Тайна пяти заклятий

Пролог

Книга 2. Прямое продолжение книги "Секреты роковой шкатулки"

Пролог.

Софья.

- Лидия! – кричала я, что есть мочи, - Перестань целоваться с ним!!! Он не тот, кто тебе нужен…

Неожиданно я заметила, что из бальной сумочки начал пробиваться синий лучик света. Что это может быть?

- Лидия!!! - продолжала я взывать девицу к голосу разума, но эта дурёха закрыла глаза, и я перестала видеть происходящее.

Вдруг я очутилась в полной темноте и поняла, что кошмары моего сна сбываются. Я снова нахожусь в этой треклятой шкатулке, где катастрофически мало воздуха. Стараясь как можно экономнее дышать, я увидела небольшой проблеск света и всей душой устремилась туда.

Поток света нарастал, становилось всё ярче и ярче, глаза начинали слезиться. Но воздуха становилось всё меньше и меньше, вот-вот начнется агония…

Пытаясь вздохнуть хотя бы еще разок, я широко открыла глаза и тут же зажмурила их.

- Лидка! Очнулась! – радостно воскликнула сидящая рядом дородная женщина. Вскочив с удивительной легкостью для такой комплекции, она выбежала из комнаты и завопила так, что уши закладывало.

- Доктор!!! Больная очнулась!

Тут же ко мне в комнату стали врываться люди в белых одеждах, странного вида, и начали меня трогать, щупать, проверять…

Стоп! Я чувствую! Я снова чувствую прикосновения. Попробовала пошевелить пальцами – получилось! Теперь только бы разобраться, где я?

- Лидка! Это просто чудо, что ты очнулась! – продолжала громыхать женщина, - Никто не верил – а я верила! Потому что ты – Лидия Новосёлова, настоящий боец и никогда не сдаешься!

Не может быть! Лидия Новосёлова!?! Я отказывалась в это верить, но факт остается фактом – мы поменялись телами!

***

Лидия

- Прости! – сказала я, с трудом отрываясь от губ Рея.

- Мы не должны, - я четко слышала раскаяние в его голосе, хотя он так призывно отвечал на мой поцелуй, - у тебя свой путь!

- Я знаю! – что тут скажешь, действительно у меня свой путь и своя судьба.

Чтобы скрыть непрошеные слезы, я подхватила сумочку и стремительно выбежала за дверь. Уже, будучи у себя в комнате дала волю своим эмоциям. В этом горестном состоянии я крепко заснула.

Глава 1

Пытаясь разлепить веки, через пелену сна я остро ощущала усталость во всем теле. Ещё бы – столько вчера пришлось пережить! Приготовление к балу, напряжённая встреча с лордом Салеваном и поездка верхом на вороном жеребце, яростная стычка с графиней Розалиндой Скорр, отчаянная попытка спасти от неразумного шага надменную красотку Нэнси и купание в ледяной воде Холодного озера – всё это кого угодно может вывести из строя. Но самое мучительное воспоминание, которое настигло меня с утра – это спонтанный поцелуй с Рейманом де Баром, инициатором которого выступила я, и то чувство неловкости, которое накрыло нас с головой после моего неуклюжего порыва.

Помню все свои горестные мысли накануне и мою готовность вернуться в свой мир. Но, осматриваясь по сторонам, я поняла, что всё ещё нахожусь в особняке графини.

Интересно, сколько же я проспала? Легли мы только под утро после беспокойной карнавальной ночи, а сейчас ярко светит солнце. Несколько часов или несколько дней?

И самый важный для меня вопрос: если я осталась в этом мире, то, как мне вести себя при встрече с Рейманом де Баром после того, как я позволила себе его поцеловать?

Заслышав шум в коридоре, я осторожно приподнялась на кровати, краем глаза замечая, что вчера не видела ярко розового цвета в занавесях балдахина над моей головой. Мне это показалось странным, но не более…

Надо отметить, что при дневном свете комната выглядела совершенно другой, чем была накануне. И эту особенность я никак не могла объяснить, правда, долго раздумывать над этим мне не удалось, так как дверь неожиданно распахнулась, и в мои покои ворвался разъяренный виконт де Бар.

- Глупая девчонка! - накинулся он на меня чуть ли не с кулаками, - От твоей безумной выходки пострадал человек!!!

«Господи! – пронеслось в моей голове, - как мой поцелуй мог кого-то подвергнуть угрозе жизни? Или он свою драгоценную персону решил зачислить в разряд потерпевших?»

Вот это уже слишком!!! Тоже мне, знатная недотрога!

Только я собралась ответить что-нибудь резкое, как услышала визг, который буквально оглушил меня. Это что ещё такое? Неординарная реакция Софьи на то, что я вчера поцеловала виконта? Хотя, на неё это было совсем не похоже…

Рейман меж тем продолжал наступать на меня, несмотря на то, что я ещё пребывала в постели и была, мягко говоря, в неглиже - полупрозрачная сорочка оказалась не способна укрыть мою стыдливую натуру от мужского взгляда. Стоп! А откуда на мне этот предмет одежды? Вчера я укладывалась спать в «пуританской» рубашке, прочно скрывающей все мои прелести!

Я инстинктивно натянула на себя одеяло до самого подбородка, заметив, что Рейман свирепеет все больше и больше.

- Зачем, я тебя спрашиваю, ты потащилась на Холодное озеро?

- Чтобы не дать твоей драгоценной подруге свести счёты с жизнью! - наконец я попыталась за себя заступиться, осознав, что «наезд» виконта на мою персону не касается нашего с ним поцелуя.

- Не неси чушь! – взревел Рейман, - Софья никогда не стала бы этого делать!

- Откуда тебе знать! – отрезала я, и в этот момент поняла, что происходит что-то невероятно странное…

Софья? Он беснуется от того, что пострадала Софья? А я тогда кто?

Наплевав на присутствие разъяренного мужчины в спальне, вынырнув из-под одеяла, я прямиком бросилась к зеркалу, которое заприметила в нише между шкафом и туалетным столиком, и застыла в полном недоумении…

На меня из зеркала смотрела белокурая красавица Нэнси Скорр с обескураженным видом.

- Только этого мне не хватало! – вырвалось у меня, и в то же мгновение я услышала отчаянный крик хозяйки этого тела…

- Что происхо-о-о-о-одит!?!

Рейман смутился и отвел глаза от представившейся ему картины полуголой девицы.

- Оставь меня, пожалуйста, одну, - попросила я его трагическим шёпотом.

Видимо, решив, что в таком состоянии со мной нет смысла разговаривать, он вышел из комнаты.

Итак, слова Темного лорда оказались пророческими. Я действительно имела необычное свойство «подселяться» в тела людей…

Только как это могло произойти с Нэнси, если рядом не было заветной шкатулки с огненным рубином? Как, в конце концов, происходит этот процесс? И главный вопрос – как я могу его регулировать?

Нэнси пока молчала, и я поняла, что она пребывает в глубоком обмороке от этого загадочного события, произошедшего с нами.

Значит, первым делом надо встретиться с Софьей и решить, что будем делать дальше. В конце концов – теперь она стала полноправной хозяйкой собственного тела.

***

Рейман никак не мог взять в толк, что такого могло произойти с Софьей Павловской, когда утром её обнаружили в кровати в состоянии полного беспамятства. Доктор Корней Мефодич, прибывший проведать свою пациентку, поднял самый настоящий переполох в доме графини Скорр, не добудившись дочки барона.

Рейман чувствовал себя виноватым перед девушкой: сперва за отказ быть её сопровождающим на этом злосчастном балу, потом за то, что «прозевал» побег Нэнси на Холодное озеро, и за тот поцелуй, на который он ответил со всей своей безрассудной горячностью.

Когда сегодня он подошёл к покоям Софьи, чтобы объясниться, и узнал от доктора, что с ней приключилось, он не на шутку рассвирепел, обвинив во всём эту вздорную избалованную девчонку, Нэнси Скорр. Из-за её безответственного поступка жизнь и здоровье Софьи Павловской оказались под угрозой.

Оставаясь под дверью спальни, Рей увидел дочку графини, которая быстрой и уверенной походкой приближалась к покоям Софьи. Виконт автоматически преградил ей дорогу.

- Мне надо срочно поговорить с гостьей, - заявила Нэнси, пытаясь обойти виконта.

- Ничего не выйдет, - сурово ответил тот. - Она без сознания и пока не пришла в себя!

- Как это без сознания? В коме, что ли? – испуганно спросила девушка и, резко оттолкнув Реймана, бросилась в комнату Софьи.

***

Картина, открывшаяся моему взору, повергла меня в шок. На кровати без признаков жизни лежало тело Софьи, а рядом суетился Корней Мефодич, пытаясь привести её в чувства, но безуспешно.

- Доктор, что с ней? Она жива? – с содроганием в голосе спросила я эскулапа.

- Барышня, вы бы тут не мешались, - ворчливо изрек врачеватель. -Видите, я делаю всё возможное…

- Как раз не вижу, - разозлилась я на него, что не соизволил дать мне прямой ответ.

Отодвинув в сторону Корнея Мефодича, решила сама осмотреть Софью. Пульс не прощупывался, но это ещё не показатель. По-хозяйски порывшись в саквояже обескураженного доктора, я нашла маленькое зеркальце и поднесла его к губам девушки.

- Фонарик есть? – спросила всё ещё стоящего столбом мужчину, желая удостовериться, как реагируют зрачки девушки на источник света. Тот лишь покачал головой…

- Пациент скорее жив, чем мёртв, - констатировала я, когда обнаружила, что зеркальце запотело. Мне стало немного спокойнее, но тревога за жизнь Софьи не отпускала. Что же могло произойти?

Следом за мной в комнату вошел Рейман и суровым подозрительным взглядом наблюдал за моими действиями. Ну, к этому мне не привыкать, переживу.

- А я, оказывается, Нэнси, совсем тебя не знаю…- как-то уж очень тихо и печально изрек виконт.

- Это точно, - брякнув в ответ, отвела глаза от его лица.

Тут ожил доктор и привычно засуетился.

- Ох, уж эти современные барышни, всё время роются в книгах. Вот знавал я одну такую, - начал, было, он, потом взгляд его упал на Софью, и Корней Мефодич обескуражено замолчал. Понятно, значит, это её имел в виду эскулап в своих воспоминаниях…

Итак, каким-то непостижимым образом этой ночью я переместилась в тело Нэнси Скорр. А Софья, видимо, так и не заняла свое привычное место. Но почему? Этот вопрос не давал мне покоя.

Я решила действовать быстро, а именно, проникнуть в потайную волшебную комнатку, что находится в особняке Павловских, и попытаться выяснить у «кровожадного» артефакта - старинного гримуара, что делать в такой ситуации.

Вернувшись в комнату дочки графини, мне пришлось столкнуться с несколькими задачами – надо было умыться, одеться и перекусить перед тем, как оправиться в дом Софьи Павловской. Впопыхах с утра я натянула на себя домашнее платье, но выходить в нём на улицу всё-таки воздержалась.

На мою удачу вскоре появилась молоденькая девушка, Мария, новая горничная Нэнси. Она была проворной и незаметной, но знала наверняка предпочтения своей хозяйки.

- Сегодня вы выбрали кремовое платье, приготовить к нему ожерелье и браслет? - задала мне вопрос Мария.

Я лишь кивнула головой. Девушка бесшумно вышла из комнаты и вернулась через несколько минут с платьем, аккуратно повешенным на плечиках. Разложив его на кровати, тщательно расправляя каждую складку, она невольно залюбовалась игрой цвета ткани при дневном освещении. Затем Мария бережно достала из шкатулки, стоящей на туалетном столике, необходимые украшения и приготовила их для меня.

Уложив волосы Нэнси в сложную прическу, девушка украсила её цветами и лентами в тон платью. Когда все сборы были закончены, я улыбнулась своему новому отражению в зеркале и отправилась завтракать в малую гостиную, где были накрыты столы.

Глава 2

Уже выйдя за ворота главного въезда в поместье графини Скорр, я нос к носу столкнулась с лордом Салеваном Грином. Решив «тихой сапой» пройти мимо Темного лорда, я, лишь кивнув ему в знак приветствия нарочито излишне высокомерно, взяла заметно левее возможного места встречи, как услышала за спиной:

- Нэнси Скорр? Задержитесь на минутку!

Преодолев в три шага расстояние между нами, Салеван «впился» своими бездонными глазами в мое новое лицо и стал внимательно его рассматривать, как будто видел в первый раз.

- Я очень тороплюсь! – взвизгнув от напряжения, я старательно пыталась подавить в себе желание бежать прочь со всей мочи от этого опасного мужчины.

- Виллет?! – изумленно воскликнул Тёмный лорд. - И как это понимать?!

Ну что же, «вычислил» на раз!

- Сама не знаю, - честно призналась я и неожиданно разрыдалась.

Видимо, поддаваясь порыву подбодрить и успокоить, Салеван сграбастал мои руки в свои ладони, но тут же одарил меня испепеляющим взглядом.

- Какого дьявола, Виллет, ты целовалась с Рейманом де Баром?! Где был твой голос разума?!

- Что-о-о? – заорал внутри меня истеричный голосок. - Ты целовалась с Реем? Как ты посмела целовать моего жениха?

Хозяйка тела очнулась от своего обморока!

Темный лорд злорадно усмехнулся, всем своим видом давая понять – разбирайтесь сами.

- Лорд Салеван, - пытаясь не оглохнуть от противно орущего в моей голове голоса Нэнси, я обратилась к собеседнику, - с Софьей произошло что-то странное. Она никак не может очнуться и находится без сознания. Я не знаю, как быть!

Легкая тень набежала на лицо Темного лорда. Он резко развернул меня в сторону дома и потащил за собой.

- Пойдем! Я должен всё увидеть сам!

***

Рейман по-прежнему маялся возле двери гостевой комнаты Софьи. Увидев нас с Салеваном Грином, он заметно удивился, но беспрепятственно дал пройти к девушке.

- Мы на минутку, - заверила я виконта, оставляя жестом того стоять в коридоре, чтобы не было никаких прецедентов.

Видимо решив, что Темный лорд, будучи на балу сопровождающим Софьи, имеет право знать, что произошло с девушкой, Рей без лишних слов остался на прежнем месте.

Зато Салеван Грин, в свою очередь, одарил виконта «фирменным» взглядом так, что Рейман виновато опустил глаза.

«Ага, - зловредно подумала я, - почувствовал, что Темный лорд догадывается о нашем поцелуе!»

Когда мы остались наедине с телом Софьи, Салевану хватило несколько секунд, чтобы выдать свой вердикт:

- Там никого нет!

- Как так? – вырвалось у меня. - А где Софья?

- Это только тело, оболочка – душа переместилась!

- Куда? В Небытие? – я вспомнила, что девушка очень боялась этого.

- А где шкатулка? – вдруг спросил меня Темный лорд.

Точно! Как я могла забыть про шкатулку! Она была в моей бальной сумочке.

Я окинула комнату внимательным взглядом, пытаясь припомнить, куда могла забросить свой аксессуар, прибежав сюда в расстроенных чувствах. И точно, в одном из кресел увидела свою сумку, где был скрыт кисет со шкатулкой.

Салеван взял в свои руки старинный артефакт и в обычной своей манере «считал» необходимую информацию.

- Шкатулка исполнила свою миссию - выпустила запертую душу. Скорее всего, это и была душа Софьи.

- Но куда?

- Этого я знать не могу, это мне не подвластно, – тихо ответил Темный лорд.

- А что с телом? Оно умрет? – с тревогой спросила я собеседника.

- Тело в таком состоянии может находиться до пяти дней, - пояснил он мне данную ситуацию. - Затем оно умирает…

- Так, понятно! У меня есть пять дней, чтобы вернуться обратно в тело Софьи. Ты мне поможешь? – с надеждой спросила я Салевана.

- Извини, Виллет, не могу. Я должен найти Дочь Дракона Тьмы.

- Кого? – оторопело уставилась я на Темного лорда.

- Лию Монарди!

- Софью? Так, значит, она – дочь …

Договорить фразу я не успела, Салеван приложил свою ладонь к моим губам, и слова застряли у меня на языке, не успев быть сказанными.

Впоследствии, сколько бы раз я не пыталась произнести эту фразу – ничего не получалось. Темный лорд наложил на мои уста печать молчания.

Глава 3

Софья сосредоточенно глядела в окно своей палаты, пытаясь по крупицам собрать информацию, которую она получила из рассказов Лидии об этом мире.

Она вспомнила свое состояние, когда осознала, что они поменялись телами – растерянность, страх, испуг. Но где-то глубоко внутри затаилось еще одно чувство – любопытство. Да, призналась себе девушка, ей очень интересно рассмотреть этот мир своими глазами, все здесь пощупать, потрогать и попробовать.

Татьяна, подруга Лидии, которая неотлучно сидела у больничной койки, обещала, что Софью на днях выпишут. Несмотря на то, что она много дней провела без сознания, организм девушки был в превосходном состоянии, как констатировали врачи. Феноменально!

Софья лишь хмыкнула, вспоминая, как в это самое время, когда тело лежало без движения, сама хозяйка сего вела достаточно активную жизнь – проводила собственное расследование, удивляла домочадцев своим новым взглядом на порядок вещей, и даже умудрялась крутить романы…

Что же, девушка решила брать пример с хозяйки своего нового тела, не унывать, и не бояться встретить этот неизвестный мир лицом к лицу. Она понимала, что ей многому предстоит научиться и самое главное – это поверить в себя.

Размышления девушки были прерваны осторожным стуком в дверь палаты. Это точно не врачи, они обычно не церемонятся…

- Можно? – спросил приятный молодой человек, заглядывая к Софье.

- Да, - тихо ответила девушка не своим голосом, глубоким и мелодичным.

- Ты прости меня за то свинство, которое я учинил, - повинился вошедший.

Это был красивый галантный мужчина, одетый в непривычный для Софьи костюм, подчеркивающий стройность его тела. Девушка невольно залюбовалась его манерой держаться непринужденно, но в то же время элегантно. Даже его движения, как показалось Софье, были наполнены особой грацией и какой-то сдержанной силой.

Вместе с ним в палату проник чарующий аромат, который окутывал этого незнакомца. Такого дивного запаха ей еще никогда не приходилось чувствовать. В нем было что-то изысканное и соблазнительное, будоражащее воображение.

Таинство момента было нарушено ворвавшейся следом Татьяной.

- Ух, изверг! – громыхнула подруга Лидии. - Уходи с глаз моих! Видишь, девчонка еще не в себе по твоей милости.

Действительно, доктора предупредили, что в таких случаях, как у Лидии, после перенесенной комы, могут быть провалы в памяти или временная амнезия. Это Софье было на руку, не рассказывать же всем подряд, что она первый раз видит этот мир…

Татьяна принесла одежду для выписки и, выставив за дверь незнакомца, оказавшегося, как выяснилось впоследствии, её братом, Дмитрием Андреевичем, помогла Софье облачиться в непривычные для неё вещи.

Девушка в смятении разглядывала свое новое отражение в зеркале. Она оказалась высокого роста со светлыми прямыми волосами, которые были собраны в незатейливый хвост при помощи резинки. Лицо было красивое, но невероятно бледное, что не удивительно, учитывая события последних двух недель.

Но больше всего Софью поразила одежда, в которую она была одета. Вместо привычного длинного платья на ней были незнакомые синие штаны, сидящие почти в облипку на бедрах. Она робко провела ладонью по странной ткани, покрывающей её ноги. Ощущение было новым и вызывало у Софьи чувство неловкости. Сверху была надета растянутая кофта, как будто взятая «на прокат» у Петруши, и со странным названием Оверсайз. А вот обувь ей понравилась, белые кроссовки (как их назвала Татьяна) были очень удобны и легки.

- Ну, всё, готова ехать домой? – спросила её подруга Лидии, и после утвердительного кивка, скомандовала: - Тогда вперед!

***

Когда я осталась одна в комнате, то решила пообщаться с Нэнси, чтобы объясниться с ней.

- Нэнси, - негромко позвала я притихшую дочку графини. - Нам нужно поговорить. Это в твоих интересах.

- Ну, слушаю! – с вызовом отозвалась та.

- Ты тут сильно не выпендривайся! – решила я сразу осадить наглую девицу.

Даже в такой ситуации девчонка умудрялась «выплескивать» столько спеси, что просто в голове не укладывалось!

- Вот возьму и буду бегать по улицам нагишом, - продолжила я свое наступление на бесившую меня особу, - а все будут удивляться и голосить, что Нэнси Скорр совсем разум потеряла!!!

- Ладно, ладно! – более миролюбиво продолжила девушка.

- Ты, наверное, уже кое-что могла понять, - осторожно начала я, чтобы не повергнуть её в шок с самого начала нашего разговора. - Я – Виллет (использовала всё-таки определение, которым называл меня Тёмный лорд).

- Этого не может быть! – восхищенно воскликнула Нэнси. - Такое происходит только в сказках!

- Что тебе известно о таких людях, как я? – задала свой вопрос.

Мне показалась странной её реакция на мое признание. Она не испугалась, не начала биться в истерике, и даже можно было предположить, что чему-то обрадовалась.

- Вы - волшебные феи, которые, поселяясь в душах людей, помогают им обрести свое счастье!

Вот даже как?! Надо срочно почитать энциклопедию, о которой упоминал лорд Салеван…

- И ещё, Вы исполняете заветные желания! – продолжала радоваться девушка.

- А какое у тебя заветное желание? – поинтересовалась я у этого наивного ребенка.

- Выйти замуж за принца! – с придыханием ответила она.

- А как же Рейман де Бар? Кто сейчас на меня кричал, что он твой жених?

- Ну, в общем, Рей мне очень нравится. Я его знаю с самого детства. Он красивый, умный и, наверное, даже слишком умный. Только замужество с Рейманом – это больше желание моей матушки. Если бы мне пришлось выбирать между Реем и принцем, я, не задумываясь, выбрала бы принца.

- Даже если он горбатый и носатый?

- Принцы такими не бывают! – торжественно констатировала дочка графини.

Боже мой! Куда я попала! Причем в прямом смысле этого слова! Наивная девочка! Ну что же, фея - так фея!

Неожиданно в комнату вошёл Рей, и Нэнси притихла.

Памятуя о том, что девчонка только что сделала выбор явно не в его пользу, я тоже решила с ним особо не церемониться.

Надо, надо как-то вырвать эту занозу-виконта из своего бедного сердца. Только вот где оно, мое истинное сердце? Бьется ли ещё? Две недели, отведенные доктором в моем мире, увы, уже закончились…

- Нэнси, ради Бога, извините, - примирительно начал Рейман, - просто с утра, когда обнаружили Софью в таком состоянии, я вышел из себя, зная о том, что барон Павловский был убит в вашем доме.

- Хорошо, извиняю, - пробормотала я, стараясь не глядеть на виконта, все еще вспоминая наш с ним горячий поцелуй.

Только вот для Рея - он целовался с Софьей, которая лежит в этот момент без движения в одной из комнат графского особняка.

- Что сказал Салеван Грин? - решив обнародовать свое любопытство к визиту Темного лорда, спросил Рейман.

- Сказал, что кризис может миновать через пять дней. Ему такие случаи известны. Софья потратила много магической энергии, при помощи которой вытащила нас из Холодного озера, - я решила слегка «приукрасить» положение дел, зная наверняка, что уполномоченный Его Императорского Величества ведает не понаслышке о магических способностях Лии Монарди.

Эта информация немного успокоила Реймана, и он продолжил:

- Когда вашу матушку заключили под стражу, я пообещал ей организовать свидание с вами. Через пару дней приедет экипаж, который отвезет вас в столицу. А теперь, мне пора. Я и так довольно долго злоупотреблял вашим гостеприимством.

С этими словами виконт покинул комнату, оставив нас с Нэнси наедине со своими размышлениями.

Глава 4

Софья растерянно оглядывалась по сторонам, не зная, куда ей следует идти. Татьяна привезла девушку из больницы домой и высадила у подъезда, оставив наедине с этим незнакомым, гудящим миром.

Пятиэтажки с облупившейся краской стояли вокруг неё темным полукругом, образуя двор, заставленный машинами. Недалеко от себя Софья увидела натянутые веревки с бельём, колыхающимся на ветру. На площадке кричали дети, но их голоса звучали приглушенно, словно доносились издалека. Все здесь было чужим, неправильным и непривычным.

Всю дорогу от больницы до дома Лидина подруга уговаривала Софью хоть на первое время поселиться у них с Васяткой, но та была категорична в своем отказе.

Татьяне ничего не оставалось делать, как констатировать факт, что её брат Димка – бестолочь, чтобы хоть как-то загладить свою вину, закончил в её квартирке ремонт. Холодильник был забит продуктами, телефон заряжен и лежит у неё на тумбочке, и если понадобится, то Лидия может звонить в любое время суток.

Девушка была искренне благодарна Татьяне за ее заботу. Даже немного позавидовала Лидии, что у неё есть такая подруга, которой у самой Софьи в её мире никогда не было.

- Новосёлова! – она неожиданно услышала у себя за спиной радостное восклицание. - Что застыла, как изваяние? Или дорогу к дому запамятовала? Стоишь посреди двора, как неприкаянная!

Оглянувшись на возглас, Софья увидела перед собой обаятельного молодого человека оригинальной внешности, которая невольно притягивала взгляд. Светловолосый, кудрявый парень с хорошо развитой мускулатурой и улыбкой «от уха до уха» возвышался над девушкой, излучая неподдельную радость от их встречи глазами разного цвета – один голубой, другой карий. Такого феномена ей никогда ранее видеть не приходилось.

В этот момент во двор на всей скорости въехала машина Татьяны. Чтобы уберечь её от возможного удара, молодой человек подхватил Софью, как пушинку, и в один момент переставил на безопасное расстояние от проезжей части.

- Танька, ты чего гоняешь, как ошпаренная! - возмутился парнишка, когда машина затормозила рядом с ними.

- Арик! Привет! Хорошо, что я тебя встретила! Ты присмотри за Лидкой, пока всё не образуется. Странная она какая-то, - отдавала распоряжения юноше взволнованная Татьяна, затем обратилась к Софье: - Я забыла сказать – там, на тумбочке, рядом с телефоном, лежит Димкина банковская карта, ты не стесняйся – пользуйся!

- Хорошо, «теть Тань»! – дурашливо отрапортовал молодой человек, которого Татьяна назвала Ариком.

- Какая я тебе тетя!? – возмутилась было эта душевная женщина, но тут же улыбнулась, и, помахав рукой на прощание, выехала со двора.

- Всё, Новосёл! Теперь ты под моим контролем! Давай, «тикай» домой! – молодой человек развернул Софью к нужному подъезду и подтолкнул легонько к двери.

- Если ты забыла, то твоя квартира 45, - услышала вдогонку девушка. - Я сейчас за хлебом по-быстрому сгоняю и приду тебя проведать…

Софья неуверенной походкой подошла к железной двери подъезда, но та не поддалась с первого раза. Внимательно разглядывая небольшое прямоугольное устройство, установленное на стене рядом с дверью, она понимала, что это своего рода кодовый замок, позволяющий контролировать доступ в подъезд. Осталось только разобраться, как он работает.

На панели несколько кнопок с цифрами – значит, на них надо нажимать – пыталась делать логические выводы Софья. Если номер квартиры, где она живет, 45, то в этой же последовательности можно попробовать набрать цифры на этом устройстве…

Собираясь так поступить, девушка поднесла руку к загадочной коробочке, но тут произошло что-то настолько странное и необъяснимое, что Софья поначалу растерялась. Как только рука прикоснулась к «кодовому замку», её мозг начал моментально считывать информацию об этом предмете: домофон… вызывная панель…переговорное устройство…принцип управления открыванием двери…электромагнитный замок…

Вдруг она услышала характерный щелчок и поняла - дверь открылась. Пока мало что осознавая в произошедшем с ней сейчас странном явлении, Софья вошла в подъезд и стала подниматься по лестнице, пытаясь отыскать квартиру под номером 45.

***

- Я не хочу её видеть, - вдруг раскапризничалась Нэнси на сообщение о предстоящем свидании с матушкой.

- Она твоя мать! - решительно заявила я. - И мы поедем к ней на встречу! Может быть, она, наконец, признается, как был убит барон Павловский.

- Я знаю, как он был убит, только не знаю, кем, - неожиданно сказала девушка. - У нас не было в тот вечер таких приглашенных.

- Давай рассказывай! – нетерпеливо потребовала я у дочки графини. - И излагай всё по порядку.

- Хорошо, - беспрекословно на этот раз согласилась она, и тихонечко начала свой рассказ.

Как выяснилось, в тот вечер злополучного приема молодежь, как всегда, играла в фанты. Нэнси выпал фант разыграть одного из гостей, очень важную особу королевских кровей – Эрика Эдинбургского. Она потихоньку стащила у своей горничной Урсулы плащ, чтобы незаметно пробраться в покои гостя и организовать розыгрыш.

Эта затея впоследствии стоила ей многих нервов, а возможно, и жизни Урсулы.

Во-первых, она не подозревала, что её Урсула достаточно близко знакома с бароном Павловским. Но когда Нэнси шла по скрытой тропинке сада в плаще горничной, то барон, видимо, перепутав девушек, стал договариваться с ней о встрече на поляне Пяти роз.

Нэнси, возможно, и отмахнулась бы от предложения Лаврентия Михайловича встретиться в указанном месте, или бы передала его просьбу самой Урсуле, сведя всё к шутке, но барон сказал фразу, которая «зацепила» девушку, и заставила пойти к нему на свидание вместо служанки.

«Я узнал важную информацию о твоей хозяйке. Розалинда – совсем не та, за кого себя выдает», - трагическим шёпотом повторила её Нэнси.

Уже подходя в назначенное время к указанному месту, девушка с удивлением наблюдала необычный феномен.

Барон стоял у розового куста, как неожиданно слева от него стало стремительно формироваться серое облако необычной округлой формы, из которого вышла фигура в черном одеянии. Сделала выстрел в голову барона, развернулась и скрылась обратно.

Это длилось буквально пару секунд. Было видно, что Павловский тоже был обескуражен и не ожидал такого финала. Но самое странное, что фигура из серебристого тумана была хрупкой и миниатюрной, в костюме, который обтягивал все изгибы женского тела.

Нэнси, испугавшись, что её заподозрят в убийстве барона, и понимая, что в произошедшее в здравом уме трудно поверить, бросилась к дому, так и не будучи узнанной. В одном из закутков длинных темных коридоров она скинула плащ служанки и вернулась к гостям.

- Ты утверждаешь, что убийца появился «из ниоткуда» и пропал «в никуда»? – удивилась я рассказу Нэнси.

- Что-то вроде того, - утвердительно ответила та и в сердцах продолжала: - Ещё Рей со своим расследованием на званом обеде и эти две клуши – Кэтти и Фифи. Они тоже были втянуты во всю эту «котовасию»: одна слышала, как барон договаривался со мной, другая видела, как я бежала по тропинке к дому. Хвала Богу, что меня никто из них не признал.

- А как же версия «самоубийства»? – задала я следующий логический вопрос. - Ведь если барона застрелили, то как оружие оказалось в его руке?

- Это ты можешь спросить напрямую у Розалинды Скорр. Может она, наконец, признается, как и зачем всё это подстроила.

Мне показалось немного странным, что Нэнси разоткровенничалась со мной. Может она устала держать это в себе и решила просто с кем-то поделиться?

- Нэнси, а почему ты так невзлюбила Софью? – попыталась я «вытащить» из девушки ещё одну интересующую меня информацию.

- Из-за неё умерла Лаура, - грустно призналась Нэнси.

- Какая Лаура? – поначалу я не поняла, кого девушка имела в виду, но имя показалось мне странно знакомым. - Ты говоришь о Лауре Монарди – матери Софьи?

- Да, - просто ответила Нэнси. - Я её очень любила, а потом узнала, что она умерла.

- Разве ты была с ней знакома? – удивилась я такому повороту событий.

- Я её знала практически с рождения. Это она мне рассказывала чудесные сказки о принцах и феях. Ещё обещала, что я обязательно встречу Виллет, которая исполнит мое самое заветное желание…

Девчонка тихонько всхлипнула, голосок её задрожал:

- Вот видишь, тебя я уже встретила! Значит, Лаура была права…

С ума можно сойти! Как такое возможно, что Нэнси, дочка графини, так хорошо знала мать Софьи? Да и Софья, похоже, была не в курсе сильной привязанности оной к своей матери.

- А сколько лет тебе было, когда она умерла? – решила уточнить у девушки некоторые подробности.

- Шестой год, - спокойно отозвалась Нэнси.

- Ты хочешь сказать, что старше Софьи на пять лет? – воскликнула я, не сумев скрыть удивления. - Но по тебе не скажешь.

Девушка негромко рассмеялась.

- Я всегда была тщедушным ребенком, маленьким и невзрачным. Именно поэтому меня взяла из приюта Розалинда Скорр, когда, «заигравшись» в своих интригах, решила скрыть смерть своей настоящей дочери. Я была на неё внешне похожа, никто и не заподозрил подмены. А мне по возрасту «списали» пару годков. Лаура регулярно посещала наш приют, там я с ней и познакомилась. А в роли малышки Скорр я оказалась уже после её смерти.

Нэнси меня просто ошарашила новой информацией. Может быть, Лаура Монарди и есть связующее звено моих злоключений в этом мире: сначала я побывала в теле её дочери, затем переселилась в тело девочки из приюта, к которой, как я поняла, Лаура была очень привязана.

И еще сказки про Виллет, которые рассказывала мать Софьи маленькой сироте, подтверждают, что Лаура Монарди была знакома с таким видом людей.

- Послушай, - вдруг вспомнила я, обращаясь к Нэнси, – а у вас есть энциклопедия «Великие сущности измерений»?

- Нет, - ответила девушка. - В этом доме нет ни одной книги…

Глава 5

Софье было непривычно маленькое пространство скромной квартирки на пятом этаже. Она без особого труда справилась с дверью, открыв её при помощи ключа, полученного от Татьяны, сообщившей, что братец во время ремонта поменял все входы и выходы в её «апартаментах»…

С интересом оглядываясь по сторонам, девушка то и дело натыкалась взглядом на странные диковинные вещи: блестящие шкафы, гладкие поверхности, свисающие с потолка стеклянные шары…

Кстати, с шарами было проще всего – это источники света, догадалась Софья, просто непривычного для неё вида.

Когда девушка увидела на стене незнакомый предмет прямоугольной формы, её словно магнитом потянуло к нему. Чуть коснувшись подушечками пальцев чёрной матовой поверхности, она с удивлением обнаружила, что начинает считывать информацию: «Телевизор…Жидкокристаллический экран… Разрешение 3840x2160… Частота обновлений 60Гц… Поддержка HDR… Потребляемая мощность 120 Вт…»

Вскрикнув от неожиданности, Софья начала понимать, что обладает некой способностью мгновенно перерабатывать открывающиеся ей новые знания – слова, сложные и непонятные, врывающиеся против воли в её сознание, приобретали конкретный смысл, давая объяснения принципу работы данного устройства.

Девушке потребовалось буквально несколько секунд, чтобы понять, как включить телевизор, и вот уже на «проснувшемся» экране замелькали изображения незнакомых городов, людей в непривычных одеждах и экипажей без лошадей, которые здесь, в этом мире, назывались машинами.

Чтобы подтвердить свои догадки, Софья подошла к следующему незнакомому объекту – блестящему белому ящику, стоящему в углу комнаты. «Холодильник… Двухкамерный…Общий объем 320 литров… Класс энергопотребления А++… Система No Frost… Потребляемая мощность 250 Вт…» - и снова этот внутренний голос, холодный и беспристрастный, описывающий предмет до мельчайших деталей.

Теперь она точно знала, что не сходит с ума, а просто «видит» суть работы этих странных машин, их устройство, их предназначение. Девушка понимала, что этот внезапный дар, открывшийся в этом мире, может стать для неё ключом к выживанию и адаптации.

Словно повинуясь инстинкту, она открыла холодильник. Внутри лежали продукты, незнакомые ей, но… она знала, как они хранятся, как долго останутся свежими. Взяла яркий плод и надкусила. Сладкий сок брызнул на губы, и Софья улыбнулась. Теперь она не боялась этого нового загадочного мира…

- А ты уверена, Новосёл, что Танька помыла манго? – неожиданно услышала за спиной уже знакомый голос необычного молодого человека.

Он по-хозяйски поставил объёмную сумку на стол и начал методично доставать из неё какие-то баночки, коробочки, шуршащие цветные пакетики… Девушка заворожено смотрела на это действо.

- Я тут тебе ещё «вредной», но вкусной еды принёс. Зная Таньку, догадываюсь, что холодильник она «забила» только правильным питанием, - продолжал между тем Арик.

- А вы тоже здесь живете? – решилась задать интересующий её вопрос Софья.

- А с чего вдруг мы «выкать» начали? – недоуменно воззрился парень на растерявшуюся девушку. - И что значит «здесь»?

- Ну, в этой квартире, - неуверенно начала та.

- Да-а-а, Лидка, видать, здорово тебе мозги отшибло, что ты старых друзей и соседей не узнаёшь!

Парнишка даже на секунду загрустил, но вдруг встрепенулся и, улыбнувшись своей фирменной улыбкой «от уха до уха», торжественно продекламировал:

- Тогда давай знакомиться заново!

Софья, облегчённо вздохнув, кивнула в ответ.

- Меня зовут Аристарх Пантелеев, - начал молодой человек. - Я твой сосед по подъезду, и моя квартира находится в аккурат под твоей. Мы знакомы с тобой с детства. У нас даже был неудачный роман.

- Почему неудачный? – перебила его Софья

- Потому что ты, Новосёл, меня на шесть лет старше, и когда я влюбился в тебя в первом классе, ты этого даже не заметила!!!

После последнего восклицания парнишка так заливисто расхохотался, что Софья не удержалась и начала смеяться в ответ…

Отдышавшись после всеобщего веселья, Арик по-деловому рассовал продукты по полкам в шкафах и, наказав Софье мыть овощи и фрукты, начал «колдовать» над тарелками, готовить ужин.

- Можешь рассказать, что со мной произошло? – попросила девушка, когда они расселись за столом, чтобы приступить к трапезе, и неуверенно добавила. - Просто я многого не помню.

- Угу, - буркнул Арик, тщательно пережевывая салат, после чего начал свой рассказ: - Ты, Новосёл, была на торжественном приеме в Сенаторском особняке со своим новым хахалем!

- С кем? – не поняла Софья

- Ну, с ухажёром, Димкой Родыгиным – Танькиным братом! Об этом нюансе вся местная пресса писала, что, мол, после разрыва с Каталеей Деркач, Дмитрий Андреевич Родыгин появился в обществе обворожительной девушки и тому подобное…

Потом писали, что новую пассию Дмитрия Родыгина после торжественного приёма доставили в карете скорой помощи, что находишься ты в крайне тяжёлом состоянии и прочее…

Кто-то пытался обвинить во всем этом Димку, кто-то его бывшую невесту, кто-то политических недоброжелателей – в общем, шумихи в прессе было много, даже чересчур.

Нашли тебя запутавшейся в натяжной страховочной сетке, которую использовали в реставрационных работах, в состоянии глубокого обморока, хотя в отчётах полиции с места происшествия информации о насильственных действиях в отношении твоей персоны не было.

- В общем, Новосёл, - констатировал Арик: - Ты теперь местная знаменитость по двум причинам: как новая невеста Дмитрия Андреевича и чудом Выжившая после падения с высоты!

***

После откровенного разговора с Нэнси в моей голове начали один за другим выстраиваться вопросы. Кто же был загадочным убийцей барона Павловского? Зачем графине Скорр потребовалось маскировать преступление, случившееся в её саду, под самоубийство? И, самый злободневный вопрос – как мне вернуться в тело Софьи?

Вдруг из памяти всплыла фраза лорда Салевана Грина: «Надо понять, как ты сюда попала, и предпринять обратный шаг!»

Что же, задачка предстоит не из лёгких. И первое, что я решила сделать – внимательно осмотреть комнату, где сейчас находилась Софья, ведь именно там я заснула перед перемещением в другое тело…

Тихонько приоткрыв дверь в гостевую спальню, я прошмыгнула внутрь, пытаясь остаться незамеченной для посторонних глаз и только позднее до меня «дошло», что в этом доме я в роли хозяйки, так что прятаться от слуг вроде бы и незачем…

Софья лежала на постели всё в той же позе, когда я видела её в последний раз. Осторожно потрогав ладони и стопы девушки, я обнаружила, что они холоднее обычного. Но к своей радости, мне удалось нащупать пульс. Это меня немного успокоило и обнадежило.

- Что ты делаешь? – вдруг отозвалась Нэнси.

- Проверяю – жива она или нет.

- А что с ней произошло? – дочка графини начала проявлять к судьбе девушки адекватный интерес.

Я вкратце описала ей ситуацию, как мы с Софьей делили её тело, и вот, наконец, я должна была отправиться домой, но что-то пошло не так, и с этим ещё предстоит плотно разбираться.

- Значит, это ты была в теле Софи, когда скакала на жеребце? – догадалась Нэнси. - А я всё думала, как же это ей удалось…

- Угу, - буркнула в ответ.

- И у агентства меня высмеяла тоже ты?

- Так получилось, - и чтобы прекратить поток девичьих вопросов, подсказала: - И на балу ругалась с тобой тоже я, и матушку твою сбила с ног, и …

- А кто спас меня у Холодного озера? – задала, видимо, главный для себя вопрос Нэнси.

- Мы вместе! – и пояснила притихшей девушке: - Я заметила тебя из окна и побежала, чтобы догнать и не дать прыгнуть в воду. Но когда ты утащила меня за собой – Софья силой своей магии вернула нас обеих на берег.

Нэнси молчала, видимо, задумалась или осмысливала информацию.

- Лаура мне рассказывала, что Виллет обязательно должна исполнить заветное желание, - неожиданно заговорила девушка. - А какое заветное желание было у Софьи?

- Не знаю, - растерялась я. - Мы никогда с ней об этом не говорили…

- Если ты ещё здесь, в этом мире, то, скорее всего, просто не исполнила этого желания, - сделала свое предположение Нэнси.

- Хорошо, я поразмышляю над этим, - пообещала вслух, а про себя подумала, что, действительно, может, мне пришлось остаться здесь, потому что просто недоделала чего-то? Например, не нашла убийцу барона Павловского…

- Ответь мне ещё на один вопрос, - тихо попросила девушка. - А целовалась с Реем тоже ты?

Я лишь кивнула в ответ, не в силах признаться, но Нэнси меня поняла.

- Он тебе нравится?

- Какая теперь разница!!! – с откровенной горечью в голосе пролепетала я. - Если меня настоящую Рейман даже не видел!!!

Глава 6

Виконт де Бар внимательно рассматривал портрет молодой женщины, которую отец прочил ему в матери наследника рода.

- Ну что скажешь? – поинтересовался его мнением герцог. - Согласись, что она хороша?

- Да, редкая красавица, - растерянно пробормотал Рейман. - Но я никогда прежде не встречал её.

- Она где-то совсем рядом, я это чувствую! – воодушевленно продолжал отец, но мысли виконта были сейчас далеки от семейных проблем и загадок…

Рейман с тоской думал о Софье. Нэнси утверждала, что Тёмный лорд объяснил сегодняшнее состояние девушки магическим шоком, ибо она потеряла много сил и энергии, когда вызволяла их из вод Холодного озера.

Но Рей помнил их поцелуй накануне, ту смелость, с которой Софья притянула его к себе, и он, со всей горячностью, поддался этому порыву. Девушка в этот момент не выглядела больной или уставшей. Что-то здесь было явно не так, но виконт не мог объяснить даже самому себе, что его настораживало.

Нэнси? Дочка графини сегодня удивила Рея своей проницательностью в медицинских вопросах! Она уверенно проводила осмотр Софьи, наглым образом отодвинув доктора. Что-то показалось виконту в её движениях до боли знакомым, но он никак не мог понять, что же все-таки упускает.

Салеван Грин? Он «пригвоздил» Реймана взглядом своих пронзительных глаз так, что виконт почувствовал себя нашкодившим мальчишкой. Неужели Темный лорд догадался об их поцелуе с Софьей?

В этот момент отец озабоченно посмотрел на Рея, словно что-то смог прочитать на его лице.

- Побереги своё сердце, сын!

- Что? – растерялся Рейман.

- Перестань думать об этой девушке. Ты же знаешь, что у неё своя миссия. Ей нет места рядом с тобой! Эта привязанность может сделать тебя несчастным…

Рейману была непривычна отеческая забота такого рода, или он был просто не готов обсуждать с отцом свои сердечные тайны, поэтому решил сменить тему разговора.

- Завтра к ужину прибудет Нэнси Скорр, - и, видя, как герцог удивлённо вскинул бровь, поспешил пояснить: - У неё вечером должно состояться свидание с матерью, которая находится под стражей, поэтому девушка переночует в нашем доме. Так что, не удивляйся…

***

Вопросы Нэнси разбередили мне душу. Действительно, что толку от того, нравится мне Рейман или нет, если о моём существовании он даже не догадывается!

Вчера я «сдуру» решила поцеловать виконта «на прощание» - тем самым совершив непростительную ошибку.

«Как такое можно было допустить! – ругала я себя, на чем свет стоит. - Подвергла угрозе репутацию совсем молодой и невинной девушки».

С этими невесёлыми мыслями я осматривала гостевую комнату Софьи. В отдельной нише, на плечиках, увидела своё бальное платье, приведённое в образцовый порядок после «купания» в ледяной воде Холодного озера.

На туалетном столике примостилась бальная сумочка, в которой был кисет со злосчастной шкатулкой. Вытащив на свет магический раритет, я вспомнила слова Розалинды Скорр, что за этой вещицей ведётся настоящая охота. А я самолично притащила шкатулку в «стан врага»!

От этой мысли мне стало не по себе. Немного успокаивали заверения Софьи, что в этом кисете чужак никогда не найдёт спрятанную вещь. Я запихнула магический раритет обратно в «волшебный мешочек» и, прихватив с собой, отправилась в покои Нэнси.

В будуаре дочки графини меня встретила Мария, ожидавшая хозяйку для приготовления ко сну. Она помогла мне переодеться и начала расплетать волосы, освобождая пряди одну за другой.

- Какие красивые у вас волосы, - пропела служанка слащавым голоском, - прямо загляденье…

К такой откровенной лести я была не готова, поэтому спросила напрямую:

- Тебе что-то надо от меня?

- Что вы, барышня! – испугалась горничная и виновато опустила глаза. - Просто слуги обеспокоены, куда так внезапно пропала графиня…

- А почему этот факт должен волновать слуг? – удивилась я.

- Ну, как же? – трагическим шёпотом продолжила Мария. - Все переживают, что станет с домом, если Её Сиятельство не вернётся. Куда мы все пойдём, если в особняке не будет привычной жизни: балов, приемов, многочисленных гостей, как это было при графине?

- Что, такой большой штат обслуживающего персонала? – озадачилась я ещё одной проблемой, которая грозилась свалиться на мои плечи, оказавшись в роли последней хозяйки дома.

- Конечно! – утвердительно воскликнула девушка.

- Хорошо, я подумаю об этом, - пообещала Марии, а затем по привычке спросила: - Не заметил ли кто-нибудь из слуг чего-нибудь необычного за последнее время? Какие сплетни ходят среди домочадцев?

Горничная заметно смутилась, но, набрав в грудь побольше воздуха, выпалила заговорщическим шёпотом:

- Все только и обсуждают доставленный срочный пакет от королевского посыльного накануне бала…

- Вот как? – изумилась я. - Что же такого особенного, по-вашему, произошло?

- Как правило, почту доставляют посыльные, и дворецкий складирует её в определённом месте. А этот прискакал на коне с раннего утра, весь разряженный в королевскую форму, и потребовал графиню собственной персоной. В это время Сиятельство пребывала ещё в постели, и никто из слуг не решался её побеспокоить, чтобы не навлечь на себя хозяйский гнев. Пришлось самому дворецкому докладывать графине о приезде гонца от Императора. Та спустилась очень злая, но, получив послание, заметно растерялась и закрылась у себя в кабинете, никого не допуская…

Ого!!! Графиня Розалинда Скорр получила письмо от самого Императора?! И где же может быть это письмо? Если она закрылась с посланием у себя в кабинете перед балом, возможно, данная корреспонденция всё ещё может находиться там!

Когда Мария завершила все хлопоты на сегодня и удалилась из комнаты, я решила выяснить у Нэнси, что ей известно о срочном пакете для графини.

- Сама пребываю в полном недоумении, - откликнулась девушка, но тут же поправилась: - Хотя от Розалинды можно всего ожидать, она является знатной интриганкой.

Решив осмотреть кабинет графини на предмет поиска секретного послания, я поинтересовалась у девушки о наличии сейфа в доме. Нэнси подтвердила, что хозяйский сейф находится за картиной, что висит на стене прямо за рабочим письменным столом. Только вот как открыть его, она не ведает.

Вспомнив о волшебном ключике, который прихватила по наитию с собой на бал, я решительно накинула пеньюар и отправилась «вскрывать» хозяйский сейф.

Пока я пробиралась по тёмным коридорам затихшего дома, меня не оставляло ощущение, что кто-то неслышно следует за мной. Несколько раз я предпринимала попытки резко обернуться, чтобы застать соглядатая врасплох, но никого не увидела. В явном напряжении добравшись до кабинета графини, я вбежала туда и сразу же закрыла дверь на засов, что имелся изнутри. Затаив дыхание, прислушалась, что происходит за дверью, и точно, отчётливо услышала чьи-то шаги, удаляющиеся по коридору.

Так, значит, за мной следят! Вернее, не за мной, а за Нэнси! Это было неприятное открытие - в доме небезопасно! А это может угрожать и Софье, чьё тело находится в бессознательном состоянии в гостевой комнате.

- Нэнси, - шёпотом позвала я девушку, - подскажи, где включается свет?

- Сколько себя помню, Розалинда всегда работала здесь при свечах.

Пришлось разжигать свечи, чтобы внимательно осмотреться.

На рабочем столе не лежало ни одной бумажки. Ящиков тоже не наблюдалось. Я решила не тратить время, а сразу заняться сейфом. Вытащив из кисета волшебный ключик, подошла к картине и легко сдвинула её в сторону. Замок был прост, особо возиться с ним не пришлось. Как только ключ очутился в замочной скважине, послышался характерный щелчок, и дверца открылась.

- Обалдеть?! – удивлённо пролепетала Нэнси, видимо восторгаясь работой магической вещицы.

- Обалдеть! – изумлённо уставилась я на пустое нутро железного ящика, в самом низу которого умудрилась разглядеть маленькую карточку с надписью ZERO.

***

Софья долго не могла заснуть на новом месте, прокручивая в голове события дня и заново мысленно их переживая. Потом решила взять себя в руки, вспомнив, как Лидия методично подводила итоги каждый вечер перед сном, и последовала её примеру.

Итак, сегодня она познакомилась с двумя мужчинами: братом Татьяны, галантным кавалером, с которым местное общество приписывает ей роман, и с Ариком, замечательным парнем, сопереживающим Лидии и взявшимся ей во всём помогать. Она вполне сносно обустроилась в квартирке хозяйки тела и даже самостоятельно смогла убраться после ужина, помыв посуду и расставив всё по местам.

Вечером ей удалось ответить на звонок Татьяны, заверив подругу Лидии, что с ней всё хорошо, проводить Арика и пообещать тому, что если ей понадобится срочная помощь, то она прибегнет к старинному способу их взаимодействия, а именно ударит по трубе, соединяющей их квартиры.

Но самое главное было то, что в этом мире она стала обладательницей редкого дара - считывать информацию с механических предметов и моментально понимать принцип их работы.

Постепенно, перебирая в голове приятные мелочи за день, девушка провалилась в глубокий сон. Ей было невдомёк, что стараниями Татьяны разрабатывалась программа реабилитации Лидии после «психологической» травмы, куда методично подключались Васятка, Арик, Димка…

Глава 7

От резкого шума за стеной я мгновенно открыла глаза. Солнце уже поднялось над горизонтом, в попытках осветить мрачное октябрьское утро.

Вчера, поздно вечером, после изучения содержимого сейфа в кабинете графини, я решила переночевать в комнате с Софьей. Меня очень сильно напугал мой ночной сопровождающий по тёмным коридорам графского особняка. К сожалению, мне не удалось увидеть, кто шел за мной по пятам, но я спиной чувствовала недобрый взгляд соглядатая.

Шум за стеной тем временем настойчиво нарастал, и мне ничего не оставалось делать, как выйти и узнать, что, в конце концов, происходит.

Открыв дверь в комнату Нэнси, я буквально замерла на пороге. Здесь царил полный хаос. Тяжелая стойка опоры, некогда поддерживающая балдахин над кроватью, валялась на постели, смяв шелковые простыни. Мария, бледная как полотно, стояла рядом, прикрывая рот рукой. Увидев меня, она бросилась навстречу:

- Барышня! Боже мой! Это… это упало прямо на кровать! Вы могли погибнуть!

Во рту у меня всё пересохло. Моя кровать! Моя комната! Если бы мне не вздумалось заночевать рядом с Софьей, то я была бы сейчас погребена под обломками балдахина!

Медленно подойдя к пострадавшей стойке, присела на корточки и провела рукой по месту слома. Занозистая щепка впилась в кожу. Что-то здесь было не так.

Дерево старое, но не ветхое. На естественный излом от старости это не походило. Стойка была подпилена - тонкий, но смертоносный надрез, искусно спрятанный от глаз. Это была не случайность…

- Срочно зовите городового! – дала указание прибежавшим на шум слугам. - И прошу оказывать полное содействие всем розыскным мероприятиям.

Если злодей решил расправиться с дочкой графини, и ему бы сие удалось, то этот трагический случай по счету был бы третьим в этом доме за последние месяцы.

Опасность стала ощутимой и осязаемой. Надо срочно организовать охрану Софьи, и ничего лучше придумать я не смогла, как привлечь для этого дела охранную магию в виде волшебного клинка, что остался в особняке Павловских.

Надо срочно идти за ним!

***

- Серафима Петровна! – сквозь пелену сна капризно проворчала Софья. - Скажите Петруше, чтобы перестал забивать гвозди в стену, такой шум поднял с самого утра…

Она лениво перевернулась на другой бок, но стук не прекращался.

- Да что же это такое, - чуть не плача, девушка приоткрыла глаза и уставилась на круглые светильники на потолке.

Ещё толком не проснувшись, но уже поняв, что это долбится явно не Петруша, она поплелась открывать входную дверь, источник довольно бодрых ударов.

- Новосёл! Ты так крепко спишь?! – радостно приветствовал её Арик. - Прямо как убитая. Я даже испугался, не случилось ли чего…

- А что может случиться? – Софья давно не испытывала такого жуткого состояния недосыпа. Она с трудом разлепила глаза, чувствуя себя разбитой и опустошённой.

- Давай, давай, Новосёл, не стой столбом, собирайся!

- Куда? – удивилась Софья, прислонившись к стене, чтобы не упасть.

- Как куда? На пробежку твою любимую! Свежий воздух, движение – это то, что тебе сейчас нужно!

Арик по-хозяйски залез в ее шкаф, вытащил какую-то одежду и, сказав, что это спортивный костюм, в который Софья должна облачиться, отправился к холодильнику.

- Дай мне пять минут, - сдалась она, понимая, что в этом случае сопротивление бесполезно.

Натянув на себя предложенный наряд и завязав волосы в хвост, девушка с удивлением наблюдала за Ариком, который вытащил из недр холодильника бутылочку воды.

- Готова? – спросил он, беря её за руку.

Софья кивнула, хотя внутри все протестовало.

Первый шаг дался с большим трудом, каждый мускул болел от двухнедельного бездействия. Арик бежал рядом, подстраиваясь под её темп, не говоря ни слова, просто поддерживая своим присутствием.

Для Софьи это был дебютный опыт пробежки. С каждым метром ей становилось немного легче, было заметно, что тело привычно к таким занятиям. Она начала дышать глубже, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

Утренний воздух приятно холодил кожу. Они бежали вдоль реки, мимо просыпающегося города. Софья смотрела на отражение облаков в воде и вдруг заметила, что на её новом лице играет довольная улыбка…

***

Я уже спускалась по ступеням главной лестницы графского особняка, как вдруг из-за угла вынырнул запыхавшийся посыльный.

- Мисс Нэнси Скорр? – важно спросил меня проворный молодой человек.

После моего утвердительного кивка, он протянул запечатанный сургучом пакет «Для мисс Нэнси Скорр. От виконта Реймана де Бара».

Сердце непроизвольно забилось сильнее. Я разорвала печать, и аккуратный почерк виконта предстал перед глазами: «Свидание с матерью назначено сегодня вечером».

Неожиданно! Помнится, Рей обговаривал срок «через пару дней»…

Далее сообщалось, что после обеда за мной прибудет экипаж, чтобы доставить в столицу. Там я должна буду остановиться в особняке герцога Ромула де Бара, где предстоит остаться на ночлег.

Почему именно там? Вопрос повис в воздухе…

Итак, предстоит подготовиться к поездке, а времени катастрофически мало. Нужно еще успеть побывать в доме Павловских. И самое главное – найти возможность пробраться в потайную комнатку, где хранятся магические артефакты.

Подкатив в пролетке к знакомому дому, у меня не было ни одной мысли, какой предлог придумать для домочадцев, чтобы мою персону допустили до будуара молодой хозяйки.

И в это самое время я увидела знакомую фигуру Корнея Мефодича, который уверенной походкой направлялся к главному входу в особняк.

- Доктор! – громко окликнув эскулапа, я пулей выскочила на дорожку и засеменила к застывшему в недоумении мужчине.

- Добрый день! – немного с опозданием вспомнила о хороших манерах. - Хотела с вами посоветоваться, возможно, ли Софью перевезти в таком состоянии домой?

Доктор отвесил приветствующий поклон и, чуть подумав, деловито ответил:

- Крайне нежелательно!

- Просто меня вызывают в столицу, и за девушкой некому будет присмотреть, - врачеватель от удивления округлил глаза, и я тут же поправилась: - то есть рядом с ней не будет ни одного близкого человека. А вдруг в этот момент она придет в себя и испугается незнакомой обстановки?

- Тоже верно, - задумчиво изрек доктор, а потом неожиданно предложил: - Может кто-то из Софьиных слуг подежурит рядом с девушкой во время вашего отъезда?

Я от радости чуть не захлопала в ладоши. Молодец, Корней Мефодич!

- А вы сможете посодействовать в этом? – спросила я его.

- Конечно! – утвердительно ответил доктор, и мы вместе с ним направились к дому Павловских.

Представив меня домочадцам и обозначив проблему, Корней Мефодич предложил выбрать дежурного на сегодняшний вечер у постели Софьи.

Тут пришлось вмешаться мне.

- Я, конечно, никого не хочу напугать, но позвольте заметить, что в этом доме был убит барон Павловский. Убийцу пока не нашли, но этот факт уже подтвержден. Поэтому вопрос поставим по-другому – кто останется здесь на хозяйстве? Остальным придется охранять Софью, пока меня не будет в городе.

Было принято решение, что Лизавета будет ночевать в комнате с Софьей. Петруше предстоит провести ночь подле двери, чтобы обеспечить безопасность и не допустить посторонних в гостевую комнату.

Даже Корней Мефодич решил принять участие в этой выездной охранной экспедиции и тоже останется на ночлег в особняке графини, где я обещала выделить под его нужды апартаменты рядом с комнатой девушки.

Лишь Серафима Петровна осталась на этот вечер в своем обычном амплуа, а именно домоправительницей особняка Павловских.

Когда все поспешили на сборы к предстоящей миссии, я, испросив разрешения, поднялась в Софьину комнату, чтобы приготовить необходимые для девушки вещи. И в этом не лукавила…

Подойдя к заветному шкафу, отработанными движениями ловко открыла потайную каморку юной волшебницы, с удовольствием отмечая, что здесь, как всегда, всё на своих местах.

- Вот это да! – восхитилась Нэнси открывшейся картине.

- Большая просьба – молчать об этом тайнике магических ценностей! – предупредила я девушку

- Не беспокойся, я не из болтливых, - заверила меня дочка графини, - даже не представляешь, сколько тайн мне предстояло «похоронить», живя рядом с Розалиндой Скорр.

Это было похоже на правду. Нэнси действительно знает много больше, чем готова сказать…

Быстро собрав волшебный плащ «серой мыши» и охранный кинжал, я остановилась в нерешительности перед раскрытым гримуаром.

Предполагая, что надо правильно задать вопрос, я мысленно отметала слишком сложные формулировки, чтобы оставить самое главное и значимое для себя.

А самым актуальным в настоящий момент было возвращение в тело Софьи, чтобы оно не смогло физически умереть.

Клинок охранного кинжала легко скользнул по подушечке пальца. Кровь, алая и густая, выступила мгновенно. Затаив дыхание, осторожно наклонила руку над открытой страницей и четко произнесла:

- Как мне вернуться в тело Лии Монарди? – назвав Софью ее настоящим магическим именем, данным ей при рождении.

Капля упала в углубление и зашипела, как масло на раскалённой сковороде…

Тишина сгустилась. Сперва показалось, что ничего не происходит. Но затем над книгой, словно из ниоткуда начали появляться символы – причудливые переплетающиеся знаки, пульсирующие слабым призрачным светом.

Они складывались в слова, и я к своему ужасу поняла, что это язык Древних, который пообещала Софье выучить, но мне все было не досуг. Я уже была готова разрыдаться от отчаяния, но тут заговорила Нэнси:

- Соединились два в одном,

Когда все спят спокойным сном,

Где две звезды сойдутся в раз,

Зажгли огонь, Огонь угас,

То время сложно предсказать,

Себя познать и не узнать…

Внезапно видения оборвались. Знаки потухли, гримуар снова стал обычной старой книгой. В полной тишине дома зазвучал бой часов, которые отбивали полдень. Видимо, напольные ходики в кабинете отца, подумала я, и это мне показалось особенно странным. До этого момента я никогда не слышала их ход в этой комнате.

Пора было возвращаться, скоро за нами с Нэнси приедет экипаж, чтобы доставить в столицу.

Глава 8

Сегодня Софья была вправе гордиться собой, и она это отлично понимала. После пробежки с Ариком, когда паренёк отправился к себе, девушка умудрилась приготовить вполне сносный завтрак: сварила яйца, нарезала помидоры и даже сделала кофе в кофеварке…

Её всё больше и больше впечатлял и затягивал этот новый мир со своей умной техникой и великолепными возможностями получения практических знаний.

Пребывая в прекрасном расположении духа, Софья решила ознакомиться с гардеробом Лидии. Вчера, ложась спать, она впопыхах натянула на себя легкий сарафан вместо привычной ночной рубашки, поэтому хотела не торопясь осмотреть одежду на предмет её предназначения.

Внимательно наблюдая за людьми на экране телевизора, девушка вполне сносно начала ориентироваться в предпочтениях и вкусах большинства населения относительно внешнего облика.

Разложив по стопочкам вещи по принципу: что ей нравится, что необходимо надевать в определенных ситуациях, как сегодня во время пробежки, а с чем она ещё совсем не была знакома, Софья услышала, как зазвонил телефон.

- Лидок! – ворковала в трубку Татьяна, а это была именно она. - Мы ждем вас сегодня с Ариком у нас на даче. Одевайся потеплее, будут шашлыки. Посидим на открытом воздухе, поговорим, пообщаемся. Будь готова к двенадцати часам, Арик за тобой зайдет в это время!

Парень оказался точен и ровно в двенадцать раздался звонок в дверь. На нём была кожаная куртка, высокие ботинки и перчатки с обрезанными пальцами…

- Ну что, Новосёл, готова? – спросил он Софью, критически осматривая с головы до пят, но потом недовольно протянул: - Э-э-э нет, так не пойдёт…

Как всегда, не испытывая чувства дискомфорта, Арик залез в её шкаф, основательно порылся и вытащил на свет куртку, аналогичную своей.

- Вот, надевай старую косуху! Так безопаснее будет!

Облачившись в кожаную куртку, Софья чувствовала себя неуклюже и выглядела, на её взгляд, более чем странно.

Когда они вышли из подъезда, девушка ахнула. Перед ней стояла неизвестная модель «чудо – современной - техники». По привычке она прикоснулась к агрегату и считала информацию. Это был мотоцикл – огромный, блестящий, хромированный «зверь».

- Арик, ты серьезно? – пролепетала она, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Она и одной лошади боялась до беспамятства, а в этой модели 160 лошадиных сил…

- Конечно, Лидка, можно и на автобусе. Но так, согласись, романтичнее! – парнишка подмигнул Софье, протягивая шлем.

В голове мелькнула мысль: «Нет, спасибо!» Но Арик уже усаживал её на заднее сидение. Инстинктивно девушка вцепилась в его куртку.

Мотор взревел, и земля ушла из-под ног. Первый рывок был пугающим. Софья закрыла глаза, ожидая худшего, но страх быстро сменился восторгом. Ветер бил в лицо, непослушные пряди волос, выбившиеся из-под шлема, развевались за спиной, сердце бешено колотилось. Мимо проносились деревья, дома, сливаясь в одно размытое пятно. Город достаточно быстро остался позади, уступая место полям и лесам.

Не в силах сдержать эмоции, Софья закричала во весь голос. Скорость опьяняла. Чувство свободы, которого она никогда прежде не испытывала, захлестнуло с головой. Она чувствовала себя птицей, летящей над землей. Арик, казалось, проникся её настроением. Он прибавил газу, и мотоцикл взмыл вперед, как стрела…

***

Уже сидя в экипаже, подъехавшем к крыльцу буквально через полчаса после того, как я разместила охранную делегацию от дома Павловских в особняке графини Скорр, мне, наконец, удалось немного передохнуть и мысленно подвести кое-какие итоги.

Итак, начнём с самого начала…

После бала, заночевав в гостевой комнате графского особняка, я переместилась в тело Нэнси Скорр. Софья тоже по какой-то роковой случайности переместилась в неизвестном направлении, и телу грозит гибель, чего никак нельзя допустить.

Выяснилось, что Нэнси видела момент убийства барона Павловского, которого застрелила женщина, появившаяся «из ниоткуда» и пропавшая «в никуда».

Также мы узнали, что графиня Розалинда в день бала получила срочный пакет от Его Императорского Величества. Однако этот пакет обнаружить не удалось. Зато в сейфе графини лежит карточка, аналогичная найденной карточке из сейфа барона Павловского, с загадочной надписью ZERO.

Сегодня ночью совершено покушение на Нэнси Скорр, дочку графини, которая является очевидцем убийства барона. Правда, девушка утверждает, что призналась в этом только мне. За ней же ведется слежка неопознанным субъектом, что крайне опасно для неё.

Мне таки удалось побывать в тайной комнате Софьи и взять охранный кинжал, который я поместила на шею девушки и приказала Лизавете смотреть за свечением камня на его рукоятке, как предупреждение об опасности. Слава Богу, Лизка всё поняла без лишних расспросов…

Плащ «серой мыши», кисет со шкатулкой и волшебным ключом, я прихватила с собой «на всякий случай».

Остался гримуар, а вернее его ответ на мой вопрос: «Как вернуться в тело Лии Монарди?». Тут совсем белиберда какая-то нарисовалась, как говорится – без ста грамм не разобраться!

Благо, Нэнси понимает язык Древних.

- Кстати, Нэнси, а откуда ты знаешь язык Древних родов? – на всякий случай спросила я притихшую девушку.

- Лаура научила читать еще в детстве…

Вот еще одна открывшаяся тайна последних дней - девушка вовсе не является родной дочерьюграфини. Опять же, много знает о проделках этой светской львицы, ее интригах и двойном образе жизни.

Так же она хорошо знала Лауру Монарди, мать Софьи, которая ей читала волшебные сказки о принцах и феях, предсказала встречу с Виллет, и научила языку Древних родов.

Глава 9

Остаток пути я пыталась узнать у Нэнси как можно больше информации о герцоге Ромуле де Баре, отце Рея. Но девушка ответила, что видела его воочию только в детстве, когда Его Светлейшество был ещё маркизом. Все контакты с Ромулом де Баром поддерживала графиня Розалинда, и лишь с её слов Нэнси знала о жизни отца виконта.

Столица встретила нас дождем и серой дымкой. Особняк, рядом с которым остановился экипаж, возвышался на одной из центральных площадей города и показался мне мрачным, величественным и неприступным.

Что же, если дом похож на своего владельца, то мне предстоит знакомство с человеком консервативным и строгим, так сказать, воплощением аристократической незыблемости.

Дворецкий, чопорный и бесстрастный, проводил меня через анфиладу комнат, наполненных тяжелой, темной мебелью и тусклым светом. Каждый шаг в этих помещениях отдавался гулким эхом.

Когда мы, наконец, остановились перед огромными дверями, предположительно кабинета хозяина, я почувствовала, как по спине пробежал предательский холодок.

Герцог встретил меня, глядя в окно, стоя спиной к двери. Он медленно обернулся, и я увидела лицо, словно высеченное из камня, - резкие черты, суровый взгляд серых глаз – он был воплощением власти и аристократического превосходства.

- Добрый день! – удалось промямлить мне в знак приветствия.

Губы Ромула де Бара тронула легкая усмешка.

- Мисс Нэнси! - произнес он и протянул мне руку. - Вы настоящая красавица!

Не понимая, как воспринимать восклицание титулованной особы, принять это за комплимент или насмешку, я поспешила пожать протянутую руку, чтобы скрыть смущение. В его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление.

- Я рада вас видеть в полном здравии! – ляпнула следующее, что пришло в голову. Увы, придворному этикету я была не обучена.

- Что ты несёшь!!! – завопил голосок Нэнси.

Лицо герцога вытянулось от изумления

- А что было не так с моим здоровьем?

- Простите, Ваша Светлость, - поправилась я, - видимо, я не так поняла информацию, предоставленную графиней Розалиндой Скорр о состоянии вашего здоровья. Моя матушка увлекающаяся особа и не всегда бывает правдивой рассказчицей, знаете ли, любит порой приукрасить ситуацию для красного словца.

Решив всё «свалить» на отсутствующую здесь Розалинду, я поспешила хоть как-то сгладить конфуз, который только что учинила.

- Ах, да, ваша матушка! – герцог, видимо, вспомнил о цели моего визита в его дом. - Мне было очень жаль слышать о том, что с ней произошло.

Вот как! Я порывалась спросить Его Светлейшество, что же более всего его удручило: то, что Розалинда Скорр много лет вела преступную деятельность, или тот факт, что она, в конце концов, попалась в руки правосудия?

Видимо, вся гамма чувств отразилась на моем лице, и теперь герцог понимал комичность той тирады, которую только что произнес.

Положение спас вовремя подоспевший Рейман. Он, поприветствовав отца, вызвался проводить меня до комнаты, где мне предстояло провести ночь, чтобы я смогла отдохнуть с дороги, привести себя в порядок и часа через два спуститься к ужину.

Убедившись, что мой дорожный саквояж уже здесь, я поблагодарила виконта за хлопоты, терпеливо дожидаясь, когда он оставит меня одну. Но Рейман не торопился.

- Как себя чувствует Софья Павловская? – наконец решился задать интересующий его вопрос.

- Без изменений, - я была предельно краткой и не торопилась поощрять Рея к беседе. Тем более ничего ободряющего сказать ему не могла.

Рейман заметно помрачнел. Что же, я разделяла его состояние.

- Я не встретил вашей горничной, - решил он, видимо, сменить тему для разговора.

- Я путешествую одна, - пояснила ситуацию с отсутствием прислуги, - так сказать, налегке…

Бросив в мою сторону изумлённый взгляд, Рей прошелся по комнате и по-хозяйски её оглядел.

- Надеюсь, вам здесь будет удобно

- Благодарю за заботу! – искренне отозвалась я.

- Сразу после ужина мы отправимся к Розалинде, будьте готовы, - предупредил меня виконт и вышел прочь.

Оставшись, наконец, одна, я с любопытством огляделась. Комната оказалась выше всяких ожиданий. Высокие окна с видом на ухоженный сад, шелковые обои нежного кремового оттенка, изящная мебель, способная удовлетворить самые изысканные вкусы.

Камин, в котором уже потрескивали дрова, создавал ощущение тепла и уюта. Я отметила, что чувствовала себя здесь гораздо комфортнее, чем в особняке графини Скорр.

***

Софья была приятно удивлена той атмосферой душевности и теплоты, которую ощутила на даче у Татьяны.

Деревенский дом, утопающий в золоте осени, встретил их с Ариком запахом дыма и жареного мяса. У мангала, орудуя шампурами, примостился, по всей видимости, муж Татьяны – Васятка, и Арик вскоре присоединился к нему.

Софья с подругой Лидии устроились в увитой диким виноградом беседке, где, несмотря на мелкий моросящий дождик, было тепло и сухо.

Татьяна что-то весело рассказывала, сама задавала вопросы, сама на них отвечала, иронично посмеиваясь. Софья не особо улавливала смысл повествования. Она расслабилась и почти задремала от избытка чистого кислорода.

Вскоре подоспели мужчины с жареным мясом, которое показалось девушке на редкость вкусным: сочное, с хрустящей корочкой и едва уловимой горчинкой. Разговоры оживились, все стали вспоминать последние события, произошедшие в городе. Не обошли стороной и «приключение» Лидии в доме Сенатора. Все взоры присутствующих устремились на Софью.

- Я мало что помню, - пролепетала она. Меньше всего ей хотелось бы раскрыть тайну существования магической шкатулки, которую обнаружила Лидия в Сенаторском особняке.

- Помню только, как поднялась на второй этаж, - всё же некоторые моменты следует рассказать, так сказать, удовлетворить любопытство собравшихся, решила девушка, - стала его осматривать и неудачно оступилась. Наверно, попала на старые лаги…

Вдруг оживился Васятка:

- А вы помните ту страшную историю, которую нам рассказывали в детстве?

- Это про привидение что ли? - уточнила Татьяна

- Ну, вроде того, - отмахнулся он от жены и с азартом продолжил: - Говорили, что еще в девятнадцатом веке, когда этот дом только-только построили, здесь тоже произошёл несчастный случай. Один из прислужников, молодой совсем парень, чистил ледник, что при кухне. Знаете, раньше это были такие глубокие ямы, обложенные льдом, чтобы продукты хранить. Так вот, чистил он этот ледник, и вдруг – бах! Провалился сквозь прогнившие полы, прямо туда, вниз. Убился насмерть!

- Куда провалился? Сам же сказал, что это яма! – недоверчиво осадила мужа Татьяна

- В преисподнюю! – не растерялся Васятка.

- Ага, и теперь ходит в виде приведения и всех пугает, - закончила за него подруга Лидии.

Софья насторожилась. Этот рассказ о прислужнике с ледником она слышала с самого детства от своей нянюшки Авдотьи Павловны, которая за детские проказы всегда наставляла Софью: упадешь – пропадешь, как Васька Кисюк. Только вот случай этот действительно имел место быть и не где-нибудь, а в особняке барона Павловского и в те времена, когда тщедушная старушка Авдотья Павловна была еще совсем юной девчонкой.

Что же это могло значить? Девушка решила для себя как можно скорее осмотреть Сенаторский дом, из которого Лидия попала в их реальность и где нашла семейную реликвию рода Монарди.

Глава 10

Перед ужином я привела себя в порядок. Одела простое, но элегантное платье из темно-синего бархата, пренебрегая любыми украшениями, учитывая предстоящий повод - встречу с заключенной под стражу Розалиндой Скорр.

Когда спустилась в гостиную, лакей провел меня в помпезно обставленную столовую, где мою персону уже ожидали.

Герцог, одетый в безупречный смокинг, выглядел еще более внушительно, чем днем. Но мое внимание привлекла маленькая девочка, сидящая рядом с Ромулом де Баром.

- Нэнси, позвольте представить вам мою внучку, леди Эмили, - произнес он, прерывая мои размышления.

Девочка подняла голову, и её большие карие, как у Рея, глаза с любопытством уставились на меня.

- Ты невеста дяди Реймана? – спросил ребенок, не скрывая своего интереса.

- Вот уж нет! – рассмеявшись над её детской непосредственностью, ответила я, краем глаза отмечая, что герцог с интересом наблюдает за этой сценой.

Ужин прошел на удивление легко. Эмили задавала бесконечные вопросы обо всем на свете, и я с удовольствием на них отвечала. Учитывая мое педагогическое прошлое, общение с этим любознательным ребёнком далось мне без особого труда.

Его Светлейшество молча наблюдал за нами, изредка вставляя короткие реплики, но я почувствовала, что лёд между нами начинает таять.

После ужина Эмили утащила меня показывать дом.

- Сюда, сюда! Я тебе все покажу, - щебетала она, увлекая по бесконечным коридорам герцогского особняка.

- А мы с тобой точно не заблудимся? – спросила я девчушку, понимая, что с первого раза вряд ли смогу отыскать путь обратно в гостиную.

- Не переживай! – авторитетно заверила меня эта юная особа.

Старинные портреты величественной династии хмуро взирали на нас со стен, словно вопрошая, чего мы здесь забыли. Эмили продемонстрировала огромные залы с высокими потолками, украшенные витиеватой лепниной, и сверкающие люстры, от которых разбегались радужные блики.

Наконец, мы подошли к массивным дубовым дверям. «Это библиотека! Здесь столько интересных книг!» - восторженно воскликнула Эмили, распахивая двери.

В библиотеке царил полумрак, рассеиваемый лишь мягким светом, проникающим сквозь высокие арочные окна. Книжные шкафы тянулись до самого потолка, а в воздухе витал аромат старой бумаги.

У одного из стеллажей мы в прямом смысле натолкнулись на Реймана, который с неприкрытым любопытством воззрился на нас.

- Дядя Рейман, Нэнси надо подобрать книгу для чтения на ночь! – почти прокричала эта вездесущая малышка.

- А какие-то предпочтения будут? – вопросительно уставившись на меня, уточнил он. - Или я смогу положиться на свой вкус?

- Будут! – выпалила я, а потом более спокойно добавила: - Меня интересует энциклопедический справочник «Великие сущности измерений»…

- А ты точно уверена, что это удачное чтиво «на ночь»? – иронично переспросил меня Рей.

Я утвердительно кивнула, с волнением ожидая вердикта, есть ли эта книга в библиотеке герцога да Бара.

- Хорошо, - согласился Рейман, - я распоряжусь, чтобы её приготовили для тебя.

***

Не успели они доесть весь шашлык, как на дачу прибыли новые гости: Дмитрий Андреевич и его личный водитель Володя.

Софья с любопытством разглядывала Татьяниного брата, с которым ей с недавнего времени приписывали роман, чем заставила последнего сильно покраснеть.

Когда трапеза подходила к концу, Дмитрий Андреевич увлек Татьяну со словами: «Надо поговорить» - из беседки на улицу, под серые нависшие тучи.

Дождик к тому времени перестал накрапывать, оставив после себя слабый запах прелой листвы, и Софья тоже решила прогуляться после сытного обеда, так сказать, размять ноги. Она неспешно шагала по садовой дорожке, глазея по сторонам и сравнивая два мира, в которых ей удалось побывать.

Вдруг девушка невольно стала свидетелем разговора Татьяны с братом, развернувшегося у дальнего края сада, возле старой яблони.

К её удивлению, речь шла о ней самой.

- Тань, ну что тебе стоит? Просто поговори с ней, объясни, как это важно для меня, - упрашивал Димка, - это же банкет в доме у самого губернатора в честь дня рождения сына! Там вся область будет, связи, перспективы…

- Дим, ты же помнишь, что произошло на днях? Официальный прием закончился для неё трагически, и я до сих пор не могу простить тебя и себя, - Татьяна отчаянно сопротивлялась уговорам брата.

Софья замерла, прислонившись к шершавому стволу яблони. Если речь идет о ней самой, значит, она должна понимать что происходит.

- Поэтому и важно, что бы она показалась на людях, - продолжал парень, - сам губернатор лично интересуется ею! Я слышал, как он спрашивал о её состоянии у главного врача больницы.

- Я не буду в этом участвовать, - отрезала Татьяна, - и тебе не советую!

Софья, стараясь остаться незамеченной, отступила от яблони и вернулась на знакомую дорожку сада

Уже, будучи в беседке она заметила отсутствие Арика. На её вопрос, где он, Васятка ответил, что парню пришлось срочно уехать по делам. Мужчины решили, что девушку доставит до дома Володя, когда повезет своего шефа в город. Скрыв разочарование, Софья стала дожидаться возвращения домой.

Глава 11

Передав неуёмного ребенка нянькам и пообещав зайти к Эмили перед сном, я спустилась в вестибюль, где меня уже ожидал виконт, чтобы сопроводить на свидание с Розалиндой Скорр.

- У вас будет не более 30 минут, - наставлял меня Рейман, сидя в карете. - В комнате, где будет проходить свидание, по регламенту находятся два стражника и соглядатай. Слышать, они, конечно, всё не услышат, но увидеть могут всё, так что без глупостей! Передавать что-либо, запрещено! Если возникнут подозрения, вас вынуждены будут осмотреть. И учтите, женщин на этих должностях нет!

- Сурово! – вынесла свой вердикт, понимая, что хотела бы задать множество вопросов Розалинде.

- Я буду обязан покинуть вас на входе в крепость, где содержат заключенных, поэтому, Нэнси, вся тяжесть и ответственность ляжет исключительно на Вас, я ничем не смогу помочь.

- Постараюсь не ударить в грязь лицом! – торжественно заверила я виконта и гордо вышла из экипажа.

Последнее, что я заметила, как Рейман одарил меня обескураженным взглядом!

Тяжелая дверь тюремного коридора лязгнула за спиной, и мы с сопровождающими меня гвардейцами, двинулись по лабиринтам темного подземелья.

- Боже мой! Как страшно! – пискнул голосок Нэнси

- Ты где была? – тихо-тихо прошелестела я, чтобы меня не услышали стражники.

- После того как ты начала пороть чушь при встрече с герцогом, мой разум как будто бы отключился, - оправдывалась девушка.

- Угу, - промычала я, думая о конспирации, но все же заметила, как один из конвоиров с удивлением начал на меня «коситься».

Меня привели в комнату с низкими потолками и удушливым запахом сырости и безнадежности. Интерьер был более чем скромен – стол и два стула. На одном сидела женщина, в которой я с трудом узнала Розалинду Скорр. Тонкие черты лица, всегда излучавшие аристократическое достоинство, теперь были отмечены тенями усталости и тревоги.

- Анна! Я очень рада видеть тебя! - графиня даже привстала от избытка чувств.

- Мама! – попыталась вложить в свой возглас радость от нашей встречи, чтобы убедить, если не графиню, то хотя бы стражников в искренности своих эмоций.

Розалинда с недоверием посмотрела в мою сторону, но, поняв комбинацию игры, приняла ее условия.

Я присела на второй жесткий стул и нарочито громко сказала:

- Как ты себя чувствуешь? Что здесь происходит? Это какая-то чудовищная ошибка? – попытка разрыдаться мне не удалась, но всхлипнуть пару раз получилось очень трогательно.

- Тише, тише, дорогая, - пыталась успокоить меня графиня. - Я уверена, что во всём разберутся.

Затем, наклонившись совсем близко к моему лицу, Розалинда выдохнула:

- Анна, послушай меня внимательно, графский дом больше не безопасен для тебя. Эти люди не остановятся ни перед чем. Поэтому ты должна уехать, скрыться.

Эти слова со всем важным смыслом отозвались в моем сознании. Да, одно покушение на дочку графини уже случилось. Чего ещё мы можем ожидать в будущем?

- Уехать? Но куда? – по-деловому поинтересовалась я у женщины.

- В княжество Дальних земель. У меня там есть старинный друг, князь Владислав, он сможет уберечь от неприятностей и позаботится о тебе.

- Ответь мне на один вопрос, - перешла я в наступление. - Почему ты инсценировала самоубийство барона Павловского?

- Как почему? – удивилась Розалинда. - А разве ты не догадываешься?

- Без понятия! – удивилась я.

- Когда раздался выстрел, Симон видел тебя рядом с местом падения тела Лаврентия Михайловича и нашел там твой кулон Золотой звезды, - устало проговорила графиня Скорр. - Разве не ты его застрелила?

- Что-о-о? – завопила Нэнси. - Она думает, что я убийца???

- А зачем бы мне это понадобилось? – не обращая особого внимания на крики в своей голове, продолжила вести диалог.

- Просто потому, что ты скверная девица с дурным характером! – философски заметила графиня. - Всегда издевалась над Софьей. Может быть, что бы «насолить» ей, решила прибить её папашу?

- Вы в своем уме? – заступилась я за Нэнси.

- Да ладно, не бери в голову! – устало продолжила Розалинда. - Просто, когда Симон со своими криками ворвался ко мне в кабинет, здраво рассуждать было абсолютно некогда, пришлось срочно действовать, чтобы отвести от тебя подозрения.

Нэнси всхлипнула и неуверенно попросила: «Спроси, куда она убрала кулон?»

- А где кулон? – выполнила я просьбу девушки.

- Как где? В твоей шкатулке на туалетном столике, я его сама туда положила, - ответила графиня.

- Пора прощаться! – услышали мы от стражников.

- Все поняла, девочка? – графиня резко вскочила на ноги. - Пожалуйста, дорогая, пообещай мне, что уедешь как можно скорее. Это единственное, что сейчас имеет значение!!!

- Но как же ты, мама? - попыталась вторить я ей. - Я не могу тебя бросить!

- Ты не бросаешь меня, Анна, ты спасаешь себя!!! – и слезы градом полились из глаз Розалинды.

Не в силах справиться со своими эмоциями, она кинулась ко мне и начала лобызать в своем материнском порыве. Легким движением графиня коснулась выреза моего платья, и я почувствовала, как в лифкорсет попал небольшой кусочек бумаги.

- Там инструкции, - прошептала эта талантливая актриса и, заломив руки, кинулась прочь от меня, отвлекая присутствующих мужчин от моей персоны…

***

Солнце уверенно садилось за горизонт и уже касалось кромки леса, окрашивая окрестности своим сочным багряным светом, когда машина Дмитрия Андреевича отъехала от дачи сестры.

Софья, погруженная в свои думы, рассеянно смотрела в окно. Она мысленно возвращалась к рассказу Васятки о несчастном случае с прислужником на леднике и странном совпадении обстоятельств этой трагедии, которая имела место быть сразу в двух реальностях. Как такое возможно и что это может означать?

Девушка решила прямо с завтрашнего утра отправиться в «злополучный» Дом сенатора, чтобы попытаться пролить свет на эту загадку.

Неожиданно Дмитрий прервал тишину, обращаясь к ней со странным вопросом:

- Лидия, как ты себя чувствуешь?

- Хорошо, - растерянно откликнулась Софья.

- Понимаешь, мне жизненно необходима твоя помощь, - продолжил брат Татьяны. - Через три дня в доме губернатора области состоится торжественный прием по случаю дня рождения его сына и моего друга Виктора Антипина. Я приглашён, но мне нужна сопровождающая дама, чтобы избежать определенной неловкости.

«Да, - подумала про себя Софья, - миры у нас разные, а проблемы, оказывается, одни».

Девушка предполагала, что может последовать за этим, но решила промолчать о своей информированности, не выдавая того факта, что случайно подслушала разговор Дмитрия Андреевича с Татьяной.

- И не просто любая дама, - продолжал между тем молодой человек, - а именно ты, Лидия Новоселова, так как сам губернатор принимал активное участие в твоей судьбе.

Софья удивленно вскинула брови – этот факт ей был неизвестен. Слегка нахмурившись, она попыталась мягко уйти от прямого ответа.

- Дмитрий, я не любительница подобных мероприятий, - в этом она была честна с ним.

- Мне требуется твоя поддержка, - девушка явно слышала отчаяние в его голосе. - Там будут очень важные люди…

Софье был симпатичен этот галантный мужчина, тем более что она, в отличие от остальных, знала наверняка, что виновником в загадочном состоянии Лидии был не Дмитрий Андреевич, а магический артефакт, переместивший духовную составляющую девушки в иное измерение.

- Хорошо, я не против, - тихо проговорила она мелодичным голосом Лидии. - Только ты должен понимать, что у меня остались некоторые проблемы со здоровьем. Моя память не до конца восстановилась, и я могу поставить тебя в неловкое положение перед собравшимся обществом: кого-то не узнать, повести себя в определенных ситуациях неадекватно, в общем, много чего…

- Не переживай об этом! - радостно воскликнул Димка. В её ответе он услышал лишь заветное «Да».

Глава 12

После тюремных казематов я полной грудью вдохнула свежий воздух улицы и задумалась. Слова Розалинды, с которой у меня состоялось напряжённое свидание, отозвались определенным беспокойством: действительно, в доме графини оставаться было опасно.

Одно покушение на жизнь Нэнси Скорр уже было совершено сегодня ночью, поэтому надо срочно найти способ «эвакуировать» девушку в безопасное место. Правда, пока я нахожусь в её теле, это сделать достаточно проблематично. Я не хочу бросать Софью на произвол судьбы. Значит, надо оперативно разгадать «ребусы» древнего гримуара, чтобы я смогла вернуться в тело Лии Монарди – дочери Тёмного Дракона.

Ещё один вопрос, который не давал мне покоя, - насколько безопасным может быть для Нэнси княжество Дальних земель? В этом тоже ещё предстоит разобраться.

В ожидании экипажа я оглядела площадь перед тюрьмой, освещаемую лишь газовыми фонарями, которая показалась мне подозрительно пустынной. «Успокойся, Лидия, - мысленно сказала я себе, - это уже похоже на паранойю».

Наконец, прибыла карета с династическими гербами герцогов де Баров, в которых явно угадывались образы мифических грифонов. Реймана в экипаже не было, и я почувствовала лёгкое разочарование.

- Нэнси, - обратилась к девушке, пока мы ехали по вечерним улицам столицы в этот поздний час, - почему Розалинда при встрече называла тебя Анной?

- Это моё полное имя, - просто ответила та.

- А ты знакома с князем Владиславом, правителем Дальних земель, которому графиня решила доверить твою защиту и опеку? – задала я ей следующий вопрос.

- Нет, я первый раз слышу о нем, - призналась девушка и после некоторого молчания добавила: - Хотя у Розалинды бесчисленное множество так называемых друзей.

- Что ты этим хочешь сказать? – удивилась я.

- Скорее всего, это один из её любовников…

Меня удивила откровенная информированность девушки о порочности этого мира в таком юном возрасте. Это никак не вязалось с другим образом Нэнси, прочно засевшим в моём сознании, – наивной особе, мечтающей выйти замуж за принца... Быть может, вера в сказки, рассказанные добросердечной Лаурой, - это попытка сбежать от жестокой реальности, в которой она пребывала, оказавшись в роли малышки Скорр?

- Нэнси, поясни, кто такой Симон? – ещё один вопрос, ответ на который мог прояснить порядок вещей в деле барона Павловского.

- Это прислужник графини, так сказать, личный приближённый. Кстати, ты его должна помнить. Я видела, как на балу он провожал тебя до кабинета Розалинды.

Я мысленно поёжилась от воспоминания недоброго взгляда слуги в дорогой ливрее, сопровождавшего меня на протяжении всего пути для встречи с графиней в тот злополучный вечер.

Что же, если Симон видел Нэнси в момент убийства Лаврентия Михайловича, то, может быть, он успел ещё что-нибудь заметить, ускользающее сейчас от нашего внимания. Надо будет по возвращении изыскать возможность пообщаться с этим самым Симоном, может, удастся пролить свет на загадочную личность убийцы барона Павловского.

***

Софья неспешно поднималась в свои апартаменты на пятом этаже. Проходя мимо двери Арика, внимание девушки привлекла музыка, доносившаяся из его квартиры. Ритмы, непривычные слуху, просто захватили её целиком…

Ей стало любопытно, что может делать этот юноша в такой час, и она решилась постучать в дверь. Но та оказалась открытой.

Заглянув внутрь, Софья никого не увидела. В полумраке гостиной, освещаемой лишь теплым светом настольной лампы, она разглядела невероятное количество технических устройств, ещё не встречаемых ей в этом мире. Словно завороженная, девушка потянулась к столу.

- Новосёл, а тебя никогда не учили стучать? А если бы я здесь был не один?

Застигнутая врасплох, Софья резко обернулась на голос и увидела Арика, только что вышедшего из ванной комнаты с обернутым вокруг бёдер полотенцем.

Во все глаза уставившись на паренька, она с удивлением отметила, что Арик обладал завидной мускулатурой. Конечно, она уже знала, как он выглядит, но впервые получила возможность увидеть его, что называется, «воплоти». Взгляд Софьи невольно переместился на единственный предмет «одежды» на теле юноши – полотенце, низко сидевшее на бедрах и подчеркивающее их стройность и поджарый живот.

Девушка, затаив дыхание, ожидала что оно вот-вот сползет и …

Испугавшись собственных мыслей, вызывавших у неё учащенное сердцебиение, Софья перевела взгляд вверх, на впечатляющий торс, отметив рельефную мускулатуру рук и незамысловатую татуировку дракона на плече.

Она невольно встретилась взглядом с Ариком, который смотрел на неё с явным любопытством. В его глазах разного цвета плясали озорные искорки, а на губах играла улыбка.

- Слушай, Лидка, ты чего так уставилась? – развеселился паренёк. - Никогда мужика, что ли, голым не видела?

Софья нервно сглотнула и поспешила отвернуться. Как ей было признаться, что она действительно видит мужское тело в таком откровении первый раз в своей жизни.

- Пойду, накину что-нибудь на себя, - услышала она из глубины комнаты. - А то с тобой становится небезопасно – того и гляди, съешь меня…

Весело рассмеявшись, Арик скрылся за дверью…

- Как добралась? – решил сменить он тему разговора.

- Хорошо, - тихо ответила девушка, понимая, что слова даются ей пока с большим трудом.

Чтобы отвлечь мысли от образа полуобнаженного молодого человека, Софья начала осматривать технику, концентрируясь на деталях. Уже по привычке коснувшись ладошкой мирно гудящего агрегата на рабочем столе, она от неожиданности одернула руку. Поток невообразимой информации зашкаливал, грозясь «разорвать» голову от поступающих объемов сообщений...

- Это моя святая святых, - подоспел Арик, уже чинно одетый в привычные джинсы и футболку. – Я программист, работаю из дома, бывает, что без выходных.

- Можно я у тебя немного посижу? - попросила девушка и поспешно добавила: - Я мешать не буду.

Софье очень хотелось разобраться в принципе работы всей этой техники и она понимала, что с одного раза, как бывало ранее, это сделать не получится.

- Ок! – добродушно позволил Арик. - Только не сиди «кочкой» - сделай нам кофе. Мне предстоит работать всю ночь.

Софья, радостно кивнув, поспешила на кухню.

***

По приезду в особняк герцога меня ожидал сюрприз – Эмили, свернувшись калачиком, мирно спала на кушетке вестибюля. Рядом в кресле дремала одна из её нянек.

- Ох, барышня, - виновато запричитала женщина, когда я потрясла её за плечо. – Леди Эмили решила дождаться здесь вашего прихода и ни в какую не соглашалась идти к себе.

Я легко подхватила на руки мирно спящую малышку и, велев няньке показывать дорогу, двинулась с драгоценной ношей по лабиринтам коридоров аристократических «хором».

- Как это понимать? – услышала я встревоженный возглас Реймана, когда наша процессия поднялась на второй этаж.

- Тише, тише, - едва слышно попросила я виконта. - Не буди лихо, пока спит тихо…

Рей поспешил забрать из моих рук мирно сопящего ребёнка, тем самым дав свободу моим затёкшим конечностям, и мы довольно бодро добрались до детской комнаты.

Когда укладывали Эмили в кровать, та широко открыла свои огромные глазища и, мило улыбаясь, произнесла:

- Ты пришла!

- Я же обещала…

- Тогда расскажи мне сказку! – потребовала девчушка.

- Обязательно! Я тебе поведаю историю о зеленых человечках, - ответила я, зная волшебное свойство этой сказки не понаслышке.

Когда баба Зина начинала мне её рассказывать, как бы я ни силилась дослушать до конца, всегда засыпала после первого предложения.

- О зеленых человечках? – удивленно переспросила Эмили.

- Да-да, о них самых. Ложись поудобнее, закрывай глазки и слушай…

Когда все приготовления были закончены, я набрала в легкие побольше воздуха и начала свой рассказ:

- В одной Зеленой стране, где каждое утро вставало зеленое солнце, и отражались в зеленой реке зеленые облака, жили-были зеленые человечки…

И точно, по окончании этой фразы Эмили уже крепко спала.

- Сработало, как всегда, - удовлетворенно констатировала я, поднимаясь со стула, стоящего у детской кроватки.

- А что дальше? – с любопытством спросил Рейман, с какой-то особой нежностью глядя на меня, а вернее на Нэнси.

Чтобы не «утонуть» в глубине его глаз, я поспешила прогнать это наваждение:

- Знаете что, «мистер Твистер», я обещала рассказать сказку о зеленых человечках маленькой девочке, а не большому дяденьке.

Я решительно двинулась к выходу из комнаты, отмечая про себя, что просто чертовски устала сегодня.

Виконт последовал за мной и, догнав в коридоре, задал злободневный вопрос:

- Как прошло свидание с Розалиндой?

- Нормально! – сухо ответив на его вопрос, поспешила свести общение с виконтом на «нет». - Рейман, я буду очень признательна, если вы покажете, в какой стороне находится моя комната.

- Пойдем, провожу, - предложил Рей и, видимо, боясь моего отказа, поспешно добавил: - Нам по пути.

Глава 13

Уже оказавшись в своей комнате, я неожиданно вспомнила, что Рейман обещал дать распоряжение по поводу книги, которую я так безуспешно пыталась отыскать в последнее время.

Внимательно осмотрев всё вокруг, я убедилась, что здесь нет заветного фолианта. Предположив, что его могли приготовить и оставить для меня в библиотеке, решила спуститься за книгой, пока не стало слишком темно.

По какой-то необъяснимой причине, надев на себя плащ «серой мыши», чтобы не быть узнанной многочисленным составом герцогских слуг, я по наитию прихватила и «волшебный» ключик, открывающий любые двери, логично предполагая, что библиотека может быть просто закрыта в этот поздний час.

Вспоминая нашу небольшую экскурсию с Эмили по особняку, я мысленно прикинула, как быстрее добраться до нужного мне помещения и бесстрашно вступила в тишину мрачных коридоров.

Выбрав путь мимо кабинета герцога, я совсем не ожидала, что стану невольным свидетелем разговора Реймана с отцом.

- Нэнси замечательная девушка, - вдруг услышала я вердикт герцога в свой адрес через приоткрытую дверь кабинета Его Светлейшества. - Прекрасно ладит с детьми, красива, умна и находчива. И, наверное, лучшей жены для тебя, Рей, я и желать не мог.

- Даже так? – откликнулся голос виконта, видимо удивляясь этим откровениям отца.

- Но ты же знаешь, в чём дело, – задумчиво протянул герцог. - Тебе судьбой предназначена другая женщина. Увы, всё в этом мире имеет чёткий порядок, чтобы не нарушать гармонии.

Я навострила уши и даже перестала дышать, чтобы не пропустить ни словечка из диалога двух мужчин.

- Кстати, как продвигаются её поиски? – поинтересовался Ромул де Бар.

- Я поручил сыскному отделу по возможности разослать портрет незнакомки во все, даже самые отдаленные области империи, - как-то очень невесело отозвался Рей.

- Я чувствую, что она где-то совсем рядом, - не унимался герцог.

- Ага, - саркастически заметил виконт, - вот, прямо сейчас стоит за этой дверью!

- Что-то вроде того, – озадаченно пробормотал его отец.

При этих словах я спешно отпрянула от дверного проёма, но любопытство победило. Решив, что, если буду застигнута врасплох за этим занятием, то всегда смогу прикинуться дурочкой - не привыкать…

- Ну, объясни мне, зачем такие сложности, - обреченно заговорил Рейман.

- Пойми, это очень важно! Только она способна выносить твоего сына, и не просто ребёнка – а наследника Темного мага.

- Но она даже не девственница, где же здесь чистота крови?

- В том мире, где она жила ранее, это уже давно не имеет значения, - устало протянул Ромул де Бар.

- Что ты делаешь? – услышала я удивленный голосок Нэнси. – Подслушиваешь?

- Нет. Собираю информацию…

- Ага, так я тебе и поверила! – понимающе хохотнула хозяйка моего нового тела…

Библиотека оказалась открытой, но интересующей меня книги я там не увидела. С тоской осмотрев бесконечные ряды стеллажей, поняла, что самостоятельно отыскать нужный экземпляр в стремительно надвигающихся сумерках просто не представляется возможным.

Грустно вздохнув, я поплелась обратно. Дверь в кабинет хозяина была прикрыта, и мысленно найдя повод спросить об обещанной мне на ночь книге, я дернула ручку. Не поддалась!

Поняв, что кабинет заперт, я воспользовалась Софьиным волшебным ключом и проникла в помещение.

Впоследствии, сколько бы раз я себе ни задавала вопрос, что толкнуло меня на этот безрассудный поступок, могла ответить лишь одно – какое-то шестое чувство, невероятная интуиция или просто «приступ» ясновидения.

Подойдя к столу герцога, к которому меня неумолимо тянуло, я обнаружила женский портрет, лежащий в одиночестве на полированной поверхности. Внимательно изучив написанный художником несомненный шедевр, я с изумлением обнаружила, что эта «незнакомка» мне знакома, потому что с портрета смотрела я сама – Лидия Новосёлова, в истинном своем обличии.

В голове всё перемешалось! Не помню, как я добежала до своей комнаты. Но когда открыла дверь в предназначенных мне гостевых «апартаментах», запыхавшись от быстрого бега, то нос к носу столкнулась с Рейманом де Баром.

- Где ты бродишь? – удивленно оглядывая меня с головы до ног, спросил виконт. - Я тебе принес книгу, которую ты заказывала…

***

Приготовив себе и Арику по чашечке ароматного кофе, Софья предвкушала вечер, полный новых открытий в этом мире неизведанных ей технологий. Молодой человек казался девушке ключом к этим знаниям, проводником в мир, доселе ей неизвестный.

Увы, но Софья не учла накопившейся усталости за день. Не прошло и пяти минут, как она, удобно устроившись в кресле и наблюдая за быстрыми движениями пальцев своего соседа над клавиатурой, начала тихо погружаться в безмятежный сон.

Её веки предательски отяжелели. Цифры и символы начали расплываться, сливаясь в причудливый калейдоскоп. Голос Арика, объясняющий тонкости работы ноутбука, звучал всё тише и тише, словно доносился издалека…

Арик, увлеченный новым проектом, не сразу заметил, что девушка задремала. Лишь когда он обернулся, чтобы поблагодарить её за приготовленный кофе, увидел голову Софьи, склоненную на бок, и ровное дыхание мирно спящего человека.

На его губах появилась лёгкая улыбка. Он выключил музыку, чтобы не нарушать её покой, и укрыл пледом, лежащим на спинке кресла.

В свете монитора лицо девушки казалось особенно безмятежным, и молодой человек залюбовался на мгновение - на нём читалась легкая усталость.

Вскоре Арик вернулся к работе. Когда прошло несколько часов, и он закончил экспериментировать со сложным алгоритмом, почувствовав, как усталость подкрадывается и к нему, он вновь взглянул на спящую девушку.

Выключив компьютер и погасив свет, юноша тихонько поднял соседку на руки и осторожно уложил в свою постель. Она даже не проснулась, лишь слегка прижалась к нему, интуитивно доверяя свой безмятежный сон.

***

Наконец-то я держу в руках искомый энциклопедический справочник «Великие сущности измерений». Бегло осмотрев коленкоровый переплет, который приятно холодил кожу, я сосредоточилась на главной цели – изучить ту информацию, которая написана обо мне.

Виллет - так называли меня Тёмный лорд. Этой терминологией воспользовалась и Лаура Монарди, когда обещала маленькой сироте, что ей обязательно встретится добрая фея и исполнит её самое сокровенное желание.

Это была информация о сущностях, которые редко, но всё же встречаются в лабиринтах измерений, и их важной миссией является способность подселяться в тела людей и делать их счастливыми…

С трепетом я открыла толстый том на нужной странице, радуясь тому, что книга написана на понятном мне языке. «Виллет – эмпатические инфильтраторы», - гласил заголовок, набранный готическим шрифтом…

Ниже следовало подробное описание: «Существа, сотканные из чистой энергии, чьей задачей является вселение в тела эмоционально опустошенных людей с целью восстановления их энергетического баланса и привнесения гармонии в окружающий мир. Процесс внедрения может сопровождаться частичной потерей памяти о прежнем существовании, что позволяет Инфильтратору полностью раствориться в личности носителя».

Я невольно задумалась – частичная потеря памяти? Вроде бы я этот процесс не заметила. Но тут же говорилось об интуитивных снах, которые я действительно наблюдала почти каждую ночь, находясь в этом мире в теле Софьи.

Продолжая чтение, узнала о тонкостях процесса инфильтрации, о возможных сложностях адаптации к человеческому телу, о необходимости скрывать свою истинную природу. Однако здесь не объяснялось, перед кем надо скрывать этот факт…

И самое главное, о последствиях провала миссии. В случаях невыполнения поставленной задачи Инфильтратор подвергался реинтеграции, возвращаясь в исходное состояние чистой энергии. Носитель при этом оставался в прежнем эмоциональном состоянии, обреченный на вечные несчастья…

Глава 14

Встав спозаранку, я была настроена на скорый отъезд из столицы. Беспокойство за Софью никак не отпускало меня.

Облачившись в дорожное платье, я занялась прической и к своему изумлению обнаружила, что волосы у Нэнси, несмотря на их привлекательность, жесткие, непослушные и плохо поддаются укладке. Как только Мария с ними справляется?

Промучившись более получаса, я все-таки кое-как заплела их в две косы и решила спуститься в гостиную в надежде найти кого-нибудь из хозяев дома, чтобы спросить по поводу экипажа до своего городка.

К моей радости, слуга проводил меня в столовую, где уже был накрыт ранний завтрак для виконта де Бара, и предложил присоединиться.

И действительно, Рейман восседал во главе стола в военном мундире и читал что-то вроде газеты. При моем появлении он с любопытством окинул меня с головы до ног и распорядился подать завтрак ещё на одну персону. Пока слуги хлопотали с сервировкой, Рей отложил корреспонденцию и поинтересовался, как мне спалось.

- Все хорошо, - поспешила успокоить я виконта.

- Почему в таком случае так рано поднялась?

- Решила с утра отправиться домой, - и пояснила: - Беспокоюсь за Софью…

- Я сейчас направляюсь на аудиенцию к Императору, а потом мог бы сопроводить тебя до дома, - предложил Рейман.

Я лишь покачала головой.

- Хочу выехать незамедлительно, если есть такая возможность. Дома неспокойно. Хоть мы и организовали круглосуточное бдение у комнаты Софьи, но желаю лично убедиться, что ночь прошла без происшествий.

Я вкратце поведала о случае с подпиленной стойкой опоры, о рухнувшем балдахине и развороченной постели.

- Почему сразу не рассказала? - начал горячиться Рейман. - Сегодня же выставим охрану в доме графини и проведем собственное расследование.

Он резко встал и вышел из комнаты, давая по пути распоряжения многочисленным слугам. Минут через двадцать уже всё было готово к моему отъезду. Виконт лично сопроводил меня до кареты и пообещал, что сегодня прибудет охранный эскорт и дознаватель, чтобы провести расследование вероятного покушения на должном уровне.

Тронувшись в путь, я с удовольствием отметила для себя, что в карете было темновато, но уютно – мягкие бархатные сидения и плотные занавески на окнах создавали ощущение уединенности от внешнего мира. Тихий стук копыт по булыжной мостовой передавал определённый ритм движения, мерное покачивание экипажа постепенно убаюкивало.

Устроившись поудобнее, я по привычке погрузилась в свои думы.

Итак, после свидания с Розалиндой Скорр нам предстояло решить вопрос об отъезде Нэнси в княжество Дальних земель. В листке, что графиня умудрилась подсунуть в вырез моего платья, действительно были даны четкие руководства к действию. Это могло означать одно – Розалинда не исключала такой ход событий и подготовилась заранее.

Первое, что необходимо было сделать – известить поверенного графини, отправив с посыльным записку с секретным словом «ФАТУМ». Это был своего рода знак, в ответ на который поверенный должен был снабдить Нэнси деньгами для поездки к князю Владиславу.

Второе: найти потайную нишу в рабочем столе графини, где лежал приготовленный секретный свиток. Этот документ девушка должна вручить лично в руки князю Дальних земель. Там же нас ожидает кольцо с сапфиром, которое является своего рода ключом, открывающим доступ ко многим тайнам. Его необходимо будет продемонстрировать Владиславу, чтобы подтвердить, что прибывшая гостья действительно от Розалинды Скорр.

Третье: необходимо найти надежного сопровождающего в этой поездке и сохранить отъезд Нэнси в секрете от многочисленной публики и даже от слуг, чтобы исключить вероятность погони.

Надежный сопровождающий в моем понимании должен быть человеком с определенным жизненным опытом. Перебирая в уме всех «знакомых», встретившихся в этом мире, мой выбор пал на частного детектива Уильяма Грея. Благородный, внимательный к деталям, с незаурядным интеллектом, к тому же обладающий недюжинной физической силой и выносливостью – этот молодой человек зарекомендовал себя в моих глазах, как идеальный кандидат для этой деликатной миссии. Осталось только встретиться с Уильямом и попросить его оказать нам эту услугу.

***

Софья радостно улыбалась. Ей нравилось бежать в этот ранний утренний час по извилистым дорожкам парка. Свежий осенний ветер ласково обдувал её лицо, под ногами тихо шуршали опавшие листья. Она наслаждалась ощущением свободы и особым единением с природой…

Сегодня, проснувшись рядом с Ариком, девушка тихонько, чтобы не разбудить соседа, прошмыгнула к себе. Она с удивлением отметила, что не испытывает мук совести от того, что провела ночь рядом с мужчиной, как это было бы в её реальности. Просто страшно подумать, что могло случиться с её репутацией, если бы она позволила «такое» у себя дома!

Отметив, что занятия бегом благотворно влияют на её настроение, Софья надумала побаловать себя особенным завтраком. Она уже научилась управляться с интернетом в телефоне и, разыскав рецепт шакшуки с перцем и помидорами, решила, что это блюдо прекрасно дополнит чудесное утро.

Напевая себе под нос услышанную накануне мелодию, девушка уже заканчивала колдовать над плитой, как в её квартирку ворвался запыхавшийся Арик…

- Новосёл! Ты куда подевалась??? – негодовал паренёк. - Проснулся, а тебя рядом нет!

- Ты чего так разволновался? – улыбнулась Софья, ей было приятно видеть на лице юноши неподдельное беспокойство за её судьбу. – Садись, лучше завтракать, уже всё готово.

Арик плюхнулся на предложенный стул и с обиженным видом начал ковырять шакшуку. Сначала на его лице промелькнуло легкое недоумение, но через мгновение глаза юноши заметно расширились, а уголки губ поползли вверх в довольной улыбке.

- Слушай, Лидка, это невероятно вкусно! – воскликнул он, торопливо накладывая «добавку» в свою тарелку. – Ты действительно отлично готовишь!

Софья с облегчением рассмеялась, довольная, что её стараниям была дана высокая оценка. Ей всё больше и больше нравилось жить в этом мире!

- Арик, хотела тебя спросить, ты случайно не знаешь, как попасть в Сенаторский особняк? – задала девушка злободневный вопрос.

- А зачем тебе? – удивился сосед.

- Хотела уточнить кое-что, - неопределенно начала Софья. - Пытаюсь вспомнить одно важное обстоятельство, но пока не выходит. Решила осмотреться на месте.

- Так запроси информацию в поисковике, может, и выйдут часы работы нового краеведческого музея.

Точно! Интернет в помощь! Как она сама об этом не додумалась!

- Новосёл, а ты когда в коме была, другие миры видела? – вдруг задал неожиданный вопрос Арик.

- Что? – растерянно пролепетала Софья.

- Ну, говорят, что те, кто пережил кому, видят себя в других мирах – иных реальностях или измерениях, - непринужденно продолжал болтать паренёк. - Ты что-нибудь похожее чувствовала?

- Не… помню, - выдавила из себя девушка с легкой запинкой.

Арик с интересом уставился на неё.

- Видела?! – восторгу юноши не было предела. - Расскажешь?

- Это большая тайна! - на автомате выпалила Софья и тут же пожалела об этом.

Глава 15

С чувством глубокой тревоги я подъезжала к особняку графини Скорр. Уже войдя в холл дома, внимательно прислушалась, но все было тихо. Поднявшись по лестнице, нетерпеливо направилась в комнату Софьи, под дверью которой обнаружила бодрствовавшего Петрушу.

- Всё в порядке, без происшествий, - «отчитался» богатырь, и я смогла, наконец, облегченно вздохнуть.

Лизавета дремала в креслице рядом с кроватью Софьи, держа ту за руку. Открыв глаза на звук отворившейся двери, горничная виновато отозвалась:

- Софья Лаврентьевна в себя не приходила…

- Всё будет хорошо! – заверила я уставшую девушку. – Иди, отдыхай…

Вскоре появился Корней Мефодич, и как всегда при полном «параде».

- Дыхание ровное, пульс ясный, - начал свой отчёт доктор, - такое впечатление, что крепко спит.

Поблагодарив домочадцев за ответственное ночное бдение у постели хозяйки, я отпустила их домой. Корней Мефодич тоже вскоре отправился по своим делам.

А у меня на сегодня были новые злободневные задачи!

Отправив посыльного с письмом к поверенному графини, я вошла в хозяйский кабинет, чтобы исследовать рабочий стол на предмет поиска потайной ниши.

Итак, передо мной предстал всё тот же массивный письменный раритет из тёмного дуба. Осмотрев его внимательно со всех сторон, я не увидела ни одного рычага или винтика, способного привести в движение скрытый механизм.

Просторная столешница была выполнена из тяжелых деревянных панелей, плавно сужающихся к краям. Это показалось мне странным, и я начала поочередно продавливать каждый край простым нажатием руки.

И действительно, вскоре мои усилия увенчались успехом – при давлении на правую половину левая плавно отъехала в сторону, открывая неглубокую потайную нишу.

Здесь я без особого труда нашла нужный нам свиток. В отдельной коробочке разместилось кольцо с сапфиром. А также меня ждал неожиданный сюрприз – конверт с таинственным посланием от Императора, который Розалинда Скорр получила в день бала по случаю празднования «Леди Голубой Звезды»…

Сгорая от нетерпения, я развернула письмо и изумленно прочитала: «Пришло время отдать то, что ты забрала!»

Моему разочарованию не было предела: «И это всё?» Кто их так учил изъясняться? Ничего же непонятно!!!

Забрала…

Зная об опасном «хобби» Розалинды, конечно, можно было допустить, что она «позаимствовала» что-то очень ценное у самого Императора. Но как тогда объяснить всю ту помпезность, с которой было обставлено вручение данного послания? К чему ранний курьер в королевском мундире, «лично в руки» и т.д.?

Почему просто не прислать гвардейцев, провести арест и обыскать особняк, если это банальное воровство и сам Император в курсе «проделок» графини?

И опять у меня возникла логическая нестыковка. Вспоминая вечер того дня, когда был вручен этот конверт, можно предположить, что признания Розалинды мы наблюдали не случайно. Я пыталась тогда обвинить Её Сиятельство в убийстве барона Павловского, но прямых доказательств у меня не было. А Розалинда вдруг начала публично «каяться» в своих грехах, в тот самый момент, когда её за язык никто не тянул…

Рейману ничего не оставалось делать, как заключить графиню Скорр под стражу и увезти в крепость. А может быть, это была просто попытка спрятаться от кого-то?

Как по мановению, в памяти всплыли слова Розалинды, что «в доме не безопасно», «они ни перед чем не остановятся», «возможность погони»…

Значит, есть «кто-то», кого графиня остерегается, и эти «кто-то» - сильные мира сего. Неужели сам Император? Может, он ведет двойную игру?

***

Софья стояла на крыльце парадного входа в Сенаторский особняк. С первого взгляда он ничем не напоминал дом барона Павловского, но, как говорится, «внешность» бывает обманчива. Решительно рванув на себя внушительные двери отреставрированного здания, девушка оказалась в просторном вестибюле Дома сенатора.

- Я хотела бы осмотреть дом, - сказала она, встретив любопытные взгляды двух женщин за странными стеклянными стойками.

- Но экскурсий сегодня нет, - отмерла одна из них, - они бывают у нас только по пятницам, а сегодня понедельник…

Софья не могла предвидеть такого поворота событий и заметно огорчилась.

- Постойте-ка, – вдруг изумлённо заговорила другая, - вы же – ТА САМАЯ?!

И, видя, что никто из присутствующих её не понимает, воодушевлённо пояснила:

- Ну, та, что свалилась в дыру второго этажа!

- Ух, ты! – всплеснула руками её напарница, и они обе заворожено уставились на девушку.

- Погодите, погодите, - одновременно засуетились сотрудницы музея, - сейчас спросим Ольгу Николаевну и что-нибудь придумаем…

Софья с интересом наблюдала, как одна из них уже оперативно докладывала кому-то по телефону об её приходе, а вторая открыла большую тетрадь, что лежала под носом, готовая вписать туда имя гостьи.

Через пару минут относительную тишину вестибюля оглушил стук каблучков, и вскоре девушка увидела миловидную, подтянутую, седовласую женщину, по наитию понимая, что это и есть Ольга Николаевна.

- Лидушка, как я рада тебя видеть живой и здоровой! Да, заставила ты нас тогда поволноваться, - с улыбкой приветствовала Софью новый директор Краеведческого музея. - Что привело тебя к нам в такое время?

- Добрый день, хотела осмотреть тут всё еще раз, так сказать, без лишней суеты, - ответила девушка, окидывая взглядом просторный зал. - Надеюсь, не помешала вашей работе?

- Что ты, что ты! Напротив, я буду рада провести тебя по экспозиции, - Ольга Николаевна сделала приглашающий жест. – Начнём, пожалуй, с новых экспонатов…

Софья кивнула и вместе с директором музея неспешно направилась к первым витринам, начиная свое знакомство с Домом сенатора…

Глава 16

Засиживаться в кабинете графини было некогда, и, вернув столешницу на место, я отправилась в комнату Нэнси, посмотреть, как слуги успели разобрать завал, учинённый здесь накануне.

Сегодня девушка ещё не выходила на связь, хотя, пребывая в заботах, я не сразу это заметила. Значит ли это, что ей, как и Софье, со временем становится труднее возвращаться к этой реальности?

Если быть откровенной, то я возлагала определенные надежды на справочник «Великие сущности измерений». Конечно, было бы глупо с моей стороны надеяться, что я получу готовые рецепты, как переселяться в тела людей, так сказать, «туда» и «обратно», но скудность информации по этому вопросу меня разочаровала.

Ещё были некоторые нюансы – определенные несоответствия того, что написано в книге, и того, что происходило со мной в этой реальности.

Во-первых, я изначально не энергетическая субстанция, а человек со своим телом.

Во-вторых, у меня нет потери памяти ни частичной, ни полной.

И в третьих, помнится, лорд Салеван Грин в тот злополучный вечер праздника «Леди Голубой Звезды» говорил, что пришло время нам с Софьей прощаться. Из этого можно было сделать вывод, что свою миссию на тот момент я уже выполнила и должна была вернуться в свое тело! Задачи исполнить заветное желание девушки тогда передо мной не стояло…

Переступив порог комнаты Нэнси, я чуть не задохнулась от возмущения – порядка здесь не наблюдалось! Никто из слуг, видимо, не стал заморачиваться с уборкой…

Мария крутилась поблизости, и на мой немой вопрос быстро отрапортовала:

- Барышня! Городовой распорядился ничего здесь не трогать, а сам вызвал подмогу - следователя из столицы. Вот ждём!

Я немного успокоилась – значит, не саботаж. Но тут же опять напряглась. Городовой, увалень в засаленном мундире, вызвал столичных сыскарей?! Это означало, что он подозревает не простой несчастный случай, а попытку убийства. И в этом наши с ним подозрения совпадают.

Я с тревогой ещё раз оглядела комнату. Все вещи, казалось, были на своих местах, никаких следов взлома. Даже шкатулка с драгоценностями стояла как обычно на туалетном столике.

- Мария, - позвала я горничную, - внимательно осмотрись, ничего не пропало?

Служанка с готовностью кивнула и начала свой детальный осмотр.

- Всё как будто бы на месте, - неуверенно пролепетала девушка, - только я не вижу вашей тетрадки в розовом переплёте, куда вы каждый вечер делали записи.

Боже мой! Нэнси вела дневник! Как же неосмотрительно с её стороны!!!

- Давай сделаем так, - предложила я горничной. – Ты сейчас соберешь вещи первой необходимости, и на время следствия я перееду в другую комнату.

Мария проворно начала сборы, а я, прихватив шкатулку с драгоценностями, двинулась к комнате Софьи, решив, что займу «апартаменты» рядом со спальней девушки, которые с утра «освободил» Корней Мефодич.

На сегодня у меня оставался главный нерешенный вопрос – встреча с потенциальным сопровождающим Нэнси в княжество Дальних земель…

***

Рейман был крайне удивлен поводом аудиенции с Императором.

Когда вчера вечером он получил официальное приглашение явиться с утра во дворец, виконт не заподозрил в этом ничего странного. Его Императорское Величество был склонен к такому роду официозов.

Прибывший при полном параде, в военном мундире с золотым шитьём и при шпаге, виконт не без удовольствия заметил, как стражники у ворот вытянулись по стойке «смирно» и отдали честь.

Гордо расправив плечи, он двинулся к дубовым дверям. Его тяжелые, уверенные шаги гулко отдавались под сводами парадного холла. Навстречу ему вышел церемониймейстер в пышном парике и расшитом камзоле.

- Ваша Светлость, Его Императорское Величество ожидает вас, - проговорил он, склонившись в почтительном поклоне. - Прошу следовать за мной.

Рейман кивнул и последовал за церемониймейстером по устланным бархатными дорожками коридорам, мимо величественных портретов предков Императорской династии и статуй легендарных героев. Наконец, они подошли к массивным золоченным дверям тронного зала. Церемониймейстер распахнул их, и виконт оказался в огромном помещении, залитом утренним солнечным светом, где на возвышении восседал сам Император в белых одеждах.

Виконт давно знал Императора как человека без возраста. Его обличье менялось в зависимости от эмоционального состояния и могло преобразиться в любой момент. Он был существом вне времени. Когда он улыбался, довольный течением событий, его лицо сияло юношеской красотой. Тонкие черты, гладкая кожа, озорной блеск в глазах – казалось, будто перед вами одаренный юноша, полный надежд и предвкушений.

Но стоило ему заговорить о важных государственных делах, и юношеская маска спадала, обнажая лицо зрелого, красивого мужчины. Волевой подбородок, прямой взгляд, глубокие морщины вокруг глаз, говорящие о мудрости и опыте – в этот момент он излучал уверенность и незыблемость, достойную правителя великой империи.

Однако берегитесь гнева Императора. В такие моменты его лицо преображалось в лик грозного старика. Глубокие складки прорезали лоб, глаза наливались яростью, а губы сжимались в тонкую линию, готовую изречь приговор. Казалось, что сама смерть смотрит на вас его взглядом, и ничто не может спасти от его праведного гнева.

Он был загадкой, живым воплощением изменчивости, человеком, который мог быть кем угодно, когда угодно, в зависимости от его настроения и воли. И именно эта неуловимость делала его таким могущественным и внушающим благоговейный трепет.

Вот и сейчас на Реймана смотрел зрелый мужчина, что могло означать важность темы разговора для Его Императорского Величия

- Виконт де Бар, - после официального приветствия протянул Император. - Меня интересует, как поживает мисс Нэнси Скорр, приёмная дочь графини Розалинды…

Глава 17

После обеда я решила испытать удачу и отправиться в детективное агентство Уильяма Грея, надеясь встретиться с сыщиком.

По окончании моего импровизированного переезда в другую комнату, мне надлежало привести себя в порядок. Мария приготовила для выхода в город роскошное платье, сшитое из дорогого атласа насыщенного алого цвета и украшенное изящными кружевными вставками. К нему прилагался очаровательный светлый плащ в тон кружеву, подбитый натуральным мехом. Да, осенняя погода сегодня, увы, не радовала…

Затем горничная принялась хлопотать над моей прической. Несмотря на непокорность волос Нэнси, она ловко разделила пряди на секции и начала сооружать сложную и элегантную укладку. Я сидела неподвижно, восторженно наблюдая за работой ловких рук в зеркале, восхищаясь, как Марии удаётся с лёгкостью справляться с этими строптивыми локонами.

Когда девушка закрепила последнюю прядь, я благодарно кивнула ей и поднялась, расправляя плечи: «Ну что, господин Уильям Грей, посмотрим, сможете ли вы отказать в просьбе такой красавице?»

- Погоди! – вдруг услышала голосок Нэнси. - Открой шкатулку и найди кулон Золотой звезды.

Обрадовавшись, что хозяйка тела вышла на связь, я поспешила выполнить её просьбу.

- Но как он выглядит? – растерянно перебирая многочисленные украшения, спросила я девушку.

- На небольшой цепочке рубин в золотой огранке.

И точно, вскоре я обнаружила изящный кулон, украшенный впечатляющим рубином, который был заключён в элегантную золотую оправу.

- Надень его, он отлично подойдёт к твоему наряду, - попросила Нэнси, и добавила: - Это принесёт тебе удачу!

Вынимая из шкатулки украшение, я обмерла от изумления – когда солнечные лучи попали на камень, внутри него начал проецироваться завораживающий образ Золотой звезды. Этот эффект был настолько неожиданным и загадочным, что я на мгновение потеряла дар речи.

«Видимо, всё дело в особой огранке рубина, которая позволяет свету преломляться определённым образом, создавая такой узор», - логически объясняя себе переливы самоцвета, я напряженно «отмахивалась» от ощущения дежавю. Но тягостные думы накрыли меня с головой…

Опять рубин! Камень, оживающий в лучах солнечного света. Тысячи крошечных искр мерцали в его гранях, превращая обыденную вещицу в живое пульсирующее сердце.

Легкая догадка промелькнула в моей голове: «А не это ли виновник моего сегодняшнего состояния?»

- Нэнси, а как давно у тебя это украшение? - спросила я притихшую девушку.

- Я его берегу с самого детства, - печально отозвалась та. - Лаура подарила мне этот кулон «на удачу».

Вот оно! В голове словно щелкнул выключатель! Эта подвеска на цепочке была ключом к моему перемещению в тело дочки графини той злополучной ночью. Но почему она «сработала»? И как запустить этот процесс обратно? На эти загадки еще предстояло найти верные ответы, а время неумолимо поджимало. Сегодня шёл третий день моего пребывания в теле Нэнси.

***

Софья с интересом следила за ходом экскурсии, которую Ольга Николаевна согласилась провести для неё.

Мраморные полы Сенаторского особняка гулко отзывались на каждый шаг каблуков нового директора Краеведческого музея. Девушка старалась идти с ней в ногу, внимательно слушая её рассказ о становлении музейной коллекции.

В первых двух залах все экспонаты оказались незнакомы Софье и не имели никакого отношения к её прежней жизни. Картины с городскими и сельскими пейзажами, антикварная мебель, лишенные индивидуальности вазы…

Девушка начала постепенно успокаиваться, решив для себя, что, возможно, история про Ваську Кисюка и ледник не такая уж редкость во всех измерениях или простое совпадение…

Ольга Николаевна, заметив её рассеянность, чуть повысила голос:

- А теперь перейдем в следующий зал…

Софья кивнула, делая вид, что слушает. Её взгляд скользил по витринам, заполненными изящными статуэтками и расписными тарелками. Всё это было, безусловно, красиво, но не трогало душу.

И вдруг внимание девушки привлёк стеллаж в самом дальнем углу экспозиции. Она застыла в полном недоумении.

В тусклом свете витрины стояла кукла. Большая, фарфоровая, с белокурыми локонами и огромными голубыми глазами. На ней было надето платье из голубого шёлка, украшенное кружевом и крошечными жемчужинами.

Софья узнала её мгновенно.

Это была Барбара – любимая кукла из детства, та, с которой она засыпала в своей кроватке и которой рассказывала свои детские секреты.

Та самая кукла, которую девушка самолично отнесла на чердак после злополучного Дня рождения кузины Кэтти. С этого момента Барбара стала для Софьи олицетворением образа несносной красавицы Нэнси Скорр.

Сердце бешено забилось. Перед ней стояло доказательство того, что связь между их мирами существует, и ключ скрывается в этом старом особняке.

- Лидия, с тобой всё в порядке? – встревожено окликнула девушку Ольга Николаевна.

- Да, да, – поспешила заверить её Софья и решилась задать самый главный для себя вопрос: - А здесь не находили антикварную шкатулку с огромным рубином на крышке?

- Шкатулку? – удивленно переспросила директор музея. - Не припомню. А почему ты спрашиваешь?

- Я нашла этот раритет на втором этаже и держала в руках, пока не провалилась сквозь старые лаги, - решила приоткрыть завесу тайны Софья, логично полагая, что, если Лидия запуталась в сетке и выронила магическую вещицу, то, возможно, её кто-то подобрал…

- Вот как? – озадачилась Ольга Николаевна, - Мне ничего не передавали. Но давай спросим у сотрудников музея.

И женщина решительно повела Софью к служебным помещениям. Уже петляя по коридорам Дома сенатора, девушка с изумлением начала узнавать расположение комнат, – такое же, как в особняке барона Павловского. Это открытие ещё больше укрепило её веру в то, что именно здесь кроется разгадка невероятных событий, происходивших одновременно в разных измерениях.

Служебное помещение музея представляло собой тесную комнатку, заставленную столами с завалами бумаг. Тусклый свет ламп освещал озабоченные лица собравшихся сотрудников, занятых каждый своим делом.

- Уважаемые коллеги, минуточку внимания! – начала официальным тоном Ольга Николаевна. – Как вам известно, после переезда в это здание мы проводим инвентаризацию всей музейной экспозиции, согласно описи Краеведческого музея. В ходе сверки была обнаружена пропажа одного из экспонатов, а именно шкатулки из темного дерева с большим рубином на крышке.

Софья почувствовала, как её сердце пропустило удар – ведь речь сейчас шла об её шкатулке, семейной ценности, которую матушка наказала не передавать в чужие руки. Никогда!

- Мне необходимо выяснить кое-какие детали этого происшествия, - продолжала меж тем Ольга Николаевна. – Прошу отнестись к этому со всей серьезностью. Возможно, кто-то из вас видел эту антикварную шкатулку, но по какой-то причине не успел сообщить об её находке?

Она сделала паузу, давая всем время на размышление. Сотрудники молчали, потупив взгляд. Лишь молодой парень в очках продолжал ковыряться у себя на столе, словно не слыша слов директора.

- Это просто невероятно! – вдруг с энтузиазмом воскликнул он. - В это невозможно поверить!

- Что там у вас, Семёнов? – строго спросила Ольга Николаевна, поправив по привычке очки.

- Он живой и светится! – выдохнул паренёк.

Все ринулись к нему, забыв о вопросе директора музея. Вскоре у его стола собралась целая толпа, послышались восторженные вздохи. Через пару секунд раздался женский визг, и взору девушки предстала следующая картина: натужно гудя к потолку комнатки взметнулся светлячок, в точности такой же, как в каморке шкафа дома Павловских. Он завис над группой людей и постепенно начал планировать в сторону Софьи, опустившись к ней на плечо.

Все с любопытством уставились на девушку. Она между тем, словно ничего не произошло, обратилась к пареньку:

- Где ты его обнаружил?

- Это твой? – ответил вопросом на вопрос Семёнов.

- Точно, - Софья говорила истинную правду, удостоверившись, что светлячок «узнал» её даже в другом обличии.

- Откуда он у тебя? – продолжал допытываться Семёнов.

- Подарили, - само собой «вылетело» у Софьи.

- Я нашёл его на втором этаже, когда разбирал завалы в предполагаемой детской комнате, - наконец снизошёл до ответа молодой человек. – Он лежал в этом сосуде, как дохлик.

И сотрудник музея продемонстрировал взорам собравшихся банку – точную копию той, в которую Лидия набирала светлячков перед обследованием тайного прохода…

Глава 18

Я очень обрадовалась, когда застала Уильяма Грея на месте, в конторке детективного агентства на старой Рыночной площади.

Его кабинет, как обычно, был завален стопками бумаг, старыми газетами и коробками с возможными уликами.

За массивным дубовым столом, поглощенный изучением важных документов, сидел Уильям Грей собственной персоной. Высокий, широкоплечий, с копной непослушных волос и проницательными голубыми глазами, он казался воплощением классического детектива из моих любимых сериалов.

Услышав звук открывающейся двери, Уильям вскинул голову и расплылся в широкой, заразительной улыбке.

- Нэнси Скорр! Какая приятная неожиданность! – воскликнул он, откладывая в сторону изучаемые документы. – Пришли признаться в убийстве барона Павловского?

Только я решила осадить обнаглевшего детектива, как неожиданно для себя самой выпалила:

- Анна! Зовите меня Анна, это мое настоящее имя!

Это что, действительно сказала я? Или у самой Нэнси получилось взять тело под контроль? Такого раньше мне наблюдать не приходилось…

Видя растерянность на моем лице, сыщик, похоже, решил исправить ситуацию.

- Тогда и меня называйте просто Уильямом, - он откинулся на спинку кресла, сложив руки на животе. Его глаза искрились любопытством.

- Признаюсь честно, слегка озадачен вашим визитом…

- Мне нужна ваша помощь – решительно заявила я.

Уф-ф-ф! Получилось! Мне стало вдруг страшновато, что больше не смогу выражать свои мысли…

- Рассказывайте, Анна, - в его голосе звучала неприкрытая весёлость, но я знала, что за этой бравадой скрывается внимательный и проницательный взгляд. Он был явно заинтригован появлением Нэнси Скорр у себя в конторке, но пока не понимал, что могло заставить девушку искать его содействия.

- Мне нужна подробная информация об одном человеке, - осторожно озвучила я первую половину своей просьбы…

- Ого! Интрига крепчает! – воскликнул Уильям, потирая руки. – И кто же этот таинственный незнакомец?

- Его зовут князь Владислав, - уверенно произнесла я, внимательно наблюдая за реакцией детектива. – Князь Владислав, правитель Дальних земель.

В комнате повисла тишина. Улыбка мгновенно сползла с лица Уильяма Грея.

- Князь Владислав? – повторил он медленно и отчетливо, а потом непроизвольно коснулся запястья своей левой руки.

Затем встал и подошел к окну. Он молчал, и это молчание давило на меня тяжелым грузом. Такое поведение было так не свойственно сыщику.

- Нэнси, - наконец произнес он, не поворачиваясь. – С князем Владиславом лучше не связываться. Он человек… непростой. Очень непростой. И добавлю: Дальние земли – это место, где законы не действуют.

Значит, плохие предчувствия меня не обманули. Уильяму я доверяла, и сомнений в правдивости его слов у меня не возникло. Но что же мне делать? Где спрятать Нэнси от недоброжелателей?

- А если предположить, что этот князь является верным другом графини Скорр, можно рассчитывать, что он станет и мне надежной защитой? – сделала я ещё одну попытку узнать его мнение на этот счет.

Уильям вернулся к своему столу, открыл один из ящиков и достал старую потёртую папку. Он сдул с неё пыль и положил на стол.

- Это всё, что у меня есть о Владиславе, - сказал он, открывая папку. – Информация обрывочная, в основном слухи и догадки. Официальных данных почти нет. Дальние земли – это черная дыра для разведок.

В папке лежали какие-то вырезки из донесений, зарисовки угрюмых лиц и несколько страниц машинописного текста. Я не удержалась и взяла один листок. Начав читать, поняла, что это отчет от неизвестного информатора, в котором описывались жестокие методы правления Владислава и его связи с криминальным миром. Это меня не особо удивило, раз он был на короткой ноге с Розалиндой Скорр.

Но какова графиня? Отослать девушку, прикрываясь благородным предлогом защиты, прямо в открытую пасть опасного хищника?

- Доказать практически ничего невозможно, очень мало фактов, - продолжал между тем Грей. – Но поверьте мне, Анна, за этими слухами стоит правда. Князь Владислав – страшный человек, и лучше держаться от него подальше.

- Сколько по времени займет путешествие до Дальних земель? – задала я ещё один вопрос сыщику.

- Это смотря на чём вы планируете добираться?

- А разве есть варианты? – удивилась я, заметив знакомые искорки веселья в глубине глаз Уильяма Грея.

***

Виконт торопился в особняк графини Скорр, который являлся очагом опасности для двух знакомых Рейману девушек.

Нэнси… Сегодня, со слов девушки, он понял, что накануне на неё было совершено покушение. Она оказалась в водовороте преступных событий, которыми заправляла графиня Розалинда. Задав вопрос соглядатаю о вчерашнем свидании, Рейман выяснил, что арестованная настойчиво предлагала своей дочери покинуть особняк, уехать, скрыться…

Виконт понимал, что вокруг девушки непостижимым образом сгущается тьма интриг. Сам Император спрашивал Реймана на личной аудиенции о мисс Нэнси Скорр. Что это могло значить? Неужели она привлекла его внимание? Несомненно, девушка красива и может покорить множество сердец, но… Император? Что мог разглядеть он кроме её очарования? Или здесь кроется какая-то тайна?

А слова Императора о том, что Нэнси - приемная дочь графини. Это как гром среди ясного неба. Рейман знал графиню с детства. Зачем нужно было скрывать этот факт? И, главное, кто её настоящие родители?

Убедившись, что охранный эскорт уже на месте, Рей поспешил разыскать молодую хозяйку дома, но в дверях столкнулся с доктором Корнеем Мефодичем, который навещал свою пациентку Софью Павловскую.

Софья…После того единственного поцелуя мир словно перевернулся. Он, Рейман де Бар, человек разума с холодным сердцем, оказался совершенно обезоруженным. Её губы… Вкус сладости и легкого волнения до сих пор преследовали его, будоражили кровь и не давали покоя.

Но что могло произойти с девушкой? Перед глазами виконта стояла картина, которую он наблюдал в то злополучное утро после бала – бледное лицо, тонкие запястья, бездыханно лежащие на одеяле.

Рейман так желал взять её на руки, прижать к себе, вдохнуть в неё жизнь, но он был лишь бессильным зрителем трагедии, которая развернулась прямо перед его глазами.

«Раскисать никак нельзя!» - приказав самому себе, виконт двинулся далее по коридорам особняка, чтобы справиться у дознавателя, как продвигается расследование в деле о покушении на Нэнси Скорр.

Глава 19

Озадаченная новостями о князе Владиславе, я возвращалась домой из детективного агентства Уильяма Грея. При таком раскладе даже думать не следовало об отъезде Нэнси в княжество Дальних земель. Но как быть в таком случае? Как уберечь девушку от новых покушений? Как узнать, кто за всем этим стоит?

Был ещё один момент, который не давал мне покоя, а именно тот факт, что чаяниями графини Розалинды было приготовлено всё для «сердечного» приема Нэнси в чертогах князя Владислава. А Уильям обмолвился, что ему никак не удается собрать достоверную информацию для доказательства нарушения законов Империи на территории Дальних княжеств.

Вот если бы получилось разыграть «засланного казачка» и провести «разведку боем» для сбора данных? Только Анну отпускать туда опасно, но есть возможность мне самой пробраться в секретное логово Владислава, а Нэнси на это время «спрятать» в теле Софьи! Гениально! Только как это осуществить технически?

Мне сейчас был просто жизненно необходим совет Салевана Грина. Только где пропадает этот загадочный Темный лорд?

***

Уильям в задумчивости перебирал бумаги в деле о Дальних землях. Он так и не оправился тогда после гибели сестры. Частичка его самого умерла в то серое ненастное утро вместе с ней.

Марианна. Её рыжеватые кудри, рассыпавшиеся по плечам, словно осенние листья, её смех, звеневший, как колокольчик в тишине горного ущелья. Её нашли на берегу реки, лицо залито грязью, глаза широко раскрыты, словно она в последний момент увидела что-то ужасное…

«Несчастный случай», - заключил местный следователь, поспешив закрыть дело. Поскользнулась, упала, ударилась головой…

Но Уильям видел бледное лицо садовника, когда его допрашивали. Слышал обрывки разговоров слуг о странном настроении князя в тот вечер. Чувствовал запах терпкого вина на губах сестры, которого Марианна никогда не пила.

Князь Владислав – красивый, холодный, властный. Он покровительствовал их семье, приютив брата и сестру в своем княжестве после смерти родителей. Марианна была его любимицей, часто сопровождала на охоте, принимала участие в придворных балах. Но за его учтивой улыбкой молодой человек всегда чувствовал скрытую угрозу.

Уильям решил тогда провести самостоятельное расследование: перерыл все доступные бумаги, счета, письма, записи в дневниках. Допрашивал всех, кто мог что-либо знать. Но все его попытки натыкались на глухую стену. Люди боялись говорить. Деньги князя открывали замки и закрывали рты. Версия о несчастном случае стала общепринятой, почти священной.

Его отправили из Дальних земель под предлогом заботы о нем, учиться в столицу. Уильям стал детективом, научился анализировать улики, читать между строк, видеть то, что другие не замечают. Все эти годы он искал зацепку, любую мелочь, которая могла бы доказать причастность Владислава к гибели его сестры.

Иногда ему казалось, что он сходит с ума. Что это всё – лишь плод его воспаленной юношеской фантазии. Но он до сих пор не мог смириться с потерей Марианны и знал, что должен продолжать, даже если это означает копаться в самых грязных тайнах княжества Дальних земель…

***

Удостоверившись, что светлячок удобно устроился у неё в кармане, Софья, поблагодарив Ольгу Николаевну за проведенную экскурсию, направилась к выходу из Дома сенатора. Заблудиться она не боялась, так как хорошо ориентировалась в расположении комнат нового Краеведческого музея.

Не успела она спуститься по ступеням главного входа, как её догнала девушка, сотрудница музея, которую Софья заприметила в служебном помещении.

После того как интерес к светлячку угас, директор ещё раз повторила вопрос о шкатулке, и именно эта девушка, как показалось Софье, виновато опустила глаза…

- Меня зовут Светлана, - представилась она, беспокойно осматриваясь по сторонам. – Это ведь вы разыскиваете шкатулку, о которой сегодня спрашивала Ольга Николаевна?

Утвердительно кивнув в ответ, Софья с надеждой в глазах посмотрела на догнавшую её девушку. Светлана, закусив губу, нервно перебирала край униформы. Было видно, что она колебалась, словно боясь сказать что-то лишнее, и с осторожностью подбирала слова:

- Знаете, я, наверное, не должна говорить, но я видела, кто подобрал шкатулку в том самом помещении, где вас нашли запутавшейся в страховочной сетке.

Софья замерла от волнения, а та продолжала, понизив голос почти до шёпота:

- Это была … женщина. Изящная такая… В черном брючном костюме. Очень стильная. На голове был платок, завязанный с определенным шиком, а на лице темные очки… Я только-только забежала в это помещение на зов мужчины, который обнаружил вас после банкета, а она уже была там. Молниеносно подобрала с пола какой-то предмет и спрятала в своей сумочке. Я не видела, точно ли это была шкатулка, но когда сегодня Ольга Николаевна задала свой вопрос, то вспомнила этот эпизод.

Софья нахмурилась, пытаясь собрать обрывки информации воедино. Женщина в черном? Кто же это может быть? Как она оказалась на месте происшествия одной из первых? Зачем схватила незнакомую вещь и унесла с собой? Или всё-таки она знала, что из себя представляет магическая шкатулка?

- А вы не припомните ещё каких либо деталей? – спросила Софья, не теряя надежды.

Светлана наморщила лоб.

- У неё был дорогой парфюм… Вот, наверное, и всё.

Софья вздохнула. Конечно, по такому описанию трудно отыскать конкретного человека, но это была первая тоненькая ниточка, за которую можно было ухватиться в этом лабиринте странных событий…

Глава 20

Встретив в доме графини виконта де Бара, я решила воспользоваться моментом и выведать у него за ужином информацию об утренней аудиенции с Его Величеством. Очень уж меня волновал вопрос причастности Императора к делам госпожи Скорр.

И ещё мне не давала покоя тайна портрета незнакомки, который я обнаружила, «вломившись» в закрытый кабинет герцога, и та очевидная идентичность с моей собственной внешностью. Или в этом мире у меня имелся двойник?

Вечерний свет, проникая сквозь высокие окна обеденного зала, окрашивал всё вокруг в мягкие золотистые тона. Мы с виконтом были одни за длинным столом, занимая места друг против друга.

- Как продвигается расследование? – задала я первый вопрос, чтобы начать беседу.

- Очень мало фактов и практически никто ничего не видел, - пожал плечами Рейман.

Было видно, что он напряжен и чем-то очень встревожен.

- Как прошла аудиенция с Императором? – не сдавалась я.

- Хорошо, - слишком уж тихо ответил Рей.

Мне показалось, что он намеренно избегает касаться этой темы?

- Я слышала, Рейман, что вы разыскиваете какую-то женщину? – решилась пойти ва-банк, внимательно наблюдая за реакцией виконта.

Мужчина на мгновение замер, и на его лицо набежала тень.

- И где же вы, Нэнси, почерпнули такую информацию?

- Да так, - махнула я неопределенно, - слуги разное болтали…

Я сделала паузу, давая Рейману возможность ответить. В воздухе повисла напряженная тишина.

- Я не понимаю, куда вы клоните, Нэнси, - произнёс виконт, глядя мне прямо в глаза. - И я не имею ни малейшего желания обсуждать свои личные дела, особенно с вами.

Вот как! Полный провал миссии «Любопытство не порок, а простое хобби»…

- А почему особенно со мной? – во мне вовсю заговорил дух противоречия, а это ничего хорошего не предвещало. – Я видела её портрет в кабинете герцога!

- Вы были в кабинете Ромула де Бара? – удивился Рейман.

- Конечно! Сразу по приезду! – в этом я была честна перед ним.

- И мой отец сам показал вам портрет незнакомки?

- Нет. Просто он лежал на столе, но я смогла разглядеть женские черты, - в этом тоже особо не лукавила, просто упустила из повествования то обстоятельство, что этот «манёвр» был совершён мной в другой раз.

Виконт откинулся на спинку стула. На его лице читались усталость и раздражение.

- Вы слишком любопытны, Нэнси, - заговорил он, и в его голосе послышалась едва заметная угроза. – И ваше любопытство может быть опасным. Я советую оставить эту историю в покое.

Это он к чему сейчас? Про мой интерес к женскому портрету, который как две капли воды похож на меня, или в глобальном смысле этого слова?

- Не могу, - честно призналась я. – Переживаю за ту девушку на портрете, что с ней будет, если вы её отыщете?

Наконец я озвучила то, что больше всего волновало в данный момент по этому поводу. Зачем меня разыскивать? Что я успела натворить в этом мире? Может, в мое тело тоже вселилась какая-нибудь энергетическая субстанция, и оно бегает само по себе, творя беззаконие направо и налево?

Виконт вздохнул и закрыл глаза на несколько секунд. Когда он снова посмотрел на меня, в них читалась какая-то обреченность.

- Хорошо, - тихо сказал Рейман. - Обещаю, что всё расскажу вам, Нэнси, но не сейчас…

***

Когда Софья поднялась в свою уютную квартирку на пятом этаже, то с удивлением обнаружила, что для неё приготовлен неожиданный подарок…

В кресле-качалке, укутавшись в мягкий плед, её ожидал Арик. Обычно приветливый и добродушный сосед сегодня вечером казался насупленным и напряженным.

- Долго же ты, - пробурчал он, даже не взглянув на неё.

- Привет! Прости, что задержалась, но я не знала, что ты меня ждёшь.

- Танька уже всех на ноги подняла, голося на всю округу, что Лидка пропала, - его голос, обычно мелодичный, сейчас был сдавленным от обиды. – Ты почему телефон не берёшь?

- Я его просто забыла дома, - сделала попытку оправдаться девушка. У неё пока не было привычки носить с собой мобильное устройство.

Софья подошла поближе и присела рядом с обиженным соседом.

- Хватит дуться, ничего же не случилось!

- Случилось!!! – в его глазах вспыхнул недобрый огонёк. - Димка заезжал, коробку для тебя привёз, сказал, что это наряд для похода на день рождения его друга.

В полумраке комнаты, на кровати, девушка рассмотрела объемный пакет, на который кивнул парнишка.

- Испугался, что я не справлюсь с выбором наряда? - размышляя вслух, проронила Софья. - Ну что же, пусть так и будет.

Молодой человек с интересом посмотрел на неё.

- А я и не знал, что ты снова согласилась пойти с ним на приём к губернатору…

- Это лишь услуга другу, ничего личного, - эту фразу она запомнила сегодня из сериала, который посмотрела на досуге.

- Услуга другу? – повторил Арик, саркастически изогнув бровь. – Ты в этом уверена, Новосёл?

- Дмитрий очень просил меня быть рядом с ним на этом мероприятии, говорил, что для него это важно, - примирительно начала девушка. – Я просто не смогла отказать.

- А Танька знает?

- Это мне неведомо…

Глава 21

День сегодня выдался очень напряженным. Ближе к вечеру прибыл поверенный графини Скорр и снабдил меня тремя небольшими мешочками, набитыми золотыми монетами.

Да, взгрустнулось мне – это вам не пластиковые карты, придется учитывать еще и этот вес в багаже путешественницы. Уложив временно золото в сейф графини, я отправилась, наконец, в свою комнату.

Рейман уехал сразу после ужина, забрав с собой дознавателя и дав указания охранному эскорту, который был выставлен около дверей наших с Софьей спален. Настроение у виконта было мрачнее тучи, и этому в большей степени способствовал наш с ним разговор во время вечерней трапезы.

Нэнси сегодня активности не проявляла, но я очень хотела поговорить с девушкой о князе Владиславе и об её отъезде в княжество Дальних земель.

Оставшись в одиночестве, я пыталась связаться с Анной.

- Мне почему-то очень тяжело, - пожаловалась девушка. – Голова как будто свинцовая, и все время тянет в сон. Я даже не понимаю, какое сейчас время суток…

- Потерпи ещё чуть-чуть, - пыталась я подбодрить Нэнси. - Скоро всё исправим. Нам надо только решить загадку древнего гримуара.

Я отчаянно пыталась вспомнить дословное послание мудрёной книги.

Итак, первая строфа – «Соединились два в одном, Когда все спят спокойным сном» - могла означать, что две сущности оказались заперты в одном теле, и перемещение произошло, когда они (то есть мы с Нэнси) спали. Вроде бы логично…

Следующая строчка предсказания: «Где две звезды сойдутся в раз» - могла означать, что сияние Серебряной звезды на небе сошлось с сиянием рубина в кулоне Золотой звезды. Только здесь появляется первая нестыковка: мы легли спать после бала, когда солнце уже поднялось и Голубой звезды на небосклоне уже не наблюдалось.

Дальше вообще все сложно: « Зажгли огонь, Огонь угас», - никак не удается понять, что это могло значить.

А концовка вообще туманна: «То время сложно предсказать, Себя познать и не узнать». Хотя, если про узнавание, то я давно не узнаю себя в зеркале. Может, здесь про «это»?

Да, одной разгадать этот ребус довольно трудно, а помощи ждать не откуда. Нэнси становилось всё хуже и хуже.

Я все-таки попыталась донести до девушки опасность поездки в княжество Дальних земель, но, судя по её безучастности, понять, услышала она меня или нет, не представлялось возможным…

***

Виконт откинулся в кресле, позволяя обжигающему коньяку смягчить резкость своих мыслей.

Нэнси…

Эта девчонка, с её невинными глазами и неуемным любопытством, сегодня перешла все границы. Что она себе вообразила, учиняя практически допрос за ужином? Как она осмелилась копаться в его личной жизни?

Он сжал бокал в руке. Вопросы о портрете! Невинная, казалось бы, болтовня, но она застала его врасплох, оставила неприятный осадок. Рей знал, что рано или поздно информация о том, что он разыскивает определенную женщину, всплывёт в общественных кулуарах, но не ожидал, что это произойдет так скоро, да еще из уст Нэнси.

Как объяснить молодой девушке циничную реальность этого мира? Как рассказать о необходимости иметь наследника и о его долге перед древним магическим родом?

- Черт бы её побрал, - в сердцах прошептал Рейман, осушая бокал. Его гнев постепенно уступал место растерянности. Он не знал, как с ней быть, как уберечь от правды и одновременно оградить от дальнейших, ещё более неудобных вопросов.

Ему нужно было что-то придумать, и придумать быстро, пока это не стало всеобщим достоянием…

***

Поздно вечером, оставшись одна, Софья решила «пообщаться» с удивительной находкой Семёнова, светлячком из стеклянной банки.

- Ну что, друг, - вытащив его на кухонный стол из кармана куртки, обратилась она к нему. – Давай рассказывай, как ты умудрился попасть в эту реальность?

В её мире эти особи считались существами разумными, со своей строгой социальной организацией. Живя в больших структурированных колониях, они представляли собой единый разум, где каждый светлячок выполнял свою роль.

Там же существовала сложная иерархия: во главе стоял самый мудрый и опытный представитель колонии, остальные роли распределялись в зависимости от врожденных умений и навыков…

В людях эти насекомые видели потенциальных союзников, были готовы делиться с ними своими знаниями, магическими свойствами, помогать в исцелении и защите на взаимовыгодных условиях «сотрудничества». Также они обладали определенными телепатическими навыками – общались с людьми напрямую, передавая мысли и образы в их сознание. Их «голос» звучал в голове, как тихий успокаивающий шёпот…

Из «щебетания» своего гостя Софья поняла, что его зовут Вик, он имеет в своей колонии должность магистра, попал в банку при странных обстоятельствах, и при переходе сквозь реальности потерял сознание…

Значит, Софья была права! В Сенаторском особняке существует некий скрытый портал, который позволяет осуществлять переход из этого мира в другие реальности, в том числе и в её измерение. Но это ещё не самое важное открытие. Главное то, что кто-то активно пользуется этим ходом и даже доставляет сюда определенные предметы.

Это версия объясняет и присутствие в музейной экспозиции её куклы Барбары, и найденную Лидией магическую шкатулку, и банку со светлячком, которую доставили сюда сравнительно недавно, так как ею пользовались в другом измерении меньше недели назад.

Есть ещё одно обстоятельство, которое очень сильно насторожило Софью – возможно, выход из этого портала в её мире находился прямо у неё под носом, в скрытой каморке платяного шкафа, ведь именно там хранился стеклянный сосуд, оказавшийся по странной случайности в этом мире …

Что могло всё это значить? Кто этот таинственный и практически невидимый незнакомец? Представить кого-то из своих домочадцев в этой роли у девушки просто не хватало воображения…

Еще была женщина в черном брючном костюме, которую видела Светлана, когда нашли тело Лидии в бессознательном состоянии. И, по словам сотрудницы музея, эта особа что-то унесла в своей сумочке с места происшествия. Если это была их семейная реликвия, то значит, она действительно находится в этом мире, и есть вероятность её найти.

А если удастся отыскать портал для перехода в её измерение, то Софья может попытаться вернуться со шкатулкой в свой мир, чтобы расставить там всё по своим местам….

***

Перед сном я решила поэкспериментировать с кулоном Нэнси: положила его рядом с собой на туалетный столик, приоткрыла завесу на окне, чтобы было видно свечение Голубой звезды на ночном небе, очень надеясь на то, что мой «манёвр» поможет всё вернуть назад, как говорилось в послании старинного гримуара…

Когда все приготовления были сделаны, я устало опустилась на мягкие подушки и с великими надеждами погрузилась в сон.

Снилась мне идиллическая картинка: залитая солнцем цветочная поляна, а на ней женщина – воплощение материнской нежности. Рядом с ней играли две прелестные малышки: одна – с белокурыми локонами, другая – с огненными кудряшками. Их смех звенел, как колокольчики, в этой деревенской пасторали.

Внезапно погода стала стремительно портиться. На горизонте выросла огромная грозовая туча, заслонив собой солнце и отбросив зловещую тень на поляну. Женщина вздрогнула и повернула лицо в мою сторону, в её глазах я увидела неподдельный страх.

- Спаси их! – голос, прорезав тишину, прозвучал особенно отчаянно…

Я отчетливо увидела, как на её шее вспыхнул рубиновым огнем изящный кулон.

«Лаура!» - пронеслось в моей голове.

Туча разрасталась на глазах, превращаясь в ужасающий, закручивающийся смерч, готовый поглотить всё живое. Женщина, охваченная паникой, вновь закричала, моля о помощи:

- Спаси моих девочек!

И в этот момент, когда страх достиг своего апогея, я заметила, как на шее Лауры вместо кулона появилось старинное бриллиантовое ожерелье, в котором мне довелось побывать на балу «Леди голубой звезды», словно ключ к разгадке этой кошмарной сцены.

Я проснулась в холодном поту, сердце бешено колотилось в груди, оставляя в памяти четкую картину цветочной поляны, грозового смерча и отчаянного призыва о помощи…

Ожерелье! Я не видела его с момента купания в водах Холодного озера. Помнится, Софья рассказывала, что этот старинный гарнитур из фамильных бриллиантов обладает какой-то секретной миссией, но сам решает, когда её применить…

Вдруг в коридоре послышался слабый шорох, и, в лучах звездного свечения, я с изумлением увидела, как мне под дверь подсунули листок бумаги.

Недолго думая, я подбежала к посланию, нетерпеливо развернула записку и прочитала следующее:

«Жду вас в западном крыле цветочной анфилады в полночь. Поверьте, мне есть, что вам рассказать. Симон.»

Глава 22

Раздумывать я долго не стала, накинула на себя пеньюар и, прикинув в уме, как добраться до западного крыла, бесшумно выскользнула за дверь.

Первое, что я увидела - безмятежно спящих охранников, причем всех четырех сразу, по два у каждой двери. Пытаясь привести их в чувство, я поочередно потрясла каждого за плечи, чтобы добудиться, и потерпела полное фиаско. Воины дружно и сладко «дрыхли» богатырским сном, из чего я сделала вывод, что кто-то заблаговременно об этом побеспокоился.

Пробираясь в потемках по длинным коридорам особняка, я не сразу сообразила, что попала в нежилую часть здания. Всё здесь дышало запустением и заброшенностью. Чувство острой опасности настигло меня, когда я уже была у лестницы, что вела вниз к цветочной анфиладе.

Я резко затормозила и решила внимательно присмотреться к лестничному пролету: достаточно ли крепки в этом месте ступеньки, чтобы выдержать мой вес?

Яркое свечение Голубой звезды проникало в помещение сквозь потемневшие от грязевого налета окна, но я все же смогла разглядеть натянутую на верхней площадке лестницы леску, видимо, загодя приготовленную для моей неразумной особы.

«Ловушка!» - пронеслось в моей голове, и в тот же момент получила удар в спину, от которого кубарем покатилась вниз.

Вспоминая благодарными словами всё того же Михаила Сергеева, моего коллегу и инструктора по самообороне, я мгновенно среагировала, включив все рефлексы тела Нэнси.

Быстро сгруппировалась, поджав ноги и закрыв голову руками, чтобы защитить наиболее уязвимые части тела, и достаточно плавно проскользила по старым ступеням, истертым от времени, до нижней площадки под лестницей. Приземлившись, перекатилась на спину и открыла глаза, которые с трудом фокусировались в темноте помещения, освещаемого лишь звездным небом.

Прямо над моей головой, на балюстраде второго этажа, где я только что стояла, возвышался объемный цветочный вазон, за которым маячила едва различимая тень. Это был тот, кто столкнул меня с лестницы, потенциальный убийца, и что-то мне подсказывало, что он намерен довести свое дело до конца.

Только я успела об этом подумать, как заметила, что огромный вазон сорвался вниз и летит прямо на меня. Я молниеносно откатилась в небольшую нишу под балюстрадой, спасаясь от осколков и выпавшей земли. Всё произошло так быстро, что у меня не было времени даже закричать.

Я затаилась в своем небольшом убежище, понимая, что злоумышленник меня сейчас не видит и, чтобы убедиться, жива я или нет, ему придется спуститься вниз.

Что же, Лидия Новоселова, готовьтесь к встрече!

Я задержала дыхание, оголила одно плечо, обнажив грудь, и освободила от одежды свою толчковую ногу. Несколько минут ничего не происходило. Потом в пугающей тишине я услышала осторожные шаги. Прикрыв глаза, продолжая наблюдать за происходящим через опущенные ресницы, заметила мужскую фигуру, крадучись приближающуюся ко мне.

Этот злодей прихватил с собой что-то вроде копья и вознамерился, видимо, проткнуть меня насквозь. Встав надо мной в полный рост, держа свое орудие обеими руками, он уже замахнулся для удара, но тут я услышала глумливый смех. Своей похотливой ручищей он потянулся к девичьей груди.

Ну что сказать, мужик есть мужик! В этот самый момент я исполнила коронный номер, а именно ударила его со всей силы ногой в пах.

Согнувшись пополам, этот отморозок выронил своё копье и заорал на знакомом мне гопническом языке:

- Ах ты, коза драная!

Этот фортель я прощать была не намерена. Вскочив резко на ноги, вцепилась убийце в волосы и со всей силы приложила его голову к своему колену. Взвыв от боли, он упал ничком, обхватив свою окровавленную рожу обеими руками. Я подхватила упавшее копьё и начала древком методично обхаживать злодея со всех сторон, отпуская удары один за другим.

- Я тебя научу «ушибок», девушек уважать!!! – вопила я, что есть мочи.

Вскоре он затих, и я поняла, что перестаралась, но решила перестраховаться и связать мужика. Под рукой ничего не было, пришлось разорвать подол своей ночной рубашки и стянуть ему руки за спиной.

Оставлять его одного я остереглась, придёт в себя и сбежит, тогда ищи ветра в поле. А то, что этот субъект был повинен и в первой попытке покушения на Нэнси, у меня сомнений не вызывало.

Ничего лучше не придумала, как разорвать ночную тишину заливистым свистом, привлекая, таким образом, к себе внимание. Может, кто-нибудь из многочисленных слуг графини меня и услышит. Сложив пальцы обеих рук домиком, и засунув их в рот, я начала заливаться «соловьем-разбойником». Этому трюку меня научил мальчишка – сосед, что жил этажом ниже, сообразительный и проказливый…

- Ты что, одурела совсем? – пришёл в себя мой «заключенный», пытаясь подняться на ноги и вознамериваясь бежать.

Я опять повалила его на пол, ударив копьем по коленкам, и услышала топот бегущих ног.

Слава Богу! Меня услышали! Мы с Нэнси спасены!

***

Софье этой ночью снился яблоневый сад, что находился вокруг загородного поместья семьи Монарди. Даже во сне девушка чувствовала запах свежескошенной травы и душистых яблок. Вокруг наблюдалось буйство красок от высаженных цветов. Легкий ветерок играл с её волосами, а вдалеке слышалось журчание ручья…

И тут появился ОН. Его лицо было немного размытым, но она знала, что это тот самый мужчина, который будет любить её несмотря ни на что. Молодой человек весело улыбался, и эта улыбка озаряла всё вокруг. Он протянул ей руку, и Софья, не раздумывая, взяла её. Его рука была тёплой и крепкой. Девушка вдруг почувствовала себя беззаботной и счастливой, как никогда прежде.

Неожиданно картинка сна резко поменялась. Софья увидела себя сидящей на террасе за столом с самоваром и расстегаями. Рядом собственной персоной восседала Лидия и с озабоченным выражением лица смотрела на неё.

- Запомни рецепт выживания в моем мире! – серьезно заговорила с ней встревоженная девушка. -Никогда не доверяй первому встречному!

- А второму? Второму встречному можно доверять? – задала вопрос Софья, вспомнив о том, что Арик встретился ей вторым, после Дмитрия Андреевича.

- Вторых встречных у нас не бывает! Все всегда только первые, отсюда вывод – никому не доверяй!!!

Горестный осадок остался как послевкусие от её сладостного сна. Ей было просто необходимо хоть кому-то доверить свою тайну, поделиться размышлениями на этот счет и попросить дельного совета…

Глава 23

Заснуть мне этой ночью больше не пришлось. Суматоха, поднявшаяся после поимки злоумышленника, никак не могла угомониться до самого утра…

Хорошо запомнилась картина, как прибежавшие на мой свист слуги удивлённо таращились на сцену, развернувшуюся перед ними. Признаюсь, выглядело это весьма необычно: молодая хозяйка, хрупкая, как фарфоровая статуэтка, стояла над поверженным верзилой со связанными руками, лицо которого багровело от ярости.

Стражники, наконец, пришли в себя, и их взгляды тоже были полны любопытства.

- Заберите его! – велела я тоном, не терпящим возражения. – И не спускайте с него глаз до приезда сыскного отдела. Мне необходима детальная информация, чьё приказание он выполнял.

Охранники, опомнившись, подскочили к наёмнику, поднимая его на ноги. Он огрызнулся, попытался вырваться, но их хватка была слишком сильна. Когда его уводили, взгляды прислуги, полные удивления были прикованы ко мне.

- Как вам это удалось, барышня? – Мария осмелилась озвучить вопрос, который у всех застыл на устах.

- Не стоит недооценивать силу разума, - ответила я уклончиво, а сама вспомнила крылатую фразу из одного фильма: «Жить захочешь – и не так раскорячишься…», которая в самый раз соответствовала моему душевному состоянию.

- Отправьте гонца в столицу, - дала я распоряжение начальнику охраны. – И доложите виконту де Бару, что в моем доме произошло еще одно покушение, но злоумышленник пойман и обезврежен. Только не говорите кем и, прошу, не надо подробностей…

Представив, как Рейман может рассвирепеть, узнав о моем глупом безответственном поступке, а именно, о ночном походе в западное крыло, я сочла лучшим скрыть обстоятельства поимки злодея, хотя бы на время.

***

С утра Софью поднял телефонный звонок. Звонил Димка, который жаждал узнать подошел ли ей костюм, присланный для похода на приём в честь дня рождения его друга.

Оценив ситуацию, девушка сочла необходимым поблагодарить Дмитрия Андреевича за заботу, но честно призналась, что ещё не распечатывала доставленный пакет.

- Примерь его прямо с утра, - давал распоряжения брат Татьяны деловым тоном, - Праздник уже завтра, если не подойдет, чтобы у нас было время поменять…

- Хорошо, - сонно согласилась Софья, давая себе ещё несколько минут поваляться в постели. – Как примерю, сразу сообщу…

Больше всего девушке хотелось с утра наладить отношения с Ариком. Его вчерашняя обида выглядела глупой и нелепой. Чувствуя небольшие угрызения совести, она решила исправить ситуацию. А что может быть лучше для примирения, чем вкусный завтрак, приготовленный с любовью.

Горка хрустящих тостов с Татьяниным клубничным вареньем и чашка горячего кофе, источающего волшебный аромат – улыбнувшись своему новому отражению, Софья взяла поднос и вышла из квартиры.

- Что это? – удивленно спросил заспанный молодой человек, открыв на стук дверь своей квартиры.

- Завтрак, - ответила девушка. – Думаю, что вкусный завтрак – это отличный способ начать новый день и забыть старые обиды.

На лице парнишки заиграла лёгкая улыбка.

- Новосёл, ты, правда, заморочилась для меня?

- Конечно! – она подтолкнула его плечом. – Впустишь меня, наконец?

Он отступил, приглашая её войти. В его глазах читалось удивление и, кажется, облегчение. Она прошла в комнату, ставя поднос на стол и оглядываясь по сторонам. Арик опять работал всю ночь и уснул только под утро. Об этом свидетельствовали и его помятый вид, и не расправленная, но примятая постель, и груда пустых чашек из-под кофе.

- Как продвигаются дела с твоими алгоритмами? – озабоченно спросила девушка, глядя на экран монитора.

- Никак, - грустно ответил Арик. – Не могу поймать ускользающую закономерность…

Софья поднесла ладонь к клавиатуре, и её пальцы автоматически начали осуществлять набор символов, выстраивая цепочки формул. Парнишка изумленно засмотрелся на экран.

- Стоп! – воодушевленно прокричал он, - Дай сделать это самому!

Уступив соседу место за компьютером, девушка не без удовольствия наблюдала, как парень, позабыв всё на свете, «ловит» свой алгоритм, благодаря небольшой подсказке с её стороны.

«Это значит, - констатировала Софья, - что теперь и ей далась компьютерная грамотность во всем многообразии её форм».

***

Я была решительно настроена поговорить с детективом о поездке в княжество Дальних земель, поэтому с раннего утра отправилась в сыскное агентство, что на Рыночной площади.

Осеннее утреннее солнце еле-еле пробивалось сквозь запыленные стекла конторки Уильяма Грея, высвечивая хаотично разложенные папки, как будто сыщик всю ночь занимался решением трудной для него задачи…

- Доброе утро, Уильям! – приветствовала я его, сидящего за столом и читающего очередной документ.

- Анна? Не думал, что увижу вас так рано, - Грей поднял на меня свой усталый взгляд.

Чтобы избежать ненужных церемоний, я, что называется, начала «с места в карьер», и выпалила заранее заготовленную фразу:

- Я намереваюсь ехать в княжество Дальних земель и хотела просить вас стать моим сопровождающим в этой поездке.

Брови Уильяма взлетели вверх. Он даже отложил изучаемый документ и удивленно воззрился на меня.

- Вы серьезно? Зная о жестокости князя и творящемся беззаконии на его землях, вы сознательно желаете подвергнуть себя этому риску?

- У меня нет выбора, Уильям, - грустно призналась я. – Если я не хочу оглядываться в страхе по сторонам всю оставшуюся жизнь, то должна поехать и попытаться разобраться в ситуации на месте.

Печально вздохнув, я поведала детективу историю про свидание с графиней Скорр, о предупреждении об опасности и организации поездки к князю Владиславу.

- У меня на руках все козыри, - в порыве призналась я сыщику. – Кольцо и свиток, - так что приём на должном уровне, надеюсь, мне обеспечен.

- Вы понимаете, Анна, что это может закончиться трагедией? – внимательно глядя мне в лицо, задал вопрос Грей. – Князь Владислав не тот человек, с которым можно играть в игры. Он не остановится ни перед чем, чтобы добиться своего.

- Я знаю! – не отводя взгляда, проговорила решительно.- Я тоже не остановлюсь и доберусь до истины. Мне надо знать, какие интриги плетут графиня Скорр и её приспешники!

- Вы очень упрямая, Нэнси! – задумчиво проговорил Грей. – Может быть, именно это качество и обеспечит вам успех в этом предприятии. Хорошо, я поеду с вами в Дальние земли, но учтите, это будет не увеселительная прогулка.

- Спасибо, Уильям. Я знала, что могу на вас рассчитывать! Только есть ещё одно важное условие для положительного исхода этого дела – всё должно оставаться в режиме строгой секретности!

Сыщик понимающе подмигнул и утвердительно кивнул головой, из чего я сделала вывод, что его рот на замке…

Глава 24

Неожиданно четкий распорядок дня Софьи был нарушен приходом Татьяны.

Уже с порога подруга Лидии начала учить девушку уму разуму, сообщив, что если та, по своей добросердечности, согласилась сопровождать её брата на приём в дом губернатора, то она (Татьяна) со своей стороны проконтролирует, чтобы на этот раз всё прошло без происшествий.

Хозяйка квартиры только-только распаковала пакет с нарядом, доставленный накануне, в котором лежал строгий брючный костюм черного цвета…

- Это что? – «прогремела» Татьяна, в недоумении показывая на костюм. – У тебя кто-то умер?

- Дмитрий прислал вчера, для завтрашнего мероприятия.

- Дмитрий?! Ах, этот Дмитрий, - подруга деланно закатила глаза. – У него, видимо, дальтонизм в сочетании с полным отсутствием чувства прекрасного. Черный? На день рождения? Он тебя что, со своей «вороной» перепутал?

- С какой вороной? – не поняла Софья.

- Ну, это его бывшая, Каталея, всегда неуклонно расхаживает в чёрном.

- Чёрный цвет – это вроде бы классика, - неуверенно начала рассуждать Софья, вспоминая, что ей было уже известно о модных тенденциях этого мира.

- Милая моя, - развеселилась Татьяна. - Классика – это маленькое чёрное платье, но никак не похоронный наряд, призванный похоронить твою молодость и привлекательность. Кстати, этот костюмчик подойдёт в качестве маскировки, когда ты решишь ограбить банк. Это настолько скромно, что тебя в нём даже моль не заметит.

Девушка заметно напряглась, вспоминая про даму «в чёрном» на месте происшествия с Лидией. Может, эта особа тоже маскировалась в тот момент, чтобы не быть узнанной? Скорее всего, так и было…

- Хорошо, что я тоже позаботилась об этом, - ворчала Татьяна, распаковывая пакет, принесенный с собой, и доставая на свет платье нежно-лавандового цвета. – Давай, быстрей примеряй!

Софья, повинуясь напору подруги, облачилась в настоящее облако из рюш и воланов. Платье сидело непривычно, было необычайно коротким, оголяя длинные ноги девушки.

- Оно такое…легкомысленное, - только и смогла проговорить она, критически рассматривая свое отражение.

- Легкомысленное? – Татьяна удивленно вскинула бровь. – Дорогая, легкомысленно – это идти на приём к губернатору в чёрном костюме, который, кажется, украден из гардероба похоронного бюро! Лавандовое – это изысканно, воздушно и молодо! Это как глоток свежего воздуха в затхлой атмосфере государственной службы.

- Ты думаешь? – Софья не была до конца уверена в этом выборе наряда на завтрашнее мероприятие.

- Я знаю! – громогласно заявила Татьяна, осматривая девушку со всех сторон, любуясь полученным результатом. – Теперь ты похожа не на скорбящую вдову, а на невинную лань, забредшую в логово льва. Запомни, Лидка, на приёме нужно быть немного интригующей, немного загадочной и, главное, незабываемой! А в черном костюме ты была бы просто невидимкой…

***

Договорившись с Уильямом Греем, что он разработает детали нашего секретного вояжа до Дальних земель, я ожидала его прихода в дом графини в послеобеденное время.

Ночного злоумышленника с утра увезли под стражей в столицу, но что-то мне подсказывало, что у него имелся сообщник. Кто-то же опоил охранников накануне вечером, загодя приготовив мне ловушку.

Детектив прибыл ровно в два часа пополудни, и мы встретились с ним в кабинете графини Скорр. Я продемонстрировала ему кольцо с сапфиром и свиток, который должна была передать по приезду князю Владиславу лично в руки.

Меня подмывало «сунуть свой нос» и разузнать, какая информация содержится в свитке, но я не знала, как справиться с сургучом, скрепляющим бумагу. На мой вопрос о возможности аккуратного вскрытия документа Уильям лишь отрицательно покачал головой, пояснив, что печать имеет некий охранный магический код, и последствия «незаконного» проникновения в тайны свитка могут быть непредсказуемы.

- Итак, Анна, поездка в княжество Дальних земель - дело тонкое, - приступил Грей к цели своего визита. - Она требует максимальной осторожности. Нам необходимо свести к минимуму риск быть обнаруженными.

Сыщик развернул карту, где я увидела обозначенные пункты: Дальние земли и наш городок.

- Мы покинем город через восточные ворота, противоположенные тем, что ведут на дорогу к столице. Нам потребуется нанять карету у одного из моих проверенных людей. Никаких гербов, никаких опознавательных знаков – обычная дорожная карета, ничего примечательного.

- А багаж? – задала я вопрос, размышляя над тем, как мне добраться до восточных ворот, не привлекая внимания домочадцев.

- Минимум, самое необходимое. Чем меньше, тем лучше. Только то, что можно поместить в небольшой дорожной сумке: никаких роскошных платьев, никаких драгоценностей. Мы должны выглядеть как простые путешественники.

Я понимающе кивнула, а Уильям продолжал:

- Время в пути - три дня. Первый день – обычный переезд, ничего примечательного. Во второй день мы будем двигаться вдоль реки, стараясь не привлекать внимание. Третий день – самый сложный.

- Почему?

- Потому что в последний вечер мы заночуем недалеко от границы княжества. Потом наймем местную почтовую карету, и я возьму на себя роль кучера.

- Кучера? Но зачем? – хотя я и задала вопрос, но ответ уже знала. Уильям - мастер маскировки, создаст иллюзию того, что я прибыла во владения князя Владислава в «гордом» одиночестве.

- Я доставлю вас до ворот замка. Ваша задача - войти туда без лишнего шума. После этого я разверну карету и вернусь обратно, делая вид, что просто доставил пассажирку. Затем пешком, особыми тайными тропами, известными только мне и ещё паре проверенных людей, проберусь обратно к замку и буду ждать вашего сигнала.

- Какого сигнала?

- Это мы обсудим позже. Важно понимать, что вся эта операция - хорошо продуманный пошаговый план. Один неверный шаг, и всё может полететь в тартарары. Ваша задача - сыграть свою роль безупречно.

Я хорошо это понимала, но мне стало по-настоящему страшно. Видимо, это отразилось на моем лице. Чтобы дружески поддержать меня, Уильям взял мою руку и пожал её, как бы успокаивая и говоря, что он будет рядом, передавая в этом жесте свою уверенность и решимость.

- Виллет!!! – неожиданно услышала я грозный рык Тёмного лорда. – Какого дьявола? Что здесь происходит?

Глава 25

Лорд Салеван Грин внезапно появился в поле моего зрения, как черт из табакерки, гневно сверкая своими глазищами.

Выпустив мою руку из своей ладони, Уильям поспешил благоразумно откланяться, оставив некоторые недоговоренности касаемо даты нашего отъезда.

Оказавшись наедине с Темным лордом, я не успела даже поприветствовать Его Сиятельство, как на меня хлынул поток грозной тирады:

- Бросив все свои дела, свою миссию, я спешу на её зов из другого измерения и застаю эту прелестницу в объятиях нового кавалера! Как это понимать, Виллет?

Из всего словесного красноречия, чересчур эмоционально вырвавшегося из уст обычно угрюмого таинственного мужчины, я услышала лишь то, что он спешил на встречу со мной. Расплывшись в довольной улыбке, я задала волнующий меня вопрос:

- Вы спешили на мой зов?

- Да, - просто ответил лорд Грин. – Был откровенно удивлен, зачем вдруг я вам понадобился? И, как говорится, не зря: вы прекрасно тут справляетесь без меня. У вас здесь есть другие многочисленные помощники!

Мне было весело наблюдать, как Его Сиятельство кипятится. Неужели ревность? Это что-то новенькое!

- А когда я вас звала? Что-то не припомню…

- Вот так раз?! – как-то по-детски обиженно воскликнул Темный лорд. - А кто накануне вздыхал, что ей жизненно необходим совет Салевана Грина?

Точно! Был такой факт! Но неужели этот загадочный человек мог чувствовать такой мимолётный призыв?

- Я – Ломер, сударыня, - нравоучительно повторил лорд.

Ну вот, опять началось! Он вновь принялся за старое, а именно, читать мои мысли.

- К тому же у меня появилась информация, касающаяся Лии Монарди.

Салеван нервно осмотрел помещение, как будто что-то почувствовал, и предложил прогуляться по саду.

Подышать свежим воздухом было не лишним. Прихватив накидку, я спустилась по ступеням крыльца вслед за Тёмным лордом, и мы неспешно побрели по тихим аллеям осеннего сада.

Некоторое время мы просто шли рядом и молчали. Я наслаждалась свежестью октябрьского дня, шуршанием листвы под ногами, вспоминая извилистые тропинки городского парка в своем родном городке.

Когда мы оказались на поляне Пяти роз, я решила дальше не откладывать важный разговор и начала первой:

- Мне необходим ваш совет, лорд. Время пяти дней неумолимо заканчивается: Нэнси практически уже не выходит на связь, тело Софьи лежит живым трупом, а я никак не могу разгадать загадку старинного гримуара.

Рассказав Салевану о своём эксперименте с магическим «советником», его предсказаниях и своих выводах, я с нетерпением ждала ответа от своего собеседника.

- Я не понимаю, к чему такие сложности? - удивился Ломер.- У тебя же есть шкатулка, которая отпускает призванные души. Используй её.

Так просто? Но как заставить её работать?

- Оставь на ночь в сиянии Голубой звезды, если время пришло, она сама выпустит душу и расставит всё по местам.

- А если есть жизненная необходимость, чтобы сущность Нэнси переместилась на время в тело Софьи, такое возможно?

- Наверное, возможно при определенных обстоятельствах, - задумчиво произнес Салеван Грин. – Ведь как-то же душа Лии Монарди из этой реальности переместилась в другой мир, в тело некой Лидии Новосёловой…

- Что? Что ты сказал? – я была обескуражена этой новостью. – Ты утверждаешь, что там у себя я не умерла? И в моём теле сейчас находится Софья?

- Да, именно так, – бесстрастно подтвердил лорд. – Мне пришлось поднять все свои связи в разных измерениях, собрать все данные о перемещениях в иные миры, выяснить некоторые загадочные обстоятельства, что способствовали этой «неслучайной случайности», и, как итог, факт того, что душа Лии Монарди сейчас в теле Лидии Новосёловой подтвержден окончательно.

В отличие от сдержанного самообладания Темного лорда, я была готова запрыгать от радости. Эмоции переполняли, мне хотелось расцеловать Салевана Грина за такую отличную новость. Я уже кинулась в порыве чмокнуть Ломера в щечку, но лорд своими ручищами поймал меня буквально на лету.

- Виллет! – испуганно воскликнул Грин. – Если ты по привычке решила кинуться на меня со своими поцелуями, то должна понимать, как это опасно!

Он осторожно взял мою руку, приблизил её к своим губам и едва коснулся ими кончиков моих пальцев. Я внезапно почувствовала, как по телу растекается обжигающее пламя, вызывая невыносимую боль. Стало трудно дышать, ритм сердца сбился. Мне показалось, что даже волосы встали дыбом. От этих мучительных физических ощущений мой разум отключился. Я лишь понимала сейчас, как чувствует себя пища, разогреваемая в микроволновке.

- Что… это…было? – удалось прохрипеть мне, когда дыхание немного нормализовалось, и боли постепенно начали проходить.

- Поцелуй Ломера, - угрюмо заметил лорд. – Заметь, едва уловимый поцелуй. Чуть больше страсти, и тебя это мгновенно убьет. Запомни это, Виллет, для своей безопасности.

- Учту! - только и смогла вымолвить я, всё ещё пребывая в шоке от произошедшего.

***

- Новосёл! Ты чего надулась, как мышь на крупу? – Арик с тревогой наблюдал, как соседка вот уже тридцать минут ковыряется в тарелке с гарниром, думая о чем-то о своём.

- Понимаешь, - задумчиво начала Софья, - завтра этот злосчастный приём у губернатора, а я не могу решить, что мне надеть: Димкин выбор – строгий, как приговор, деловой чёрный костюм, и второй кандидат – легкомысленное короткое платье лавандового цвета, символ юности и беззаботности, как утверждает Татьяна…

Арик усмехнулся:

- Нашла о чем горевать! Сейчас разберемся!

Парнишка внимательно осмотрел оба наряда и, прищурившись, произнес:

- А знаешь, ты зря выбираешь между ними, почему бы тебе их просто не объединить? Скомбинировать строгость и лёгкость, деловой стиль и романтику…

- А разве так можно?

- Давай всё напяливай на себя, посмотрим!

Софья облачилась в элегантные брючки, сверху надела платье, которое выглядело, как удлиненная блуза, освежая строгий черный цвет нежным оттенком лаванды.

Когда она вышла к соседу, он радостно воскликнул:

- Отлично! Сейчас отрежем подол с лишними воланами и попробуешь ещё один вариант, заправив блузку в брюки.

Передав платье «на доработку» Арику, Софья с любопытством наблюдала за его манипуляциями. Он уверенным движением «отмахнул» ножницами часть платья, убрал торчащие нитки и стал внимательно рассматривать получившийся срез.

- Синтетика, - облегченно вздохнул парнишка. – Неси, Новосёл, свечку, будем работать с огнём.

Аккуратно проводя по самой кромке огоньком свечи, Арик методично обработал новоявленный подол, подпаливая торчащие нитки.

- Всё, не расползется! На вечер хватит, если драться не будешь!

Довольный своей работой, он повесил получившуюся блузку на плечики и обратился к девушке:

- Давай собирайся, поедем, прокатимся по свежему воздуху, погода сегодня отличная! А то смотрю, дома засиделась, киснешь из-за ерунды…

Софья безумно обрадовалась предложению соседа. Ей очень понравилась езда на мотоцикле. Тем более что её дилемма решена, наряд готов и настроение замечательное…

Глава 26

Сегодня в сыскном отделе только и разговоров было о том, как юная барышня справилась со злоумышленником, каким-то чудом схватив и связав злодея.

Виконт Рейман де Бар не особо вникал в подробности этого дела, его больше интересовало, как продвигается следствие о покушении на жизнь Нэнси Скорр.

Когда он встретился, наконец, с дознавателем, то последний был обескуражен тем, что Его Сиятельство не знает последних новостей – преступник пойман и обезврежен при попытке повторного покушения на молодую особу, и что самое примечательное - пойман и обезврежен самой этой молодой особой.

- Нэнси Скорр? – не веря своим ушам, переспросил виконт.

Так значит, все судачат о дочке графини, которая сегодня ночью схватила злодея? Но как ей это удалось? Насколько сама Нэнси пострадала в этой схватке?

Гонимый тревогой за девушку, он мчал своего коня в Ричерстон, не замечая промозглого ветра и осенней непогоды. Дворецкий, открывший дверь графского особняка, учтиво доложил, что барышня вышла в сад.

Миновав ухоженные клумбы, виконт свернул на Тайную тропку, что вела к поляне Пяти роз, когда заметил дочку графини в компании лорда Салевана Грина. Их силуэты отчетливо вырисовывались на фоне уходящего дня. Рейман замер на месте, словно громом пораженный, наблюдая за ними издалека.

Что происходит? Этот субъект ранее «крутился» рядом с Софьей Павловской, какого черта сейчас он делает рядом с Нэнси?

Темный лорд что-то увлеченно рассказывал, девушка внимательно его слушала. Виконт не слышал их слов, но видел, как она засмеялась, и её глаза заблестели от радости. Потом какой-то мимолетный жест, и вот лорд Салеван держит ее в объятиях, целуя Нэнси руку, а она заворожено смотрит на него…

Волна ревности по непонятной причине захлестнула Реймана целиком. Он еле сдержался, чтобы не броситься на Салевана Грина и не надавать ему тумаков.

Лорд меж тем откланялся и неторопливо направился по аллее к выходу из поместья. Нэнси, долго провожая его взглядом, наконец, отмерла и заспешила к дому.

Собравшись с духом, Рей шагнул вперед.

- Нэнси, - голос его прозвучал натянуто и неестественно, - я искал вас.

***

Размышляя над информацией, полученной от Темного лорда, я не сразу заметила виконта, который неожиданно появился на садовой дорожке.

- Уф-ф-ф, Рейман, вы меня напугали, - вырвалось у меня.

- Я хотел убедиться, что с вами всё в порядке, - как всегда грозно начал де Бар, сжимая при этом кулаки.

- Всё хорошо, - как можно радостнее пропела я, несмотря на остаточную ломоту в теле после «обжигающего» поцелуя Ломера.

- Позвольте спросить, что здесь было нужно лорду Салевану Грину? – сурово потребовал объяснений Рейман.

Странно! Но мне опять чудятся нотки ревности! Это уже становится занимательно…

- Он приходил по моей просьбе, - пыталась я на ходу придумать причину присутствия Темного лорда в саду графини Скорр. - Обещал посодействовать в поисках доказательств гибели барона Павловского на поляне Пяти роз.

«Вруша!» - ругала я себя за то, что опять вспомнила про смерть барона, как уловку утаить правду. Но не говорить же Рею о том, что мне нужен был совет, как переместить Нэнси в тело Софьи на то время, пока я буду в княжестве Дальних земель.

Не знаю, насколько виконт поверил в мое оправдание, но он неожиданно сменил тему, попросив рассказать о ночном происшествии и моём участии в поимке преступника.

Я практически без утайки поведала Рейману про свои ночные похождения: и про записку, и про моё необдуманное решение отправиться в западное крыло дома графини, и про падение с лестницы, вазон, драку, лишь чуть приукрасив некоторые моменты.

- Я никогда не думал, Нэнси, что вы настолько отчаянная особа, - задумчиво произнес Рей, глядя мне прямо в глаза с какой-то трогательной нежностью и заботой. – Ведь я знаю вас практически с детства…

Я лишь тяжело вздохнула. Как объяснить виконту, что Нэнси в этом водовороте событий не принимала никакого участия? Девушка давно не выходила на связь и, наверное, даже не догадывалась, какой угрозы избежала этой ночью.

Рейман отчего-то смутился и неожиданно сообщил:

- Я знаю, Нэнси, что вы приёмная дочь Розалинды Скорр.

- Вот как? – удивилась я такой кардинальной смене темы беседы. – И откуда же такая осведомленность?

- На аудиенции Император интересовался вами и проговорился об этом…

Вот это поворот! Император интересуется судьбой Анны? И, как мне подсказывает моя интуиция - это не просто так!

- Рейман, - решительно взяв виконта за руку, потащила его в кабинет графини. – Я должна вам кое-что показать. Может быть, вы сможете дать мне разумные объяснения.

Проделав все манипуляции со столешницей, я вытащила послание от Императора, которое графиня получила накануне ареста и передала изумленному Рею.

- Ну, что вы на это скажете? – нетерпеливо потребовала ответа от Реймана, изучающего документ. – Что может обозначать фраза «Пришла пора отдать то, что забрала»?

- Могу сказать, что надо всё хорошо обдумать или задать прямой вопрос самому Императору…

- А у вас есть такая возможность?

- Не знаю, не проверял, - Рей улыбнулся и я опять «залипла», разглядывая его лицо с особой сентиментальной грустью.

Видимо, виконт проникся моим слащавым видом и, подойдя почти вплотную, гипнотизируя огромными карими глазами, взял мои руки в свои ладони и начал медленно приближать к губам.

Я следила за его действиями, как в замедленной съемке, и в тот самый момент, когда его губы уже были готовы коснуться моих ладошек, инстинктивно выдернула их, помня о последствиях аналогичного поцелуя Ломера.

Признаюсь, получилось резковато…

- Простите, Нэнси, я не хотел вас обидеть, - попытался оправдаться Рейман, видя мою неадекватную реакцию на его желание поцеловать мне руку.

- Это вы меня извините, - повинилась я перед виконтом. – Буквально вся на нервах. Не знаю, как так получилось.

Чувство неловкости, которое возникло между нами, стало определяющим в завершении нашей встречи. Рейман поспешил откланяться, а я осталась в кабинете графини в неловком замешательстве, не в силах проводить виконта, как полагалось добросердечной хозяйке дома.

***

Спустя каких-то десять минут после ухода виконта де Бара, в кабинет без стука «залетел» Уильям Грей, ворча себе под нос:

- Очень тяжело соблюдать конфиденциальность, когда вы то и дело принимаете у себя ваших поклонников. Я устал выжидать то время, когда смогу застать вас одну.

Растерявшись от неожиданного «наезда» сыщика, я сидела за столом, глупо таращась на деятельного детектива, который быстрым движением извлек из папки какой-то документ и положил его передо мной.

- Это договор на оказание услуг, - пояснил Грей. – И смета нашего предприятия.

Внимательно вчитываясь в пункты договора, я не увидела ничего провокационного, что бы меня могло насторожить. По поводу стоимости - в этом вопросе я ничего не смыслила, современные реалии этого измерения были мне не известны.

- Хорошо, - не очень уверенно начала я. – Но мне нужна ваша помощь касаемо денежного вопроса поездки. Поверенный графини снабдил меня некой суммой. Мне нужно понимать: хватит этих средств на наше путешествие или нет.

Я не торопясь открыла сейф и застыла в полном недоумении – там лежала лишь карта с надписью ZERO…

- Ничего не понимаю, - прошептала я, подозревая, что сейчас меня накроет волна паники.- Только вчера я положила сюда три мешочка с золотом. Где они?

Уильям заглянул в недра сейфа и, указывая на злополучную карточку, пояснил:

- Это поглотитель, магическая «изюминка» охранных систем нового поколения. Достаньте его и попробуйте открыть вновь.

Проделав манипуляции с картой, к своему облегчению я увидела три искомых мешочка, но в остальном сейф оказался пуст.

Детектив на мой вопрос объяснил, что поглотитель имеет определенный код хозяина содержимого сейфа, поэтому вчерашние экземпляры он укрыл, но не закодировал, в отличие от предыдущего содержимого, вложенного самой Розалиндой Скорр.

Проводя аналогию с сейфом барона Павловского, я начала понимать, что тот тоже имеет некий набор предметов, скрытых от посторонних глаз магическим поглотителем. Только странно то, что Софья, такая продвинутая в этом вопросе, ничего не знала о последних новинках охранных систем.

Уильям отчитал пять золотых монет и, заверив меня, что этого с лихвой хватит на всю поездку до княжества Дальних земель, наказал, чтобы я «не светила» золотом по дороге, а заранее разменяла несколько монет на медяки.

Также прочитал инструкцию о том, чего нельзя говорить при посторонних, как обращаться к людям в общественных местах, как одеться, не привлекая к себе внимания, и тому прочее.

После инструктажа мы условились, что, когда все приготовления с моей стороны будут сделаны, я пошлю мальчишку, сына конюха Василия, тоже верного Уильяму человека, к нему с запиской и в ответ получу прямые указания, как предстоит действовать дальше.

Глава 27

Дорога вилась лентой между просторными полями и лесными массивами, раскрашенными во все оттенки красного, желтого и оранжевого. Березы венчали себя коронами из золотых листьев, а клёны пылали, словно охваченные огнём. Ветер, пахнувший прелой листвой и дымом костров, играл в волосах Софьи, крепко обнимающей Арика за спину.

Это была их вторая совместная вылазка за город на мотоцикле. В воздухе витало не только осеннее настроение, но и трепет новизны в их отношениях. Девушка прижималась к соседу всё ближе, вдыхая запах его кожаной куртки и одеколона, и чувствовала, как сердце отбивает ритм в такт с мотором мотоцикла. Арик улыбался, разделяя её чувства.

Они остановились на берегу небольшого озера, словно зеркала отражающего небо и окружающий пейзаж. Парнишка достал из сумки небольшой термос с горячим чаем и пару бутербродов, что прихватил с собой.

- Давай, Новосёл, налетай! – призывно провозгласил он. – На свежем воздухе всегда есть хочется!

Усевшись на поваленном дереве, они устроили импровизированный пикник, глядя на зеркальную гладь, где плавали опавшие листья с ближайших деревьев. Софье было радостно и хорошо, как никогда раньше. Она смотрела на Арика, на его озорные, разного цвета глаза, и видела в нём не только красивого мужчину, но и родственную душу, способную так же, как и она, восхищаться простыми вещами: красотой природы, теплом солнца, вкусом чая из термоса.

Неожиданно погода поменялась. Внезапно начавшийся легкий дождик заставил их спрятаться под густой елью. Капли стучали по ветвям, создавая мелодичный шум. Они стояли так близко друг к другу, что Софья чувствовала тепло юноши, и дождь казался не помехой, а лишь поводом быть ближе.

Уже по дороге домой Арик предложил заехать в супермаркет, что находился на главной площади города, чтобы прикупить чего-нибудь вкусненького на вечер. Оставив девушку «охранять» мотоцикл, он отлучился в магазин.

Софья, оглядываясь по сторонам, вдруг обнаружила, что они остановились напротив Сенаторского особняка, который предстал перед ней во всей красе в лучах заходящего солнца…

Ей стали казаться таинственные тени в окнах молчаливого дома. Она внимательно рассматривала строение, пытаясь заметить что-нибудь необычное и загадочное.

- Новосёл, с тобой всё в порядке? – озабоченно спросил подоспевший Арик.

- Меня волнует этот особняк, - как эхо отозвалась девушка. – Там действительно что-то есть, что-то нехорошее, странное и неестественное.

- Ты имеешь в виду привидение, о котором говорил Танькин муж?

- Не только привидение, - вырвалось у Софьи. – Там есть портал, проход в другие измерения, и я хочу до него добраться…

Арик обескуражено уставился на девушку, но быстро пришёл в себя. Усадив соседку на мотоцикл, сказал страшным шёпотом:

- Сейчас едем ко мне домой, там всё расскажешь!

***

После ухода Уильяма Грея мне необходимо было решить ещё одну головоломку: как переместить сущность Нэнси в тело Софьи.

Первое, как сказал Салеван Грин, - использовать силу магической шкатулки. Что же, может и правда сработает? Голубая звезда ещё ярко сверкала на небе, надо будет достать из кисета артефакт семьи Монарди и поместить его в звездном сиянии.

Второе, вспоминая свой сон, где Лаура просила спасти её девочек, я заметила, как менялись украшения на шее у матери Софьи. Сначала это был кулон Золотой звезды, затем фамильное ожерелье клана Монарди, в котором мне удалось побывать на балу.

Но вот после купания в водах Холодного озера я его больше не видела, и этот момент просто упустила в круговороте последующих событий. Куда оно могло подеваться?

Решительно войдя к себе в комнату, я натолкнулась на горничную Марию.

- Вот ты-то мне и нужна,- обрадовалась возможности сразу обозначить задачу поиска ожерелья.

- Да, служанки приносили дорогое колье, забытое кем-то в ванной комнате, - с готовностью подтвердила девушка, что видела искомый предмет. - Но я решила, что это украшение Её Сиятельства, поэтому отнесла в спальню графини Розалинды.

- Мария, прошу тебя, сосредоточься и вспомни, когда именно принесли ожерелье, и когда именно ты его убрала в комнату Розалинды.

Горничная на минутку задумалась, а потом достаточно бойко отчиталась:

- Как только вас уложили в то утро в постель, они и прибежали, шумные такие, орали наперебой, кто из них нашёл, где нашли. Мне даже пришлось цыкнуть на этих невоспитанных девчонок, чтобы замолчали. Украшение я взяла, только в это время вы заворочались во сне и попросили принести воды. Колье я оставила на вашем туалетном столике и поспешила за водой. Правда, чуть задержалась, - Мария на этой фразе потупила взгляд, - а когда подошла, вы уже крепко спали.

- Сколько по времени ты отсутствовала, это очень важно? – задала я вопрос смутившейся девушке.

- Ну, минут тридцать – сорок, - наконец виновато призналась она. – А затем унесла ожерелье в комнату графини.

Итак, значит, было тридцать – сорок минут, когда колье с таинственной магической силой находилось рядом со спящей Нэнси. А кулон Золотой звезды находился в это время в шкатулке, которая стояла тут же, на туалетном столике. Это уже кое-какая зацепка, если верить подсказке из сна.

- Неси ожерелье обратно, - приказала я Марии, - только быстро, одна нога здесь, другая там!

Горничная с готовностью кивнула и умчалась за украшением.

Что же, у меня осталась последняя ночь, чтобы оживить тело Софьи. Если магическая шкатулка выполнит свою миссию, то кто-то из нас вернется в тело Лии Монарди, а если попробовать обыграть закономерность, то, может, у меня и получится спрятать Анну на время в тело дочки Тёмного дракона…

Когда запыхавшаяся горничная возвратилась с ожерельем, я попросила её разместить украшение в точности так, как оно лежало в то роковое утро. Мария немного замешкалась, попробовала разные положения камней, и когда я взглянула на окончательный вариант, на котором остановилась девушка, то чуть не присвистнула от удивления – камни расположились в форме пятиконечной звезды…

Вот оно! Вспоминая строчку из предсказания старинного гримуара: «Где две звезды сойдутся в раз, Зажгли огонь, Огонь угас», я начинала кое-что понимать. Горящий рубин в кулоне Золотой звезды зажег огонь, а фамильное ожерелье, побывавшее в водах Холодного озера, погасило его.

Что-то ещё лежало на поверхности, но я никак не могла вспомнить, что так упорно ускользало от меня…

Тут пробили ходики, и Мария по-деловому сообщила:

- Уже десять часов, пора готовиться ко сну!

«То время трудно предсказать», - на автомате проговорила я в странном замешательстве, вспомнив, что в доме Павловских в тот самый момент напольный часовой механизм пробил двенадцать раз. Это показалось мне весьма странным, так как ранее в комнате Софьи я не слышала боя часов.

Значит моё время «икс» - сегодня в полночь. Надо будет успеть сделать все необходимые приготовления…

Глава 28

- Я готов тебя выслушать! – серьезно проговорил сосед, усадив Софью в свое кресло и укутав пледом, как маленького ребёнка. – Что ты там болтала про портал в другие измерения?

Девушка глубоко вздохнула. Вопрос, которого она так боялась, прозвучал. Как так неосторожно она умудрилась проговориться, словно загипнотизированная таинственной магией Сенаторского особняка?

Софья нервно перебирала бахрому пледа. Ей так хотелось рассказать ему правду. Рассказать о мире, из которого она попала сюда, но предупреждения Лидии во сне удерживали девушку от этого шага.

- Арик, это сложно объяснить, - начала она, стараясь подобрать слова. – Я ищу кое-что. Место… Особое место – связь между мирами. Помнишь, ты меня спрашивал, удалось ли мне побывать в других измерениях?

Арик повернулся к ней, нахмурив брови.

- А ты сейчас ничего не придумываешь? Может, просто решила напустить побольше таинственности для пущей важности?

Софья замерла. Сейчас или никогда!

Она почти выдохнула:

- Я… видела другой мир! Я знаю, что они существуют.

Арик внимательно рассматривал её лицо, как будто решая для себя – вменяемая она или нет…

- И ты думаешь, что портал в другие измерения находится в Доме сенатора?

- Да, я чувствую, что он там! Есть места, где аура другая, там энергия сильнее, и там легче услышать эхо другого мира.

Арик засмеялся, но в его смехе не было насмешки. Скорее, любопытство.

-Ты, Новосёл, загадочная стала после падения. Но должен признать, что это очаровывает. И раз уж ты ищешь этот портал, то я с тобой. Кто знает, вдруг я тоже окажусь в другом измерении?

Софья внимательно посмотрела на соседа, и в её сердце вспыхнула надежда, смешанная с тревогой. Она увидела в его глазах не скепсис, а готовность поверить, готовность принять её такой, какая она есть, пусть даже с её странными поисками.

- Ты действительно готов? – спросила она тихо.

Арик взял её руку в свою:

- Я готов на всё, что ты делаешь. Только расскажи мне, что на самом деле происходит, когда почувствуешь, что сможешь.

Софья прикрыла глаза, ощущая его тепло. Она сейчас не рассказала ему всей правды, но, может быть, однажды, когда будет уверена, когда найдет способ вернуться домой, чтобы вызволить Лидию, она всё ему объяснит.

А пока девушка могла просто надеяться, что его вера в неё не угаснет, когда он узнает правду о том, кто она на самом деле. И их дружба, а может, и нечто большее, что между ними зарождается, сможет выдержать испытание реальностями.

***

Подготовку к важному магическому ритуалу я начала сразу же, как только за Марией закрылась дверь.

Семейный артефакт – волшебную шкатулку - я поместила в зоне сияния Голубой звезды, приоткрыв портьеры на окне определенным образом, чтобы свет фокусировался на камнях, украшающих сей предмет.

На туалетном столике, как на импровизированном алтаре, разложила кулон Золотой звезды и фамильное колье рода Монарди, поменяв их местами относительно расположения в то злополучное утро.

Для пущей важности зажгла свечу, вспомнив слова бабы Зины, что очищающее свойство огня усиливает чудодейственное влияние во многих древних обрядах (будем считать, что я здесь тоже занимаюсь чародейством). Опять же, в целях пожарной безопасности приготовила сосуд с водой и водрузила его рядом со свечой.

Оставалось только успеть заснуть до того момента, когда часы пробьют полночь.

Проговорив вслух «заветное желание» трижды, как тысячи раз делала в детстве, я легла в постель, стараясь думать только о самом приятном, чтобы побыстрей погрузиться в сон.

С детства я очень любила плавать и стала вспоминать, как мы с родителями ходили купаться на речку жарким летним днём. Вода была такой прозрачной, что казалось, будто плывёшь в воздухе, а стайки серебристых рыбок проносились мимо, оставляя за собой сверкающие следы. Тепло обнимало со всех сторон, расслабляя каждую клеточку тела. Это была моя стихия, мой мир, где я чувствовала себя свободной и счастливой.

Но вдруг лазурь сменилась ледяной синевой. Речка исчезла, уступив место бездонному озеру, скованному вечным холодом. Вода обжигала, словно лед, не давая возможности согреться.

И тут, в самом центре ледяной пустыни я увидела водоворот. Он закручивался, набирая силу, с неумолимой скоростью поглощая всё вокруг. Страх сковал меня мертвой хваткой. Водоворот неумолимо тянул вниз, в пучину, где царил лишь мрак и ледяной ужас.

Я решила бороться. Со всех сил начала грести против течения, но всё было тщетно. Холод пронизывал насквозь, каждое движение давалось с трудом, а воздух в лёгких, казалось, превращался в острые иглы.

В памяти отчетливо всплыли слова речитатива Софьи, которые спасли нас уже один раз из вод Холодного озера:

- Магия древняя, явись передо мной, подчинись воле моей, служи лишь мне одной. Дай мне власть, дай мне знание. Дай возможность свершить то, что в сердце зреет уже давно…

Я начала лихорадочно их выкрикивать, надеясь, что это поможет мне выбраться из этой ледяной бездны, и точно, вода стала теплеть…

Всё ещё кружась в круговороте воронки, вдруг заметила, что я здесь не одна. Вместе со мной в этом омуте барахтается ещё одна особа, в которой я с изумлением узнала себя - Лидию Новосёлову с выпученными от страха и удивления глазами. Мы как по команде протянули друг другу руки, чтобы ухватиться, как за соломинку надежды, но вдруг я услышала мужской голос, полный отчаяния:

- Виллет! Постой! Не ускользай! Ты нужна мне!

Вот так приехали! Кто это кричит? От любопытства я начала крутить головой, но никого не увидела… «Виллет» меня называл лорд Салеван Грин, но голос был очень похож на Реймана де Бара!

Разумная моя составляющая из последних сил «призывала» меня схватить предложенную руку Лидии Новоселовой, чтобы покончить с этим нескончаемым водоворотом таинственных событий и вернуться, наконец, к своей привычной жизни в маленьком провинциальном городке, но житейская мудрость, видимо, в этот момент меня напрочь покинула.

Пытаясь определить, кому из двух мужчин, встретившихся мне в этом мире, вдруг стала нужна, я упустила момент, и Лидия Новосёлова исчезла из поля зрения.

Вода между тем стала сильно нагреваться, воздух стал удушающим и я, почувствовав сильный дискомфорт, резко открыла глаза.

Моему взору предстала ужасающая картина - туалетный столик занялся огнём от упавшего огарка свечи.

Сиюминутно воспользовавшись приготовленным заранее сосудом с водой, мне удалось потушить начавшийся было пожар.

- Зажгли огонь! Огонь угас! – на автопилоте продекламировала я строку из предсказания старинного гримуара, словно поставила точку в своих магических злоключениях.

Глава 29

Нэнси чувствовала невероятную радость от состояния полёта. Вернее, она понимала, что это скорее падение вниз, а не полёт, но она не боялась разбиться, потому что точно знала, что её подхватят и спасут. И этот спаситель унесет её на мощных крыльях за тридевять земель в свое воздушное королевство.

Сказки, которые рассказывала ей Лаура, всегда были со счастливым концом, с добрыми феями и прекрасными принцами, в том числе и с принцами-драконами – сильными, смелыми и благородными. Именно такой встретился самой рассказчице, и она иногда делилась с маленькой Нэнси, каким он может быть добрым и какие у него сильные крылья.

Но со смертью Лауры сказки в жизни Анны закончились. Конечно, она понимала, что глупо винить в этом Софью, но ничего не могла с собой поделать. К тому времени, когда она впервые увидела дочку Лауры, сердце её превратилось в ледышку, закрытую за семью секретными печатями.

Наверное, она должна была быть благодарна Розалинде, что та вызволила девчушку из приюта и одела в бархат и шелка, выдавая за свою родную дочь. Но Нэнси хорошо усвоила урок, как крепко надо держать язык за зубами, когда по малолетству чуть не «ляпнула» на великосветском приёме вместо слова «мама» фразу «тетя Розалинда»… Шрам от плетки графини так и остался на спине, «повзрослевший» вместе с ней.

Настоящих друзей у девушки не было, и Анна завела привычку доверять свои секреты розовой тетрадке, куда заносила всё невысказанное за день, свои наблюдения, переживания и девичьи тайны.

Единственным, кто был по-настоящему добр к ней, - это Рейман де Бар, с которым она познакомилась ещё в детстве. На замужество с ним девушка смотрела как на побег из своего многолетнего кошмара - жизни в доме графини Скорр.

Конечно, Рейман ей не мог не нравиться: умный, красивый, статный. И ультиматум, который предъявила Розалинда накануне рокового бала «Леди Голубой Звезды»: либо она «охмурит» виконта и выйдет замуж за сына герцога, либо будет отдана в наложницы толстому и слюнявому Эрику Эдинбургскому, - девушка приняла близко к сердцу.

Именно поэтому она возлагала на этот праздник большие надежды, но Рейман был откровенно холоден с ней. Она даже не могла предположить, что он увлечен Софьей. Вот уж действительно ирония судьбы!

Когда она бросилась к Холодному озеру, девушка даже не была осведомлена об аресте графини. Но участь стать наложницей титулованного старика была для неё действительно невыносима.

Затем, по невероятному стечению обстоятельств, дочка Лауры вытащила их из ледяного омута, и невзгоды Нэнси, казалось, остались позади.

А потом появилась Виллет! Это просто чудо какое-то! Анна вдруг почувствовала заботу о себе самим провидением…

С этого момента она точно знала, что ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО!

***

Софья мирно спала, всё так же укутанная пледом в кресле Арика. После их разговора она моментально погрузилась в безмятежный сон, словно отпустив какую-то невероятную тяжесть с души.

Ей снились картины осеннего леса, ель, под которой они прятались от дождя, безмятежная гладь голубого озера, отражающая плывущие облака…

Вдруг внимание девушки привлек странный предмет, оказавшийся в самом центре поверхности водоёма.

Лодка? Нет, для лодки мелковат. «Неужели человек? – пронеслось в голове у Софьи. – Но как он мог там оказаться? Еще минуту назад всё было спокойно!»

Она оглянулась, ища поддержки у Арика, но соседа нигде не было видно. Тревога заполнила разум девушки - это он барахтается в холодной воде!

- Арик! – крикнула она. – Держись! Я тебя спасу!

Не медля ни секунды, она ринулась в воду и поплыла. Стремительно приближаясь к месту происшествия, она с изумлением увидела водоворот, в котором, борясь с течением из последних сил, пыталась грести она сама, Софья Павловская.

Инстинктивно желая схватить себя за протянутую руку, она выбросила свою, со словами «Держись», но тут же почувствовала теплые объятия, увлекающие её из этого омута.

- Новосёл, ты вся горишь, - услышала она встревоженный шёпот Арика, - давай-ка пойдем в постель.

Подхватив её на руки, паренёк аккуратно перенес девушку на кровать и укрыл сверху теплым одеялом. Софья блаженно улыбнулась сквозь сон, почувствовав его мимолетный поцелуй на своей щеке…

***

Разглядывая «останки» туалетного столика, я пыталась собраться с мыслями.

Итак, несмотря на все манипуляции с магическими предметами, я осталась в теле Нэнси. Но ведь это мной и планировалось. В странном ночном видении я встретилась сама с собой, и моя интуиция подсказывала, что если бы я успела коснуться своей руки, то сейчас была бы уже в своем мире.

Скорее всего, это действие шкатулки, которая хочет всё расставить по своим местам и поменять нас с Софьей телами, как и было изначально. Ведь если Салеван Грин прав, а он прав, то Лия Монарди в настоящее время находится в теле Лидии Новосёловой.

Почему произошёл сбой? В самый ответственный момент, когда моя рука уже почти коснулась руки Софьи, я услышала мужской голос, который меня позвал, притянув все мои мысли к этому миру.

А если рассматривать события утра, когда была выпущена душа Лии, то был один инцидент – мой поцелуй с Рейманом де Баром. Если предположить, что именно в этот момент и был произведен переход, то вывод напрашивается следующий: мужское вмешательство может изменить последовательность перемещений.

Эврика! Это надо будет учесть в будущем!

Так, теперь попробуем разобраться с предсказанием гримуара…

Только я собралась напрячь мозги для логических умозаключений, как услышала за стенкой, в гостевой комнате, протяжный стон. Со всех ног бросившись туда, я застала следующую картину: бледная как моль Софья сидела на кровати и таращила на меня свои огромные глаза…

- Пить! – запросила девушка охрипшим голосом. – Очень хочу пить!

Я подала ей стакан и с любопытством наблюдала, как она осушила его одним махом.

- Ещё! – потребовала она.

Я повторила манипуляцию, и так раз пять… Видимо, организм за эти дни претерпел сильное обезвоживание.

- Как ты себя чувствуешь? – озабоченно спросила я.

- Терпимо, - прохрипела девушка.

У меня остался главный вопрос, который, наконец, я решилась задать:

- А ты кто?

Мне было очень важно понять, кто сейчас находится в теле Софьи: Лия или Нэнси…

Девушка внимательно поглядела на меня, наморщила лоб, осмотрелась по сторонам и выдала то, чего я меньше всего ожидала:

- Не знаю!

Глава 30

Разочарование накрыло меня с головой. Я надеялась на что угодно, но только не на это.

- Не знаешь? Совсем ничего не помнишь?

Девушка посмотрела прямо на меня, и я заметила в её глазах зарождающийся страх.

- А кто я? Меня ты помнишь? – сделала попытку натолкнуть её на подсказку.

Она неожиданно всхлипнула, откинулась на подушку, и из-под её ресниц показалась тонкая полоска слезы…

«Уже хорошо, – ободряюще сказала я себе, - что тело Софьи ожило, так что панике поддаваться пока рано. Со временем выясним, кто в него переместился!»

Только вот время поджимало…

Всё было готово к поездке в княжество Дальних земель. И я опять ненароком подумала о Темном лорде с его способностью считывать информацию. Может быть, он сразу определит, кто сейчас занимает тело Софьи? Только Салеван Грин опять исчез в неизвестном направлении…

С самого утра я послала за доктором Корнеем Мефодичем. Его стараниями Софья немного перекусила, и её физическая форма, как отчитался эскулап, была в пределах возрастной нормы.

Только девушка замкнулась в себе и совсем не желала общаться. Все мои попытки возобновить беседу потерпели полный крах - она либо отмалчивалась, либо начинала плакать.

Доктор завел разговор о возвращении Софьи домой, в особняк барона Павловского, предположив, что в родных пенатах к ней быстрее вернётся память. Только вот я до конца не была уверена, что это Софья, поэтому попросила дать нам как минимум сутки, чтобы девушка окончательно пришла в себя. Корней Мефодич со мной согласился и, сказав, что придёт проведать пациентку после обеда, отбыл по своим делам.

Я, толком не спавши уже вторую ночь, просто чертовски устала за это утро, и мне откровенно было не до гостей. Но когда дворецкий после завтрака объявил, что прибыл лорд Салеван Грин, я искренне была рада его приходу.

Его появление, как всегда, сопровождалось ощущением таинственности и некой гипнотической силы - высокий, стройный, с мрачной загадочной аурой, закутанный в свой черный плащ. Лицо лорда было почти совершенным, движения плавными и грациозными.

- Я польщён, что ты рада меня видеть! – с легкой усмешкой заметил Салеван Грин.

Я лишь махнула рукой на его замечание, не в силах сердиться на то, что он опять читает мои мысли.

Рассказав про все свои магические манипуляции предыдущей ночью, я честно призналась, что жду его помощи в решении дилеммы, кто сейчас занимает тело Софьи. Темный лорд проникся моей просьбой и, испросив разрешения пообщаться с девушкой наедине, зашел в гостевую комнату, где та в тот момент пребывала.

***

Нэнси находилась в состоянии, близком к истерике. Она никак не могла понять, что с ней происходит. В голове, будто отголоски чужого прошлого, начали возникать обрывки чужих воспоминаний.

Вот она маленькая девочка, которая сидит на своем любимом пони. Вот лошадка поскакала по знакомой аллее, но вдруг чего-то испугалась и встала на дыбы. Воспоминания пронзительной боли накрыли Нэнси. Она с ужасом вспомнила, как полетела вниз. А потом сцены долгого лечения и пожизненная хромота…

Вот она просыпается в слезах оттого, что любимый предал её и женился на другой. Это было невыносимо. Мир как будто рухнул, сердце остановилось, жизнь замерла. Вся гамма чувств захлестнула Нэнси, она проживала это снова и снова так ярко, даже не осознавая, было ли это с ней на самом деле.

Потом побег на Холодное озеро только от одной мысли о прикосновении к ней этого омерзительного толстяка, Эрика Эдинбургского. Девушку затошнило, она не могла допустить этого и видела только один единственный выход – покончить с этой жизнью навсегда.

Почему так много мучительных воспоминаний? Зачем они терзают её? Она существовала в этой данности вопреки законам мироздания. Как ответить на вопрос «Кто она?», если девушка не могла понять, какое воспоминание её собственное…

***

- Ну, что скажете? - с надеждой ожидала я вердикта Салевана Грина. - Кто это?

- Она не вышла со мной на общение, - задумчиво ответил Тёмный лорд.

- Так, вы же могли прочитать, о чем она думает, что она помнит? – не отставала я.

- Редкая оказия, - заметил лорд, - она помнит больше, чем следует одному человеку…

- Как это? – удивилась я такому раскладу.

Салеван внимательно посмотрел на меня.

- Скажи, Виллет, а тебе приходилось слышать имя Лёнчик?

Я поперхнулась от неожиданного вопроса и осторожно произнесла:

- Ну, допустим.

- И кто это? – с интересом осведомился Салеван Грин.

- Что за допрос?

- Я просто хотел уточнить, этот субъект из твоей жизни? – вполне миролюбиво продолжал Ломер.

- Причём здесь это?

- Она его помнит, и это её очень сильно тревожит.

- Как так? - не выдержала я. - Это же моя жизнь?

- Теперь понятно, - подвел итог Тёмный лорд, - тогда давай рассуждать логически, как ты любишь.

- Да, это я люблю, - автоматически подтвердила я.

Салеван с иронией посмотрел на меня, всем видом давая понять, что и это ему давно известно.

- Она помнит и проживает моменты из жизни Софьи, то есть хозяйки тела, - начал свою цепочку рассуждений Темный лорд, - помнит моменты твоей жизни, потому что ты была в этом теле и наверняка что-то вспоминала.

- Не вспоминала, а рассказывала, - поправила я Салевана, - делилась с наивной девушкой, как не нужно быть в отношениях с мужчинами доверчивой дурой!

- Пусть так, - меж тем примирительно продолжал Ломер, - А имя Эрика Эдинбургского кто из вас озвучивал?

- Нэнси! – изумленно уставилась я на Темного лорда. – Она тоже его помнит?

- Да, - кивнул Салеван. – И к какому выводу мы можем прийти?

- Если отталкиваться от противоположного, то это не Софья! – уверенно констатировала я. – Нэнси рассказала мне об этом человеке, когда я была уже в её теле. Значит, это не мои воспоминания, а её собственные! Тогда логически следует, что в тело Софьи переместилась сущность Анны, приёмной дочери графини Розалинды Скорр!

- Браво! – зааплодировал мне Тёмный лорд, - Ты как всегда на высоте!

Мне была лестна такая оценка моих интеллектуальных способностей от самого Салевана Грина и я даже зарделась от смущения.

- Ну, Виллет, - иронично поддержал меня Ломер, - Ты должна знать, что особенная, и не стесняться этого…

Я заглянула в его красивые глаза и, увидев в них озорных чертят, вдруг подумала, что они могут быть и не такими пугающими, как мне казалось поначалу. Салевану это стало тот час же известно, он в своей привычной манере считал эту информацию и усмехнулся.

Мне стало неуютно рядом с ним. Как можно общаться с человеком, который видит тебя насквозь?

- Вот видишь, Виллет, - задумчиво проговорил Темный лорд, - Ты опять начинаешь сама себе противоречить: то тебе жизненно необходима моя помощь, и ты с нетерпением ждешь, когда я появлюсь, потому что я единственный в этом мире…

В этот момент я напористо перебила его:

- Потому что ты единственный в этом мире, кто знает все мои секреты, мне не надо ничего скрывать и утаивать, просто достаточно быть самой собой, надеясь на твою поддержку…

- Потом ты начинаешь тяготиться моим обществом и настойчиво «выпроваживаешь» от себя, - обиженно продолжал Салеван Грин.

- Потому что ты единственный в этом мире, кто может считывать мои мысли и наблюдения, а они бывают, знаешь ли, порой очень личные, вот как сейчас про твои глаза…

Как бы ставя точку в наших «разборках», я с вызовом посмотрела на Тёмного лорда.

Был ещё один щекотливый момент - мне очень хотелось получить ответ, кто из мужчин этой ночью, в моем видении, позвал меня, говоря, что я ему нужна…

- Это был не я, - тихо ответил Салеван на мой незаданный вопрос. – Я не имею права просить тебя о таком, Виллет.

- Почему? – у меня не получилось скрыть разочарование…

- Потому что я не человек, – и видя мой испуганный взгляд, направленный на него, лорд Грин спешно добавил: - Я – Ломер. Похоже, ты так и не удосужилась заглянуть в энциклопедию «Великие сущности измерений»…

- Заглядывала, - обиженно пробурчала я. - Только именно по вашей персоне, в той редакции, что мне удалось найти, стояла пометка «сущности, исчезнувшие навсегда».

- Что же, значит, тебе попалась свежая исправленная королевская редакция, - согласился со мной лорд.

- И что всё это значит?

- Это может означать, что я единственный в этом мире, кто выжил в том кошмаре «Охоты на ведьм»…

Глаза Ломера затуманились болью, словно он вспомнил что-то настолько для себя тягостное, и не мог справиться с этим. Мне захотелось обнять его и успокоить, но я хорошо помнила недавний «урок» под названием «Поцелуй Ломера», продемонстрировавший сокрушительную опасность для окружающих моего собеседника.

Минуту спустя Салеван пришел в свое невозмутимое состояние и обратился ко мне:

- Виллет, - начал он назидательным тоном. - Я пока не могу понять, что вы задумали с Уильямом Греей, но призываю тебя быть благоразумной. Мне придется на некоторое время покинуть эту реальность по служебной необходимости, и я буду вне зоны досягаемости, могу просто не успеть прийти тебе на помощь в критической ситуации, поэтому не доводи до неё.

Я слушала наставления Темного лорда, внутренне ликуя, что он ничего не знает о запланированном мероприятии, кивая, как послушный ребенок на справедливые нотации строгого родителя.

Затем он снял свои неизменные лайковые перчатки и со словами: «Теперь тебе пора отдохнуть», положил мою ладошку между своих, как раньше делала баба Зина. Я удивленно вскинула на него глаза, но в ту же минуту меня накрыло яркое видение: летний денёк и беззаботное пение птиц, я лежу на поляне, вглядываясь в синеву неба над головой, и жду, когда баба Зина наберет полную корзину ягод, предвкушая райское наслаждение…

Глава 31

Утро для Софьи началось с непривычной суеты. Сразу после завтрака прибыла Татьяна и увезла недоумевающую девушку к себе в салон. По заявлению подруги, Лидия должна соответствовать статусу светской красавицы, поэтому её ждали дежурные процедуры: маникюр, педикюр, маска для лица, укладка – всё ради того, чтобы сегодня на приёме губернатора выглядеть безупречно.

- Сегодня Татьяна в ударе, - подмигивая одним глазом, предостерегла Софью коллега подруги по салону. - Будь бдительна!

Первое «испытание», которое ждало девушку, – погружение в мир ароматерапии и спа-удовольствий: ванна с лепестками роз и маслами должна была превратить уставшее тело в нежный бутон.

- Главное – не уснуть! - громогласно заявила подруга Лидии. - Иначе превратишься в вареную розу.

Затем – ритуал нанесения чудодейственных кремов. Здесь в ход пошли антивозрастные сыворотки, укрепляющие эмульсии и консилеры, маскирующие следы якобы от бессонных ночей…

Макияж – это отдельная песня! Татьяна – гуру в бьюти-индустрии решила создать «естественный» образ, который бы подчеркнул «врожденную красоту». Вместо этого Софья недоуменно наблюдала, как на её лицо нанесли три слоя тонального крема для скульптурирования лица, видимо, естественные скулы девушки показались визажисту недостаточно аристократичными. На ресницах тушь идеальная, без комочков, иначе катастрофа…

Укладка. Тут в ход пошли самые передовые технологии: лак для волос, который удержит прическу даже в ураган, невидимки, замаскированные так, что их не найдет даже самый продвинутый сыщик, и специальные средства для придания объема.

И вот, после трёх часов мучений, Софья предстала перед зеркалом – идеальная, безупречная, сияющая…

- Просто чудо! – воскликнула Татьяна, любуясь на свою работу. - Осталось надеть то незабываемое лавандовое платье, которое подчеркнёт твою точеную фигурку, и ты - само воплощение элегантности, грации и безупречного вкуса…

- Неплохо, - констатировал Арик, когда новоиспеченную красотку доставили домой, - только ты мне больше нравишься без вот этого апгрейда…

Когда в три часа за девушкой заехал Дмитрий Андреевич, Софья предстала перед ним полностью готовой к выходу в свет. Осталось только улыбнуться искренне, но не слишком широко, чтобы не появились морщинки, как учила ее кузина Кэтти, считавшаяся завсегдатаем светских раутов и приёмов, несмотря на свои юные годы…

***

- Нэнси, просыпайся, - услышала я тихий, но настойчивый шёпот Реймана де Бара, почувствовав, как он трясет меня за плечо. – Ты заснула прямо в кресле…

Открыв глаза, я обнаружила, что действительно задремала в малой гостиной, где мы сегодня встречались с Салеваном Грином.

- Что здесь делал Темный лорд? – как всегда потребовал от меня отчета виконт, показывая на забытую Ломером лайковую перчатку.

Наверное, обронил, когда переносил меня в кресло…

- Приходил попрощаться, - спокойно ответила я, пытаясь согнать с себя остатки сна.

Итак, мне и впрямь удалось отдохнуть за ту пару часов, пока я дремала, под воздействием магии Темного лорда.

- А что вас, Ваше Сиятельство, привело к нам? - официальным тоном задала вопрос Рейману де Бару.

Не ему одному позволено запрашивать отчетов от окружающих…

Рей заметно смутился.

- Я слышал, что Софья Павловская пришла в себя…

- Надо же? – заметила я в своем голосе нотки ревности. - И откуда же такая потрясающая осведомленность?

- Доктор доложил сегодня утром, - как-то уж совсем тихо ответил виконт и поспешно добавил: – У нас был уговор с Корнеем Мефодичем, что он ежедневно докладывает мне о состоянии своей пациентки.

«Значит, Рейман каждый день был занят вопросом, как состояние здоровья Софьи, а я об этом даже не догадывалась», - удивилась я такому раскладу.

- Да, она пришла в себя, - заявила я, пожалуй, чересчур резковато, - но пока не в себе! Вам доктор пояснил ситуацию, что его пациентка пока ничего не может вспомнить и не знает, кто она?

- Нет, - озадаченно произнес виконт. – Этого я не знал.

- И потом, Рейман, войдите в положение: девушка почти неделю провела без движения, имеет болезненный вид, пощадите её чувства, не «вламывайтесь» к ней с визитом вежливости, она вам впоследствии этого может не простить.

Мне во чтобы то ни стало необходимо было поговорить с Нэнси первой, чтобы прояснить ситуацию с тем злосчастным поцелуем. Кто знает, как там перемкнёт у Анны с её «многоуровневой» памятью и что она может выдать при встрече с Рейманом де Баром?

- Вы очень мудрая Нэнси, - печально констатировал Рей и как-то обреченно добавил: – Мудрая не по годам…

При этих словах я уже была готова расхохотаться, но тут в гостиную вбежала Нэнси-Софья в одной ночной рубашке с огромными испуганными глазами и развевающимися рыжими локонами.

- Виллет! - на бегу выкрикнула она. – Я забыла тебе сказать…

Тут она заметила виконта, резко отвернулась, присела пуфик и зарыдала.

- Софья, не переживай! -кинулась я к девушке и обняла за плечи, пытаясь успокоить. – Этот молодой человек уже уходит, сейчас я его провожу и приду. А пока Мария отведет тебя в спальню.

Я передала горничной, бегущей следом, заплаканную девушку и велела сопроводить в гостевую комнату.

Рей стоял мрачнее тучи, видимо, к такой сцене, развернувшейся перед ним, он был явно не готов. Я обреченно посмотрела ему в глаза…

- Видите, как пока обстоят дела? Давайте отложим все светские «приемы» и «визиты» на более подходящее время. Дайте нам разобраться с памятью и идентичностью. Прошу вас, Рейман, не гоните лошадей…

- Куда? – удивился он.

- Никуда, - махнула я рукой, - это образное выражение. Я хотела сказать – не торопитесь…

Мы стояли с виконтом в малой гостиной особняка графини Скорр вроде бы совсем рядом, но были невероятно далеки друг от друга. Все мысли Реймана были о Софье. Я думала о своей тоскливой участи в этом мире, о невозможности открыться любимому мужчине и о таинственном незнакомце, который позвал меня в моем видении и утверждал, что я ему очень нужна…

Глава 32

В особняке губернатора царила атмосфера изысканной роскоши. Сегодня его сын, Виктор Антипин, отмечал своё тридцатилетие, и в честь этого знаменательного события был дан блистательный светский приём.

Гости, сливки местного общества, прибывали один за другим, постепенно заполняя гостиную, украшенную для этого торжества. Разговоры велись вполголоса, прерываясь лишь звоном бокалов с шампанским. Губернатор в строгом костюме лично приветствовал каждого, а его супруга, элегантная и сдержанная дама, следила за тем, чтобы ни один гость не остался без внимания.

Софья, об руку с Дмитрием Андреевичем, поднялись по мраморным ступеням в парадные залы губернаторской резиденции и, после обмена приветствиями с хозяевами дома отошли к группе молодых людей, где именинник, приятный молодой человек в стильном костюме, принимал поздравления от друзей и партнеров.

Странно, но девушка абсолютно ничего не чувствовала: ни страха перед сильными мира сего, ни интереса к темам разговоров, которые велись здесь для обмена новостями и налаживания контактов, ни обычного любопытства.

Она просто честно исполняла роль сопровождающей дамы Дмитрия Андреевича: приветственно улыбаясь, кивая в знак согласия, где это требовалось для поддержания светской беседы, вставляла нужные реплики в диалогах с окружающими, когда в этом возникала необходимость, видя при этом довольное лицо брата Татьяны.

В какой-то момент Софья начала осознавать, что невольно стала объектом негласного внимания собравшегося общества. Всё чаще до нее стали доноситься шепотки «та самая», всё чаще девушка ловила на себе любопытные взгляды окружающих.

Это обстоятельство откровенно напрягало её, стало вдруг неуютно в этой торжественной зале, и захотелось скрыться подальше от навязчивого интереса к её персоне…

Тут к Софье подошла жена губернатора.

- Вижу, что вам невероятно скучно среди этих амбициозных особ, - мягко сказала хозяйка праздника. – Могу предложить альтернативное времяпрепровождение и показать вам свою оранжерею, ведь вы впервые в нашем доме…

Допуская мысль, что все остальные гости уже посетили сей объект гордости этой великосветской женщины, девушка вежливо согласилась и вышла вслед за хозяйкой из парадного зала.

- Называйте меня Анастасия Андреевна, - представилась жена губернатора и тут же задала вопрос, который гостья никак не ожидала услышать: – А вы и правда новая невеста Дмитрия Андреевича?

- Нет, не невеста, а подруга детства, - чуть подумав, ответила Софья.- Дмитрий попросил быть его сопровождающей на этом вечере, чтобы скрыть определенную неловкость.

- Понятно, - усмехнулась Анастасия Андреевна. – Его «определенная неловкость» сегодня ещё не показывалась на празднике.

Мало понимая в сказанном, девушка предпочла благоразумно промолчать на это замечание.

Они между тем приблизились к арочному проходу, ведущему из коридора в оранжерею, и гул голосов, ещё доносившийся из парадной гостиной резиденции, стал постепенно стихать.

Анастасия Андреевна первой ступила на мозаичную плитку. Её каблучки звонко стучали по камню, эхом отражаясь от стеклянного купола крыши. Девушка последовала за ней, слегка помедлив. Она вдруг почувствовала себя неуютно в этих искусственно созданных джунглях.

Оранжерея утопала в полумраке, лишь кое-где пробивались лучи уходящего солнца, подсвечивая пышную зелень. В центре оранжереи возвышался изящный фонтанчик, из которого, весело журча, вытекали тонкие струйки воды, создавая атмосферу спокойствия и умиротворения.

Только Софье почему-то было сейчас отнюдь неспокойно.

В тихом уголке, вдали от любопытных глаз, стоял миниатюрный столик, к которому и привела девушку хозяйка дома.

- Присаживайтесь! – показала Анастасия Андреевна на креслице рядом со столиком. - Я сейчас угощу вас своим фирменным чаем.

Но тут неожиданно у неё зазвонил телефон. Женщина слегка растерялась и, быстро переговорив с абонентом, оставила Софью в оранжерее, пообещав, что вернется буквально через минутку.

Девушка не торопясь огляделась вокруг себя – миниатюрный уголок тропического лета. Видимо, здесь, вдали от протокольных мероприятий, Анастасия Андреевна дарила свою любовь экзотическим растениям, привезенным из разных мест.

Это была не просто коллекция редких экземпляров, а живая картина, написанная заботливыми руками: капризные орхидеи, требующие особого внимания, гигантские пальмы, напоминающие о далёких тропических берегах. У подножия этих гигантов, словно яркий ковер, раскинулись цветущие азалии и бегонии, радуя глаз сочными оттенками.

Во время отсутствия хозяйки этого дивного уголка Софья решила совершить небольшую экскурсию, но не успела она обогнуть ствол широколиственной пальмы, как услышала приглушенные мужские голоса.

Инстинкт самосохранения заставил девушку замереть на месте.

- Приведи ко мне эту девчонку под любым предлогом. Только сделай это по-хитрому, чтобы этот напыщенный дурень, что рядом с ней, ничего не заподозрил, - грозно пробасил первый голос

- Ага, она действительно хороша, как и писали о ней газетчики, - чуть тише «протяфкал» в ответ второй.

-Не о том думаешь, дурак. Она мне нужна совсем по другой надобности.

- Поэтому вы с таким нетерпением ожидали, пока она выйдет из комы?

Софья с тревогой осознала, что речь идет о ней самой, вернее, о Лидии, чье тело она временно занимала.

-Да, отследи ещё, чтобы сам губернатор ничего не заподозрил, - продолжал первый. – Никак нельзя допустить, чтобы до него дошла информация, что я от его имени интересовался здоровьем этой курицы.

- И как прикажете это сделать технически? – не унимался второй.

- Заведи её в библиотеку, там есть боковая дверь в рабочий кабинет, в нём и запрешь девчонку до моего прихода.

Софья стояла ни жива, ни мертва: по какому-то роковому стечению обстоятельств она оказалась в гуще непонятных интриг сильных мира сего и ей это совсем не нравилось...

***

Я торопилась к Нэнси, которую Мария увела в гостевую комнату, но всё же решила забежать за кулоном Золотой звезды, чтобы передать его девушке, зная, что он очень значим для неё как подарок от Лауры.

Я застала её сидящую в постели в расстроенных чувствах, с печальным взглядом огромных глаз.

- Как ты себя чувствуешь? – первым делом поинтересовалась у неё.

- Необычно, - призналась девушка.

- Вот, возьми кулон, - протянула ей рубиновую подвеску. – Я знаю, что ты им очень дорожишь.

Она с благодарностью посмотрела на меня и позволила помочь застегнуть Золотую звезду у себя на шее.

- Нам с тобой надо решить, что мы будем делать дальше, - осторожно начала наш трудный разговор.

Она послушно кивнула и я с её негласного одобрения спокойно продолжила:

- Ты этой ночью переместилась в тело Софьи и приобрела необычное качество - твоему разуму стали доступны все воспоминания сущностей, которые когда-то были в этом теле: Софьи, мои и, конечно же, свои. Тебе не стоит впадать в отчаяние, просто необходимо это принять и научится этим управлять, считая это умение неким инструментом, чтобы справиться с адаптацией к новой жизни.

Девушка удивленно посмотрела на меня, но ничего не сказала.

- Для всех окружающих ты – Софья, и её память даст тебе возможность ориентироваться в привычном для неё мире. Моя память пригодится тебе, чтобы вспомнить события последних двух недель, пока я находилась в её теле. Про нашу тайну перемещения знаем только ты, я и Тёмный лорд Салеван Грин, но он отбывает сегодня в другую реальность и не представляет опасности для нашего разоблачения. Я завтра в твоём облике отправляюсь в княжество Дальних земель, чтобы разобраться с сетью интриг, которые плетутся Розалиндой Скорр и её приспешниками. Когда мы убедимся, что ты в безопасности, то поменяемся телами обратно.

Я говорила свой монолог убедительно, спокойно и уверенно, следя за реакцией девушки, и Нэнси проявила чудеса рассудительности.

- Значит, во время твоего отсутствия мне предстоит жить в доме Павловских?

- Да, там ты будешь в относительной безопасности, пока не окончится следствие по факту двукратного покушения на тебя в этом особняке, как дочери графини Скорр.

Нэнси удивленно посмотрела на меня, и я вкратце поведала, как именно разворачивались события относительно её персоны.

- И ещё одна просьба, - опомнилась я, чтобы не забыть основное. – Держи в секрете мою поездку в княжество Дальних земель, никому ни слова!

- Держать в секрете даже от Реймана де Бара?

- Особенно от Реймана де Бара! Он является уполномоченным Его Императорского Величества, а мне пока не понятно, какого рожна это самое Величество делает во всей этой истории!

- А как быть с Реем после того поцелуя? - Нэнси выглядела немного смущенной, видимо, моя память отчетливо продемонстрировала девушке, что между нами произошло в то роковое утро.

Я призадумалась.

- Просто извинись перед ним, «наплети» чего-нибудь, к примеру, про нестабильное эмоциональное состояние после купания в Холодном озере и попроси его забыть все эти глупости. Сможешь?

Девушка оживленно кивнула, но хитринки, появившиеся в глазах Нэнси-Софьи, показали, что её эмоциональное состояние начинает приходить в стойкое психологическое равновесие, и это не могло не радовать.

Глава 33

«Никому не верь!» - Софья ясно вспомнила свой сон и предупреждение Лидии про секрет выживания в её мире.

Девушка решила, пока не поздно, ретироваться из этого райского уголка тропических растений, почувствовав, что попала в ловушку с кишащими змеями.

Анастасию Андреевну дожидаться она не станет, так как жена губернатора по странному стечению обстоятельств тоже выманила Софью под искусственным предлогом показать свою оранжерею девушке, которую видела первый и последний раз в своей жизни.

Она дождалась, пока мужские голоса стихнут, и осторожно прошмыгнула мимо фонтана к арке, через которую они с Анастасией Андреевной зашли в этот сад. Сердце бешено колотилось, ноги, казалось, не слушались её.

Осталось пройти по небольшому коридорчику, чтобы вернуться в зал, где она отыщет Дмитрия и потребует, чтобы тот незамедлительно отвёз её домой.

Но не успела девушка сделать и пары шагов, как услышала невнятные звуки и поняла, что кто-то движется ей навстречу.

Чтобы избежать столкновения с незнакомыми людьми с неясными намерениями относительно её особы, Софья в панике огляделась в надежде найти место, где бы она смогла укрыться от посторонних глаз и увидела лестницу, ведущую на второй этаж.

Времени раздумывать у неё не было. Стремглав взлетев по ступенькам, девушка оказалась в длинном коридоре с множеством дверей. Перевести дух ей не удалось, так как говорившие тоже стали подниматься по этой лестнице.

Они были явно увлечены беседой, но Софья все же решила не попадаться им на глаза, и побежала по коридору в надежде отыскать подходящий уголок, чтобы до поры до времени там спрятаться.

Вдруг она заметила, что одна из дверей комнат лишь неплотно прикрыта. Забежав туда, девушка затаилась, мысленно молясь всем богам, которых знала на тот момент, чтобы люди, которые следовали за ней, не вознамерились войти именно в это помещение.

На её счастье, эти двое прошли мимо, и Софья смогла разглядеть в небольшую щель, что это были Анастасия Андреевна со своим сыном Виктором. Они что-то бурно обсуждали, размахивая руками и общаясь на повышенных тонах.

Немного переведя дух, она огляделась в незнакомой обстановке и не поверила своим глазам – на прикроватной тумбочке стояла шкатулка с огненным рубином на крышке, семейная реликвия семьи Монарди!

Как завороженная, Софья подошла к магическому артефакту и взяла его в руки. Надавив на переливающийся рубин, девушка с удивлением наблюдала, что крышка открылась, и маленькая балеринка стала выделывать свои привычные па, такие знакомые ей с раннего детства…

- А вам никогда не говорили, что нельзя брать без спроса чужие вещи? – вдруг услышала она за спиной глубокий женский голос.

Оглянувшись, Софья увидела темноволосую красавицу в элегантном черном костюме с удивительным чарующим ароматом духов.

«Женщина в черном!» - молниеносно пронеслось у неё в голове.

Вслух же она грозно продублировала вопрос, который только что задали ей самой:

- А вам никогда не говорили, что нельзя брать без спроса чужие вещи?

- Что? Что ты сказала? – растерялась незнакомка.

- Это не ваша вещь! – обвиняющим тоном начала Софья. – Потрудитесь объясниться, как она попала к вам!

- Вы в своем уме! – пришла в себя черноволосая красавица. - Кто вы такая, чтобы требовать от меня отчета?

- Законная владелица этой шкатулки!

- Что ты несёшь? – вдруг дико закричала девица. – Какая владелица? Эта шкатулка моя! И комната моя! Как ты вообще сюда попала?

Может быть, раньше такой манёвр и вывел бы из эмоционального равновесия Софью Павловскую, дочку барона Лаврентия Михайловича, но сейчас она твердо ощущала себя Лией Монарди, и этот старинный артефакт был собственностью её семьи, который она никогда не должна передавать в чужие руки.

Поэтому, решительно отодвинув в сторону орущую особу, Софья собиралась покинуть эту комнату вместе со своей шкатулкой.

Глава 34

Остаток дня мы с Нэнси посвятили моим сборам в дорогу. Я отправила с письмом к Уильяму Грею, как и договаривались, сына конюха, и ждала от сыщика дальнейших указаний.

Отыскав в арсенале графини небольшую дорожную сумку, больше похожую на хозяйственный ридикюль, я положила туда смену простого белья, дорожное платье, несколько косметических средств, золотые монеты, свиток и перстень. Свой магический арсенал: охранный кинжал, ключик, открывающий любые двери, волшебный кисет со шкатулкой, плащ «серой мыши», я решила разместить прямо на себе.

Самое большое беспокойство у меня вызывали волосы. Как я с ними научусь управляться без Марии? Но Нэнси меня успокоила и показала свой заветный гребень, который укладывает её волосы в два приема. Необходимо только подобрать локоны рукой, уложить в любую прическу, а гребень сделает все остальное: закрепит в лучшем эстетическом виде.

Волшебство, да и только!

Мы условились, что для всех слуг я завтра с утра поеду якобы провожать Софью до дома, где действительно высажу Нэнси у особняка Павловских, а сама в этой же пролетке укачу к восточным воротам, где меня уже будет ждать Уильям Грей с наемным экипажем.

Ни у кого из домочадцев не должно возникнуть вопросов и по поводу дорожных сумок, так как нам предстояло сложить ещё наряд Софьи, в котором я пребывала на празднике «Леди голубой звезды».

***

- Ты куда понесла мою вещь? Быстро поставь её на место! – продолжая дико орать, девица неожиданно подскочила к Софье и попыталась выхватить артефакт из её рук.

От неожиданности маневра шкатулка упала на ковер, и её крышка открылась – зазвучала музыка, маленькая балерина закружилась в своем танце.

В этот момент у Софьи в голове стали проплывать обрывки заклинаний, которые она начала повторять в темпе мелодии, льющейся из антикварного предмета. Темп нарастал, голос становился всё громче.

С незнакомкой стали происходить странные вещи – она попыталась схватить магический артефакт, но завизжала и отбросила его от себя в сторону, словно обожглась.

- А ещё утверждаешь, что это твоя вещица! – возликовала Софья. – Ты явно не знакома с ней и не знаешь, что она из себя представляет. Говори, где ты её взяла?!

Девица в ярости набросилась на неё и повалила на пол. В их внезапно начавшейся потасовке натренированное тело Лидии помогло девушке одержать реванш над черноволосой красавицей. Придавив её коленом к полу, Софья опять грозно задала свой вопрос:

- Говори, говорю, где ты взяла мою шкатулку?

Глаза незнакомки изумленно округлились, и она в отчаянии прохрипела не своим, а каким-то старческим голосом:

- Софья? Ах ты, драконье отродье, и здесь меня отыскала!

Извиваясь изо всех сил, она пыталась освободиться от крепкой хватки, которой держала её девушка. Софья на мгновение лишилась дара речи, кто мог её опознать в теле Лидии?

Взглянув прямо в глаза поверженной девице, она заметила, что с ними происходит что-то странное для этого мира - на каждом из них начинал прорезаться второй зрачок, который гипнотически сковывал волю.

Резко мотнув головой, Софья продолжила повторять заклятья своим мелодичным речитативом. Женщина в черном, корчась от боли, яростно закричала:

- Не смей, негодяйка! Не смей меня запирать!

Пребывая в магическом трансе, Софья сосредоточила всю свою энергетическую силу и направила на незнакомку, словно выворачивая ту наизнанку, очищая девушку изнутри.

Слова заклинаний, произносимые древним языком, казалось, вибрировали в воздухе. С каждым произнесенным заклятием аура вокруг женщины сгущалась, становясь всё более ощутимой.

Внезапно она издала пронзительный крик, от которого кровь застыла в жилах. Её тело забилось в конвульсиях, словно пыталось вырваться из невидимых оков. И вот, в самой гуще этого хаоса, стало происходить нечто невероятное.

Сквозь её тело, как через неплотную ткань, начали просачиваться сгустки тьмы. Они были плотнее дыма и надвигались с неумолимой силой на Софью, но та не отступала, продолжая читать свой магический речитатив.

Темные клубы, словно живые, изворачивались и корчились, формируя причудливые, пугающие фигуры. Они пытались сопротивляться, цепляясь за свою жертву, но ритуал было не остановить.

Тьма выходила сквозь незнакомку, и с каждым новым клубом крики женщины становились все тише, а на лице проступало заметное облегчение. Выпущенная на свободу, Черная тень в виде бесформенной массы заметалась по комнате, словно зверь в клетке, пытаясь найти выход.

Но тут, как заключительный аккорд, «вмешался» магический артефакт, затянув в себя с невероятной скоростью Темную сущность, что только что покинула тело черноволосой красавицы. Крышка шкатулки захлопнулась, и Тьма была надежно заперта внутри магического раритета семьи Монарди!

Софья, постепенно приходя в себя, с тревогой посмотрела на поверженную девушку, телом которой воспользовались для каких-то непонятных коварных планов.

Казалось, та пребывала в бессознательном состоянии, но, потрепав её по щеке, хозяйка шкатулки вздохнула с облегчением - незнакомка открыла глаза и засыпала Софью неожиданными вопросами подозрительно оглядываясь по сторонам:

- Где я? Кто я? Кто ты? Что мы здесь делаем?

Глава 35

Каталея Деркач, сколько себя помнила, всегда верила в свой успех. Еще в школе она проявила недюжинную целеустремлённость, закончив её с золотой медалью. Выбор журфака был вполне логичным продолжением её интереса к миру. Умение четко формулировать свои жизненные цели открывало перед девушкой великолепные возможности.

Лея обладала внутренним стержнем, закалённым годами упорного труда. Работа диктором и репортёром на местном телевидении стала для неё отличной стартовой площадкой, где она оттачивала свои навыки и формировала характер.

Но вдруг её четко структурированный жизненный план допустил «погрешность» - она влюбилась и окунулась в эти «сентименты» с головой…

Димка Родыгин, красавец, в котором чувствовалась энергия молодого тигра, готового к прыжку. Он был под стать ей, в полной мере демонстрируя свой потенциал, сочетая профессионализм и амбициозность. Казалось, пазл сложился – молодая перспективная пара, готовая вместе двигаться вперед…

Но что-то пошло не так! Дмитрий Андреевич, как будто всё «примерял», взвешивал и не торопился делать ей предложение. Прошло два года от начала их бурного романа, а «воз был и ныне там».

Казалось бы, плюнь на него и вспомни свои собственные устремления, займись, наконец, только своей жизнью…

Но Каталея не могла признать поражение на личном фронте.

И тут подруга-советчица предложила ей обратиться к одной очень сильной колдунье, которая уже прославилась в округе тем, что имела опыт в любовной магии.

Девушка отчетливо помнила, как её каблучки отбивали ритм по асфальтированной дорожке, и как она задорно перепрыгивала небольшие мартовские лужицы, из которых ей подмигивало весеннее солнце, подходя к дому этой ведьмы, уверенная в том, что ничего не теряет…

Оказавшись в полумраке комнаты, пропитанной запахом ладана и сушеных трав, Каталея робко переступила порог. Колдунья, высокая и сухощавая женщина с пронзительным взглядом черных глаз, уже ждала её. Морщинистые руки, украшенные серебряными кольцами с непонятными символами, покоились на столе, заваленном старинными книгами и пучками трав.

- Садись, дитя, - поскрипел голос колдуньи, словно колесо старой телеги. – Вижу, сердце твое в смятении, ищешь помощи у сил, что не видимы глазу простого смертного.

Девушка, смутившись, опустилась на жесткий стул. Она чувствовала себя неуютно в этой атмосфере таинственности, но отступать было поздно. Она пришла сюда с единственной надеждой – заставить Димку, любимого, но нерешительного Димку, сделать ей предложение.

- Расскажи мне о нём? – продолжила колдунья, не дожидаясь вопросов. – Что за камень лежит на его сердце, что мешает ему сделать этот шаг?

Каталея начала свой рассказ, и неожиданно для себя поведала этой незнакомой женщине практически всю свою жизнь, свои чаяния и надежды, планы на будущее и горечь о несбывшемся замужестве.

- Уточни, - потребовала женщина, - ты пришла просить любви или замужества?

Чуть замешкавшись с ответом, девушка подумала, что любить-то вроде бы Димка её любит, а замуж не берёт.

- Замуж хочу! – поспешно выпалила она.

- Хорошо, как скажешь! – кивнула головой колдунья. – Я проведу обряд. Но помни, магия – это сильнейший инструмент, потом не жалуйся!

Женщина начала готовить зелье, смешивая травы и шепча заклинания на непонятном языке. Каталея наблюдала за ней, завороженная и немного испуганная.

- Мне понадобится капелька твоей крови, - проскрипела колдунья, и не успела девушка ничего предпринять, как женщина схватила её ладонь и едва уловимым движением клинка сделала надрез.

Глядя удивленно на то, как её кровь струится в какой-то магический сосуд, Каталея лишь смогла подметить, что туда попала далеко не одна капля. Потом ворожея дала ей выпить приготовленное зелье, и девушка почувствовала себя полностью опустошенной.

Она вышла от колдуньи в странном состоянии. Убеждая себя в том, что для неё сейчас главное добраться до дома, выспаться и всё забыть, как страшный сон, Каталея даже не могла предположить, что её кошмар только начинается…

***

Уложив Нэнси в кровать пораньше, я осталась одна в своей комнате и мысленно перебирала в голове все события сегодняшнего дня.

Итак, этой ночью удалось «спрятать» Нэнси в тело Софьи, как мне этого и хотелось. Она не сразу, но постепенно приняла этот факт, и вечером была вполне адекватна, что дает надежду на успех нашего предприятия.

Завтра нам с Уильямом Греем предстоит отправиться в княжество Дальних земель, где, по словам сыщика, творится всякого рода беззаконие, чтобы попытаться разобраться на месте, что задумала графиня Скорр.

Ещё оставались вопросы: по чьей указке были совершены покушения на Анну, что она значила для Императора, если он самолично запрашивал о ней информацию у Реймана де Бара, как близкого друга детства, и каков смысл его послания, адресованного Розалинде Скорр?

Рейман! Только стоило мне коснуться его персоны в своих умозаключениях, как в сердце поселилась огромная тоска…

Перед моим мысленным взором так и стояло его встревоженное лицо, когда он увидел Нэнси – Софью. Неужели он и впрямь неравнодушен к ней? Ревность захлестнула меня целиком, не давая возможности здраво рассуждать…

«А по чьей вине это произошло? - наконец, задала я себе логичный вопрос, и сразу же на него нашёлся ответ: - По твоей, милочка! Это же ты была в теле Софьи Павловской, когда вы познакомились с виконтом, ты все эти дни общалась с ним, проводя свое «домашнее» расследование по факту гибели барона Павловского, и это ты, наконец, поцеловала Реймана после бессонной ночи в кабинете графини Скорр! Что же, есть сомнительный повод собой гордиться - проявила чудеса женского коварства – и вот Рейман де Бар увлечен некой особой, которой собственно являешься ты сама! Вот как неразумно было думать в такой ответственный момент только о себе! А теперь, в наказание – смотри на это со стороны и страдай от бессилия что-либо изменить!»

***

Софья внимательно слушала воспоминания Каталеи Деркач, и у неё выстраивалась своя версия случившегося: кто-то использовал наивную девчонку, решившую прибегнуть к магическому привороту суженого-ряженого, чтобы завладеть её телом.

А теперь очень важно понять, кем был этот Кто-то, какие цели он преследовал и при чем здесь шкатулка рода Монарди?

- Ты совсем ничего не помнишь, что с тобой было потом? – переспросила Софья разоткровенничавшуюся девушку.

- Всё было как в тумане. Мне сначала казалось, что это были мои сны, страшные, тревожные, но всё-таки сны. Потом, на какое-то время мой разум начинал приходить в себя, я пыталась разобраться, что со мной происходит, но опять проваливалась в беспамятство.

Софье было знакомо состояние нереальности происходящего, когда они с Лидией делили её тело на двоих, но она осознавала этот факт, и первое время они могли почти сносно общаться.

Важно понимать, что Каталея ещё может вспомнить. Возможно, именно в её теле проходила транспортировка этой магической сущности, что заперта сейчас в шкатулке, в иные миры, в том числе и в Софьино измерение. Если это так, то может появиться возможность отыскать скрытый портал, что находится в Сенаторском особняке.

- Шкатулку я заберу с собой, - объявила Софья. – Её опасно оставлять в этом доме.

Девушка послушно кивнула, спорить она была не в состоянии.

- Что ты будешь с ней делать? – тихо спросила Каталея, испуганно косясь на магический раритет.

- Держать под контролем, - просто ответила Софья, - как и раньше, до её пропажи.

- А ты тоже ведьма? – не удержалась от вопроса бывшая невеста Дмитрия Родыгина.

- Вроде того, - отрицать очевидное было не разумно, Каталея присутствовала при ритуале изгнания Темной сущности из её тела и видела, как шкатулка поглотила мрачную тень своим нутром.

– Если что-то вспомнишь, постарайся найти меня, - чуть помедлив, добавила Софья. – Меня зовут Лидия Новосёлова, мой телефон есть у Дмитрия Андреевича.

- Та самая? - растерянно пролепетала Каталея.

Софья только собиралась спросить у девушки, что именно в её понимании входит определение «та самая», как где-то в доме неожиданно прогремел выстрел…

Глава 36

- Уильям, что вас так сильно беспокоит? - не удержалась я от вопроса к детективу. - Вот уже прошло около двух часов, как мы с вами отправились в путь до княжества Дальних земель, и всё это время вы пребываете в странном напряжении?

Откинувшись на жесткую спинку почтовой кареты, я буквально буравила взглядом своего молчаливого спутника.

- Не самое удачное время мы выбрали с вами для этого путешествия, - задумчиво ответил Уильям Грей. – Нам предстоит проехать по землям со странными предпочтениями местных жителей. Надо держать ухо востро и быть предельно осторожными.

Экипаж трясло, и он оживленно подпрыгивал на ухабистой дороге, словно задался целью вытряхнуть из пассажиров всю душу. Это было мое первое путешествие в таких ретро условиях, и я пока никак не могла приноровиться игнорировать эту «болтанку».

Внутри кареты пахло сырой кожей, табаком и ещё чем-то неуловимо пыльным, словно здесь век не проветривали.

- Поясните подробнее, что за странности у здешнего народа?

- Сегодня начинается подготовка к старинному ритуальному торжеству «Ночь Длинной Тени».

- И какие негативные последствия это может для нас предвещать? – насторожилась я.

- «Ночь Длинной Тени» – это врата, сквозь которые в наш мир просачивается нечисть, силы тьмы обретают небывалую мощь, а грань между миром живых и мёртвых стирается.

- Боже мой, Уильям, только не говорите, что вы сами в это верите?!

- Силы Мрака бывают сильны, а Страх – союзник Тьмы!

Я не верила своим ушам! Это излагал мне сейчас всегда такой рассудительный и логично последовательный детектив, который был для меня образцом дедукции и умозаключений?

За окном мелькали бескрайние поля, перелески, изредка попадались унылые деревеньки. Пейзаж был однообразен и навевал тоску.

- Я подготовил для нас документы, - уже по деловому продолжил Уильям Грей. – По ним мы с вами являемся мужем и женой, мистер и миссис Брамс. Я – Уильям Брамс, вы – Элизабет Брамс. Запомните?!

- А ночевать нам придётся тоже вместе? – удивилась я такому раскладу.

- Не переживайте, - хитро прищурился сыщик. - У нас будут разные комнаты.

Я призадумалась. Сегодня с самого утра мы с Нэнси, согласно нашему плану, взяли пролётку, и я доставила девушку к особняку барона Павловского, прочитав небольшую инструкцию, как вести себя с домочадцами Софьи.

Без проблем добравшись до восточных ворот, где уже ждал с экипажем детектив, прихватив легкий ридикюль, я перебралась в почтовую карету, и мы без задержек выехали за пределы города.

Одежда моя соответствовала требованиям, которые озвучил Уильям: была скромной, в тёмных тонах и без излишеств в отделке. Именно такой комплект нам удалось отыскать с Нэнси в гардеробе графини Скорр. Там же я увидела женские брюки и не удержалась от соблазна надеть их под дорожное платье, игнорируя полагающиеся к нему подъюбники, и не прогадала – в карете было промозгло и зябко.

На шее у меня висела подвеска с кинжалом, подсвечивающим подстерегающие нас опасности, на поясе – кисет с волшебным ключиком, шкатулкой и перстнем, который я в последний момент переложила в магический мешочек, подальше от посторонних глаз, а на плечах, поверх дорожной накидки – плащ «серой мыши».

Единственной моей проблемой было то, что мы с Нэнси в спешке не успели позавтракать. Я не сомневалась, что девушку вкусно накормят в доме Павловских, а вот мне придется тихо терпеть. Хотя почему тихо? И зачем терпеть?

- Уильям, а когда у нас будет первая санитарная остановка? – решила я уточнить распорядок нашего передвижения.

- Что, простите? – удивленно переспросил детектив.

- Когда мы сможем остановиться, чтобы перекусить и всё остальное…

Грей мило улыбнулся, поняв, о чём именно я его пытаюсь спросить, и заверил меня, что мы остановимся на первом же постоялом дворе, который будет минут через сорок…

***

У Софьи очень сильно разболелась голова, этой ночью ей совсем не удалось поспать.

Когда прозвучал выстрел, они с Каталеей Деркач одновременно выбежали из комнаты, но потом резко затормозили, осознав, что опасность может подстерегать любого, кто сунется в этот момент на место происшествия.

Лишь когда внизу лестницы послышался гул голосов, они присоединились к столпившейся у оранжереи публике, пытаясь узнать, что произошло.

Картина, открывшаяся перед Софьей, повергла её в шок: прямо под аркой, на мозаичном полу, лежал Дмитрий Родыгин, и по его белой рубашке расплывалось зловещее багровое пятно.

Сквозь приглушенные голоса прорвался истеричный женский крик:

- Димка, миленький, как же так!

Краем глаза Софья уловила мимолетное движение и увидела, как Каталея бросилась к брату Татьяны. Но она не успела к нему даже приблизиться, как девушку перехватила охрана губернатора.

- Скорая уже в пути! – громогласно отчитался начальник охраны, пытаясь перекричать шум от собравшейся толпы, обращаясь к подошедшему губернатору.

Среди людей поползли слухи: «Убийство», «Покушение», раздувая панику и страх. Губернатор, сохраняя остатки самообладания, обратился к гостям дрожащим голосом: «Прошу вас, сохраняйте спокойствие! Мы выясним, что произошло…»

Потом была полиция. Много часов ожидания своей очереди, чтобы дать показания.

Да, она пришла вместе с пострадавшим! Да, она покинула Дмитрия Андреевича в торжественном зале, когда жена губернатора Анастасия Андреевна предложила посмотреть оранжерею! Да, после этого она была с Каталеей Деркач, вплоть до раздавшегося выстрела! Нет, у неё нет никаких предположений, кто мог это сделать!

После того как им разрешили покинуть губернаторскую резиденцию, они с Каталеей поехали в больницу, куда отвезли раненного Дмитрия. Там Софья встретила Татьяну, Васятку и Арика. Димку в этот момент оперировали, и все они сидели у операционной в напряженном ожидании.

Каталея не переставая, плакала. Татьяна на неё злобно косилась, но ничего не говорила. Арик принёс для Софьи спасительный кофе из автомата и доверительно обнял девушку, пытаясь морально поддержать.

Наконец, операция закончилась, и хирург сообщил сестре пострадавшего, что всё хорошо, её брат родился в рубашке, пуля прошла на вылет, жизненно важные органы не задеты…

***

После того как Виллет высадила Анну у дома барона Павловского, девушка с опаской постучала в дверь. Для неё начиналась новая глава жизни, и было немного боязно, что же может её тут ожидать.

Дверь открыла экономка, аккуратная седовласая женщина с добродушным лицом.

- Софьюшка, дитятко ты наше ненаглядное, наконец-то! - запричитала она, и её лицо, изрезанное морщинками, засветилось искренней радостью. – Как же мы все переживали, голубушка! Слава Богу, что хворь отпустила!

Пропуская молодую хозяйку в дом, Серафима Петровна, а это была именно она, по привычке зычно крикнула:

- Лизка! Барышня вернулась! Ставь самовар!

Тут же появилась молоденькая горничная и закружилась вокруг Анны юлой. Помогла раздеться, переобула в домашнюю обувь, забрала и утащила ридикюль с бальным платьем и украшениями. Девушка и моргнуть не успела, как была усажена за накрытые столы, которые ломились от стряпни.

- Отощали совсем, - ворчала по привычке домоправительница. – Налегайте на расстегаи, только-только из печи.

Аромат в гостиной и вправду стоял очень аппетитный. Нэнси не заставила себя долго уговаривать и, выбрав на тарелке самый румяный пирог, стала уплетать его за обе щеки, тем более что позавтракать им с Виллет сегодня не довелось.

Тут в её поле зрения появился знатный богатырь.

- А вот и Петруша к нам заглянул, - ласково пропела Серафима Петровна.

Петр скромно потоптался у двери, не решаясь пройти в гостиную, где трапезничала молодая хозяйка, но Анна с интересом наблюдала, как его лицо озарила неподдельная радость от встречи с ней: глаза потеплели и губы расплылись в довольной улыбке.

В этот момент в гостиную вихрем ворвалась Лизавета с огромным подносом на руках. Хрупкая на вид, она умело управлялась с той горой столовых приборов, что на нем громоздились.

- Мы вам тут бульончик куриный приготовили,- пояснила Серафима Петровна. – Корней Мефодич велел, чтобы вы силы набирались. И чай травяной с медом.

Пока перед Нэнси расставляли новые приборы со снедью, экономка живо повернулась к богатырю и грозно проворчала:

- Хватит здесь топтаться, беги быстрей за доктором, скажи, что барышня вернулась, чтобы срочно шёл до нас осмотр делать.

Лизавета хихикнула, Петруша усмехнулся, но спорить не стал, повернулся и вышел за дверь.

Нэнси была непривычна такая забота со стороны прислуги. Хотя Виллет и предупреждала девушку, что в доме Павловских всегда душевно и вкусно, она не могла предположить, что среди этих простых людей почувствует столько сердечности, внимания и тепла, как нигде ранее.

- Мне так хорошо, что вы здесь, - искренне прошептала Анна, и её глаза наполнились слезами. – Спасибо вам, что всегда обо мне заботитесь!

Серафима Петровна ласково погладила её по руке.

- Ну что вы, Софьюшка! Всё хорошо, всё позади! Вы выздоровели, а это самое главное. Теперь вам нужно поправляться и набираться сил. Мы все будем рядом, помогать вам!

Лизавета, смахнув слезу, подошла ближе, налила свежий чай и поставила перед хозяйкой.

- Мы вас очень любим, барышня! И всё сделаем для того, чтобы вы были здоровы…

Анна закрыла глаза, чувствуя, что её боязнь новой жизни медленно отступает, уступая место ощущению покоя и умиротворения…

Глава 37

Не успела за доктором закрыться дверь, как в дом барона Павловского буквально ворвалась кузина Софьи – Кэтти. Её глаза, как обычно, блестели от волнения, а на щеках играл здоровый румянец.

Память Софьи подсказала Анне, как ранее общались девушки, и она не боялась выдать свой секрет пребывания в чужом теле.

- Ах, Софи! - звонким голоском пропела Кэтти. – Я видела, что доктор только что был у тебя! Как ты себя чувствуешь? Что он сказал?

Яркая, как всегда, в платье сочного розового оттенка, она напомнила Нэнси, как они веселились когда-то на светских приёмах и балах.

- Со мной всё хорошо, не стоит волноваться! – ответила девушка на беспокойное восклицание своей подруги.

Кэтти примостилась рядышком на диванчике с хозяйкой дома и не переставала «щебетать»:

- Представляешь, а мне так и не удалось побывать на празднике «Леди Голубой Звезды»! В самый ответственный момент у меня начался жуткий насморк, и пришлось пропустить этот карнавал!

В словах кузины было столько горечи и разочарования, что Нэнси даже слегка пожалела подругу, любительницу всякого рода торжеств и маскарадов.

- Эх, жаль, что я так и не покрасовалась перед Давидом в своём новом небесно-голубом платье, - печально продолжала Кэтти, но тут же воспрянула духом. – А я к тебе приехала с новостями – в императорском дворце уже вовсю началась подготовка к сезону Магических искусств! И мне очень хотелось бы участвовать в этих конкурсах!

Нэнси что-то стала припоминать о старой традиции открывать столичные сезоны балов и маскарадов Мистической Феерией, начинающейся с магических конкурсов, на которые допускались леди с восемнадцати лет, но только по личному приглашению самого Императора.

Между тем подруга воодушевленно продолжала, и её глаза разгорались ещё ярче:

- В этом году обещают что-то совершенно невероятное! Говорят, приедут сильнейшие маги со всех уголков Империи, а может даже из соседних измерений. Уже через три недели начнутся состязания по алхимии, трансфигурации, и, конечно же, магические дуэли!

Нэнси слабо улыбнулась.

- Звучит захватывающе, - пробормотала она.

Девушка всегда любила магические конкурсы, но сейчас ей было явно не до них.

- Эх, жаль, что ты ещё малышка, - верещала Кэтти, - а то бы мы с тобой могли составить партнёрство в командных состязаниях.

- В смысле, малышка? – удивилась Нэнси.

- Тебе ещё нет восемнадцати! – рассмеялась кузина. – И, значит, по правилам ты не можешь принимать участие в магических конкурсах…

«Слава Богу!», - про себя подумала Анна, меньше всего на свете она хотела бы принимать сейчас участие в сезоне Магических искусств, да ещё и в чужом теле…

Когда Кэтти покинула дом Павловских, Серафима Петровна, что крутилась неподалёку возле гостиной, вдруг ворчливо изрекла:

- Ваша кузина, Софьюшка, видно, очень легкомысленная девица, как можно забыть, что вам через две недели исполнится восемнадцать лет? И вы тоже смело можете претендовать на участие во всём этом императорском чародействе!

***

После бессонной ночи и долгих часов, проведенных в больнице, Софье всё же удалось немного поспать. Хотя она клятвенно пообещала Арику сегодня пребывать весь остаток дня в постели, недавние трагические события, произошедшие на приёме губернатора, невольно возвращали девушку к тому роковому моменту, когда она согласилась пойти с Анастасией Андреевной осматривать её оранжерею. Ведь именно на пороге этого райского тропического уголка было совершено покушение на Дмитрия, и что-то подсказывало девушке, что это не было простым совпадением.

Беспокойно листая ленту новостей в своём телефоне, Софья с изумлением обнаружила, что в тот же вечер с того же самого торжественного приёма бесследно исчез сын губернатора, Виктор Антипин. И никто не мог понять, как ему удалось пройти незамеченным мимо огромного количества камер слежения, которые «понатыканы» повсеместно в губернаторской резиденции? Также следствию было неизвестно, добровольно ли он покинул свой дом или ему «помогли» в этом выборе?

Софье требовалось срочно поговорить с Димкой, узнать, что он помнит, как оказался на месте трагедии.

Тихохонько, не создавая излишнего шума, чтобы Арик, пребывая у себя, не услышал шагов в её квартире, девушка выскользнула за дверь и отправилась в больницу в надежде, что ей удастся поговорить с братом Татьяны.

Дмитрия Андреевича уже перевезли в отдельную палату и приставили к дверям охрану. Тут же на стуле, под дверью, маялась Каталея, которая, по всей видимости, никуда из больницы не отлучалась. Чуть поодаль сидела Татьяна, опустошённая и молчаливая, что было так на неё не похоже. Увидев Софью, в её глазах промелькнул слабый огонёк надежды, она привстала со стула, но тут же без сил опустилась обратно.

- Нас к нему не пускают, - пожаловалась зачем-то подруга Лидии. – А следователь уже приходил, значит, Димка в сознании.

Софья подошла к охраннику и, положив руку ему на плечо, взглянула тому прямо в глаза, гипнотизируя его своим магическим приёмом, который помнила ещё с детства:

- Мне. Надо. Пройти, – тихо, но очень уверенно проговорила она, разделяя при этом каждое слово.

Охранник, ничего не сказав, освободил для неё путь.

Девушка тихо отворила дверь в стерильную, пропитанную запахами лекарств, палату. На кровати, бледный и измученный, лежал брат Татьяны.

- Дмитрий, - тихо позвала его Софья.

Молодой человек медленно повернул голову в её сторону. В его взгляде мелькнуло слабое узнавание, а затем – тень боли.

- Лидия? Ты пришла, - прошептал он, его голос был слабым и хриплым.

Она подошла ближе, присела на стул рядом с кроватью и взяла его холодную руку.

- Как ты себя чувствуешь?

- Жив, пока что, - с горькой иронией ответил Димка. – Говорят, операция прошла успешно, но всё равно болит…

Софья понимающе кивнула.

- Мне очень жаль. Ты помнишь, как это произошло? Видел, кто в тебя стрелял?

В глазах Дмитрия мелькнул испуг, сменившийся яростью. Он стиснул зубы, и его слабая кисть крепче сжала руку Софьи.

- Помню, как сейчас помню! – прорычал он сквозь зубы. – Я полиции ничего не сказал, но я точно видел, кто это был.

- Ты знаешь его? – с надеждой спросила Софья.

- Это была Лея…- почти бесшумно выдохнул Димка.

- Кто? – не поняла девушка.

- Каталея Деркач! – зло выкрикнул пострадавший.

- Этого не может быть! – озадаченно воскликнула Софья. – Она не могла это сделать! Я была рядом с ней в момент выстрела в её комнате, на втором этаже!

- Это… точно? – с надеждой в голосе прошептал брат Татьяны.

- Точнее не бывает! – девушка сжала его руку, представляя, как ему было морально тяжело, думая, что его хотела убить бывшая невеста.

- Спасибо, - слабо откликнулся Дмитрий, но Софья заметила на его лице чувство огромного облегчения…

***

Кого меньше всего хотелось сегодня видеть Нэнси, так это Реймана де Бара. По просьбе Виллет, ей предстояло объясниться с виконтом насчёт того необдуманного поцелуя, что случился между ними, а девушка никак не могла подобрать нужные слова.

Задачка стояла не из лёгких. И почему, как всегда? Кто-то натворил дел, а отвечать опять ей!

Обменявшись полагающимися для таких случаев любезностями, они расположились в гостиной друг против друга. Виконт пришел с визитом вежливости справиться о её здоровье, и девушка заверила его, что с ней всё в полном порядке.

Наконец, она собралась с духом и подняла на него глаза.

- Рейман де Бар, - начала Нэнси официальным тоном. – Благодарю вас за визит. Мне очень приятно, что вы обо мне помните.

Его брови удивленно поползли вверх.

- Как я о вас мог забыть, Софья? Ваше состояние вызывало серьёзные опасения.

Нэнси невольно покраснела, окунувшись в воспоминания Виллет, что именно предшествовало этому состоянию, когда охваченная внезапным порывом она поцеловала его. И он ответил. С такой же страстью! С такой же жаждой!

- Я… я хотела бы извиниться, - прошептала она, опуская глаза. – За… то утро. За… мою нескромность.

Виконт молчал, словно обдумывал её слова. Его лицо оставалось непроницаемым, только костяшки пальцев побелели, сжимая в руках подлокотник кресла.

- Я не должна была так поступать, - более уверенно продолжила девушка. – Это было непристойно с моей стороны. Я не знаю, что на меня нашло. Примите это за минутную слабость, за помутнение рассудка, вызванного купанием в Холодном озере.

Уф-ф-ф! Вроде получилось?! Она озвучила почти всё, что просила Виллет.

Рейман медленно встал с кресла и подошел к окну, глядя на ухоженный сад.

- Софья, - произнес он, не поворачиваясь, - я понимаю, что вы хотите сказать. И если вам от этого будет легче, то я принимаю ваши извинения.

- Я ещё хотела просить вас, - вспомнила Нэнси ещё одну деталь поручения, которую необходимо было озвучить. - Давайте забудем об этом эпизоде, забудем навсегда!

- Я действительно ценю вашу прямоту, - в словах Реймана прозвучала лёгкая укоризна. – И заверяю вас, что этот инцидент останется между нами. Ваша репутация, как и моя, останется безупречной.

- Благодарю вас, - пытаясь не уронить достоинство, ответила девушка.

Виконт де Бар, наконец, повернулся к ней. В его взгляде не было больше ни тепла, ни сочувствия, только холодная вежливая отстраненность.

- Я рад, что мы поняли друг друга, - сказал он. – Позвольте мне попрощаться. Надеюсь, ваше здоровье скоро полностью восстановится.

Он поклонился и направился к двери. Нэнси смотрела ему вслед, размышляя над тем, а действительно ли она всё правильно сделала? Может, был шанс, чтобы виконт с Софьей остались друзьями? Возможно, в его сердце навсегда останется незаживающая рана о том поцелуе, которого теперь никогда не было…

Глава 38

Когда Уильям объявил, что мы подъезжаем к месту нашего ночлега, я облегченно вздохнула. Целый день езды по ухабистым дорогам, лишь с небольшими санитарными остановками, напрочь выбили меня из рабочего состояния.

Когда карета, наконец, остановилась на постоялом дворе, я с трудом подавила в себе желание опуститься прямо на землю и разреветься, как малое дитя. У меня болело всё! И это был только первый день нашего путешествия!

Детектив, в отличие от меня, выглядел, как стойкий оловянный солдатик. Он легко спрыгнул с подножки и подал мне руку, вероятно, испугавшись, что я планирую рухнуть ниц, привлекая всеобщее внимание.

В таверне «Усталый путник» царила вечерняя суматоха. Запах жареного мяса смешивался с ароматом пива и дымом, валившим из трубок, создавая густой, дурманящий коктейль. Шум голосов, громкий смех и звон кружек наполняли зал, словно бурлящий котёл.

Чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, мы с Уильямом уселись за небольшой деревянный стол, стоявший в самом тёмном углу столовой залы. Для окружающих мы были супружеской парой, и детектив, помня о нашей конспирации, без устали рассказывал байки о наших с ним планах на будущее. Я тоже старалась поддерживать разговор, ловя на себе настороженные взгляды присутствующих.

Поужинали мы быстро, заказав лишь похлебку с хлебом и по кружке эля. Уильям расплатился за еду монетами из своего кошелька и обратился к хозяину таверны:

- Пожалуй, нам пора на покой. Мы хотели бы снять у вас две комнаты. Моей жене нужен отдых после долгой дороги.

- Две комнаты, говорите? – толстый мужчина с красным лицом и хитрыми глазами окинул нас оценивающим взглядом. – Разве муж и жена не спят в одной комнате?

Детектив не стушевался и быстро нашёлся:

- Понимаете, у моей жены очень чуткий сон!

- А он храпит, как паровоз! – воодушевленно подхватила я байку о причинах раздельного ночлега счастливой супружеской пары, с опозданием сообразив, а существуют ли в этой реальности паровозы!

Хозяин хмыкнул, но спорить не стал.

- Как скажете. Комнаты семь и восемь, ключи у горничной.

Поднявшись вверх по скрипучей лестнице, каждый из нас подошёл к своей комнате.

- Думаешь, хозяин ничего не заподозрил? – спросила я сыщика, пока он не скрылся у себя в спальне.

- Не переживай, - ответил Уильям. – Насколько я знаю человеческую натуру, этот народец жадный. А две комнаты всегда дороже, чем одна…

- И всё-таки, будь осторожен, - пожелала я детективу, пока он не закрыл за собой дверь.

Я вошла в свою «опочивальню» и огляделась. Здесь было темно и сыро, пахло плесенью и старым деревом. На единственной кровати лежал тонкий матрас, а в углу стоял умывальник.

Да, это было не самое комфортное место для ночлега, но у нас не оставалось иного выбора в условиях путешествия инкогнито. Сейчас нам полагался хороший отдых, чтобы утром продолжить путь…

***

В кабинете виконта де Бара царил полумрак. Тяжелые портьеры, плотно задернутые, не пропускали свет заходящего солнца. Единственным источником освещения служила небольшая настольная лампа, отбрасывающая причудливые тени на стены, увешанные старинными портретами предков.

Рейман сидел в глубоком кресле, устремив взгляд в одну точку на полу. Его аристократическое лицо, обычно излучающее уверенность и спокойствие, сейчас выражало глубокую печаль.

Слова Софьи, словно приговор, эхом отдавались в его голове: «Давайте забудем об этом эпизоде, забудем навсегда!»

Забыть об их единственном моменте близости? Забыть о поцелуе, который обжег его губы своей горячностью юной девушки?

Если рассуждать здраво, то виконт должен быть рад, что девушка не питает к нему никаких чувств. Что она там сказала? Минутная слабость, помутнение рассудка?

Значит, для неё не будет так болезненно, если он женится на другой, той, которая предназначена для него, как говорит отец, той, которая будет матерью его наследника.

Но сердце… Сердце отказывалось подчиняться разуму. Поцелуй с Софьей, короткий и страстный, пробудил в нем чувства, о существовании которых он даже не подозревал. Он ответил на её порыв со всей своей горячностью, потому что она стала для него глотком свежего воздуха, такая непохожая на остальных, живущих в этом мире условностей и лицемерия.

А теперь она просит забыть. Просит отказаться от всего, что произошло между ними.

Логически он должен был согласиться. Это был единственный выход. Он хорошо понимал, что их отношения невозможны, у неё своя миссия в этой реальности. Но чертова рана в сердце никак не хотела заживать…

***

Софья тихо прикрыла дверь больничной палаты, стараясь не потревожить сон Дмитрия, задремавшего практически сразу после их разговора, почувствовав душевное облегчение от того, что не Лея была тем стрелком.

Едва она повернулась, как её окружили две женские фигуры.

- Ну как там Димка? – с тревогой в голосе спросила Татьяна.

- Он пришёл в себя, но ему нужно время. Он очень слаб.

Софья с тревогой посмотрела на Каталею, которая выглядела так, что вот-вот потеряет сознание.

Татьяна облегченно вздохнула.

- Он помнит что-нибудь? – тихо спросила сестра Димки, опасливо поглядывая на охранника.

Софья покачала головой, решив, что пока не стоит обнародовать информацию о том, что стрелявший, которого запомнил Дмитрий Андреевич, был явно замаскирован под бывшую невесту молодого человека, обладающую достаточно яркой внешностью. И если бы Софья не оказалась рядом с девушкой в момент выстрела, то у той не было бы ни единого шанса доказать свою невиновность.

- Помнит лишь обрывки, - Софья осторожно ввела в курс дела девушек и опять опасливо посмотрела на Димкину невесту, вновь зарыдавшую от её слов.

- Каталея, тебе обязательно нужно отдохнуть, - сказала Софья, осторожно положив руку на её плечо. – Только домой, в резиденцию губернатора пока нельзя, там происходят какие-то непонятные вещи…

- Я заберу её на время к себе, - твердо заявила Татьяна. – Сейчас Васятка сменит меня у Димкиной палаты, и мы с ней поедем к нам домой.

- Не оставляй её одну, - посоветовала Софья. – Плетутся какие-то злобные заговоры, похоже, девчонку хотят использовать в тёмную.

Татьяна понимающе кивнула и благодарно посмотрела на девушку.

- Ты сама будь осторожней! – предупредила её подруга Лидии.

Софья мысленно согласилась с Татьяной и, пообещав той оставаться всегда на связи, побрела к выходу из больницы.

Пройдя через коридор и начав спускаться по лестнице, девушка услышала мужские голоса, один из которых показался ей подозрительно знакомым. Она узнала в нем «тявкающего» собеседника во вчерашнем сговоре против её персоны.

С трудом сохраняя самообладание, Софья перегнулась через перила, пытаясь разглядеть говорящих мужчин, и застыла в полном недоумении. Один из них, человек примечательной наружности, невероятно толстый и плешивый, был ей знаком.

Именно он обладал манерой говорить «тявкающим» образом, пуская при этом слюну и причмокивая губами. Но самым невероятным было то, что встречались они в доме Павловских. И был это никто иной, как помощник поверенного её отца, Савелий Игнатьевич, собственной персоной!

Глава 39

Когда Савелий Игнатьевич, закончив разговор, поспешил к выходу из здания больницы, Софья, повинуясь внезапному порыву, последовала за ним.

Несмотря на свои весомые габариты, помощник поверенного двигался на удивление легко, быстро, целенаправленно, не оглядываясь по сторонам. Это было на руку девушке, которая успевала идти за ним, не боясь быть обнаруженной.

Вскоре он свернул в городской парк. Софья кралась за мужчиной, растворяясь в вечернем сумраке раскидистых крон деревьев. Казалось, что Савелий Игнатьевич нарочно выбирал самые темные и извилистые тропинки.

Девушка чувствовала, как холодеет нос и немеют пальцы, но не обращала на это внимания. Она уже несколько раз чуть не потеряла мужчину из виду, когда тот внезапно сворачивал на другую тропинку или скрывался за густыми кустами. Приходилось бежать, срезать путь по газонам и перепрыгивать через поваленные ветки.

Боясь отстать от Савелия Игнатьевича, девушка, притупив бдительность, не заметила, как и за ней следовала темная тень.

Наконец мужчина свернул на улицу, ведущую к Сенаторскому особняку. Софья замерла, наблюдая, как он уверенно направляется к Дому сенатора. Значит, она не ошиблась, это место действительно являлось порталом между мирами, и помощник поверенного, путешествующий между реальностями «сюда» и обратно, - прямое тому доказательство. Только вот где вход в этот портал?

Зайдя с тыльной стороны особняка, мужчина прошел во двор через покосившиеся ворота, до которых, видимо, пока не дошли руки реставраторов.

Софья, затаив дыхание, пробралась ближе, прячась в тени деревьев.

Она хотела рассмотреть, в какую часть здания Савелий Игнатьевич направится дальше, но вдруг почувствовала резкий удар по голове. Свет померк, и она рухнула на холодную землю, увязнув в листве. Последнее, что увидела девушка, прежде чем потерять сознание, – это искаженное от злобы лицо неизвестного мужчины, склонившегося над ней…

***

К концу дня Нэнси чувствовала невероятную усталость. Девушку чрезвычайно утомили все эти визиты вежливости, навязанные ей помимо собственной воли. Она и не предполагала, что у Софьи столько знакомых.

Кроме доктора, Кэтти и Реймана, за день в доме Павловских побывало как минимум еще десять человек. Но самое невероятное было то, что память предшественниц этого тела никаких подсказок девушке не давала. Кто были все эти люди, и кем они приходились Софье?

Нэнси буквально раздражал каждый визитёр, с участливым взглядом проявлявший беспокойство за её здоровье и при этом увлеченно уплетающий расстегаи Серафимы Петровны.

Девушка наказала своим домочадцам, что завтра следует объявить День Закрытых Дверей и всех посылать подальше от дома Павловских, аргументируя тем, что Софья выехала в загородную усадьбу подышать свежим воздухом.

Прислуга с довольным видом согласилась с хозяйкой: Лизавете сегодня пришлось перемыть несметное количество тарелок, Серафима Петровна бегала от печи, где всё время пеклись новые партии её знаменитых расстегаев, до гостиной, чтобы накрывать все новые и новые столы, а Петруша, как заведенный, колол и носил дрова, чистил дорожки, встречал и провожал пролетки с визитёрами.

Когда Нэнси поднялась в комнату Софьи, ей хотелось только спать.

Но стоило девушке увидеть платяной шкаф, она, следуя какой-то внутренней интуиции, решительно подошла к его дверцам и, использовав память своих предшественниц, легко открыла потайную комнатку с её волшебным содержанием.

Невероятно, но девушка сразу же разобралась, что здесь к чему. Наверняка память Софьи тому посодействовала.

Внимательно оглядев каморку, взгляд её остановился на старинной тетрадке, лежащей на алтаре. Бегло пролистав содержимое записей, она почувствовала, что этот дневник хранит какую-то очень ценную информацию, особенно важную для Софьи.

Прихватив с собой «рукопись», Нэнси вернулась в спальню, решив внимательно изучить этот старинный документ, заинтересовавший её по какой-то необъяснимой причине.

В комнате царил полумрак, разгоняемый лишь мерцанием свечи, когда девушка сгорбилась над старым потрепанным дневником некой Габриэллы Монарди. Что-то показалось знакомым в её имени, и Нэнси вспомнила, что её любимая Лаура тоже была из рода Монарди…

Значит, этот дневник принадлежал женщине из древнего магического рода, и, возможно, это была родная бабка Софьи Павловской…

Изначально записи представляли собой сумбурный набор заклинаний, рецептов зелий и личных переживаний. Но по мере того, как Нэнси углублялась в чтение, она начинала понимать, что за этими странными символами и алхимическими формулами скрывается нечто большее.

Особенно её заинтересовала тринадцатая страница дневника. Она была исписана мелким, почти неразборчивым почерком, полным странных знаков и символов, не похожих ни на один известный ей язык. Судя по всему, это был шифр, и Анна решила, во что бы то ни стало, его разгадать…

***

Как только моя голова коснулась подушки, я сразу же провалилась в глубокий сон, не замечая запаха сырости, стоявшего в промозглой комнатёнке.

Удивительно, но после утомительного дня езды по разбитой дороге в почтовой карете мне снился прекрасный сон, где меня переполняло стойкое ощущение счастья.

Мир вокруг растворился, уступив место картинке, сотканной из моих самых откровенных желаний и фантазий. Я стояла в цветущем саду, где воздух звенел от пения невидимых птиц, а ароматы роз и жасмина пленяли и завораживали.

В центре сада, под сенью огромного, древнего дуба, стоял он. Мужчина, сотканный из теней и света, воплощение загадки и силы. Его лицо было скрыто полумраком, но я чувствовала его взгляд – глубокий, пронзительный, проникающий в самую душу.

Он не произнес ни одной фразы, но я понимала его без слов. Он манил меня к себе, обещая защиту, любовь и ответы на все мои вопросы. Я не могла сопротивляться этому притяжению, ноги сами понесли меня вперед, сквозь заросли благоухающих цветов.

Когда я подошла к нему, он протянул руку, и мои пальцы коснулись его прохладной кожи. От этого прикосновения по телу пробежала волна приятной дрожи, заставляя сердце бешено колотиться.

Он притянул меня к себе, и я почувствовала силу его объятий – надежную, как скала, и нежную, как лепесток розы.

«Кто ты, таинственный незнакомец?» - собралась я задать ему прямой вопрос.

Но тут сон начал рассеиваться. Фигуры стали расплываться, звуки стихать, цветы блекнуть.

Я почувствовала, что ускользаю из этого волшебного мира, возвращаясь в суровую реальность.

Открыв глаза, поняла, что еще глубокая ночь. Можно было спать да спать, но что-то меня насторожило. Я осторожно огляделась. Яркая луна привычного для меня желтого цвета хорошо освещала все помещение и постоялый двор, куда выходили мои окна.

Тишина вокруг была звенящей, почти неестественной для такого места. Но вдруг я услышала приглушенный звук, доносившийся из-за стены комнаты Уильяма.

Звук был похож на шарканье, как будто кто-то медленно ходил по полу босиком. Но потом прибавилось что-то ещё – глухое, низкое рычание, больше похожее на стон.

«Неужели сыщик притащил в спальню собаку? - пронеслось у меня в голове. – Не замечала, чтобы он был любителем четвероногих».

Я затаила дыхание и прислушалась. Рычание повторилось, на этот раз громче и отчетливее. Теперь я была уверена: в комнате Уильяма кто-то есть, и этот кто-то - не человек.

Страх парализовал меня, я не понимала, что происходит, но интуиция подсказывала, что за стеной у детектива может случиться что-то ужасное.

Луна светила всё ярче, заливая спальню мистическим светом, тени на стенах начали танцевать какой-то безумный танец. Но откуда здесь тени, если во дворе никого нет? Я бросилась к окну и заметила мрачную фигуру, закутанную в темный плащ.

- Салеван? – громко закричала я, быстро побежала к выходу, чтобы встретиться с Темным лордом и спросить его совета, как быть с Уильямом Греем.

В ту же минуту получила сокрушительный удар по лбу от резко распахнувшейся створки двери и потеряла сознание.

Глава 40

Сознание к Софье возвращалось медленно и мучительно. Сначала она почувствовала тупую, пульсирующую боль в затылке. Потом – обрывки звуков, приглушенные и неразборчивые. Девушка застонала, пытаясь пошевелиться, но запястья обожгло тугой веревкой.

Глаза медленно открылись, с трудом фокусируясь в полумраке. Вокруг было темно и незнакомо. Смутные очертания мебели, пыльные занавески, закрывающие окно, и затхлый запах сырости давили на неё, вызывая приступ паники. Голова гудела, как растревоженный улей, а в памяти всплывали лишь отдельные, разрозненные фрагменты: вот она крадётся за Савелием Игнатьевичем, тёмный парк, резкий удар… и всё.

Софья лежала на продавленном скрипучем диване, обитом выцветшей и облезлой тканью. Попыталась приподняться, но тело словно налилось свинцом. Связанные руки и ноги не давали никакой свободы. В горле пересохло, и каждый вдох отдавался неприятной сухостью.

За дверью девушка отчетливо различала мужские голоса. Это были те самые участники диалога, что и в губернаторской резиденции, когда она стала неожиданным свидетелем их сговора относительно её персоны…

- Как можно быть таким дураком? – негодовал первый, грозный голос. – Не заметить слежки какой-то девчонки?!

- Ну, в конце концов, я доставил её к тебе, - хмыкнув, «протявкал» второй, принадлежащий помощнику поверенного.

- И зачем ей вдруг понадобилось идти за тобой? – задал логичный вопрос грозный собеседник Савелия Игнатьевича. – Разве вы с ней знакомы?

- Я первый раз её вижу живьем! – запротестовал тот от такого предположения.

- Что нам с ней теперь прикажешь делать?

- Ты же сам требовал доставить её для встречи с Маркизой!

- Маркиза не появлялась со вчерашнего дня, - задумался первый. – Может, для неё встреча с этой девчонкой больше не актуальна.

- Да ладно тебе, придёт ещё, - попытался подбодрить сотоварища Савелий Игнатьевич – Сам же говорил, что она себе на уме! Видно, случилось что-то личное…

- Личное – не личное, а мы тут как дураки сидим, караулим! – гудел от негодования первый. – А если кто нагрянет? Объясняться потом?

- Да кому мы нужны в этой дыре? Успокойся. Просто подождем ещё немного.

- Нет, опасно! Ты давай пока дуй к себе, там как раз пришло время твоего старика «подлечить», а то он без нужных инъекций в раз может на ноги встать, а я до утра девчонку покараулю, а там посмотрим, может, и Маркиза объявится.

В голосах собеседников слышалось раздражение и какая-то усталая обреченность.

Софья задумалась: кто такая эта Маркиза? Зачем девушка вдруг понадобилась ей? И не эту ли персону Софья «заперла» в магическом артефакте рода Монарди?

Но больше всего девушку заинтересовал старичок, которого пришла пора «подлечить», по всей видимости, уколами, чтобы не встал на ноги. Что-то подсказывало ей, что речь сейчас шла о Федоре Степановиче, поверенном барона Павловского, который лежит в беспамятстве в её измерении, и куда, судя по всему, должен отправиться Савелий Игнатьевич. И если Софье удастся проследить за его действиями, то она как раз выйдет на искомый портал, соединяющий их миры и реальности.

Осталось только придумать, как это осуществить технически …

***

Нэнси не заметила, как задремала над старинным дневником Габриэллы Монарди. Усталость, накопленная за день от многочисленных визитёров, дала о себе знать, глаза стали слипаться, а голова медленно опустилась на раскрытую тетрадь.

Ей снились яркие сновидения: она - маленькая девочка, хрупкая и любознательная, стоящая в огромном зале старинного замка. Сверкающие люстры заливали помещение золотистым светом, отражаясь в отполированном паркете. Вокруг – оживленная толпа знатных гостей в пышных старинных нарядах. Музыка, смех, шуршание юбок – всё сливается в единый пьянящий гул.

Охваченная детским любопытством, Нэнси отделилась от толпы и, крадучись, пробралась в королевские покои. Огромный шкаф, украшенный резными узорами, манил её своим величием. Она несмело приоткрыла дверцу и заглянула внутрь. Там царил полумрак, а воздух был пропитан ароматом лаванды и старинных тканей. Здесь были развешаны наряды самой королевы, что гостила сегодня в их прекрасном замке.

Но не успела девчушка всё внимательно рассмотреть, как в коридоре послышались голоса, и кто-то явно дернул ручку двери. Чтобы не быть пойманной за разглядыванием королевских платьев, Нэнси забралась в шкаф, затаившись между пышными юбками.

Она ничего не видела, только чувствовала запах старого дерева и аромат духов. Но вскоре тишину разорвал приглушённый шёпот.

- Ты готов, мой дорогой? – прозвучал женский голос, мягкий и завораживающий, словно пение сирены.

- К чему? – ответил мужской, раскатистый, с лёгкой хрипотцой.

- К вечной жизни! К бессмертию! Я открою тебе секрет, который веками хранила моя семья. Секрет, который позволит нам править этим миром вечно!

Нэнси замерла, затаив дыхание. Она не понимала, о чем идет речь, но чувствовала, что стала невольным свидетелем чего-то очень важного и очень опасного.

- Что… что я должен сделать? – спросил мужчина, в его голосе звучали искушение и страх.

- Просто согласись. Прими мой дар. Стань таким же, как я. Бессмертным.

И вновь повисла тишина, словно затаившаяся перед бурей. Нэнси чувствовала, как сердце бешено колотится в груди. Ей захотелось выскочить из шкафа и бежать из этой комнаты, но она замерла, боясь пошевелиться, и продолжала внимательно слушать...

- Я согласен, - наконец прозвучал мужской голос, в котором уже не было и тени сомнения.

После этих слов в комнате будто вспыхнул невидимый огонь. Нэнси почувствовала, как воздух вокруг неё загустел, наполнившись странной энергией. Запах лаванды сменился резким металлическим ароматом, от которого запершило в горле.

Девочка не видела, что происходит, но ощущала кожей, как меняется атмосфера, заполнявшая пространство внутри помещения. Шёпот прекратился, и наступила зловещая тишина, прерываемая лишь её собственным участившимся дыханием. Ей казалось, что прошла целая вечность, прежде чем она осмелилась пошевелиться.

Осторожно, стараясь не издавать ни звука, девочка приоткрыла дверцу шкафа. Свет, пробивающийся сквозь щель, ослепил её. Когда зрение немного пришло в норму, она увидела в центре комнаты высокую стройную женщину в белом платье. Её лицо было бледным и прекрасным, а глаза горели нечеловеческим огнём.

Рядом с ней стоял мужчина, которого она, казалось, раньше видела, но сейчас не узнала. Его лицо было искажено гримасой боли и страха, но в глазах уже читалось странное неестественное спокойствие. Вокруг них клубился легкий дым, словно испарения от невидимого кипящего котла.

Неожиданно женщина обернулась в сторону шкафа, и её взгляд, пронзительный и ледяной, встретился с глазами Нэнси.

В тот же миг девочку охватил ужас, парализовавший тело. Она хотела закричать, но не смогла издать ни звука. Незнакомка медленно и неумолимо приближалась к ней. Её движения были неспешными и грациозными, как у хищной кошки.

Нэнси забилась в угол, словно загнанный зверек, готовый к неминуемой гибели. Женщина протянула к ней руку, её пальцы были длинными и тонкими, словно когти.

Внезапно всё вокруг закружилось, и девушка почувствовала, как её тянет куда-то вверх. Комната начала расплываться, звуки стихли, и она очнулась в спальне Софьи рядом с дневником её бабки.

На улице уже светало, а на странице, где остановился её взгляд, отчетливо выделялось одно слово: «Бессмертие»…

***

Когда голоса её «тюремщиков» стихли, Софья поняла, что медлить никак нельзя. Возможно, именно сейчас Савелий Игнатьевич направляется к заветному порталу между их реальностями, поэтому надо торопиться, чтобы разгадать секреты Сенаторского особняка.

Проще всего было справиться с веревками, она с детских лет знала фокус, как изменять материю по своей воле. Ментальным усилием, словно нитями, девушка расплела грубые волокна веревок, освобождая запястья и лодыжки.

Ощутив свободу, Софья тихо поднялась и направилась к двери. С замком возиться не пришлось, достаточно было только приложить ладонь, как послышался заветный щелчок открываемой створки.

Двигаясь, как тень, девушка проскользнула в следующее темное помещение. Она слышала приглушенные голоса, доносящиеся из дальней комнаты, что была в самом конце коридора.

Приблизившись, Софья увидела слабое мерцание, исходящее из-за приоткрытой двери. Приглядевшись, она заметила, как два силуэта прощаются у странного, пульсирующего энергией проёма. Портал! Сердце Софьи забилось быстрее. Она пыталась запомнить каждую деталь: расположение комнат, мебели, узор на ковре – всё могло пригодиться.

Савелий Игнатьевич, одетый в темный плащ, шагнул в портал, исчезая в вихре света и искр. Второй мужчина, ударивший девушку по голове, был в современных одеждах и стоял, глядя вслед уходящему.

- Не беспокойся, - сказал он в пустоту, - я останусь здесь. Присмотрю за делами.

Софья вжалась в стену, чтобы стать менее заметной, на тот случай, если он решит вернуться в комнату, где девушку держали связанной. Но тут произошло неожиданное. Оставшийся накинул плащ и скрылся в портале через две минуты, как туда провалился помощник поверенного.

Как только он исчез из поля зрения, дверь, словно от сквозняка резко захлопнулась. Софья кинулась к порталу и смогла даже отворить вход, но за открывшейся створкой взгляд её уперся в глухую кирпичную кладку…

Глава 41

Я остро чувствовала пульсирующую боль в области лба. Медленно открыв глаза, осмотрелась вокруг и поняла, что лежу на кровати всё в той же комнате на постоялом дворе, где мы с Уильямом остановились накануне.

Память постепенно возвращалась, и мне удалось вспомнить, как я получила злополучный удар дверью, от которого потеряла сознание.

И сразу же возник ряд вопросов: кто так резко открыл дверь? Как я оказалась на кровати? Что с детективом? Где лорд Салеван, к которому я торопилась выбежать во двор?

Я решила приподняться, но резкий приступ боли заставил меня снова откинуться на подушки. Слабое утреннее солнце пыталось пробиться через плотные облака, но у него это плохо получалось. Глаза постепенно старались привыкнуть к полумраку, царившему в помещении…

Неожиданно в комнату быстрой уверенной походкой вошёл Уильям Грей и положил мне на лоб небольшое полотенце, смоченное холодной водой.

- Объясните, Анна, куда вы так торопились среди ночи, что наскочили на дверь?

Сыщик, как всегда, выглядел так, словно сошёл с картинки: бодр, свеж и безупречно одет. Он присел на стул рядом с кроватью, и в его глазах читалось лёгкое беспокойство, которое он старался скрыть за привычной учтивой улыбкой.

С трудом сглотнув, ощущая странную сухость во рту, я задала ему свой злободневный вопрос:

- Уильям, что… произошло?

- Вас ударило дверью, - спокойно пояснил он. – Вы потеряли сознание, и я перенёс вас на кровать.

- Ночью я слышала… что в вашей комнате… кто-то рычал… Кто там был?

Детектив слегка наклонил голову и посмотрел на меня с участливым видом.

- Рычал? – удивлённо переспросил он, а потом задумчиво добавил: - А я слышал, что в вашей комнате кто-то кричал, поэтому ринулся к вам и, как видите, ненароком зашиб дверью.

- Нет, я точно слышала! – не сдавалась я. – Что-то очень злое и грозное…

Детектив вздохнул и взял мою руку в свою.

- Анна, сегодня ночью Голубая Звезда уступила место Мистической Луне. Когда это светило на небе, людям могут мерещиться всякие вещи. Тени сгущаются, воображение разыгрывается. Наверняка вам просто приснился кошмар.

Я припомнила свой сон этой ночью, на кошмар он совсем не походил, а скорее наоборот. А вот тени…

Я вспомнила, что в свете Луны увидела мужскую фигуру в темном плаще, одиноко стоящую посреди двора под окном моей комнаты…

- А лорд Салеван Грин? Он что, мне тоже привиделся? – растерянно проговорила я, испытывая чувство глубокого разочарования.

- Лорда Салевана Грина среди постояльцев нет и быть не могло. Титулованные особы в таких местах не останавливаются…

Уильям смотрел на меня с таким невинным видом, с такой искренней заботой, что сомневаться в его словах было почти невозможно. Может, он действительно прав, и это всего лишь игра воображения, вызванная Мистической Луной. Но всё же я для себя решила повнимательней присмотреться к детективу.

- Нам скоро предстоит выезжать, - напомнил сыщик, - Как вы себя сейчас чувствуете?

Несмотря на слабость и тупую боль, я попыталась сесть. Окинула ещё раз взглядом комнату: скромная обстановка, простая мебель, тусклый свет, проникающий через окно, и на потёртом деревянном полу странные отметины, которых ночью точно не было.

Внимательно присмотревшись, я отчётливо разглядела следы когтей, словно там прошёлся какой-то мощный таинственный зверь. Детектив проследил за моим взглядом и, конечно же, понял, что я заметила глубокие царапины на старом паркете. Решив, что время разборок пока не наступило, я благоразумно промолчала.

- Буду готова через пятнадцать минут, - стараясь говорить уверенно, я тщательно избегала смотреть сыщику в глаза. Пусть думает, что я безоговорочно поверила ему. Надо выиграть время и разобраться в происходящем.

- Хорошо, я буду ждать вас внизу, - вежливо откланялся Уильям Грей.

***

Софья без сил опустилась на пол, обхватив колени руками и спрятав лицо. Слёзы текли по щекам. Она задыхалась от обиды и беспомощности. Мир, который на миг осветился надеждой, снова погрузился в серую безысходную тьму…

У неё, как обычно, ничего не получилось. Ей явно не хватало Лидиного спокойствия, рассудительности и выдержки. Девушка вдруг ясно осознала, что скучает по своей «невольной» подруге. Софье так был необходим сейчас её мудрый совет.

«Вся сила в знаниях!» - вспомнила она высказывание Лидии и, размазав по щекам непрошенные слёзы, решила сосредоточиться на деталях произошедшего на её глазах перехода двух человек через искомый портал.

Первое и самое важное: данный портал действительно существует и находится в Доме сенатора. Также он является рабочим «инструментом», и им достаточно активно пользуются определённые люди (не один человек, что тоже важно), которые имеют доступ к секретной информации.

Второе, вполне логично, что он не просто замаскирован, но и заблокирован для посторонних. Поэтому, сколько бы Софья сейчас ни ощупывала кирпичную кладку, выискивая хоть малейшую щель, хоть намёк на то, что здесь минуту назад что-то было, - ничего, кроме бездушного кирпича, она не увидела.

Девушка потёрла виски, пытаясь удержать в памяти последовательность увиденного перемещения: вот она, крадучись пробирается по тёмному коридору и видит, что дальняя комната освещена таинственным светом, пробивающимся через приоткрытую дверь. Два мужских силуэта на фоне необычного свечения. Один шагнул в портал, мерцание не потухло, затем прошёл второй, захлопнулась дверь, появилась кирпичная кладка…

Значит, дело в двери! Именно она «захлопывает» портал и блокирует вход. Софья начала внимательно осматривать дверь, но ничего примечательного на первый взгляд не увидела.

Вдруг на другом конце коридора послышались шаги, кто-то достаточно уверенно шёл по направлению к девушке.

Она замерла в нервном напряжении, но вдруг услышала знакомый голос:

- Новосёл! Хватит играть в прятки! Давай выходи! Сколько можно тебя искать?

- Арик, - тихо позвала его Софья, - Как ты меня нашёл?

- Долгая история, - неопределённо махнул паренёк. – И что, скажи на милость, ты здесь делаешь? Ищешь свой портал?

- Я его уже нашла, - печально вздохнула девушка и махнула рукой на дверь. – Только он заблокирован.

Арик нервно покосился в ту сторону, куда указывала Софья, затем подошёл к двери, отворил её и, наткнувшись на кирпичную кладку, раздражённо буркнул:

- Понимаешь, Новосёл, такое бывает. Вспомни, сколько в этом здании ведомств разных заседало. Вероятно, кто-то из них и решил замуровать эти двери, чтобы отделить себе помещение побольше…

- Нет, я всё сама видела! – возразила девушка.

- И что ты видела? – иронично заметил он.

Софья медлила с ответом, с трудом подбирая слова, словно боясь, что Арик ей не поверит.

Не успела девушка ничего объяснить, как дверь резко распахнулась, и из проёма, как ошпаренный, выскочил мужчина, что провалился туда вслед за Савелием Игнатьевичем. Он с каким-то отчаянным криком промчался мимо Софьи и Арика, словно их здесь не было, и, дико вращая глазами, побежал к выходу из этой части Сенаторского особняка.

- Что это с ним? – только и успел пробормотать молодой человек.

Девушка торопилась задержать дверь, но та успела захлопнуться прямо у неё перед носом. Открыв проём, она вновь лицезрела кирпичную кладку в целости и сохранности.

- Ну, теперь-то ты мне веришь? – спросила Софья, обалдевшего от увиденного соседа.

- Но как такое возможно? – оторопело воскликнул Арик.

- Вот это нам и предстоит выяснить.

Уже занималось утро. На горизонте показались первые лучи восходящего солнца. Пришла пора покинуть этот мрачный дом, куда скоро прибудут работники, чтобы продолжить свои трудовые будни.

Арик, не говоря ни слова, взял Софью за руку и вывел из Дома сенатора, чтобы отвезти к себе, чтобы девушка могла отдохнуть после бессонной ночи…

Глава 42

Карета хорошенько встряхнула меня на очередном ухабе, заставив от неожиданности вцепиться в подлокотник. Запах кожи и пыли витал в тесном пространстве, смешиваясь с остатками аромата утреннего кофе.

Завтрак в таверне оставил после себя горьковатое послевкусие не только на языке, но и в душе. Недосказанность повисла между нами с детективом, как тяжёлый занавес, и я решила сделать первый шаг навстречу для восстановления наших добрых дружеских отношений.

- Уильям Грей, вы, как человек образованный и сведущий во многих вопросах, - начала я, стараясь придать голосу непринуждённость, которая мало соответствовала моему внутреннему напряжению, - можете поделиться со мной информацией, что вам известно о таких существах, как Ломеры?

Для меня это был действительно актуальный животрепещущий вопрос. Мне очень хотелось узнать о Салеване Грине как можно больше, и я добавила:

- Почему в последнем издании энциклопедии «Великие сущности измерений» написано, что этих людей больше нет?

Уильям откинулся на спинку сиденья, скрестив руки на груди. В полумраке кареты его лицо казалось непроницаемым. Он выдержал долгую паузу, словно взвешивая каждое слово.

- Ломеры – это был очень гордый и независимый народ, - наконец выдал свой вердикт детектив. – Раса, обладающая «необычными» талантами.

- Почему был? Какими талантами? И почему лорд утверждает, что он не человек? – засыпала я сыщика целым «ворохом» своих вопросов.

- О-хо-хо! – смеясь, взмолился Грей, и я с облегчением узнала в нём прежнего Уильяма. – Давайте начнём всё по порядку…

Тщательно подбирая выражения с нарочитой осторожностью, детектив приступил к пояснениям:

- Почему не человек? Потому что сверхчеловек! Нельзя сказать, что они ранее были диковинкой в нашем мире, и, если бы не их гордость, могли бы существовать и сейчас, оставаясь в тени, не афишируя свои дарования.

- В тени? Почему?

- Потому что наш мир не слишком дружелюбен к тому, чего не понимает, - ответил Уильям, его голос стал более серьёзным. – Вспомните «Охоту на ведьм». Боятся огня – и пытаются его потушить! А иногда и сжечь вместе с носителем.

Я задумалась. Салеван тоже упоминал об «Охоте на ведьм» и говорил, что теперь он единственный, кто выжил в том огне.

- Расскажите, Уильям, что вам известно о «талантах» этой расы? – умоляюще попросила я детектива.

- То, что я знаю, лишь отрывочные сведения, Анна, - сыщик вздохнул. – Слухи, легенды, рассказы очевидцев. Говорят, что они черпали силы из самой природы, могли видеть сквозь расстояния, считывать голоса и мысли, управлять стихиями – ветром вызывать бури, в море поднимать волны, даровать народам тепло огня и уберегать от разящего пламени. Это была раса Малых Богов, которую жестоко уничтожили, потому что остервенело боялись.

- Но как их могли уничтожить, если они такие могущественные?

- Гордость – их уязвимое место! Они никогда не таились.

Я вспомнила Темного лорда, и мне пришлось признать, что он никогда не скрывал, что Ломер.

- Огонь! – продолжал детектив. – Тот магический огонь, который они порождали, способен погубить их самих. Эти сущности могут погибнуть, только сгорая в языках пламени…

Карету снова сильно тряхнуло, прервав наш разговор и сыщик, взглянув в окно на проплывающие угрюмые пейзажи, вдруг озадаченно заметил:

- Кажется, наш кучер решил отклониться от маршрута…

Он постучал тростью в перегородку, отделяющую нас от извозчика.

- Эй, там! Что происходит? Почему мы свернули с дороги?

Голос кучера, прозвучавший приглушенно, не отличался дружелюбием:

- Здесь ближе! Короче путь!

- Ближе куда? – возразил Уильям, его голос стал жестче. – У нас была договоренность ехать вдоль реки, по большой дороге. Эта тропа ведет в земли вагатов! Вы знаете, что это значит?

Кучер промолчал, но карета продолжала упорно двигаться вглубь лесистой местности. Деревья становились всё гуще, закрывая небо, и вокруг становилось заметно темнее.

Приказав вознице остановиться, детектив раздраженно вздохнул и открыл дверцу кареты

- Я должен поговорить с ним, - кивнул он, чтобы я оставалась на месте.

Выбравшись наружу, он подошёл к козлам и заговорил с кучером на повышенных тонах. Выглянув из окна, я увидела, как Уильям активно жестикулирует, указывая в направлении реки. Кучер, в свою очередь, что-то бурчит в ответ, почесывая затылок и нехотя поддерживая вожжи.

Наконец сыщик вернулся в карету, его лицо выражало крайнюю степень недовольства.

- Упертый осел, - проворчал он, захлопывая дверцу. – Говорит, что большая дорога размыта после недавних дождей, а этот путь короче и безопаснее. Полнейшая чушь! Все знают, что вагаты – те ещё вредители. И уж точно, что дорога вдоль реки размыта быть не могла, я вчера специально поинтересовался её состоянием у хозяина таверны, с которым ведут разговоры многие путешественники.

- Чем нам это грозит? – обеспокоенно нахмурилась я.

- Вагаты – неприятные создания, - поведал мне детектив. – Скупые, жадные и недоверчивые, особенно к чужакам. А сейчас приближается их праздник – «Ночь Длинной Тени». Здесь это главное торжество. В такие дни лучше держаться от вагатов подальше. В это время практикуются сложные обрядовые игрища, в том числе и жертвоприношения…

Я похолодела. Неужели это взаправду происходит со мной?

Вот что, Лидия Новосёлова, как вернёшься домой, срочно избавься от всех подписок на каналы с мистикой, фантастикой, ужастиками и детективами! Ты сама притягиваешь эту нелепицу в свою жизнь!

- Ну, не будем нагнетать, - видя мое безумное лицо, пытался морально поддержать меня сыщик. – Пока что мы просто едем по их землям. Но если кучер не повернет обратно, у нас могут быть проблемы.

Он снова постучал в перегородку:

- Эй, кучер, слышите меня? Немедленно поворачивайте обратно на большую дорогу! Мы не собираемся рисковать своей жизнью ради вашего «короткого пути»!

Ответа не последовало. Карета продолжала упрямо углубляться в лес. За окном становилось всё темнее и мрачнее, а тишину нарушал лишь скрип колес да карканье ворона, пролетевшего над головой. Я чувствовала себя очень неуютно. Если нам с Уильямом ничего не удастся придумать и предпринять в этой ситуации, то «Ночь Длинной Тени» может стать для нас последней.

***

Сидя за массивным письменным столом, заваленным бумагами, Рейман был занят изучением нюансов дела графини Скорр. Он решил с головой погрузиться в работу, чтобы попытаться забыть зеленые глаза Софьи Павловской, которые никак не давали ему покоя.

Резкий стук в дверь заставил его вздрогнуть.

- Войдите! - недовольно рявкнул виконт, не отрывая взгляда от очередного документа.

В кабинет вошел его адъютант, держа в руках запечатанный конверт.

- Ваша Светлость, срочное донесение! Только что прибыл курьер из поместья графини Скорр!

Рейман нахмурился:

- Что случилось?

Служивый помедлил.

- Говорят, пропала дочка графини, Нэнси Скорр…

Такого поворота событий виконт де Бар никак не ожидал. Выходит, они рано успокоились, думая, что поймали злоумышленника, который покушался на жизнь девушки? Эх, надо было оставить охрану в доме графини для безопасности домочадцев!

Сгорая от нетерпения, он выхватил послание из рук адъютанта и вскрыл конверт. Бегло прочитав сообщение, его лицо потемнело от гнева.

- Черт возьми, - прорычал он, бросив письмо на стол. – Целые сутки! Целые сутки девчонки нет дома, а эта свора безмозглых дармоедов только сейчас решила начать беспокоиться! Я немедленно выезжаю в поместье Розалинды Скорр! Отправьте следом сыскной отдел и охрану!

Графский особняк встретил виконта встревоженной тишиной. Во дворе толпились слуги, нервно перешептываясь и бросая на Реймана испуганные взгляды. Виконт, не обращая на них внимания, стремительно вошел в дом.

- Где дворецкий? – прорычал он, обращаясь к ближайшей горничной.

- Он… он ждет вас в малой гостиной, Ваша Светлость, - пролепетала девушка, испуганно отступая назад.

Дворецкий графского особняка, всегда такой важный и чинный, сейчас имел вид побитой собаки, а в его глазах плескалась неподдельная тревога.

- Ваша Светлость, - поклонился он Рейману. – Я так рад, что вы к нам приехали. Мы все ужасно беспокоимся о нашей молодой хозяйке, а учитывая последние события тем более…

- Рассказывайте всё, - приказал виконт, садясь в кресло. – Ничего не утаивайте! Когда её видели в последний раз?

- Вчера утром, Ваша Светлость, леди Нэнси сказала, что собирается проводить свою подругу, которая приболела после бала, и они отправились с ней вместе в наёмном экипаже, даже не успев позавтракать.

Виконт нахмурился. Речь, скорее всего, шла о Софье Павловской, которой вчера Рейман нанёс визит вежливости, и Нэнси Скорр в её доме не было.

Он встал и подошёл к окну.

- Почему вы сразу не сообщили об этом? – спросил Рейман слугу – Почему ждали целые сутки?

Дворецкий виновато опустил глаза.

- Мы надеялись, что хозяйка вернётся. Сначала подумали, что они просто заговорились друг с другом, а когда леди Нэнси не вернулась к ночи, то решили, что она осталась ночевать в доме подруги, как не раз бывало ранее.

- Сейчас приедет сыскной отдел, предупредите всех слуг, чтобы были готовы дать показания, пусть вспомнят каждую деталь, любую незначительную, на первый взгляд, мелочь, - распорядился Рейман.

- Да, Ваша Светлость! – ответил дворецкий, поспешно выходя из комнаты.

Итак, Софья Павловская является последней, кто виделся с Нэнси Скорр. Значит, придется вновь нанести визит в дом Павловских.

От этой мысли сердце Реймана де Бара забилось быстрее, предвкушая встречу с девушкой, занимавшей все его думы…

Глава 43

После тревожной бессонной ночи Софья постепенно приходила в себя. Ей удалось задремать в квартире Арика, куда сосед насильно привёл девушку из Сенаторского особняка, дав понять, что успокоится только тогда, когда она проспит на его глазах как минимум пять часов.

Комната была залита мягким рассеянным светом, из чего Софья сделала вывод, что уже подошло время обеда.

Медленно приподнявшись на кровати, она села и огляделась. На рабочем столе Арика привычно мерцал ноутбук, но самого хозяина квартиры не было.

Девушка неуверенно встала и подошла к работающему компьютеру, посмотреть, над чем сейчас трудится её сосед, и в изумлении застыла на месте. На экране, в сложном графическом редакторе, красовался её портрет. Не сегодняшняя внешность Лидии Новосёловой, а истинный портрет Софьи Павловской, какой она привыкла видеть себя в зеркале в своём измерении.

Девушка не могла отвести взгляд от монитора. Как он узнал? Как смог увидеть то, что в этом мире невидимо?

Тишину разорвал щелчок ключа в замке. В комнату вошёл Арик. Он выглядел слегка взволнованным, но в глазах мелькнул интерес, когда увидел Софью у ноутбука.

- Прости, Новосёл, что не разбудил! Ты честно проспала шесть часов. У меня тут новая работа подоспела, - кивнул сосед в сторону работающего ноута.

- Не волнуйся, я скоро уйду, - пролепетала девушка, пытаясь собраться с мыслями.

Арик сделал глубокий вдох и подошёл ближе.

- На самом деле, я хотел поговорить с тобой об этом. У меня новое задание, очень сложное. Нужно создать целую виртуальную вселенную для одной игры. И… я в тупике. Не могу найти вдохновения.

- И чем я смогу тебе помочь? – неуверенно спросила девушка.

- Расскажи, что ты видела, когда была в коме. Какие вселенные, какие реальности…

- Ну, там не было ничего сказочного. Чуть коварства, чуть магии, все человеческие слабости, что встречаются и здесь. Никаких странных существ. Но если честно, я мало что в своей жизни успела повидать, толком нигде особо не бывала, отец никуда не пускал…

- Какой отец? – оторопело спросил сосед, и Софья поняла, что взболтнула лишнего.

- А кто это? – показывая на экран ноутбука, она решила быстро сменить тему разговора.

- Мне постоянно снится один и тот же образ, - задумчиво начал Арик. – Девушка неземной красоты с такими невероятными глазами. Но пока я не могу вспомнить, какого цвета у неё волосы. Сидел, перебирал палитру, но всё выходит как-то нереалистично…

Софья подошла к компьютеру и, просмотрев в редакторе сгенерированные картинки, улыбнулась: молодой человек использовал палитру цвета от самого светлого блондина до цвета воронова крыла.

- Что же, добавим реализма, - уверенно проговорила она и, выбрав ярко рыжий оттенок для волос, сгенерировала свой «новый» потрет, добавив россыпь веснушек и «ворох» кудряшек.

– А так?

- Гениально! – восторженно выдохнул Арик и «залип», разглядывая в редакторе получившуюся особу.

***

Мы продолжали упорно пробираться в лесную чащу. Кучер не внял доводам разума, видимо, надеясь на то, что солнце еще высоко, и он успеет вывезти карету из этих опасных земель.

Уильям нервно дышал, и мой взгляд ненароком скользнул туда, где ворот его дорожного сюртука слегка отворился, открывая узкую полоску светлой рубашки. Присмотревшись внимательней, у меня перехватило дыхание: сквозь тонкую ткань, словно рисунок на пергаменте, проступала густая, тёмная поросль. Не просто волоски, а настоящая шерсть. Плотная, жесткая, звериная шерсть, покрывающая грудь детектива.

Но как такое возможно? Я прекрасно помнила, как осматривала Уильяма после нападения на него в сыскном агентстве. Гладкая кожа, едва тронутая загаром. Не мог же он за месяц так обрасти? Или этой исключительной способностью обладают исключительные существа?

Тогда, это могло объяснить и звериный рык сегодня ночью в его комнате, и царапины от когтей на деревянном полу, и свет яркой Мистической Луны, спровоцировавший эти изменения. Сложив «два» и «два», я «вычислила», что отправилась в Дальние земли с… оборотнем.

Ну что, Лидия Новосёлова, поздравляю! Чудеса наблюдательности! Не зря всё-таки «пялилась» в телевизор!

Почтовая карета подпрыгивала на разбитой дороге, пробираясь сквозь густую чащу леса, принадлежащего вагатам. Солнце уже едва пробивалось через плотную листву, погружая всё вокруг в сумрачную полутьму.

Вдруг мой взгляд упал на эфес охранного кинжала, что висел у меня на шее вместо подвески. Небольшой камень лазурита на рукояти вспыхнул холодным, нереально синим светом. Я похолодела – совсем рядом нас поджидала опасность.

- Остановите карету! – резко приказала я кучеру. Тот, не задавая лишних вопросов, сразу натянул вожжи.

Карета затормозила, и наступила зловещая тишина.

- Что случилось? – встревожено спросил Уильям.

- Камень светится! – показала я детективу охранный кинжал. – Рядом может быть ловушка.

- Вагаты? – предположил сыщик. – Они не любят чужаков на своих землях.

- Не знаю, - честно призналась я. – Первый раз путешествую по этим местам.

- Самые опасные, говорят, здесь лесные коты, - подал голос встревоженный кучер. – Это местные монстры невероятных размеров и с отвратительным характером.

В его словах звучала неприкрытая тревога.

Понимая, что наши шансы в открытом бою с врагом или со свирепым хищником невелики, я посмотрела на Уильяма и решила, что пришло время для честных откровений.

Сыщик был бледен, и я чувствовала в нём внутреннюю борьбу. Теперь я точно знала, что он не тот, кем кажется, чувствуя в нём дикую и неукротимую силу, которую детектив так тщательно пытался скрыть.

- Уильям, - твердо сказала я. – Я знаю, на что ты способен. Если будет опасность для наших жизней, не сдерживайся! Если ты можешь превратиться в нашего защитника – превращайся! Я не испугаюсь! Лучше быть спасённой волком, чем быть убитой врагом или сожранной котом!

Я говорила искренне, стараясь передать ему свою уверенность и поддержку. Заметив, как в его глазах вспыхнул огонь, поняла, что Уильям уже принял решение.

- Ты уверена? – всё же спросил детектив.

Я кивнула, не время сейчас сомневаться.

Уильям глубоко вздохнул, словно набираясь сил. Его руки сжались в кулаки, костяшки побелели. Он доверительно посмотрел мне в глаза, и в его взгляде я увидела нечто большее, чем просто человеческую решимость. Там была сила, вековая и первобытная, готовая вырваться наружу.

Внезапно тишину разорвал жуткий вой. Он шёл откуда-то из глубины леса, пробирая до костей своим леденящим душу звучанием. Карету ощутимо тряхнуло, будто кто-то ударил в неё огромной лапой. Кучер вскрикнул от ужаса и замертво упал ниц.

- Они здесь! – прошептал Уильям, и его глаза загорелись жёлтым светом. Медленно его лицо начало меняться. Черты становились более резкими, кости скул выступали, зубы удлинялись, превращаясь в острые клыки. Его руки покрылись густой шерстью, а ногти превратились в когти. Трансформация была болезненной, но он не издал ни звука, сдерживая рвущуюся наружу дикую силу.

Я смотрела на него с восхищением и страхом. Впервые мне приходилось видеть рядом с собой оборотня. Уильям превращался в зверя внушительных размеров, и выпрыгнув из кареты, одним прыжком оказался на земле.

Вой повторился, становясь всё ближе и злее. Оборотень повернулся к лесу, и из его горла вырвался ответный рык, полный ярости и готовности к бою.

Глава 44

- А как ты смог найти меня сегодня ночью в Сенаторском особняке? – задала Софья соседу вопрос, который давно крутился у неё на языке.

- Ты, Новосёл, в последнее время девушка крайне не организованная, - пробубнил Арик, продолжая рассматривать экран ноутбука. – Чтобы тебя ненароком не потерять из виду, я поставил на твой телефон специальное приложение, чтобы видеть в любой момент, где ты находишься.

- Приложение? – удивилась Софья. – И как это работает?

- Когда вчера, ближе к ночи, позвонила взволнованная Татьяна с информацией, что ты в очередной раз пропала, я понял, что ты «улизнула» из дома и исчезла в неизвестном направлении. Поэтому, воспользовавшись приложением, вычислил, где находится твой телефон. Найдя его в кустах у Дома сенатора, понял, что ты полезла туда искать свой портал. Понаблюдав с улицы за особняком, увидел неяркий свет и отправился на него, где нашел тебя у двери с кирпичной кладкой в расстроенных чувствах.

- Ну да, - подтвердила Софья. – Вроде бы всё логично, никакой магии…

- Магия? – озадаченно воскликнул Арик. – Точно! Магия! Кстати, а что там с твоим порталом? Это, действительно, из него выпрыгнул тот ненормальный дядька, который чуть не затоптал нас в Сенаторском особняке?

- Да, из него, - угрюмо подтвердила Софья, и вдруг у неё в голове родилась гениальная идея. – Если ты поможешь мне разгадать тайну активации входа в этот портал, я смогу провести для тебя экскурсию по другому измерению, чтобы ты смог использовать полученную информацию в своей игре. Как ты на это смотришь?

- Деловое партнерство? – заинтригованный предложением Софьи, Арик, наконец, оторвал взгляд от своего компьютера. – Идёт, Новосёл! Договорились! Я в деле!

***

Я в невероятном напряжении замерла в карете, беспокойно вглядываясь в лесную чащу. Вскоре из леса вынырнули тени – огромные облезлые кошки, чьи глаза мерцали зелёным огнем. Окружив карету, они скалились, обнажая клыки, и рычали, готовясь к нападению.

Но Уильям стоял между ними и каретой, словно каменная стена. Его рык был громче и яростнее, чем у остальных, и в нём звучал вызов.

Коты на мгновение замерли, словно оценивая противника, а затем бросились в атаку.

Оборотень не дрогнул. Он встретил нападающих с яростью и силой, которая превосходила всё, что можно было представить. Его когти рвали плоть, зубы вонзались в глотки, и каждый его удар был смертельным. Лесные коты падали, скуля и истекая кровью, но их было слишком много. Они окружали его со всех сторон, пытаясь сломить его волю и сокрушить его защиту.

Я больше не могла оставаться в стороне. Сдернув с себя юбку и оставшись в брюках, чтобы было удобно работать ногами, я, выпрыгнув из экипажа, взобралась на козлы и подхватила у кучера оброненный хлыст …

Взобравшись на крышу кареты с таким ненадежным оружием, я лихо свистнула, привлекая внимание этой дико орущей оравы, чтобы дать Уильяму возможность немного передохнуть и закрыть его с тыла.

Застыв в напряженном ожидании, я наблюдала, как изумленные драные кошки стали крадучись приближаться ко мне. Судорожно сжав в руке хлыст, я приготовилась к атаке обезумевших зверей.

Но вдруг почувствовала странное покалывание на коже головы, словно по ней пробежал электрический заряд. Инстинктивно подняв руку, я коснулась своих волос. И тут же одернула её, пораженная: прядь, которую я только что коснулась, извивалась в воздухе, словно живая змея. За первой ожила другая, третья и … вскоре я стала походить на Медузу Горгону, злобное создание из греческой мифологии.

Коты, предвкушавшие легкую добычу, замерли, ошеломлённо наблюдая за моей метаморфозой. Их шипение сменилось настороженным рычанием. Но было поздно.

Волосы Нэнси, в теле которой я находилась, словно повинуясь невидимой команде, пришли в движение, вытягивались, утолщались, превращаясь в оружие, где каждый локон выполнял свою боевую роль: то плеть, то хлыст, то лассо…

Плети со свистом рассекали воздух, сбивая с ног котов, хлысты ударяли следующих, заставляя взвыть от боли, лассо ловко обхватывало противника и зашвыривало далеко, в лесную чащу.

Через несколько мгновений всё было кончено. Разъяренная орава диких животных превратилась в жалкую кучку испуганных созданий, которые, поджав хвосты, бросились врассыпную.

Уильям, тяжело дыша, опустился на землю, чтобы перевести дух. Я осталась стоять потрясенная и удивленная, наблюдая за тем, как непослушные локоны Нэнси медленно успокаивались, возвращаясь к своему обычному облику.

Интересно, а сама хозяйка этой шевелюры догадывается, какая магическая сила скрыта в её волосах? И как ими можно управлять?

***

- Бессмертие! - как эхо повторяла Нэнси это слово в течение всего дня, понимая, что именно в нём заключался секрет, который был зашифрован на страницах дневника Габриэллы Монарди.

В голове девушки всплывали обрывки сновидений. Та маленькая девочка, испуганно наблюдавшая из недр шкафа магический ритуал перехода суженого королевы в статус «Бессмертных», была сама Габриэлла. Тогда всё вставало на свои места: дневник - не просто набор случайных записей, а криптографическая летопись, попытка разгадать увиденное, запечатленное в детской памяти.

Нэнси грызла кончик карандаша, перебирая в уме возможные ключи: алхимические символы, древние языки, астрологические таблицы. Ей казалось, что осталось совсем чуть-чуть, чтобы поймать закономерность, но пока её попытки не давали ожидаемых результатов.

Она расположилась в кабинете бывшего хозяина дома, барона Павловского, объясняя это тем, что именно здесь, в какой-то странной последовательности, были собраны старинные фолианты, готовые пролить свет на загадку дневника Габриэллы Монарди.

Маленький листок с подсказками названий книг она обнаружила совершенно случайно, сегодня утром, когда он выпал из недр тетрадки с загадочным шифром.

Внезапный стук в дверь вырвал Нэнси из потока мыслей. На пороге стоял виконт де Бар. Как всегда элегантный и сдержанный, он был воплощением девичьей мечты, внушающий одновременно восхищение и трепет.

- О, Рей, вы как раз кстати, - по привычке откликнулась девушка, обращаясь к входящему Рейману. – Мне не помешала бы ваша помощь как знатока при разгадках старинных рукописей и шифров.

Она знала виконта с юных лет, ещё с тех времен, когда они вместе пропадали в библиотеке дома его деда, герцога Рональда де Бара, увлеченные изучением старинных манускриптов, и виконт был известен своей невероятной эрудицией и редким даром к разгадыванию самых сложных шифров.

Рейман застыл в недоумении на пороге кабинета, внимательно глядя на девушку. Ему было невдомёк, откуда Софья Павловская могла знать о его детском увлечении.

- Я прибыл по поводу исчезновения Нэнси Скорр, - строго сказал Рейман де Бар. – Вы, Софья, как утверждают очевидцы, были последней, кто видел дочь графини Скорр.

- Ах, да! Вы имеете в виду то, что Нэнси была вынуждена уехать из дома в целях собственной безопасности? И по этой же причине она держала место своего будущего пребывания в строжайшей тайне, как велела ей её матушка, графиня Розалинда?

- Вам что-то об этом известно? – поинтересовался у девушки Рейман.

- Лишь только то, что я вам сказала!

- То есть, вы говорите, что Нэнси намеренно покинула особняк графини Скорр, опасаясь за свою жизнь, и уехала инкогнито, чтобы никто не прознал новое место её проживания?

- Именно так!

Нэнси замолчала, нервно перебирая пальцами по гладкой поверхности стола. Она обещала Виллет сохранить в тайне её поездку в княжество Дальних земель, особенно от Реймана де Бара.

Виконт заметил это и слегка наклонился вперёд.

- Я понимаю вашу лояльность, Софья. Но Нэнси могла попасть в беду. Если вы знаете, куда она направилась, прошу, скажите мне.

- Это не моя тайна, Рейман! Войдите в моё положение! – девушка отчаянно пыталась сдержать обещанное слово.

Не успел виконт ничего ответить, как тишину кабинета пронзил душераздирающий крик. Он был настолько громким и жутким, что Рейман замер, а Нэнси вскочила со своего кресла бледная, как полотно.

Крик стих так же внезапно, как и начался, оставив после себя звенящую тишину, нарушаемую лишь их учащенным дыханием.

- Что это было? – прошептал Рей, его взгляд был полон тревоги.

Нэнси, казалось, пребывала в трансе, между тем память предшественниц в этом теле давала ей определённую подсказку.

- Тайный проход… Прямо из кабинета…

Внезапно, словно очнувшись, она подбежала к напольным часам, открыла механизм и повернула нужные шестеренки. Панель стены медленно отползла в сторону, открывая проход, ведущий в темноту.

- Зажгите свечи, - попросила девушка Реймана, показывая на старинные канделябры, стоящие на каминной полке.

Виконт, не теряя ни секунды, выполнил её указание и последовал за ней, освещая узкий каменный коридор, ведущий из кабинета барона Павловского.

Не успели они пройти и ста метров, как увидели бездыханное тело полного мужчины с плешивой головой, которое лежало на сыром каменном полу тайного прохода, проткнутое насквозь в нескольких местах зубьями стальной решетки. Его глаза были широко открыты, и в них застыл нечеловеческий ужас.

Внимательно приглядевшись к погибшему и покопавшись в памяти своих предшественниц, Нэнси уверенно произнесла:

- Это Савелий Игнатьевич, помощник поверенного барона Павловского…

Глава 45

- Похоже, нам есть, что рассказать друг другу, - устало проговорил Уильям, приняв человеческий облик.

- Конечно, - согласилась я, - только давайте уберемся подальше от этого места.

Картина, открывшаяся взору, приводила меня в состояние смертельного ужаса. Слабые потоки света, пробивающиеся через густую листву древних деревьев, выхватывали из тени жуткие детали недавней бойни. Земля была истоптана и изрыта, повсюду валялись клочья шерсти – бурой, волчьей и полосатой, кошачьей. Кругом виднелись звериные тела: побитые, скрюченные, неподвижные.

Я взглянула на детектива. Его одежда была разорвана и покрыта пятнами крови и грязи. Тяжело дыша, он стоял, слегка сутулясь, одной рукой прижимая рану на боку. Волосы были растрепаны, а на щеке красовался глубокий порез. Обычно весёлое лицо Уильяма было искажено болью и усталостью.

- Мне надо осмотреть ваши раны, - строго сказала я сыщику.

- Конечно, - согласился он и с вымученной улыбкой добавил: - Только давайте уберемся подальше от этого места.

Мы с трудом подняли безжизненное тело кучера и закинули его в карету. Уильям проверил лошадей, которые, к моему величайшему изумлению, вполне стойко перенесли воинственную стычку разъяренных животных, как будто им не раз приходилось быть свидетелями подобных баталий.

Я вскочила на козлы, сыщик запрыгнул следом, закутавшись в дорожный плащ, и натянул вожжи. Карета дернулась, подпрыгивая на кочках, и понеслась прочь от жуткой поляны. Стук копыт и скрип колёс разрывали тишину леса, оставив позади жуткое зрелище недавнего побоища.

Наконец деревья стали редеть, и я поняла, что нам всё-таки удалось вырваться из цепких объятий этой мрачной лесной чащи. Лошади, подгоняемые страхом и умелой рукой детектива, неслись вперед, пока не оказались на узкой проселочной дороге.

Когда лес остался далеко позади, мы остановили карету. Вокруг простирались поля, усеянные дикими цветами, и тихое щебетание птиц казалось райской музыкой после пережитого кошмара.

- Уильям, нам нужно осмотреть твои раны, - тихо, но уверенно проговорила я, с тревогой оглядывая детектива.

Сыщик кивнул, морщась от боли.

- В моём дорожном саквояже ты найдешь всё самое необходимое, - поделился он.

Я помогла ему слезть с козел и усадила на поваленное дерево, укрытое мягким мхом. Достав из сумки дорожный набор с медикаментами, аккуратно разрезала окровавленную рубашку, обнажая глубокую рваную рану на боку, и обработала её спиртом, отчего сыщик вздрогнул, но мужественно промолчал. Накладывая тугую повязку, старалась быть максимально нежной.

- Ну, всё, до свадьбы заживет! - оптимистично проворковала я, пытаясь приободрить раненого.

- До какой свадьбы?! – слабо улыбнулся Уильям и внимательно посмотрел на меня, как будто о чем-то задумавшись…

Закончив с ним, я обеспокоенно заглянула в карету. Кучер по-прежнему лежал без сознания, его лицо было мертвенно-бледным. Аккуратно ощупав его голову, я обнаружила большую шишку. Нам следовало срочно доставить его в безопасное место, где он смог бы спокойно отлежаться.

Вернувшись к Уильяму, налила ему воды из фляги и протянула сухарь. Тишина и умиротворение этого ландшафта контрастировали с ужасом, пережитым в лесу, но я точно знала, что расслабляться ещё рано…

***

Оказавшись, наконец, в своей квартирке, Софья попыталась привести свои мысли в порядок. Она села за свой кухонный стол, на котором «красовалась» магическая шкатулка рода Монарди, и глубоко вздохнула. Ей нужно было отбросить эмоции и попытаться мыслить логически, как это мастерски делала Лидия.

«Никому не верь!» - опять всплыли в её голове предупреждающие слова подруги «поневоле». Именно с этой позиции девушка решила рассмотреть открывшиеся перед ней факты…

Первое и самое значимое - она нашла свою шкатулку, которая попала в этот мир через портал в Сенаторском особняке.

Второе, не менее значимое - ей удалось обнаружить вход в этот портал, который соединяет их реальности, что даёт возможность вернуться в свой мир. Осталось «подобрать» ключ активации, чтобы воспользоваться данным проходом.

Есть ещё один момент – существование некой энергетической особи, обладающей магической силой, что заперта сейчас в старинном артефакте.

Этой сущности удалось вселиться в тело Каталеи Деркач во время проведения заурядного обряда и «наворотить» здесь дел.

Удивительно, но Софья была узнана этой личностью, несмотря на то, что находилась в теле Лидии Новосёловой. На тот момент девушка читала магические заклинания, возможно, именно по ним Тёмная сущность и опознала Лию. А это значит, что ей знакомы древние манускрипты рода Монарди…

Остаётся ещё некая персона - Маркиза, о которой переговаривались Савелий Игнатьевич и грозный мужчина со злыми глазами. Из подслушанного разговора Софья поняла, что именно по приказанию данной особы за девушкой велась неправомерная «охота». И в тот момент, когда её оглушили и связали в подсобных помещениях Дома сенатора, та самая Маркиза бесследно пропала, что, по странному стечению обстоятельств, совпадает по времени с изгнанием из тела Каталеи некой магической сущности. Какова вероятность, что эта изгнанная сущность и есть та самая таинственная Маркиза?

Всё новые и новые вопросы роились в её голове, но мысленно девушка возвращалась к событиям этого дня, когда обнаружила в ноутбуке у Арика своё отображение. От этого воспоминания сердечко Софьи забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Он назвал её девушкой неземной красоты с невероятными глазами…

Смесь удивления, замешательства и … странного восторга заполнила душу Софьи. Неужели ему действительно снился её образ? И снился так часто, что он решил воссоздать его в редакторе и сделать главным женским персонажем в своей новой игре?

Но в то же время ей было страшно. Арик, возможно, увлечён этим призрачным образом, а не реальной Софьей, которую он воочию даже и не встречал, а с Лидией его связывают лишь тёплые соседские отношения…

Непрошенные слёзы навернулись на её глаза. Она не знала, что со всем этим делать, отчаянно пытаясь понять, что творится в душе у Арика. И в этот момент девушка ясно осознала, что влюбилась. Влюбилась со всем своим юношеским максимализмом, со всем отчаянием в этого добродушного, заботливого и загадочного паренька, с глазами разного цвета…

***

- Надо было давно осмотреть ваш дом, Софья Лаврентьевна, - печально констатировал факт разгрома особняка Павловских Рейман де Бар, сыскной отдел которого наводил жуткий хаос после обнаружения в тайном проходе трупа Савелия Игнатьевича.

Ранее степенные и аристократические покои дома барона Лаврентия Михайловича теперь напоминали растревоженный муравейник. Книжные шкафы зияли невольными пустотами вытащенных для проверки старинных фолиантов. На полу валялись разбросанные бумаги, рукописи, карты, а воздух был пропитан атмосферой нарастающей тревоги.

В центре этой суматохи возвышалась фигура виконта, с хмурым видом наблюдавшего за работой своих сыскарей. Его команда, словно саранча, прочесывала каждый уголок дома, пытаясь найти потайные ниши, исследуя двойные стены и заглядывая под половицы.

Нэнси, с потемневшими от усталости глазами, внимательно наблюдала за происходящим, стараясь не пропустить ни одной детали. Она чувствовала на себе тяжелый взгляд Реймана, полный невысказанных подозрений. На её плечи, словно груз, давил факт обнаружения трупа помощника поверенного барона Павловского, именно в этом доме, где она исполняла роль молодой хозяйки, в тайном проходе, о котором, казалось, никто не знал.

Серафима Петровна с Лизаветой, бледные от страха, стояли в углу гостиной, перешептываясь и украдкой поглядывая на сыщиков. Петруша, обычно такой невозмутимый, нервно теребил пуговицы своего камзола, словно ожидая, что его вот-вот уведут на допрос.

В кабинете покойного барона Павловского творился особый бедлам. Сыщики, словно хищники, рылись в его личных вещах, переворачивая вверх дном ящики стола и тщательно изучая каждую книгу. Они искали улики, мотив, связь, которая могла бы пролить свет на загадочную смерть Савелия Игнатьевича.

Нэнси порадовалась, что успела спрятать найденный накануне дневник Габриэллы Монарди наверху, в комнате Софьи, ещё до приезда сыскного отдела, и очень надеялась, что они не полезут туда с обыском…

Глава 46

Справившись кое-как с эмоциями, Софья решила заняться домашними делами: навести порядок, приготовить ужин, посмотреть телевизор. Но не успела она найти интересный сериал, как наткнулась на канал с местными новостями, где сообщалось, что поиски сына губернатора, пропавшего накануне со светского приёма, пока не увенчались успехом.

На экране замелькали кадры роскошной губернаторской резиденции, окруженной полицейскими машинами, встревоженные лица гостей, заплаканная мать – Анастасия Андреевна, первая леди области.

Диктор тем временем сообщал о ходе расследования:

- По словам очевидцев, обстоятельства исчезновения Виктора Антипина крайне запутанные. Большинство гостей не смогли точно указать, где находился юноша в определённый момент праздника. Более того, мать пропавшего в эксклюзивном интервью заявила, что не видела сына с самого начала торжества.

Именно эти слова заставили Софью напрячься. Она отчетливо помнила, как незадолго до рокового выстрела видела жену губернатора вместе с юбиляром, поднимающимися на второй этаж, вслед за девушкой, при этом о чем-то горячо спорящих друг с другом.

- Странно, - прошептала она, нахмурив брови.

Почему мать отрицает, что видела сына? Неужели она что-то скрывает? И почему очевидцы путаются в показаниях?

В её памяти начали всплывать детали того дня: смутные силуэты, обрывки фраз, странные взгляды. Она чувствовала, как клубок противоречий и недомолвок с каждой минутой становится всё туже.

Совпадение? Вряд ли. Софья понимала, что исчезновение Виктора Антипина напрямую связано с выстрелом в оранжерее, от которого пострадал его друг, Дмитрий Родыгин.

Она догадывалась, что правда где-то рядом, но чтобы добраться до неё, придется столкнуться с влиятельными людьми. И, судя по всему, губернатор и его супруга играют во всём этом не последнюю роль.

В этот самый момент зазвонил мобильный телефон, и девушка услышала тревожный голос Татьяны:

- Каталею арестовали…

***

Вскоре наша карета продолжила свой путь по просёлочной дороге. Уильям отказался воспользоваться моим предложением и занять место в экипаже, расположившись вместе со мной на козлах, управляя лошадьми, как заправский кучер.

Детектив, казалось, немного успокоился после пережитого, но в его глазах всё ещё читалась тревога, что вполне соответствовало и моему настроению.

Наше молчание затянулось, и чтобы как-то разрядить обстановку, я решительно спросила:

- Ну что? Кто из нас первый начнёт свои признания?

Сыщик усмехнулся.

- Хорошо, раз я первый «прокололся», первым и начну…

Он немного помолчал, видимо, собираясь с духом, вздохнул и печально повёл своё повествование:

- Лаки – мой народ, тесно связанный с природой. История Лаки – это трагическая история изгнания и выживания. Наши предки умели говорить с животными и понимать их язык. Считалось, что в наших жилах течёт кровь древних духов леса.

Легенды гласят, что во времена, когда мир был молод, Лаки могли свободно менять свой облик, превращаясь в любых животных. Но со временем эта способность ослабла. Теперь лишь немногие из нас могут принимать звериный облик, и то при особой необходимости или под воздействием Мистической Луны.

- Мистическая Луна? – переспросила я, заёрзав на месте от догадки, что могло происходить в комнате Уильяма этой ночью

- Да, - подтвердил детектив. – В такие ночи связь между мирами истончается, и магия Лаки пробуждается с новой силой. В такие ночи даже те, кто утратил способность к превращению, могут вновь почувствовать в себе силу зверя.

Он посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом и продолжил:

- Моя бабушка была одной из последних, кто мог свободно менять свой облик. Она рассказывала мне истории о том, как превращалась в волка, чтобы защищать свой народ, или в сокола, чтобы разведывать новые земли. Я, к сожалению, не обладаю этой силой. Хотя… иногда, когда смотрю на Мистическую Луну, я чувствую, как во мне пробуждается что-то дикое и необузданное.

Я с интересом наблюдала за Уильямом. В его словах чувствовалась не только гордость за свой народ, но и какая-то грусть, тоска по утраченной связи с природой. Я вдруг отчетливо осознала, что за его сдержанной вежливостью и неунывающим пожизненным оптимизмом скрывается глубокая, уязвимая душа, хранящая древние тайны Лаки.

- То есть, тебе не всегда удается преображение? – решила уточнить я, понимая, что сегодняшнему превращению в волка предшествовало свечение Мистической Луны.

- Да, - подтвердил сыщик. – Только во времена, когда на ночном небе царствует это светило.

Мы опять надолго замолчали, думая каждый о своём.

- Кстати, а как ты догадалась? – Уильям неожиданно вернулся к теме нашего разговора.

Что же, видимо, настала моя очередь говорить правду.

- Да так, - пыталась отмахнуться я. – Кое-какие знания из прошлой жизни…

Сыщик посмотрел на меня подозрительным взглядом и потребовал:

- Поясни.

- И ворот твоей рубашки, - вспомнив, что явилось для меня неоспоримым фактом, доказывающим уникальность Уильяма. – Густая поросль под сорочкой, когда месяц назад ничего подобного не было.

Детектив удивлённо хмыкнул и с интересом посмотрел мне в глаза, как будто видел в первый раз.

- Откуда такие сведения?

- Я осматривала тебя после нападения в детективном агентстве, - устав от необходимости скрывать информацию о себе, решилась открыться сыщику и, видя его недоуменный взгляд, пояснила: - Я - Виллет!

***

После всего хаоса этого дня виконт де Бар коротал вечер в своей съёмной квартирке в Ричерстоне, понимая, что ему придется задержаться здесь, пока не прояснится дело с убийством Савелия Игнатьевича, помощника поверенного барона Павловского.

Сидя за столом, заваленным отчетами и протоколами, Рейман пытался выстроить логическую цепочку событий.

Первый вопрос, который не давал ему покоя: что делал сей тип в тайном проходе, ведущем в дом Павловских? Куда он шёл? К кому он шёл? И какую цель преследовал?

Если предположить, что Савелий Игнатьевич просто жадный мужик, который решил поживиться ценностями в доме покойного барона, то зачем выбрал такой сложный путь и попал в смертельную ловушку?

Чем больше Рейман углублялся в детали, тем сильнее ощущал нелепость ситуации и недосказанность. Это было слишком изощрённо для простого вора…

А Софья… Она была сегодня словно натянутая струна. Виконт понимал, что она что-то скрывает. В его груди поселилась тревога: насколько честна с ним девушка, какая роль досталась ей во всей этой криминальной неразберихе?

Он чувствовал, что столкнулся с чем-то гораздо более опасным, чем просто убийство помощника поверенного. За всем этим стояла какая-то тёмная сила, плетущая интриги и дёргающая действующих персонажей за ниточки.

Рейман хотел посоветоваться с другом, Уильямом Греем, поделиться своими сомнениями, выслушать его точку зрения по этому поводу. Детектив, с его острым умом и интуицией, всегда помогал виконту видеть то, что скрывалось за очевидным. Но сообщение от посыльного, что сыщик отбыл в неизвестном направлении на неопределённый срок, а агентство закрыто, стало последней каплей терпения в хитросплетениях этого дня.

Рейман поднялся из-за стола и подошёл к окну, глядя на город, погружающийся в ночную тьму. Слишком много всего навалилось сразу. Он вспомнил про побег Нэнси из дома графини. Всё ли в порядке сейчас с этой девушкой? Какова вероятность, что она пребывает в безопасности?

Слишком много вопросов без ответов. Но виконт де Бар был уверен, что сможет со всем этим разобраться, и доведет это дело до конца, даже если ему придется столкнуться с самим дьяволом…

***

Почтовая карета уверенно мчалась прочь от земель вагатов, оставляя позади наши мрачные мысли и тревоги.

Внезапно кучер, до этого находившийся в беспамятстве, застонал и приоткрыл глаза. Пошарив взглядом по сторонам, он облегченно вздохнул:

- Милостивые господа, благодарю, что спасли меня! Если позволите, неподалёку отсюда живёт моя сестра. Она всегда рада путникам, и у неё можно будет переночевать.

Солнце активно клонилось к закату, и мы осознавали, что ночлег нам необходим, да и лошадям надо было дать отдых. Карета свернула с большой дороги и, петляя по узкой тропинке, вскоре подъехала к приземистому дому.

Нас встретили вполне дружелюбные хозяева: приветливая женщина средних лет и её молчаливый муж, пригласив на поздний ужин.

И всё же я никак не могла отделаться от ощущения, что меня здесь всё настораживало настолько, что мои природные инстинкты обострились в десять раз.

Мне стал подвластен тихий шёпот ветра за окном, я стала различать запахи трав, проникающие сквозь стены в щелях. В темноте зрение обострилось, позволяя видеть детали, ранее скрытые в полумраке. Я ощущала невидимые потоки энергии, вибрирующие в воздухе, словно паутина, связывающая всё вокруг.

На столе стояли простые, но сытные блюда. Когда хозяйка стала наливать для меня в кружку какой-то травяной напиток, я заметила, как с её лба упала крошечная капля пота и смешалась с содержимым бокала. Из-за естественной брезгливости пить данное снадобье я не стала и тихонечко, чтобы никто не заметил, выплеснула в цветочный горшок.

После ужина нас с Уильямом проводили в небольшую комнату, уставленную простой мебелью. Раз для конспирации мы считались мужем и женой, сильно привередничать не стали, полагая, что после откровенного разговора по пути у нас не осталось друг от друга никаких секретов.

Утомлённый дорогой и пережитыми событиями, детектив мгновенно заснул богатырским сном, ровно и глубоко дыша. Я же, напротив, не могла сомкнуть глаз, чувствуя, что в этом доме что-то не так. Воздух был пропитан странной аурой, давящей и тревожной. Интуиция кричала об опасности. Я знала, что должна быть начеку, чтобы защитить себя и Уильяма от неизвестной угрозы…

Глава 47

Настроение у Нэнси было хуже некуда! Она обвела тяжёлым взглядом покои особняка Павловских, в которых сегодня бесчинствовали люди Реймана, и ей захотелось хорошенько «отдубасить» виконта за разгром, устроенный его сыскным отделом.

Ещё недавно здесь царили тишина и достаток, а теперь - хаос и разруха, словно ураган пронёсся по комнатам. Она стояла, скрестив руки на груди, и наблюдала, как сыскари методично, безжалостно переворачивали всё вверх дном. Книги вывалились из шкафов, гобелен в малой гостиной был сорван, подушки распороты, а содержимое ящиков кабинета покойного хозяина разбросано по полу.

Когда, наконец, главный сыщик, чьё лицо выражало лишь усталость и презрение, склонился перед виконтом и доложил, что всё чисто, ничего подозрительного не обнаружено, Рейман лишь кивнул, и его взгляд мимоходом скользнул по Нэнси. В нём не было ни сочувствия, ни злорадства – лишь холодная отстранённость. Он развернулся и вышел из дома, оставив после себя тишину, оглушительную в своей тягостной пустоте.

Домочадцы продолжали маяться в углу гостиной, видимо прикидывая в уме, сколько же предстоит им провозиться с уборкой. Девушка представила, как они будут разбирать учинённые завалы, нервы её не выдержали, и она взорвалась.

- Как это понимать?! - голос Нэнси сорвался, превратившись в яростный крик. – Вы посмотрите, что вы натворили! Вы превратили мой дом в свинарник!

Сыщики, утомлённые и равнодушные, остановились и с недоумением взглянули на хозяйку.

- Вы думаете, кто-то заплатит мне за этот бардак? Кто-то вернёт мне время, потраченное на создание домашнего уюта?! – девушка, казалось, задыхалась от гнева.

Она обвела рукой разгром и продолжала негодовать.

- И вы думаете, я оставлю это просто так? Нет, господа! Я не позволю вам нагло уйти, бросив весь завал на наши плечи!

Подойдя к ближайшему сыщику и ткнув пальцем в его грудь, Нэнси повысила голос, привлекая внимание остальных.

- Мои слуги сейчас пойдут отдыхать после всего этого кошмара, у них свой распорядок и свои обязанности! А вы останетесь и будете убирать! Каждую пылинку! Каждую бумажку! Каждую ниточку!

Она обвела взглядом лица представителей сыска, полные возмущения и протеста, и невозмутимо продолжила:

- И не думайте, что я шучу. Я лично доложу Императору о вашем зверском отношении к частной собственности, если к утру здесь не будет всё идеально чисто! Вам ясно?!

Нэнси стоически выдержала их взгляды, полные ненависти и бессильной ярости.

- Так, живо за работу! – бодро скомандовала она. – У вас время до рассвета! И не забудьте протереть пыль с каждой вазы!

Сыщики, понимая, что спорить бесполезно, с обреченным видом принялись поднимать с пола книги и собирать пух из разорванных подушек. Нэнси, внимательно наблюдая за ними, наконец, вздохнула удовлетворённо.

Они заплатят. Пусть и уборкой, но заплатят за тот разгром, который здесь учинили…

***

Я тихонько встала с кровати, стараясь не разбудить Уильяма, подошла к двери и прислушалась. В доме царила тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием дров в печи. Но эта тишина казалась мне обманчивой, таящей в себе нечто зловещее.

Медленно приоткрыв дверь, я выглянула в коридор. Тьма там была ещё гуще, чем в комнате, и казалось, что она вибрирует. Облачившись в плащ «серой мыши» и вооружившись своим магическим набором, я решила сходить на разведку. Может, это просто моё разыгравшееся воображение не дает мне спокойно уснуть после трудного дня?

Стараясь ступать бесшумно, я шла по коридору в глубину дома, как за дверью одной из комнат услышала тихий шёпот:

- Надо хватать девчонку, время поджимает!

- Может, подождём ещё немного, чтобы снотворное подействовало наверняка?

- Хорошо, но максимум час! Чтобы к полуночи всё уже было кончено!

- Идёт! А пока пошли, проверим Лока!

Едва я успела отпрянуть от двери, как в ту же минуту из комнаты вышли две тёмные фигуры, закутанные в бесформенные одеяния. Решив последовать за ними, я держалась чуть на расстоянии, стараясь не издавать лишнего шороха.

Мы вышли из дома и свернули по еле различимой тропинке в глухую лесную чащу. Два темных силуэта привели меня к пещере, вход в которую зиял чёрной пастью на лесной опушке, куда мы добрались буквально за пять минут.

«Совсем рядом с домом, - подумала я, - но не со стороны дороги, по которой мы добрались в эти места на почтовой карете».

Задержав дыхание, я прошмыгнула вслед за идущими людьми и очутилась в гроте, освещаемом отблеском факелов. Пятясь в темноту, боясь быть обнаруженной, я навострила уши, чтобы разобрать смысл слов моих «провожатых».

Двое мужчин у факелов переговаривались вполголоса. До меня доходило лишь слабое эхо, отражающееся от стен пещеры. Жертвоприношение… Сегодня… Нужна жертва, чтобы Лок и дальше приносил им удачу. Женщина… С белыми волосами…

В животе мгновенно всё похолодело от страха. Я машинально коснулась волос Нэнси, выбившихся из-под капюшона – белые, как первый снег. Значит, им действительно нужна я, чтобы принести меня в жертву, и они ждут, пока подействует снотворное. Моё «звериное» чутьё не подвело! Я не пила ту бурду, которая была приготовлена для нас с детективом, а вылила в горшок с цветком…

Решив понадёжнее схорониться в темноте, я продолжала бесшумно пятиться. Шаг, еще шаг назад. Мои нервы были натянуты до предела. Надо срочно что-то придумать и выбраться отсюда живой и невредимой.

Внезапно моя спина упёрлась в нечто твёрдое и холодное. Инстинктивно сжавшись, я поняла, что каждый мускул в моем теле чрезвычайно напряжён. Сзади стена? Но по ощущениям мне казалось, что пещера должна быть больше. Не успела я поразмыслить над этим, как услышала тихий, утробный звук, похожий на глубокий вздох.

В этот момент, в паре шагов от меня вспыхнул огонёк. Сначала это была лишь узкая полоска света, но она быстро расширялась, пока не приняла форму…глаза. Огромного, вертикального, с золотистым зрачком, обрамлённым чешуёй цвета ночного неба.

Сердце, как по команде, замерло, и я вообще перестала дышать. В полумраке пещеры, прямо рядом со мной, возвышалась не стена, а самый настоящий дракон. Вернее, его часть, склонённая надо мной, со всем своим драконьим любопытством…

***

За окном уже давно царствовала глубокая ночь, но Софья никак не могла заснуть, видимо, сказывалась напряжённость последних событий.

Город, утомлённый дневной суетой, погрузился в тишину, нарушаемую лишь редким гулом проезжающих машин. Девушка лежала на кровати, уставившись в потолок, как вдруг зазвонил телефон.

Машинально взяв трубку, она услышала взволнованный голос Арика:

- Новосёл, я жду тебя внизу. Оденься только в чёрное, чтобы не светиться. На сборы 3 минуты…

Ничего более не пояснив, паренёк отключился.

Вскочив с постели, девушка, как заведённая, начала собираться, не понимая до конца цель этой ночной встречи. Когда она вышла из подъезда, то обнаружила, что сосед ожидает её в машине, припаркованной в тёмном углу двора.

- Готова? – тихо спросил Арик.

Софья утвердительно кивнув, всё же задала интересующий её вопрос:

- А к чему?

- Поедем обследовать твой портал, - откликнулся сосед, заводя двигатель автомобиля. – Там, на заднем сидении, лежит рюкзак с оборудованием, будь осторожна, не раздави…

Вскоре машина плавно тронулась с места, рассекая ночную тишину. Их путь лежал в Сенаторский особняк, где находился вход в портал. И Арик поделился с Софьей, что собирается установить там камеры слежения, чтобы была возможность вести постоянный мониторинг и вовремя заметить любые подозрительные активности возле «заветной» двери…

Глава 48

Продолжая наблюдать за мной только одним глазом, дракон не выказывал никаких признаков агрессии. В его взгляде читалось скорее удивление или даже интерес.

Пока мы с моим новым знакомым визуально изучали друг друга, в пещеру, словно вихрь, забежала запыхавшаяся женщина.

- Девчонка пропала! – выпалила она на одном дыхании.

Двое мужчин, возившиеся до этого момента с чем-то в углу грота, встрепенулись и вскочили на ноги. Не сговариваясь, они рванули из пещеры, исчезая в непроглядной темноте ночи.

Я затаила дыхание – путь был открыт! Вокруг воцарилась тишина, нарушаемая лишь моим собственным сердцебиением.

Но вдруг ожил дракон. Его огромный чешуйчатый хвост пришёл в движение и перегородил мне выход, когда я была, казалось, в двух шагах от долгожданной свободы…

Да, Лидия Новосёлова! Пущей дурынды сложно найти, пожалуй, во всех измерениях: пока остальные обеспокоены пропажей особы для жертвоприношения Локу, эта особа самолично «прискакала» в логово дракона и вообразила, что сможет беспрепятственно выбраться из этой передряги.

В глазах рептилии зажёгся хищный огонь, похоже, дракон приготовился к игре перед тем, как разорвать меня на части.

Но тут до моего слуха донёсся странный звук – тихий, но отчётливый звон цепи.

- Да ты, парень, похоже, тоже здесь пленник?! – подняв глаза на чудовище, я решила вступить с ним в диалог.

Дракон моргнул, и его веки, покрытые мелкой переливающейся чешуёй, медленно опустились, а затем вновь поднялись, что могло означать утвердительный ответ на мой вопрос.

- Тогда показывай свои затворы, будем думать, как вытащить тебя на волю, - вполне миролюбиво предложила я хищнику.

Внутри золотистых зрачков его глаз вспыхнул огонёк, похожий на искру разума, и я поняла, что он меня услышал. Внезапно дракон издал звук, не рёв, не рык, а нечто другое, низкое, вибрирующее, словно далёкий раскат грома, и я кожей почувствовала, что он согласился на моё предложение.

Решительно сорвав со стены горящий факел, я принялась изучать оковы, сдерживающие хищника в этом гроте. Это был массивный затвор на толстой цепи. Замок был простым, но надёжным, явно рассчитанным на то, чтобы удержать неимоверную силу.

Покопавшись в своём арсенале магических вещиц, я извлекла из кисета волшебный ключик, способный справиться с любым затвором, и тот, словно по мановению волшебной палочки, вскрыл замок, и цепь, до этого туго натянутая, ослабла и упала на землю с глухим звоном.

- Ну, всё, ты свободен! – «отчиталась» я перед рептилией. – Буду благодарна, если ты не слопаешь меня и отпустишь по добру по здорову…

В глазах Лока я заметила что-то вроде усмешки, но затем в них появилась глубокая печаль. Он попытался сделать шаг к выходу, но уперся своими габаритами в свод пещеры. Выход явно не был предназначен для его массивного тела.

- А как тогда ты сюда попал? – удивилась я такому положению вещей.

Дракон, явно понимая мои слова, медленно поднял огромную голову к потолку. Его глаза, наполненные странным светом, устремились вверх, и он слегка шевельнул мордой в этом направлении. Вскинув факел, я проследила за его взглядом. Сквозь копоть и тени был заметен неровный свод, заваленный переплетением толстых стволов деревьев.

До меня, наконец, дошло, что это не пещера, а огромная глубокая яма, сверху засыпанная лесной растительностью.

Значит, эти люди поймали зверя, заманив его в ловушку!

- Мне надо осмотреть крышу! – уверенно заявила я, направляясь к выходу. – Не беспокойся, не сбегу. Честное пионерское!

Так уж у нас повелось с бабой Зиной, что когда раздавались клятвы, всегда «приплетали» сюда пионеров, видно, бабуле это казалось оплотом надежности сказанного обещания…

Надо же?! И дракон тоже мне поверил, выпустил меня из своего логова.

Ночь встретила меня непроглядной тьмой, прорезаемой лишь пляшущим пламенем факела. Поднявшись на «крышу» свода пещеры, моим глазам открылась жуткая картина: над головой дракона возвышалась хаотичная насыпь из переплетённых стволов деревьев, земли и щебня. Чудовищная конструкция, тщательно замаскированная под естественный холм, была явно делом рук человека.

У меня опустились руки, ощущая бессилие перед масштабом работы. За ночь здесь не управились бы и десять строительных бригад со всей современной спецтехникой…

Но тут опять случилось нечто странное: почувствовав лёгкое покалывание на коже головы, я поняла, что локоны Нэнси пришли в движение. Словно живые, они начали извиваться и переплетаться, обретая новые формы. Пряди превращались в гибкие, но невероятно прочные канаты, кончики заострились, подобно лопатам и скребкам.

Я замерла, ошеломлённая тем, что магия волос без осознанного приказа проявилась во всей своей красе. Словно повинуясь инстинкту, волосы-инструменты принялись за работу. Одна группа прядей, сплетясь в толстый трос, обхватила ближайший ствол и, словно мощная лебёдка, потащила его в сторону.

Другая, орудуя острыми кончиками-лопатами, ловко расчищала землю вокруг стволов, облегчая их перемещение. Мне лишь осталось наблюдать, поражаясь эффективности и слаженности работы своего живого инструментария, который под покровом ночи разгребал завалы, учиненные недоброжелательными людьми.

Волосы трудились неустанно, словно ими управлял целый отряд невидимых помощников. Насыпь постепенно уменьшалась, открывая всё больше и больше пространства вокруг дракона.

Внезапно земля содрогнулась. Лок медленно поднял голову и расправил своё могучее тело, встав в полный рост, разбрасывая в сторону остатки завала своей мощью.

Наши взгляды встретились, и я увидела в глазах дракона благодарность и понимание. Издав тихий утробный звук, похожий на вздох облегчения, он медленно и неуклюже пошевелил крыльями. Сделав несколько шагов вперед, ящер опустил передо мной свою голову, наверное, как знак признательности, и я решилась дотронуться до него. Чешуя была холодной и гладкой на ощупь, и в этот момент я почувствовала, как между нами возникла невидимая связь, основанная на взаимном уважении и признательности за свободу…

- Что ты наделала, дура! – услышала я истеричный вопль хозяйки дома, спешившей вместе с другими сообщниками в направлении бывшей пещеры.

Ярость Лока была подобна извержению вулкана. Его обидчики, самоуверенные и наглые, не успели даже осознать, что произошло, когда лапа зверя чудовищных размеров, словно молот обрушилась на одного из них.

Остальные, ошеломлённые внезапным появлением и мощью дракона, бросились прочь, но их усилия были тщетны. Огненное дыхание, вырвавшись из пасти Лока, опалило землю, превращая камни в стекло, а металл в расплавленную лаву. Попавшие в огненный смерч, закричали от боли, но их крики вскоре утонули в рёве пламени.

Дракон, словно вихрь, взвился в небо и через несколько секунд растворился в темноте. Я стояла, как громом пораженная, наблюдая, словно в кино, за учиненной расправой рассерженного зверя.

Ну, что, Лидия Новосёлова, мать (вашу) драконов? Как впечатления?! Не многовато ли для одних суток?!

Но мой разум сейчас мне подсказывал только одно спасительное решение - СПАТЬ!!! Надо изыскать возможность доплестись до кровати, иначе рухну прямо здесь…

***

Предрассветные лучи солнца робко прокрадывались сквозь неплотно задернутые портьеры в опочивальне Софьи. Нэнси, проснувшись задолго до привычного часа, чувствовала себя не выспавшейся, но собранной. Поспешив спуститься вниз и осмотреть, как продвигаются дела с уборкой дома, девушка, окинув взглядом гостиную, отметила приложенные усилия сыскного отдела.

Сыщики, с помятыми лицами и кругами под глазами, переминались с ноги на ногу в прихожей. Они явно мечтали о горячем кофе и мягкой постели. Их усталые взоры, казалось, умоляли о прощении за вчерашний разгром. Нэнси, однако, оставалась непреклонной. Она методично обходила комнату за комнатой, придирчиво осматривая каждый уголок. Лёгкий нажим на обивку кресла, проверка угла наклона картины на стене – ничто не ускользало от её внимательного взгляда.

Внезапно в тишине раздался оглушительный грохот. Один из сыщиков, молодой и явно нервный, случайно задел стоящую на каминной полке статуэтку Фемиды. Богиня Правосудия, с завязанными глазами и весами в руках, рухнула на пол, разлетевшись на две неравные части. Парень, покраснев от стыда и ужаса, попытался собрать осколки, но девушка жестом остановила его. Её взгляд был ледяным, но голос – на удивление спокойным.

- Достаточно! – произнесла она, отпуская сыщиков.

Они поспешно ретировались, словно спасаясь от неминуемой катастрофы. Когда за последним из них закрылась дверь, Нэнси вернулась к камину. Она присела на корточки и подняла расколотую статуэтку.

Именно тогда её внимание привлек кончик конверта, выглядывающий из полости внутри. Она осторожно извлекла его из недр «Правосудия». Интуиция подсказывала ей, что эта находка – ключ к разгадке тайны, из-за которой и был произведен этот злополучный обыск.

На конверте она прочитала: «Лии Монарди от барона Павловского. Лично в руки!»

Глава 49

Меня разбудило странное ощущение. Не шум, не свет, а давящее чувство пристального взгляда, словно кто-то изучал мою персону, неотрывно наблюдая за мной. Я приоткрыла глаза и увидела, что прямо надо мной нависло любознательное лицо детектива.

Вернувшись ночью после разбора завалов и освобождения дракона, я рухнула на кровать рядом с Уильямом прямо в одежде и сразу уснула крепким сном. А сейчас чувствую рядом с собой мужчину, который без зазрения совести разглядывает меня при свете восходящего солнца.

В полумраке комнаты его лицо казалось ещё более мужественным, а в глазах плескалось нечто такое, отчего по коже пробежали мурашки. Это был не просто интерес, это было… восхищение, и, что ещё более тревожно, неприкрытое мужское влечение…

- Уильям! – с трудом прокашлявшись, прогоняя остатки сна, я старалась сохранять спокойствие. – Прошу вас, не стоит в меня влюбляться! Придёт время, и хозяйка тела вернется на своё место. Будет только больно, поверьте мне…

Слова прозвучали резко, но, вспомнив историю Софьи и Реймана де Бара, я поняла, что тянуть с этим нельзя. Не хватало ещё, чтобы детектив увлёкся красоткой Нэнси! Мне не нужен был ещё один усложняющий фактор.

- Как ваша рана? – спросила я, пытаясь встать с кровати.

Сыщик, казалось, очнулся от транса, слегка покраснев.

- Зажила, как на собаке, почти совсем не болит, - ответил он, отстраняясь. – Я просто… проверил, всё ли в порядке. Здесь тихо, никого нет. Совсем никого!

В его голосе звучало недоумение. Я вдруг осознала, что Уильям действительно беспробудно проспал всю ночь под действием вчерашнего снотворного и ничего не видел: ни дракона, ни ночных действий хозяев этого злополучного дома, ни кучера, который, как мне кажется, специально завёз нас в эти места, будучи в сговоре со своей сестрой и её мужем…

- Пришло время выбираться отсюда, - сказала я решительно. - Пойдёмте, посмотрим, чем можно будет позавтракать, перед тем, как отправиться в путь…

***

Виконт де Бар толкнул дверь своего сыскного отдела, ожидая привычной суеты и гула голосов. Вместо этого его встретила тишина, нарушаемая лишь мерным храпом. Оглядевшись по сторонам, он обнаружил только одну живую душу, хотя правильнее было бы сказать – дремлющую…

Начальник его сыскарей, господин Дюваль, развалился в своём кресле, уронив подбородок на грудь, зычно похрапывая.

- Дюваль, - Рейман осторожно потряс его за плечо. – Давайте, просыпайтесь!

Тот вздрогнул, заморгал сонными глазами и попытался сориентироваться в пространстве.

- Ваше Сиятельство?! Что? Который час?

- Уже почти десять, - ответил виконт, наблюдая, как начальник сыскного отдела тщётно пытается пригладить растрепавшиеся волосы. - Объясните, в конце концов, что здесь происходит?

Дюваль застонал и потёр переносицу.

- Ах, да… Точно! Я… я отпустил всех!

- Кого всех? Зачем? Почему?– уточнил Рейман, чувствуя, как нарастает непрошеная тревога.

- Всех остальных, - пояснил начальник сыскного отдела. – Отпустил отоспаться, хотя бы до обеда! Боже милостивый, бедным ребятам это необходимо! Вам повезло, Ваше Сиятельство, вы успели вырваться из хищных лап этой мегеры! А мы нет… Эта ведьма, Софья Павловская, заставила нас убирать её дом после обыска!

В голосе господина Дюваля звучала неприкрытая усталость и раздражение. Рейман нахмурился.

- Убирать её дом? Зачем?

- Потому что, видите ли, мы там всё перевернули вверх дном, а она, видите ли, не желает лицезреть свой хлам в таком состоянии. Да ещё кричала на нас, как базарная торговка! Я, конечно, понимаю, обыск – дело неприятное, но заставлять моих людей заниматься уборкой?! Это уже ни в какие ворота! И, между прочим, - сыщик указал на стопку бумаг, лежащую на краю его стола, – докладная на эту особу лежит здесь. Я не выдержал и настрочил всё, как есть. Чтобы эта заноза знала своё место! Не гоже сыскное подразделение, что находится на секретной службе Императора, превращать в ночных горничных!!!

***

Софья резко открыла глаза от переполнявшего её чувства дискомфорта. Присмотревшись внимательно, девушка поняла, что спит в кресле и, похоже, провела в таком положение весь остаток ночи.

В голове вплыли обрывки вчерашнего позднего вечера: Сенаторский особняк, секретный портал, липкий страх разоблачения и, наконец, успешная установка камер слежения.

Резкий свет монитора освещал полумрак комнаты. Арик, склонившись над своим ноутбуком, что-то яростно печатал, не обращая на неё никакого внимания. Его лицо, обычно расслабленное и добродушное, сейчас было сосредоточенным и напряжённым.

Судя по всему, он уже давно копался в коде, отлаживая программу слежения, чтобы картинки с камер транслировались напрямую ему на компьютер.

Софья не помнила, как уснула. Напряжение последних дней, адреналин, бессонная ночь… Видимо, организм просто отключился, как только почувствовал относительную безопасность. Она, наверное, просто присела в кресло на минутку, чтобы передохнуть, и провалилась в сон.

Тихонько наблюдая за Ариком, девушка невольно залюбовалась им, но потом взяла себя в руки. Незачем ему знать, что она на него заглядывается. Скинув с себя плед, которым, судя по всему, укрыл её заботливый сосед, Софья сладко потянулась, стараясь не привлекать к себе особого внимания.

Арик инстинктивно вздрогнул и резко обернулся.

- А, Новосёл, с добрым утром! – увидев девушку, облегчённо выдохнул паренёк. – Как спалось?

Молодой человек старался говорить непринуждённо, но по нему было видно, что он весь как на иголках.

- Неплохо, учитывая обстоятельства, - ответила она. – Как успехи с трансляцией?

- Практически закончил, - Арик кивнул на экран. – Есть небольшие помехи, но в целом картинка стабильная. Думаю, к обеду всё будет работать, как часы.

Девушка поднялась с кресла, чувствуя прилив сил.

- Я к себе, - и взглянув на соседа, мягко добавила: - А ты постарайся поспать, тебе срочно нужен отдых…

***

Поднявшись в комнату Софьи, Нэнси в нетерпении распечатала найденный конверт. Развернув пожелтевший лист бумаги, исписанный тонким аристократическим почерком, девушка начала читать исповедь барона, где он признавался в том, чего не посмел высказать при жизни.

«Если ты читаешь это письмо, значит, я уже покинул этот мир», - гласил первый абзац. Дальше шло сумбурное описание его ошибок и сожалений и, наконец, череда шокирующих откровений…

Самое первое признание: «Урсула…моя дочь!» - потрясло Нэнси до глубины души. Все кусочки головоломки начали складываться воедино. Объяснялась нежность, с которой барон относился к девушке, его трепетная забота, выходившая за рамки простого дружеского расположения. Теперь, когда Нэнси ясно понимала, что именно связывало её горничную с бароном и, как он был убит в саду особняка графини Розалинды Скорр, смерть Урсулы, казалась ей не случайностью, а хорошо спланированной операцией.

Посмертная исповедь Лаврентия Михайловича приоткрыла завесу следующей тайны: каста Хранителей, к которой принадлежал барон Павловский, призванная оберегать древние знания и артефакты, и, как итог, – равновесие мира, не должна была отвлекаться на личные привязанности, где семейные узы считались слабостью, предательством их идеалов. Но барон нарушил этот закон, став отцом.

Ирония судьбы заключалась в том, что ему пришлось скрывать свою настоящую дочь, а роль официального родителя досталась Лаврентию Михайловичу для совершенно чужого ребёнка. Лия Монарди, в этом измерении получившая имя Софьи Павловской, девочка, чью жизнь он так сильно контролировал, на самом деле была ему никем…

«Лия Монарди… Я никогда не видел её мать, но её бабка заставила меня жениться на ней, она была готова на всё, чтобы удержать меня в своей власти…»

Брак с матерью Лии, формальный и оформленный задним числом, был лишь ещё одним звеном в цепи лжи. Габриэлла Монарди - это имя прозвучало в письме словно удар хлыста. Именно она, коварная и амбициозная, заставила барона пойти на этот шаг, прибегнув к шантажу и подкупу. Какие тайны она вырыла из прошлого господина Павловского? Чем она смогла его настолько запугать, чтобы он предал все свои принципы?

Возможная причастность бабки Софьи к смерти её горничной заставила Нэнси вспомнить о найденном дневнике этой особы и вернуться к разгадыванию шифра, который никак не хотел поддаться девушке.

Габриэлла Монарди, плетущая свои сети интриг, разрушила не только жизнь барона, но и многих других. Надо уточнить, что с нею стало, возможно ли то, что она до сих пор жива?

Придётся поговорить с Серафимой Петровной или даже с доктором Корнеем Мефодичем, может, они вспомнят что-нибудь важное и интересное касаемо этой таинственной персоны. И ещё стоит обратиться к Рейману, как ни крути, он большой знаток разгадывания шифров.

Глава 50

Когда мы с Уильямом увидели нашу карету, то обезумели – кто-то усердно потрудился над тем, чтобы привести её в негодность. Логика и интуиция, вместе взятые, мне подсказывали, что это были «гостеприимные» хозяева дома, куда нас вчера занесло, на ночь глядя…

Стараясь сохранять самообладание, я спросила у детектива, как там лошади. На нашу удачу, кони были отдохнувшие и накормленные. Отыскав в сарае сёдла и уздечки, мы быстро приладили их к уцелевшим животным и, захватив седельные сумки с багажом, пустились вскачь.

Я, отбросив аристократические условности, восседала на лошади в брюках, что было удобно и привычно для девушки моего мира. Детектив с интересом поглядывал на меня, видимо, ему было в новинку видеть женскую фигуру в таком откровенном облегающем одеянии, но меня было не пронять. Стесняться красивых форм Нэнси я не собиралась.

К вечеру мы добрались до постоялого двора. Закутавшись в плащ, я, довольная тем, что нам без «кровавых» приключений удалось прибыть в конечный на сегодня пункт назначения, рассчитывала на вкусный ужин и мягкую постель.

Пока Уильям договаривался на счет завтрашнего выезда, я зашла в таверну, ожидая детектива. Здесь было чрезвычайно шумно. Запах жареного мяса смешивался с ароматом эля, а голоса посетителей сливались в гудящий рой. Но вскоре я поняла, что в общем гомоне преобладает одна тема – яростный дракон.

- Видели его, клянусь, видели! – кричал толстяк с кружкой пива. – Огромный, чешуя, как угли, из пасти - пламя!

- Да, говорят, что-то случилось на Священном холме, - поддакнул ему худой мужчина, нервно озираясь по сторонам. – Говорят, там его держали.

Я замерла от неожиданности. В этот момент в таверну прибыл Уильям и как-то подозрительно стал поглядывать в мою сторону.

Сделав вид, что с интересом рассматриваю резную балку над камином, я безропотно дожидалась, пока детектив закажет нам горячий ужин.

Во время трапезы сыщик продолжал сверлить меня своим острым взглядом, и в его глазах читался немой вопрос.

- Анна! – видимо, не выдержав моего молчания, Уильям перешёл в наступление. – Это ты выпустила Лока?

Поперхнувшись от такого «наглого» предположения, я уставилась на детектива и невинно заморгала прекрасными глазами Нэнси.

- И как бы я это, по-твоему, сделала? – пропела ангельским голоском.

- Не притворяйся, я видел, на что ты способна! – Уильям отставил недопитый эль и придвинулся ближе. -И не забывай, что я отличный детектив, наблюдал твоё платье и твои волосы сегодня утром. Лучше сама расскажи мне правду, что произошло этой ночью?

Замечания Уильяма по поводу моего «затрапезного» вида озадачили меня.

- Пообещай мне, что снимешь апартаменты с ванной комнатой. Я должна привести себя в порядок перед тем, как предстану перед князем Владиславом!

Теперь закашлялся сыщик.

- Что прости, ты предлагаешь мне снять? – его удивлённый взгляд сосредоточился на моем лице.

- Уильям, хорошо, я всё-всё тебе расскажу, - заныла я капризным голоском хозяйки этого тела. - Только для начала я хочу помыться, чтобы быть элементарно чистой!

***

Ближе к вечеру Нэнси всё же приняла решение разыскать Реймана и просить его помощи с шифром из записной книжки Габриэллы Монарди. Как знак «доброй воли», она решила отдать виконту письмо барона Павловского, которое обнаружила сегодня утром не без участия его сыскарей.

Прихватив с собой Лизавету, чтобы соблюсти все полагающиеся приличия для девушки её положения, она решительно направилась в штаб-квартиру сыскного подразделения, находящуюся буквально в двух кварталах от особняка Павловских в этом небольшом и уютном городке.

Их прибытие в оный отдел возымело эффект разорвавшейся бомбы. Сыщики, обычно поглощенные своей работой, замерли, как кролики перед удавом. Кто-то ронял бумаги, кто-то лихорадочно поправлял мундир – в воздухе повисла густая тишина, нарушаемая лишь сдавленными шепотками.

Нэнси, привыкшая к подобному вниманию, сохраняла невозмутимость. Легким жестом она оставила смущенную Лизавету на попечение ошеломленных сыскарей и, расправив плечи, направилась к кабинету виконта.

- О, Рейман, - по-свойски обратилась она к молодому человеку, ей плохо удавались «перевоплощения» в хозяйку нового тела. - Я всё же вознамерилась обратиться к вам за помощью в разгадывании страницы из дневника бабки Софьи.

Виконт вскочил из-за стола, заваленного разложенными документами, и с удивлением воззрился на посетительницу.

Нэнси между тем невозмутимо продолжила:

- Понимаете, сегодня я нашла письмо барона Павловского, в котором достаточно много информации о Габриэлле Монарди – бабке Софьи.

- Вашей бабке, - поправил её виконт.

- Ну да, - согласилась взволнованная Нэнси и продолжила: – Я также нашла дневник этой самой Габриэллы с зашифрованной страницей и подозреваю, что там есть информация, проливающая свет на многие её интриги и преступления.

- Давайте сюда письмо, - серьёзным тоном потребовал Рейман.

Нэнси передала конверт и с интересом наблюдала за виконтом, у которого менялось выражение лица по мере чтения предсмертного послания барона Павловского.

- Вот, видите! - удовлетворенно заметила девушка, когда Рей в задумчивости опустил прочитанный документ.

Рейман нахмурил брови, словно пытаясь до конца осознать всю информацию, полученную из записей барона. В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов, стоящих на рабочем столе.

Нэнси нетерпеливо поправила подол своего платья, что делала всегда при особом нервном напряжении и, глядя на виконта, продолжила:

- Если вдруг окажется, что эта самая Габриэлла Монарди жива, ведь мы пока только знаем о смерти Лауры – матери Софьи…

- Вашей матери, - автоматически поправил её Рей и с профессиональным любопытством уставился на девушку.

- Ну да, - спохватилась Нэнси и внезапно замолчала, так как память Виллет «подкинула» ей новую информацию, которую она попыталась осмыслить.

- Вспомните, Рейман, как Розалинда после бала упомянула о том, что нашла тело Урсулы в тайном проходе, когда та спешила по какой-то надобности в особняк Павловских, хотя сам барон был уже убит.

- Да, что-то такое припоминаю, - согласился виконт, мысленно возвращаясь к событиям того вечера, отмечая, что этот факт остался без его должного внимания.

- Но из этого следует, что не только барон, Урсула и погибший Савелий Игнатьевич знали об этом проходе, но и Розалинда Скорр, которая тоже, по всей видимости, пользовалась им для каких-то своих целей! – Нэнси была горда собой, ей удалось самостоятельно сделать выводы, которые давали пищу для размышлений. - Из всех перечисленных господ графиня находится в относительном здравии, и у вас есть возможность задать ей необходимые вопросы о том, что она сама делала в этом месте, когда обнаружила труп моей горничной.

- Горничной Нэнси, - опять поправил девушку Рейман и посмотрел на неё уже с неприкрытой тревогой.

- Ах, Рей! – рассерженно воскликнула она, топнув при этом ножкой. – Перестаньте отвлекать меня на такие незначительные мелочи!

Виконт застыл в недоумении: такая реакция на его слова была так не свойственна Софье Павловской, которую он знал ранее. Между тем девушка невозмутимо продолжала:

- Я опять возвращаюсь к дневнику Габриэллы Монарди и прошу вас помочь мне разгадать секреты этой злосчастной страницы.

- Хорошо, - осторожно согласился с ней Рейман, чтобы не нервировать ещё больше.

Виконт взял протянутую тетрадку и, предложив Нэнси присесть, начал изучать причудливые символы. Девушка от волнения не могла находиться в состоянии покоя и нервно расхаживала по его кабинету. Наконец, он поднял глаза и посмотрел на неё с загадочной улыбкой.

- Интересный шифр! Весьма интересный. Я вижу здесь признаки нескольких древних языков, а также элементы алхимии и астрологии. Это, безусловно, не работа дилетанта, – виконт откинулся на спинку кресла, задумчиво поглаживая подбородок. – Мне потребуется некоторое время, чтобы расшифровать его. Но я обещаю вам, что приложу все усилия.

- Я буду вам очень признательна, Рей, - Нэнси почувствовала, как надежда вновь зажглась в её сердце. – Я была уверена, что вы обязательно сможете мне помочь.

- Не стоит благодарности, Софья. Я всегда рад возможности испытать свой ум. Оставьте мне этот шифр, и я свяжусь с вами, как только у меня появятся какие либо новости.

Виконт встал из-за стола и протянул Нэнси руку, видимо, для прощания. Но тут взгляд девушки зацепился за странную коробку, что лежала рядом с бумагами, явно принадлежавшую другому измерению.

- Что это? – поинтересовалась она, хотя ответ на свой вопрос «выплывал» из памяти Виллет.

- Сами ломаем головы, - ответил Рейман. – Нашли при погибшем помощнике поверенного.

Девушка взяла в руки чудной предмет: невзрачная картонная коробка, где красовалась надпись «Проект Забвение». Из любопытства, а скорее из чувства долга, Нэнси приоткрыла её.

Внутри, плотно уложенные рядами, стояли флаконы и блистеры. Незнакомые названия проплывали в памяти из обрывков медицинских знаний, полученных в своё время Виллет. Психотропные препараты – тяжелая артиллерия в руках тех, кто хочет контролировать чужой разум…

Глава 51

Когда ближе к вечеру в квартирку Софьи пришла Татьяна, девушка поразилась тем переменам в её внешнем облике, произошедшим всего за пару дней, пока они не виделись.

Эта дородная, лучезарная и излишне активная женщина предстала перед ней осунувшейся и бледной. Щеки ввалились, а кожа приобрела нездоровый, болезненный оттенок. Тени под глазами залегли глубокими тёмными впадинами, делая взгляд уставшим и тревожным. Двигалась она медленно и скованно, как будто каждое движение давалось ей с большим трудом. Весь её облик источал глубокое внутреннее беспокойство.

- Каталею арестовали, - заявила она с порога. – Ей нужна наша помощь!

Голос подруги Лидии дрожал от напряжения. Она села напротив Софьи и продолжила свой рассказ.

- Нашлись какие-то свидетели. Говорят, её видели в оранжерее в момент выстрела, так что твои заверения, что вы были вместе в это самое время, местная полиция может принять за лжесвидетельство. Лидия, я в отчаянии! Надо срочно что-то придумать!

Софья нахмурила брови. Ей никак не давали покоя слова Анастасии Андреевны, сказанные в интервью на широкую публику, явно противоречащие тому, что происходило в действительности в резиденции губернатора в тот злополучный день. Она поведала Татьяне свои сомнения, стараясь не пропустить ни одной детали...

- Это не просто стечение обстоятельств, - задумчиво проговорила подруга. – Кто-то очень влиятельный заинтересован в том, чтобы обвинить Каталею. И сдается мне, что это может быть ближайшее окружение девушки – её свекровушка и дражайший муженек! Кстати, а куда он мог подеваться? Неужели действительно этот увалень кому-то вдруг понадобился?

- Нужно узнать у этих свидетелей, что конкретно они видели, - подумала вслух Софья, - потому что Дмитрий тоже поначалу утверждал, что в него стреляла именно Лея. Кто-то явно хотел, чтобы стрелка приняли за неё и смог соответствующе загримироваться, что совсем не сложно, учитывая яркую внешность девушки.

Татьяна подошла к окну, обдумывая эту ситуацию.

- Хорошо. Это я беру на себя. У меня найдется пара знакомых, которые помогут нам узнать имена тех свидетелей.

- А по поводу Виктора Антипина, - задумчиво продолжила Софья, - то нужен надежный лазутчик в доме губернатора. И сдаётся мне, я знаю, кто сможет нам в этом помочь…

Софья вспомнила про компаньона из своего измерения, маленького светлячка, который преспокойно жил в банке из-под варенья в её кухонном шкафу. Он идеально подходил для этой миссии. Оставалось только подбросить этого «разведчика» в губернаторскую резиденцию, а потом изыскать способ его оттуда забрать.

- Если мы сможем найти, где скрывают сына главы области, то, возможно, будет проще снять обвинения с его жены, - развернувшись к Татьяне, Софья посмотрела той прямо в глаза. – И нам нужно выяснить, кто стоит за всем этим беззаконием…

***

Когда с ужином было покончено, Уильям нервно схватил меня за руку и, выведя на улицу, потащил в самый тёмный угол постоялого двора.

- Анна! Послушай меня внимательно! – тихо произнёс он, оглядываясь по сторонам, словно опасаясь чужих ушей. – Сегодня ночью мы разместимся по одиночке. Это необходимо. Ты отправишься в «Королевский приют» - гостиницу для титулованных особ. Я же останусь здесь, на этом постоялом дворе «У старого плута».

Я увидела, как блеснула тревога в его глазах, но стояла молча, не перебивая детектива.

- В этих местах у князя есть люди, разбросанные по всей округе, которые неусыпно контролируют ситуацию и докладывают о каждой незначительной мелочи, - продолжил между тем сыщик. – Они должны увидеть тебя одну, богатую наследницу, путешествующую инкогнито. Никаких намёков на спутника быть не должно.

Он выпустил, наконец, мою руку и достал аккуратно сложенный платок яркого алого цвета.

- Когда заселишься в свой номер, разверни этот платок и положи на подоконник. Это будет знак, что всё в порядке, что ты устроилась благополучно. Не забудь сделать это, и не позднее чем через час, но и не раньше, чем через двадцать минут после прибытия. Поняла?

Я послушно кивнула, а Уильям продолжил свои наставления.

- После сигнала – отдохни. Прими ванну, выпей вина, делай всё, чтобы выглядеть расслабленной и непринуждённой. Ты должна быть убедительной, Анна. Все должны поверить, что ты просто богатая девушка, остановившаяся на ночлег.

В голосе детектива сквозила горечь, словно ему претило отпускать меня одну.

- У тебя всё получится! – подбадривая сам себя, одухотворенно воскликнул он. – У девушки, которая в одиночку выпустила Лока из Священной горы вагатов, просто не может не получиться такая малость!

Наши взгляды встретились. Я была благодарна Уильяму, что он всё понял без лишних объяснений и вполне здраво воспринял эту информацию. Но тревога в его глазах, казалось, росла с каждой секундой.

Внезапно он притянул меня к себе, и страстно прошептал:

- Я знаю, что ты, в конце концов, исчезнешь из моей жизни. Я понимаю, всё, что я вижу - это лишь магическая иллюзия. Но сейчас ты рядом со мной, та самая, что умудрилась украсть моё сердце…

Не успев ничего предпринять, я почувствовала, как его губы коснулись моих. Это был страстный, пылающий поцелуй, от которого у меня закружилась голова. Казалось, в этом прикосновении был заключен весь его мир, все его переживания и вся его вера. В этом поцелуе он словно передавал мне часть своей силы, своей решимости, своей любви, умоляя вернуться целой и невредимой…

***

Сразу после посещения штаб-квартиры сыскного отдела в городке Ричердстон, Нэнси решила расспросить Серафиму Петровну, что она помнит о тех временах, когда Габриэлла Монарди была частым гостем этого дома.

Застав домоправительницу в малой гостиной, девушка, стараясь не выдать своего волнения, задала ей свой животрепещущий вопрос:

- Серафима Петровна, вы здесь работаете давно, что вы можете рассказать мне о моей бабушке?

Экономка, слегка обескураженная предложенной темой беседы, помедлила с ответом, словно перебирая в памяти события прошедшего времени.

- Я помню только, что перед вашим появлением на свет мы жили в загородном поместье, в том, что в долине реки. Там я видела в последний раз вашу бабушку.

Она прикрыла глаза, видимо, вспоминая образ Габриэллы.

- Ох, и сложная была женщина! Красивая, конечно, очень красивая, но холодная. Ледяная, я бы сказала…

Серафима Петровна посмотрела прямо перед собой, словно увидела картинки из далёкого прошлого.

- Отношения у неё с вашей матушкой…как бы это сказать…натянутые были. Всегда чувствовалась между ними какая-то неприязнь, словно была вырыта целая пропасть.

Домоправительница грустно вздохнула и, чуть помедлив, продолжила:

- Помню, когда ваша матушка забеременела вами, леди Габриэлла словно вообще отгородила её от внешнего мира. Я, конечно понимаю, время было такое, беременных берегли… Но там было что-то другое. Словно её держали взаперти. Ей почти не разрешали выходить из своей комнаты, и никого к ней не пускали, кроме нескольких слуг. Словно ваша бабка боялась, что кто-то увидит её беременной, или что она с кем-то переговорит. А леди Габриэлла всё колдовала и колдовала. Мы тогда с одной горничной, совсем ещё молоденькие девчонки, решили подсмотреть, чем занимается ваша бабушка в своих чертогах. Вот, из любопытства Фиона и прильнула к замочной скважине, а через миг ослепла на этот глаз. Вскоре и вовсе пропала. Поговаривали разное, да и подозрения были всякие…

Серафима Петровна задумалась о чём-то, о своём, и пауза затянулась.

- Вы хотите сказать, что Лауру держали взаперти до самых родов? – Нэнси почувствовала, как сердце у неё в груди забилось сильнее обычного.

Экономка опустила взгляд, словно осознавая, что наговорила слишком много.

- Я не это хотела сказать, барышня. Просто… оберегали её очень сильно. Слишком сильно… И потом, мало ли что Габриэлла на уме держала, мы люди маленькие…

- А родилась я тоже в поместье? – тихо спросила Нэнси, затаив дыхание.

Серафима Петровна кивнула.

- В ту тревожную ночь второго ноября, - глубоко вздохнув, словно собираясь с мыслями, женщина продолжила свой рассказ. – Роды были тяжелые, очень тяжелые. Ох, бедная женщина. Я помню, как будто это было вчера. Не ночь, а настоящий кошмар тогда разыгрался для всех нас. Сама природа словно восстала…

Она покачала головой, словно отгоняя неприятные воспоминания.

- Ветер выл, как стая диких зверей, а дождь лил стеной, так, что даже огни поместья казались размытыми и тусклыми. Грохот грома разрывал небо, и молнии сверкали беспрестанно, освещая сад в причудливом зловещем свете. В здании было ещё хуже. Стоны вашей матушки смешивались с воем ветра, создавая ужасную какофонию. Ставни с мистическим шумом хлопали, половицы скрипели, как будто в доме собрались все призраки, обитавшие в округе.

Мы, прислуга, метались по поместью, стараясь хоть чем-то помочь, согреть воды, принести полотенца… Все чувствовали, что происходит что-то недоброе, что-то страшное.

Повитуха трудилась не покладая рук, но силы покидали вашу матушку. Я видела, как её лицо становится все бледнее и бледнее, как каждая схватка отнимает от неё частичку жизни. Габриэлла ходила вокруг, словно тень, не говоря ни слова, лишь сверлила роженицу слишком уж недобрым взглядом.

В какой-то момент молния ярко осветила комнату, и мы все увидели на животе и руках вашей матушки какие-то странные символы, вырезанные острым предметом. Когда барыня их заметила, то аж завизжала от злости и, стремглав выбежав из комнаты, поднялась к себе. А Лаура прокричала ей вслед: «Не дождёшься! Я не отдам тебе свою малышку!» Было жутко от происходящего, словно мы оказались в самой преисподней…

В голосе Серафимы Петровны зазвучала искренняя печаль:

- Старались мы изо всех сил, но спасти вашу мать не смогли. Только-только взглянула она на вас и ушла… А утром её тело увезли в чёрной карете… Долго шептались по углам, но, странное дело, как эта самая карета оказалась в поместье? Не иначе, как ваша бабка загодя её приготовила. Только и Габриэллу после этой ночи никто не видел, словно растворилась в воздухе…

Нэнси похолодела от таких подробностей рождения Софьи.

- А похороны Лауры? Вы помните похороны?

- Нет, Софьюшка, не помню. Вся прислуга была занята тобой, новорожденной. Кормили, купали, пеленали… Барон только через две недели явился, забрал тебя и привез сюда. С тех самых пор это твой дом.

Нэнси уставилась в окно, чувствуя, как по спине бегают мурашки от рассказа Серафимы Петровны. Бабушка, которую никто не видел после появления Софьи. Мать, умершая сразу после родов. Чёрная карета, приготовленная заранее, увозящая неразгаданные тайны прошлого…

Глава 52

- Новосёл! Поздравляю! Ты всё-таки справилась со своей инсектофобией! – Арик задумчиво крутил в руках банку со светлячком.

- С чем? – не поняла Софья, поздно спохватившись, что забыла убрать Вика подальше от посторонних глаз.

- Ну, со своей боязнью насекомых, - пояснил сосед. – Я помню, ты раньше и мух-то боялась, а теперь у тебя живёт припеваючи в банке светящийся таракан.

- Это редкий вид, - нравоучительно начала наставлять парнишку Софья, а потом решительно добавила: - Он из другого измерения.

- Да, ладно! – не поверил Арик. – Хотя, соглашусь, выглядит он впечатляюще…

В этот момент в дверь позвонили, и девушка поспешила убрать банку со светлячком обратно в недра кухонного шкафа. На пороге появились Татьяна с мужем и выглядели они чрезвычайно взволнованными.

- Всем привет! – привычно затараторила подруга Лидии. – А мы к вам с новостями.

Расположившись в удобных креслах в комнатке Софьи, Татьяна сбивчиво начала свой рассказ:

- Незадолго до злосчастного банкета жена губернатора вдруг решила, что персонал устарел, и нужно обновить штат горничных. И знаете, это было бы не так странно, если бы не её… специфические критерии.

Она сделала паузу, чтобы перевести дух, и продолжила:

- Она выбирала девушек, внешне похожих на свою невестку, Каталею Деркач. Понимаете? Явно искала типаж. Изящные, стройные, с определенными чертами лица. Только со цветом волос у неё никак не получалось. Все как на подбор были, да простит меня мой французский, шатенками, рыжими или блондинками, а ей нужны были брюнетки.

Татьяна обвела взглядом присутствующих, убеждаясь, что все её внимательно слушают.

- Отобрала она в итоге три девушки, и тут началось самое интересное. Госпожа Анастасия Андреевна стала устраивать им провокации. То украшение «случайно» на видном месте оставит, то сейф якобы забудет закрыть. Проверочки на честность, так сказать…

Она возмущенно поджала губы.

- А дальше начался полный абсурд! Девушки, которые добросовестно прошли все испытания, выдержали искушение, в итоге… получали отставку! Их увольняли! А на это место взяли какую-то странную особу – некую Инну Старостину. Абсолютно неприметное имя, но я вспомнила её!

Татьяна, с усилием достав из сумочки пожелтевшие газетные вырезки, разложила их на журнальном столике.

- Я нашла старые статьи об этой персоне. Смотрите! - она указала на размытое фото молодой женщины с дерзким взглядом. – Инна была известна своими авантюрами, мелкими кражами, однажды даже засветилась в какой-то карточной мафии. И знаете, что самое интересное! Инна Старостина невероятно похожа на Каталею. Просто поразительно похожа! Посмотрите сами!

Все присутствующие склонились над газетными страницами, внимательно вглядываясь в лицо этой женщины. Действительно, сходство было очевидным.

- Значит, надо найти эту Инну, - предложила Софья.

- Да, было бы неплохо, - задумчиво почесывая подбородок, нахмурился Арик. – Если она ещё жива…

Девушка ахнула, прикрыв рот ладонью.

- А откуда у тебя такие сведения? - поинтересовался у жены Васятка.

- Одна из вышедших в «финал» - моя постоянная клиентка. Она приходила тогда ко мне за советом по поводу преображения в брюнетку, но я отговорила, потому что явно не её типаж. Сегодня она была у меня, мы разговорились, и девушка поведала эту историю, перекрестившись, что не попала тогда на место горничной в дом губернатора…

***

Рейман склонился над страницей дневника Габриэллы Монарди, которая, по уверениям Софьи, содержала зашифрованную информацию. Комната была погружена в полумрак, лишь узкий луч света выхватывал из темноты его сосредоточенное лицо.

Виконта увлекла комбинация символов, тем более что Софья приготовила схему раскладки книг из прилагаемого списка в кабинете барона Павловского. Девчонка молодец! Верно догадалась, что к чему…

Сокращая и убирая ненужные символы, за пару часов Рей получил «выжимку» текста, в которой остались лишь пять слов:

- Форма;

- Содержание;

- Время;

- Место;

- Обстоятельства.

Виконт задумался, что же это могло означать, и логические выводы, которые приходили ему на ум, подсказывали, что расшифровка страницы дневника бабки Софьи – это не конечная разгадка тайны, а только начало для нового захватывающего расследования.

Софья… Сегодня она предстала перед ним совершенно иной. Её облик был всё так же притягателен – те же ясные глаза, та же улыбка, но в этом светлом образе сквозила какая-то отчужденность. Куда подевались её открытость и приветливость? Или она до сих пор злилась на него из-за обыска в особняке Павловских?

Встревожили Реймана и её постоянные оговорки. Они были необъяснимыми и нелогичными, складывалось впечатление, что девушка была не в себе.

Опять же, она всё четко разложила по полочкам, касаемо найденной коробки с медикаментами и посоветовала проверить самочувствие поверенного покойного барона Павловского, Федора Степановича Рогожникова. И точно, запросив отчёт о состоянии здоровья оного у его лечащего врача, небезызвестного Корнея Мефодича, сыщики получили информацию, что тот пошёл на поправку.

А это могло означать то, что погибший Савелий Игнатьевич приложил руку, чтобы «вывести из строя» своего начальника для каких-то своих корыстных надобностей. То, что этот субъект был явно не чист на руку, сыщикам удалось установить, но что он делал в тайном проходе, ведущем в дом барона Павловского – пока оставалось загадкой.

Тут в комнату осторожно вошёл слуга и протянул Рейману запечатанный конверт.

- Письмо от Его Императорского Величества, Ваше Сиятельство, - вышколенный лакей низко откланялся.

Виконт взял послание и неторопливо вскрыл печать. Пробежав глазами по строкам, в его взгляде мелькнула тень удивления.

В письме, облаченном в витиеватую формулировку, содержалось прямое указание: Рейман де Бар должен доставить девицу Анну Скорр в императорский дворец. Требовалось обеспечить её безопасность и конфиденциальность доставки. Причины не объяснялись, но в императорском тоне не было ни малейшего намёка на обсуждение отданного приказа…

Глава 53

Я лежала в темноте ночи и никак не могла уснуть. Четко следуя указаниям Уильяма, я сделала всё, чтобы меня в «Королевском приюте» запомнили надолго.

Едва переступив порог предложенной комнаты, резко раскритиковала вид из окна, который якобы не соответствовал моим эстетическим запросам, потому что «небо я желаю видеть в большем объёме». Таким образом, обойдя пять номеров, я выбрала тот, где окно выходило на главную улицу, чтобы детективу было удобно вести своё наблюдение.

Далее персонал ждало испытание с приготовлением ванны. Признаюсь, мне даже было весело изображать капризницу Нэнси. Я требовала от горничной, чтобы вода была ровно 38 градусов Цельсия, ни больше, ни меньше, ясно осознавая тот факт, что про существование Цельсия в этом измерении могли просто быть не в курсе. После нескольких попыток служанка с дрожащими руками умудрилась угадать заветную температуру, и я не без удовольствия, наконец, приняла ванну.

С ужином, заказанным в номер, начался настоящий спектакль. Сначала я долго и придирчиво изучала меню, задавая десятки вопросов о составе каждого блюда и способах его приготовления, затем, получив заказ, начала придираться к каждой мелочи: «Что это за подобие супа? Где сливки? Почему петрушка порезана так грубо? А курица явно пересушена!»

Каждый каприз, каждое требование, каждая жалоба были направлены на одно – заставить прислугу запомнить Нэнси во всей своей экстравагантности, чтобы у князя Владислава не осталось сомнений по поводу моей персоны.

Но мои мысли в этот час «летали» где-то далеко, возвращаясь к поцелую Уильяма, такому страстному и одновременно полному отчаяния, от осознания того, что это лишь миг в нашей реальности, который неизбежно исчезнет, оставив лишь горечь сожаления.

В этом поцелуе была смелость признания, вырвавшегося из уст детектива: « Та самая, что умудрилась украсть моё сердце!» Эти слова, словно печать, закрепили впечатление от этого напористого страстного поцелуя, который взбудоражил меня, заставив забыть о правилах приличия и условностях.

Но тяжелым грузом на моем сердце лежало понимание того, что бедный Уильям увлечен образом Нэнси, хотя он всё знал, в отличие от Реймана, которого я поцеловала со всей своей горячностью в то роковое утро после бала, когда была в теле Софьи.

Я тоже целовала мужчину, в которого влюбилась, осознавая в тот момент, что это наш последний миг вместе, но слова любви, рвущиеся из глубины моей души, так и не смогли найти себе выхода. Это был прощальный поцелуй, пропитанный горечью невысказанных признаний и упущенных возможностей. Хотя на что я тогда могла надеяться, понимая, что Рейман де Бар видит перед собой Софью Павловскую…

Как всё сложно с этими перемещениями! Надо всегда быть «начеку», беречь своё бедное сердечко от бушующих страстей в мире красивых и благородных мужчин и не повторять своего печального опыта…

***

Утро не принесло Анне долгожданного спокойствия. Девушка открыла глаза, но не почувствовала привычного отдыха. Ночь выдалась сложной, сон не шёл из-за переживаний, вызванных разговором с Серафимой Петровной о Габриэлле Монарди. Откровенные воспоминания домоправительницы всколыхнули в душе Нэнси целую бурю эмоций – от шока и недоверия до тревоги и паники.

Тяжело вздохнув, она встала с постели. Голова раскалывалась, веки налились свинцовой тяжестью. Когда девушка спустилась в гостиную, то её ждал новый неприятный сюрприз – в стопке утренней корреспонденции взгляд Нэнси зацепился за один конверт, выделявшийся своей непохожестью среди привычных писем от знакомых и банковских счетов…

Сердце предательски ёкнуло. Тяжелый, из дорогой бумаги, с гербовой императорской печатью, он притягивал взор, не предвещая девушке ничего хорошего.

Внутри, на шёлковой подкладке, лежало приглашение - нет, скорее, обязательство – прибыть в императорский дворец.

«Мистическая Феерия, - гласила каллиграфическая надпись. – Приглашаем вас принять участие в торжествах, посвященных началу сезона Магических искусств».

Далее следовало указание, что присутствие Лии Монарди, как одной из признанных представительниц Древних магических родов, является безусловным. По прибытии ей надлежало продемонстрировать свои умения в серии магических конкурсов.

Анна побледнела. Магические конкурсы? Мистическая Феерия? Как ей быть, она же не Лия Монарди?! Паника захлестнула её с головой. Что она сможет продемонстрировать собравшейся публике? Пару алхимических фокусов? Чтение манускриптов на языке Древних родов? Ведь она не имеет понятия о сложных заклинаниях, телепортации, силовых полях и прочих чудесах, которые наверняка будут демонстрироваться во дворце.

Тяжесть императорской печати давила на плечи. Игнорировать приглашение монарха было немыслимо. Это не просто невежливость, это прямая демонстрация неповиновения, тем более что сейчас она находится в теле Софьи Павловской, что означало навлечь гнев императора на ничего не подозревающую девушку.

Нэнси сидела неподвижно, словно парализованная. Впереди её ждал императорский дворец, Мистическая Феерия и ужасающая перспектива публичного позора, если ничего не удастся предпринять…

Анне срочно требовалось с кем-то посоветоваться, и она очень надеялась на скорое возвращение Виллет. Может быть, вдвоем они смогли бы избежать этого надвигающегося кошмара под названием «Сезон Магических искусств».

Погруженная в свои тягостные думы, Нэнси даже не среагировала должным образом, когда в дом Павловских с ранним визитом явился виконт де Бар.

Высокий и статный, облаченный сегодня в военный мундир, он излучал властную уверенность, которая, впрочем, не скрывала отчаянного напряжения в его глазах.

- Софья, я выполнил вашу просьбу, расшифровал страницу дневника вашей бабки, - протягивая ей свои записи, он выдержал паузу, наблюдая за реакцией девушки. – Прошу, выполните в ответ мою – скажите, наконец, где сейчас пребывает Нэнси Скорр?

Анна попыталась сохранять самообладание, хотя внутри у неё всё задрожало от волнения. Видя её эмоции, Рейман неумолимо продолжил:

- Я получил приказ от Императора срочно доставить девушку во дворец. Это дело государственной важности, я не могу не подчиниться.

Отчаяние в её глазах стало ещё более заметным, она провела рукой по лицу, словно пытаясь успокоиться. Как ей быть? Сказать правду о Виллет? Но она обещала той всё держать в секрете. Опять же, зачем Нэнси понадобилась Императору? Ведь именно её затребовало к себе Императорское Величество?

Неожиданно напряженная тишина, повисшая между ней и виконтом, разорвалась подобно взрыву. Дверь распахнулась, и в гостиную ворвался лорд Салеван Грин, гневно сверкая по сторонам своими глазищами.

- Анна! – почти прорычал он, игнорируя светские манеры. – Где Виллет? Говори сейчас же! Не молчи!

Его внезапное появление спутало все карты. Девушка вспомнила, что Тёмный лорд знает, кто она на самом деле, поэтому дальше притворяться Софьей не имело смысла.

Лорд Грин стремительно приблизился к ней, схватил за плечи и хорошенько тряхнул.

- Анна! Послушайте меня внимательно! Виллет может грозить смертельная опасность! У нас нет времени на любезности. Вам необходимо сообщить, что вы знаете о её местонахождении, если хоть немного дорожите её и своей жизнями!

Грин отпустил её, но продолжал пристально смотреть в глаза, словно пытаясь прочитать её мысли. В этот момент Нэнси ясно осознала, что если с Вилетт, которая сейчас находится в её теле, случиться непоправимое, то ей никогда не вернуться к своей истинной жизни.

- Она отправилась в княжество Дальних земель, - выдохнула девушка и, опустившись без сил на диван, разрыдалась…

Виконт, ошеломленный дерзостью вторжения, молча наблюдал эту сцену. При упоминании о Дальних землях, он ужаснулся, не в силах поверить в происходящее.

- Нэнси отправилась в лапы к князю Владиславу? – озадаченно переспросил девушку Рейман. – Как ей это могло прийти на ум?

- Розалинда подсказала, - всхлипнула та.

- Самонадеянная девчонка! – лорд, казалось, вот-вот задохнётся от праведного гнева. – Как ей удалось в одиночку организовать свой побег?

- Ей детектив помогал, - Нэнси продолжала «вываливать» на головы собравшихся мужчин подробности тщательно спланированной «тайной операции».

- Что-о-о! – почти разом вскричали они.

- Так вот куда запропастился Уильям?! – озаренный догадкой раздраженно воскликнул Рейман.

- Встречу этого Грея, разорву на 48 частей!!! – яростно прогрохотал Салеван Грин.

- А почему на сорок восемь? – удивленно поинтересовалась Нэнси.

Мужчины замерли как по команде и в недоумении уставились на неё…

Между тем, вспомнив про утреннее послание из императорского дворца, Анна решилась обратиться за помощью к Тёмному лорду.

- Лорд Салеван, я попала в затруднительное положение, - может совет человека, ведающего правду о перемещениях девушек, поможет найти выход в сложившихся обстоятельствах. – Я сегодня получила это приглашение… и не знаю, как мне быть.

Ознакомившись с содержанием письма, Грин кивнул ей в знак того, что понял её проблему. Рейман ревниво проследил за их взаимодействиями, что не укрылось от внимания Нэнси.

- У нас есть почти две недели до начала сезона Магических искусств, - ободряюще проговорил Тёмный лорд. – Думаю, что сможем всё устроить. Сейчас главное отыскать Виллет и вернуть её из Дальних земель, пока она не натворила там дел…

Заверения лорда успокоили Нэнси, и когда мужчины, наконец, удалились по своим делам, девушка почувствовала, что к ней вернулся здоровый аппетит. Она попросила Лизавету накрыть столы к завтраку и с увлечением вернулась к дневнику Габриэллы Монарди, где Рейман добавил запись расшифрованной страницы раритетной тетрадки.

Глава 54

Софья проснулась в это утро с твердым намерением осуществить свой план по внедрению Вика в губернаторскую резиденцию. Она знала, что у неё будет всего один шанс и не собиралась его упускать. Собравшись с духом, она облачилась в черный элегантный костюм, преподнесенный ей в подарок накануне трагических событий, и отправилась к особняку губернатора на Димкиной машине, связавшись с Володей, личным шофёром пострадавшего политика.

Подойдя к входу, девушка предъявила охране документы и вежливо попросила встречи с Анастасией Андреевной, хозяйкой губернаторской резиденции. Поначалу охрана была настороже, но Софья держалась спокойно и уверенно, ссылаясь на то, что у неё назначена встреча. Она уверяла, что это всего лишь дружеский визит, хотя понимала, что после последних событий её появление здесь может выглядеть весьма подозрительно. На это и был сделан расчёт девушки – заинтриговать Анастасию Андреевну, чтобы получить доступ в дом.

После некоторых колебаний охранники связались с хозяйкой резиденции и, к облегчению Софьи, разрешили пройти внутрь. Сердце девушки забилось чаще от волнения, но она постаралась взять себя в руки. Ей понадобится всего пару минут, чтобы подбросить «жучка», но следует выполнить это правильно, со всей осторожностью, чтобы Вику ничего не угрожало.

Софья, излучая наигранное радушие, шагнула в помпезную гостиную резиденции губернатора. Анастасия Андреевна встретила её с заметным замешательством, видимо, пытаясь понять, что привело эту девицу в её дом.

- Лидия?! Очень неожиданно! Но очень приятно! – пролепетала жена губернатора, нервно поправляя нитку жемчуга на своей ухоженной шее.

- Анастасия Андреевна, я лишь хотела засвидетельствовать вам своё почтение и извиниться за то, что на том злополучном приёме не дождалась вас в оранжерее.

Глаза собеседницы заметно оживились, и она с явным любопытством взглянула на девушку.

- Да, кстати, а куда вы тогда пропали?

- Меня привлекли звуки из коридора, - поведала Софья, оглядываясь по сторонам в поисках подходящей «площадки» для посадки светлячка. – Я вышла посмотреть, что там происходит, а потом, поднявшись на второй этаж, встретила Каталею, с которой и провела всё время в её комнате до самого выстрела.

Девушка пристально посмотрела на Анастасию Андреевну, но той было не привыкать к провокациям разного рода, и Софья мысленно «отвесила» комплимент актёрскому мастерству хозяйки дома.

- Присаживайтесь! – гостеприимно предложила жена губернатора, и девушка не преминула воспользоваться её предложением.

Опустившись на диван поближе к подлокотнику, она тихонько постучала пальчиком по карману, в котором находился Вик, чтобы светлячок приготовился «десантироваться» в складки губернаторской мягкой мебели.

- Что на данный момент известно о Викторе? – спросила Софья у Анастасии Андреевны, пока её жучок выполнял стратегические манёвры.

- Пока ничего, - чрезвычайно спокойно ответила мать пропавшего, что было весьма неуместно при сложившихся странных обстоятельствах. – Арестовали его женушку, как вероятную участницу похищения. Следствие ведётся…

Софья изумилась такому положению вещей, но предпочла не комментировать услышанное. Вик между тем забился в складки обивки дивана.

Желая отвлечь внимание хозяйки дома от трагического происшествия в день губернаторского приёма, девушка перевела беседу в спокойное русло, осыпая Анастасию Андреевну комплиментами по поводу её вкуса в интерьерах гостиной, а также восхищаясь оранжереей, которой можно было по праву гордиться.

Когда визит по всем канонам светской этики подошёл к завершению, Софья поблагодарила жену губернатора за оказанное гостеприимство и поспешила убраться восвояси.

Вику, как маленькому шпиону, предстояло облететь каждый уголок резиденции за предстоящие сутки и по возможности собрать максимум информации: заглянуть во все щели, подслушать все разговоры, собрать любые сведения, будь то финансовые документы, секретные договорённости или просто пикантные сплетни.

Жучок должен был всё видеть, всё слышать и всё запомнить. Затем залезть в мусорный пакет и ждать, когда его заберёт из контейнера, что находится за пределами губернаторского дома, подоспевший с утра Арик.

***

Выйдя из особняка Павловских, виконт де Бар и лорд Салеван Грин в замешательстве остановились на аллее, словно решая, что каждому из них предстоит делать далее.

Тёмный лорд, со своей военной выправкой и пристальным взглядом, первым нарушил молчание.

- Рейман де Бар, как я понимаю, вы получили приказ от Императора доставить дочь графини Скорр в императорский дворец. Тогда именно вам предстоит отправиться за ней в Дальние земли. У вас есть все полномочия вести розыскную деятельность во владениях князя Владислава. Я же, с вашего позволения, займусь решением следующей проблемы этих девиц, а именно, приглашением Софьи Павловской на открытие сезона Магических искусств.

Виконт нервно развернулся к Салевану, и в его взгляде мелькнуло подозрение.

- Да, действительно, я получил некое распоряжение от Императора. Но, простите за мою прямоту, меня несколько занимает ваша увлеченность этой миссией. Что конкретно вас связывает с Нэнси?

На лице Тёмного лорда на мгновение промелькнула тень, но он быстро собрался.

- Поверьте мне, виконт, ни к Нэнси, ни к Софье я не имею никаких притязаний. Меня волнует лишь Виллет, - тут Салеван осёкся, - но это не моя тайна…

Пауза повисла в воздухе. Лица обоих аристократов оставались внешне невозмутимыми, но напряжение между ними ощущалось почти на физическом уровне. Тёмному лорду предстояло решить дилемму: раскрыть часть правды, чтобы заручиться поддержкой Реймана в поисках Виллет, пока сам Салеван в кривизне измерений и реальностей будет разыскивать Лию Монарди, чтобы вручить той приглашение в императорский дворец, или оставить возможность самой Виллет поведать виконту свою историю, учитывая их сложные отношения…

- Рейман, я понимаю, что, пребывая в неведении, вам трудно оценить ситуацию, - продолжил без злобы лорд. – Мой вам совет: когда отыщете её, потребуйте рассказать вам всю правду. И… задайте ей, в конце концов, хорошую взбучку! Может быть, хоть вас она послушает…

С этими словами лорд Салеван Грин откланялся и быстро скрылся за поворотом. Рейман, не успев до конца понять смысл сказанных лордом слов, с изумлением наблюдал, как в этот самый миг в небо взметнулась огромная черная птица, словно торопясь отправиться по некой служебной надобности…

***

Почтовая карета, скрипя и подпрыгивая по ухабистой дороге, пробиралась сквозь сумрачный лес.

Итак, мне оставалось преодолеть последний участок пути до замка князя Дальних земель. Он, как мрачная громада, возвышался на неприступной скале, видимый сквозь верхушки лесных деревьев.

На козлах, как и было оговорено ранее, под личиной кучера сидел Уильям. Его широкие плечи и мощные руки придавали ему вид простого работяги, но я хорошо знала, что под простым картузом скрывается острый ум и зоркий взгляд опытного детектива.

Лес становился всё гуще, стволы деревьев – выше и мрачнее. Карета проехала мимо покосившихся хижин, жители которых бросали нам вслед взгляды, полные страха и суеверия. Я ощущала напряжение в каждой частичке своего тела. Зная, что очень рискую, но желание разгадать игру графини Розалинды придавало мне сил и азарта.

Наконец, между деревьями показалась конечная цель нашего путешествия – замок князя Владислава. Неприступные стены, ощетинившиеся бойницами, угрюмые башни, упирающиеся в низкие тучи. Даже издали он казался зловещим воплощением власти и подавления.

Уильям ловко остановил карету у ворот. Два мрачных стражника, закованные в броню, с показательным недоверием оглядели нас.

- Кто такие и куда путь держите? – прорычал один из них.

- Я приехала навестить князя Владислава, - невинно «промурлыкала» я и уверенно заявила: - Хочу передать привет от своей матушки.

Стражники переглянулись. Не каждый день приезжают гости с визитом к их хозяину.

- Ждите здесь, - буркнул второй и скрылся в воротах.

Я исподтишка бросила взгляд на Уильяма. Он сидел неподвижно, как скала, внимательно наблюдая за происходящим, готовый в любой момент прийти мне на помощь.

Ожидание затянулось. Наконец, ворота со скрипом распахнулись, и стражник жестом приказал нам въехать во двор замка. Я глубоко вздохнула, расправила плечи и приготовилась к встрече с загадочным правителем здешних мест…

Глава 55

Я оказалась в просторном зале старинного замка, утопающем в роскоши. Стены, увешанные гобеленами с изображением сцен охоты и легенд, высокие стрельчатые окна, пропускающие свет уходящего дня, - всё это говорило о вековой истории владельцев этого таинственного места. Но вся эта красота показалась мне одновременно притягательной и слишком подавляющей.

Князь Владислав появился почти бесшумно, словно материализовался из воздуха. Он был высок, статен и облачён в одежду из тёмного бархата, подчёркивающую аристократическую бледность. Его волосы цвета воронова крыла были аккуратно зачёсаны назад, открывая высокий лоб и внимательные, словно сканирующие, серые глаза.

Внешне он казался воплощением идеала: благородные черты лица, уверенный взгляд и та самая таинственная аура, которая, по моим наблюдениям, окутывала всех обитателей этого странного для меня измерения.

- Анна, рад приветствовать вас в моём скромном доме, - произнес он глубоким, бархатистым голосом, от которого по коже пробежали мурашки.

В его улыбке чувствовалась какая-то напускная теплота, словно он репетировал её перед зеркалом. Он поцеловал мою руку с изысканной галантностью, но я невольно заметила холодность его пальцев.

Светские манеры князя Владислава были безупречны. Приказав служанке отнести мой саквояж, он повёл меня показать свои владения, с увлечением рассказывая о замке, о его истории и о том, как он стремится сохранить наследие предков.

Я вежливо слушала его, стараясь придать своему лицу заинтересованный вид, но меня всё больше и больше охватывала волна раздражения. Все эти светские беседы, учтивые поклоны и обходительные жесты казались мне искусственными и слишком натянутыми. Я чувствовала себя словно на театральной сцене, где каждый актёр играет свою роль, и никто не показывает своего истинного лица.

По мере того как мы с князем продвигались по залам замка, я всё отчётливее ощущала какое-то необъяснимое напряжение во всем теле. Его присутствие оказывало почти гипнотическое воздействие, лишая меня способности мыслить ясно и рационально.

В какой-то момент я почувствовала непреодолимую потребность бежать отсюда со всех ног – из этого места и от этого человека, который казался таким совершенным и таким чуждым одновременно.

Князь остановился у огромного окна, откуда открывался вид на бескрайние просторы тёмного леса, окутанного легкой дымкой, и указал на далёкую вершину горы, где, по его словам, располагалась древняя часовня, построенная ещё первыми владельцами замка.

Он заговорил о мистических ритуалах, которые проводились там в давние времена, о связи замка с потусторонними силами.

Слушая его, я заметила, как меня охватывает леденящий душу непонятный страх. В его голосе звучали странные нотки, от которых кровь стыла в жилах.

Внезапно князь Владислав повернулся ко мне лицом и взял мою руку в свои ладони. Его пальцы были холодны как лёд, и от этого прикосновения я невольно вздрогнула.

- Вы чувствуете это, Анна? – прошептал он, глядя мне прямо в глаза. – Чувствуете связь этого места с прошлым, с тайнами, которые ждут своего часа, чтобы раскрыться?

Я попыталась вырвать руку, но мой собеседник держал её крепко, словно в стальной хватке.

- Не бойтесь, Анна, - продолжил он, и его голос звучал почти гипнотически. – Здесь, в этом замке, вы найдёте ответы на все свои вопросы. Здесь вы поймёте своё предназначение.

Я чувствовала, как моя воля слабеет под его пристальным взглядом. Мне казалось, что я тону в его серых глазах, теряя ощущение реальности. Тут неожиданно заметила, как на шее князя Владислава, под воротником бархатного камзола, промелькнула тонкая белая полоса. Это был шрам, который выглядел как след от укуса.

«Господи! Нет! Только не вампир! – мгновенно пронеслось в моей голове. - Только встречи с этими существами мне не хватало для полноты ощущений в этом измерении!»

Мгновенно выйдя из оцепенения, я резко вырвалась из его хватки и отступила на шаг.

- Мне нужно отдохнуть! – решительно заявила я. - Дорога была слишком утомительной!

На лице князя заиграла лёгкая улыбка.

- Конечно, Анна, - произнёс он. – Я понимаю. Делия проводит вас в любимую комнату вашей матушки.

По правую руку от меня неожиданно материализовалась тощая девица и застыла в ожидании моей готовности следовать за ней.

Князь между тем продолжил:

- Сегодня вечером состоится торжественный приём в честь вашего прибытия. Будьте готовы к 22:00. Церемония начнётся с праздничного набата часов!

- Но у меня нет подходящего платья, - растерялась я. – Путешествуя налегке, я не захватила ничего соответствующего данному мероприятию…

- Не стоит беспокоиться по таким мелочам, - князь мило улыбнулся. – В гардеробе Розалинды вы найдёте что-нибудь подходящее. И не забудьте захватить на торжество те реликвии, что передала вам в дорогу графиня Скорр…

***

Нэнси, прикусив губу от волнения, пробежала глазами по страничке с расшифрованным текстом, переданной Рейманом этим утром.

Всего пять слов: форма, содержание, время, место, обстоятельства. Что это могло значить? Почему надо было так тщательно оберегать эту информацию от посторонних глаз?

Вспомнив свой недавний сон о маленькой девочке, ставшей невольной свидетельницей проведения ритуала «Бессмертие», Анна решила с этой стороны рассмотреть значение списка этих слов. Но сколько бы она ни ломала голову, ничего не получалось.

В конце концов, девушка догадалась обратиться за помощью к старинному гримуару, как делали ранее её предшественницы, чтобы задать волнующий вопрос старинной книге.

Оказавшись в потайной каморке Софьи, Нэнси внимательно осмотрела раскрытую страницу древней книги. Её взгляд скользнул по исписанным готическим шрифтом строкам, пытаясь отыскать в памяти «принцип действия» этого магического предмета. В закладке между двумя пожелтевшими листами, лежала тонкая веточка сон-травы, источающая нежный, дурманящий аромат.

Нэнси невольно провела пальцами по сухим листьям и вдохнула опьяняющий фимиам. Мир вокруг неё начал расплываться: комнатка с книжными полками и волшебной утварью словно растворилась в тумане. Старинная книга стала невесомой и начала кружить по воздуху, а буквы на её страницах – танцевать в причудливом хороводе.

Неожиданно девушка почувствовала, как её тело стало легче, словно пёрышко. Земля ушла из-под ног, и она словно провалилась в бездонную пучину…

- Габи, я прошу тебя, прислушайся к моим советам, - услышала Нэнси строгий и наставляющий голос.

Девушка решила осмотреться, с трудом осознавая, где находится. Она стояла посреди залитого солнцем внутреннего двора, вымощенного плитами из белого камня. Вокруг благоухали диковинные цветы, взбираясь по увитым плющом стенам. На Нэнси было шёлковое платье сложного кроя, расшитое жемчугом, которое ощущалось совершенно новым и чужим. И, что самое странное, к ней обращалась незнакомая женщина.

- Габриэлла, милая, ты слушаешь меня вообще? – произнесла она непреклонным, но любящим голосом.

Эта дама была утончённо красива, с правильными чертами лица и пронзительным взглядом зелёных глаз.

Нэнси, ошеломлённая этим видением, смогла лишь слабо кивнуть.

- Сегодня важнейший день, Габи, - продолжала леди, решительно беря её за руку. – Тебя ожидает представление самой Королеве! Помни всё, чему я тебя учила. Держи спину прямо, подбородок слегка приподнят, но не заносчиво. Говори чётко и с достоинством, как подобает представительнице рода Монарди.

Нэнси, в панике пытавшаяся осознать происходящее, с трудом понимала смысл слов. «Род Монарди!» - прошептала она, чувствуя, как сердце отчаянно колотится в груди.

Дама, казалось, не заметила её замешательства и между тем продолжала:

- И главное, Габриэлла, смотри вниз. Не смотри Королеве в глаза при церемонии, она этого не любит. Помни, скромность и учтивость – вот что поможет тебе завоевать её расположение.

Она продолжала говорить, сыпая наставлениями о правилах поведения при дворе. Нэнси слушала вполуха, пытаясь уложить в голове, что с ней происходит. Очевидно, она переместилась в тело Габриэллы Монарди, готовящейся предстать перед Королевой. Не эту ли подсказку давал ей старинный гримуар, из которого выпала веточка магической сон-травы.

Картинка между тем стремительно поменялась. Вот уже девушка стояла перед троном, возвышающимся в полумраке огромного зала. Позолота, гобелены, тихий шёпот придворных – всё казалось далёким и размытым. По совету сопровождающей дамы она старалась не поднимать глаз, сфокусировавшись на руках королевы, покоившихся на подлокотниках трона.

Руки Её Величества были поистине странными: костлявые, почти иссушённые пальцы, украшенные бесчисленным множеством колец и перстней. И тут, словно молния, в голове начала вырисовываться картинка из далёкого детства, когда она, будучи маленькой любопытной девчонкой, видела эти пальцы – длинные и тонкие, словно когти.

Это был обряд «Бессмертие», где царственная особа дарила своему спутнику вечную жизнь, а маленькая Габриэлла, прятавшаяся в это время в недрах платяного шкафа, стала случайной свидетельницей магического ритуала. Она видела перед собой эти руки и слова… Слова, звучавшие сейчас прямо у неё в голове, как будто это было только вчера: «Ты никогда ничего не вспомнишь!»

Крик ужаса застыл на устах. Неужели сама Королева была участницей того рокового обряда? Девушка невольно подняла глаза и в недоумении уставилась на восседавшую на троне правительницу.

Её лицо было скрыто в тени глубокого капюшона, но Нэнси увидела глаза – холодные, немигающие, цвета затонувшего льда. Королева смотрела прямо на неё, испытывающе и изучающе. В этом взгляде Анна прочитала подтверждение своим самым страшным опасениям – правительница поняла, что Габриэлла всё вспомнила…

Неожиданно Нэнси вновь переместилась. Перед ней предстал будуар Королевы, погруженный в полумрак, смягчённый лишь отблесками свечей. Тяжелые бархатные шторы были плотно задернуты, создавая ощущение замкнутого пространства, словно отсекая от остального мира. Девушка наблюдала за происходящим со стороны, словно немой свидетель чего-то запретного.

Правительница восседала в кресле напротив Габриэллы. Её лицо, обычно скрытое тенью капюшона, теперь было хорошо видно в мягком свете многочисленных огней. И это лицо было невыразимо старым, с глубокими морщинами, словно вырезанными временем.

- Ты осмелилась запросить у меня тайну Бессмертия? – Голос Королевы звучал низко и опасно.

Габриэлла, к удивлению Нэнси, держалась вызывающе прямо, и в её глазах горел дерзкий огонёк.

- Да, Ваше Величество! Я хочу знать, как подарить своему роду Монарди вечную жизнь!

В ответ Королева разразилась леденящим кровь смехом.

- Наглость - вот что я вижу в тебе, Габриэлла! Наглость, которая может погубить тебя, - она замолчала, внимательно изучая лицо девушки. – Но в тебе есть искра. И именно поэтому я отвечу на твой вопрос.

Правительница наклонилась вперед, и её лицо показалось Нэнси значительно помолодевшим: глубокие морщины исчезли, и на щеках заиграл легкий румянец.

- Бессмертие, дитя моё, - это иллюзия. Вечная жизнь требует нетленной формы – незыблемой оболочки, способной выдержать течение времени, - Королева сделала паузу, словно смакуя эффект от своих слов. – Но ты, Габриэлла, не обладаешь этим даром. Твоя нынешняя форма хрупка и смертна. Поэтому, если ты действительно желаешь обрести вечную жизнь, тебе придётся постоянно искать новую форму, перемещаться из тела в тело.

Габриэлла нахмурилась, явно не понимая смысла сказанного.

- Перемещаться? Как это возможно?

- С помощью древних ритуалов, конечно, - усмехнулась хозяйка будуара. – Душа, заключенная в теле смертного, должна найти себе новую обитель, до того как старая разрушится. Однако ты должна сохранять содержание знаний вашего рода. Иначе тебе не выжить…

Нэнси похолодела от ужаса: Бессмертие достигалось ценой чужих жизней, и Габриэлла, похоже, была готова на это пойти…

Глава 56

Рейман, с трудом подавляя в себе гнев и отчаяние, готовился отправиться в путь к Дальним землям, чтобы отыскать там Нэнси Скорр.

Отдав последние распоряжения начальнику сопровождающего его отряда, готового выехать в погоню за беглянкой завтра с раннего утра, виконт решил заглянуть в детективное агентство. Возможно, здесь он найдет хоть какую-то зацепку о маршруте следования бедовых путешественников, чтобы не терять время по пути, проверяя различные версии.

В кабинете сыщика оставалось всё на своих местах: те же папки с бумагами, документы, сложенные стопками, книги и справочники на полках. Только стол был непривычно пуст. На нём лежал лишь одинокий белый конверт, на котором красовалась надпись, сделанная ровным, каллиграфическим почерком детектива: «Рейману де Бару».

Виконт взял его в руки, ругая себя, на чём свет стоит, за то, что не удосужился заглянуть сюда раньше и потерял впустую столько времени. Внутри лежало сложенное вдвое письмо. Развернув его, Рейман начал читать, нетерпеливо пробегая глазами по строчкам:

«Рейман, если ты читаешь это письмо, то значит, Нэнси уже отправилась в Дальние земли. Я решил не отказывать в её просьбе стать сопровождающим в этой опасной поездке, потому что эта упрямая девица обязательно нашла бы другого, и, может быть, менее опытного, чем я, для таких рискованных предприятий.

Я не знаю, что ждёт нас впереди, но прошу твоего участия. Дальние земли кишат ложью и обманом, и нам бы не помешала ещё одна пара зорких глаз и крепких рук. Смею надеяться, что ты отыщешь возможность отправиться за нами следом. К этому посланию я приложил всю схему нашего передвижения, которую ты найдешь в синей папке в ящике стола.

Не доверяй никому и будь осторожен.

Твой друг, Уильям».

Эта весточка от сыщика немного успокоила виконта. Теперь у него на руках был весь маршрут их передвижения, оставалось лишь обогнать время, чтобы не опоздать протянуть руку помощи этой безголовой девице, решившей искать убежище в княжестве Дальних земель…

***

День сегодня для Софьи выдался суматошный, и она мечтала лишь об одном – тишине и покое своей маленькой квартирки.

Поездка в резиденцию губернатора к Анастасии Андреевне, несмотря на выполненную миссию по «установлению жучка», оставила тягостное впечатление – женщина явно что-то скрывала, и им предстояло выяснить что именно.

Встреча с Татьяной, которая сегодня целый день разбиралась со свидетельскими показаниями, только укрепила веру в то, что в оранжерее работал двойник Каталеи. Ну и, конечно, визит к Димке в больницу… Он по-прежнему не мог вспомнить, кто именно его позвал в тропический оазис хозяйки дома, и под каким предлогом он покинул главный зал, где устраивалось торжество.

Войдя в свою квартиру, Софья замерла на пороге. На кресле сидел Арик и вертел в своих руках шкатулку, разглядывая любопытную вещицу со всех сторон. Ту самую шкатулку – раритет рода Монарди, в которой с недавних пор затворницей находилась Тёмная сущность.

- Новосёл! – как обычно поприветствовал её сосед. – Какой интересный экземпляр! Такой старинный, прямо диковинный!

- Арик! Осторожно! – похолодев от ужаса, девушка попыталась предупредить паренька. – Не трогай её! Там…

Арик, словно заворожённый, протянул руку к выступающему на крышке рубину, который светился и пульсировал алым светом.

Софья почувствовала, что время словно замедлилось. Она видела лишь, как палец соседа коснулся камня и с настойчивостью нажал на него. Видела, как крышка шкатулки медленно открылась, и оттуда полилась знакомая мелодия. Маленькая балеринка, застывшая в неестественной позе, вздрогнула и начала свой таинственный танец…

- Боже мой, Арик, что ты натворил?! – тихо сползая по стене, пролепетала обессиленная девушка.

***

Оказавшись в любимой комнате Розалинды Скорр, я с интересом осмотрелась по сторонам, жадно впитывая каждую деталь. На первый взгляд ничего особенного – те же тяжелые бархатные портьеры, антикварная мебель, которой богат этот замок, изящные детали интерьера. Но что-то показалось мне странным…

Зеркала! Здесь совсем не было зеркал! Прямо как в доме Павловских…

В моей голове невольно начали всплывать сцены из любимых сериалов о вампирах (я любила на досуге пощекотать себе нервишки): старинные замки, таинственные владельцы, званые ужины при свечах.

Глупо, конечно, но доля волнения всё же присутствовала. Я ясно осознала сегодня, что князь Владислав обладает некой подавляющей аурой и гипнотическими способностями. А мне предстояло провести с этим типом целый вечер и попытаться выведать у него информацию о планах графини Скорр.

Задерживаться в гостях у хозяина замка я не собиралась, и уже завтра Уильям должен был ждать меня в Туманной лощине, что находилась прямо за воротами этой зловещей усадьбы, с парой лошадей.

Гардероб Розалинды ломился от роскошных туалетов, достойных самой королевы. Выбирая себе наряд на этот вечер, я старалась избегать глубоких декольте, памятуя о том, что жертвы вампиров выглядели именно так, а мне очень хотелось сохранить изящную шейку Нэнси от возможных посягательств князя Владислава. Да, моё воображение разыгралось не на шутку…

В итоге мой выбор пал на платье из тёмно-зелёного бархата. Простой крой подчеркивал фигуру, а высокий воротник закрывал шею.

Из аксессуаров я решила прихватить волшебный кисет с кольцом для князя и ключиком, открывающим любые двери. Шкатулку рода Монарди пришлось оттуда извлечь, чтобы не таскать с собой на ужин, а поставить где-нибудь в комнате, тем более что антикварных вещиц тут было с избытком, так что данный раритет не особо бросался в глаза.

Наконец, готовая предстать перед таинственным владельцем замка, я вышла из комнаты, держа в руках заветный свиток, содержание которого так и осталось для меня неизвестным.

Как раз в этот момент раздался протяжный, тревожный набат часов. Звук был странным и каким-то зловещим, словно из него выкачали всю радость.

Ровно 22:00. Я была готова к роковой встрече, дав себе слово не поддаваться панике. И если вампиры действительно обитают в стенах этого замка, то пусть попробуют меня напугать! Я девушка не из робкого десятка!

Глава 57

Войдя в парадную залу, я в недоумении замерла на пороге, поражённая открывшейся картиной. Огромный стол, тянувшийся через всю комнату, ломился от серебряных блюд с диковинными яствами, фруктами и сверкающими графинами с вином. Но за этим великолепием, явно рассчитанным на несколько десятков человек, сидел лишь один князь, пребывая в гордом одиночестве.

Он возвышался над всем этим кулинарным «безумством», словно хищная птица над добычей, а его пристальный взгляд был прикован к моей персоне.

Из соседней залы доносились приглушённые звуки музыки и гомон человеческих голосов. Там, очевидно, вовсю шло веселье, и я ожидала увидеть толпу гостей, придворных дам и галантных кавалеров. Но здесь, в освещённой свечами парадной, была лишь звенящая тишина и одинокий правитель Дальних земель.

Не успела я задать ему свой вопрос, готовый сорваться с моих губ, как князь, словно прочитав мои мысли, произнёс с ледяным спокойствием:

- У этой компании больше нет необходимости в пище насущной.

От его слов у меня похолодело внутри. Несмотря на всю свою моральную подготовку к этому вечеру, страх поднял голову и начал шептать самые ужасные предположения. Что имел в виду князь Владислав под этими словами? Что случилось с гостями старого замка? В моей голове, словно по мановению волшебной палочки, начали проноситься кадры из сериалов о вампирах…

Я судорожно сглотнула, пытаясь унять дрожь в коленях, чувствуя, как нарастает паника, но старалась сохранить видимость спокойствия. Решив сосредоточить своё внимание на изысканной сервировке стола, я медленно подошла к князю и протянула ему свиток от Розалинды Скорр.

- Ваше Высочество, это велела передать вам моя матушка, - сделав над собой внутреннее усилие, чтобы голос звучал ровно и уверенно, я посмотрела тому прямо в глаза.

Князь усмехнулся и неспешно поднялся из-за стола мне навстречу. Его высокая фигура заслонила свет свечей, отбрасывая на меня длинную зловещую тень. Он взял свиток, гипнотизируя меня своим взглядом.

- Неужели ты действительно не понимаешь, Анна? – тихо заговорил он трагическим голосом. – Неужели ты не чувствуешь ту силу, что таится в этих стенах? Силу, которая даёт вечную жизнь, силу, которая требует… свежей крови…

Произнося последнюю фразу, Владислав сделал театральную паузу, словно обдумывая, какое впечатление его речь произведёт на дочку графини.

Я решила подыграть ему в этом.

- Да, князь, я с вами абсолютно согласна, - страстно зашептала ему в ответ. – Свежая кровь, свежие впечатления, свежие эмоции – это действительно необходимо, чтобы чувствовать себя воистину живой!

Князь с интересом посмотрел на меня, жестом приглашая к столу. Набравшись наглости, я выбрала место рядом с правителем, по правую руку от Владислава, и начала, что называется, с места в карьер задавать свои вопросы.

- Кстати, князь, матушка заверила меня, что вы позаботитесь обо мне, и я хотела уточнить, в чём именно будет проявляться ваша забота о моей персоне?

Владислав поперхнулся, видимо, от моей прямолинейности, и, тщательно подбирая слова, произнес:

- Я сделаю всё, чтобы в стенах этого замка вы были в полной безопасности.

- Розалинда всё время твердила о своих недоброжелателях, - подхватив серебряной ложечкой аппетитный кусочек форели, я продолжила «гнуть свою линию». – Что лично вам известно о сих лицах и насколько они могут быть опасны для меня?

Князь нахмурился, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

- Слухи, Анна, они всегда были и всегда будут, - философски заметил он. – Розалинда любит преувеличивать!

- Но, князь, слухи касаются не разбойников с большой дороги. Матушка говорила об имеющихся недругах при императорском дворе, а это люди с определёнными полномочиями. Заговоры и интриги – вот неоспоримый факт злоключений Розалинды Скорр! Если вы её друг, как утверждала графиня, то должны понимать сложность всей этой ситуации.

Правитель Дальних земель явно не желал делиться со мной информацией, касающейся делишек графини. Видимо, мне здесь придется ненадолго задержаться, чтобы прояснить некоторые детали.

- Я удивлен, Анна, вашим выбором наряда для сегодняшнего вечера, - князь торопился сменить тему разговора. – Я думал, вам по вкусу туалеты алых оттенков.

- В смысле? – опешила я, непроизвольно поправив рукой глухой воротник на своём тёмном платье.

- Вы всю дорогу таскали с собой шарф кровавого цвета, - констатировал Владислав, давая понять, что ему известно о наших с детективом ухищрениях в плане тайных сигналов.

В воздухе повисла зловещая тишина. Я пыталась оперативно сообразить, как реагировать на слова князя. Он откинулся на спинку стула, сложив руки в замок, и твёрдым голосом продолжал:

- Кстати, а почему Уильям не решился поприветствовать меня после стольких лет разлуки? Или до сих пор обвиняет своего благодетеля в смерти родной сестры?

- Про сестру я ничего не знаю, - сорвалось с моих губ прежде, чем я успела подумать, поздно поняв, что князь переиграл меня в нашем с ним словесном поединке.

Чтобы ослабить своё нервное напряжение, я решительно подхватила графин с вином, плеснула себе в бокал и залпом выпила дурманящий напиток. Последнее, что я успела увидеть, - вытянутое от удивления лицо князя, пристально наблюдавшего за моими манипуляциями.

***

Едва прочитав послание от детектива, Рейман решил срочно последовать за путешественниками. По его расчетам, он мог добраться на своем верном коне до места их первого привала уже к полуночи. Без лишних слов он вскочил на вороного скакуна и понёсся в сторону княжества Дальних земель.

Когда луна уже вовсю правила небесным сводом, виконт, измученный долгой скачкой, наконец, был у ворот постоялого двора «Усталый путник». Он спешился, похлопал жеребца по взмокшей шее и вошёл внутрь, чувствуя неимоверную разбитость в каждой клеточке своего тела.

Внутри царил полумрак, пахло дымом очага и старым деревом. Увидев колоритного хозяина, пузатого и общительного, Рейман сдержанно поздоровался и перешёл сразу к делу.

- Простите за поздний визит. Не останавливалась ли у вас недавно пара путешественников: девушка с белокурыми волосами и молодой мужчина крепкого телосложения?

Лицо хозяина озарилось догадкой.

- Ах да, эта странная супружеская парочка, которая запросила для ночлега две разные комнаты. Были такие, аккурат две ночи назад.

Услышав это, Рейман ощутил облегчение. Значит, он идёт по верному следу. Усталость валила виконта с ног, и он решил, что заночует здесь, а с первыми лучами солнца продолжит свои поиски.

***

Уже которую ночь подряд Нэнси не удавалось спокойно уснуть, чтобы, наконец, полноценно отдохнуть за несколько суматошных дней…

В мягкой постели Софьи она ворочалась с боку на бок, безуспешно пытаясь унять нервную дрожь. Только ближе к вечеру до неё дошёл полный смысл сказанных Рейманом слов, о том, что виконт получил приказ доставить Анну Скорр в императорский дворец.

Император! Сама мысль о том, что её, обычную девушку, потребовали ко двору, казалась абсурдной. Что такого она успела натворить? А может быть, Императора интересуют дела её приёмной матери, что находится сейчас под стражей в старой крепости?

В памяти всплыл образ Розалинды – женщины с острым умом, дерзким взглядом и репутацией авантюристки, плетущей многочисленные интриги. Могла ли графиня втянуть её в какую-нибудь опасную игру, о которой Нэнси даже не подозревала? И кто тогда ведёт охоту на её жизнь?

Ей всего двадцать два года! Что могло понадобиться правителю огромной империи от такой особы, как она? Вопросы роились в голове, не давая покоя…

Чем может для девушки закончиться эта встреча? Будет ли ей дарована милость Императора или она окажется пешкой в его политических играх? А может, ей предстоит поплатиться жизнью за грехи приёмной матери?

Не находя ответов на свои животрепещущие вопросы, Нэнси вздохнула и села на постели. Свет Мистической Луны, проникающий сквозь неплотно зашторенное окно, ложился ей на лицо, подчеркивая бледность и растерянность. Девушка зачарованно устремила свой взгляд на огромное светило, которое гипнотизировало её своим совершенством.

- Нэ-э-эн-си! – вдруг услышала она тихий голос, как будто доносящийся из-за двери.

Словно завороженная, подчиняясь непонятному порыву, девушка бесшумно последовала на таинственный зов…

Тьма в особняке Павловских казалась густой и осязаемой, словно бархатная завеса, поглощающая последние остатки света. Анна ступала по холодным каменным плитам коридора, повинуясь таинственному шёпоту, манящему её вглубь дома.

За поворотом, в конце коридора, зиял дверной проём. Нэнси не помнила, чтобы прежде видела этот вход. На мгновение она засомневалась, но голос – тёплый и притягательный – позвал снова. Шаг за шагом она углубилась в мрачное пространство, пока не оказалась в широкой длинной галерее.

Едва различимые силуэты рам, тянувшихся вдоль стены, намекали на то, что здесь хранится множество полотен. Но в темноте они казались простыми тенями, пока…

Вдруг сквозь тяжёлые шторы окон прорвался луч света Мистической Луны и упал прямо на одну из картин, скрытую под плотным полотном.

Словно по наитию, Анна подошла к ней и, сорвав завесу, тут же застыла, лишённая дара речи.

На картине была изображена Лаура – добрая, улыбчивая женщина, которая приходила навещать её в сиротском приюте. Годы минули с тех пор, как Нэнси видела её в последний раз, но образ матери Софьи сохранился в памяти девушки отчетливо, как будто они встречались только вчера. Вот её ласковый взгляд, нежная улыбка, высокая причёска – всё было совершенно таким, каким запомнила её Нэнси, будучи маленькой девочкой.

Но дальше началось самое невероятное…

Краски на полотне замерцали, словно живые. Контуры фигуры Лауры смягчились, исчезла та грань, что отделяла её от реальности. Анна в ужасе отшатнулась, когда женщина сделала шаг вперёд – прямо из картины.

- Нэнси, дитя моё, - прошептала она, и от её голоса по телу девушки пробежала дрожь.

И тогда, вопреки всем законам логики и здравому смыслу, Лаура протянула к ней руки и крепко обняла. Объятия были тёплыми и реальными, как будто не было никаких лет разлуки, никаких картин, никаких границ между мирами. Нэнси замерла, вдыхая знакомый аромат фиалок, растворяясь в этом невероятном моменте.

- Но как ты поняла, что это я? - вдруг опомнилась девушка, осознав, что находится сейчас в теле Софьи.

- Глупышка, - женщина нежно потрепала её по щеке. – Я узнаю тебя в любом обличии…

- У меня к тебе накопилось столько вопросов, - пролепетала Нэнси взволнованно.

- Всему своё время, - лукаво улыбнулась Лаура. – Ты скоро сама во всём разберёшься. Ты – большая умница!

- Ты, правда, так думаешь?! – Анне было безумно приятно от такой похвалы.

- Конечно, безусловно! Но у нас мало времени! – встревожилась мать Софьи. – Я хочу тебя предупредить, что не стоит бояться самого Императора, он не опасен, скорее наоборот. Но будь очень осторожна, когда попадёшь в императорский дворец! Остерегайся каждого, особенно…

В этот момент голос Лауры начал слабеть, а образ стремительно расплываться, пока совсем не исчез. Анну накрыло горькое разочарование: она не услышала, кого особенно стоит ей опасаться при дворе, но более всего девушке было очень жаль, что женщина, которую она любила всей душой, пропала навсегда…

Глава 58

Я очнулась с тяжелой головой и чувством полнейшей дезориентации. Жёсткий бархат дивана неприятно царапал щеку, а тусклый свет одинокой свечи едва рассеивал мрак небольшого, явно мужского будуара. Комната была пропитана терпким ароматом сандала и старинных книг – запахом, безошибочно выдающим обиталище князя.

В памяти всплыли обрывки воспоминаний этого вечера – странный торжественный ужин без гостей, наша с князем словесная перепалка, бокал терпкого вина… и потом – абсолютная пустота.

Сердце бешено заколотилось, когда мои пальцы скользнули по вороту платья, который был расстегнут, обнажая изящную шею Нэнси. Ужас ледяной волной окатил меня с головы до ног. Неужели князь посмел воспользоваться моей беспомощностью? Или всё же в нём осталось хоть немного благородства, и он не осквернил «мою невинность»?

Резким движением я попыталась встать, чтобы осмотреть шею. Следы… должны быть следы от укуса вампира! Но в этом проклятом замке, казалось, не было ни одного зеркала. Я в панике огляделась, силясь найти хоть какую-то отражающую поверхность, но тщётно.

Не в силах более оставаться в этом удушающем мраке, на дрожащих ногах я направилась к двери. Заперто?! Воистину, княжеское гостеприимство!

Пошарив на поясе в поиске волшебного ключа, я обнаружила, что лишилась магического кисета. От отчаяния притопнув ногой, схватила свечу, внимательно осматриваясь вокруг. И точно, моя вещица лежала на столе Владислава, вывернутая наизнанку. Видимо, князю было весьма любопытно, раз он решил самолично проверить содержимое моей импровизированной «сумочки», выпотрошив её, воспользовавшись моим беспамятством.

Приведя свой магический мешочек в порядок, я, к своему удовольствию, нащупала заветный ключик и перстень, который был приготовлен для правителя Дальних земель. Софья была права – кисет надёжно оберегает своё содержимое от посторонних глаз!

Щелкнув замком, открывая себе путь на свободу, я выскользнула в тёмный коридор. Тишина была пугающей. Где гости? Уже разошлись? Но вдруг где-то вдалеке послышался звон разбитого стекла.

Разум твердил: «Беги! Уходи отсюда, пока не стало слишком поздно!»

Но природное любопытство…

Сглотнув комок, подступивший к горлу, я начала осторожно двигаться в сторону шума, пока не оказалась у неплотно прикрытой двери, за которой явно услышала голос князя:

- Всё как всегда! Не стоит беспокоиться…

- Ты в этом уверен? – голос собеседника Владислава прозвучал глухо и властно.

- Девица оказалась на редкость любопытна, неосмотрительна и пуглива…

- А где она сейчас?

- Спит в кабинете, испив имбирной настойки…

- Жестоко с твоей стороны так издеваться над девушкой, - услышала я укор в сторону князя от таинственного собеседника. – Всё же она дочь твоей Рози…

- О, нет! Это её личная инициатива! Не надо приписывать мне того, чего я не совершал…

Итак, они явно надсмехаются над моей недалёкостью. Что я там умудрилась выпить?! Имбирную настойку? Да, Лидия Новосёлова, тебя верно назвали любопытной, неосмотрительной и пугливой…

Что же, улучшить свою репутацию в мои планы не входило, поэтому я, страстно желая взглянуть на собеседника князя, искала способ проникнуть в заветную комнату, где велись ночные разговоры.

- Что она говорила о Розалинде? - продолжал между тем инкогнито.

- Рози в панике, подозревает всех в заговоре против себя, - спокойно вещал Владислав. – И это на неё очень похоже.

- А она узнала, что это ты ей сделал заказ на шкатулку Монарди?

- Скорее всего, нет, поэтому и напридумывала разных страхов!

Услышав про шкатулку, в моей голове начали складываться кусочки пазла: так, значит, это князь Владислав тот загадочный заказчик, которого так боялась Розалинда, решив, что барона Павловского убили в назидание за неисполненные обязательства.

Но зачем князю шкатулка, которая преспокойно стоит сейчас в одной из его комнат? Боже мой! Лидия Новосёлова, помимо всего перечисленного в твой адрес, ты ещё непробиваемая дурында!

В этот момент дверь, за которой я вела своё наблюдение, приоткрылась от ночного сквозняка, и моему взору открылась картина, где князь Владислав стоит перед огромным зеркалом в резной золотой раме и ведёт разговоры со своим отражением…

Это такой прикол? Или он совсем спятил? Что же, эксцентричность вполне простительна для столь высокопоставленной особы. Но что-то в этой сцене было неправильным.

Присмотревшись внимательнее, мне в глаза бросилась странная аномалия: князь действительно беседовал, но его отражение не всегда повторяло его движения в точности.

И вдруг «Отражение» заговорило отдельно, задав следующий вопрос Владиславу:

- А ты, и, правда, веришь в силу этой шкатулки?

- Я читал об её свойствах в древнем трактате, - отвечал князь. – Она способна выпустить на волю пойманную душу.

Затаив дыхание, я во все глаза следила за этим иррациональным действом. «Отражение» действительно было невероятно похоже на князя: то же лицо, те же волосы, тот же дорогой камзол. Но в глазах, в выражении лица была неуловимая разница – это был не Владислав, это был его двойник, находившийся по ту сторону зеркала.

- Я сделаю всё возможное, чтобы снять с тебя это проклятье! – между тем заверил своего собеседника хозяин замка.

Я вдруг ясно осознала, что стала свидетельницей нечеловеческой сцены и увидела тайну, которую мне не следовало знать.

Вдруг всё исчезло, комната оказалась пуста, как будто здесь секунду назад ничего не происходило. Я недоумённо захлопала ресницами, пока не услышала позади себя знакомый голос:

- Подглядываем и подслушиваем! – констатировал Владислав, неожиданно материализовавшийся у меня за спиной…

Глава 59

- Просто природная любознательность, князь, - парировала я, невинно улыбаясь. – В этом мы с вами очень похожи. Вы, кстати, тоже, повинуясь, видимо, исследовательскому интересу, решили изучить содержимое моего вечернего аксессуара, который я нашла на вашем столе вывернутым наизнанку…

Владислав продолжал грозно нависать надо мной, и я решила пойти ва-банк.

- Предлагаю перемирие! – ляпнула первое, что пришло в голову. – У меня есть то, что вы давно ищете! В свою очередь, я хочу услышать ответы на волнующие меня вопросы. Мы можем быть полезны друг другу!

- Почему, Анна, вы вдруг решили, что владеете чем-то ценным для меня? – удивился Владислав моей наглости.

- Пойдёмте, всё увидите сами! – предложила я князю и уверенно повела его в комнату Розалинды, прекрасно ориентируясь в расположении залов этого старинного замка благодаря нашей утренней экскурсии.

Когда мы уже остановились у двери, я решила уточнить условия нашей «договоренности».

- Пообещайте, князь, на этот раз по возможности быть честным со мной.

Тот внимательно посмотрел на меня своим гипнотическим взглядом и медленно произнёс:

- Если мне это будет действительно интересно…

- Шкатулка рода Монарди! – торжественно провозгласила я, подойдя к резному столику из красного дерева, на который до ужина водрузила сей ценный экземпляр.

- Откуда?! – на лице Владислава промелькнул восторг. – Это… это просто невероятно…

Он шагнул вперед и его глаза впились в магический раритет.

- Ай да, Розалинда! – восхитился князь. – Ей всё-таки удалось отыскать её!

- Тут всё значительно сложнее, - призналась я. – И есть ещё один нюанс, о котором вам надо знать – шкатулок две! Какую именно вы искали?

Мой собеседник заметно растерялся и с любопытством уставился на меня.

- Одна притягивает души, другая – выпускает, - поспешила я прояснить ситуацию.

- А какая из них у вас, Анна?

- Всё зависит от целей, - расплывчато начала я, чтобы не рубить с плеча и придать больше интриги для того, чтобы была возможность «поторговаться» с хозяином замка. – Я поняла, что ваш таинственный собеседник из зеркала, который, как две капли воды, похож на вас, попал в «затруднительное положение» исключительно из-за злого умысла третьего лица. Это так?

Князь кивнул, не говоря ни слова, буравя меня своим взглядом.

- Вы хотите вызволить своего двойника из этой «ситуации», сняв некое магическое заклятье?

Опять печальный кивок и прожигающий взгляд!

- А каким образом? Вы умеете управлять сим предметом? – я, махнув рукой в сторону шкатулки, наконец, задала волнующий меня вопрос.

Похоже, князь был сбит с толку моими умозаключениями.

- Я, к сожалению, не владею знаниями, как заставить шкатулку сделать то, что именно нужно в определённой ситуации, - продолжила я тем временем. - У меня создалось впечатление, что её магия срабатывает по каким-то совершенно неподвластным пониманию человека определенным принципам. Поэтому, уверяю вас князь, завладеть этой вещицей недостаточно, нужно уметь ею пользоваться по назначению.

Заинтригованный моими комментариями, Владислав подошёл к столику со шкатулкой, и его пальцы были готовы коснуться этого загадочного артефакта.

Внезапно, безо всякого видимого усилия, крышка шкатулки распахнулась. Вместо того чтобы увидеть внутри что-то осязаемое, мы с князем стали свидетелями странной сцены: из темноты раритета вылетело Нечто. Бесформенное, как сгусток тени, оно было чёрного цвета, как масляная клякса на ночном небе.

Это существо, издав неясный, шипящий звук, заметалось по комнате, словно испуганная летучая мышь, запертая в клетке. Оно стремительно передвигалось от стены к стене, ударяясь о мебель. Его движения были лихорадочными, хаотичными, словно представшее перед нами создание отчаянно искало выход.

Князь отступил на шаг, и я заметила, что он стал ещё бледнее, чем обычно, словно испугался.

Тёмная сущность, словно почувствовав поток воздуха, направилась к камину и рванула вверх, сквозь узкое отверстие дымохода, и с еле слышным шорохом исчезла в ночи.

Мы с Владиславом стояли в напряженном молчании, глядя поочередно то на каминную трубу, то на открытую пустую шкатулку.

- Что это было? – прошептал, наконец, князь, будучи в полном замешательстве.

- А разве это не вашу запертую душу сейчас выпустил сей артефакт? – вторила я ему.

- Нет, не похоже…

- Я вас предупреждала, что со шкатулкой не всё так просто, - наши взгляды встретились. – Сейчас мы с вами наблюдали чьё-то освобождение, только вот кто это был и почему в таком виде – непонятно…

Вдруг крышка шкатулки резко захлопнулась сама по себе, так и не дав возможности рассмотреть, что у неё внутри. От неожиданности я подпрыгнула на месте и услышала, как Владислав тихо провозгласил:

- Так значит, именно эта шкатулка высвобождает души…

***

Нэнси очнулась в постели уже под утро, когда первые лучи солнца пытались «прорваться» через нависшие серые тучи осеннего неба.

Рядом хлопотала Серафима Петровна, ворча по привычке себе под нос:

- Что же это вы, Софьюшка, вдруг решили заночевать в галерее, там такие смертоносные сквозняки, кабы не разболелись...

Значит, это правда?! Ей ничего не приснилось, и она действительно видела Лауру?!

Девушка лихорадочно пыталась вспомнить, что именно сказала ей мать Софьи. Что-то про опасности, которые могут подстерегать Анну в императорском дворце, но не от самого Императора, а от круга его приближённых. Кто-то очень хочет навлечь неприятностей на её голову.

Выходит, что все эти попытки убить девушку – прямое указание от высокопоставленной особы императорского двора. И это явно не Розалинда. При всей своей склонности к интригам, той далеко до такого влияния. Может быть, её приёмная мать действительно желала уберечь Нэнси, отправив в княжество Дальних земель? Ведь, зная о репутации князя Владислава, ни одному здравомыслящему человеку не придёт в голову искать её там.

Девушка вдруг вспомнила, как графиня призналась в том, что, обставив убийство барона Павловского в своём саду под самоубийство, пыталась отвести подозрения от своей приёмной дочери, оказавшейся на месте преступления по роковому стечению обстоятельств. Вероятно, за годы их совместного проживания они действительно стали близки друг для друга, как бы Нэнси внутренне ни сопротивлялась этому…

- Что же это вы, Софьюшка, решили плакать? – всплеснула руками домоправительница, и Анна почувствовала, как по её щекам покатились непрошеные слёзы.

Ей стало стыдно перед Розалиндой за ту злобу, которую она годами вымещала на матери. «Скверная девчонка с дурным характером», - вспомнила Нэнси эпитет, которым наградила её графиня. Действительно, лучше и не скажешь!

Девушке стало невыносимо неловко за все свои резкие и жестокие слова, которые она без стеснения сыпала на окружающих. Она мысленно казнила себя за неподобающее поведение, осознавая, что своими действиями причиняла боль и страдания другим людям.

Этот стыд стал для неё суровым уроком, и от полноты чувств Нэнси разрыдалась, уткнувшись в подушку под недоумённым взглядом Серафимы Петровны.

Глава 60

Сон мой резко прервался, как будто кто-то толкнул меня в бок. В недоумении оглядевшись по сторонам, я никого не увидела.

Пытаясь согнать остатки дремоты, я судорожно силилась вспомнить, как смогла заснуть сегодня буквально под утро, после разговора с князем о магической шкатулке рода Монарди.

Торопливо оглядевшись, я поняла, что лежу на кровати, полностью одетая в то самое зелёное платье, выбранное мною накануне для торжественного вечера.

Когда мой взгляд упал на резной столик из красного дерева, куда я вчера водрузила заветный артефакт, то обнаружила, что шкатулки нет на месте. Пусто!

Ай да князь! Воспользовался своими гипнотическими способностями – усыпил меня и «стянул» волшебную вещицу…

Отбросив прочь остатки сонного оцепенения, я решительно вскочила с кровати. Кое-как привела в порядок свой наряд и бросилась искать Владислава в лабиринтах старинного замка.

Нашла я князя в том самом зале, где он вёл ночные разговоры со своим загадочным собеседником, подле единственного зеркала, которое мне удалось здесь увидеть.

Владислав не сразу заметил моё появление. Он сидел неподвижно за письменным столом, на котором «красовалась» заветная шкатулка. Пребывая в глубокой задумчивости, он выглядел как безжизненная статуя, неотрывно взирая на магический артефакт.

Остановившись в дверях, я молча наблюдала, стараясь понять, что у князя на уме…

- Вы были правы, Анна, - задумчиво проговорил он. – Шкатулка не торопится раскрывать свои секреты.

- Тогда предлагаю объединить усилия, чтобы разобраться с текущими проблемами, - вполне миролюбиво предложила я, опуская тот момент, что хотела закатить Владиславу истерику по поводу его вероломства.

- И как вы это видите? – с любопытством откликнулся хозяин замка.

- Просто быть честными друг с другом, - парировала я. – Для начала предлагаю рассказать, что случилось с вашим братом.

- С кем? – удивлённо уставился на меня Владислав.

- Ну, с тем человеком, что «заперт» в зеркале! - мой изумлённый ответ, казалось, был очевидным. – Он как две капли воды похож на вас, и мне подумалось, что вы близнецы-братья!

Владислав горько усмехнулся.

- Чтобы поведать вам эту печальную историю, предлагаю спросить согласие самого участника тех трагических событий…

Князь встал из-за стола, подошёл к зеркалу и трижды постучал по золочёной раме.

- Отец, разреши тебе представить Анну Скорр – дочь графини Розалинды!

***

Арик, с трудом подавляя зевок, проклинал и светлячка, и губернатора, и своё предложение участвовать во всей этой «сверхсекретной операции».

Ему, конечно, очень нравилась соседка, и он всем сердцем прикипел к ней, несмотря на все её причуды после странного падения в Сенаторском особняке и перенесенной комы, но ранний подъем после неспокойной ночи за монитором компьютера не способствовал его позитивному настроению.

План, который они вынашивали с Лидией, требовал немедленных действий, а это значило – утренний рейд к мусорным бакам у резиденции губернатора. Задача была проста – извлечь жучка из резервуара контейнера, который накануне провел разведку внутри дома.

Припарковавшись чуть поодаль от внушительных ворот резиденции, Арик натянул кепку пониже и, стараясь не привлекать внимание охраны, пробрался к урнам с отходами. Запах гниющей органики ударил в нос, заставляя поморщиться.

К радости парнишки, искомый «субъект» уже был «наготове» и ему не пришлось рыться в зловонной массе мусорных пакетов. Посадив его в банку, они двинулись в сторону дома, где их уже ожидали.

***

Отражение в старинном зеркале вздрогнуло, словно от сильного порыва ветра, хотя в зале было тихо и спокойно. Я с особым вниманием уставилась на серебристую гладь. Ещё мгновение – и там проступила отчётливая фигура мужчины, которая являлась прямым двойником князя Дальних земель.

Человек в зеркале учтиво поклонился.

- Прошу простить мою бесцеремонность, Анна. Меня зовут Владислав, и я, к вашему сведению, являюсь законным хозяином этого замка…

- Законным хозяином? – застыла я в недоумении. – А это тогда кто?

Мой вопрос напрямую касался его двойника, который, по всей видимости, только исполнял эту роль.

Отражение вздохнуло, и в глазах этого представительного мужчины промелькнула глубокая тоска.

- Как я понял, вы уже владеете информацией, что на меня было наложено досадное заклятие, – продолжал этот величественный образ из мрака потустороннего мира, являясь моему взору, словно из телевизора.

Он вздохнул, и в его серых глазах промелькнула невыносимая грусть и безнадёжность.

- Когда-то я был молод, обладал, смею надеяться, незаурядным умом и, как говорят, притягательной внешностью. Эти добродетели и привлекли внимание одной очень влиятельной особы.

Истинный князь Владислав замолчал, словно собираясь с духом.

- Королева! Однажды она выбрала меня в свои фавориты. Мне были дарованы богатство, почести… и Бессмертие!

В его голосе я услышала горький сарказм.

- Бессмертие! Чтобы вечно править этим подвластным миром, как она однажды выразилась. Но, увы, ничто не длится вечно, особенно то, что касается любви, тем более королевской.

Он сделал паузу, и я в немом изумлении продолжила слушать его откровенный рассказ.

- Королева, как это часто бывает, влюбилась в другого: более молодого, более сильного и, конечно, более достойного Вечной жизни, - Владислав слегка усмехнулся. – Мне была уготована участь отставного фаворита. Но чтобы избавиться от меня окончательно, Её Величество прибегло к магии. Я был изгнан из её милости, из её фавора и перемещён в потустороннюю реальность, в заточение этого проклятого зеркала.

Голос настоящего князя стал тише и зазвучал более трагично:

- Я, конечно, тоже не без греха. В юности у меня была бурная связь с одной эксцентричной дамой, великой актрисой своего времени. От этой связи родился сын, которому на протяжении нескольких лет пришлось исполнять роль правителя Дальних земель, дабы ему были дарованы артистические таланты его матери.

Я во все глаза уставилась на лже-Владислава, который с невозмутимым спокойствием слушал исповедь своего отца.

Князь снова замолчал, словно не желая говорить об этом, но вскоре продолжил свой рассказ:

- А ещё… Ещё у меня была неосторожность влюбиться… Влюбиться по настоящему, чтобы поверить в реальную силу любви, которая ранее была мне недоступна. Марианна – сестра Уильяма Грея, ставшая невольной свидетельницей этого «магического бесчинства», которое Королева осмелилась наложить на меня, и сейчас…

В голосе князя я услышала тревогу и отчаяние.

- Сейчас она находится в состоянии, как говорится, «ни жива, ни мертва». Просто застыла во времени…

Вдруг князь неожиданно посмотрел мне прямо в глаза.

- Я не могу коснуться этого мира, не могу помочь Марианне, но чувствую, что ты сможешь это сделать, Анна! Не случайно ты оказалась в наших краях! Может быть, ты обладаешь знаниями, которые способны снять чары гордой Королевы и вернуть княжне рода Лари её право на жизнь. О себе я менее всего беспокоюсь…

Затем князь сквозь завесу зеркала посмотрел на своего сына и приказал тому тоном, не терпящим возражений:

- Покажи ей усыпальницу Марианны!

Лже-Владислав, кивнув в знак глубокого понимания намерений отца, вывел меня из этого печального зала…

***

Софья с нетерпением ждала возвращения Арика вместе со своим «разведчиком» из дома губернатора. Когда они, наконец, прибыли в её квартирку, девушке удалось получить от Вика действительно интересные сведения, проливающие свет на ход последних событий.

«Жучок» поведал, что стал свидетелем нескольких телефонных разговоров «губернаторши» с неизвестными лицами, и когда девушка принялась анализировать полученную от светлячка информацию, то её лицо становилось всё более серьёзным.

Анастасия Андреевна имела надобность заявить одному из своих собеседников, что если бы эта «глупая девица не покинула оранжерею, то стрелять в Дмитрия Родыгина не пришлось бы».

В другом разговоре жена губернатора обмолвилась, что очень переживает о том, что может случиться, если друг её сына вспомнит тот предлог, который им пришлось придумывать на ходу, чтобы заманить в оранжерею хоть какую-то «жертву», близкую Каталее Деркач, и упрятать, в конце концов, эту несносную девчонку за решетку.

Лицо девушки помрачнело – значит, именно она предназначалась на роль жертвы на этом злополучном приёме. И если бы Софья в тот момент не заподозрила что-то странное и не исчезла из «райского уголка», созданного руками Анастасии Андреевны, то сейчас бы лежала трупом в криминальном морге.

Опять всё возвращалось к персоне Каталеи, которая могла якобы из-за ревности убить свою соперницу в притязаниях на сердце Дмитрия Андреевича. Видимо, очень уж досадила эта девица своей свекрови и муженьку, что те пошли на такой хитро-мудрый план её «устранения».

Пересказав полученные сведения соседу, Софья заметила, как на его лице появилось выражение озадаченности происходящим.

- Значит, Новосёл, убить хотели именно тебя! И этим фактом «подставить» Каталею! А Димка – это их слабое звено, он знает правду и может когда-нибудь её вспомнить!

У Арика всё сложилось в единую картину, и он предложил использовать брата Татьяны как приманку, способную вывести злоумышленников на чистую воду.

Глава 61

Ступая вслед за сыном хозяина замка по крутой каменной лестнице, я чувствовала, что сейчас стану очевидицей чего-то очень печального и трагичного. Парадные залы с их вычурной позолотой мгновенно сменились мрачной теснотой, словно замок из горделивого аристократа в одночасье превратился в скрюченного старца. Влажный холод, проникающий сквозь платье, заставлял кожу покрываться мурашками. Было промозгло и запахло сыростью.

Ступени под ногами становились всё круче и сильно скользили, а света факела, что нёс лже-князь, едва хватало, чтобы рассеять густеющую тьму.

- Позвольте спросить? - решив нарушить тягостное молчание, я обратилась к своему сопровождающему. - Как я могу к вам обращаться? Как ваше настоящее имя?

- Ну, называй меня, к примеру, Вальдемар… - высокопарно провозгласил сын Владислава.

- Фу, как пошло, - невольно вырвалось у меня, - а если серьёзно?

Князь, резко затормозив, развернулся ко мне лицом, и я, не успев предусмотреть его неожиданный манёвр, свалилась прямо на высокопоставленную особу, оказавшись буквально в его объятиях.

Застыв на мгновение, я не сразу осознала, что разглядываю нового хозяина Дальних земель с откровенным любопытством, не присущим благородным дамам оного измерения.

Но и мой провожатый был не без греха, его взгляд изучающе скользил по моему лицу, отмечая, казалось, каждую деталь, и предательски остановился на моих губах.

- Я никак не могу тебя раскусить, Анна, - задумчиво проговорил он. – Чего ты всё время опасаешься?

- Не надо меня кусать! – испуганно вскрикнула я, памятуя о вампирах, и все воображаемые ужасы с новой силой накрыли меня с головой.

Он демонически рассмеялся, выпуская меня из своих рук, и невозмутимо последовал дальше.

- Воланд! - услышала я следующее признание князя.

«А почему не Воланд-де-Морт?» - чуть не ляпнула я, но вовремя спохватилась.

Он что, издевается надо мной?! Или это действительно его родное имя? Хорошо, будем играть по его правилам…

Наконец мы достигли цели. Воланд распахнул дубовую дверь, и я, затаив дыхание, последовала за ним.

Это была усыпальница, где в центре, словно осколок хрустального льда, покоился гроб, прозрачные стенки которого открывали вид на спящую девушку.

- Белоснежка! - вырвалось у меня прежде, чем я успела это осознать.

Уж очень напоминала возникшая передо мной картина любимую сказку детства.

Волосы цвета тёмной меди разметались по белоснежной подушке. Бледное лицо, обрамленное красивыми локонами, казалось неземным, словно высеченным из алебастра. Одета она была в простое белое платье, которое подчеркивало её хрупкость и утончённость.

- Марианна – последняя любовь отца! – трагично продекламировал мой спутник, словно стоял на театральных подмостках. – И родная сестра Уильяма Грея!

Я долго не могла отвести взгляд от лица «спящей красавицы».

- По традиции, её сможет оживить «Поцелуй любви», - проговорила я в глубокой задумчивости.

- Что?! – взволнованно переспросил князь. - Что ты сейчас сказала?!

- Ну, вспомните, Вальдемар, как в сказке – суженый целует свою возлюбленную в уста, и она просыпается от вечного сна. А дальше живут они долго и счастливо…

- Так просто? – удивился сын Владислава.

- Почему просто? – я даже обиделась. – Целовать может только истинный нареченный, иначе всё без толку. Если ваш отец является истинной парой для Марианны, то его поцелуй сможет её оживить, наверное…

Болтая про сказочный хэппи-энд, я с удивлением поняла, что новый владелец замка действительно поверил моим словам.

- Осталось только разобраться, как вытащить настоящего князя Владислава из «Зазеркалья»! – ободряюще закончила я свой монолог.

***

- Первым делом, - энергично начав импровизированное «собрание» в палате Димки Родыгина, Арик окинул взглядом собравшихся, - мы должны заставить их совершить ошибку.

Софья, Татьяна и Васятка, словно три «бойца», внимательно слушали своего «командира». Атмосфера в комнате была наэлектризована решимостью и едва сдерживаемым гневом. Так нагло распоряжаться чужими жизнями ради непонятных личных интересов – это непозволительно даже для приближенных губернатора области.

Софья остановила свой взгляд на Дмитрии.

- Твоя задача - позвонить Анастасии Андреевне и поинтересоваться, как обстоят дела с поиском её сына – твоего друга. Потом вскользь заметить, что ты вспомнил кое-что из событий того вечера, и тебе это кажется странным. Именно поэтому ты ещё не сообщил полиции новую информацию, предварительно не выяснив у матери Виктора, что тебе со всем этим делать.

- Никаких прямых объяснений, - подхватила инициативу Татьяна, - только намёк. Он должен прозвучать так, чтобы заставить её понервничать.

- А если она не поверит? – нерешительно начал Димка. – Или просто проигнорирует?

- Не поверит – тем хуже для неё! – ответила сестра с ледяным спокойствием.

– Но если она занервничает и попытается связаться с тобой или предпримет какие-то другие действия, - встрял в разговор Арик, - то мы будем знать, что попали в цель!

Софья пристально посмотрела на «пострадавшего».

- Постарайся, чтобы твой голос звучал убедительно. И помни, никаких имен и названий, только туманные намёки. Задача – заставить её беспокоиться, чтобы она начала действовать безрассудно, и вывела нас на своих возможных сообщников. Риск велик, но награда – свобода Каталеи – того стоит.

Димка глубоко вздохнул и набрал знакомый номер. В комнате повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим гулом телефонного сигнала. Все затаили дыхание, ожидая, сможет ли этот дерзкий ход сдвинуть дело с мертвой точки…

***

- Расскажите, князь, каким именно образом было наложено на вас заклятие рассерженной Королевы? – запросила я подробности произошедшего магического бесчинства относительно его персоны, когда мы с Воландом вернулись из усыпальницы Марианны и расположились перед зеркалом.

Вспомнив заветную фразу Тёмного лорда о том, что надо понять механизм «чародейства» и предпринять обратный шаг, я решила логически разобраться, с чего начать в этом запутанном деле.

Владислав не торопился с ответом, погрузившись, как мне показалось, в тягостные воспоминания.

Наконец, он заговорил, и голос его звучал глухо и обречённо.

- Королева Изабелла, словно яркая комета, ворвалась в мою жизнь, затмив собой всё остальное. Я был ослеплён этой женщиной, привыкшей к поклонению и восхищению, когда её благосклонность досталась именно мне, ещё юному, наивному и честолюбивому правителю Дальних земель.

Он помнил их первую встречу. Князю тогда было 25 лет. Он приехал ко двору полный надежд и амбиций. Изабелла, державшая в то время бразды правления в своих руках, встретила его холодно и отстраненно. Но потом, неожиданно, в её глазах мелькнул интерес к его персоне.

Она начала приглашать молодого князя на уединенные прогулки в саду, делилась с ним своими мыслями и опасениями, просила совета. Её слова были словно мёд, обволакивающий разум. Внимание Королевы льстило юному самолюбию. Владиславу нравилось быть избранным, находиться в обществе этой влиятельной и красивой женщины. Всё чаще она называла его мудрым не по годам, проницательным и достойным трона.

Вскоре их отношения переросли в нечто большее, чем просто дружеские. Страсть вспыхнула между ними, словно лесной пожар. Владислав был покорён её красотой и умом. Она стала для него всем: любовницей, советником, госпожой.

И вот однажды, Королева сделала предложение, от которого он не смог отказаться. Предложение, которое стало верхом блаженства и высшей наградой за его преданность.

Князь горько усмехнулся и после некоторой паузы продолжил своё печальное повествование:

- Мы стояли с Изабеллой на балконе, глядя на простирающиеся внизу Дальние земли. Звёзды мерцали в черном небе, словно бриллианты, рассыпанные рукой великана. Именно тогда Королева заговорила о Бессмертии, гипнотизируя меня своими пронзительными глазами.

В голове Владислава пронеслась буря мыслей. Бессмертие… Мечта, о которой грезили цари и императоры на протяжении долгих веков. И она, Изабелла, предлагает её простому князю Дальних земель.

Он долго не колебался. Честолюбие, жажда власти и страх перед смертью взяли вверх. Он забыл о предостережениях и возможных последствиях и просто хотел быть вечно рядом с Королевой, вкушать её любовь и наслаждаться её властью. Тогда он ещё не знал, какую цену ему придётся заплатить за это сомнительное удовольствие.

- Позвольте, князь, уточнить, - «вклинилась» я в тягостные воспоминания правителя Дальних земель, - где был проведён магический ритуал, даровавший вам бессмертие?

- Здесь, в этой самой комнате, - удивленный моим вопросом, Владислав всё же дал вполне разумный ответ.

- Вспомните, висело ли тогда на стене это зеркало? – очень уж меня занимал вопрос последующего перемещения хозяина замка в «Зазеркалье».

- Да конечно! – встрял в наш диалог Воланд. - Сколько себя помню, оно всегда было здесь! Но к чему все эти подробности?

- Минуточку терпения! – попыталась я угомонить взволнованного собеседника. – Мне нужна точная расстановка возможных магических артефактов!

- Анна права! – осадил сына князь. – Мы просто чего-то можем не понимать. Не мешай ей разбираться!

- Благодарю, князь! – мне, действительно, была приятна его поддержка. - Где происходил обряд изгнания вас из мира живых, и почему пострадала Марианна? Очень важно вспомнить каждую деталь!

Я, конечно, не считала себя докой в вопросах проведения магических ритуалов, но общение с Софьей и манипуляции с артефактами давали мне какой-никакой маломальский опыт с последующими выводами…

- Мы в тот вечер собирались с Марианной на конную прогулку, - задумчиво начал Владислав, видимо пытаясь вспомнить события того рокового дня, – но неожиданно появилась Изабелла.

Закутанная в черный наряд, она вошла практически бесшумно в эту самую комнату и буквально пригвоздила своим взглядом удивленного князя к месту подле зеркала.

- Ты предал меня, Владислав! – гневно выкрикнула правительница. – И теперь ты поплатишься за это!

В руках королевы появился ритуальный нож с серебряным лезвием. Она начала чертить им в воздухе символы, от которых исходил зловещий зелёный свет. Атмосфера постепенно наполнялась удушающим запахом серы. Зеркало запульсировало тёмной энергией, словно живое существо, готовящееся поглотить свою жертву.

В этот момент в комнату вошла Марианна и застыла в ужасе от представшего зрелища. Она видела, как Изабелла, словно безумная, размахивала руками, угрожая князю.

Королева, не замечая присутствия девушки, продолжала свой ритуал. Она приблизилась к Владиславу и подняла нож над его головой. Князь в тот момент не мог даже пошевелиться, словно закованный магическим воздействием.

- Я изгоняю тебя из мира живых! – заорала Изабелла, и в её голосе слышалась первобытная ярость.

С этими словами она собиралась вонзить клинок в грудь пленника, но в этот самый момент испуганно вскрикнула Марианна:

- Не-е-т!

Правительница резко развернулась к невольной свидетельнице происходящего, и магическая сила её клинка яркими искрами пронзила девушку насквозь, отбросив через открытое окно залы далеко за пределы замка.

- Что ж, - помрачнела Королева, – тебе повезло, Владислав, со своей спутницей. Ты сейчас не лишился жизни, но лишишься всех её радостей! У меня ещё остались силы заточить тебя в Небытие, и тебе не будет места среди людей! Ты будешь вечно страдать вдали от света и тепла!

В тот же миг пространство вокруг князя исказилось. Зеркало, вспыхнув ярким светом, поглотило его, растворив в своей тёмной глубине…

Глава 62

Рейман торопился догнать «беглецов», пришпорив своего вороного скакуна. Ветер свистел в ушах, а брызги грязи, вылетавшие из-под копыт, окропляли его плащ.

Он мчался по следу Нэнси и Уильяма, словно гончая, почуявшая близкую добычу. Но чем дальше он продвигался по маршруту, найденному в столе детектива, тем более зловещими и необъяснимыми становились знаки на их пути.

Первое, что заставило Реймана заволноваться – это рассказ крестьянина в придорожном трактире, где ему пришлось остановиться, чтобы дать жеребцу небольшую передышку, о зловещей лесной поляне, усеянной трупами лесных котов.

Тот утверждал, что был очевидцем этого ужасного зрелища, когда со своими земляками наткнулся на место, покрытое сотнями, а может и тысячами мертвых тел, лежавших в неестественных позах, с пустыми глазницами, устремленными в небо.

Что за зверь мог сотворить такое? Какая сила способна истребить целую популяцию этих животных? Среди жителей настойчиво пополз слух о древнем проклятии и гневе лесных духов.

Далее по пути виконт услышал о странном происшествии на Священном холме земли вагатов – за одну ночь его не стало. И это накануне их главного праздника – «Ночи Длинной Тени»!

Вагаты были в бешенстве. Они говорили о тёмных силах, разбуженных любопытными чужаками, и проклинали тех, кто потревожил покой древних богов.

Но самое невероятное событие, заставившее виконта поторопиться, – это свидетельства очевидцев о драконе. Несколько аборигенов клялись и божились, что воочию видели, как огромная тень пролетала над лесом, а затем услышали оглушительный рёв свирепого зверя, изрыгающего из своей пасти нескончаемый поток смертоносного пламени.

Рейман не верил своим ушам! Выпустили дракона?! Это же абсурд!!! Как можно было в одиночку выпустить Лока?!

Но чем больше свидетельств он собирал, тем больше в нём крепло ощущение, что происходит что-то неладное. Неужели эти двое близких ему людей как-то причастны ко всему этому безумию?!

Может быть, они не просто путешественники, а невольные катализаторы Древнего зла, пробудившие тёмные силы, спящие в этих лесах? Виконт не знал, что ему и думать! В его голове рождались самые пугающие предположения, более опасные и мистические, чем те, которые мог принять его разум…

***

Нэнси пыталась во что бы то ни стало привести в порядок свои мысли. Вчерашняя подсказка гримуара многое прояснила в её исследованиях зашифрованной страницы дневника Габриэллы Монарди.

Итак, всё «крутилось» вокруг ритуала «Бессмертие», увиденного маленькой девочкой, из любопытства заглянувшей в комнату высокопоставленной особы, которая на поверку оказалась Королевой.

Подросшая Габриэлла, вспомнив это происшествие из детства во время представления во дворце, набралась наглости и потребовала от правительницы выдать секрет этого обряда, чтобы заполучить тайну бессмертия для себя.

Но Королева поведала юной нахалке, что той постоянно придется искать новую «форму» и переносить туда своё магическое «содержание», иначе ей не выжить…

Что же, первые два слова в зашифрованном списке приобрели смысл. Остались – «время», «место», «обстоятельство». Если взять во внимание воспоминания Серафимы Петровны, когда экономка поведала Нэнси подробности рождения Софьи и те странности в поведении её бабки и Лауры, то можно предположить, что Габриэлла на тот момент выбрала себе новую «форму». Она решила «перебраться» в юное тело родившейся внучки, Лии Монарди.

Тогда получается, что «время» - это дата рождения Софьи; «место» - родовая усадьба; «обстоятельства» - момент рождения малышки.

Поэтому бабка неотлучно находилась рядом, практически держа свою дочь взаперти, чтобы всем её замыслам суждено было сбыться.

Видимо, Лаура как-то догадалась о намерениях матери и в самый ответственный момент нанесла обереги на свое тело, в котором теплилась юная, ещё не рожденная жизнь. Планы Габриэллы были сорваны, но куда она сама пропала?

Хотя, почему пропала? Может, она до сих пор находится в родовом гнезде. Барон увёз Софью в этот дом спустя две недели после рождения, и, судя по всему, она не так часто посещала загородное поместье.

Поэтому велика возможность, что Габриэлла действительно там, если всё ещё не нашла новую «форму».

Остался ещё один важный для Нэнси вопрос – правительница каких земель в их измерении обладает тайной «Бессмертия»?

***

Где – то…

- Ты плохо выглядишь, Габриэлла! Похоже, поиск идеального тела стал для тебя проблемой?

- Поверь мне, Изабелла, мой взгляд тоже не отдыхает, глядя на твое бессмертное величество…

Тишина зеркального зала гулким эхом разносила голоса двух рассерженных особ.

- Я тебя предупреждала, что будет не просто! Вижу, что для тебя наступили сложные времена.

- Я тебя умоляю, Твоё Величество, вспомни, когда ты сама оказалась в этих «сложнейших временах»?

- Ты просто невыносима, Габриэлла! Твоя наглость переходит все допустимые границы!

- Соглашусь, это мой порок! Но он незначителен по отношению к твоей похоти!

- Что ты сказала? – гневно завопила коронованная особа.

- Похоть – твое слабое звено, Изабелла! Признайся хотя бы сама себе, скольким мужикам ты раздала свой дар Бессмертия? И что потом стало с теми бедолагами, которые тебе наскучили?

- Я, по крайней мере, не убивала свою дочь! – воскликнула, выбитая из колеи колкими замечаниями собеседницы, Королева.

- Потому что у тебя нет детей! – парировала та. – Но до сих пор, насколько я знаю, охотишься на дочь своего мужа, правда, пока безрезультатно…

- Замолчи! – испуганно взвизгнула хозяйка зеркального зала.

- Я предлагала тебе условия нашего перемирия – ты мне девчонку, я тебе спокойствие, которое ты желаешь! В твои-то годы вредно сильно волноваться, глядишь, и «крякнешь» ненароком, несмотря на своё бессмертие!

- Где ты только «понахваталась» всей этой мерзости? – Изабелла презрительно скривила свои губы в недовольной гримасе.

- Мне, в отличие от тебя, удалось побывать в разных измерениях. Это ты сидишь, как мышь, среди своих зеркал, подглядывая за всем миром и не видя настоящей жизни…

- Ой уж! Прямо много приятных впечатлений ты набралась! Сейчас разревусь от зависти! Да ты ни разу в жизни настоящей страсти не испытывала, дочь родила от какого-то рохли – всё боялась, что она тебя переплюнет по силе магии!!!

- Зато твоя магия никогда особой силой не обладала! Представь, какое подразделение бессмертных особ мужского пола может образоваться, когда все твои ненадёжные чары рухнут?! А ведь мне достаточно всего одного заклинания рода Монарди!

- Ладно, ладно, - примирительно согласилась королева. – Чего ты хочешь?

- Вот так бы сразу! – миролюбиво подхватила Габриэлла. – Организуй моё участие в Мистической Феерии, помоги получить приглашение от Императора на имя Райноны Вадлер, Великой колдуньи Двадцать четвёртого измерения…

Глава 63

- А как вы познакомились с Розалиндой? – спросила я Воланда, когда мы обедали всё в той же парадной зале за огромным столом, до краев «набитым» снедью.

- Да так, встретились случайно на перекрестке дорог, - неопределенно махнул рукой мой собеседник. – Она привлекла меня своей яркостью и неординарностью…

«Да, - подумала я, - и тоже очень талантливая актриса…»

- А зачем графиня передала вам свиток? И что в нём такого особенного?

- Ты суешь свой нос в чужие дела, Анна! – предостерегающе осадил меня наследник замка. – Если ты смогла легко завоевать расположение моего отца, то со мной этот номер не пройдёт!

- Что же, очень печально, что нам не удалось достичь консенсуса в этом вопросе, - провозгласила я нарочито безразличным тоном. – Значит, фаза обоюдного доверия нами пока не достигнута.

- Чего? – растерянно протянул Вальдемар, и его лицо комично вытянулось от изумления.

- Мы с вами, увы, не можем больше быть полезны друг другу, - сделала я итоговое заключение. – После обеда мне придётся покинуть ваш гостеприимный замок!

Воланд захлопал своими длинными ресницами, растерянно глядя на меня, видимо, пытаясь понять суть сказанного мною заявления.

- А как же ваша безопасность, Анна? Именно здесь вы собирались схорониться от своих недругов.

- Но вы же сами заявили, что Розалинда всё приукрасила, как это бывало не раз. Ничего моей жизни не угрожает, и я могу спокойно вернуться домой, в Ричерстон.

- Но мой отец, князь Владислав, нуждается в помощи! – отчаянно воскликнул Вальдемар.

- В моей?! – я удивлённо округлила глаза. – Я уже предоставила вам свою шкатулку, и вы сами убедились в её бесполезности.

Доводы, казалось, были исчерпаны, и наследник замка угрюмо посмотрел мне прямо в глаза.

- Хорошо! Я готов сотрудничать на взаимовыгодных условиях.

- Так-то лучше! – «промурлыкала» я. – Вернёмся к свитку!

Вальдемар на мгновенье задумался.

- Надеюсь, Анна, я тебя не шокирую, если скажу, что твоя мать является знатной авантюристкой?

- Нет, не шокируете, этот факт мне известен.

- Рози поступил заказ от таинственного господина на фарфоровую статуэтку, любимую «игрушку» одной знатной особы, некоего Эрика Эдинбургского. И случай не заставил себя долго ждать - в его доме намечался праздник по поводу помолвки племянницы, куда были приглашены сливки местного общества.

Ваша матушка великолепно знала расположение комнат в покоях этой титулованной особы, где в библиотеке, по оперативным данным информаторов, и находилась нужная ей вещица. Какого же было её удивление, когда она, пробравшись в искомое помещение, обнаружила своего заказчика с пробитым черепом, лежащего на полу без признаков жизни.

Поняв, что ей никто не заплатит, Розалинда решила лишний раз не рисковать. Зачем красть статуэтку, если она теперь никому не нужна? Пытаясь выйти из библиотеки незамеченной, она ненароком завернула в кабинет, где увидела этот свиток. Вернее, сначала ссору между хозяином дома и каким-то послом, которые горячо спорили.

Посол обвинял Эрика, что тот стащил важный документ, но Эдинбургский всё отрицал. Когда посол удалился из кабинета ни с чем, то Эрик отправил своего прислужника к кому-то с запиской, передавая на словах:

- Скажи королеве, что у меня есть для неё подарок!

Позже он переложил свиток в красивую коробочку, и, поставив в сейф, видимо, вернулся к гостям.

Но что для Рози замок древнего сейфа! Она виртуозно вскрыла его и стащила документ, скреплённый магической печатью.

Вечер для публики тогда явно не задался. После обнаружения трупа в библиотеке, гости стремительно стали покидать богатый дом, в том числе и Розалинда с «подарком» для королевы…

Она так и не знает, что выкрала на том празднике у Эрика Эдинбургского, кроме очевидного, что сей документ очень важен для некой титулованной особы.

- А почему она передала свиток вам?

- У нас с ней была договоренность на случай, если она попадёт в большую передрягу. Я должен был сохранить документ, пока он ей не понадобится для следующего «хода».

- И я была нужна ей лишь в качестве курьера?! – в моем голосе прозвучало явное разочарование.

Значит, получив письмо от императора, графиня Скорр занервничала, и в этот же вечер призналась, что является Изабеллой Росси, профессиональной расхитительницей объектов искусства.

«Спрятавшись» в тюремной камере, она подготовила для встречи с Нэнси подробные инструкции, как действовать в сложившейся ситуации, пока сама будет планировать следующий «ход» для своей «сольной партии». Да, вроде бы всё логично…

Только остаются реальные покушения на Анну Скорр. Может, графиня заранее науськала своего Симона, так сказать, «разжечь страстей» - напугать до одури приемную дочь, чтобы та сбежала сломя голову в Дальние земли и передала князю Владиславу заветный свиток?

Но когда я боролась с этим злодеем в ту роковую ночь, было очень похоже на то, что он решительно настроен меня убить. Что-то здесь не так…

- А что с перстнем, который я должна была показать вам?

- Это перстень моей матери, подарок Рози, который я сделал, когда она была здесь в последний раз…

- Вы любите её, Воланд?

- Мы с ней очень похожи! Оба любители приключений и ярких эмоций.

- А она знает вашу тайну? То, что вы сын князя Владислава…

- Нет, она думает, что я князь, - вдруг растерялся мой собеседник. – Только вам, Анна, известна вся истина.

- А почему у Дальних земель такая отвратительная репутация? – задала я следующий вопрос, который не давал мне покоя.

Вальдемар расхохотался.

- Так легче держать всех «сочувствующих» на расстоянии от этого места!

***

Нэнси задумчиво прикусила кончик карандаша, глядя на дневник Габриэллы Монарди. Что же, кажется, стало многое понятным в её импровизированном исследовании сего документа. И сейчас самое время подумать ещё над одной загадкой последних дней, а именно навязчивым интересом Императора к её скромной персоне…

Она отложила дневник в сторону, решив вернуться к нему позже. В приоритете была другая задача, и её интуиция «кричала» об опасности, чего никак нельзя было игнорировать. Встал острый вопрос, как узнать правду и в голове девушки сам собой родился план – попросить помощи в этом деле у небезызвестного старинного артефакта, что находился в потайной каморке Софьи.

Нэнси понимала, что это рискованно и могло иметь непредсказуемые последствия, тем более, что в вопросах магии она была не сильна, а память Софьи со временем становилась всё слабее. Но соблазн узнать правду был слишком велик.

С тяжёлым вздохом она встала из-за стола и направилась к платяному шкафу. Анну мучила совесть, но любопытство, которое всегда было сильнее стыда, толкало вперёд.

Оказавшись рядом с гримуаром, Нэнси в растерянности осмотрелась, пытаясь найти веточку магической сон-травы, при помощи которой уже получала подсказки из жизни Габриэллы, но её нигде не было видно.

Начав медленно листать старинную книгу, девушка увидела между страниц засушенное тельце маленького мотылька, жалость к участи которого накрыла её с головой. Не в силах справиться с эмоциями, она подхватила бездыханную букашку, и в ту же секунду со страниц артефакта начали оживать символы, светясь слабым зловещим светом.

Легко прочитав заклинание, Анна почувствовала легкое покалывание в кончиках пальцев, которое мгновенно распространилось по всему телу. Мир перевернулся, цвета стали ярче, а размеры несоизмеримо больше. Она с удивлением осознала, что превратилась в невесомую бабочку, которая, повинуясь неведомому инстинкту, летит на крыльях к мерцающим огням императорского дворца.

Первым, что предстало её новому взгляду, была сцена, пропитанная страстью и тайной. Белокурая красавица Элис в полумраке алькова шептала слова нежности некому Максимилиану под шелест шёлковых простыней…

Но не успела Нэнси более внимательно присмотреться к участникам любовных утех, как оказалась в комнате, залитой лунным светом. Два женских силуэта и тихий диалог:

- Он знает, что ты беременна, Элис?

- Нет, что ты?! Ведь он женат! Я решила покинуть императорский дворец. Уеду в родовой замок и рожу там свою малышку.

- Почему ты думаешь, что будет девочка?

- Лаура, ты не хуже меня знаешь, что у рода Дрейвуд сила передается по женской линии, как и у твоего рода Монарди…

Вдруг Нэнси стала свидетельницей следующей сцены: в роскошно обставленной спальне Королева с ледяным выражением лица отдавала приказ своему доверенному советнику. Слова её были жёсткими и беспощадными: «Проследить за этой распутной девкой и избавиться от младенца! Никаких следов и никаких свидетелей!»

Слуга поклонился своей госпоже и попятился из комнаты. Правительница застыла посреди будуара в тягостном раздумье, и Анна узнала в её облике ту самую особу, которая обладала тайной «Бессмертия».

Видимо, не в силах вынести напряжения, императрица, запустив вазой в огромное зеркало на стене, стремглав выбежала из опочивальни.

Нэнси, продолжая мотыльком метаться по комнате, ощутила леденящий ужас, проникающий в самое сердце. Не понимая, как ей вернуться назад, она вдруг заметила ещё одного участника событий.

Темная фигурка вынырнула из-под алькова Королевы и крадучись поспешила в сторону двери. Оказавшись на мгновение в отблеске догорающей свечи, осветившей её лицо, Анна с изумлением разглядела в ней Розалинду Скорр…

Глава 64

- Почему в таком огромном замке только одно зеркало? – желая привести себя в порядок перед новой встречей с настоящим правителем Дальних земель, я ворчливо озвучила своё недовольство сим фактом.

- Вспомни сказку про Зеркало Правды, и всё поймёшь! – парировал Вальдемар, сопровождая меня по лабиринтам коридоров и гостиных своего родового поместья.

- Но я её не знаю!

- Как так? Это первая сказка детства, которую рассказывают на ночь всем с младенческого возраста! Как тебе удалось избежать этой участи, и какую сказку тогда читали вашему Капризному Высочеству?

- Моя первая сказка - «Колобок»! Если есть желание послушать о «кровожадных» приключениях круглой булки, могу поведать её содержание!

- Есть! И желание тоже есть! – проговорил мой провожатый, намеренно растягивая слова.

Он вдруг приблизился ко мне, заглядывая в глаза с дерзким вызовом.

- Жили-были старик со старухой у самого синего моря… - нарочито грозно начала декламировать я первые строчки, которые пришли мне на ум.

Княжеский наследник явно желал вывести меня из равновесия…

- А что такое море? – с каким-то мальчишеским любопытством переспросил меня Воланд, растеряв при этом всю свою романтическую составляющую, явно направленную на то, чтобы очаровать мою персону.

- Море – это много-много соленой воды, средняя дневная температура летом +30 градусов по Цельсию, 8 600 рублей - ориентировочная суточная стоимость номера на двоих в высокий сезон класса комфорт… - я всё же решила остановиться, пока меня здесь не приняли за сумасшедшую.

- Понял, понял! – заголосил лже-князь, в один миг растеряв всю свою самоуверенность, и извиняющимся тоном добавил: – Ручаюсь, Анна, больше такого не повторится!

- Надеюсь, мы «услышали» друг друга, - сурово проговорила я с металлическими нотками в голосе. - Для простоты общения предлагаю придерживаться деловых отношений!

***

Нэнси очнулась подле гримуара, ощущая невероятную слабость во всём теле. Поняв, что ей удалось благополучно обернуться назад, она покинула заветную каморку Софьи и без сил рухнула на кровать.

Из всего увиденного в этот раз девушкой, напрашивался следующий шокирующий вывод – она незаконнорожденная дочь Элис Дрейвуд, которая была близкой подругой Лауры Монарди!

Именно поэтому Лаура регулярно навещала малышку в приюте и дарила ей свою любовь и внимание. Но что тогда стало с матерью Нэнси? Она тоже умерла во время родов, как и мать Софьи, давая жизнь следующему представителю древней династии и наделяя магической силой?

Но Анна никогда не чувствовала у себя признаков родовой силы. Она не имела ничего общего с волшебством и чародейством. И при чём здесь разгневанная Королева? Неужели она бесновалась из-за того, что адюльтер, приведший к рождению малышки, проходил под крышей императорского дворца?

«Максимилиан…» - так называла своего возлюбленного порочная красавица Элис Дрейвуд. Неожиданная догадка поразила Нэнси до глубины души – но так же зовут самого Императора!

Неужели её мать осмелилась крутить роман с самим Правителем Империи? Тогда понятен гнев Королевы и её желание уничтожить младенца…

В голове девушки роилось множество вопросов. Какими стараниями ей всё же удалось выжить? Случайным ли совпадением было присутствие Розалинды Скорр в покоях королевы и последующим усыновлением дочки Элис? Связаны ли нынешние покушения на девушку с делами прошедших лет? И что сейчас задумал Император относительно её особы?

Она вспомнила недавнее ночное видение, где Лаура пыталась предупредить Анну об опасности, подстерегающей её в императорском дворце. В свете полученной информации всё становилось по своим местам: особенно следует быть осторожной … с Королевой!

Вилетт! Именно она сейчас находится в теле Нэнси! Рейман де Бар поехал за ней в Дальние земли, получив приказ от Императора доставить девушку в императорский дворец. Её надо срочно предупредить о возможной угрозе. Но как возможно это сделать?!

Солнце уверенно клонилось к линии горизонта, когда виконт де Бар, запыхавшись от бешеной скачки, осадил своего коня во дворе таверны «У старого плута».

Он сразу же заметил Уильяма Грея, который, как ни в чём не бывало, склонился над стойлом и кормил лошадей.

- Уильям! – рявкнул Рейман, срываясь с места. – Где Нэнси Скорр?

Он подбежал к другу, и, не говоря ни слова, замахнулся, намереваясь хорошенько проучить его за те мучительные переживания, которые тот заставил испытать виконта во время погони за беглецами…

Детектив, услышав крик, обернулся и едва успел увернуться от первого удара.

- Что за чёрт, Рей?! – отшатнулся он, удивлённый выходкой приятеля.

- Это тебе за Нэнси! За мои седые волосы! За бессонные ночи! За… всё! – виконт, распалённый гневом, обрушил на сыщика целый град ударов.

Удивление Грея быстро сменилось возмущением. Он всегда был хорошим бойцом и не собирался терпеть такую несправедливость. Отвечая на выпады виконта, он сам перешёл в наступление.

- Если ты печёшься о дочке графини, то с ней всё хорошо, она в безопасности, в доме барона Павловского…

- Что ты несёшь?! Там её нет! Там только Софья!

Завязалась ожесточённая потасовка. Пыль вздымалась столбом, слышались хриплые выкрики и шлепки ударов.

- Это не моя тайна! – Уильям сделал попытку прекратить это безумие.

- Да что всё это значит! – гневно вскричал виконт. – Только и слышу в последнее время эту уже осточертевшую фразу!

Прицелившись, Рейман развернул кулак и запустил им детективу в челюсть.

- А чья это тайна? В конце концов, кто-нибудь мне это объяснит?!

Неожиданно, как гром среди ясного неба, раздался оглушительный свист. Двое дерущихся мгновенно замерли, оглядываясь в поисках источника звука.

В тот же миг во двор таверны ворвалась прекрасная Амазонка с развевающимися на ветру белокурыми волосами на грациозной скаковой лошади.

- Это её тайна! – устало улыбнулся Уильям, указывая на спешившуюся Нэнси Скорр…

Легко спрыгнув на землю, она осадила мужчин ледяным взглядом и грозно произнесла:

- Вы оба, кажется, забыли правила приличия, господа?! А я всегда считала вас близкими друзьями!

***

Софья впервые в жизни сидела в засаде. В палате Димки, пропахнувшей лекарствами, повисла тревожная тишина. Лунный свет, проникающий сквозь неплотно задёрнутые жалюзи, чертил на стенах причудливые тени. Она знала, что рядом, в полумраке комнаты, затаился Арик, и ей не было страшно.

Дмитрий, бледный и измождённый, лежал на кровати, притворяясь спящим. Сегодня, после звонка Анастасии Андреевне, он всерьёз задумался о причастности жены губернатора и матери его друга к стрельбе по нему в качестве мишени. Что-то в этом разговоре насторожило молодого политика, и он согласился со своей «группой поддержки» выступить в роли приманки для злоумышленника.

Софья украдкой взглянула на часы – без пяти минут двенадцать. Каждая секунда тянулась бесконечно долго. В животе нарастало тревожное предчувствие. В голове пульсировала мысль: «Неужели она действительно придёт?»

Вдруг в коридоре послышались тихие шаги. Софья замерла, дыхание словно перехватило. Шаги становились всё отчетливее. Сердце девушки бешено колотилось в груди, отбивая тревожный ритм.

Дверь палаты медленно, почти бесшумно отворилась. В узкую щель проскользнул луч света, выхватив из темноты силуэт женщины. Это была Анастасия Андреевна собственной персоной! В её руке что-то блеснуло…

Арик, словно тень, метнулся вперёд, перекрывая выход. Софья, выскочив из-за ширмы, мгновенно включила яркий свет, ослепив жену губернатора. Та, застигнутая врасплох, отшатнулась, и в её глазах возникла паника. В руках она сжимала небольшой медицинский шприц, наполненный прозрачной жидкостью.

- Игра окончена! – властно скомандовала Софья, глядя нежданной гостье прямо в глаза.

Анастасия Андреевна в смятении замерла, словно статуя. Шприц выпал из её ослабевшей руки и с тихим звуком покатился по полу. В палате повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Софьи и Арика.

Димка, окончательно проснувшись от шума, с трудом приподнялся на кровати. Его взгляд, полный боли и недоверия, был устремлён на женщину, ещё недавно казавшуюся ему другом и наставником.

- Зачем? – тихо прошептал он, но его вопрос потонул в общей напряженной атмосфере.

Жена губернатора молчала, её лицо исказила гримаса отчаяния.

- Вы ничего не понимаете! – вдруг выкрикнула она, и в её голосе послышались нотки безумия. – Я делала это ради него! Ради моего сына!

Глава 65

В моей голове зародился дерзкий план, дающий возможность снять заклятие с князя Дальних земель. О нём я вкратце поведала заинтересованным особам: самому Владиславу и его наследнику – Вальдемару - Воланду. Между нами была достигнута предварительная договоренность о возможном сотрудничестве, и дальнейшее пребывание в стенах княжеского замка потеряло всякий смысл.

Помня, что Уильям ждёт меня до заката в Туманной лощине, я понимала, что очень сильно запаздываю. Оставив Воланду «злополучный» свиток Розалинды Скорр, я заторопилась в обратный путь, не забыв прихватить с собой шкатулку рода Монарди.

Не зная, чем заслужила особое отношение князя к своей персоне (может быть, повествованием итога сказки про Белоснежку), но Владислав приказал своему сыну предоставить мне скаковую лошадь Марианны.

- Ничего не бойся! – напутствовал меня Вальдемар, провожая до самых ворот крепостной стены. – Духи этих мест будут охранять твой путь.

- Духи? – непроизвольно вырвалось у меня, и я почувствовала, как паника вновь возвращается, со всеми вытекающими последствиями...

- Я попросил их присматривать за тобой, - авторитетно заявил наследник замка. – Они проведут тебя через опасности этих мест и уберегут от беды.

«Странно… - подумалось мне, - ведь до сих пор опасность я видела только в лице князя Дальних земель?!» Но спорить не стала.

Любимая лошадь Марианны летела, будто стрела, выпущенная из лука. Леса, поля, холмы – всё сливалось в размытый пейзаж.

Моей целью была таверна «У старого плута», приютившая нас с Уильямом накануне. Я отчаянно надеялась, что, не дождавшись меня в условленном месте, детектив будет ждать вестей от своих разведчиков именно там.

Когда, наконец, показались знакомые постройки, картина, развернувшаяся перед моими глазами, оказалась далека от предполагаемой.

Перед таверной, прямо посреди двора, яростно сражались двое необузданных драчунов. К своему изумлению, я узнала в них Уильяма и Рея. Они ожесточенно обменивались ударами, вздымая в воздух клубы пыли. Лицо сыщика было покрыто ссадинами, из разбитой губы сочилась кровь. У виконта под глазом красовался огромный синяк, а одежда была местами порвана.

На мгновение застыв в оцепенении, я решила прекратить это бесчинство, привлекая внимание дерущихся оглушительным свистом.

Резко осадив лошадь и спрыгнув на землю, гневно обратилась к «забиякам». Кажется, моё появление застало противников врасплох. Они на секунду замерли, уставившись на меня ошарашенным взглядом.

- Что здесь творится? Объяснитесь немедленно! – «прогромыхала» я, полная негодования.

Уму непостижимо, что двое лучших друзей сошлись в ожесточенной схватке. Ярость и злость всё ещё сверкали в их глазах, но уже невооруженным взглядом было заметно, что в их взгляде промелькнуло что-то похожее на смущение и … стыд…

***

- Ты сильно испугалась? – Арик нежно приобнял Софью за плечи, чувствуя, как она всё ещё дрожит после напряженной сцены задержания преступницы. – Всё кончилось, Новосёл, она больше никому не сможет навредить…

Софья вздрогнула от его прикосновения. Тепло, исходящее от молодого человека, было таким желанным, таким успокаивающим, что она невольно прильнула к нему, ненадолго забыв обо всём на свете.

Её сердце забилось быстрее, и она постаралась взять себя в руки. Девушка знала, что это просто дружеский жест, проявление заботы, не более. Но от осознания этого почему-то становилось ещё больнее.

Она боялась, что малейшее изменение поведения может выдать её тщательно скрываемые чувства. Софья упрямо твердила себе, что между ними не может быть ничего большего, чем дружба, ведь Арик относится к ней лишь как к своей соседке по подъезду, знакомой с детских лет.

Но она… она была безнадёжно влюблена.

Девушка отстранилась, стараясь не смотреть ему в глаза.

- Спасибо, Арик, я просто немного перенервничала, - проговорила она, чувствуя, как краска заливает её щёки.

Подойдя к окну больничного коридора, Софья отчаянно делала вид, что сосредоточенно изучает погоду за стеклом, лишь бы не встречаться с ним взглядом. Ей казалось, что он видит её насквозь, читает её мысли, распознаёт ту бурю эмоций, что бушевали сейчас у неё внутри. И от этого страха становилось ещё сложнее дышать.

Арик, почувствовав неловкость девушки, не делал никаких попыток приблизиться к ней и остался стоять на прежнем месте.

- Пойдём, выпьем кофе. Это поможет тебе прийти в себя, - предложил он, стараясь говорить как можно более непринуждённо.

Софья кивнула, не оборачиваясь. Она боялась, что, если посмотрит на него сейчас, то просто не сможет сдержать слёзы от ощущения своей уязвимости, как маленькая девочка, нуждающаяся в защите и поддержке…

Они молча пили кофе, стоя у автомата. Софья чувствовала на себе обеспокоенный взгляд соседа, но не решалась поднять глаза. Наконец, Арик прервал тягостное молчание:

- Новосёл, ты о-о-очень красивая девушка! И в любой ситуации, чтобы ни случилось, всегда можешь рассчитывать на меня! Только я – не романтик! У нас с тобой не может быть ничего, кроме дружбы. Прости…

- Не утруждайся! – Софье удалось на мгновение взять себя в руки. Она сунула стакан с недопитым кофе в контейнер для мусора и быстрой походкой заспешила по коридору, пытаясь убежать как можно дальше от предмета своих девичьих грёз.

Она даже не замечала, куда бежит, лишь бы подальше от его сочувственного взгляда. Слезы застилали глаза, а в ушах всё ещё звенели последние слова Арика.

Внезапно девушка споткнулась, едва не упав, и «впечаталась» во что-то твердое. Подняв заплаканное лицо, она увидела перед собой мужчину, чей образ был ей смутно знаком.

Он был одет совершенно неподобающе для больничной обстановки. Вместо привычного халата или делового костюма на нём был длинный чёрный плащ, полностью скрывающий фигуру, а голову покрывала широкополая шляпа, отбрасывающая тень на всё лицо.

Незнакомец молча смотрел на неё, и взгляд, казалось, проникал в самую душу. В его глазах Софья увидела не осуждение и любопытство, а какое-то странное всепонимающее сочувствие. Он словно знал, что она переживает.

- Ну, здравствуй, странница! А я за тобой! – мужчина протянул ей руку, обтянутую чёрной перчаткой.

Софья колебалась лишь мгновение, чтобы принять его помощь. Его прикосновение оказалось неожиданно тёплым и успокаивающим. В тот же миг вся тревога и боль, что терзали её в последнее время, словно отступили на второй план.

Мужчина лишь слегка кивнул и повёл девушку за собой, продолжая идти по запутанным больничным коридорам, в сторону, куда она и сама не знала. Его присутствие было здесь странным, даже пугающим, но в этот момент Софья чувствовала себя в полной безопасности…

Глава 66

Когда страсти немного утихли, и нам троим, наконец, удалось успокоиться, было решено для дальнейших «переговоров» воспользоваться комнатой Уильяма в таверне «У старого плута».

- Нужно всё разложить по полочкам, чтобы понять, как действовать дальше, - начала я, стараясь говорить ровно и уверенно. – Рейман, что заставило вас отправиться за нами следом? Признаться, я сильно удивилась, увидев Ваше уполномоченное Высочество в этих краях…

- Сильно удивилась? – прорычал виконт, передразнивая меня, и его голос задрожал от еле сдерживаемой ярости. – Как вы могли?! Как посмели за моей спиной сговориться о тайном побеге?! Вы осознаёте вообще, к каким последствиям может привести ваш необдуманный, дерзкий поступок?!

- Рейман, послушай, - начал, было, Уильям, но тот перебил его, негодующе взмахнув рукой.

- Нет! Это вы послушайте! Я сломя голову гнал за вами три дня! Три дня, чтобы высказать вам всё, что я думаю! Чтобы понять, что у вас было на тот момент в головах, когда вы собрались одурачить лучшего друга! – голос Реймана сорвался на крик.

Он перевёл дыхание, пытаясь усмирить бушующие эмоции.

- Я действительно думал, что мы с вами друзья. Но, видимо, ошибался, – виконт повернулся в мою сторону и приковал меня к месту своим тяжелым взглядом. - Вы предпочли, Нэнси, оставить меня в неведении…

Мне стало неуютно под его угрюмым взором, и я осознала, что вся его гневная тирада касалась напрямую моей персоны.

- Ну, достаточно лирики, как говорится, - Рейман выпрямился, и в его глазах появился стальной блеск. – У меня есть приказ Императора – доставить девицу Нэнси Скорр в императорский дворец под охраной!

При этих словах виконт достал из-под камзола сложенный пергамент с императорской печатью.

Уильям присвистнул от удивления, я же пыталась осмыслить услышанное…

Неожиданный поворот! Хотя… учитывая ход последних событий в доме графини Розалинды, это показалось мне вполне логичным требованием местного правителя.

- Хорошо, - примирительным тоном я сделала попытку успокоить Рея. – Я добровольно отправлюсь с вами к Императору, без необходимости привлекать дополнительную охрану. Только у меня есть информация, напрямую касающаяся князя из рода Лаки, которой я хотела бы с ним поделиться.

Рейман недоумённо воззрился на меня, видимо, пытаясь понять, что именно я намереваюсь сделать. В свою очередь, детектив резко изменился в лице, явно выдав свое замешательство по поводу моей осведомлённости о его семейных тайнах.

- Твоя сестра, Уильям, жива, но находится под воздействием магических чар в нижних залах замка Дальних земель.

Сыщик, казалось, окаменел от такого известия, его взгляд застыл, устремлённый в пустоту комнаты.

- И ещё… князь Владислав просил о встрече с тобой, - продолжила я свою «дипломатическую» миссию, обращаясь к главе рода Лаки. – Он желает обсудить некоторые вопросы, касающиеся будущего Марианны. К тому же, его сын, Вальдемар, шлёт тебе горячий привет.

- Валька?! – удивленно вскинув брови, Уильям глубоко вздохнул, словно выныривая из ледяной воды. – Он тоже в замке?

- Угу, - буркнула я, с любопытством следя за его реакцией, - он вроде упоминал, что вы дружили в детстве…

- Мне нужно срочно навестить правителя Дальних земель, - решительно заявил детектив. – Я хочу увидеть свою сестру!

- Что же, в твоём распоряжении скаковая лошадь Марианны. Она вмиг домчит тебя до владений князя Владислава…

Рейман растерянно переводил взгляд с одного на другого, видимо, силясь понять, что здесь сейчас происходит, и, явно теряясь в догадках, начал опять горячиться:

- Кто-нибудь из вас «снизойдёт» до моей скромной персоны и поведает, в чём суть дела?

- Просто всем нам известный Уильям Грей решил не обнародовать факт принадлежности к древнему княжескому роду, ранее проживающему в этих местах, - не преминула я вставить «шпильку» в репутацию сыщика, злясь на то, что тот решил использовать меня вслепую. – Кстати, а как зовут наследника князя Владислава?

- Вальтер! - удивился детектив моему вопросу, который донимал меня с тех самых пор, когда я узнала, что князь Дальних земель «ненастоящий»…

- Вот, гад! – непроизвольно вырвалось у меня. – Всё-таки соврал!

Видя мою реакцию на его слова, Уильям расхохотался, чем, безусловно, разрядил обстановку.

- Валька с детства был склонен к излишней театральности, и не стоит его за это строго судить – весь в мать!

***

Нэнси, подперев подбородок рукой, разглядывала разложенные перед собой бумаги с заметками и пыталась собрать воедино ту информацию, что получила из магических подсказок за последние дни.

Поздний час уже давно пробил, весь дом погрузился в темноту, и только рабочий кабинет барона Павловского, где расположилась девушка, освещался неярким светом свечей старинного канделябра.

Неожиданно мирную тишину разорвал странный скрежет, словно кто-то с усилием царапал старое дерево. Анна от неожиданности на мгновение замерла, но затем поняла, что звук доносится из тайного прохода.

Не теряя ни секунды, она встала, ощущая несвойственную для себя решительность, и уверенными движениями открыла потайную дверь. Панель бесшумно отошла в сторону, открывая мрачный проход в непроглядную тьму.

Подхватив канделябр с зажженными свечами, Нэнси, сделав глубокий вздох, бесстрашно шагнула в темноту. Сырой воздух тайного лабиринта обдал её лицо. Капли влаги стекали по холодным стенам. Девушка шла осторожно, высоко поднимая единственный источник света, стараясь не споткнуться о неровный пол.

Звуки, которые она слышала, становились всё громче и отчетливее: приглушенное бормотание, смешанное с ругательствами на каком-то не совсем понятном ей языке.

Немного не доходя до злополучной решетки-ловушки, где они с Рейманом в последний раз обнаружили труп некоего Савелия Игнатьевича, Нэнси наткнулась на молодого мужчину, пытающегося осветить пространство прохода неким незнакомым ей предметом.

На вид ему было лет двадцать пять. Одет он был в странную облегающую одежду, которую девушке никогда ранее не приходилось видеть. Лицо его было искажено гримасой раздражения, а его ругательства звучали всё громче и сердитее.

Но что поразило Нэнси больше всего – это то, что у него были глаза разного цвета: один – ярко-голубой, словно осколок льда, а другой – глубокий, почти черный, как горький шоколад.

Он резко обернулся, заметив её, и его разноцветные глаза расширились от удивления.

- Да чтоб вас всех… - пробормотал растерянно незнакомец. – Где я вообще?! Что это за дыра?!

Анна машинально подняла канделябр повыше, решив в случае нападения использовать его, как оружие для защиты. Молодой человек сделал шаг в её сторону и застыл, как вкопанный, восторженно разглядывая девушку с головы до ног.

- Действительно рыжая! – выдал он свой вердикт перед изумлённой Нэнси…

Глава 67

Сегодня ночью мне было не до сна. Эмоции переполняли меня, грозясь довести до истерики.

После того как Уильямом было принято решение незамедлительно отправиться к князю Дальних земель, чтобы увидеть сестру, мы с Рейманом, покинув таверну «У старого плута», перебрались в «Королевский приют».

В конспирации необходимости больше не было, значит, на обратном пути я надеялась пользоваться более комфортабельными условиями размещения при остановках на ночлег.

Виконт был невероятно зол на меня и, громко хлопнув дверью своей комнаты, скрылся в отведенных ему покоях.

Бессонница терзала меня уже несколько часов. Ворочаясь в душной постели гостиничного номера, я чувствовала себя пленницей собственных мыслей, которые неуклонно возвращались к персоне Реймана де Бара, что находился буквально по соседству.

Не выдержав напряжения, я решила выйти на свежий воздух, заприметив ещё с вечера уютный садик во дворе «Королевского приюта».

Ночная тишина окутала меня, словно мягким покрывалом, даря прохладу, смешанную с ароматом поздних цветов. Все вокруг было залито лунным сиянием – Мистическое светило продолжало господствовать на тёмном небе.

Я заворожено вглядывалась в его свечение, чувствуя, как тревога в моем сердце постепенно утихает, уступая место странному умиротворению.

- Нэнси, почему вы со мной так поступили? – вдруг услышала я печальный голос Рея.

Он неслышно подошёл почти вплотную, неожиданно оказавшись за моей спиной. В груди у меня всё болезненно сжалось. Лунный свет, казавшийся таким успокаивающим мгновение назад, теперь резко и безжалостно высвечивал неизбежность назревающего разговора. Больше нельзя было откладывать. Пришло время объясниться…

- А если я скажу, что влюблена в вас по уши, - решив не скрывать более истинное положение вещей, я решила признаться виконту в своих чувствах. – И мне невыносимо больно находиться рядом с вами и терпеть ваше равнодушие…

Тишина, снова накрывшая нас, казалось теперь мучительной и гнетущей. Я даже зажмурилась, ожидая его ответа. Но Рейман молчал, видимо, «оглушённый» моим признанием.

- Это был способ отомстить мне? – наконец, сдавленно выдохнул он и задумчиво добавил: – Но я никогда ничего вам не обещал…

- Я знаю, - медленно развернувшись к нему лицом, тихо прошептала я.

В лунном свете он казался бледным и растерянным. Я видела смятение в его глазах, и мне стало искренне жаль «моего бедного рыцаря»…

- Прости, я не должна была, - чувствуя, что вот-вот разревусь от досады, я решила перейти на деловой тон. – Давайте, виконт, забудем все эти сердечные «глупости», ведь вам ещё предстоит выполнить приказ Императора и доставить мою персону в его хоромы.

Рейман послушно кивнул, пристально вглядываясь в мое лицо, как будто видел его в первый раз.

- Какую тайну вы скрываете от меня, Нэнси? – голос его стал ещё трагичнее, чем был до этого. – Тайну, которую знают практически все в вашем окружении, и Уильям, и Софья, и даже лорд Салеван Грин, но только не я?

Вот это поворот! Он пытается добраться до всей правды?! Я лихорадочно пыталась принять правильное решение – что, действительно, мешает мне довериться Рейману и признаться во всём до конца? Неужели он не в состоянии будет понять и принять меня, не требуя взамен никаких доказательств моей «уникальности»?

- Я – не Нэнси Скорр, а другая сущность в её теле! – решилась таки удостоить виконта честным ответом. – Я – Виллет!

- А где тогда Нэнси? – обескуражено уставился на меня Рей.

- В теле Софьи… - я продолжала «резать правду-матку», внимательно следя за реакцией виконта.

Его лицо как будто осенила какая-то догадка, но он тот час продолжил буравить мою персону своим суровым взглядом.

- А как Тёмный лорд узнал вашу тайну? – в голосе Рея мне вновь почудились нотки ревности.

- Потому что он Ломер, и имеет наглую привычку видеть меня насквозь!

- Но Ломеров давно не существует!

- Как показывает практика – одна особа этого вида вполне дееспособна! – я с грустью вспомнила Салевана Грина, вдруг осознав, что соскучилась по его манере подтрунивания надо мной.

- Но лорд поначалу был близок с Софьей, придя с ней на бал «Леди Голубой Звезды», неужели это была Нэнси? – видимо, Рейман решил размышлять вслух, припоминая последние события.

- Нет, тогда в теле Софьи была я, - и, видя, как расширяются от изумления глаза виконта, поспешила признаться: - Да, кстати, Рейман, тогда в кабинете Розалинды Скорр целовала вас тоже я!

Ну что же, как говориться: «Семь бед – один ответ!»

- Вы хотите сказать, что я целовался с женщиной, которую никогда не видел? – оторопел Рей от моего признания.

- Почему же не видели?! – во мне взыграло природное противоречие. – Свой портрет я имела честь лицезреть в кабинете вашего отца, герцога Ромула де Бара, и даю голову на отсечение, что вы его также хорошо рассмотрели, потому что разыскиваете меня по какой-то непонятной надобности!

Я была горда собой.

Молодец, Лидия Новосёлова! «Припечатала» уполномоченного Императорского Величества неопровержимыми фактами.

- Это… Вы? – мне показалось, что Рейман сейчас грохнется в обморок от нового потрясения. – Нет, я вам не верю! Этого просто не может быть!

Видя его непреклонность, я поняла, что словами виконта не убедить.

- А так? – повинуясь внезапному порыву, я стремительно шагнула вперед и, не давая Рею опомниться, дерзко поцеловала его.

Это был определенный шаг отчаяния и клокочущих во мне противоречий, но я вложила в этот поцелуй всю свою боль и любовь к этому суровому мужчине.

Сначала виконт застыл в неестественной позе, словно громом пораженный. Его губы были напряжены и не отвечали на мой порыв. Я уже была готова отступить, окончательно поняв безнадёжность ситуации. Но тут, словно сквозь туман, в его глазах промелькнуло что-то похожее на узнавание. И в следующее мгновение Рейман ответил на мой поцелуй.

Сначала робко и неуверенно, а потом с нарастающей страстью. Его руки обхватили мою талию, прижимая ближе к своему разгорячённому телу. Его губы стали более требовательными, более откровенными.

Поцелуй становился глубже, страстнее, неистовее. Виконт больше не сомневался и не отрицал. Рейман целовал меня с такой жаждой, словно пытался компенсировать всё упущенное время, все свои сомнения.

Мои губы горели огнём, ноги подкашивались, в голове шумело от восторга, и я страстно желала, чтобы этот момент не заканчивался никогда. В лунном свете посреди ночного сада мы были связаны этим поцелуем, развеявшим наше былое взаимное недоверие…

(Продолжение следует)