Тайна Элины Тейлор или Путь Хранительницы.

Глава 1. Дар пробуждается

Часть 1. Начало пути

Глава 1. Дар пробуждается

В приюте Святой Агнессы не было места чудесам пока семилетняя Элина не заговорила с котом. Приют Святой Агнессы в Северном предместье города не отличался ни особым уютом, ни теплотой. Серые стены, скрипучие полы и вечный запах варёной капусты—вот что помнили все, кто когда-либо здесь жил. Но для семилетней Элины это был единственный дом, который она знала. В тот день, как обычно, во дворе приюта было шумно. Дети постарше играли в салки, малыши строили замки из палок и камней, а настоятельница, сестра Марта, наблюдала за всеми с крыльца, изредка покрикивая на особенно расшалившихся воспитанников. Элина сидела в стороне от других, привычно одинокая. Её тёмные волосы были заплетены в две не аккуратные косички, а большие карие глаза напоминали оленьи—настороженные внимательные. Девочка листала старую книгу со сказками, но слова расплывались перед глазами. В груди что‑то зудело, будто там поселился крошечный мотылёк, пытающийся вырваться наружу. Она вздохнула, потёрла виски — и в этот момент услышала странный звук, заставивший сердце забиться чаще. У дальнего угла забора, возле раскидистого дуба, мальчишки окружили рыжего кота, громко смеялись и толкаясь. Среди них выделялся Томас—двенадцатилетний задира, гроза всех младших обитателей приюта. —Гляньте, как шипит! —раздался его звонкий голос. —Давай палкой его! Элина отложила книгу и, повинуясь какому-то внутреннему порыву, направилась к шумной группе. Протиснувшись между плечами мальчишек, она увидела загнанного в угол рыжего кота. Животное выгнуло спину, шерсть стояла дыбом, а в янтарных глазах читался неприкрытый ужас. —Оставьте его! —голос Элины прозвучал неожиданно громко. Томас обернулся, его веснушчатое лицо исказилось от недовольства. —А ты чего тут раз командовалась, малявка? — голос Томаса прозвучал резко, как удар кнутом. — Иди отсюда, пока не получила! Но Элина словно не слышала. Она замерла, глядя на кота. Он же погибнет, — пронеслось в голове. Её взгляд был прикован к коту, и что-то странное начало происходить. Мир вокруг потемнел, звуки стали глухими, как будто Элина погрузилась под воду. Воздух похолодел, а по коже побежали мурашки. Она почувствовала чужое сердцебиение — быстрое, паническое — и вдруг осознала: это бьётся сердце кота. Его страх пронзил её насквозь, заставив задрожать. Перед глазами вспыхнули яркие пятна, а затем всё резко изменилось: теперь она видела себя со стороны — маленькую девочку с растрёпанными косичками, но как будто снизу-вверх. Огромные фигуры мальчишек нависали над ней, их тени казались чудовищами. Страх, паника, желание убежать и спрятаться—эти чувства захлестнули её с такой силой, что перехватило дыхание. —Тебе не нужно бояться, —прошептала Элина, и её голос прозвучал как-то по-особенному мягко. —Ни кто не причинит тебе вреда. Она медленно опустилась на корточки и протянула руку к коту. От её пальцев словно исходило слабое мерцание, хотя потом ни кто не мог с уверенностью сказать, было ли это на самом деле или просто игра света. Кот перестал шипеть. Его спина медленно распрямилась, шерсть улеглась. К изумлению всех присутствующих, животное сделало не уверенный шаг к Элине, затем ещё один, и вдруг прыгнуло ей на руки, громко мурлыкал. Во дворе повисла мёртвая тишина. Малышка Лиза прижалась к старшей сестре, её глаза расширились от страха. Малыши замерли с открытыми ртами, Тимми, самый любопытный из мальчиков, сделал шаг вперёд, вытянув шею, чтобы лучше разглядеть кота. Старшие переглядывались, шёпотом повторяя: Ведьма… Ведьма…. Томас отступил на шаг, его лицо побледнело. Он провёл рукой по веснушчатой щеке, будто проверяя, не приснилось ли ему всё это. — Ты… ты как это сделала? Элина сама не знала. Она только чувствовала тёплое, доверчивое тельце кота в своих руках и не понятное, но приятное чувство внутри— груди зажглась маленькая огонек. — Элина Тейлор! Голос сестры Марты разрезал воздух. Настоятельница стояла в нескольких шагах от детей, её обычно бледное лицо заливал румянец, а в глазах отражалось не что среднее между испугом и благоговением. —Что здесь происходит? —спросила она, но в её голосе не было привычной строгости. —Она говорила с котом, сестра Марта! —затараторил один из мальчиков. —Он был дикий, а потом вдруг стал как ручной! —И свет был, —добавил другой. —От её рук! —Достаточно! —прервала их настоятельница. —Элина, пойдём со мной. Сейчас же. Кот мягко выпрыгнул из рук девочки и, как ни в чём не бывало, направился к кустам. Элина послушно последовала за сестрой Мартой, чувствуя, как дрожат ее колени. Ладони вспотели, а в горле пересохло от волнения. Уходя Элина чувствовала на себе взгляды всех детей—любопытные, настороженные, восхищённые. Кабинет настоятельницы был островком тепла в этом холодном мире. Здесь пахло не капустой, а сушёными травами и свечным воском. Полки с книгами манили, как сокровища, а мягкий свет лампы казался почти живым. Элина невольно вдохнула глубже, впитывая эту атмосферу. — Сядь, дитя, —сказала сестра Марта, указывая на стул. Элина послушно опустилась на краешек. Её сердце колотилось от страха—обычно к настоятельнице вызывали только за серьёзные проступки. —Ты понимаешь, что произошло там, во дворе? —спросила сестра Марта, внимательно глядя в глаза девочки. Элина не уверенно покачала головой. —Я просто не хотела, что бы они обижали кота. А потом я… я как будто стала им. Увидела всё его глазами. Почувствовала его страх. Настоятельница глубоко вздохнула и подошла к окну. За стеклом уже сгущались вечерние сумерки, окрашивая двор приюта в сине-фиолетовые тона. —Знаешь, Элина, —на конец произнесла она, —иногда в этом мире рождаются дети с особыми дарами. Такие, как ты. Она вернулась к столу и, к удивлению девочки, достала из ящика маленький ключик. —Когда-то давно, ещё до того, как я стала настоятельницей, —продолжила сестра Марта, направляясь к дальнему шкафу, —я встречала человека с похожими способностями. Он мог чувствовать животных, разговаривать с ними. Люди называли его ведуном. Ключи к повернулся в замке, и настоятельница извлекла из шкафа не сколько старых, потрёпанных книг. От них пахло пылью и чем-то странным, неизвестным. —Мне следует наказать тебя, отправить молиться… — сказала сестра Марта, но в её голосе не было ни строгости, ни осуждения. —Но в место этого я дам тебе эти книги. Для начала нужно научиться читать лучше. Элина не доверчиво посмотрела на книги. Одна из них была раскрыта на странице с изображением странных символов и знаков. —Это алхимические трактаты, —пояснила настоятельница. —Наука о превращениях и сущности вещей. Возможно, они помогут тебе понять свой дар. —Но, сестра Марта, —прошептала Элина, —разве это не… колдовство? Настоятельница мягко улыбнулась, и в этот момент её строгое лицо преобразилось, став почти красивым. —Мир больше, чем нам кажется, дитя. Есть вещи, которые не укладываются в простые объяснения. Твой дар—это не проклятие и не колдовство. Это… часть тебя. И лучше научиться понимать его, чем бояться. Она положила руку на плечо девочки. —Только давай договоримся: о том, что ты умеешь, пока лучше ни кому не рассказывать. Люди боятся того, чего не понимают. А пока… я буду учить тебя читать. Каждый вечер, после ужина. В ту ночь Элина долго не могла уснуть. В тёмной спальне, где ровно дышали во сне другие девочки, она думала о случившемся, о странных ощущениях, когда она увидела мир глазами кота, о словах сестры Марты. Под подушкой у неё лежала самая тонкая из книг, которую дала настоятельница—“Начальные принципы алхимии. С этой ночи жизнь Элины в приюте изменилась. Когда другие дети играли или выполняли работу по дому, она проводила часы за чтением, сначала медленно разбирая слова под руководством сестры Марты, а за тем всё быстрее и увереннее. Алхимические трактаты оказались сложными, полными не понятных терминов и загадочных описаний, но что-то в них глубоко затрагивало девочку, словно эти знания пробуждали что-то спящее в её душе. Дети в приюте стали относиться к ней по-разному. Кто-то начал сторониться, шепча за спиной слово ведьма. Другие, наоборот, искали её общества, просили показать фокус с животными. Но Элина больше не пыталась использовать свой дар—было что-то пугающее в том, как легко она смогла заглянуть в сознание другого существа. Только иногда, оставшись одна в саду приюта, она замечала, как птицы садятся ближе к ней, чем к другим детям, как бродячие собаки доверчиво подходят и кладут голову ей на колени. И в такие моменты она чувствовала, что её жизнь никогда уже не будет прежней. Так начался путь Элины Тейлор—сироты из приюта Святой Агнессы, не обычный дар постепенно пробуждался, готовя её к судьбе, которую никто не мог предугадать. Элина кивнула, но в глубине души уже знала: книги расскажут ей не только о магии, но и о чём‑то гораздо более таинственном. И она была готова к этим открытиям, какими бы пугающими они ни оказались.

Глава 2. Жизнь в приюте

Глава 2. Жизнь в приюте

После случая с рыжим котом жизнь Элины в приюте кардинально изменилась. Нет, каменные стены остались такими же серыми, завтраки такими же скудными, а сиротская кровать такой же жёсткой. Но что-то неуловимо преобразилось в том, как текли её дни, как относились к ней окружающие, и главное — как она сама воспринимала свой маленький мир.

Сестра Марта, вопреки ожиданиям многих детей, не наказала Элину за произошедшее во дворе. Вместо этого, после долгого разговора, она поручила девочке особую обязанность — заботу о приютских животных.

— У нас не зверинец, конечно, — говорила настоятельница, ведя Элину к небольшому сарайчику за кухней. — Но кошки держат мышей подальше от кладовой, а собака Шарик охраняет двор. За ними нужен присмотр.

Сарайчик, ставший отныне новым прибежищем Элины, был невелик, но удивительно чист. На полках стояли глиняные миски для кормления, в углу лежала соломенная подстилка, а на стенах висели пучки сушёных трав, источавших пряный аромат.

— Сюда часто приносят раненых животных, — продолжала сестра Марта, поглаживая серую кошку, дремавшую на подоконнике. — Люди знают, что мы не откажем в помощи божьим тварям.

Элина осторожно приближалась к кошке, ощущая, как внутри неё вновь теплеет та самая звездочка, которую она почувствовала во дворе.

— Попробуй, — тихо сказала настоятельница. — Не бойся своего дара, дитя.

И Элина попробовала. Она нежно коснулась кошачьей головы и ощутила… умиротворение, тепло и лёгкую боль в правой передней лапке. Девочка удивлённо подняла глаза на сестру Марту.

— У неё что-то с лапой, — прошептала она. — Здесь, — Элина указала точное место.

Настоятельница кивнула, и в её взгляде промелькнуло что-то похожее на гордость.

— Верно. Вчера она вернулась хромая. Я думаю, попала в капкан, но сумела вырваться. Как ты узнала?

— Я… просто почувствовала, — неуверенно ответила Элина.

— Что ж, — сестра Марта выпрямилась, — значит, твой дар может быть полезным. Теперь это твоя обязанность — помогать нашим маленьким подопечным.

Дни превратились в недели, недели в месяцы. Элина проводила всё свободное время в сарайчике с животными. Шарик, немолодой дворовый пёс с косматой шерстью, стал её первым настоящим другом. Он всегда встречал девочку радостным лаем и позволял видеть свои сны — простые собачьи мечты о погоне за кроликами и тёплом месте у печки.

Кошки, вначале настороженные, постепенно привыкли к её присутствию и даже стали приводить своих котят, когда те болели. Элина научилась чувствовать их недуги и облегчать боль простым прикосновением. Когда её дар не справлялся, на помощь приходили знания сестры Марты о целебных травах.

Однажды весенним утром в приют принесли раненого голубя. Его крыло было сломано, а грудка едва вздымалась от слабого дыхания. Женщина, принёсшая птицу, печально покачала головой:

— Вряд ли выживет, но я не могла пройти мимо.

Элина приняла трепещущее тельце в ладони и осторожно прикрыла глаза. Мир вокруг снова изменился — она ощутила пронзительную боль в крыле, страх и отчаянное желание взлететь, почувствовать под перьями потоки воздуха.

— Ты будешь летать, — прошептала она голубю. — Обещаю.

Три недели Элина выхаживала птицу. Она кормила её с руки, делала примочки из трав, которые собирала за приютской оградой, и каждый вечер перед сном рассказывала голубю истории о небесах. В такие моменты её пальцы словно наполнялись теплым свечением, которое она уже научилась скрывать от посторонних глаз, но не стеснялась показывать своим питомцам.

Когда голубь наконец выздоровел и взлетел с её ладоней в ясное июльское небо, на щеках девочки блестели слёзы счастья, а сестра Марта, наблюдавшая эту сцену из окна, тихо перекрестилась.

Конечно, не всё в жизни Элины было так безоблачно. Слухи о её способностях разлетелись по всему приюту, и отношение других детей к ней стало ещё более настороженным.

— Ведьма! — шептались за её спиной девчонки постарше.

— Говорят, она может наслать порчу одним взглядом, — рассказывал мальчик из младшей группы, когда Элина проходила мимо.

Томас, тот самый задира, которого она остановила во время первого проявления своего дара, стал её главным недругом. Он не упускал возможности подразнить или толкнуть Элину, когда рядом не было взрослых.

— Поговори с моим ботинком, колдунья, — смеялся он, выставляя ногу, чтобы Элина споткнулась. — Или ты только с блохастыми тварями умеешь?

Девочка старалась не обращать внимания, но слова всё равно ранили. Однажды, когда она принесла на кухню миску для кошачьего корма, Томас и его друзья окружили её в тёмном коридоре.

— А что если нам проверить, правда ли ведьмы тонут? — угрожающе спросил рыжий мальчишка. — Помните историю про пруд за садом?

Элина почувствовала, как к горлу подступает страх. Сердце забилось быстрее, внутри поднялась странная волна — не то ярости, не то силы. Воздух вокруг неё словно сгустился.

— Оставьте меня в покое, — тихо сказала она, и в её голосе прозвучала не просьба, а приказ.

В тот же миг откуда-то сверху раздалось громкое карканье. Огромная ворона, залетевшая через открытое окно, спикировала прямо на Томаса, царапая его лицо когтями и хлопая крыльями. Мальчик закричал, отбиваясь и отступая назад. Его друзья бросились врассыпную.

— Что здесь происходит? — раздался строгий голос сестры Марты, появившейся в коридоре.

Ворона тут же успокоилась и, сделав круг под потолком, вылетела в окно. Томас стоял, прижавшись к стене, с красными царапинами на щеке.

— Она… она натравила на меня ворону! — выпалил он, указывая дрожащим пальцем на Элину.

Настоятельница перевела взгляд с мальчика на девочку, задумчиво сжав губы.

— И как же она это сделала, Томас? — спросила она с нотками иронии в голосе. — Может, ты объяснишь мне, почему ты и твои друзья зажали в угол девочку вдвое младше вас?

Томас опустил глаза.

— Мы просто разговаривали, сестра Марта.

— Разговаривали, — повторила настоятельница. — Что ж, вечером ты расскажешь об этом разговоре святому отцу на исповеди. А пока — на кухню, чистить картофель. Живо!

Когда мальчик, ссутулившись, ушёл, сестра Марта внимательно посмотрела на Элину.

— Ты звала ворону?

Элина честно покачала головой.

— Нет, сестра. Я просто… очень сильно хотела, чтобы они ушли.

Настоятельница кивнула.

— Дар растёт вместе с тобой, дитя. И силу нужно учиться контролировать. Пойдём со мной.

Кабинет сестры Марты стал для Элины своего рода святилищем. Здесь, среди книг и пахнущих травами банок, она находила покой и понимание, которых так не хватало среди сверстников. Настоятельница, как оказалось, обладала обширными знаниями не только в церковных вопросах.

В тот день она достала с дальней полки потрёпанную книгу в кожаном переплете.

— «Естественная философия и природа вещей», — прочитала Элина, с трудом разбирая выцветшие буквы.

— Это очень старая книга, — сказала сестра Марта. — Её дал мне мой учитель, когда я была ненамного старше тебя.

— Учитель? — удивилась Элина. — Но разве вы не всегда были…

— Монахиней? — улыбнулась настоятельница. — Нет, дитя. До того, как прийти к вере, я изучала науки. И один мудрый человек показал мне, что знание природы вещей и вера в Создателя не противоречат друг другу.

Она осторожно открыла книгу, перелистывая хрупкие страницы, покрытые рисунками растений, животных и странными символами.

— Здесь собраны знания о мире, о связях между всеми живыми существами. То, что ты чувствуешь — это древняя мудрость, которую большинство людей утратило.

Элина с благоговением прикоснулась к странице, где был изображён человек, окружённый животными и растениями, соединёнными тонкими линиями.

— Это… колдовство? — тихо спросила она.

— Это алхимия, — ответила сестра Марта. — Наука о превращениях и связях. О том, как всё в мире взаимосвязано. Некоторые называли это магией, другие — естественной философией. Но суть в том, что Создатель дал каждому свои дары, и твой дар — понимать язык природы.

Девочка подняла изумлённый взгляд.

— Вы не боитесь, что я… что это грех?

Настоятельница положила руку на плечо Элины.

— Дар не может быть грехом, дитя. Только то, как мы его используем. Я вижу, что твоё сердце чисто. И если Господь наделил тебя способностью исцелять и понимать его создания, значит, на то есть высший промысел.

С того дня в жизни Элины появилось ещё одно постоянное занятие. Каждый вечер, после всех работ и молитв, она приходила в кабинет настоятельницы, где сестра Марта учила её читать на латыни и греческом, рассказывала о свойствах трав и минералов, о движении звёзд и о сложной науке алхимии.

Девочка оказалась на удивление способной ученицей. Она схватывала новые знания с невероятной жадностью, а её природный дар, подкреплённый растущим пониманием, становился всё сильнее. Теперь она могла не только чувствовать боль животных, но и направлять свою энергию так, чтобы исцелять конкретные недуги.

— У тебя особый путь, Элина, — говорила сестра Марта, наблюдая, как девочка бережно перевязывает лапу котёнка, сопровождая каждое движение тихим шёпотом на языке, которого не понимал никто, кроме неё самой. — И я молюсь, чтобы ты нашла на нём своё предназначение.

В такие моменты Элина чувствовала, что, несмотря на серые стены приюта и отверженность среди сверстников, её жизнь наполнена чем-то важным и значимым. Что-то большее, чем привычный мир Приюта Святой Агнессы, ждало её впереди. И каждая исцелённая птица, каждое понятое движение звериной души, каждая прочитанная страница древних книг приближали её к этому неизведанному будущему.

Глава 3. Тайна происхождения

Глава 3. Тайна происхождения

Утро шестнадцатого дня рождения Элины началось как обычно. Она проснулась раньше других девочек в комнате, тихо оделась и выскользнула во двор, где её уже ждал Шарик. За прошедшие годы пёс заметно постарел — в его косматой шерсти серебрилась седина, а в глазах появилась мудрость, свойственная лишь собакам, проживающим долгую и верную жизнь рядом с людьми.

— Доброе утро, друг, — шепнула Элина, опускаясь на колени и зарываясь пальцами в тёплую шерсть. — Сегодня особенный день.

Шарик лизнул её руку и коротко тявкнул — по-своему поздравляя.

Дар Элины за годы окреп и развился. Теперь она не просто чувствовала эмоции и боль животных — она могла говорить с ними без слов, видеть мир их глазами, если они позволяли. Лесные создания часто приходили к окраине приюта, где Элина лечила их раны и болезни. В деревне о ней ходили разные слухи — кто-то считал её ведьмой, кто-то — святой. Но большинство просто признавали её необычный дар с животными и часто приводили к ней своих заболевших питомцев.

В сарайчике, ставшем за эти годы настоящей лечебницей, Элина провела утренние часы, ухаживая за своими подопечными. Сейчас здесь находились трое: хромой барсук с повреждённой лапой, молодой ястреб со сломанным крылом и новорожденный ягнёнок, от которого отказалась мать. Девушка знала, что к вечеру наверняка появятся и другие нуждающиеся в помощи животные.

— Элина, — раздался голос сестры Марты от входа. — Могу я поговорить с тобой?

Настоятельница заметно постарела за эти годы. Её некогда строгое лицо избороздили морщины, а в тёмных волосах проглядывала седина. Но глаза оставались такими же — внимательными и добрыми.

— Конечно, сестра Марта, — Элина вытерла руки о передник.

— Не здесь, — настоятельница покачала головой. — Приходи в мой кабинет после обеда. Нам нужно поговорить… о твоём будущем.

Кабинет настоятельницы был единственным по-настоящему уютным местом в приюте. Книжные полки от пола до потолка, мягкое кресло у окна, и всегда — запах трав и свечей. Элина любила это место с детства, хотя бывала здесь редко.

— Садись, дитя моё, — сестра Марта указала на кресло напротив своего стола. — Сегодня особенный день.

— Мой день рождения, — кивнула Элина. — Шестнадцать лет.

— Да, — настоятельница улыбнулась. — И настало время рассказать тебе о том, как ты появилась в нашем приюте.

Сердце Элины забилось чаще. За все эти годы она никогда не спрашивала о своём происхождении, хотя, конечно, думала об этом. Кто её родители? Почему они оставили её? Что означает её странный дар?

Сестра Марта открыла ящик письменного стола и достала небольшую деревянную шкатулку, покрытую замысловатой резьбой. Элина подалась вперёд, не в силах оторвать взгляд от этого предмета.

— Шестнадцать лет назад, — начала настоятельница, — морозной зимней ночью, я услышала звон колокольчика у ворот. Обычно подкидышей оставляли без предупреждения, но в тот раз кто-то хотел убедиться, что мы сразу найдём ребёнка.

Она провела рукой по шкатулке, стирая невидимую пыль.

— Я открыла дверь и увидела корзину, накрытую плотным одеялом. На крыльце никого не было, но на снегу виднелись следы — они уходили в лес и исчезали среди деревьев так внезапно, словно человек… растворился в воздухе.

Элина сглотнула.

— В корзине была ты — крошечная девочка с удивительными глазами, которые, казалось, уже тогда понимали больше, чем должен понимать новорожденный ребёнок. А рядом с тобой лежала эта шкатулка и записка.

Настоятельница открыла шкатулку и достала пожелтевший от времени лист бумаги, сложенный вчетверо. На внутренней стороне Элина увидела странные символы, окружающие обычный текст.

— Здесь было написано твоё имя — Элина Тейлор. И просьба заботиться о тебе до шестнадцатилетия. Я никогда не видела такого изящного почерка… словно слова были не написаны, а вытканы из тончайших нитей.

Элина протянула руку, и сестра Марта осторожно передала ей записку.

— Прочти сама, — тихо сказала настоятельница. — Это твоё наследие.

Дрожащими пальцами Элина развернула лист и начала читать вслух:

"Той, кто найдёт это дитя,

Имя её — Элина Тейлор, дочь Оливии и Джонатана Тейлор. Мы вынуждены оставить нашу дочь здесь, чтобы защитить её от тех, кто желает использовать её дар во зло. Когда ей исполнится шестнадцать лет, сила, дремлющая в ней, начнёт пробуждаться. Она сможет говорить с животными и растениями, чувствовать их боль и радость, лечить их раны прикосновением. Это древняя магия нашего рода, передающаяся по женской линии.

Когда придёт время, направьте её в Академию магического искусства и естественных наук в городе Тримейн — там она найдёт свой путь и, возможно, разгадку своего происхождения. В шкатулке — медальон, который укажет ей дорогу.

Мы любим тебя, Элина, больше собственных жизней. Прости, что не можем быть рядом. Но мы всегда наблюдаем за тобой через шёпот ветра и песни птиц.

С вечной любовью,

 Твои родители"

Голос Элины дрогнул на последних словах. Она подняла взгляд на сестру Марту, в глазах стояли слёзы.

— Значит… моя способность — это не проклятие? Это… магия?

— Я всегда знала, что в тебе есть что-то особенное, — мягко ответила настоятельница. — То, как животные тянутся к тебе, как растения расцветают под твоими пальцами… Это не может быть простым совпадением.

Элина снова посмотрела на записку. Странные символы по краям словно светились в полумраке кабинета.

— А что в шкатулке? — спросила она.

Сестра Марта достала из деревянного ящичка серебряный медальон на тонкой цепочке. Он был выполнен в форме дерева, ветви которого образовывали защитный круг вокруг небольшого зеленоватого камня.

— Это твоё наследство, — сказала настоятельница, вкладывая медальон в ладонь Элины. — И твой путь.

Как только девушка коснулась серебра, камень в центре медальона вспыхнул изумрудным светом, а затем начал пульсировать, словно в такт биению сердца.

— Тримейн, — прошептала Элина. — Академия магического искусства и естественных наук… Звучит как сказка.

— И тем не менее, она существует, — сестра Марта поднялась со своего места и подошла к книжной полке. — Я навела справки, когда ты была маленькой. Боялась этого дня, но знала, что он настанет.

Она достала потрёпанную книгу в кожаном переплёте и открыла её на странице с картой.

— Тримейн находится в трёх днях пути отсюда, если ехать дилижансом. Это старый город, построенный на пересечении силовых линий земли. Говорят, там собираются одарённые со всего королевства.

Элина смотрела на карту, не веря своим глазам. Все эти годы она думала, что её способности — странная аномалия, отклонение, из-за которого другие дети считали её ведьмой. А оказывается, существует целый мир таких, как она, целая академия!

— Когда я могу отправиться туда? — спросила она, сжимая медальон в ладони.

Сестра Марта улыбнулась грустной улыбкой.

— Я уже договорилась о твоём месте в дилижансе. Он отправляется через три дня. — Она вздохнула. — Признаюсь, мне будет очень не хватать тебя, Элина. Ты стала… как дочь для меня.

Элина поднялась и крепко обняла женщину, которая заменила ей мать все эти годы.

— Я вернусь, — прошептала она. — Обязательно вернусь, когда узнаю, кто я на самом деле и что случилось с моими родителями.

В тот момент, когда они стояли, обнявшись, в тишине кабинета настоятельницы, за окном поднялся ветер, и птицы на деревьях запели особенно громко и радостно, словно приветствуя начало нового пути.

Глава 4. Дорога в академию

Элина перечитала записку своих родителей в десятый раз. Слова на пожелтевшей бумаге стали почти родными за две недели пути: «…Когда ей исполнится шестнадцать лет, сила, дремлющая в ней, начнёт пробуждаться. Она сможет говорить с живыми существами, чувствовать их боль и радость, лечить их раны. Это дар Душесвязи — редкий и древний. Отведите её к Академии магического искусства и естественных наук, что стоит у подножия Лунных гор. Там она найдёт свой путь и, возможно, разгадку своего происхождения. Мы любим тебя, наша маленькая Элина, больше жизни. Однажды, когда придёт время, мы встретимся снова».

Солнце клонилось к закату, окрашивая верхушки деревьев Заповедного Леса в золотисто-багровые оттенки. Элина остановилась у ручья, чтобы наполнить флягу и дать отдых ногам. Шарик, отказавшийся оставаться в приюте без неё, с наслаждением лакал прохладную воду.

— Здесь и переночуем, — решила девушка, снимая с плеч потёртый рюкзак, который ей дала в дорогу сестра Марта.

От настоятельницы она узнала, что Академия находится в трёх неделях пути, если идти через Заповедный Лес. Был другой путь — по Королевскому тракту, но он занял бы почти месяц. Сестра Марта настаивала на втором варианте, говоря, что лес опасен для одинокой путницы, но Элина решила иначе. Что-то внутри тянуло её именно туда, в глубину древних деревьев.

Заповедный Лес жил своей тайной жизнью. С каждым днём, проведённым здесь, Элина всё отчётливее ощущала, как меняется её восприятие мира. Птицы, чьи песни раньше были просто мелодичным щебетанием, теперь словно разговаривали с ней. Она различала в их трелях предупреждения об опасности, рассказы о хороших местах для ночлега, вести о погоде.

Устроив небольшой лагерь у ручья, Элина развела костёр и достала остатки хлеба и сыра из своих припасов. Шарик, обнюхав периметр их стоянки, улёгся рядом, положив голову на лапы.

— Завтра должны выйти к Лунному перевалу, — сказала Элина, поглаживая пса. — Оттуда, по словам сестры Марты, уже будут видны башни Академии.

Шарик тихо заскулил, и девушка почувствовала его беспокойство.

— Что такое, мальчик? — она напряглась, вглядываясь в темноту между деревьями.

Чужой. Не человек. Не зверь.

Эти слова не были произнесены вслух. Они возникли прямо в сознании Элины, словно мысли Шарика перетекли в её разум. Девушка быстро поднялась на ноги, готовая защищаться.

— Кто здесь? — позвала она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Из темноты леса медленно выступила фигура животного. Сперва Элина решила, что это обычная лиса, но когда существо приблизилось к свету костра, девушка замерла от изумления.

Лиса была крупнее обычной, размером с небольшую собаку. Её серебристо-белая шерсть словно светилась изнутри, а на лбу виднелся бледно-голубой полумесяц. Но самым необычным были глаза — фиолетовые, с вертикальными зрачками, они светились разумом, древним и мудрым.

Дитя Душесвязи, — снова возникли слова в сознании Элины, но теперь она знала, что это не Шарик. — Наконец-то ты пришла в эти леса.

Элина сделала неуверенный шаг вперёд.

— Ты… разговариваешь со мной? Что ты такое?

Я — лунная лиса, одна из последних. Мой народ хранит этот лес с древних времён. Мы ждали тебя.

— Ждали меня? — Элина недоуменно покачала головой. — Но почему? Я никто. Просто сирота, которая ищет Академию.

Лунная лиса издала звук, похожий на тихий смех.

Ты не просто ищешь Академию. Ты идёшь домой, Элина Тейлор. И я здесь, чтобы помочь тебе найти дорогу.

Шарик настороженно наблюдал за лисой, но не проявлял агрессии. Элина медленно села обратно у костра, жестом приглашая необычное существо присоединиться.

— Я могу называть тебя как-то? У тебя есть имя?

Имена имеют значение, дитя Душесвязи. Ты можешь звать меня Лунара.

Всю ночь Элина говорила с Лунарой. Лунная лиса рассказывала древние истории о Заповедном Лесе, о временах, когда магия текла свободно по миру, и о Великой Войне, которая изменила всё. Элина слушала, заворожённая, забыв о сне и усталости.

К утру у костра остались лишь тлеющие угли. Лунара поднялась на лапы.

Время идти. Академия ближе, чем ты думаешь, но дорога к ней скрыта от обычных глаз.

Собрав лагерь, Элина последовала за лунной лисой. Шарик держался рядом, иногда принюхиваясь к странному проводнику, но больше не выражая беспокойства.

Они шли весь день, сворачивая с едва заметных троп на ещё более узкие тропинки, видимые, казалось, только лунной лисе. К полудню лес начал меняться. Деревья становились выше, их кора — серебристо-белой, а листва — насыщенно-изумрудной, несмотря на осень. Между стволов мелькали странные существа: крошечные светящиеся феи, прозрачные олени с рогами из хрусталя, птицы с радужным оперением.

«Магия становится сильнее», — поняла Элина, чувствуя, как внутри неё разгорается тёплое сияние. Её способность говорить с животными, которая раньше требовала усилий и концентрации, теперь действовала сама собой. Она слышала мысли каждого живого существа вокруг — от маленького муравья, деловито тащившего хвоинку, до старого филина, дремавшего в дупле.

Твоя Душесвязь пробуждается, — заметила Лунара, когда они остановились у кристально чистого озера, чтобы отдохнуть. — Скоро ты сможешь не только говорить с нами, но и видеть нашими глазами, чувствовать нашими сердцами.

К закату третьего дня путешествия с Лунарой лес начал редеть. Впереди показался крутой склон горы, поросший альпийскими травами. Лунная лиса повела их вдоль подножия, пока не остановилась у арки из двух растущих навстречу друг другу деревьев, чьи ветви переплелись над головой.

За этой аркой начинается территория Академии. Обычные люди видят здесь лишь непроходимые заросли и скалы. Но твои глаза видят истину, Элина Тейлор.

Девушка глубоко вдохнула и шагнула под арку. Мир словно задрожал и расступился перед ней. Заросли исчезли, открывая широкую дорогу, вымощенную белым камнем. Она вела к величественным воротам высотой не менее тридцати футов, сделанным из серебристого металла и украшенным замысловатыми узорами.

На воротах был выгравирован символ: дерево с корнями, уходящими в землю, и ветвями, тянущимися к звёздам. Тот же самый символ, который был на шкатулке, переданной ей сестрой Мартой.

— Академия магического искусства и естественных наук, — прошептала Элина.

Твой новый дом, — мягко отозвалась Лунара, — и начало твоего настоящего пути.

Когда они приблизились к воротам, те беззвучно распахнулись, словно приветствуя давно потерянную дочь. За ними открывался внутренний двор с мощёными дорожками, фонтанами и цветущими садами. А дальше, на невысоком холме, возвышалось само здание Академии — величественное сооружение из белого камня с множеством башен, куполов и арок, сверкавших в лучах заходящего солнца.

Элина сделала глубокий вдох и, с Шариком по одну сторону и Лунарой по другую, шагнула через порог — навстречу своей судьбе.

Глава 5. Поступление и выбор факультета

Элина стояла перед массивными дубовыми воротами Академии, не в силах унять дрожь в коленях. Путешествие через Заповедный Лес с Лунарой закончилось неожиданно — лунная лиса привела их к древней каменной арке, увитой плющом, которую Элина поначалу приняла за руины.

Это один из Старых Путей, — объяснила тогда Лунара. — Шагни через арку с открытым сердцем, и она приведёт тебя прямо к воротам Академии.

Именно так и произошло. Один шаг — и окружающий лес изменился, превратившись в ухоженный парк, а впереди возникли величественные стены, башни и купола Академии магического искусства и естественных наук.

Лунара исчезла сразу после перехода, оставив Элину и Шарика одних перед воротами, украшенными замысловатыми рунами и символами. — Ну что, друг, — нервно усмехнулась Элина, поглаживая пса, — похоже, мы на месте.

Словно в ответ на её слова, ворота медленно отворились с низким гудящим звуком. За ними открылась широкая мощёная дорога, ведущая к главному зданию — величественному сооружению из белого камня с множеством башен и витражными окнами. — Добро пожаловать в Академию, юные путники! Голос принадлежал высокому мужчине в синей мантии с серебряной отделкой. На вид ему было около пятидесяти, с аккуратно подстриженной седеющей бородой и живыми голубыми глазами, в которых плясали искры любопытства. — Я — профессор Лэнгли, преподаватель Истории магических существ. А вы, должно быть, новенькая? — Да, сэр, — Элина неловко поклонилась. — Меня зовут Элина Тейлор. А это Шарик, — она указала на пса, который настороженно обнюхивал ботинки профессора.

Профессор Лэнгли склонил голову набок, изучая Элину с интересом. — Тейлор, говоришь? Хм… интересно, очень интересно. И вы пришли через Заповедный Лес? Немногие решаются на такое путешествие в одиночку. — Я была не совсем одна, — ответила Элина, вспоминая Лунару. — Мне… помогли. — Разумеется, — понимающе кивнул профессор. — Лес выбирает, кому помогать. Следуйте за мной, мисс Тейлор. Церемония поступления вот-вот начнётся, а вы, похоже, последняя из прибывших кандидатов.

Они прошли через просторный внутренний двор, где группами стояли студенты разных возрастов в мантиях четырёх основных цветов — синего, зелёного, красного и фиолетового. Многие с любопытством поглядывали на Элину и Шарика. — А можно мне оставить собаку? — обеспокоенно спросила Элина. — Обычно питомцев заводят уже во время обучения, — задумчиво ответил профессор. — Но я вижу, что вы с ним связаны особенными узами. Думаю, Верховный Магистр сделает исключение.

Они вошли в огромный зал с высоким сводчатым потолком, расписанным сценами из истории магического мира. Пять длинных столов были расставлены в форме пятиконечной звезды. За четырьмя из них сидели студенты в мантиях соответствующих цветов, а за пятым — преподаватели во главе с величественной фигурой в мантии цвета ночного неба, расшитой серебряными созвездиями. — Верховный Магистр Арканус Вейл, — шепнул профессор Лэнгли. — Основатель Академии и один из могущественнейших магов нашего времени.

Элине показалось, что при этих словах Верховный Магистр слегка повернул голову в их сторону, хотя расстояние было слишком большим, чтобы он мог их слышать. Его глаза на мгновение встретились с глазами Элины, и она почувствовала странное тепло, разливающееся по телу, словно кто-то заглянул в самую её суть. — Присоединяйтесь к другим кандидатам, — профессор указал на группу молодых людей, стоявших у входа. —Во время церемонии вам предстоит испытание способностей.

Элина нервно сглотнула и направилась к остальным кандидатам, Шарик спокойно следовал за ней. В группе было около двадцати юношей и девушек примерно её возраста, одетых кто в дорожные одежды, кто в простые мантии учеников. — Эй, а собакам здесь вообще можно быть? — шепнула высокая девушка с огненно-рыжими волосами, когда Элина встала рядом. — Не знаю, — честно призналась Элина. — Но он со мной с детства, я не могла его оставить. — Я Фрея Даркхолм, — представилась рыжая. — Из семьи потомственных алхимиков. — Элина Тейлор, — она улыбнулась. — Из… приюта святой Агнессы.

Фрея удивлённо приподняла бровь, но дальнейшие расспросы прервал удар гонга.

Верховный Магистр Вейл поднялся с места, и в зале мгновенно воцарилась тишина. — Приветствую вас, юные искатели знаний, — его глубокий голос эхом разнёсся по залу без каких-либо усилительных заклинаний. — Сегодня начинается новая глава в истории нашей Академии и в вашей собственной истории. Вы стоите на пороге удивительного пути, который раскроет ваши скрытые таланты и дарования.

Верховный Магистр сделал паузу, его взгляд снова скользнул по Элине. — Академия магического искусства и естественных наук существует уже пять столетий. Здесь вы сможете обучиться одному из четырёх направлений магического искусства: Алхимии, Магической Зоологии, Стихийной Магии или Прорицанию и Мистическим искусствам.

Магистр Вейл взмахнул рукой, и в воздухе вспыхнули четыре символа разных цветов. — Но прежде чем вы сделаете свой выбор, вам предстоит испытание способностей. Оно поможет определить, в каком направлении ваш дар проявляется сильнее всего. Однако окончательное решение всегда остаётся за вами.

После торжественной речи кандидатов по одному стали вызывать в центр зала, где стоял небольшой постамент с четырьмя артефактами: хрустальным флаконом с переливающейся жидкостью, миниатюрной статуэткой животного, извивающимся язычком пламени под стеклянным колпаком и серебряным зеркальцем.

Каждый кандидат должен был коснуться всех четырёх артефактов, и те реагировали с разной интенсивностью, показывая предрасположенность к определённому виду магии.

— Элина Тейлор, — наконец прозвучало её имя.

С замирающим сердцем Элина вышла в центр зала. Шарик, вопреки всем правилам, последовал за ней, вызвав шёпот среди студентов и улыбки некоторых преподавателей. — Коснитесь каждого артефакта по очереди, — мягко сказала женщина-профессор в зелёной мантии.

Элина сначала протянула руку к хрустальному флакону. Как только её пальцы коснулись прохладного стекла, жидкость внутри забурлила и изменила цвет с прозрачного на насыщенно-синий. — Ха! Очень хорошая реакция на алхимический артефакт, — одобрительно заметил пожилой профессор в синей мантии.

Следующей была статуэтка животного — маленький грифон из какого-то тёмного камня. Когда Элина прикоснулась к нему, произошло нечто удивительное — статуэтка ожила, расправила крылья и издала тихий, но отчётливый крик. Шарик в ответ тихо заскулил, а по залу пробежал удивлённый ропот. — Невероятно, — прошептала профессор в зелёной мантии. — Такой сильной реакции я не видела уже много лет.

А серебряное зеркальце лишь слегка затуманилось. — Мисс Тейлор, — обратился к ней Верховный Магистр Вейл, выходя вперёд, — ваша реакция на артефакты весьма примечательна. Особенно на артефакт Магической Зоологии. Скажите, вы когда-нибудь замечали за собой способность общаться с животными? Элина почувствовала, как все взгляды устремились на неё. Она сглотнула и кивнула. — Да, сэр. Я… я всегда понимала животных лучше, чем людей. А недавно я начала слышать их мысли и даже… разговаривать с ними. — Душесвязь, — тихо произнёс Верховный Магистр, но в абсолютной тишине зала его слова прозвучали отчётливо. — Очень редкий и ценный дар. Последний известный маг с таким талантом жил почти сто лет назад.

Шепотки среди преподавателей и студентов усилились. Элина стояла, не зная, куда деться от всеобщего внимания. — Можете ли вы продемонстрировать свой дар? — спросил профессор Лэнгли.

Элина неуверенно кивнула и присела рядом с Шариком. Закрыв глаза, она сосредоточилась на их связи, которая с каждым днём становилась всё отчётливее.

Шарик, ты меня слышишь? Да, Элина. Всегда слышу.

Мысленный ответ пса был чётким, как никогда раньше.

Эти люди хотят, чтобы мы показали им, как мы разговариваем. Ты не против? Нет. Они пахнут интересно. Не опасно.

Элина улыбнулась и открыла глаза. — Шарик говорит, что вы пахнете интересно, но не опасно, — сказала она.

Профессор Лэнгли прищурился. — Спросите его, помнит ли он, как мы встретились год назад в деревне возле Змеиного ручья? Я тогда лечил раненого оленя.

Элина удивлённо посмотрела на профессора, затем снова обратилась к Шарику. Через несколько секунд она выпрямилась. — Он говорит, что помнит запах мази, которой вы лечили оленя. И ещё… — она смущённо улыбнулась, — что вы дали ему кусок вяленого мяса, и это было очень вкусно.

Профессор Лэнгли разразился довольным смехом. — Поразительно! Я действительно угостил тогда бродячего пса, но никак не мог предположить, что это был ваш Шарик, и что когда-нибудь мы встретимся вновь.

Верховный Магистр Вейл подошёл ближе, его глаза светились неподдельным интересом. — Мисс Тейлор, ваш дар исключителен. Вы демонстрируете яркие способности как к Алхимии, так и к Магической Зоологии. Обычно мы рекомендуем студентам сосредоточиться на одном направлении, но в вашем случае… я думаю, мы можем сделать исключение и позволить вам изучать оба этих искусства параллельно, если вы того пожелаете.

Элина почувствовала, как краска приливает к щекам. — Я… я бы хотела попробовать. Если это возможно. — Решено, — кивнул Верховный Магистр. — С завтрашнего дня вы будете посещать занятия по обоим направлениям. Должен предупредить, что нагрузка будет весьма серьёзной. — Я готова к этому, сэр, — твёрдо ответила Элина.

После завершения церемонии и распределения всех кандидатов по факультетам, Элину и других новых студентов проводили в жилые корпуса. Для Элины с её двойным курсом было выделено отдельное помещение — небольшую, но уютную комнату в башне, где проживали старшие студенты и ассистенты профессоров. — Это из-за твоего пса, — объяснила Фрея, которая оказалась определена на факультет Алхимии. — И из-за твоего необычного расписания. Ты ведь теперь “межфакультетский студент” — первый за много лет! Комната была обставлена просто, но со вкусом: кровать с балдахином, рабочий стол у окна с видом на горы, книжные полки, шкаф для одежды и даже небольшой камин. В углу лежала мягкая подстилка для Шарика, а на столе стоял поднос с ужином. — Завтра в восемь утра общее собрание всех факультетов, — сказала Фрея, готовясь уходить. — Потом нам выдадут расписание занятий и учебники. Не проспи! Оставшись одна, Элина подошла к окну и всмотрелась в ночной пейзаж. Где-то вдалеке, у кромки Заповедного Леса, промелькнула светящаяся фигурка. Элина могла поклясться, что это была Лунара. — Интересно, что ждёт нас здесь, Шарик, — тихо произнесла она, поглаживая пса, который устроился у её ног. — Кажется, наша жизнь только начинается.

И это хорошее начало, — донёсся мысленный ответ.

Элина улыбнулась и впервые за долгие недели почувствовала, что наконец-то пришла домой.

Глава 6. Первые уроки

Первый учебный день начался с того, что Элина чуть не проспала завтрак. Ночь выдалась беспокойной — слишком много впечатлений, новые запахи, звуки и незнакомая комната в общежитии Алхимического факультета. Разбудил её Шарик, настойчиво тыкавший холодным носом ей в шею. — Хорошо, хорошо, я встаю, — пробормотала Элина, с трудом открывая глаза.

Её соседка по комнате — та самая рыжеволосая Фрея Даркхолм — уже ушла, оставив на тумбочке Элины записку: Первыми идут Основы алхимии, потом зелье варение. Не опаздывай, профессор Мортимер не терпит опозданий. Жду тебя в Большом зале.

Элина поспешно натянула выданную вчера мантию студентки Алхимического факультета — изумрудно-зелёную с серебряной окантовкой — и быстро расчесала волосы. После церемонии распределения ей позволили остаться и на факультете Магической зоологии, что случалось крайне редко, но, как объяснил Верховный Магистр, её необычная связь с животными требовала специального обучения.

— Двойная нагрузка, конечно, — вздохнула Элина, вспоминая вчерашний разговор, — но я справлюсь, правда ведь, Шарик?

Пёс уверенно тявкнул, и они поспешили в Большой зал.

— Алхимия — это не просто смешивание веществ в котле, — голос профессора Мортимера звучал сухо и чётко, отражаясь от стен аудитории. — Это искусство превращения, в котором всё взаимосвязано. Элементы, вещества, энергия — всё может перетекать из одной формы в другую при правильном подходе.

Элина старательно записывала каждое слово, стараясь не отвлекаться на шёпот сидевших рядом студентов. Профессор Мортимер действительно производил впечатление человека, которого лучше не злить — высокий, худой, с крючковатым носом и пронзительным взглядом тёмных глаз. — Первый закон алхимии гласит: ничто не возникает из ничего и не исчезает в никуда. Запишите это, это фундаментальный принцип любого алхимического действия.

Фрея, сидевшая рядом с Элиной, казалось, не испытывала никаких трудностей с пониманием материала и даже иногда тихонько вздыхала, когда профессор объяснял что-то, по её мнению, элементарное. — Потомственная алхимичка, — шепнула она Элине, заметив её растерянный взгляд. — Я с этим выросла. Не волнуйся, помогу тебе освоиться.

После двух часов теории алхимии последовал короткий перерыв, а затем студентов ждала лекция по магической зоологии. Элина попрощалась с Фреей, которая отправилась на травологию, и поспешила в другое крыло Академии.

Кабинет магической зоологии поразил Элину с первого взгляда. Вместо обычной аудитории это было просторное помещение с высокими окнами, украшенное чучелами редких существ, скелетами фантастических животных и живыми магическими существами в террариумах и клетках. — Добро пожаловать, студенты, — приветствовал их знакомый голос. Это был профессор Лэнгли, который встретил Элину у ворот. — Особенно рад видеть вас, мисс Тейлор. И вашего компаньона, конечно.

Шарик, который тихонько сидел у ног Элины, приветливо махнул хвостом. — Магическая зоология — это наука о существах, несущих в себе искру магии, — начал профессор. — Но не думайте, что это просто классификация и перечисление видов. Это изучение душ, ибо каждое магическое создание обладает своим уникальным характером, своей силой и своей ролью в мире.

Элина почувствовала, как сжалось её сердце. Душесвязь — вот как назвал её дар Верховный Магистр вчера. Способность соединяться с душами животных, чувствовать их эмоции, иногда даже мысли. — В нашем курсе мы изучим множество созданий — от самых маленьких магических насекомых до величественных драконов, — продолжал профессор. — Но самое главное — мы научимся уважать их, понимать и, если возможно, налаживать контакт.

После лекции, к удивлению Элины, профессор Лэнгли попросил её задержаться. — Я хотел поговорить о вашем даре, мисс Тейлор. Душесвязь — невероятно редкое явление. Я изучаю магических существ более тридцати лет и встречал лишь двоих с подобной способностью. Это дар, который требует особого обращения. — Но я даже не знаю, как им управлять, — призналась Элина. — Это просто… происходит. — И поэтому будут особые занятия, — кивнул профессор. — Верховный Магистр поручил мне лично наблюдать за вашим прогрессом. Начнём с малого — с осознанного восприятия эмоций животных. А пока… — он протянул ей небольшую книгу в кожаном переплёте, — почитайте это. Дневник Элдара Вистрала, одного из предыдущих носителей Душесвязи.

После обеда настало время практического занятия по зелье варению. Лаборатория алхимии находилась в подвальном помещении — просторном, хорошо освещённом магическими светильниками. Вдоль стен стояли шкафы с ингредиентами, а в центре располагались рабочие столы с котлами.

Профессор Мортимер уже ждал их, постукивая длинными пальцами по столу. — Сегодня мы попробуем сварить простейший эликсир концентрации, — объявил он. — Рецепт на доске, ингредиенты в шкафах. Работайте парами.

Фрея тут же потянула Элину к себе. — Будем напарницами? У меня опыт, у тебя… ну, интуиция, наверное, — она улыбнулась.

Они приступили к работе. Фрея уверенно измельчала корни валерианы, а Элина осторожно отмеряла жидкие компоненты. Всё шло хорошо, пока Элина не заметила маленькую белую крысу, выглядывающую из-за банки с сушёными жуками.

Это опасно, человек! Слишком много корня! — внезапно услышала она в своей голове.

Элина вздрогнула и уронила флакон с экстрактом лаванды. Он разбился, и синяя жидкость растеклась по столу. — Что случилось? — воскликнула Фрея, пытаясь спасти остальные ингредиенты. — Извини! — Элина поспешно начала собирать осколки. — Я просто… — Она посмотрела на крысу, которая активно кивала своей маленькой головкой.

Корень валерианы. Слишком много для безопасного эликсира, — снова услышала она. — Фрея, кажется, мы взяли слишком много корня валерианы, — тихо сказала Элина. — Что? — Фрея нахмурилась. — Нет, тут всё точно по рецепту. Три унции…

— Нет-нет, в рецепте две с половиной, — Элина указала на доску. И действительно, там было написано “2½.

Фрея перепроверила свои измерения и удивлённо покачала головой. — Ты права. Как ты заметила? Я была уверена…

Элина лишь пожала плечами, тайком улыбнувшись крысе, которая теперь выглядела довольной.

Несмотря на этот инцидент, их эликсир получился не идеальным — слишком жидкий и с лёгким синеватым оттенком вместо ожидаемого золотистого. Профессор Мортимер скептически осмотрел результат. — Слабая концентрация, мисс Даркхолм. И что-то пошло не так с температурой настаивания, мисс Тейлор. Но для первого раза… приемлемо. В следующий раз будьте внимательнее.

После занятий Элина решила посетить Великую Библиотеку Академии. Огромное помещение с бесконечными рядами книжных полок впечатляло и немного пугало. Элина неуверенно бродила между стеллажами, не зная, с чего начать. — Могу я чем-то помочь? — раздался голос позади неё.

Элина обернулась и увидела худощавого юношу с растрёпанными каштановыми волосами и очками в тонкой оправе. На его мантии красовался знак факультета Магической истории — серебряная песочные часы на фиолетовом фоне. — Я Кайл Эверетт, помощник библиотекаря, — представился он. — Ты ведь новенькая? Видел тебя вчера на распределении. Двойной факультет, впечатляет! — Элина Тейлор, — она улыбнулась. — И да, я ищу… в общем, мне нужна информация о Душесвязи.

Брови Кайла поползли вверх от удивления. — Душесвязь? Это очень редкая специфическая тема. У нас не так много материалов… — он задумчиво потёр подбородок. — Идём, я покажу секцию редких магических способностей.

Они прошли глубоко в библиотеку, где воздух казался более плотным, а книги на полках — более древними. Кайл остановился перед небольшой секцией, где стояло всего несколько томов. — Вот здесь должно быть что-то подходящее, — он начал просматривать корешки книг.

Но прежде чем он успел найти нужную, произошло нечто странное. Из самого дальнего угла полки книга сама выскользнула и, словно подхваченная невидимой рукой, опустилась на стол перед Элиной. За ней последовала вторая, а затем третья.

Кайл застыл с открытым ртом. — Вау… Книги выбрали тебя! Я слышал о таком, но никогда не видел! Элина осторожно коснулась первой книги — древнего тома в истёртом кожаном переплёте с названием Сущность и душа: трактат о глубинных связях авторства некоего Мориса Гримвуда. — Это… нормально? — неуверенно спросила она. — Невероятно редко, но бывает, — восторженно ответил Кайл. — Книги в нашей библиотеке обладают определённой… сознательностью. Иногда они сами находят того, кому нужны больше всего. Похоже, ты действительно интересуешься Душесвязью не просто так? Элина задумалась, стоит ли рассказывать о своём даре малознакомому человеку, но что-то в открытом дружелюбном лице Кайла располагало к доверию. — У меня есть эта способность, — тихо призналась она. — Я могу… чувствовать животных. Иногда даже слышать их мысли.

Вместо скептицизма или недоверия, которых опасалась Элина, глаза Кайла загорелись ещё большим любопытством. — Невероятно! Знаешь, я изучаю историю магических феноменов, и Душесвязь упоминается в древних текстах как один из первичных даров. Задолго до формализованной магии и заклинаний! — Он набрал воздуха, готовый продолжить свою лекцию, но затем смутился. — Извини, я увлёкся. Просто это действительно удивительно.

Элина улыбнулась, чувствуя, что нашла потенциального друга. — Не извиняйся. Мне самой интересно узнать больше. Может… поможешь мне разобраться в этих книгах? Некоторые термины могут быть сложными. — С удовольствием! — просиял Кайл. — Я здесь каждый вечер после занятий. Просто приходи, и мы вместе изучим всё, что найдём о Душесвязи.

Так Элина закончила свой первый учебный день в Академии — с новыми знаниями, первым неудачным зельем, разговором с лабораторной крысой и, что особенно радовало, с новым другом, готовым помочь ей разобраться в её необычном даре.

Глава 7. Загадки и первые враги

Прошла неделя с начала занятий, и Элина понемногу втягивалась в ритм учебной жизни. Несмотря на двойную нагрузку, она старалась не отставать от однокурсников, часто засиживаясь в библиотеке до позднего вечера. Именно там она и сидела в пятницу, перелистывая древний фолиант История редких магических даров, когда Кайл, её новый друг с факультета Алхимии, плюхнулся на соседний стул. — Опять зарылась в книги? — шепнул он, поправляя очки. — Ты пропустила ужин. — Правда? — Элина оторвалась от текста и потянулась. — Я и не заметила.

Кайл был странным парнем — худощавым, с вечно растрёпанными каштановыми волосами и почти болезненной любовью к знаниям. Но в отличие от многих других студентов, он не смотрел на Элину как на чудачку и, кажется, искренне интересовался её способностями. — Что ты там вообще читаешь с таким увлечением? — он наклонился к книге и присвистнул. — Душесвязь? Серьёзно? Но это же практически легенда! — Уже не легенда, — тихо ответила Элина, указывая на абзац. — Смотри, здесь написано, что последний зарегистрированный случай Душесвязи был более двухсот лет назад. Маг по имени Эзекиль Торн мог общаться с животными на уровне эмоций и даже мыслей. — И что с ним стало? — Не знаю, — Элина перевернула страницу. — Здесь только сказано, что эта магия считалась вымершей после его смерти. Странно, что профессор Лэнгли говорил о двух случаях за свою карьеру…

— Ты особенная, — серьёзно сказал Кайл. — И именно поэтому некоторым так неуютно рядом с тобой.

Элина вздохнула. Она прекрасно понимала, о ком говорит Кайл. Группа студентов во главе с Виктором Блэквудом, сыном известного алхимика, с первого дня невзлюбила её. Особенно после того, как профессор Мортимер похвалил её интуитивное понимание алхимических процессов на последнем практикуме. — Они просто завистники, — продолжил Кайл. — Особенно Виктор. Он привык быть лучшим, а тут приходишь ты, новенькая, без магической родословной, и оказываешься талантливее. — Я не талантливее, — возразила Элина, закрывая книгу. — Я просто… по-другому чувствую вещи. — Потому что ты особенная, — повторил Кайл с улыбкой. — Кстати, тебе письмо. Я заметил сову у окна твоего общежития и решил забрать.

Он протянул ей небольшой свиток, перевязанный зелёной лентой. Элина развернула его и нахмурилась.

Срочно нужна помощь. Приходи в Зверинец сегодня в полночь. Один из пациентов в тяжёлом состоянии. Профессор Лэнгли. — Что там? — спросил Кайл, заглядывая ей через плечо. — Профессор Лэнгли просит о помощи, — Элина показала ему записку. — Странно, что он не подошёл ко мне лично…

— Может, его не было на ужине, — пожал плечами Кайл. — Я могу пойти с тобой, если хочешь. — Спасибо, но думаю, он просит только меня по определённой причине, — Элина встала и собрала книги. — Лучше я пойду одна. С Шариком, разумеется.

Ровно в полночь Элина с Шариком осторожно пробирались по тёмным коридорам Академии к питомнику где жили магические существа— отдельному строению на краю территории, где содержались больные и раненые магические существа. Сюда доставляли всех животных, нуждающихся в помощи, а студенты факультета Магической зоологии проходили здесь практику. — Странно, что нет охраны, — прошептала Элина, открывая тяжёлую дверь питомника. Обычно здесь дежурили старшие студенты, но сегодня вход был пуст.

Внутри царил полумрак, лишь несколько магических светильников тускло освещали проход между вольерами и клетками. Шарик напрягся и тихо зарычал. — Что такое, мальчик? — Элина наклонилась к нему, и в этот момент что-то тяжёлое упало за её спиной. Обернувшись, она увидела перевёрнутую клетку и поняла: дверь захлопнулась. — Профессор Лэнгли? — позвала она, но ответом была тишина.

Вдруг из глубины питомника послышался слабый звук — нечто среднее между стоном и птичьим криком. Элина поспешила на звук, и чем ближе она подходила, тем сильнее ощущала чужую боль — пронзительную, пульсирующую.

В самой дальней клетке, на подстилке из пепла, лежала птица с тускло мерцающим алым оперением. Феникс. Правое крыло было неестественно вывернуто, а из клюва сочилась серебристая жидкость. — О боже, — выдохнула Элина, открывая клетку. — Кто же тебя так? Птица слабо повернула голову, и Элина почувствовала волну отчаяния и боли, исходящую от существа. — Тихо, тихо, — она осторожно опустилась рядом с фениксом. — Я помогу тебе.

Закрыв глаза, она попыталась вспомнить всё, чему учил её профессор Лэнгли за прошедшую неделю. Душесвязь требует открытости. Ты должна не только чувствовать эмоции животного, но и позволить своим эмоциям течь к нему. Создай мост между вашими душами.

Элина глубоко вдохнула и потянулась своим сознанием к фениксу. Сначала она почувствовала только боль — настолько сильную, что у неё перехватило дыхание. Но затем, пробившись сквозь эту завесу страдания, она ощутила яркое, пылающее присутствие.

Я здесь, чтобы помочь, — мысленно произнесла она, направляя свои чувства к фениксу. — Позволь мне исцелить тебя.

К её удивлению, феникс ответил — не словами, но образами и эмоциями. Она увидела яркую вспышку света, почувствовала запах горящих трав и холод металла. Кто-то намеренно повредил крыло птицы и собрал её кровь — редчайший ингредиент для запретных зелий. — Я не позволю тебе страдать, — прошептала Элина, осторожно прикасаясь к поврежденному крылу. Она не знала, что делает, действуя чисто интуитивно — позволяя своей энергии, своей жизненной силе течь к раненой птице.

Постепенно Элина ощутила тепло, разливающееся по её рукам — сначала едва заметное, затем всё сильнее. Свечение окутало её пальцы, переходя на перья феникса, проникая в его тело.

Время словно остановилось. Элина не знала, сколько прошло минут — может, пять, а может, и час — когда феникс вдруг издал мелодичный звук и приподнялся. Его крыло всё ещё было повреждено, но серебристая кровь перестала течь, а глаза загорелись ярче. — Получилось, — выдохнула Элина, чувствуя головокружение от затраченных сил. — Действительно получилось, мисс Тейлор. Весьма впечатляюще.

Элина вздрогнула и обернулась. В дверях клетки стоял профессор Мортимер, наблюдая за ней с нечитаемым выражением лица. — Профессор? Но я думала… записка была от профессора Лэнгли. — Боюсь, что это была маленькая хитрость, — ответил Мортимер, подходя ближе. — Хотя, признаюсь, я не ожидал увидеть столь сильное проявление Душесвязи. Вы использовали её для настоящего исцеления, а не просто для общения. — Вы… подстроили это? — Элина поднялась на ноги, чувствуя, как гнев вытесняет усталость. — Вы ранили феникса, чтобы проверить меня? — Ранил? — брови Мортимера взлетели вверх. — Нет, мисс Тейлор. Этого феникса привезли сегодня днём, его нашли в Забытом лесу. Я всего лишь решил использовать ситуацию, чтобы увидеть ваши способности в действии. И должен сказать, вы превзошли все мои ожидания.

Шарик угрожающе зарычал, не доверяя словам профессора. — Зачем всё это? — спросила Элина, в защитном жесте вставая перед фениксом. — Потому что я ищу ученика, — просто ответил Мортимер. — Особенного ученика, обладающего уникальными способностями. Ваш дар Душесвязи имеет огромный потенциал в алхимии, если правильно его направить. Это не просто общение с животными, мисс Тейлор. Вы способны манипулировать жизненной энергией — основой всех алхимических преобразований.

Он сделал паузу, внимательно глядя на неё. — Я предлагаю вам индивидуальное наставничество, помимо обычных занятий. Мы могли бы изучить возможности вашего дара и развить способности, о которых вы даже не подозреваете.

Элина колебалась. С одной стороны, предложение было заманчивым — учиться у самого профессора Мортимера, одного из величайших алхимиков современности. С другой — методы проверки её способностей вызывали серьёзные вопросы. — Мне нужно подумать, — наконец ответила она. — Конечно, — кивнул Мортимер. — Но не думайте слишком долго. Такие таланты нуждаются в руководстве… иначе они могут привлечь нежелательное внимание.

Он развернулся и направился к выходу, но остановился в дверях. — И, мисс Тейлор… будьте осторожны. Не все в Академии рады видеть возрождение древний магии. Особенно таких могущественной, как Душесвязь.

Когда профессор ушёл, Элина медленно опустилась рядом с фениксом, который теперь доверчиво прижался к её руке. — Во что я ввязалась, Шарик? — прошептала она. — И кто мои настоящие враги? Пёс тихо заскулил и лизнул её ладонь, словно говоря: Что бы ни случилось, я с тобой. Феникс издал мягкую трель, и Элина почувствовала волну благодарности, исходящую от птицы.

По крайней мере, среди животных у неё были настоящие друзья. А это уже немало.

Глава 8. Экспедиция в Заповедный лес

Воздух наполнился звенящей тишиной и свежим прохладным запахом. Февральское солнце едва пробивалось сквозь густые кроны Заповедного леса — древней чащи, окружавшей Академию с восточной стороны. Элина поплотнее закуталась в теплый плащ, следуя за профессором Лэнгли по узкой, едва заметной тропинке. — Все держитесь ближе друг к другу, — негромко произнес профессор, оглядывая группу из десяти студентов. — Помните, что мы здесь не для развлечения. Полевая практика — важнейшая часть вашего обучения магической зоологии.

Элина кивнула, чувствуя, как внутри нарастает волнение. После той ночи в питомнике, когда она смогла исцелить раненого феникса, профессор Лэнгли стал уделять ей особое внимание. Именно он убедил руководство Академии включить её в эту экспедицию, несмотря на то, что обычно первокурсникам не позволяли заходить так глубоко в Заповедный лес. — Сегодня наша цель — найти шипохвоста, — продолжил профессор, осторожно раздвигая ветви густого кустарника. — Эти редкие существа водятся только в самых старых магических лесах. Их яд — бесценный ингредиент для множества сложных зелий. — А они… опасны? — нервно спросила Лиззи, миниатюрная светловолосая девушка с факультета травологии. — Шипохвосты не агрессивны, если их не провоцировать, — ответил профессор Лэнгли. — Но их защитный механизм весьма эффективен. Одного укола ядовитыми шипами на хвосте достаточно, чтобы парализовать взрослого человека на несколько часов.

Элина почувствовала, как напрягся идущий рядом с ней Кайл. За последние месяцы они стали близкими друзьями, и она знала, что юноша, хоть и был невероятно умен, не отличался храбростью. — Не волнуйся, — шепнула она. — Профессор знает, что делает. — Надеюсь, — пробормотал Кайл, поправляя очки. — Просто меня немного нервирует тот факт, что нас отправили сюда добывать яд существа, которое может нас парализовать.

Шарик, семенивший у ног Элины, вдруг насторожился и тихо заворчал. — Тихо, — шикнул профессор, поднимая руку. — Кажется, мы близко.

Группа замерла. Лес вокруг казался напряженным, настороженным. Элина закрыла глаза, позволяя своему дару развернуться полностью. Она начала ощущать присутствие множества существ — мелких грызунов, птиц, насекомых… и что-то еще. Нечто большее, странное, с сознанием, совсем не похожим на животных, с которыми она сталкивалась раньше. — Там, — прошептала она, указывая на заросли папоротника примерно в тридцати шагах от них. — Оно прячется и… боится.

Профессор Лэнгли бросил на нее удивленный взгляд, но кивнул. — Хорошо. Теперь нам нужно действовать очень осторожно. Вспомните все, что мы обсуждали на занятиях. Шипохвосты реагируют на резкие движения и громкие звуки.

Виктор Блэквуд, самоуверенный третьекурсник с факультета боевой магии, фыркнул. — Почему бы просто не оглушить его заклинанием? — прошептал он своему приятелю, но достаточно громко, чтобы услышали все. — Потому что, мистер Блэквуд, — холодно ответил профессор Лэнгли, — яд шипохвоста, добытый у оглушенного или испуганного существа, теряет половину своих магических свойств. Нам нужен добровольно отданный яд. — И как мы это сделаем? — спросила рыжеволосая Амалия. — Вежливо попросим? Неожиданно заросли папоротника зашевелились, и между листьев показалась голова удивительного создания. Оно напоминало помесь ящерицы и кошки — с чешуйчатой изумрудной кожей, вытянутой мордой и большими, полными разума глазами янтарного цвета. За спиной существа виднелся длинный хвост, усеянный сверкающими в полумраке шипами.

Студенты затаили дыхание. — Никто не двигается, — еле слышно произнес профессор. — Я попробую установить контакт.

Он медленно вытянул руку и начал произносить сложное заклинание на древнем языке. Шипохвост наблюдал, наклонив голову. Элина почувствовала исходящую от существа тревогу, недоверие и… любопытство.

Внезапно Виктор чихнул. Резкий звук разорвал тишину леса, и шипохвост молниеносно развернулся, взмахнув хвостом. Несколько шипов отделились и полетели прямо в группу студентов. — В укрытие! — крикнул профессор, вскидывая защитное заклятие.

Элина инстинктивно упала на землю, прикрывая Шарика. Когда она подняла голову, то увидела, что шипы застыли в воздухе, остановленные магией профессора, но шипохвост исчез в лесу. — Блестяще, Блэквуд, — процедил Кайл, поднимаясь и отряхивая мантию. — Просто блестяще. — Я не специально! — огрызнулся Виктор, но его щеки покраснели от стыда.

Профессор Лэнгли выглядел разочарованным. — Придется начинать поиски заново, — вздохнул он. — Существо не уйдет далеко, но теперь будет гораздо осторожнее. — Я могу помочь, — неожиданно для самой себя сказала Элина, делая шаг вперед. — Я… я чувствую его. Оно напугано, но не агрессивно.

Профессор внимательно посмотрел на нее. — Ты хочешь использовать Душесвязь, чтобы найти его? — Не только найти, — Элина сглотнула. — Я думаю, я могу попробовать успокоить его. Объяснить, что мы не хотим причинить вред. — Это рискованно, — нахмурился профессор. — Ты еще не полностью контролируешь свой дар. — Но вы сами говорили, что практика — лучший способ научиться, — напомнила Элина. — К тому же, Шарик будет со мной. Он поможет мне вернуться, если я… слишком глубоко погружусь.

После секундного колебания профессор кивнул. — Хорошо. Но я пойду с тобой, остальные ждут здесь. — Я тоже иду, — твердо сказал Кайл, подходя к Элине. — На случай, если понадобится поддержка.

Профессор оценивающе посмотрел на него и согласился. — Ладно. Но следуйте точно за мной и не делайте резких движений.

Они осторожно двинулись в направлении, куда скрылся шипохвост. Элина шла, прикрыв глаза, полагаясь на свои чувства и тихие подсказки Шарика. С каждым шагом она все яснее ощущала присутствие существа — его страх постепенно сменялся настороженностью. — Там, — шепнула она наконец, указывая на небольшую прогалину, окруженную густыми зарослями. — Оно прячется в норе под корнями того старого дуба.

Профессор жестом велел им остановиться, а сам осторожно приблизился к дереву. Из-под массивного корня на него смотрели настороженные янтарные глаза. — Что теперь? — шепотом спросил Кайл. — Сейчас я попробую, — Элина глубоко вдохнула, сосредотачиваясь.

Она медленно опустилась на колени, положив руки на влажную землю перед собой. Закрыв глаза, она попыталась направить свое сознание к шипохвосту, представляя нить связи между ними — золотистую, теплую, безопасную.

Мы друзья, — мысленно произнесла она, вкладывая в эти слова все свое миролюбие. Мы не причиним тебе вреда.

Шипохвост не отвечал, но Элина чувствовала его замешательство. Она продолжила, представляя образы — как они осторожно собирают несколько шипов с его хвоста, не причиняя боли, как эти шипы помогают создать лекарство для других существ.

Прошла минута, две… Элина чувствовала, как пот выступает на лбу от напряжения. И вдруг она ощутила это — ответ. Не в словах, но в эмоциях и образах. Шипохвост понимал.

Медленно, очень медленно существо выползло из норы. Профессор Лэнгли застыл, не веря своим глазам. Шипохвост подошел прямо к Элине и сел перед ней, обернув хвост вокруг своего тела. Затем он слегка встряхнул хвостом, и несколько шипов мягко упали на землю. — Невероятно, — выдохнул профессор. — Я за тридцать лет практики не видел ничего подобного.

Кайл осторожно собрал шипы в специальный контейнер, пока Элина продолжала поддерживать контакт с существом.

Спасибо, — мысленно произнесла она, и шипохвост моргнул, словно в ответ. Затем он развернулся и неспешно скрылся в лесу.

Элина медленно вышла из транса, чувствуя невероятную усталость и одновременно эйфорию. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Кайл, помогая ей подняться на ноги. — Да, просто… это выматывает, — слабо улыбнулась она.

Когда они вернулись к остальной группе, всех переполняло легкое беспокойство. Профессор с гордостью продемонстрировал шипы, рассказывая о невероятном взаимодействии Элины с существом. Даже Виктор выглядел впечатленным, хоть и пытался это скрыть.

На обратном пути к Академии Кайл, и Элина шли позади группы. Кайл выглядел задумчивым. — Знаешь, — наконец произнес он тихо, убедившись, что их никто не слышит, — то, что ты сделала сегодня… это напомнило мне кое-что. — О чем ты? — Элина взглянула на друга. — В моей семье есть старые записи, — медленно продолжил Кайл. — Я никогда никому о них не рассказывал, но… моя прабабушка была хранителем древних знаний. Знаний о забытой магии, в том числе о Душесвязи.

Элина остановилась, удивленно глядя на него. — Почему ты не сказал раньше? — Потому что моя семья хранит эти тайны веками, — Кайл нервно оглянулся. — Есть люди, которые считают, что некоторые виды магии должны оставаться забытыми. Но после того, что я сегодня увидел… Я думаю, тебе стоит узнать больше. Думаю, ты сможешь использовать эти знания во благо. — Что именно в этих записях? — с волнением спросила Элина. — Не здесь, — покачал головой Кайл. — Приходи сегодня вечером в западную башню, в старую астрономическую лабораторию. Я покажу тебе кое-что, что может объяснить, почему твой дар так редок и… почему некоторые могут бояться его возрождения.

Когда они догнали группу, Элина не могла перестать думать о словах Кайла. Древняя магия, семейные тайны… Казалось, с каждым днем в Академии она не получала ответы, а лишь находила новые загадки.

Глава 9 Откровения в библиотеке

Древняя библиотека Академии утопала в полумраке. Элина сидела за массивным дубовым столом, окруженная стопками старинных фолиантов, пергаментов и потрепанных рукописей. Запах пыли и старой бумаги наполнял воздух, а тишину нарушало лишь потрескивание свечей и изредка – шорох страниц.

После неудачной экспедиции в Заповедный лес (хотя в конце концов Элина все-таки смогла использовать “Душесвязь”, чтобы успокоить вернувшегося шипохвоста и получить его яд) профессор Лэнгли дал ей особое задание – исследовать упоминания о Хранителях Равновесия в древних текстах. – Ты нашла что-нибудь? – Кайл появился из-за высокого книжного шкафа с очередной стопкой книг в руках.

Элина устало потерла глаза. – Только отрывочные упоминания. Кажется, Хранители Равновесия были не просто легендой, а настоящим орденом магов, существовавшим задолго до основания Академии.

Она указала на раскрытую перед ней древнюю книгу с выцветшими иллюстрациями.

– Смотри, здесь написано, что Хранители обладали особой формой магии, позволявшей им чувствовать нарушения равновесия между мирами и исправлять их.

Кайл осторожно опустил книги на стол и склонился над манускриптом.

– И было их семь во времена раскола, Семеро Хранителей, чьи души могли говорить с сущностью всего живого, – медленно прочитал он. – Элина, это же похоже на описание твоего дара! Душесвязь … они называли это Голосом Равновесия.

Шарик, дремавший у ног девушки, вдруг поднял голову и насторожился. В тот же момент они услышали легкие шаги. Из тени книжных стеллажей появилась мадам Ворен, древняя библиотекарша, чья фигура, казалось, состояла исключительно из острых углов и морщин. – Редко кто из студентов интересуется столь древними текстами, – проскрипела она, оглядывая разложенные на столе книги. – Хранители Равновесия… давно я не слышала этого имени. – Вы знаете о них? – с надеждой спросила Элина.

Старуха задумчиво провела пальцем по корешку одной из книг. – Знаю ли я? Я хранительница знаний, дитя, а не их обладательница. Но… – она наклонилась ближе, и её голос стал тише, – твои родители тоже интересовались этими текстами.

Элина почувствовала, как сердце пропустило удар. – Мои родители? –Оливия и Джонатан Тейлор, – кивнула мадам Ворен. – Они провели много ночей в этой библиотеке, изучая те же книги, что и ты сейчас. Особенно после того, как ты родилась.

Элина обменялась взволнованным взглядом с Кайлом. – А вы… вы не знаете, что именно они искали? Старуха пожала сухими плечами. – Они говорили о равновесии, о пробуждении древних сил. Твоя мать была особенно обеспокоена какими-то знаками, предзнаменованиями. – Мадам Ворен помолчала, будто вспоминая что-то. – Кажется, однажды она упомянула, что ты особенная, что в тебе течет кровь Хранителей.

В этот момент раздался громкий грохот со стороны запретной секции библиотеки. Мадам Ворен резко обернулась. – Что там происходит?! – воскликнула она и поспешила к источнику шума, бормоча проклятия в адрес нерадивых студентов.

Кайл схватил Элину за руку. – Ты понимаешь, что это значит? Твои родители, возможно, были Хранителями! Элина медленно кивнула, чувствуя, как мозаика начинает складываться. – Это объясняет мой дар– Если там говорилось о большем? О равновесии между мирами? – Кайл возбужденно перелистывал страницы древней книги. – Смотри, здесь упоминается “Сердце Равновесия” – древний артефакт, позволявший Хранителям усиливать свою связь с иными мирами.

Элина наклонилась ближе, рассматривая иллюстрацию – кристалл странной формы, заключенный в замысловатую металлическую оправу. – Я никогда не видела ничего подобного, – прошептала она.

В этот момент в библиотеку стремительно вошла профессор Морганн. Её обычно идеальная прическа была растрепана, а на лице застыло выражение тревоги. – Мисс Тейлор, мистер Рейнольдс, – окликнула она их. – Хорошо, что я вас нашла. Произошло нечто странное. Из хранилища Академии пропали несколько древних артефактов.

Элина и Кайл обменялись встревоженными взглядами. – Какие именно артефакты, профессор? – спросил Кайл.

Профессор Морганн нервно огляделась, словно опасаясь, что их могут подслушать. – В основном малозначительные предметы, но среди них… – она понизила голос, – Кристалл Айтери. Старейший артефакт Академии, который, по легенде, мог открывать пути между мирами.

Элина почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она указала на иллюстрацию в книге. – Он выглядел так? Профессор Морганн взглянула на рисунок, и её глаза расширились от удивления. – Да, именно так… Но откуда вы…

– Профессор, – прервала её Элина, чувствуя, как внутри нарастает тревога, – мне кажется, это не случайное воровство. Кто-то ищет способ нарушить равновесие между мирами.

Шарик тихо заскулил, прижимаясь к ноге Элины, словно подтверждая её слова. – И боюсь, – медленно продолжила девушка, – что это каким-то образом связано с моими родителями и со мной.

В полумраке библиотеки свеча внезапно вспыхнула ярче, отбрасывая причудливые тени на древние фолианты, хранящие тайны, которые слишком долго оставались скрытыми.