладно, – Гира торопливо встала. – Но я буду здесь. Для тебя. Просто имей в виду.

Не дав Дараку времени ответить что-либо, она скрылась за деревьями. Дарак нахмурился ей вслед. И как понимать эти слова? Это обещание или угроза?

«Она и вправду не наивная дурочка. Она может быть очень опасным врагом. Или верным союзником? Пойди разбери её теперь».

Налетевший с севера ветер донёс мелкие холодные капли, бисером забарабанившие по листьям и по плечам Дарака, но он остался неподвижно сидеть на уступе, словно не замечая дождя.

Глава 33

Хмурое утро застало Дарака стоящим у окна и разглядывающим потухший костёр внизу лагеря. На земле никого не было, хотя из шалашей на соседних крупных деревьях доносились голоса. Вперив взгляд в залитое водой кострище, Дарак будто не видел его, обдумывая десятки возможных вариантов будущего. Особенно болезненным было представление о том, что Сарган узнает о них с Тайрой. Неудивительно, что именно к этой картине Дарак возвращался снова и снова, будто находя наслаждение в этом самоистязании. Если хорошенько подумать, казнь Саты и Сартака действительно очень сильно встревожила его. Но не потому, что это касалось каких-то разведданных или их подлости. Его покоробило то, с какой лёгкостью Сарган предал смерти изменников, будто комара не глядя прихлопнул. И Дарак прекрасно понимал, что однажды на месте Саты и её сына окажутся они с Тайрой. С предателями не церемонятся.

Дарак повернулся спиной к окну и опустился на пол, положив локти на колени. В Юкайя наверняка тоже недолго задумываются, что делать с отступниками. И бежать они с Тайрой не могут. Куда убежишь с острова? Он хоть и большой, но вечно скрываться от обоих племён не получится.

Порвать с Тайрой и сделать вид, что ничего не было? Это спасёт их обоих.

Дарак поморщился: об этом и речи быть не может. Он уже всё для себя решил. Судя по тому, какое негодование у него вызывали намёки Гиры, он над собой уже не властен, хотел он того или нет. Ему нужна только Тайра. Но что думает она сама? Не испугается ли? Наверняка нет, стоит только вспомнить, как она спасла его на глазах у всего её племени. Но убьёт ли её Амару, стоит ему узнать о её чудовищном предательстве? Вот это уже более вероятно. Если Малир проболтается. Или Вилар. Или слухи, которые распускает Малир, найдут трещину в сердцах окружающих её друзей и пустят туда корни.

Не сдерживая досаду на самого себя, Дарак рывком поднялся и в одно движение закинул за плечо охотничий лук и тёплый плащ из шкуры пумы – лёгкая морось и пасмурное небо обещали на редкость густой и промозглый туман. Не потрудившись спуститься на землю, Дарак в несколько прыжков по огромным веткам вековых деревьев достиг границы поселения и исчез среди зарослей лиан и листьев. Он всегда был человеком действия, дисциплины и чётких планов. А в это утро позволил себе вариться в собственных негативных мыслях, даже не трудясь искать выход, до чего же противное состояние. В глубине души Дарак осознавал, что выход может быть только один, но не хотел об этом думать.

Ругая сам себя, он сам не заметил, как пришёл к водопаду на границе скал и земель Юкайя. Уныло взглянув на журчащую речушку, Дарак вдруг вспомнил, что они с Тайрой хотели изменить место встреч, но так и не успели договориться. Подумав, он повернул на восток, направляясь к тому месту, где они в последний раз виделись с Тайрой и её братьями. Всё равно других вариантов у него не было. Если там не будет никаких её следов, он пройдёт дальше, до побережья, хоть порыбачит и отвлечётся. А потом уже снова будет думать о войне, Саргане и Тайре.

Дарак сжал пальцы. Он мог бы даже и не встречаться с Тайрой, но просто хотел знать, что она хотя бы в порядке. Сцена, где Малир угрожал ей, вновь всплыла в его голове. Возможно, в своём воображении он нарисовал её намного более жестокой и напряжённой, чем это было на самом деле. Тем не менее, сама мысль о том, что этот подонок находился с ней в одном поселении, куда Дараку не было доступа, вызывала тупую, ноющую тревогу.

Перешагнув через очередное поваленное дерево, Дарак замер, заметив среди тумана маленький огонёк прямо посреди сумеречной полянки. Через долю секунды он заметил и небольшую фигурку, зябко протянувшую ладони к огню.

– Тайра! – он выдохнул с облегчением и быстрыми шагами направился к ней.

При звуке его голоса Тайра с улыбкой сразу подскочила ему навстречу. На ходу стянув со спины плащ, Дарак, едва подойдя к Тайре, тут же накинул его ей на плечи и прижал девушку к своей груди. Уткнувшись лицом в её волосы, он с облегчением вдохнул. Тайра прошептала:

– Я так и думала, что ты догадаешься прийти сюда. – Она всё с той же улыбкой подняла голову, чтобы встретиться с ним глазами. Дарак поджал губы, но глаза улыбались: это ж надо, насколько они хорошо уже знали друг друга.

Присев рядом с еле горевшим костерком, Дарак подобрал несколько веток и принялся неспешно очищать их ножом от коры, чтобы те не давали дыма, когда он подкинет их в огонь. Тайра в это время рассказывала о последних событиях в своём племени:

– Отец снова собирал совет. Он знает, что Сарган собирается приступить к полномасштабным действиям. Я так думаю, ты уже в курсе?

Дарак напряжённо кивнул, не перебивая. Тайра продолжила:

– На стороне Тамана всё меньше людей. Он не желает очертя голову бросаться в бой, он хочет выжидать, подготовиться к встрече, наблюдать за Чикун на границе. Но теперь его позицию разделяют единицы. Да и сам отец заявил, что они знают уже достаточно. Он знает, сколько в Чикун обученных стрелков, какие из наших северных троп известны врагам, а какие нет, и другие детали, уже не такие значимые.

– Он хоть раз задался вопросом, откуда такие точные сведения?

– А то. Вилара убили, кстати. Сегодня на рассвете.

Дарак так резко поднял голову, что Тайра отшатнулась.

– Что ты сказала?!

– Вилар мёртв. Его всё-таки поймали за шпионажем.

– Вот этого я не ожидал. По крайней мере, не так скоро. Можно поподробнее?

Тайра кивнула:

– Вчера после захода солнца он снова направился в сторону севера. Разумеется, он не знал, что тех двоих Чикун казнили тем же утром. Я заметила его уход, но не было смысла за ним следить, наверняка он впустую прождал на границе и вернулся. Собственно, по нему было видно, что планы сорвались, он пришёл уже в темноте, такой... Рассеянный, что ли. Он сидел разговаривал с Малиром у края лагеря, подальше от общего костра. Ну мы с Юсуром и подобрались к ним поближе, чтобы послушать. Юсур тоже заметил, что Вилар уходил из лагеря и вернулся потерянный. Ты знал, что мой средний брат – мастер маскировки? Чёрного мотылька в безлунную ночь и то легче заметить, чем его.

– Выглядел и вёл он себя как разгильдяй, если честно.

– Вот видишь, – ухмыльнулась Тайра. – Можно сказать, это часть его маскировки. Он – один из лучших воинов племени, после Тамана, разумеется. Ну так вот: Малир допытывался у Вилара, куда он ходил, какого чёрта ничего не рассказывает, откуда, наконец, ему известны такие подробности о Чикун, которые простой слежкой не выяснить. Вилар был какой-то подавленный. Отвечал невпопад, уклонялся от ответов, причём очень неуклюже. А в какой-то момент проговорился и в итоге признался Малиру, что у него есть информатор из Чикун, который за небольшую плату готов выложить всё, что нужно. Этакий самоубийца, который был готов слечь в могилу и всё своё племя утянуть за собой. Вилар как будто ещё хвастался своей находчивостью. Видимо, думал, что произведёт впечатление на Малира, и что тот его поддержит, и они вместе станут фаворитами Амару как лучшие разведчики в истории.

– Дай угадаю: но не тут-то было?

– Не то слово. Малир озверел так, что мы думали, он прибьёт Вилара на месте. Он не просто ненавидит Чикун и предательство в любом виде, он буквально в бешенство впадает, когда видит пособничество врагам. У него за этим стоит своя неприятная история – Чикун убили его родного брата, и сам он побывал у вас в плену когда-то, и с тех пор повёрнут на мести. В общем, Малир орал так, что привлёк внимание всего лагеря. И Амару в том числе.

– Кажется, я уже понял, что за этим последовало. – Дарак подкинул очищенные веточки в костёр, взвившийся снопом искр. – Одного не возьму в толк: Вилар был источником ценной информации, зачем его убивать?

– Дарак, он общался с Чикун, одного этого уже достаточно, чтобы убить его на месте, не выслушивая оправданий. Ты думаешь, его бы не тронули, даже если бы он лично шпионил за Сарганом? Да никто бы и не почесался, предатель есть предатель. Такие законы.

– Мило.

– Ага. Но старшие поняли, что он многое знает о противнике, так что устроили ему допрос с пристрастием. Выжали из него всю информацию, какую тот только знал или мог предполагать. На это ушла большая часть ночи, потому и убили Вилара только на рассвете, а не сразу, как поймали.

– Как отреагировал Малир?

– Я не присутствовала на допросе. На казнь два парня просто увели Вилара в лес и вернулись без него. Но Таман сказал, что Малир был бледнее смерти. По сути, это по его вине раскрыли его друга. Пусть и предателя, но друга. Который сам же скрывал от него контакты с Чикун... В общем, он обозлился и в порыве ярости скандалил с Амару и кем-то из старейшин. Вопил, что предательница – я, что выдаю информацию о наших планах лично тебе или вообще Саргану.

– Плохо он знает Саргана, – Дарак внимательно смотрел на Тайру. – Судя по тому, как легко ты об этом говоришь, всё обошлось?

– Ну почти... Отец списал это на бред помутившегося разумом бедняги из-за предательства и потери друга. Так оно и выглядело, конечно. Малир – хитёр, как змей, обычно он не бросается вот так очертя голову в голословные обвинения. Видимо, в этот раз он не сдержался. В общем, вождь и старейшины Малиру не поверили. Некоторые из сообщников Малира, которых он уже успел убедить на мой счёт, остались с ним согласны, но Амару перечить не посмели.

– Что насчёт тебя?

– Отец наорал и на меня тоже. Сказал, что мои прогулки к северу порождают подозрения в племени, и это портит его репутацию. Он верит, что я не шпион и не информатор для Чикун, это слишком бредово. Но слухи о том, что я контактирую с врагом, дошли до него, и он запретил мне ходить на север, чтобы не порождать новые сплетни.

– И тем не менее, ты снова здесь.

– Ну да, – Тайра слабо улыбнулась. – Когда я кого-либо слушалась?

– А Малиру что, простили этот выпад?

– Можно сказать, что да. Наказали, конечно, он получил сильную порку за то, что повысил голос на вождя и обвинил его дочь, – Тайра невесело усмехнулась. – Но я уверена, его пыл это не погасило.

– Говоришь, он однажды был в плену у нас?

– Да. Товарищ Малира мне рассказал, что тот побывал в плену у ваших, его там как-то унизили или вроде того, убили его старшего брата, Амана. Малир умудрился выбраться, и с тех пор у него не все дома, когда речь идёт о Чикун. Или его брате. Или предательстве.

– Слушай, а я помню этих двоих.

Тайра удивлённо воззрилась на Дарака:

– Помнишь? Серьёзно?

Дарак посмотрел на неё краем глаза. Между его бровей залегла морщина, словно он усиленно задумался:

– Да, я тогда был совсем юн, ещё не прошёл инициацию. Но тот момент запомнил. В Чикун обычно не берут пленных, никогда. А в тот день привели двух парней для допроса. Один был увешан кучей когтей и зубов от разных хищников. А второй был с дредами, лицом похож на ящерицу.

– Второй – это Малир. – Тайра внимательно вслушивалась в рассказ Дарака, который усиленно доставал из памяти давние события.

– Не помню такого, чтобы их унижали. Чикун это не свойственно. Обычно мы бьём открыто, напрямую и насмерть в большинстве случаев. Те два парня шныряли почти возле самого лагеря, их поймали где-то рядом с навесом, где хранилось оружие. Сразу поняли, что они добывали сведения для Юкайя. Устроили им допрос. Без изощрённых пыток, просто били. Первый парень, который с украшениями – Аман, да? – довольно быстро выложил практически всё. Сарган был жутко доволен. А Малир молчал. Палтар в приступе ярости располосовал ему руки плетью. Всё равно ни слова.

– У Малира есть такой длинный шрам вдоль плеча и всей руки. Он всегда говорил, что получил его во время драки с пумой.

– Тайра, я тебе поражаюсь, ты всегда была такой наивной? – Дарак завёл глаза и повернулся к ней левым плечом, показав шрам от когтей ягуара. – Помнишь нашего пятнистого друга? Посмотри, какие следы оставляют кошачьи когти.

Тайра взглянула на четыре параллельные полосы на его плече. Одна из них – в центре – выдавала затянувшуюся глубокую рану, остальные три уже были похожи больше на царапины. Дарак наблюдал за её взглядом.

– Ты прав. – Тайра наконец рассеянно перевела взгляд на костерок. – У Малира одна неровная полоса, как будто руку обмотали раскалённой...

Тайра вдруг осеклась и раскрыла глаза, вновь взглянув на Дарака:

– Плеть? Это же с какой силой надо было...

– Это был Палтар. Здоровенный такой бугай. Он может идти в драку даже без оружия, тебя бы он прихлопнул одной ладонью, если бы ты стояла спокойно. В нём мощи, как в четырёх взрослых мужчинах. Представь, с какой силой он может хлестнуть плетью из дублёной кожи. Шрам Малира – шрам от его удара. Никакая пума тут ни при чём.

– Малир в итоге сбежал?

– Сбежал? От Чикун невозможно сбежать. Его отпустили. Его и его словоохотливого братца.

– Подожди, как так отпустили? Взяли и просто так отпустили? Обоих?

Дарак нетерпеливо вздохнул, поморщившись:

– Ну не просто так, вождь приказал переломать им ноги предварительно.

Тайру передёрнуло, но Дарак продолжал:

– Я сам присутствовал при этом. Сарган получил от них всё, что хотел. Но отправил их обратно, к вашему поселению. Отец не только жесток, но и немного тщеславен. Если он будет убивать всех подчистую, как о нём пойдут слухи? Ещё он просто чертовски расчётлив, и знает, что страх заразителен. Отпущенные пленные разносят ужас в свои лагеря, разрушая их изнутри. Теперь понятно?

Закрыв лицо ладонями, Тайра сидела, поджав под себя ноги. Дарак вздохнул и придвинулся к ней поближе, ободряюще приобняв за плечи.

– Я думал, ты знала, с кем связалась, – мрачно пошутил он.

Немного помолчав, Тайра отняла руки от лица:

– В Юкайя все думают, что Чикун убили Амана, тогда как сам Малир сбежал. Если твоё племя отпустило их обоих, то где Аман?

– Малир убил его.

Тайра с шумом вдохнула, пытаясь осознать только что услышанное.

– Этого не может быть... – прошептала она, глядя на землю между своими ногами.

– Думаешь, я стал бы лгать тебе? – спросил Дарак мягко, потирая ладонью её плечо, словно пытаясь согреть. – Наши разведчики нашли Амана на тропе на следующий день. След от удара по голове был виден чётко. Это дел рук Малира, больше некому было это сделать. Так что я не удивляюсь, что он соврал всем в лагере, будто это мы убили его брата.

– Убить соплеменника – страшное деяние. Одно из самых страшных. Но как он вообще осмелился?

– Полагаю, он убил Амана либо в приступе ярости, либо просто за то, что тот выдал Саргану всю подноготную о подготовке вашего племени. Он буквально сдал Юкайя с потрохами. Потом была большая битва, в которой Юкайя проиграли, конечно же.

– В голове не укладывается, если честно, – Тайра нервно теребила край плаща Дарака.

– Я представляю, что он чувствовал. Очень хорошо представляю. – Тайра почувствовала, как рука Дарака напряглась на её плече. – Хотя Аскар и Туран заслужили свою казнь, это не отменяет того, что я поднял руку на своих. И мне с этим жить теперь, но я это заслужил. А Малир убил не просто соплеменника, а родного брата. На такое даже я бы не пошёл. Я уверен, он ненавидит себя за это и вымещает свои чувства в озлобленности по отношению к Чикун и к тебе, Тайра. Возможно, пытается себя этим оправдать, ведь не поймай мы их, у него бы не было причин убивать Амана. И знаешь, что: я думаю, поэтому он так одержим убийством Чикун и всех, кто хотя бы склонен к предательству среди Юкайя. Он себя не простил.

– Неудивительно, что он сошёл с ума после такого. У любого бы на его месте поехала крыша... – Она задумчиво посмотрела на Дарака. – А почему...?

– Почему не сошёл с ума я?

– Да.

– У меня была ты.

Тайра внимательно смотрела на его профиль, ожидая продолжения. Дарак, заметив это, сделал медленный выдох:

– Я просто не мог позволить себе этого. Рядом была ты, и ты нуждалась в моей помощи. Я сдержал это в себе. С трудом, но сдержал и принял.

Тайра молчала, безуспешно пытаясь разобраться в своих чувствах. Притянув её к себе, Дарак привычным жестом уткнулся лицом в её волосы:

– Боишься?

– Да.

Не ожидая такого ответа, Дарак отстранился, чтобы посмотреть на её лицо. В привычке Тайры было мгновенно отрицать любые намёки на её слабость.

– Малира?

– Не только. – Она наконец нашла в себе силы поднять глаза. – Я понимаю, что нас ждёт то же самое. Если не хуже. Мы не выдаём никакие военные тайны, не предаём своих, но никого это волновать не будет. Я слышала, что в истории уже были случаи, когда кто-то из Чикун и Юкайя влюбились друг в друга... Но ни одна из них не закончилась хорошо. И ни разу это не были семьи вождей. И я не нахожу решения, что с этим делать.

Дарак промолчал. Конечно, он думал об этом. И давно. И не видел выхода, кроме одного, но не мог даже допустить мысли об этом. Однако ради справедливости он должен дать Тайре выбор, она имеет на это право. Снова обняв девушку, чтобы она не видела его лицо, Дарак тихо спросил:

– Ты уверена, что оно того стоит? Вот это всё?

Пауза затянулась, Дараку казалось, что он всё это время не дышал.

– Я всё для себя решила, – еле слышно произнесла Тайра. – Мы зашли слишком далеко, поздно поворачивать назад.

Дарак тихо выдохнул:

– Не буду скрывать, я рад твоей уверенности. И тоже уже определился с тем, что хочу, несмотря на цену. Просто знай, что, если передумаешь, я приму. Это всё действительно слишком опасно, в лучшем случае мы расплатимся всего лишь нашими жизнями, и это не затронет наши семьи.

Тайра немного помолчала:

– Я думаю, нам стоит встречаться пореже, пока ситуация так накалилась... Лучше не рисковать лишний раз. И не приходить к границе, пока есть хоть малейший намёк на то, что кто-то следит или подозревает. Они не поймут, что мы просто хотим быть друг с другом и это не связано с войной...

– Ты права, пусть встречи будут редкими. Но хотя бы не будем тогда терять время.

Яркое полуденное солнце заставило туман растаять. Среди зарослей джунглей, в одном из самых глухих пролесков его лучи не достигали поляны, где в тени, обнявшись, сидели двое и целовались, как в последний раз, забыв о том, что снаружи ждал мир, который не простит им этой слабости.

Глава 34

– Просыпайтесь! Эй! Подъём! Урава плывут! Целый флот!

Тайру разбудили крики за стеной хижины. Она поднялась, протирая глаза. Из соседней комнаты вышел всклокоченный Юсур:

– Чё случилось? – зевнул он. – Неужели нельзя орать после завтрака, а не на рассвете?

Тайра потянулась:

– Я так поняла, племя Урава к нам плывут.

Вслед за Юсуром вышел Рунай, тоже заспанный. Он равнодушно махнул рукой:

– Опять девчонки будут своими цацками обмениваться.

– Ага, и сплетничать о последних новостях. Кто с кем поженился, кто с кем расстался, кого соседние племена побили...

В дом вошёл Таман, полностью одетый и собранный.

– Урава будут тут уже совсем скоро. Приведите себя в порядок, отец сказал встретить гостей по всем правилам. Они не только торговаться едут, судя по количеству лодок. Нас ждут смотрины.

– Смотрины? – Рунай подавил зевок.

– Невест привезут, дубина. – Юсур мгновенно проснулся и, плюнув на ладонь, пригладил волосы. – Я готов.

Таман сдержал улыбку, но кивнул:

– И женихов. Девушки уже готовятся с самой зари.

Тайра выжидающе на него смотрела. Таман поймал её взгляд и вздохнул:

– Да, Тайра, они везут и цацки тоже.

Она улыбнулась. Как раз её последние браслеты с ракушками потрескались, а сама она их добывать не умела.

Когда солнце поднялось выше, Урава пристали к берегу. Все Юкайя во главе с Амару вышли встречать их.

Племя рыболовов, одно из немногих среди островов вокруг, имело лодки и прекрасно разбиралось в судоходном деле. Хотя расстояние между островами было и небольшое, вплавь его преодолевали очень редко из-за мощного течения. Раз в четыре сезона Урава приставали к южному берегу острова, чтобы поторговать с Юкайя, обменяться последними новостями и иногда организовывать смотрины. Если среди юношей и девушек Юкайя и Урава кто-то понравится друг другу, один из них добровольно оставался с Юкайя или уплывал вместе с Урава.

Молодёжь всегда с нетерпением ждала этого события, кто-то из-за смотрин, а кто-то – из-за россыпи разнообразного жемчуга, кораллов, акульих зубов, а также тонких, как стекло, ножей из ракушек. Шаманы очень ценили привозимую морскую соль, сушёные водоросли и акулий жир. Урава, в свою очередь, никогда не отказывались от тонкой и лёгкой хлопковой одежды, вяленого оленьего мяса и обсидиановых ножей.

В этот раз все особенно ждали этой встречи, потому что Урава в прошлый раз подплывали к острову уже очень давно.

С Чикун у Урава отношения были слегка натянутые, но терпеливые. Давнее похищение Тали Сарганом не было забыто. Иногда они даже торговали и с ними тоже, но смотрины не устраивали никогда.

Лодки подходили к берегу одна за другой. Их было много – больше, чем обычно. Тайра стояла в толпе вместе с братьями, смотрела, как Урава выпрыгивают на песок, как женщины в ярких накидках поправляют украшения из ракушек, а молодые парни оглядываются по сторонам.

– Их много в этот раз, – заметил Рунай.

– Да, – ответил Таман. – Говорят, у них урожайный год. И молодёжи много.

– Обалдеть, сколько морских гадов, – ахнул Юсур, рассматривая целые гирлянды из креветок, кальмаров, медуз и угрей.

К Амару подошёл вождь Урава, Мортан. Его чёрные, собранные в низкий хвост волосы уже изобиловали сединой, а лицо, испещрённое морщинами от солёных ветров, напоминало старую корягу, в которой при этом ещё чувствовалась удивительная мощь. Покрытая шрамами и многочисленными татуировками грудь тяжело вздымалась от долгой гребли, а в ушах позвякивали огромные серьги.

– Приветствую тебя, великий вождь великого племени. – Низкий, с хрипотцой голос Мортана перекрывал гул соплеменников вокруг. Амару приветственно склонил голову перед другом.

Когда с формальностями было покончено, вожди обнялись, крепко хлопнув друг друга по плечу. Сильва обнялась с молодой Юарой, женой Мортана. Остальные представители племени смешались с народом Юкайя, приветствуя старых знакомых и знакомясь с новыми. Мортан посмотрел на Тамана:

– Последний раз я тебя видел совсем зелёным юнцом. Ты стал настоящим воином, младший вождь.

Таман признательно склонил голову.

– А где малышка Тайра?

Тайра, ухмыльнувшись, сделала шаг вперёд.

– Чтоб меня сожрала акула! Я не узнал тебя. Понимал, что прошло много сезонов, но не ожидал, что ты так изменишься. А это Юсур и Рунай?

Братья кивнули в знак приветствия.

– А вот вы ничуть не изменились! – Мортан хохотнул. – Шутка. Позвольте представить вам моего сына. Акунар, иди сюда.

Вперёд шагнул загорелый юноша с неравномерно выбеленными солнцем и солью волосами, собранными в хвост, тёмно-зелёными татуировками в виде чешуи на плечах и пронизывающим взглядом голубых глаз. Он приветственно кивнул.

Тайра окинула Акунара быстрым взглядом – оценивающе, как воин воина. Широкие плечи, спокойная уверенность, на поясе – нож из акульего зуба. Не Чикун, конечно, но видно, что драться умеет.

– Рад познакомиться, – сказал Акунар. Голос низкий, неторопливый. Он смотрел на Тайру чуть дольше, чем требовали приличия.

Юсур пихнул локтём Руная, но тот сделал вид, что ничего не понял.

– Тайра, – представилась она, выдержав его взгляд.

Повисла пауза. Таман кашлянул.

– Пойдём в лагерь, – сказал он. – Вы, наверное, голодны с дороги.

Пока процессия двигалась к лагерю, Акунар оказался рядом с Тайрой.

– Твоё племя говорит, ты – лучшая воительница среди девушек.

– Кто говорит? — насторожилась Тайра.

– Все. – Он улыбнулся шире. – Я спрашивал.

Тайра неопределённо пожала плечами:

– В Юкайя единицы девушек-воительниц, это нетрудно. – Она отмахнулась, стараясь не напрашиваться на комплименты воинскому искусству. Она знала, что среди девушек в Урава это не поощрялось.

Юсур, шагавший позади, наклонился к Рунаю:

– Сразу видно – знает, чего хочет.

– Помолчи, – ласково ответил Рунай.

В лагере мгновенно воцарилась суматоха. Племя Урава раскладывало на циновках свои товары, женщины Юкайя во главе с Сильвой разносили еду, старшее поколение местных выносило орудие, одежду и ценные травы для торговли, молодёжь знакомилась, а дети носились и мешались под ногами, просто радуясь суете. Вожди о чём-то разговаривали, активно жестикулируя.

Тайра рассматривала россыпи крупного жемчуга, когда к ней подошёл Амару:

– Дочь, отойдём на пару слов.

Она неохотно оторвала взгляд от украшений и последовала за ним:

– Да?

– Ты слышала, что Урава приехали сюда не только ради торговли?

– Ммм... – Тайра замялась.

– Вижу, что слышала. Мортан привёз много молодёжи. Скоро будет обряд официального знакомства. Я хочу, чтобы ты участвовала.

– Что? Это ещё зачем? – очнувшись от мыслей о жемчуге она ошарашенно посмотрела на Амару.

– Акунар. Вот уже совсем скоро он сменит своего отца, Мортан хочет сложить полномочия вождя. Говорит, что устал и слишком стар. Акунару нужна жена. Он – его единственный сын и наследник. Есть ещё четыре дочери, но ты знаешь правила, только по мужской линии...

– К чему ты клонишь? При чём тут я?

– Тайра. Это шанс установить крепчайший союз между нашими племенами.

– Что?! – Тайра не сразу нашла слова от возмущения. – То есть ты хочешь выдать меня за Акунара? Из своих политических соображений? Это как вообще называется?

– Тайра, пойми меня...

– Нет, подожди...

– Тайра! – Амару повысил голос. – Во-первых, не забывай, что я не только твой отец, но и вождь.

Тайра насупленно замолчала. Амару немного смягчил голос:

– Дочь, ты знаешь, что я люблю тебя и ты дорога мне. И не заставлю тебя делать ничего против твоей воли. Это не в моих правилах. Я просто прошу поучаствовать в обряде. Если ты познакомишься поближе с Акунаром, это тебя ещё ни к чему не обязывает. Просто сделай одолжение и присмотрись к нему. Ради меня. Признаюсь честно, я хочу союза. Но не ценой бунта. Ну и мало ли... Вдруг он тебе понравится?

Тайра хмуро кивнула:

– Ладно. Буду вежливой.

Во время официальной церемонии парни Урава и Юкайя расположились на циновках полукругом, разложив свои охотничьи трофеи и лучшее оружие. Девушки ходили между ними, присматриваясь к дарам и оценивая наиболее перспективных воинов и охотников. Иногда они проходили мимо даров, не глядя, если трофеи были скудными или парень не нравился внешне. Иногда рассматривали дары и разговаривали с юношами об их охотничьем опыте, парни же спрашивали о ремёслах девушек.

Тайра услышала, как Сильва вполголоса рассказывала Айне о правилах:

– Если участники обряда друг другу понравились, они могут обменяться дарами и в будущем знакомиться поближе. Если продолжение знакомства будет удачным, они оставят дары друг друга себе и по договорённости могут остаться с Юкайя, либо уплыть вместе с Урава на их остров. Если же они поймут, что друг другу не подходят, дары вернутся хозяевам, и для них смотрины закончатся. Следующий шанс представится только в следующий приезд Урава или другого племени, а это ещё неизвестно, когда произойдёт. Так что выбравшие на первом этапе друг друга пары чаще всего продолжают отношения.

– А как решается, кто остаётся с нами, а кто уплывёт с Урава? – Айна с интересом разглядывала дары на циновках. Сама она не решилась участвовать в самых первых смотринах.

– По обоюдному согласию. Чаще всего девушка следует за мужчиной, но иногда бывает и наоборот. Кроме вождей. Девушка, выходящая замуж за кого-то из семьи вождя, обязана войти в его семью...

На этом моменте Тайра круто изменила направление своего движения и сделала вид, что не слышит. Она вернулась к циновкам, где братья раскладывали свои трофеи: Таман – шкуру каймана, а Юсур – связку перьев редких птиц. Рунай же решил не участвовать, но пришёл посмотреть.

– Ну что? – спросил Юсур, не поднимая головы. – Отец уже сосватал тебя за Акунара?

– С чего ты взял? – слишком быстро ответила Тайра.

– По лицу видно, – вздохнул Таман. – У тебя на лбу написано «меня продают, а я не могу отказаться».

– Мы слышали, как родители говорили об этом утром, – вставил Рунай, не глядя на Тайру.

– Никто меня не продаёт, – огрызнулась Тайра. – Он просто... попросил присмотреться.

– Ага, – кивнул Юсур. – Присмотреться. До самой свадьбы.

Рунай, убедившись, что рядом никого не было, поднял голову и тихо спросил:

– А что Дарак?

Братья замолчали. Тайра отвернулась:

– Это не ваше дело.

– Наше, – сказал Таман спокойно. – Если ты ляпнешь что-то лишнее, мы должны вовремя сориентироваться.

– Я не собираюсь ничего ляпать, – буркнула Тайра и направилась к поляне, где уже собирались девушки.

Когда Тайра вступила на поляну, она заметила, как Амару удовлетворённо кивнул, и прикрыла глаза. Ей это не нравилось. Вокруг Акунара сразу образовалась стайка молодых Юкайя, так что Тайра решила пока походить по кругу, втайне надеясь, что он сделает выбор в пользу другой.

Чувствуя себя немного неуютно с боевым луком за спиной, Тайра медленно шла по кругу мимо циновок. Почти все девушки щедро украсили себя рукоделием и вышивками собственной работы, это был показатель их талантов и умений. Тайра же скромно надела пару браслетов и повесила за спину оружие как знак, что она боец, как того требовали традиции.

Идя по кругу, она рассматривала трофеи на циновках. Там было множество украшений из кораллов и жемчуга, акульи зубы, кинжалы из китовой кости, черепаховые гребни. Некоторые парни старательно ловили её взгляд, кто-то просто заинтересованно смотрел, другие отводили глаза, не встречаясь с ней взглядом. Через несколько кругов Тайра решила, что дальше тянуть время неприлично, и всё-таки подошла к Акунару.

Он улыбнулся:

– Девушка-воин, – он взглянул на боевой лук за её спиной.

– Да... – она присела напротив него. – Но я знаю, что у вас в чести больше хозяйки и рукодельницы.

– Для кого-то да... Для спокойной, тихой, размеренной жизни.

– И для тебя?

– Нет, – он усмехнулся. – Для меня это слишком скучно.

Тайра закусила губу, но Акунар не заметил. Он взял черепаховый гребень с циновки:

– Это тебе.

Тайра широко раскрыла глаза:

– Вот так сразу?

– Я давно наблюдал за тобой. С момента, как лодки пристали к берегу. И здесь, в обряде, тоже ждал тебя.

Тайра повертела в руках черепаховый гребень, рассматривая гравировку – маленькие рыбки и витиеватые переплетающиеся листья.

– В стиле Юкайя...

– Да. Я сделал его. Это одно из моих увлечений – создавать украшения и оружие. Этот гребень я сделал для тебя.

– Мортан тебе сказал так поступить? – Тайра покосилась на вождей, внимательно наблюдающих за ними.

– Отец посоветовал присмотреться.

– Ты во всём его слушаешься?

– Он – вождь. Думаю, ты понимаешь, каково это. Я обещал, что послушаю его, но последнее слово за мной.

Тайра снова мельком взглянула на отца. Разговор, очевидно, затянулся – она заметила, что Амару нахмурился, не видя ответного жеста от дочери.

Тайра поспешно сняла с руки браслет с маленькими обсидианами и протянула Акунару.

Он с улыбкой принял его и повертел в руках, рассматривая крошечные пластинки.

– Тонкая работа, – сказал он. – Ты сама сделала?

– Да, – ответила Тайра. – Я нечасто этим занимаюсь, но иногда необходимо... отвлечься.

Он надел браслет на запястье – на его коже чёрные камни смотрелись ярко.

– Буду беречь, – сказал он просто.

Вставая, Тайра заметила удовлетворённые лица Умару и Мортана и торопливо отвернулась.

Тайра отошла от Акунара и тут же наткнулась на Юсура, который подпрыгивал на месте.

– Ну? Ну? Ты отдала ему браслет?

– Отдала.

– И он тебе — гребень?

– Гребень.

– Так это... – Юсур округлил глаза. – Это почти помолвка!

– Это просто обмен дарами, – отрезал Таман, подходя сзади и отодвигая Юсура в сторону за шкирку. – Знак, что они будут знакомиться дальше. Ничего больше.

– Ага, – не унимался Юсур. – А отец уже танцует от радости. Вон, смотри.

Тайра посмотрела туда, куда он указывал. Амару действительно улыбался – широко, довольно, как ребёнок, которому дали сладкую папайю. Мортан хлопал его по плечу.

– Меня сейчас вырвет, – сказала Тайра.

– Тогда отойди от меня подальше, мне ещё танцевать с девчонками Урава, – парировал Юсур и умчался в толпу.

Тайра посмотрела на Тамана:

– А вы выбрали себе пару?

Таман кивнул:

– Я – да. Её зовут Пири. На первый взгляд тихая, спокойная. Немного молчаливая. Юсур – нет. Он всех распугал своими пошлыми шуточками.

– Как ожидаемо.

– Как тебе Акунар?

– Пока не знаю. Мне он кажется каким-то... Слишком правильным, весь такой галантный. Как будто играет роль. Или выполняет поручение отца.

– Или ты просто предвзято о нём судишь? Мне кажется, если бы не это сватовство, вы бы даже подружились.

Тайра что-то буркнула в ответ. Таман улыбнулся.

У вечернего костра уже начинались танцы. Юсур принёс свою флейту и выводил весёлые трели прямо в танце. Отвергшие его девушки Урава с досадой провожали его взглядами. Тайра украдкой улыбнулась: если бы они раньше узнали, что он – душа любого праздника и умелый музыкант, они бы ещё несколько раз подумали. Урава принесли барабаны из акульей кожи, Юкайя – праздничную еду и напитки.

Тайра, испытывая смешанные чувства, хотела уйти в хижину, но Амару взглядом остановил её. Тайком вздохнув, она собиралась присесть на циновку, когда рядом с ней оказался Акунар.

– Потанцуем?

Помедлив, Тайра кивнула, зная, что отец всё ещё не сводит с неё глаз. И правда, уже вставая в круг, она услышала, как Амару довольно хмыкнул.

«Ну да. Никакого давления», – подумала она, вставая с Акунаром. Казалось, никто не обращал на них внимания. Юсур энергично отплясывал с Айной, в стороне Таман о чём-то переговаривался с круглолицей светлой девушкой. Должно быть, это Пири. Вожди, шаманы и старейшины достали трубки и занялись разговорами.

Тайра танцевала, чувствуя, как руки Акунара аккуратно и крепко её ведут круг за кругом, но мысли её были далеко. Акунар вёл её в ритме, не мешая и не задавая лишних вопросов. Просто был рядом – спокойный, как море в безветренный день. Тайра попыталась представить себе лицо Дарака, если бы он увидел её сейчас. Как бы он отреагировал? Как обычно – спокойно и сдержанно, или взорвался бы, как тогда, когда убил Аскара и Турана? Интересно, знает ли он, что Урава прибыли на остров. Наверняка знает, с некоторых из их скал даже южное побережье острова должно хорошо просматриваться.

– Ты умеешь танцевать, – заметил Акунар, вырвав её из раздумий.

– Тренировки с копьём помогают, – холодно ответила Тайра. – Движения похожи.

Акунар усмехнулся:

– Надо будет как-нибудь сравнить. Танец и бой.

– Ты умеешь драться?

– Конечно. Это обязательное умение для сына вождя.

– Посмотрим, принимаю вызов, – Тайра надменно ухмыльнулась. Он явно не знал, с кем связался.

Танец закончился. Акунар отпустил её, но не отошёл. Посмотрел на костёр, на танцующих и на вождей, которые уже явно обсуждали что-то важное, судя по жестам.

– Мы будем здесь четыре дня, – сказал он. – Потом уплываем.

– Знаю. – Тайра смотрела куда-то в сторону.

– Я хотел бы ещё поговорить с тобой. Не о том, о чём думают наши отцы. Просто... узнать о тебе. Девушка-боец – это необычно, в Урава таких нет.

Тайра наконец посмотрела на него. В свете костра его лицо казалось мягче, усталое что ли. Словно это действительно была не игра, просто предложение. Интерес как будто бы искренний. Тайра случайно бросила взгляд в сторону вождей прежде, чем нехотя ответить:

– Хорошо. Завтра?

Акунар удовлетворённо кивнул и отошёл к своим.

Тайра решила, что на сегодня достаточно танцев, и вернулась в дом. В хижине было тихо. Она легла на матрас, положила под голову руки и уставилась в потолок. Где-то за стеной всё ещё били барабаны, слышались смех и пение.

«Странный он», – подумала Тайра. – «Не такой, как я думала. Вроде и раздражающий своим спокойствием, но в то же время как будто даже нормальный».

Глава 35

С утра пораньше, пока Юкайя и Урава отсыпались после праздника, Тайра уже была на ногах. Последние танцующие разошлись на рассвете, поэтому несмотря на солнечное утро в лагере царило запустение.

Тайра взяла копьё и привычно закинула лук за плечо. Она покинет поселение ненадолго. Нужно увидеться с Дараком. Вот уже несколько дней они не встречались. Терпеть, пока Урава уедут, не хотелось.

Миновав водопад – их старое место встречи – она направилась к скале и, подобно ящерице, быстро взобралась по камням прямо к его пещере. Он был там, раздувал костёр. Когда её тень на мгновение закрыла вход, он удивлённо поднял голову:

– Тайра! Не ожидал тебя здесь в ближайшие дни.

– Уже видел лодки?

– Да. И огни от ваших гуляний было видно даже отсюда, – он ухмыльнулся. – Я смотрю, уже приобрела себе украшения. Что заставило тебя покинуть гостей?

– Все ещё спят, разошлись только на рассвете.

Дарак сел обратно к костру. Тайра не составила ему компанию, оставшись у входа в пещеру в паре шагов от него. Она сложила руки на груди и облокотилась на выдающийся из скалы огромный уступ. Дарак принялся подбрасывать щепки в огонь:

– Какие новости?

Тайра махнула рукой:

– Всё как всегда. Урава подрались с кланом Ханара на юге, те подожгли их лодки, поэтому они столько времени не приплывали. Племя Уруа научились укреплять свои каноэ и пробуют перемещаться между островами, пока не очень успешно.

– С континента что-то слышно?

– Мало. Кочевники говорят, инки снова зверствуют, пытаются расширить империю. Но они где-то далеко, на другой стороне земли. Карибы, как всегда, не хотят контактировать вообще ни с кем. Но это только слухи, они все очень далеко отсюда.

Дарак кивнул:

– Идиллия. Намекни потом Мортану, что моя мама хочет увидеться с ними. На ваши земли ей нельзя, но она надеется, что Урава подплывут к нашей части острова.

– Я скажу ему, – Тайра помолчала. – Слушай, должна ещё кое-что рассказать тебе.

Она помолчала, думая, как подступиться к вопросу. Но она не могла скрывать это от Дарака. Он терпеливо ждал. Тайра отвела взгляд:

– Урава устраивали смотрины. Привезли много молодёжи. Среди них Акунар. Слышал о нём?

Дарак прищурился:

– Сын Мортана? Слышал, но никогда не видел. А что?

Тайра помедлила, собираясь с мыслями. Дарак не торопил, только смотрел на неё – спокойно, но внимательно.

– Он сын вождя, – сказала она наконец. – Единственный наследник. Мортан хочет, чтобы он женился. И мой отец...

Дарак замер. Его лицо ничего не выражало – та самая маска, которую Тайра так ненавидела и так боялась.

– Хочет, чтобы ты вышла за него? – спросил он ровно. Этот холодный тон всегда пугал больше, чем если бы он кричал или ругался.

– Он хочет, чтобы я присмотрелась, – поправила Тайра. – Сказал, что не будет заставлять. Но… ты же знаешь отца. Если он чего-то хочет…

– Ты присмотрелась? – перебил Дарак. Голос чуть напряжённее, чем обычно.

Тайра посмотрела ему в глаза:

– Он сказал, что мы можем просто познакомиться как друзья.

– Друзья, – повторил Дарак. – Он знает, что друзьями всё не кончится.

– Дарак...

– Ладно. – Он поднял руку, останавливая её. – Я понял. Что ты хочешь от меня услышать? Что я не против? Что я благословляю?

Тайра шагнула к нему:

– Я хочу, чтобы ты знал. Я не собираюсь за него замуж. Я вообще ни за кого не собираюсь. Но я не могу просто послать отца – ты же понимаешь. Он вождь. И он мой отец.

Дарак молчал. Потом резко выдохнул, провёл рукой по волосам – жест, который Тайра видела у него редко. Обычно он сдерживал эмоции. Сейчас не мог или не хотел.

– И что ты предлагаешь? – спросил он. – Будем встречаться тайно, пока твой отец не выдаст тебя за этого… Акунара? Думаешь, я себя совсем не уважаю?

– Он не выдаст меня силой. Я же сказала.

– А если попросит? Очень сильно? Ради блага племени?

Тайра замолчала. Потому что не знала, что ответить. Разговор определённо зашёл не туда, куда она ожидала.

Быстро встав и подойдя к Тайре, Дарак взял её за плечи и заставил смотреть в глаза.

– Я не хочу тебя терять, – сказал он тихо. – Но и решать за тебя не могу.

– Я не собираюсь за него замуж, – повторила Тайра в отчаянии, не зная, как ещё сказать, чтобы он услышал.

Он посмотрел на неё долгим взглядом. Потом притянул к себе и поцеловал — не нежно, как в прошлый раз, а почти зло, с отчаянием. Тайра не сопротивлялась. Она понимала.

Когда они отстранились, Дарак внимательно посмотрел на неё, и его голос стал тише, почти безразличным:

– Иди. Там твои гости, твой Акунар, твой отец. А я подожду. Я умею ждать.

Он отпустил её плечи и отошёл к костру, сев спиной к ней. Тайра открыла рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле.

– Дарак...

– Всё, – отрезал он, не оборачиваясь. – Иди.

Она постояла ещё мгновение, потом развернулась и вышла из пещеры. На выходе она остановилась и оглянулась на Дарака. Он не повернулся к ней. Сидел спиной, будто её не было. Спускалась она по камням медленно, чувствуя, как внутри всё кипит. Обида. Злость. Непонимание. И страх, что он прав.

Когда Тайра добралась до водопада, она не пошла дальше, только села на камень и смотрела на воду, но не видела её.

«В чём я виновата-то? – думала она. – Я не могу выйти замуж в угоду отцу. Он не имеет права меня заставлять».

Дарак повёл себя как подросток. Это было ужасно обидно. Акунар... Спокойный, внимательный, не давит, не требует, не смотрит волком из-под бровей. Сказал: «Мы можем просто познакомиться как друзья». И не полез с поцелуем, не устроил сцену. Может, он и притворяется, но хотя бы так.

Тайра закрыла лицо руками. Она не хотела сравнивать Дарака и Акунара. Ни в коем случае, но их образы сами лезли в голову.

– Почему всё так сложно? – прошептала она.

Ответа не было. Только водопад шумел как всегда, равнодушный к её метаниям.

Она подняла голову и посмотрела на север, туда, где остался Дарак. Потом на юг, где в лагере спал Акунар.

«С одним тяжело, – подумала она. – С другим легко. С одним опасно для жизни, с другим жизнь была бы само спокойствие. Возможно, потому что мы ещё не близко знакомы, он пока кажется таким».

Она встала и отряхнула накидку. Надо возвращаться. Там Урава, там Акунар, там отец с надеждой в глазах.

А Дарак подождёт. Он умеет ждать.

Тайра сделала шаг в сторону лагеря и вдруг остановилась.

– А если не дождётся? – спросила она тихо.

Водопад не ответил.

Она пошла дальше, но настроение было испорчено. И чем ближе она подходила к лагерю, тем тяжелее становилось на душе. Потому что там её ждал Акунар. С улыбкой, её браслетом и спокойными глазами. И потому что она знала: сегодня ей придётся снова общаться с ним. И улыбаться. И делать вид, что всё хорошо.

В лагере уже просыпались. Тайра услышала голос Юсура – тот спорил с кем-то о вчерашних танцах. Айна смеялась. Где-то стучали топоры – рубили кокосы.

Она сделала глубокий вдох, расправила плечи и шагнула в поселение.

Айна заметила её первой:

– Тайра! Ты где была?

– Гуляла, – ответила Тайра. – Думала.

– О чём?

– О жизни.

– Опять?

Айна посмотрела на неё внимательно, но ничего больше не сказала. Только взяла за руку и повела к костру, где уже разогревали вчерашнюю рыбу. Там уже сидел Амару, видевший, как Тайра выходила из джунглей:

– Дочь! Кажется, я запретил тебе покидать поселение.

Тайра изумлённо посмотрела в ответ:

– До сих пор? Я несколько дней послушно не ходила на север. Я же сказала, что слухи распускал Малир, а он придурок и...

– Я понимаю, но это касается меня. Я не хочу, чтобы на вождя падала тень из-за твоего подозрительного поведения, пусть и надуманного кем-то. Не давай им повода.

Тайра, насупившись, села возле костра. Айна успокаивающе погладила подругу по плечу.

Из-за соседнего навеса вышел Акунар с ворохом новых шкур:

– Это досадно. А я как раз хотел на днях пригласить Тайру прогуляться в джунгли. Посмотреть, как Юкайя охотятся...

Тайра, не меняя хмурое выражение лица, подняла глаза. Лицо же Амару тут же посветлело:

– Акунар, так это же совсем другое дело! Мне важно, чтобы Тайра не ходила одна, мало ли что. Если она будет с тобой, я останусь абсолютно спокоен за её безопасность.

«За мою безопасность, как же! – Тайра сдержалась и не закатила глаза. – За свою репутацию ты будешь спокоен. И заодно дочь пристроить. Какое лицемерие...»

Акунар довольно улыбнулся и подмигнул Тайре. Она кивнула в ответ и отвернулась.

«Почему с тобой так легко? – подумала она. – И почему меня это бесит?»

Глава 36

Этим утром Дарак проснулся позже, чем обычно, но не спешил вставать. Солнечные лучи уже не проникали через окно. Значит, солнце было уже высоко. И Дарак пропустил завтрак. Ну и ладно. Он сел, потянувшись, и взглянул в сторону юга. Вчера по всему лагерю ходили слухи, что кто-то видел на юге целую флотилию лодок. Наверняка Урава, кто же ещё? Едут торговать с Юкайя. Интересно, заглянут ли они в Чикун хотя бы в этот раз. Дараку бы очень пригодились акульи зубы, он готов обменять на них почти что угодно. Да хотя бы вот эти шкуры нескольких пум, Урава таких в глаза не видели.

Дарак неохотно поднялся, думая, где бы раздобыть что-нибудь поесть. А потом он отправится к скалам, в свою пещеру. В последнее время он ходил туда всё чаще, желая побыть один и в десятый раз натачивая своё оружие. Он не видел Тайру уже четыре дня и успел соскучиться. Но она наверняка не придёт к северной границе ещё какое-то время. У них там столько гостей, праздник, гуляния. Сполохи вчерашних костров было видно с самых высоких скал. Вздохнув, он спустился по верёвочной лестнице на землю.

Все уже разошлись по своим делам. Вокруг костра ещё виднелись остатки завтрака и горка помытой посуды. Не останавливаясь, Дарак уже собирался пройти мимо и отправиться в джунгли, как вдруг его окликнул чей-то высокий голос. Он остановился, выдохнув и с раздражением закрыв глаза. Это был голос Гиры, и опять поднимать с ней тему отцов не было никакого желания.

– Что? – Это прозвучало довольно резко, но без разницы, в племени уже все привыкли.

– Вот. Я отложила тебе завтрак. – Гира протянула ему миску с лепёшками и кокосом. Дарак удивлённо посмотрел на миску, потом на девушку.

– Мне?

– Да. Ты злой, когда голодный. – Гира хитро улыбнулась, но Дарак не понял выражение её лица. Многие пребывают в плохом настроении, пока не поедят, что в этом такого?

– Спасибо. – Не придумав причин для отказа, Дарак принял миску и тут же отвернулся, но Гира не уходила.

– Забота – это всегда приятно, не правда ли? – Она всё так же улыбалась.

– К чему ты клонишь? Если ты про отцов, мы уже всё решили в прошлый раз.

– Я и не думала об отцах сейчас. – Гира плавно прошла мимо него, обернувшись. – У меня есть и свои интересы. И мнение.

– Ну так и моё мнение ты знаешь.

– Знаю. Но вижу, что ты колеблешься.

– Гира, не заставляй меня быть с тобой грубым, последний раз говорю. – Забрав только одну лепёшку, Дарак протянул остальное обратно Гире. – Эта дверь закрыта, и я над этим не властен. Всё. Точка.

– Не властен, говоришь? – Гира с подозрением подняла брови.

– Мне пора.

Чертыхаясь про себя, Дарак шагал к скалам, жуя на ходу лепёшку. Догадалась ли Гира, что это значит. Да нет, не могла. А даже если и догадалась, Юкайя она всё равно не заподозрит, пусть думает, что хочет. Его это не волнует.

Придя в пещеру Дарак оглядел связки своего оружия в углу. Пора заняться делом. Неторопливо собрав щепки для костра, Дарак выбрал наконечники для стрел и копий и уже раздувал огонь пожарче, чтобы как следует закалить их, как в пещеру кто-то вошёл. Напротив солнечного света, падающего в пещеру, появился знакомый силуэт.

– Тайра!

Дарак тут уже отложил наконечники и поднялся ей навстречу. Хотя он и не ожидал появления Тайры здесь, он был рад её видеть. Пока девушка делилась последними новостями, Дарак, неспешно сел возле костра и вернулся к своим наконечникам, машинально поворачивая их над огнём, пока всё его внимание было привлечено к словам Тайры.

– Намекни потом Мортану, что моя мама хочет увидеться с ними. На ваши земли ей нельзя, но она надеется, что Урава подплывут к нашей части острова.

Тали не просила его ни о чём подобном, но он видел вчера, с какой тоской она смотрела в сторону юга, когда узнала о лодках. Если Мортан всё-таки решит обогнуть остров с севера, она будет очень рада.

– Слушай, должна ещё кое-что рассказать тебе.

Дарак внимательно посмотрел на неё, прикидывая, что бы это могло быть. Тайра явно колебалась и собиралась с мыслями, это настораживало. Тем не менее, он не торопил, чтобы не заставить её передумать.

– Урава устраивали смотрины. Привезли много молодёжи. Среди них Акунар. Слышал о нём?

Дарак взял паузу. Что-то знакомое, он уже слышал это имя раньше, очень давно. Вдруг его осенило:

– Сын Мортана? Слышал, но никогда не видел. А что?

Успешно разыгрывая спокойствие и уравновешенность, Дарак внимательно следил за лицом Тайры. Она как будто не могла подобрать правильные слова, чтобы выразить свои мысли. На неё это непохоже. И при чём здесь Акунар? Даже если он как-то связан со смотринами, почему Тайра так странно себя ведёт? Как подросток, которого мама привела на инициацию за ручку.

– Он сын вождя. Единственный наследник. Мортан хочет, чтобы он женился. И мой отец...

Дарак тут же почувствовал волну досады, но сдержал её на полпути. Эта ситуация ему что-то смутно напомнила. В груди поднималось какое-то нехорошее чувство, определения которому он ещё не знал. Эта мысль мелькнула в его голове за одно мгновение, ещё до того, как Тайра закончила фразу.

– Хочет, чтобы ты вышла за него?

– Он хочет, чтобы я присмотрелась. Сказал, что не будет заставлять. Но… ты же знаешь отца. Если он чего-то хочет...

Дарак наполовину прикрыл глаза, но продолжал смотреть на Тайру.

– Ты присмотрелась? – Он не дал ей договорить.

– Он сказал, что мы можем просто познакомиться как друзья.

Всё ясно. Она участвовала в смотринах. И смотрины эти были для них чисто символические. Просто поводом, чтобы сделать совместное времяпрепровождение Тайры и Акунара официальным в глазах племени. И она это допустила, вот что не укладывалось в голове!

– Друзья. – Это слово резко перестало ему нравиться. – Он знает, что друзьями всё не кончится.

Дарак старался сдерживать себя, сохраняя на лице холодную непроницаемую маску. Он знал, что Тайра её боялась, но не мог ничего поделать. Слова вырывались сами собой:

– Я понял. Что ты хочешь от меня услышать? Что я не против? Что я благословляю?

Дараку было сложно сдерживать свои мысли, хотя голос и свои движения он контролировал полностью. Словно откуда-то издалека в его мысли ворвался голос Тайры, уже заканчивающей свою реплику:

– Я не могу просто послать отца – ты же понимаешь. Он вождь. И он мой отец.

Прекрасно. Просто прекрасно.

То есть, если это сказал отец, она будет послушной марионеткой.

– И что ты предлагаешь? Будем встречаться тайно, пока твой отец не выдаст тебя за этого… Акунара? Думаешь, я себя совсем не уважаю?

Уважает ли она его, вот какой смысл он вкладывал в эти слова, но мечущиеся в приступе ревности мысли уже не успевали за его речью.

– Он не выдаст меня силой. Я же сказала. – Её голос стал умоляющим, но всё ещё был неубедителен.

– А если попросит? Очень сильно? Ради блага племени?

Вот он. Вопрос, наконец поставивший её в тупик. Возможно, она сама думала об этом и не находила выхода. Или вообще не думала? Разве она сама не готова к тому, что ситуация станет именно такой? Амару не глуп и умеет распоряжаться чужими жизнями не хуже Саргана. Не столько при помощи грубой силы, сколько манипуляциями. И похоже, Тайра была не в курсе этого о своём родном отце. Но самое отвратительное – Дарак ничего не мог с этим поделать. Отложив так и не доделанные наконечники куда-то в сторону, он встал и подошёл к Тайре.

– Я не хочу тебя терять, – он помолчал, продолжая смотреть ей прямо в глаза, но в них отражались только мольба и какое-то странное упрямство. – Но и решать за тебя не могу. – Заключил он, отпуская её. И правда: кто он ей? Жених? Муж? Родственник? Друг, в конце концов? Он – тот, кто не имеет на неё никаких прав.

– Я не собираюсь за него замуж.

Голос Тайры звучал всё ещё невразумительно. Верила ли она сама в то, что говорила, или просто пыталась убедить в этом его, уже было неважно. Он ей не верил.

Притянув её к себе жестом, который выдал бы отчаяние, будь Тайра немного внимательнее, Дарак поцеловал её. Он пытался сделать этот поцелуй покровительственным, будто он уже её хозяин. Жених, если угодно. Кто-то, кто имеет право решать. Но в глубине души понимал, что это далеко не так. От этого к отчаянию примешивалась бессильная злость. Тайра и не думала сопротивляться, и почему-то это бесило ещё больше.

Привычной силой мысли Дарак загнал все свои эмоции глубоко внутрь себя. Наверное, его лицо снова стало каменным, но Тайре уже пора было привыкнуть к этому. Он равнодушно произнёс:

– Иди. Там твои гости, твой Акунар, твой отец. А я подожду. Я умею ждать.

«Твой Акунар», очевидно, было лишним. Пусть Дарак и владел своим голосом, но слова выдавали эмоции. Снова он не сдержался. И не умел он ждать, кого он пытался обмануть?

Он быстро отвернулся, чтобы Тайра больше не видела выражение его лица, и чтобы больше не продолжать этот разговор, пока он не ляпнул что-то ещё, что окончательно испортит отношения между ними. Где-то за спиной снова раздался её голос:

– Дарак...

Он закрыл глаза, сделав глубокий вдох. Он не желал больше продолжать этот разговор.

– Всё. Иди.

Его голос был ровный. Как и всегда. Посмеет ли Тайра спорить в этот раз? Посидев несколько минут без движения, он обернулся: Тайры не было.

«Ушла», – сдержанно подумал Дарак, повернувшись обратно к затухающему огню и подкладывая в него побольше веток, чтобы разжечь достаточно для закаливания наконечников. – «А впрочем, чего я ожидал? Я же сам сказал ей уходить. Всё правильно».

Оставшись один, он позволил себе с головой погрузиться в мысли и собрать их воедино. Мысли, которые обрывками возникали в его голове во время разговора с Тайрой.

Почему он так взбесился из-за этой новости? Конечно же, он доверял Тайре, но сейчас это доверие пошатнулось. Когда Сарган пытался сосватать его за Гиру, что Дарак ему ответил? Отказал. Не задумываясь. Самому Саргану! Не колеблясь ни минуты. Он отшил Гиру в тот же день, не дав ей ни малейшего повода как-то превратно истолковать его слова. И далее, когда она пыталась повернуть разговор в то же русло, продолжал прямо говорить, что у их отношений нет никакого будущего. Всё потому, что он сделал выбор: ему нужна только Тайра. Только она и никто больше, и сам Сарган и его друг Ватар ему не помешают.

И вот чем отвечает ему Тайра. Присматривается. Идёт на поводу у отца.

Дарак хмуро пошевелил палкой угли костра. Чувства, терзающие его сейчас, – это не просто ревность. Это была ревность, смешанная с досадой на чёрную несправедливость по отношению к нему. Остаётся главный вопрос – что сделает Дарак, если Тайра всё-таки выберет Акунара?

Он разжал пальцы, держащие палку, и глубоко вздохнул. Маленькая частица разума, сопротивляющаяся всему его существу, упрямо говорила о том, что для Тайры это будет правильный выбор. Встречаясь с Дараком, она ходит по опасному лезвию ножа и рано или поздно обязательно соскользнёт. У такого союза нет будущего. Только смерть, казнь за предательство. А в худшем случае ещё и смерти их родных, племена их не пощадят, а также проклятие предками всего их рода. Они не могут встречаться тайно до старости и хранить верность друг другу. Ещё несколько лет отказа всем, и это станет подозрительным. Семья вождя не может себе такого позволить.

С тоской поглядев на вход в пещеру, Дарак собрал законченные заготовки для оружия и засыпал костёр песком. Он сам только что оттолкнул Тайру, теперь она всерьёз задумается, стоят ли отношения с ним всего этого. И это правильно. Как бы ни был силён эгоизм Дарака, как бы сильно он ни хотел Тайру только для себя одного, это будет правильно. Хотя и очень больно.

Дарак вернулся к лагерю, когда солнце уже клонилось к закату. В лагере пахло жареным мясом, царило обычное оживление перед ужином. Увидев Гиру, раскладывающую еду под навесом, он остановился. Почувствовав его взгляд, Гира подняла голову и вопросительно улыбнулась. Подумав, Дарак подошёл к ней, напряжённо раздумывая.

Отливающие на солнце медью волосы Гиры лежали на её плечах, закрывая чёрные татуировки племени. Руки ловко перекладывали готовое мясо по порциям. Дарак задержал взгляд на её руках. Ни шрамов, ни порезов, ни мозолей от копья. Такие руки не причинят боли, они созданы для уюта, тихой гавани, где нет места сомнениям и опасностям. Подняв глаза, Дарак встретился взглядом с Гирой. Она внимательно на него смотрела, в её глазах читался вопрос: зачем Дарак подошёл и молча смотрел на неё?

Посмотрев на неё ещё мгновение, Дарак тихо пробурчал:

– Нет. Всё равно нет.

И, отвернувшись, быстро зашагал в сторону своего шалаша, оставив Гиру в недоумении.

Глава 37

Во второй половине дня племена Юкайя и Урава разбрелись по своим делам. Большинство разошлись по плантациям и побережью – показывать друг другу своё ремесло, кто-то ещё интересовался товарами, некоторые пошли на тренировочную поляну. Среди последних были Тайра и Акунар, вспомнив об обещанном друг другу бое. На поляне они повернулись друг к другу, и кивнув, подняли копья. Копьё Акунара было короче и толще, но в два раза тяжелее, чем копьё Тайры. Она оценивающе посмотрела на его оружие и, предположив его возможности, первой начала атаку. Акунар легко управлял копьём, быстро парируя удары, но не торопился с контратаками. В какой-то момент он наконец перешёл в наступление, и Тайра тут же воспользовалась этим мгновением, точным ударом подкосив обе его ноги.

Не ожидавший этого Акунар с размаху приземлился на обе лопатки. Тайра с самодовольной ухмылкой подошла к нему. Он встал, откашливаясь от пыли:

– Да, дерёшься ты не хуже, чем танцуешь, признаю.

– Приятно слышать, – Тайра кивнула. Ничего нового она для себя не услышала.

Он подошёл к краю поляны, взял тыкву с водой и сделал глоток. Тайра наблюдала за его лицом. Он был всё так же спокоен. Ничуть не обиделся ни на поражение, ни на её холодность. На секунду Тайра почувствовала укол вины – он не виноват, что их отцы хотят союза. Сам по себе он вроде довольно приятный и не заслужил такого равнодушного отношения. Пытаясь компенсировать свою немногословность, Тайра подошла к нему и, сама того не ожидая, спросила:

– Ты упоминал моему отцу, что хотел прогуляться по нашим джунглям... Хочешь, покажу, как Юкайя охотятся на попугаев?

– Зачем вам попугаи?

– Их оперение отлично подходит для стрел. И они вкусные.

Подумав, он кивнул:

– Давай. Заодно покажешь мне ваши джунгли. На первый взгляд они очень похожи на наши, но отличаются. У нас больше пляжей и песка, и почти совсем нет скал.

– Тогда можем направиться ближе к скалам. Как раз там обычно гнездятся ара и амазоны.

– Разве амазоны обитают не на континенте?

Тайра хмыкнула:

– На больших островах, вроде нашего, тоже есть. У нас есть даже олени.

– Круто!

Переговариваясь об охоте и различиях между своими островами, они не спеша шли в сторону севера.

Тайра и Акунар подошли к подножию скал. Акунар оказался более словоохотливым, чем Тайре показалось на первый взгляд. Он рассказывал о своём острове, прекрасных голубых лагунах, где несмотря на глубину на дне видны маленькие рыбки, о невысоких каскадных водопадах и широких пляжах с перламутровым песком. Тайра больше молчала, всё ещё немного напряжённая, но была подчёркнуто вежлива, помня об обещании отцу.

Взобравшись на скалы, она подкараулила и ухитрилась удачно сбить дротиками двух птиц. Акунар достал их из кустов, лучезарно улыбнувшись:

– Метко.

– Тренировалась, – ответила Тайра, пряча довольную улыбку. Ей всегда нравилась похвала, и это было трудно скрывать.

Акунар подошёл к ней, попутно показав в сторону северо-запада:

– Я слышу там водопад. Идём туда?

Когда они подошли к реке, солнце начало клониться к горизонту. Вода перед их ногами переваливала через груду камней и рассыпалась водяным облаком, ударяясь о скалы внизу.

Тайра и Акунар уселись на берегу, достав лепёшки, чтобы перекусить. Огонь решили не разводить, не собираясь долго засиживаться.

Акунар внимательно посмотрел на Тайру:

– Ты всегда такая тихая? Или просто не хочешь со мной говорить?

– Просто... Витаю в облаках.

Судя по виду Акунара, он не поверил, но, как ни странно, не стал допытываться. Тайра, уже приготовившаяся к расспросам, удивилась, хотя и не показала этого. Обычно все всегда лезли в душу, Акунар же решил просто перевести тему разговора:

– Ты знаешь, скоро Урава будут не единственными, кто перемещается между крупными островами. Племя Уруа уже пробуют преодолевать течения.

– Да, я слышала об этом вчера. Мельком. А ещё, что вы что-то не поделили с племенем Ханара.

Акунар нахмурился:

– Ну, можно сказать, что не поделили. Наши лодки проходили по протоке между нашим островом и их землями. А они считают, что воды вокруг острова тоже принадлежат им. И запустили в наши лодки боевыми стрелами, без предупреждения. Причём в этот раз они додумались обмотать наконечники какой-то ветошью, обмазанной смолой, и поджечь их.

Тайра изумлённо распахнула глаза:

– Огненные стрелы?

– Да. Представляешь? Некоторые пожары, вызванные стрелами, нам удалось потушить водой, а некоторые угодили прямо в снопы сушёных водорослей и запасы смолы для лодок.

– Страшно представить...

– Да. Многие погибли, оставшиеся добрались до острова вплавь. Почти все лодки были сожжены, не говоря о припасах. Мортан им этого не простил и через несколько дней бойцы Урава перешли по мелководью к острову Ханара во время отлива. Была большая драка. Ханара считают, что были правы. По их мнению, это мы нарушили закон, воспользовавшись протокой, которую они считают своей.

Тайра ничего не ответила, только перевела взгляд с Акунара на облака брызг от водопада. Одно племя убивает другое, подчиняясь каким-то собственным законам и считая, что это законы для всех племён, а не только для них. И наоборот. Как же это невероятно знакомо.

– В той битве погиб мой дядя, – безучастно продолжал Акунар, тоже глядя перед собой в никуда. Тайра повернула голову к нему.

– Его звали Такама. Он был младшим братом отца. Сильным воином. Во время нападения Урава на племя Ханара отец атаковал по центру, а Такама и его люди обходили врагов слева. Всё шло по плану. Поначалу. А потом дядя и его люди попали в засаду, многих ранило, в том числе Минго, его сына. Он был совсем ещё мальчишка.

Голос Акунара стал тише.

– Такама схватил сына и побежал в сторону. Не потому, что испугался, а потому что хотел спасти его, Ханара пленных не берут. Его убили копьём в спину.

– Кто-то из Ханара? – В глубине души Тайра понимала, каким будет ответ, и не хотела его слышать, но вопрос вырвался сам собой.

– Свои, Тайра, один из своих. Тот, кто решил, что Такама струсил. И кто подумал, что имеет право вершить правосудие прямо на поле боя. Там, где в пылу битвы никто не заметил, кто именно метнул копьё.

– Надо быть последним подонком, чтобы...

– Точно, – перебил её Акунар. – И среди Урава такие есть. Они существуют везде.

– Это уж точно, – пробормотала Тайра. Холодный, липкий страх подползал откуда-то от кончиков пальцев по направлению к грудной клетке. Во время большого боя, когда всё внимание каждого человека устремлено только вперёд, на врага, никому обычно и в голову не приходит ожидать удара со спины. Непонятная тревога зародилась где-то далеко в мыслях, но не было понятно, о чём она конкретно.

Акунар замолчал, погрузившись в какие-то свои мысли. Тайре стало жаль его.

– А Минго? – Она попыталась вырвать Акунара из тяжёлых раздумий, но тот только повёл плечами, не отрывая взгляда от воды.

– Никто не видел его с тех пор.

Тайра помолчала. Глупая вражда глупых людей, которые вот так теряют близких из-за абсолютно дурацких правил что одних, что других.

– Мне жаль. – В её голове это звучало не так убого. Однако Акунар не обратил на это внимание, просто кивнув.

Молчание между ними затянулось, но уже не казалось неловким. Каждый думал о своём. Тайра щелчками скидывала маленькие, как бисер, камушки в тихо журчащий поток воды. Она решила не спрашивать, вычислили ли убийцу его дяди, сделали ли с ним что-то, и как на это всё отреагировал Мортан. Судя по выражению лица Акунара, он глубоко сопротивлялся жестокости. Но быть вождём обязывает быть жестоким. Не обязательно к своим, но к врагам, чтобы защитить свою семью и племя, разве не так? Сейчас она уже сомневалась, сама ли она так думает, или ей сказали так думать. Столько всего она уже привыкла воспринимать как данность. И Акунар, видимо, понимал, что обязан будет вести своё племя в бой, если понадобится. Даже будучи таким мирным и мягким, он будет должен рисковать жизнями своих людей.

– Ты поэтому не хочешь быть вождём? – Тайра озвучила вопрос как закономерный итог своих размышлений. Увидев удивлённое лицо Акунара, она вдруг поняла, что вопрос для него стал неожиданностью. Ведь он её мыслей не слышал.

– С чего ты это взяла?

– Ну... Ты так говорил о смерти, о предательстве, как свои убивают своих. И в голосе не было ненависти. Только усталость. Как будто это всё не для тебя.

Акунар задумался.

– В какой-то степени да. Не для меня. Но я хочу быть вождём. Если не я, то кто-то другой. А другой может быть хуже. Власть получают не всегда достойные, но часто – жадные до власти. Конечно, я не хочу считать нормой то, что происходит. Если в моих силах будет что-то изменить, я попробую.

Тайра кивнула, внимательно глядя на Акунара, пока он не видел. Такой добрый, мягкий, спокойный, умеющий держать оружие в руках, но не желающий драться. Прямая противоположность Дараку, который не сопротивляется жестокости, а считает её нормой. А этот сопротивляется. По-своему – тихо, без криков.

– Ты сильнее, чем кажешься, – наконец озвучила она.

Акунар усмехнулся:

– Возможно, я просто упрямый.

Он поднялся, не дожидаясь ответа:

– Идём, уже почти стемнело.

Он подал ей руку, помогая ей встать.

Резкий шорох ветвей вверху заставил Тайру резко обернуться. Акунар машинально продолжил шагать вперёд и только потом с недоумением повернулся, посмотрев на Тайру. Она внимательно смотрела на большую ветку высоко над землёй, которая всё ещё покачивалась, но на ней уже никого не было.

«Дарак?» – она была уверена, что это был он. Кто ещё мог следить за ней с дерева и исчезнуть, как не он? Что он успел увидеть? Или услышать? Но самое главное, что подумал о ней, обо всём этом? Она не делала ничего предосудительного. Вроде бы, но кто знает, что у него в голове.

– Показалось, – с деланным равнодушием бросила она Акунару, хотя на душе заскребли кошки. Назад они шли, вполголоса обсуждая, что скажут отцам о том, как провели день. Вне всяких сомнений, они спросят об этом.

Придя в лагерь, Тайра и Акунар увидели, что племена снова разожгли большой костёр, намереваясь продолжать празднование. Народу было уже немного меньше, хотя всё ещё достаточно много. Повернувшись к Тайре, Акунар предложил ей руку:

– Не хочешь ли потанцевать? Ещё раз? Или слишком устала?

Подумав, Тайра кивнула и, скинув лук рядом с хижиной, вложила руку в ладонь и позволила вывести её в круг, в котором танцевали уже десятки пар. После сегодняшнего разговора Акунар ей стал даже приятен. Ни капли не агрессивный, добрый, порядочный. А самое главное, абсолютно не навязчивый. Всё-таки его поведение не было притворством, как Тайра думала в первый день. Должно быть, она слишком отвыкла от проявлений обычной вежливости между людьми.

Танцы и песни закончились далеко за полночь. Когда Урава ушли на побережье, к своим импровизированным шатрам, Тайра растянулась в своей комнатке на матрасе и уставилась в потолок. Как же с Акунаром всё просто. Когда она с ним говорит, или даже молчит рядом с ним, она чувствует себя в безопасности. Нет, не потому, что он никогда ей не угрожал. Просто с ним не пришлось бы ни от кого прятаться. Не нужно бояться, что кто-то из племени случайно увидит их вместе. Не нужно опасаться Малира, можно просто бросить ему его же голословные обвинения в лицо. Не нужно выкручиваться, придумывая неправдоподобные истории перед братьями и Айной. Нет необходимости лгать отцу. Отца она вообще бы просто осчастливила своим выбором. И у неё было бы будущее. С Дараком её ждёт только смерть, и больше никаких вариантов. А если она уплывёт на остров Урава... Можно будет навсегда забыть о вражде с Чикун. И о Дараке.

Сердце противно защемило при последней мысли. Тайра перевернулась на живот и уткнулась лицом в руки. Она должна выбрать между собственной жизнью и любовью.

Глава 38

Тайра проснулась с уже готовым решением в голове. Она села на матрасе, резким движением откинув волосы с лица. Ответ пришёл к ней посреди ночи, когда она в сотый раз перевернулась с боку на бок.

Торопливыми движениями заплетая волосы в косу, Тайра репетировала у себя в голове то, что скажет Акунару. Он должен знать. Заслуживает и имеет право на это. Без излишних подробностей, только самое главное – что она не уплывёт с ним. Тайра не будет играть роль, которую для неё придумали другие. И не сделает выбор, о котором будет жалеть всю оставшуюся жизнь, даже если та будет долгой и безбедной. Она выберет ни о чём не жалеть, пусть даже жизнь и будет короткой и яркой, как вспышка.

«Я никогда не прощу себе трусость, – размышляла она, одеваясь. – А сбежать – это именно трусость. Поступиться всеми своими принципами, верой, любовью – и ради чего? Только чтобы спасти свою шкуру?»

Во многих племенах, в том числе и Юкайя, смерть, принятая с гордо поднятой головой, считалась лучшим итогом всей жизни для любого воина. Обычно речь шла о смерти в бою, но какая теперь уже разница.

Откинув нависшие над входом листья какой-то лианы, упавшей ночью, Тайра вышла из хижины и направилась в сторону побережья. Её окликнул Юсур, выходивший из джунглей:

– Ты к Урава?

– Да. В чём дело?

Юсур лениво потянулся. Тайра ждала. Наконец брат заметил её нетерпеливый взгляд и быстро подавил зевок:

– Они отправились на охоту ещё до рассвета. Туда, на запад. Таман и его ребята учат их охоте на оленей. Думаю, они уже скоро вернутся.

– Ага. Спасибо.

Тайра развернулась и направилась в джунгли. Юсур проводил её взглядом, в котором отчётливо читалось сомнение и тревога. Потом решительным движением подхватил своё копьё направился другой тропой.

– Акунар!

Заметив знакомое лицо среди идущих в лагерь охотников, Тайра тут же окликнула своего знакомого. Акунар удивлённо вскинул брови, но тем не менее, вежливо помахал и остановился, пропуская вперёд толпу беззаботно болтающих товарищей. Когда они остались одни, Тайра кивнула на тропу, ведущую в противоположную сторону.

– Пройдёмся? Я бы хотела кое о чём поговорить.

Акунар серьёзно кивнул. Выражение лица Тайры говорило о том, что разговор не будет лёгким.

Пока они шагали в тишине в сторону утёсов, Тайра продолжала перебирать варианты того, как построить разговор. Надо было расставить все точки, честно и прямо. И в то же время не хотелось обидеть Акунара.

– Ты хотела поговорить о наших отцах и их... планах? – Акунар присел на один из выступающих над землёй огромных корней и внимательно посмотрел ей в глаза.

Тайра замялась. Он проницателен. Акунар оказался действительно приятным молодым человеком. Обходительным, спокойным как наевшийся удав, но при этом живым и, так уж и быть, довольно располагающим. Казалось, нет ничего, что могло бы вывести его из себя. С ним было легко, но что-то всё равно не давало ей покоя. Он сидел напротив и ждал ответа. Тайра сделала вдох:

– Акунар... Ты мне действительно приятен. Мне нравится проводить с тобой время.

Он поднял брови:

– Но?

– Я не могу уплыть с тобой на твой остров. Понимаю, что наши отцы этого хотят, но не могу.

К её удивлению, он улыбнулся. Тайра изумлённо захлопала глазами:

– Ты не обиделся?

– Нет, я ожидал этого.

Тайра с облегчением выдохнула. Такого варианта развития событий она не предвидела, но была несказанно рада ему. Акунар продолжал:

– Ты не из тех, кто будет слушаться своего отца, это я сразу понял. Людей, которые не выносят давления, видно с первого взгляда. Ну и будем уж честны друг с другом... Нам бы сложно пришлось, попробуй мы сойтись.

– Думаешь?

– Уверен. Ты – активная, бойкая. Тебе нужны приключения, опасности, бои, охота, азарт. Я просто не смогу поспевать за твоим ритмом. А тебе со мной будет скучно. Я больше ремесленник. Люблю мастерить руками, мой лучший отдых – неспешная прогулка или беседа возле костра.

Тайра просияла, буквально почувствовав, как у неё гора упала с плеч:

– Ты очень точно описал меня.

Он хмыкнул. В его глазах улыбка переплеталась с тихой грустью. Он как будто был рад за неё, но не за себя. Тайре вспомнилось, как на смотринах он заявил, что с домашней девушкой ему было бы скучно. Видимо, сейчас он в чём-то лукавил, чтобы не обидеть её. Но лицо Акунара было абсолютно спокойным:

– Я не сомневался. Думаю, мы вполне могли бы стать хорошими друзьями, – он протянул ей руку, которую Тайра с удовольствием пожала. Неожиданно ей стало очень легко с ним общаться и смотреть ему в глаза.

Она вытащила из волос его черепаховый гребень и протянула ему. Акунар покачал головой:

– Оставь себе. Не как часть обряда, как подарок.

Она улыбнулась:

– Тогда ты оставь себе браслет.

Он поднял руку, на запястье которой красовались чёрные камни:

– Буду рад. Знаешь, у меня есть ещё один вопрос к тебе. Можешь, не отвечать, если не хочешь...

– Говори, – Тайра ощущала себя намного смелее, чем до этого разговора.

– Я заметил твою напряжённость, когда мы шли сюда. Как будто боялась, что я начну ухаживать за тобой. И сдаётся мне, это не только из-за отца.

– Ну... – Тайра осеклась, понимая, какой вопрос за этим последует. И она не ошиблась.

– Я сразу понял. Твоё сердце занято, не так ли? – казалось, его пронизывающие голубые глаза видели её насквозь.

Тайра промолчала, покраснев. Она не знала, что ответить.

Акунар внимательно смотрел на неё:

– Как же тогда вышло, что ты стала участвовать в обряде?

– Просто... Отец не знает об этом.

– И ты ему не говоришь, потому что...?

Тайра не нашлась, что ответить.

Акунар кивнул, не дожидаясь ответа:

– Не надо объяснять. Я понял. Ты не можешь сказать отцу, потому что он не поймёт. Или потому что тот, кто занял твоё сердце, – не тот, кого отец одобрит.

Тайра подняла на него глаза:

– Ты всегда такой проницательный?

– Не буду хвастаться, но я умён, – он шутливо подмигнул. – И хорошо знаю ваши законы.

Она помолчала, глядя на воду. Акунар – не тот человек, который стал бы осуждать. И он – чужеземец, у него меньше предрассудков. Решившись, Тайра тихо сказала:

– Он с севера.

– Из Чикун? – Акунар присвистнул. – Вот это поворот. Я слышал, вы с ними воюете. Давно.

– Всю жизнь.

– И он воин?

– Лучший.

– Не Дарак ли? Ну и дела. Твои родители будут в восторге, когда узнают.

– Поэтому они и не знают, – Тайра горько усмехнулась.

– И ты счастлива?

Тайра задумалась. Счастлива ли? В целом да. Когда Дарак не молчит, не надевает свою ледяную маску, не говорит «иди». Когда он не смотрит на неё так, как смотрел в пещере перед её уходом.

– Иногда, – сказала она честно, с горечью вспомнив их последнюю ссору. – А иногда очень тяжело.

Акунар кивнул, не спрашивая больше. Они посидели ещё немного в тишине, слушая водопад.

– Дарак – сын Тали, – сказал он наконец. – В нём течёт кровь Урава. Так что... Он не может быть плохим.

Акунар и Тайра тихо засмеялись. Не столько от шутки, сколько просто от того, насколько легко им теперь было друг с другом. Тайра вдруг вспомнила кое о чём, и проигнорировала подступивший к горлу ком при мысли о Дараке:

– Кстати о Тали... Она была бы рада, если бы ваше племя подплыло к северной части острова. Уже очень много сезонов прошло с тех пор, как она последний раз виделась со своей семьёй.

– Я намекну отцу. Её родители тоже здесь, им Мортан не посмеет отказать, – Акунар хмыкнул. – Мне кажется, они последний раз видели внуков ещё совсем несмышлёнышами. Вот они удивятся, наверное.

Акунар встал и отряхнул накидку:

– Идём. Скоро стемнеет. Наши отцы, наверное, уже заждались.

Она поднялась следом. Они пошли обратно к лагерю – уже без напряжения, без неловкости. Просто двое людей, которые поняли друг друга.

Когда Акунар подал руку Тайре, чтобы помочь ей перебраться через большое бревно, она не отказалась. Сделав пару шагов, она вдруг услышала шорох позади. Акунар, видимо, тоже что-то заметил, потому что одновременно с Тайрой положил ладонь на оружие. Но оба тут же расслабились, увидев вышедшего с примыкающей тропы Юсура. Тот шутливо поднял руки:

– Это всего лишь я.

– Что ты там делал? – Тайра удивлённо вскинула брови.

– Присматривал за тропой, ведущей на север. Так, на всякий случай. Иногда тут бродят разные... И не понятно, умеют они себя контролировать или нет.

– Контролировать в чём?

– Да всяком. В приступе ревности, например. – Он подмигнул.

Тайра тут же вспыхнула:

– Юсур! Он не такой!

– Я-то не могу этого знать. Просто перестраховался.

Тайра покраснела до корней волос. Она тут же развернулась и пошла в сторону лагеря, задрав нос. Акунар недоумённо посмотрел на Юсура, но тот лишь махнул рукой, тихонько посмеиваясь, и направился следом за Тайрой.

Акунар немного постоял, обдумывая только что услышанный диалог. Но вскоре, бросив быстрый взгляд в сторону севера, вздохнул и неспешно пошёл следом за Юсуром и Тайрой.

В лагере их уже ждали. Амару, увидев, что Тайра и Акунар возвращаются вместе и без оружия, довольно кивнул. Мортан хлопнул его по плечу. Юсур тут же куда-то слинял под предлогом «важных дел».

Акунар с улыбкой покачал головой, подходя к отцу:

– Не спеши, папа. Мы поговорили. Мы не подходим друг другу.

Вожди чуть поникли:

– Вы не поругались?

– Нет, – Акунар по-братски приобнял Тайру за плечи. – Мы даже понравились друг другу. Но не как жених и невеста. Уж не обессудьте, так бывает.

Тайра ободряюще улыбнулась отцу. Тот вздохнул:

– Ну что ж... – он повернулся к отцу Акунара. – Мортан, говоришь, у тебя подрастают дочери? У меня есть ещё два обормота...

Они ушли продолжать разговор вдвоём. Тайра задумалась, что-то подсчитывая в уме:

– Ещё два?

К ней подошла улыбающаяся Айна:

– Ты ещё не слышала? Пири остаётся с нами.

Тайра поискала взглядом в толпе, пока не заметила Тамана. Он стоял рядом с той самой круглолицей девушкой, которую она заметила на празднике. Они о чём-то переговаривались и держались за руки, их пальцы были переплетены. Тайра улыбнулась:

– Вот оно что! Пора с ней познакомиться.

Айна кивнула:

– Она немного застенчивая, но милая.

Проводя вечер в разговорах с подругами и знакомясь с Пири, Тайра была рассеянна и иногда отвечала невпопад. Она постоянно возвращалась мыслями к Дараку. Он будет ждать её завтра? Обычно всегда ждал. Надо что-то ему сказать, как-то объяснить...

Когда стемнело, Тайра умылась в ручье и уже подходила к своей хижине, чтобы укладываться спать, как внезапно услышала своё имя в одном из тихих разговоров в стороне. И не подумав бороться с любопытством, Тайра быстро подкралась к маленькой группе щелкающих орехи подростков, рассевшихся на пороге одного из домов и вполголоса обсуждающих что-то:

– ... и потом она отказала Акунару, сыну вождя Урава.

– Чем он ей не угодил, интересно?

– Моё мнение: Тайра всегда была себе на уме. Ей из принципа надо обязательно перечить вождю.

– А я так не думаю, – один из голосов понизился до шёпота, заставив Тайру подойти поближе, чтобы всё слышать. – Люди поговаривают, что Тайра уже связала свою судьбу с кем-то.

– Да ну? Братан, такая связь до официального обряда и обмена дарами под запретом, она не пойдёт на это.

– Подожди, я тебе ещё не сказал, с кем у неё это было.

– С кем?! – сразу несколько голосов прозвучали почти синхронно.

– Ты знаешь, что она шляется к границе с Чикун? Постоянно, иногда каждый день.

– Да ну неееет.

– Половина племени уже в курсе. Но доказательств нет, многие уверены, что она просто охотится.

– Может, это так и есть?

– Может быть. А может и нет. Амару ей запретил ходить туда в одиночку, между прочим. Малир и Айхан уверяли, что лично видели её с кем-то. И если она перешла такую черту, как вражда с Чикун, что ей стоит нарушить такую мелочь, как связь до обряда?

– Она же дочь вождя. Неужели...

Голос многозначительно замолчал, оставив паузу. Кипя от гнева, Тайра вышла из своего укрытия:

– Неужели что? Давай, скажи мне это в лицо, я найду, чем ответить.

Увидев её, четыре подростка тут же разбежались, побросав недоеденные орехи.

«Безмозглые молокососы, – Тайра тяжело дышала, стараясь усмирить свою ярость и не пуститься следом за ними. – Да чтоб демоны побрали этого Малира, он зашёл слишком далеко. Половина племени!»

Клокотавший внутри гнев нашёл выход в бессильных слезах, покатившихся по щекам. Тайра поспешила зайти в хижину и броситься на матрас, повторяя про себя, что это всего лишь слухи и ей должно быть всё равно.

На следующее утро лодки Урава отчалили от берега. Часть лодок повернула на юг, к дому. Часть, во главе с Мортаном и его сыном, – к северу, собираясь обогнуть остров и нанести небольшой визит к Чикун, чтобы повидать Тали и приобрести несколько шкур.

Тайра стояла вместе со всеми, махая на прощание уплывающим лодкам. Акунар встретился с ней глазами и улыбнулся. Пусть они не подходят как жених и невеста. Но оба чувствовали, что каждый из них приобрёл настоящего друга.

Идя к лагерю, Тайра мельком всматривалась в лица идущих вокруг соплеменников, гадая, кто из них теперь тайно убеждён, что она является предательницей племени. Но угадать оказалось невозможно.

Глава 39

Дарак шагал по тропе в сторону лагеря, сжимая в руках копьё. Обычно он передвигался по ветвям деревьев, но сейчас хотел полностью сосредоточиться на своих мыслях, не отвлекаясь на путь.

Жаль, что ему не удалось услышать весь разговор между Тайрой и Акунаром возле водопада. Этот парень действительно выглядел эффектно, и Дарака это не радовало. Судя по лежащим рядом птицам, они охотились на попугаев. Вместе. Дарак сжал зубы, не сбавляя темп.

Нет, он не следил за ними. Просто пришёл к водопаду, как обычно, в надежде встретить Тайру. Поговорить с ней, возможно, как-то объясниться, ведь она не знает, на что он пошёл ради неё. А увидел её там вместе с Акунаром.

Интересно, о чём они говорили? Судя по выражениям лиц, Акунар рассказывал про что-то тяжёлое, или делился чем-то печальным. И Тайра внимательно его слушала. Увлёк её рассказом, значит. А когда они поднимались, он подал ей руку. Вот в этот момент Дарак не выдержал и как можно быстрее направился в сторону своего поселения. Они не делали ничего такого, просто разговаривали, но почему-то Дарака это бесило. Скорее всего потому, что он ничего не мог сделать. Ни вмешаться, ни заявить на Тайру свои права, ни даже показаться им на глаза, вообще ничего. Собственное бессилие всегда его раздражало.

Придя в лагерь, он не глядя бросил на один из плоских камней связку речной рыбы и поднялся в свой шалаш. Сев на пороге, Дарак насупленно крутил в пальцах кожаный ремешок Тайры, который только что снял с крючка, воткнутого в стену рядом со окном.

«Глупо», – подумал он, наматывая ремешок на пальцы и разматывая обратно. – «Глупо. Глупо. Глупо. Я должен ей верить. Она обещала».

Вздохнув, он завязал ремешок на запястье и откинулся назад, глядя на плывущие над деревьями серые кучевые облака.

Всё следующее утро Дарак провёл на восточной части острова, вылавливая морскую рыбу большой острогой. Несмотря на то, что это занятие требовало сосредоточенности, он никак не мог избавиться от воспоминаний, как они с Тайрой однажды рыбачили здесь вместе. Он тогда столько ей не сказал, хотя мог бы. А сейчас боялся, что уже поздно, хотя рациональная часть разума и отбрасывала подобную возможность.

Поднявшись с каменистого побережья на скалу, Дарак опустил связку рыбы, чтобы поудобнее её перехватить для долгого перехода, как вдруг услышал подозрительный шорох с южной стороны. Не каждый зверь смог бы услышать этот едва уловимый звук, но Дараку он был прекрасно знаком. С таким звуком вынимается стрела из колчана.

Он среагировал молниеносно. Тут же уронив рыбу на траву, Дарак выхватил из-за спины собственную стрелу и положил на тетиву, прицелившись в то место, откуда раздался звук.

Из-за куста сделал шаг Юсур, показавшись Дараку с уже лежащей на тетиве стрелой. Узнав друг друга, оба тут же опустили оружие.

– Рыбачишь прямо на границе? – ухмыльнулся Юсур. – Воздаю должное твоему чутью.

Дарак поднял бровь:

– А ты?

Вместо ответа Юсур поднял на уровень лица связку с красными перьями. Дарак кивнул. Было странно не драться с Юкайя. К Тайре он привык, но Юсур явно не выказывал враждебных намерений. Да и в целом, драка между ними расстроила бы Тайру, чего они оба не хотели. Юсур, видимо, думал о том же самом.

– Тайра будет рада узнать, что мы встретились в её отсутствие и не подрались.

Дарак пропустил это мимо ушей. Его жгла мысль, которую он не решался озвучить, чтобы не казаться посмешищем. Но с другой стороны, больше некому ему сказать то, что он так сильно жаждал узнать.

– А Тайра... Как она?

Юсур пожал плечами:

– Да как обычно. Ходит мрачная, ты её знаешь. Сегодня утром видел, как она раскладывала целую кучу новых ракушек, которые выторговала у Урава. Да, кстати! Мортан решил нанести визит и к вашему племени. Часть лодок поплыла в вашу сторону.

– А Тайра?

– При чём тут Тайра?

У Дарака пересохло в горле, но внешне он был крайне спокоен:

– Она не уплыла с ними?

Юсур внимательно посмотрел на собеседника. От него не укрылось напряжение в голосе Дарака. С сомнением растягивая слова, он проговорил:

– Ты про Акунара? Разве Тайра тебе ничего не рассказывала в последние дни?

– Мы... Не виделись, да. Так она с Акунаром? – Дарак сверлил Юсура взглядом, раздражаясь оттого, что тот тянет с ответом.

– А ты всё-таки приревновал? Не обижайся, парень, но по части охоты и войны ты, может, и спец, но по части девушек – полный кретин.

В голосе Юсура было что-то такое, из-за чего Дарак совершенно не обиделся, а только пытливо посмотрел на него:

– А ты эксперт, значит?

– Ну, может, и не эксперт, но кое-что понимаю.

– И что ты понимаешь?

– Тайра любит тебя, это и тукану понятно. Ты, надеюсь, не из-за этого с ней поругался?

Дарак предпочёл проигнорировать вопрос:

– Тогда зачем она участвовала в смотринах? Беседовала с этим... Акунаром?

Юсур посмотрел на него, как на идиота, но всё же ответил:

– А ты ожидал, что она всем заявит, что встречается с сыном Саргана? Это раз. Второе: тебе, может, и легко ломать людям какие-то их планы и надежды, но Тайра не обязана быть такой же. Она всегда старалась сделать всё так, чтобы все остались довольны. И ненавидит незаслуженно обижать тех, кто к ней добр.

Дарак хотел перебить Юсура на середине, но замер. Знал это Юсур или нет, но он попал точно в яблочко. Об этом Дарак совершенно не думал, и теперь действительно чувствовал себя полным кретином. И в этом Юсур оказался прав.

– Но можешь не беспокоиться, – продолжал тот с ухмылкой. – Даже несмотря на свой характер она выбрала тебя. И поверь, с выбором она не мучилась. По крайней мере долго.

Дарак выдохнул:

– Серьёзно?

– Серьёзнее не бывает. Я слышал их разговор с Акунаром. Не специально, но... Ты знаешь, я умею быть незаметным. Акунар с достоинством принял отказ. Приятный парень. Наш отец это тоже переживёт, он мудрее, чем хочет казаться.

Дарак деловито кивнул, хотя в душе был готов рассмеяться от нахлынувшего облегчения.

– Отказ, значит...

– Да. Она так и сказала – её сердце занято.

Дарак не смог сдержать улыбку. Юсур хмыкнул:

– Это не отменяет того, что она выбрала себе проблемы. Большие. Но что ж... Не подведи её. Это всё, чем я могу прокомментировать её решение.

– Обещаю. – У себя в голове Дарак не просто пообещал, а мысленно поклялся. Сейчас все его опасения казались такими беспочвенными и надуманными, что было странно, как он вообще мог сомневаться.

Юсур, удовлетворённый выражением лица Дарака, поднял над головой связки перьев в знак прощания и скрылся среди папоротников. Дарак подхватил свою рыбу и пружинистым шагом направился к лагерю Чикун. Нужно подготовиться к встрече с Урава.

Ещё даже не дойдя до лагеря, Дарак услышал звуки суеты и возгласы соплеменников. Определённо всем уже было известно, что на северную часть острова направляются Урава. Должно быть, дозорные с вершин скал увидели лодки, идущие вдоль берега.

В лагере многие спешно приводили в порядок внешний вид своих жилищ, убирали мусор на центральной поляне вокруг общего кострища и доставали свои лучшие и самые начищенные копья. Дарак усмехнулся – он-то знал, что это делается не как дань гостеприимству. Чикун вообще сложно было назвать гостеприимными. Племя просто хотело произвести на Урава впечатление. С их прошлой встречи прошло много сезонов. Он даже не помнил прошлое прибытие Урава – тогда он был совсем малышом.

Дарак, не останавливаясь в лагере, направился прямиком к скалистому побережью, куда уже подтягивались его соплеменники. Из-за крутых утёсов, вырастающих из моря гигантскими глыбами с восточной стороны показались первые несколько лодок. Сарган и Тали уже были на берегу, ожидая гостей в первом ряду на единственном каменистом кусочке пляжа среди высоких скал.

Дарак молча присоединился к ним. Он не испытывал сильных эмоций по поводу этого визита, все его мысли были заняты Тайрой и тем, что он ей скажет, когда они встретятся. Но приличия требовали его присутствия здесь, и он терпеливо ждал окончания церемонии, хотя лодки ещё только подходили к берегу.

Взаимное приветствие между вождями было сдержанно прохладным. Сарган и Мортан чинно обменялись дежурными вежливостями и слегка склонили головы друг перед другом. Дарак отметил про себя, что так обычно выглядят некоторые ребята из его племени после того, как крепко поссорятся, но вынужденные общаться по разным причинам. Оба ждут извинений друг от друга и никто не делает первый шаг. Вот и вожди сейчас смотрели друг на друга абсолютно с такими же выражениями лиц.

«Как подростки Чикун, слишком гордые, чтобы снизойти до нормального разговора», – подумал Дарак, тайком ухмыляясь.

– Мой сын и в скором будущий вождь Урава – Акунар. – Мортан не без гордости представил крепкого светловолосого юношу с мягкими чертами лица.

Дарак прищурил глаза, внимательно изучая Акунара. Тот, уловив его взгляд, слегка улыбнулся, но Дарак не возвратил улыбку. Казалось, он даже не заметил её – настолько был поглощён рассматриванием Акунара.

«Вблизи он крепче, чем казался с дерева. Догадываюсь, конечно, что именно она в нём нашла. Но она выбрала не его, а меня. Почему же он выглядит таким спокойным?»

Его размышления прервало лёгкое прикосновение к локтю. Тали, стоявшая рядом, едва заметно покачала головой. Дарак выдохнул и заставил своё лицо стать спокойным.

– Мои сыновья – Дарак, Баркут, Заран, – Сарган ответным жестом показал на свою семью. Все трое чинно склонили головы. Дарак – не отрывая взгляда от Акунара.

Акунар кивнул каждому, задержав внимательный взгляд на Дараке.

«Он знает, – спокойно прокомментировал Дарак сам для себя. – Знает, кто я. Странно, что я не вижу ни злости, ни обиды в его глазах. Что же там произошло между ним и Тайрой? Неужели Юсур мне соврал? И она выбрала его? Потому он держится так уверенно?»

При этой мысли ревность вспыхнула в груди Дарака с двойной силой, но огромным усилием воли он подавил её. Нет, в этот раз он не будет накручивать себя до того, как во всём разберётся. Пора повзрослеть.

Тали, едва дождавшись окончания формальностей, без всяких предисловий бросилась обнимать Юару и прочих своих старых знакомых. Урава тепло приветствовали её, и общее напряжение значительно снизилось.

Молодёжь Чикун и Урава быстро смешалась друг с другом, с восторгом разглядывая необычные друг для друга украшения и оружие, некоторые уже обменивались чем-то. Поколения постарше предпочитали держаться поодаль друг от друга – они были не настолько открыты новым знакомствам и, подобно вождям, общались друг с другом достаточно сдержанно, хоть и вежливо.

Дарак, незаинтересованный в увиденных ракушках, уже собирался направиться в сторону своего шалаша, как услышал, что его зовёт мать. Тали нетерпеливо махала ему, делая знаки приблизиться. Рядом с ней стояла пожилая пара Урава.

Дарак неторопливо подошёл и церемонно склонил голову.

– Ой, да брось! Неужели ты не узнал? Впрочем, как ты можешь узнать, тебе было едва ли девять сезонов от роду... Дарак, это твои бабушка и дедушка.

Дарак поднял взгляд, с любопытством разглядывая пожилую пару. Очень высокого роста мужчина обладал внушительной мускулатурой даже несмотря на свой преклонный возраст. Он был полностью седым, а лучики морщин в уголках глаз говорили о том, что он привык улыбаться. Женщина рядом с мужчиной едва доставала ростом ему до груди. Она была слегка полной и с очень добродушными глазами. Её пальцы на руках, казалось, жили своей жизнью, постоянно суетливо что-то делая – то теребя край накидки, то поправляя длинные седые волосы, то постукивая друг по другу.

– Дарак! Неужто это ты? Когда я тебя видел в последний раз, ты отчаянно цеплялся за мамину юбку при виде меня, – дедушка хохотнул. – Зато сейчас ты настоящий воин, это сразу видно. Я бы тебя узнал и без помощи Тали – статью ты пошёл в деда.

Дарак вежливо улыбнулся, не зная, как себя вести с близкими родственниками, которых видел, можно сказать, в первый раз. Однако бабушка тут же разметала все его сомнения, быстро сделав пару шагов и повиснув на шее Дарака:

– Мой маленький внук, как я рада тебя видеть! Впрочем, какой уже маленький! Ты на две головы выше меня. А мышц-то сколько! Таким твой дед был в расцвете лет!

Тали, светясь от счастья, ободряюще кивнула Дараку. Тот слегка приобнял бабушку, с удивлением отметив про себя, какой хрупкой она ощущается несмотря на её фигуру.

К их компании приблизились Баркут и Заран, явно с желанием получить свою порцию комплиментов. Дедушка и бабушка радостно переключились на них, знакомясь, охая, рассматривая их черты лица и беспрестанно перебирая, на кого же из родни и чем они были похожи.

Дарак с удовольствием наблюдал за матерью – он давно не видел её такой счастливой. Вечно в делах, в каких-то заботах, усталая, но всегда спокойная, сейчас она словно помолодела, радостно щебеча о своих сыновьях, последних новостях и прочем.

Желание Дарака поскорее покинуть мероприятие постепенно сошло на нет. Присутствие семьи наполняло его теплотой в груди и желанием слушать все эти ничего не значащие истории. Всю жизнь его семьёй и примером были только Сарган, который больше напоминал главнокомандующего нежели отца, и Тали, любящая и мягкая, но устававшая и ненавязчивая. Родителей Саргана Дарак не знал и никогда не видел. А шумные, разговорчивые и любвеобильные бабушка и дедушка были чем-то непривычным, странным и на удивление приятным.

Визит Урава был коротким. Когда до заката оставалось совсем немного времени, Урава начали готовиться к отплытию. Подростки и ровесники Дарака из обоих племён уже дружески общались друг с другом, старшие всё ещё держались прохладно. Попрощавшись с бабушкой и дедушкой, Дарак отошёл в сторону, позволяя им вдоволь наплакаться, обнимая Тали, и десять раз пообещать, что они будут приплывать чаще.

Он наблюдал за лодками, стоя поодаль и оперевшись на копьё, когда почувствовал, что сзади кто-то подходит:

– Тоже не любишь суету? – это был голос Акунара. Почему-то Дарак совершенно не удивился этому.

– Можно и так сказать. – Он обернулся, смерив Акунара тем же взглядом, что и при знакомстве.

Акунар встретил его взгляд спокойно:

– Я видел, как ты посмотрел на меня во время знакомства.

Дарак нахмурился, но не ответил. Акунар продолжал:

– Я знаю. Про неё и тебя.

Дарак удивлённо вскинул брови, пытаясь прочитать на спокойном лице Акунара какие-то эмоции, но тот только спокойно улыбался.

– Я подошёл, чтобы сказать: я не враг тебе. Она твоя. Всегда была твоей. Не знаю, что именно у вас там происходит – и это не моё дело – но Тайра сделала выбор.

– И ты не злишься? – Дарак с подозрением смотрел в глаза Акунару, но в душе готовый ликовать.

– Нет, – Акунар пожал плечами. – Я и Тайра всё равно не смогли бы подойти друг другу. По многим причинам. Это не её путь.

– Меня удивляет, что ты так спокоен.

– Можно сказать, что я знал, что именно так всё и будет. Вам с ней непросто придётся.

– Это я знаю.

– Значит, готов к этому.

Мортан окликнул Акунара. показывая на лодки. Уже уходя, Акунар бросил взгляд на Дарака.

– Прощай, воин. Береги её.

Дарак кивнул, провожая взглядом Акунара. Странный парень. Располагающий. Мгновенно завоёвывающий доверие своей бесхитростной добротой. Неудивительно, что Тайра открылась ему. Но он и правда ей не подходит.

Глава 40

Всё следующее утро племя Юкайя посвятило большой уборке после визита гостей и разбиранию товаров и подарков.

Тайра не преминула похвастаться перед всеми черепаховым гребнем. Почти все девушки щеголяли с новыми украшениями, Сильва довольно раскладывала запасы водорослей и акульего жира. Несколько человек из племени уплыло с Урава в свой новый дом, но в то же время и Юкайя пополнилось на пару парней и нескольких девушек из Урава. Среди них была и Пири, собиравшаяся в скором времени стать женой Тамана. Она действительно оказалась очень робкой, но в присутствии Тамана расцветала. Тайра была рада за брата, решив, что именно такая девушка как нельзя лучше подходит его защищающей и покровительственной натуре. Сильва же сразу взяла её под своё крыло, обучая женским премудростям жизни среди Юкайя.

Освободившись от дел только ближе к вечеру, Тайра тут же понеслась к северным скалам, предусмотрительно сделав большой крюк через запад. Ей не терпелось увидеть Дарака, рассказать ему всё. Помириться, в конце концов...

Подойдя к знакомому водопаду, Тайра посидела на берегу некоторое время. Дарак не приходил. Подумав, она перескочила через ручей-границу и направилась к его пещере. Заходящее солнце окрашивало оранжевым половину пристанища Дарака, но его самого там не было. Костёр у входа был холодным, матрас нетронутым. Видимо, его давно здесь не было. Тайра провела рукой по лбу: и что теперь? Она вдруг почувствовала себя так, будто он её бросил. Не пришёл, когда она ждала. Прекрасно осознавая, что это глупо, Тайра всё же с трудом боролась со своей обидой. Посидев немного у костра, она решила всё же остаться ещё ненадолго и подождать его. Вдруг он придёт сюда на ночёвку?

Солнце уже опустилось за водную гладь горизонта. Сумерки начали быстро сгущаться, холодало.

Тайра резко поднялась. Ждать больше не было смысла. Внимательно глядя себе под ноги, она начала наощупь спускаться по узкой тропе вдоль обрыва, петляя между валунами и уступами.

Её мысли всё ещё кружили вокруг Дарака. Вдруг он решил, что она уплыла с Урава? Но Мортан и Акунар приплывали к ним вчера. Что Акунар мог ему рассказать? Говорили ли они? А может, он решил, что Тайра уплыла с другими Урава? Юкайя же нельзя ступать на землю Чикун... Может, он просто больше не хочет её видеть? Тайра до боли сжала своё копьё.

Она остановилась напротив двух больших деревьев и с трудом заставила себя вернуться мыслями к реальности. Она огляделась по сторонам. Лес был ей незнаком. Тайра не поняла, когда сбилась с пути. Джунгли ночью были другими – враждебными, полными шорохов и теней. Она решила идти дальше, но знакомых ориентиров не было. Повернула назад и некоторое время шла в темноте среди зарослей папоротника. Пойдя вдоль одной из троп какое-то время, она осознала, что тропы на самом деле не было.

Стараясь взять себя в руки, Тайра несколько раз глубоко вдохнула. Так. Спокойно. Она не в первый раз оказалась в джунглях ночью. Она что-то придумает. Несмотря на трезвые мысли, паника нарастала. Лес был всё ещё незнаком. Небо закрывали кроны деревьев, шума воды не было слышно. Никаких намёков на то, где она.

Вдруг вдалеке мелькнули огни, Тайра остановилась. Она не может быть рядом со своим лагерем. Туда ведёт путь вниз, а она весь путь шла ровно, иногда забирая вверх.

Внезапная мысль молнией поразила её, заставив замереть на месте: она вышла к поселению Чикун.

Сердце заколотилось. Впереди виднелся костёр, вокруг него передвигались люди, были слышны голоса. Тайра присмотрелась: на земле только костёр и люди. Внезапно ей вспомнились слова отца: «Чикун строят дома на деревьях». Подняв взгляд, она увидела хижины в кронах самых высоких стволов, к ним вели верёвочные лестницы или вырезанные прямо в дереве ступени.

Тайре вдруг стало страшно: если её увидят... Она развернулась, чтобы уйти, но от резкого движения одна из веток предательски хрустнула под ногой.

– Кто там? – раздался голос позади.

Она побежала. Паника захватила сознание, не оставляя пространства хоть немного подумать. За спиной вспыхнула пара факелов, кто-то крикнул, крик тут же подхватили другие. Треск веток, тяжёлый бег, голоса всё ближе.

– В обход! Не упустите! Это кто-то из Юкайя!

Тайра нырнула в заросли, прижалась к земле, затаила дыхание. Факелы прошли мимо. Она выдохнула, но не успела двинуться – голоса вернулись.

– Здесь был! Следы!

Шёпотом чертыхнувшись, она вскочила и побежала снова, не разбирая дороги, только бы уйти от света. Лёгкие горели, ноги скользили по влажной траве. Рядом с головой в дерево глубоко вонзилась стрела. Не охотничья, боевая. Тайра бежала в джунгли, уже ни на что не надеясь.

Чья-то рука неожиданно схватила её за плечо и, дёрнув назад, прижала спиной к дереву. Тайра хотела вскрикнуть, но рот быстро закрыла ладонь.

– Тихо, – прошептал знакомый голос. – Это я.

Дарак. Она узнала его по голосу.

– Ищите! Их может быть несколько! – крикнули вдали.

К ним выскочили два воина, натянув луки:

– Дарак! Ты поймал её! Отходи!

Дарак обернулся к ним:

– Подойдите сюда, оба. Быстро. Опустите стрелы.

Воины в непонимании ослабили тетиву на луках, но сделали пару шагов вперёд:

– Что ты задумал?

– Проводите её до границы. Где водопад. Не вздумайте вредить ей.

Два парня уставились на Дарака, словно он говорил на другом языке:

– В смысле?

– Вы слышали. Отведите её к границе. Я должен быть в лагере сейчас, отец должен меня видеть.

– Но это Юкайя!

– Живо!

– Так ведь...

– Делай, что сказали!

– Но...

– ВЫПОЛНЯТЬ! – рявкнул Дарак так, что Тайра вжала голову в плечи. Юноши отступили на шаг, молча кивнув. Очевидно, они не смели спорить с Дараком, когда он в таком настроении. Он отпустил Тайру и скрылся в зарослях в направлении криков и факелов.

Воины переглянулись и посмотрели на Тайру:

– Эм... Идём, что ли...

Тайра пошла за ними, прислушиваясь к голосам позади. Крики стали удаляться. Видимо, Дарак уводил их в другую сторону.

«Это плохо кончится. Это очень плохо кончится», – думала Тайра, будто в оцепенении идя за одним из Чикун. Второй пошёл позади неё, держа лук в боеготовности. Видимо, на всякий случай. Все шли в молчании, тишина нарушалась только хрустом веток под ногами.

Спустя время Тайра стала узнавать окружающие деревья и заросли. Совсем скоро они вышли к водопаду. Деревья образовывали здесь небольшую поляну, ярко освещённую полной луной. Выйдя на неё, оба воина повернулись к Тайре. Только сейчас она смогла их хорошо рассмотреть. Оба были очень молоды, почти как подростки, но уже с боевыми татуировками. На скулах у обоих красовалось по небольшому спиралевидному кругу. Она сразу узнала этот знак.

– Вы – Баркут и Заран.

Они удивлённо уставились на неё:

– Откуда ты...? – начал один, но второй остановил его, положив руку ему на плечо, и внимательно посмотрел на Тайру:

– Может, объяснишь, что происходит? Судя по татуировкам, ты – дочь вождя Юкайя. Что ты забыла в нашем лагере? И почему Дарак так себя ведёт?

– Я заблудилась, – призналась Тайра. – Ночью в джунглях ориентироваться сложнее...

– Зачем ты вообще шарилась за границей ночью? – один из парней с подозрением прищурил глаза.

Тайра замялась. Она не знала, можно ли говорить правду братьям Дарака. И знают ли они что-то о ней. Неловкое молчание затянулось, когда сзади неё вдруг послышались шаги. Баркут и Заран перевели взгляды за её спину, Тайра обернулась. Из-за деревьев вышел Дарак. Все трое поёжились при виде него: бледный свет луны резко очерчивал его лицо, суровое и угрюмое.

Игнорируя братьев, он молча подошёл к Тайре и притянул её к себе, прижав её голову к своей груди. Тайра от неожиданности даже перестала дышать, боясь шевельнуться. Он уткнулся носом в её волосы, прошептав:

– С ума сошла. Ты хоть понимаешь, что с тобой могли сделать?

Через несколько секунд Дарак поднял голову на звук голоса одного из своих братьев:

– Кхм... Дарак? Может, хоть ты объяснишь?

Второй брат молча, но энергично закивал. Дарак обернулся к ним:

– Это долгая история.

Баркут и Заран переглянулись:

– Мы не торопимся.

Дарак вздохнул и отпустил Тайру:

– На это уйдёт время. Присаживайтесь.

В этот раз историю рассказывал Дарак. Тайра почти всё время молчала, стараясь смотреть в землю и лишь иногда кивая. Он рассказал обо всём, умалчивая об их личных моментах. Его братья не перебивали.

Когда он закончил, над поляной повисла тишина. Баркут смотрел то на Тайру, то на Дарака. Заран смотрел себе под ноги. Наконец он пробормотал:

– В голове не укладывается...

Дарак кивнул. Он понимал это.

Заран поднял голову:

– Ладно, кто-нибудь из Чикун – допустим. Мало ли какие у кого беды с головой, но ты...

Тайра закусила губу. Он был прав. Но уже слишком далеко всё зашло.

Баркут вздохнул:

– Ты хоть понимаешь, что будет, если отец узнает?

Дарак невесело усмехнулся:

– Если повезёт, он лишь убьёт нас обоих.

– Кто-нибудь ещё знает?

– Братья Тайры. Их трое.

– Мдаааа, заварил ты кашу, конечно...

Дарак прислонился спиной к дереву:

– Мы разберёмся с этим... Но вот сегодняшнее происшествие – Юкайя в поселении Чикун. Так просто это не оставят.

Тайра залилась краской. Всё из-за неё...

– Что теперь будет?

Дарак задумчиво почесал стрелой висок:

– Будет драка. Большая. Но она и так должна была быть, возможно, отец просто поторопится с решением.

Тайра опустила голову. Он положил руку ей на плечо:

– Я попробую как-нибудь разрешить это дело. Или хотя бы отсрочить. Пока что никто не знает, кто именно из Юкайя к нам попал. И почему, и сколько их было. Можно будет попробовать всё замять как случайность.

«А если не получится?» – хотела было спросить Тайра, но остановила себя. Она уже достаточно на сегодня натворила дел.

Баркут поднялся и посмотрел на Дарака:

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Мы не скажем отцу, – Заран тоже встал. – Но если правда откроется, в бешенстве будет не только он, но и всё племя.

Дарак кивнул, всем видом показывая, что не желает больше обсуждать это. Тайра про себя отметила, что среди братьев он явно пользовался непререкаемым авторитетом. Не то, что у неё в семье – все на равных.

Уходя, Заран оглянулся на Дарака:

– Ты идёшь?

– Я догоню вас. Идите.

Когда Баркут и Заран уже скрылись в зарослях, Тайра услышала их удаляющиеся голоса:

– Ты видел, как он на неё смотрел?

– Видел. Спорим, отец будет в ярости?

– Не спорю.

Дарак, наверняка тоже всё слышавший, нахмурился, но промолчал. Когда братья ушли, он повернулся к Тайре. Она замерла, чувствуя надвигающуюся бурю. Он подошёл к ней:

– Я не буду спрашивать, чем ты думала. Но зачем ты вообще пошла на нашу территорию? В лучшем случае тебя могли просто убить.

– Я... заблудилась, – запинаясь, проговорила Тайра, глядя себе под ноги. Никогда бы не подумала, что она может вот так стоять перед Чикун и оправдываться. – Не нашла тебя на границе. Пошла к тебе в пещеру. Тебя не было, я ждала. Когда стемнело, пошла вниз по тропе, но в темноте вышла не туда. Ваши джунгли мне незнакомы... Тем более ночью.

– Зачем ты меня искала?

– Хотела поговорить, объяснить всё. Что касается Акунара...

– Не надо, – он перебил. – Я всё знаю.

– Как?

– Частично твой брат рассказал. Юсур – тот ещё болтун, но только когда надо. Так что он потрудился меня просветить, за что ему спасибо. Ну и частично я сам слышал.

Она подняла на него глаза:

– Подслушивал?

Он пожал плечами, губы тронула едва заметная улыбка:

– Но можно и так сказать, не смог устоять. Я сразу понял, кто был тот парень. Внешность не Юкайя, примечательная. Так что да, немного.

Он подошёл к ней ближе и снова обнял. Решительно и категорично, не дав ей времени опомниться. Тайра опешила:

– Так ты не злишься? За него? За это всё?

– Злюсь. Но не на тебя. Я слишком резко тогда среагировал, уже только потом я это понял. Ну а то, что ты сказала Акунару...

Тайра положила голову ему на плечо, надеясь, что он не заметил, как она покраснела. Дарак усмехнулся:

– Я был рад это слышать. Моё сердце тоже занято, Тайра. Просто знай это.

Глава 41

На следующий день после отплытия Урава к себе домой Дарак уже вернулся к своим привычным делам. Сидя на краю настила около своего шалаша, он неспешно строгал несколько легковесных копий для будущей охоты, но мыслями он был далеко на юге острова. Наверняка Тайра сегодня сделает вылазку, чтобы встретиться с ним. Дарак не был уверен, что хочет объясняться с ней. Всё было понятно и так, он просто скучал. К тому же, в прошлый раз они разошлись не на самой приятной ноте.

– Дарак, ты не слышишь, что ли?

Он хмуро буркнул через плечо:

– Что?

За ним стоял Заран.

– Я уже три раза спросил: ты отца видел сегодня?

– Нет. – Отрезал Дарак и вернулся к своим копьям, но Заран не отошёл. – Что ещё?

Брат рассеянно пожал плечами:

– Слышал, он собирается вести атаку на Юкайя. Думал, ты в курсе.

– Это он давно собирается.

– Нет, в этот раз на полном серьёзе. Вчера упоминал, что соберёт военный совет или вроде того. Нас с Баркутом, естественно, не позвали. Слишком молоды и всё такое. Вот я и подумал...

Дарак отложил копья и повернулся к Зарану всем корпусом:

– Совета ещё не было, я бы знал об этом. С чего ты, собственно, взял, что в этот раз Сарган серьёзен?

– Он распорядился готовить оружие. Видел новые копья для боя? И боевые луки, целый лес, и это только начало. Отец явно придумал что-то. Видимо, в этот раз он не спешит, хочет действовать наверняка.

– Странно, – Дарак встал. – Пойду найду его.

«А потом отправлюсь к пещере на границе, – мимоходом подумал он, спрыгнув с последней ступени верёвочной лестницы. – Это уже опасно. Тайре следует об этом знать».

Долго искать Саргана не пришлось. Похоже, вождь и сам ждал старшего сына. Он с довольным видом махнул Дараку, приглашая последовать за ним за пределы лагеря:

– Наконец-то! Я уже собирался послать кого-нибудь за тобой. Идём! Думаю, тебе понравится.

Догнав Саргана, Дарак молча пошёл следом. Не было никаких сомнений, вождь задумал что-то серьёзное, Заран был прав.

На широкой поляне уже расположились лучшие охотники и бойцы племени. Элита Чикун, все как один высокие, поджарые и мускулистые, с уверенным видом вальяжно сидели на камнях и траве, поигрывая дротиками и со скучающим видом ожидающие вождя. В отличие от Юкайя, женщин-бойцов среди Чикун было катастрофически мало, разделение ролей здесь было более чётким. Все присутствующие с любопытством взглянули на вышедшего на поляну Саргана.

Дарак не подал виду, что ничего не знает, заняв привычное место по правую руку вождя. Сразу было понятно: им предстоял военный совет. По левую руку от Саргана восседал Палтар с таким видом, будто он был особым гостем на этом мероприятии.

– Уверен, многие из вас знают, почему я без предупреждения созвал вас сюда, – Сарган упёр ладони в колени, оглядывая собравшихся. Все молчали, внимательно глядя на вождя.

– Итак, – Сарган выдержал паузу. – Время пришло. Именно сейчас Юкайя меньше всего ожидают нападения. Уже множество лун между нами не было больших сражений. Маленькие драки на границах не в счёт. Скоро наступает сезон урожая, всё их племя будет разбросано по своим плантациям. А вчера, во время визита Урава, у некоторых человек было особое задание, которые они с достоинством выполнили. Палтар?

Палтар, раздувшись от гордости, кивнул и сразу приступил к делу:

– Урава в этот раз устраивали смотрины. Многие из хороших бойцов Юкайя уплыли на их остров, желают помочь им противостоять племени Ханара – у них там какие-то проблемы. Небольшое количество Урава остались здесь, но их боевые навыки не чета нашим.

– Именно поэтому есть смысл нападать в скором времени. Подождём конца сухого сезона, когда они начнут собирать урожай, – продолжил Сарган. – По ночам у них хорошо организованы патрули, а к лагерю не подступиться. Днём, когда большинство на плантациях – лучшее время. А пока – подготовка. Готовьте оружие, готовьтесь сами. Тренируйтесь. Конкретный план мы разработаем чуть позже. Это будет работой Дарака. Дарак?

Сарган повернулся к сыну, вырвав того из раздумий. Дарак внезапно осознал, что все Чикун смотрят на него, но быстро собрался:

– Сделаю. Ты хочешь разделить атаку?

– Разумеется! Я пойду в центре, ты и Палтар – по флангам, из засады. Юкайя будут сосредоточены на центральной атаке, этим дуралеям и в голову не придёт защищать тех, кто по сторонам. В тылу у нас будут лучники. Два ряда. Первый ряд стреляет, второй в это время перезаряжает, и наоборот. Как тебе?

Дарак почесал подбородок:

– Да... Я помню, что придумал этот способ в прошлый раз. – Он уже жалел об этом.

– Именно! И это была отличная идея. В прошлый раз Юкайя додумались до щитов, они будут ожидать подобного и в этот раз. Но всё равно такая атака с воздуха будет не лишней и к тому же, они не успеют подготовиться. А вот остальное продумай сам, ты на это способен как никто другой.

Дарак кивнул с бесстрастным видом, хотя внутри всё сворачивалось:

– Ладно.

Еще несколько сезонов назад он был бы в восторге от грядущего боя. Стратегии – его самая сильная сторона. Ничего не ожидающий враг, мощная подготовка, Чикун снова покажут себя хозяевами острова, а Юкайя забьются далеко на юг. Но там Тайра. Его Тайра. Её семья и, возможно, друзья. Скольких из них Юкайя не досчитаются после боя? Да и Чикун не уйдут без потерь. Но Дарак знал: Саргана не остановить, когда в его глазах уже зажёгся этот азартный огонь.

Другие бойцы начали вносить предложения и поправки, спорить друг с другом, соглашаться и что-то аргументировать. Сарган выслушивал каждого и либо сразу отметал предложения, либо с задумчивым видом кивал, стуча пальцем по подбородку.

Дарак не участвовал в обсуждении, только отмечал своё присутствие кивками и короткими, ничего не значащими репликами. В мыслях он старательно рисовал план, который поможет ему отвести беду от Тайры, не предав Саргана. И пока что ничего не выходило. Это было невозможно.

Совет затянулся. Солнце уже клонилось к закату, а мужчины всё ещё бурно обсуждали детали боя. Женщины дважды приносили еду, которую все не глядя похватали, не отрываясь от обсуждений. Тали, проходя мимо Дарака, вскользь погладила его по плечу, словно стараясь умерить его пыл. Дарак лишь горько усмехнулся. Азарта в его мыслях и в помине не было. Скорее даже наоборот, но откуда ей было это знать. Возможно, тревогу в его лице она приняла за боевую горячность.

Он с беспокойством посматривал на солнце, уже коснувшееся края воды на горизонте. День почти закончился. Он так и не увиделся с Тайрой. Интересно, она ждала его? Пообещав самому себе обязательно найти её завтра, Дарак вдруг заметил, что все встают. Он и не обратил внимания, что военный совет закончился. Уже никуда не торопясь, он направился к своему шалашу, всё ещё погружённый мыслями в предстоящие проблемы.

Сидя на пороге дома и свесив ноги с настила, Дарак меланхолично наблюдал за тем, как все в лагере расходятся по своим шалашам. После захода солнца делать на открытом воздухе нечего. Разве что можно сидеть у костра, но сегодня не было такого желания. А спать всё ещё не хотелось.

Внезапно где-то внизу, среди стволов деревьев началась суета. Дарак с любопытством всмотрелся в несколько теней, кинувшихся к навесу, под которым обычно хранилось боевое оружие. Из шалашей на соседних деревьях высунулись всклокоченные головы его братьев, потревоженных шумом. Через несколько мгновений с южной стороны лагеря раздались крики:

– Не упустите! Это кто-то из Юкайя!

«Юкайя, – флегматично подумал Дарак, не торопясь присоединяться к погоне. – Кому-то крупно не повезло».

Несколько человек зажгли от костра факелы, пропитанные смолой, и помчались в лес. В лагере все, перекрикивая друг друга, передавали шокирующую новость: Юкайя в поселении Чикун!

Из самого большого шалаша спрыгнул обозлённый Сарган. Очевидно, он только что услышал крики. Обозлённый вождь тут же схватил первого попавшегося под руку соплеменника и взревел ему прямо в лицо:

– Что за чушь тут происходит?! Какого демона Юкайя по лагерю шляются?!

Схваченный Сарганом мужчина торопливо что-то говорил. Вождь уже раздавал приказы направо и налево.

– Вы – в обход. Палтар, берёшь лучников, обходишь с востока. Дарак! А ну спускайся сюда, ты мне нужен сейчас! Ватар, перекрой подход к скалам. Не упустите её!

«Её? – слезая по верёвочной лестнице, Дарак напрягся. – Её?!»

Страшная мысль громом поразила его, заставив замереть на месте. Нетерпеливый тычок в спину чьего-то копья заставил его очнуться и помчаться вслед за погоней.

«Только не она! Только не она!» – единственная мысль, бившаяся в голове, мешала трезво оценить ситуацию.

Используя ближайшие низкорослые широкоствольные деревья, Дарак мигом добрался до крон и теперь перемещался по верху, стараясь не упустить признаки обнаружения Юкайя. Несколько соплеменников тоже неслись по ветвям деревьев. Все Чикун знали каждую ветку в этой местности как свои пять пальцев. И если это действительно Тайра, у неё нет шансов.

Опередив большинство соплеменников, Дарак соскочил на одну из широких веток, нависших низко над землёй и подождал, пока на него упадёт свет приближающихся факелов.

– Тасар, бери своих и обходи тропу вдоль скал. Кир, поведёшь остальных с востока, возьмём их в кольцо. Я пойду по центру. – Команды Дарака звучали отрывисто и чётко. Названные мужчины коротко кивнули и повели свои группы в разные стороны. Дарак вскочил обратно на деревья и бросился вперёд. В лучшем случае он выиграл полминуты. Сзади раздавался лёгкий бег отставших от погони, но они уже не волновали его: Дарак увидел то, что ему было нужно.

В пятне лунного света между деревьев мелькнула длинная коса. Он выдохнул сквозь зубы: это действительно была Тайра. Стараясь оставаться незамеченным Дарак помчался за ней. Окликать её было опасно – крик услышала бы не только она.

Совершенно не ориентируясь на местности, Тайра бежала, продираясь через кусты и сильно забрав на восток. Догнать её не составило труда. Мягко спрыгнув прямо за её спиной, Дарак схватил девушку за плечо и прижал спиной к дереву так, чтобы оно заслоняло их от преследователей. Церемониться не было времени, счёт шёл на секунды. Увидев, что Тайра собирается кричать, Дарак быстро зажал ей рот, поспешно прошептав ей прямо на ухо:

– Тихо. Это я.

Со стороны погони послышались чьи-то крики, но Дарак не слушал их. Его внимание привлек возглас с тропы:

– Дарак! Ты поймал её! Отходи!

Двое юношей, выскочивших на поляну, уже натянули луки, готовые стрелять как только Дарак сделает шаг в сторону. С долей облегчения Дарак узнал в них своих братьев.

Мозг работал с безумной скоростью, просчитывая все варианты развития событий. Объяснять что-то кому-либо нет времени. Тайру нужно увести отсюда. Сам Дарак, как правая рука вождя, обязан возглавить преследование, и Сарган должен его видеть. Сама Тайра точно не выберется. Даже в спокойной ситуации она бы не сориентировалась в незнакомой части джунглей, а сейчас она, судя по всему, вообще в ступоре. Нечего и рассчитывать на то, что она сможет соображать.

На обдумывание всех действий ушло несколько секунд. Подозвав братьев, Дарак поспешно приказал им проводить Тайру до границы. Как и следовало ожидать, Баркут и Заран не поверили своим ушам. Баркут осторожно спросил, словно опасаясь, что Дарак сошёл с ума:

– В смысле?

Дарак удержался от того, чтобы закатить глаза:

– Отведите её к границе. Я должен быть в лагере сейчас, отец должен меня видеть.

Неужели они не понимают, что ещё несколько секунд, и их настигнут остальные преследователи?! Впрочем, даже если и понимали, они не знали, чем это чревато для Дарака. Медлить было нельзя.

– Делай, что сказали!

– Но...

– ВЫПОЛНЯТЬ!

Терпение закончилось. В данную секунду Дарак был им не брат, а старший рангом. И его ужасно бесило, что они смеют с ним спорить именно сейчас. Его взгляд уже был прикован к приближающимся факелам – Тасар со своими людьми уже обошёл скалы и теперь приближался к ним. Краем глаза Дарак заметил, как и братья, и Тайра шарахнулись от его крика, но его это мало волновало.

Выпустив Тайру, Дарак метнулся мимо братьев в сторону приближающихся соплеменников. Они не посмеют его ослушаться. Он только надеялся, что у Тайры хватит ума не вступать с ними в конфликт по дороге. А сейчас были проблемы посерьёзнее.

– Туда! – махнув рукой в сторону востока, Дарак выпустил стрелу, якобы целясь в беглецов.

Остальные, не меняя скорости, изменили направление движения. Информация по цепочке передавалась остальным группам.

– Их несколько, они бегут к побережью!

– Окружай их!

Дарак самодовольно осклабился прямо на бегу. Этого он и ожидал: передаваясь по десять раз среди соплеменников, да ещё и в суматохе, информация искажалась. К утру никто и не вспомнит, кто именно повёл их по ложному следу. А пока Дарак старался как можно больше участвовать в погоне, раздавая приказы направо и налево по очереди с Сарганом, который вне себя от ярости орал на бойцов по делу и без.

Вскоре всем стало ясно, что сколько бы беглецов ни было, они ускользнули. Сарган в гневе отвесил затрещину какому-то зазевавшемуся парню, случайно оказавшемуся рядом, и быстрым шагом направился к лагерю. Дарак мимоходом скомандовал оставшимся продолжать искать следы и пройдя немного в сторону лагеря, быстро вскочил на деревья и помчался к водопаду. Именно туда, по его расчётам, должны были выйти Тайра, Баркут и Заран. В голове проносились мрачные мысли про то, что произошло бы, помедли он ещё хоть немного.

Добравшись до границы, в ярком свете луны он наконец-то увидел Тайру. Дарак спрыгнул на землю и пошёл к поляне пешком. Он должен убедиться, что всё в порядке.

Тайра стояла на поляне растерянная и поникшая. Совершенно не думая о братьях, Дарак быстрым шагом направился прямо к ней. Все предыдущие ссоры казались невероятно незначительными на фоне того, что ей только что грозило. Не дав Тайре опомниться, Дарак рывком притянул её к себе и уткнулся в её волосы, наконец-то с облегчением выдохнув, впервые за этот вечер.

– С ума сошла. Ты хоть понимаешь, что с тобой могли сделать?

Горечь, сквозившая в его словах, очевидно, передалась и Тайре. Она замерла в его объятиях, ничего не говоря и не поднимая головы.

– Кхм... Дарак?

Он вздохнул, не оборачиваясь. Братья же видели всю сцену...

– Может, хоть ты объяснишь?

Дарак, не опуская руку с плеча Тайры, повернулся к Баркуту и Зарану. У него не было большого желания рассказывать им всё, что связывало его с Тайрой. В первую очередь, это означало, что над ними тоже нависнет смерть, уже угрожающая и Тайре, и ему самому в случае, если их связь будет раскрыта. А это было неизбежно.

Конечно, братья Тайры уже всё знали, но они – другое дело. Они – обученные бойцы, старше её и сильнее. Как минимум Таман точно сильнее. А Баркут и Заран совсем недавно перестали считаться детьми, их даже до военного совета ещё не допускают. И признают они это или нет, но Дарак всё ещё несёт за них ответственность. И вот так подставлять их жизни угрозе – не просто глупо, это вообще нарушает все его жизненные кредо.

Всё ещё колеблясь, Дарак сделал неуклюжую попытку немного оттянуть разговор:

– Это долгая история.

Да, глупо было надеяться, когда Дарак вот так, не раздумывая, выразил свою привязанность к Тайре прямо на их глазах. Единственным оправданием было то, что в тот момент с его плеч упал огромный груз тревоги за её жизнь. Заран и Баркут почти в один голос поспешили ответить:

– Мы не торопимся.

Отпустив Тайру, Дарак со вздохом принял тяжёлое решение:

– На это уйдёт время. Присаживайтесь.

Он не считал это справедливым. И не поступи он только что так глупо, он бы просто приказал им отправиться в лагерь без дальнейших объяснений. Но они уже видели, и теперь они уже под угрозой расправы. Хотя бы стоит просветить их, чтобы они были осторожны.

Дарак рассказывал, тщательно подбирая слова, чтобы ситуация не казалась ещё более абсурдной, чем она есть на самом деле. Тайра, по-видимому, совершенно подавленная чувством вины за сегодняшнее происшествие, больше молчала, лишь изредка и по просьбе оставляя комментарии про детали, которых Дарак не знал. Про странные туманные намёки Сильвы, про поддержку братьев, про то, как Амару и старейшины сдерживали бессильную злость после освобождения Дарака из плена. К чести Баркута и Зарана, они не стали открыто обвинять Дарака в том, что он нарушает все законы, что было для него большим облегчением. Тем не менее, они были в шоке.

Дарак всячески пытался дать братьям понять, что они не должны вмешиваться.

– Мы разберёмся с этим...

«Мы означает я и Тайра. Надеюсь, они это поняли, – Дарак сделал глубокий вдох, закрыв глаза. – Только бы они не лезли во всё это. Только бы не лезли».

Но оставалось ещё кое-что, о чём Тайре следует знать.

– Но вот сегодняшнее происшествие – Юкайя в поселении Чикун. Так просто это не оставят.

Голос Тайры прозвучал едва громче шёпота:

– Что теперь будет?

– Будет драка, – он очень старался вложить в свой тон как можно больше уверенности в благополучном исходе. – Большая. Но она и так должна была быть, возможно, отец просто поторопится с решением.

Тайра совсем поникла. Дарак поджал губы:

– Я попробую как-нибудь разрешить это дело. Можно будет попробовать всё замять как случайность.

Остальные детали он расскажет потом. И лучше не ей, а тому, кто спокойно и трезво оценить надвигающуюся угрозу. Таману, например. Оставалось надеяться, что он вообще согласится выслушать сына Саргана.

Когда братья ушли, Дарак посмотрел на Тайру. Должно быть, он имел не самый ласковый вид в этот момент, так как Тайра вся сжалась под его взглядом. Действительно, мысли Дарака были мрачными. Но не из-за неё. В основном из-за тревоги за её жизнь.

– Я не буду спрашивать, чем ты думала. Но зачем ты вообще пошла на нашу территорию? В лучшем случае тебя могли просто убить.

Сбивчиво оправдываясь, Тайра даже не смотрела ему в глаза и сосредоточенно рассматривала собственные ноги. Она не видела, как лицо Дарака светлело с каждым её словом. Тайра подняла на него взгляд только когда он с ухмылкой упомянул, что всё знает про Акунара.

– Подслушивал?

«Ну да, без особых успехов». – Дарак поджал губы, но вслух сказал: – твой средний брат потрудился мне разъяснить пару моментов.

Пожалуй, не было смысла скрывать от неё действия Юсура. В конце концов, Дарак действительно был ему признателен. Пока растерявшаяся Тайра пыталась осмыслить всё услышанное, Дарак наконец-то улыбнулся по-настоящему. Он порывисто обнял её, пытаясь уместить в это объятие всё, что он чувствовал: раскаяние за свой порыв тогда в пещере, радость от того, что она всё ещё жива, тревогу из-за того, что ещё ничто не закончилось, признательность за то, что она искала его первая. Несмотря на то, что именно он сказал ей уходить, она всё равно первая пошла искать его. Этому он не находил объяснения и не желал больше искать.

Сейчас для него существовала только она. И даже если бы сам Сарган сейчас вышел из-за дерева и увидел их, он бы не выпустил Тайру из своих рук.

– Моё сердце тоже занято, Тайра. Просто знай это.

Он почувствовал, как Тайра улыбнулась ему в плечо, впервые за этот вечер наконец-то расслабившись.

Глава 42

Дараку и братьям с трудом удалось замять инцидент в лагере Чикун.

Рассказав, что кто-то из молодёжи Юкайя просто заблудился в темноте и уже убит, они смогли успокоить разбушевавшегося Саргана, но не до конца. Старейшины рьяно поддерживают идею показать Юкайя, кто на острове хозяин. Женщины не проявляют энтузиазма к войне, переживая за детей и мужей, но их мнение на этот счёт никогда не учитывалось. Хотя желание Саргана рвать и метать всё ещё горело ярким пламенем, он неохотно принял историю сыновей и решил для начала хорошо всё продумать и пока не слишком торопиться с атакой, чтобы ударить вовремя и точно.

– Но это пока, – Баркут уже заканчивал свой рассказ. – Он уже давно точит зуб на Юкайя, длительное бездействие злит его всё больше и больше. Ему только дай малейший повод, и он сразу направится прямо к вам в лагерь громить всё, что попадётся под копьё.

Тайра и Таман задумчиво слушали, скрестив руки. Юсур вопросительно посмотрел на Дарака. Тот кивнул, давая понять, что дело действительно так скверно, как это выглядит.

Все посвящённые в тайну Дарака и Тайры встретились у северного водопада. Братья Тайры и Дарака приняли друг друга сдержанно-прохладно, но из уважения к сестре и брату не высказывали презрения открыто.

С раннего утра они сидели здесь, обсуждая то, что происходит в племени Чикун. Солнце стояло уже высоко, а они всё ещё ломали головы над тем, как теперь поступить.

– Пока в племени всё относительно спокойно, – задумчиво проговорил Дарак, глядя куда-то в сторону. – Я пока не тороплюсь с придумыванием тактики боя. Вождь ждёт меня, но вечно он ждать не будет. Пока все только начали тренироваться и готовить оружие. Чикун немного отвыкли от боя, сосредоточившись в основном на охоте, но они наверстают очень быстро, это у нас в крови.

Юсур подкидывал камушек и ловил на лету, рассуждая вслух:

– Если сообщить отцу, он медлить тоже не будет. После того, как ты, Дарак, избежал казни, он горит желанием на ком-нибудь отыграться. Это будет для него подходящий повод.

– То есть резню, которую желает устроить Сарган, ты считаешь всего лишь поводом? – вставил Рунай, прищурившись на брата. – У меня для тебя плохие новости.

Таман поспешил одёрнуть братьев:

– Сосредоточьтесь! Так что будем делать с отцами? Племена устали от войны, не только мы. Но старейшины и отцы...

Рунай резко поднял голову:

– Что ты сказал?

Таман непонимающе посмотрел на него:

– Ты про то, что племена устали от войны?

– Да. Откуда такая информация?

Таман вздохнул:

– Я же правая рука отца в командовании, помнишь? И пока наши соплеменники думают, что нас нет рядом, я слышу их разговоры. Они не горят желанием умирать за идеалы старейшин и вождя. Разведка и дозор выполняют свою работу, как нужно, но подставляться лишний раз под копья не хотят. И я их понимаю.

Заран положил ногу на ногу:

– В Чикун племя более боевое, им только дай повод подраться. Но умирать не спешат, понятное дело. Несколько поколений назад смерть в бою была почётной. Сейчас Чикун уже перестали кочевать. На острове особо не покочуешь... Многие обзавелись семьями. Битвы любят, но умирать – нет.

Рунай выпрямился:

– У меня есть идея!

Все уставились на него, ожидая продолжения. Не смутившись под пристальными взглядами шести пар глаз, он продолжал:

– Устроим диверсию, это же очевидно. Мы, как семья вождя, влиятельны в нашем племени. Дарак с братьями – в своём. Начнём сеять сомнения в своих племенах: а так ли нам нужна война? Стоит ли умирать за идеалы предков, которым уже давно всё равно? Ну и всё такое, – он немного стушевался под прищуренными взглядами Дарака и Тамана, но продолжил: – я уверен, многие уже не раз об этом думали, но молчали, потому что говорить об этом не принято.

– Опасно, – поправил Заран.

– Хорошо, опасно. Но стоит всем узнать, что у них есть единомышленники, у народа появится голос. Я не говорю об открытом бунте. Но племена просто не захотят бить друг друга. И что вожди сделают? Перебьют всех своих за неповиновение? И мы можем прийти к ситуации, когда они будут драться вдвоём.

– Не думаю, что прямо-таки все встанут на нашу сторону... – осторожно подала голос Тайра.

– Не все, конечно, – задумчиво проговорил Дарак. – Но если это будет большинство...

Получив поддержку со стороны Дарака, Рунай даже расправил плечи.

– Революции быть! – хлопнул в ладоши Юсур. – Кажется, мы вершим историю.

– Не так быстро, – одёрнул его Таман. – Это надо делать осторожно. Есть много нюансов. У людей есть стадная привычка примыкать к большинству. Если большинство встанет на сторону вождей, нам всем придётся плохо. И всем тем, кто будет с нами, тоже. И они это будут прекрасно понимать.

Тайра наблюдала, не вмешиваясь. Таман и Дарак руководили теперь уже настоящим военным советом. Обсуждение продолжалось долго, на небе начали зажигаться первые звёзды, когда наконец было принято решение расходиться.

– Ну что ж, – сказал Таман, поднимаясь. – Это крайне рискованно, но начнём потихоньку. Без лишнего шума.

– Как термиты, – добавил Юсур. – Подточим дерево изнутри, а оно само рухнет.

– Чересчур оптимистично, – заметил Дарак. – Но попробовать стоит.

Тайра нахмурилась. Она не питала иллюзий и не строила идеальную картину будущего, где между племенами будет мир, это невозможно. Но само ощущение, что они что-то пытаются сделать, а не сидят и бездействуют, уже придавало какой-то оптимизм.

Придя в лагерь глубокой ночью, все тихо разбрелись по своим спальным местам, стараясь не шуметь. Ложась спать и глядя на звёзды сквозь проём в стене, Тайра долго думала, с чего же начать перемены настроения у племени? Ответа не находилось. Решив, что торопиться всё равно пока некуда, она решила оставить эти мысли до более удобного времени.

На следующее утро Тайра вернулась к своим обычным делам, украдкой наблюдая за братьями. Те, очевидно, не придали «революции» такого глубокого значения и вели себя как обычно. Или старались делать вид, что всё нормально, и если это так, то у них отлично получалось. У Тайры же на душе было неспокойно. Помогая матери и Айне раскладывать лекарственные травы на солнце, она отвечала на вопросы рассеянно и односложно, и даже не огрызнулась на шутку Юсура, чем вызвала удивлённый взгляд Айны.

Когда Сильва ушла, Айна подсела к подруге:

– Тайра? Ты какая-то не такая в последнее время.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты как будто растеряна. Иногда смотришь в пространство с глупой улыбкой, иногда ходишь хмурая без всякой, казалось бы, причины.

– Хм, – Тайра задумалась. Пожалуй, это может быть поводом для того самого серьёзного разговора, который она репетировала у себя в голове почти всю ночь. – Ну, есть один парень...

Айна заметно оживилась:

– Я так и думала! Кто он? Я его знаю?

– Не спеши радоваться, – Тайра понизила голос и, собравшись так, словно собралась нырнуть в ледяную воду, на выдохе произнесла: – это Дарак.

Айна ошеломлённо уставилась на подругу, как будто не до конца понимая смысл услышанного:

– Дарак? Это же имя сына Саргана. Вождя Чикун.

– Именно.

Тайра пристально посмотрела Айне в глаза, видя, как до неё постепенно доходит. Айна поднесла ладони ко рту:

– Подожди... Вы что, общаетесь?

– Мы вместе, Айна.

– Я думала, это просто слухи.

– В слухах действительно много вранья! – тут же взъерепенилась Тайра. – Никакую стратегическую информацию я не передаю, и у нас с Дараком ничего... Лучше я расскажу всё по порядку.

Айна с шумом выдохнула, стараясь держать себя в руках. Тайра подняла глаза, чтобы убедиться, что их никто не слышит, и тихо добавила:

– С самого начала.

Айна кивнула, не перебивая. Её лицо было бледным, но она слушала внимательно, не отводя взгляда.

Тайра рассказывала долго. Обо всём.

Айна слушала, только иногда закрывая лицо руками, а потом снова смотрела на подругу.

Когда Тайра замолчала, Айна долго не говорила ничего, но потом тихо спросила:

– Ты хоть понимаешь, куда это всё приведёт?

– Да... Но не хочу пока думать об этом, если честно.

– Я не знаю, что сказать. Это... это безумие, Тайра. Если кто-то узнает...

– Никто не узнает, – перебила Тайра. – До поры. До нужного нам времени. Пока что знают только те, кому мы доверяем.

Айна посмотрела ей в глаза:

– Значит, ты мне доверяешь?

– Больше, чем кому-либо, – улыбнулась Тайра. – Поэтому и рассказала. Как ты понимаешь, мы собираемся по-тихому сеять в племени сомнения по поводу необходимости войны... Но тебе я хотела сказать правду. Мне было бы крайне неудобно держать тебя в неведении.

Айна помолчала. Потом слабо улыбнулась своей обычной, слегка застенчивой улыбкой:

– Ты всегда была сумасшедшей, – она пристально посмотрела на подругу. – Я помню, как в детстве ты полезла на скалу, чтобы достать гнездо попугая. Все кричали, что ты упадёшь, а ты только смеялась. Я тогда подумала: эта девочка либо станет великой воительницей, либо разобьёт себе голову.

– Я помню этот случай. В итоге я всё-таки упала...

– И даже это тебя не остановило.

Айна взяла подругу за руку:

– Я никому не скажу. Обещаю. Но ты будь осторожна. Очень осторожна. Если об этом узнает твой отец...

– Знаю, – сказала Тайра. Наверное, в тысячный раз она уже слышала эту фразу. – Я знаю.

Айна кивнула, потом вдруг спросила:

– А он... он правда так на тебя смотрит? Как ты рассказывала?

– Правда, – Тайра почувствовала, как тепло разливается в груди. – Как будто я – единственная, кто имеет значение.

Айна вздохнула.

– Надеюсь, он этого заслуживает.

Из хижины вышла Сильва с большой охапкой кореньев:

– Девочки, уже закончили с травами? Нужно успеть подсушить эти коренья, пока солнце не село.

Тайра и Айна не ответили. Сильва положила коренья перед ними на циновку.

– Вы говорили о чём-то важном?

– Да так... Девчачьи секреты, – буркнула Тайра, начав распутывать влажные корешки.

– Секреты... Это хорошо. Они часто объединяют.

Тайра хмуро посмотрела исподлобья. Айна не поднимала глаз, сделав вид, что чрезвычайно увлеклась двумя особо запутанными растениями.

«И хорошо, – подумала Тайра. – Даже для менее проницательных людей Айна как открытая книга».

– Знаете, – задумчиво произнесла шаманка, аккуратно подбирая упавшие с циновки корешки. – Секреты – они как корни. Иногда они прорастают глубоко, а иногда выворачивают землю наружу.

Не удержавшись, Тайра чуть приподняла голову, пытаясь понять, что же Сильва имеет в виду на этот раз. Она осуждает или поддерживает?

– А иногда самое важное прорастает там, где меньше всего этого ждут. Ты, Тайра, выглядишь так, будто приняла тяжёлое решение. А сейчас пытаешься убедить саму себя в том, что оно было правильное. Лучше не тратить на это силы, если уже поздно.

– Да... Пожалуй. Торг с самим собой – самый тяжелый. – Аккуратно согласилась Тайра, быстро метнув взгляд в сторону. Сильва успела это заметить:

– Ты уверена, что это благое дело – втягивать в это подругу?

Айна, вспыхнув, тут же подняла голову:

– Я сама напросилась! И женской дружбы не бывает без общих секретов.

– И то правда, – улыбнулась Сильва и сосредоточилась на работе.

Глава 43

Солнце, начав клониться к закату, застало Тайру за тренировкой с Таманом. Последние несколько дней Айна и Рунай сидели у края джунглей, разбирая новый травяной сбор, который придумала Сильва. Тайра периодически недовольно косилась на младшего из братьев, считая, что ему тоже не помешало бы отрабатывать боевые навыки вместо травок, но постоянно возвращалась мыслями к бою с Таманом, который не упускал возможности ткнуть древком в бок зазевавшуюся сестру.

Откуда с дерева беззвучно спрыгнул в песок Юсур.

– Ребята, есть новости! Идём!

Таман остановился, не успев отразить удар копья Тайры и получив копьём по затылку.

– В чём дело? – он покосился на ухмылявшуюся сестру и перевёл взгляд на Юсура. Рунай и Айна тоже подняли головы.

– Я только что вернулся с дозора. Мне кое-кто дал понять, что нас хотят видеть. Всех. Идём.

Тайра, тут же поняв, в чём дело, перехватила копьё поудобнее и направилась в сторону лагеря за своей заплечной сумкой. Рунай и Таман сразу пошли за Юсуром в сторону севера.

Выйдя из хижины через несколько секунд, Тайра застала на берегу растерянную Айну, оставшуюся в одиночестве.

Подумав, пару мгновений, Тайра поманила её рукой.

– Идём.

– Ты уверена? – Айна захлопала глазами, но Тайра уже нетерпеливо притопывала ногой.

– Да. Я думаю, это касается того, что я рассказала тебе недавно, помнишь?

Айна поёжилась:

– Ну не знаю...

– Идём-идём, не спорь. Уже поздно оставаться в стороне, это может быть важно.

Тайра быстрым шагом направилась к скалам. Через несколько секунд она услышала за спиной знакомые шаги. Немного помедлив, чтобы Айна смогла её догнать, Тайра ускорилась, стараясь не упустить из виду спины братьев, идущих далеко впереди, и шелест листьев наверху, где с ветки на ветку при помощи лиан перепрыгивал Юсур.

Придя к водопаду, они никого не увидели. Тайра спокойно присела возле самой воды.

– Осторожничают. Подождём, наверняка они уже нас увидели. Скоро придут.

Наверняка они либо в пещере Дарака, либо где-то в скалах. Действительно, ещё не все успели удобно устроиться на камнях, как на поляне показались Дарак и Баркут.

Поприветствовав Юкайя кивком, они тут же присели на ближайшие камни. Айна сжалась при виде Чикун и постаралась переместиться за спину Юсура. Баркут смерил Айну подозрительным взглядом, но Дарак быстро хлопнул брата по затылку.

– Лишних здесь нет, веди себя поприличнее.

Айна немного расслабилась при этих словах, украдкой взглянув на Тайру. Та ответила улыбкой, будто хотела сказать: «Я же говорила!»

– Где Заран? – Таман вытащил мешающее сидеть копьё и положил себе на колени.

– Скоро придёт. Обещал привести ещё нескольких, кто встал на нашу сторону, – Дарак устало оперся спиной о скалу. – Хотя, честно говоря, дела обстоят не так оптимистично, как мы рассчитывали.

Рунай разочарованно кивнул:

– Ожидаемо...

– Я бы сказал «закономерно», – Баркут вздохнул.

Юсур пожал плечами:

– А вы надеялись, что будет просто? Это всё равно, что прийти к ягуару и сказать «приятель, отныне ягуары дружат с крокодилами. Больше не рвите друг другу глотки и будьте счастливы».

– Ха-ха. – Невесело прокомментировала Тайра.

– Урава более лояльны ко всему этому, – задумчиво проговорил Таман. – Те, что остались с нами после смотрин. Они не выросли во вражде к Чикун и вообще не горят желанием отдавать жизни за чужое племя. Но Амару они боятся, так что открыто я пока с ними не говорил.

– Невелик у них выбор, – усмехнулся Баркут. – Или умереть в битве с Чикун, или быть убитыми вождём Юкайя за неповиновение.

– С Чикун ещё сложнее, – Дарак нахмурился. – Про репутацию Саргана не надо рассказывать. Даже если кто-то и не хотел бы воевать, они в этом ни за что не признаются. Заран говорил, что нашёл кого-то, готовых присоединиться к нам, но я не до конца уверен, что им можно доверять. Если бы додумались до этого раньше, это было бы осуществимее...

Его прервал шорох кустов за спиной Баркута. Все начали вглядываться на заросли в северной стороне от реки, когда из них вышел Заран. За его спиной шли трое.

Двое совсем юных парней и такая же юная девушка. Наверняка ровесники Зарана.

Тайра украдкой вздохнула: улов невелик. Теперь в их компании четыре опытных воина, два целителя и пятеро едва вышедших из подросткового возраста детей. Так себе отряд мятежников против сотен обученных бойцов.

Дарак обернулся и мельком взглянул на юнцов, остановив взгляд на девушке. Казалось, он был удивлён её появлению:

– Гира?

Гира нервно, но с уверенным видом остановилась на краю поляны. Заран с сомнением перевёл взгляд с Дарака на неё:

– Когда мы выходили из лагеря, она сказала, что ты ей уже всё рассказал, я и позвал её с нами.

Дарак сдвинул брови:

– Я ничего не рассказывал. Гира, ты что здесь делаешь?

Девушка не ответила, лишь усмехнувшись. Повисшую на несколько мгновений тишину нарушил смешок Юсура:

– Это было хитро. Оставайся, Гира, смекалистые нам нужны, – он фыркнул. – Гы, она провела самого Дарака, представляете?

Гира приветливо улыбнулась и по-свойски присела в кругу собравшихся, словно и правда была в курсе всего происходящего, не обращая внимания на взгляды.

– Не меня, а Зарана, – Дарак прожигал брата таким взглядом, что тот предпочёл сесть подальше, не встречаясь взглядом со старшим братом.

– Я реально думал, что ты всё ей рассказал, это звучало убедительно, – пробубнил Заран, не глядя махнув в сторону двух юношей. – Это Кан и Мирк, их отец погиб от рук Палтара за якобы шпионаж, они не желают последовать за ним.

– Сильный мотив, – кивнул Таман.

Пока все представлялись друг другу, Тайра внимательно следила за выражением лица Дарака. Почему он так дёрнулся при виде Гиры? Они в ссоре? Тогда почему она так рвалась сюда, что даже обхитрила Зарана?

В военном совете участвовали в основном Дарак с братьями, Юсур и Таман. Изредка своё мнение вставлял Рунай. Айна робко молчала, не желая высовываться и явно надеясь, что про неё все забыли. Гира, Кан и Мирк внимательно слушали, словно пытаясь усвоить как можно больше информации. Среди них троих только Гира светилась самодовольством от того, что её допустили в узкий круг посвящённых в тайну. Тайра внимательно наблюдала за новенькими, раз за разом задаваясь вопросом, насколько им можно доверять. Особенно смущала Гира.

– Я пытался оттянуть время, – задумчиво проговорил Дарак. – Но отец не слушает даже меня. Сейчас ему только дай малейший повод, и он пойдёт бить всех даже без оружия, если придётся.

Юсур деловито чистил ногти ножом:

– Может, просто не давать ему такой повод?

Дарак фыркнул:

– Поводом может стать даже невкусная рыба на обед, потому что это Юкайя отравили все реки, например.

– У нас отец тоже злой, когда голодный.

– Так что войне быть.

– Может, просто стравить наших отцов, а самим постоять в сторонке?

– Ага, и отобрать копья. Пусть стоят и орут друг на друга.

Рунай не выдержал:

– Они просто стравят вас двоих вместо себя и будут стоять подбадривать.

Юсур поднял бровь:

– И что? Мне придётся убить Дарака? Я не хочу оставлять сестру вдовой ещё до свадьбы, она мне не простит.

Тайра уставилась на него, медленно краснея:

– Юсур, мы не...

Но тот махнул рукой:

– Ой ладно тебе, все уже всё поняли.

Дарак хмыкнул:

– Ага, ну да. Всегда мечтал о такой супруге. Сильная, статная, а судя по взгляду, готова меня убить первой попавшейся под руку дубиной. По всем параметрам идеальная жена.

– Ты сам обрёк себя на это, теперь страдай, – парировал Юсур.

Таман закрыл глаза рукой:

– Как дети малые...

Тайра с изумлением смотрела то на Юсура, то на Дарака. Когда они успели наладить дружеские отношения? Сейчас они упражнялись в красноречии так, будто всю жизнь провели за такими беседами и совершенно не были сыновьями вождей враждующих племён.

Гира перестала улыбаться и внимательно наблюдала за шутливой перепалкой, переводя взгляд с Юсура на Дарака и зачем-то на Тайру.

Баркут с улыбкой пихнул локтём Зарана:

– Ты смотри, у брата есть чувство юмора, оказывается.

Дарак поднял бровь:

– Я думал, вы это поняли, когда я вас заставил чистить все копья после того, как вы упустили моего оленя.

Заран насупился, пробормотав что-то, подозрительно напоминающее слово «дедовщина», но Дарак сделал вид, что не услышал.

Таман попытался вернуть беседу в серьёзное русло:

– Сосредоточьтесь наконец! Мы тут не на пикник пришли.

В итоге всё обсуждение свелось к тому, что Таман и Дарак снова и снова проговаривали уже известную Тайре информацию, стараясь не упустить ничего важного. С одной стороны, было справедливо просветить вновь прибывших. С другой – нужно было что-то решать! А они до сих пор топтались на месте. Таман и Дарак, очевидно, тоже это понимали, но любые попытки нащупать наиболее подходящий план натыкались на уже надоевшие «предательство» и «нас сразу убьют».

Все начали расходиться после того, как солнце уже село. Тайра немного задержалась, ожидая Дарака. Дав братьям какие-то указания и отправив их в лагерь, он повернулся к Тайре и, не дав ей времени сказать что-либо, быстро обнял, поцеловав.

– У нас всё меньше и меньше возможностей это делать.

Тайра на миг закрыла глаза, сокрушённо вздохнув. Он прав, и даже неизвестно, когда очередная такая возможность окажется последней. Но сейчас её маленьким червячком точила другая мысль.

– Слушай, а что у тебя с Гирой?

Даже будучи прижата к его груди и не видя его лица, Тайра почувствовала, как он нахмурился.

– Что ты имеешь в виду?

– Как бы сказать... Она иногда так странно на меня смотрела. Не как все Чикун смотрят на Юкайя. Она так смотрела только на меня. Как будто у неё персональная обида за что-то.

– А, ты про это...

– Ну? – поторопила Тайра, решив, что пауза затянулась.

– Отец пытался сватать меня за Гиру.

– Вот как? – Тайра попыталась отстраниться от Дарака, но тот держал крепко.

– Сначала послушай. Он решил, что мои странные отлучки из лагеря связаны с девушкой. Не то, чтобы он был не прав.. В общем, отец Гиры – друг моего отца. Ну а я сразу всем сказал, что не заинтересован. Гира пыталась настаивать, да я и не был слишком вежлив. Думаю, она обиделась на меня. Крепко обиделась. А ты вроде как соперница, которой она не ровня. И она это прекрасно понимает, вот и дуется.

– И ты ещё злился на меня за Акунара, – буркнула Тайра, оставив попытки вырваться.

– Да, злился. Потому что я отказал Гире сразу, без объяснений и разговоров. И ей, и отцу. Отказал Саргану, понимаешь, да? А ты пыталась угодить Амару, участвовала в смотринах, гуляла с Акунаром, обещала «присмотреться».

Тайра виновато уткнулась лбом ему в грудь, тихо пробормотав:

– Что же ты раньше ничего не говорил?

– Не считал это важным. Впрочем, это и сейчас неважно. Для меня существуешь только ты, когда уже поймёшь наконец?

Тайра с сомнением поджала губы:

– Одно непонятно: зачем Гира вот так бесцеремонно затесалась в наш маленький круг заговорщиков? После того, как ты ей разбил сердце.

– Не драматизируй.

– Я серьёзно. Мы рискуем жизнями со всей этой историей.

– Честно? Я не знаю, зачем она пришла, и меня это тоже напрягает. Я не доверяю ей полностью. Ещё тогда я не мог разгадать, что у неё в голове, а сейчас тем более.

– Теперь будь ещё осторожнее, – вздохнула Тайра.

Дарак только хмыкнул в ответ.

Глава 44

Закатное солнце только начало окрашивать западную часть острова в кроваво-красный цвет, когда Тайра и Таман решили закончить охоту. Возвращаясь в лагерь со связкой свежепойманных птиц, они присели отдохнуть возле реки. Тайра устало сбросила с плеча их луки и две связки стрел, пока Таман умывал лицо в ледяной воде, оставив птиц на траве. Он поднял на неё голову:

– Ты видела Дарака сегодня?

Она кивнула:

– Утром. Мы только успели перекинуться парой слов. Кто-то с нашей стороны двигался в сторону востока, мы поспешили разойтись, чтобы нас не видели.

– Кто это был?

– Судя по шагам, кто-то из разведки, – Тайра пожала плечами, очевидно, не придавая этому значения, но Таман нахмурился:

– Ты уверена, что вас не видели?

– Нет... Но если бы видели, не промолчали бы, я уверена.

В нескольких шагах от неё с дерева внезапно спрыгнул Дарак и выпрямился, его лицо было серьёзным. Тайра вздрогнула и покосилась на него:

– Перестань так делать, я могу случайно выстрелить от неожиданности.

Дарак чуть заметно ухмыльнулся, увидев её улыбку, несмотря на то, что она пыталась её скрыть, и обратился к Таману:

– Мне тоже это показалось странным. Мы не слышали голосов. И я заметил, что шаги послышались не в нашу сторону, они удалялись.

Таман медленно произнёс:

– Я не помню, кто был в дозоре в этой части острова сегодня утром... Если кто-то из наших, то всё нормально. Если нет...

– Кого ты подразумеваешь под «нашими»? – Дарак внимательно на него посмотрел.

– Тех, кто в курсе о нашей маленькой коалиции. Айну ты помнишь. Моя Пири тоже знает, я ей рассказал всю правду. Она отнеслась спокойно. Это у нас вражда уже въелась в плоть и кровь, а Урава тут новенькие... Есть ещё несколько, кто пока не знает о тебе и Тайре, но уже серьёзно задумались о том, чтобы мы с Чикун не истребляли друг друга. Но есть и... сложные случаи.

Тайра поджала губы:

– Дай угадаю?

Глаза Дарака сузились:

– Тот гадёныш, который пытался выстрелить мне в спину, когда вы вели меня до границы?

Таман кивнул:

– Он самый. Малир и его оставшийся прихвостень – Айхан. В их присутствии лучше не касаться темы войны с Чикун. А Малир вообще затаил на меня обиду после того случая, когда я не дал ему убить тебя. Считает, что я опозорил его на глазах у врага. Не удивлюсь, если он попытается тайком выстрелить мне в спину.

Тайра напряглась. Почему-то это упоминание кольнуло её чем-то смутно знакомым...

Дарак заметил её взгляд на брата и, подойдя поближе, успокаивающе положил руку ей на плечо:

– Не беспокойся за Тамана. Он не из тех, кого можно просто так убрать с дороги. Уж поверь.

Тайра согласно кивнула, в глубине души всё равно беспокоясь за брата.

Таман поднялся:

– Солнце садится. Нам лучше успеть в лагерь до темноты.

Тайра и Дарак кивнули. Когда Таман поднял связку птиц и повернулся спиной, Тайра быстро сжала ладонь Дарака на прощание и последовала за братом.

Тайра и Таман шли молча, погружённые каждый в свои мысли. Они успели пройти всего пару десятков шагов, как внезапно позади раздался боевой клич и ругательства. Брат и сестра переглянулись и бросились назад.

Найти источник звука было несложно: выскочив из зарослей, они нос к носу столкнулись с взбешённым Дараком, стоящим напротив Малира. В руках Дарака была стрела, очевидно, он только что выдернул её из-под лопатки и уже замахивался копьём на Малира.

Айхан и ещё какой-то парень с короткой косичкой тоже были здесь, стоя спинами к Тайре и Таману. Не собираясь вникать в суть ситуации, Таман одним прыжком оказался рядом с ними и с силой столкнув головами, отправил незадачливых соплеменников без сознания отдыхать на мху. Малир обернулся к Тайре, не отводя направленную на Дарака вторую стрелу. На его губах застыла торжествующая улыбка:

– Я так и знал. Эти дурни мне не поверили, а зря.

Таман быстро выступил вперёд, мельком бросив взгляд на абсурдно маленький лук Малира. Он многозначительно посмотрел на Тайру. Поняв брата без слов, Тайра побледнела и подскочила к Дараку. Таман уже пошёл в атаку на Малира, одним быстрым движением копья выбив у того лук и заставив схватиться за собственное копьё.

Дарак, кипя от злости, бросил стрелу на землю и попытался отодвинуть Тайру с дороги:

– Не вмешивайся, у меня с ним свои счёты.

– Стоять! – Тайра панически крикнула ему прямо в лицо. Дарак настолько удивился от её крика и испуганного голоса, что невольно остановился, глядя, как она аккуратно подобрала брошенную им стрелу и лизнула наконечник.

Таман и Малир дрались, не обращая на них никакого внимания. Тайра подскочила к Дараку, на ходу сбрасывая с плеча походный мешочек.

– Садись. Быстро.

– Что ты...

– Сел на землю немедленно!

Дарак быстро послушался. Она никогда не говорила с ним так, но плохо скрываемая паника в её голосе заставила его слушаться и больше не задавать вопросов.

Достав из мешка закупоренную тыкву, Тайра быстрым и точным движением стала втирать какую-то мазь Дараку в спину. Он поморщился от боли.

Закончив, Тайра заглянула ему в лицо, сказав только одно слово:

– Яд.

Дарак замер. Он знал, что ядовитые стрелы и маленькие палочки для трубок никогда не применялись против людей, но очевидно, Малир посчитал себя выше этого правила.

Тайра быстро оглядела его рану:

– Надеюсь, успела. Пока не двигайся.

К этому времени Таман уже обезоружил Малира и припёр его спиной к стволу дерева, касаясь кончиком копья его гортани. Несмотря на незавидное положение, Малир злобно улыбался:

– Амару будет просто в восторге, когда узнает.

Таман с презрением посмотрел на него, его голос был спокоен и холоден:

– Он тебе не поверит. Твоё слово против слова его сына и дочери. Твои товарищи, – он кивнул на лежавших неподалёку Айхана и парня с косой. – Вообще ничего не успели увидеть. Так что не в этот раз.

Малир оскалился:

– Зато я теперь знаю правду. И я найду способ донести её до вашего отца, рано или поздно.

– И рискуя собственной шкурой. Наговор на будущего вождя карается смертью.

– Это мы ещё посмотрим, вошь-дь. – Малир смерил Тамана презрительным взглядом. – А теперь ты отпустишь меня, правила не позволяют убивать своего, особенно безоружного.

– С каких пор тебя вообще волнуют правила?! – Таман явно начинал терять самообладание.

– Только в тех случаях, когда они в мою пользу.

Тайра встала и осторожно положила руку на предплечье Тамана, заметив, что её брат усилил нажим на копьё. Малир издал булькающий звук и замолчал, сверля Тамана взглядом. Тайра чуть надавила пальцами на древко копья Тамана, заставив его немного опуститься:

– Таман, отпусти его. Этот трус не посмеет ничего сказать отцу открыто. Слухи он сеет уже давно и безуспешно. Только недалёкие подростки ему поверили, и то не все.

Таман сдержанно кивнул, но вместо того, чтобы убрать копьё, резко толкнул древком Малира в бок, заставив того повалиться во влажные листья под деревом. С ругательствами вскочив, Малир потянулся к своему брошенному оружию, но Тайра быстро выдернула копьё буквально у него из-под рук:

– А вот это я заберу. А то ещё случайно сядешь на остриё и мозги себе повредишь. И только попробуй нажаловаться вождю. Сильва сразу узнает, что ты направил ядовитую стрелу на человека.

Схватив свой брошенный лук, Малир плюнул ей под ноги и скрылся среди деревьев.

Таман посмотрел на его товарищей, всё ещё лежащих во мху:

– Даже свою свиту не забрал. Подонок.

– Оставь их, они сами очнутся, – Тайра помогла Дараку подняться. – Как ощущения?

Дарак помотал головой:

– Кажется, ты не успела.

Тайра на мгновение перестала дышать, её взгляд исследовал его лицо. Дарак поморщился:

– Я не чувствую руку. Не могу ей пошевелить.

– Тошнит? Голова кружится?

– Да, ещё как.

К ним приблизился Таман, внимательно посмотрев на лицо Дарака и особенно задержав взгляд на его глазах и губах:

– Это нормально. Никогда раньше не встречался с ядом кураре, правда? Он успел подействовать, но не во всю силу. Рука и пальцы не будут двигаться ещё некоторое время. Когда придёшь в лагерь, лучше полежи день-другой, тебя отпустит.

– Не в первый раз с этим сталкиваешься?

Таман ухмыльнулся, кивком показав на Тайру:

– Юкайя всегда носят с собой противоядие. Знаешь, сколько раз она случайно сама себя тыкала стрелой с ядом во время охоты?

– Заткнись, – покраснев, поспешно посоветовала Тайра. – Это было давно.

– Ага. Две луны назад.

– Нам пора! – Тайра быстро закинула на плечо оружие и сунула Таману в руки подстреленных птиц. – Дарак, ты сможешь добраться до своих?

– Без проблем. К счастью, рука не нужна, чтобы шагать. Не провожайте меня, на моей территории вам делать нечего. Будьте аккуратнее с этим вашим... Малиром.

Всеми позабытые Айхан и незнакомый парень со стоном пошевелились. Дарак поспешил скрыться в зарослях, держа путь на север, в этот раз пешком, а не по деревьям, как обычно.

Тайра и Таман быстро пошли на юг, стараясь держать темп так, чтобы очнувшиеся двое не нагнали их.

В лагерь они вернулись, когда солнце уже село. Тайра и Таман шли молча, не оборачиваясь. Только когда костры Юкайя замелькали среди деревьев, Таман замедлил шаг.

– Ты как? – спросил он, не глядя на сестру.

– Нормально, – Тайра была уверена, что брат ей не поверил. – А ты?

– Зол, – признался Таман. – На себя, что не прибил его сразу. На отца, который держит таких уродов в племени. На всё.

– Он не успокоится, – процедила Тайра сквозь зубы. – Малир. Он будет мстить.

– Знаю, – Таман остановился, посмотрел на неё. – Поэтому будем осторожны. Ты, я, Дарак. Все. Малир достаточно умён, чтобы не бежать сразу к твоему отцу, крича направо и налево о дружбе с Чикун. Но он, как змей, уже нашёптывает свои мысли соплеменникам. Видела второго парня, с косичкой? Это Имай, я видел его на тренировках. Видимо, Малир нашёл замену казнённому Вилару. Он умеет лить в уши то, что ему выгодно, уж поверь. На его стороне уже немало Юкайя. Больше, чем тебе кажется, и лучше не давай им повода. Отец и старейшины пока не обращают внимания. Пока.

Тайра нервно сглотнула – он был прав. Они вошли в лагерь.

Юсур встретил их у костра.

– О, явились. А мы уж думали, вас ягуары сожрали. – Он заметил их лица. – Что случилось?

– Потом, – отмахнулся Таман. – Где отец?

– У старейшин. А что?

– Ничего. Не лезь.

Юсур хотел возразить, но Тайра покачала головой. Он замолчал. Когда Таман ушёл, Тайра подсела к обиженному Юсуру и шёпотом спросила:

– Видел Малира?

– Да, недавно проходил здесь. Злющий... Я так понимаю, это вы с ним поцапались?

– Дело серьёзнее, чем ты думаешь. Он теперь знает, что с Дараком общаюсь не только я. Малир пытался его застрелить ядовитой стрелой.

Юсур нахмурил брови. Рунай, сидевший неподалёку, поднял голову:

– У тебя было противоядие?

– Да, как обычно. Но Малир этого так не оставит, наблюдайте за ним, ладно?

Братья кивнули:

– И так наблюдаем.

В хижине Тайра обнаружила Тамана, он снимал с себя ремни и собирался ложиться спать. Она села на циновку, обхватив колени руками. Её всё ещё трясло.

– Если бы ты не понял вовремя... – начала она.

– Но понял, – перебил Таман. – Он жив.

– А в следующий раз?

Таман не ответил. Он сидел напротив и смотрел на огонь в общем костре в десятке шагов от них.

– Малира надо убирать, – сказал он тихо. – Но не нам. Не сейчас.

– Тогда кому?

– Он сам себя уберёт. Рано или поздно. Такие всегда переоценивают себя.

Тайра хотела сказать что-то ещё, но в дверях показалась Сильва.

– Вы чего такие хмурые? – спросила она, переводя взгляд с одного на другого.

– Устали, мам, – соврал Таман. – День тяжёлый.

Сильва посмотрела на них долгим взглядом, но ничего не сказала. Только принесла еду и вышла.

Тайра смотрела на лепёшку, но есть не могла.

– С ним же правда всё будет в порядке? — Прошептала она.

– Не додумывай, – Таман ответил резче, чем хотел бы, но тут же смягчил голос. — Ты сделала всё правильно. Ты сама знаешь, как действует яд.

Она кивнула, но тревога не отпускала.

Позже, когда лагерь затих, Тайра вышла из хижины и села у остатков костра, глядя на тлеющие угли.

«Доберётся ли он? – думала она. – Справится ли?»

Где-то вдалеке крикнула ночная птица. Тайра подняла голову к звёздам.

– Ты справишься, – сказала она тихо. – Ты сильный.

Звёзды не ответили, но на душе стало чуть легче.

Глава 45

Правая рука ощущалась как какой-то чужеродный объект, висящий вдоль тела. Дарак шагал в сторону лагеря, стараясь не тревожиться по поводу яда. Таман и Тайра уверяли, что скоро всё пройдёт, и он им верил. Но ощущения были просто отвратительные: голова кружилась, в середине груди как будто сосредоточился огромный ком, расползающийся тошнотой во все стороны.

Дараку пришлось ненадолго остановиться, оперевшись здоровой рукой о большое дерево. Чувство, что его вот-вот вырвет, не отпускало. Возможно, это принесло бы облегчение, но не получалось.

Стиснув зубы, Дарак пошёл дальше.

«Я должен просто полежать. Скоро отпустит. Тайра не раз использовала противоядие сама на себе». – Дарак повторял про себя одни и те же фразы, чтобы отвлечься от неприятных ощущений. О том, что яды бывают разные, соответственно, и противоядия разные, и Тайра могла не угадать, он старался не думать.

Зайдя в лагерь, Дарак быстро направился к шалашу, не привлекая к себе внимания. Мимоходом кивнув в знак приветствия нескольким людям, он уже было положил ладонь на верёвочную лестницу, как на его плечо мягко легла чья-то рука.

– Ты в порядке?

Дарак обернулся и увидел Гиру, удивлённо разглядывающую его лицо.

– Да. Собираюсь идти спать. – Он с трудом узнал свой голос. Язык еле ворочался, а шея с правой стороны сильно затекла, словно он неудобно спал всю ночь.

– Ты странно говоришь. И ты весь зелёный.

– Спокойной ночи.

Не дожидаясь дальнейших расспросов, Дарак поспешно поставил одну ногу на ступень, но тут же пошатнулся, схватив лестницу второй рукой.

– Позовите Тали! – Гира крикнула назад группе девушек с ноткой тревоги в голосе. – Дараку нехорошо.

– Не надо никого звать! – как можно более членораздельно рявкнул Дарак, но было поздно. Несколько человек уже заинтересованно подходили к нему, желая узнать, из-за чего шум.

– Выглядишь отвратно. – Рядом спрыгнул Заран.

– На себя посмотри.

– Я серьёзно. Ты отравился?

– Угу. Отвали.

Разогнав зевак одним взглядом, к сыновьям подошла Тали:

– В чём дело?

– Я шёл спать.

– Дарак! – Тали подняла голову, оборвав его фразу. Когда она вот так смотрела, спорить с ней было себе дороже. Не напрасно она была женой Саргана столько лет. – Идём со мной.

Ни на кого не глядя, Дарак последовал за матерью в сторону костра. Он переживёт ещё несколько вопросов, а потом наконец ляжет спать.

В сгустившейся темноте, костёр казался чрезмерно ярким. Показав Дараку на одно из брёвен, Тали села рядом и повернулась лицом к нему. Ничего не спрашивая, она взяла подбородок сына двумя пальцами и медленно повертела его голову из стороны в сторону. Когда голова поворачивалась вправо, скованные параличом мышцы отдавали болью. Дарак молча терпел, надеясь, что она скоро закончит. Осматривая его, Тали сделала знак младшим сыновьям.

– Принесите порошок из жёлтого жасмина. Баркут, ты знаешь, как он выглядит.

Братья кивнули и исчезли в темноте. Тали посмотрела Дараку в глаза:

– Наелся ягод, говоришь?

– Угу.

– Голова болит?

– Угу.

– Ты странно себя ведёшь.

– Намальна. – Пробубнил Дарак, чувствуя, как язык всё меньше повинуется ему.

– Я вижу. Куда попала стрела?

– Стела?

– Да, стрела. Не считай меня за дурочку. Стрела, или маленькая острая палочка для трубки. Куда она попала? – Тали старалась говорить размеренно, но глаза выдавали сильную тревогу.

Дарак молча показал левой рукой в область правой лопатки:

– ’али потивояие. Усё намана.

– Противоядие? – Тали с сомнением прищурила глаза, но немного успокоилась.

Вернулись Баркут и Заран с нужным мешочком. Тали внимательно осмотрела смесь с порошком, отмерила микроскопическую дозу на кончике кинжала Дарака и дала её сыну.

– На. Это лекарство временно снимет паралич с шеи, ты сможешь говорить. Но оно сильно истощает организм, так что дай знать, когда закружится голова, чтобы мы успели среагировать до того, как ты потеряешь сознание. За это время ты должен рассказать, что произошло.

– Мам, в чём дело? –Заран осторожно присел неподалёку, будто ожидая, что его сейчас прогонят. Баркут остался стоять.

– Это кураре, – сказала Тали, не отрывая глаз от Дарака. – Один из его видов. Только он вызывает такой паралич. Ты говоришь, тебе дали противоядие?

Тали повернула его спиной к себе и осмотрела место, куда попала стрела.

– Баркут, принеси мой синий мешочек с зелёными завязками из дома. И тыкву с водой. Дарак, пошевели правой рукой. Противоядие – это хорошо, но я перестрахуюсь.

Баркут снова скрылся в темноте. Дарак старательно напряг мышцы предплечья, но безуспешно, однако подвижность шеи и языка понемногу возвращалась. Дарак всё ещё не очень членораздельно, но уже получше, быстро заговорил:

– Один из типов Юкайя. Мы давно... не дружим. Он выстрелил в меня.

– Со спины. – Тали молча намазывала небольшую царапину смесью, принесённой Баркутом.

– Да. И, собственно, у них есть закон, что нельзя стрелять...

– Я знаю, – перебила Тали. – Дальше.

– И его... гм, соплеменники заметили всё это дело, на него набросились. Кажется, разбили ему нос... Я не видел. Одна из них, – он быстро стрельнул глазами в сторону братьев, давая им понять, кто именно. – Почти сразу успела нанести противоядие мне на рану. Но немного запоздала, яд успел проникнуть в руку и шею. Она сказала, что один или два дня я буду плохо себя чувствовать, потом всё придёт в порядок. Рука будет двигаться...

– Это с чего такой гуманизм? – Тали сверлила его взглядом. – Я знакома с их правилами. Нарушившего закон накажут, я полагаю, но они не обязаны были тебя спасать. И тем более отпускать.

Дарак спокойно выдержал взгляд матери:

– Не обязаны. Тем не менее, они поступили именно так.

– Что здесь происходит?! – всё подпрыгнули от неожиданности, услышав громовой рык Саргана, возникшего из ниоткуда прямо за их спинами. – Кто распускает слухи, что Дарак еле живым ушёл от Юкайя?!

Увидев Дарака, Сарган остановился, глядя на него и Тали, которая замерла, не донеся руку с мазью до спины сына.

– Царапина? – подняв бровь, спросил вождь изменившимся тоном.

– Это яд, – за его спиной прозвучал женский голос с оправдывающейся интонацией.

Гира. Ну конечно. Дарак сжал челюсть. Именно она сообщила ему о том, что Дараку плохо. А сейчас, видимо, считала, что выгораживает его. Дарак метнул на неё предупреждающий взгляд. Баркут и Заран тут же повернулись к Гире:

– Иди к шалашам.

Но вред уже был причинён.

– ЯД?! – взревел Сарган. – Яд? В спину? Сначала шляются по нашему лагерю, а потом наносят свою треклятую отраву на стрелы? Они слишком далеко зашли!

– Твой сын в порядке, если тебя это волнует, – ледяным голосом сказала Тали, убирая лекарства.

– Юкайя сами дали ему противоядие, – попытался вставить Баркут, но Сарган уже не слышал. Он уже шёл в сторону навеса, раздавая какие-то команды всем, кто попадался на пути. Люди поспешно убирались с его дороги и хватали оружие, не до конца понимая, зачем и что дальше делать.

Заран метнулся за ним:

– Подожди! Сейчас атака провалится!

Сарган обернулся:

– Что ты сказал?

– Сейчас ночь, – Дарак медленно встал с бревна. – Все Юкайя собраны вместе в лагере. И они будут ждать удара.

Вождь остановился, хмуро глядя на семью и явно желая бить врагов сейчас же.

– К тому же, я тогда не смогу участвовать. Ты же не хочешь, чтобы самый сильный участник выходил из игры в решающий момент? – разыграв свой главный козырь, Дарак ждал реакцию отца.

– Пара дней, – стиснув зубы, процедил Сарган. – Пара дней на твоё восстановление, и я дам тебе шанс лично отомстить тем, кто это сделал.

– Со мной всё в порядке, но большой бой немного подождёт.

Сарган, казалось, немного умерил свой пыл, но все присутствующие видели, с каким трудом он соглашается уступить:

– Пара дней. И точка.

– Отлично, – немного неестественно осклабился Дарак и тут же отключился. Толчёный жасмин Тали перестал действовать, забрав последние силы организма. Сарган, Тали, братья и Гира вместе со всем остальным мгновенно растворились в темноте и тишине.

– Дарак? Как себя чувствуешь?

Чей-то голос, проникший в сознание сквозь тугую чёрную пелену, бухнул в голове тяжёлым молотом. Дараку очень хотелось вернуться обратно в обморок. Там было темно, мягко, тихо, никто не трогал... Он даже не потрудился открыть глаза:

– Уйди.

– Дарак! Это же я, Заран.

– Ах, Заран! Отлично. Уйди.

– Да проснись же ты! Сколько можно дрыхнуть. Сарган рвёт и мечет.

Дарак наконец открыл глаза. Он находился в своей комнате в шалаше, на матрасе. Сквозь окно уже брезжил рассвет. Заран тормошил его за плечо, пока Баркут молча стоял неподалёку.

– Ну что тебе? – Дарак приподнялся на локтях. Подвижность к рукам и челюсти уже вернулась, но сильная слабость и тошнота ещё напоминали о себе.

Заран поспешно затараторил:

– Я говорю, отец собирает людей, чтобы бить Юкайя. Стратегии твои ему уже не нужны. Твой обморок вчера превратил его в зверя. Он знает, что ты в порядке, но... Его репутацию задели за живое, понимаешь? Как будто Юкайя ни во что его не ставят как врага.

– Ты почему сразу не сказал?!

– Да ты дрых как убитый! – заорал обиженный Заран. – Я говорил!

– Ближе к делу.

– В течение пары дней вождь берёт людей и выдвигается в сторону Юкайя. Ты тоже идёшь. Все идут.

– Тайра и ребята знают?

– Ещё нет.

– Сообщите им. Я поговорю с отцом.

– Он не станет тебя слушать.

– Хотя бы попробую. Идите. Прямо сейчас, разыщите их как-нибудь.

Дарак обессиленно рухнул обратно на матрас. Заран и Баркут уже испарились, в шалаше в ярком солнце только крутилась медленно оседающая пыль. Кого он обманывал? Сарган не станет его слушать, братья это и сами понимали.

Глава 46

На следующий день Тайра осталась в лагере. У неё не было настроения ни охотиться, ни бродить по джунглям. Идти к северному водопаду тоже не имело смысла, потому что Дарак наверняка там не появится сегодня – слабость и тошнота от яда продлятся ещё один-два дня. Разложив недавно собранные орехи на хлопковом одеяле, она сушила их на солнце, задумчиво помешивая. Тайра размышляла о Дараке. Конечно, она была уверена в том, что правильно нанесла противоядие, и оно было эффективным. Сильва не могла ошибиться в приготовлении. Но где-то в глубине души Тайра всё равно переживала, просто потому что Дарак был ей дорог. И этот Малир... Рунай сказал, что утром он ушёл на запад вместе с двумя своими друзьями и даже отправил кого-то из своих проследить. Надо было приглядывать за ним. А может, нанести упреждающий удар и сказать отцу, что у Малира едет крыша? Тогда что бы тот ни сказал, вождь ему не поверит...

Её размышления прервал запыхавшийся Юсур:

– Тайра! Где Таман и Рунай?

– Куда-то ушли... Что случилось?

– У северного водопада братья Дарака.

– Что они хотят?

– У них срочные вести. Ты должна сама их услышать. И Таман тоже.

Тайра напряглась. Если Юсур говорит так торопливо и не отпускает привычные шуточки, ситуация действительно серьёзная. Она вскочила:

– Я побегу к ним. Найди Тамана.

Не дожидаясь ответа, она прихватила привычное копьё и направилась к водопаду. Сердце бешено колотилось: что-то было не так.

Прибежав к водопаду, она увидела Баркута и Зарана. Они нетерпеливо ходили взад-вперёд, с нетерпением поглядывая не джунгли, уходящие вниз в сторону юга.

– Наконец-то! – бросил Заран раздражённо. – Где остальные?

– Сейчас будут. В чём дело?

За спиной Тайры уже послышались торопливые шаги Юсура и Тамана. Баркут не стал тянуть время:

– Чикун собираются объявить войну. На днях мы пойдём в бой на Юкайя.

Тайра в шоке открыла рот. Таман и Юсур остановились за её спиной. Она не видела выражения их лиц, но наверняка они были такие же. Наконец Таман совладал с собой и тут же включился в боевой режим:

– Причина?

Заран нервно стучал древком копья по камням у себя под ногами:

– Дарак. Отец заметил его состояние вчера. Понял, что в него выстрелили ядом. Очевидно, это стало последней каплей. Он и так был на взводе после того раза, когда на нашей территории заметили Юкайя, – его взгляд на мгновение метнулся к Тайре, но он тут же отвёл глаза. – А нападение на его сына, да ещё и такое подлое... Тут он не смог стерпеть. Все планы с оружием и подготовками полетели на ветер, он будет действовать сейчас же.

Тайра с шумом втянула воздух, пытаясь переварить информацию:

– То, что Дараку ввели противоядие, его не остановило?

Баркут покачал головой:

– Когда-нибудь видела кровавую пелену, которая застилает глаза воина в ярости?

Тайра вспомнила рассказ Дарака о том, как он убил Аскара и Турана, напавших на неё, и выражение его лица в момент рассказа. И неуверенно кивнула. Баркут продолжил:

– Тогда ты понимаешь, что человек в этом состоянии практически не соображает, он хочет убивать. Дарак рассказал мне и Зарану, как было дело. И наша мать частично в курсе, она в это время обрабатывала его рану. Но отец как с цепи сорвался. В общем, на днях Чикун явятся к вам. И плевать они хотели на стратегию, будут просто бить в лоб всей толпой.

Тайра опустилась на камень, чувствуя, как ноги отказываются держать. Война. Не стычка на границе, не одиночные вылазки, а настоящая война. Сотни воинов, кровь, смерть.

– Когда? – спросил Таман, его голос был спокоен. Тайра знала эту его маску: он уже просчитывал варианты.

– Через два дня, – ответил Баркут. – Может, раньше. Отец не ждёт. Он хочет ударить первым, пока вы не готовы.

– Мы всегда готовы, – процедил Таман. – Война не начинается по расписанию.

– Но вы не знали, что она будет именно сейчас, – заметил Заран. – В этом и суть.

Тайра подняла голову.

– А Дарак? Что он?

Баркут и Заран переглянулись.

– Он ещё слаб, – сказал Баркут. – Но он знает. И он против. Только остановить отца не может. Ты же знаешь Саргана.

– Он не послушает даже сына, – добавил Заран. – Особенно сейчас, когда Дарак не встаёт с постели.

Тайра сжала кулаки:

– Значит, надо что-то делать. Мы не можем просто сидеть и ждать, пока они придут.

– Что ты предлагаешь? – спросил Юсур.

– Пока не знаю, – призналась Тайра. – Но я не позволю этому случиться.

Заран покачал головой:

– Даже не думай об этом, битва будет. Лучше подумайте о том, что делать. Мы с братьями не хотим убивать Юкайя... Точнее, вас, – он нахмурился. Тайра поняла, что в этот момент он подумал о Малире, и не стала перебивать.

Юсур сосредоточенно кивнул:

– Да и нам бить вас как-то... Не очень.

Заран повернулся боком:

– Мы уходим. Опасно оставаться здесь долго.

Он и Баркут мгновенно исчезли среди листвы ближайших деревьев. Тайра повернулась к братьям:

– Что теперь делать? – она очень постаралась, чтобы голос не выдавал её отчаяние.

Таман был предельно спокоен. Чересчур для такой ситуации.

– Нам остаётся только одно. Мы подготовимся к встрече. Нужно дать знать отцу и старейшинам. Аккуратно, иначе он тоже придёт в неистовство и решит напасть первым. Нам это не на руку.

Тем же вечером в лагере снова царило оживление. Но от той атмосферы, которая царила во время праздника и визита Урава, не осталось ни следа. Десятки людей молча готовили оружие. Шаманы выполняли какие-то ритуалы и, что-то бормоча себе под нос, бросали травы в огонь, делавшие его то иссиня-зелёным, то заставлявшие его клубиться серым дымом. Амару сыпал проклятиями направо и налево, Сильва молча и будто бы смиренно делала лекарственные снадобья.

Тайра с братьями наблюдали за всем этим, сидя у подножия раскидистого дерева в ста шагах от поселения. К ним подошли Айна и Пири. По их удручённым лицам было видно, насколько сильно их выбила из колеи новость о войне, но у Тайры не было слов, чтобы их утешить, она просто молча продолжала смотреть на суету, оставаясь в стороне от неё.

Первым тяжёлую тишину нарушил Рунай:

– У кого-нибудь есть какие-нибудь идеи?

Юсур не отводил взгляда от Амару, меряющего шагами расстояние между костром и хижиной:

– Только одна. Будем драться с Дараком и его братьями.

Тайра уставилась на него, надеясь, что ей послышалось. Юсур перевёл взгляд на неё и пояснил:

– Выберем тот фланг битвы, где будут Дарак и его люди. Просто подерёмся, не будем убивать их. А они не будут убивать нас, я в этом уверен. Сыграем роли усердных воинов. Это эгоистично, конечно, но пока что это всё, что приходит мне в голову.

Пири вздохнула:

– Это хотя бы что-то...

Таман покачал головой:

– Не согласен. Мы будем в безопасности, но наши племена перебьют друг друга. Тогда уж лучше не встречаться в битве с сыновьями Саргана, а драться с другими. Не убивать их, просто выводить из строя.

Тайра подняла бровь:

– Но у них-то другая задача. Нас они будут убивать. И у Чикун будет огромный перевес.

– Может, Дараку это тоже придёт в голову? Ну, не убивать... – тихо спросила Айна.

Таман невесело хмыкнул:

– Дарак наверняка сообразил это ещё раньше. За время нашего знакомства я успел оценить его ум. Тем не менее, мы можем положиться только на него, Баркута и Зарана. А это – капля в море среди сотен Чикун.

Тайра смотрела на лагерь, на воинов, которые точили копья, на женщин, которые молча укладывали в мешки сушёное мясо. Война надвигалась, и она не могла её остановить, и даже не могла сделать так, чтобы в этой войне выжили те, кто был ей дорог.

– Да уж, – пробормотала она. – Ситуация хуже некуда.

– Значит, дальше будет лучше. – Зевнув, Юсур встал и закинул на плечо копьё.

Тайра исподлобья посмотрела на брата. Обычно его неиссякаемый оптимизм давал надежду, но сейчас выглядел крайне неуместно.

Таман тоже поднялся:

– Отец собирается выступать завтра на рассвете. Видимо, он действительно решил не откладывать и будет пытаться ударить первым.

Пири подтянула колени к подбородку:

– Он лично пойдёт в бой?

– Да, – Таман протянул ей руку, предлагая пойти с ним. – Он, как вождь, пойдёт первым. По крайней мере, он так сказал. Но скорее всего, сначала он будет управлять боем с тыла, а когда битва войдёт в ритм, отправится в самый эпицентр сам. Он всегда так делал.

Все, кроме Тайры, тоже поднялись и нехотя направились к лагерю. Юсур вопросительно оглянулся на сестру, но она знаком показала, что хочет побыть одна.

Когда все ушли, Тайра легла на зелёный ковёр из мха и устремила взгляд на звёзды, проглядывающие сквозь переплетения ветвей дерева. Ещё несколько сезонов назад она бы чувствовала азарт от приближающегося боя. Но теперь...

Она закрыла глаза. Перед внутренним взором встало лицо Дарака – не насмешливое, не холодное, а то, которое она видела возле водопада, когда он сказал: «Моё сердце тоже занято». В этой битве она могла потерять слишком многое, больше, чем всегда до этого. Причём вне зависимости от того, какому племени достанется победа.

Глава 47

Тайра проснулась ещё затемно. Даже птицы ещё не начали петь, но в поселении уже царила суета.

Старейшины наносили на открытую кожу воинов боевую раскраску из сока лекарственных трав. Целители во главе с Сильвой готовили средства против кровотечений и открытых ран, бойцы проверяли копья, луки со стрелами и боевые палицы, утыканные шипами.

Тайра нехотя выбралась из хижины и позволила кому-то из шаманов нарисовать ей на лице и плечах замысловатые жёлто-зелёные узоры. Её мысли блуждали далеко, не в состоянии зацепиться за что-то конкретное.

Когда она связывала вместе пучок запасных стрел, к ней подошёл Рунай.

– Тайра, ты как? – он испытующе заглянул ей в глаза.

Она отвела взгляд:

– Нормально, – бесцветным голосом буркнула Тайра, бросив быстрый взгляд на север.

Рунай не поверил, но решил не давить:

– Я и Айна будем в тылу вместе с мамой, заниматься ранеными. Не геройствуй в этот раз. Сегодня это ни к чему.

Тайра кивнула. Как будто она сама этого не понимала! Но спорить не было желания. Рунай продолжил:

– Таман будет вести центральную атаку. У него, в общем-то, нет выбора. Юсур будет руководить лучниками. Поначалу.

– Малир где будет?

– Он в группе Тамана.

– Сам вызвался?

– Да.

– А Айхан и Имай?

– Тоже с ним. Я и сам понимаю, что это неспроста.

Тайра решительно встала:

– Кажется, я знаю, где буду в этом бою. Не говори Таману, ему ни к чему дополнительные проблемы.

Край солнца уже показался на восточном горизонте, когда племя Юкайя выдвинулось на северо-запад.

По традиции, на демонстрацию силы они не поскупились: копья, огромные боевые луки, барабаны, раскрашенные лица – всё говорило о том, что они настроены серьёзно.

Уже совсем скоро они поняли, что Чикун тоже выбрали именно сегодняшний день для атаки. Среди скал показались разукрашенные красно-чёрные лица с самыми свирепыми выражениями. Оба племени совершенно не удивились, увидев друг друга, будто всё шло по плану.

Юкайя и Чикун остановились в паре сотен шагов друг от друга. Местность была далеко не самая ровная: большой участок земли был испещрён камнями, обломками скал, клочками мха, высокой травы и поваленными деревьями, чьи ветви запутались в до сих пор вьющихся лианах. Слева бурным потоком шумела грязная река. Очевидно, она бежала с нагромождения северных скал после недавнего обильного ливня.

Сильва и остальные целители остались далеко позади. Амару находился ровно в центре толпы. Бросив быстрый взгляд на Чикун, Тайра заметила, что такую же позицию занимает и Сарган.

В том, что это именно он, не было никаких сомнений. Крупный и мускулистый, как горилла, испещрённый огромным количеством татуировок, с длинными чёрными, уже местами седеющими волосами он бы являл собой устрашающее зрелище даже без гигантской палицы в руке. Лицо украшала традиционная боевая раскраска, а довершали образ красующиеся на голове выкрашенные в красный цвет соколиные перья.

Тайра отметила, что в Чикун среди воинов почти не было женщин.

Дарака не было видно...

На обмен любезностями вожди не стали тратить время. Тайра сжала пару дротиков покрепче. Копьё было закреплено за спиной, готовое к ближнему бою. Сейчас начнётся.

Казалось, Амару и Сарган каким-то ведомым только им способом договорились об одновременной атаке. Так или иначе, абсолютно синхронно они издали боевой клич, мгновенно подхваченный их воинами, и племена устремились навстречу друг другу.

Ещё до того, как схлестнулись первые ряды, с обеих сторон подобно красивой и смертельно опасной стае птиц тучей взмыли стрелы и обрушились на бойцов, выкашивая ряды как Чикун, так и Юкайя. Бегущие вперёд даже не обращали внимания на падающих рядом соплеменников.

Тайра старалась одновременно уворачиваться от летящих стрел и не спускать глаз со спины Тамана, несущегося первым. Племена схлестнулись в бою

Вдруг в эту же секунду прямо на глазах Тайры в спину Тамана вонзился дротик, и брат упал на колени. Она мгновенно поняла, что противник не мог нанести удар в спину.

Казалось, никто вокруг не видел того, что произошло, все вокруг были заняты боем. В считанные секунды Тайра добралась до Тамана и увидела Малира, занёсшего дротик над Таманом для второго удара. На его губах играла торжествующая ухмылка.

– Ты! – Тайра помчалась к Малиру, напрочь забыв, с кем вообще дерётся её племя.

Малир повернулся к ней, совершенно не удивившись её появлению. Бегущие и дерущиеся на копьях Чикун и Юкайя, казалось, не замечали, что в бой вступили два соплеменника.

Тайра наседала на Малира, сдерживая гнев и точно рассчитывая каждое движение. Малир уворачивался, но не спешил атаковать, словно выжидая подходящий момент. Заметив это, Тайра постаралась двигаться осторожнее, точно рассчитывая каждое движение и не забывая отклоняться от летящих вокруг стрел.

Когда она занесла над Малиром копьё, внезапный удар под колени резко сбил её наземь. Повернувшись, Тайра заметила уже удалявшегося в сторону Имая. После того, как он сбил её, предоставив Малиру готовую жертву, он весело подмигнул и вступил в бой с кем-то из Чикун.

Тайра пыталась наощупь найти откатившееся копьё, не отводя глаз от нависшего над ней Малира. Если она найдёт своё оружие, она смогла бы атаковать Малира первой, пусть даже и с земли.

Но Тайра не успела.

Из груди Малира словно само собой выросло копьё, на которое тот удивлённо смотрел долю секунды, а потом рухнул на бок. Тайра оторопело воззрилась на него:

– Дарак!

За спиной Малира стоял именно он. Выражение лица самое свирепое, но и какое-то... удовлетворённое. Тайра бросилась бы ему на шею при любых других обстоятельствах, но сейчас было не до этого. Дарак незаметно кивнул ей и тут же встретил блоком копьё Айхана, бросившегося ему наперерез.

Тайра подскочила к Таману. Её брат смог подняться с её помощью и в сердцах пнул ногу Малира:

– Со спины... Гадёныш...

Тайра встала за его спиной, отбивая копьём летящие в них удары:

– Идти можешь? Двигайся назад, к целителям.

Таман что-то ответил, но Тайра уже не расслышала, она вступила в бой с каким-то мелким Чикун, быстрым и юрким, как таракан. Он наносил удары с невероятной скоростью, Тайра едва успевала их блокировать.

Рядом с ней словно из-под земли вырос Юсур. Он мгновенно поднял визжащего мелкого Чикун на своём копье и швырнул в двоих его соплеменников:

– Тайра, я прикрою отход Тамана. Уходи отсюда, мы в самом центре.

Дважды повторять не пришлось, Тайра уже отскочила в сторону, раздавая удары направо и налево. Имай оказался неподалёку, вместе с Айханом они оба сражались с Дараком. Тайра хмыкнула: двое на одного Дарака? У них не было шансов, можно было не мешать.

Отклонившись на левый фланг, она молнией металась между дерущимися, выкашивая ряды противника. Помня об обещании, данном Таману, Тайра старалась бить так, чтобы не ранить смертельно. В основном, противники получали удары по ногам, этого было достаточно, чтобы заставить их прекратить бой. Хотя иногда особенно усердные Чикун заставляли её нарушить этот принцип – они определённо задавались целью её убить, и тогда уже приходилось вступать в бой на полном серьёзе.

Одним из таких противников оказался высокий Чикун с огромной серьгой в ухе. Тайра сразу узнала его по описанию Дарака: это был Палтар. Он не давал ей совершить манёвр и теснил в сторону реки. Тайра сжала зубы. Это был не самый лёгкий противник, но она справится. Разница в весовой категории была ощутимой. Тем не менее, несмотря на свои габариты Палтар был проворен.

Услышав за спиной звуки потока воды, Тайра вспышкой вспомнила очень похожий бой с Дараком, когда она настолько увлеклась боем, что полетела спиной в водопад. Всячески стараясь это не повторить, она отходила как можно дальше от берега. Палтар это заметил и, ухмыляясь, намеренно стал теснить её прямо к воде.

Тайра отступала, чувствуя, как ноги скользят по мокрой траве. Палтар уже злобно улыбался, предчувствуя победу. Он наседал, его копьё мелькало перед глазами, не давая передышки.

– Сдавайся, Юкайя, – прохрипел он. – Может, оставлю в живых.

Тайра стиснула зубы и сделала выпад, но он легко отбил его, навалившись ответным выпадом всей массой. Тайра потеряла равновесие. Увидев это, Палтар ещё раз толкнул своё копьё, заставив Тайру упасть прямо в ревущий поток.

– Прощай, девчонка. Передай дьяволу, что ты от меня! – донеслось до неё словно издалека сквозь воду, заливающую уши, рот, ноздри и глаза.

Отчаянно цепляясь руками за воздух, Тайра пыталась выплыть. Течение с силой било её о скользкие камни и брёвна в реке, за которые она тщетно пыталась хоть как-то уцепиться. Через, как ей показалось, целую вечность, Тайра окончательно потеряла ориентацию в пространстве. Вода была везде, больно бьющие камни тоже, сил не осталось, в голове и глазах стремительно наползала темнота.

– Тайра! Тайра, очнись! Ну же, Тайра! – звук её имени доносился словно сквозь мутную воду, вырывая её из темноты. Кажется, она откашливается от воды, чьи-то руки поддерживают её за плечи. Вот вроде бы она пытается сесть. Не до конца осознавая, что происходит, Тайра открыла глаза. Перед ней было испуганное лицо Дарака:

– Тайра, скажи что-нибудь! – почти шёпотом взмолился он.

Тайра, пытаясь ускоренно сопоставить события в своей голове, едва слышно прохрипела:

– Где... Где мы? Битва закончилась?

Дарак сжал губы, уставившись на её лицо и словно удерживая себя в руках, чтобы не поднять голову и не посмотреть вокруг:

– Нет, – прошептал он. – Битва в разгаре.

Тайра помедлила секунду, не понимая, почему его слова никак не вяжутся с действительностью. А потом до неё дошло: вокруг было тихо. Не просто тихо, тишина была оглушительной, только поток воды нарушал её и слабые отголоски чириканья птиц где-то в отдалении.

Очень медленно Тайра повернула голову.

Племена Чикун и Юкайя были здесь, в полном составе. Но никто не двигался. Все, абсолютно все, смотрели на них. На лице каждого читался полнейший шок, неверие в происходящее. Тайра быстро отыскала глазами в толпе Амару. Её отец, открыв рот и вытаращив глаза, недоверчиво повёл головой из стороны в сторону, по очереди глядя то на Тайру, то на Дарака.

– Кажется, у нас проблемы, – тихо, так, чтобы слышала только она, пробормотал Дарак.

Глава 48

Первым тишину нарушил кто-то из Чикун. Кажется, Палтар, но Тайра не была уверена.

– Предатель, – это было сказано вполголоса, но, без всякого сомнения, в гулкой тишине это услышали все.

Сарган замялся. Он знал, как должен поступить. Вынужден, обязан, но судя по лицу, он затравленно искал какую-то лазейку в законе. Тайра отметила, что он действительно горячо любил старшего сына, пусть и никогда не показывал этого.

Дарак медленно встал, повернувшись к своему племени. Его лицо не выражало ничего, кроме спокойствия и полной решимости. Тайра, пошатываясь, тоже поднялась, ухватившись для опоры за его руку. Когда она встала, он не отпустил её пальцы, только мягко сжал и потянул её немного себе за спину, словно закрывая собой от опасности. Очевидно, он сделал это инстинктивно, поскольку не отводил взгляда от своего племени и Саргана.

С видом человека, который не нашёл выхода и вынужден подвергнуть себя жестокой казни, Сарган поднял руку для сигнала. Два лучника, стоявшие рядом с ним, стряхнули оцепенение и направили стрелы прямо в грудь Дараку.

– Предатель клана должен умереть. Таков закон. Он забыл, кто он, забыл, откуда пришёл, – это говорил кто-то со стороны Чикун. Судя по голосу, один из подошедших старейшин, которых Тайра не видела.

Дарак не зажмурился и не дёрнулся, только смотрел всё так же прямо перед собой отцу в глаза. Сарган всё ещё колебался.

Вдруг толпа издала вздох удивления. Тайра быстро осмотрелась, пытаясь понять, в чём причина. От толпы Чикун отделились две фигуры и стремительно приближались к ним. Из-за плеча Дарака она смогла их узнать, только когда они подошли почти вплотную. Под красной боевой раскраской были лица Баркута и Зарана.

Подойдя к Дараку, они молча развернулись к нему спиной, закрыв брата плечами и пристально посмотрели в глаза отцу. Тайра украдкой взглянула в лицо Дарака. Он был не менее ошарашен, чем все на поляне. Братья Дарака ничего не сказали, но жест был более, чем красноречивым.

Сарган медленно опустил руку на стрелу одного из лучников, готовых казнить Дарака. Тайра догадывалась, что происходит. Убить даже одного собственного сына ради закона – уже невыносимо, но всех троих сыновей...

Она взглянула в сторону Амару. За его спиной народу прибавилось – к месту боя подтянулись целители и шаманы, которые ранее оставались далеко позади. Вождь Юкайя, казалось, немного пришёл в себя. Его взгляд буравил обе руки Тайры, по-прежнему держащие ладонь Дарака. Амару настраивал себя на неизбежное. Любовь к единственной дочери явно вступила в ожесточённую борьбу с вековыми законами предков. С отчаянием во взгляде, он дал сигнал лучникам Юкайя как будто не осознавая, что делает. Он прошептал словно сам себе, хотя все слышали каждое слово:

– Я должен. Это вероломство, отступничество. Должен.

Стрелы Юкайя прицелились в небольшую группу из четырёх человек. Тайра сжала челюсти.

Внезапно от группы Юкайя стремительно отделились две фигуры и встали между Тайрой и всеми Юкайя. Амару замер.

Юсур и Рунай одновременно скрестили руки на груди, стоя спиной к Тайре и Дараку и буравя взглядом отца.

Один из шаманов Чикун озвучил то, что думали все вокруг:

– Ничего не понимаю...

К Тайре, морщась от боли, подошёл Таман и встал рядом с ней, повернувшись к отцу. Его спина и плечо были крепко перевязаны, взгляд холоден и сосредоточен:

– Ты посмеешь убить всех своих детей ради закона... вождь?

Амару словно окатили ледяной водой. Он поспешно замахал кистью руки приказывая лучникам опустить оружие. Сарган выглядел не менее растерянно, переводя взгляд с Амару на собственных сыновей и обратно.

Следом за Таманом неслышно, словно тень, подбежала Пири. Айна, поколебавшись, догнала её. Девушки ещё не успели дойти до маленькой группы Дарака и Тайры, как со стороны Чикун отделились ещё трое. Тайра почти не удивилась, узнав Кана и Мирка, юных новичков в их группе. Однако изумлённо подняла брови, увидев, что Гира тоже встала на их сторону. Видимо, она всё-таки сделала выбор. Неужели ради Дарака? Это немного кольнуло самолюбие Тайры, но она тут же забыла о такой незначительной мелочи на фоне проблемы, в которой они все сейчас были.

Вот и всё. Вся их маленькая группа посвящённых в тайну. Против нескольких сотен воинов Чикун и Юкайя. Что теперь?

Молчание на поляне затянулось. Кто-то из Юкайя с ноткой истерики выкрикнул:

– Да убить их всех! Они все отступники!

Большинство людей в обеих племенах решительно подняли оружие. Тайра нашла взглядом Имая и Айхана, которые, казалось, ждали только сигнала, натянув тетиву своих луков до предела.

Амару медлил. Внезапно среди всей толпы пронёсся вздох удивления, и все вокруг зашептались. От толпы Юкайя отделилась ещё одна высокая фигура. Плавно и стремительно она двигалась в сторону небольшой группы у реки.

У Тайры отвисла челюсть:

– Мама?!

Дарак, братья и вожди уставились на неё так, словно не верили в происходящее.

Сильва, не замечая устремлённых на неё взглядов, с достоинством прошагала к маленькой группе и встала спиной к сыновьям и дочери, словно закрывая их своей хрупкой спиной. Она устремила ледяной взгляд на мужа, который растерянно смотрел на неё и, кажется, прикладывал усилия, чтобы подобрать слова:

– Сильва... Но... Как же это...

Юкайя, осознав, что они теперь целятся в саму Сильву, немедленно опустили луки, но не отпустили тетиву. Теперь они вопросительно смотрели на вождя, не понимая, что им делать.

Через несколько мгновений к Сильве подошла и встала рядом женщина из племени Чикун. Она была невысокого роста и плотного телосложения. Она положила руку, унизанную коралловыми браслетами и кольцами из ракушек на плечо Дарака, а острый взгляд внимательных глаз направила на Саргана. Вождь Чикун оторопело выронил своё копьё и, кажется, даже не заметил этого.

– Тали... – он пытался подыскать нужные слова, но это всё, что он смог вымолвить.

Теперь и Чикун пришлось опустить луки. Только пара десятков всё ещё держали стрелы нацеленными на небольшую группу у реки.

Тайра украдкой посмотрела на лицо Дарака. Выражение его лица выглядело торжествующим. Поймав её взгляд, он едва заметно наклонился к ней и шепнул:

– Вот и всё. Не совсем так, как мы ожидали, но...

Тайра, переводя взгляд с Амару на Саргана, неуверенно переступила с ноги на ногу:

– Думаешь?

Он уверенно кивнул, больше не скрывая широкой улыбки.

Над толпой раздался властный голос, перекрывший шёпот толпы. Это была Сильва:

– Наши дети не желают войны. И мы тоже. А вы стоите напротив и смотрите на них как на врагов. Но разве они враги? Они – наша кровь. Наше будущее. И если мы убьём их сегодня, кого мы защитим? Пустые законы? Мёртвых предков? Или свою гордость, которая уже давно стала нам могилой?

Племена задумались над странными словами. Амару обессиленно опустил копьё. Голос подала Тали. Он был глубоким и сильным, полным сдерживаемой ярости:

– Сарган, если ты убьёшь нашего сына – ты убьёшь не предателя. Ты убьёшь надежду на то, что племя продолжит существовать. Сможешь жить с этим?

Толпа очнулась от оцепенения. Бойцы зашевелились, в растерянности глядя то друг на друга, то на вождей, которые не находили слов. Взгляды Амару и Саргана метались между своими жёнами и друг другом. Сильва и Тали были очень влиятельны в своих племенах. Но ещё никогда они так открыто не восставали против вождей. Даже старейшины, имевшие высший авторитет в кланах, молчали, застыв, словно статуи.

Сильва вскинула голову:

– Если для вас, вожди, закон важнее жизней ваших жён и детей, тогда вы не достойны быть вождями. Потому что вождь должен защищать свой народ, а не вести его на смерть ради того, что никто уже не помнит.

Её слова подействовали, как удар хлыста. Вожди и старейшины всё ещё стояли в оцепенении, но толпа, как по команде, внезапно оживилась. Ещё несколько человек с обеих сторон, не выпуская из рук оружия, поспешили присоединиться к Сильве и Тали. В основном это были женщины. За некоторыми тут же последовали взрослые мужчины – должно быть, их мужья.

В следующий момент, словно подчиняясь какому-то древнему инстинкту, большая часть толпы уже шла к реке и, достигнув уже внушительной группы во главе с жёнами вождей, оборачивалась лицом к оставшимся на месте участникам боя.

Тайра внутренне ликовала, опасаясь дать выход чувствам до тех пор, пока всё не закончится.

Чикун и Юкайя не смешались между собой, стараясь держаться на расстоянии по обе стороны от группы Дарака и Тайры, но уже не смотрели друг на друга. Все смотрели только на вождей. Дарак мягко сжал руку Тайры. Её сердце забилось сильнее. Кажется, это мгновение войдёт в историю на долгие века. Она почувствовала у себя на плече чью-то руку. Это была Айна. Тайра благодарно накрыла её руку своей второй ладонью.

Спустя короткое время вокруг вождей стояли не более двух десятков бойцов и все старейшины. Первым принял решение Амару. Сняв с себя колчан со стрелами и лук, он бросил его на землю к ногам Сильвы. Чуть поколебавшись, Сарган опустил копьё. Оставшиеся возле них бойцы с большой неохотой были вынуждены сделать то же самое. Тайра обратила внимание, что Палтар был одним из последних, кто последовал примеру Саргана, словно надеялся, что всё происходящее – нелепая шутка. Старейшины, оставшиеся стоять за спинами вождей нахмурились, но молчали. Они явно не были рады такому повороту, но благоразумно молчали. Во время такого открытого мятежа даже их могли легко убрать с дороги, не посмотрев на возраст и ранг. Ожидать можно было чего угодно.

Пока вожди переваривали происходящее, командование на себя приняли Сильва и Тали.

Обе чётко распоряжались каждая своим племенем. Приказывая уносить раненых, собирать оружие и идти домой, они, казалось, совсем забыли, из-за кого началась вся эта сцена. Тайра и Дарак скромно стояли в стороне, стараясь не привлекать к себе внимания. Тайра услышала, как Тали негромко сказала Сильве:

– После полудня соберёмся на границе, только вожди, командование и старейшины. Надо покончить с этим.

Сильва согласно кивнула. Тали неожиданно повернулась к старшему сыну:

– Дарак, как наследник вождя, ты тоже должен будешь присутствовать.

Он настороженно кивнул. Тали окинула Тайру пронзительным взглядом, от которого та сжалась. Совершенно неожиданно Тали мягко улыбнулась:

– Дарак очень изменился за последние несколько лун. Теперь я вижу, почему. Странно, что я сама не догадалась, это могла быть только ты.

Тайра робко улыбнулась ей. Дарак расслабленно потрепал её по плечу:

– Мама давно пыталась найти мне невесту, чтобы я остепенился, – объяснил он, когда Тали ушла в толпу. – Перестал быть таким... Знаешь, беспощадным. Она из Урава, если ты помнишь, предрассудки насчёт войны у неё не так сильны, как у остальных Чикун. И она определённо догадывалась о чём-то...

– Что теперь? – Тайра провожала глазами расходящиеся в стороны племена. Чикун и Юкайя старались не обращать внимания друг на друга.

Дарак проследил за её взглядом:

– Всё решит совет старейшин. Там будут наши матери, так что боюсь, что у совета не останется выбора, – он хохотнул. – Но я бы не стал ожидать, что наши племена просто так возьмут и подружатся. Скорее всего, просто будут терпеть друг друга и воздерживаться от убийств в случайных стычках. Всё-таки вековая вражда оставит свой след на много лун вперёд. Но... Это хотя бы первый шаг.

Тайра вздохнула. Она не посмела поцеловать Дарака при всех, хотя сейчас ей очень этого хотелось. Лучше дать племенам привыкнуть к новому миру, прежде чем провоцировать их.

Дарак будто почувствовал это и на мгновение прижался губами к её волосам, пока никто не смотрел на них:

– Терпение. Это – только начало.

Глава 49

Совет собрался в тот же день на берегу реки – немного западнее того самого водопада, который Дарак и Тайра превратили в своё место встреч. Теперь здесь сидели вожди, старейшины, шаманы и лучшие воины обоих племён. Никто не держал оружия в руках, но было заметно, насколько неуютно чувствует себя каждый из находящихся на поляне. Только Тали и Сильва, казалось, были вполне удовлетворены положением дел.

Сарган и Амару сидели друг напротив друга на некотором расстоянии. Между ними находилось давно потухшее кострище, полное золы. Никто не смотрел друг другу в глаза.

Тайра стояла в стороне, рядом с Дараком. Оба не были уверены в том, имеют ли они право находиться среди своих племён. И Юкайя, и Чикун бросали на них самые разнообразные взгляды, в некоторых читалось изумление, другие смотрели с открытым презрением, часть – с восторгом, но абсолютное большинство – с абсолютным шоком, рассматривая их как диковинных пришельцев на их привычном острове.

Позади Дарака и Тайры разместились их братья. Сильва и Тали расположились по обе стороны от кострища, словно два столпа, удерживающие это хрупкое перемирие.

Когда на поляну пришли последние участники совета, все обратили взгляды на Сильву и Тали, усилиями которых и были собраны все присутствующие.

Сильва встала. Она обвела взглядом собравшихся и заговорила. Голос её был тих, но каждое слово падало в тишину, как камень в воду.

– Вы все знаете, почему мы здесь. Не потому, что кто-то победил или сдался. А потому, что мы устали. Все мы. Даже те, кто не хотят самим себе в этом признаться. Я знаю, что вы не хотите перемирия.

Она помолчала, наблюдая, как все воспринимают её слова.

– Веками мы убивали друг друга. Мы хоронили своих сыновей, своих отцов, своих братьев. Мы сжигали их тела и говорили, что они умерли с честью. Не заблуждение ли это – считать честью смерть за чужую вражду? Вражду тех, о ком мы даже не помним.

Старейшины зашевелились, но никто не посмел перебить. Тайра заметила, как лица некоторых шаманов выражали неприкрытый скепсис. Сильва тоже должна была это заметить, потому что в её тоне зазвучала сталь:

– Я не прошу вас любить друг друга или забывать о своих предках. Но я прошу вас остановиться, потому что сейчас это последний шанс остаться в живых всем нам.

Все удивлённо воззрились на Сильву, на мгновение даже забыв про Тайру и Дарака. Шаманка невозмутимо продолжала:

– Древнее пророчество, передававшееся от шаманов к шаманам, гласит, что вражда однажды закончится, когда в живых не останется ни одного из нас. И если вы убьёте наших детей – детей вождей, этот день настанет сегодня. Оба племени вымрут. Никто не примет того, кто пожелает самопровозгласить себя новым вождём, почти наверняка начнётся междоусобная война.

Она посмотрела на Амару. Он не выдержал её взгляда и опустил голову.

– Либо, – Сильва слегка повысила голос, перекрыв начавшийся шёпот. – Вражда не закончится, но прекратится. Я знала о пророчестве, хотя и не думала, что застану его свершение. Тем не менее случилось то, что должно было случиться, и о чём знали много веков назад. Двое станут теми, кто изменит ход истории, либо своим поступком, либо своей смертью.

Тайра задумчиво смотрела на мать, гадая, блефует ли она на этот раз. Как тогда, когда спасла Дарака якобы древним законом «жизнь за жизнь». Но, судя по вытянувшимся лицам остальных шаманов, которые словно вспомнили свой самый давний и постыдный поступок, это пророчество действительно существовало или слыло легендой.

Дарак искоса взглянул на Тайру, приподняв бровь. Даже Юсур на этот раз ничем не выказал привычного скептицизма.

Сильва посмотрела в сторону Чикун:

– Тали?

Тали поднялась. Она была ниже ростом, чем Сильва, но в ней чувствовалась та же сила.

– Я знаю, что такое терять, – начала она немного тише. – Знаю, что такое быть оторванной от семьи и от всего, что я знала. И уже очень давно знаю, что такое смотреть на врага и видеть в нём человека.

Она перевела взгляд на Саргана. Он смотрел на любимую жену с болью, которую не мог скрыть. Голос Тали стал ещё тише, но в тишине он был слышен каждому:

– И я знаю, что такое простить.

Выдержав паузу, Тали повернулась к Юкайя:

– Я не говорю, что это легко, но это единственный способ выжить. Наши дети показали нам, что можно смотреть на врага и не видеть чудовища.

Тишина длилась долго.

– Вы предлагаете предать память предков? Как же законы, которые передавались веками? Вы не можете просто взять и отменить их!

Все взгляды устремились в сторону главного старейшины Юкайя – Умакуара.

– Законы не отменяются, а пересматриваются, – холодно произнесла Сильва. – Или все мы должны последовать за нашими предками и быть убитыми, не оставив потомков?

– Это предательство!

– Это необходимость.

Толпа неразборчиво загомонила. Старшее поколение не внимало доводам, упорно держась за единственную известную им истину. Молодёжь же крепко задумалась над только что услышанной новой перспективой. Вожди впервые посмотрели друг на друга, словно каждый пытался прочитать, что у другого в мыслях.

– Это трусость! – выкрикнул Палтар, встав на ноги и выпрямившись во весь свой внушительный рост.

Тайра вдохнула, сдерживая поднимавшийся гнев. Ну конечно!

Дарак и Таман одновременно вскочили. Все сидящие между Палтаром и ними на всякий случай поспешили убраться в сторону.

– Ты не согласен? – медленно процедил Дарак. – Давай решим этот вопрос, как принято. Бери копьё. Ну, что стоишь?

– Сядьте. – Сарган поднялся, бросив короткий взгляд на сына. Дарак подождал, пока Палтар опустится на землю, прежде чем сесть самому. Таман последовал его примеру. Все взгляды были устремлены на Саргана, который, по-видимому, принял решение.

– Я не могу сказать, что я во всём согласен. Я всегда брал в расчёт твоё мнение, Тали. – Он покосился на жену. – Однако последнее слово в любом случае остаётся за вождём.

Все напряжённо ждали дальнейших слов Саргана, но тот медлил.

– Мы не будем дружить с Юкайя. И тем более объединять племена, если кто-то вдруг подумал об этом. Наши вековые традиции и обычаи слишком разные, даже думать об этом немыслимо. Тем не менее... Я не желаю терять всю семью. – Сарган поморщился, будто с трудом представляя себе то, что собирается сказать. – Если мы заключим сделку, Чикун не будут убивать Юкайя. По крайней мере, без серьёзного повода.

Амару встал, буравя врага взглядом:

– Принято. Соответствующие правила принимаем и мы. Никакого воровства с плантаций и убийств моего племени.

Кто-то из старейшин Чикун подал голос:

– И что же именно будет считаться серьёзным поводом?

Сарган немного подумал:

– А вот это всё сейчас и обсудим.

Толпа загудела, но уже тише. Кто-то из воинов Чикун кивнул, кто-то из Юкайя опустил голову, некоторые сжали кулаки. Тайра заметила, что Таман внимательно смотрит на последних, словно пытаясь запомнить поимённо тех, кто против перемирия. Решение было принято далеко не единодушно, но оно было принято.

Племена начали обсуждать более конструктивные вопросы о том, как им теперь ужиться. Тайра слушала вполуха, уже зная, что все новые правила будут ещё десятки раз пересматриваться, прежде чем будет смысл их запоминать. Разумеется, без привычных стычек не обойдётся, но вожди и матери как-то решат этот вопрос, стараясь не злить другое племя и в то же время не принижать своё. Новый мир казался хрупким, как только что вылупившийся птенец.

Открытым оставался вопрос: как теперь будут смотреть на неё и Дарака? Кажется, убивать их никто не будет, но что, если они захотят остаться вместе? Пожалуй, пока лучше не поднимать этот вопрос. По крайней мере, пока все более-менее не привыкнут к новому положению дел.

Оставив вождей и старейшин спорить, уставшая от полемики молодёжь начала понемногу разбредаться по сторонам.

Увидев, как Гира направилась вниз по тропе, Тайра поспешно бросила Дараку взгляд «я-скоро-вернусь» и быстрым шагом догнала Гиру:

– Эм... Гира.

Девушка обернулась, слегка удивлённо взглянув на Тайру:

– Да?

– У меня есть вопрос.

Гира молча ждала, всё так же вопросительно держа брови вверху. Тайра набрала в грудт побольше воздуха:

– Ты вышла вперёд. Со мной и Дараком. Поставила себя против вождей...

– Я сделала это не ради тебя, – проговорила Гира тихо. – И не ради тебя и Дарака. Я сделала это для него, потому что это было единственное, чем я могла помочь сохранить ему жизнь. Пусть он никогда и не будет со мной, но я не желаю ему смерти. Пусть он будет счастлив... По-своему.

Не найдя слов для ответа, Тайра запнулась:

– Это... Благородно.

Гира холодно смерила её взглядом:

– Мне не нужна твоя признательность.

Тайра осталась стоять, провожая Гиру взглядом и пытаясь разобраться, что же она ощущала по отношению к ней.

Сзади неслышно подошёл Дарак и положил руку ей на плечо:

– Ну что, мы сделали это. Пусть и не совсем так, как думали, но получилось неплохо. У нас появилось будущее.

Тайра посмотрела в сторону спорящих с вождями старейшин и прошептала:

– Это ещё не конец.

– Верно. Это начало.

Он обнял её, Тайра с облегчением прижалась к нему, вдруг представив себе надёжную и хорошо известную скалу в зыбком и слабом новом мире.

Глава 50

Тайра и Дарак сидели на скале у моря, там, где когда-то впервые поцеловались. Солнце клонилось к закату, окрашивая воду в золото. Внизу, на берегу, подростки Юкайя и Чикун гоняли вместе какой-то мяч из листьев в набегающих волнах. Молодёжь, свободная от предрассудков, очень быстро нашла общий язык. Не в пример старшему поколению...

– Старейшины до сих пор бурчат, – сказал Дарак, лениво перебирая пальцы Тайры. – Они очень недовольны. Дело всей их жизни полетело в никуда.

– В Юкайя тоже. Но хотя бы уже не призывают к открытой вражде. Хотя поругать Чикун за глаза любят. Думаю, это не изменится, это уже их вторая натура. Их можно понять. Всю жизнь они жили в ненависти и впитывали её, а тут...

– А тут мы, – ухмыльнулся Дарак, обняв её сзади и положив подбородок ей на плечо. Тайра облокотилась спиной на его грудь и вытянула вперёд ноги. Было всё ещё непривычно сидеть с ним вот так, на глазах у обоих племён, но никто уже не обращал на них внимания.

– А как отец? – промурлыкал Дарак, не поднимая головы.

– Он больше не рвётся в бой, – усмехнулась Тайра. – Уже почти смирился. Снова занял позицию вождя, как и раньше, но избегает любых разговоров о нашем маленьком восстании. А Сарган?

– Мама сказала, что если он ещё раз поднимет копьё на Юкайя, она уйдёт к Урава.

– Мудрая женщина.

– Очень мудрая.

Они замолчали, глядя на закат. Внизу кто-то засмеялся – кажется, Юсур. Он что-то рассказывал молодым Чикун, активно жестикулируя руками. Его слушатели открыли рты, стараясь не упустить ни слова.

– Позёр, – улыбнулась Тайра. – Мне иногда кажется, он даже ягуару заговорит зубы, если встретит. Надо было сразу выпустить его на Чикун. Вон как слушают. И наверняка даже верят каждому слову.

Юсур, будто услышав её последние слова, обернулся к сестре и подмигнул, комично изобразив поцелуй. Тайра бросила в его сторону горсть песка.

Тишина снова опустилась на них. Тёплая, спокойная. Без тревоги, без ожидания удара в спину.

– Странно, – сказала Тайра. – Мы так долго враждовали, а теперь...

– А теперь мы просто сидим и смотрим на море, – закончил Дарак. – Ничего странного. Это называется жизнь.

– Даже как-то... Непривычно. Без битв, дозорных, без войны...

Дарак покосился на неё:

– Ты уже успела заскучать?

К ним подошёл Юсур.

– Ты как всегда вовремя, – пробормотала Тайра.

Брат засмеялся:

– Смотрю, вы тут сидите скучаете, я прав? Сестрёнка, ты правда тоскуешь по дракам?

Дарак ответил за нее:

– Боится, что мирная жизнь сделает из неё одомашненную хранительницу очага.

Тайра потупилась:

– Ну в самом деле... Чем теперь заниматься? Мы уже несколько лун только охотимся, плаваем, гуляем, тренируемся... И как-то уже...

– Не хватает адреналина, – закончил за неё Юсур. – Можно построить лодки и совершать набеги на племя Ханака, хочешь?

Дарак поцеловал Тайру в щёку:

– Я тебя понимаю, как никто, поверь мне. Какой смысл быть лучшим воином, когда воевать не с кем? Я не привык быть обычным.

Тайра улыбнулась. Кажется, мирная жизнь не так проста, как кажется. Они привыкли жить в буре, быть сильными и противостоять ей. А вот попробуй-ка не сойти с ума, когда вокруг всё спокойно... Это намного сложнее.

Шум внизу вдруг изменился. Крики стали громче, в них появилась тревога. Юсур, Тайра и Дарак переглянулись и вскочили.

– В чём дело?

– Урава! – на бегу ответил кто-то из подростков.

Дарак, подобно пуме, взлетел на высокое дерево и оттуда внимательно оглядел южную сторону острова. Он тут же спустился вниз:

– На юге лодки, их совсем немного. Это Урава, но что-то не так...

– Почему так рано? – Юсур нахмурил брови. – Мы их не ждали раньше, чем в новый сезон дождей.

– Идём узнаем! – Тайра встревоженно потянула обоих в сторону лагеря.

С юга, откуда обычно приходили Урава, к берегу прибивались лодки. Они не были украшены ракушками и лентами, как в прошлый раз. Кое-где обугленные, где-то поломанные, забитые до отказа людьми, они тяжело доплывали до песка. Сами Урава выглядели не лучше. Запёкшаяся на солнце кровь сверкала там и тут, менее раненые поддерживали соплеменников.

Навстречу лодкам уже бежали Юкайя. Рунай уже был здесь и отдавал распоряжения окружающим:

– Найдите Сильву и Тали. Зовите сюда всех целителей. Быстро. Скажите вождям.

Среди толпы Тайра увидела знакомое лицо. Бросившись к одной из лодок, она подхватила под руку одного из Урава, со стоном опустившегося на песок.

– Акунар? – она присела рядом с ним. Его лицо было в крови, рука перевязана грязной тряпкой.

Рядом с ним присела Айна, она уже разматывала его импровизированные бинты:

– Тайра, чуть-чуть подожди с расспросами.

Тайра замолкла, не мешая подруге заниматься ранами друга, хотя тревога буквально точила её изнутри.

Спустя время на берегу была куча народа. Никто не вёл раненых в лагерь, какое-то подобие лазарета устроили прямо здесь. Дарак и Юсур помогали вытаскивать из лодок тех, кто не мог сделать это самостоятельно. Тайра оставалась с Акунаром.

К ним подошли Амару и Сарган. Таман подбежал спустя пару мгновений, он тут же опустился рядом с Акунаром:

– Что произошло? Кто это был?

– Мы не знаем.

– То есть как это? – Амару и Сарган удивлённо вскинули брови. Кажется, это был в первый раз за всё время, когда они стояли рядом и не испепеляли друг друга взглядами. Но никто даже не обратил на это внимания, все глаза были устремлены на Акунара. Набрав в лёгкие побольше воздуха, он заговорил:

– Они прибыли с востока. Не с островов и не с континента. Они другие... У них белая кожа. Корабли огромные, просто гигантские... И странное оружие, оно блестит на солнце, и оно твёрже камня. И... Странные орудия, они стреляют огнём, убивают всё в зоне доступа, просто всё. Они приплыли на остров, развернули какую-то ткань или вроде того, и принялись говорить что-то. То ли правила, то ли устав, мы ничего не поняли. Они говорили на каком-то диковинном языке. Похоже, их не особо волновало, понимаем мы их или нет. Потом чего-то ждали. А потом начали убивать. Кого могли захватить, они сковывали железными верёвками и вели на корабли. Женщин и детей тоже. Тех, кто сопротивлялся, убивали. Просто всех, подчистую. Наши луки и копья просто ничто по сравнению с их стреляющими огнём штуками и длинными, очень длинными блестящими ножами. Все, кого вы сейчас видите, – это всё что осталось от Урава.

Тайра побледнела, вожди замерли. Все вокруг уставились на Акунара. Это звучало как какой-то бред... Но у них не было оснований не верить.

Через время Таман выдавил из себя:

– Где они сейчас?

– На нашем острове. Они двигаются от острова к острову. Что-то ищут, уничтожая и беря в плен всех живущих там.

Дарак метнулся в сторону джунглей. Через секунду до Тайры дошло, что он хочет, и она побежала за ним. Когда она подбежала к самому высокому дереву, Дарак стоял почти на самой верхушке, впившись глазами в море, где вдалеке виднелся остров Урава. Тайра оперлась одной рукой о ствол, второй держась за покалывающий от бега бок.

Рядом с ней остановились Юсур и Таман.

Дарак проворно спустился и наконец спрыгнул с дерева:

– Он прав. Возле острова корабли, два или три, они гигантские. Думаю, наш остров следующий.

Юсур медленно провёл рукой по волосам:

– Ну вот, сестрёнка, ты жаловалась на скуку. Получай. Думаю, наша вражда между племенами покажется детской вознёй в песочнице по сравнению с новым неприятелем.

– Я не это имела в виду... – пролепетала Тайра.

– А вселенная услышала это, – серьёзно проговорил Таман, вглядываясь в горизонт. – Акунар сказал, что чужеземцы прибыли из-за горизонта. Они называли себя каким-то странным словом – «конкистадоры». Вам оно о чём-нибудь говорит?

Все покачали головами. Незнакомое слово отозвалось тревогой в сердце Тайры.

Чужаки...

Эпилог

Корабль покачивался на лёгкой зыби. Утро было серым и влажным, ветер почти стих. С палубы открывался вид на новый остров. Он вырастал из тумана медленно, словно нехотя показывая себя чужакам.

На носу стоял молодой офицер. Ему было около двадцати пяти, он был невысок, но крепко сложен, с острым взглядом.

Эрнан Кортес спокойно всматривался в очередной остров.

Он пришёл в военный флот в 1504-м, когда ему было девятнадцать. С тех пор он успел понять одну вещь: эти земли принадлежат не тем, кто на них родился, а тем, кто способен их взять. Он участвовал в походе Диего Веласкеса на Кубу. Видел, как тают деревни. Как исчезают люди, которых вчера было тысячи. И не чувствовал ничего, кроме уверенности, что всё идёт правильно. Эрнан не был жестоким по натуре, но он привык к этой логике. На войне и в завоевании нет места жалости. Жалость оставляют тем, кто остаётся дома.

За спиной раздались шаги. Кортес не обернулся:

– Докладывай.

– Капитан, мы почти у цели. Вперёдсмотрящий сказал, что этот остров тоже обитаем.

Кортес смотрел на берег. Очередные дикари, не знающие, что такое оружие из железа. Собаки и лошади приводили островитян в ужас, не говоря о корабельной артиллерии.

– Завтра, – капитан со скучающим видом положил руки на перила. – Как только ветер стихнет совсем.

Помощник кивнул и ушёл. Кортес остался у борта.

Он смотрел на остров и думал о золоте. Король жаждал его и не терпел разочарования. Туземцы всегда сами приносят золото и серебро, когда им приставляют нож к горлу. Или когда сжигают их деревни.

Кортес подумал о пленных. На каждом острове их отправляли в цепях на корабли – мужчин для работы, женщин для прислуги. Детей можно было продать. Сильных – отправить в рудники, где они умирали через год-два. Сейчас на корабле осталась всего пара сотен рабов. Диего Веласкес, его командир, говорил, что индейцы не люди, они – рабочий скот. И каждый живой индеец стоил денег.

Племя, которое они захватили последним, сопротивлялось дольше других. У них были лодки, они умели уходить в море и прятаться среди рифов. Но испанцы нашли их и их лодки, и их деревни. Тех, кто не погиб в огне, увели в цепях на корабли. Их жалкое оружие – глупая пародия, ни идущая ни в какое сравнение с огнём и сталью.

Кортес знал, что будет делать завтра. Он делал это уже не раз. Сначала высадится с отрядом, пока остальные ждут на кораблях. Потом покажет силу: достаточно выстрелить из аркебузы, чтобы они поняли, что такое гром и смерть издалека.

Ах да, ещё необходимо будет зачитать им документ о том, что папа римский даровал эти земли испанскому королю. Им всего-то нужно будет признать власть папы и согласиться на крещение. А если откажутся или будут злонамеренно затягивать с ответом, у конкистадоров будет юридическое право уничтожать их. Чистая формальность. Обычно дикари никогда не соглашались. Возможно, они просто не понимали испанскую речь, но это уже их проблемы.

И если и в этот раз не поймут, можно сжечь одно поселение. Этого обычно хватает, остальные приходят сами с золотом и едой, чтобы только их не тронули.

Капитан повернулся, чтобы уйти в каюту, но на мгновение задержался: ветер донёс с берега слабый звук – то ли крик птицы, то ли человеческий голос. Он вгляделся в линию деревьев, но там ничего не было. Только тени и тишина.

Он усмехнулся собственным мыслям. Индейцы. Дикари. Они даже не знают, что их ждёт.

Кортес шагнул в каюту и закрыл за собой дверь.

Флагманское судно «Сан-Себастьян» с тихим плеском покачивалось на волнах, возглавляя флотилию из одиннадцати кораблей, рассеявшихся среди захваченных островов Карибского моря.

Завтра их ждёт очередной остров, полный золота, драгоценных камней и новых рабов.