Тайны Драгоша: Потерянная в Трансильвании

Глава 1. Новые возможности

СОФИ ВАЙС

Я проснулась от лёгкого прикосновения к своему плечу. Сначала я подумала, что это просто сон, но, когда тепло превратилось в настойчивое давление, я открыла глаза и увидела Кевина. Он сидел на краю моей кровати, его лицо было близко, а в глазах читалось нетерпение.

— Софи, проснись, — произнёс он с игривостью в голосе. — Ты ведь не собираешься спать весь день?

Я потянулась и зевнула, пытаясь прогнать остатки сна. В комнате было тихо, только слышался лёгкий шорох листьев за окном. Я посмотрела на часы — было почти десять утра.

— Кевин, мне нужно немного времени, — пробормотала я, пытаясь отодвинуться от него и устроиться поудобнее на подушках в своей розоватой пижаме.

Но он не собирался сдаваться. Его рука скользнула по моему оголённому бедру, и я почувствовала, как внутри меня что-то сжалось. Я знала, что он хочет большего. Мы встречались уже несколько месяцев, и, хотя у нас были моменты близости, я всё ещё не была готова перейти к… следующему этапу.

— Почему ты всегда так делаешь? — спросила я с лёгким раздражением в голосе.

Кевин нахмурился и отдёрнул руку. Его лицо исказилось от недовольства.

— Ты серьёзно? — произнёс он с сарказмом. — Мы встречаемся не один день, Софи! Некоторые девчонки из сестринства готовы отдаться после пары стаканчиков пива.

— Что ты сказал? — переспросила я, резко смахивая с себя одеяло и выпрямляясь на кровати. — Вот и вали к своим давалкам! Видеть тебя больше не желаю!

Я со всей злости швырнула в него подушкой, но парень лишь рассмеялся мне в лицо, ловко перехватив возможное «орудие преступления».

— Соф, прекрати вести себя так, будто тебе пятнадцать. Ты взрослая девочка, ты говорила, что любишь меня!

«Ага. Только вот ты не говорил», — пронеслось у меня в голове.

— Детка, ну давай. Сегодня суббота, выходной. Игра у меня только через два часа. Давай просто сделаем это, снимем стресс.

Кевин полез ко мне с влажными поцелуями, но взамен получил лишь звонкую пощёчину по своей наглой морде.

— Ты что творишь? С ума сошла? — схватился он за горящую щёку.

— Вон из моей комнаты! — указала я ему пальцем на дверь.

— Соф, ну прости, переборщил молясь. Давай не будем ругаться перед игрой. Ты же знаешь, это плохая примета.

— Не будем ругаться? Не будем? — перешла я уже на крик. — Кев, ты мне тут с утра пораньше предлагаешь по-быстрому лишиться девственности, которую я хранила девятнадцать лет! А я не должна значит ругаться? Ты издеваешься?

—Соф… — пытался вставить свои пять копеек парень, но меня уже было не остановить. — Если для тех легкомысленных девиц, с которыми ты привык тусить потеря невинности ничего не значит, то ты зря потратил на наши отношения последние три месяца своей жизни. Ибо не факт, что я и через год буду готова!

— Ну теперь ты уже просто гонишь, – скрестил руки на груди высокий брюнет.

— А ты проверь. Хватит терпения? А?

— Ладно, я понял. Ты явно встала не с той ноги. Короче, я на тебя не злюсь. Надеюсь, увидимся вечером, когда будем праздновать победу нашей команды. Ты знаешь, в каком баре мы будем. Пока.

Кевин вышел из комнаты, и гнетущая тишина заполнила пространство после его ухода. Я глубоко вздохнула и попыталась успокоиться. Но внутри меня просто разрывали эмоции: разочарование в Кевине за его эгоизм и понимание того, что я должна при любых обстоятельствах оставаться верной себе.

Я подошла к окну и увидела, как Кевин удаляется от общежития. Вскоре его фигура и вовсе затерялась в толпе студентов. Боялась ли я его потерять? Да. Он был одним из немногих людей, которые вообще заговорили со мной в стенах этого университета. Никто не хотел общаться со странноватой девчонкой, которая всё своё детство провела в детдоме. За два года учёбы помимо Кевина я смогла поладить лишь с парой одногруппников. И то, потому что часто помогала им с учёбой.

Я тряхнула головой в знак протеста и отошла от окна.

Нет! Я не позволю ему сбить себя с толку! Неужели я много от него требую? Дать мне время подготовиться к тому, чтобы буквально впустить внутрь себя чужого человека! Ведь первый раз — это не просто физическое событие. Это должно быть что-то особенное, наполненное эмоциями и значением. А не быстрый перепихон утром между делом.

Я всегда представляла, что отдамся любимому человеку каким-нибудь тихим вечером при свечах. В воздухе витал бы лёгкий запах ванили, на фоне играла бы лиричная музыка, создающая атмосферу интима. Я мечтала чувствовать себя защищённой и любимой, а не ломаться под давлением ожиданий.

Завязав с пожиранием себя, я всё-таки добралась до ванной комнаты и принялась за утренние процедуры.

***

Я вышла из общежития, и свежий утренний воздух прогнал прочь все мои тревожные мысли. Солнце уже поднялось высоко, и его лучи пробивались сквозь листву зелёных деревьев, создавая игру света и теней на тротуаре. Я направилась в художественную студию на субботнюю пару, где нас ждал урок импровизации. Это был мой любимый класс — возможность выразить себя без ограничений и правил.

По пути я заметила Люси, которая спешила ко мне навстречу. Её глаза светились от волнения.

— Софи! — закричала она, подбегая ко мне. — Ты не поверишь! Вывесили список с победителями конкурса!

От её слов моё сердце тут же забилось в ритме ча-ча-ча. Конечно, я не рассчитывала на то, что выиграю: конкурс проводился по всему вузу. В нём участвовали и старшие, и выпускные курсы. Но, как говорится, надежда умирает последней.

Мы с Люси остановились у стенда, где был вывешен список. Я прищурилась и начала искать своё имя среди множества других.

— Вот! — вскрикнула Люси, указывая своим тоненьким пальчиком на самый верх списка. — Первое место! Ты выиграла, Софи!

— Выиграла? — повторила я за подругой, не веря ни своим ушам, ни глазам.

Люси обняла меня так крепко, что я чуть не потеряла равновесие.

— Поздравляю! Ты это заслужила! Твои работы просто потрясающие! — сказала девушка с восторгом.

Я не могла сдержать улыбку. Это было невероятно! Моя мечта о признании становилась реальностью.

Пока мы с Люси прыгали как ненормальные возле стенда, не заметили, как к нам уже подошёл декан нашего факультета, мистер Лэндон.

Ох, мистер Лэндон… Этот персонаж заслуживает отдельного абзаца. С чего бы начать?.. Он был человеком, который сразу привлекал внимание. Высокий и стройный. Его бледная кожа контрастировала с тёмными, почти чёрными волосами, которые аккуратно укладывались на затылке. В его внешности была какая-то аристократическая элегантность, которая подчёркивала его статус — он был не просто деканом художественного факультета, а настоящим гуру искусства в нашем вузе.

Его лицо было выразительным: высокие скулы и тонкие губы придавали ему загадочный вид. Глубокие карие глаза светились интеллектом, а немного лукавая улыбка — мгновенно располагала к себе. Мистер Лэндон не был женат, и, хотя слухи о его романах иногда витали в воздухе, никто не мог точно сказать, кто же завоевал его сердце. Возможно, это была сама живопись — его настоящая любовь.

Мужчина остановился рядом с нами и взглянул на нас с интересом.

— Софи? Могу я с Вами поговорить? — спросил он.

От неожиданности я немного растерялась, но быстро пришла в себя.

— Конечно, мистер Лэндон, — ответила я и кивнула Люси. Она посмотрела на меня с любопытством, но «благословила переговоры».

Декан повёл меня к себе в кабинет. Внутри было тихо и уютно: стены были украшены картинами студентов, а на столе стояли книги по искусству и дизайну. Он указал мне на стул, а сам сел напротив в довольно массивное кожаное кресло.

— Поздравляю Вас с победой в конкурсе, Софи! Это действительно впечатляющее достижение, — начал он с улыбкой.

Я почувствовала прилив гордости за себя.

— Спасибо, я безумно рада! Правда не ожидала…

— У меня для Вас есть ещё одна новость, — перебил меня мужчина серьёзным тоном. — Вы выиграли поездку на лето в академию художеств в Румынии.

Мои глаза расширились от удивления. Румыния? Академия художеств? Это точно не сон?

— Вы будете изучать различные техники живописи и скульптуры под руководством известных мастеров. Предыдущие победительницы этого конкурса устроились там на работу и сейчас зарабатывают неплохие деньги благодаря своим навыкам. Им там настолько понравилось, что они решили не возвращаться в штаты. Остались и дальше развиваться в Европе.

Я сидела в полном недоумении. Это был шанс всей жизни! Я всегда мечтала о том, чтобы учиться у лучших мировых художников. А мысли о поездке в Европу вообще казались мне, девочке из детдома, чем-то из области фантастики.

— Это всё правда? Я могу туда поехать? — спросила я с замиранием сердца.

Мистер Лэндон кивнул.

— Да, все расходы покрываются университетом. Вам просто нужно будет подготовить портфолио работ для академии.

Я почувствовала прилив адреналина: это была возможность изменить свою жизнь! Все мои усилия окупились, все те бессонные ночи за холстами теперь имели смысл.

— Продолжайте работать над собой и не бойтесь мечтать о большем. У Вас есть талант, мисс Вайс. Используйте его по максимуму!

И я уже готова была забыть о всех гранях приличия и броситься в объятия своего декана. Но тут у меня в голове мелькнул образ Кевина. Да, наши отношения не были идеальны, но всё-таки я питала к нему самые тёплые чувства. Выдержим ли мы два месяца разлуки? Я в этом не уверена.

— Мистер Лэндон, не поймите меня неправильно… Но можно я возьму тайм-аут? Есть обстоятельства, которые удерживают меня здесь. Поэтому я не…

— Только не говорите, что для Вас мимолётная интрижка важнее Вашего будущего, мисс Вайс, — перебил меня декан, лукаво улыбаясь.

Чёрт, он будто прочитал мои мысли! Как неловко-то…

— Один день. Мне нужен один день. И я сообщу Вам о своём решении.

Мужчина кивнул и отпустил меня.

Когда я вышла из его кабинета, тут же наткнулась на Люси. Оказывается, она всё это время ждала меня под дверью.

— Ну что? Что он сказал? — спросила она с нетерпением.

Я не смогла сдержать улыбки.

— Я выиграла поездку в Румынию!

Клянусь, челюсть подруги упала аж до самого пола.

— Серьёзно?! Это же невероятно!

— Да… — посмотрела я виновато на девушку.

— Эй, Соф, ты чего? Что не так?

Я отвела Люси подальше от кабинета Лэндона.

— Кевин.

— Блин! — подруга тут же закатила глаза. — Только не говори, что ты откажешься от возможности побывать заграницей из-за этого недобойфренда?

— Ты же знаешь, что кроме вас с Кевином у меня здесь больше нет близких людей. Он… не так уж и плох.

— Нет, я этого не понимаю, — взмахнула руками подруга в знак протеста.

— Люси, я знаю, ты желаешь мне только добра… Но это моя жизнь. И только я определяю, что в ней важно.

***

Вечер опустился на кампус, окутывая его мягким светом уличных фонарей и звуками вечерней суеты. Я сидела на кровати у себя в комнате, обняв колени, и смотрела на экране телефон, который предательски не загорался. Я отправила Кевину несколько сообщений, но он ни на одно не ответил. Я понимала, что, скорее всего, он уже празднует с командой: по всем соцсетям разлетелась новость, что «Буйволы» вновь одержали победу. С одной стороны я была за него рада, а с другой – мне не хотелось, чтобы он развлекался, будучи в ссоре со мной. Тем не менее, мне было необходимо с ним поговорить. Поэтому я набросила на себя джинсовый комбинезон и отправилась в бар.

Когда я вошла в помещение, мне ударил в нос запах пива и жареной еды. Громкий смех и разговоры заполнили пространство, создавая атмосферу праздника. Я оглядела зал в поисках Кевина и его друзей. И тут же нашла его — он сидел за столом с командой, смеясь и поднимая бокал светлого пива за очередную победу. Но то, что я увидела дальше, заставило меня замереть на месте.

Кевин наклонился к девушке с длинными светлыми волосами и поцеловал её. Это был долгий поцелуй, страстный. В этот момент внутри меня всё перевернулось: злость смешалась с болью и предательством. Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но я сжала кулаки и заставила себя двигаться вперёд.

Я подошла к ним с решимостью, которая удивила даже меня саму. «Кевин!» — выкрикнула я так громко, что все разговоры за столом стихли. А взгляды ребят обратились ко мне.

Он поднял голову и встретился со мной взглядом. Я ожидала увидеть в нём всё, что угодно: испуг, страх, удивление, смущение, в конце концов. Но нет, его взгляд просто кричал безразличием. Как будто я застала его не за изменой, а за чаепитием с королевой Англии.

— Что ты здесь делаешь? — спросил парень совершенно обыденным тоном.

— Что я здесь делаю? — переспросила я с горечью. — Ты целуешь другую девушку прямо у меня на глазах!

— Кевин. Кто это? — наконец, опомнилась девица, сидящая на коленях у парня.

— Никто, — поспешила я успокоить блондинку.

Я уже развернулась, чтобы выйти из этого притона с высоко поднятой головой, как один из членов бейсбольной команды Кевина, смеясь, выкрикнул: «Эй, Кев! Походу, плакали твои пятьсот баксов!»

Эти слова пронзили меня как нож. Я замерла на месте, не в силах осознать то, что только что услышала.

Пятьсот баксов? На что он ставил деньги?

Я обернулась и с глазами полными слёз взглянула на своего теперь уж точно бывшего парня.

— О чём он говорит, Кевин? — спросила я сквозь стиснутые зубы.

Парень попытался оправдаться.

— Софи, это не то, что ты думаешь…

— Не то? — переспросила я дрожащим голосом.

Он выглядел смущённым и растерянным. Девушка рядом с ним быстро отвела взгляд, словно осознала всю абсурдность ситуации. В этот момент я почувствовала себя ещё больше униженной.

— Это был спор, — наконец признался Кевин. — Я поспорил с парнями… что смогу переспать с самой нелюдимой девственницей до конца учебного года.

Что? Клянусь, в эту секунду я буквально физически почувствовало, как моё сердце разорвало на части. Неужели я была той самой нелюдимой девственницей? Частью его ставки? Мне стало трудно дышать от осознания того, что для него наши встречи были лишь игрой.

Мне столько всего хотелось ему высказать. Используя не самые благочестивые слова. Но я не хотела ещё больше позориться перед своими однокурсниками. В конце концов, я росла отнюдь не в тепличных условиях, поэтому сила духа у меня присутствовала.

Кевин открыл рот. Наверное, вновь хотел сказать что-то несуразное. Но не успел, потому что я развернулась и молча вышла из бара на улицу. Я шла по тротуару без цели. Мысли о столь жестоком предательстве Кевина терзали мою душу, как стервятники свою добычу. Как он мог так со мной поступить? Я была чертовски зла на него за то, что он так легко смог причинить мне боль. И на себя — за то, что позволила ему так близко подобраться к своему сердцу.

Попытавшись абстрагироваться от ситуации, я кое-как всё-таки взяла себя в руки и сменила маршрут. Теперь я чётко знала, что мне нужно делать. Никакой доли сомнения во мне не осталось.

Я шла к кабинету декана Лэндона, полностью уверенная в своём решении. Я знала, что после этого разговора, моя жизнь изменится на триста шестьдесят градусов, и была к этому готова.

Я остановилась перед дверью его кабинета и уже собралась стучать, но дверь сама вдруг распахнулась передо мной, словно по волшебству. Я сделала шаг внутрь и увидела мистера Лэндона за столом, погружённого в бумаги. Он поднял голову и улыбнулся.

— Софи! Прошу, присаживайтесь. Я не ждал Вас так скоро, — сказал он с искренним энтузиазмом.

— Ещё раз здравствуйте. Я пришла сообщить Вам о своем решении… — я сделала паузу, собираясь с мыслями. — Я всё-таки поеду в Румынию.

Декан тут же отложил бумаги и встал из-за стола.

— Это замечательная новость! Я знал, что Вы примете правильное решение!

Я почувствовала прилив облегчения. Его поддержка значила для меня больше, чем я могла выразить словами. Мы обсудили детали поездки: даты, программу и то, что мне нужно будет по части портфолио.

АВРААМ ЛЭНДОН

После того как Софи покинула мой кабинет, я тут же набрал номер друга.

— Привет, Стефан, это Лэндон, — сказал я, сделав небольшую театральную паузу.

— Привет, — прозвучал неувереннее обычного голос моего старого знакомого.

— У меня для тебя хорошая новость. К вам едет новенькая. Она талантлива и полна амбиций…

Но я не успел закончить: Стефан тут же перебил меня своим вечно недовольным тоном.

— Ты опять за старое? Авраам, сколько их уже было? Это бессмысленно. Мы не найдём ту самую, это просто невозможно. Я устал терпеть поражение!

— Знаешь, ты не единственный, кого это касается. Так что никаких возражений. Она будет у вас через неделю.

Глава 2. Добро пожаловать в Румынию

После того как я согласилась отправиться на учёбу в академию художеств в Румынии, у меня осталась всего неделя на сборы. А она пролетела так быстро, что я едва успела осознать, что происходит. Каждый день был заполнен хлопотами: я перебирала свои вещи, выбирая только самое необходимое, и пыталась не забыть о том, что мне нужно взять с собой. В голове всё крутились мысли о том, каково это будет жить в новой стране, среди незнакомых людей и новых впечатлений.

За эти дни Кевин несколько раз пытался наведаться ко мне. Он звонил и писал сообщения, умоляя о прощении за ту ситуацию в баре. Но я хорошо помнила, какой же грязной и лживой скотиной оказался мой бывший, поэтому, естественно, не собиралась давать ему никаких вторых шансов. Я была уверена, что дело вовсе не в большой любви ко мне, а в тех пяти сотнях зелёных, что он не хотел проиграть. Да, наверняка, дело было в них.

Поэтому я не стала его слушать. Я не видела смысла в его оправданиях и извинениях. Мне было важно сосредоточиться на предстоящем путешествии и своей живописи. Я знала, что это лето станет для меня чем-то особенным — возможностью вырваться из привычной рутины и погрузиться в мир искусства.

Собирая дорожную сумку с вещами, я старалась не забыть самое главное: несколько любимых книг, блокнот для зарисовок и набор акварельных красок. Я даже положила туда старую кисть, которую в детстве стиснула из детдома. За все эти годы она стала для меня чем-то вроде талисмана на удачу. Конечно же, я не забыла и про своё портфолио. Особенно я гордилась работой, благодаря которой я выиграла конкурс.

— Надеюсь тамошним преподавателям понравится моё творчество. Не каждый может его понять. Мои работы довольно… специфичны.

***

В день отъезда я проснулась рано — слишком рано для того, чтобы попрощаться с Калифорнией. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая небо в нежные розовые оттенки. Я собрала свои вещи и вышла из дома с лёгким сердцем. Ведь терять мне было нечего. Я не оставляла позади себя ни любящую семью, ни многочисленных друзей.

В аэропорту было многолюдно — толпы людей спешили по своим делам. Я прошла осмотр, паспортный контроль и направилась к своему выходу на посадку. В этот момент я почувствовала, что готова сказать «до свидания» Санте-Кларите*.

*Примечание: Санта-Кларита — город в штате Калифорния, США.

Я заняла место в экономе и только, когда моя пятая точка приземлилась в не особо удобное кресло, поняла, что впереди меня ждёт первый полёт на самолёте. От волнения я начала грызть ногти и с интересом наблюдать за видом из иллюминатора.

Когда же самолёт взмыл в воздух и Калифорния осталась позади в облаках, я почувствовала лёгкость — словно сбросила с себя груз забот и переживаний. Я смотрела на проплывающие мимо облака и представляла себе Румынию: старинные замки, узкие улочки и живописные пейзажи Трансильвании.

По прибытии в Бухарест меня встретила довольно пасмурная для летнего сезона погода. Дождя ещё не было, но тучи над головой сгущались. Выйдя на улицу, я увидела человека в строгом чёрном костюме и бордовом галстуке. Он держал в руках табличку с моим именем, поэтому я тут же направилась к нему.

— Мисс Вайс, добро пожаловать в Румынию, — поприветствовал меня смуглый мужчина на чистом английском языке.

— Благодарю. Я могу присесть на лавочку, пока мы ждём ещё кого-то?

— Ещё кого-то? –– переспросил мужчина.

— Ну, просто Вы в таком шикарном костюме… Я подумала, что я явно не единственная, для кого Вы так нарядились.

Я уже понимала, что несу откровенную чушь, но почему-то просто не могла остановиться.

Незнакомец как-то странно на меня взглянул, а затем разочарованно выдохнул и помотал головой.

— Идёмте за мной.

И я пошла. Без лишних расспросов.

На парковке мы остановились возле машины бизнес-класса. Мужчина открыл заднюю дверь и жестом пригласил меня сесть.

Я осторожно заглянула во внутрь дорогого кожаного салона и с непониманием взглянула на румына.

— Простите, но это какая-то ошибка. Я студентка из Америки, а не президент. Вы уверены, что Вас прислали за мной? На этом автомобиле?

— Мисс Вайс, прошу прощения, но у меня строгие инструкции. Я должен доставить Вас в академию к ужину. Присаживайтесь.

Я вновь с опаской взглянула на салон, но сделала как велел мужчина.

Мы тронулись, но я заметила, что мы поехали не в центр города, а наоборот — выехали на шоссе в противоположную сторону.

— Простите, а разве Бухарест не в обратной стороне?

— Всё верно, — спокойным тоном ответил водитель. — Но Академия находится не в Бухаресте.

— Нет? — удивлённо переспросила я. — Но мне говорили про Бухарест…

— Невозможно, мисс Вайс. Мистер Лэндон не раз гостил у нас и прекрасно знает, где именно расположено учебное заведение.

Тут я начала вспоминать все разговоры с деканом и его секретарём.

— Да, возможно, Вы и правы. Тогда куда мы едем?

— В Трансильванию, — с какой-то едва заметной ухмылкой ответил румын.

Я откинулась на спинку сидения и начала вспоминать, что я слышала или читала об этом месте. На ум сразу пришли все сказки про кровопийц типа Дракулы, которые жили в этих землях.

— А сколько нам ехать до этой… Трансильвании?

— Три часа, мисс.

Три часа…

Я вытащила из рюкзака блокнот и карандаш и начала делать зарисовки гористой местности, по которой мы проезжали.

***

Добравшись, наконец, вечером до нкжного городка, я тут же оживилась и начала с интересом наблюдать за шумными узкими улицами, мимо которых мы проезжали, и маленькими домами с черепичными крышами, которые со всех сторон окружали горные вершины Восточных Карпат.

— Что это за город?

— Это Брашов, — с гордостью заявил водитель. — Очень красивый средневековый город. Вам здесь понравится.

Я улыбнулась и подумала про себя, что мне здесь уже нравилось. Местность очень сильно контрастировала с жаркой солнечной Калифорнией. Но мне это наоборот было по душе.

Когда водитель остановил машину на вершине холма, я вылезла из автомобиля и замерла, глядя на величественное здание перед собой. Как оказалось, Академия художеств имени Драгоша располагалась в старинном замке, который выглядел так, будто сошёл со страниц готического романа. Высокий кованый забор обрамлял огромную на вид территорию, а за ним раскинулись деревья с изогнутыми ветвями, словно они были свидетелями многих тайн этого места.

Водитель заехал на территорию и высадил меня прямо возле узкой дорожке, вымощенной камнями, которая вела к главному входу. Каждый шаг отзывался эхом в тишине вокруг. Замок был окружён мрачной атмосферой, но это только подогревало моё любопытство. Я поднялась по ступенькам к входной двери, которая была украшена резьбой и выглядела так, будто могла рассказать истории о давно минувших временах.

Внутри меня встретила высокая женщина с белоснежными волосами, собранными в строгий пучок. Ее кожа была такой же бледной, как застывший снег на вершинах гор. Она была одета в строгий бордовый костюм, который подчёркивал ее статную фигуру и придавал ей вид довольно властной персоны. Мне сразу стало не по себе — от женщины исходила аура строгости и неприступности.

— Спасибо, Виктор. Можешь идти, — обратилась дама к водителю, а я поймала себя на мысли, что даже не спросила его имени. Мне тут же стало так стыдно…

— Добро пожаловать в Академию художеств имени Стефана Драгоша, — произнесла женщина с холодным оттенком в голосе, уже обращаясь ко мне. — Меня зовут Арабелла, и я буду Вашим завучем, мисс Вайс.

— Очень приятно, доамна Арабелла.

Я заметила удивление в глазах женщины. После чего последовал лёгкий кивок.

Да-да. Перед приездом я кое-что почитала об этой стране. В частности, что к женщинам стоит уважительно обращаться «доамна», а к мужчинам «домнул».

Госпожа начала рассказывать о правилах академии: о том, что здесь придерживаются средневековой аутентичности в интерьере и поддерживают имидж Трансильвании для привлечения любопытных учеников со всего мира. Она говорила о том, как важно сохранять атмосферу загадки и романтики этого места.

— Мы обучаем наших студентов по вечерам, — продолжала она с серьёзным выражением лица. — Это даёт им возможность наслаждаться днём красотами страны и погружаться в её культуру.

Я слушала даму одновременно с интересом и настороженностью. В голове зародились мысли о том, что я попала не просто в художественную академию, а в место, полное тайн.

Госпожа Арабелла повела меня по коридорам замка. Его стены были украшены старинными картинами и гобеленами, а полы — сотканными вручную коврами. Единственное, что меня насторожило, это то, что за всю «экскурсию» мы не встретили ни одной живой души. Я вдруг почувствовала себя как персонаж фильма ужасов: вокруг было слишком уж тихо и мрачно.

Наконец мы подошли к двери моей комнаты. Она оказалась аж на четвёртом этаже и добираться сюда надо по одной из винтовых лестниц. Госпожа Арабелла вставила в замочную скважину старинный латунный ключ и сделала две поворота против часовой стрелки. Затем приоткрыла дверь и жестом пригласила меня войти.

— Это Ваша комната на время учёбы здесь.

Я осторожно переступила порог и замерла от удивления. Комната напоминала декорации из «Семейки Аддамс». Тёмные стены были украшены странными картинами с изображениями мрачных пейзажей, а старинная деревянная мебель выглядела так, будто могла бы рассказать свои истории о призраках прошлого.

Кровать была железная. Что сразу повергло меня в лёгкий шок. Таких в Америке я вообще не видела. Над центром комнаты низко свисала тяжёлая чёрная люстра с горящими свечами. В углу стоял старинный двухстворчатый шкаф. Его двери были приоткрыты, поэтому мне показалось, будто кто-то наблюдал за мной изнутри.

— Как я уже говорила, мы, румыны, очень гордимся своим наследием и стараемся поддерживать этот лёгкий флёр таинственности в нашем заведении. Вы привыкните, — сказала она каким-то уж очень надменным тоном. Будто объясняли два плюс два непонятливому ребёнку.

Я кивнула ей в ответ, продолжая рассматривать каждую мелочь своей новой обители.

— Не забывайте о правилах академии: уважайте пространство других студентов и соблюдайте тишину во время работы. Мы ценим творчество и сосредоточенность здесь больше всего остального.

Госпожа посмотрела на меня своими ледяными глазами. Было такое ощущение будто она смотрела не на меня, а сквозь меня. От такого пристального взгляда у меня вдруг резко заболела голова.

— Если у Вас возникнут вопросы или проблемы, обращайтесь ко мне напрямую. Мой кабинет находится на первом этаже. Рядом с кабинетом директора. Если умеете читать, не ошибётесь. Ужин через час. Спускайтесь на первый этаж, дальше Виктор Вас проводит.

Если? Она сказала если? Серьёзно?

На этой ноте она развернулась на своих высоких каблуках и вышла из помещения, оставив меня одну среди мрачных теней замка. Я закрыла за ней дверь на замок и огляделась вокруг. Сначала я почувствовала себя потерянной среди этих новых стен. Но совсем скоро во мне проснулось желание исследовать это старинное место и, наконец, погрузиться в атмосферу творчества. Я подошла к окну, из которого открывался вид на вечерний Брашов, и приоткрыла створки. Вдохнув воздух полной грудью, я улыбнулась. И поняла, что даже несмотря на всю мрачность этого замка, здесь и сейчас я ощущала себя как никогда живой.

АРАБЕЛЛА ЛЭНДОН

Покинув комнату девчонки, я поспешила в кабинет Стефана. Он просил доложить, когда эта… американка прибудет в Академию. Я знала, то от неё многое зависит, но всё равно не понимала, зачем так церемониться с мясом.

Дойдя до нужной двери, я на секунду остановилась и распустила пучок. Я знала, что Стефан любит распущенные волосы, и хоть я и знала, что это безнадёжно, мне всё равно хотелось хоть как-то обратить на себя его внимание.

Расстегнув пару пуговиц своей белоснежной рубашки, я постучала три раза в дверь. И тут же получила одобрение войти.

Стефан как обычно сидел за своим широким столом из красного дерева и читал какую-то книгу на латыни. Я звучно закрыла за собой дверь, и мужчина, наконец, обратил на меня своё внимание.

— А, Арабелла, это ты. Рассказывай, — сказал он, откинувшись на спинку своего чёрного кожаного кресла и скрестив руки на груди.

— Американка у себя в комнате. Я кратко рассказала ей о здешних правилах. Через час она спустится на ужин.

— И?

— Что «и»?

— Как она тебе? Ты что-то почувствовала? — обеспокоенно спросил мужчина.

— Я покопалась в её мыслях. Кроме неудобной железной кровати её больше ничего не волновало. Так что…— развела я руками.

— Думаешь, Авраам снова ошибся?

— Не знаю, Стефан. Какая это уже по счёту? Десятая?

— Он сказал, она гений… — задумчиво произнёс мужчина, наблюдая за пламенем свечи.

— Ты гений, Стефан. Ты. Всегда им был и всегда будешь. Независимо от обстоятельств. А эта америкашка… она никто. Ничтожество. Мясо. Я ничего в ней не увидела.

— Арабелла, не кипятись. Я и сам устал, ты же знаешь. Но твой брат настаивал. Он имеет право… попробовать ещё раз.

— Может, хватит, а? — тихо прошептала я, присаживаясь на край стола и гладя Стефана по его белоснежным волосам. — Может, пора жить дальше? Сколько ещё разочарований выдержит твоё сердце, Стефан?

Мужчина убрал мою руку со своей головы и встал с кресла. Он подошёл к окну и тяжёлым голосом сказал:

— Всё не так просто, Арабелла…

СОФИ ВАЙС

После душа я почувствовала, как напряжение уходит, и на смену ему приходит лёгкость. Я переоделась в удобные джинсы и чёрную водолазку, стараясь сделать свой образ более непринуждённым. Я хотела посмотреться в зеркало, но заметила, что в комнате его не было.

Хм. Странно. Надо будет сказать об этом госпоже Арабелле.

В дверь постучали, и я сразу же поняла, что это Виктор.

— Пойдемте, мисс Вайс, время ужина, — сказал он, указывая на тёмный коридор.

Я кивнула и вышла за ним следом. Мы спустились по старинной винтовой лестнице с резными перилами, которые скрипели под нашими шагами.

Оказавшись на первом этаже, мы свернули в длинный коридор, а потом вошли в первую дверь справа. Так мы очутились в столовой.

— Мы точно больше не в Канзасе, — произнесла я вслух, оглядывая просторное помещение, оформленное, как и весь замок в средневековом стиле.

Моё внимание тут же привлекла необычная атмосфера, царившая в этом огромном мрачном зале. За столами я насчитала всего десять студентов моего возраста. Все они сидели по отдельности, погружённые в свои мысли и лишь изредка поднимали взгляд от тарелки. Сначала я сильно удивилась, а потом с облегчением выдохнула. Как мы помним, я была не самым общительным человеком. Поэтому даже обрадовалась тому, что не придётся заводить новые знакомства. Хотя бы сейчас. Да и творить я всегда больше любила в одиночестве. Так я могла спокойно сосредоточиться на своих мыслях и идеях без каких-либо отвлекающих факторов. Я всегда считала себя интровертом, мне было комфортно находиться наедине с собой. Но хватит обо мне.

На столах у студентов стояли тарелки с каким-то красным супом. Наверное, свекольным. Но точно не знаю. Мне же, когда я уселась за отдельный стол, принесли традиционные румынские блюда: поленту с сыром и сметаной, а также кусочек запеченной рыбы с зеленью. Аромат стоял просто невероятный.

— Это что, приветственный ужин или что-то типа того? — спросила я Виктора, поглядывая на других студентов.

— Нет, с чего Вы взяли?

— Просто все остальные едят какой-то суп…

Виктор на секунду замешкался, а потом ответил.

— Они на особой диете. Не забивайте себе голову.

Хм. На особой диете? Все сразу?

— А почему все сидят по одному?

— Все нынешние студенты приехали из разных стран. Поэтому они не общаются между собой — языковой барьер.

Я вновь кивнула и начала есть свою поленту и наслаждаться вкусом каждого кусочка.

После ужина Виктор предложил мне прогуляться по территории академии:

— Хотите осмотреть окрестности? Здесь много интересного.

Я согласилась. Мне хотелось узнать больше о месте, где я собиралась провести ближайшие месяцы. Мы вышли на улицу и от наслаждения я на секунду прикрыла глаза. То ли воздух здесь в Карпатах был какой-то особенный, то ли… А, не знаю. Но эта вечерняя свежесть делала меня особенно счастливой.

Открыв глаза, я увидела, что вокруг меня раскинулись мрачные деревья с извивающимися ветвями. Их силуэты казались загадочными на фоне серого неба. Я чувствовала себя как будто в сказке — или в кошмаре. Всё зависело от того, с какой стороны посмотреть.

— Здесь много мест для вдохновения для художников, — сказал Виктор, указывая на холмы вдали. — Многие студенты приходят сюда писать.

Я кивнула. Мне нравилась эта идея — проводить время на природе с блокнотом в руках.

Мы прошли мимо старинных статуй и фонтанов. С каждым новым поворотом я удивлялась тому, сколько же интересных мест вмещал в себя этот замок.

Часы пробили девять часов, и Виктор вдруг остановился.

— На сегодня экскурсия окончена. В девять часов — отбой. Вам пора возвращаться к себе в комнату. Я поблагодарила мужчину и пошла за ним к главному входу замка. Но пока шла, заметила одном из окон на четвёртом этаже мужской силуэт. Но когда пригляделась, ничего там не обнаружила.

Наверное, показалось.

Глава 3. Случайная встреча

Первая ночь в академии художеств прошла достаточно спокойно, хоть я и долго не могла уснуть. Я лежала в своей новой комнате, прислушиваясь к звукам, доносившимся из коридора. Шорохи, шаги — всё это создавало ощущение жизни вокруг, но одновременно наполняло меня тревогой. Я пыталась успокоить себя, напоминая, что это всего лишь новая глава в моей жизни, но мысли о том, что я нахожусь далеко от дома, не покидали меня.

В конце концов, я решила отвлечься и достала из рюкзака книгу, которую любила читать перед сном. Она была потрёпанной, с пожелтевшими страницами, но именно она вдохновила меня на написание моей первой картины. Я погрузилась в мир, полный тайн и загадок, и вскоре заснула, уткнувшись носом в страницу.

Утро встретило меня ярким солнечным светом, проникающим сквозь занавески. Я потянулась, стараясь избавиться от остаточного чувства тревоги, и встала с кровати. Едва я успела умыться и почистить зубы, как раздался стук в дверь. Я подошла и открыла её. Как думаете, кто стоял на пороге? Правильно! Конечно же, Виктор. Но он был не один, а с подносом в руках. На нём красовались румынские булочки, свежезаваренный кофе и омлет, который выглядел так аппетитно, что я не могла удержаться от улыбки.

Хм. Значит он водитель и доставщик еды? Или как это понимать? Ладно, потом выясню. Сейчас чувство голода заглушало чувство любопытства.

— Доброе утро, Софи, — произнёс он равнодушным тоном. — Я принёс Вам завтрак. Позвольте поставлю.

Я пропустила мужчину внутрь, и тот поставил поднос на письменный стол.

— Спасибо, но не стоило утруждаться. Я могла бы спуститься в столовую и…

— Мисс Вайс, в столовой проходят только ужины. Завтраки и обеды приносят Вам в комнату. Это обычная практика в Академии.

— А… Ясно, хорошо, поняла.

— Напоминаю, что у Вас до вечера свободное время. Ваша первая пара начинается в шесть часов вечера. Не опаздывайте.

Я вновь поблагодарила Виктора и принялась с аппетитом поглощать еду. Традиционная румынская кухня оказалась невероятно вкусной — я наслаждалась каждым кусочком. Булочки были мягкими, а кофе — крепким. Это было именно то, что мне нужно было, чтобы ворваться в новый день.

После завтрака я решила, что пора немного прогуляться и исследовать окрестности города. Я заглянула в шкаф, где ещё вчера развесила свои немногочисленные вещи и начала выбирать, что надеть. В конце концов, я выбрала белую блузку с длинными рукавами и светлые джинсы. Я дополнила образ яркими балетками, которые идеально подходили для долгой прогулки.

Перед выходом мне захотелось посмотреть на себя в зеркало, но тут я вспомнила, что в комнате его не было.

Чёрт, надо было сказать Виктору! Ладно, в следующий раз.

Смахнув с лица несколько выбившихся прядей, я схватила свой рюкзак и вышла из комнаты. И вновь я оказалась в совершенно пустынных коридорах этого средневекового замка. Кому-то здесь могло показаться некомфортно или даже зловеще, но не мне. Повторюсь, я больше всего на свете ценила уединение. Тишина не была моим страхом, им был шум.

Спустившись, наконец, на первый этаж я вышла на улицу и сделала глубокий вдох. Оглядевшись вокруг, я поняла, что днём замок, величественно возвышающийся на холме, не казался уже таким устрашающим.

Я направилась к воротам, и вновь они, словно по волшебству, распахнулись прямо передо мной. Я осмотрелась, но никого рядом не обнаружила.

Хм. Наверное, в них встроен какой-нибудь датчик, который реагирует на движение.

Я спустилась вниз по тропинке и уже через десять минут оказалась на улочках Брашова, где вовсю бурлила жизнь. Город был полон ярких красок и звуков. Узкие мощёные улицы, выложенные камнем, вели к уютным кафе и небольшим магазинчикам, где продавались изделия местных мастеров и сувениры. Я остановилась у витрины, где выставляли расписные керамические тарелки — они искрились под солнцем, как маленькие произведения искусства. Я не могла устоять и зашла внутрь. Продавщица, с доброй улыбкой, рассказала мне о каждом изделии, и я почувствовала, как меня охватывает тепло местного гостеприимства.

Проведя время в магазине, я вышла на улицу с маленькой тарелочкой, украшенной изображением гор, и ощутила, как эта покупка стала символом моего нового начала. Я продолжила свой путь, и вскоре наткнулась на маленькую галерею. Внутри были выставлены работы местных художников — яркие пейзажи, абстракции и портреты. Я задержалась у одной картины, изображающей закат над Карпатами. Цвета были такими живыми, что казалось, они дышали.

— Стефан Драгош, — провела я пальцами по подписи на картине. Драгош… Драгош… Знакомая фамилия… Стоп, так это же директор Академии! Точно!

Я вновь досконально изучила картину и сделала несколько заметок в блокноте, вдохновленная мастерством художника.

Далее я направилась к площади Сфатуй, где стояла величественная Чёрная церковь. Её готические линии и высокие шпили завораживали. Я зашла внутрь, и тишина, которая царила в храме, наполнила меня спокойствием. Я села на одну из скамеек и закрыла глаза, позволяя звукам города за пределами стен раствориться в тишине. Здесь, в этом святилище, я почувствовала связь с чем-то большим...

После этого я решила заглянуть в одно из местных кафе, где аромат кофе смешивался с запахом выпечки. Я заказала лавандовый раф и кусочек штруделя с яблоками. Сидя за столиком на улице, я наблюдала за прохожими: туристами, местными жителями, детьми, играющими на площади. Каждый из них был частью этой живой картины, и я, словно художник, пыталась запечатлеть их в своих мыслях.

Вдохновение переполняло меня, и я достала блокнот, чтобы зарисовать то, что увидела. Я пыталась передать атмосферу города — его энергетику, его красоту. С каждым штрихом я чувствовала, как мои идеи обрастают формами, как будто Брашов сам наполнял меня творческим духом.

Однако вскоре я заметила, что солнце начало садиться. Я взглянула на экране телефона и поняла, что могу опоздать на первую пару! Ведь до неё оставалось всего полчаса.

— Чёрт! — выругнулась я вслух, пытаясь сориентироваться на местности. Но быстро осознала, что заблудилась. Я огляделась вокруг. Улицы, которые ещё минуту назад казались мне живыми и полные людей, теперь начинали выглядеть угрюмыми и пустыми. Прохожие спешили по своим делам, а лавки и кафе закрывались. Я попыталась поймать и расспросить местных жителей, но к моему большому разочарованию, никто из них не говорил по-английски. Я чувствовала, как растет тревога: время ускользало, а я оставалась в неведении.

«Что же делать?» — думала я, прокручивая в голове варианты. Я могла бы просто вернуться к главной площади и попытаться найти кого-то, кто меня поймет, но это означало бы потерять ещё больше времени.

Я достала телефон и начала строить самый быстрый маршрут до замка. Введя все данные, обнаружила, что быстрее всего будет добраться до Академии через лес. Посмотрев в нужном направлении, я заметила узкую тропинку, ведущую в ту самую чащу леса. Этот путь был самым коротким, но отнюдь непростым. Но я слишком сильно боялась гнева госпожи Арабеллы, поэтому была готова рискнуть.

Я глубоко вдохнула, стараясь успокоить свои нервы. «Если я не попробую, то точно опоздаю», — решила я и сделала шаг в сторону чащи.

Как только я вошла в лес, густые деревья закрыли меня от света. Каждый шаг отдавался эхом в тишине, а треск листьев под ногами казался слишком громким. Я старалась не думать о том, что ждёт меня впереди. Лес был таинственным и красивым, но в то же время он внушал страх. Но страх опоздать был сильнее, поэтому я упорно двигалась вперёд, следуя стрелки навигатора.

Однако уже через десять минут сигнал пропал. «Отлично, просто отлично», — пробормотала я, сжимая в руках бесполезный дивайс. Я не могла поверить, что оказалась в такой ситуации. Вокруг меня были лишь деревья, которые казались живыми и весьма опасными.

Я решила вернуться к тому месту, где, мне казалось, я свернула не туда. Но, когда обернулась, все деревья показались мне на одно лицо. Я больше не знала, в какую сторону двигаться. Я остановилась, пытаясь успокоиться. «Софи, соберись», — шептала я себе, потирая вески. Но в голове царил настоящий хаос. Надо головой закружила стая ворон, отчего мне тут же стало трудно дышать. От бессилия и отчаяния я рухнула на сухую землю, схватив себя за горло.

Но, разумеется, на этом весь ужас не закончился. Уже через секунду я услышала за спиной треск ветки. Я замерла, боясь пошевелиться. Сердце заколотилось ещё быстрее, и я почувствовала, как холодный пот выступил на лбу. Я медленно обернулась, и в ту же секунду увидела их — свору дворняг, стоящих в нескольких метрах от меня. Их глаза светились в сумерках, и они смотрели на меня с настороженностью. Я замерла, не зная, что делать. Псы выглядели голодными и дикими…

Я медленно поднялась на ноги и замерла на месте. Ужас окутал меня, сковывая каждую мышцу. Они были так близко, а я была одна, беззащитная, зажатая между деревьями и собственным страхом.

Я сделала шаг назад, но они тут же сделали шаг вперёд и одновременно зарычали. Этот устрашающий звук заставил всё моё тело в миг содрогнуться. «Это конец», — пронеслось у меня в голове. Я уже представила, как их острые клыки вонзаются в мою кожу и разрывают мою плоть на части… Я оказалась в ловушке.

Дворняги надвигались на меня, вальяжно переставляя лапу за лапой. Они будто знали, что они тут главные, поэтому наслаждались этим моментом. Моментом моей беспомощности. По крайней мере мне так казалось. Я закрыла глаза, готовясь к неизбежному… когда вдруг из темноты леса появился он.

Молодой человек с длинными белыми волосами, словно сам свет, который разгоняет тьму, встал передо мной, закрыв меня от диких животных. Я не могла поверить своим глазам.

Откуда он взялся?

Он был красив, как из сказки, с чертами лица, которые могли бы принадлежать какому-то совершенному мифическому существу. Его глаза, глубокие и проницательные, смотрели на меня с такой уверенностью, что я почувствовала, как страх немного отступает.

Он поднял руку, показывая жест «стоп». И, к моему удивлению, дворняги, словно под действием невидимой силы, встали как вкопанные. Их рычание затихло, и они замерли на месте, как будто подчиняясь его грозному приказу. А затем развернулись и убежали прочь.

Я начала часто моргать, потому что была уверена, что мне это всё кажется. В этот момент мой герой развернулся ко мне лицом и окинул меня каким-то… презрительным взглядом?! Или, может, мне показалось?

Он щёлкнул перед моим лицом пальцами, и я поняла, что передо мной стоит вовсе не рыцарь в белых доспехах.

— Ты чем думала, когда решила пойти сквозь Нелюдимый лес? Да ещё и вечером? — произнёс он недовольным голосом.

— «Нелюдимый лес»? — переспросила я.

— И чего он в тебе только нашёл! — еле слышно пробормотал молодой человек, отворачиваясь от меня и уходя в неизвестном направлении.

— Что? Куда ты? — поспешила я за парнем. — Ты же видел, что на меня напали собаки. Я ни в чем не виновата. Если бы не они…

— Если бы не они, я бы тебя не нашёл. И, скорее всего, ты бы заболела, заночевав в этом лесу.

— О чём ты говоришь? — пыталась я не отставать от юноши, но тот шёл слишком размашистыми шагами.

— Я говорю, что мозги надо включать. А не идти в густой тёмный лес, который кишит опасностями! — разъярённо буркнул парень мне в лицо.

Нет, ну это не лезет ни в какие ворота! Что он себе позволяет? Со мной никто не имеет права так разговаривать!

Я догнала здоровяка, который на вскидку был под два метра ростом и ткнула ему пальм в спину.

— Слушай ты! Я не просила меня спасать! Уж как-нибудь сама разрулила бы!

Конечно, я нагло врала. Ничего бы я им не сделала. Но этот всезнайка почему-то так меня взбесил, что я не сдержалась.

— Больше. Никогда. Меня. Не трогай, — процедил парень, сопровождая каждое громкое слово испепеляющим взглядом.

— А ты не делай выводы о человеке, не зная всей ситуации!

Выпалила я, а потом, сделав очередной широкий шаг вперёд, споткнулась о торчащую из земли ветку. Уже через секунду я вновь валялась на земле. Боль пронзила меня, и я схватилась за лодыжку. Она была настолько острой, что казалось, будто меня ударили молотом. Я зажмурилась и почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Пытаясь храбриться перед высокомерным незнакомцем, я сдерживала всхлипы. Мне не хотелось, чтобы он видел мою слабость. Но парень отреагировал совершенно не так, как я ожидала. Он подошёл и наклонился ко мне. А затем с такой лёгкостью поднял меня на руки, будто я ничего не весила.

— Что ты делаешь? — вырвалось у меня, когда я почувствовала его сильные руки, обнимающие меня. Я была в шоке от его поступка. Ещё минуту назад мы собачились, а теперь он, казалось, забыл обо всём этом. Я не знала, что и думать.

— Куда ты меня несёшь? — спросила я, когда он начал двигаться. Я пыталась приподняться, чтобы лучше видеть, но его хватка была надежной. Он не ответил, просто продолжил идти, и я почувствовала, как внутри меня закипает смесь недоумения и растерянности. С одной стороны, мне было стыдно за свою неуклюжесть, а с другой — я не могла не чувствовать, как его близость вызывает во мне странные эмоции.

— Ты замёрз. У тебя ледяные руки, — прошептала я, надеясь, что хоть на это он что-то ответит. Но парень вновь промолчал.

Спустя несколько минут мы вышли из тёмного леса, и сразу же попали на просторную территорию Академии.

Парень вдруг остановился и пристально посмотрел на мою лодыжку. В этот момент я ощутило, как по ней пробежало тепло. Это было неожиданно приятно, и я почувствовала, как боль начинает утихать.

Парень поставил меня на землю, и я, осторожно опираясь на ногу, поняла, что она больше не болит. Это было какое-то чудо. Не иначе.

— Спасибо, — произнесла я, не в силах скрыть удивление в голосе. Он просто кивнул, его лицо оставалось серьёзным, и я не знала, что ещё я могла сказать, чтобы растопить его сердце. — Ты тоже здесь учишься? Откуда ты?

Молодой человек взглянул на величественный замок. Мне показалось, что его глаза были полны печали.

— Ты в порядке? — спросила я, ловя на себе его удивлённый и обеспокоенный взгляд. Белобрысый красавец сделал пару шагов назад, не сводя с меня взгляда. А затем развернулся и побежал в глубь сада, который располагался на территории. Я смотрела ему в след и гадала, увидимся ли мы снова.

Войдя в Академию, я тут же наткнулась на госпожу Арабеллу в своём строгом бордовом костюме. Она стояла у входа, как статуя, и буравила меня своим суровым взглядом.

— Мисс Вайс! — произнесла она с таким холодом, что мне стало дурно. — Вы опоздали!

Я сглотнула, пытаясь собраться с мыслями.

— Извините, я заблудилась. Это мой первый день в незнакомом городе и….

Но ее взгляд не смягчился. — Избавьте меня от Ваших нелепых оправданий. Вас проинструктировали. Вы были в курсе расписания. Директор не готов ждать Вас вечно. На сегодня пара отменяется.

— Моя пара должна была быть с директором? — удивлённо переспросила я женщину. Но та лишь посмотрела на меня так, будто я задала самый нелепый вопрос на свете, и не удостоила его ответом.

Моё сердце сжалось от разочарования. Я знала, что директор был знакомым мистера Лэндона. И мне не хотелось, чтобы у моего любимого декана были из-за меня проблемы.

Я смиренно выслушала все нападки в свой адрес и, почувствовал, как комок подступает к горлу, развернулась и ушла к себе в комнату.

Ужин я пропустила. После всего, что мне пришлось сегодня пережить аппетит покинул меня. Но и из-за этого не переживала. Всё, о чём я могла думать сейчас, лёжа на своей неудобной железной кровати, — это о белобрысом парне, который так неожиданно появился в моей жизни.

Он был таким противоречивым: с одной стороны, его характер оставлял желать лучшего, но с другой — в его глазах была какая-то искра, которая притягивала меня. Я вспомнила, как он поднял меня на руки… По всему телу пробежал рой мурашек… Это было самое восхитительное ощущение на свете.

Я вскочила с кровати и подошла к столу, на котором лежал мой блокнот. Открыв его, я, не раздумывая, начала рисовать. Сначала я просто делала наброски, но вскоре образ его лица стал чётким и ясным в моем сознании. Я водила карандашом по бумаге, стараясь запечатлеть каждую черту, каждую эмоцию, которую он вызвал во мне. Вскоре на странице появился портрет, и, глядя на него, я почувствовала, как внутри меня разгорается какое-то неведомое мне чувство.

Глава 4. Второй шанс

СОФИ ВАЙС

Утром я проснулась в подавленном настроении. Солнечные лучи пробивались сквозь занавески, но даже их тепло не могло развеять тот мрак, который окутывал меня изнутри. Меня не покидала мысль о том, что в первый же день своего пребывания в Академии я уже умудрилась создать о себе плохое впечатление. Теперь мне было вдвойне боязно появляться перед этим загадочным директором.

Тем не менее, я нашла в себе силы встать с кровати и, потирая глаза, направилась в ванную. Благо она у меня была отдельная.

Закончив с утренним ритуалом, я вернулась в комнату и начала выбирать одежду. Мне хотелось выглядеть как можно серьёзнее, чтобы хоть как-то сгладить мой вчерашний проступок.

В итоге я надела на себя чёрную водолазку и брюки клёш. Мне показалось, что такой сдержанный образ должен произвести неплохое впечатление при знакомстве с господином Драгошом. «Да, так будет лучше», —старалась я убедить себя, что готова к этому дню. Но внутри всё равно оставалось чувство тревоги.

Как обычно, Виктор принёс мне завтрак. Это был один из тех моментов, когда я чувствовала себя немного уютнее в этом пустынном замке. На этот раз он поставил передо мной тарелку с пышным традиционным румынским омлетом с брынзой и чашку чая, а затем, глядя на меня с озабоченным выражением лица, произнёс:

— Мисс Софи, не забудьте, первая пара начинается в шесть часов вечера.

Я кивнула, но в глубине души понимала, что это не просто слова. А, скорее, предупреждение, тонкий намёк. В этот раз я решила не рисковать и не покидать территорию Академии. Уверена, здесь тоже было много всего интересного, чего я ещё не видела.

Я прихватила с собой, на всякий случай, блокнот и вышла на улицу. В утреннем свете старинный средневековый замок, обрамлённый зелёными садами и ухоженными дорожками, выглядел особенно живописно.

Солнце, пробиваясь сквозь листву, создавало причудливые тени на каменных стенах. Я шла по тропинкам, стараясь впитать в себя атмосферу этого места. Вокруг не было ни души, только ветер шептал между деревьями.

Вскоре я заметила старинный мраморный фонтан в форме зловещего дерева, листья которого давно уже опали, оставив его ветки голыми и безжизненными. Я подошла ближе и заметила, что в его глубинах что-то сверкает. Я наклонилась, и в этот момент мне показалось, что в воде мелькнула тень. Сердце забилось быстрее. Я одёрнула руку, словно обожженная, и шагнула назад.

Вдруг я вспомнила легенды, которые слышала о подобных древних замках. Будто бы в их недрах были часто скрыты тайные проходы, ведущие к катакомбам, где обитают различные существа: призраки, оборотни, вампиры...

Я продолжила свой путь к саду и наткнулась на небольшую клумбу с тёмно-красными маками. Лепестки цветка мне почему-то сразу напомнили капли крови. В воздухе витал сладковатый, но одновременно пряный аромат, который заставлял меня ощущать себя немного странно. Я почувствовала, как у меня резко закружилась голова и отошла подальше от цветов.

Решив, что на сегодня растений с меня хватит, я направилась к большой старинной башне, возвышающейся над остальными постройками. Её камни были покрыты мхом, а окна, обрамлённые резьбой, выглядели как глаза, наблюдающие за всем, что происходит вокруг. Я подошла ближе и заметила, как в одном из окон что-то блеснуло. Сердце забилось быстрее — мне стало было интересно, что скрывается там внутри.

Оглядевшись по сторонам и собравшись с духом, я тихонько толкнула массивную деревянную дверь, и она скрипнула, словно протестуя против моего вторжения. Внутри башни царила полутьма, и лишь несколько лучей света пробивались сквозь пыльные окна. Я осторожно шагнула в центр помещения, и воздух наполнился запахом старых книг. Стены были украшены старыми гобеленами, изображающими сцены кровавых битв с сарматами.

Я подошла к одному из гобеленов, на котором был изображен бледный мужчина в чёрном длинном плаще. Он стоял на фоне луны и, честно говоря, напоминал с виду вампира. Его глаза сверкали, а улыбка была полна загадки. Я не могла отвести от него взгляда, и мне показалось, что он тоже смотрит прямо на меня. Вдруг я заметила, что в углу комнаты стоит старинный сундук, покрытый пылью и паутиной. Меня охватило любопытство, и я подошла к нему.

Сундук открывался с трудом, но я всё же смогла приподнять тяжеленную крышку. Из него сразу повалил густой запах затхлости. Внутри лежали различные свитки и книги, но одна рукопись выделялась на их фоне. Она была обвита красной лентой, а на обложке красовался странный знак — стилизованный череп с розой. Я аккуратно достала её и открыла. Страницы были исписаны каким-то витиеватым почерком. Но я не смогла понять, о чём шла речь. Потому что все слова были на незнакомом мне языке. Возможно, на румынском. Точно не знаю. Пролистав несколько страниц, я остановилась на зарисовке в виде цветка мака.

Недолго думая, я достала из кармана брюк сотовый и вбила в переводчик подпись под цветком. Гугл тут же выдал мне «цветок забвения». Я забила результат в поисковике и нашла статью, в которой говорилось о том, что в древности мак использовали для создания зелья забвения. Моё сердце пропустило удар, когда я вспомнила, что на территории Академии растут именно эти таинственные цветы…

Вдруг я услышала за спиной шорох. Я обернулась, но никого не увидела.

Может, это всего лишь ветер? Или это кто-то из студентов тоже исследует заброшенную часть Академии?

Тем не менее, мне больше не хотелось оставаться здесь в одиночестве, и, убрав рукопись обратно в сундук, я направилась к выходу.

Решив, что на сегодня приключений с меня хватит, я поспешила вернуться к себе в покои и пообедать перед предстоящей парой.

***

Где-то за полчаса до встречи с директором Академии я привела в порядок своё портфолио. Мне было важно показать ему все свои лучшие работы. Чтобы после вчерашнего случая он не думал, что я безнадёжна. Особенно я гордилась картиной, которая заняла призовое место в последнем конкурсе и, собственно, обеспечила меня этой поездкой в Румынию.

Убедившись, что все рисунки аккуратно сложены, я направилась на выход. За окном уже стемнело, а замок, казалось, наоборот только проснулся. Я впервые видела это место таким оживлённым. Я проходила мимо студентов, преподавателей. Я даже не подозревала, что в этой академии столько колоритных личностей.

Когда я спустилась на первый этаж, то увидела Виктора. Он стоял возле центральной лестницы, его фигура была окутана полумраком. Виктор всегда казался мне очень загадочным, его молчаливый характер приковывал внимание. Я подошла к нему, и он, не произнося ни слова, кивком предложил мне следовать за ним.

— Добрый вечер, Виктор, — произнесла я, стараясь звучать уверенно. — Вы не могли бы дать мне несколько советов перед встречей с господином Драгошем?

Он посмотрел на меня своими глубокими, тёмными глазами, и в этот момент мне показалось, что он знает что-то, чего не знаю я. Я почувствовала, как внутри меня зашевелилось беспокойство.

— Общение с ним требует осторожности, — произнёс он, наконец, с лёгким акцентом своим низким голосом. — Господин Драгош не прощает ошибок. Он ценит уверенность, но в то же время не терпит наглости.

Я кивнула, стараясь запомнить каждое его слово. Виктор продолжил:

— Будьте готовы к неожиданным вопросам. У него есть особый дар — видеть за пределами того, что представлено на бумаге.

— Звучит устрашающе, — призналась я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Это и есть его цель, — сказал Виктор, его губы изогнулись в лёгкой усмешке.

Я сделала глубокий вдох, стараясь взять себя в руки. Я знала, что мои работы должны говорить сами за себя, но страх перед тем, что моя мечта может рухнуть в один миг, давил на меня.

Мы подошли к двери аудитории. Виктор остановился и всё тем же кивком велел мне зайти внутрь. Я тяжело сглотнула и вошла в класс.

В аудитории меня встретила всё та же таинственная обстановка. Стены в художественном классе были окрашены в глубокий, насыщенный бордовый цвет, который, казалось, поглощал свет, создавая атмосферу интриги и ожидания. Потолок был высокий и сводчатый, с большими, массивными деревянными балками, которые придавали помещению ощущение древности. На стенах висели картины — изображения румынских ночных пейзажей. В воздухе витал запах масла и краски. Я почти могла видеть, как художники, когда-то сидевшие здесь, оставляли частицы своей души на холстах.

Я направилась к первой парте, расположенной напротив учительского стола, и села в ожидании директора и остальных студентов.

Когда я в очередной раз начала поправлять от волнения воротник водолазки, дверь в аудиторию распахнулась. И угадайте, кто в неё вошёл? Правильно. Мой новый немногословный знакомый, спасший меня вчера от своры псов. Его было трудно не узнать. Таких волшебных белоснежных волос, струящихся вниз по плечам, я никогда ещё не видела. Парень напоминал мне внешностью Леголаса из «Властелина колец». А я всегда была неравнодушна к светловолосым особям мужского пола.

— Неужели сегодня не опоздала? — произнёс с издёвкой молодой человек, облокотившись на дверной косяк и скрестив руки в области груди. Я почувствовала, как на щеках выступил румянец, но вовсе не от смущения, а, скорее, от гнева.

— Ха-ха. Очень смешно. Ты же знаешь, что на меня вчера напали. Ты вроде как был там. Поэтому я и опоздала… — начала я, но он перебил меня, продолжая извергать свои колкости.

— Ты опоздала, потому что потеряла счёт времени. Пунктуальность явно не твой конёк, — сказал строгим голосом парень, проходя мимо меня.

Чёрт! Ну почему он так красив? Даже злиться на него не могу.

В этот момент белобрысый, будто услышав мои мысли, дерзко усмехнулся. А затем и вовсе нагло уселся в учительское кресло.

От возмущения у меня закипела кровь. Я встала и облокотилась ладонями о парту, не в силах сдержать свои эмоции.

— Эй, ты что творишь? — выпалила я, стараясь говорить как можно увереннее, хотя внутри меня всё бурлило. — Ты не можешь просто взять и занять место учителя! Совсем скоро сюда должен зайти господин Драгош!

Парень вновь прожёг меня взглядом, и я почувствовала, как по всему телу прошёлся холодок.

— А может, я и есть тот самый учитель, о котором ты говоришь? — произнёс он с лёгкой усмешкой, наклонив голову.

Я оказалась в замешательстве. Манера общения этого выскочки вызывала у меня одновременно раздражение и любопытство. Но я не собиралась давать заднюю.

— Ты не учитель, а просто… — хотела я договорить хоть раз, но он снова прервал меня.

— Просто кто? — спросил он, поднимая бровь. — Неужели ты не видишь, что я здесь, чтобы научить тебя чему-то... новому?

Я почувствовала, как щёки вновь залились пунцовой краской и прикусила губу. Этот жест явно не ускользнул от внимания парня.

— Ты не имеешь права так себя вести! — ответила я, стараясь сохранять достоинство. — Скоро придёт директор и тебе не поздоровится. Я предупреждала, — уселась я обратно на место, уткнувшись в папку со своими работами.

В этот момент в дверь постучали и в аудиторию вошла госпожа Арабелла.

Я тут же встала с места, почтительно кивнув завучу.

«Вот сейчас этому самодовольному чмырю достанется!» — подумала я, глядя на белобрысого. Но, к моему удивлению, тот даже бровью не повёл. Он всё так же продолжал вальяжно сидеть на месте преподавателя.

— Садитесь, мисс Вайс! — произнесла женщина, подходя к преподавательскому столу. Я с недоумением наблюдала за её действиями.

Неужели она ему ничего не скажет? Он что, сынок каких-то блатных меценатов?

Но затем она обратилась к парню:

— Вот досье студентки, господин Драгош. Как Вы и просили, — произнесла она спокойным голосом, окинув меня пренебрежительным взглядом.

СТОП! ЧТО?!

Стефан Драгош? Тот самый Стефан Драгош? Директор Академии? Но он такой молодой…

Я не могла поверить своим ушам. Мой взгляд метнулся к нему, и я увидела, как его губы искривились в зловещей ухмылке.

Мне стало жутко стыдно. Вся моя уверенность, с которой я пыталась его остановить, рассыпалась в прах. Все те колкости, которые я ему бросала, казались теперь совершенно неуместными. Я опустила голову, стараясь скрыть своё смущение. Мне хотелось провалиться сквозь землю.

Госпожа Арабелла выслушала ещё пару просьб и покинула аудиторию. И вот мы с… директором снова остались наедине.

Стефан, казалось, наслаждался моим состоянием. Он испепелял меня своим победоносным взглядом, будто знал, что именно я чувствую в этот момент. Я пыталась не встречаться с ним глазами, но это было невозможно. Мы сидели в полной тишине, и это молчание давило на меня, как тяжёлый свинцовый шар. Я чувствовала себя, как маленькая девочка, которая натворила дел. Мне нужно было что-то сказать, и я решила, что должна попросить у него прощения за то, как с ним разговаривала.

— Домнул Драгош, я… — начала я, но он прервал меня, выдохнув, как будто не хотел тратить на меня своё время.

— Мисс Вайс, — произнёс он голосом, в котором сквозила усталость. — Я уже всё про Вас понял. Вы инфантильная американка, которая решила бесплатно съездить в Восточную Европу. Так сказать, разнообразить свои скучные будни. Вы должны знать, что своим пребыванием в Академии, обязаны моего старому другу профессору Лэндону. Он уверял, что я в Вас не разочаруюсь, что Вы самородок. Но пока что я вижу перед собой лишь легкомысленную особу, которую больше заботит туризм, нежели живопись и саморазвитие.

Слова директора пронзили меня, словно острый нож.

Я? Легкомысленная? Инфантильная? Он это серьёзно?

Мне стало жутко неприятно. Я не могла поверить, что молодой человек поставил на мне крест. Отмахнулся от меня, как от надоедливой мухи.

— Вы ничего обо мне не знаете… — попыталась я заступиться за себя, но он поднял руку, прерывая меня.

— Не стоит. Поверьте, ничего нового Вы мне о себе не расскажете, — отрезал он ледяным голосом, в котором не было ни капли сочувствия.

Я безумно разозлилась на несправедливые слова молодого человека, сидящего напротив меня. Я не могла поверить, что тот, кто должен был вдохновлять и поддерживать, так легко бросается обвинениями, как будто я не заслуживала ни уважения, ни шанса показать себя. Поглощённая чувством ярости, я решила, что такое обучение мне и даром не нужно.

Я чувствовала, как адреналин разгоняется по венам, придавая мне смелости. И, собравшись с духом, я высказала этому «гению» всё, что о нём думала: «Да кто Вы такой, чтобы судить меня? Да ещё по одному проступку? Каждый имеет право на ошибку! И я вернулась бы раньше, если в этой деревне хоть кто-нибудь понимал по-английски!»

Я не могла больше терпеть это унижение. Я знала, что у меня есть талант, что мои рисунки — это не просто картинки, а часть моей души. И никто не может отнять у меня право на мечту. Я резко повернулась и направилась к двери, не дожидаясь его ответа. Громко, хлопнув дверью, я побежала к себе в комнату.

СТЕФАН ДРАГОШ

Американка выбежала из кабинета чуть ли не в слезах, но, честно говоря, мне было на это плевать. Стыд? Не, не слышал. За последнее десятилетие я повидал столько «юных дарований», что уже давно перестал верить в успех. Кто-то боялся, кто-то не выдерживал давления, у кого-то тупо не было внутреннего гения. Но Лэндон упорно продолжал присылать девушек, надеясь, что одна из них подойдёт. Я знал, что эта девчонка не станет исключением. Так зачем тратить на неё время? Я устал от бесконечных экспериментов, от попыток выжать из очередного «таланта» хоть каплю мастерства. Мне хотелось просто поскорее высосать из неё всю кровь и покончить со всем.

Разочарованно выдохнув, я встал, решив собрать с пола рисунки Софи, которые разлетелись по всему помещению от сквозняка, когда она хлопнула дверью.

Но как только я увидел её работы, от шока я рухнул на холодный пол.

Что? Что это?