Тайна черной маски

Пролог

Медея оттолкнула от себя тяжелое обмякшее тело, и ее жертва упала на шелковое покрывало подобно безвольной кукле. На губах молодого мужчины блуждала счастливая улыбка, глаза были закрыты. На шее незнакомца темнели следы острых мелких зубов. Шелковая рубашка была безнадежно испорчена алыми пятнами крови. Вампирша с невольным сожалением вгляделась в красивое лицо и провела ладонью по светлым кудрям.

-Завтра ты проснешься и не сможешь ничего вспомнить, даже меня…

Она легко поднялась с роскошной кровати и довольно потянулась, напоминая сытую кошку. Поправила рассыпавшиеся по плечам темные волосы и, взяв лежавшую на столике у кровати маску, надела ее. Украшенная позолотой и драгоценными камнями кошачья мордочка скрыла ее настоящее лицо. Медея подняла с пола сброшенный в спешке плащ и накинула на плечи, затем легко вскочила на подоконник и распахнула окно. Сквозь непроглядную тьму она легко различила очертания гондолы, мерно покачивающейся на холодной воде канала. Её тайный спутник подогнал лодку прямо под окна дворца. Девушка решительно шагнула вниз и спустя мгновение легко приземлилась прямо в середину гондолы. На мгновение она задержала взгляд на соседнем палаццо. У парадного входа одна за другой остановились три гондолы. Доверенное лицо самого дожа, старший дознаватель, Пьетро Томазини уныло смотрел, как двое его людей вытаскивают из канала мертвое тело. Он плотнее завернулся втеплый плащ. Февральский день не баловал теплой погодой. Карнавал начался только вчера, а у них уже полно работы…Наконец парни закончили и отошли подальше, зажимая носы и торопливо крестясь.

- Ну что посмотрим на улов? - обратился Пьетро к своему помощнику. Энцо в отличие от своего коренастого черноволосого начальника был тонким и изящным, его волосы напоминали льняную пряжу, светлая кожа упрямо не поддавалась загару и легко заливалась румянцем, стоило парню смутиться. Но дон Томазини не зря выбрал парня себе в помощники. Энцо был не только отважен, но и рассудителен, несмотря на молодость. Кроме того, он в совершенстве владел шпагой, был ловок, словно кошка, и просто незаменим в погонях и схватках на узких улочках Венеции. В довершение всего, юноша был сыном лекаря, и вид мертвецов совершенно не смущал его.

Стены домов по обе стороны от канала потемнели от времени и пропитавшей все вокруг сырости и выглядели не слишком приветливо. Редкие прохожие, заметив кирасы и шлемы солдат городской стражи, спешили свернуть в сторону. Энцо с абсолютным бесстрашием, иногда пугающим Пьетро, приступил к осмотру их страшной находки. Старший дознаватель пересилил себя и заставил взглянуть на то, что еще вчера было живым человеком, женщиной. Она смеялась, строила планы и мечтала о будущем, которого, как оказалось, у нее не было…Тело выглядело так, будто побывало на живодерне.

-Что с ней случилось?

Энцо нахмурился. Сейчас он был бледнее, чем обычно, и радовался, что его завтрак ограничился чашкой кофе.

-У нее вырезали сердце. Вот смотри, рана на животе. Платье новое, дорогое, хотя судя по рукам, кусок хлеба доставался бедняге нелегко.

Дон Томазини отвел глаза от посиневших пальцев.

-Она слишком легко одета. Похоже, ее убили не на улице. Черт бы побрал эти карнавалы,

Люди даже не подозревают, что за кошмар скрывается иной раз под маской! Кроме того, вчера к нам прибыла особа королевской крови со свитой, ее Высочество Шарлотта с мужем, наследная принцесса Алданиии. На карнавал, видите ли, захотелось взглянуть! Если кто нибудь из высоких гостей пострадает, не сносить нам головы, придется самим пройти по Мосту Вздохов!

Он строго взглянул на Энцо, но юноша ничуть не испугался такой мрачной перспективы, а только удивленно воскликнул:

-Алдания! Ведь это неблизко. Говорят там нормальных людей всего лишь половина…

Пьетро переспросил:

-Как половина?А остальные кто?

Энцо, довольный произведенным впечатлением, рассмеялся:

-Те, кого инквизиторы любят поджаривать на кострах – вампиры и оборотни! Карнавал всего лишь предлог, верно хотят наладить торговлю, выхода к морю у них нет. Но не переживайте, дон Пьетро, наверняка в охране принцессы полно нелюдей, они сумеют позаботиться о ее безопасности лучше нашего…

Глава 1. Город на воде

Город на воде

- Что за причуда устраивать подобные праздники зимой!-крепкий молодой мужчина со светлыми в рыжину волосами, выбившимися из под берета, и неожиданно яркими зелеными глазами поднял повыше воротник камзола, спасаясь от холода, и сердито шмыгнул посиневшим носом. В длинной узкой лодке со странной загнутой вверх кормой совершенно не было никакой защиты от ветра.

-Ну, хватит ворчать Яр! В наших краях еще полно снега, а здесь даже вода не замерзает! И разве тебе не любопытно посмотреть на город на воде, настоящее восьмое чудо света? - Невысокий худощавый паренек обнял сидевшую рядом стройную красотку с бледным лицом и пышными рыжими кудрями. Девушка, не отрываясь, смотрела на проплывающие мимо них роскошные палаццо и церкви. Храмы здесь в отличие Западной Европы не устремлялись в небеса острыми башнями, их купола имели округлые женственные формы, как в Византии. У каждого дома были причалы для лодок, которых в городе было гораздо больше, чем лошадей.

Яромир недовольно заметил:

-Ты любопытен, как сорока. Куда бы тебя не занесло, тебе только на руку, готов поспорить, что даже в преисподней ты будешь приставать к чертям с расспросами о местных обычаях и записывать впечатления в тетрадь!

Важек примирительно улыбнулся. Несмотря на свои двадцать пять, он выглядел слишком молодо. Невысокий рост и пытливый взгляд красивых голубых глаз делали его похожим на любопытного мальчишку. Чтобы казаться старше, он даже отпустил усы и небольшую бородку. Его жена неожиданно взглянула на Яромира с сочувствием:

-Как жаль, что Клодия не смогла поехать вместе с тобой. Но все же я бы охотно поменялась с ней местами, - тут голос рыжей вампирши слегка дрогнул, и Важек привлек Лану к себе. Они были женаты уже больше года и страстно хотели детей, но пока не получалось.

Яромир вздохнул и согласился:

-Ты права, я понимаю, что Клодия нужнее всего нашей новорожденной дочери и Марку,

но все же мне ее жутко не хватает! Ей бы точно понравился этот странный город, а праздники она просто обожает!

Яромир бросил завистливый взгляд на Рюдигера с Лизой и Римара с Элиной, расположившихся на носу гондолы. Граф Забельский с супругой и старшим сыном были довльно заметной компанией. Высокий красавец с черными волосами и слегка печальным взглядом серых глаз, Римар с неизменным обожанием смотрел на Элину, изящную блондинку с большими голубыми глазами на нежном, словно фарфоровом личике. Римар захватил с собой в поездку и Курта. Маленькому вампиру, усыновленному во время драматических событий прошлого лета, шел уже седьмой год. Как ни странно, мальчик был похож на приемного отца тонкими чертами лица, цветом глаз и черными волнистыми волосами. Это сходство послужило поводом для огромного количества сплетен в Златограде, но Римар и Элина только смеялись, услышав очередную версию появления в обычном человеческом семействе маленького вампира. Любознательный, смелый и общительный малыш покорил не только сердца приемных родителей и сестренки Эльвиры. Лакеи и служанки графов Забельских тоже обожали малыша. Одна лишь тетушка Элины, госпожа Гретхен, относилась к Курту слегка настороженно.

Узнав о предстоящей разлуке с родителями, мальчик с ревом вцепился в платье Элины, умоляя не оставлять его. Захлебываясь слезами, маленький вампир обещал слушаться мамочку во всем и никогда больше не проказничать, только бы родители не бросали его. К сотрясающим особняк воплям приемного брата присоединилась Эльвира, которая тоже не хотела разлучаться с родителями. Растеряные Римар и Элина с трудом смогли успокоить малышей. Элина уже хотела отказаться от поездки и остаться дома, несмотря на уговоры принцессы.

Но положение спасла тетушка Гретхен. Всхлипывающая Эльвира все же согласилась остаться с ней, если мама с папой и братишкой ненадолго уедут. В то же время госпожа Гретхен решительно заявила, что не уверена, сможет ли так же хорошо исполнять свои обязанности в отношении Курта, его им лучше взять с собой.

-В конце концов, он же мальчик, к тому же вампиры более крепкие и выносливые, даже зимняя поездка не испортит здоровье этого ребенка. Тогда как Эльвире подобное путешествие принесет только вред!

Ее мнение стало решающим, и сейчас Курт с открытым ртом глазел на проплывающие мимо другие гондолы, великолепные дома и соборы вдоль берегов канала, на какое-то время избавив родителей от своих бесконечных вопросов.

Прислонившись спиной к высокому изогнутому носу лодки, Рюдигер фон Шлотерштайн задумчиво смотрел в темные воды Гранд-канала, приобняв сидевшую рядом Лизу. Барон был одного роста с Римаром, черные волнистыеволосы доставали до плеч по тогдашней моде. Черты красивого лица напоминали холодный мраморный лик античной статуи, совершенный и равнодушный. Длинные темные ресницы прикрывали яркие синие глаза. Темно-синий камзол отлично сидел на стройной и в тоже время сильной фигуре вампира.

Его жена была одета в мужское платье, более подходящее по ее мнению для путешествий. В зеленом бархатном камзоле и таком же берете, в шерстяных чулках, обтянувших стройные ноги, она напоминала красивого юношу. Однако золотые волосы, заплетенные в толстую косу, было невозможно упрятать под модный берет, украшенный драгоценной брошью, так же, как и скрыть под зеленым бархатом высокую грудь. Лиза ловко набрасывала на плечи жемчужно серый плащ, скрывая свою женскую сущность. Впрочем, здесь, на родине карнавала, никто не находил странным подобный маскарад. Баронесса была уже очарована Венецией, этой жемчужиной Адриатики, их неожиданное путешествие обещало много приятных и ярких впечатлений.

Небо потихоньку темнело, в окнах домов и на пристанях зажигались огни, встречные лодки можно было различать только по горевшим на носу каждой из них маленьким фонарикам. Наступавшие сумерки придавали городу таинственный и волшебный вид.

-Рюдигер, разве это не прекрасно? - Лиза настойчиво теребила мужа за рукав. Вампир недоуменно обернулся к ней, словно очнувшись ото сна.

-Да, милая, это удивительно! - на всякий случай восхитился он. В отличие от Лизы, которая радовалась их путешествию, словно ребенок, и опустошила запасы дорогих тканей в отцовской лавке, чтобы выглядеть не хуже придворных дам, Рюдигер никак не мог расслабиться и спокойно наслаждаться происходящим. Непонятная тревога поселилась в сердце, за дорожными хлопотами и длинными беседами с друзьями это ощущение пропало, но теперь вернулось вновь. Темные холодные воды канала и сырые подвалы роскошных дворцов, кажется, таили в себе какую-то непонятную опасность… Рюдигер тряхнул головой, стараясь избавиться от недостойных мыслей, более приличных для дряхлой старухи, чем для сильного мужчины, который привык надеяться на твердую руку и острый клинок и не отступать перед любым противником.

Лодка, где находились принцесса Шарлотта с мужем и слугами, вплыла прямо в здание, как показалось Рюдигеру, нырнув под высокую арку. Ступени, ведущие к дверям дома, подходили прямо к воде. Пока слуги помогали Её Высочеству выбраться из лодки и выгружали дорожные сундуки, друзья с удивлением рассматривали лодочную пристань, устроенную прямо во дворе дома.

- Похоже, этот дворец стоит прямо на дне морском! Как такое возможно?-воскликнул Яр.

-Наверное, его строили русалки!-звонкий голосок Курта присоединился к беседе взрослых.

Хозяин дома, синьор Джованни, один из богатейших людей города, чья фамилия уже несколько поколений находилась в Золотом списке, почтительно склонился перед высокими гостями и хотел уже дать пояснения, но Лана опередила его:

-Здешние дома построены на деревянных сваях, бесчисленное количество которых забито в морское дно. Сверху идет несколько деревянных настилов из лиственницы, которую везли из далекой Московии. Это дерево имеет удивительную особенность не гнить в воде!

Закончив рассказ, юная жена Важека смущенно опустила глаза, хорошенькое личико зажглось румянцем.

Синьор Джованни одобрительно кивнул:

-Вы очень много знаете, юная синьора, ваш супруг должен гордиться такой образованной женой.

Шарлотта улыбнулась:

-Это тем более удивительно, что еще два года назад она не умела ни читать, ни писать!

Принц Станислав еле заметно пожал плечами, красивое лицо слегка исказила презрительная гримаса. И почему Шарлотта так возится с этой дикаркой? Стала ее крестной, дала ей приданое и помогла выйти замуж за наследника одной из богатых и знатных семей Алдании. Даже в Венецию с собой притащила… Наверное, испытывает

что вроде материнских чувств к этой сопливой вампирше… если бы у них был свой ребенок! А то уже слухи нехорошие поползли, дескать, женаты уже почти два года, а наследный принц или принцесса еще не портит парчовые и шелковые пеленки.

Собственно, именно эта причина и привела наследницу трона в Венецию. Шарлотта никогда не жаловалась на судьбу, но желание иметь ребенка постепенно становилось для нее навязчивой идеей. Придворные лекари разводили руками, здоровье Её Высочества не вызывало беспокойства, с супругом тоже было все в порядке. Все их советы сводились к тому, чтобы больше развлекаться и отдыхать, возможно, сменить обстановку, уехать ненадолго из Златограда.

Станислав с радостью поддержал мысль о поездке. Он был бы несказанно рад хоть ненадолго избавиться от недовольных и чуть презрительных взглядов отца Шарлотты. Максимилиан Третий мечтал о внуках и втайне винил зятя в их отсутствии. Кроме того, принца страшно раздражала личная охрана жены. Рослые красавцы с острыми клыками, стоявшие на страже у их покоев, вселяли в него чувство неуверенности. Он принялся уговаривать жену посетить Веславию, и Шарлотта уже склонялась к мысли навестить родину мужа. Но неожиданный случай перевернул все планы.

На главной площади Златограда было шумно и весело. Большая ежегодная ярмарка раскинула свои шатры в двух шагах от королевского дворца. Торговцы со всей Алдании привезли сюда свои товары. Мед и мороженая рыба, копченые окорока и сало, румяные яблоки манили и возбуждали аппетит. Нарядные расписные платки и вышитые полотенца, украшения и игрушки радовали взор и заставляли расставаться с последними монетами.

Шарлотта заставила Элину улизнуть от охраны, прихватив с собой Курта и Эльвиру, и целый час они бродили по ярмарке, разделяя общее веселье и наслаждаясь горячими пирожками. Впрочем, парни из охраны Её Высочества сопровождали прекрасных нарушительниц, умело оставаясь незаметными и не мешая подругам радоваться свободе. Задорная музыка привлекла внимание принцессы, и они подошли к небольшой кучке людей. Простолюдины расступились перед двумя знатными особами, и Шарлотта увидела цыганку. Смуглая красотка то кружилась, словно вихрь, заставляя вздыматься и опадать алый подол юбки, то бешеным зверем металась по кругу, то плыла, словно лебедь. Наконец струны смолкли, последний раз звякнул бубен, и усталая танцовщица поклонилась зрителям. Мальчик прошел по кругу, протягивая шапку, в которую щедро сыпались монеты.

Шарлотта не понимая, что делает, вдруг окрикнула плясунью:

- Эй, красавица, держи! – и бросила ей полный кошелек. Элина недовольно покачала головой, но цыганка ловко поймала подарок. Взвесив замшевый мешочек с вышитой монограммой, она удивленно подняла брови и быстрым шагом подошла к щедрой госпоже. Танцовщица мельком взглянула в лицо принцессы и взяла ее руку. Шарлотта не сопротивлялась. Рядом появились охранники, готовые схватить цыганку, но Её Высочество резко бросила:

- Не трогать её!

Цыганка усмехнулась и внимательно изучила узкую ладонь.

- Что же, госпожа, за подарок спасибо! Да не грусти, будет и тебе подарок от Господа нашего. Поезжай в город на воде, попроси там у Святого Марка то, что желаешь больше всего на свете! Он поможет!

Шарлотта выдернула руку и залилась жарким румянцем.

- Куда ехать, где этот город? – крикнула она плясунье, но та уже исчезла в шумной суете ярмарки, и охрана лишь разводила руками. Элина окликнула детей, которые тянули ее в сторону игрушечной лавки, и удивленно сказала:

- Есть только один город на воде – Венеция. Именно там нашел покой Святой Марк. Но это совсем не близко!

Идея была безумной, но обычно рассудительная Шарлотта ухватилась за нее, словно утопающий за соломинку. Масла в огонь подлил синьор Альфредо, учитель музыки и пения Её Высочества. Оказывается, он был родом из Венеции и принадлежал к богатой семье Кавалли. Он связался со своими соотечественниками, и вскоре весть о желании высокой особы долетела до его семьи. Быстрый как ртуть, синьор Альфредо устроил принцессе встречу с купцами, обосновавшимися в Алдании. Глава торговцев заверил Её Высочество, что дорога будет легкой и безопасной. В каждом городе, где есть их соотечественники, госпожа найдет радушный прием и проводника до следующего места. Сборы в дорогу заняли совсем немного времени, и вскоре домом принцессы надолго стала дорожная карета.

Глава 2. Опасная забава

Её Высочество со свитой заняла два этажа во дворце, но синьора Джовани это ничуть не обеспокоило. Управляющему Арсеналом принадлежал не один дворец в этом городе, и он мог обеспечить высоким гостям поистине королевский прием. Однако за ужином усевшись за изящно сервированный стол, уставленный изысканными блюдами, Рюдигер и Лана растерянно уставились на серебряные столовые приборы. Куртотдернул руку от обжигающей пальцы серебряной вилки и, недолго думая, схватил руками куриную ножку. Затем опомнился и виновато посмотрел на Элину, но она успокаивающе кивнула ему:

-Не волнуйся, милый, в этом случае даже взрослые вынуждены последовать твоему примеру!

Действительно, утомленные дорогой и изрядно проголодавшиеся, вампиры принялись есть руками, забыв о хороших манерах. Синьор Джованни охнул, поняв свою ошибку, и шепотом отдал распоряжение слугам, затем осторожно выяснил у принцессы, сколько нелюдей в ее свите. На следующий день за завтраком Рюдигер с удивлением обнаружил перед собой бокал цветного стекла, полный крови. Лана недоверчиво нюхала содержимое своего бокала, а Курт уже выпил все до капли и теперь ерзал на стуле, нетерпеливо ожидая, когда наконец взрослые закончат с едой и отправятся навстречу приключениям.

Пока удивленые подобным гостеприимством, алданцы обменивались впечатлениями, в столовую зашел невысокий молодой человек в дорогом камзоле из красного бархата. Юноша был типичным итальянцем, смуглым и черноволосым, и его красивые черные глаза уже успели оценить всех находящихся в гостиной дам.

- Не стоит придавать значения подобным мелочам, это лишь долг хозяина – обеспечить своих гостей всем необходимым. Всего-то и нужно было послать слугу на ближайшую бойню… Наш город всегда славился терпимостью и пониманием. Здесь легко уживаются даже евреи и мусульмане, тем более всем известно, что Алдания христианская страна…

Шарлотта с недоумением взглянула на бойкого юношу, неплохо изъясняющегося на официальном языке Алдании. Тот изящно склонился перед ней, сорвав с головы небольшую бархатную шапочку:

-О Ваше Высочество, к сожалению мой дядя отправился по делам, но он поручил мне сопровождать Вас везде, куда Вы захотите отправиться, и помочь познакомиться с нашим прекрасным городом и его отважным и предприимчивым народом. Меня зовут Николо, и я готов выполнить любое Ваше желание!

Принц недоверчиво взглянул на смазливое лицо молодого венецианца и его щегольской костюм. Этот красавчик не вызывал у него доверия, но Шарлотта просияла:

- О, я желаю немедленно отправиться в город и думаю, что мой муж и мои спутники тоже сгорают от нетерпения!

- Тогда вперед!Но прежде хочу предложить вам дополнить вашу одежду одной маленькой, но совершенно необходимой деталью! - Николо хлопнул в ладоши, и расторопный слуга внес в комнату полотняный мешок. Венецианец быстро освободил край стола и высыпал на него содержимое мешка.

- Это совершенно необходимая здесь вещь – маска, она царица праздника, в это время без нее не выходят из дома ни бедняки, ни аристократы!Прошу вас, выбирайте синьоры и синьорины!

Маски, украшенные позолотой и драгоценными камнями, расписанные причудливыми узорами, радовали глаз. Пока изумленные алданцы перебирали и примеряли эти сокровища, Николо вытянул из россыпи две маски, полностью закрывающие лицо. Одну, грубо повторяющую черты мужского лица с резким профилем и квадратным подбородком, он протянул Рюдигеру, другую, с женственным овалом и красивым, миндалевидным разрезом глаз, отдал Лане.

-Поверьте, господа, для Вас лучше полностью закрыть лицо. Хотя конечно же жалко прятать под маской такую совершенную красоту! - он улыбнулся вампирше, заставив покраснеть и нахмуриться Важека.

Курт неожиданно воспротивился надевать чужую личину. Белый овал с пустыми глазницами пугал его. Николо с сомнением оглядел маленького вампира:

-Может и так сойдет! Он еще слишком мал, чтобы на него обращали внимание. Надеюсь, он сможет держать язык за зубами…

Римар с Элиной переглянулись, но промолчали. Рюдигер нахмурился, он совсем не собирался прятаться под маской от окружающих, подобное предложение казалось ему оскорблением. Лиза уже хотела выразить свое недовольство, но ее опередила Лана. Жена Важека взяла предложенную ей маску и примерила ее перед огромным зеркалом:

- Нам не стоит обижаться, это действительно старая традиция! К тому же эти маски очень красивы!

Важек мрачно поглядел на Лану, превратившуюся с помощью маски в очаровательную незнакомку. Яромир, заметив недовольство друга, усмехнулся:

-Что поделать, дружище, женщина всегда остается женщиной, даже если без промаха стреляет из лука и владеет клинком не хуже мужчины!

Сам он равнодушно напялил такую же, как у Рюдигера, мрачную маску и надвинул на лоб шляпу с широкими полями. Лиза выбрала « гнагу», маску в виде кошачьей мордочки, Элина разукрашенную узорами и драгоценностями маску, полностью закрывающую лицо, а принцесса изящную полумаску. Курт с испугом посмотрел на родителей, превратившихся вдруг в странных незнакомцев. Он осторожно потрогал Элину за руку:

-Мамочка, а это действительно ты?

Элина , присев, обняла его:

-Ну конечно, я! Неужели ты меня испугался, милый? Ты же всегда был смелым мальчиком!

Из-под маски голос звучал слегка приглушенно, но ребенок успокоенно вздохнул, ухватив обоих родителей покрепче за руки на всякий случай.

Отправляясь в это путешествие, Шарлотта не пожелала брать с собой многочисленную свиту. Пара служанок, несколько придворных дам, включая ближайщую подругу, графиню Забельскую, небольшой отряд охраны. Однако его Величество Максимилиан Третий неожиданно настоял, чтобы за личную безопасность принцессы отвечалите четверо гвардейцев, которые спасли ему жизнь прошлым летом. А присутствие в свите принцессы нескольких дам, неплохо владеющих шпагой, точно не будет лишним.

Для барона фон Шлотерштайна это почетное поручение было довольно неожиданным. Он, как и Яромир, встретил новость без особого восторга. Зато Лиза вдруг загорелась желанием поглядеть мир, находящийся за границами Алдании.

Важек с Ланой только недавно вернулись из далекой восточной страны, окуда привезли с собой большой ворох шелковых платьев, несколько острых изогнутых ятаганов и сундучок острых приправ. Однако дома вместо долгожданного покоя их ожидали плохо скрытые намеки родителей на отсутствие внуков. Отец Важека даже заявил прямо, что в некоторых смешанных союзах не может быть детей, чем вызвал бурный поток слез у отважной амазонки. Рассерженный Важек с трудом успокоил жену и моментально уехал с ней в Темнолесье, а оттуда в Кулички. Застав Рюдигера за осмотром новой конюшни, он вместо приветствия потребовал сейчас же отвести их с женой к тетушке Крине. Удивленный Рюдигер тем не менее тотчас отправился вместе с друзьями к своему крестному.

Опытная знахарка быстро поняла из сбивчивых объяснений смущенных гостей, какая беда привела их к ней. Быстро отправив Важека и Рюга в мастерскую к Иоганну, она занялась Ланой. Осмотрев юную вампиршу и даже заставив раздеться, она принялась расспрашивать Лану о подробностях ее замужества, то и дело заставляя краснеть. Выяснив, все что хотела, знахарка вздохнула:

-Я думаю, что вы просто торопитесь. Ты еще слишком молода, и твоя прошлая жизнь была совершенно другой, тебе просто надо привыкнуть к переменам. Вы любите друг друга, это очевидно, хоть ты и не пробовала его кровь.

Лана сердито взглянула на жену Иоганна.

-Что еще за глупости?

Знахарка усмехнулась:

-Ну, такое случается довольно часто, кое-где даже входит в свадебные обряды. Хотя многие считают подобные обычаи варварством, но именно это помогает точно определить, смогут ли вампир и обычный человек быть вместе, иметь детей! Однако когда двое смотрят друг на друга так, как вы с мужем, все ясно и без проверок. Живите пока друг для друга, наслаждайтесь каждой минутой, потому что в ближайшем будущем плачущие младенцы вряд оставят вам время для разных глупостей.

Слова тетушки Крины немного успокоили их, а путешествие в Венецию и вовсе заставило забыть на время обо всех заботах. Но сейчас, глядя на жену в дорогом платье из золотистой парчи, на которое сверху было накинуто другое платье из темно-коричневого бархата без рукавов, стянутое поясом на тонкой талии, он испытал одновременно гордость и несвойственную ему бешеную ревность.

Маска придавала ей таинственный и загадочный вид, рыжие локоны были кокетливо выпущены из-под парчового тюрбана, украшенного жемчугом. Николо, испытывающий на юной красотке свое обаяние, не подозревал, что в рукавах у нее припрятано не меньше четырех метательных ножей, еще парочка стилетов скрыта в высокой прическе, а на поясе под верхней накидкой ножны с небольшой шпагой. Не то что бы Лана ожидала нападения, просто без оружия она чувствовала себя раздетой.

Впрочем, остальные дамы были не менее очаровательны и похожи на экзотические цветы. Принцесса выбрала нежно-зеленое платье, расшитое серебритыми узорами, а жена Римара отдала предпочтение сиреневым тонам. Баронесса фон Шлотерштайн однако осталась все в том же костюме знатного юноши, дополнив его кошачьей маской. Лиза справедливо рассудила, что роскошное платье она прибережет для вечернего бала, а для прогулки в город подойдет и мужской наряд. Мужчины в бархатных камзолах, украшенных золотой вышивкой и ярких плащах составили им компанию.

На улицах им то и дело попадались нарядные горожане, все обязательно в масках, по каналам проплывали гондолы, полные веселых и шумных пассажиров, звучала музыка. Несмотря на сырую неприветливую погоду кругом было весело и многолюдно. Главные события праздника проходили на площади Святого Марка. Для города, где ценился каждый клочок земли, отвоеванный у моря, это было довольно большое пространство перед удивительной красоты собором, чем-то напоминавшим восточный дворец. Рядом с ним находился Дворец Дожей, где избранный по сложной системе голосования, правитель решал судьбы горожан.

С другой стороны находилась колокольня, с которой в день начала карнавального веселья выпускали голубку. Еще недавно вместо голубки с вершины колокольни совершала полет живая девушка, но после того, как смелый трюк закончился трагедией, пришлось ограничиться птицей. По обе стороны от собора тянулись длинные здания с многочисленными арками и поддерживающими их резными колоннами. Смешавшись с пестрой толпой горожан, обступившись деревянный помост, алданцы стали зрителями завершающегося поединка на шпагах. Принцесса наслаждалась своим инкогнито и, совершенно, не интересуясь исходом сражения, рассматривала местных жителей, превратившихся на время праздника в совершенно фантастические персонажи. Вызывающе яркие, пестрые одежды, восточные тюрбаны и шляпы, ощущение беззаботности и некоторой вседозволенности пьянило и очаровывало молодую женщину, с детства привыкшую к строгому дворцовому этикету.

Между тем остальные ее спутники, включая двух дам, не остались равнодушными к сражению, развернувшемуся на деревянном помосте. Лана и Лиза, не сговариваясь, выбрали сторону стройного незнакомца в коричневом камзоле с желтыми рукавами и таком же желтом берете. Хотя лицо его было скрыто под маской, почему то симпатии всех присутствующих дам принадлежали ему.

Его соперник был выше и массивнее, в его движениях не было и малой толикиизящества, с которым наносил удары юноша в желтом берете. Одежда его была не столь яркой и явно не новой, шерстяная накидка без рукавов, перехваченная ремнем на поясе, и поддетый под нее зеленый камзол служили своему хозяину видимо не один год.

Однако барон фон Шлотерштайн сразу определил исход боя, ему, владеющему шпагой чуть ли не с младенчества, сразу стало понятно скрытое от посторонних глаз мастерство второго поединщика. Тому не было нужды в красивых маневрах и остроумных высказываниях, вызывающих смех у зрителей. Эта смертельная игра, искусство убивать было его работой, обеспечивающей куском хлеба. Опытный мастер просто выжидал подходящий момент, и наконец неожиданно ловко уклонившись от изящного выпада, стремительно ударил сам, блокировав шпагу соперника длинным кинжалом. Желтый атлас окрасился алым, да и на боку расплывалось темное пятно. Судья в длинной мантии, подбитой мехом, и с тяжелой цепью на шее остановил бой. Послышались разочарованные возгласы и испуганные женские восклицания. Элина, не любившая подобные варварские развлечения, с тоской посмотрела на мужа и сидевшего у него на плечах Курта. Ее мужчины наблюдали за этим подобием рыцарского турнира с неподдельным интересом, и узнав, что этот поединок последний в сегодняшнем списке, разочарованно вздохнули.

В центре площади было большое скопление народа. Шумная толпа в ярких одеждах окружила широкую площадку, отгороженную от зрителей невысоким забором. Когда алданцы подошли поближе, им открылось зрелище, отвратительное и захватывающее одновременно.

В центре площадки был вкопан столб, к которому был прикован толстой железной цепью разъяренный бык. Огромное животное темно-коричневой масти было прекрасным представителем своего вида. Под лоснящейся шкурой ходили тугие мышцы, ноздри раздувались. На этого грозного красавца с громким лаем набрасывались несколько собак. Крупные черные псы принадлежали к бойцовой породе. Слегка приземистые, с широкой грудью и сильными коротковатыми лапами, небольшими прижатыми к голове ушами и мощной квадратной челюстью они смело атаковали гиганта, не обращая внимания на его смертоносные рога.

Шарлотта вцепилась в руку мужа, не в силах оторваться от кровавого поединка. Остальные также с интересом наблюдали за жестокой забавой, кто-то с азартом, кто-то с отвращением. Однако Элина вдруг заметила, как дрожит рука ее сына, и наклонилась к малышу. На лице мальчика застыло выражение неизъяснимого ужаса. Свирепые псы напомнили ему о страшных собаках епископа Альбрехта в Готхейме. Жуткие создания Черной Звезды до сих пор являлись ему во снах, преследуя и почти настигая. Когда их пасти, полные острых загнутых внутрь зубов, склонялись над ним, обдавая жарким смрадным дыханием, он вдруг просыпался и долго лежал в темноте с бешено стучащим сердечком и мокрым от слез лицом.

Элина обняла мальчика и принялась успокаивать, Римар встревоженно склонился к ним, впрочем, он тут же понял в чем дело и, подняв сына на руки, принялся раздвигать толпу, удаляясь от арены. Николо удивленно проводил их взглядом.

-Я думал, этому ребенку понравится подобная забава! Крови здесь достаточно. -пробормотал он себе под нос, уверенный, что в шуме толпы останется неуслышанным.

Однако Рюдигер без труда разобрал его шепот и даже понял смысл сказанного. В долгой дороге все пытались хоть немного выучить чужой язык, но преуспел лишь Важек, жадный до всего нового, и как ни странно, барон фон Шлотерштайн. Певучий итальянский был похож на родной язык его матери. Сдвинув уже успевшую надоесть маску, он хмуро посмотрел на венецианца.

-Люди не менее жестоки, чем звери, но они все же разумны. Зачем устраивать подобные бои?

Между тем напряжение на арене достигло высшего предела. Длинная цепь давала быку некоторую свободу действий, и он не замедлил этим воспользоваться. Поддев одну псину на острые изогнутые рога, он отшвырнул ее в сторону. Бедное животное, обрызгав кровью не успевших отшатнуться зрителей, с силой ударилось о деревянное ограждение. Еще одна попала под удар тяжелого копыта.

Рюдигер вдруг ясно почувствовал гнев и отчаяние сильного гордого существа, скованного толстой цепью и выставленного на потеху толпе. Налитые кровью глаза с ненавистью скользили по праздной толпе, словно понимая, что в его мучениях виноваты не столько наглые псы, сколько нарядно одетые зеваки. Еще один пес попытался вцепиться быку в нос, но промахнулся и чудом избежал смерти от острых рогов.

Бык вдруг взревел и рванулся вперед, цепь натянулась, надежно врытый в землю столб покачнулся, собаки отскочили назад. Зверь еще раз рванул свои оковы, и столб вдруг наклонился, затем упал, железное кольцо соскользнуло с него, и доведенное до бешенства животное бросилось на толпу.

Зрители с криками бросились врассыпную, кто-то, кажется хозяин собачьей своры, взлетел вверх подкинутый острыми рогами и упал на землю, сломав позвоночник. Массивный зверь метался по площади, топча палатки незадачливых торговцев, какой-то зевака в ярком наряде, одна половина которого была красной, другая желтой, упал сбитый с ног своими же товарищами, и через секунду его голова треснула под тяжелым копытом. Женщина в красном платье заметила опасность слишком поздно, бросив корзину, она попыталась бежать, но острые рога проткнули ее насквозь. Отбросив мертвое тело, словно надоевшую игрушку, зверь бросился дальше.

Девочка лет пяти смотрела на приближающееся чудовище, словно зачарованная, не в силах сдвинуться с места. В последнее мгновение Лана успела выхватить ее прямо из-под копыт и, прижав ребенка к себе, перекатилась по земле, избежав, казалось бы, неминуемой смерти. Принц Станислав, проявив неожиданную изобретательность и расторопность, помог супруге забраться на балкон одного из великолепных дворцов, протянувшихся вдоль площади. Оттуда Их Высочества с замиранием сердца наблюдали за продолжающей драмой.

Неожиданно перед потерявшим рассудок зверем возник человек в бордовом камзоле, он принялся размахивать сорванным с плеч плащом с алой подкладкой, отвлекая внимание быка от толпы. Бык с ревом бросался на алое полотнище, но неизвестный смельчак ловко уворачивался от его атак.

Лиза ахнула:

- Да это же наш Яромир ! Рюдигер надо что-то делать, он же погибнет!

Но Рюдигер и сам не желал оставлять товарища на произвол судьбы. Перескочив через остатки ограждения, через секунду он очутился рядом с Яром.

- Тебе что жить надоело? - вампир с силой оттолкнул друга в сторону, и повернув голову, встретился взглядом с быком. В больших влажных глазах было лишь обещание неотвратимой смерти, чтобы избежать ее, у вампира было не больше секунды.

Бык бросился на дерзкого двуногого, но тот неожиданно отскочил в сторону. Рассерженный зверь повторил атаку. Яромир в отчаянии схватил цепь, волочащуюся за быком по земле, и непонятно на что надеясь, попытался сдержать громаду. Но бык даже не заметил его усилий. Наклонив голову, он устремился к вампиру, неподвижно стоящему в середине арены. Потерявший равновесие Яромир упал, но тотчас вскочил на ноги, с бессильным ужасом глядя, как на его друга несется разъяренный зверь.

Ощутив, как время замедлило свой ход, Рюдигер вынул шпагу из ножен и ждал, не двигаясь с места. Когда бык оказался прямо перед ним, и зрители замерли от ужаса, он быстрым и сильным ударом шпагу вогнал точно в то место, где билось, перегоняя кровь по жилам, огромное сердце . Едва он успел вытащить клинок, как огромная туша тяжело рухнула на старую мостовую.Его сразу окружили взволнованные люди, темпераментно размахивающие руками и что-то без конца говорившие. На барона вдруг навалилось оцепенение, он застыл, не в силах оторвать взгляд от поверженного гиганта. Несмотря ни на что, мертвый зверь вызывал уважение.

Чуть прихрамывая, подошел Яромир. Его нарядный камзол был весьма потрепан, плащ изодран на мелкие клчки, шляпа с ярким пером валялась неподалеку. Друг понимающе взглянул на вампира:

- Он встретил свою смерть свободным и в честном бою! Это достойный конец, дружище!

Растолкав толпу, к ним бросилась Лиза. Наблюдая за сражением, она чуть не сошла с ума от страха за мужа и ощущения собственного бессилия. Сдернув кошачью маску, раскрасневшаяся от волнения баронесса сердито набросилась на героев:

- Вы что с ума сошли? Так и погибнуть недолго!Особенно ты, Яромир, зачем такой риск? Клодия меня прикончит, если с тобой что-нибудь случится?

Капитан гвардейцев поднял свалившуюся в пылу погони шляпу и нахлобучил ее на растрепанные волосы, затем неожиданно сильно треснул барона фон Шлотерштайна по плечу и засмеялся:

-Я знал, что на тебя можно положиться!

Их бойкий провожатый, потерявший маску и бледный от пережитого страха, тряс им руки и что-то горячо говорил на родном языке, позабыв от волнения, что его спасители чужестранцы. Непонимающий на этот раз ни слова из его речи, Рюдигер только рассеянно улыбался, прижимая к себе Лизу, по лицу которой текли запоздалые слезы.

Принцесса уже пришла в себя после этого страшного приключения. Поблагодарив своих отважных телохранителей, она с гордостью сказала:

-Вдвойне приятно сознавать, что только мои соотечественники способны на такое!Отец не ошибся, доверяя вам мою жизнь и безопасность!

Станислав молча пожал им руки, и отбросив свою обычную надменность, посмотрел на гвардейцев с уважением.

Глава 3. Новое знакомство

После приключения на площади все дружно пожелали вернуться домой, чтобы хоть немного придти в себя к вечернему балу. Их радушный хозяин устраивал большой прием, где должны были собраться представители всех знатных семейств Венеции.

Лиза еще не опомнилась после пережитого ужаса, она бы с удовольствием провела этот вечер в спокойной домашней обстановке. Но главной задачей четырех друзей было обеспечить безопасность ее Высочества, поэтому она постаралась скрыть свой страх и не подводить мужа. Молодая женщина равнодушно посмотрела на вынутые из сундука и разложенные по всей комнате дорогие наряды. Теперь вечернее развлечение уже не радовало ее, а казалось неприятной обязанностью. Однако Рюдигер быстро понял, что творится с его любимой. Подняв лежавшее на кресле платье из темно-вишневого бархата, он подал его Лизе:

-Ты конечно можешь остаться в мужском наряде, но я бы на твоем месте примерил вот это!

Он ловко помог жене справиться со шнуровкой, получив выговор за то, что затянул платье слишком сильно. Затем подтащил недовольную супругу к большому зеркалу:

-Я всегда думал, что твои цвета голубой и зеленый, но это платье настолько идет тебе, что я не отпущу тебя ни на шаг, потому что уже ревную!

Платье действительно сидело на ней отлично, подчеркивая яркие губы и горевший на щеках румянец. Смирившись с мыслью о бале, Лиза оторвалась от зеркала и задумчиво посмотрела на Рюдигера.

-Тебя тоже надо приодеть!

В следующие два часа Рюдигер почувствовал себя тряпичной куклой в цепких ручонках Ульрики, их младшей дочери. Войдя во вкус, Лиза заставила его перемерить все взятые с собой вещи, причем в разных комбинациях. Наконец она остановилась на красном камзоле. Согласно мужской моде он сужался на талии, расходясь от нее вниз наподобие юбки. Вся беда по мнению Рюдигера и Яромира была в том, что юбка эта была слишком коротка, а вошедшие в моду узкие штаны, плотно облегающие ноги и то, что находилось выше, можно было назвать скорее чулками. Некоторые модники носили штанины разных цветов, но даже Римар, часто бывающий при дворе, и Важек, имеющий более широкие взгляды, не желали выглядеть, словно придворные шуты. Наряд дополнил серый плащ с ложными рукавами и широкий берет. Привстав на цыпочки, Лиза одела на лицо мужа маску и удволетворенно вздохнула:

-Похоже, это мне придется сгорать от ревности!

«Спешу сообщить Вашему Преосвященству, что здесь действительно творятся странные вещи. По словам очевидцев уже не первый год во время карнавала в городе исчезают люди. По характеру ранений покойников можно разделить на два вида. Первые умерли от потери крови, из чего следует, что в городе действительно нашли приют несколько кровососов, ускользнувших от инквизиции. Но несколько тел, выловленных из каналов совсем недавно, имеют настолько ужасный вид, что на ум приходит мысль о ритуальном жертвоприношении. Местные власти стараются оставить все в тайне, и в городе по-прежнему царит праздничное веселье. Между прочим, Венецию посетила наследная принцесса Алдании. Хотя она и остановилась здесь под чужим именем, но почести ей оказаны явно королевские. Похоже, дож хочет установить дружеские связи с этими безбожниками.

Ваш верный слуга, Марио Эспозито.»

Молодой человек закончил писать и отложил листок. Его темные волосы были коротко острижены вопреки моде, смуглое лицо с правильными чертами казалось почти красивым, впечатление портил лишь холодный взгляд серых глаз. Он убедился, что чернила подсохли и запечатал послание, затем нетерпеливо позвал слугу:

- Антонио! Моя одежда готова?

Не дождавшись ответа, молодой человек повторил вопрос, но услышал лишь богатырский храп. Марио бесшумно подкрался к каморке за кухней и быстро распахнул дверь. Крепкий парень с простоватым лицом с трудом уместился на большом сундуке. Вид сладко спящего Антонио почему-то не вызвал у хозяина умиления. Марио безжалостно окатил парня ледяной водой из прихваченного по дороге кувшина. От неожиданности тот свалился со своего жесткого ложа, но тут же вскочил на ноги, испуганно оглядываясь.

- Что, пожар? Синьор, что случилось?

Марио с трудом сдержал желание рассмеяться и строго ответил:

- К тебе очень легко подобраться. Если бы на моем месте был кто-то другой, ты был бы уже в раю, если конечно туда пускают таких растяп!

- Но синьор Марио…- попытался оправдаться парень.

Однако господин не дал ему договорить.

- Сегодня вечером мы должны быть на балу в палаццо семьи Кавалли. Надо выглядеть прилично, кого попало туда не пустят. Ты был у портного?

Антонио молча подал ему джорно из темно-зеленого бархата с откидными рукавами. Немного выждав, пока хозяин облачится в парадное платье, развернул перед ним набор кинжалов и стилетов. После водных процедур ему не хотелось поддерживать беседу. Марио засунул последний стилет в потайной карман и, не оборачиваясь, заметил:

- Зря обижаешься. Ты еще ни одного живого нелюдя не видел, а они намного быстрее и сильнее нас. И подкрадываются бесшумно, словно звери! Такчто придется научиться спать вполглаза, если хочешь и дальше со мной работать!

Затянув пояс на талии, он взглянул в зеркало и остался доволен. В важном господине в богатой одежде вряд ли кто признал бы беспризорного мальчишку с римских улиц, который стал одним из самых удачливых и опасных охотников за разной нечистью. Кардинал Луиджи Сальваторе посчитал, что лучшего кандидата для этой миссии не найти.

Воспитанный при церкви сирота был фанатично предан своим наставникам, достаточно жесток и бескомпромиссен для своей опасной работы, и в тоже время слишком прямолинеен, что бы понять, что главной его задачей было опорочить венецианскую республику, слишком быстро набирающую силы. Визит алданской принцессы, о котором кардинал знал заранее от своих шпионов, был как нельзя кстати. Слишком уж высокого мнения о себе эти нечестивцы, признающие порождения Черной Звезды равными людям. Не помешает и им слегка замарать репутацию!

Антонио подал ему шпагу и, немного помедлив, спросил:

- Синьор, а правда в Алдании нелюдей полно, и они вот так запросто по улицам ходят?

- Конечно ходят, летать они вроде еще не научились, - съязвил Марио. Меньше всего ему хотелось сейчас обсуждать алданцев.

- И куда только там инквизиция смотрит! – возмутился парень.

- Да нет там инквизиции, и не было никогда.

- Как же такое возможно! – изумился Антонио. – Если они христиане, то должны бороться с порождениями тьмы!

Марио позабавило искреннее возмущение слуги:

- Так и нелюди там крещеные, все как один. А кто заикнется про порождения тьмы, того сразу под руки и в тюрьму, Да ты рот закрой, а то ворона залетит!

Бывший крестьянин недоверчиво покачал головой, а Марио сердито продолжил:

- Вот только не верю я, что они могут жить с людьми и по-людски. Все равноих сущность себя проявит!

Огромный зал в палаццо, принадлежащем семейству Кавалли, владеющему судостроительными верфями, быстро заполнялся народом. Вся пристань около дворца была заполнена нарядными гондолами. Лиза удивленно рассматривала окружающую ее почти восточную роскошь. В Алдании даже в королевском дворце все гораздо скромнее.

Высокий потолок, расписанный картинами на античные сюжеты и украшенный лепниной, поддерживали колонны из зеленоватого мрамора. Стены были обиты гобеленами, а пол выложен мраморными плитами, образующими причудливые узоры. С потолка свешивались огромные люстры со множеством свечей.

Рядом с хозяином дома стоял высокий представительный господин в полумаске. Так же как и синьор Джованни, он был одет в камзол из дорогой парчи и длинную накидку без рукавов. Это был сам правитель города. Он уже знал о событиях на площади и с интересом рассматривал окружение принцессы Шарлотты, пытаясь угадать, кто же из них остановил разъяренного быка. Синьор Кавали был вполне доволен таким развитием событий. Он рассчитывал заключить договор на закупку леса, столь необходимого в судостроении. Своим отчаянным поступком алданцы сразу возвысили себя в глазах местной знати, и перед ними сами раскрылись многие двери.

Когда небольшой оркестр, расположившейся среди стоявших у стены античных статуй, заиграл веселую музыку, и выстроившиеся в два ряда дамы и кавалеры начали неторопливый церемонный танец, в зал, не торопясь зашли еще двое. Платье из алой парчи прекрасно подчеркивало стройную фигуру женщины. Ее лицо скрывала кошачья маска, черные кудри были подняты в высокую прическу. Спутник незнакомки, высокий и хорошо сложенный, был одет в прекрасно сидевший на нем бирюзовый камзол. Запоздавшие гости быстро затерялись в нарядной толпе.

Медея, не спеша, скользила между беспечных людей, спрятавших свои лица под красивыми масками. Всеобщее веселье и беззаботность позволяли ей почувствовать себя одной из этих богатых бездельниц, купающихся в роскоши и мужском внимании. Однако пора было выбрать кого-то, кто станет ее жертвой на эту ночь. Вампирша остановила взгляд на высоком широкоплечем мужчине со светлыми, отливающими медью волосами. Светло-коричневый камзол прекрасно сидел на крепкой, ладно скроенной фигуре. Кажется, незнакомец принадлежал к военному сословию. Висевшая на боку шпага в скромных ножнах была не просто данью традиции, а скорее неотъемлемой частью его самого. Молодой человек равнодушно наблюдал за танцующими, не делая никаких попыток вызвать интерес здешних дам.

Медея подошла поближе и, взглянув на заветное кольцо с хризолитом, позволяющее подчинять людей своей воле, попыталась завести светскую беседу. Однако парень отрицательно покачал головой, в прорезях маски насмешливо блеснули зеленые глаз. Он что-то ответил на грубоватом наречии. Немного знакомая с немецким Медея с трудом разобрала его слова:

-Простите, но я не понимаю вас, госпожа!

С чужестранцем все было бы намного проще, но Медея вдруг почувствовала сильный запах оборотня. От молодого человека вовсе не несло псиной, в таком случае вряд ли он был бы допущен в приличное общество. Нет, подобный след могли почувствовать только дети Черной звезды. Похоже, этот парень делил постель с волчицей. Возможно, его хвостатая подруга осталась дома, но Медея совсем не хотела рисковать.

Волчицы страшные собственницы и ревнивицы, их кланы многочисленны и дружны, лучше не искать приключений на свою голову. Она улыбнулась зеленоглазому и затеряться в толпе. Шумное собрание начинало ее раздражать, высокий и сильный, чужестранец выглядел так привлекательно, и надо же, такое разочарование!

Из года в года карнавал был любимой забавой молодежи из трех вампирских кланов. Дети Черной Звезды растворялись среди беззаботных людей, с удовольствием участвуя в общем веселье. Однако истинной их целью было нечто иное. Непринужденное знакомство, легкий флирт, вихрь танца, горячие объяснения в укромном уголке, иногда страстные объятия, и наконец, награда за труды, несколько глотков крови. Иногда такие приключения заканчивались очень печально для неосторожных людей. Увы, не все ее сородичи умели сдерживаться. Свежая кровь, подогретая вином и страстью, кружила голову, и порой люди исчезали навсегда. Конечно, подобные случаи не поощрялись, но все же были нередки. Во время карнавалов старейшины просто закрывали на это глаза.

В последнее время веселое безумство карнавала уже не так радовало Медею, как в беззаботной юности, но ее брат наслаждался каждым мгновением праздника. Девушка присела на скамейку у стены и решила просто понаблюдать за гостями. Внезапно она почувствовала совсем рядом присутствие другого вампира. Кто–то из чужого клана осмелился вести охоту в части города, принадлежащей их семье! Медея с негодованием обернулась и обнаружила в двух шагах от себя смеющуюся парочку. Дама в вишневом бархатном платье, не скрывающем ее женственные формы и такой же, как у Медеи кошачьей маске, что-то весело говорила на незнакомом языке своему кавалеру в красном камзоле. Высокий и стройный, пожалуй, очень привлекательный, незнакомец определенно был вампиром.

С трудом дождавшись начала танцев, она сумела оказаться с ним рядом. Прошипев сквозь зубы: «На пару слов!», она утащила ошеломленного таким натиском незнакомца подальше от танцоров. Кожей ощутив гнев его спутницы, она слегка усмехнулась: «Если бы ты знала, от чего я тебя спасаю, дурочка!».

Почти прижав нахального чужака к холодной колонне, Медея яростно взглянула в синие глаза, удивленно глядящие на нее сквозь прорези грубоватой маски. Почувствовав странное волнение, вампирша вдруг позабыла все обвинения, которые собиралась предъявить неизвестному, нагло хозяйничающему в ее охотничьих угодьях. Краем глаза она заметила, что красавица в вишневом платье уже любезничает с ее братом. Медея вздохнула, что ж видно судьбу не обманешь. Девице на роду написано умереть этой ночью.

Ее брат, Танос, неотразимо действует на женщин, они готовы идти с ним куда угодно и не разлучаться до самой смерти, что обычно и бывает. Братишка никогда не умел сдерживаться…Красавица как раз в его вкусе, румяная и полная жизни.

Собравшись с духом, она снова обратилась к незнакомому вампиру, избегая однако глядеть ему в глаза:

- Ты не должен охотиться в этой части города, она принадлежит моей семье, роду Кратос! Разве тебе неизвестны правила?

Чужак пожал плечами и ответил, смешно коверкая слова:

-Я не есть охотиться! Я есть танцевать. .

Медея зашипела, словно рассерженная кошка:

-Ты что издеваешься! Какие танцы!

Но незнакомец смотрел мимо нее на оставленную им красотку и брата Медеи, самого красивого и самого опасного вампира в этом городе. Заметив, что Танос слишком уж вольно обнял женщину за талию, он покраснел, что было заметно даже под маской, и схватился за эфес шпаги. Медея даже решила, что ошиблась и перед ней обычный человек. Она попыталась удержать его, но чужак решительно отодвинул ее в сторону и уверенно направился к парочке.

Между тем дама с золотыми волосами совсем не слушала вкрадчивый шепот своего кавалера. Она упорно глядела в сторону, и растеряный Танос украдкой дотронулся до заветного камня в кольце. Внушение на эту девицу совершенно не действовало, ее мысли были заняты чем-то, а вернее кем-то другим.

Он решительно повернул ее к себе, крепко держа за талию, и снова попробовал подчинить своей воле. Но вместо привычной покорности в серых глазах плескался гнев. Упершись руками ему в грудь, она решительно попыталась вырваться. Танос усмехнулся, она пытается сопротивляться, это довольно необычно, но так даже забавнее. Однако его пленница вдруг замысловато ругнулась на незнакомом языке и с неожиданной сноровкой и силой ударила его коленом между ног. Вампир скривился от боли и разжал руки.

-Так то лучше, а то прикинулся, что не понимает ни слова! Нечего руки распускать!-баронесса фон Шлотерштайн гордо тряхнула рассыпавшимися по плечам золотыми волосами.

Удар, которым она приложила местного нахала, пожалуй был не слишком честным, но испытанным средством. Еще в детстве Лиза выяснила, что он безотказно действует на мужских особей любой породы, будь-то вампир, оборотень или просто человек. Оглянувшись по сторонам в поисках мужа, она обнаружила, что незнакомка в кошачьей маске исчезла, а Рюдигер быстро идет к ней. Судя по его стремительной походке и резким движениям, он слишком взволнован. Внезапно ее больно схватили за руку. Танос просто взбесился от постигшего его унижения и забыл об осторожности. Эта наглая человеческая девка отправится с ним, по своей воле или нет , неважно.

Вдруг он почувствовал, как на плечо легла тяжелая мужская рука, неизвестный грубо развернул его к себе. Встретившись с ним взглядом, представитель рода Кратос тяжело задышал от охватившего его гнева и изумления. Прервавший его охоту наглец был вампиром. Это просто неслыханно!

Однако дерзкий чужак заговорил первым:

-Сударь извольте объясниться! Вы вели себя недопустимо по отношению к моей жене и должны ответить за это !

Прислушавшись к сердитым фразам на немецком, Танос удивленно понял, что, кажется, его вызывают на поединок за не слишком уважительное отношение к девице, которая должна была стать его сегодняшним ужином. Довольно неожиданно услышать такое от вампира, бесцеремонно вломившегося на чужую территорию. Между тем сама девица, кажется, была не в восторге от подобной идеи и, взяв чужака за руку, что-то быстро говорила на непонятном языке.

-Господа, что здесь происходит? - Рюдигер с удивлением узнал голос Важека. Маленький гвардеец довольно сносно говорил по-итальянски. Его друзья, обеспокоенные их с Лизой исчезновением, поспешили в слабо освещенный факелами темный коридор. Под низкими сводами прогремел голос Яромира:

-Только дуэли нам и не хватало!Мы здесь не по своей прихоти, а по долгу службы, если не забыл.

Римар жестом предложил Рюдигеру отойти в сторону:

-Неужели все так серьезно, что дуэли неизбежать?Ведь мы чужестранцы, к тому же охраняем Ее Высочество… Ни к чему лишние пересуды, да и тебе зачем лишняя смерть на совести! Ведь уже понятно, чем закончится поединок!

-Очень серьезно!-Рюдигер , кажется, был намерен твердо стоять на своем. -Этот негодяй вел себя просто недопустимо по отношению к моей жене, я не намерен прощать ему эту наглость!

Однако Лиза была настроена не так кровожадно:

-Может, стоит закончить дело миром? Пусть он принесет свои извинения… - тут она запнулась, услышав сдавленные смешки, доносившиеся из-под маски Римара. Он слишком хорошо знал жену друга, пожалуй, недотепа, решившийся на некоторые вольности по отношению к баронессе, уже получил хорошую порцию тумаков. Смерть на дуэли будет слишком жестоким наказанием за его грехи!

Рюдигер с сомнением поглядел на Лизхен, скромно опустившую глаза, и друзей, с трудом сдерживающих смех:

-Я думаю, что это был бы поединок на равных. Но если господин все же принесет извинения…

Однако Танос наконец прислушался к разговору и довольно точно уловил его суть. Эти людишки вели себя с неизвестным вампиром словно лучшие друзья, и настойчиво предлагали проявить к сопернику жалость и милосердие. Пожалеть его, беспощадного ночного охотника, лучшего в роду Кратос! Да этот незнающий законов наглец еще пожалеет о том, что вообще родился на свет!Однако праздничная ночь не лучшее время для подобного выяснения отношений. Слишком много посторонних. Вампир выпрямился и гордо взглянул на барона:

-Я принимаю ваш вызов, но скрестить с вами шпаги прямо сейчас мне не позволяют обстоятельства. Поэтому я оставляю за собой право выбрать время и места поединка. Мы еще встретимся!

Он повернулся и быстро зашагал прочь , скоро совсем исчезнув в темном коридоре. Важек хмыкнул:

-Удачно выкрутился!Пожалуй мы больше его не увидим.

Яромир положил руку на плечо барона:

-Я понимаю тебя как никто другой, но согласись , что не слишком справедливо предлагать ему поединок, заранее зная, что ты сильнее и быстрее его просто по своей природе.

Рюдигер сдвинул маску и серьезно посмотрел на друга:

-Ты никак не хочешь понять меня. Это был бы поединок на равных. Он такой же, как и я!

Лиза вздрогнула:

-Так, значит, мне не показалось…Он был слишком сильным для человека.

-Ты хочешь сказать, еще один вампир. . Но здесь не Алдания…-присвистнул удивленный Важек.

-В любом случае хорошо , что удалось избежать поединка. Давайте вернемся в зал, к своим непосредственным обязанностям, – поторопил друзей Римар.

Неожиданно ночное небо вспыхнуло множеством огней. Над городом загремели фейерверки. Восхищенные гости синьора Кавалли покинули бальный зал и высыпали на длинную открытую лоджию. В темном небе загорались и гасли тысячи разноцветных огней, шум стоял невыносимый. Яркие вспышки на мгновение позволяли увидеть величественный собор Сан-Марко и возвышающуюся над мирской суетой колокольню. Огненные цветы отражались в черной воде Гранд-канала, придавая зрелищу поистине волшебный вид.

Медея , затаив дыхание, миновала темный пустой коридор , который вывел ее на длинную лоджию, украшенную каменным кружевом изящных арок. Вампирша чуть не заплакала от досады, до боли прикусив губу, здесь было полно народу. Веселые, разодетые в парчу и бархат, люди с восхищением смотрели на фейерверк, освещающий небо над городом с небывалым размахом. Прищурив слезящиеся от ярких вспышек глаза, вампирша осторожно прокралась мимо восторженной толпы. Она удивленно заметила здесь чужака, испортившего им с братом сегодняшнюю охоту. Окруженный обычными людьми, он непринужденно с ними беседовал, смеялся их шуткам, обнимая золотоволосую красавицу в вишневом платье.

Эта картина поразила Медею едва ли не больше, чем фейерверк. Она даже на минуту остановилась, чтобы понаблюдать за компанией. Вскоре она поняла, что тонкая невысокая девица с рыжими кудрями и быстрыми нервными движениями тоже вампирша. Как и незнакомец в красном камзоле, она тут явно не чужая. Вовсе не скрывается под маской, поджидая неосторожную жертву, а беспечно веселится на карнавале, подобно другим гостям. Похоже все в этой компании старые друзья! Пораженная эти открытием Медея грустно отвернулась и направилась дальше к лестнице, ведущей на первый этаж, как вдруг что-то сильно сдавило и одновременно обожгло ее шею.

-Попалась, птичка! Я давно за тобой наблюдаю! Не удалась сегодня твоя охота, зато мне повезло! - Марио Эспозито покрепче стянул на шее вампирши серебряную цепь.

-Антонио, не стой как столб, свяжи ей руки, пока не опомнилась! -прикрикнул он на слугу.

Антонио, с опасением взглянул на женщину:

-Может лучше сразу кол в сердце и в воду, господин?

-Нет , мы должны ее допросить, да вяжи скорее! – агент Ватикана с трудом удерживал извивающуюся словно змея, хрипящую Медею. Антонио решительно двинул своей жертве кулаком в солнечное сплетение, та беспомощно согнулась и затихла на краткий миг. Парень принялся связывать ей руки .

-Оставьте женщину в покое! Я не привык повторять дважды!-Яромир первым услышал шум и, заметив возню в темной нише, поспешил узнать в чем дело.

-Она не женщина! - Марио перехватил серебряную удавку покрепче. -Это существо и человеком сложно назвать!

Голова его жертвы бессильно свесилась вниз, и Лиза испуганно воскликнула :

-Она умирает! Отпусти ее, негодяй!

-Ну, эту тварь не так уж легко убить! Они, знаете ли, ужасно живучие!-он подергал цепь, и вампирша открыла глаза. Кажется, эти ребята из свиты алданской принцессы, надо же было натолкнуться именно на них! Эти придурки похоже всерьез намерены спасать невинную по их мнению жертву. Все четверо схватились за шпаги, только этого сейчас не хватало!

От возмущения Марио нечаянно ослабил удавку, и Медея наконец вздохнула полной грудью. Глаза в прорезях маски сверкнули красным, сильно рванув к себе полусвязанные руки, она вдруг повторила хитрый приемчик баронессы, заставив Антонио корчиться от боли. Оказавшись на свободе, она рванулась в темноту коридора. Страшно ругаясь, Марио бросился за ней, но Яромир загородил ему дорогу:

-Не так быстро, парень! Сначала объясни, кто ты такой и по какому праву так обращаешься c дамой!

Рассерженный Марио стянул вдруг надоевшую маску и заговорил, с трудом подбирая слова на немецком:

- Меня зовут Марио Эспозито, и по поручению его преосвященства кардинала Сальваторе я расследую странные убийства в этом городе. К вашему сведению, стерва, за которую вы так горячо вступились, вампирша!

Следуя его примеру, все четверо тоже сняли маски. Барон фон Шлотерштайн удивленно посмотрел на тайного агента его преосвященства:

- Я сразу понял, что она вампирша, но разве это преступление?

Марио уже хотел сказать алданцу, что это плохая шутка, но запнулся, увидев, что его собеседник принадлежит к созданиям Черной Звезды.

-Да ведь вы же из Алдании! Господи, и как вы только там живете! Эти создания представляют прямую угрозу обществу, дрянь, которой вы помогли сбежать , вела здесь охоту! Я не уверен, что это произошло случайно!-бросив на алданцев гневный взгляд красивых темных глаз, Марио с достоинством направился прочь, грубо подтолкнув застывшего на месте от удивления Антонио.

Растерянные алданцы вернулись в зал, где снова стало многолюдно и шумно. Фейерверки закончились, и ночной холод заставил гостей поспешить в дом. Римар с удивлением увидел свою жену непринужденно беседующей с богато одетым господином в черной полумаске. В беседе принимал участие и Николо. Ее Высочество доброжелательно улыбалась довольно смелым шуткам незнакомца. Завидев приближающих гвардейцев, молодой синьор Кавалли расцвел в улыбке:

-О, господа позвольте представить, мой старинный друг Джеронимо Бергамо…

Синьор Бергамо изящно раскланялся. Римар не без ревности отметил, что этот разодетый, как петух, синьор статен и, кажется, хорош собой. На широкие плечи падают черные кудри, блестят живые карие глаза, полумаска не скрывает волевой подбородок, чувственные, но твердые губы.

Друг Николо окинул алданцев равнодушно-вежливым взглядом, но вдруг его глаза задержались на Лизе. От Яромира не укрылось легкое замешательство нового знакомого, он уставился на молодую женщину, будто увидел призрак! Да чем только она их привлекает! Хоть бы на этот раз обошлось без скандала!

Кажется, Рюдигер тоже заметил странное внимание к своей жене, но вполне достойно поддерживал светскую беседу, восхищаясь городом и здешними обычаями. Наконец, к облегчению Яромира праздничный вечер подошел к концу. Гости покидали дворец, усаживаясь в нарядные, освещенные масляными фонарями гондолы. Синьор Джованни с супругой пожелал Ее Высочеству спокойной ночи и отправился спать, Шарлотта и Станислав тоже поспешили в свои покои. Только четверо друзей все еще не хотели расходиться. Разместившись на красивых резных стульях и небольшом диванчике, обтянутых зеленым бархатом под цвет стен, они оживленно обсуждали странное происшествие на балу. Стоявшая на небольшом столике бутылка красного вина уже наполовину опустела.

-Не знал, что тут тоже живут вампиры!- удивился Важек. Его жена с негодованием заметила:

-И, кажется, здесь подобных нам готовы обвинить в чем угодно!

Важек успокаивающе сжал ее руку.

Яромир рассудительно заметил:

-Возможно, подозрения этого синьора Эспозито не лишены оснований. Эти маскарады как будто нарочно созданы для разных темных дел. Нам следует быть осторожнее и сосредоточить усилия на охране Ее Высочества.

Римар усмехнулся:

-Да, особенно тебе и Рюгу. Вы оба словно притягиваете к себе неприятности!

Яромир пожал плечами:

-Возможно, ты прав, но когда на моих глаз двое здоровых парней избивают связанную женщину, я не могу прикинуться слепым и глухим! Ты смог бы сделать вид, что ничего не происходит? К тому же я так и не понял, в чем он обвинял бедняжку!

Римар смутился:

-Ты же знаешь, что я бы тоже не смог пройти мимо! Прости за глупую осторожность, можешь всегда рассчитывать на меня и мою шпагу!

Дверь в гостиную бесшумно приоткрылась, и на пороге показался заплаканный Курт. Элина посчитала, что для него достаточно впечатлений на сегодня, и уложила спать пораньше. После истории с быком малыш проявил неожиданное послушание и покорно улегся в кровать, а его родители спокойно отправились на бал.

Однако уже через пару часов он проснулся и отправился разыскивать их по пустым комнатам. Одна из служанок увидела в полутемном коридоре маленького человечка с отсвечивающими красным глазенками, от неожиданности выронила корзину с бельем и с криками убежала прочь.Вскоре она вернулась с двумя подругами и обнаружила, что мальчишка забился в угол в пустой комнате и горько плачет. Однако ни у кого из них не хватило смелости подойти поближе и успокоить маленького монстра.

Теперь Курт торопливо рассказывал о своих злоключениях, то и дело всхлипывая, а Римар и Элина обнимали и жалели малыша. Оба испытывали муки совести, понимая, что желая избавиться от хлопот, доставили немало неприятных минут своему ребенку. Элина сама прослезилась и поклялась больше не оставлять сына в одиночестве. Римар горячо поддержал ее, и Курт наконец улыбнулся.

Наконец все разошлись по своим комнатам, их первый день в городе на воде оказался слишком длинным и богатым на события. Лиза бросила последний взгляд на темную воду внизу, в которой отражались гаснущие одно за другим окна дворца, и закрыла тяжелые портьеры из красного бархата, в собранном виде напоминающие паруса корабля. Затем подошла к зеркалу, занимающему чуть ли не половину стены. Дома у нее тоже было зеркало, но оно было намного меньше, единственное во всем Красном Замке, а здесь такое в каждой комнате. Неслыханная роскошь!

Одну за другой она вынула шпильки из замысловатой прически, и тяжелый водопад золотых волос опустился ниже пояса. В темной глубине зеркала позади ее отразился стройный силуэт ее мужа. Лиза чуть усмехнулась, и как только ему удается подкрадываться так бесшумно! Зеркальный двойник барона выглядел мрачным и озабоченным. Не оборачиваясь, молодая женщина удивленно спросила:

-Ты чем-то расстроен?

Рюдигер осторожно провел рукой по блестящему золоту волос и постарался придать голосу равнодушие:

-Этот наглец на балу…Что ему от тебя было нужно?

Но Лизу не обмануло его показное спокойствие. Под маской безразличия скрывался гнев и недоумение. Неужели он до сих пор помнит об этом? Хотя, наверное любой мужчина повел бы себя также…

- Он ничего не говорил, но старался заглянуть в глаза. Когда я попыталась уйти, он похоже разозлился и силой повернул меня к себе. Ну ты же знаешь, я с детства не люблю подобных вольностей, и хорошие манеры здесь совсем не причем! Да ты похоже ревнуешь! А сам в это время любезничал в уголке с той самой вампиршой, которую чуть не придушили этот Марио с помощником! Но я видела, как она сама к тебе навязалась, и не слишком сержусь на тебя!

Рюдигер не нашелся, что возразить на это справедливое заявление, и просто развернул ее к себе и принялся целовать. Затем поднял на руки и направился к большой кровати. По дороге он задул свечи, и комната погрузилась во мрак.

Раздосадованный Марио кутался в шерстяной плащ и не замечал робкие попытки Антонио оправдаться.

-Синьор Марио, простите, что упустил эту стерву! Никак не думал, что они такие сильные!

Масляный фонарь на носу лодки качнулся, осветив лицо парня, на котором ясно читалось раскаяние. Его господин нехотя прервал молчание:

-В нашем деле промедление смерти подобно. Не люблю хоронить помощников, поэтому предпочитаю работать один! Если не прекратишь ловить ворон, то придется тебе вернуться в свою деревню.

-Нет, господин, не отсылайте меня, я постараюсь стать быстрым, как молния!-Антонио вовсе не стремился снова вернуться к привычным крестьянским занятиям. Пасти коз и выращивать виноград и вполовину не так интересно, как сражаться сколдунами-чернокнижниками и ловить уцелевших детей Черной Звезды. Правда карьера его предшественника закончилась не слишком хорошо. Беднягу разорвали на мелкие клочки волки-оборотни в пиренейских горах. Но Антонио искренне надеялся, что ему повезет больше.

- Синьор, вы не отошлете меня? - он с надеждой взглянул на погруженного в какие-то свои мысли господина. Между тем плавные размеренные движения гондольера стали более редкими, лодка замедлила свой ход. Они приближались к мосту Риальто. Марио заметил возвышающуюся над перилами фигуру в длинном плаще и шляпе.

-Так вы простите меня, господин?- продолжал ныть Антонио.

- Уже простил, только помолчи!- охотник за нечистью жестом приказал лодочнику остановиться.

Из трехэтажного палаццо на другом берегу выскользнула женская фигурка и поспешила навстречу стоящему на мосту незнакомцу. Гондола медленно и бесшумно вплыла под мост. Свет фонаря отражался в воде канала, и причудливые блики играли на деревянных досках у них над головой. Легкие шаги затихли, и теперь сюда доносились только обрывки разговора.

-Что так долго? Я уже собирался уходить!-с ноткой раздражения спросил неизвестный.

-О синьор, простите ради всего святого!Я пришла, как только освободилась. Сами понимаете, карнавал, у синьора Джакопо полон дом гостей…

-Ты принесла? - нетерпеливо оборвал ее собеседник. -Да синьор! Вот, оно было одним из ее любимых. Это было непросто, почти ничего не осталось, ведь уже семь лет прошло… -послышался легкий вздох.

-Вот держи, я не люблю быть неблагодарным!

-Нет, я не возьму!Я любила госпожу и была готова на все, чтобы ей помочь!-с негодованием воскликнула незнакомка.

-Что ж, твоя помощь может и сейчас еще пригодиться! -послышалась какая то возня, затем все стихло. Над головами Марио с помощником протопали тяжелые шаги, затем послышался всплеск весла, от правого края канала отчалила гондола, стремительно удаляясь вперед.

-Клянусь святым Христофором, что девушка не возвращалась в палаццо! -заявил агент Ватикана.

-Верно, она уехала с ним, похоже, они давно знакомы! - с умным видом заметил его слуга.

-Или ее увезли силой! Похоже, что мы сваляли дурака, приятель! Нюх мне подсказывает, что мы упустили крупную дичь!

-Синьор, вы стали слишком подозрительны. Ведь это Венеция, скорее всего какие-нибудь любовные шашни! - Антонио быстро заработал веслом, стараясь согреться. Засада под мостом чуть не превратила его в ледышку.

Марио Эспозито тяжело вздохнул:

- Я очень хочу, чтобы ты оказался прав!

Глава 4. К чему приводит любопытство

На следующее утро племянник синьора Кавалли появился довольно поздно. Вид у него был заспанный, но настроение прекрасное. Впрочем, вверенные его заботам чужестранцы тоже с трудом выбрались из уютных постелей, а вампиры вообще не вставали рано. Шарлотта захотела отправиться в собор Святого Марка. Николо, присевший на небольшой диванчик перед окном и почти задремавший, вздрогнул от ее вопроса и открыл глаза.

-Да, Ваше Высочество, это вполне возможно, - при этом мечтательная улыбка не покидала его губ. Яромир не удержался и подмигнул итальянцу:

-Как ее зовут, если не тайна?

Николо отрицательно покачал головой:

-Увы, я не знаю. Это же карнавал, здесь не спрашивают имен! Прекрасная синьора может оказаться белошвейкой, а может знатной дамой! Но все равно, она восхитительна, жаль, если мы больше не увидимся!

-Ну, вряд ли белошвейка будет отплясывать на балу в палаццо твоего дяди! - приятный баритон заставил всех обернуться к дверям. Синьор Бергамо стремительно прошел в комнату и изящно поклонился:

-Мое почтение господа! Ваше Высочество, я очарован!

Сейчас на нем не было маски, и Шарлотта смогла полностью рассмотреть гостя. Прямой нос, красивые губы, чуть грустный взгляд темных глаз – синьор Бергамо выглядел сильным и мужественным в отличие от изящного и по-девичьи смазливого Николо. Он с понимающей улыбкой поглядел на приятеля:

- Кажется, тебя очаровала супруга дона Фоскари, Аманда. Я бы на твоем месте был поосторожнее. Хотя прямо тебя никто не осудит, но Альберто Фоскари вдвое старше своей жены и ужасно ревнив!

Николо хмуро посмотрел на друга:

- Позволь мне решать свои дела самому. Я не спрашивал совета!

Он замолчал, не желая продолжать неприятный разговор, и вдруг заметил рядом с окном

барона фон Шлотерштайна. Вампир любовался городом, немного жмурясь от яркого утреннего солнца. Вспомнив, что барон понимает по-итальянски, Николо на миг замолчал, затем нерешительно обратился к алданцу:

- Прошу прощения, надеюсь, что вы сможете сохранить в тайне то, что здесь услышали?

Рюдигер пожал плечами:

- Я ничего не слышал, но готов повторить слова вашего друга об осторожности. Ваша жизнь дороже сомнительных удовольствий.

Николо неожиданно покраснел и горячо ответил:

-Вы совершенно правы, но разве у вас в Алдании не говорят, что сердцу не прикажешь? Не все браки заключаются на небесах, часто причиной для свадьбы служат богатство, высокое положение, знатные родственники, но никак не любовь!Однако иногда достаточно лишь взгляда, лишь касания рук, чтобы костер разгорелся. Возможно, он сожжет обоих, но сейчас они едва ли думают о последствиях!

Похоже, что эта тема задела молодого человека за живое. Он был не на шутку взволнован и тяжело дышал. Рюдигер растерянно взглянул на него:

-Прошу вас, простите мне мои поспешные выводы!Я не имею права никого осуждать !

Он протянул руку итальянцу, и тот осторожно сжал его сильную ладонь.

Главный храм города на воде отдаленно напоминал дворец восточного владыки круглыми куполами и высокими арками. Над центральным входом замерла в едином порыве четверка бронзовых коней, вывезенная одним из дожей из Константинополя, выше их на фронтоне здания расположился золотой лев - символ Венеции. Шагнув за двери собора, алданцы то и дело сдерживали восхищенные восклицания. Высокие купола собора покрывали яркие фрески, стены были украшены великолепной мозаикой. Над входом в алтарь были установлены бронзовые статуи распятого Христа и святых апостолов.

Подавленнные этим величием принцесса и ее спутники в торжественном молчании зажгли свечи и преклонили колени. Шарлотта горячо прошептала свою просьбу, смочив слезами гробницу Святого Марка. Даже Курт воздержался от вопросов, он только то и дело задирал голову вверх, стараясь получше разглядеть украшающие купол библейские сюжеты. Николо долго и отрешенно молился перед статуей Пречистой Девы. Рюдигер взглянул на молодого человека с искренним сочувствием и вдруг понял, что нигде не видит его друга Джеронимо. Впрочем, под величественными сводами Сан-Марко было легко заблудиться, а синьор Бергамо встретил их на выходе с приветливой улыбкой.

Каждый день карнавала обещал новые развлечения. Площадь перед собором постепенно заполнялась народом. На широком помосте появились бродячие артисты в пестрых костюмах и ярких масках. Их представление похоже пользовалось большим успехом у зрителей, которые внимательно следили за незамысловатым сюжетом и встречали каждую удачную шутку дружным хохотом. Николостарался как можно точнее передать смысл пьесы и при этом смягчить соленые шутки актеров.

На помосте разворачивалась история любви двух юных сердец. Похотливый и жадный отец юноши всячески чинил им препятствия, имея свои виды на юную красотку. Грубоватый тип со шпагой в украшенном ярким пером берете изображал соперника парнишки, стройная девица в ярком платье - служанку героини. Еще один в шутовском колпаке и трико из цветных лоскутков - незадачливого слугу. Его вольные шутки имели просто оглушительный успех. Хотя Рюдигер уже разобрался в общих чертах, в чем суть представления, синьор Бергамо любезно переводил каждое слово лицедеев, выполняя обязанности Николо, который оказался от них довольно далеко. Наградой за его старания служил звонкий смех Лизы и Ланы.

Между тем Курту быстро наскучило шумное действо. До смысла вольных простонародных шуток он еще не дорос и не понимал, над чем хохочет его отец и сдержанно улыбается матушка. Толпившиеся кругом люди раздражали его громкими голосами и не слишком приятными запахами. Мальчик незаметно вытянул свою руку из отцовской ладони и, удачно лавируя среди зрителей, выбрался на свободное пространство. Вздохнув полной грудью, маленький вампир огляделся. Кругом было пусто, только стайка голубей ссорилась из-за хлебных крошек. Неожиданно на площади появилась тощая черная кошка.

Она попыталась схватить одного из голубей, однако ее попытка закончилась неудачей. Но сама охотница здорово заинтересовала заскучавшего мальчишку. Пытаясь поймать ее, Курт добежал до края дворца с ажурными, будто кружевными арками и, завернув за угол, уткнулся носом в светло-коричневое сукно. Невысокий сутулый господин в хитро закрученном по местному обычаю тюрбане и полумаске еле устоял на ногах от резкого толчка и с любопытством взглянул на врезавшегося в него с разбегу парнишку. Рядом возник молчаливый слуга, не знающий, куда спрятать огромные руки.

Хорошенький мальчишка с черными локонами, выбивающимися из под бархатной шапочки, в свою очередь смело уставился на незнакомца серыми глазами в обрамлении длинных темных ресниц. Судя по красному бархатному камзольчику и блестящим сапожкам из дорогой кожи, родители этого ребенка не бедняки. Альдо Нери был скупщиком краденого, но не брезговал и торговлей людьми. За красивого мальчика турецкие перекупщики готовы заплатить не меньше, чем за сильного мужчину или красивую девственницу! Вот только истощенные дети из нищих кварталов совершенно не пользуются спросом. А на этом ангелочке можно хорошо заработать! Но старый негодяй совершенно не хотел рисковать и наживать себе смертных врагов среди всемогущих местных кланов. Если родители мальчонки принадлежат к городской знати, то греха не оберешься!

-Какой славный мальчик! Ты любишь сладкое?-порывшись в просторных складках одежды, Альдо протянул парнишке яркий леденец на палочке.

Маленький вампир повертел конфету в руках, понюхал и, скривившись, вернул обратно. Сладкое он терпеть не мог, да еще вдруг вспомнил сказку про злую ведьму, которая угостила принцессу отравленным яблоком. Они с Эльвирой ужасно любили эту историю, а мама, закончив рассказывать, всегда напоминала, что нельзя ничего брать у незнакомых людей.

-Не нравится? Первый раз вижу малыша, который отказался от конфеты! Как тебя зовут?

Курт непонимающе покачал головой и повернулся, чтобы уйти. Ему вдруг стал неприятен этот вкрадчивый голос.

- Похоже, ты не понял ни одного слова. Чужестранец! Вот так удача! Разве твои родители не знают, что опасно оставлять детей без присмотра в чужом городе! Куда же ты торопишься! - Альдо крепко схватил парнишку за руку и дернул к себе. Но мальчишка оказался неожиданно сильным и ловко вырвался.

- Не дай ему уйти, держи гаденыша! - громила расставил ручищи, загораживая постреленку дорогу, Альдо снова попытался ухватить его сзади, но шустрый чертенок, обернувшись, больно лягнул его ногой и громко заорал на непонятном языке, призывая на помощь.

Увидев белые острые клыки во рту ребенка, негодяй растерянно разжал руки и прислонился к стене. Отличавшийся тугодумием Дзанни, слуга Альдо, все же сгреб в охапку не замолкающего ни на миг Курта, но тот в отчаянии тяпнул верзилу за руку своими острыми зубами. Вскрикнув от боли, тот выпустил свою жертву, маленький вампир с отвращением сплюнул и со всех ног пустился прочь.

- Да что же ты такое! - удивленно прошептал скупщик краденого. До него постепенно доходил весь ужас совершенной ошибки. Перейти дорогу детям Черной Звезды намного опаснее, чем случайно продать в рабство отпрыска одной из знатных семей. Он частенько имел дело с господами, чьи лица всегда были скрыты, и хорошо знал, кто прячется под маской. Немного опомнившись от увиденного, Альдо быстро скомандовал слуге:

-Уходим! - и вдруг почувствовал, как в спину уперлось острие клинка. Не решаясь обернуться, он перевел взгляд на Дзанни, которому подбежавший Яромир уже успел разбить нос, и теперь крепко держал, заломив руку за спину. Изящная блондинка, сдернув неудобную маску, плача, обнимала маленькое чудовище, без конца целуя и вытирая его измазанные кровью щеки белоснежным платочком.

Обнаружив, что Курт бесследно исчез, Элина чуть не потеряла сознание. Римар растерянно оглядывался вокруг. Только что он держал мальчика за руку, а теперь его нигде не видно. Вдруг совершенно некстати вспомнилось, как вчера он желал сыну спокойной ночи, хотя до рассвета оставалось всего ничего. Мальчик горячо обнял его и неожиданно выпалил:

-Папа, я так люблю вас, и тебя, и маму! Только без Эльки ужасно скучно! Может, привезем ей что-нибудь красивое?

Римар, и сам истосковавшийся по дочурке, растроганно погладил Курта по темным кудрям и укрыл одеялом. А сейчас кругом был чужой незнакомый город, пестрая шумная толпа, чей язык непонятен, и он, взрослый сильный мужчина, совершенно не знал, где же искать своего маленького сына. Его паника передалась окружающим. Алданцы принялись звать мальчика, стараясь перекричать шум толпы и реплики лицедеев, но все было бесполезно. Вдруг Лана, недолго думая, подтянула длинные юбки и, попросив Яра помочь ей, забралась на плечи Важеку. Ловко удерживая равновесие, дикарка оглядела площадь:

-Вон там, на углу собора! Скорее!

Ее острые глаза увидели мелькнувшую красную курточку. Четверо друзей бросились к противоположному краю площади, расталкивая недовольно бурчащих зрителей. Рюдигер cумел срезать путь и появился из переулка прямо за спинами негодяев, отрезав им все пути к отступлению. Яромир и Римар стали свидетелями потасовки мальчишки со своими похитителями. Рассерженный Яр в два счета скрутил неповоротливого гиганта. А Римар, быстро убедившись, что с Куртом, влетевшим прямо в объятия Элины, все в порядке, направился к Альдо.

-Что ты хотел сделать с моим сыном? - Римар готов был прикончить мерзавца голыми руками, и Альдо, поняв его слова без перевода, попытался вырваться из железных объятий Рюдигера. Барон был крестным мальчика, к тому же искренне привязался к нему этим летом, которое Римар с семьей провел в Темнолесье. Сейчас он с трудом сдерживал желание свернуть шею этой гадине в человеческом облике на месте, не дожидаясь представителей закона.

-Хорошенькие мальчики ценятся на рынках Леванта не меньше, чем красивые девственницы!-усмехнулся Джеронимо. -Правда я никогда не слышал, чтобы малолетние вампиры также пользовались спросом.

Римар, которому не понравились эти слова, сердито взглянул на итальянца, но синьор Бергамо лишь пожал плечами:

-Именно потому, что твой парнишка не такой, как все, ему удалось избежать этой печальной участи!

Между тем Лана и Лиза пошептались между собой, баронесса ткнула работорговца острием шпаги и заявила:

-Парни, отдайте его нам!

Лана, на которой уже не было маски, поддержала ее, ослепительно улыбнувшись:

-Мы сумеем хорошенько позаботиться о негодяях, ворующих детей.

В руках ее блеснули два длинных кинжала. Огромный Дзанни испуганно покосился на острые зубы хорошенькой синьоры и задрожал от страха. Николо, настроение которого было весьма трудно испортить, рассмеялся:

-Полегче красавицы, а то у них уже штаны мокрые. Мы передадим их городской страже.

За попытку похищения им светит до двадцати лет на галерах.

Яромир строго посмотрел на все еще всхлипывающего Курта:

-Надо бы тебя выпороть хорошенько! Ты только посмотри, до чего довел родителей! Но у твоего отца рука не поднимется… - впрочем у самого Яромира тоже не поднялась бы, парнишка и так натерпелся в прошлом. Пытаясь избавиться от охватившего его гнева, капитан гвардейцев с размаха впечатал кулак в лицо Альдо и с отвращением плюнул на землю. Альдо даже не пикнул, справедливо рассудив, что сломанный нос – сущая ерунда по сравнению с тем, что могли бы с ним сделать ночные хозяева города. А что касается галер, то и капитан стражи ему кое-чем обязан.

После того, как поникших мерзавцев увели в тюрьму, беззаботное настроение покинуло алданцев. Элина захотела немедленно вернуться в их временное пристанище, а Ее Высочество решила, что подруге крайне необходима ее поддержка. Принц Станислав не слишком радовался возможности провести вечер, вытирая слезы графини Забельской, но его никто и не спрашивал. Яромир отправился вместе с ними, считая своим долгом сопроводить Ее Высочество до безопасного места.

-Что же, -вздохнул Важек, - на сегодня и с нас достаточно развлечений!

Но Джеронимо Бергамо неожиданно воспротивился:

-Я не согласен! Теперь, когда высокие особы и маленькие дети покинули нас, мы с Николо покажем вам настоящий карнавал и настоящий город! Праздник не за стенами дворцов, праздник прямо на улицах!

Пьетро Томазини хмуро посмотрел на хорошо одетого господина, который склонился над очередным женским телом, выловленным из канала. На трупе не было совсем ничего, только на волосах уцелела сеточка, удерживающая густые темные волосы в сложной прическе. Марио Эспозито, не оборачиваясь , спросил:

-Вы еще не узнали, кто она?

Пьетро недовольно ответил:

-Нет, господин. Но мои люди работают!

К ним подбежал запыхавшийся Энцо. Отдышавшись, молодой человек торопливо заговорил:

- Довольно трудно выяснить, кто не вернулся домой во время карнавала. Но если брать в расчет только богатые дома до моста Риальто, то нам удалось выяснить, что прошлой ночью дома не ночевали супруга Анджело Фоскари и вдова Ринальдо Манчини, а также кухарка в доме господина Кавалли и его молодой племянник. Кроме того, исчезла одна из молодых горничных в палаццо де Оро, принадлежащем семье Гримальди. Она в отличие от остальных до сих пор не вернулась домой.

Синьор Эспозито стремительно повернулся к дознавателям:

-Палаццо де Оро! Так что же ты стоишь!Быстро назад, нам нужен кто-то, кто сможет опознать тело!

Доверившись своим провожатым, алданцы с головой окунулись в бурный водоворот карнавала. На других улицах, не столь красивых, как главная площадь, также бушевало неудержимое веселье. Среди шумной толпы, спрятавшей лица под яркими масками было невозможно отличить слугу от господина. Город спешил насладиться последними деньками Масленницы перед приближающимся Великим постом.

Наконец устав от бесконечных танцев и веселой музыки, они забрались в гондолу и медленно плыли вдоль праздничных улиц, постепенно прячущихся в вечерний сумрак. Неожиданно синьро Бергамо взял лежавшую на скамье лютню и коснулся струн. Нежный и грустный звон поплыл над каналом, затем молодой человек неожиданно запел. У него оказался неплохой голос. Только песня, похоже, была не из веселых.

Николо изумленно уставился на приятеля. Важек пытался понять слова, Лана и Лиза просто наслаждались чудесной мелодией и красивым голосом. Рюдигер так же старался разгадать смысл песни, отдельные слова и фразы вдруг сложились вместе и поразили его горькой печалью и искренней болью.

«Любовь и смерть всегда рядом словно сестры. Почему, стоит мне лишь узнать тебя, ты уходишь!Ты уходишь туда, откуда не возвращаются, оставляя меня здесь, в мире живых!Но сердце мое умерло вместе с тобой, и не будет мне покоя, пока я не найду тебя!Я смогу отыскать тебя даже в аду! Любовь и смерть всегда рядом. И тот, кто узнал одну, не испугается второй!»

Струны последний раз грустно всхлипнули и замолкли. Джеронимо отложил лютню, Николо осторожно взял его за руку:

-Ты все еще грустишь о ней! Уже столько лет прошло. .

-Всего лишь семь! Ты же знаешь, я не забуду ее до самой смерти, да и после смерти…

-Не думаю, что Лючии бы понравилось видеть, как ты разрушаешь свою жизнь! - горячо возразил молодой Кавалли. Спохватившись, он обернулся к алданцам:

-Мой друг семь лет назад потерял любимую и все еще не оправился от этой потери!

Лиза не поняла ни слова из красивой грустной песни итальянца, но остро почувствовала его горе и незажившую рану в сердце. Она взяла молодого человека за руку:

-Вы должны молиться о ней! Бог поможет вылечить вашу боль и даст покой ее душе!

Синьор Бергамо удивленно поднял полные слез глаза на жену вампира:

-Вот уж не думал, что в стране, где чуть ли не половина жителей нелюди, так искренне верят в Господа нашего!

Важек усмехнулся:

-Да, мы не сжигаем еретиков на кострах, но не забываем о Боге и его заповедях в повседневной жизни!

Николо поспешил направить разговор в нужное русло:

-Вечером на канале довольно прохладно. Да я уже промерз до костей! Пора поискать хорошую таверну!

Как будто в ответ на его слова, справа от них появилась освещенная масляными фонарями вывеска c надписью «Королевский фазан», под которой красовалась грубо намалеванная жареная птица и бутылка вина.

- Королевский? - рассмеялся Важек, слишком уж скромно выглядели почерневшие от сырости стены таверны и обшарпанная дверь. Джеронимо понимающе кивнул:

- Конечно, короли сюда вряд ли заглядывали, но готовят здесь вкусно, да и вино неплохое.

Вскоре они уже сидели под низким потолком таверны и с аппетитом уничтожали рагу из тушеных в вине голубей, поданное в глиняных горшочках. Лиза с ехидством заметила, что не только с королями, но и с фазанами видимо сейчас перебои.

-Ничего, и голуби тоже вполне съедобны, - Рюдигер обглодал последнюю косточку и с сожалением заглянул в быстро опустевший горшочек. - Но этим и ребенка не накормишь!

Непривычная еда с острыми приправами только раздразнила его аппетит. Он дотронулся до висевшего на поясе мешочка с монетами:

-Нельзя ли заказать еще что-нибудь?

Синьор Бергамо удивленно уставился на вампира, быстрее всех справившегося с ужином, но Николо уже заранее предусмотрел подобное развитие событий. Круглощекая девица поставила на стол глиняную тарелку с жареной бараниной. За едой все сняли маски, и племянник сеньора Кавалли искренне надеялся, что в полутемной таверне никто не станет внимательно разглядывать алданцев.

Однако вскоре хорошее вино избавило его от излишней осторожности и вернуло веселое настроение. Его спутники, разомлев от тепла и сытной еды, лениво отодвинулись от быстро опустевшего стола. Обычно бледные, лица вампиров разрумянились, глаза довольно блестели. Лана умиротворенно склонила голову на плечо мужа.

-Чудесный вечер! И местечко уютное.

Лизу заинтересовал способ приготовления голубя в вине. Николо улыбнулся:

-Боюсь, что это секрет хозяина таверны! Но если хотите, могу расспросить нашего повара!

Важек с трудом сдержал смех:

-Ты что собираешься, вернувшись домой, настрелять голубей? Рюдигер, ты будь повнимательнее, садясь обедать! Так и до ворон можно дойти!

Его слова вызвали всеобщий смех. Лишь Джеронимо был непривычно грустен и молчалив. Его маска лежала на грубой столешнице, словно мертвая бабочка, и казалось все оживление и кураж покинули молодого человека вместе с кусочком черного бархата. Он задумчиво сжимал в ладонях глиняную кружку, иногда глаза его останавливались на баронессе фон Шлотерштайн. Под кошачьей маской , оказывается, скрывались красивые серые глаза под темными бровями, аккуратный чуть вздернутый носик и алые пухлые губки, словно созданные для поцелуев. Неожиданно лицо его стало мрачным, он уставился в темноту, сгустившуюся в дальнем углу зала.

За соседним столом расположилась шумная компания молодых горожан. Их также прогнал сюда ночной холод. Согреваясь вином в ожидании заказа, молодые люди шумно переговаривались, не обращая внимания на окружающих. Рюдигер, разобравший несколько фраз , с удивлением прислушался к чужой беседе.

-Теперь не то что раньше, не прогуляешь до самого утра! - невысокий толстячок в обязательной здесь маске и красно-желтом камзоле жадно приложился к глиняной кружке. В ответ раздался дружный хохот приятелей:

-Это еще почему, Гуччо? Или ты боишься, что папенька заругает!

Обиженный Гуччо сердито заявил:

-Это вовсе не шутки! Разве вы не слышали о человеке с черным лицом. Говорят, это маска самой смерти! Каждую ночь в каналах находят мертвые тела…

Длинный парень в шляпе с небольшими полями, украшенной петушиным пером, засмеялся:

-Неужели ты веришь этим старушечьим сплетням! Гуччо, ты ужевзрослый парень!

Однако толстячка поддержал худощавый, шустрый как ртуть, юноша в зеленом камзоле и полосатых трико:

-Я бы не сказал, что это сплетни, Франко! У меня дядя в городской страже, так он сам рассказывал…. Молодые женщины, совершенно голые, и самое ужасное…-тут парень выдержал эффектную паузу, - у всех вырезано сердце!

Его слова потонули в визге присутствующих с ними девиц и свисте возмущенных друзей.

Рюдигер обратился к Николо:

-То, о чем они говорят, это правда?

Венецианец растерянно вздохнул:

-Легенда о Черной маске старая, люди всегда любили страшные истории. Но я не думаю, что действительно стоит чего-то опасаться!

Он хотел добавить, что уж нелюдям точно нечего беспокоиться, но Лиза непонимающе переспросила, о чем они говорят, что еще за Черная маска такая…

-В городе исчезают люди, госпожа баронесса! Молодые красивые девушки умирают каждую праздничную ночь! - к их столу незаметно подошел Марио Эспозито. - И это, cиньор Кавалли, не просто страшные истории, ваши алданские друзья имеют право знать, что здесь происходит! Кроме того, здесь неплохо устроились несколько порождений Черной Звезды, - будто не замечая возмущенного лица Лизы, агент Ватикана продолжил, - давно известно, что одинокий прохожий на здешних улицах обречен! К утру в нем не останется ни капли крови!

-Что вы хотите сказать? - молодая женщина сердито свела ровные темные брови, но Рюдигер обнял ее, привлекая к себе. Он холодно взглянул на синьора Эспозито:

- Если вы готовы предъявить нам обвинение, то выражайтесь более понятно! Если же просто решили блеснуть остроумием, то не играйте с огнем! Терпение не принадлежит к числу моих добродетелей!

Важек испуганно пнул вампира под столом, не хватало еще заиметь себе врага в лице агента его преосвященства.

Однако Марио, увидев, что его слова достигли цели, неожиданно отступил:

-Я верный слуга церкви, а она не одобряет поединки! Но я в отличие от здешних властей, готовых заключать сделки хоть с турецким султаном, хоть с чертом, никогда не поверю, что пьющие кровь могут быть безобидны! Я буду следить за каждым вашим шагом!

Закончив напыщенную речь, он гордо повернулся, чтобы уйти, но в этот момент Лана, сидевшая к нему ближе всех, быстро вытянула ногу вперед. Запнувшись, Марио с трудом удержал равновесие. Чтобы не упасть, ему пришлось ухватиться за край стола. Сдержав рвущиеся наружу ругательства, он взглянул на рыжую красотку. Юная вампирша сочувственно улыбнулась:

-Вы бы поосторожнее, синьор Эспозито, ведь так и покалечиться недолго!

Антонио, неизменно сопровождавший своего господина, ахнул, увидев ее острые клыки:

-Ешё одна… Вот нечисти развелось, спаси нас святой Христофор!

Лана, не удержавшись, клацнула на него зубами. Парень отшатнулся от нее и поспешил за господином, непрерывно крестясь. Николо переглянулся с другом, оба с трудом сдерживали смех. Рыжая вампирша вела себя, словно проказник мальчишка. Он впервые подумал, что она должно быть еще очень молода, наверное и двадцати еще не исполнилось.

Важек, от которого не укрылись проделки жены, укоризненно взглянул на нее:

-Радость моя, ну к чему такое ребячество!

Лана невинно улыбнулась:

-Прости, но он был такой важный и уверенный в себе! Вот я и решила, что немного сбить спесь ему не помешает. .

Глава 5. Поединок

Холодный ночной воздух немного остудил пыл охотника. Марио уже жалел о собственной вспышке, из-за которой ему пришлось покинуть уютное теплое помещение, да еще выставить себя перед проклятыми нелюдями в таком глупом виде. Он было направился к покачивающейся на привязи гондоле, но затем решительно остановился. Топавший сзади Антонио уткнулся ему в спину:

-Но, господин, разве мы не возвращаемся домой?

-Только не сейчас! Они могут сколько угодно притворяться обычными людьми, но я уверен, что их натура даст о себе знать! Поэтому мы дождемся, когда они покинут таверну и последуем за ними.

-Как прикажете, синьор Марио, - зевнул во весь рот парень. Он искренне считал, что самое трудное в охоте на нелюдей – не уснуть в засаде в самый ответственный момент.

Агент его преосвященства решительно свернул в черный проем арки рядом с таверной, но удобное местечко уже было занято. Не человечески сильные пальцы втянули его в подворотню, он больно ударился спиной о каменную стену. Марио с ужасом увидел приближающее к нему бледное лицо с горящими, словно тлеющие угли, глазами и острые клыки, готовые вонзиться в шею. Надо же было так попасться…Рука отчаянно пыталась нащупать ножны с серебряным кинжалом.

- Антонио! - прохрипел охотник.

- Я иду, синьор! - в трудную минуту парень не струсил и, выхватив клинок, бросился на помощь. Однако из глубины арки ему навстречу метнулась еще одна тень. Выглянувшая на минуту из-за туч луна осветила белый овал лица и тускло блеснувшую полоску стали. Слуга Марио все же успел ответить на удар, но его противник был слишком быстрым. Удары сыпались на Антонио со всех сторон, он вертелся, словно мельница, чувствуя, что скоро выдохнется и проиграет этот смертельный бой.

Между тем Марио приходилось совсем плохо. Он все же дотянулся до кинжала, но вампир, видевший в ночной тьме не хуже, чем днем, перехватил его руку.

- Ну, вот и все! Разве ты не знаешь, что таким как ты, здесь не рады? - он оскалил в усмешке длинные острые зубы. – Что бы избавиться от такого ничтожества, мне не стоит даже пачкать клинок!

Другой рукой нелюдь схватил Марио за горло и медленно сжимал пальцы, с презрением наблюдая за слабыми попытками освободиться.

Алданцы наконец покинули «Королевский фазан». Не торопясь, они направились к своей гондоле, но их внимание привлек шум, доносившийся из – под арки. Подойдя поближе, они стали свидетелями неравного поединка. Антонио, услышав чужие шаги за спиной, отчаянно воскликнул:

-Ради всего святого помогите, эта тварь убьет моего господина!

Призывая на помощь, он ослабил внимание и пропустил удар, но синьор Бергамо стремительно выхватив шпагу из ножен, встретил чужой клинок. Рюдигер, Важек и молодой Кавалли бросились к Марио. Неизвестный в черном плаще, удерживающий охотника у стены, обернулся и недовольно рявкнул, оскалив острые зубы:

-Убирайтесь отсюда, если жизнь дорога!

Николо отшатнулся, увидев искаженное ненавистью лицо монстра и блеснувшие красным глаза. Но его спутников это нисколько не смутило. Рюдигер презрительно усмехнулся, показав не менее острые клыки:

-Тот, кто нападает из-за угла, словно бесчестный вор, не смеет мне указывать!

Услышав немецкую речь и почувствовав рядом еще одного вампира, Танос отшвырнул полупридушенного Марио, словно надоевшую игрушку, и шагнул навстречу алданцам.

-Я узнал тебя! Ты испортил мою охоту, но помог сбежать моей сестре! Теперь спасаешь жизнь тому, кто убил немало нам подобных! Кто ты такой, что бы бросить вызов мне и всему роду Кратос!

-Слишком много слов! Если помнишь, ты оскорбил мою жену и позорно сбежал от честного боя!

-Что же, сейчас я к вашим услугам! -Танос вынул шпагу и первым ударил алданца. Однако барон оказался готов к этому, и быстро выхватив клинок из ножен, отбил удар. В темноте подворотни только по яростному звону шпаг можно было догадаться, что бой идет нешуточный.

Лиза подняла оброненный Марио серебряный кинжал и вжалась в холодные камни. Не в силах разглядеть хоть что-нибудь в окружающем ее мраке, она пыталась угадать, что происходит, но лязг железа и звуки шагов стремительно удалялись от нее. Наконец, не думая о последствиях, она рванулась вперед, в непроглядную темноту, и в два счета миновав коридор под зданием, выбежала на другую улицу.

Здес ьбыло не так темно, но все же она чуть не прыгнула в затхлую воду, едва успев остановиться на самом краю узкой мощеной дорожки. Над небольшим каналом нависал изящный мостик, в воде отражалась бледная луна и несколько еще не погасших окон. На обветшавших балкончиках висело застиранное белье. По другую сторону канала в соседнем здании так же чернел проем арки. Кругом была тишина, как на кладбище, и Лизе вдруг захотелось завыть в голос от охватившей ее безысходности.

Второго вампира подвела самоуверенность, он не считал человека опасным противником, и Джеронимо удалось выманить его на набережную. Увидев окруживших его людей, он запаниковал и даже пропустил несколько ударов. Затем увернувшись от шпаги противника, рванулся к хрупкой фигурке с непослушной гривой рыжих волос и попытался схватить ее. В последний момент бедняга понял, что слегка просчитался в выборе заложницы. Дикарка ловко увернулась от его объятий, затем подскочив поближе , быстро ударила недотепу в лицо.

Видимо, рука у нее была тяжелая, так как противник Джеронимо пошатнулся и , пытаясь сохранить равновесие, отступил назад. На свою беду он запнулся о деревянный ящик, служившей днем сидением торговке рыбой, и шлепнулся прямо в канал. Увидев подбежавшую к краю причала компанию, вампир благоразумно поплыл в обратную сторону. Все удивленно смотрели, как избавившись от тяжелого плаща, он рассекал холодную воду, словно дельфин. Наконецон добрался до противоположного берега и исчез в темноте.

-Ловко ты его приложила, - прихрамывающий Антонио наконец добрел до них, -молодец, девчонка.

В пылу сражения он не заметил, что шпага противника все же достала его, но сейчас рана начала болеть и кровоточить. Лана, не смутившись, кивнула:

-Надо бы еще добавить, но негодяй слишком быстро плавает!-она вдруг смешно сморщила нос и принюхалась, -да ты ранен! Надо перевязать!

Антонио узнал в отчаянной воительнице рыжую вампиршу из таверны и поспешил отказаться от первой помощи. Но Лана уже потеряла к нему всякий интерес. Она оглядывалась по сторонам в поисках старшей подруги, но Лизы нигде не было видно. Дикарка растерянно оглянулась на мужа:

-Где же Лиза?

Важек коротко выругался, и схватив Лану за руку, бегом рванул к темной подворотне. Впрочем, его жена вскоре вырвалась вперед, и он еле поспевал за ней, надеясь, что под ногами нет серьезных препятствий. Николо с приятелем и охотники поспешили за ними следом. На одном дыхании преодолев длинный темный тоннель, они увидели Лизу, стоявшую к ним спиной. Ее плечи беззвучно вздрагивали, и Лана поспешила обнять подругу. Лиза посмотрела на них мокрыми глазами:

-Ведь Рюг совсем не знает города, этому разбойнику из подворотни ничего не стоит завести его куда-нибудь…. - она не договорила, жалобно всхлипнув.

Джеронимо преувеличенно бодро поспешил утешить красавицу:

-Не стоит так расстраиваться, милая синьора! Ваш муж мне кажется достаточно опытным бойцом! Весь город говорит о его сражении с быком на главной площади! Он вполне сумеет за себя постоять!

Молодая женщина выпрямилась, ее голос стал неожиданно жестким:

-Если с ним хоть что-нибудь случится, я этого мерзавца надену на осиновый кол, как цыпленка на вертел!

-Не беспокойтесь, баронесса, кол в сердце он обязательно получит, я обещаю! -неожиданно подал голос синьор Эспозито. Джеронимо переглянулся с Николо:

-Мы у себя дома, попробуем их догнать! Возможно, они всего лишь на соседней улице!

Танос уже понял, что решение принять вызов чужака было крайне опрометчивым. Барон владел шпагой намного лучше его, и гордому Кратосу все же пришлось подумать об отступлении. Он надеялся, что незнающий здешних переулков и подворотен Рюдигер вскоре потеряет его след и отстанет, но, похоже, тот был также упрям, как и наивен. Словно охотничья собака, проклятый чужак преследовал свою добычу, не отставая ни на шаг. Пробежав по мосту и выйдя через темный коридор арки на соседнюю улицу, они продолжили бой.

Не думающий ни о чем, кроме справедливого возмездия, Рюдигер атаковал противника, а тот отступал под натиском барона, ловко перепрыгивая корзины и лотки уличных торговцев. Без видимых усилий, словно уличный кот, Танос вскочил на деревянный прилавок, но взбешенный алданец не оценил его изящного прыжка. Ударом ноги он разнес постройку в мелкие щепки, и его противник оказался на мостовой посреди груды деревянных обломков. На мгновение он закрыл глаза в ожидании смертельного удара, но чужак неожиданно застыл на месте, терпеливо дожидаясь, пока Танос встанет.

Вскоре они опять скрестили шпаги, но обменявшись с бароном парой ударов, представитель рода Кратос снова задал деру. «Видимо жители Венеции подразумевают под поединком соревнование в беге!»- подумал Рюдигер, еле успевая менять направление на поворотах. Танос петлял словно заяц, уходивший от собачьей своры, но пока ему не удалось оторваться от своего преследователя. Когда они второй раз пронеслись мимо великолепной конной статуи какого-то знаменитого военачальника, Кратос вдруг сбавил ход и исчез за дверью высокого здания, кружевной спиралью уходившего в ночное небо.

Отставший от него всего на пару шагов барон фон Шлотерштайн с яростью рванул на себя медное кольцо на двери, едва не выдрав его из львиной пасти. Попав внутрь башни, он очутился на ступенях мраморной лестницы, украшенной по всей длине резными перилами из белого камня необыкновенной красоты. Однако разглядывать это великолепие Рюдигеру было некогда. На десяток ступненей выше шумно дышал запыхавшийся противник, и преодолев их одним прыжком, алданец приставил шпагу к его камзолу из черного бархата.

- Продолжим наш спор!

Танос лишь кивнул, не в силах вымолвить ни слова, и схватился за шпагу. Шаг за шагом они поднялись на самый вверх странной башни. Вдруг казавшийся совершенно обессиленным противник барона легко перемахнул через каменное кружево перил и полетел вниз. Однако он не разбился в лепешку о каменную мостовую, а приземлился на обе ноги на крыше трехэтажного палаццо, стоявшего почти впритык к чудо-лестнице. Негодяй с намешкой посмотрел на алданца, оставшегося наверху. В лунном свете его клыкастая улыбка показалась Рюдигеру особенно ехидной. «Ну нет, ты от меня так просто не отделаешься!» В азарте погони он совершенно не думал об опасности, и взобравшись на перила, решительно шагнул вниз.

Его друзья почти потеряли надежду найти их в переплетении узких старинных улочек да еще посреди ночи. Вдруг Лана подняла глаза вверх, залюбовавшись чудесной лестницей башней и, заметив снующие по ней темные фигурки, удивленно спросила:

-Да кто это там носится?

Поскольку палаццо Контарини дель Боволо было видно за пару кварталов, все поспешили туда. Благодаря Джеронимо, знавшему с детства здесь каждый уголок, они срезали путь и стали свидетелями смелого прыжка барона фон Шлотерштайна на соседнюю крышу.

-Нет, они точно нелюди! - выдохнул Антонио и запнулся, увидев побледневшую от страха Лизу.

-Так я это говорю, неплохо, что нелюди. Обычный человек, ну скажем вроде меня, давно бы шею свернул, а они скачут, словно козлы…

Раздавший скрежет сползающей черепицы заставил его замолчать. Крыша была слегка покатой, и Рюдигер с трудом удерживал равновесие. Однако заметив рядом с печной трубой Таноса, он бросился к нему, не обращая внимания на трескающуюся под сапогами черепицу:

-Стой, трус! Ты бегаешь неплохо, гораздо лучше, чем фехтуешь! Мы еще не закончили, защищайся!

Танос обреченно отбивал удары:

-Ты так разозлился из-за человеческой девки? А ведь это ты вмешался в мою охоту!

-Ты говоришь о благородной женщине, моей жене! Где твое уважение? И что еще за охота такая? Похоже, этот город погряз в пороках!

Разозленный барон выгнал неприятеля из-за трубы и теснил к краю крыши.

-Эта грубая девка с манерами базарной торговки - твоя жена? Откуда ты вообще взялся, если тебе неизвестно, что карнавал самое удачное время для охоты за людьми, за их кровью?

Пораженный Рюдигер на миг замер на месте с поднятой шпагой:

-Так тебе была нужна ее кровь? Ах ты, грязная скотина, теперь тебе точно конец!

Он шагнул вперед, точно зная что его удар достигнет цели, но тут черепица под ногами съехала, и, потеряв равновесие, он упал. Танос, счастливо избежавший казалось неминуемой смерти, больно пнул его ногой и сам чуть не оказался рядом. Он принялся карабкаться наверх по осыпающимся плиткам черепицы и, наконец, сумел подняться на ноги. От предательского пинка Рюдигер стремительно съехал со скользкой и сырой крыши, но все же сумел ухватиться за край. Неимоверным усилием он подтянулся вверх, проводив взглядом растворившуюся в ночной тьме фигуру своего противника. Неожиданно его ноги нащупали опору. Осторожно ступив на каменную ограду, он отцепил непослушные пальцы от края крыши и спустился на открытую лоджию. В окнах богатого дома горел свет, гости еще не думали расходиться, но на его счастье здесь не было ни души. Осмотрев свою порванную в нескольких местах одежду, Рюдигер постарался придать лицу беззаботное выражение, маску он давно потерял, и неторопливо направился к лестнице, ведущей вниз.

На втором этаже барон столкнулся с двумя дамами в полумасках, которые проводили статного незнакомца в дорогой, но сильно потрепанной одежде долгими взглядами. Наконец он вышел на улицу и растерянно остановился , совершенно не понимая , где находится. Вряд ли ночью в чужом городе он сможет отыскать место, где расстался с друзьями. Без особой надежды вампир посмотрел на безлюдную улицу. У входа в палаццо горели масляные фонари, на воде покачивались нарядные гондолы, а прямо напротив него, молча, стояли семь человек. Они, так же как и Рюдигер, были без масок, вопреки здешним обычаям, и взглянув повнимательнее, он бегом бросился к ним.

Глава 6. В гостях гадалки

Проснувшийся поздно, Марио Эспозито был мрачен и неразговорчив. Обдумывая события прошлой ночи, он проклинал себя, что поддался чувствам и утратил бдительность, чуть не став жертвой обнаглевших местных кровососов. А ведь раньше одного его имени хватало, чтобы испортить нелюдям настроение. Плеснув в ладони из рукомойника ледяной воды, он безжалостно окунул в нее лицо. Но неприятные мысли не отступали. Хуже всего, что его, словно беспомощного ребенка, спасли алданцы. С ума сойти, он обязан жизнью вампиру…

Антонио поставил на стол еще горячую сковородку, на которой аппетитно шипела яичница с ветчиной.

-Синьор, вам надо поесть!-он обеспокоенно взглянул на хмурого господина и невпопад ляпнул, – А этот барон, как там его звать, сразу и не выговоришь, только язык сломаешь, отчаянный парень, хоть и нелюдь. Повезло нам, что они не сразу ушли из таверны…

Марио ударил по стене кулаком, от чего висевшая там картина опасно зашаталась:

-Черт бы побрал этих алданцев! Путаются под ногами, сбивают со следа…Наверняка этой ночью погибла еще одна девица, пока мы любовались на двух упырей, скачущих по крышам! Собирайся, идем в городскую управу!

-А как же завтрак? - Антонио с надеждой заглянул в глаза господину, но тот был непреклонен:

-Да черт с ним, с завтраком! Поторопись!

Однако эта ночь прошла на удивление спокойно. Нет, было двое покойников. Первый, матрос с торгового корабля, был зарезан в пьяной драке, второй , бездомный бродяга, стал жертвой своей любви к дешевому вину и как ни странно, ночного холода. Последнюю из убитых женщин звали Франческа, она была служанкой в доме богатого купца Оттавио Гримальди. Марио хмуро рассматривал свои записи, надеясь разглядеть в неровных строчках что-то важное, что-то такое, что придало бы смысл всему происходящему.

Была горничной хозяйки, синьоры Летиции, попала в дом Гримальди совсем юной, Долгое время прислуживала их средней дочери Лючии, которая неожиданно умерла семь лет назад. Незамужем, несмотря на свои двадцать пять, хотя, говорят, была недурна собой. Марио вздохнул, теперь это уже неважно.

Но говорят, у Франчески был поклонник, Альберто Росси, стеклодув из Мурано. И пару дней назад девушка вместе с подругой Бьянкой, работающей на кухне, ходили к донне Фабиане, знаменитой местной гадалке. Впрочем, Бьянка была разочарована визитом. Несмотря на то, что они заплатили старой ведьме по двадцать пять сольдо, ничего хорошего она им не сказала. Бьянке, уже полгода встречающейся с горшечником Гвидо, она предсказала встречу с суженым только будущей осенью и отъезд на чужбину. А Франческа вышла от колдуньи задумчивой, долго отказывалась говорить о предсказаниях, затем призналась, что Фабиана несла какую-то чушь о человеке из прошлого. Вот только она совсем не представляет, кто бы это мог быть… Марио обвел имя гадалки кружочком и задумался. Видимо Бьянка все же не права, называя донну Фабиану старой мошенницей. Франческа действительно встретилась на мосту с кем-то, кого хорошо знала и кому доверяла.

Что до двух других, то выяснение их личностей немало позабавило Антонио и озадачило его господина. Первая девушка, Симона Грасси, оказалась проституткой, а вторая жертва ночного убийцы, как ни странно, монахиней. Как сестра Доминика из францисканской обители оказалась голой в канале, ее подруги совершенно не могли объяснить. Девушка не покидала монастырь в последний день своей жизни…

Охотник повертел в руках стеклянный браслет, принадлежавший Франческе. Подарок ее жениха, Альберто. Парень сидел под стражей, в городской тюрьме за Дворцом Дожей. Несмотря на старания тюремщиков, стеклодув твердо стоял на своем. Да, он видел Франческу в день ее смерти. Но девушка отказалась погулять с ним по городу, сославшись на то, что у хозяев вечером будут гости. Они еще немного поболтали, и он ушел. Свидетелей их разговора было достаточно, и никакого ночного свидания на мосту он невесте не назначал. Марио был уверен, что парень не врет и убедил Пьетро Томазини отпустить стеклодува. Больше никаких зацепок, если только…

-Антонио, ты не хочешь сходить к предсказательнице, узнать свою судьбу, какие-нибудь особые приметы своей суженой?

Слуга испуганно перекрестился:

-Господь с вами синьор! А гадания всякие - это грех. Да и не хочу я знать ни про судьбу, ни про жену. Если все знать заранее, то и жить и, помирать скучно будет!

Агент Ватикана с уважением поглядел на простоватого с виду верзилу. Тот продолжал равномерно водить ножом по точильному камню, полностью сосредоточившись на этом занятии. Закончив, он осторожно проверил остроту лезвия пальцем и убрал кинжал в ножны. Затем хитро подмигнул господину:

- Но если для дела, то я готов и ведьму навестить!

Лиза зябко поежилась. Камин в их комнате давно погас, да и толку от него было немного. Здешние люди привыкли к почти постоянному теплу, а зима для них лишь кратковременная неприятность. Да они и правы, разве это зима, даже снега не увидишь! Бледное солнце уже давно появилось на пасмурном сером небе, но покидать постель отчаянно не хотелось. Лиза прижалась к Рюдигеру и потянула на себя легкое одеяло. Вопреки распространенному мнению о вампирах, холодных и неподвижных во сне, как покойники, ее муж был горячим, словно деревенская печка.

Но после ночной погони он действительно спал, как убитый, даже не меняя позы, в которой свалился на кровать, и Лизе было не на кого обрушить свое возмущение. Что это за город, в котором опасности подстерегают на каждом шагу! И какое дело подданному короля Алдании, барону фон Шлотерштайну, до того безобразия, которое творится на ночных улицах Венеции! Нет, она не упрекала его за то, что он спас жизнь этому Марио, который за пару минут в таверне наговорил им целую кучу обидных вещей. Но совершенно не стоило испытывать судьбу, преследуя негодяя по ночным улицам, и уж тем более, не стоило прыгать с башни, рискуя переломать все кости.

Еще вчера она сочувствовала Римару и Элине, которые вдвоем не уследили за непоседливым мальчишкой. Благодарила Бога, что все закончилось благополучно, маленький крестник ее мужа остался цел и невредим, радовалась, что их собственные проказники находятся далеко отсюда в полной безопасности в замке фон Шлотерштайнов. Но теперь, похоже, ей придется тревожиться о взрослом мужчине, ведущем себя порой хуже неразумного ребенка! То, что ее муж в совершенстве владеет любым оружием и в несколько раз сильнее и быстрее обычного человека, ничуть не успокаивало Лизу. Вместе с добрым отзывчивым сердцем и прямодушием это было поистине опасное сочетание.

Сгорающий от любопытства Яромир все же не стал расспрашивать друзей о ночных приключениях в присутствии принцессы и ее супруга. Однако украдкой взглянув на вампира, явно здорово проголодавшегося и метущего со стола все подряд, усмехнулся. Похоже, ночка у его друзей была веселая.

Николо появился в этот раз один, объяснив, что у Джеронимо какие-то неотложные дела. Яромир на правах старшего поинтересовался, что он думает о ночном происшествии. Молодой Кавалли пожал плечами:

-Не знаю, что и сказать, признаться, я думал, что подобные истории всего лишь легенды и глупые суеверия! Что в нашем городе также есть создания Черной Звезды, и что они охотятся на обычных людей, я узнал только вчера!

Племянник синьора Кавалли выглядел потрясенным. За несколько дней, проведенных в обществе алданцев, он привык к своим подопечным и совсем не считал опасными ни рыжую красавицу, ни барона фон Шлотерштайна. Однако пережитое в темном переулке заставило его по-другому оценить своих новых знакомых. Он неуверенно взглянул на Яромира:

-А что у вас в Алдании делают в подобных случаях?

Лиза возмутилась:

-У нас таких случаев не бывает! Только в страшных сказках о вечно живущих или переболевших чумой…

Важек поддержал ее:

-Нет, конечно, и у нас не все прекрасно. Воров и преступников хватает, и квартал Висельников тому подтверждение. Но никто не нападает на ближнего из-за угла, чтобы поужинать! Это просто Росомахи какие-то!

Николо переспросил:

-Росомахи? Это еще кто?

Яромир не удержался и влез в разговор:

-Племя лесных дикарей-каннибалов, которое имело несчастье обидеть Лану! После этого они как-то сразу зачахли и начали быстро вымирать!

Лана бешено сверкнула на него глазами:

-Обидели? Да они моего брата сожрали! Выбери другой повод для шуток!

Она вдруг покраснела и выбежала из гостиной. Важек сердито посмотрел на Яра:

-Тебе бы только посмеяться.

Он бросился вслед за женой. Николо растерянно проводил их взглядом. Но Яр поспешил успокоить итальянца:

-Ничего страшного, все утрясется. Зря я конечно это ляпнул. Но, похоже, гулять ночью здесь действительно опасно!

Рюдигер вспомнил слова мерзавца о том, что карнавал самое лучшее время для охоты, и с трудом сдержал охвативший его гнев. Лиза осторожно дотронулась до его руки:

-Что с тобой творится?

Он попытался ей улыбнуться, но получилось совсем неубедительно. Ее волнующая красота, полная жизни и молодого задора, вызывающая у него восхищение и вполне понятные каждому мужчине желания, воспринималась наглецом из рода Кратос совсем по-другому. Негодяй продал душу дьяволу, и Рюдигер просто обязан его уничтожить. Он слишком сильно сжал бокал, тонкое стекло хрустнуло, осколки впились в ладонь, и золотистое вино, смешавшись с кровью, закапало на белоснежную рубашку. Лиза испуганно охнула и осторожно разогнула его непослушные пальцы, быстро собрав осколки в салфетку. Она вдруг сердито посмотрела на мужа:

-Даже не пытайся! Пусть этим городской совет занимается и агент его преосвященства!

-Я убью его, честью клянусь. - голос вампира был обманчиво спокоен, Николо удивленно рассматривал его ладонь, на которой не осталось ни единой царапины. Яромир опустился в небольшое мягкое кресло рядом с ними.

-У тебя есть обязанности, поэтому никакой самодеятельности, слышишь! Но не стоит так переживать, мы отрежем ему голову все вместе.

Важек обнял стоящую у окна жену за плечи. Лана вся дрожала, у нее никак не получалось взять в себя в руки и успокоиться. Остановившимся взглядом она смотрела в окно на широкий , словно полноводная река, канал, плывущие по нему лодки и дворцы на другом берегу, но видела совсем другое…

Зимний морозный день, солнце отражается от блестящего снега, покрывшегося за ночь корочкой наста, и режет глаза. Запах смерти и страха, которым пропитано все вокруг, и страшный забор вокруг чужой деревни. Голова ее брата-близнеца с широко открытыми глазами насажена на кол, одна из многих в длинном страшном ряду. Рот открыт в предсмертном оскале. Что было последним в его жизни, мольбы о помощи или проклятья своим убийцам?

Важек силой развернул ее к себе и заставил поглядеть в глаза.

-Эй, очнись! Ты здесь со мной, все плохое далеко в прошлом и уже не вернется. Я никому не позволю тебя обидеть! Вот сейчас пойду и дам Яромиру в зубы, чтобы следил за словами!

Лана против воли улыбнулась, представив своего невысокого супруга, бросающего вызов здоровенному Яру.

-Я не обижаюсь на дураков, так что оставь его в живых.

Она быстро поцеловала его в губы и глубоко вздохнула. Кошмар сразу потерял свои краски, поблек, словно трава на летнем солнце, и отступил, спрятавшись куда-то в укромный уголок памяти.

Большой двухэтажный дом с открытой верандой выглядел старым и заброшенным. В летнюю пору веранду оплетали ветви дикого винограда с кислыми, немного терпкими черными ягодами. Постепенно лоза захватила весь дом, добравшись до самой крыши. Сейчас ее плети, голые и высохшие, придавали почерневшим от сырости стенам строения еще более мрачный вид. Стоявшие рядом здания также были покинуты своими хозяевами, и мрачно смотрели на узкую улочку пустыми глазницами. Но в доме с верандой окна были забиты досками, а дверь наглухо заперта.

Танос с трудом открыл глаза и сел на широкой кровати под балдахином. Последние лучи вечернего солнца с трудом, но все же проникали в полутемную комнату через приколоченные снаружи доски. Внутренняя обстановка резко отличалась от убогого внешнего вида здания. Мягкий ковер под ногами, мебель из красного дерева, бархатные шторы на окнах - ничуть не хуже, чем в любом богатом доме. Наследник рода Кратос с удивлением обнаружил, что улегся спать прямо в верхней одежде, даже не потрудившись снять сапоги.

Он со стыдом вспомнил вчерашнюю дуэль, вернее свое позорное бегство. Отвязавшись наконец от до тошноты упрямого алданца, злой и измотанный, он утолил свой голод кровью пьяного бродяги, уснушего прямо на улице, и получил в наследство жуткую головную боль и спазмы в желудке. В ушах стоял непрекращающийся шум.

Однако прислушавшись к мелодичному женскому голосу, напевавшему легкомысленную песенку, Танос понял, что это уже не плод пьяных фантазий, а реальность. Подняв тяжелую, словно сделанную из чугуна, голову, он увидел свою сестру. Сидя перед зеркалом, Медея укладывала свои роскошные черные волосы и весело напевала песенку, подхваченную видимо у одной из служанок.

Привыкнув постоянно скрываться, местные вампиры превратились в настоящих детей ночи, и приступали к активной жизни только к вечеру. Заметив, что брат проснулся, она позвонила в колокольчик, и вскоре дрожащая от страха девица поставила перед молодым господином подноc, на котором стоял графин с темнокрасным содержимым и бокал. Осушив графин до дна, младший Кратос почувствовал себя намного лучше. Медея удивленно наблюдала за ним. Обычно выглядевший безукоризненно, гордый и надменный красавчик сейчас имел довольно жалкий и помятый вид.

-Что с тобой случилось? Ты провел ночь в портовом кабаке? - вампирша не удержалась от язвительного замечания. Ей, как родной сестре, было позволено разговаривать с ним в таком тоне. Брат сделал вид, что не замечает насмешки.

-Ты знаешь, что в городе объявился охотник. Посланник кардинала Сальваторе из Вечного Города. Ты уже встречала его на балу в палаццо Кавалли.

Медея вздрогнула и дотронулась до шеи, снова чувствуя прикосновение серебряной цепи. Ее брат, на лицо которого вернулись краски после пары бокалов крови, кивнул:

-Да я говорю именно о нем. Взяв с собой кузена Ренцо, я решил выследить ищейку и избавиться от него. Все шло отлично, но рядом оказался тот чужак, что испортил нам прошлую охоту, в компании все тех же людишек. Представь себе, он вступился за этого Марио Эспозито, как будто тот приходился ему родным братом. А после преследовал меня, словно бешеный пес, не отставая ни на шаг. Это просто неслыханно!

Медея воткнула в прическу еще пару шпилек и задумчиво произнесла :

-Он очень странный для вампира. Но он и его друзья помогли мне сбежать от охотника.

Она вспомнила синие глаза в прорезях маски и удивленный голос незнакомца, сильные руки, поддерживающие ее в сложных фигурах танца. Может быть, ей удастся встретить его еще раз. Например, сегодня, на балу во дворце дожа.

Танос, пораженный реакцией сестры на его слова и ее мечтательным видом, на минуту замолк. Ох уж эти женщины, еще и прихорашивается для этого мерзавца!

- Медея, мне очень жаль, если этот идиот вызвал твою симпатию, но лучше тебе забыть о нем! Он мне враг, а ты знаешь, что мои враги долго не живут! К тому же у него есть жена, если помнишь, та человеческая корова! Можешь себе представить!

Черноволосая красавица нахмурилась, неожиданно почувствовав укол глупой ревности. Среди местных вампиров того, кто решился бы на подобный союз, сочли бы сумасшедшим! Что ей за дело до какого-то ненормального. А вот брату одержимость местью может только навредить!

- Послушай, ты уже полгода считаешься главой клана! Твоей заботой должны быть управление семейным делом и забота о безопасности всех нас. Дуэли в темных переулках должны остаться в прошлом! Если бы ты был более внимательным, то нашел бы себе одинокую жертву в тот вечер, избежав объяснения с ревнивым мужем! И кстати, когда ты в последний раз видел управляющего? Зеркала нашей фабрики стали плохо покупать, возможно, надо изменить цену или что-то изменить в самом товаре!

Каждое из трех вампирских семейств, живущих в Венеции, владело не только правом на кровь беспечных горожан в отведенных им кварталах, но и вполне солидным прибыльным торговым делом. Обычно дела вел наемный управляющий, раз в месяц предоставляющий полный отчет главе клана. Хотя лицо хозяина скрывала неизменная маска, и о его настоящей личности и имени управляющий не имел ни малейшего представления, но вести дела нечестно и обманывать загадочного владельца решались очень немногие. Как правило, жизнь такого горе-обманщика была очень короткой, а смерть ужасной.

Танос неожиданно расхохотался:

- Да ты и сама неплохо разбираешься в делах. Тебе надо найти мужа, сестрица! Что ты скажешь о молодом Леонардо? Ну не надо делать такое лицо, вижу, он тебе не по вкусу! Но все же тебе надо больше развлекаться, иначе ты превратишься в старуху. Ведь карнавал бывает раз в году, и эти ночи по праву принадлежат нам! И не надо упрекать меня в несдержанности! Только не говори, что тебе жаль эти ничтожные создания!

Медея отвернулась. Она любила младшего брата, но он с детства был слишком избалован и слишком жесток. Люди очень похожи на них и, несмотря на свою явную слабость и несовершенство, они настоящие хозяева этого города. Недооценивать их было бы глупо.

Уловив едва заметную перемену в настроении сестры, Танос поднялся с кровати и направился к дверям:

-Пойду, проведаю Ренцо. Может ему удалось узнать что-нибудь о чокнутом чужестранце!

Джеронимо неожиданно появился поздно вечером. Праздник во дворце дожа был в разгаре, Ее Высочество была окружена представителями местной знати. Шарлотта была очаровательна в зеленом платье с серебристыми узорами и изящной полумаске. Она вела непринужденною беседу с купцом Маттео Грасси, и предметом их разговора были отнюдь не милые пустяки, а деловые соглашения. Николо едва успевал переводить оживленную беседу. Четверо друзей пытались сохранять беззаботный вид, но сами напряженно изучали всех присутствующих, пытаясь угадать под яркой маской кого-нибудь из детей ночи. Их дамы откровенно скучали. Элине к тому же приходилось развлекать приемного сына, которого они с Римаром побоялись сегодня оставить одного. Теперь мальчик изводил ее вопросами, а она старалась отвечать на них спокойно и терпеливо. Наконец Лана сжалилась над подругой и потрогав Римара за плечо, тихонько сказала:

-Я побуду с Куртом, а ты потанцуй с женой.

Элина благодарно посмотрела на подругу, и вскоре она и Римар уже кружились в танце. Лиза с завистью проводила взглядом красивую пару. Ее супругу сегодня было не до развлечений. Он и Яромир не сводили глаз с пестрой толпы. Неожиданно Рюдигер почувствовал за спиной чужой взгляд. Быстро обернувшись, он увидел даму в золотом платье и кошачьей маске, быстро затерявшуюся среди других гостей. Запах другого вампира быстро растворялся в душном воздухе, и барон, не теряя ни минуты, бросился на поиски незнакомки. Яромир замер в ожидании, увидев, что друг напал на след.

Лиза же рассерженно махнула рукой, направляясь к скамейке у стены, где Лана и Курт развлекались, обсуждая разодетых гостей. Важек, стоявший рядом, то и дело сдерживал смех, слушая, как его жена подбирает для важных персон точные и ядовитые сравнения. Лиза уже собиралась к ним присоединиться, как вдруг ей преградил дорогу высокий господин в камзоле из черной парчи.

-Синьор Бергамо!-молодая женщина слегка вздрогнула, удивленная его внезапным появлением.

-К вашим услугам, моя госпожа! - молодой человек слегка улыбнулся. - Вижу, вы скучаете! Позвольте пригласить вас на танец!

Лиза неожиданно для себя согласилась. Ей вдруг захотелось немного позлить мужа. Пусть не думает, что может бросить ее одну на весь вечер. Музыка смолкла, и тут же заиграла вновь. Дамы и кавалеры выстроились в пары и принялись кланяться друг другу, то сближаясь, то удаляясь. Рюдигер пересек весь зал и выскочил в коридор, но вампирши в кошачьей маске и след простыл. Злясь, что так легко упустил ее, он вернулся к своим друзьям и с удивлением увидел свою жену, танцующую с Джеронимо. Нахмурившись, он опустился на низенькую скамейку и обратился к Важеку:

- Кажется, вам с Ланой стоит потанцевать, а мы с крестником немного поскучаем!

Важек быстро подхватил жену в охапку, и они исчезли.

Курт уныло протянул:

-И что хорошего в этих танцах и балах! По- моему, тоска зеленая!

Барон подмигнул мальчишке:

- Ну, я думаю, когда ты будешь постарше, твое мнение переменится. А сегодня еще будет фейерверк, тебе должно понравиться!

- Фейерверк – это здорово! - оживился маленький вампир. - А балы для девчонок, вот Элька была бы в восторге, да и мама любит танцевать! Женщины любят наряды и танцы, - добавил он с видом знатока. - А почему тетя Лизхен пошла танцевать с ним, а не с тобой?

Рюдигер растерянно пожал плечами, думая, что сам хотел бы это узнать. Курт тем временем продолжил:

-Он мне не нравится! А хочешь, я ему подножку подставлю или оболью чем-нибудь? Все подумают, что это вышло случайно…

Рюдигер улыбнулся:

-Нет, дружище, пожалуйста, не надо! Он еще не настолько провинился, чтобы отдать тебе его на расправу! - воображение против воли нарисовало ему растянувшегося на полу итальянца, и он с трудом сдержал смех.

-Ну как хочешь! - разочарованно вздохнул мальчик. - Но если он вздумает пригласить маму, то ему точно не сдобровать!

Наконец синьор Бергамо бережно подвел свою партнершу к скамейке у стены, на которой болтали два вампира. Он галантно склонился перед дамой, затем обратился к Рюдигеру:

-Господин барон, возвращаю вам вашу очаровательную супругу!

Рюдигер кивнул с равнодушным видом, хотя внутри у него все кипело. Лиза мило улыбнулась мужу:

-Ты все же решил уделить и мне немного внимания. Между прочим, синьор Бергамо прекрасно танцует!

Уловив в ее голосе скрытую обиду, Рюдигер немного успокоился:

-Я рад, что ты не скучала. Но я обещаю исправиться и больше тебя не покину!

Он с подозрением взглянул на Джеронимо, но тот лишь извиняющее улыбнулся, что поделать, с женщинами всегда трудно.

Гадалка Фабиана жила в небольшом домике с видом на залив. У причала покачивались рыбацкие лодки, пахло морем и какой-то особой свежестью. Предсказательница судьбы, к которой любили бегать местные девицы, оказалась вполне миловидной особой лет пятидесяти с приятным лицом и статной фигурой. Антонио ожидал увидеть сморщенную старую ведьму и был даже немного разочарован. Внутри маленького домика было тепло и уютно, из большого окна открывался прекрасный вид на море, сливавшееся на горизонте с бескрайним серым небом.

-И с чем же пожаловал ко мне человек самого Луиджи Сальваторе?- Фабиана пронзила охотника острым взглядом серо-зеленых глаз. Антонио, удивленный подобной проницательностью, даже рот приоткрыл. Но Марио было весьма трудно смутить.

- Донна Фабиана, для такой сильной провидицы не трудно угадать не только мое имя, но и цель моего визита. Но не буду затруднять вас лишней работой. Что вы можете сказать вот об этой вещи?

Молодой человек протянул гадалке браслет погибшей Франчески. Женщина сжала дешевое украшение в ладони и закрыла глаза. На несколько минут она замерла в неком трансе, затем очнулась и уронила браслет на стол, будто он обжигал ей руки. Она сердито взглянула на Марио:

-Хозяйка этой вещи мертва! Что еще ты хотел бы знать?

-Это я знаю, - кивнул охотник, - но я хотел бы знать , как она умерла. Ведь эта девушка побывала у тебя незадолго до своей смерти. Ты предсказала ей встречу со старым знакомым и, возможно, что-то еще. Уж постарайся, вспомни!

Гадалка тяжело вздохнула:

- Юноша, ты вынуждаешь меня видеть ужасные вещи!

Она снова взяла браслет и, закрыв глаза, стала монотонно раскачиваться. Марио и Антонио уже успели заскучать, как вдруг лицо женщины исказила гримаса ужаса, выронив браслет она попыталась закрыться руками от чего-то невидимого, воскликнув:

-Нет, пожалуйста, не надо!

Затем издала душераздирающий вопль и упала лицом вниз, лишившись сознания. Молодые люди испуганно смотрели на нее несколько мгновений, затем вскочили и начали тормошить, приводя в чувство. Наконец гадалка пришла в себя. Лицо ее было совершенно белым, а зубы стучали. Выпив воды, она метнула сердитый взгляд на Антонио:

-Совершенно незачем было хлопать меня по спине! Только не твоими ручищами! Женщина тебе не бревно и не мешок с мукой, увалень деревенский!

Тот попытался оправдаться:

-Да ведь я как лучше хотел…

Но Марио не дал ему договорить:

-Что ты видела? Рассказывай немедленно.

Гадалка с трудом уняла дрожь в коленях:

-Хозяйка браслета умерла от ножа. Человек с черным лицом вырезал ее сердце и сжег перед отвратительным идолом, и демон забрал ее душу!

Антонио недоверчиво переспросил:

-Человек с черным лицом?

-Ну да, мавр, или ты никогда не видел чернокожего? - устало усмехнулась гадалка. - И вот еще что, господин охотник, я видела там книгу. Великую книгу мертвых. Зло пришло в наш беспечный город, и в неумелых руках эта книга натворит много бед! А теперь уходите, мне надо в себя придти!

-Подожди, ты еще не сказала, что за человек из прошлого! - заторопился Марио. Донна Фабиана окончательно вышла из себя:

-Я чуть не умерла от ужаса ради его прихоти, а ему все мало! Тот, с кем в ее прошлом связаны какие-то печальные события, он недавно приехал издалека! Больше ничего не скажу, убирайтесь!

Антонио подхватил под руку своего господина и потащил к выходу:

-Синьор, нам и правда лучше уйти, а то еще проклянет сгоряча!

Как только они покинули жилище гадалки, дверь за ними с грохотом захлопнулась. Очутившись на улице, слуга растерянно спросил:

-И кого же нам теперь искать, синьор? Мавра, который давно знал Франческу?

Марио Эспозито задумчиво глядел в морские дали:

-Пока не знаю, Антонио. Для начала нам надо зайти в таверну и немного выпить!

Глава 7. Западня

Этот день прошел для принцессы Шарлотты и ее спутников без приключений. Теперь кроме неизменного Николо, который одинаково бойко говорил почти на всех языках, алданцев всюду сопровождал и синьор Бергамо. Друг Николо провел с ними весь день и остался на ужин в палаццо Кавалли. Николо искренне радовался общению с ним. Но всем было понятно, что молодого человека привлекает сюда не только старая дружба.

Синьор Бергамо был галантен и предупредителен по отношению ко всем дамам, присутвующим здесь. Но Лиза слегка вздрагивала, когда он помогал ей выйти из лодки или любезно отодвигал стул. Слишком уж заметным было его внимание. Рюдигер лишь сдвигал ровные черные брови, но не говорил ни слова.

Зато Николо заметил странное поведение друга. Выбрав удобный момент, он отозвал его в сторону:

-Что ты делаешь? Или тебе жить надоело?

Джеронимо поглядел на него отрешенным пустым взглядом:

-Когда на ней маска, мне кажется, что Лючия вернулась. Совершенно такие же волосы, фигура, даже голос похож. И маску она выбрала такую же. Ведь Лючия обожала носить «гнагу»!

Николо вышел из себя:

-Теперь только осталось дождаться, когда ее муж оторвет тебе голову! Ты не видел, что они с Яромиром сделали с быком на площади. Эти алданцы все ненормальные, а барон к тому же и не человек. Не хотел бы я встретиться с ним один на один в темном переулке!

Джеронимо наконец вернулся к действительности:

-Не надо преувеличивать. Он неплохой парень, к тому я не сделал ничего такого, что бы нарушало правило приличия. И потом, это у тебя интрижка с чужой женой, а ты еще даешь мне советы!

Он намеренно коснулся запретной темы в разговоре с другом. Но Николо был слишком обеспокоен, чтобы принять его укол всерьез:

-Да пойми ты наконец, это не Лючия! Она совсем другая. Твоя невеста покончила с собой от отчаяния, не в силах противиться родительской воле. От Лизы никто не дождался бы ничего подобного, скорее она переоделась бы в мальчишку и сбежала вместе с тобой в дальние страны. Причем о твоем согласии она спросила бы в последнюю очередь! Я рад, что ты наконец вспомнил о других женщинах, но чужая жена не самый подходящий вариант, тем более жена вампира!

Джеронимо улыбнулся и похлопал молодого Кавалли по плечу:

-Не переживай так, я не помешанный, и прекрасно понимаю, что она чужестранка и замужем! Я просто восхищен ее красотой, но не более…

Николо слегка успокоили его слова, и они вернулись к остальным. Однако Курт, который в этот вечер разделял все взрослые приключения, слишком внимательно наблюдал за сеньором Бергамо. Решив, что от такого количества подмеченных им вздохов и задумчивых взглядов в сторону тети Лизхен его уже тошнит, маленький вампир решил действовать.

Дождавшись, когда его жертва в очередной раз замрет, разглядывая красавицу, мальчишка незаметно передвинул поближе тарелку с бараньим рагу под острым соусом. Голос принцессы вернул синьора Бергамо к действительности, и повернувшись к Шарлотте, он задел локтем тарелку и опрокинул жирное мясо на свой дорогой костюм.

С трудом сдержав ругательства в присутствии коронованных особ, женщин и маленьких детей, Джеронимо встал из-за стола, чтобы привести себя, насколько возможно, в приличный вид. Однако его плащ совершенно случайно зацепился за небольшой гвоздь, торчавший из ножки стула, и с треском разорвался почти ровно пополам.

Лиза, Элина и даже принцесса кинулись ему на помощь. С помощью носовых платков им удалось слегка уменьшить нанесенный камзолу непоправимый урон. Но вот с плащом было покончено раз и навсегда.

Рюдигер внимательно поглядел на крестника, но Курт только невинно улыбнулся и принялся старательно изучать узоры на скатерти. Римар сразу понял, кто виноват в несчастье, постигшем итальянца, и незаметно погрозил сыну пальцем. Однако в глубине души он счел, что Джеронимо получил по заслугам, и решил особо не ругать проказника.

Наконец ужин закончился, синьор Бергамо откланялся. Все собрались расходиться по своим комнатам. Лиза с благодарностью расцеловала Курта, прекрасно понимая, что именно ему обязан своими неприятностями ее назойливый поклонник.

Рюдигер уже хотел поторопить супругу, но вдруг услышал встревоженный шепот.

- Синьор, пожалуйста, подождите!

Юный слуга быстро сунул ему в руку скомканный клочок бумаги и чуть не бегом покинул комнату. Рюдигер пожал плечами, не понимая, чем вызвано такое поспешное бегство, и развернул изрядно помятое послание. Записка была написана по-немецки с жуткими ошибками. Его просили явиться этим вечером в таверну Марциано на площади Святой Маргариты. Внизу стояла подпись Марио Эспозито. Рюдигер догнал спешившего к лестнице Николо и попросил объяснить, где находится таверна. Молодой Кавалли удивленно посмотрел на вампира:

- Вы что барон, собираетесь на свидание?

Яромир заинтересованно переспросил:

- Зачем тебе понадобилась Святая Маргарита, да еще на ночь глядя?

Рюдигер молча протянул ему записку. Яромир быстро пробежал глазами неровные строчки и вернул бумагу другу.

-Ну что же, распоряжения охране я оставил. Думаю, мы с тобой может отправиться на встречу с синьором Эспозито.

-И куда это вы собираетесь? – Лиза недовольно вмешалась в разговор. – Что за у вас за тайны?

Выслушав объяснения, она уверенно заявила, что тоже отправляется с ними. Яромир с сомнением поглядел на жену друга:

- Это может оказаться ловушкой. На твоем месте я бы остался.

Лиза обиженно возразила, что не видит ничего опасного в посланце Ватикана и не собирается скучать в одиночестве. Рюдигер обреченно согласился, Яромир недовольно покачал головой, но посчитал разумным промолчать.

Покинув палаццо Гримальди, они очутились на улицах ночного города. Площадь Сан-Маргерит находилась в паре кварталов от их временого пристаница. Заведение синьора Марциано находилось на нижнем этаже трехэтажного здания. По бокам стояли еще два с ажурными балкончиками и сквозными арками. Пространство между зданиями, ограниченное каналом, было выложено каменными плитами, в середине уютно журчал небольшой фонтанчик.

Племянник хозяина любезно проводил их почти до самой таверны, затем вежливо извинился и, сославшись на неотложные дела, покинул алданцев. Яромир улыбнулся:

- Парнишка времени зря не теряет. Ох, и высоченные рога у мужа этой самой Аманды.

Рюдигер, которому не слишком нравилась эта скользкая тема, невежливо перебил друга:

- Вот и заведение Марциано.

Яромир толкнул дверь:

- Ну что же, сейчас узнаем, какие неотложные дела не дают спать посланцу Ватикана.

Внутри таверны было почти пусто. Двое оборванцев играли в кости, за пустым столом сладко спал парень в кожаной куртке, у окна скучали две девицы в одинаковых желтых платьях. Марио с помощником расположились за столом напротив входа. Увидев знакомые лица, Лиза весело объявила:

- А вот и наш инквизитор!

Марио вежливо, но холодновато поздоровался с алданцами. Антонио, напротив, с радостью пожал протянутые руки.

Рюдигер нетерпеливо взглянул на охотника:

- Я готов выслушать вас, синьор Эспозито.

Марио непонимающе переспросил:

-Готовы выслушать? Я конечно благодарен за вашу помощь прошлой ночью, да что там, за спасение жизни! Я получил ваше послание и хотел бы более подробных разъяснений!

- О чем вы говорите? – нахмурился барон.

- Как это о чем? О вашей записке, конечно! – Марио выложил на стол мятый листок бумаги, точно такой же, как и у вампира. Приглашение в таверну Марциано завершала подпись Рюдигера фон Шлотерштайна.

Алданец недоверчиво рассматривал свое имя, Лиза рассмеялась:

- Похоже, кто-то решил подшутить над вами!

Яромир бесцеремонно забрал листок у итальянца и сложил оборванные края с запиской вампира.

- Я не вижу здесь повода для шуток. Это скорее подозрительно, чем смешно. Может, поговорим откровенно? Ты следишь за нами?

- С чего ты взял? – слишком живо ответил Марио.

Яромир улыбнулся:

- Мне кажется, твои хозяева не могли оставить без внимания наследную принцессу Алдании. Они должны хотя бы попытаться вымазать нас грязью! Я прав?

Марио нахмурился:

- Не скрою, мне советовали к вам присмотреться. Скажу честно, я не испытываю большого доверия к детям Черной Звезды…

Рюдигер не удержался от презрительного замечания:

- К слугам инквизиции я не испытываю вообще никакого доверия.

Марио сердито ответил:

- В том, что вы не безобидные овечки, я убедился на собственной шкуре.

Он закатал рукав, демонстрируя причудливую вязь шрамов.

- Память о знакомстве с оборотнем.

Лиза недоверчиво сморщила нос:

- С чего ты взял, что это был именно оборотень? Возможно, просто волк, которому ты не понравился!

Синьор Эспозито чуть не задохнулся от подобной наглости:

- Уж поверьте милая синьора, мне хорошо известно, что такое оборотни! Да и с вампирами я встречался не только за кружкой вина.

Рюдигер чуть улыбнулся:

- Не буду вспоминать про вчерашнее, но, надеюсь, что другие ваши победы были честными! Обычно для таких, как вы, все средства хороши!

- Что вы хотите сказать? – оскорбился Марио.

Яромир поспешил вмешаться:

- Во время войны мы достаточно насмотрелись, на что способны так называемые слуги церкви. Но думаю, сейчас нам не стоит ссориться. Но раз уж мы встретились, может расскажешь нам, что или кого на самом деле ты ищешь в Венеции?

Марио молчал, сверля глазами сидящего напротив вампира. Все происходящее казалось ему нелепой шуткой или кошмарным сном. Слуга кардинала слишком хорошо усвоил, что нелюдей надо убивать, они порождения тьмы, изначальные враги рода людского. Записку, написанную от имени алданца, он воспринял, как насмешку или возможную ловушку, и явился в таверну вооруженный до зубов.

Однако нелюдь, рассматривающий охотника с равнодушным презрением, вчера спас ему жизнь. Марио неожиданно подумал, что стоит смирить гордыню. Вполне возможно, что алданцы окажутся полезными.

- Ну что же, я думаю, что вам я могу довериться. Дело в том, что в городе происходят странные вещи. Почти каждую ночь расстается с жизнью женщина.

Рюдигер удивленно спросил:

- Разве властям неизвестно об этом? Необходимо остановить праздник и заняться поисками убийцы!

Марио со вздохом ответил:

- Власти не хотят паники, делают вид, что ничего не происходит. И потом, вы не знаете местных обычаев! Даже чума не в силах остановить здешнее веселье.

Яромира заинтересовали подробности.

- А с чего ты взял, что убивает один человек? Ну-ка, расскажи все, что тебе известно…

Увлеченные разговором они не заметили, как в таверну заглянул еще один посетитель. Одетый во все черное незнакомец заказал кружку вина и подсел к скучающим девицам в желтых платьях. Вскоре он покинул таверну вместе с одной из них.

Марио нерешительно взглянул на супругу барона:

- Не знаю, стоит ли говорить об этом в присутствии дамы…

Лиза нетерпеливо перебила его:

- Конечно, стоит. Опасность угрожает именно женщинам, так что рассказывайте синьор, не стесняйтесь!

В это время вторая девушка наконец решила покинуть таверну. Тяжело хлопнула дверь, возвестив об ее уходе, и почти сразу же раздался крик. Девица стрелой влетела обратно. Она разевала рот, как рыба, не в силах издать ни звука и лишь показывала рукой на дверь.

Антонио подскочил к бедняжке, с участием обняв за дрожащие плечи:

- Что случилось, милая?

Однако несчастная смогла выдавить лишь два слова:

-Джулия! Там…

Яромир решительно поднялся из-за стола.

- Ну что же, господа, думаю, стоит взглянуть, что так напугало бедную девушку! Рюг, ты идешь?

Однако Лиза вскочила первой и твердо заявила:

- Мы обязательно поможем!

Из приоткрытой двери потянуло холодом, в который вплетались сладкие нотки крови. Вампир утвердительно кивнул Яромиру :

- Вы идите, мы догоним, только обсудим кое-что.

Яр посмотрел на друга с сочувствием и вместе с охотником направился к дверям. Лиза непонимающе взглянула на мужа:

- Что ты хочешь обсудить?

Но он молча схватил ее за руку и потащил за собой. Лиза, почувствовав неладное, отчаянно пыталась вырваться.

- Рюдигер, ты что делаешь! Отпусти меня, да что случилось?

- Лизхен, любимая, прости, но я не могу подвергать тебя опасности!

Он разжал пальцы, но лишь затем, чтобы покрепче обхватить за талию. Дотащив упирающуюся Лизхен до конца прилавка, Рюдигер отпихнул испуганную служанку с кувшином в руках и ногой распахнул дверь в кладовку. Быстро затолкав туда Лизу, он захлопнул дверь и задвинул засов. Дверь тут же содрогнулась от сильных ударов.

-Рюдигер фон Шлотерштайн, да что ты себе позволяешь? Я взрослая женщина, я твоя жена… Я не собираюсь сидеть взаперти, пока тебя убивают! Выпусти меня, немедленно открой дверь!

Барон сделал над собой усилие и решительно зашагал прочь от кладовки, стараясь не прислушиваться к доносившимся из-за двери возмущенным воплям супруги.

Джулия сидела у каменного фонтанчика в центре площади. Марио, не церемонясь, откинул длинные темные волосы и приподнял голову. Желтое платье было испачкано кровью, на шее темнели следы зубов. Однако она еще была жива. Очевидно, громкие крики ее подруги спугнули хищника.

Охотник гневно набросился на алданцев:

- И вы еще можете говорить о доверии к вам подобным? Ей прокусили горло!

- Кто же знал, что ваша беседа так затянется! У моего кузена просто пересохло в горле. – с усмешкой в голосе прозвучал странно знакомый голос.

Стройный незнакомец в черном бесшумно появился из темноты. На нем не было маски, и Рюдигер сразу узнал своего вчерашнего соперника. Но этим вечером Танос был не один. Черными тенями выскользнули из подворотни двое, бесшумно спрыгнул с с балкона третий, только прошелестели полы плаща. Вампиры рода Кратос замерли, словно изваяния, ожидая приказа своего господина.

Танос скривил красивые губы в презрительной усмешке:

- Но ожидание того стоило! Господин Эспозито, известный, как лучший охотник на детей Ночи, и вампир, прислуживающий жалким людишкам. Я буду рад прикончить вас двоих!

Яромир невежливо перебил Таноса:

- Нас четверо, если ты умеешь считать! Может уже начнем, или ты сюда поболтать пришел? Вы тут, я смотрю, больше покрасоваться любите да за юбками побегать.

Насмешка в словах алданца привела вампира в бешенство.

-Что вы стоите, вперед! - заорал он на своих бойцов. - Разорвите их в клочья!

Кратос рванулся к барону, и их шпаги радостным звоном отклинулись на новую встречу. Небольшая площадь перед таверной тут же превратилась в поле боя. С бешеной скоростью замелькали клинки. Марио вытащил из-под плаща небольшой арбалет, и первый же бегущий к нему вампир был обстрелян серебряными болтами. Яромир со злой улыбкой отбивал удары, умело орудуя шпагой и кинжалом. Его противник не ожидал от обычного человека такой ловкости и потихоньку начинал злиться.

Рюдигер уверенно атаковал противника, Кратос шаг за шагом отступал к узкому ограждению над каналом. Вдруг он ловко ушел от удара алданца и запрыгнул на парапет. Рюдигер последовал за ним. Танос легко балансировал на узком бордюре, он даже пританцовывал, с издевкой глядя на соперника.

Рюдигер казался себе медведем на цирковом канате, но упорно продвигался вперед, отбивая ударыи даже пытаясь атаковать. Однако у Кратоса, который с детства привык к подобным развлечениям, это получалось намного лучше. Мелкими шажками он подобрался к алданцу и быстро выбросил руку вперед. Кончик его шпаги больно кольнул Рюга в плечо, бархат камзола потемнел от крови.

Танос довольно оскалился, но Рюдигер неожиданно ударил противника ногой, и тот слетел с ограждения. Однако вместо того, чтобы упасть в воду, он приземлился на одну из гондол, стоявших вдоль причала.

Не раздумывая, Рюдигер прыгнул следом, и соперники продолжили бой, перепрыгивая с одной лодки на другую. Проклятые посудины качались под ногами, словно корабли во время шторма, и оба противника с трудом удерживали равновесие. Отбив очередной удар Таноса, Рюдигер устремился следом за врагом, легко перелетевшим на соседнюю гондолу. Но поставив ногу на дно, он вдруг понял, что лодки стремительно расплываются в стороны. Неимоверным усилием он свел их вместе и перебрался на соседнее суденшко, еле успев увернуться от чужой шпаги.

Они снова обменялись ударами, превращая в лохмотья одежду друг друга. Венецианец намеренно раскачивал гондолу, надеясь, что противник не сможет устоять на ногах. Однако алданец выпрямился и попытался достать Кратоса шпагой. Его движения были неуклюжими, но рука по-прежнему твердой. Острый клинок прочертил кровавую полосу на камзоле врага, но Танос уже балансировал на последней гондоле. Оттуда он запрыгнул на каменный парапет, отпихнув лодку в сторону.

Барон прыгнул за ним, но промахнулся и приземлился в воду. Танос с довольным видом наблюдал, как мокрый и злой Рюдигер карабкается в лодку. Кажется, его месть почти удалась. Наследник клана тяжело перенес свое поражение, но теперь заставил противника играть по своим правилам. Однако, враг все еще жив, и если поединок продолжится на твердой земле, неизвестно, как все повернется. Вампир обратил внимание на тусклый свет в окнах таверны и неожиданно понял, сможет сделать этот вечер незабываемым для алданца, даже не убивая его.

Забравшись на ограждение, Рюдигер не обнаружил своего противника. Он вылил воду из сапог и огляделся. Танос бесследно исчез. Вдруг что-то мелькнуло в темном проеме арки. Бросившись туда, Рюг больно ударился головой о каменный свод. Проход оказался для него слишком низким. Не обращая внимания на искры в глазах, он выбежал на соседнюю улицу и в растерянности остановился. Вокруг не было ни души, враг словно растворился в темных переулках.

Марио израсходовал запас болтов, но зато вывел из строя двоих вампиров. Достав из ножен шпагу с серебряным клинком и такой же кинжал, он смело встретил следующего противника. Со спины к нему подбирался еще один, но Антонио позаимствовал весло на одной из гондол и, хорошенько размахнувшись, обрушил его на голову врага. Марио старался исправить свою репутацию лучшего охотника и борца с нечистью, и его соперник медленно пятился назад, опасаясь клинка, покрытого смертельным серебром.

Яромир продолжал бой с высоким нелюдем, похоже, таким же упрямым, как капитан гвардейцев. Неожиданно он сделал обманный выпад, уклонился и затем воткнул шпагу в грудь противника. Острие вошло почти рядом с сердцем, враг выронил оружие, и зажимая рану, быстро отступил в темноту.

Лиза привыкла, что в семейных ссорах последнее слово остается за ней. Однако в этот раз Рюдигер перешел все границы. Не стал ничего слушать, а просто взял и запер в темной кладовке. Ну ничего, он ей за это еще ответит! Дверь неожиданно поддалась ее напору, и баронесса налетела на хозяина таверны и вместе с ним рухнула на пол. Быстро встав на ноги, Лиза протянула руку пожилому синьору, но он быстро замотал головой, отодвигаясь от нее подальше. Молодая женщина смущенно пробормотала извинения и выбежала на улицу. Здесь было тихо и безлюдно.

Не понимая, куда все исчезли, Лиза растерянно добрела да середины площади. Остановившись у фонтанчика, она задумалась, что делать дальше, как вдруг кто-то заключил ее в объятия. Сердце неприятно замерло. Понимая, что попала в ловушку, она все же пыталась вырваться, но незнакомец лишь развернул ее к себе, по-прежнему не ослабляя железной хватки. В лунном свете было можно разглядеть его лицо, показавшееся смутно знакомым. Наконец неизвестный заговорил, и Лиза узнала Таноса:

-Вот мы и встретились снова. Как стучит твое сердце, похоже ты взволнована! У волнения особый вкус, не такой, как у страха или ревности!

Несмотря на свое незавидное положение, она возмутилась:

-Я волнуюсь за мужа, так что не принимай на свой счет. Впрочем, если он тебя здесь застанет, то тебе уж точно больше не придется ни о чем волноваться!

Глаза вампира сверкнули красными угольками:

-Твой муж лежит на дне канала с дырявым сердцем! Но не переживай, ты скоро составишь ему компанию! Я ценю ваши чувства, хотя и не понимаю его выбор. Ведь это все равно, что сделать матерью своих детей корову или, прости за сравнение, свинью! Странные все-таки вы, алданцы!

Баронесса почувствовала, как все ее существо заполняет почти детская обида на негодяя, совсем не оставляя места обычному страху. Она снова рванулась изо всех сил, и Танос чуть не упустил свою добычу:

-Такого сравнения не прощу, даже не надейся! Ты нагло лжешь, -сердито выкрикнула она, -тебе ни за что не победить Рюга. Наверное, улепетывал от него со всех ног, как в прошлый раз, трусливая скотина!

Кратос вдруг наклонился к ней слишком близко, сверкнув в темноте острыми зубами. Его голос зазвучал неожиданно мягко, почти нежно:

-Но если честно, я ему завидую! Ты действительно хороша! Я бы хотел провести с тобой ночь, насладиться не только вкусом твоей крови, но и твоей любви. Клянусь, ты бы умерла счастливой! Но у нас совершенно нет времени, поэтому все удовольствие достанется лишь мне!

-Размечтался, людоед! - молодая женщина сумела осторожно вытащить кинжал из висящих на боку ножен и глубоко воткнула его в бок вампира. Лезвие кинжала, который Лиза позаимствовала у Марио, да так и не вернула хозяину, было покрыто серебром, поэтому в рану словно ткнули раскаленным железом. Танос вскрикнул и разжал руки, отпуская добычу. Оказавшись на свободе, Лиза отступила на шаг, затем совершенно безжалостно пнула раненого ногой в живот. Она вложила в удар все свое возмущение, и резко отлетев назад, Танос упал в воду. Лиза даже не заметила, как они оказались на самом краю узкого канала. Видимо, именно ей предназначалась роль утопленницы, но все повернулось по- другому.

Она без сожаления отвернулась от канала, решив как можно скорее вернуться в таверну, и неожиданно оказалась в объятиях мужа.

Не обнаружив Таноса в соседнем дворе, Рюдигер не оставлял надежды догнать его. Он все же сумел пару раз достать врага своей шпагой, и теперь запах крови не давал ему сбиться со следа.

Танос бежал назад, к таверне Марциано. Когда Рюдигер почти настиг врага, он вдруг на миг замер от удивления и заползающего в сердце ужаса. На краю канала проклятый Кратос крепко сжимал в объятиях его жену. Прислушавшись к тому, что мерзавец говорил ей, барон чуть не утратил самообладание. За каждое слово он четвертовал бы негодяя! Но стоит только обнаружить свое присутствие, и это может стоить Лизхен жизни. Пока он осторожно подкрадывался к врагу, который наслаждаясь своей изощренной местью, утратил всякую осторожность, его жена неожиданно сама справилась с мерзавцем.

Убедившись, что Лиза цела и невредима, он осторожно отстранил ее и нагнулся над каналом. Сжимая в ладони рукоять клинка, он с надеждой ждал, чтоиз блестящей в лунном свете водной глади появится голова врага. Ему очень хотелось лично, своими руками отправить в ад. Но воды канала были неподвижны, Танос или умел дышать под водой не хуже рыбы или давно уже утонул. Рюдигер махнул рукой, предоставив судьбу Кратоса высшим силам. Он вернулся к своей жене и, не в силах больше сдерживаться, крепко обнял ее.

Лиза еще не пришла в себя от потрясения и забыла всё, что собиралась высказать мужу, когда пыталась выбраться из кладовки. Она прижалась к нему, слушая бешеный стук его сердца и удивляясь насквозь промокшей одежде:

-Я знала, что ты жив. Этому ничтожеству ни за что не справиться с моим мужем! Но все же больше не оставляй меня одну!

Рюдигер постепенно приходил в себя, гнев на мерзавца сменился запоздалым страхом за любимую . По-прежнему не выпуская ее из объятий, он сердито проворчал:

-Я уже начинаю жалеть, что мы выбрались в это путешествие. Лично я предпочел бы деревенскую скуку подобным развлечениям!

Незаметно подошедший Яромир с улыбкой заметил:

-Стоит посмотреть, как горят твои глаза во время боя, чтобы понять, что ты бессовестно лжешь!

Синьор Эспозито с недоверием посмотрел на жизнерадостную красавицу, оказавшую нешуточное сопротивление опасному монстру. Может брак с вампиром как-то изменил ее сущность или обычные люди в Алдании тоже не совсем обычны. . Яромир слегка толкнул его:

-Да не смотри ты на нее, как инквизитор на ведьму! Просто она с детства обучалась фехтованию у крестного Рюга, а это дорогого стоит!

Марио смутился:

-Прости, но это в самом деле удивительно! - затем с факелом в руках наклонился к темной воде:

-Похоже, ему удалось уйти!

-С дыркой в боку от серебряного ножа? - возмутилась Лиза. Но охотник лишь пожал плечами:

-Ты же сама знаешь, как быстро вампир способен залечить рану. А серебро… Конечно, оно опасно, но случайный бродяга или служанка, которой не повезло, и она первой встретила раненого господина…Кровь все излечит! Здешние вампирские семейства придают особую ценность именно человеческой крови, а карнавал поистине их время! Ведь никто не знает, что может скрываться под яркой маской!

-Похоже они окончательно погрузились во тьму, нарушая все Божьи заповеди и человеческие законы, - заметил барон фон Шлотерштайн. -Охотиться на людей ради крови. . - не договорив, он сплюнул с отвращением, затем продолжил, -если господь дал вампирам чуть больше возможностей, это еще не дает нам права возгордиться!

Он замолчал, не в силах выразить словами свое потрясение от того, что отвратительные страшные легенды оказались правдой. Но как могли живущие здесь дети ночи опуститься до такого позора!

Остальные алданцы тоже выглядели растерянными. Марио даже стало их жалко, таким искренними были возмущение и испуг на их лицах. Он посмотрел на слишком серьезного Яромира:

-Я бы хотел побывать в вашей стране!

Ярромир тут же вернул на лицо привычную улыбку:

-Так за чем дело стало! После карнавала поедешь с нами, будешь моим гостем!С женой познакомлю. Она у меня красавица и хозяйка что надо!

Охотник осторожно поинтересовался:

-А она человек или…

-Клодия оборотень, волчица! - гордо ответил капитан гвардейцев.

-Здорово, тебе повезло… - растерянно обронил Марио и надолго замолк.

Глава 8. Ложный след

Николо в последний раз прижал к сердцу любимую и, не оглядываясь, сбежал вниз по узкой лестнице. Время уже перевалило за полночь, и ночные улицы были безлюдны. Но юноша не слишком торопился домой, все еще вспоминая приятные моменты недавнего свидания. Ноги сами вели его по знакомым с детства узким улочкам, но когда до особняка Кавалли осталось совсем немного, дорогу ему преградил господин в надвинутой на глаза шляпе. Лицо скрывала грубая маска,в руке блеснул обнаженный клинок.

«Черт возьми, надо же было нарваться на грабителя!» - Николо выхватил шпагу и смело шагнул вперед. Однако не успел он обменяться и парой ударов, как понял, что со спины к нему подбирается еще один. Николо медленно отступал, стараясь держать нападавших в поле зрения, затем бросился бежать.

Беглец и его преследователи сворачивали в переулки и взлетали на мосты, сбегали со ступенек. Наконец, разбойники пропали, затерявшись в хитросплетении улиц, и обессиленный юноша прислонился к холодной стене палаццо. С трудом переборов желание заснуть прямо здесь, он открыл глаза и увидел направленные на него клинки.

Юноша обреченно закрыл глаза, ожидая смертельного удара. Но его не последовало. Николо словно во сне наблюдал, как убийца упал на землю, уткнувшись лицом в его сапоги. Яромир вытер окровавленную шпагу о плащ разбойника:

- Хорошо, что мы засиделись в таверне, синьор Кавали!

Его товарищ, которого Рюдигер прижал к стене, схватив за горло, судорожно дергал ногами и руками. Наконец вампир ослабил хватку и, не сводя глаз с пленника, строго спросил:

- Почему вы напали на этого человека?

Тот жалобно замотал головой, неписаные законы наемных убийц запрещали называть имя заказчика. Рюдигер снова немного придушил беднягу. Разбойник измученно прохрипел:

- Нам заплатили… Синьор Фоскари…

- Альберто! – недоверчиво воскликнул Николо. – Никогда бы не подумал, что он способен на подобное!

Яромир похлопал по плечу растерянного юношу:

- Видимо, он не нашел другого способа разлучить тебя со своей женой! Ты готов умереть из-за нее?

Николо покраснел и опустил глаза. Рюдигер подтащил трясущегося от страха бандита к краю канала и, приподняв за шиворот, сбросил вниз. Не удостоив взглядом барахтающегося в воде неудачника, он повернулся к друзьям:

- Я думаю, нам стоит поторопиться домой. Время позднее, к тому же в мокрых сапогах не слишком удобно.

Холод, тьма, пустота…Он слишком давно томится в своей тюрьме. Безжалостные древние Боги выкинули его в мертвый пустой мир, заставив терзаться от страшного голода. Здесь не было ни горячей крови жертв, стекающей с алтаря, ни ужаса и поклонения огромной толпы жалких созданий. Только вечная тьма и вечный голод. Он почти привык к тому, что это навсегда. Наполненные страшными мучениями протекали века, они складывались в тысячилетия, и казалось, его страданиям не будет конца. Ведь он к тому же бессмертен. .

Но вдруг через толщу пространств и миров он услышал слабый голос. Кто-то звал его, ничтожный человечишка раз за разом повторял древнее заклятие. Скрепленные кровью и ужасом беззащитной жертвы, слова давно умершего языка заставили дрогнуть стены его тюрьмы. Державшие его невидимые цепи стали тоньше. Кто-то призывал его в свой мир, надеясь, что в благодарность за освобождение могучий демон выполнит его заветное желание.

Самонадеянный невежда храбро листал пожелтевшие страницы из человеческой кожи, вглядывался в старинные письмена, начертанные кровью невинных жертв и совсем не чуял опасности, нависшей не только над ним, но и надо всеми жителями Венеции. Доверчивый и жестокий, словно невинное дитя или неразумный зверь, самоучка готов был заплатить за мечту чужими жизнями и своей бессмертной душой, но на самом деле цена была намного больше…

Между тем грань, разделявшая тюрьму страшного создания и мир людей, стала тоньше. Теперь оно с голодным любопытством изучало старинные улочки, мосты и каналы, которые пронизывали весь город, словно кровеносная система, беспечных нарядных жителей в масках, не понимающих, от чего с наступлением ночи в душу заползает холодный ужас…

Орнелу Ческа, дочь богатого ювелира била дрожь. Девушку трясло то ли от холода, то ли от страха. Она попыталась обхватить себя за плечи, чтобы немного согреться и вдруг обнаружила ржавые кандалы на своих запястьях. Кругом была непроглядная темень, и девушка в ужасе сжалась в комок. «Только бы тут не было крыс!»

Послышался скрип отворяющейся двери, тяжелая неторопливая поступь. Вот звук шагов приблизился и в лицо Орнеле бесцеремонно ткнули горящим факелом, едва не подпалив волосы. Сжавшаяся в комок девушка зажмурилась на мгновение от неожиданности, затем открыла глаза и снова увидела перед собой скалящуюся черную физиономию с подпиленными клыками. Она громко завизжала, но черная ладонь туже зажала ей рот:

-Молчать, девка. Господин хотеть тебя видеть!

Огромный чернокожий легко взвалил дочку ювелира на плечо и, не обращая внимания на попытки Орнеллы ударить или пнуть его, стал подниматься верх по темной лестнице.

Рюдигер фон Шлотерштайн поднял воротник камзола и слегка поежился. Сегодняшний день выдался холодным, сразу заставив вспомнить, что здесь все еще хозяйничает февраль.

Яромир поглядел на почти синее от холода лицо вампира и усмехнулся:

-Если синьор Эспозито и его верный помощник не поторопятся, то мы просто околеем!

Вот уже больше половины часа они дрожали от холода на мосту Риальто, где назначил им встречу посланник кардинала Сальваторе. Барон согласно кивнул и снова погрузился в свои мысли. Яромиру стало не по себе от такого продолжительного молчания друга:

-Эй, Рюг, а ты чего такой кислый? Лизавета не дала выспаться, или вчера в таверне чем отравили?

Тот с некоторым усилием вернул на лицо улыбку:

-Да нет, со мной все в порядке, просто негодяй опять ускользнул от нас…И еще впервые в жизни я почти стыжусь , что я тот, кто я есть…Ты можешь это понять, Яр, дружище!

Но Яромир неожиданно гневно прервал его:

-Больше ни слова! Надо же придумать подобную глупость!Когда в прошлом году в Златограде вешали преступника, прикончившего своего соседа вместе с семейством, неужели я должен был сгорать от стыда от того, что убийца с виду обычный человек или от того, что это порождение дьявола появилось на свет в Алдании и дышало одним со мной воздухом? Кстати, его соседи были оборотнями, и этот ублюдок отравил их порошком аконита. Неужели у вас в Темнолесье не слышали об этой кошмарной истории? Поверь мне, каждый должен платить только по своим счетам!

-Ну и дела творятся у нас в столице! Скоро будет страшно на улицу выйти!-похоже Яру удалось отвлечь друга от невеселых мыслей. Лицо вампира выражало крайнюю степень ужаса. - Знаешь, сейчас я рад, что живу в провинции. За детей спокойнее! Господи, скорее бы вернуться домой!

-Эх, знал бы ты, как я хочу домой!-вздохнул Яромир, и перед его глазами на минуту возникла статная красавица с буйной гривой каштановых кудрей. Глаза цвета янтаря заглянули глубоко в душу. Капитан королевских гвардейцев растроганно вытер повлажневшие глаза и уныло протянул:

-Что-то я устал от чужих праздников!

Чудесное видение исчезло также внезапно, как и появилось. Зато из утреннего тумана возник хмурый Антонио и его хозяин. Последний был собран и напряжен, словно охотничий пес, напавший на след. Охотник тепло поздоровался с алданцами и сразу перешел к делу:

-Не хочется пугать вас, господа, но боюсь, что придется испортить вам настроение. Этой ночью в городе снова погибла женщина…

Марио с неподдельным интересом разглядывал вспоротую грудную клетку жертвы и не замечал, как бледнеют лица его спутников. Наконец он отвернулся от изувеченного тела:

-Я думаю, что это ритуальное жертвоприношение! Господин барон, что с вами!

Труп провалялся в воде не меньше двух дней и был найден в канале рядом с Арсеналом. Вид распухшего посиневшего тела был ужасен, запах нисколько не лучше. Рюдигер отвел взгляд от печального зрелища, с трудом сдерживая подступившую к горлу тошноту.

Наблюдавший за ним Марио постарался скрыть усмешку, от нелюдя он никак не ожидал подобной брезгливости. Агент Ватикана снял с шеи цепочку . Висевший на ней крестик из странного белого металла был украшен красными камушками. Он поднес украшение к к мертвому телу и самоцветы на кресте ярко вспыхнули, по краям раны пробежали и погасли голубые искорки. Синьор Эспозито покачал головой:

-Ее убили пару дней назад, след слишком слабый, но здесь явно присутствует черное колдовство. Кто-то просит помощи у сил тьмы и проводит древний ритуал. Мы должны остановить его! - он посмотрел на алданцев-Господа, я рассчитываю на вашу помощь! Хотя должен предупредить, что мы еще не раз можем наткнуться на подобное зрелище!

Яромир, стараясь не смотреть на труп, удивленно пожал плечами:

-Но как мы сможем найти его? Мы даже вампиров не знаем где искать! Кстати, может это это они пытаются вернуть себе власть с помощью черной магии?

Марио накрыл изувеченное тело рогожей:

- Нет, не думаю! Уцелевшие здесь создания Черной Звезды вряд ли рискнут привлекать к себе внимание такой показной жестокостью. Они и так неплохо устроились. Никто не решается прямо признать , что они существуют.

-И никто даже не пытался призвать их к порядку!-сердито заметил Рюдигер. -Эти безбожники считают себя чуть ли не хозяевами в этом городе, а его жители делают вид , что ничего не происходит!

-Ну нет, так не пойдет, мы сумеем поставить этих тварей на место!-неожиданно прогудел басом синьор Томазини. Старший дознаватель уже давно слушал их разговор, но сейчас посчитал своим долгом вмешаться. - Я дам вам, синьор Марио, своих людей, и мы обыщем все трущобы за Арсеналом. Клянусь Мадонной, спокойная жизнь у кровососов кончилась!

-Я рад, что вы полны решимости дать бой силам тьмы, но сейчас… - однако дон Пьетро не дал охотнику договорить.

-Я знаю, что вы сейчас скажете, что важнее всего ваш таинственный чернокнижник!

-Простите мою настойчивость, но это действительно важнее всего!Если ему удастся завершить ритуал, то вы не представляете, во что превратится прекрасная Венеция!Дон Петро, достаньте мне план города!

Синьор Томазини отнял от носа батистовый платок и неожиданно попросил:

-Я достану, вам все что угодно, но давайте покинем это печальное место!

К великому облегчению всех присутствующих они перешли в небольшую комнатку по соседству, где тут же открыли все окна. Над разложенным на столе свитком, покрытым замысловатой паутиной городских улиц и каналов, Марио Эспозито поднял руку, в которой держал цепочку со своим загадочным амулетом. Он медленно водил им над картой, и, наконец, в одном месте крестик начал равномерно раскачиваться. Губы тайного агента чуть изогнулись в довольной улыбке:

-Начнем, пожалуй, отсюда!

Рюдигер недоверчиво наблюдал за странными действиями охотника.

-Никогда не думал, что посланник кардинала умеет колдовать!

Марио пожал плечами:

-Ну, у всех свои секреты. Я не думал, что увижу вампира, носящего крест и спокойно входящего в церковь!

Антонио решительно постучал в перекошенную дверь, покрытую пятнами разного цвета от бурого до светло-желтого, и грозно потребовал:

-Именем городского совета, открывайте!

За дверью послышался шум, что-то звякнуло и похоже разбилось, затем кто-то крикнул срывающимся фальцетом:

-Почему городской совет не дает покоя честным гражданам! Что вам нужно в такую рань?

Послышался скрип половиц под тяжестью передвигаемой мебели, открывать никто не собирался, дверь еще и подперли чем-то тяжелым.

Помощник синьора Эспозито хмыкнул:

-Ну как хотите, я предупредил…

От сильного удара старая дверь слетела с петель. Придвинутое к ней кресло перевернулось вверх ножками, бесстыдно демонстрируя дыру в обшивке, из которой сыпались опилки. В нос ударил спертый воздух, воняло чем-то кислым, несвежей едой и горелой заморской травой, курение которой входило в моду.

Закрывавшие окна дырявые занавески наводили на мысль о том, что здесь действительно скрывались порождения тьмы, о чем Антонио и объявил срывающимся от волнения голосом. Однако Рюдигер чуть не расхохотался и объяснил, что в подобном смраде долго не продержится не один вампир. Действительно, живописно валявшие кругом тела пострадали не от местных кровососов, а скорее от неуемной любви к дешевому вину.

Неожиданно одна из грязно-лиловых занавесок всколыхнулась, и не успел стоявший рядом Марио дотронуться до нее, как оттуда выскочил человек. Он так сильно толкнул в грудь Антонио, что совсем не хрупкий парень отлетел к стене. Беглец стремительно взлетел на второй этаж. Яромир и Марио тут же ринулись за следом. Вскоре они уже спускались обратно по опасно шатающейся лестнице, слегка подталкивая плетущегося впереди потрепанного обитателя этих апартаментов.

Невысокий, крепко сбитый абориген хмуро поглядывал на стоящего у него за спиной Яромира, чей кулак оставил след у него под глазом, и на все вопросы дона Пьетро отрицательно мотал взлохмаченной головой. Покрытое оспинами смуглое лицо было крайне упрямым и недовольным. Неожиданно он рванулся вперед, пытаясь сбежать, но стоящий справа от него Рюдигер оказался быстрее. Он перехватил бандита за ворот одежды и, немного приподняв, любезно улыбнулся:

- Не стоит спешить!

Беглец в ужасе метнулся к дону Пьетро и, чуть не обнимая дознавателя, что-то быстро залопотал, без конца вставляя в рассказ «Мадонна!» и «Мама миа!». Представители закона получили признание в пяти дерзких ограблениях и одном заказном убийстве, но, к сожалению, для совершения этих преступлений не нужно было прибегать к черной магии.

Алданцы разочарованно переглядывались. Они уже твердо уверились в силе священного талисмана охотника и никак не ожидали, что разворошат обычный воровской притон.

Однако Антонио ничуть не сомневался в своем хозяине:

-Мой господин никогда не ошибается, у него чутье на черное колдовство!

Марио благодарно посмотрел на слугу:

-Благодарю за веру, мой друг! Мы должны навестить жителей второй половины дома.

Обойдя здание кругом, они взломали еще одну дверь, не слишком отличающуюся от первой, и поднялись в полумраке по лестнице на второй этаж. За первойдверью их встретила ярко накрашенная молодая дама. Она оказалась весьма любезной и охотно рассказала о своих соседях, не забывая улыбаться и показывать не слишком здоровые зубы. Рюдигер задумался, как можно описать ее костюм. То ли она еще не одета, то ли наоборот, собираясь в кровать, не успела раздеться до конца. Он уже хотел выйти в коридор, спасаясь от запаха дешевых духов и несвежего белья, но Яромир наступил ему на ногу, тихо прошептав :

-Не вздумай сбежать, ты явно ей нравишься. Вон как разговорилась! Лучше улыбайся, только зубы не показывай!

Барон, стараясь не вдыхать слишком глубоко, героически изображал внимательного слушателя, слегка приподнимая уголки губ. Он не разбирал и половины из оживленной болтовни красотки, которая словно нечаянно задевала его то плечом, то крутым бедром, стараясь привлечь внимание красивого незнакомца.

Наконец они покинули будуар томной красавицы. В длинном коридоре оставалось еще две двери. По словам Терезы комнату справа занимал швейцарский наемник, которого она охарактеризовала как грубого и бессердечного наглеца. Комната слева принадлежала молодому ученику лекаря. Он, по словам соседки, был приятным собеседником, но все время витал где-то в облаках.

Странный маятник синьора Эспозито неожиданно пришел в волнение перед дверью наемника. Такой выбор слегка позабавил его спутников, но Марио не смутился:

-Ничего здесь нет удивительного. Наемники - народ отчаянный, к тому же в захваченном городе они гребут все, до чего рука дотянется. Может нашему другу и попалась какая –нибудь древняя книга. Ну и что, что он с трудом царапает свою фамилию, читать – то он ее не собирается, а вот продать подороже - это запросто!

Бравый швейцарец никак не хотел открывать дверь, и рассерженный Яр высадил ее плечом. Филипп Вернер оказался здоровенным рыжим громилой лет тридцати. Похоже, вчерашний вечер он провел бурно, и незваные гости нарушили его богатырский сон. Сейчас он стоял посреди тесной комнатушки в спешно натянутых штанах, и его светлые, почти прозрачные глаза медленно наливались кровью, как у быка.

Наконец он хрипло произнес с сильным акцентом:

- Эй вы, какого черта… - и подойдя вплотную к вампиру, продолжил, - что ты забыл тут красавчик?

Со скоростью, неожиданной для такого гиганта, он ударил барона в лицо. Но Рюдигер быстро увернулся от удара, и огромный кулак просвистел мимо.

- Господин Вернер, - вежливо произнес вампир по-немецки, - мы просто хотим с вами поговорить…

-Вот я и говорю, валите отсюда!- совершенно не обращая внимания на острые клыки незваного гостя, солдат удачи снова замахнулся, но Рюдигер перехватил его руку и стал медленно отводить назад. Вернер удивленно уставился на незнакомца, который хоть и обладал атлетическим сложением, но явно уступал ему в размерах. Военный опыт приучил наемника быстро принимать решения, и, ослабив сопротивление, он чуть отступил назад и осторожно потянул со стола серьезного вида нож. К удивлению Вернера этот смазливый господин в дорогой одежде спокойно перехватил его руку в тот миг, когда лезвие широкого ножа почти уперлось в красный бархат чужого камзола.

-Зачем же вы так, господин Вернер, я не люблю прибегать к излишнему насилию!-вампир легко вывернул огромную ручищу солдата, заставляя выронить оружие. Тот невнятно замычал от боли и удивления, он просто не ожидал такого от бледного аристократа, и вдруг ударил барона лбом в переносицу. У Рюдигера искры из глаз посыпались, Антонио охнул:

-Ну, все, конец швейцарцу, нелюдь его сейчас прикончит!

Яромир сердито заметил:

-Если он этого не сделает, то я точно убью идиота.

Он выхватил шпагу, намереваясь проучить разбуянившегося громилу, но тут Рюдигер тряхнул головой, разгоняя все еще кружившиеся перед глазами разноцветные звезды, и хорошенько двинул наемнику в челюсть правой рукой. Удар получился неслабым, Вернер отлетел к соседней стене, по пути разнеся в щепки пару табуреток. Антонио с тревогой посмотрел на осевшего на пол безвольной грудой солдата удачи, и переведя взгляд на вампира, укоризненно покачал головой. Рюдигер растерянно пожал плечами:

-Я просто немного не рассчитал…

Он с неподдельным испугом склонился над Вернером и осторожно потрогал его за плечо.

-Эй, парень, ты чего? Я не хотел тебя калечить, честно!

Тот приподнял голову, осторожно открыл глаза, затем снова зажмурил их. Затем снова открыл и ошарашено уставился на собеседника:

-А ты вообще кто такой?

Рюдигер решил, что перестарался и отшиб бедняге всю память, но вежливо и даже слегка официально представился:

-Барон Рюдигер фон Шлотерштайн, подданный короля Алдании.

К его удивлению Филипп Вернер, выплюнув пару зубов, вытер кровь с подбородка и вполне доброжелательно рассмеялся:

-Ну конечно, ты же алданец! А я было подумал, что со здешним вином что-то не так, и мне черти мерещятся. Надеюсь, чтобы разбудить меня, у вас была веская причина?

Дослушав до конца взволнованный рассказ Марио Эспозито, Вернер развел руками:

- Моя берлога к вашим услугам, только вряд ли вы найдете здесь какие- нибудь амулеты или магические книги! Я, знаете ли, привык больше полагаться на твердую руку и острый клинок.

Он показал рукой на стену, на которой висел длинный тяжелый меч, и Яромир с запоздалым облегчением вздохнул: хорошо, что парню не пришло в голову разобраться с непрошеными гостями с помощью двуручника.

Но Марио призвал всех к тишине и, доставзагадочный талисман, стал осторожно обходить жилище наемника. Все наблюдали за ним, затаив дыхание. Швейцарец не сдержался и спросил громким шепотом:

-Он что, колдун? Не хватало мне еще неприятностей с инквизицией!

Антонио оскорбился:

-Мой господин и так почти инквизиция! Он служит самому Папе Римскому, а разные фокусы - просто часть нашей работы.

-Ну, тогда понятно, - прогудел наемник.

Марио сердито обернулся:

-Помолчите хоть немного. Совершенно не даете сосредоточиться!

В тишине, нарушаемой смущенным сопением внимательных зрителей, он медленно двигался по тесной комнатушке, держа на вытянутой руке крест из белого металла. Цепочка была неподвижна, и Вернер заметил:

-Я же говорю, что ничего колдовского здесь быть не может!

Но тут крестик начал раскачиваться, сначала медленно, затем все быстрее, и агент Ватикана остановился перед дверью чулана. Там обнаружились лишь покрытые слоем вековой пыли глиняные горшки и сундук с почерневшей от времени и сырости одеждой. Марио нетерпеливо смахнул с задней стенки чулана заросли паутины, поцарапал пальцем кирпичную кладку, которая оказалась нарисованной на дереве, и решительно заявил:

-Ломайте!

За тонкими досками обнаружился темный коридор.

-Доннерветтер!- выругался швейцарец, заглянув в непроглядную тьму. - Темно, как у самого черта в заднице!

Вооружившись парой подсвечников, они бесстрашно шагнули в темноту. Узкий проход , в котором с трудом мог протиснуться человек, вывел их в комнату без окошек. Рюдигер , легко ориентируясь в темноте, зажег свечи на стенах и они с удивлением осмотрели чье-то тайное убежище. От стены до стены комнату пересекал длинный стол, на нем стояли колбы, реторты и небрежно разбросанные листки с записями и рисунками. Антонио запнулся о стоявшую под ногами небольшую железную печку, она с грохотом повалилась на бок. Из раскрытой на боку дверцы посыпались угли. По тесной комнате распространился запах жженых перьев. Марио присел на корточки и осторожно потрогал черные комочки пальцем:

-Еще теплые…Интересно , для чего кому-то понадобилось жечь кости?

Рюдигер осторожно потрогал кончиком шпаги большую книгу в черном переплете. В полном беспорядке, царившем на столе, ее было нелегко заметить.

-Не это ли мы ищем?

Агент Ватикана стремительно вскочил на ноги и бросился к столу. В отличие от вампира, боявшегося прикасаться к фолианту голыми руками, он смело раскрыл его и принялся быстро листать пожелтевшие страницы.

-Да, эта книга наполнена магией под самую завязку. Черный бревиарий…Антонио помнишь, я тебе рассказывал, творение Яна Густава…Антонио!

Пока Марио изучал горелые кости, его помощник, как и все остальные, с интересом осматривался по сторонам. Вдруг ему почудился, что в темном углу кто-то стоит. Бестрашно подойдя поближе, парень с удивлением обнаружил, что за углом начинается длинный коридор. По каменным плитам легко скользила женская фигура в смутно белевшем в темноте струящемсяшелковом платье.

Недолго думая, храбрец бросился следом. Неплохо бегающий бывший крестьянин в два счета нагнал загадочную беглянку и крепко схватил за тонкую руку.

-Не так быстро, сударыня! Не хотите ли ответить на несколько вопросов?-копируя своего господина, он строго спросил незнакомку. Девушка стремительно обернулась, и несмотря на окружавшую их темноту, парень ясно разглядел ее. Пышные пепельные волосы и нежный овал лица с совершенными чертами, огромные серые глаза и грустная улыбка. Антонио почуствовал щемящую боль в груди, глаза вдруг отчего-то стали мокрыми.

Она выскользнула из его рук и снова понеслась по бесконечному тоннелю, почти не касаясь ногами холодных каменных плит. Антонио даже не задумался, откуда в этом обветшавшем и не слишком большом здании такой длинный коридор. Он снова пустился в погоню, лишь слегка удивившись вдруг ставшему слишком холодным воздуху и инею, осевшему на древних стенах. Впереди мелькнул белый шелк платья и послышался нежный смех, словно звенел серебряный колокольчик.

-Антонио!-Марио, не на шутку обеспокоенный исчезновением помощника, встревоженно оглядывался по сторонам. Рюдигер шагнул в темный угол:

-Он только что был здесь…

Его глазам открылся бесконечно длинный коридор. Не задумываясь, откуда здесь взяться высоким потолкам и стенам, сложенным из древнего гранита, барон фон Шлотерштайн отважно бросился за громко топающим по потустороннему миру Антонио. Подбежавший к нему швейцарец растерянно наблюдал, как вампир шагнул в темное пятно на стене и пропал.

-Черт бы побрал этих алданцев, то ли нечисть, то ли люди, поди разберись!-сердито проворчал громила, но решительно двинулся следом. Однако смелая попытка закончилась только шишкой на лбу и потоком отборной ругани. Яромир и Марио, стараясь не поддаваться панике, обследовали все уголки небольшой комнатки. Когда почти потерявший надежду Яромир сердито двинул кулаком по осыпающейся кирпичной кладке, из внезапно сгустившего в другом углу сумрака показалась ногав кожаном сапоге, затем оттуда вывалился слегка запыхавшийся барон фон Шлотерштайн, втащивший за собой недовольного Антонио.

Очутившись в странном коридоре, Рюдигер в два счета нагнал итальянца, которого уводила за собой легкая невесомая незнакомка. Схватив парня за руку, вампир развернул его к себе. Странное существо приблизилось к ним и вдруг взглянуло алданцу прямо в лицо. Огромные глаза наполнились непроглядной чернотой. Барону показалось, что чернильная тьма перельеться через края, и неудержимый поток поглотит двух жалких смертных. Ледяные изящные пальцы с силой сжали его плечо, обжигая мертвящим холодом.

-Уйди с дороги, сын ночи! Эта душа моя!-неожиданно грубым голосом прохрипела сущность. С трудом собрав остатки воли в кулак, Рюдигер сердито выпалил:

-Не слишком ли много ты возжелала, маленькая дрянь?

Покрепче вцепившись в Антонио левой рукой, правой он сотворил крестное знамение:

-Изыди, Сатана!

Призрачная незнакомка отшатнулась от него, нежное лицо превратилось в отвратительную личину. Рваная щель рта разошлась в оскале:

-Вам не найти обратной дороги!-в спину им полетел издевательский нечеловеческий смех.

Но Рюдигер , не оглядываясь, бежал назад, таща за собой Антонио, с лица которого так и не сошла глупая улыбка. Коридор не заканчивался, дышать на бегу морозным воздухом становилось все труднее, по обеим сторонам мелькали двери. Некоторые были приоткрыты, до слуха беглецов долетали то полные страдания крики, то веселый смех.

За ними неспешно летело адское создание. Теперь сущность напоминала рваный кусок полотна с узкой, словно щель, пастью, полной острых зубов. Страшная тварь равномерно покачивала краями, словно крыльями или плавниками, и стремительно приближалась.

Рюдигер отскочил в сторону, и чудовище пролетело мимо. Он окинул взглядом одинаковый ряд дверей, и наугад открыл одну из них. Барон затолкал туда Антонио, который все еще пытался оглянуться, и поспешил следом.

К своему удивлению, они оказались в той самой потайной комнате, где оставили своих друзей. Неожиданно поверхность стены за их спинами выгнулась, приняв жуткое подобие человеческого лица. Рот чудовища растянулся, заполнив тесное помещение недовольным, разрывающим уши ревом. Рюдигер стремительно обернулся и впечатал свой кулак в уродливую рожу адского создания. Возмущенная сущность снова взревела, но на помощь алданцу уже подоспел Марио Эспозито. Он громко и яростно заговорил на латыни и смело ткнул освященным крестом прямо в то место, где у нечисти должен был находиться нос. Что-то зашипело, в воздухе пахнуло серой. Факелы вдруг впыхнули, загоревшись на удивление ярко, осветив глубокую вмятину, оставшую на кирпичной кладке.

Яромир с облегчением обнял друга:

-Слава Богу, все обошлось. А то твоя Лизавета утопила бы меня в Гранд-Канале! Что же было там, за стеной? - он перевел взгляд на смущенного Антонио. - А ты зачем туда полез?

Парень опустил глаза:

-Там была девушка… Я подумал…

-Подумал!-передразнил Яромир. -Да тебе жениться пора, а то что-то больно много думаешь!

Рюдигер попытался встать на защиту итальянца, с которым почти сроднился за время бешеной гонки по странному миру:

-Это действительно выглядело как девушка, по крайней мере , издалека!

Марио Эспозито задумчиво взглянул на вампира:

-Ведь ты видишь все, как есть. Тебя этой твари не удалось заморочить. Почему? Что вы, -он чуть не брякнул « нелюди», но вовремя опомнился и продолжил, -алданцы, за существа такие?

Рюдигер пожал плечами:

-Мы лучше видим и острее чувствуем, только и всего. Иначе наши предки не выжили бы после падения Черной звезды. В Алдании этому никто не удивляется.

Он осторожно подул на костяшки пальцев, которые жгло огнем после удара . Кожа на них почернела и слезла, как от мороза, однако ранки быстро затягивались. Швейцарец поглядел на вампира с уважением:

-Отчаянный ты парень, дать в рожу демону не каждый сумеет! Теперь я понимаю, почему ни одна армия не смогла покорить Алданию! Странно, почему я не встречал ваших ребят среди солдат удачи? Таким воинам цены бы не было!

Яромир рассмеялся:

-Ну, это объяснить нетрудно: не всякая полковая кухня таким, как Рюг, по вкусу! Да еще инквизиция…Вообщем, не слишком рады нам в других странах. Но мы не в претензии, лишь бы к нам не лезли!

-К нам гости! - Марио Эспозито приложил палец к губам и показал на покрытую не одним слоем грязи, закопченную , но вполне реальную дверь. Она жалобно всхлипнула, впуская в комнатушку тонкую сутулую фигуру. Увидев горящие свечи и хмурых незнакомцев, хозяин тайного убежища попытался выскочить обратно, но наемник положил свою лапищу ему на плечо:

-Не так быстро, господин студент!

Пришелец близоруко сощурился:

-Господин Вернер, а вы здесь откуда! И почему вы так странно одеты?

Швейцарец, на котором из одежды по-прежнему были лишь штаны, покраснел, как свекла:

-Я-то разгуливаю полуголым только по твоей милости, а вот чем ты тут занимаешься, доктор Витторио? Я всегда знал, что долгое ученье до добра не доводит!

-Но простите, в чем вы меня обвиняете? И кто все эти люди?-худое лицо молодого врача с чуть скошенным подбородком вытянулось от изумления, а круглые, слегка навыкате карие глаза стали еще больше. Марио шагнул навстречу:

-Я доверенное лицо кардинала Луиджи Сальваторе, и от его имени расследую жестокие убийства в этом городе. Поскольку есть факты, что умершие были жертвами в магических ритуалах, а вы занимались именно магией в вашем тайном убежище, то я вынужден вас задержать. Антонио, свяжи господина! Кстати, где вам удалось достать Черный бревиарий? Подобные книги стоят целую кучу золота!

-Но я купил эту книгу по случаю и лишь изучал ее, даже не думая применять что-либо на практике! - Витторио действительно почти не лгал. Он лишь умолчал о том, что один из странных текстов, написанный латинскими буквами на непонятном языке вчера он нечаянно прочитал вслух. Возможно, эта его неосторожность вызвала к жизни странное создание. Призрачная незнакомка была удивительно красива и трогательно печальна. И сегодня Витторио еле дождался свободной минутки, чтобы увидеть ее снова.

Охотник на нечисть нахмурил брови:

-Невежда в подобном деле еще опаснее. Господин Арпелло, своей неосторожностью вы вызвали в наш мир очень опасное существо. Если бы не наш случайный визит, последствия были бы ужасными! Вам придется пойти с нами до выяснения всех обстоятельств!

Глава 9. Незваный гость

Лана выскочила из уютной теплой постели, натянув по обыкновению легкую шелковую рубашку и такие же шаровары нежно-сиреневого цвета. Столь необычный наряд она привезла из Анджистана, и надо сказать, в образе восточной красавицы вампирша была просто неотразима. Однако проведя полчаса перед зеркалом, где она пыталась смирить непослушную гриву рыжих кудрей, юная женщина поняла, что страшно замерзла. Скрыв свой легкомысленный наряд под теплой шерстяной накидкой с широкими рукавами, бывшая дикарка отправилась на поиски мужа.

В гостиной она обнаружила только хмурую Лизу и Элину с Куртом. Принцесса с супругом отправилась на прием к правителю города, чтобы обсудить некоторые возможности взаимного сотрудничества. Приглашение дожа было почетным, но неожиданным. Гвардейцы отправились вместе с наследницей престола. Важек решил не тревожить сладкий сон Ланы. Он лишь поцеловал чуть приоткрытые губы, не в силах удержаться, и погладил разметавшиеся по подушке огненные пряди.

Элина, поздоровавшись с подругой, пожурила ту за долгий сон. Но малыш Курт, относившийся к рыжей красотке, как к ровеснице, подвинул ей бокал цветного стекла:

-Ничего страшного, я постарался, чтобы ты не осталась без завтрака!

Лана чмокнула мальчика в щеку и рассмеялась:

-Спасибо, милый!

Допив уже немного застывшую, густую соленую жидкость, жена Важека быстро облизала губы и посмотрела на невеселых подруг.

-Неужели мы так и будем сидеть здесь, как в клетке? Может прогуляемся, пока наши мужчины заняты столь важными делами, в которых нам не нашлось места!

Лиза отпустила Рюдигера с Яромиром на помощь синьору Эспозито с совершенно спокойным видом. Однако внутри у нее все кипело. В то короткое время, что ей удалось поспать, молодую женщину мучили странные сны, полные бесконечных запутанных коридоров, и страшных призраков с пустыми черными глазницами. Наконец, она прочитала молитву и немного успокоилась. Вероятно, ее ночные кошмары просто следствие усталости после вчерашних приключений в таверне Марциано, и не стоит придавать имзначения. Надо просто заняться чем–нибудь приятным, например прогуляться по местным лавкам в компании подруг. То, чтомужчины не будут их сопровождать, даже к лучшему. Подобные развлечения быстро их утомляют и выводят из себя!

Элина отбросила свою обычную осторожность и неожиданно легко согласилась с подругами. Она притворно строго взглянула на сына:

-Курт, мальчик мой, ты сегодня будешь нашей охраной! Справишься?

Маленький вампир воспринял ее слова совершенно серьезно:

-Мамочка, не беспокойся! Со мной вы в полной безопасности!

Он поправил висевшую через плечо перевязь со шпагой и с сосредоточенным видом проверил, как клинок входит в ножны. Элина грустно улыбнулась. Мальчик даже спать готов с отцовским подарком. Хотя военная карьера была обычным делом для молодых вампиров благородного происхождения, ей все же не хотелось отпускать своего ребенка в жестокий и грубый мир мужчин. Лиза вдруг понимающе улыбнулась:

-Элина, милая, ему же всего шесть! До службы в гвардии еще есть время, так что пока можешь подержать его у своей юбки!

Жена Римара быстро ответила преувеличенно бодрым голосом:

-Просто я впервые задумалась о будущем!

Как раз в то время, когда гвардейцы в компании посланца Святого престола и его слуги обследовали одну из подозрительных трущоб, подруги отправились на прогулку. Элину немного смутило то обстоятельство, что они не знают местного языка, но Лана неожиданно с поклоном пропустила ее вперед, выпалив несколько фраз на итальянском. Певучий язык обрел в устах дикарки странный акцент, но говорила она довольно бегло.

Оказывается, Важек уже давно учил молодую супругу итальянскому, но до поры до времени вампирша скрывала свои таланты. Если бы Джеронимо и молодой Кавалли догадывались о том, что рыжей бестии понятно многое из их бесед, то со стыда они бы провалились сквозь землю! Вскоре нарядные дамы, спрятав лица под масками и прихватив кошельки с золотыми монетами, покинули особняк семейства Кавалли и отправились на прогулку по узким улочкам чужого города. Прокатившись немного на гондоле, они оказались на улице, напоминавшей торговый ряд

Не торопясь, они переходили из одной лавки в другую, рассматривая непременные маски, украшенные позолотой и драгоценными камнями, украшения , перчатки и кошельки, фигурки из цветного стекла, бокалы и вазы, слишком красивые, чтобы быть просто посудой. Перейдя широкий мост, они очутились на другой стороне канала и продолжили свое приятное занятие.

За дверью очередной лавки их встретил таинственный мир восточной сказки. На стенах висели ковры, пахло чем-то сладким и пряным. Хозяин лавки, пожилой перс с выкрашенной в рыжий цвет бородой, с улыбкой поглядывал на прекрасных посетительниц. Дамы примеряли звенящие браслеты и длинные тяжелые серьги, любовались узорами на шелковых покрывалах и шалях из далекого Кашмира. К удивлению купца тонкая рыжая девица заинтересовалась клинком из дамасской стали, но услышав цену,с сожалением вернула его на место.

Через тонкую ткань занавески, закрывавшую проход во внутреннюю часть лавки за беспечными гостьями наблюдал высокий человек в бархатном камзоле, украшенном золотым шитьем и перетянутом богато отделанным поясом. Голову его украшал затейливый тюрбан, властное лицо с чуть крючковатым носом и полным губами было мрачным. Блестящие словно маслины, черные глаза были прикованы к рыжей вампирше.

Лана вдруг замерла, словно прислушиваясь, затем быстро повернулась и бросила взгляд на проем арки, закрытый занавеской. Тонкий шелк всколыхнулся, вампирша строго и требовательно спросила хозяина:

-Там кто-то есть? Открой занавеску!

Удивленный перс не посмел ослушаться и почтительно склонился перед дамами:

-Нет, госпожа, никого, это верно сквозняк!

Она уже застыдилась своей необъяснимой выходки, и, расплатившись за приглянувшийся браслет, потащила подруг к выходу. Чувство, что за ней кто-то следит, постепенно прошло, и она с облегчением вдохнула прохладный сырой воздух. Вдруг впереди мелькнул высокий мужчина в восточном тюрбане. Лицо было закрыто обычной здесь маской, но Лана была готова поклясться чем угодно, что он смотрел именно на нее. Вампирша показала на быстро удаляющегося незнакомца своим спутницам:

-Я откуда-то его знаю…

Элина пожала плечами:

-Да ведь сейчас карнавал! Везде полно поддельных турков и мавров!Может его наряд напомнил тебе какого-нибудь восточного вельможу?Ты достаточно налюбовалась на них в Анджистане!

Лана со вздохом согласилась:

-Наверно, ты права. Все же он мне кого-то напоминает, и воспоминание это не из приятных…

Лиза сняла маску и серьезно посмотрела на дикарку:

-У вампиров слишком хорошая память. Вы никогда не ошибаетесь, и если ты говоришь, что видела его раньше…

Правитель Венеции с сожалением проводил взглядом наследную принцессу из далекой Алдании. Что за удовольствие говорить с красивой и умной женщиной!Пусть жителей этой небольшой страны считают вероотступниками, однако они всегда умели постоять за себя!Так же как и его соотечественники!Вся история Венеции – борьба за выживание в жестоком мире, страстное желание сохранить свою независимость и самобытность. Договор о взаимном сотрудничестве и торговле принесет немало золотых монет в казну города, а на сплетни о пособниках дьявола ему, Франческо Фоскари, глубоко наплевать!

Джованни Кавалли уже неделю живет в одном доме с тремя настоящими вампирами, чей завтрак состоит из стакана крови, доставляемой с ближайшей бойни. Однако ничего страшного с богатым владельцем верфей пока не случилось. Только одна из служанок начала заикаться, налетев в темноте на самого младшего из гостей. Мальчишка и сам перепугался, перебудив своим ревом весь особняк. Однако до возвращения родителей никто не решился подойти к забившемуся в темный угол комнаты и жалобно всхлипывающему маленькому кровососу.

Неожиданно в дверь в кабинет приоткрылась, и на пороге возник стройный, хорошо одетый господин в маске. Поскольку больше никаких важных встреч на эту половину дня Франческо Фоскари не запланировал, он с недоумением уставился на незнакомца.

Тот учтиво, но не слишком низко поклонился:

-Мое почтение, господин Фоскари!

-Э, с кем имею честь беседовать?-промямлил озадаченный правитель города.

-О, прошу прощения, я не представился , Валентин Кратос. Возможно, вам не слишком знакомо мое имя, но моему семейству принадлежит несколько серьезных предприятий в этом городе. О них вы наверняка знаете.

-Кратос, Кратос. . Никак не припомню. . А может вы снимете маску, к чему такая таинственность!

-Ну если вы настаиваете…-незнакомец снял шляпу, пригладив густые черные с проседью волосы и избавился от маски. -Собственно говоря я был хорошо знаком с вашим предшественником, а сейчас несколько отошел от дел, и если бы не последние события, не покинул бы своего имения на материке…

Собеседник дожа оказался пожилым красивым господином с тонкими чертами лица и приятной открытой улыбкой. Собственно , эта вполне доброжелательная улыбка едва не заставила дожа потерять сознание. Особый шарм и очарование ей придавали острые вампирские клыки.

-Кто вы такой…-прошептал удивленный сверх всякой меры Франческо Фоскари.

-Я один из тех, кто является подданными милой принцессы, которая только что покинула ваш кабинет. Но, увы, моя родина не Алдания, и мне приходится сохранять инкогнито!

От охватившего его волнения синьор Фоскари рухнул в мягкий бархат кресла, вцепившись руками в резные подлокотники.

-Вы хотите сказать, что творения Черной Звезды всегда существовали в Венеции, и прежнему дожу было об этом прекрасно известно!

-Наш разговор затягивается, позвольте я присяду.

Странный гость изящно опустился в соседнее кресло, прислонив к стене трость из эбенового дерева.

- Прекрасная Венеция c незапамятных времен поделена между тремя кланами пьющих кровь. Строго говоря, мы пришли сюда из Византии. Может, вы помните древние легенды о спутницах богини ночи - черных ламиях?

-П-помню, -прохрипел растерянный правитель города-, но что сейчас вам от меня нужно?

-Вы совершенно правы, довольно истории, перейдем к делу. Видите ли, я как глава клана , серьезно обеспокоен безопасностью своей семьи. Вы, наверное, в курсе, что в городе появился некий Марио Эспозито, работающий на Ватикан. Его действия всерьез угрожают жизни и здоровью моих близких.

Синьор Фоскари дрожащими руками налил себе воды из хрустального графинаи с трудом сделал пару глотков , выбивая зубами дробь о края бокала:

-Но этот господин подчиняется напрямую кардиналу Сальваторе, я не имею на него влияния….

Вампир, которого уже начал утомлять этот бесконечный обмен любезностями, вдруг с быстротой молнии покинул свое кресло и очутился рядом с дожем. Приблизив искаженное гневом лицо к правителю города почти вплотную, он яростно прошипел:

-Ну, так найди способ повлиять, иначе в этом кресле будет сидеть другой дож!

Он так же стремительно вернулся на свое место и, одергивая камзол, продолжил более спокойным тоном:

-Прошу извинить мою вспышку, но именно ваши люди, и как не странно, несколько алданцев из охраны принцессы, помогают проклятому охотнику.

Франческо Фоскари, у которого все еще не отпустило сердце после демонстрации оскаленных клыков, удивленно переспросил:

-Алданцы? Но они-то что против вас имеют? Насколько мне известно, в этой стране подобные вам чувствуют себя прекрасно.

Лицо Кратоса, только что застывшее прекрасной равнодушной маской, сморщилось от презрения:

-Эти жалкие отступники…Во что могут превратиться со временем потомки гордого и сильного народа! Они христиане, как ни смешно это звучит, и наше священное право на человеческую кровь считают страшным и позорным преступлением. Один из телохранителей принцессы немало позабавил моих детей во время последнего бала в вашем дворце. Следовать навязанным людскими ничтожествами правилам, совершенно не понимая, что карнавал – лучшее время для нас! Подобная наивность удивительна для вампира.

Дож неожиданно вспомнил об утреннем докладе, который принял за нелепую шутку, и с подозрением взглянул на своего жуткого собеседника:

- Мне доложили о ночном сражении на площади Святой Маргариты. Из описаний свидетелей я сделал вывод, что ваши… – синьор Фоскари замялся в поисках подходящего названия, - сородичи ведут себя довольно смело, даже не пытаются скрыть свою сущность. Что они не поделили с алданцами? Это может плохо сказаться на репутации города, синьор Кратос! Мы ведь говорим о сотрудничестве!

Валентин Кратос ослепительно улыбнулся:

-О, кажется, мы приходим к взаимопониманию! Моим, как вы изволили выразиться, сородичам, были нужны лишь наглец Эспозито и забывший о своем происхождении выродок из Алдании!

Итак, я надеюсь, что проклятый агент кардинала Сальваторе не получит от городского совета ни помощи, не поддержки. А если с ним и заодно с этим сумасшедшим алданцем вдруг что-нибудь случится… Думаю, не стоит слишком старательно отыскивать причину.

Я же со своей стороны обещаю, что вы и дальше будете находиться в неведении относительно нашего существования. Кстати, примите небольшое пожертвование на благоустройство нашего чудесного города. - он положил на стол небольшой, но довольно увесистый мешочек. - Ну , не буду больше отнимать ваше драгоценное время…

Вампир уже очутился у двери, кода дож , смущенно кашлянув, спросил:

- Карнавал – лучшее время для вас, но почему?

Валентино Кратос обернулся:

- Все просто. Легкая охота, и охотник, и жертва под масками. В эти дни возможно почти все, и никому нет дела до покинувшей бальный зал пары! Мы стараемся не оставлять следов, а люди пропадали всегда. И не только по нашей вине.

Франческо Фоскари проводил своего жуткого посетителя , не смея возражать, и некоторое время еще стоял в оцепенении. Затем опустился в кресло и тяжело задумался. Не так уж безобидны создания Черной Звезды, умеют они нагнать страху! Если верить словам этого подонка, то ни Совет десяти, ни дож не могут быть хозяевами в своем городе!Неужели он думает, что люди согласятся быть всего лишь покорным стадом? Пусть думает, что сумел запугать его до полусмерти, а он пока соберется с мыслями и найдет способ поставить на место этого Кратоса. Никто не смеет диктовать правителю города свои правила!

На минуту синьор Фоскари задумался, не стоит ли предупредить посланца Святого Престола и отчаянного алданца с труднопроизносимой фамилией. Но тут же отменил свое решение. Если агент его преосвященства Луиджи Сальваторе немного прижмет хвост, будет только лучше. Нечего вынюхивать и разведывать здесь без спроса! А парень, что за пару минут уложил бешеного быка на площади, вполне способен сам за себя постоять! Человек явно на такое не способен!

Стена между его тюрьмой и вожделенным миром почти растаяла, превратившись в тончайшую прозрачную пленку. Теперь он мог разглядеть каждый закоулок, качающийся мусор на воде канала, потрепанную шляпу на голове гондольера, голубей на площади. Он не торопясь , наслаждался каждым звуком, каждым шорохом. Плач ребенка, стук сердца влюбленной девушки, грохот кастрюль и сковородок на кухне и ругань пьяных матросов в портовом кабаке - все было музыкой для того, кто провел целую вечность в полной тишине.

Когда-то его царством, его миром был океан. И странный город, по чьим улицам плавали длинные лодки, казался ему идеальным , для того чтобы вернуться в мир людей. Жалкие и слабые создания, но совсем неплохие на вкус…А их страх и отчаяние, любовь и жалость, ненависть – совсем неплохая приправа!

Лиза смотрела на ажурный мостик, выгнувшийся над каналом, словно рассерженный кот, на великолепное палаццо напротив, украшенное изящными балкончиками. Она старалась оставить в памяти странную, но завораживающую красоту чужого города. Вдруг из блестящей водной глади, где словно в зеркале отражались и мост и палаццо и сероголубое зимнее небо, выползло отвратительное толстое щупальце покрытое множеством присосок. Неожиданно концы его раскрылись, словно лучи звезды, на шесть частей. Яркие коралловые лепестки были покрыты продольными рядами мелких зубов.

Словно во сне Лиза смотрела, как лепестки страшного цветка сомкнулись, крепко вгрызаясь в ее новый блестящий сапожок . Молодая женщина истошно завизжала, даря монстру своим страхом неземное наслаждение. Однако ужас и отвращение на красивом лице тут же сменились нешуточным гневом. Она быстро выхватила из ножен на поясе острый кинжал и мстительно всадила его в толстое коричневое с фиолетовыми разводами щупальце. Ее клинок разочарованно царапнул старинную мостовую. Картинка, от которой кровь стыла в жилах, растаяла, оказавшись всего лишь иллюзией.

-Госпожа воюет с невидимками? - Лиза подняла голову и увидела усмехающегося синьора Бергамо, стоящего рядом с ней на самом краю набережной. Молодая женщина выпрямилась и вернула оружие в ножны. Она одернула камзол и с подозрением взглянула на как всегда безупречно одетого итальянца:

-Я просто уронила монету, и она застряла между камнями. Между прочим, в ваших каналах вполне может скрываться какое-нибудь чудище. Вот вам и ответ на то, почему пропадают люди!

Джеронимо протянул ей руку, помогая подняться по невысоким ступеням , как всегда, безумно раздражая своим предупредительным отношением. С терпением и лаской, словно неразумному ребенку, он ответил:

-Вряд ли здесь хватит места для какого-нибудь морского хищника. Слишком уж тесно. Кроме того подобные создания любят чистую воду. Милая синьора, предоставьте мужчинам рисковать собой и сражаться с чудовищами!

Лиза с облегчением увидела несущегося навстречу Курта, взволнованную расскрасневшуюся Элину и серьезную Лану.

-Тетя Лизхен, с тобой все в порядке?Ты так вскрикнула, в таверне даже стекла задрожали!

Мальчишка строго посмотрел на синьора Бергамо. Лиза незаметно подмигнула своему юному рыцарю:

-Рядом с тобой я всегда чувствую себя в безопасности!

-Спасибо, что присматриваешь за ней, пока меня нет рядом!-Незаметно подошедший к ним Рюдигер подхватил крестника на руки. Тот весело рассмеялся, затем притворно нахмурился:

-Ну крестный, пусти пожалуйста!Я ведь уже взрослый и должен охранять слабых женщин.

Лиза вдруг присела на корточки и обняла мальчика:

-Только не подходи к воде в одиночку, ладно?

Джеронимо удивленно взглянул на красавицу, но промолчал.

Яромир и Марио обменялись рукопожатиями с Джеронимо. На ступенях городской тюрьмы они расстались с доном Пьетро и его помощником. Бедный маг-недоучка отправился в знаменитые «свинцы».

Лиза предпочла умолчать о своем видении. Но вечером оставшись с мужем наедине, она все же поведала ему о кратком наваждении, предварительно взяв с него обещание не смеяться. Однако Рюдигер и не думал подшучивать над ее рассказом. Он крепко сжал ее руку, будто боясь, что неведомая сила вырвет и унесет жену на край света:

-Пожалуй, я не должен больше оставлять тебя одну!

Лиза заглянула в потемневшие синие глаза:

-Так ты веришь мне. Я ничего не придумала, ты же знаешь, я не умею врать!

-О, я не сомневаюсь ни в одном твоем слове, - он откинул упавшую Лизе на глаза непокорную прядь золотых волос, - даже более того, я сам испытываю нечто подобное, только и ты не смейся. - Он отлично понимал, что она чувствовала, и сам нисколько не сомневался, что что-то недоброе проникло в этот город, растворившись в темной воде каналов и укрывшись за отсыревшими стенами дворцов. Барон помолчал, затем продолжил:

-Я чувствую, что за нами кто-то наблюдает. И это вовсе не превратившиеся в опасных тварей местные дети ночи. Я думаю, что мы все должны держаться вместе.

Глава 10. Неудавшаяся вендетта

Танос плохо помнил, как добрался домой. Стараясь не смотреть в расширившиеся от ужаса глаза сестры, он перешагнул порог и тут же потерял сознание. Склонившись над ним, Медея чуть сама не упала в обморок от ужаса. Мокрая одежда была в крови, глубокая рана в правом боку не спешила затягиваться.

Ренцо и еще двое молодых вампиров, прибежавшие на ее испуганные крики, помогли уложить раненого на постель. Стараясь не встречаться взглядом с кузиной, они торопливо выскользнули из комнаты, столкнувшись в дверях с донной Мартой. Пожилая вампирша, в чьи обязанности входило следить за порядком в доме, поспешила явиться на зов хозяйки. Увидев, что случилось с молодым господином, женщина всплеснула руками и заохала. Медея сумела взять себя в руки и твердым голосом приказала поскорее принести свежей крови.

Домоправительница вскоре явилась с полным кувшином, а побледневшие слуги с перевязанными руками спешно разбрелись по укромным уголкам особняка. Раненый что-то бессвязно бормотал и метался по широкой постели. Донна Марта сильными руками притиснула беднягу к подушкам, и Медеяосторожно влила ему в рот немного алой пенящейся жидкости. «Лекарство» произвело волшебное действие. Танос перестал вырываться из рук Марты и даже поднял голову, припав к кувшину. Выпив все до капли, он устало упал на подушки и крепко уснул

Заметив робко заглядывающего в комнату Ренцо, Медея стрелой вылетела в коридор. Не дав кузену опомниться, девушка забросала его вопросами. Ренцо стыдливо отводил глаза, но Медея не отступала. Наконец, не выдержав ее напора, он признался, что Танос вступил в поединок с чужаком, и, видимо, тот сумел его опасно ранить.

- Где был ты и все остальные? Почему вы бросили его одного?

Ренцо, еще не успевший сменить одежду после ночного сражения, попытался оправдаться, но разгневанная кузина хлопнула дверью у него перед носом. Девушка присела на краешек кровати и тихо заплакала. Попытка выместить злость на двоюродном брате не помогла, ей по-прежнему было очень страшно. Наконец, она вытерла мокрые глаза кончиком простыни и глубоко вздохнула. По словам домоправительницы рана нанесена серебряным оружием. Серебро! Девушка почувствовала, как ненависть к чужаку заполняет все ее существо, гоня прочь разумную осторожность. Использовать серебряное оружие в поединке подло, это против всех правил! Медея дотронулась до все еще горячей руки раненого, встала и в волнении прошлась по комнате. Проклятый чужак скоро пожалеет о своем вероломстве, она об этом позаботится.

Непременным украшением карнавала был Праздник Марии. Согласно преданию несколько веков назад пираты ворвались в город и похитили двенадцать юных девушек. Но молодые горожане пустились в погоню и сумели отбить захваченных красавиц. С тех пор каждый год дож дает приданое двенадцати девушкам по имени Мария из бедных семей. Венецианцы превратили это событие в веселый шумный праздник. Веселая толпа сопровождала красавиц по улицам города. Одетых в лучшие платья девушек несли на носилках молодые люди в белых рубахах с красными кушаками на поясе и небольших черных шапочках. Это неторопливое шествие охраняли солдаты городской стражи, полные сознания собственной важности.

Николо исправно выполнял свои обязанности, рассказывая алданцам об истории этого праздника, не без труда перекрикивая шум толпы. Как и его подопечные, он любовался героинями этого переполоха. Двенадцать Марий, что должны были получить приданое и украшения из рук самого дожа, были одна лучше другой. С трудом верилось, что эти державшие себя словно королевы, красавицы происходят из бедных семей.

Сам юный Кавалли был рассеян, так как думал о предстоящем свидании с Амандой. Юноша так и не прервал опасную связь с женой богатого вельможи. После нападения разбойников любимая стала ему еще дороже, и он жил только встречами с ней, считая остальное время просто потерянным. Его друг сегодня остался дома, сославшись на неотложные дела. Услышав об этом, Лиза с облегчением вздохнула. Она стала уставать от навязчивого внимания Джеронимо, уже начинавшего выходить за рамки приличия. Но на сегодня она точно избавлена от его общества!

Зато к ним присоединился синьор Эспозито. Посланец Святого Престола был необычно мрачен. Его глаза равнодушно скользили по праздничному шествию, но прекрасные Марии не вызывали у него и капли восхищения. На вопрос Яромира, что случилось с его хозяином, Антонио лишь махнул рукою, но затем не выдержал и рассказал все без утайки.

Оказалось, дону Пьетро категорически запретили оказывать любую помощь агенту Ватикана. Когда же старший дознаватель заикнулся о пропажах людейи о смертельной опасности, скрывавшейся под яркими масками, ему пригрозили немедленной отставкой .

-Я так думаю, здешние кровососы вовсе не нищие изгои в лохмотьях, скрывающиеся в подвалах заброшенных домов. Перед звоном золотых монет открываются любые двери, а власть имущие готовы закрыть глаза на многое, если это сулит им хорошую прибыль и спокойную жизнь! Похоже для здешних властей это вовсе не новость! Пропавшие люди их ничуть не волнуют! - Яромир сердито плюнул на булыжную мостовую.

-Неужели кто-то сможет спокойно спать, зная что горожанам угрожает постоянная опасность?-возмутился Важек.

-Но что мы-то можем сделать? Нас не так уж много, кроме того мы отвечаем за Ее Высочество и за наших женщин!-Римар смотрел на жизнь более трезво, хотя и разделял волнение друга. Элина покрепче прижала к себе недовольного Курта, как будто боялась, что опасные создания могут появиться в любой момент даже среди шумной толпы. , Лиза согласно кивнула, после вчерашнего видения она чувствовала себя здесь крайне неуютно.

Рюдигер скрипнул зубами, вспоминая наглую болтовню Кратоса. Желание отрезать голову мерзавца вспыхнуло в нем с новой силой, но окинув взглядомнепривычно притихшую Лизу, серьезную Шарлотту, Элину, не выпускавшую сына из рук, и Лану, готовую броситься в любую драку, не замечая опасности, он все же пересилил себя:

-Я согласен с Римаром и думаю, что мы должны избегать прямых столкновений. Но в случае, если они захотят драки…

Неожиданно он замолчал, ощутив рядом присутствие еще одного из детей Черной звезды, втянув ноздрями тревожный, непохожий ни на что запах. Вовсе не аромат лесных трав, сопровождающий дикарку, и не запах молока и душистого мыла, которым чистюля Элина мыла мальчишке волосы. От неизвестного тянулся запах человеческой крови, оставшийся на нем, словно клеймо палача. Этот страшный след не могли перебить дорогие духи, которые не всякой моднице по карману. Это женщина? И она совсем рядом.

Рюдигер быстро обернулся и успел уклониться от удара покрытого серебром длинного узкого лезвия. Незнакомка в такой же как у Лизы, кошачьей маске, прошипела неразборчивые проклятия и бросилась бежать прочь. Сзади на них уже напирала толпа, но Рюдигер, не церемонясь, расталкивал локтями праздничное шествие, пробираясь на другую сторону улицы. Его друзья, недолго думая бросились следом. Римар, только что призывавший к осторожности, почти догнал барона, но тут его оттерли нарядные горожане.

Лиза нахмурила красивые брови и принялась проталкивать графа Забельского вперед. Сзади поднажали Яромир и Антонио, и алданцы вместе с агентом Ватикана наконец вырвались из праздничной толпы. Однако ни своего друга, ни беглянки они не увидели. Некоторое время они оглядывались по сторонам, не решаясь направиться в какую-либо сторону. Затем лицо Ланы прояснилось, и она подняла руку, указывая в узкий проулок между двумя зданиями:

-Кажется, нам туда!

Все дружно бросились в указанном направлении, рискуя застрять в тесном проходе. Яромир слегка притормозил Важека, ухватив парня за край плаща:

-Надеюсь, у твоей жены нет насморка, и она не заведет нас в какие-нибудь трущобы!

Важек почти всерьез обиделся:

-Какой там насморк, да она что угодно найдет по запаху, хоть в лесу, хоть в городе!

Трое мрачных людей в масках и темных плащах, также отколовшиеся от праздничного шествия, проводили компанию внимательными взглядами.

- Вон та рыжая. . Запомнили?-хриплым голосом требовательно спросил высокий мужчина

в выцветшом коричневом камзоле, видимо старший из них.

-Слишком уж худая, да и ростом мала. Непонятно, чем она приглянулась хозяину!-проворчал плотный коротышка.

-Какая разница, чем! Лишь бы заплатил то , что обещал, -пожал плечами третий в помятой шляпе с петушиным пером. -Я только не понимаю, чем эта малышка может быть так опасна. С ней бы я сам справился, надо лишь выбрать момент, когда она будет одна или в крайнем случае с тем мелким парнишкой или с подругой!

-Ох, Мауро, ты всегда слишком торопишься. Если господин, предупреждает об опасности, значит все так и есть. Хотя на первый взгляд похитить ее будет очень легко!

Неизвестная вампирша, юркая словно ласка, проскальзывала между праздными гуляками, стремясь скрыться среди домов, разделенных тесными улочками. Однако Рюдигер не терял из виду жемчужно-серый атлас ее платья. Перелетев узкий мостик с красивыми резными перилами, женщина скрылась за дверью трехэтажного дома.

Это здание вряд ли можно было назвать палаццо. Оно сильно обветшало, стены почернели, небольшие балкончики медленно разрушались под действием беспощадного времени. Расшатанная дверь чуть не слетела с петель от сильного рывка. Рюдигер очутился на темной лестнице. Здесь было слишком уж тихо, беглянка словно растаяла в воздухе. Однако в затхлом сыром воздухе все же вился ее запах, перемешанный со сладким ароматом дорогих духов.

Преодолев три лестничных пролета, барон очутился на чердаке. Единственное окошко было забито досками, сквозь которые слабо просачивался дневной свет. Рюдигер осторожно огляделся. Чердак был заставлен сломанной мебелью. Несколько стульев с дырой вместо сиденья, стол со сломанной ножкой, приставленный к стене. Его украшал засохший букет в вазе с отбитым горлышком. Солнечный свет, пробивавшийся через щели в досках, безжалостно выхватывал из полумрака толстый слой пыли, покрывавший все вокруг, и кружева паутины по углам.

Неожиданно вампиру показалось, что у левой стены сидит человек. Подойдя поближе, он с трудом сдержал ругательства. Прислонившись спиной к стене, ему улыбался обтянутый кожей скелет. Бедняга пролежал здесь уже немало лет и потихоньку превратился в мумию. Остатки камзола были заляпаны темно-бурой жидкостью. Рядом валялась треснувшая маска и шляпа со сломанным пером.

Несколько мгновений Рюдигер размышлял над судьбой несчастного. Однако он не потерял осторожности, заметив, как из угла бесшумно вышла темная фигура. Пара легких, почти неслышных шагов, и незнакомка уже стоит у него за спиной. Барон стремительно, словно сжатая пружина, обернулся и крепко сжал занесенную над ним тонкую руку с серебряным кинжалом. Клинок, тускло блеснув, упал на скрипучие доски. Рюдигер толкнул свою пленницу к стене и свободной рукой сорвал с нее маску.

Под кошачьей мордочкой скрывались огромные черные глаза, тонкий нос и красивые темно-вишневые губы. Черные кудри были забраны в высокую прическу на манер античной. На мраморной коже полыхал сердитый румянец.

- Кто ты такая и почему пыталась меня убить? Я тебя даже не знаю.

Пленница сердито взглянула на него:

- Мое имя Медея Кратос, и ты меня все-таки знаешь. Мы встречались во дворце дожа на балу! - она неожиданно опустила глаза, прикрыв их пушистыми темными ресницами.

-Ты та вампирша, что сбежала от папского посланника! Но я вроде бы тебя ничем не обидел. Я не воюю с женщинами.

- И напрасно!-Медея гордо вскинула голову, и в ее голосе прорезались обличительные нотки, - И зачем ты только явился сюда из своей дикой варварской страны! Плюешь на древние законы, нарушаешь традиции! Ты спас жизнь охотнику, и чуть не убил моего брата! Моего родного брата, который вырос на моих руках…

Рюдигер нахмурился, больно сжав тонкие запястья пленницы:

-Если бы я успел вовремя, то твой брат уже давно бы грелся на адской сковородке! А то, что вы называете законами…Как могли здешние дети ночи опуститься до такого?

Вампирша непонимающе уставилась на него:

-Я виновата в том, что родилась такою? Ты в этом меня обвиняешь? - она вдруг подумала, что глаза чужака, потемнев от гнева, стали похожи на море перед грозою.

Рюдигер посмотрел на нее с нескрываемым презрением:

-Ты родилась чистой и невинной, как все создания Божьи. Но быстро и охотно научилась лгать и убивать, легко отдала свою душу во власть тьмы.

Медея грустно улыбнулась:

-А если я не знала другого. . Научи меня, как вернуться к свету, -тут она сама ужаснулась тому, что говорит, но отступать было поздно, - научи любви и прощению. А может, и ты захочешь чему-нибудь научиться?

Она вдруг отпрянула от стены и прижалась к нему, горячо зашептав:

-Вряд ли ты имел дело с вампиршами, а ведь настоящая женщина одной с тобой крови может научить многому!

Одновременно она пыталась выяснить судьбу своего оружия, но Рюдигер с некоторым усилием оторвал ее от себя и усадил в пыльное кресло, попутно подобрав с пола серебряный стилет и сунув его к себе за пояс. Под его тяжелым взглядом Медея все сильнее вжималась в продавленное сидение:

-Как я уже сказал, я не воюю с женщинами. Не стоит вести себя, словно продажная девка, стараясь сохранить себе жизнь. Да с тобой бы и святой Иоанн Моравский намучился, пытаясь научить любви и прощению! Попробуй хотя бы научиться держать данное слово! Если попытаешься навредить моей жене, или я поймаю тебя за этой вашей «охотой», то клянусь всеми святыми, сверну тебе шею!

-Я обещаю…-неуверенно прошептала Медея, совершенно раздавленная его проповедью. Вдруг за его спиной кто-то чихнул, и Рюдигер, обернувшись , увидел Лизу с Ланой и стоящего сзади Римара. Лиза ехидно улыбнулась:

-Простите, что нарушаем ваше уединение, но мы все слышали!

-Ну что же, тем лучше. . -взглянув на кресло, он увидел , что там уже никого нет.

-Наверное, ты зря отпустил ее, -заметил Римар, -можно было попытаться допросить эту красотку!Марио наверняка знает много способов заставить ее разговориться!

-Прости, друг, но я действительно не воюю с женщинами, -пожал плечами барон фон Шлотерштайн.

Медея не помнила, как брела сквозь толпу нарядных горожан, удивленно разглядывающих красивую бледную даму без маски с покрасневшими от слез глазами. Пару раз какие-то молодые люди предлагали ей себя в провожатые, но она лишь отрицательно качала головой, почти не замечая ничего вокруг. Странный чужак одновременно жалел и презирал ее. Хуже всего, что она сама не понимала, что с ней творится. Только что она, сгорая от ненависти, пыталась убить алданца, а через мгновение испытывала уже совсем другие чувства. Она действительно вела себя с ним, как уличная шлюха. Вряд ли бы кто-нибудь из ее окружения осмелился предложить гордой наследнице всемогущего клана Кратосов что-то подобное, не рискуя лишиться головы.

Все еще переживая неприятные моменты своего разговора с чужестранцем, она застыла, словно изваяние, на краю мостовой, бездумно разглядывая плывущий по каналу мусор. В глубине канала она разглядела чье-то лицо со странными размытыми чертами. Губы шевелились, беззвучно шепча ее имя. Навязчивый голос зазвучал прямо в мозгу, еще немного, и она шагнет прямо в воду. Медея с трудом заставила себя отступить от края. Опомнившись от наваждения, она огляделась по сторонам. Надо же, чуть не утопиться в двух шагах от дома!

Вот и особняк с заколоченными окнами, густо заплетенный засохшими лианами дикого винограда. Медея легко взлетела на крыльцо. Наконец-то она дома, хватит на сегодня опасных приключений. Немного провозившись с ключом, она открыла потайную дверь и очутилась в полутемном коридоре. Стараясь не привлекать к себе внимания, она бесшумно взлетела по лестнице на второй этаж.

Проходя на цыпочках мимо комнаты брата , она с удивлением улышала какую-то возню и сдавленный шепот, прерываемый смехом. Приоткрыв дверь, она обнаружила опасно раненого сидящим на постели и сжимающим в объятих молоденькую служанку. Взгляд девицы был затуманенным, видимо благодаря ярко засиявшему магическому перстню с хризолитом. Она смотрела на Таноса с собачьей преданностью, совершенно не ощущая боли от небольших ранок, оставленных его острыми зубами на смуглой шее. Брату явно стало лучше, он уже ничем не напоминал умирающего. Медея с облегчением вздохнула и преувеличенно строго прикрикнула на парочку:

-Не слишком ли много ты себе позволяешь? Вряд ли Кармела сможет хорошо работать по дому после подобных развлечений. Теперь она будет еле ногами двигать.

Танос с сожалением оттолкнул от себя служанку:

-Все, моя милая, ты можешь идти! Чудесная девушка, сладкая, как райское яблоко…

-Только ее надолго не хватит, если ты не оставишь ее в покое, - проворчала сестра.

Когда служанка, все еще находившаяся под действием магического дурмана, едва не наткнувшись на стену, с трудом нашла дверной проем, младший брат, привалившись к подушкам, внимательно посмотрел на Медею.

-Ты выходила днем, одна без охраны! Мы ведь уже говорили об этом. Сейчас в Венеции стало опасно. Черт, я не могу спокойно жить, пока этот Марио Эспозито в компании с проклятыми алданцами разгуливает по городскими улицам. Вообразили, что могут заставить пьющих кровь отказаться от древнего священного права на охоту! Ничего, я еще покажу им, что значит стать врагами Кратоса!

Он втянул ноздрями воздух, и лицо его стало мрачным:

-Ты что встречалась с этим сумасшедшим? Это правда, сестра? Как ты могла… -от возмущения молодой Кратос не мог подобрать слова и ограничился лишь гневным взглядом.

-Я хотела его убить… - чуть слышно прошептала Медея.

-С ума сошла! Несмотря на явную умственную отсталость, он прирожденный воин, а уж с тобой легко справится и голыми руками, - Танос внимательно посмотрел на удрученное лицо сестры, читая по нему, словно по книге, - да он и справился, но почему тогда ты здесь? Нет, не говори ничего, я уже понял. Следуя христианскому милосердию, он отпустил тебя, пощадил врага! Это худшее оскорбление, какое можно представить! -скрипнул зубами вампир.

Медея обиженно выпрямилась:

-А если бы он убил меня, то оскорбление было бы меньшим?

-Прости, - спохватился брат, - я вовсе не это хотел сказать. Из-за меня ты рисковала жизнью! – он растроганно погладил Медею по голове, словно она была еще ребенком. - Он заплатит мне и за это тоже. Я ничего не забываю.

Медея сжала его руку и тревожно заглянула в глаза, словно пытаясь понять , что творится у него в душе:

-А, может, стоит забыть о мести? Ты никогда не думал о том, что мы изгои в этом мире и даже в этом городе. А в Алдании все по-другому…

- Сестренка, да что с тобой, ты здорова? Мы созданы Черной Звездой, мы другие, и этого не изменить. Если мы уподобимся алданцам, заискивающим перед людьми, то нас перестанут бояться и легко уничтожат! Вот что будет, если мы последуем глупым идеям о любви и милосердии!

В двери неуверенно постучали.

- Ну что еще? – недовольно протянул Танос. В комнату робко заглянула Кьяра.

Медея ободряюще улыбнулась девушке:

- Ну, говори, я слушаю.

- Госпожа, там синьор Валентино!

- Отец! – радостно взвизгнула Медея. Танос, как ошпаренный, вскочил с кровати и принялся натягивать одежду. едва он успел накинуть камзол, в комнате появился сам глава клана.

Элегантно одетый господин спокойно наблюдал за переполохом, который вызвало в доме его появление. В черных кудрях уже появились седые нити, но красивые глаза еще блестели молодым задором, не упуская даже самых мелких деталей.

Медея уверенно раздавала указания слугам. Валентино вдруг подумал, что она стала очень похожей на свою мать, и сердце знакомо откликнулось острой болью. О, Селена! Красивая и холодная с виду, как ночное светило, чье имя она носила. Уже столько лет прошло, но эта рана все еще не зажила. Дети, вечная радость и вечная тревога!

Медея – умница. Родилась бы мужчиной, лучшего преемника ему не найти. Умна и рассудительна, никогда не позволяет чувствам овладеть собой. У дочери лишь один недостаток – доброе сердце.

А вот Танос этим не страдает. Если надо, пойдет по трупам к своей цели. Но еще молод, горяч, не может сдержать себя. Поручать ему серьезные дела, пожалуй, рановато.

Глава клана с удовольствием расцеловал красавицу дочь и обнял сына, который старательно отводил взгляд.

- Может, расскажешь мне, что произошло в таверне Марциано? Весь город твердит о сражении, в котором открыто участвовали дети Ночи. Что с тобой, сын? Ты совсем забыл об осторожности!

- Я лишь хотел убрать охотника! – лицо Таноса пошло красными пятнами, но Валентино злорадно продолжил:

- Зачем было связываться с алданцами? Это единственное место, где подобных нам не изводят, словно зараженных чумой. Они могли бы быть полезны. Ты же умудрился испортить с ними отношения.

- Алданцы! – с презрением отозвался молодой вампир. – Приняли христианство и даже помыслить не могут о человеческой крови! Чем они отличаются от обычных людей?

-Ты забываешься, сын! – повысил голос Валентино. – Твои действия поставилипод угрозу всех пьющих кровь в этом городе, а посланник Святого престола все еще спокойно разгуливает по Венеции. О, Владычица ночи, за что мне такое наказание? Хорошо, что твоя мать не дожила до этого дня!

- Отец, простите меня! – Танос опустил глаза. Упоминание о матери заставило его устыдиться. – Я больше не посмею ослушаться вас!

- Надеюсь, что так и будет. – Валентино справился с охватившим его гневом и продолжил более спокойно, - вы с сестрой отправитесь на остров Тайн и принесете дары Трехликой, а заодно попросите совета у провидицы.

- Остров Тайн? Но, как же так, в дни карнавала… - растерянно отозвался наследник.

-Ты обещал не спорить! – напомнил старший Кратос. Молодой вампир уныло кивнул и быстро покинул комнату.

Марио Эспозито в пятый раз слушал сбивчивый рассказ молоденькой монахини, делившей одну келью с сестрой Доминикой о событиях того вечера, когда исчезла ее подруга. Особенно заинтересовало его неожиданное упоминание о явлении самого черта в небольшом садике за монастырской оградой.

-Неужели вы видели нечистого, сестра Моника!Откуда ему взяться в святой обители?

-в голосе охотника звучало самое искреннее удивление.

Сестра Моника кротко взглянула на красивого посланца кардинала Сальваторе и смущенно опустила темные глаза:

-Я провожала одного господина в часовню, как велел мне отец Марко. Случайно я обернулсь и от страха чуть не лишилась дара речи. Еще не стемнело, он стоял за розовыми кустами. Черное , словно вымазанное сажей лицо, только глаза блестят и отвратительная ухмылка!Кто же это, если не сам нечистый!А в монастыре известно , что ему нужно-сбивать с пути невинные души!

Ее милое, чуть наивное лицо залилось краской, девушка замолчала. Антонио неожиданно вмешался в разговор, с простодушным видом поинтересовавшись:

-А как насчет рогов с копытами и хвоста? У настоящего черта обязательно должен быть хвост! Если конечно он не спрятал его под одеждой. Или этот явился в монастырь нагишом?

Сестра еще сильнее покраснела и почти шепотом ответила:

-Нет, он был в камзоле, какой обычно носят слуги. Но точно я не рассмотрела, он быстро исчез.

Больше Марио не стал мучить девушку:

-Спасибо сестра, вы нам очень помогли. Думаю, ваш рассказ спасет немало невинных душ, а возможно и жизней!

Антонио долгим взглядом проводил сестру Монику, чьи огрубевшие от тяжелой работы руки и крепкая фигура выдавали бывшую крестьянку.

-Я так думаю, синьор Марио, ей все привиделось. Такой славной девчонке надо мужа хорошего, пяток ребят и хозяйство, тогда никакие черти мерещиться не станут.

Марио с улыбкой взглянул на помощника:

- Хорошая девица, чистая и добрая, как и подобает монахине. Такую дорогу не выбирают случайно, так что не переживай за нее. Эта девушка на своем месте. И знаешь, я думаю, что она рассказала правду. И хотя прошло уже несколько дней, мы все же внимательно осмотрим тот уголок сада с розовыми кустами.

По словам сестры Моники слуга дьявола выглянул из-за живой изгороди, окружавшей небольшую беседку. Тщательно осмотрев каждую травинку, борцы с нечистой силой обнаружили лишь клочок черного монашеского одеяния, зацепившийся за шипы, и следы здоровенных сапог на раскисшей от влаги земле.

-Видно наш черт не захотел запачкать копыта!-съязвил Антонио. Следы уводили к каменной ограде. -Ну, а дальше-то куда он подевался? Сквозь землю провалился?

Марио вытер запачканные грязью руки батистовым платком:

-Просто перекинул веревочную лестницу через ограду, а внизу его уже ждала гондола. Друг мой, ты еще помнишь, что сказала нам госпожа Фабиана?

-Что надо искать какого-то мавра. и вы думаете… - Антонио изумленно уставился на господина.

-Именно это я и имел в виду. Сестра Моника вовсе не склонна к глупым фантазиям, а настоящие черти вряд ли носят сапоги и камзолы. Но наш загадочный похититель был не один. Кто-то из горожан побывал в дальних краях и привез оттуда не только книгу с магическими заклинаниями, но и чернокожего слугу. Пойдем-ка, расспросим отца Марко о позднем посетителе часовни.

Однако маленький седой старичок с цепким взглядом по-молодому живых карих глаз не смог сообщить ничего важного. Вечерний посетитель был богато одет и еще не стар. Пожертвовав немалую сумму на нужды монастыря, он попросил оставить его одного и долго стоял у усыпальницы, где были захоронены покойники, принадлежавшие к городской знати.

Марио озадаченно уставился на гробницы. Даты жизни, ничего не говорившие чужаку имена и фамилии. Вряд ли он найдет разгадку кровавых убийств в этом грустном и мрачном месте. Кто из нашедших здесь вечный покой был дорог неизвестному посетителю? Одно из имен неожиданно показалось ему знакомым.

Свечи неожиданно вспыхнули, и пламя, испуганно вздрогнув, затрещало. По стенам полутемной комнаты метнулись причудливые тени, напоминающие ожившие ночные кошмары. Однако человек, сидевший за столом и державший в руках исписанный листок, даже не пошевелился. Капля горячего воска упала на его пальцы, но он даже не вздрогнул, не отрываясь взглядом от выцветших от времени чернил.

Однако его уединение было прервано. Почти бесшумно отворилась боковая дверь, и в темном проеме сверкнули лишь белки глаз. Затем на озаренное светом пространство шагнул гигант с почти черным лицом. Он с минуту постоял молча, не решаясь нарушить покой хозяина, затем почтительно позвал:

-Господин, все готово для ритуала.

Человек за столом оторвал глаза от ветхого письма и недовольно ответил:

-Да, Йорумба, я уже иду.

Он аккуратно сложил листок и убрал его в красивую шкатулку . Затем встал из-за стола и последовал за Йорумбой. Спустившись по длинной лестнице на нижний, «подводный» этаж дома, они очутились в просторном зале . Потолок поддерживали толстые столбы, на стенах чадили факелы. В середине комнаты стоял треножник, на котором горел огонь в железной чаше. Перед ним на длинной лавке лежала связанная девица со светлыми волосами.

Надо сказать, Йорумбе пришлось немало потрудиться, чтобы подготовить жертву для обряда. Орнела не желала быть покорной овечкой и яростно сопротивлялась, о чем красноречиво свидетельствовали свежие царапины на лице негра. В конце концов, ему пришлось оглушить несчастную, и теперь она не подавала признаков жизни.

Его господин задумчиво посмотрел на жертву, проведя рукой по мягким светлым прядям. Юная, смелая, полная жизни, которую он должен сейчас оборвать…Невольно он почувствовал жалость к несчастной, но тут же подавил в себе это чувство, заставив себя думать о том, ради чего он все это делает. Йорумба протянул ему ритуальный кинжал, чье лезвие покрывали древние письмена:

-Хозяин, вы должны сделать это сами. Иначе Древний не откликнется на вашу просьбу.

Его господин решительно кивнул. Стараясь не смотреть на лицо девушки, он занес кинжал над жертвой.

Глава 11. Во власти тьмы

Выяснение новых особенностей здешней ночной жизни заставило Яромира утроить свои усилия по охране Ее Высочества. Теперь, прибыв на новое место, телохранители принцессы с особым вниманием осматривали все укромные уголки. То же самое они проделывали и в середине званого вечера или шумного бала, и в конце. Марио, расследование которого несколько затормозилось, с удовольствием помогал им в этом занятии, надеясь хотя бы немного отравить жизнь местным созданиям Черной Звезды. Однако дети ночи стали избирательны и осторожны, они тщательно избегали мест, где должна была появиться алданская принцесса. И пока все усилия гвардейцев не принесли результата.

Этим вечером Марио заехал в палаццо Кавалли, чтобы сопровождать алданцев на званый вечер к синьоре Манчини. Вдова богатого купца железной рукой вела дела покойного мужа и имела влияние среди городской знати.

Агент Ватикана явился слишком рано и теперь скучал в гостиной, пока Антонио навещал знакомую, служившую здесь на кухне. Марио был ужасно разочарован событиями на празднике, и считал, что Рюдигер проявил преступную слабость, дав уйти несостоявшейся убийце. Похоже, он свалял дурака, почувствовав доверие к алданцам и посвятив вампира в свое расследование. Размыщляя над этим, молодой человек прикрыл глаза, уставшие от изучения обоев, покрытых затейливым узором из цветов и листьев, однако задремать не успел. Кто-то настойчиво толкал его в плечо. Стряхнув сонное оцепенение, Марио увидел перед собой нарядного мальчика лет шести. Поначалу он принял его за родственника хозяев, но тут же вспомнил, что видел малыша на празднике вместе с алданцами.

- Тебе чего? – Марио хмуро посмотрел на мальчишку.

Не испугавшись неласкового голоса, ребенок доверчиво улыбнулся и протянул руку к красивым ножнам на поясе охотника:

- Дай посмотреть!

Заметив маленькие, но острые клыки, Марио понял, что перед ним еще одно создание Черной Звезды, только шести лет от роду. Он еле успел схватить чертенка за руку:

- Какой прыткий! Разве тебя не учили не трогать ничего без спроса?

Малыш обиженно надул губы, и Марио неожиданно смягчился:

-Ну, так и быть, смотри!

Он вынул кинжал из ножен, и посеребренное лезвие засияло в пламени свечей, отражаясь в расширенных от восторга глазах мальчишки. Вампиренок быстро выпалил:

- Дай подержать! – и чуть не выхватил клинок из рук охотника. Возмущенный Марио придержал маленького нелюдя и спрятал кинжал в ножны. Он недовольно проворчал:

- Серебро для тебя опасно, лучше не трогай!

- Я уже не маленький, сам знаю. А для чего тебе кинжал из серебра! Оно больно жжется!

Под доверчивым детским взглядом Марио слегка растерялся:

- Ну что тебе сказать, малыш! Святая Церковь поручила мне сражаться с силами зла. Среди них есть не только обычные люди, но и создания Черной Звезды. Вот для них я и берегу серебряное оружие.

Сказать по правде, он считал, что темная сторона состоит исключительно из этих существ, но ответить так малышу язык не поворачивался. В гостиной появилась Элина и строго окликнула мальчика:

- Курт, милый, нехорошо донимать взрослых расспросами! Синьор Эспозито, простите нашего сына, он любопытен, как все дети.

Марио недоверчиво поглядел на изящную супругу графа Забельского, называющую маленького монстра своим сыном. Странное место эта Алдания, все там поставлено с ног на голову.

Между тем, Курт не собирался оставить Марио в покое.

- Ты, наверное, знаешь много всего интересного. Раскажи!

Маленький вампир шустро забрался на соседний стул и с нетерпением уставился на охотника.

- Что рассказать… - опешил Марио.

- Как что! Ну про сражение с силами зла, колдунов, призраков… Ну, пожалуйста!

Марио растерялся. Да он своими рассказами может лишить ребенка спокойного сна. Элина тревожно наблюдала за ним, неожиданно осознав, что синьор Эспозито может представлять опасность для ее мальчика. Марио отвел глаза от сердитого лица женщины и немного натянуто улыбнулся:

- Ты прав, мы с Антонио пережили немало приключений. Сражались с колдунами и ведьмами, изгоняли духов и избавляли людей от навязчивых привидений. Как нибудь я обязательно расскажу тебе об этом, ну а сейчас нам пора.

Увидев заглянувшего в комнату Яромира, он радостно поспешил к нему.

- Ты, я вижу, с Куртом познакомился! – улыбнулся капитан гвардейцев. – Не слишком он тебя утомил?

-Очаровательный малыш!- немного покривил душой Марио. – Любознательный, шустрый. Он полукровка, чей-то ребенок от первого брака?

Яромир вздохнул:

- Да нет, он сирота, Римар с Элиной усыновили его в Готхейме во время войны. Он теперь от них ни на шаг, пришлось и сюда взять.

- Усыновили вампира? – недоверчиво переспросил охотник. Яромир пожал плечами:

- Ну да, а что тут такого? Мальчишка со слезами вцепился в Элину и не отпускал, ну они и решили, что сам Господь послал им сына. Дочка у них уже есть.

Марио растерянно замолчал, уже не пытаясь найти смысл в поступках своих новых знакомых.

Многочисленные гости хозяйки окружили принцессу и ее спутников повышенным вниманием, и желание гвардейцев покинуть зал вызвало живейшее неудовольствие множества прекрасных дам. Яромир до сих пор не мог привыкнуть к тому, что лица собеседников скрыты за масками, и равнодушно выдерживал все атаки этих нежных созданий, так похожих на экзотические цветы в своих ярких платьях. Маски оставляли богатый простор для фантазии, но ему почему-то представлялось, что за ними скрываются вовсе не молодые красавицы, а прячущие свое уродство дряхлые старухи. Поэтому ускользнув от настойчивых кокеток, он сразу почувствовал огромное облегчение. В компании с синьором Эспозито они проверили лестницу и нижний этаж, но ничего подозрительного не обнаружили. Марио уже хотел вернуться в зал, но заметив задержавшуюся на балконе баронессу фон Шлотерштайн, неожиданно направился к ней.

-Кажется, вас не очень обрадовал благородный поступок вашего мужа.

Лиза удивленно обернулась и увидела Марио Эспозито.

- Слишком легко он отпустил это опасное создание, а ведь она покушалась на его жизнь!

Все остальные гости синьоры Манчини уже вернулись в зал, налюбовавшись фейерверком, но непонятно откуда возникший итальянец преградил ей дорогу.

Лиза постаралась быть подчеркнуто вежливой и равнодушной:

-Не очень-то понимаю, что Вы хотите сказать, синьор Эспозито.

-Я говорю об истории на празднике, его поступок заставляет заподозрить барона в симпатии к этим тварям …или по крайней мере к одной из них.

-Как вам могла придти в голову такая чушь! – рассерженно воскликнула молодая женщина. – Порой мой муж бывает излишне доверчив и добросердечен, но обвинять его в подобном…Этого я от вас никак не ожидала!

Она вдруг замолкла на минуту и пристально посмотрела прямо в глаза молодому человеку:

- Ведь в том, убить ее на месте или отдать инквизиторам, не было слишком большой разницы, не правда ли?

На самом деле Лиза вовсе не была так беспристрастна. Она прекрасно видела, какие взгляды бросала Медея на ее мужа, слышала кое-что из их разговора и с большим трудом сдержала желание выдернуть мерзавке длинные черные волосы, все до последнего. Ревность была мучительной, а намеки охотника ранили не хуже, чем отравленные стрелы. Ей было не в чем упрекнуть мужа, но ведь эта дрянь покушалась на его жизнь!

Однако ее недоверие к инквизиции стойко заглушало голос разума. Стоило только вспомнить, что эти лицемерные святоши сотворили с ее мужем в Готхейме, как пропадало всякое желание даже разговаривать с синьором Эспозито.

Марио неожиданно смело взял ее за руку:

-Вы удивительно добры и доверчивы, моя дорогая, надеюсь, что господин барон не приподнесет вам неприятный сюрприз!

Лиза резко выдернула ладонь, решив поскорее покинуть небольшой балкончик, украшенный бумажными фонариками:

-В своем муже я не сомневаюсь и всецело доверяю его решениям. Здесь становится слишком прохладно, давайте вернемся в дом.

В подтверждение своим словам она накинула на волосы капюшон, но итальянец неожиданно загородил ей дорогу:

-Я лишь хочу, чтобы вам не было больно. Подумайте о моих словах!

Лиза недоуменно взглянула на него. Это было совсем не похоже на его обычную сдержанность и хорошие манеры. Что ж, если он думает, что ее можно задержать силой, то он здорово ошибается! Еще неизвестно, кому сейчас будет больно! Она решительно направилась к выходу:

-Я уже сказала, что не хочу больше здесь оставаться!

-Оставьте даму в покое! - господин в камзоле из синего бархата не слишком вежливо отодвинул охотника в сторону. - Она же ясно дала вам понять, что ваше общество ей наскучило.

Лиза с удивлением узнала в своем неожиданном защитнике синьора Бергамо. Мариопокраснел от гнева:

- Вы, синьор, вмешиваетесь не в свое дело. Если хотите, то мы можем выяснить наши отношения в другом месте и другим способом.

Джеронимо презрительно улыбнулся:

- Я приму вызов лишь от равного себе. Безродный выкормыш кардинала Сальваторе не может считаться мне достойным соперником.

Взбешенный агент кардинала ударил ногой в стену и почти бегом покинул лоджию.

Джеронимо почтительно склонился, пропуская даму вперед:

- Прошу вас, госпожа!

С открытого балкончика они вышли в длинный коридор. Здесь не было ни души, все гости уже успели вернуться в зал к танцам и веселой музыке. Еще не остывшаяся от обидных слов Марио Лиза с некоторым трудом нашла в себе силы перейти к непринужденной беседе:

–Я вижу, вы все же решили оставить ваши неотложные дела и выйти из дома.

Он слегка улыбнулся:

- Не знаю, говорил ли вам Николо, но меня долго не было в Венеции. Я ужасно соскучился по этому городу, по его никогда не прекращаемуся празднику и беспечным жителям. Мне дорог каждый день карнавала. Однако за время моего отсутствия накопилось немало дел самого обычного житейского свойства. Поэтому приходится время от времени прерывать развлечения…Мне жаль, что этот плебей расстроил вас, я тоже наслышан об этой истории с вампиршей и считаю, что барон вел себя, как настоящий рыцарь.

Издалека вдруг послышался стук каблучков по мраморным плитам, и перед ними, с трудом успев притормозить, возник настоящий вихрь из пышных юбок и оборок золотистого цвета и непослушных рыжих кудрей. Лана спешно поправила растрепавшиеся от бега волосы, и вежливо улыбнулась синьору Бергамо.

Джеронимо, еле опомнившись от ее неожиданного появления, любезно поздоровался с юной графиней Новачек. В присутствии вампирши их беседа не клеилась, и немного проводив дам по пути к бальной зале, он свернул к двери, ведущей на лестницу, заявив, что забыл об одной важной вещи и должен отправить домой слугу со срочным поручением.

- Он словно преследует тебя! – усмехнулась Лана. – Отчаянный, даже жалко будет, если твой муж его ненароком покалечит.

-Не поверишь, но я даже была рада его обществу! – Лиза в двух словах поведала подруге о разговоре с Марио. – Представь себе, он думает, что Рюдигер отпустил эту змею намеренно, и обвиняет его чуть ли не в помощи местным кровопийцам!

- Полный дурак, - презрительно припечатала охотника Лана, - совсем не разбирается в людях!

- В людях, может быть, он разбирается неплохо, но вот о вампирах судит весьма предвзято! – сердито подвела итог Лиза. До дверей, ведущих в бальную залу, осталось всего несколько шагов, как вдруг в коридор ворвался сквозняк, гася одну за другой свечи на стенах и наполняя душу странной необъяснимой тревогой. Кругом была непроглядная тьма, и даже дикарка не могла сказать точно, куда же им теперь идти.

Лана вдруг услышала чьи-то слабые стоны. Словно кто-то из последних сил пытался звать на помощь. Ей даже показалось, что повторяли ее имя. Девушка разжала пальцы, выпустив ладонь подруги из своей руки, и поспешила на настойчивый зов.

Сгусток темноты на полу обрел очертания. В нем без труда можно было различить лежащего человека в залитой кровью одежде. Лана вгляделась в бледное измученное лицо и вдруг узнала своего мужа. Не побоявшись запачкать дорогое платье, она с испуганным криком опустилась на колени. Но ее руки обняли лишь пустоту. Сквозь слезы, застилающие глаза, Лана смотрела перед собой, недоумевая, куда же исчез Важек. Видение было столь реальным, что Лана до сих пор не могла усмирить бешено стучащее сердце. Наконец дикарка взяла себя в руки, вытерла мокрые глаза рукавом платья и, шумно вздохнув, обратилась к подруге:

- Лиза, ты тоже видела это? Или я схожу с ума?

Одако ответа не последовало, обернувшись назад, Лана увидела лишь темный коридор. Ее старшая подруга словно растворилась в темноте.

Лиза с удивлением смотрела, как Лана, словно во сне, бредет назад, совершенно не обращая внимания на ее окрики. Неожиданно ее схватили чьи-то грубые иочень сильные руки. Неизвестный перекинул ее через плечо, не обращая внимания на возмущенные вопли и протащив немного по коридору, свернул влево. Эту часть коридора тускло освещали масляные светильники, чудом уцелевшие при порыве ветра. Пройдя под низкими сводами, он ступил на лестницу, спиралью уходившую вниз.

Лиза изо-всех сил колотила негодяя по широкой спине:

- Сейчас же отпусти меня или хуже будет! Чурбан бесчувственный, колода дубовая!

Она вертелась на могучем плече, словно уж на сковородке. Но таинственный похититель удерживал ее железной хваткой, не обращая внимания на попытки освободиться. Вот если бы она еще не орала! И зачем только господину понадобилась эта ведьма!

Между тем Лиза исчерпала свой небольшой запас итальянских слов и перешла на алданский, пригрозив, что если он не отпустит ее по-хорошему, то у него отсохнут руки и ноги, небо покарает его, и он обязательно окончит свои дни в придорожной канаве. Наконец, она сравнила своего пленителя с тем, что не тонет в местных каналах, и принялась оглушительно визжать.

На минуту ему пришла в голову мысль заставить наглую бабенку замолчать с помощью магии, но он истратил почти все силы на ее подружку. Не так-то легко было навести морок на маленькую рыжую стерву. Дети ночи плохо поддаются внушению. Нет, колдовать сейчас некогда, но если свернуть ей шею, то она точно замолчит! Жаль, сейчас сделать это нельзя, господин расстроится. Хотя, если бы он послушал ее хоть немного, то отменил бы свой приказ!

Женщина вдруг притихла, будто услышав его мысли. Наверное, устала или в горле пересохло, нельзя же голосить без перерыва. Наслаждаясь внезапной тишиной, он даже сбавил скорость.

В это время Лиза поняла, что рука, удерживающая ее, крепка и надежна. Не опасаясь слететь на землю, она занялась исследованием своей прически. Наконец ей удалось нащупать длинную острую шпильку, подарок Ланы. Украшенная мелкими самоцветами женская безделушка при желании могла превратиться в опасное оружие. Конец заколки был остро заточен. По словам дикарки, в Андижане подобные украшения пользовались большим успехом. Только сейчас Лиза поняла, что было тому причиной

Рюдигер и Римар неторопливо и осторожно обследовали длинный полутемный коридор в палаццо синьоры Манчини. Они уже прошли почти половину, с подозрением заглядывая в темные ниши в стенах, но натыкались лишь на бесстыдно обнаженные скульптуры в античном стиле или изящные скамейки. На одной из них двое сплелись в горячих объятиях, и Римар уже хотел самым бесцеремонным образом потревожить влюбленных, но Рюдигер отрицательно покачал головой. И кавалер, и дама были самыми обычными людьми, а остальное их не касается.

Неожиданно из-за поворота вышел высокий мужчина. Он шел уверенной походкой спешащего по своим делам человека и, поравнявшись с алданцами, даже не обернулся в их сторону. Зато гвардейцы замерли на месте, как вкопанные. Лицо незнакомца, одетого вплатье обычного слуги, было совершенно черным, будто его вымазали сажей.

Рюдигер уже хотел догнать подозрительного слугу, но Римар остановил его:

-Это же просто мавр, наверно госпожа Манчини купила раба из далекой южной страны.

То, что он не похож на нас, еще ничего не значит!

Вампир согласно кивнул, ругая себя за недогадливость. Уж ему-то лучше других известно, каково это – отличаться от других.

Друзья, не спеша, дошли до поворота. Больше ничего подозрительного им не попалось. Они завернули за угол, как вдруг сильный порыв ветра пронесся по коридору, гася светильники и с шумом захлопывая тяжелые двери. Они оказались в полной темноте.

- Что за чертовщина здесь творится? – выругался Римар.

- Просто сквозняк, может шторм на море разгулялся, - с притворным равнодушием предположил Рюдигер. На самом деле он был полностью согласен с товарищем, что подобное можно объяснить именно чертовщиной, но говорить вслух об этом ему не хотелось.

Глаза алданца уже привыкли к темноте, и он довольно хорошо различал очертания стен, статуи в нишах и фигуры рыцарей в боевых доспехах в отличие от совершенно беспомощного Римара. Подумав о друге, он поспешно предложил:

- Давай вернемся, зачем блуждать в потемках!

- Ни в коем случае! – слегка обиженно откликнулся Римар. – Мне кажется, что все это неспроста, к тому же что-то подсказывает мне, что и двери мы так просто не откроем. Так что вперед, дружище!

Дойдя до того места, где коридор огибал здание, Рюдигер и Римар наконец вышли из полной темноты. Неожиданно друзья услышали дикие вопли, доносившиеся с другого конца коридора. Кто-то отчаянно орал на алданском, призывы о помощи мешались с отборными ругательствами.

Рюдигер прислушался к уже затихающим крикам и с испугом взглянул на Римара:

-Да это же Лизхен!

В следующее мгновение он уже со всех ног бежал вперед. Запыхавшийся Римар с трудом успевал за другом. Едва не сбив с ног растерянную Лану, они ворвались на винтовую лестницу.

Неизвестный уже достиг конца лестницы, чьи ступени заканчивались у самой воды. Здесь у резных столбиков, украшенных позолотой, качались на воде гондолы. Он решительно направился к одной из них и неожиданно подпрыгнул, едва не выронив свою ношу. Это Лиза, которой изрядно надоела роль беспомощной жертвы, мстительно вонзила острую шпильку похитителю в место чуть ниже спины. Негодяй разразился руганью на странном гортанном наречии, а ободренная успехом баронесса повторила укол.

Разгневанный мужчина легко стряхнул ее с плеча и подхватил на руки. Лиза взглянула ему в лицо и охнула. Лицо неизвестного почти сливалось с ночной тьмой, лишь ярко блестели белки глаз. Чернокожий оскалил подпиленные зубы в свирепой ухмылке, не обещавшей ничего хорошего. Лиза отчаянно завизжала, извиваясь в безжалостных руках, и сумела еще пару раз ударить его своим странным оружием.

Пытающийся справиться с взбунтовавшейся жертвой, мавр поднял глаза и понял, что окружен. Рюдигер фон Шлотерштайн с трудом сдерживал желание разорвать негодяя на мелкие кусочки. Он направил на него острие шпаги:

-Отпусти ее !

Чернокожий медленно отступил назад. Но там его уже ждал Римар, подоспевший другу на помощь, а от парадной двери бежали Яромир и Марио Эспозито. Из черного хода, который вел в хозяйственные помещения, вылетели Важек и Антонио. Кажется, крики Лизы перебудили всю Венецию. Оценив численный перевес противников, злоумышленник вдруг швырнул свою визжащую и брыкающуюся ношу вампиру. Рюдигер выронил шпагу и еле успел поймать свое сокровище.

Быстрый, как кошка, разбойник бросился бежать вдоль канала и неожиданно столкнулся с синьором Бергамо. Отважный итальянец пытался задержать его, но чернокожий сбил Джеронимо с ног и скрылся в ближайшей подворотне.

Держась за голову, к ним подошел Джеронимо. Он отнял руку от макушки, и Лиза испуганно ойкнула. Ладонь была в крови. Падая, синьор Бергамо здорово приложился о камни мостовой.

- Синьора, с вами все в порядке? Надеюсь, это дьявольское отродье не причинило вам вреда?- он встревожено обратился к Лизе, которая к неудовольствию мужа уже спрыгнула на землю. Рюдигер крепко обнимал ее за талию, дав себе клятву больше не оставлять супругу одну. Барон горячо пожал испачканную в крови руку итальянца:

- Вы рисковали жизнью ради моей жены. Я ваш должник.

-Не стоит,- слабо улыбнулся синьор Бергамо, - любой честный человек поступил бы также. Но негодяя надо обязательно найти!

Римар вмешался в разговор:

- Я думаю, это будет не очень трудно! Похоже, это тот самый темнокожий слуга, которого мы с Рюгом видели в коридоре!

Марио охватил охотничий азарт:

- Слуга в этом доме? Так что же мы стоим!

Лана, увидев мужа, бросилась к нему на шею, словно после долгой разлуки. Совершенно не стеснясь невольных зрителей, вампирша торопливо осмотрела его лицо и одежду. Удивленный такой заботой Важек, однако, не сопротивлялся, зная горячий и обидчивый нрав юной дикарки. Наконец он осторожно заключил ее лицо в ладони и повернул к себе:

-Радость моя, что случилось? Отчего ты плачешь?

-Я … я просто боялась, как бы с тобой не случилось беды…- красавица нахмурилась, увидев, как он пытается сдержать улыбку.- Не смейся!

-Я и не думал…- растерянный Важек обнял жену, словно ребенка, и она вдруг разрыдалась, спрятав лицо у него на груди.

Домоправительница синьоры Манчини, донна Летиция, недовольно скривила тонкие губы:

-Ну да, среди слуг, работающих в этом доме, есть один чернокожий. Его зовут Малик, хозяйка купила его два года назад. Здоровенный малый, но работать не слишком любит. Намного больше ему нравится вгонять в краску служанок. Госпожа держит его для особых поручений, вот он и зазнался. А вам-то он зачем понадобился? Время уже позднее. Неужели негодник что-то натворил? Эй, Роберто! – окликнула она шустрого мальчишку. – Позови-ка сюда Малика, да побыстрее!

Марио улыбнулся пожилой матроне самой искренней улыбкой:

- Не переживайте, госпожа Летиция, мы лишь хотим расспросить его об одном знакомом. Пусть молодой человек проводит нас.

Главный зал палаццо был полон народу. Среди гостей, наряженных в самых причудливых персонажей, ловко лавировали слуги с подносами, на которых стояли бокалы с вином.

Марио, Антонио и алданцы последовали за юным Роберто. Парнишка в малиновой приталенной курточке и небольшой шапочке такого же цвета уверенно пробирался среди гостей в праздничных нарядах. Наконец он показал рукой на высокого слугу с черной шапкой кудрявых волос.

-А вот и тот, кого мы ищем! Эй, Малик, может, подойдешь к нам?

Завидев Роберто, чернокожий расплылся в широкой улыбке, которая, впрочем, быстро погасла, когда он увидел стоявших рядом с мальчишкой вооруженных мужчин. Черные глаза с яркими белками в панике заметались по сторонам. Малик вдруг швырнул поднос в стоящего рядом важного синьора и быстро притянул к себе Роберто, приставив к шее мальчика острый нож.

Толпа испуганно расступилась. Марио развел руками, показывая, что безоружен:

-Да ты что приятель, мы только поговорить хотели… Отпусти ребенка!

-Малик, ты чего, мы же друзья!- вдруг подал голос Роберто.

- Роберто – друг, но моя не хотеть тюрьма! – коверкая слова, с жутким акцентом ответил чернокожий. Он потихоньку пятился назад, затем резко оттолкнул мальчика прямо в объятия синьора Эспозито и легко взлетел на подоконник. Стекло осыпалось с жалобным звоном, в зал ворвался прохладный ночной ветер.

Марио, раздосадованный тем, что упустил подозреваемого, не раздумывая, последовал за ним и исчез в чернеющем оконном проеме. Антонио собирался отправиться за своим господином, но Рюдигер опередил его, смело шагнув в разбитое окно, и пропал в темноте. Флейты и мандолины смолкли. Растерянные гости синьоры Манчини оживленно обсуждали странное происшествие. Яромир также перепрыгнул через оскалившийся обломками стекла оконный проем, очутившись на длинной лоджии, огибавшей здание. Однако луна зашла за тучи, сделав ночь совсем непроглядной, и растерянный Яромир вернулся назад.

Спустившись с балкона по боковой лестнице, Марио очутился в тесном переулке, отделявшем палаццо синьоры Манчини от соседнего дворца. В отличие от главных улиц здесь не было масляных фонарей, но посланник кардинала смело бросился вперед за беглецом.

Негр несся по булыжникам мостовой не хуже резвого коня, но Марио, одержимый решимостью найти виновника жестоких убийств, пока не отставал. Однако Малик вдруг резко вырвался вперед, и Марио потерял его из виду. Он остановился, растеряно озираясь по сторонам и пытаясь решить непосильную для нормального человека задачу - разглядеть в ночной тьме чернокожего.

Над Гранд - каналом грохнул и рассыпался на цветные гроздья фейерверк,на мгновение осветив тесно прижавшиеся друг к другу домики в узком переулке. В маленьком окошке под самой крышей зажегся свет. Марио, следуя многолетнему инстинкту сыщика, осторожно обошел вокруг дома. Чутье подсказывало ему, что беглец не сумел выбраться из тупика и все еще где-то рядом. Из-за высокого крыльца, ведущего на второй этаж, вдруг метнулась черная тень. Притаившийся за углом Малик ударил своего преследователя кинжалом в спину. Однако, лезвие, прорезав одежду, царапнуло по жесткой чешуе кольчуги, спрятанной под камзолом.

Марио, не тратя времени на удивление, обернулся и ударом ноги отбросил нападавшего. Чернокожий приземлился у соседней стены, больно приложившись головой о каменные блоки, но тут же вскочил, не обращая внимания на разбитую в кровь голову, и бросился бежать.. Длинные ноги уроженца саванны быстро уносили его прочь, вперед к желанной свободе.

Рюдигер быстро соорентировался в лабиринте переулков, окружавших палаццо семейства Манчини. Он уже понял, что их следствие снова зашло в тупик, но беспокойство за Марио заставило его присоединиться к погоне. Не успел он свернуть в соседний двор, как оттуда вылетел темнокожий беглец. Он тяжело дышал и, кажется, был ранен. Столкнувшись с бароном, он отпрянул назад. Но Рюдигер успел схватить его за руку.

Суеверный чернокожий выронил нож и опустил голову, чтобы не встречаться взглядом со страшным ночным демоном, чьи глаза напоминали тлеющие угли,забормотав на родном языке заклинание от нечистой силы.

К ним подбежал Марио и с явным неудовольствием посмотрел на вампира, выполнившего его работу.

-Спасибо за помощь! – процедил он сквозь зубы. Рюдигер, не обращая внимания на скрытую насмешку в голосе итальянца, пожал плечами:

-Это было не трудно. К тому же это совсем не тот, кого мы ищем. Непонятно, зачем он бросился бежать?

-То есть как, совсем не тот? – Марио ошарашено уставился на вампира. - Ты хорошо его рассмотрел? Здесь слишком темно…

Рюдигер снисходительно посмотрел на итальянца и терпеливо объяснил:

-Для меня не слишком. Но дело не в этом! Он ранен, и его кровь пахнет по-другому. Это совсем другой человек, не понимаю, чего он бросился бежать. – он потряс своего пленника за плечо. - Эй, парень, ты зачем удирал, если не виноват?

Малик продолжал бормотать молитвы своим богам, старательно отворачиваясь от вампира, и Рюдигер прекратил расспросы. Они вернулись в опустевшее палаццо. Гости поспешно разъехались, зато недовольная хозяйка набросилась на синьора Эспозито, словно коршун на цыпленка. По какому праву он устраивает погром в ее доме, преследует ее слугу и портит вечер ее гостям.

Но Марио быстро прекратил ее излияния, заявив, что его непосредственный начальник – кардинал Луиджи Сальваторе, а над ним имеет власть лишь сам Папа Римский.

-К тому же именно в вашем доме чуть не похитили одну из приближенных Её Высочества Шарлотты, принцессы Алдании, баронессу фон Шлотерштайн.

Шарлотта, не пожелавшая покинуть палаццо вместе с остальными гостями, внимательно следила за словесной дуэлью синьоры Манчини и представителя Ватикана. Николо старательно переводил, еле успевая за скороговоркой хозяйки дома и гневными отповедями охотника. Пострадавшая баронесса уже оправилась от потрясения и успокаивала взволнованую Элину. Графиня Забельская настаивала на немедленном отъезде домой, поскольку здесь слишком опасно для ребенка. Сам ребенок так не считал, наоборот история с Маликом внесла хоть какое-то оживление в такой скучный и однообразный для него вечер.

Он подбежал к Марио, который наконец избавился от синьоры Манчини и теперь беседовал с молоденькой горничной, и с любопытством прислушался. За неделю, проведенную в Венеции, мальчик начал немного понимать чужой язык. Когда Марио наконец оставил в покое перепуганную служанку, Курт подергал его за рукав, пытаясь обратить на себя внимание:

- Ты сможешь поймать его? А хочешь, я тебе помогу?

Охотник удивленно поглядел под ноги и, заметив маленького вампира, раздраженно отмахнулся:

- Только детей мне не хватало!

Но Курт настойчиво продолжил:

- Он был не один. Разве ты не догадался? Я сам видел!

Марио посерьезнел и, присев на корточки, внимательно посмотрел на мальчишку:

- Ну-ка малыш, рассказывай все, что видел, только не торопись!

- Я видел их до начала фейерверка! Двое вышли из лодки, один направился прямо в дом, другой свернул в сторону! Лицо у него было черное, словно в саже. Это его ты хочешь поймать? – быстро затараторил Курт.

Марио быстро переспросил:

- А второго ты не разглядел? И почему другие их не видели?

Мальчишка вздохнул:

- Второй был в маске. Все смотрели на небо, ждали фейерверк, а я улицу разглядывал. Он опоздал на бал. Ну, теперь ты их поймаешь?

Марио осторожно пригладил длинные темные локоны ребенка:

-Ты мне очень помог, малыш, но эти игры действительно опасны. Так что держись поближе к родителям! Тебе, наверное, спать пора, зачем таскать с собой ребенка в такое позднее время…- тут он замолк, понимая, что ляпнул глупость.

- Да ты сам спишь на ходу! - обиделся мальчишка.

Римар крепко взял юного сыщика за руку.

-Сынок, со взрослыми так не разговаривают! И тебе действительно пора спать!

Маленький вампир вздохнул и покорно поплелся за отцом, однако успел обернуться и показать Марио язык.

Антонио хмыкнул:

- Ишь, постреленок! О чем это он тараторил? Я их наречие плохо знаю, не успел разобрать…

- Слишком любопытный, говорит, что разбойник, чуть не похитивший баронессу, был не один! Вот только упыренка в подмастерьях мне не хватало! – раздраженно бросил охотник.

Его верный помощник не сдержал улыбку:

-Зря вы так, господин! Мальчонка все подмечает, может и разглядел кого. Да не по судьбе ему в подмастерьях ходить. Он из благородных, а они все больше по военной части.

Марио удивленно посмотрел на слугу:

- Эй, Антонио, да ты никак упрекаешь меня… Они же нелюди. Кровь пьют по утрам, ты же сам болтал с прислугой Кавалли!

Антонио неожиданно повысил голос:

-Ну что вы заладили, господин, упыри, нелюди! Все Божьи твари, а мальчонка отчего-то к вам тянется, невинная душа!

Удивленный неожиданной вспышкой деревенского увальня Марио благоразумно замолчал. Он продолжал молчать и вернувшись в небольшую комнатку под самой крышей.

Глава 12. Рынок Риальто

Принцесса Шарлотта, как и подобает наследнице трона, отличалась завидным спокойствием. История с Маликом совершенно не повлияла на ее планы. На следующий день она собралась посетить остров Мурано, чтобы полюбоваться изделиями знаменитых стеклодувов. Проплывая мимо моста Риальто, Ее Высочество неожиданно заинтересовалась шумным скоплением народа.

-Это просто рынок, здесь торгуют свежей рыбой.- равнодушно пояснил молодой Кавалли.

Однако Шарлотту его слова не убедили, и вскоре повара важных господ и хозяева небольших трактиров поспешно расступались перед алданской принцессой и ее свитой.

Надо сказать, что представленные здесь дары моря действительно заслуживали внимания.Мелкая серебристая рыбешка трепыхалась в корзинах, словно живое серебро, таращили огромные глаза ярко-красныеморские окуни, отливала металлом скумбрия. Крошечные креветки слабо шевелили лапками. Рядом словно для контраста пытались поднять клешни огромные лангусты. Скользкие сероватые кальмары с розовым оттенком и будто вывалянные в грязи каракатицы, здесь были даже осьминоги, которые обреченно перебирали пупырчатыми щупальцами. Кирпично-красные раковины гребешков, казалось, скрывали за своими створками драгоценные жемчужины.

Молодая женщина зачарованно бродила среди этого изобилия. Ее супруг брезгливо морщился, а лучшая подруга не отнимала от носа надушенного платка. Важек с горящими глазами расспрашивал Николо о каждом из морских жителей. Лана и Лиза пребывали в легком замешательстве. Они отказывались верить, что подобных тварей можно употреблять в пищу. Яромир старался не отвлекаться от своих обязанностей. Рюдигер сопровождал Их Высочества от одного прилавка к другому с совершенно невозмутимым видом. Однако терпеть рыбный запах ему было нелегко, и он искренне надеялся, что принцесса не захочет завершить прогулку по рынку обедом из морепродуктов.

Курт с восторгом разглядывал странные существа с зеленовато-cерыми щупальцами. Сгорая от любопытства, он не удержался и взял в руки небольшого осьминога. Смуглая торговка одарила красивого ребенка белоснежной улыбкой:

-Ла прорва!

Маленький вампир счастливо улыбнулся и повторил:

-Ла прорва… А меня так наша кухарка называет. Ты красивый!

Элина увидела в руках сына отвратительный скользкий комок с пупырчатыми щупальцами и взвизгнула:

-Выброси эту гадость!

Ее визг слился с воплем торговки, уставившейся на странного мальчишку с острыми зубами.

Озадаченый Курт послушно выбросил несчастного осьминога, но не в корзину торговки, а прочь от себя. Совершенно случайно бедный моллюск подлетел вверх и шлепнулся на макушку принца Станислава. Обалдевший от такого подарка небес принц потерял равновесие и, покачнувшись, толкнул прилавок. Дары моря посыпались под ноги растерянным алданцам. Хозяйка прилавка воздела руки к небесам, не переставая орать что-то неодобрительное на родном языке. Мелкая рыбешка растеклась живым серебром под ногами прохожих. Большие рыбины с поперечными полосками на серой шкуре били хвостами по камням мостовой, крабы медленно расползались в разные стороны.

В центре этого изобилия сидел супруг Шарлотты в диковинном головном уборе. Принцесса, стараясь не смеяться, протянула ему руку, но Станислав гордо отверг помощь и встал сам. Красный, как вареные креветки, он отряхнул с камзола рыбную мелочь, выкинул из кармана каракатицу и, наконец, стянул с макушки осьминога. Морской гад недовольно задергался от такого бесцеремонного обращения, но принц брезгливо отшвырнул его прочь. Уже успевший привыкнуть к полетам моллюск приземлился прямо в руки Курту.

Мальчишка с радостью подхватил старого знакомого:

-Не бойся, я не дам тебя обидеть! Уплывай скорей, а то сварят и съедят!

Сорванец шустро подбежал к воде и отпустил осьминожка в канал. Тот на минуту замер причудливым цветком, затем распрямил щупальца и быстро ушел под воду. Горя желанием немедленно совершить еще какое-нибудь доброе дело, маленький вампир подхватил плетеную корзину с кальмарами и, не раздумывая, высыпал в Гранд-канал. Довольный своим поступком, он наблюдал, как освобожденные твари расплываются в разные стороны.

Неожиданно мальчик почувствовал, как кто-то пытается оторвать ему ухо. Завизжав от жгучей боли, он обернулся и увидел хозяйку прилавка. Покрасневшая и растрепанная, с выпученными от возмущения глазами синьора сама напоминала большую опасную рыбину. Курт внезапно осознал свою вину и сник, не пытаясь освободиться. Элина, увидев нависшую над сыном опасность, бросилась ему на помощь.Лиза тоже не осталась в стороне. Вдвоем они попытались оторвать мальчишку от мощной матроны. Но та крепко вцепилась в мальчишеское ухо, и Курт заверещал еще громче.

Николо пытался выбрать из гневной речи торговки немногие приличные слова и перевести алданцам. Однако уже и так было ясно, что женщина требует возмещения ущерба. Элина сердито поджала губы, глядя на распухшее малиновое ухо Курта. Рюдигер и Римар, не сговариваясь, потянулись за кошельками. Но принц жестом остановил их. Он снял с левой руки кольцо с изумрудом и протянул все еще орущей торговке.

Та на минуту застыла с открытым ртом, затем бросилась целовать руки благодетеля, все еще покрытые скользкой рыбьей чешуей. Станислав осторожно освободился из ее жарких объятий и с достоинством повернул к пристани. Алданцы поспешили за ним. Поравнявшись с Важеком, пристально изучающим морскую звезду, Его Высочество выхватил ее у него из рук и, подмигнув Курту, выбросил в воду.

Поспешившая на стук в дверь госпожа Фабиана распахнула дверь и сердито уставилась на хорошо одетого красивого господина, позади которого возвышался широкоплечий слуга.

Гадалка неодобрительно посмотрела на смиренно ожидающего приглашения охотника:

- Ну что еще нужно человеку Луиджи Сальваторе у безбожной ведьмы?

На женщине был белый фартук, в руках, запачканных мукой, деревянная скалка. Антонио тревожно покосился на безобидную кухонную утварь и на всякий случай отступил на полшага назад. Марио одарил госпожу Фабиану самой очаровательной из своих улыбок:

- Всего лишь совет. Нет ничего лучше совета мудрой и прекрасной женщины!

Гадалка неожиданно сменила гнев на милость:

- Ну, заходите что ли…

Она положила так смутившую Антонио скалку на стол и отряхнула запачканные мукой руки. Затем откинула занавеску и пригласила своих гостей следовать за ней. Они очутились в маленькой и темной комнатушке. Гадалка поставила на стол подсвечник и взяла с полки затертую колоду карт с мрачными картинками.

Марио нагнулся и поднял на руки большого черного кота, крутящегося под ногами. Антонио осматривался по сторонам. Сушеные травы, огромные раковины, морские ежи, и запечатанные бутылки темного стекла. Фабиана пожала плечами:

- Это для впечатлительных девиц и богатых горожанок, желающих погадать на поклонников. Но ты ведь пришел сюда не за этим. Что ты хочешь узнать у меня?

Марио стал серьезным:

- Прошлый раз ты увидела все верно. Я встретил человека с черным лицом. Но ему удалось ускользнуть от меня. Он всегда на шаг впереди меня и оставляет мертвецов на своем пути.

Женщина побледнела:

- Ох, и не нравится мне все это. Сдвинь колоду, юноша.

Ее руки замелькали над столом, раскладывая карты.

-Что же, ты не ошибся. Беда действительно следует за тобой по пятам и даже забегает вперед.

Неожиданно раздался грохот и звон битого стекла. Антонио, удрученный результатом гадания, выпустил из рук стеклянную бутыль с заключенной в нее каракатицей По жилищу гадалки разлилась резкая вонь. Черный кот возмущенно зашипел и выскочил прочь.

- Ради Бога, простите! Клянусь святым Христофором, я случайно…

Гадалка отличалась бойким нравом и за словом в карман не лезла. Поэтому Антонио справедливо ожидал если не вечного проклятия, то хотя бы привычной ругани. Но Фабиана лишь равнодушно отмахнулась:

-Пустяки, обычное приворотное зелье.

Она снова вернулась к своему клиенту.

-Дай руку, юноша.

Мельком взглянув на переплетение линий, Фабиана сжала его ладонь в своих руках и посмотрела Марио прямо в глаза. Ее зрачки вдруг превратились в два бездонных колодца, и Марио ощутил себя лишенным опоры под ногами и летящим в черную бездну. Внезапно его полет оборвался, и он снова сидел за столом, жадно глотая воздух.

Отдышавшись, он нетерпеливо набросился на хозяйку с вопросами:

-Ну, что ты там видела, говори скорее!

Гадалка выдержала значительную паузу, затем ответила вопросом на вопрос:

-Что ты знаешь о трехликой богине?

Марио непонимающе пожал плечами:

- Ты говоришь о владычице кладбищ и перекрестков, хозяйке ночной тьмы…

-Она еще и богиня мести, а главное, покровительница ночных ламий или говоря проще, местных кровососов. Ты перешел дорогу кому-то из детей Ночи, и поэтому смерть спешит по твоим следам.

Будь осторожен, Марио Эспозито. Здешние создания Черной Звезды не похожи на своих сородичей с большой земли. Море не могло накормить их, ведь у рыб нет горячей живой крови. Чтобы выжить, им пришлось охотиться на единственное существо, обитающее в этом сыром болотистом месте – на человека. Они намного опаснее, чем те, с кем ты привык сражаться.

Марио беззаботно тряхнул темными кудрями:

- Я знаю, что растревожил их осиное гнездо. Но меня гораздо больше волнует таинственный мавр и его хозяин. Никак не могу найти хотя бы тоненькую ниточку для зацепки!

Фабиана усмехнулась:

- Он не считает тебя опасным соперником, он даже не считает тебя опасным. Потихоньку он запускает свои щупальца в этот город, сеет страх и ненависть в душах людей. Тот, кто призвал его в наш мир, не представляет, с какими силами он вздумал шутить!

Гадалка еще раз взглянула на его ладони и недоуменно произнесла:

- Странно, ничего не понимаю, помощь тебе придет тоже от детей Черной звезды…

Неожиданно Фабиана сорвалась со стула и стрелой рванулась на крохотную кухню. Стены домика содрогнулись от ее возмущенных причитаний.

-Ах ты, неблагодарная тварь, да я из тебя сейчас отбивную сделаю!

Черный кот запрыгнул на стол и, не торопясь, доедал рубленое мясо, приготовленное для равиолей. Хозяйка схватила скалку и замахнулась на обнаглевшего питомца. Но котяра ловко уклонился от карающей руки, и скалка опустилась в горку муки, поднявшейся в воздух белым облаком.

Разгневанная женщина обернулась к своим гостям:

- Принесла же вас нелегкая…

Антонио посмотрел на нервно подрагивающую скалку в ее руке и правильно оценил ситуацию. Парень дрожащими руками развязал кошелек и вытащил несколько флоринов.

- Спасибо за предсказание, но нам непременно нужно торопиться… Ведь насждут в городской управе.. Правда, господин?

Твердя о неотложных делах, он уверенно двигался по направлению к выходу, тащя за собой Марио, не слишком довольного таким быстрым окончанием гадания.

Покинув жилище ворожеи, они молча брели по набережной канала мимо трех, а то и четырехэтажных домов. В отличие от главной улице, где каждое палаццо кричало о богатстве и величии своего владельца, эти здания были обшарпанными и почерневшими.

Наконец ноги вывели Марио на небольшую площадку, окруженную домами. В центре стоял небольшой фонтанчик, а фасад одного из домов украшали гипсовые скульптуры в восточных одеждах. Вскоре Марио понял, что заблудился и остановился, чтобы оглядеться. Вдруг Антонио, который брел на несколько шагов позади его, чтобы не мешать хозяину предаваться размышлениям, резко столкнул его в сторону. Не удержав равновесия, оба упали на землю.

-Какого черта ты делаешь? – накинулся на слугу возмущенный охотник, но обернувшись назад, резко замолчал. На том месте, где он только что стоял, лежала груда кирпичей.

-Простите господин, но этот город разваливается на глазах! – виновато оправдывался его помощник.

Марио внимательно осмотрел почерневшие от сырости стены трехэтажного дома. Нигде не было видно никаких разрушений. Пожав плечами, он продолжил свой путь, стараясь однако держаться подальше от домов. Время медленно приближалось к полудню, но на улицах было безлюдно. Антонио не выдержал гнетущей тишины и поинтересовался:

- Скажите господин, мы просто так здесь плутаем или что-то ищем?

Его хозяин, не оборачиваясь, ответил:

-Мы держим путь в церковь Мадонны дель Орта.

Антонио с воодушевлением воспринял это известие:

-О, вы решили попросить помощи у Огородной Мадонны! Это правильно! Говорят, статуя чудотворна.

Антонио уже слышал местную легенду о скульпторе, создавшем статую Девы Марии с младенцем. Однако статую сочли неудачной, не один храм не согласился принять ее под свои своды. Расстроенный мастер поставил скульптуру у себя в огороде. По ночам отвергнутое изваяние стало испускать таинственный свет. К нему потянулись люди с различными молитвами. Вскоре по округе разнеслась весть о чудотворной статуе, и все церкви в округе наперебой предлагали мастеру купить его творение.

Марио согласно кивнул:

- Охотно верю, и преклоню перед ней колени! Помощь Святой Заступницы нам не помешает. А еще повидаюсь с отцом Игнасио. Его имя назвал мне кардинал Сальваторе. Этот человек может пополнить запас серебряных болтов для моей малышки!

Антонио усмехнулся. Малышкой Марио называл небольшой арбалет, который можно было спрятать под плащом или курткой. Несмотря на небольшие размеры, малышка была вовсе не игрушкой, а смертоносным оружием.

Перейдя через водную преграду по небольшому мостику, они увидели небольшую, но красивую церковь. Вход в нее был украшен высокой аркой, над которой находилось круглое окно с цветными стеклами. По бокам от входа также находились высокие стрельчатые окна. По бокам церковь украшали фигуры апостолов, над входом застыли скульптуры Святого Христофора, Архангела Гавриила и Девы Марии.

Служба уже закончилась, и внутри храма было пусто. Небольшая снаружи, церковь Мадонны дель Орто была довольно вместительной внутри. Два ряда мраморных колонн делили помещение на три части. Середину храма занимали деревянные скамьи для прихожан.Навстречу им быстро шагал человек в монашеской рясе с надвинутым на глаза капюшоном.

-Не подскажете, где нам найти отца Игнасио? – обратился к нему с вопросомсиньор Эспозито. Монах махнул рукой в сторону алтаря:

- Он там, отдыхает после службы.

Подойдя к сидящему на скамье пожилому священнику, Марио окликнул его. Однако отец Игнасио не двинулся с места. Марио дотронулся до холодной как лед руки старика, и, обратил внимание на темное пятно, расплывающее на темной ткани как раз напротив сердца.

Старый священник был мертв. Марио бросился к выходу, не обращая внимания на удивленные крики слуги. Но странного монаха и след простыл, зато к храму спешил отряд стражников. Их капитан долго не хотел отпускать синьора Эспозито, и только появление дона Томазини спасло Марио от водворения в тюрьму.

Когда они наконец покинули Огородную Мадонну, Марио был готов завыть от отчаяния:

- Да что же такое творится! Городской страже запретили нам помогать, более того, нас чуть не повязали по подозрению в убийстве священника. Кто-то утащил все серебряные болты, и я не за что не поверю, что это был обычный вор!

Антонио подлил масла в огонь:

- И кто-то сбросил кучу кирпичей вам на голову. Синьор, по-моему, вам ясно намекают, что пора уезжать из Венеции.

- Да нет, это уже случайность. – усмехнулся почти успокоившийся Марио, но тут же поправил сам себя, - а может и нет.

Глава 13. В двух шагах от смерти

Гондола вплыла в ворота знаменитого Арсенала, напоминающие две сторожевые башни, украшенные флагами. Внутри он представлял собой водное пространство, окруженное по периметру крытыми доками. На крышах некоторых строений имелись трубы, из которых валил черный дым. Это были кузни и смолокурни. Шустрые рабочие сновали вокруг, словно муравьи.

Каркасы будущих кораблей отделяли друг от друга кирпичные стены. От дождя и снега их защищали деревянные крыши. В каждом из доков кипела работа. Тесали и строгали, клепали и конопатили. У Шарлотты заложило уши от бодрого перестука молотков и топоров, и немного закружилась голова от дыма.

Алданцы выбрались из лодки на деревянный настил и поспешили за синьором Кавалли.Завидев их гостеприимного хозяина, рабочие почтительно склоняли головы. В его обязанности входило управление этой частью Арсенала. Сама же огромная верфь принадлежала венецианской республике. Количество работающих здесь уже перевалило за десять тысяч. Говорили, что при необходимости здесь могут построить готовый корабль за один день, и это чистая правда.

Синьор Джованни провел их к огромному доку. Заглянув под его своды, принцесса и ее спутники увидели огромный деревянный каркас, стоящий на подпорках. Вокруг него суетились рабочие, обшивая корму досками.

- Этот корабль станет настоящей гордостью Республики! – в голосе управляющего звучало искреннее восхищение. – Трехмачтовая галера, таких еще не строили, он будет первым!

Шарлотта, пораженная размерами галеаса, молча кивнула. Ее супруг неожиданно спросил:

- Будет ли он достаточно подвижен? Он кажется просто огромным, при таких размерах будет нелегко уходить от морских разбойников!

Синьор Кавалли смутился:

- Наши инженеры уверяют, что никаких проблем не возникнет, но всему свое время!

Принцесса задумчиво кивнула. Она вдруг подумала, что неплохо бы было заказать здесь хотя бы пару кораблей для торговли с заморскими странами. Но сначала надо обсудить все подробности.

Синьор Кавалли как будто читал ее мысли:

-Наши мастера могли бы построить несколько судов и для вашей страны. Если хотите, я более подробно расскажу Вам об этом.

Пройдя мимо еще нескольких кораблей, размещавшихся в доках, словно лошади в стойлах, они с облегчением вступили на твердую землю. Здесь находились склады, на которых хранились все необходимое для строительства - пенька, парусина, бочонки со смолой, возвышались штабеля строительного леса. Судя по длине стволов, где-то пустили под топор корабельные сосны.Рядом лежала на боку большая лодка, чье днище смолили двое рабочих. Тут же дымил костер, на котором нагревали смолу в железном котле. Стоявший вокруг смрад ел глаза и застревал в горле, мешая дышать, и Джовани поспешил поскорее увести отсюда высоких гостей.

Когда Их Высочества вместе с управляюшим уже выбрались на чистый воздух, идущий последним Рюдигер заметил, что гора необработанных бревен вздрогнула и пришла в движение. Огромные стволы, сметя непрочные подпорки, хлынули вниз, как лавина в горах. Не дожидаясь, когда неумолимая сила раздавит его в лепешку, он подхватил под мышки оказавшегося рядом рабочего и, не чуя ног, бросился прочь. Закинув товарища по несчастью, словно ребенка, на деревянный помост, он вскарабкался следом. Отбежав на двадцать шагов, они обернулись и словно окаменели, не в силах оторвать взгляд от картины разрушения.

Страшный поток превратил стоявшее на пути деревянное строение в груду обломков, затем перевернул лежащее на боку суденышко и потащил за собой . Лодка зачерпнула воды и медленно уходила на дно, следом посыпались тяжелые бревна, вызывая небольшие волны по акватории всего Арсенала.

Все это произошло слишком быстро, Рюдигер даже не успел испугаться, но сейчас, глядя на толстые бревна, которые еще не остановили свое движение и медленно перекатывались из стороны в сторону, он осознал, насколько велика была опасность. Спрыгнув с помоста, Рюдигер бросился догонять друзей, которые остались по другую сторону развороченной бревнами площадки, но вдруг остановился, услышав тонкий свист летящей стрелы.

Арбалетный болт сбил с головы берет, еще два воткнулись в землю у его ног. Барон представлял собой отличную мишень. Словно во сне до него доносились крики Яромира:

-Да пригнись хоть, дурень! Прячься!

Справа аккуратными рядами стояли друг на друге бочонки со пенькой, непонятно каким образом уцелевшие в общем разгроме. Добравшись туда, Рюдигер растянулся на грязной земле и старался определить, откуда летят стрелы. Понять это оказалось совсем несложно. Стреляли из-под крыши одного из доков. Вампир осторожно набросил на бочонок свой плащ, водрузил сверху берет. Затем немного подождал, но выстрелов не последовало.

Пригибаясь, он добежал до почерневшего от копоти сарая, служившего кузней. Отсюда до дока осталась шагов двадцать, не больше. Справа показались вооруженные рабочие Арсенала под предводительством синьора Кавалли и Яромир. Решив, что неизвестный стрелок занят спасением своей шкуры и пока не опасен, Рюдигер обогнул здание с другой стороны, и первым переступил высокий порог дока, опередив разгневанных арсеналотти.

Посмотрев по сторонам, он ощутил себя героем сказки, попавшим в замок великана. Каменные стены были достаточно высоки, чтобы укрыть от дождя и снега целый корабль.В середине возвышался каркас галеры, напоминавший остов огромного животного. Вдруг из дальнего угла раздались странные звуки. Подойдя ближе, Рюдигер обнаружил двух связанных плотников с кляпами во рту. Бедняги замычали еще громче, выразительно тараща глаза. Но слабое поскрипывание где-то наверху заставило барона не торопиться с их освобождением.

Не сводя глаз с потолочных перекрытий, Рюдигер затаил дыхание. Вскоре скрип повторился, и на одной из балок появился человек. Балансируя на узком брусе, словно акробат, он ловко перепрыгнул на нос будущей галеры. Быстро выбравшись из корабельного скелета, он направился вдоль стены к выходу и наткнулся прямо на вампира. Рассерженный барон прижал его к стене, не давая пошевелиться.

- Ты пытался убить меня! Почему?

От волнения он заговорил на родном языке, однако стрелок, напуганный его свирепым видом, только беспомощно разевал рот, потеряв дар речи.

Рюдигер неожиданно почувствовал, что за спиной кто-то cтоит, но повернуться не успел. Тонкий стилет раскаленной иглой вонзился в основание шеи. Кровь толчками выплескивалась из раны, в глазах на мгновение потемнело. Его пленник высвободился из внезапно онемевших пальцев и бросился бежать, но коротко вскрикнув, упал, напоровшись на клинок одного из воинов Арсенала.

Здоровой рукой Рюдигер попытался зажать рану и прислонился к стене, стараясь удержаться на ногах, которые вдруг стали ватными. Прямо у его ног лежал человек в рабочей одежде, а непонятно откуда взявший Яромир вытирал окровавленную шпагу.

Помещение быстро заполнили вооруженные люди. Они оживленно переговаривались, обсуждая случившееся. Джованни Кавалли дал приказ обшарить каждый уголок, но больше ничего подозрительного обнаружить не удалось. Солдат, убивший важного свидетеля, растерянно твердил, что все случилось слишком быстро, и его вины в этом нет.

- Рюг, ты как, живой? – Яромир тихонько тормошил друга, его голос доносился до Рюга словно из-под воды. – Не раскисай, держись давай! Ну, всё, не успел, она уже здесь! Сейчас оглохнем!

Лиза, растолкав вооруженных плотников и кузнецов, влетела в док и остановилась перед Рюгом. Вопреки ожиданиям Яромира она молчала, и лишь в широко распахнутых серых глазах притаился страх. Подойдя к мужу, она положила свою руку на его ладонь, скрывавшую след от кинжала. Рюдигер наконец справился с навалившейся слабостью и улыбнулся:

- Со мной все в порядке, не бойся!

Но Лиза настойчиво отвела его руку и облегченно выдохнула. Края раны уже сошлись вместе, оставив только розовую полоску шрама. Яромир недоверчиво покачал головой:

- Да из тебя половина крови вылилась, я же видел.

Вампир отшутился:

- Да нет, кое-что еще осталось. Ничего опасного, к вечеру все пройдет.

Лиза потрогала промокший насквозь камзол:

- Тебе надо скорее домой и лечь в постель.

Рюдигер попробовал возмутиться:

- Лизхен, дорогая, но со мной все в порядке. Всего лишь царапина, не стоит придавать этому большого значения!

Яромир неожиданно поддержал Лизу:

- Сам знаешь, с женщинами спорить бесполезно, так что лучше смирись! К тому обычного человека такой удар отправил бы на тот свет сразу.

Принцесса взволнованно справилась о состоянии раненого. Она также желала немедленно покинуть Арсенал. Никто не ожидал, что обычная прогулка обернется таким опасным приключением.

Важек поднял с земли арбалетный болт и показал Яромиру:

-Вот так дела! Это серебро. Можно сказать, Рюгу повезло, что его пытались зарезать обычным кинжалом.

Рюдигер покорно согласился со своей участью, и как только они вернулись в их временное пристанище, улегся в постель. Кажется, это действительно было необходимой мерой, не успел он опустить голову на подушку, как силы покинули его. Он слышал, как Яромир о чем-то говорил в коридоре с племянником хозяина, затем снова вернулся к друзьям. Сквозь навалившуюся дрему доносились обрывки разговора. Младший Кавалли принес плохие новости. Слуга, спешно отправленный в мясную лавку за столь необходимой сейчас кровью, вернулся ни с чем. Коровы и свиньи, предназначенные в пищу горожанам, прибудут только завтра.

Лиза, услышав такие новости, побледнела не хуже раненого:

- Но как же так… Ему сейчас это необходимо!

- Выглядит он неважно… - вздохнул Римар.

-Еще бы, потерять столько крови! – Яромир тряхнул головой, отгоняя жуткое видение раненого друга. Он строго посмотрел на друзей:

- Мы должны помочь ему, поделиться своей кровью.

Римар согласно кивнул:

- Я хоть сейчас это сделаю.

Важек улыбнулся:

-Я, признаться, сам хотел это предложить.

Все трое решительно повернулись к Лизе:

- Ты не в счет. Нельзя рисковать твоим здоровьем.

-Это еще почему? Если хотите знать, возможно, только моя кровь и подойдет!- Лиза уперла руки в бока и приготовилась к серьезному спору, но больной неожиданно вмешался в разговор.

- Даже не думайте! Слышите, не смейте этого делать! Имейте в виду, что если попытаетесь мне подсунуть такое « лекарство», я сразу пойму!

Рюдигер не на шутку разволновался. Он откинул одеяло и хотел уже встать с кровати, но Лиза с трудом удержала его. Рюдигер решительно потребовал, чтобы парни дали слово, что не станут ничего делать против его воли. Наконец он нашел их клятвы достаточно убедительными и устало откинулся на подушки. Друзья тихонько вышли из комнаты, оставив барона на попечение супруги.

Лиза сидела на небольшой скамеечке рядом с кроватью и не сводила с мужа тревожного взгляда. Как же она проклинала себя за глупое желание посмотреть чужие края! Еще неизвестно, что творится дома. Но свекровь с удовольствием присматривает за внуками,

Александр с Ульрикой в надежных руках. Старший барон, Лотар обожает возиться с подросшим Алексом, даже обещает взять на охоту, что, по мнению Лизы, пока совсем ни к чему. Ульрика соперничает с братом, старается не отставать ни в чем. Как же быстро они растут! Вспомнив о детях, она непроизвольно сжала ладонь Рюга. Страшно подумать, она могла потерять его в этом сыром городе! В носу снова защипало, глаза наполнились слезами.

- Лизхен, я жив и совсем неплохо себя чувствую! Не плачь, пожалуйста, все обошлось!

Рюг присел на кровати и обнял ее, погладив по голове, словно ребенка. Лиза сделала над собой усилие, стараясь не дать слезам вырваться наружу. Пряча от мужа покрасневшие мокрые глаза, она тихо прошептала:

- Пожалуйста, давай не будем ни во что вмешиваться. Просто уедем домой. Карнавал скоро закончится…

Она осторожно потрогала то место, где еще недавно был плохо затянувшийся шрам. Теперь от жуткого ранения ни осталось и следа, все исчезло.

-Вот видишь, все прошло. Я же говорил, просто царапина! Ну, теперь ты разрешишь мне выбраться из постели! - он решительно откинул одеяло и встал на ноги. Голова вдруг закружилась, и в глазах потемнело, но на ногах он устоял, искренне надеясь, что жена ничего не заметила. К противной слабости добавился сильный голод, выворачивающий внутренности наизнанку.

Вспомнив слова друзей, Рюдигер через силу усмехнулся, он еще не настолько плох, чтобы прибегать к таким крайним мерам. Действительно, кровь быстро бы поставила его на ноги, но только не человеческая. Лиза недоверчиво посмотрела на его бледное, осунувшееся лицо.

- Может, тебе лучше остаться в кровати до завтра?

- Ну, нет, если я сейчас не поем, до утра не дотяну! А ужинать лежа, словно дряхлый старец, я не собираюсь! - Рюдигер решительно принялся натягивать штаны. В дверь постучали, сначала тихонько, потом сильнее. Лиза приоткрыла дверь, в нее тут же проникли Лана и Важек. Следом осторожно протиснулся Николо.

Рюдигер уже справился со штанами и сунул руку в правый рукав камзола, да так и застыл на месте, с подозрением рассматривая трех посетителей. Лана в суконной куртке и узких штанах здорово напоминала сорванца мальчишку. Впечатление портила лишь рыжая коса, не уместившаяся под берет. В растрепавшихся огненных волосах застряли соломинки. Запах, который шел от сапог Важека, живо будил воспоминания о деревенском детстве и скотном дворе. Под глазом у маленького гвардейца темнел синяк. Николо выглядел самым опрятным, однако время от времени пугливо озирался.

- Отчего это вы так выглядите, будто хлев чистили?- поинтересовался барон фон Шлотерштайн как можно более равнодушно.

Важек достал из-за пазухи глиняный кувшин с узким горлом, заткнутый деревянной пробкой и гордо протянул его вампиру.

-Держи! Чего не сделаешь для лучшего друга.

Рюдигер взял подарок, вытащил пробку и понюхал, затем с удивлением спросил:

- Где же вы смогли достать это? Здесь кругом одни камни и вода… Или вы успели добраться до материка и похозяйничать на скотном дворе у какого-нибудь крестьянина?

Лана с трудом сдержала смешок, а Важек туманно ответил:

- У всех свои секреты. Пусть это останется нашей тайной, - однако увидев недоумение в глазах друга, поспешил внести ясность, - так и быть, расскажу. До большой земли мы не добрались, но зато наведались в Канареджо. Люди там нередко держат кур, свиней и даже коз. Народ там бедный, привозная еда не всем по карману.

-Мы могли бы достать и больше, но к сожалению нас заметили, - вступила в разговор Лана, - пришлось уносить ноги и даже немного поработать кулаками!

Эта рискованная вылазка явно улучшила ее настроение, юная жена Важека выглядела по-настоящему счастливой.

- Теперь там ищут наглых чернокнижников, которые добывают кровь для своих мерзких ритуалов, не таясь, среди белого дня, - скромно добавил Важек.

- Такими вещами не шутят, тем более с инквизицией! Надеюсь, что меня не узнали! – подал голос племянник хозяина. - Наследник семьи Кавалли тайком проникает на скотный двор… Такого позора моя семья не переживет!

- Не волнуйся, мы все были в масках, - усмехнулась Лана. – Ну что ты стоишь, - прикрикнула она на Рюга,- пей скорее, пока свежая! Лиза, скажи ему!

Но он и так уже оценил ее подарок, осушив небольшую емкость в два глотка. Лиза бросилась обнимать Лану, затем чмокнула в щеку Важека, Николо и неожиданно очутилась в объятиях мужа.

Лана рассмеялась:

-Правильно, держи ее при себе, а то я уже ревную!

Николо украдкой взглянул на вампира. Барон фон Шлотерштайн изменился на глазах. На бледных щеках заиграл румянец, глаза довольно заблестели. Улыбка перестала быть вымученной. Такое превращение выглядело немного жутко, и итальянец вздрогнул, когда Рюдигер благодарно пожал ему руку.

- Спасибо, синьор! Теперь вы можете считать меня своим другом!

- Ну что вы, барон, я рад был помочь… - пробормотал Николо, - а теперь прошу извинить, меня ждут дела. С вашего позволения, господа…

Он поклонился и выскочил за дверь.

Лиза удивленно посмотрела на друзей:

-Что это с нашим Николо?

Рюдигер вздохнул:

-Кажется, я его напугал, хотя не очень понимаю, чем…

Важек махнул рукой:

-Ну да Бог с ним, пошли скорей к ребятам. Предъявим им тебя живого и здорового!

Медея плотнее закуталась в теплый плащ и прислонилась к стене каюты. Ночью в море холодно. Размеренные удары весел о воду убаюкивали и навевали сказочные сны, быстроходная галера на двенадцать гребцов бежала к острову Торчелло. Впереди была непроглядная темень, но вдруг один за другим вспыхнули огни костров. На острове ждали. Небольшое судно удачно причалило к берегу.

Танос первым спрыгнул на доски причала и помог выбраться сестре. Следом за ними двое слуг несли завязанный мешок, который резко дергался в их руках и издавал странные скулящие звуки.

Из ночной тьмы к ним навстречу вышел рослый широкоплечий мужчина в длинной одежде с наброшенным на глаза капюшоном. Танос не слишком вежливо обратился к незнакомцу:

- Послушай, любезный, мы, представители клана Кратос, прибыли вознести молитву в святилище и спросить совета у провидицы. Надеюсь, что ты именно тот, кто должен нас встретить, потому что я не намерен торчать здесь всю ночь, стуча зубами от холода.

С моря дул холодный ветерок, и Медея уже успела основательно продрогнуть. Однако дерзкий тон брата напугал ее, и она поспешила сгладить дурное впечатление, которое наверняка осталось у слуги храма от знакомства с их семьей.

- Прошу простить наше нетерпение, просто мы очень надеемся на помощь и совет Трехликой богини! Наша семья всегда чтила и уважала Хозяйку перекрестков, мы умеем быть благодарными.

Жрец молча кивнул и жестом приказал им следовать за ним. Дойдя до конца деревянного помоста, они остановились. Танос снова принялся выражать нетерпение, но Медея строгим шепотом приказала ему помолчать. На этом острове слово женщин всегда было решающим, и он, сделав над собой усилие, все же умолк. Несколько минут, показавшихся им вечностью, они бесцельно пялились в окружавшую их ночь. Но вот послышался всплеск весла, и вдали зажглась маленькая золотая звездочка. Постепенно она становилась все больше, и вскоре стало понятно, что это фонарь на носу гондолы. Управляемая таким же мрачным жрецом в накинутом на глаза капюшоне лодка остановилась прямо перед ними.

Их провожатый показал на шевелящий мешок в руках слуг:

-Жертва здесь?

Медея легким наклоном головы подтвердила его догадку, и он, перехватив одной рукой ношу, легко закинул ее в лодку.

- Ваши слуги должны остаться здесь. Это место не для людей, если конечно они не входят в ваш дар Трехликой.

На этот раз Медея и сама чуть не потеряла самообладание, но ее опередил брат.

- Мы не можем себе позволить разбрасываться хорошими слугами. Но я думаю, что в Храме останутся довольны нашими дарами.

Жрец равнодушно кивнул:

- Хорошо, пусть будет так. Прошу вас, госпожа!

Он подал руку Медее, помогая ей сесть в гондолу. Следом спустился Танос, и лодка быстро заскользила по черной, почти сливающейся с ночью воде. Из темноты неожиданно возникали стены домов, выглядевших намного скромнее, чем в Венеции. Над каналом по-кошачьи выгнул спину странный мост без перил. Гондола нырнула под него, и Медее показалось, что они только что пересекли невидимую границу призрачного мира.

И действительно, проплыв под мостом, лодочник вскоре повернул свое судно в один из узких притоков канала. Вскоре каменные здания на берегу сменились ветхими лачугами, которые слепо таращились на них пустыми глазницами окон. Стыдно признаться, но темные окназаброшенных домов всегда пугали молодую вампиршу. Казалось, что за ними притаились самые худшие из кошмаров.

Узкая лента канала сделала еще один поворот, и городской пейзаж сменили редкие деревья и высохшие зимой виноградники. Иногда из темноты возникали призрачные белые фигуры людей, застывших в одной позе.

- Кто они? – не удержалась от вопроса Медея.

- Это всего лишь статуи. Не стоит бояться их, госпожа! – Из-под капюшона послышался хриплый смех.

Наконец гондола причалила к берегу, и ее пассажиры ступили на твердую землю, если так можно было назвать размокшую тропинку посреди болота. С обеих сторон лежали заросшие травой пространства, кое-где торчали одинокие деревья. В иных местах поблескивали в лунном свете небольшие озерца, от которых поднимались ядовитые испарения.

Тропинка вдруг сменилась дощатым настилом, с двух сторон ярко вспыхнули факелы. Брат с сестрой невольно прикрыли глаза от белого слепящего пламени, а когда наконец проморгались, то увидели три колонны из белого мрамора, одиноко втыкающиеся в ночное небо и сооружение из огромных каменных плит, напоминающее арку.. Медея направилась к странным воротам, словно бабочка на огонь, но Танос крепко сжал ее ладонь.

- Не думаю, что нам надо туда.

Действительно, их провожатые обогнули древнее святилище и остановились у невысокого здания в античном стиле, чей портал поддерживали колонны. Внутри гостей встречала сама Трехликая. Медея знала, что три лица богини означают ее власть над рождением, земной жизнью и загробным миром. В неровном свете масляных лампионов Медее вдруг почудилась усмешка на каменных губах.

Однако она опустилась на колени перед изваянием и сердито дернула за руку все еще озирающегося по сторонам брата. Танос послушно опустился рядом, благоразумно решив не спорить с сестрой. Очень скоро ему надоело упираться коленками в каменный пол, не смея поднять головы.

Неожиданно он заметил перед собой две женские ножки, обутые в кожаные сандалии, с небольшими ступнями, каждый ноготок на которых был покрашен черной краской. Заинтересованный наследник поднял глаза чуть выше, но льняной подол длинной одежды надежно прятал от него все остальное. Сгорая от любопытства, он попытался взглянуть на обладательницу столь совершенных ступней, но сильная рука служителя храма пригнула его к полу:

-Склонитесь перед старшей жрицей Великой Богини, госпожой Арахной!

- Они уже показали свое почтение, Мемнон. – раздался красивый мелодичный голос. – Вы можете подняться. Медея, дорогая моя, как же я рада тебя видеть!

Изящные ножки быстро отступили на шаг назад. Брат с сестрой поднялись с колен и очутились перед статной красивой женщиной, одетой лишь в легкую тунику, несмотря на зимнее время.. Служительница Богини обнимала Медею.

-О, моя девочка, как же быстро летит время! Ты так похожа на свою мать. А этот красавчик твой младший брат?

Танос еще раз почтительно поклонился, отметив про себя, что прекрасная Арахна намного старше, чем он предполагал. Однако по ее внешности этого не скажешь. Исподтишка рассматривая хозяйку храма, Танос решил, что она могла бы послужить прообразом для одного из ликов суровой Богини. Темные густые брови почти сходились на переносице, серые глаза смотрели холодно и сурово, заставляя собеседника смущенно опускать взгляд. Уголки красивых губ редко приподнимались в улыбке, прямой крупный нос и тяжеловатый подбородок делали это лицо властным, но не грубым. Тонкая золотая диадема, украшенная самоцветами, смиряла длинные волосы, черными змеями ползущие по плечам и спине, и делала вампиршу похожей на восточную царицу.

Арахну сопровождали две младшие жрицы, державшиеся в почтительном отдалении. Молодые вампирши были холодны и бесстрастны, однако стоявшая справа вдруг еле заметно улыбнулась гостю. Танос по достоинству оценил красивое юное лицо с большими карими глазами и светлыми локонами. Старшая жрица пригласила их в свои покои, которые находились в другой части храма.

Продрогшие паломники грели руки над очагом, их хозяйка с сочувствием взглянула на посиневшие от холода лица и, подозвав слугу, что-то быстро шепнула ему. Мемнон вскоре вернулся. В руках он держал глиняный кувшин с двумя ручками, который с почтительным поклоном передал Арахне.

Свежая кровь вернула румянец на лица гостей и блеск в глаза. Старшая жрица с интересом расспрашивала Медею про положение дел в клане, многочисленных кузенов и племянников, затем спросила об отце, и в голосе женщины послышались грустные нотки. Медея подробно отвечала на все вопросы, Танос откровенно скучал, рассматривая убогую обстановку помещения. Здесь все напоминало монастырскую келью.

Арахна вдруг проницательно взглянула на молодого вампира:

- Странно, что вам понадобилось предсказание во время карнавала. Может, расскажешь, что случилось, юноша? Любовь, месть, грядущая война кланов?

После щедрого угощения было очень трудно держать язык за зубами и не разболтать радушной хозяйке обо всех своих неприятностях, но Танос всё же сумел взять себя в руки.

- Ничего серьезного, синьора Арахна! Просто надо определиться с решением, не дожидаясь конца праздника!

Арахна усмехнулась:

- Истинный сын своего отца! Из того тоже никогда правды не вытянешь! Ну что же, чтобы предсказание было точным, вы должны быть спокойными и точно знать, о чем хотите услышать. Поэтому отдыхайте и приводите свои мысли в порядок, я пришлю за вами!

Глава 14. Превратности судьбы

Брат и сестра провели остаток ночи в таких же холодных каменных кельях, как жилище главной жрицы. После почти бессонной ночи на каменном холодном ложе, которое не согревал набитый соломой тюфяк, их ожидал сюрприз. На завтрак подали лишь чистую воду. Невозмутимый Мемнон с удовольствием пояснил возмущенному гостю, что перед предсказанием надо очиститься от плотских желаний и греховных помыслов. Танос скрипнул зубами, подумав, что подобное гостеприимство уже подтолкнуло его к мысли об убийстве, но обреченно кивнул и с кислым видом принялся глотать ледяную воду.

Настроение было безнадежно испорчено. Танос совершено не понимал отца, можно сказать, выславшего их из города в разгар всеобщего веселья. Карнавал бывает раз в году, глупо терять драгоценные ночи, полные веселья, нежных объятий и горячей крови.

Кроме того, его враг может покинуть Венецию, и тогда месть станет невозможной. Танос скрипнул зубами от ненависти, еще раз пережив всю горечь своего унижения. Да, ему и в самом деле нужен совет и помощь Трехликой, чтобы отомстить алданцу и его несносной жене.

Продрогнув до костей в тесной каменной клетке, Танос решил прогуляться. Низенькие постройки, в которых жили служители Богини и редкие гости, располагались сразу за храмом. Медеи в своей комнате не оказалось, и Танос отправился бродить дальше в одиночестве. Перед входом в храм росли два кипариса, чьи темнозеленые конусовидные кроны уже возвышались над крышей святилища. По краям его окружала вечнозеленая изгородь из подстриженных кустов самшита и рододендрона.

Мимо него торопливо прошли две служительницы храма. Мельком взглянув на их легкие одежды, Танос поежился, снова вспомнив о холодной ночи. Впрочем, обе вампирши были совершенно невзрачными и в подметки не годились главной жрице и ее молоденьким спутницам.

Перейдя по мостику через узкий ручей, Танос пробрался через кусты самшита и остановился в недоумении, уловив запах человека. Прямо перед ним четверо крепких мужчин усердно трудились, выкладывая стену из каменных блоков. На расчищенной от кустов и деревьев площадке уже наметились контуры будущей постройки.

Голодный вампир отступил назад и спрятался за вечнозеленой изгородью, сглотнув слюну, моментально наполнившую рот. Не сводя глаз с рабочих, Танос подумал, что его воздержание не продлится слишком долго. Дождаться, пока кто-нибудь из них покинет стройку…

- Синьор, вот вы где! – красавица, на которую он обратил внимание в храме, настойчиво тормошила его за руку.

Танос с трудом оторвался от созерцания своего возможного обеда. Человеческий запах, который не заглушала даже вонь немытых тел и свежего лука, заставлял болезненно сжиматься пустой желудок.

- Приветствую вас, синьорина! Танос Кратос к вашим услугам!– наследник клана учтиво поклонился, сделав над собой усилие, чтобы не оглянуться на трудолюбивых рабочих.

-Меня зовут Кера! – в карих глазах девушки вспыхнули озорные искорки, на детских округлых щечках появились ямочки… - Я принесла вам напиток, который укротит голод и успокоит мятущий дух. Но сначала давайте уйдем отсюда. Эти люди – собственность храма, они умелые каменщики, и дорого обошлись синьоре Арахне. Если с ними что-нибудь случится, она очень расстроится!

Танос покорно поплелся за Керой. Когда они вернулись к святилищу, она протянула ему глиняный кувшин . С недоверием сделав первый глоток, вампир обнаружил, что теплый чуть солоноватый напиток не так уж и плох. Он с усмешкой взглянул на девушку:

- Странные у вас порядки! Не знал, что слуги Богини соблюдают посты, как христианские монахи!

Кера понимающе вздохнула:

- Что поделать, таков порядок. Своего рода маленькая жертва Богине в обмен на предсказание! Мы служим Трехликой с детства и привыкли к простой жизни без излишеств, а вот нашим гостям приходится нелегко!

- С самого детства! – изумился Танос. – А что потом? Ты останешься в храме навсегда? – от неожиданности он перешел на «ты».

Кера кивнула:

- Да, через месяц приму посвящение, стану настоящей жрицей Трехликой, пока я лишь послушница. Служить Богине – великая честь!

Терпеливо дождавшись пока гость выпьет все без остатка, девушка приняла кувшин из его рук:

- Позже я принесу еще. Прошу вас, не уходите далеко, здесь кругом болота.

Она еще раз улыбнулась ему на прощанье и быстро убежала. Зато у входа в жилые помещения молодой вампир столкнулся с Мемноном. Огромный телохранитель главной жрицы смерил наследника клана презрительным взглядом:

- Служительницы Богини священны. Того, кто посмеет посягнуть на их честь, ждет страшная смерть.

Танос разозлился:

- Я что похож на осквернителя устоев? Хватит следить за мной!

Он решительно отодвинул громилу и прошел внутрь. Остаток дня Кратос провел в своей келье, отчаянно скучая и надеясь еще раз увидеть ясноглазую красавицу. Странная девушка была не похожа на своих городских сверстниц. Под взглядами молодых хищниц своей породы он ощущал себя загнанной добычей и всегда старался избежать слишком близкого знакомства. Человеческие женщины были в этом плане намного безопаснее. В дни карнавала они мечтали лишь об удовольствиях, и он охотно поддавался на их нехитрые уловки, порой стоившие жизни легкомысленным искательницам приключений.

Танос чуть не рассмеялся вслух. Больше всего молоденькая вампирша напоминала монашку, каким бы нелепым не казалось это сравнение. Стук в дверь заставил его вскочить с жесткого ложа, но вместо Керы в комнату вошла невзрачная худенькая девица с острым длинным носом. На вопрос гостя она ехидно ответила, что его новая знакомая сейчас занята более важными делами, чем присмотр за непутевыми паломниками.

Медея провела целый день в обществе старшей жрицы, обсуждая какие-то важные дела, недоступные мужскому пониманию. Похоже, голод ее совершенно не мучил в отличие от младшего брата. Погруженная в свои мысли, сестра, казалось, не замечала, что ничего не ела со вчерашнего вчера.

Когда полностью стемнело, и огромная луна осветила древние постройки, хозяйка храма наконец прислала за ними. Голосом, строгим и холодным, как наступившая ночь, Кера пригласила брата и сестру следовать за ней. Стройная фигурка в длинном плаще уверенно шагала по узкой тропе посредине болота. Наследники дома Кратос с трудом успевали за ней, рискуя оступиться и увязнуть в грязи.

- Разве провидица живет не храме? – раздраженно поинтересовался голодный Танос. Девушка обернулась, не останавливаясь.

- Сестра Кассия очень стара, она не любит мирской суеты и предпочитает уединение.

Медея отрешенно кивнула, едва вслушиваясь в слова Керы. Её мысли то уносились к далеким звездам, ярко сияющим на ночном небе, то возвращались к синим, словно морская даль, глазам чужестранца.

Танос не удержался и съязвил:

- Неужели на острове слишком людно для неё?

-Танос, думай, что говоришь!- сердито одернула его старшая сестра. Но Кера лишь рассмеялась нежным серебряным смехом:

- Да, синьор, представьте себе! Жрицы храма, послушницы и паломники из Венеции и с материка! При всей своей удаленности наш храм широко известен среди тех детей Ночи, кто поклоняется Трехликой!

- Никогда бы не подумал! – Танос засмотрелся на светлые локоны и живые карие глаза и вдруг оступился. Нога соскользнула с дощатого настила и почти по колено вошла в густую черную грязь. Он с трудом сдержал рвущиеся наружу проклятия и ухватился за тонкие белые пальцы. Девушка оказалась неожиданно сильной и легко помогла ему вернуться на тропу.

- Будьте внимательнее, синьор, – улыбнулась вампирша, блеснув жемчужно-белыми острыми зубками, - тут еще и змеи водятся!

Тропа вдруг уткнулась в островок среди болота. Здесь росли кривые деревья, и путники осторожно вступили на твердую землю. Миновав заросли, они увидели большой костер. Рядом поджав под себя ноги, сидела старуха. Вид у нее был настолько древний, что Танос не удивился бы, если бы ему сказали, что она жила еще до Черной Звезды.

Кера почтительно склонилась перед пророчицей:

- Извините, что нарушаю ваш покой, сестра Кассия! Моим спутникам необходимо предсказание…Старая карга жестом остановила девушку:

- Сегодня я ждала гостей. Ну что же, присаживайтесь! Ты сюда! – Она не слишком вежливо схватила Медею за руку и усадила на землю справа от себя. – А ты сюда!

Танос пожал плечами и осторожно уселся слева. Кера тихо примостилась в стороне на поваленном дереве.

Кассия повернулась к Таносу:

- Ты первый! Твои мысли слишком громкие. Дай руку!

Он покорно протянул левую руку. Ведьма быстро полоснула по запястью острым ножом, и кровь с шипением пролилась в костер.

- Смотри в огонь! – старуха облизала лезвие и рассмеялась жутковатым хиплым смехом, похожим на лай шакала. Танос уставился в языки пламени, пытаясь остановить и запомнить быстро меняющиеся картинки. Палаццо с мозаичным узором на фасаде, лицо Медеи, искаженное ужасом, проклятый чужак с окровавленным клинком в руке и вода, заливающая подвал… Огонь больно обжег запястье, и Танос отдернул руку.

Старуха повернулась к Медее, и та молча протянула ей запястье. Проделав то же самое с девушкой, Кассия на какое-то время замолчала. Медея переглянулась с братом, затем осторожно спросила провидицу:

- Сестра Кассия, эти видения… Что они означают?

Старуха чуть улыбнулась беззубым ртом:

- Вы оба встретитесь с тем, кого ищете. И каждый из вас обретет свою судьбу.

Танос нетерпеливо спросил:

- Но я смогу отомстить?

Провидица раздраженно повернулась к нему:

- Перед тобой с рождения открыты все пути, но ты упорно выбираешь тот, который ведет в пустоту! Следуй своему сердцу и получишь заслуженную награду или наказание!

Старуха повернулась к Кере:

- Скажи главной жрице, чтобы навестила меня. А теперь убирайтесь прочь, несносные дети Валентино!

На следющий вечер брат и сестра собирались покинуть Остров Тайн. За голодные мучения паломников вознаградили роскошным ужином, да и перед отъездом не поскупились на угощение. Главную жрицу они больше не видели, как и ее юную помощницу.

Однако, когда гондола, поплутав по узким лентам каналов среди болот и заброшенных полей, доставила их на пристань, они с удивлением узнали в статной высокой даме госпожу Арахну. Главная жрица была в дорожном плаще, её сопровождали одна из послушниц и неизменный телохранитель.

- Госпожа! – почтительно склонила голову Медея, – чем мы обязаны такой высокой чести?

Арахна усмехнулась:

- Это я попрошу вас оказать мне услугу! Позвольте воспользоваться вашей галерой и добраться до Венеции. Я решила навестить своих родственников, да и моя племянница давно не виделась с семьей.

Её спутница выступила из тени, и Танос узнал Керу. Девушка немного застенчиво улыбнулась ему и опустила глаза.

Вечером этого же дня дож Франческо Фоскари устраивал праздник в своем дворце по поводу окончания карнавала. Алданцы, успевшие утомиться от бесконечных праздников, восприняли это известие почти с радостью. Яромир был не на шутку встревожен последними событиями и предложил Их Высочествам остаться в доме семьи Кавалли. Но Шарлотта была непреклонна.

- Я не собираюсь прятаться, или вы и ваши люди не в состоянии меня защитить?

В разговор неожиданно вмешался супруг принцессы:

- Я бы посоветовал остаться дома барону фон Шлотерштайну. Мне кажется, он еще не оправился после ранения и должен находиться в постели. А его жена пусть присмотрит за ним.

Про себя принц подумал, что если эта парочка останется дома, то и все остальные могут избежать опасности.

Лиза с благодарностью взглянула на Станислава. Может этот упрямец прислушается к мнению принца? Но Рюдигер не оправдал ее надежд.

- Простите меня, Ваше Высочество, но это полная чушь! Я вполне здоров и готов исполнять свои обязанности! – сердито возразил Рюдигер. Он почтительно поклонился принцу и тотчас выпрямился, давая понять, что разговор окончен.

Яромир усмехнулся, другого ответа от друга он и не ожидал. Однако, известие о том, что этот праздник будет последним, и пребывание их здесь скоро завершится, он воспринял с искренней радостью.

Вечер удался на славу. Лиза совершенно забыла о своих тревогах и с удовольствием наслаждалась танцами и мужским вниманием. Зеленое платье из бархата со вставками из золотой парчи прекрасно сочеталось с изумрудными сережками и таким же ожерельем. Привычную «гнагу» сменила бархатная полумаска.

Элина приберегла для прощания с Венецией небесно-голубое платье. Наряд отлично сидел на ее изящной фигуре и подчеркивал цвет глаз в прорезях маски. Курт в парадном камзольчике важно вышагивал рядом с родителями, уверенный, что его маму никто не сможет затмить красотой.

Лана изменила своему пристрастию к золотому и появилась в наряде из синего бархата. Рыжие кудри рассыпались по плечам, словно языки пламени.

Николло Кавали прикрыл глаза рукой, разглядывая алданских красавиц.

- Столько прекрасных женщин! Я боюсь ослепнуть!

Стоявший рядом с ним Джеронимо усмехнулся:

- Не спорю, наши гостьи радуют глаз, но боюсь, ты все же солгал. Та дама в алом бархате для тебя сейчас прекраснее всех.

Николо с тоской поглядел туда, где Франческо Фоскари непринужденно беседовал с принцессой Шарлоттой и Станиславом. В их беседе принимал участие и Анджело, двоюродный брат правителя города. Рядом с ним откровенно скучала стройная дама . Её лицо было скрыто за блестящей позолоченной маской, а черные блестящие волосы свободно падали на открытые плечи.

При виде тонкой фигурки в ярком, издалека заметном платье сердце Николо болезненно сжалось. Аманда…Его Аманда… Когда молодой человек оказался рядом с ней, женщина успела сунуть в его карман записку:

« Увидимся чуть позже в нашем месте, постарайся покинуть зал во время танцев!»

Несколько слов, спешно нацарапанных на клочке бумаги, вернули его к жизни. Он со счастливой улыбкой повернулся к своим подопечным:

- Давайте веселиться, господа, радоваться жизни и совершать безумства! Завтра наступит время поста и молитвы, а пока карнавал продолжается!

Рюдигер тут же подхватил Лизу и закружил в незамысловатых движениях местного танца. Джеронимо, сам мечтавший о танце с прекрасной баронессой, проводил парочку растерянным взглядом.

- Что, упорхнула птичка? – засмеялся Николо. – Забудь про нее. Она скоро уедет в свою сумасшедшую страну, а здесь полным полно других красавиц, у которых нет мужа-вампира или вовсе нет мужа!

Джеронимо натянуто улыбнулся, но ничего не ответил.

Лиза полностью отдалась задорной мелодии вольты. Она вошла в моду совсем недавно и резко отличалась от плавных и размеренных придворных танцев. Кавалер должен был подбросить свою даму в воздух с поворотом и успеть снова ее поймать. Такое новшество требовало от партнера силы и ловкости, а от дамы некоторой смелости и конечно изящества. Однако супруги справлялись с этой задачей не хуже настоящих итальянцев.

Наконец музыка смолкла, утомленные и слегка растрепанные танцоры разошлись по местам. Расторопные слуги разносили подносы с вином и прохладительными напитками.

Неожиданно по знаку хозяина зазвучала нежная мелодия скрипки, к ней присоединились мандолины и флейты, и в центр зала выбежали юноши и девушки в нежно зеленых и голубых одеждах. Девицы были одеты в легкие платья длиной до колена, а распущенные волосы украшали венки из вечнозеленого мирта. Камзолы и трико юношей плотно облегали их стройные фигуры, создавая впечатление обнаженного тела.

Мелодия вдруг резко изменилась, набрав темп, и танцоры закружились в яростной, почти дикарской пляске. Танец символизировал пробуждение природы от зимнего сна, расцвет и зарождение новой жизни. Поддавшиеся завораживающей мелодии гости следили за каждым движением танцоров. Неожиданно Лана сорвалась со своего места и влетела в круг. Ритмичные удары барабанов и стоны флейты вдруг пробудили в ней память об иной жизни. Легко повторяя сложные пируэты, дикарка закружилась в бешеном танце. Рыжие кудри извивались словно змеи, а тяжелое платье ничуть не сковывало движений, тем более Лана всегда старалась, что бы ее наряды были немного короче. Изумленные артисты расступились перед странной дамой и, поняв, что она не собирается возвращаться на свое место, постарались подыграть ей.

Но вот мелодия снова замедлилась, стала плавной и спокойной, и, наконец, смолкла. Красивый юноша в голубом камзоле и венке на растрепанных черных кудрях с почтением поклонился красавице и подал ей руку. Лана кивнула ему с поистине королевской важностью, и танцор подвел ее к выступившему из толпы зрителей Важеку.

Окружающие захлопали в ладоши, послышались восторженные крики:

- Брависсимо! Ла бела синьора!

Но сама виновница переполоха вдруг сникла, виновато посмотрев на мужа:

- Может простишь меня, сама не знаю, что вдруг случилось. Просто услышала музыку и и не смогла устоять на месте, все закружилось…

- Ну, что ты милая! Конечно, он на тебя не сердится! – непонятно, как оказавшаяся рядом Шарлотта обняла разрумянившуюся крестницу. – Это было прекрасно, я думаю, твой муж гордится тобой!

Важек с улыбкой кивнул, вспыхнувшая было ревность быстро сменилась гордостью за дерзкую амазонку. Рюдигер и Римар только что вернулись в зал, гудевший словно пчелиный улей. Яромир отправил друзей проверить коридор, и выступление балета они пропустили. Лиза громким шепотом рассказывала им о смелой выходке жены Важека.

Снова зазвучала музыка, и гости закружились в хороводе, словно обычные крестьяне. Николо еще раз огляделся. Аманды нигде не было, похоже она покинула зал еще во время выступления балета, но он не сводил глаз с рыжей бестии и пропустил этот момент.

Мимо него пролетел запыхавшийся дон Анджело, которого отсутствие жены совсем не беспокоило. Николо быстро покинул зал, надеясь, что не привлек к себе излишнего внимания. Спустившись на первый этаж, он свернул налево и пошел к небольшой двери, которая была почти незаметна под широкой мраморной лестницей.

Молодой человек очутился в небольшой изящно обставленной комнатке, где прошло их первое свидание. Стены и мягкая мебель были обиты нежно голубой тканью в мелкий цветочек. С потолка улыбались гипсовые ангелочки. В небольшой нише внутри стены располагалась широкая кровать.

Оглядевшись вокруг, он с недоумением воскликнул:

-Аманда, ты здесь?

Не дождавшись ответа, он откинул полог над кроватью и увидел Аманду, лежавшую вниз лицом. Видимо, молодая женщина устала его ждать и потихоньку заснула. Николо потрогал ее за плечо и не дождавшись ответа повернул к себе.

Аманда была холодна как лед, на шее темнели две небольшие ранки, пара кровавых пятен расплылась на светлом шелке покрывала.

Юноша растерянно гладил ее волосы, тряс за плечи, умоляя очнуться, и, наконец, зарыдал в голос от внезапно наступившего понимания, что любимая уже не проснется.

Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату ворвался Анджело Фоскари. Разгневанный рогоносец вовсе не был ни слепым, ни глухим. Он следил за каждым шагом беспечных влюбленных и теперь жаждал справедливой мести.

Увиденная им картина заставила содрогнуться даже зачерствевшее сердце хитрого торговца. Альберто в ужасе выбежал прочь и вскоре вернулся в сопровождении хозяина дома и двух стражников. Синьор Франческо Фоскари приказал немедленно арестовать единственного подозреваемого, и Николо, который еще не пришел в себя после увиденного, тут же был связан. Бледный, как призрак, юноша молчал, не в силах произнести хоть словечко в свое оправдание.

Неожиданно дверь в комнату отворилась, и появился Джеронимо в компании Марио Эспозито и его верного слуги.

Синьор Бергамо смело обратился к правителю города:

- Прежде, чем заключать под стражу несчастного, потерявшего возлюбленную, позвольте осмотреть место убийства человеку, который разбирается в подобных делах!

- С каких это пор вы, синьор Бергамо, стали разбираться в таких вещах? – скривил тонкие губы новоиспеченный вдовец.

Но Марио Эспозито не дал ему продолжить. Он подошел к постели и, и взяв с туалетного столика подсвечник, наклонился над убитой. Затем осторожно потрогал уже запекшуюся кровь на краях ранок, выпрямился и строго посмотрел на дожа.

- Ей прокусили горло. Это дело надлежит расследывать Инквизиции, а я, как представитель Святого Престола, буду принимать в этом непосредственное участие. Мне не нравится, что вы, синьор, и ваш родственник хотели умолчать об этом, превратив все в обычное убийство из ревности.

Он повернулся к стражникам, удерживающим молодого Кавалли:

- Отпустите его, он не виновен.

-Но, кто же тогда… - робко поинтересовался правитель Венеции. Марио не отвечал, внимательно осматривая комнату и залитую кровью постель. На пестром ковре что-то блеснуло, он нагнулся и поднял с паркета какой-то небольшой предмет.

- Не думаю, что это сильно поможет делу, но у нас есть кое-что, что принадлежит ее убийце. – он раскрыл ладонь, и все увидели крупный зеленый камень. - Видимо, негодяй потерял его во время борьбы.

Марио еще раз повертел украшение в руках:

-Похоже на брошь или застежку… Кажется, наш убийца принадлежит к благородному сословию.

Николо вдруг оживился, потрясенными глазами уставившись на красивую безделушку.

- Я видел… - воскликнул он срывающимся голосом, - я знаю, где я видел такую же..

Все, кто был в комнате, как по команде повернулись к нему.

- Где же? Где ты мог ее видеть? – муж Аманды нетерпеливо потряс юношу за плечи, в своем горе забыв, что недавно сам мечтал перерезать горло сопернику.

- Зеленый плащ с таким украшениям был на одном из спутников алданской принцессы, бароне фон Шлотерштайне… - растерянно прошептал Николо. – Но это означает… Не может быть!

Дож заинтересованно переспросил:

- Ты говоришь, телохранитель принцессы с длинным именем? Я наслышан об этом парне.

Ведь он не человек, не так ли? Возможно, эти создания не так уж безобидны! К тому же я слышал, что его опасно ранили во время визита в Арсенал, он потерял много крови, но уже к вечеру был на ногах.

- Так чего же мы медлим? Надо немедленно схватить выродка! – муж Аманды горел желанием немедленно отомстить.

- Мы не можем безосновательно обвинять чужестранца… - нахмурился правитель города.

Синьор Бергамо вмешался в их разговор:

- Прошу простить мою дерзость, но я лично знаком с этим господином и не могу представить, что он способен на подобное.

- Улики ясно указывают на него! – возмутился супруг несчастной, но Франческо Фоскари сделал знак замолчать безутешному родственнику.

- Вы, Джеронимо, знаете лишь его человеческую сторону, однако эти существа только кажутся людьми! – уверенно заявил Марио Эспозито. – В некоторых случаях они не могут сдерживать свои темные инстинкты. В любом случае мы должны сначала проверить, его ли эта вещь.

Антонио бесцеремонно высказал свое мнение:

- Да причем здесь эта блестящая штука! Он вам жизнь спас, синьор, и не один раз!

Дож поджал тонкие губы:

-Ваш слуга довольно дерзок, синьор Эспозито! Но пока мы спорим над мертвым телом, убийца может скрыться!

Веселая задорная мелодия гальярды вдруг резко оборвалась. Музыканты замерли, растерянно опустив скрипки и мандолины. Танцующие пары удивленно оглядывались по сторонам, не понимая, почему прекратилась музыка.

В зале появился сам хозяин дома, сопровождаемый телохранителями в красных плащах и шлемах, украшенных фигуркой льва. Раздвигая нарядную толпу, воины добрались до середины зала. Лиза с любопытством разглядывала знаменитых стратилатов – наемную охрану правителей Венеции, основу которой составляли далматы и греки.

Яромир, лихо отплясывающий с местной красоткой, мгновенно забыл о даме и тоже обратил внимание на окруживших их стражников. Их смуглые лица дышали угрозой, а висевшие на поясе широкие мечи с искривленным лезвием внушали тревогу. Он с недоуменим поглядел на Николо, бледного, как после тяжелой болезни, и мрачно- сосредоточенного Марио.

- Что-то случилось? Почему остановили музыку?

Агент Ватикана холодно усмехнулся:

- Все в порядке, но я бы хотел задать вашему другу один вопрос. Скажите барон, вы покидали зал во время танцев?

Рюдигер удивленно пожал плечами:

-Да, мы вместе с Римаром осматривали коридор, поскольку должны следить за безопасностью Её Высочества, где бы она ни находилась. Но почему вас это интересует?

Франческо Фоскари внимательно рассматривал наряд вампира, сам не понимая, будет ли он рад, если страшная догадка найдет подтверждение. Зеленый камзол идеально сидел на стройной фигуре алданца, зеленый плащ, закрепленный позолоченной застежкой в форме цветка, небрежно свисал с левого плеча. Антонио недоверчиво посмотрел на хозяина. Неужели здесь что-то не так?

Марио с приторной любезностью достал из кармана злосчастный самоцвет и протянул барону:

- Мне кажется, это принадлежит вам.

Рюдигер скосил глаза на левое плечо и покраснел. В середине золотого цветка было пусто. Он смущенно улыбнулся охотнику:

- Благодарю, синьор Эспозито! Кажется, я потерял это во время танцев.

Слишком яркий наряд вызывал у него раздражение, он даже поспорил с Лизой, не желая вешать на себя женские побрякушки, и как оказалось, не зря.

Дож обменялся с охотником многозначительным взглядом, по его знаку воины теснее сдвинулись вокруг алданцев. Яромира такое поведение насторожило, но Лиза, ничуть не смущаясь, быстро выхватила украшение из ладони охотника:

- Большое спасибо, синьор Эспозито, я и не думала, что пропажа найдется. Вещь недешевая, а как говорится, что упало, то пропало.

Баронесса решительно повернулась к синьору Фоскари:

- Может, кто-нибудь наконец объяснит мне, что происходит и для чего здесь эти солдаты?

Дож беспомощно взглянул на Марио, но охотник, раздосадованный тем, что важная улика скрылась в складках Лизиного платья, подтолкнул его, шепнув:

- Ну, смелее, не молчите!

- Рюдигер фон Шлотерштайн, - тщательно выговорил правитель города труднопроизносимое имя и с облегчением продолжил, - вы обвиняетесь в смерти Аманды Фоскари и заключаетесь под стражу до конца расследования.

Обвиняемый тряхнул головой, словно пытаясь отогнать от себя нелепые обвинения:

- Аманды Фоскари? А кто это?

Николо рванулся к вампиру, сжав кулаки:

- Как ты смеешь притворяться, чудовище! Ей прокусили горло каких-то полчаса назад! Я убью тебя!

Однако Джеронимо схватил друга в охапку и оттащил прочь от алданцев. Дож отдал страже короткую отрывистую команду, и стражники двинулись вперед. Яромир резко ударил стоявшего ближе всех к нему воина кулаком в лицо и грубо подтолкнул Рюга вперед:

- Беги скорее!

Рюдигер не очень понимал, почему надо спасаться бегством, если он не знает за собой никакой вины. Но представив себя узником знаменитых «свинцов», тюрьмы, чьи тесные камеры находились прямо под крышей дворца Дожей, он решительно отшвырнул прочь преградившего путь стражника. К нему сразу бросились еще двое, на ходу вынимая мечи из ножен, но вампир вдруг очутился за их спинами и столкнул лбами невысоких греков. Обтянутые красным бархатом шлемы отозвались радостным звоном, с одного из них отлетел позолоченный лев Венеции.

Взбешенные стратилаты кинулись за бароном, но путь им преградили его друзья:

- Рюг, беги! Мы их задержим!

Рюдигер с удивлением заметил среди гвардейцев даже принца Станислава со шпагой в руках. Неожиданно его потянули за рукав. Вампир обернулся и увидел Джеронимо:

-Нет, барон, вперед нельзя, следуйте за мной!

Схватив Рюга за руку, итальянец потащил его назад, ловко маневрируя между перепуганными гостями. Один из воинов дожа вырвался из потасовки с алданцами и кинулся за беглецами, но неожиданно запнулся за башмак Антонио, так некстати оказавшийся прямо под ногами, и растянулся во весь рост на полу. Падая, он задел нерасторопного слугу с подносом, и на пол полилось золотистое вино. Рассыпавшись в извинениях, Антонио протянул ему руку, но не удержался и, поскользнувшись, упал рядом. Напиравшие сзади телохранители дожа споткнулись об эту живую преграду, и погоня временно приостановилась.

Беглецы незаметно покинули бальную залу через потайную дверь и оказались в длинном коридоре с высокими стрельчатыми окнами. Добежав до конца, они оказались на небольшом балкончике, освещенном масляными фонарями.

- У вас не так много времени, барон! Бегите! - Джеронимо подтолкнул Рюга вперед. Алданец перенес ногу через невысокие перила и после минутного колебания спрыгнул вниз. Внизу послышались сдержанные проклятья, сменившиеся звоном шпаг. Телохранители дожа караулили вампира под окнами дворца. Джеронимо с тревогой взглянул на темную улицу:

- Рюдигер, с вами все в порядке?

Однако ответа не последовало. Предоставив барона его судьбе, итальянец обернулся и нос к носу столкнулся с Марио Эспозито.

-Не ожидал от вас синьор Бергамо, что вы станете помогать ему! – агент Ватикана был взбешен и явно хотел драки. Шпага подрагивала в его руке. Однако Джеронимо миролюбиво улыбнулся:

- Я лишь не хотел, что пострадал невиновный. Кто-то хочет подставить беднягу, а заодно и скомроментировать его страну! Если вам так хочется засадить кого-нибудь в «свинцы», то можете пока заключить под стражу меня!

- Идите к черту! – грубо рявкнул Марио и, развернувшись, пошагал прочь.

Глава 15.В бегах

Ночные улицы были похожи одна на другую и сплетались в причудливый лабиринт. Трое из поджидавших барона стражников жалобно стонали, пытаясь подняться с земли. Двое других отделались лишь легкими царапинами и пожелали продолжить преследование, но вскоре сбились со следа и отстали. Добежав до очередного моста, он наконец остановился и задумался. Что он будет делать в чужом городе, и как восстановить свое доброе имя? Неужели придется прятаться по заброшенным чердакам, словно вору и преступнику?

Может все же попробовать вернуться в палаццо Кавалли? Он не сможет прожить ни дня, зная, что оставил Лизхен без защиты! В отчаянии он уронил голову на руки и неожиданно почувствовал, как кто-то бесцеремонно шарит в его карманах. Скосив глаза, Рюдигер пару минут наблюдал за невысоким оборванцем в драном камзоле, затем схватил недотепу за руку. Тот попытался вырваться, но рука словно попала в железные тиски. Поняв бесполезность своих попыток, он жалобно заскулил:

- Синьор, пожалуйста, отпустите! Я же не со зла, просто есть нечего…

Другой рукой воришка лихорадочно пытался нашарить нож, наконец, ему это удалось, и он даже замахнулся, но вампир перехватил и вторую руку:

- Если нечего есть, почему бы не пойти работать?

- Я обязательно последую вашему совету, благородный синьор, - тут карманник повнимательнее пригляделся к своей бывшей жертве и дернулся еще сильнее, неожиданно заорав:

- Помогите, убивают!

Словно на его призыв, на опустевшей улице появились несколько стражников. Ночной патруль шагал в ногу, словно на параде, в лунном свете поблескивали шлемы и кирасы, развевались плащи. Рюдигер давно разжал руку, и воришка рванулся было навстречу отряду, но неожиданно метнулся назад к вампиру. Солдаты прошли мимо мостика совершенно бесшумно. Не стучали сапоги по мостовой, не бряцало оружие. Обдав удивленных зрителей могильным холодом, призрачный патруль растаял туманным облачком.

Пришедший в себя вор отпрянул от вампира, к которому прижался в поисках защиты, и бросился в ближайший проулок, откуда доносились звуки музыки и громкие голоса ночных гуляк. Рюдигер усмехнулся и, спустившись с моста, направился подальше от музыки и ярких фейерверков.

На берегу канала он увидел невысокую фигурку, закутанную в плащ. Поравнявшись с ней, он хотел пройти мимо, но незнакомка вдруг преградила ему дорогу. Она откинула с головы капюшон плаща, и Рюдигер увидел нежный овал лица, прикрытогополумаской из черного кружева. Алые губки чуть приоткрылись, и слуха алданца коснулся нежный чарующий голос:

- Синьор, вы не проводите меня домой? Я, кажется, заблудилась…

Нежный пальчики уже теребили рукав его камзола, но Рюдигер решительно покачал головой:

- Простите, милая девушка, но я совсем не знаю города, вряд ли я смогу быть вам полезен!

- Не надо делать вид, что ты меня не знаешь! – незнакомка вдруг неуловимо изменилась, стала выше ростом, ее пальцы вцепились в руку алданца железной хваткой.

Рассерженный вампир отпихнул навязчивую даму:

- Пить надо меньше, синьора, я вижу вас в первый, и надеюсь, что в последний раз!

-Я Аманда, возлюбленная Николо, разве не ты прокусил мне горло пару часов назад? –

странное существо откинуло плащ. В самом деле, на бледной шее чернела безобразная рваная рана, в которой копошились черви. Рюдигер отшатнулся, с трудом сдерживая тошноту, вдруг подступившую к горлу.

-Куда же ты, милый! – улыбнулось нечто, изо рта высунулся распухший черный язык и, извиваясь, словно червяк, потянулся к его лицу. Рюдигер, наконец, сообразил, что имеет дело с нечистой силой, и резко ударил мерзкое существо в грудь двумя руками. Оно плюхнулось в грязноватую воду и отвратительно заверещало. Рюдигер решительно направился назад к мосту, но из воды вдруг высунулись мертвенно-бледные руки и, неестественно удлинившись, дотянулись до его лодыжек. Превратившись в пупырчатые щупальца морского гада, они быстро обвились вокруг ног алданца и потащили его к воде. Рюдигер потерял равновесие и упал, однако сумел выхватить висевший на поясе старый охотничий нож, подарок крестного.

Заговоренная сталь с шипением вошла в щупальца твари, и страшные оковы тут же распались на куски, из которых потекла белесая, похожая на гной, жидкость. Извиваясь, остатки щупалец устремились к воде, а Рюдигер поспешно вскочил на ноги и бросился бежать.

Он подбежал к мосту и, даже не успев коснуться ногами его поверхности, одним прыжком перелетел на другую сторону. Воздух над водой задрожал, очертания моста стали бледнеть, растворяться в пространстве и наконец исчезли совсем.

- Как бы не сойти с ума в этом чертовом городе! – произнес вслух барон фон Шлотерштайн.

Выйдя из темной подворотни, он огляделся. С двух сторон над узким каналом нависали обветшавшие здания. Их почерневшие от сырости стены уже начали потихоньку разрушаться, во многих окнах не было стекол. В лунном свете это выглядело зловеще. Рюдигер уже хотел убраться прочь из этого мрачного местечка, но порыв ветра вдруг обдал его таким холодом, что барон задумался об убежище, где было бы можно продержаться до утра и не окоченеть.

Перейдя по деревянному мостику узкую полоску воды, он очутился у двери. Перекошенная от сырости, она не желала полностью закрываться, и беглец легко поддел ножом ржавый запор. Поднимаясь по узкой лестнице, он старался ступать бесшумно, но ступени противно поскрипывали. Добравшись до чердака, и закрыв за собой дверь, Рюдигер перевел дух и тихо рассмеялся. Все здесь было ему знакомо. Это было то самое место, где пыталась укрыться от него коварная Медея.

Засохшие цветы в разбитом кувшине, сломанные стулья и прислонившийся к стене мертвец в когда-то щегольском костюме. Рюдигер покосился на него:

- Извини, приятель, но я вынужден задержаться здесь ненадолго. Я постараюсь вести себя тихо!

Покойник ответил ему радостным оскалом.

- Я так и знал, что ты не будешь возражать! – пробормотал Рюг себе под носи, осмотревшись, заметил выходившую на крышу печную трубу. От нее исходило ощутимое тепло, видимо эти трущобы были обитаемы.

Он подтащил ветхое кресло к источнику тепла и, опустившись в него, закрыл глаза, все еще не веря в реальность происходящего. Почему он, Рюдигер фон Шлотерштайн, должен искать убежища на грязном чердаке, ночевать в компании мертвеца и вздрагивать от каждого шороха? Марио, которого он считал своим другом, обвинил его в позорном преступлении. Даже призраки пытаются уверить его, что он виновен в убийстве. Утром вся Венеция будет разыскивать опасного монстра, вряд ли прислушаются даже к принцессе Шарлотте.

Нет, хватит изводить себя нелепыми домыслами, надо попытаться заснуть. Он постарался избавиться от тревожных мыслей, разъедающих душу, словно медленный яд, и подумать о чем-нибудь приятном. Рюдигер ясно представил серьезное личико Александра, немного лукавые глазенки Ульрики и Лизу, увлеченно рассказывающую детям очередную сказку.

Интересно, чем занимается сейчас его жена? Память услужливо нарисовала Лизхен в одной тонкой сорочке, в сотый раз проводящую гребнем по тяжелому золоту волос. По крайней мере, она в безопасности, среди друзей. Но в безопасности ли? С досады, что не понял, казалось бы, очевидной вещи, Рюдигер стукнул кулаком по подлокотнику, и одна из ножек кресла немедленно отозвалась противным треском. О, небо, ей угрожает беда, и он оставил ее одну! Теперь тот, кто пытался похитить ее, не станет особо церемониться! Ведь его не будет рядом.

Гондола осторожно вплыла в узкий канал. Управляющий лодкой слуга был немного удивлен выбором хозяйки, но благоразумно не задавал вопросов. В последнюю ночь карнавала все будут веселиться до рассвета, ведь остались считанные часы, когда можно не расставаться с маской и не называть своего имени. Члены семейства Кратос свято соблюдали это правило, и молодая госпожа не была исключением.

Но в этот раз она нарушила традицию. Вернувшись с острова Тайн, его госпожа вообще вела себя странно. Побродив по Сан-Марко среди простонародья, онавернулась в лодку, и какое-то время они бесцельно плыли по Гранд-каналу. Затем Медея принялась направлять его короткими отрывистыми командами, и они очутились здесь, в самом сердце Канареджо, квартала городской бедноты.

Медея выбралась из гондолы и подошла к обветшавшему трехэтажному зданию. Ее не удивила открытая дверь. Вряд ли в последнюю ночь карнавала кто-то будет спать. Словно призрак в серебристом плаще, женщина взлетела вверх по прогнившим ступеням и очутилась на чердаке. Это место давно было ее тайным пристанищем. Здесь можно было без помех предаться мечтам или сожалениям, полюбоваться луной и просто побыть в одиночестве. Девушка подошла к окну, с грустной улыбкой наблюдая за вспышками фейерверков, тропическими цветами распускавшихся в ночном небе. Однако теперь с этим местом связано еще одно, не слишком приятное воспоминание…

Она вдруг ясно представила выражение праведного гнева на совершенном лице чужестранца, сверкнувшие морской глубиной синие глаза, и почувствовала, как заливается горячей краской стыда до корней волос. О, Трехликая, что она наговорила этому болвану! Кем он теперь считает еe, Медею Кратос?

Внезапно грохот фейерверков стих, музыка прекратилась, и в наступившей тишине вампирша услышала размеренное дыхание спящего. Медея с удивлением оглядела комнату. Кроме ее старого знакомого, приветливо скалившегося обтянутым кожей черепом, она никого не видела, однако ясно чувствовала присутствие здесь еще одного вампира. Наконец определив источник звука, она с осторожностью обошла торчавшую из пола печную трубу и чуть не споткнулась о старое кресло, в котором какой-то незнакомец спокойно спал, опустив голову на грудь.

Одна из половиц противно скрипнула, и сидящий в кресле вдруг резко поднял голову. Медея не успела опомниться, как острие ножа уперлось ей вшею. Тот, о ком она только что грезила, крепко сжал ей плечо, и с усмешкой спросил:

- Что же синьорина забыла в этом отхожем месте в последний день карнавала?

Лиза с ненавистью выглянула в окно. Внезапно этот город, красивый какой-то извращенной больной красотою, стал ей отвратителен. Это была западня, твердила она себе, ловушка! И она позволила себя заманить туда, доверчиво шагнула в логово зверя, поспешив на манящие огни фейервеков и яркие маски карнавала. Теперь мышеловка захлопнулась, будто некий злой дух требует отдать что-то дорогое в обмен на свободу.

Больше никаких балов, у дверей стоят эти проклятые далматы, гвардия дожа. Город снял маски, и Лизе видятся за ними отвратительные уродливые лица.

После полудня в особняк Кавалли явился Марио Эспозито. Яромир встретил его без особой радости:

- Ну, чего тебе еще надо? Или ты недоволен тем, что уже натворил? Не хочется руки марать, а то бы…

Яромир не договорил и с брезгливым выражением отвернулся от посланца кардинала. Но подлетевшая Лиза с размаха влепила Марио пощечину. Охотник еле устоял на ногах и поспешно отступил назад, на всякий случай прикрывшись рукой.

Антонио, который не решился зайти в комнату и топтался у порога, не сдержал улыбки. По его мнению, хозяин вполне заслужил эту оплеуху.

-Как ты мог, ведь Рюг спас твою никчемную шкуру, причем не один раз! – от волнения Лиза перешла на родной язык, но, похоже, все было понятно и без перевода. Римар с трудом втиснулся между баронессой и агентом Ватикана, рискуя попасть под горячую руку.

-Лизавета, оставь его в покое, все они одинаковы! На таких вот и держится Святая Инквизиция. Храни нас Господь от такого правосудия!

Курт, непривычно тихий и серьезный, прилежно занимался вместе с Элиной чистописанием. Заметив Марио, ребенок отвернулся и сделал вид, что смотрит в окно на уже порядком поднадоевший Гранд-канал.

- Но почему вы не можете понять, рядом с телом убитой нашли вещь, принадлежавшую вашему другу…

Марио твердо вознамерился доказывать свою точку зрения до последнего. – К тому же барон был опасно ранен, потерял много крови, а вечером уже присутствовал в палаццо Фоскари! Вполне возможно, он не смог справиться с собой, что в этом удивительного!

-Удивительно будет, если ты выйдешь отсюда живым! – Лана, бесшумно появившаяся из боковой двери, преградила путь слуге кардинала. – Вполне возможно, что эта застежка станет причиной и твоей смерти!

Яромир решительно сгреб графиню Новачек в охапку и передал ее в руки подоспевшему Важеку. Затем сердито посмотрел на охотника:

- Не смог справиться с собой, говоришь? Похоже, ты считаешь пьющих кровь жалкими созданиями, которые не владеют собой подобно животным! Да в Готхейме, в плену у Инквизиции Рюг умирал от страшных ожогов и голода, но не причинил ни малейшего вреда парню, с которым делил одну камеру. Ты не представляешь, насколько далеко от истины твое предположение!

Марио покраснел и сердито выпалил:

- Но и я знаком с подобными вашему другу не понаслышке! Они намного опаснее животных.

В памяти вдруг ясно возникла залитая лунным светом улица небольшой горной деревеньки в Альпах. Из покрытых соломой хижин бесшумно появлялись темные фигуры, постепенно окружая молодого слугу кардинала Сальваторе, который по неопытности решил проехать короткой дорогой. Если бы не проводник, да десяток серебряных ножей на его поясе, его кости еще и сейчас бы лежали на горной тропе вперемешку с камнями. Это была первая встреча, после которой было немало других.

Яр подтолкнул настырного гостя к выходу:

- Еще немного, и я соглашусь с женой Важека. Цена твоей жизни – всего лишь позолоченная безделушка. Проваливай отсюда!

Покинув особняк Кавалли, который теперь охраняли мрачные стратилаты, Марио задумчиво поплелся по дороге, то и дело яростно пиная мусор, устилавший мостовые после карнавала. Антонио следовал за ним в почтительном отдалении. Дойдя до моста Риальто, охотник обернулся к слуге:

- Ты тоже считаешь, что я не прав? Ну, признавайся, я же вижу!

Антонио немного помялся, затем решительно заявил:

- Да ведь застежку можно и подбросить! Барон, похоже, на самом деле потерял ее во время танца, пока свою красавицу вертел! Тут не до застежек, зазеваешься, не успеешь поймать, брякнется об пол такая красота, никому мало не покажется!

Марио против воли улыбнулся, ярко представив себе эту волнующую сцену. Действительно, мало бы никому не показалось. Баронесса дама с характером!

- Убери нож! – прохрипела Медея, потеряв голос от неожиданности. Но Рюдигер не торопился. В глазах полыхнули красные огни, он мстительно усмехнулся:

- Ну нет, на этот раз ты так легко не отделаешься!

Острие кинжала разорвало ткань и оцарапало кожу, ноздри защекотал тревожный запах крови.

- Что ты делаешь? Отпусти меня! – потребовала вампирша. Но алданец презрительно покачал головой:

- Нет, я обещал, что тебе не жить, если еще раз попытаешься напасть на человека. Тебе не повезло, я привык держать слово!

- Но я и не собиралась ни на кого нападать! Да и ты не человек! Это мое место, я прихожу сюда, когда хочу побыть одна…Ты ранил меня, неужели в Алдании так обращаются с женщинами?

Все еще сомневаясь, Рюдигер грубо оттолкнул Медею прочь от себя, однако не сводил с нее настороженного взгляда. Оказавшись на свободе, вампирша на всякий случай отошла подальше.

- Грубиян, варвар! Ты мог убить меня!

- Я уже начинаю жалеть, что не сделал этого! – хмуро отозвался барон. Женщина чуть не задохнулась от возмущения:

- Да что ты себе позволяешь? Угрожаешь мне ножом, а ведь это мое тайное место. Этой ночью я пришла проводить карнавал и проведать Гвидо.

-А что, его звали Гвидо? – не удержался от вопроса алданец. Медея неожиданно вновь смутилась от его прямого взгляда, однако взяв себя в руки, равнодушно ответила:

- Ну, я решила, что ему подходит это имя! На самом деле я не знаю, кто этот бедняга, и почему он окончил свою жизнь на этом чердаке. Теперь он в своем роде дух-хранитель этого места, иногда я приношу ему цветы. . Но ты не ответил на вопрос, что телохранитель алданской принцессы забыл в этих трущобах?

Рюдигер недовольно проворчал:

- Не твоего ума дело. Так и быть, я поверю, что ты забрела сюда, чтобы навестить своего высохшего приятеля, а не для того, чтобы выпустить кровь какому-нибудь нищему оборванцу! Но сегодня местечко уже занято, уходи!

Медея гордо вскинула голову:

- Не смейте говорить со мной в таком тоне! Я наследница старинного рода, и в нашей семье никогда не мешали кровь с людьми!

Рюдигер глубоко вздохнул, пытаясь справиться с яростью, которая снова накрывала его с головой, словно морская волна.

- Чем же ты гордишься, вы давно превратились в чудовищ, которыми пугают детей! Вы стали позором для всех пьющих кровь! Лучше я сам уйду.

Он вернул оружие в ножны и, больше не взглянув на Медею, направился к выходу. Она удивленно проводила его глазами, что-то в его походке и напряженной спине подсказало ей, что упрямый чужак попал в беду. Вампирша уже хотела остановить его, но алданец скрылся за мягко хлопнувшей дверью.

- Да что он о себе думает, этот нахал? Стали позором! Ну что ты так на меня смотришь? Думаешь, плохи его дела? Ты просто невыносим! Вы, мужчины, все одинаковы! – она подняла с пола шляпу и нахлобучила на мертвеца. Затем накинула плащ и выскользнула на лестницу.

Оказавшись на улице, Рюдигер быстро зашагал прочь, желая оказаться как можно дальше от так рассердившей его вампирши. Но не успел он покинуть приютившие его трущобы, как едва не столкнулся с солдатами городской стражи. Доблестные воины проклинали дожа за нелепый приказ обшарить все заброшенные дома и чердаки прямо сейчас ранним утром, но все же не смели ослушаться приказа. Алданец метнулся в проулок и прижался к мокрой от утреннего тумана стене, затаив дыхание. Но стражники, зевая и поругиваясь, протопали мимо, даже не заглянув в просвет между домами.

Рюдигер посмотрел им вслед. Отряд остановился как раз у двери, ведущей на чердак, где он расстался с Медеей. Вот черт! Медея, если она все еще там… Барон почувствовал укол совести. Несмотря на свое отношение к местным вампирам, он не хотел, чтобы девушка попала в беду. Достав шпагу из ножен, он решительно двинулся вперед, но кто-то крепко схватил его за плечо.

- Тебе что, жить надоело? – от возмущения Медея даже не могла подобрать нужных слов.

Рюдигер предпочел не объяснять, что чуть не бросился спасать ее от городской стражи, и вернув оружие на место, вопросительно посмотрел на нее, ожидая объяснений.

Медея потащила его за собой:

- Тебе нужно надежное убежище. Поверь, только я знаю такое местечко, где никто не станет тебя искать

Глава 16.Тайное убежище

Вечернее небо потихоньку темнело, и Венеция погружалась в мягкие пушистые сумерки. Укрывшись за трубой на плоской черепичной крыше, Танос не сводил глаз с узкой мощеной дорожки, которая отделяла соседнее палаццо от воды. Аккуратный двухэтажный особняк из белого мрамора принадлежал главе второго по значимости вампирского клана, Эрнесто Санторини. Прямо к дому примыкал двухэтажный склад, поскольку основу благосостояния клана Санторини составляла торговля пряностями. Очевидно, дело было прибыльным, раз родной брат госпожи Арахны не побоялся обосноваться прямо в центре города.

Танос уже знал от сестры, что Арахна и Эрнесто Санторини были единственными родственниками Керы. Юная послушница была дочерью их младшего брата. Родители Керы, также как и Селена, мать Таноса и Медеи, погибли, когда ей было всего шесть, став жертвами очередной попытки охотников очистить город на воде от кровососов.

Валентино всегда старался поддерживать хорошие отношения с этим семейством, но Танос вряд ли обрадовался бы встрече с «дорогим другом Эрнесто». Брат верховной жрицы был совсем не похож на свою прекрасную сестру. Высокий, худой, с длинными светлыми волосами, стянутыми сзади в хвост, он походил скорее на священника, чем на главу вампирского клана. С возрастом Эрнесто стал настоящим затворником, все больше критикуя роскошь и шумные развлечения молодежи. Особенно доставалось карнавалу. Этот веселый и шумный праздник синьор Санторини считал едва ли не главной угрозой благополучию города и причиной падения нравов вампирской молодежи. По его словам, заигрывания с едой, как он ехидно называл карнавальные развлечения, в скором времени грозили окончательно развратить и испортить молодое поколение. С особым презрением отзывался он о молодом Кратосе, конечно не в обществе «дорогого друга Валентино».

Однако до наследника Кратосов дошли слухи о столь низкой оценке своей персоны, и он тоже не испытывал симпатии к синьору Санторини.

До чуткого слуха слуха вампира донесся резкий женский голос, похожий на крик чайки. Танос узнал супругу хозяина и проникся сочувствием к Арахне и ее спутнице. Синьора Марсия, жена Эрнесто, была полной противоположностью своему мрачному супругу. Низенькая брюнетка с нехарактерными для вампирш пышными формами, она любила шумные праздники и яркие наряды. Её навязчивой идеей было устроить удачный союз для их единственной дочери, Валерии, и каждого молодого вампира Марсия оценивала прежде всего как будущего зятя.

Она совершенно не разделяла мнение мужа о семье Кратос, и если Танос имел неосторожность попасться ей на глаза, то синьора Санторини просто душила его в объятиях, выражая восторг от встречи и позволяя себе некоторые вольности, не слишком уместные в ее возрасте.

К своему счастью Валерия получила от матери черные волосы и общительный нрав, а от отца высокий рост и стройную фигуру, но не обзавелась ни резким крикливым голосом, ни склонностью к занудству. Более близкого знакомства с этой, по всей видимости, достойной девицей Танос старательно избегал, даже в кошмарных снах не представляя себя зятем Эрнесто. Именно по этой причине молодой вампир не решился явиться в палаццо Санторини с визитом, а упрямо сидел на соседней крыше.

Наконец его терпение было вознаграждено. Из дверей особняка высыпала веселая компания нарядной молодежи. Несмотря на яркие маски, Танос тут же узнал Валерию, а в ее кавалере, галантно подсадившем вампиршу в гондолу, с удивлением увидел своего кузена Ренцо. Немного подождав, пока лодка скроется из виду, он решил, что пора действовать.

Вампир перепрыгнул на крышу палаццо и быстро прошел к противоположному краю. Он легко спустился на маленький балкончик и замер в нерешительности, пытаясь смирить вдруг застучавшее сердце. Окно было слегка приоткрыто, словно его уже ждали. Но Танос почему-то медлил, разглядывая девушку, которая спокойно сидела в кресле с книгой в руках. Милая скромница с Острова тайн сменила легкую тунику на голубое платье, но это ничуть не убавило ее красоты.

Кера пожелала веселой прогулки Валерии и, извинившись перед родными, отправилась в свою комнату. За спиной послышались причитания Марсии. Супруга дяди громко сокрушалась, что такая красавица готова похоронить себя заживо в малярийных болотах Торчело.

Кера закрыла дверь и несколько мгновений наслаждалась наступившей тишиной. Синьора Марсия, несомненно, добрая женщина, но совершенно напрасно считает ее несчастной. Что плохого в том, чтобы посвятить себя служению Богине? Она вполне довольна своей судьбой и ни о чем не жалеет.

Девушка опустилась в глубокое уютное кресло и раскрыла книгу, прихваченную из огромной библиотеки хозяина. Глаза перебегали со строчки на строчку, но как ни старалась, она не могла сосредоточиться на написанном. Звуки праздника настойчиво лезли в уши, призывая покинуть тесную мансарду и присоединиться к всеобщему безумству. Холодный ветер неласково взъерошил волосы и перелистнул так и непрочитанную страницу.

Рассерженная Кера отложила книгу и подошла к окну, но вдруг застыла в недоумении, поняв, что рядом находится кто-то из детей ночи. Будущая жрица быстро приняла решение. Левой рукой она отдернула штору, правая метнулась к кинжалу на поясе, и острое лезвие уперлось в шею незнакомца в маске.

- Что ты здесь делаешь? Отвечай!

Девушка старалась сохранять грозный вид, но чутье подсказывало, что нарушитель спокойствия ей хорошо знаком. Вампир поднял руки:

- Сдаюсь на милость прекрасной воительницы! И почему все женщины просто мечтают всадить в меня нож?

Он сдвинул маску, и Кера узнала Таноса. Она удивленно взглянула на молодого вампира:

- Вы? Но что вы здесь делаете?

Ответа на этот простой вопрос наследник Кратосов и сам точно не знал. До конца карнавала оставались считанные дни, вернее ночи, и ему надо было бы подумать, как все же рассчитаться с ненавистным алданцем. Но вместо этого он зачем-то проник, словно вор, в палаццо Санторини, понимая, что лишится покоя, если не увидит Керу хотя бы еще один раз.

Он виновато улыбнулся:

- Я всего лишь хотел предложить синьорине небольшую прогулку. Не думал, что вам захочется меня убить.

Кера растерянно опустила руки:

- Я всего лишь пыталась защититься. Служительницы храма обучены владению оружием и могут постоять за себя…

- О, я в этом уже убедился! – Танос увидел, что стилет наконец вернулся в ножны, и более уверенно продолжил. – Прошу, соглашайтесь! Вы попали в Венцию в самое чудесное время, глупо проводить его за чтением!

Девушка отступила на шаг назад:

- Но я не могу… Совсем скоро я приму посвящение, мне нельзя! И если дядя узнает…

Последняя причина развеселила Таноса.

- Ну, мы же не будем его расстраивать! Неужели вам не хочется нарушить все правила и отправиться в город?

Он бесцеремонно подтолкнул девушку к окну:

- Там настоящая жизнь! Прежде чем принести клятву и принять посвящение, хотя бы узнайте, от чего раз и навсегда отказываетесь!

Кера с любопытством выглянула на улицу. Звуки музыки, смеха и грохот фейерверков, распускающихся в ночном небе невиданными цветами, завораживали и манили ее. Милое лицо стало серьезным, она нахмурилась, что-то мучительно решая для себя, затем с вызовом улыбнулась:

- Хорошо, я согласна! – и тут же грустно вздохнула:

- Но у меня нет другого платья.

-Вам и не нужно другого! Я в жизни не видел никого прекраснее!

Кера накинула плащ и смело вложила руку в его ладонь. Танос со странной нежностью сжал тонкие, почему-то совершенно ледяные пальцы и смело увлек ее за собой.

Перебравшись через перила маленького балкончика, они оказались на улице. Когда палаццо Санторини осталось за спиной, девушка вдруг испуганно охнула:

- Но у меня нет маски!

Ее спутник улыбнулся:

- Ничего страшного. Я взял на себя смелость позаботиться об этом, хотя не был уверен, что вы согласитесь на мое предложение!

Достав из складок плаща маску, украшенную рописью и позолотой, он осторожно надел ее на лицо Керы. Она замерла, закрыв глаза, словно в испуге. Затем удивленно взглянула на мир через прорези. Ей показалось, что все вдруг стало другим, и прежде всего она сама.

Девушка с вызовом посмотрела на своего спутника:

- Я хочу туда!

Она показала на купол собора Сан –Марка, прячущийся за соседними домами.

Танос улыбнулся:

- Ваше желание для меня закон, синьорина.

Остановившись перед лавкой, на вывеске которой загадочно улыбались карнавальные маски, Медея постучала в дверь колотушкой. После третьей попытки за дверью послышались шаркающие шаги и недовольное ворчание:

- Кого это принесла нелегкая в такую рань?

Наследница Кратосов терпеливо ответила:

-Это Медея. Ксандра, пожалуйста, побыстрее, у меня очень важное дело.

Со скрипом отодвинулся дверной запор, и гости, нагнувшись, вошли в царство Её Величества Маски. У Рюга даже закружилась голова от такого изобилия необычных личин, покрытых золотом и серебром, перьями диковинных птиц и самоцветами. Не удержавшись, он взял в руки одну из лежавших на прилавке масок, напоминавшую диковинную бабочку с расписными крыльями.

- Положи, где взял! Слышишь, тебе говорю! – скрипучий голос вернул Рюга к действительности. Перед ним стояла маленькая старушка в черном платье и черном кружевном платке, накинутом на седые волосы. Она сердито погрозила ему скрюченным пальцем и недовольно поджала губы. Рюдигер почему-то сразу вспомнил о бабке Насте. Вредная старушка приходилась его жене родной бабушкой, ее скандального характера боялась вся деревня, и даже барон Лотар старался быть с ней предельно вежливым.

Медея, наклонившись, обняла старую ведьму:

- Прости, что разбудили, но нам нужна твоя помощь.

Ксандра хитро улыбнулась беззубым ртом, отчего ее лицо, и без того напоминавшее печеное яблоко, еще больше сморщилось.

- С чего бы это дочери всесильного Валентино понадобилась помощь жалкой рабыни?

Медея нахмурилась:

- Но ведь ты давно не рабыня, я прошу тебя о помощи!

-Чтобы дочь главы клана просила о чем-то старую рабыню, которая еще дышит только по милости госпожи! Да что же такого вы натворили вместе с этим красавчиком? Ну ладно, ладно, не мое это дело совать нос в ваши дела. Что мне сделать для тебя, госпожа?

Медея взяла Ксандру за руки и ласково попросила:

-Пусть этот синьор поживет у тебя пару дней. Только чтобы никто не знал об этом!

Старуха с подозрением взглянула на алданца.

- Так значит, это из-за него ты сама на себя не похожа!

- Матушка, не откажите, я не причиню хлопот! – неожиданно для себя Рюдигер включился в беседу. Старуха криво усмехнулась в ответ на его обаятельную улыбку:

- Так ты тоже сын Ночи…Но как… - тут Ксандра неожиданно замолчала, затем совсем другим тоном продолжила:

- Ваша комната наверху, пойдемте господин…

Тесная комнатушка под самой крышей напоминала скорее чулан. Окна смотрели на окна такого же старого дома, но Ксандра решительно задернула занавески и вышла. Рюдигер присел на жесткую кровать у стены, решив ни в коем случае не смыкать глаз. Конечно, здесь намного уютнее, чем на пыльном чердаке в компании мертвеца, но все же нельзя доверять этой девице полностью.

Любопытная Ксандра пыталась разговорить вампиршу, но Медея не желала ничего объяснять. Вынув из украшенного золотым шитьем замшевого мешочка несколько монет, она положила их на полированную поверхность комода.

- Твой гость наверняка голоден, позаботься об этом!

Старуха быстро сгребла золотые монеты сухой рукой, похожей скорее на птичью лапку, и спрятала в складках одежды.

- Голоден в последнюю ночь карнавала! Ты мне сказки не рассказывай! Вы в эти дни на еду и не смотрите…

Однако взглянув на мрачное, без тени улыбки лицо Медеи, осеклась.

- Как скажете, госпожа. Но что прикажете делать? Послать к Альдо, так сейчас еще слишком рано… К тому же вы хотите, чтобы о нем никто не знал!

Попавшая в дом Кратосов в раннем детстве Ксандра привыкла ко многому и сейчас спокойно рассуждала о страшных для обычного человека вещах. Вампирша поморщилась, услышав о торговце живым товаром. Хотя местные вампиры часто пользовались его услугами, Медея терпеть не могла этого пройдоху:

- Вовсе ни к чему тревожить этого мерзавца. Я говорила про обычную еду…Надеюсь, ты знаешь, чем накормить голодного мужчину. Ладно, мне пора, я загляну вечером.

Подумав, она легко взлетела по ступенькам и заглянула в мансарду.

- Ты можешь ни о чем не волноваться. Здесь тебя никто не станет искать. Ксандра о тебе позаботится, а я загляну вечером, и, надеюсь, ты расскажешь мне, почему скрываешься от стражи.

Алданец уныло молчал, привалившись к стене и опустив голову на грудь. Медея не удержавшись, подошла поближе и поняла, что он просто спит. Грустно вздохнув, она покинула лавку.

До рассвета оставалась всего пара часов. Выбравшись из лодки, Танос помог выйти своей спутнице. Глаза Керы возбужденно блестели в прорезях маски:

- Надо торопиться, вдруг дядя что- нибудь узнает!

Танос хмыкнул, представив, как вытянется и без того длинное и узкое лицо Эрнесто. Он помешан на аскетизме, наверное, поэтому у него всегда такой кислый вид. Не зря же Арахна подалась в жрицы, а из ее братца, будь он человеком, наверное, вышел бы неплохой монах или даже инквизитор! Ему бы в Алданию!

- Это не смешно! – Кера сердито топнула ножкой. – У меня могут быть большие неприятности, а ты смеешься!

- Все будет хорошо! – твердо заверил Танос. – Просто доверься мне.

Он помог Кере забраться на балкочник с лепными перилами, и, легко подтянувшись, сам очутился рядом. Девушка удивленно обернулась к нему, Танос осторожно снял c с нее маску, наклонился и нежно поцеловал в губы. Будущая жрица испуганно охнула и оттолкнула мужчину, покраснев так сильно, как могут только вампирши.

Через мгновение она уже была за окном. Девушка приложила палец к губам, затем задернула шторы.

Танос шагал по набережной в приподнятом настроении. Раньше он не мог представить, что за одну ночь можно столько всего успеть. Они отплясывали тарантеллу в веселой толпе простонародья. Кера задорно визжала, когда он подкидывал ее вверх, и со счастливым вздохом приземлялась в его руки. Затем долго плыли в гондоле по извилистым каналам. Его спутница, затаив дыхание, слушала городские легенды и некоторые правдивые истории. Увлеченная рассказом, девушка не замечала руку своего спутника на талии, и он был совершенно счастлив от этой мелочи.

Потом они гуляли пешком и даже сумели заблудиться. Наконец Танос признал мост Риальто. Немного уставший от приключений вампир успел проголодаться, но не решался предложить своей спутнице заманить кого-нибудь из неосторожных гуляк в укромное место и немного перекусить. Он уже знал, что слуги Трехликой используют в пищу только кровь животных. На человеческую кровь на острове наложен суровый запрет, за исключением жертвоприношения, которое случается раз в четыре года.

Неожиданно Кера заявила, что тоже устала и совсем непротив что-нибудь съесть.Не успел он обрадоваться такому совпадению интересов, как неугомонная девица затащила его в таверну, знаменитую рыбными блюдами. Морские гады оказались ужасно дорогими, но все же съедобными. Несколько жареных осьминогов не нанесли особого вреда его желудку, но совершенно не заглушили нарастающего чувства голода.

Сейчас это чувство вернулось и напомнило о себе с утроенной силой. Собственно, у красавицы с Острова Тайн только один недостаток. Она упорно твердит, что нельзя лишать жизни живые существа без серьезной на то причины. Владычица Ночи запрещает бессмысленные убийства! Он так и не решился ей объяснить, что создания Черной Звезды привлекает не только безудержное веселье карнавала, но и охотничий азарт. Когда-то дело было в обычном голоде, но теперь это стало развлечением. Да уж, не зря Кера принадлежит клану Санторини!

Размышления молодого вампира прервала шумная компания молодежи. В нем тут же проснулся инстинкт охотника, и он незаметно последовал за ними. Вскоре один из гуляк распрощался с товарищами и свернул в сторону.

В темном переулке между домами вампир толкнул парня к стене, зажав ему рот ладонью. Кольцо с хризолитом блеснуло магическим зеленым светом, и жертва безвольно обмякла в его руках. Танос отогнул воротник куртки и осторожно вонзил клыки в шею. Знакомый соленый вкус успокаивал и дарил насыщение. Однако сделав несколько хороших глотков, Кратос с сожалением оставил беднягу. Он аккуратно усадил свою жертву на землю около стены и, повинуясь внезапному порыву, сунул в карман парня пару флоринов.

Затем беззаботной походкой направился к дому. Это была прекрасная ночь, но наследнику клана хотелось верить, что будут и другие! Внезапно, он понял, что у них совсем немного времени, и сердце болезненно сжалось, чуть не остановившись.

Рюдигер открыл глаза и тут же зажмурился, не понимая, где же он находится. Помещение размерами напоминало склеп на кладбище, по крайней мере здесь было также тесно. Здесь с трудом помещалась одна кровать, которая оказалась для него слишком короткой. У стены стоял комод с множеством ящиков и грубо сколоченная табуретка.

На улице было тихо, только изредко слышался плеск весла проплывающей гондолы. Тесные стены и низкий потолок создавали ощущение если не склепа, то монашеской кельи, и, немного

помаявшись от безделья, Рюдигер приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Там было темно и пусто, и барон недолго думая спустился вниз. Ворчливой старухи он там не обнаружил, зато увидел черноглазого мальчишку в серой суконной куртке. Закусив губу, тот старательно раскрашивал тоненькой кисточкой лежащую перед ним маску. Белый безглазый овал постепенно расцветал волшебными узорами под рукой маленького умельца.

Увлеченный своей работой мальчик не заметил подошедшего к нему вампира и вздрогнул, когда Рюдигер не сдержался и похвалил работу:

- Да ты мастер!

- Вам правда нравится, синьор? – юный художник повернулся к незнакомцу с радостной улыбкой.

- Бог наградил тебя талантом и терпением! – искренне отозвался барон. Неожиданно их приятную беседу прервал истошный вопль старухи:

- Джанни, негодник, ты почему еще здесь? Ведь я велела тебе идти домой и носа сюда не показывать!

Несмотря на свои годы, старуха резво поскочила к парнишке и, схватив того за ухо, поволокла к двери, не слушая робких оправданий. За дверью несколько раз кашлянули, затем Ксандра вернулась в лавку.

- Несносный мальчишка, так любит работать. У него чахотка, ведь вы заметили господин, какой он бледный и худенький. Просто кожа и кости…

По правде сказать, Рюдигер не особо рассматривал маленького художника, сосредоточившись больше на его работе. Но известие о болезни Джанни очень расстроило его.

- Такой славный малый! Но неужели нельзя ничем помочь? К лекарям обращались? Что они говорят?

Ксандра как-то странно взглянула на вампира и не очень уверенно ответила:

- Ну дескать, на все Божья воля, может пройдет с возрастом. Но пока кровь у него никуда негодная!

Вампир, пропустив это замечание мимо ушей, гневно восклинул:

- Да разве можно сидеть сложа руки, найдите другого лекаря, не такого болвана, или уезжайте из этой чертовой сырости! Если дело в деньгах, то… - он решительно высыпал на прилавок из кошелька приличную кучку монет.

Старуха криво улыбнулась навязанному ей постояльцу:

- Ох, вы бы, синьор, не бросались золотыми флоринами, они вам и самому пригодятся. Парнишка пошел на поправку, но чтобы не обидеть вас, я так и быть возьму три монеты. Ну да забудьте о моем племяннике, я приготовила рагу из баранины, пойдемте со мной.

В маленькой кухне было жарко, на сложенной у стены небольшой печке стоял закопченный горшок, из которого вкусно пахло мясом и ароматными приправами. Рюдигер с трудом уселся на невысокую скамейку, его коленки упирались в грубо сколоченную столешницу.

Ксандра щедрой рукой вывалила на глиняную тарелку почти все содержимое горшка и подвинула ее к гостю. Втянув ноздрями поднимающийся над мясом обжигающий ароматный пар, Рюдигер долго не раздумывал и принялся усердно работать ложкой.

Старуха отошла к небольшому шкафчику, заполненному различной кухонной утварью, и отодвинув связку лука, свесившуюся со стены, исподтишка разглядывала странного вампира, который проявил неожиданное сочувствие к незнакомому мальчишке. Жалость и сострадание, тем более к людям – подобные чувства незнакомы прекрасным и жестоким созданиям Черной Звезды. Люди для них всего лишь рабы, которые в любую минуту могут стать едой.

Нет, конечно, существуют избранные счастливчики, которым удается состариться и умереть, выполняя все прихоти своих жестоких хозяев. И она сама живое тому подтверждение. Ей здорово повезло, что Медея привязалась к своей рабыне и даже решила подарить ей свободу.

Духота на кухне заставила барона расстегнуть камзол, и Ксандра недоуменно уставилась на блеснувший золотом крестик у него на шее. На мгновение она решила, что ей почудилось, уж больно не клеился символ христианской веры с типично вампирским обликом гостя, но это было действительно так.

Рюдигер закончил с едой и от души поблагодарил хозяйку, но она оставила без внимания его искреннее: «Грацие, синьора!», продолжаятаращиться на гостя во все глаза.

- Что-то не так, матушка? Я, знаете ли, не силен в итальянском, надеюсь, ничего не перепутал…

Старая Ксандра лишь указаласкрюченным пальцем в вырез рубашки:

- Дети Черной Звезды не могут носить это… Что ты такое?

Рюдигер нахмурился:

- В моей стране все носят такой крест и верят в истинного Бога, совсем не важно, кто ты, обычный человек или пьющий кровь.

Ксандра потеряла дар речи, а когда опомнилась, то вампира на кухне уже не было. В его стране, да откуда же он взялся, еще и госпожа смотрит на него влюбленными глазами. Никогда она ни на кого так не смотрела…

Медея появилась в мастерской масок поздним вечером. Она уже знала от домочадцев, что вчера в палаццо самого дожа произошло ужасное убийство, все указывает на одного из спутников алданской принцессы, и все стражники в городе ищут опасного монстра, только с виду похожего на обычного человека.

Однако зайдя в дом своей старой няньки, вампирша постаралась ничем не выдать своей тревоги.

- Ну что, Ксандра, не слишком много хлопот доставил твой гость?

Старушка поджала губы:

- Да он целый день из комнаты носа не кажет. Кто он такой, полукровка? И почему он прячется? Не слишком доверяй ему госпожа, ты знаешь, что у него крест на шее?

- Знаю, - отмахнулась Медея. – Там, откуда он родом, все такие чокнутые. Ходят в церковь, живут с обычными людьми в мире и согласии и даже заключают с ними браки!

Ксандра отложила заготовку для кошачьей маски и недоверчиво спросила:

- А он не врет?

- Нет, не врет, - устало усмехнулась Медея, - про Алданию всем известно. Маленькая страна, но зубастая, если можно так выразиться… Но что-то заболталась я с тобой, милая Ксандра, а мне еще надо с твоим постояльцем поговорить.

В маленькой комнатушке на втором этаже было темно. Медея осмотрелась и поняла, что здесь никого нет. Потянуло сквозняком, по ее волосам прогулялся легкий ветерок, и вампирша поспешила прикрыть оконную раму. На улице все еще зима, зачем оставлять окно открытым? Если только затем, чтобы перебраться через него на крышу!

Но куда же он отправится в чужом городе, где на него объявлена охота. Охота! Медея чуть не расхохоталась вслух. Встреча с таким, как он, под покровом ночи смертельно опасна для любого глупца, возомнившего себя охотником. И, кажется, она знает, куда направился упрямый чужак!

Глава 17. Неудачное возвращение

Выбежав на балкон, Лана проводила сердитым взглядом Марио Эспозито. Когда посланец Святого престола скрылся из поля ее зрения, пролжая о чем-то сердито спорить со слугою, Лана посмотрела вниз на мрачных стратилатов, охраняющих особняк судовладельца. С трудом сдержав желание плюнуть на им на головы, графиня Новачек вернулась в дом.

В гостиной она застала Лизу с покрасневшими от слез глазами. Элина не слишком убедительно утешала подругу, утверждая, что настоящего убийцу скоро найдут, и Рюдигер будет оправдан. Курт, воспользовавшись передышкой, рисовал на бумаге смешных человечков вместо поднадоевших кружочков и палочек.

Лиза с трудом улыбнулась Элине:

- Хотелось бы надеяться, что так и будет.

Она притянула к себе Курта и поцеловала в кудрявую макушку. Он застенчиво улыбнулся:

- Тетя Лизхен, не плачьте! Я буду защищать вас, пока крестного нет рядом!

Лиза рассмеялась сквозь слезы:

- Да я никогда в тебе не сомневалась, мой милый!

Взгляд ее случайно упал на большое зеркало в позолоченной раме, и Лиза с ужасом поняла, что растрепанная женщина с опухшим от слез лицом и покрасневшими глазами - это ее собственное отражение.

-Вы правы, больше так продолжаться не может.

Она решительно поднялась с небольшого диванчика:

- Пора привести себя в порядок!

Вернувшись в свою комнату, Лиза в первую очередь направилась к кувшину водой. Закончив с умыванием, она почувствовал себя немного лучше. Кажется, ледяная вода немного остудила ее тревогу. Отняв от лица чистое льняное полотенце, она вдруг услышала странный звук. Как будто кто-то тихонько вздохнул у нее за спиной.

Молодая женщина вся превратилась в слух. Больше тишину ничто не нарушало, но полог над кроватью слегка колыхался. Лиза мстительно усмехнулась, нащупав спрятанный в кармане небольшой стилет. После того, как ее чуть не похитили в доме синьоры Манчини, она постоянно носила с собой оружие. Ну, кто бы там не прятался, он ей сейчас за все ответит! Когда до кровати оставалась пара шагов, из-под полога вдруг выскочила девчонка в платье служанки и бросилась к двери.

- Куда же ты так торопишься, не так быстро! – Лиза преградила путь беглянке, крепко схватив ее за запястье. Поняв, что сбежать не удасться, та жалобно завыла.

- Потом наплачешься, - Лиза сурово взглянула на бедняжку. – Что ты здесь делала?

Однако то ли познания баронессы в итальянском оставляли желать лучшего, то ли девчонка предпочла притвориться, что не понимает ни слова, но она только вытерла нос свободной рукой и снова заревела, размазывая по смуглым щекам слезы вперемешку с соплями.

Прибежавшие на шум Лана с Элиной удивленно рассматривали зареванную замарашку.

- Наверняка воровка! – подвела итог Лана. – Ну-ка живо признавайся, что ты тут делала!

Юная вампирша довольно сносно овладела итальянским, но мошенница в ответ только заревела еще громче.

Элина нахмурилась:

- Сейчас же прекрати выть и внятно объясни, что ты здесь искала. Иначе мы отведем тебя к твоему хозяину, и он отдаст тебя городской страже. Лана, скажи ей!

Строгий тон подруги принцессы прекратил поток слез. Испуганно поглядывая на Лану, девчонка закивала:

- Я расскажу, я все расскажу, только не говорите ничего синьору. Он меня выгонит, а у меня дома братья маленькие.

Сунув руку в карман фартука, она достала кольцо с зеленым камнем. Лиза молча забрала свое украшение, недавний подарок мужа.

Лана неодобрительно взглянула на воровку:

- И ты решила, что можно немного обворовать гостей хозяина?

Девчонка подавила последний всхлип и, хмуро взглянув на вампиршу, ответила:

- Да мне с вами под одной крышей жить страшно, по доброй воле я бы ни за что и близко не подошла к вашим вещам. Но он сказал, что убьет самого младшего из моих братьев, если я не принесу кольцо или что-нибудь из вещей этой госпожи!

-Кому это понадобилось мое кольцо? – Лиза не слишком вежливо тряхнула несчастную служанку за плечо.

Заливаясь слезами, несчастная Бьянка рассказала об одном из последних дней карнавала, где у нее внезапно пошла носом кровь во время танцев, а оказавшийся рядом молодой человек подал ей батистовый платок, обшитый кружевами. Они мило распрощались, и она совершенно о нем позабыла, рассудив, что негоже простой служанке мечтать о знатном господине. Но незнакомец в черной маске явился ей во сне и обещал забрать ее душу, если она не выполнит его поручение. Бьянка не обратила внимания на навязчивый кошмар, посчитав его следствием вчерашнего веселья.

Однако на следующую ночь навязчивый демон снова приснился бедной служанке и напрямую пригрозил, что если своя душа ей безразлична, то он будет потихоньку забирать жизни близких людей. Когда старую кухарку хватил удар прямо у плиты, Кьяра еще пыталась держаться, говоря себе, что все это лишь случайное совпадение.

Но этой же ночью ее мучитель пообещал, что перейдет к ее семье, и девушка наконец решилась. В конце концов, что значит какое-то кольцо. Гости хозяина богаты, вряд ли они заметят пропажу одного украшения.

- И что же ты собралась делать с этим кольцом? – поинтересовалась Лана. Кьяра отодвинулась от вампирши подальше и, опустив глаза, прошептала:

- Я должна придти сегодня в полдень к церкви Санта-Марии Формозы и ждать у колокольни. Он обещал сам найти меня.

-Я как раз собиралась посетить этот замечательный храм. – непринужденно заметила принцесса Шарлотта, которая наблюдала за этой сценой с самого начала. – Даже не смейте возражать.

Площадь у храма была заполнена народом, несмотря на наступивший великий пост. Одетые в нарочито скромные одежды горожане стремились покаяться в грехах, совершенных во время карнавала, а расположившиеся вдоль стены храма торговцы не хотели терять ни малейшей выгоды…

Принцесса с супругом отправились на церковную службу. Яромир, Важек и Римар с независимым видом прогуливались по площади перед храмом, Лиза и Лана, одетые словно юноши из богатых семей, в приталенные камзолы с широкими рукавами и узкие штаны, делали вид, что заняты беседой. Однако их глаза были прикованы к жалкой в своем отчаянии и страхе фигурке Бьянки. Девушка с обреченным видом сидела на небольшой скамейке, но пока рядом с ней никто не появился.

Наконец, подруги решили немного пройтись по площади, стараясь не терять из-виду свою подопечную. Неторопливым шагом они добрались до колокольни и, развернувшись, двинулись обратно. Вдруг Лана коротко вскрикнула. Сзади на нее набросился небритый тип в черной полумаске. Зажав своей жертве рот, он пытался затащить ее в проулок между домами. Лиза бросилась подруге на помощь, но из-за колокольни выбежали еще двое.

Лиза вынула шпагу из ножен и, не раздумывая, бросилась в бой.Она вложила в удары все свое отчаяние и злость. Противник шаг за шагом отступал за фасад колокольни, заманивая ее в лабиринт каналов и переулков. Но молодая женщина продолжала упорно его преследовать.

В это время похититель пытался удержать Лану, но хрупкая на вид девчонка отчаянно сопротивлялась. Подбежавший к нему на помощь товарищ получил сильный удар ногами и вылетел прямо в центр площади к небольшому фонтанчику.

Схвативший дикарку разбойник пошатнулся, теряя равновесие, Лана вывернулась из его объятий и пнула ногой в живот. Он согнулся пополам от боли, а дикарка приставила нож к его горлу и, грубо дернув за волосы, заставила посмотреть в глаза.

- Кто твой хозяин? – выплюнула она три коротких слова.

- Я.. я все скажу, синьора, только не убивайте… - залепетал бедняга, ошарашенный тем, что безобидная на вид девушка оказалась непонятным чудовищем.

- Конечно, скажешь, еще как скажешь! – Важек первый увидел потасовку у колокольни и поспешил на помощь, за ним бежал Римар.

Заметив Яромира, который спешил на помощь, противник Лизы вдруг ловко ушел ее атаки и, нырнув в узкий проход между домами, исчез. Искать его было бесполезно. Баронесса молча выслушала от Яра упреки в глупой храбрости, и они вернулись к друзьям.

Неожиданно женский крик заставил их обернуться. У церкви слева от входа было какое-то столпотворение. Собравшиеся люди что-то громко обсуждали, по местному обыкновению яростно жестикулируя. Лана нахмурилась. Именно там, на скамейке слева от входа они оставили Бьянку. Воспользовавшись всеобщим замешательством и тем, что от его горла наконец убрали острый кинжал, пленник дикарки резко дернулся, оставив в её руке изрядный клок жестких черных волос, и бросился бежать. Алданцы попытались догнать его, но беглец исчез без следа среди почти одинаковых зданий.

Однако заметив бегущего к ним Яромира, противник Лизы вдруг ловко ушел ее атаки и, нырнув в узкий проход между домами, исчез. Искать его было бесполезно. Баронесса молча выслушала от Яра упреки в глупой храбрости, и они вернулись к друзьям.

Растолкав возбужденных горожан, алданцы увидели Бьянку, привалившуюся к каменной стене. Голова девушки была неестественно повернута, длинные волосы закрывали лицо, но было уже и так понятно, что бедняжка мертва. Яромир тихо выругался и посмотрел на друзей. Теперь каждый из них будет винить себя в ее смерти.

Марио дочитал очередное послание его преосвященства, затем яростно смял листок и забросил в камин. Он с удовольствием наблюдал, как огонь пожирает бумагу, обращая написанные кардинальской рукой ровные красивые строчки в серый пепел. Луиджи Сальваторе открыто выражал надежду, что его воспитанник найдет какой-нибудь, пусть и не очень честный способ сбить спесь с алданцев, показать всему миру их настоящее лицо.

Если при этом придется пойти против правды, то ничего страшного. В борьбе с этими порождениями ада все средства хороши, к тому же отпущение грехов Марио гарантировано!

И это пишет человек, который сам учил маленького сироту, что надо жить по заповедям Божьим, всегда сверяя свои поступки с учением Христа. Крепко сжатые губы Марио тронула недобрая усмешка. Если бы Его Преосвященство узнал о том, что произошло во дворце Франческо Фоскари в последнюю ночь карнавала, он, несомненно, был бы доволен.

Листок догорел, полностью рассыпавшись в бесцветную пыль. Марио прислушался к своей совести и понял, что послание кардинала возымело совершенно обратное воздействие. Он вдруг сильно засомневался в виновности барона.

- Антонио! – позвал он. – Собирайся, нагрянем с частным визитом к синьору Томазини.

Слуга отложил в сторону нитку с иголкой и рубашку, которую собирался заштопать.

- С чего бы такая спешка, господин? Может лучше завтра, а то уже вечер, скоро темнеть начнет.

- Видишь ли, я бы хотел побольше узнать о несчастной женщине, которая рассталась с жизнью прошлой ночью.

Ночь приняла уставшую от долгого праздника Венецию в свои объятия, и город погрузился во тьму и тишину. Не вспыхивали в небесах фейерверки, не звучала музыка и веселые голоса, только луна и редкие звезды отражались в воде каналов, да огоньки свечей в окнах, которые постепенно гасли один за другим. Стража, охранявшая особняк Кавалли, старалась держаться поближе к дому. Четверо солдат уныло зевали у главного входа, еще трое, словно призраки бродили по длинной лоджии.В третьем по счету окне с правой стороны было темно. Женщина, сидевшая на кровати, кажется не замечала, что солнце давно зашло, и не мешало бы зажечь свечи. Лиза почти не чувствовала себя живой, а мертвым все равно, ночь или день. Или вампирам. Рюдигер мог спокойно искать что-нибудь в темноте, не зажигая света. При мысли о муже она встрепенулась и посмотрела в окно на громады дворцов, нависшие над Гранд-каналом. Он сейчас где-то там, в холодной и совсем недоброй Венеции.

Легкий стук в окно заставил ее вздрогнуть. Лиза стремительно вскочила с кровати и подлетела к окну. Сердце застучало, отбивая барабанную дробь, она безошибочно угадала в темной фигуре за стеклом своего мужа. Открыв дрожащими руками окно, она впустила его в комнату.

Легко перепрыгнув через подоконник, Рюдигер очутился внутри. Он стиснул ее в руках, не замечая, что делает ей больно. Так приятно было знать, что она рядом, и прятать лицо в волосах, пахнущих летним лугом. На мгновение они застыли, прижавшись к друг другу, затем он осторожно отодвинул жену от себя и заглянул ей в глаза:

- Я должен был тебя увидеть!

Лиза улыбнулась, не обращая внимания на слезы, текущие по щекам. Она была счастлива, что он вернулся, и надеялась, что теперь этот кошмар закончится.

- Лизхен, любимая, ты должна быть очень осторожной…

- К чему ты говоришь об этом…. – что-то в его голосе не понравилось ей. – Неужели ты снова ударишься в бега, ты должен остаться здесь…

- И прятаться в дорожном сундуке, вздрагивая от каждого шороха… Ну уж нет! Надо найти настоящего убийцу!

-Да как же найти его! – Лиза сжала кулаки в бессильном отчаянии. - Власти и не думают его искать, Марио полностью согласен с ними, а мы чужие в этом городе!

- Однако кому-то перешли дорогу. Лизхен, прошу тебя, никому не доверяй, только ребятам, ну и Лане с Элиной.

Лиза крепко обняла его, с вызовом посмотрев в глаза:

- Я не отпущу тебя, даже не думай! Мы должны быть вместе, что бы ни случилось!

Неожиданно в дверь грубо постучали, прерывая их разговор.

- Что вам нужно? – недовольно спросила Лиза.

- Немедленно откройте или дверь будет сломана! – низкий чуть хриплый голос, принадлежал командиру стражи.

- Кажется, мне пора! – Рюдигер с сожалением оторвался от ее губ и перепрыгнул через подоконник. – Прошу еще раз, будь осторожна, не доверяй никому!

Он посмотрел на бегущих с другого конца лоджии стражников, быстро нагнулся и поцеловал жену еще раз, затем рванулся с места и исчез, словно унесенный порывом ветра.

Однако уйти тем же путем, по крышам, ему не удалось. За поворотом его встретили еще пятеро. Эти ребята были неплохо обучены и очень напористы, и Рюдигер понял, что придется драться всерьез. Сама схватка не пугала его, но, кажется, ему все же придется оставить в этом городе кровавый след.

Кончик чужой шпаги разрезал зеленый бархат на рукаве, и кожу неприятно зажгло. Серебро, вот черт! Разозлившись, он отбил удар и, не дав опомниться, прошил насквозь кожаную бригантину. Развернувшись, быстро воткнул шпагу в основание шеи другому противнику. Отшвырнув убитого на руки товарищей, он перемахнул через перила лоджии и приземлился на мостовую перед домом. Но не успел сделать и пары шагов, как путь ему прекратил невысокий стройный юноша.

- Сегодня ты отправишься в ад! Если хочешь, можешь помолиться!

Николо Кавали держал в руках арбалет, направленный прямо на вампира, и был исполнен решимости. Прежде, чем Рюдигер сумел подобрать пару слов, юноша спустил тетиву, и серебряный болт воткнулся в столб для привязи лодок, торчавший из воды. Следующий просвистел прямо над головой и с печальным всплеском упал в Гранд-канал. Спасаясь от третьего, Рюдигер отскочил в сторону, пропуская четвертый, до предела нагнулся назад, но не удержал равновесие и упал, больно ударившись спиной о каменные плиты.

Он уже приготовился к смерти, но пятого выстрела не последовало.

-Да стреляй же, сопляк, или арбалет заклинило?

Услышав в ответ лишь непонятное мычание, он приподнялся и увидел Николо, который пытался освободиться от наброшенного ему на голову плаща, и Джеронимо, который изо всех сил старался удержать друга. Синьор Бергамо побоялся оставлять друга в трудную минуту и остался ночевать в палаццо Кавалли. Как оказалось, такая предосторожность была оправдана.

- Николо, ты совершаешь ошибку, он тебе не враг!

- Пусти меня, предатель! Я должен отомстить!

Однако Джеронимо продолжал сжимать в объятиях вырывающегося друга:

- Ну уж, нет, я не дам тебе совершить поступок, о котором потом всю жизнь будешь жалеть. Барон, что же вы застыли, как изваяние? Бегите, сейчас подоспеет стража, у них тоже могут быть арбалеты!

Рюдигер в нерешительности взглянул на окна палаццо, в которых один за другим загорались огни, непонятную потасовку на длинном балконе, и бросился прочь. К самому краю канала подплыла гондола, из нее черной тенью выпорхнула изящная фигурка в длинном плаще и преградила беглецу дорогу.

- Забирайся в лодку, быстрее! О Трехликая, почему все мужчины такие болваны?

Рюдигер последовал совету Медеи, и подоспевшие стражники лишь проводили взглядом

удаляющуюся в ночь гондолу.

Николо продолжал барахтаться в объятиях друга, наконец Джеронимо ослабил хватку, и юноше удалось вырваться. Красный и растрепанный, он сжимал кулаки, с ненавистью глядя на лучшего друга.

- Ты, как ты мог…

Николо отвернулся, скрывая бегущие по щекам слезы, поднял с земли многозарядный арбалет с серебряными болтами, который достал с великим трудом, и уныло побрел к дому.

Дверь треснула и слетела с петель. Ворвавшиеся в комнату стражники увидели, как вампир выпрыгнул в распахнутое окно. Стратилаты бросились к окну, но встретили странное препятствие. Молодая женщина в халате, накинутом поверх ночной рубашке, схватила стоявшую у камина кочергу и преградила им дорогу.

Громко выругавшись, один из стражников двинулся к окну, не обращая внимания на странную особу, но кочерга в руках баронессы оказалась довольно опасным оружием. Получивший хорошую вмятину на кирасе стражник отскочил назад, еле успев уклониться от следующего удара. Его товарищ попытался осторожно обойти сзади и схватить отчаянную воительницу, но Лиза проявила неожиданную проницательность, и резко развернувшись, опустила кочергу на его блестящий шлем. Страж зашатался и, не удержав равновесие, присел на кровать. Не дожидаясь, пока они опомнятся, Лиза быстро забралась на подоконник и, спрыгнув вниз, оказалась на лоджии.

Здесь ее поджидал еще один. Смуглый черноусый далмат насмешливо скалил белые зубы, не воспринимая женщину всерьез. Лиза увидела направленный на нее клинок и, не раздумывая, скрестила с ним свое странное оружие. Воин растерянно парировал ее удары, клинок гнулся и рассерженно звенел. Неспешно плетущиеся от пристани его товарищи увидели это нелепое сражение и поспешили на помощь. Ее противник неожиданно увернулся от удара и отступил назад. Лиза подняла голову и увидела, что окружена плотным кольцом любопытных зрителей. Наглые улыбки на смуглых лицах не обещали ничего хорошего, но она все же перехватила кочергу покрепче и дерзко посмотрела на противников:

- Ну, кто первый?

Неожиданно стратилаты расступились, пропуская синьора Бергамо и разбуженных общим переполохом алданцев. Джеронимо протянул Лизе руку:

- Надеюсь, Вы не пострадали? Позвольте, я провожу вас!

Лиза растерянно оперлась на него левой рукой, в правой она все еще крепко сжимала кочергу. Поравнявшись с окном своей комнаты, она грустно улыбнулась молодому человеку:

- Мы уже пришли.

Джеронимо невозмутимо помог ей забраться на подоконник:

- Не волнуйтесь, баронесса, я думаю, вашему супругу ничто не угрожает! Верьте мне, я постараюсь помочь!

Яромир проводил их возмущенным взглядом и проворчал:

- Совсем осмелел без Рюга!

Римар вздохнул:

- Все же он на нашей стороне, хотя и неравнодушен к нашей воительнице.

* * *

Правитель Венеции рассеянно глядел на пламя свечи. В его доме уже все спали, только он сказал жене, что еще хочет поработать над своим докладом в Совете, и теперь тупо смотрел на лежащий перед ним чистый лист. Из головы никак не выходило страшное событие, которым завершился последний день карнавала в его дворце. Нелепая, жуткая история… Теперь можно навсегда проститься с мыслью вести торговлю с Алданией. Видимо, все же правы церковники, нельзя считать этих выродков полноценными людьми!

Неожиданно кто-то покашлял, затем вежливо произнес:

- Прошу прощения, если нарушил ваше уединение, но нам стоит обсудить кое-что из последних событий!

Франческо Фоскари сразу узнал красивый бархатный голос, но все же понадеялся, что ошибся. Он заставил себя поднять голову и увидел Валентино Кратоса, стоявшего у окна в непринужденной позе. Черт возьми, неужели эти кровососы могут проникать сквозь стены?

- Вы, синьор Кратос, немного не вовремя. – раздраженно ответил дож. – Вчера я потерял свою кузину, и виновником ее смерти стал один из ваших сородичей! Мне трудно беседовать с вами! Причем ей прокусили горло прямо в моем доме во время бала! Наглость необычайная! Если бы все улики не указывали прямо на убийцу, я бы нарушил наши договоренности! – Франческо повысил голос и смело распрямил плечи, почти поверив своим словам.

Вампир нахмурился:

- Как ни странно, но именно об этом я и хотел поговорить с вами. Искренне соболезную вашей утрате, синьор Фоскари! Но ответьте мне честно, неужели вы хоть на минуту поверили, что этот чистоплюй из Алдании способен на подобное?

Франческо в волнении одернул камзол, и словно школьник перед учителем, поспешно заговорил:

- Но ведь всем известно, что в день убийства он был ранен и потерял много крови. Все свидетели утверждают, что человек просто умер бы на месте, да и этот кровосос был белее снега и с трудом сел в лодку. Впрочем, к вечеру он был уже на ногах, однако такая потеря крови не может остаться без последствий! Ну, вы верно больше меня в этом понимаете, синьор Кратос!

-Валентино, для вас просто Валентино, дорогой Франческо! К черту церемонии! Да тут вы правы, кто-то продумал все просто идеально! Не знаю, что было его целью, но он немного перегнул палку! Я не потерплю, чтобы на всех площадях города обсуждали убийство, в котором замешаны дети Черной Звезды! Кто бы не совершил это преступление, я до него доберусь!

Вампир говорил с ледяным спокойствием, однако правитель города порадовался, что в данном случае его руки чисты, и он также заинтересован в поисках убийцы.

Между тем, Кратос перешел от слов к делу:

- Я бы хотел осмотреть место преступления, но боюсь, что там уже поработали ваши слуги и привели все в идеальный вид. А тело уже предали земле?

Франческо немного удивился этому вопросу:

- Нет, похороны завтра, тело находится в церкви Сан-Закария. Безутешный Альберто хотел, чтобы у бедняжки и после смерти было все самое лучшее.

- Ну да, я его понимаю, сам овдовел раньше времени… - задумчиво покивал вампир. Вдруг он оживился:

- Что же вы сидите, Франческо, собирайтесь!

- К-куда с-собираться? – начал заикаться оторопевший дож.

- В церковь Сан-Закария, конечно,- невозмутимо ответил Кратос, - мы ведь должны попрощаться с бедняжкой Амандой! Кто знает, может она соизволит нам что-нибудь поведать о своей смерти!

- Но ведь сейчас слишком поздно, всего час до полуночи… - растерянно пролепетал правитель города.

- Да, ночь еще только начинается, и на улицах сейчас тихо, ведь карнавал окончен. Вперед, мой друг!

На ступенях, ведущих к дверям храма, Франческо Фоскари недоверчиво посмотрел на своего спутника.

- Неужели вы, Валентино, вот так запросто войдете в церковь?

- А что тут такого необычного? – хищно усмехнулся Кратос. – В той же Алдании все посещают церковные службы в обязательном порядке, а мы, жители Венеции, чем хуже?

Конечно, в отличие от этих наивных дураков я не испытаю благоговения, но надеюсь, молния в меня не ударит.

-Как знать, как знать,- пробормотал Франческо себе под нос, - я все же буду держаться подальше.

Впрочем, войдя под своды храма, Кратос почтительно склонил голову.Франческо, ничего не объясняя, отослал монаха, читающего молитвы над покойницей, и вопросительно взглянул на вампира. Тот смело приблизился к гробу и откинул кружевную накидку с шеи Аманды. Нагнувшись, он внимательно осмотрел чернеющие следы укуса на шее несчастной и бесцеремонно потыкал пальцем. Из ранок выделилась кровянистая жидкость. Кратос приложил к ранкам платок, затем как ни в чем не бывало поправил кружево. Вампир поднес клок батиста с кровавыми пятнами к прямо к носу дожа.

- Понюхайте, Франческо! Здесь явно какой-то яд!

Синьор Фоскари отшатнулся и испуганно перекрестился.

- Яд? Вы хотите сказать , что ее отравили? Но следы укуса…

Валентино возразил:

- Я бы не назвал это укусом. Во всяком случае, на клыки вампира это не похоже! Слишком маленькое расстояние между ранками.

Бросив вернувшемуся служителю монету, Кратос направился к выходу. В полном молчании они вышли на небольшую площадь перед церковью. Франческо Фоскари робко поинтересовался:

- Что же вы намерены делать, Валентино?

Однако ответа не последовало, и дож понял, что его спутник незаметно покинул его.

Глава 18. Откровенные разговоры

Черная гондола быстро нырнула под высокую арку моста, затем свернула в одно из ответвлений канала и, проплыв немного, повернула еще раз. Медея огляделась по сторонам и, убедившись, что их никто не преследует, велела слуге сбавить скорость. Тот с радостью согласился, и лодка медленно заскользила по пустому каналу.

Небо было безоблачным и звездным, желтая половинка луны ярко освещала опустевшие ночные улицы и отражалась в темных окнах домов.Гондольер спокойно работал веслом, не обращая внимания на своих пассажиров. Выросший в доме Кратосов, он был предан молодой госпоже, и если бы на его глазах произошло убийство, вряд ли выражение его лица сильно изменилось.

Медея зачарованно следила за отражениями проплывающих мимо дворцов и храмов. Рюдигер смотрел прямо перед собой, но не замечал ажурных балконов и высоких витражных окон, ни прекрасного и загадочного в лунном свете лица своей спутницы. Он сжимал кулаки и гневно раздувал ноздри, вспоминая обвинения, которые бросал ему в лицо молодой Кавалли. Похоже, охота на него идет серьезная. Арбалет с серебряными болтами, посеребренные мечи. Кто-то решил вытолкнуть его за борт привычной жизни. Но почему? Кому он мог помешать?

Он покосился на свою спутницу, отрешенно смотревшую на ночной город. Вполне возможно, что разгадка совсем рядом, а ему даже в голову не пришло задуматься над этим. Один враг у него точно есть, родной брат этой странной девицы. Похоже, пришло время поговорить откровенно!

Однако Медея опередила его. Вампирша взглянула на него с сочувствием и осторожно спросила:

- Это и правда был ты, в палаццо Фоскари? От меня ты можешь ничего не скрывать, я пойму…

Рюдигер в бессильной ярости ударил по деревянному сидению, от возмущения не находя слов.

- Вы что тут сговорились что ли!

Девушка терпеливо переждала вспышку его гнева и продолжила:

- Иногда очень трудно справиться с собой, я слышала, тебя опасно ранили в этот день.

Рюдигер глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Горькая обида вскипела внутри от слов Медеи и готова была выплеснуться наружу, но он постарался взять себя в руки.

- В отличие от вас я вижу в людях равных мне существ, а не еду. И даже если меня ранили, я не стану вцепляться кому-то в горло, словно бешеный пес! Скорее это похоже на твоего брата! Он ненавидит меня и вполне способен на такую подлость! Жизнь незнакомой женщины для вас совсем ничего не значит!

Теперь Медея покраснела от возмущения:

- Ты не можешь обвинять в этом Таноса! Никто из нашей семьи и близко не подходил ко дворцу дожа в ту ночь!

Рюдигер не смог удержаться и ехидно спросил:

- Ты можешь в этом поклясться? Или ты следила за ним?

Медея смутилась:

- Не совсем, но я знаю, где и с кем он проводит последние ночи!

Она замолчала, пытаясь заглушить внезапно проснувшиеся подозрения. Да она просила Ренцо проследить за братом, но известие о том, что Танос каждую ночь отправляется к особняку Эрнесто Санторини, скорее встревожило ее, чем успокоило. Шутки со слугами всесильной Владычицы ночи опасны, но отговорить брата играть с огнем ей никак не удавалось. Не получалось даже просто поговорить. Днем он спал как убитый, а вечером исчезал, не желая тратить драгоценное время на пустые разговоры. Неужели он вспомнил о мести? Но убийство во дворце дожа выглядело слишком изощренным даже длянего, и Медея упрямо гнала от себя эту мысль.

Над лодкой повисло тяжелое молчание, нарушаемое только всплесками воды. Поняв, что от вампирши ничего не добиться, Рюдигер отвернулся и стал рассматривать незнакомую улицу. Канал заметно сузился, и пассажиры гондолы могли легко заглянуть в окна проплывающих мимо домов.

Неожиданно его внимание привлекло желтое пятно на нижнем этаже одного из многоэтажных домов. Рядом располагалась вывеска « Морской конь» с изображением странного существа, однако не она вызвала интерес алданца. Гондола медленно поравнялась с небольшим окном, и Рюдигер ясно увидел Марио Эспозито. Слуга кардинала держал в руке кружку с вином и о чем-то горячо спорил с невидимым собеседником.

Барон фон Шлотерштайн неожиданно встал в полный рост и быстро перепрыгнул на мостовую, чуть не перевернув гондолу. Не обращая внимания на испуганные выкрики Медеи, он решительно рванул на себя дверное кольцо и шагнул за порог таверны. Отстранив любопытного слугу, он подошел к столу у окна и выдернул из-за него ничего не подозревающего Марио.

Не обращая внимания на попытки Антонио помешать ему, он бросил охотника на пол таверны. Однако Марио оказался на удивление проворным, и приземился на четвереньки, словно кот. Быстро вскочив на ноги, он бросился на противника, но кулак вампира больно впечатался под ребра. Не давая бедняге перевести дух, Рюдигер ударил его ногой, и Марио отлетел к лестице, ведущей на второй этаж. С трудом поднявшись на ноги, охотник проворно побежал по шатким ступенькам. Вскарабкавшись на самый верх, он обернулся и снова очутился лицом к лицу с вампиром. Нелюдь оскалил зубы в злорадной усмешке, и Марио сжал кулаки, не обращая внимания на капающую из носа кровь.

-Ну же давай, чего же ты ждешь!

Неожиданно между ними протиснулся Антонио и поспешил заслонить господина своей широкой спиной:

- Что за манера такая, лупить, ни в чем не разобравшись? Вот и супруга ваша туда же, не подумавши, сразу по лицу бить! Вы бы лучше поговорили, вина выпили…

Марио высунулся из-за плеча слуги и, сплюнув кровь, зло бросил:

- Может, выясним наши отношения в честном поединке, или вы считаете недостойным скрестить со мной шпаги?

Антонио покрылся холодным потом и умоляюще взглянул на вампира, но Рюдигер постарался скрыть усмешку:

- Отчего же, не считаю, напротив. Но я достаточно удовлетворен нашим кулачным боем.

Собственно, обсудить я хотел бы только одно: почему вы, синьор Эспозито, считаете меня способным на такое злодейство?

Он вытащил из кармана батистовый платок, обшитый кружевом, и протянул его Марио. Тот молча взял его и приложил к разбитому носу. Антонио облегченно выдохнул, увидев, что нелюдь настроен мирно, и его господину пока ничего не угрожает.

Хозяин таверны, низенький полноватый господин, успокоился, увидев, что поздние посетители передумали разносить его заведение и вернулись за свой стол. Антонио преувеличенно бодро окликнул трактирщика:

- Эй, любезный, принеси нам еще вина и жаркое.

Время близилось к полуночи, но отчаянно зевающий синьор Октавио отправился выполнять заказ. Дверь в таверну бесшумно приоткрылась, и на пороге появилась еще одна поздняя посетительница. Она подошла к столу у окна и недовольно обратилась к барону фон Шлотерштайну:

- Я чуть не околела, дожидаясь тебя. А ты, похоже, решил тут задержаться до утра.

Рюдигер посмотрел на продрогшую от ночного холода вампиршу и не очень вежливо ответил:

- Шли бы вы домой,синьорина! У меня дела.

Медея обиженно поджала посиневшиегубы, но промолчала.Привлеченная запахом крови она повернулась к Марио, все еще прижимающему платок к разбитому носу, и не смогла сдержать возмущения:

- Как ты можешь сидеть с ним за одним столом? Вы в Алдании совсем обезумели!

Рюдигер уже более спокойно откликнулся:

- Ну, я же плыл с вами в одной лодке, а это даже похуже будет!

Антонио подвинулся, освобождая для женщины место на скамье:

- Садитесь, госпожа! Выпейте с нами, не откажитесь!

Вампирша смерила парня презрительным взглядом, но все же присела на краешек и взяла предложенную кружку.

Марио хмыкнул:

-Вы, барон, подружились с местными упырями! Не думаю, что ваша жена будет в восторге от такой новости!

Медея сердито нахмурилась, но Рюдигер строго посмотрел на охотника:

- Синьорина Кратос единственная, кто протянул мне руку помощи.

Но Марио не унимался:

-Ну да, приютила, накормила… Вы бы поосторожнее с ней! Они признают лишь кровь человека!

Алданец снова покраснел от гнева:

- Что за грязные намеки, ты ответишь за каждое слово!

Антонио быстро выхватил новый кувшин у подоспевшего трактирщика:

- Давайте не будем ссориться, господа! Мы должны подумать, как же найти убийцу, а для этого надо держаться вместе!

Капля крови из разбитого носа стекла прямо в кружку с вином, и Марио брезгливо отодвинул ее в сторону. Едва зародившиеся сомнения в виновности алданцас трудом выдержали встречу с его тяжелыми кулаками. На мгновение у Марио возникла мысль не вмешиваться в ход событий, пусть вампир выбирается из передряги сам, как сумеет.

Но желание разобраться во всем как следует взяло верх над ущемленным самолюбием. Он вдруг подумал, что обстоятельства складываются для него не так уж и плохо. К тому же внутренний голос подсказывал охотнику, что неуловимый чернокнижник как-то связан с этим типичным для вампиров убийством.

- Видно, судьба не зря свела нас вместе этой ночью. Ну, рассказывайте, кто может ненавидеть вас настолько, что готов убить постороннюю женщину, чтобы засадить в тюрьму!

Я не так хорошо знаю ваших друзей, но у вас позади долгий путь, каждый не раз обязан друг другу жизнью. Ваша жена… - тут он благоразумно прервался, заметив, как сжались зубы и затрепетали ноздри его собеседника.

- Нет, что вы, барон, жена цезаря вне подозрений! Просто немало преступлений совершается не только из-за алчности, но и из-за ревности или любви!

Ну что же, будем исходить из того, что вы нашли себе смертельных врагов уже здесь, в Венеции. Нельзя исключать политические мотивы, к тому же на вашу жизнь уже покушались…

Рюдигер подвинул поближе тарелку с жареным мясом:

- Почему вы думаете, что все дело во мне? Может, в семействе Фоскари?

Агент кардинала с уважением посмотрел на алданца:

- Вы делаете успехи, барон. Действительно, неплохая идея, убить дамочку и свалить все на вампира. Но слишком много трудностей, украсть украшение, подбросить, подстроить все так, что бы и сомнения не возникло, что бедняжка стала жертвой голодного упыря!

Ну не хмурьтесь, Рюдигер, это я так к слову! Нет, если бы хотели разобраться с Альберто или его блудливой женой, сделали бы все проще и без лишнего шума. Просто подсыпали бы отравы в вино, здесь это модно. Нет, теперь я просто уверен, что хотели опорочить именно вас. Для кого-то здесь вы или ваша страна как кость в горле! Итак, первый среди ваших смертельных врагов – наследник дома Кратос, младший брат этой милой дамы.

Медея подарила охотнику неласковый взгляд:

- Ты не смеешь обвинять моего брата, ничтожество!

Марио ответил ей нежной улыбкой:

- Не я, синьорина, а факты! Ваш брат вампир, а на шее несчастной остались следы вампирских клыков. К тому же он при свидетелях клялся, что убьет барона фон Шлотерштайна. Но вы правы, свалить все на детей Черной Звезды слишком просто!

Рассмотрим и другие варианты. Поскольку зацепиться особо не за что, то попробуем присмотреться к жертве. Сдается мне, что убийца немного не в себе, а такие люди придают огромное значение всяким мелочам.

Антонио прервал его монолог, добавив всем вина, и предложил выпить за удачное расследование. Все последовали его совету, Медея нетерпеливо спросила:

- Ну, так что там с жертвой?

- Ах да, бедняжка Аманда Фоскари! Ей было отмерено всего двадцать пять. Урожденная Гримальди, воспитывалась в доме дяди по отцовской линии, богатого торговца Джакопо Гримальди. В шестнадцать лет была выдана замуж за пожилого синьора Фоскари, дюродного брата дожа. Все сходятся во мнении, что особой любви Аманда к мужу не испытывала, а вот он был довольно ревнив.

Если бы ее просто закололи кинжалом, я бы не сомневался, что ее супругу надоели ветвистые рога. Итак, синьору Альберто мы отдаем почетное второе место!

Вино уже оказало свое действие на собеседников. Глаза Марио блестели от азарта, ему казалось, еще немного, и он наконец отыщет конец нити в этом запутанном клубке!

Медея на время забыла о своем презрении к слуге кардинала и внимательно следила за его умозаключениями. Она загорелась желанием разобраться в этом запутанном деле и отвести обвинения от брата … и от алданца.

Марио хлопнул по плечу Рюдигера, который слушал его вдохновенную речь с крайне мрачным видом:

- Я был бы готов переложить вину на обманутого мужа или кого-то из ее любовников, но вот незадача – ни у кого из них нет острых вампирских клыков!

- А может любовник и был вампиром? – неожиданно предположил Антонио.

- Да ведь всем известно, что ее любовником был Николо Кавали! – возмутился Рюдигер, еще сохранявший способость ясно мыслить.

А почему бы и нет, хорошая мысль, Антонио! – рассмеялся Марио. – Возможно, бывший любовник не хотел делить ее с настоящим, ну и подумал, пусть вообще никому не достанется! Хотя здесь не Алдания, но во время карнавала возможно все! Может, вы, синьорина, подскажете, чьим ужином могла стать Аманда Фоскари? – он неожиданно обратился к вампирше.

Однако Медея не оценила его обаятельной улыбки .

- Ты самый ничтожный из всех людей, которых я знала! - презрительно бросила она охотнику и направилась к выходу. Громко хлопнула дверь. Помедлив, Рюдигер выбежал вслед за ней на улицу, но вампирши и след простыл. Растроенный он вернулся в таверну. Марио, не желая слушатьупреки в грубости, долил вина в его кружку:

- Не переживайте, барон, ничего с ней не случится. Она у себя дома, это запоздалым прохожим стоит бояться милой девушки!

Марио Эспозито с трудом открыл глаза и поспешил закрыть их. Яркое солнце нагло светило через мутноватые стекла, напоминая, что весна совсем не за горами. В соседней комнатке чем-то гремел Антонио, сквозь неплотно прикрытую дверь проникали вкусные запахи куриного бульона.

Он приподнял голову, желая осмотреться, и она тут же отозвалась резкой пульсирующей болью. Черт, не надо было вчера столько пить, да еще в такой компании! Он спустил ноги с кровати и, наступив на что-то мягкое, тут же подтянул их назад. На полу его комнаты уютно расположился Рюдигер фон Шлотерштайн. Вампир спал на боку, подложив руку под голову и подтянув колени к животу. Марио с удивлением разглядывал безмятежное лицо и чуть приоткрытый рот алданца, с трудом веря, что переночевал в одной комнате с кровососом и остался в живых.

Неподозревающий о его сомнениях барон что-то пробормотал во сне и попытался с головой закутаться в злополучный зеленый плащ с золотой застежкой. Сказать по правде, от него мало что осталось, да и бархатный камзол здорово пострадал в последних переделках, и Марио неожиданно ощутил укол совести. Это из-за него алданец выглядит, словно бродяга или разбойник, из-за него вынужден скрываться и прятаться, словно вор.

И почему он спит здесь? Где же его спутница? Осторожно перешагнув через вампира, агент кардинала Сальваторе пробрался на кухню.

- Доброе утро, синьор! Что-то выглядите не слишком бодро, ну да мы это сейчас поправим! Скоро супчик подоспеет, и все как рукой снимет! – преувеличенно бодро болтал Антонио, помешивая длинной ложкой в висевшем над огнем котелке.

- А что, синьорина Кратос тоже заночевала у нас? – осторожно поинтересовался Марио. Но Антонио поспешил сообщить:

- Конечно нет, святой Христофор охранил нас от этой упырицы! После того, как мы допили вторую бутылку, вы поинтересовались, а не знает ли она случайно, чьим ужином стала Аманда Фоскари. Она послала вас к черту и хлопнула дверью. И барон остался без крыши над головой. Вы сами его пригласили плюнуть на всех баб и пожить у нас, пока все не утрясется… Вы разве не помните?

- Конечно помню… Христианское милосердие и все такое. – проворчал Марио, усаживаясь за стол.

Привлеченный запахом съестного на кухне появился и барон фон Шлотерштайн. Вампир слегка щурился от яркого солнца, но выглядел довольно бодрым, он пожелал всем доброго утра или скорее доброго дня, и Марио поймал себя на мысли, что улыбка алданца уже не кажется ему странной.

Антонио разлил свое варево по тарелкам и, прочитав молитву, все принялись за еду.

На какое-то время кухня погрузилась в тишину, прерываемую лишь звяканьем ложек о тарелки.

Неожиданно в дверь постучали. Антонио выглянул за дверь:

- Синьор, это к вам.

Шустрый как хорек, беловолосый Энцо попытался прошмыгнуть в тесную кухню, но дюжий крестьянин загородил дорогу.

- Синьор Эспозито, мой начальник просит вас приехать в монастырь францисканцев. Он говорит, что вам будет интересно кое-что увидеть.

Марио расцвел в улыбке:

- Мы будем, с минуты на минуту. Не подождете ли внизу, дорогой Энцо?

Юноша разочарованно согласился и поплелся на улицу.

Антонио переглянулся с господином:

- Монастырь францисканцев? Но именно там…

-Да, да, я помню, бедная сестра Доминика. Ты думаешь, что наш чернокнижник снова дал о себе знать?

Слуга утвердительно кивнул. Марио кинулся одеваться, дрожа от нетерпения. Рюдигер аккуратно придержал его за плечо.

- Я хочу поехать с вами.

- Но это же невозможно, вас ищут. Карнавал окончен, за маской не спрячешься!

Пальцы вампира вдруг сдавили плоть охотника, словно клещи.

- Я не собираюсь здесь оставаться!

Марио молчал, мучительно соображая, как отвязаться от своего опасного гостя. Антонио бодро предложил:

- А что, если вам переодеться? А то, не сочтите за дерзость, в таком виде вам скоро подавать на улице начнут, особенно ближе к ночи.

Рюдигер поспешно накинул рваный плащ на плечо, прикрывая огромную дыру на локте, и тяжело вздохнул.

Марио недоверчиво взглянул на Антонио, но тот уверенно продолжил:

- Вы, синьор, примерно такого же роста и сложения, ваша одежда прекрасно подойдет барону, а сверху можно и монашескую рясу накинуть. Ведь мы же в монастырь собираемся!

- Антонио, ты гений!- благодарно воскликнул шпион кардинала. - Пойдемте, Рюдигер, подберем вам что-нибудь.

Антонио прикрыл за ними дверь и печально посмотрел на опустевший котелок.

- Ох, лучше бы найти убийцу побыстрее, - проворчал слуга

Настоятельница монастыря растерянно стояла посреди разгромленной часовни.

- Главное, дон Пьетро, ничего ценного не пропало. Зачем осквернять могилы?

Старший дознаватель развел руками:

- Так сразу и не скажешь. Вот и синьор Эспозито, наконец-то. Может быть, человек с его опытом разберется?

Действительно, в часовню вошел посланник Святого Престола, сопровождаемый верным слугой и высоким монахом, лица которого было не разглядеть под глубоко накинутым капюшоном.

Агент кардинала почтительно поздоровался с настоятельницей и отправился изучать место преступления. Дон Пьетро последовал за ним.

Марио старался запомнить каждую мелочь, осторожно ступая среди разбросанной по полу церковной утвари. Он на мгновение замер около каменных гробниц семейства Гримальди.

В прошлый свой визит это имя бросилось ему в глаза, поскольку одной из первых жертв колдуна была Франческа, служившая в доме Джакопо Гримальди. И по странному стечению обстоятельств бедная Аманда до замужества носила именно эту фамилию.

Охотник склонился над одной из усыпальниц и попытался сдвинуть мраморную плиту. Но усилий одного человека было явно недостаточно.

- Антонио, может, поможешь? – позвал он слугу. Но Рюдигер опередил бывшего крестьянина и легко отодвинул тяжеленную крышку саркофага. Настоятельница и дон Пьетро восторженно ахнули, Марио небрежно бросил:

- Благодарю вас, брат Ринальдо!

Он смело заглянул внутрь гробницы и с недоумением обернулся к своим спутникам:

- Но там пусто! Выходит, похитили мертвое тело.

Охотник прочитал надпись на саркофаге:

- Девица Гримальди! Отдала Богу душу семь с половиной лет назад. Интересно, кому понадобились ее кости?

Он улыбнулся алданцу:

- Брат Ринальдо, сделайте еще одно усилие, давайте проверим соседний саркофаг. Настоятельница, с восторгом наблюдавшая за незнакомцем, статной фигуры которого не скрывала даже монашеская ряса, поинтересовалась:

- Вы, верно, были раньше военным, брат Ринальдо?

Антонио замер на месте от страха, но вампир лишь улыбнулся одними кончиками губ и отрицательно покачал головой. Марио тут же вмешался в опасную беседу:

- Он был мальтийским рыцарем, но сейчас дал обет молчания, и поэтому не стоит искушать его вопросами! Но оставим пока нашего друга и поразмыслим, куда улизнуласиньорина? Ведь останки других Гримальди на месте.

В часовне появились две монахини и принялись наводить порядок. Антонио прислушался к их горячему шепоту:

- Это наказание Божье, я всегда говорила, что нельзя было хоронить здесь эту нечестивицу.

Антонио подобрал пару кусков мрамора от разбитой статуи и добавил их к куче мусора.

- Позвольте вам помочь, сестра. Видно эта синьорина Гримальди не отличалась праведным поведением.

Девушка оторвалась от уборки и, заметив парня, залилась жарким румянцем. Антонио узнал сестру Монику.

- О, день добрый, синьорина! Так что же натворила эта несчастная, что и после смерти ей нет покоя?

Старшая монашка поджала тонкие губы:

- Вся Венеция знает, что дочь Джакопо Гримальди наложила на себя руки, но ее отец не пожалел никаких денег, чтобы прикрыть этот грех.

Тут она сердито прикрикнула на на свою товарку:

- Ну что застыла, работай давай. Уходите юноша, вам здесь не место.

Моника извиняюще улыбнулась и принялась яростно махать метлой. Антонио закашлялся от пыли и поспешил за хозяином и вампиром, которые уже покидали часовню.

Глава 19. Тайны следствия

Доктор Себастьян Морелли уже собирался покинуть свой кабинет и отправиться спать, когда на пороге возник поздний посетитель.

- Не торопитесь синьор Морелли, у меня к вам срочное дело.

- Настолько срочное, что никак нельзя подождать до утра? – недовольно проворчал пожилой врач, но рука уже потянулась к сумке с хирургическими принадлежностями.

- Что с ним случилось?

- С кем? – переспросил таинственный незнакомец. Его лицо полностью скрывала грубоватая маска, хотя карнавал уже закончился. Впрочем, синьора Морелли это ничуть не удивило. И в будние дни, не только в праздники, маски приходят на помощь тем, кто не желает быть узнанным.

- Ну с тем, кому срочно понадобилась моя помощь. Чьей-то жизни угрожает опасность, иначе зачем беспокоить меня в такое время?

- О, нет!- печально вздохнул гость. – К сожалению, бедняжке уже ничего не поможет. Она ждет погребения в церкви Сан-Закарио, а безутешные родные молятся за упокой ее не совсем безгрешной души.

- Так какого черта вы морочите мне голову! – вышел из себя синьор Морелли. – И почему прислуга не доложила о вас?

-Прислуга меня просто не заметила. Но не стоит волноваться! – бесцеремонный посетитель уселся на мягкое кресло. – Я не грабитель и не убийца. Мне известно, что вы осматривали тело госпожи Аманды Фоскари. От чего по -вашему она умерла?

Я поклялся хранить тайну… - замялся врач. – Это довольно необычно. утверждают, что на нее напало одно из порождений Черной Звезды. Все улики указывали на господина из Алдании…

- Ну, а если отбросить это странное предположение, то что вы можете сказать, как человек с опытом? – спокойно и даже ласково произнес странный незнакомец, однако синьору Морелли вдруг стало не по себе от этого спокойствия. – Если затрудняетесь поставить диагноз, то просто опишите общую картину.

- Д-действительно, - немного заикаясь, заговорил врач, - я не могу подтвердить, что странные ранки на шее – это именно укус вампира. Из раны вытекло немного крови. На теле были синяки и кровоподтеки, все тело неестественно изогнулось, кажется у нее были судороги.

Если бы синьор Эспозито не был столь уверен в своем предположении, то я бы сказал, что она умерла от яда. Мне доводилось наблюдать погибших от укуса змеи, и здесь было что-то похожее. Но смерть наступила очень быстро, очевидно, этот яд намного сильнее известных.

С трудом спровадив домой барона в сопровождении Антонио, Марио Эспозито отправился с визитом к Джакопо Гримальди. Дон Пьетро выразил сожаление, что сам не сможет сопровождать его, но предложил Энцо в помощники.

Наняв гондолу, они отправились обратно к центру города. Марио расспрашивал Энцо о хозяине палаццо ди Оро.

-А это правда, что его дочь покончила с собой?

Энцо пожал плечами:

-Ну да, такие слухи ходили. Ведь синьор Джакопо так кичился своим богатством и знатным происхождением, что отказал ее жениху. Юноша уехал из города, а бедняжка сгорела от чахотки за пару месяцев.

В кабинете синьора Гримальди все напоминало о том, что благосостояние синьора Гримальди тесно связано с морем. Широкий стол, стоявший у окна, почти полностью занимала большая прекрасно нарисованная карта. В углу скромно теснились бухгалтерские книги. Персидкий ковер на полу был украшен яркими цветами, их стебли и листья переплетались в сложном и в то же время геометрически правильном узоре. Если долго не отводить глаза, то начинало казаться, что растения оживают и начинают двигаться.

Полки вдоль стены и поверхность небольшого комода были заставлены различными диковинами из дальних стран. Марио с любопытством глазел по сторонам, когда дверь тихонько скрипнула, и на пороге показался хозяин дома.

Синьор, на которого, если верить разговорчивому Энцо, в последнее время обрушилось столько бед, держался подчеркнуто прямо. Густые волосы были совершенно седыми, почти желтые, словно у кота, глаза внимательно следили за собеседником из-под нависших клочковатых бровей. Изрезанное морщинами лицо было смуглым, в молодости Джакопо сам нередко плавал к дальним берегам, и солнце жарких стран навсегда обожгло его кожу. Широкими плечами и кряжистой фигурой Гримальди тоже походил на старого морского волка.

Узнав об осквернении могилы, он разразился громкими проклятиями. Марио переждал, пока несчастный отец успокоится, и осторожно спросил, не может ли он предположить, кто мог совершить подобное.

Торговецгневно взглянул на Марио:

- Откуда мне знать, кто в этом городе продал душу дьяволу! Это ваша работа, молодой человек! Бедная моя девочка, не дают ей покоя!

Марио немного помялся, но затем все же собрался с духом и спросил:

- Может быть это дело рук ваших врагов? Может, кто-то хотел отомстить вам или вашей дочери?

Джакопо невесело рассмеялся:

- Мои враги предпочли бы видеть меня разорившимся до нитки, попавшим в тюрьму за долги! Вряд ли кто-то из них занимается черным колдовством, хотя в аду для них уже готово теплое местечко!

А что до Лючии, то она была кроткой и милой, словно ангел небесный. Ее все любили, вряд ли кто-то бы стал мстить ей таким диким способом да еще спустя столько времени.

Нет, синьор Эспозито, здесь вы вряд ли найдете ответы на свои вопросы. А сейчас прошу извинить меня, но я должен заняться делами. Завтра мой корабль отправляется на Крит, я должен лично проследить за погрузкой. Хочу вас сразу предупредить, не вздумайте приставать с расспросами к моей жене. Она тяжело пренесла утрату дочери, ни к чему подвергать ее лишним волнениям.

Марио поставил на место тяжелую статуэтку многорукого языческого божества игрустно вздохнул:

- Мне жаль, что я невольно причинил вам боль. Я знаю, что совсем недавно вы потеряли племянницу. Примите мои соболезнования !

- Да, малышка Аманда… Она выросла в моем доме! Я считал Аманду своей дочерью, а какой-то ублюдок выпил ее кровь. Когда убийцу найдут, я позабочусь, чтобы его смерть не была легкой! Всего хорошего, молодой человек! – синьор Гримальди отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен.

Марио спешно откланялся. Покинув кабинет хозяина, он испытал облегчение, как будто вышел из клетки с опасным диким зверем.

Расставшись с Марио, его слуга и алданец не спешили домой. Антонио решительно развернул вампира от пристани и увлек его в сторону рынка, стихийно образовавшегося вдоль канала. Крестьяне с большой земли каждый день привозили сюда все, что смогли вырастить на своих огородах. Слуга охотника решил не терять время и пополнить запасы еды. Он уверенно двигался вдоль прилавков, заваленных репой и морковью, связками лука и чеснока и солеными оливками, которые успешно заменяли привычные в Алдании огурцы.

Ноздри защекотал запах крови, и, оглянувшись, Рюдигер увидел торговца, раскладывающего на прилавке куски только что нарубленного мяса. Неподалеку бойкая крестьянка предлагала уже лишенные шкурок кроличьи тушки, почему-то напомнившие вампиру тощих местных котов.

Антонио уже был далеко, и он заработал локтями, расталкивая недовольных горожан.

Сумки, висевшие на плече слуги охотника, уже были наполнены доверху. Увидев подбежавшего Рюдигера, бывший крестьянин с сомнением взвесил в руках свои покупки и предложил купить еще пару цыплят.

Однако торговец курами был занят перебранкой с крепкой круглолицей синьориной, в которой Антонио с удивлением узнал Джену, работавшую на кухне в доме Гримальди. Подруга погибшей Франчески яростно торговалась :

- Простите, синьор, но ваши куры явно умерли от старости, и вам надо было упокоить их с миром, а не тащить на продажу!

Бедный хозяин прилавка начал горячиться, уверяя, что птицы погибли в расцвете лет и только сегодня утром, на что девица едко заметила, что он прибавил пару дней, поскольку бедняжки уже пованивают. Поскольку это было наглой ложью, Рюдигер удивленно переглянулся с Антонио. Упавшие в цене почти в половину куры перекочевали в корзину нахальной девицы. Расплатившись, она гордо отошла от прилавка. Слуга Марио подмигнул барону и сделал два шага вперед, оказавшись на пути синьорины. Столкнувшись с ним, она чуть не выронила корзину с покупками и разразилась упреками:

- Ты что не видишь, куда прешь! Надо под ноги смотреть, а не ворон считать!

Вдруг девица смолкла на полуслове, и ее круглое лицо расплылось в улыбке:

- Синьор Антонио! А я думала, что вы вместе с господином Марио давно уже в Риме!

- Рад вас видеть, прекрасная Джена! – заулыбался Антонио. – Нет, мы задержались в вашем чудесном городе.

- Вы так и не нашли убийцу Франчески! – девушка резко помрачнела от страшных воспоминаний. – Помнится, ваш господин обещал, что найдет эту тварь и отправит на костер. Но негодяй все еще жив и даже до мертвецов добрался. Бедная синьорина Лючия! И синьора Аманда… Трудно назвать ее доброй женщиной, но все же страшная смерть! Я теперь ни за что вечером из дома не выйду!

- Не так-то легко найти убийцу в городе, где прячут лица под масками! – вздохнул Антонио. – Но мой господин не отступит от своего слова! Так вы знали и дочь синьора Джакопо, и его племянницу! Они ладили между собой?

Парень быстро перевесил полные сумки на плечо вампира, осторожно взял из рук девушки тяжелую корзину и предложил:

- Позвольте, мы проводимвас и поговорим по дороге!

Джена вдруг засмущалась:

- Ну если вам нетрудно… А ваш друг не против? Почему он молчит все время? Что-то он больно уж бледный и грустный. Надеюсь, он здоров?

Антонио поспешил отвлечь девушку от вампира:

- Не обращайте на него внимания, синьорина, он глух и нем от рождения, но здоров как бык!

Рюдигер скрипнул зубами, но Антонио умоляюще взглянул на него, приложив палец к губам.

Они все же вернулись к прилавку и купили у печально вздыхающего торговца двух цыплят за ту же цену, что и Джена, затем выбрались из шумных торговых рядов, и не спеша, пошли по набережной.

- Выходит, и дочь хозяина и племянница выросли вместе. Они дружили?

Джена усмехнулась:

- Трудно себе представить двух более разных девиц! Я попала в дом синьора Джакопо совсем девчонкой, но все же хорошо помню и ту, и другую. Лючия была доброй и мягкой, а Аманда хитрой и завистливой. Мы, слуги, ее терпеть не могли, но она умело притворялась лучшей подругой кузины. А Лючия искренне ей верила.

В доме стал бывать молодой синьор Моретти. Его отец был другом хозяина. Обе девицы влюбились в красивого юношу, но он видел только Лючию. Аманда бесилась, даже служанок колотила от злости, но ничего не могла поделать. Молодой человек посватался к Лючии, и ее отец дал согласие.

Антонио обернулся на сердито пыхтящего вампира. Красный как рак, Рюдигер показал ему кулак и скорчил страшную гримасу. Солнце пригревало все сильнее, но он не мог скинуть надоевшую рясу и даже снять капюшон не решался. Алданец молил Бога, чтобы они скорее добрались до палаццо ди Оро, но Джена, которой нравилось внимание Антонио, нарочно вела их окольными путями.

- Но что могло помешать их счастью? – удивился слуга охотника, делая вид, что не замечаетзнаков вампира.

- Людская подлость! – грустно вздохнула девушка. – Старший Моретти разорился. Чтобы купить товар, он занял денег у своего лучшего друга, но корабль захватили турецкие пираты. Джакопо самому были срочно нужны деньги, и он упрямо стоял на своем, требуя немедленной выплаты долга. Моретти пришлось продать все, что можно. Он в одно мгновение стал нищим и вскоре умер от разрыва сердца, но перед смертью проклял вероломного Гримальди.

- Вот так история! – воскликнул Антонио. – Ну, а влюбленные?

- Помолвка была разорвана, младшему Моретти отказали от дома. Франческа была личной служанкой Лючии и знала все ее тайны. Она рассказывала мне, что они договорились сбежать. Но Аманда узнала о побеге и предала их. Девушку посадили под замок, а юноша покинул город. Куда он отправился, никто не знает.

Дочь хозяина быстро умерла после этого. Аманду спешно выдали замуж за богатого синьора Фоскари. Вот и вся печальная история. Ну, мы уже пришли! Спасибо вам! – она улыбнулась Антонио, принимая из его рук корзину с покупками.

Это вам спасибо, милая Джена! Может, еще увидимся? – Антонио проводил взглядом крепкую фигуру девицы и, непонятно о чем вздохнув, повернулся к вампиру.

- Вы уж простите, синьор, но такая разговорчивая девица попалась!

- Можно подумать, тебе не понравилось с ней любезничать! – усмехнулся Рюдигер. - Но ты прав, ее рассказ, пожалуй стоит того, чтобы свариться заживо! Но раз уж я остался в живых, пойдем приготовим что – нибудь на ужин.

Тихие и пустые, ночные улицы отдыхали от шумного праздника. Тепло быстро уходило из маленькой комнаты, но Кера не спешила прикрывать окно. Закутавшись в теплый плащ, она с замиранием сердца ждала позднего гостя.

Настойчивый стук в дверь заставил девушку очнуться от сладких грез.

- Кера, открой пожалуйста! – взволнованный шепот принадлежал Валерии, и Кера поспешила впустить кузину. В распахнутую дверь ворвался сквозняк, шторы взвились и затрепетали, словно флаги на ветру, пламя свечи заметалось, грозя погаснуть. Валерия быстро захлопнула дверь, и шторы устало опустились на место, прикрыв непонятно откуда взявшиеся черные сапоги. Кера испуганно охнула, и носки сапог быстро исчезли.

Валерия выглядела напуганной. Немного удлиненное лицо было еще бледнее, чем обычно, глаза покраснели, как будто вампирша долго плакала. Она с измученным видом упала в кресло.

- Кера, я не знаю, что делать! – голос девушки дрожал, она с трудом сдерживала слезы. Кера присела рядом и обняла расстроенную кузину.

- Да что случилось, кто тебя так напугал?

- Этот убийца с острова, телохранитель тетушки, - всхлипнула Валерия.

- Мемнон? – удивленно переспросила ее сестра. – Да никакой он не убийца, просто вид у него суровый. И женщину он точно никогда не обидит!

- Он заявил дяде, что возле нашего дома прогуливается крайне подозрительный незнакомец!

-Ну что в этом такого? Или уже ходить мимо нельзя? – Кера с деланным спокойствием пожала плечами.

-Он утверждает, что видел его совсем недавно на острове, это Танос Кратос!

- Да что наследник Кратосов забыл здесь? И почему ты так встревожена? – послушница взглянула на сестру с ревнивым подозрением.

Валерия вдруг сильно покраснела и выпалила:

- Никакой это не Танос, а Ренцо, его двоюродный брат! Мы договорились о свидании, но вашему громиле не сидится дома! Бедный Ренцо еле успел ноги унести! Вдруг я никогда его больше не увижу!

Валерия разревелась, уже не стесняясь и не сдерживаясь.

Удивленная сверх меры Кера обняла кузину:

- Вот так дела! Значит, его зовут Ренцо! Ну, может не все так страшно, может ему просто придти сюда и поговорить с дядей по-хорошему.

Валерия шумно вздохнула:

- Да ведь отец тысячу раз говорил, что все Кратосы пустые бездельники. Ренцо не такой, но разве ему докажешь!

Кера погладила сестру по растрепавшимся волосам:

- И все же не надо отчаиваться Мы что-нибудь придумаем, я с тетей поговорю! Союз между кланами – это неплохо. К тому же дядя не любит только Таноса, а про Ренцо и речи никогда не было!

Немного успокоившаяся кузина крепко обняла Керу:

- Какая же ты чудесная, сестрица! Жаль, что тебе придется снова уехать на свой остров! Я буду очень скучать!

Она вытерла мокрые глаза и выскользнула в темный коридор.

Кера задвинула засов и, обернувшись, увидела Таноса, вальяжно развалившегося в кресле. Он с наслаждением потянулся:

- Хвала Трехликой, она наконец ушла. У меня ноги затекли сидеть на подоконнике!

Но Ренцо! Кто бы мог подумать! Не боится ничего, даже породниться с Санторини!

Девушка обожгла его гневным взглядом, и Танос поспешил объясниться:

- Прости пожалуйста, я лишь имел в виду, что твой дядя старый зануда. Но Ренцо ведь влюбился не в дядю… Думаю, все не так ужасно, как представляется бедняжке Валерии. Твой дядя быстро сдастся, если вмешается мой отец, ну а если за дело возьмется синьора Марсия, то сопротивление и вовсе бесполезно!

Однако Кера даже не улыбнулась его шутке. Она молча подошла к окну и замерла, делая вид, что смотрит в окно. Танос бесшумно поднялся на ноги и очутился у нее за спиной. Его горячие ладони обожгли плечи через шелк платья.

- Когда вы вернетесь на остров? – хрипло спросил он.

- Через три дня. – голос девушки стал безжизненным и холодным. Танос повернул ее к себе и заставил поднять голову:

- Я рад за Ренцо и Валерию, но хочу поговорить о нас! Я прошу тебя остаться здесь, со мной! Ты же не приняла посвящения, еще не поздно отказаться!

Кера опустила голову, пряча глаза.

- Я не смогу… Не смогу жить здесь…

-Но почему? – растерялся наследник клана. Последние ночи праздника были похожи на сказку. Им было хорошо вдвоем, и он вдруг понял, что наконец встретил женщину, с которой сможет провести всю жизнь. Кера явно получала удовольствие от прогулок, их прощальные поцелуи были все смелее. При встрече ее карие глаза светились радостью и нежностью. Он не сомневался, что их чувства взаимны, но слова девушки стали неприятным сюрпризом.

- Если двое дают клятву верности, значит, они счастливы вместе и страдают в разлуке. Они понимают друг друга с полуслова и думают одинаково.

Танос пожал плечами:

- Ну я бы не хотел, чтобы рядом со мной была моя точная копия! Моя жена не может быть еще одним Таносом Кратосом, это был бы кошмар!

- Не перебивай, пожалуйста! Ты не можешь быть счастлив рядом со мной, потому что тебе приходится притворяться! Я видела, как ты смотрел на людей, тебя тревожил их запах, блестели глаза. Карнавал для тебя – охота, игра, стоившая кому-то жизни! Мое общество лишило тебя удовольствия и, возможно, привычной еды. Разве я не права?

Танос ощутил противный холодок в груди, чувство, что сейчас случится что-то непоправимое, мешало собраться с мыслями. Тем не менее, он уверенно заявил:

- Да я раньшечасто охотился во время карнавала, но убивать совсем не обязательно! Не понимаю, почему тебя это так удивляет! Ты тоже одна из нас, или слуги храма нашли способ обходиться совсем без крови?

- Я уже говорила тебе, что слуги Богини не пьют человеческую кровь, потому что дети Ночи тоже когда-то были обычными людьми! Мы вполне обходимся кровью животных.– сердито возразила ему Кера. – Вы здесь живете по своим правилам, которые я никогда не смогу принять, а ты вряд ли захочешь менять свои привычки! Мне лучше вернуться на остров …

В карих глазах блеснули слезы, на щеках вспыхнул румянец, девушка глубоко вздохнула, стараясь скрыть волнение. При упоминании острова сердце Таноса тревожно сжалось. Чтобы не потерять ее, он был готов обещать все, что угодно. Любая цена казалась ему приемлемой, лишь бы она была рядом. Кратос спрятал ее кисть в своей ладони и осторожно сжал пальцы:

- Кера, послушай, ради тебя я навсегда забуду про охоту во время праздника! Все же твой дядя прав, не стоит мешать еду и развлечения. Хотя эти недотепысовсем неплохие на вкус…

Он замолчал на полуслове, подумав, что, кажется, испортил все окончательно. Девушка сердито освободилась из его рук:

- Дядя не зря говорит, что люди в вашем доме не просто слуги, но и еда. Вы превратили их чуть ли не в животных!

По крыше застучали капли дождя, вскоре превратившегося в настоящий ливень. Сильно громыхнуло, и в небе сверкнул зигзаг молнии. Похоже, стихия разделяла негодование юной вампирши. Совершенно некстати Таносу вспомнилась Кармела. После возвращения с острова он начисто позабыл о миловидной служанке, которая дарила ему не только кровь, но и горячие ласки. Девушка, напротив, старалась попасться на глаза молодому господину, не понимая, в чем причина его равнодушия.

- Не стоит верить всему, что говорит твой дядя! Только в том случае, если жизни хозяина угрожает опасность, они могут поделиться своей кровью, но без вреда для себя. - уверенно заявил вампир, но Керу его слова не убедили.

- Я не смогу жить в доме, где не ценят чужую жизнь, я не смогу принять ваши правила! –

По ее щекам потекли слезы, но голос был твердым.

- Послушать тебя, так всех Санторини впору причислить к лику святых по христианской традиции, а моя семья просто порождение зла! Как же обстоят дела с кровью в семействе твоего дяди? – обиженно поинтересовался Танос.

- Он вложил деньги в мясную лавку. Дважды в неделю туда привозят коров и овец из его имения на материке. Все вампиры клана Санторини охотно пользуются его услугами.

- Ничего себе развернулся «дорогой друг Эрнесто»! – усмехнулся наследник Кратосов. - Если дальше так пойдет, он и в «Золотом списке» окажется! Но послушай, Кратосы тоже не нищие! И если между нами только эта преграда, то я готов последовать примеру твоего святого дяди! Достаточно одного твоего слова, и все изменится! Если захочешь, то вообще могу траву есть. Вот прямо сейчас и начну! – он быстро сорвал листок с куста герани на поддоконнике и принялся жевать, тут же скривившись от страшной горечи.

Кера не смогла сдержаться и рассмеялась:

- Выплюнь скорее! Не надо есть траву, а то еще и меня укусишь!

-Только не тебя! - Танос посерьезнел, и приложил ее руку к своей груди:

- Спроси у него, и оно ответит, что ты вся моя жизнь!

Под ее ладонью словно колотилась маленькая лесная птица, изо всех силах билась о грудную клетку, пытаясь вырваться на волю. Девушка испуганно замерла, не решаясь убрать руку. Дождавшись, когда непослушное сердце хоть немного успокоится, онаулыбнулась сквозь слезы:

- Я бы поверила, но ты не сказал мне самого главного!

- Да чего же ты еще хочешь? – ошалело уставился на нее Танос. – Если надо, готов босым и в рубище трижды обойти весь остров и сутки простоять на коленях, каясь в грехах!

- Эта неудачная шутка! Смотри, услышит тебя Мемнон и исполнит твое желание! Нет, ты забыл сказать всего одно слово…- Кера хитро прищурилась, наслаждаясь его смятением.

Наконец он понял и, злясь на свою недогадливость, крепко стиснул ее в объятиях:

- Люблю…слышишь, люблю с первой встречи и на всю жизнь! Ну, теперь ты останешься?

Он замер, ожидая приговора, но на этот раз его мука длилась недолго.

- Останусь..- Кера ненадолго замолчала, наслаждаясь его смятением, и продолжила, - потому что тоже… люблю...

Его горячие губы не дали ей договорить, и, забыв о страхах и сомнениях, девушка охотно ответила на поцелуй. Измученные тяжелым объяснением, они долго сидели рядом, не разжимая рук и не говоря ни слова. Танос любовался аккуратным прямым носиком, темными ресницами, на которых еще дрожали слезинки, и непослушной прядью светлых волос, выбившейся из прически. Пожалуй, он надавал слишком много опрометчивых обещаний, но чего только не сделаешь, чтобы удержать это упрямое сокровище.

Придется отказаться от многих привычных развлечений, но если Керы не будет рядом, жизнь навсегда утратит для него смысл.

Шум дождя наконец стих, и вампирша неохотно освободилась из его рук.

- Тебе пора, скоро рассветет.

Он задержал ее руку и прижал к губам.

- Я сделаю все, чтобы мы были вместе! Только не принимай посвящение!

Кера счастливо улыбнулась:

- Теперь не приму. За ложные клятвы Богиня наказывает!

Вернувшийся домой поздно, Марио удивленно уставился на стол, накрытый белой льняной скатертью. Жареные на вертеле цыплята, свежий сыр, окорок и каравай хлеба с румяной корочкой. Антонио и Рюдигер терпеливо ждали его возвращения, не желая начинать ужин без него. Марио искренне восхитился их стойкостью, не догадываясь, что скоротать время им помог приличный круг кровяной колбасы.

Марио вдруг почувствовал себя уставшим и очень голодным. С благодарностью взглянув на друзей, он принялся за еду.. Все молча жевали, не отвлекаясь на разговоры, но наконец первый голод был утолен, и Антонио поспешил поделиться новостями.

- Синьор, думаю вам будет интересно, что нам удалось узнать про семейство Гримальди.

Он торопливо поведал про приключения на рынке и откровения Бьянки.

- Да вы меня просто обставили! – восхитился Марио. – Пока я пытался хоть что-нибудь вытянуть из старого мошенника Джакопо, вы почти раскрыли убийство. да еще и целый пир устроили!

Рюдигер, я думаю, вы были правы, когда говорили, что цель убийцы – именно семейство Фоскари. Я бы выразился точнее, Аманда Фоскари. Убийца хотел отомстить ей и её семье, но не Фоскари, а Гримальди.

Мне кажется, вся эта история с подкинутым камнем просто попытка отвести от себя подозрения. В истории, которую поведала вам Джена, все ясно, как день. Думаю, все уже поняли, кто пытается отомстить синьору Джакопо.

Рюдигер отодвинул тарелку, полную обглоданных косточек, и высказал свое предположение:

- Младший Моретти, тот самый, что уехал из города.

Антонио поддержал его:

- Этому парню есть за что ненавидеть и купца, и его бесстыжую племянницу. Вот только зачем ему понадобились останки бедной девушки?Здесь уже черным колдовством пахнет!

Марио улыбнулся:

- Не могу не согласиться с тобой! Боюсь утверждать, но, кажется, мы напали на след нашего чернокнижника!

Вам удалось меня удивить, но и я не зря целый день ноги бил. Помощник синьора Томазини, юный Энцо, сообщил, что правитель города снова готов оказать мне любую помощь в расследовании. Пока я пытался понять, чем же вызвано его внезапное расположение, Энцо предложил посетить врача Себастьяна Морели.

Вот-вот, Антонио, я так же, как и вы с бароном, сделал большие глаза. Зачем навещать лекаря, если не жалуешься на здоровье! Но парнишка объяснил, что синьора Морелли вызывали осматривать тело Аманды, и он пришел к довольно любопытным выводам. Если говорить коротко, то женщина умерла от яда, а вовсе не от потери крови!

Антонио положил кусок сыра назад на тарелку и удивленно переспросил:

- То есть как от яда?

- Да, от яда, причем от яда змеи, которая намного опасней, чем местные твари. Ранки на шее – укус змеи, а не след от клыков вампира!

- Получается, что для того, чтобы обвинить меня в убийстве, кто-то привез опасную тварь из дальних стран? – Рюдигер выглядел расстроенным.

- Именно так все и было! Но ведь он запросто мог захватить не только змею, но и ченокожего слугу. Или он купил раба, а тот знал толк в обращении с ядовитыми гадами!

Марио взглянул на хмурое лицо алданца и понимающе улыбнулся:

-Я не думаю, что ваше обвинение сразу входило в его планы. Но узнав о принцессе из Алдании и ее не совсем обычных спутниках, он решил воспользоваться случаем!

- И убить меня в Арсенале он тоже на ходу придумал? – сердито спросил вампир.

Марио задумался:

- Нет, Арсенал - это что-то другое! Жаль, синьорина Кратос пропала из виду, а то бы мы расспросили ее, кто убил отца Игнасио и запасся серебряными болтами. Я думаю, что убийцам в Арсенале заплатил клан Кратосов.

А на балу кто-то услышал историю про телохранителя принцессы, который получил почти смертельную рану утром, но вечером уже как ни в чем не бывало исполнял свои обязанности, и решил отвести от себя подозрения.

Рюдигер нахмурился:

- Складно все у вас получается, Марио! Но почему этот Моретти первым делом не поговорил по душам с самим Гримальди, а занимается какой-то ерундой: травит его племянницу, оскверняет могилу… Не понимаю!

- Сам не понимаю!-пожал плечами охотник. – Возможно, за годы скитаний он повредился рассудком, и тогда нормальным людям его просто не понять! А может он хочет запугать врага, лишить его самого дорогого, разорить, и лишь потом призвать к ответу!

Нам важно сейчас найти его побыстрее! Не думаю, что это будет просто, скорее всего он сменил имя и вряд ли виделся с кем-то из старых знакомых.

Антонио радостно воскликнул:

- Но ведь он виделся с Франческой! Синьор, помните, ночью на мосту! Мы даже слышали их разговор! Кто же еще это мог быть, если не Моретти!

- Согласен, это скорее всего и был Моретти, вот только Франческа умерла той ночью и ничего уже не расскажет! – Марио охладил пыл слуги, хотя сама идея ему понравилась.

- Но если синьора Фоскари умерла от яда, это значит, что мне не нужно больше прятаться! – взволнованно воскликнул вампир, поднимаясь из-за стола. – Я могу вернуться к своим друзьям!

Антонио с трудом усадил его обратно его:

- Да подождите хоть до завтра, синьор! Куда же вы сейчас, на ночь глядя!

Он заботливо пододвинул к вампиру тарелку с ветчиной.

Марио поддержал его:

- Поверьте, барон, вам не стоит торопиться! Негодяй уверен, что сумелудачно свалить вину на другого, и теперь смело взялся за свои черные дела. Узнав, что обвинение снято, он затаится, и нам будет еще труднее поймать его!

- Но надо хотя бы сообщить им, что со мной все в порядке! Как бы и они чего не натворили! – Рюдигер в волнении отправил в рот последний ломтик ветчины.

- Не переживайте так за свою ненаглядную! Она вполне может за себя постоять! – улыбнулся Марио, точно угадавший, в чем причина тревоги барона. – Но вы правы, не стоит держать ваших друзей и супругу в неведении. Завтра я загляну в дом Кавалли, хотя в мой последний визит меня чуть не спустили с лестницы. Ваша жена и еще маленькая и злая рыжая вампирша! Вот вы улыбаетесь, а мне, надо сказать, пришлось совсем несладко!

Утром они отправились на встречу с Энцо. Расторопный блондин сумел разузнать, где находится дом, принадлежавший раньше несчастному семейству Моретти. Роскошный особняк почему-то переходил из рук в руки, долго не задерживаясь ни у одного из хозяев. Если верить записям нотариуса Мартинелли, то за семь с половиной лет палаццо сменило семь владельцев. Синьор Джулиано, торговец зерном и оливковым маслом, продал дом всего два месяца назад, совсем недорого. Новый владелец записан в бумагах, как синьорГуэрро. По словам Мартинелли, это был темноволосый молодой господин с приятными манерами и грустными серыми глазами.

-Замечательные приметы, черт возьми! Подходят здесь каждому второму!– возмутился барон.

Энцо уставился на странного монаха, неожиданно нарушившего обет молчания:

- Сдается мне, что вы не мальтийский рыцарь. Ваше лицо мне хорошо знакомо! Вы тот самый алданец, которого обвинили в убийстве! Я запомнил вас по истории с колдуном- неудачником!

- Рюдигер фон Шлотерштайн к вашим услугам! – вампир снял капюшон и, склонив голову, поприветствовал молодого дознавателя.

Марио возмущенно набросился на Рюдигера:

- Да что вы творите, барон! Неужели нельзя было промолчать!

- И выглядеть глухонемым идиотом, который совершенно случайно похож на сбежавшего убийцу, - проворчал алданец.

Но Энцо поспешил его успокоить:

- Не волнуйтесь, власти уже знают о вашей невиновности. Но я согласен с синьором Эспозито, что вам не стоит пока объявляться!

-Не хочется вас прерывать, синьоры, но может стоит взглянуть на этот дом? – поторопил их Антонио.

- Ну, нет ничего проще. – юноша дал пару указаний гондольеру, и лодка повернула в правое ответвление канала.

Дом, обделанный красноватым камнем, имел четыре этажа. Вдоль второго шел длинный ряд высоких окон, отделанных белым мрамором, с небольшим балконом. На третьем и четвертом было по три окна. Фасад украшала узорная мозаика. Палаццо выглядело веселым и нарядным, но Марио уже знал, что под яркой оберткой иногда скрывается ядовитая начинка.

- Симпатичный домик, - усмехнулся Антонио. – Синьор, а не кажется вам, что мы здесь уже бывали?

Марио огляделся по сторонам. Впереди находилась церковь Мария Глориоза дель Фрази. Суровая в своей простоте массивная постройка из красного кирпича с приземистой колокольней. К площади перед храмом вел мост с ажурными перилами. Марио переглянулся с Энцо, молодой дознаватель тяжело вздохнул:

- Да, синьор Эспозито, это то самое место.

Марио и сам уже вспомнил, что именно здесь выловили из воды несчастную сестру Доминику, а через несколько дней дочь богатого купца. Мертвые девушки и девушка, которая мертва уже слишком давно… Антонио обернулся к вампиру и, предупреждая возможные вопросы, торопливо пояснил:

- Прямо у площади нашли тела двух девушек, жертв нашего чернокнижника.

Барон молча кивнул. Энцо обратился к охотнику:

- Вы, синьор Эспозито, считаете, что таинственный злодей имеет отношение к семье Гримальди?

Агент Ватикана с трудом отвел взгляд от круглого витражного окна под самой крышей палаццо и медленно ответил:

- Мне кажется, что мы подобрались очень близко. Надо бы осторожно разузнатьпро этот дом. Кто его новый хозяин, живет ли он один или вместе с семьей, принимают ли гостей…

Рюдигер, измученный бездействием и неопределенностью, горячо поддержал охотника:

- Так чего же мы ждем? Давайте нанесем визит и познакомимся с хозяевами. Обещаю молчать при любых обстоятельствах!

Марио снова схватился за голову, но Антонио опередил хозяина:

- Нет, синьор, нельзя напролом переть, в нашем деле главное осторожность и осмотрительность.

Энцо поддержал парня:

- Ни в коем случае не будем торопиться. Распросим соседей, лавочников, посетителей в таверне. Если есть что-то необычное, то люди заметят. У нас, дознавателей, свои секреты.

Танос спрыгнул с балкона и застыл на месте, не решаясь пошевелиться. В шею уперлось скошенное лезвие широкого меча. Рукоять этого страшного оружия лежала в огромной ладони телохранителя главной жрицы. Под напором громилы Танос отступил к стене, с досады прокусив клыком нижнюю губу.

- Попался, щенок!- Мемнон раздвинул узкие губы в слабом подобии улыбки. На голову выше Кратоса и вдвое шире в плечах, слуга храма производил впечатление ожившей каменной глыбы. Несмотря на ночную прохладу, на нем была лишь кожаная безрукавка, открывавшая огромные руки с пугающими буграми мускулов.. Длинным черным волосам, собранным в хвост на макушке, позавидовали бы многие женщины. Однако мрачное лицо с квадратным подбородком и сломанным носом не оставляло ни малейшей надежды на милосердие.

Телохранитель Арахны с отвращением смерил взглядом своего пленника:

- А ведь я тебя еще на острове предупреждал! Не надейся бездельник, что я тебя сейчас прикончу!

- Уже лучше! – выдохнул Танос, мучительно соображая, как же вырваться изпозорного плена.

- Нет, не сейчас, сначала ты вернешься на остров в трюме галеры. Там тебя будут судить!

За то, что ты посмел обесчестить служительницу Богини, тебя отправят на Повелью и бросят в старые катакомбы. А это намного страшнее смерти!

Танос вздрогнул. Повелья, чумной остров! Не только среди людей, но и среди вампиров о нем ходили жуткие легенды!

- Послушай, приятель, с чего ты взял, что я причинил девушке хоть малейший вред? Она еще не успела стать жрицей, да и честь ее осталась при ней!

Эта слабая попытка оправдаться разозлила Мемнона еще сильнее.

- Жалкий трус, ты даже не можешь признать свою вину! – прорычал слуга Арахны и надавил на меч. Танос задергался, словно кузнечик, насаженный на булавку,лезвие покраснело от крови.

Однако полюбоваться бессильным и униженным врагом Мемнону удалось совсем недолго. С ночных небес ему на голову упало что-то тяжелое. Громила даже не пошатнулся, зато непонятный предмет развалился на куски. За ним последовали еще два, точно в цель.

Это Кера швырнула в телохранителя горшок с невкусной геранью, следом полетели молочай и любимый бальзамин тетушки Марсии.

Мемнон разразился ругательствами и принялся тереть засыпанные землей глаза. Забывшись, он отвел карающую десницу от горла врага. Кратос отодрал взмокшую спину от стены и бросился бежать.

Глава 20. Зло снимает маску

В доме синьора Кавалли царило обманчивое спокойствие. Хозяин и его супруга были по-прежнему вежливы и доброжелательны с гостями, правда, долгих разговоров не вели. Джованни пропадал в Арсенале, а его жена командовала слугами. Только Николо не выходил из своей комнаты, наотрез отказавшись общаться с алданцами.

Как ни странно, после неудачной попытки Рюдигера увидеться с друзьями ничего не изменилось. Командир стратилатов даже извинился перед принцессой за слишком дерзкие действия стражи. Лиза с тайной надеждой ждала, что к ним вот-вот пожалует Марио Эспозито, она бы с радостью выместила на слуге кардинала все тревоги и отчаяние последних дней, но охотник словно потерял интерес к алданцам.

Наконец, длинный и скучный день подтянулся к вечеру. Едва дождавшись темноты, Лиза забралась в постель и тут же уснула. Измученная тревогами и переживаниями последних дней, она легко провалилась в черную пустоту без грез и сновидений. Проснулась Лиза довольно поздно и чувствовала себя хорошо отдохнувшей. Тревога за мужа спряталась где-то глубоко внутри и пока не колола измученное сердце. Быстро приведя себя в порядок, она спустилась в столовую, удивляясь отсутствию своих друзей. Закончив завтрак в полном одиночестве, Лиза поинтересовалась, куда подевались ее спутники. Оказалось, что все, включая принцессу Шарлотту и Курта, ушли во внутренний двор упражняться в фехтовании.

- Совсем неплохая идея. Я сейчас же к ним присоединюсь!

Радуясь, что найдется еще одно занятие, во время которого в голову не лезут мрачные мысли, Лиза бросилась в свою комнату.Наспех переодевшись и схватив ножны со шпагой, она выскочила в коридор и чуть не сбила с ног синьора Бергамо.

- О, моя прекрасная синьора! Куда же вы так спешите? – расцвел в улыбке итальянец.

Лиза с трудом сдержала бегущие вперед ноги:

- Доброго дня, синьор Бергамо! Решила заняться фехтованием, как видите!

Джеронимо улыбнулся:

- Может, лучше было захватить кочергу? В ваших прекрасных руках это страшное оружие!

Лиза покраснела, вспомнив свои ночные подвиги, и уже хотела исчезнуть, но молодой человек удержал ее.

- У меня есть для вас одно известие. Ваш супруг хотел увидеть вас, но здесь небезопасно, сами знаете. Охрана с арбалетами…

Молодая женщина преобразилась, в серых глазах затеплилась надежда:

- Где же он, пойдемте скорее!

Джеронимо аккуратно освободил запястье от цепких пальцев баронессы и уже не так радостно улыбнулся:

- Не стоит так шуметь, милая синьора! Нас могут услышать. Давайте выйдем через черный ход.

Они спустились вниз. Увидев служанку с подносом, заставленным грязной посудой, Джеронимо вжался в стену, Лиза последовала его примеру. Когда женщина скрылась в дверях кухни, синьор Бергамо выпрямился в полный рост и, избегая смотреть Лизе в глаза, пояснил:

- Лучше соблюдать осторожность, здесь наверняка полно шпионов.

Им удалось выйти из палаццо через черный ход. Покинув берега Гранд-канала, они немного поплутали в лабиринте узких улочек, затем сели в гондолу. Лиза, мечтавшая скорее увидеть мужа, не спрашивала, откуда Джеронимо узнал о тайном убежище алданца. Молодой итальянец не раз показал себя верным и преданным другом, и она не сомневалась в его словах. Настроившись на скорую встречу, она пыталась найти причины, чтобы убедить Рюга уехать из Венеции тайно. Принцесса не станет возражать, ведь другого способа решить проблему пока не найдено.

Лодка мягко ткнулась носом в причал, и Джеронимо осторожно тронул Лизу за плечо:

- Мы уже приехали.

Опираясь на его руку, Лиза выбралась из гондолы на каменные ступени. Джеронимо с некоторым усилием отворил тяжелую дверь, и они оказались внутри трехэтажного палаццо. В длинном коридоре без окон было сумрачно, лишь тускло горели масляные лапмы на стенах.

Лиза нетерпеливо притопнула ногой:

- Куда же теперь?

- Еще немного, милая синьора! – Джеронимо аккуратно взял ее под локоток и повел по коридору.

- Кому принадлежит этот дом? – баронесса с интересом осматривала лепные потолки и росписи на стенах. Джеронимо с гордостью ответил:

- Я приобрел его совсем недавно и еще не успел нанять нужной прислуги. Но осторожнее моя дорогая, здесь ступеньки.

Заметив недоумение на лице своей спутницы, он успокоил ее:

- Мы уже пришли.

Привыкшие к полумраку глаза различили дверь. Синьор Бергамо потянул за ручку, дверь отворилась, и Лиза с любопытством заглянула внутрь. Убранство комнаты поражало своей роскошью.. Мягкий свет падал на красивую мебель из красного дерева и широкую кровать, покрытую шелковым покрывалом. Стены были обиты деревом, а чуть выше шли лепные узоры.

Джеронимо, видя ее изумление, улыбнулся:

- Красиво, не правда ли!

Молодая женщина равнодушно согласилась:

-Милая комнатка, но здесь никого нет. Вы обещали мне встречу с мужем.

Итальянец пожал плечами:

- Наверное, отлучился куда-нибудь. Сейчас велю его поискать.

Он шагнул за порог, и дверь захлопнулась. Лиза почуствовала себя крайне неуютно. Она хотела последовать за Джеронимо, но не смогла. Дверь оказалась закрыта. Не понимая, что происходит, Лиза стала дергать за ручку, рискуя оторвать ее совсем. Это не помогло, и, рассердившись, она принялась лупить ногой по замысловатым узорам на дереве.

Никто не отозвался, и молодая женщина в отчаянии присела на кровать. Она постепенно понимала, что ее предали, заманили в ловушку. Но почему? Кто же такой Джеронимо Бергамо? Его немного нелепые ухаживания раздражали Лизу, но события последних дней возвысили итальянца в глазах баронессы. Он так смело встал на защиту ее мужа, спорил с власть предержащими, поссорился с лучшим другом, вступил в бой со стражей… Выходит, все это было притворством, маскарадом. Решительно, в этом городе все сплошная ложь.

Она еще раз осмотрела свою тюрьму. Даже окошка нет! А вот шпагу забрать синьор даже не попытался!

Спасаясь бегством, Танос нырнул в первый же проход между домами. Еле успев добежать до конца, он услышал тяжелые шаги своего преследователя. Мысленно пожелав гиганту застрять в узком переулке, он вскочил на мостик, упиравшийся в чью-то дверь. Над ней нависал небольшой балкончик. Танос ухватился за его край, подтянулся и перелез через перила. Из переулка показался Мемнон, и Танос присел на корточки, пригнув голову.

Гигант тяжело протопал мимо, и Кратос решил покинуть свое убежище. Однако в конце улицы слуга Арахны развернулся и решительно направился назад. Увидев спрыгнувшего с балкончика Таноса, он прибавил скорость. Наследник кланапомчался со всех ног, свернув в очередной переулок. К его ужасу переулок оказался тупиком. Два дома наглухо примыкали к стене третьего. Выход наружу закрыла огромная фигура Мемнона, и Танос оказался в ловушке.

Мемнон медленно приближался, растянув губы в недоброй усмешке. Взгляд беглеца заметался по сторонам, ища пути к спасению. Он подпрыгнул и ухватился за прутья чугунной решетки перед окном. Танос раскачался и ударил Мемнона ногами в грудь. Удар получился сильным, гигант потерял равновесие и упал. Не тратя времени, Танос вскарабкался на чугунное ограждение. Рискуя свалиться вниз и разбить голову, он уцепился за край верхнего балкона.

Взбешенный Мемнон вскочил на ноги и схватился за решетку, пытаясь забраться наверх. Но решетка вдруг заскрипела и зашаталась под его весом. Прутья выехали из щели между камнями, и громила снова оказался на земле.

Наследнику Кратосов было некогда любоваться этой картиной. С балкона он перебрался на плоскую крышу, быстро пересек ее и легко перепрыгул на соседнее здание. Вскоре он уже был далеко от своего преследователя и, спустившись вниз, спокойно направился к дому.

Там его встретила заспанная Кармела. Она поймала небрежно сброшенный плащ и стянула с хозяина грязные сапоги. Cлужанка не торопилась уходить и наклонила голову, подставив ему смуглую шею, на которой еще были заметны старые шрамы. Танос раздраженно оттолкнул ее и, сунув ноги в домашние туфли, побрел в свою комнату, но почему-то очутился на кухне.

Не зажигая свечи, он пошарил в буфете, и разочарованно вздохнув, направился в кладовку. После бега наперегонки с Мемноном ужасно хотелось есть. В кладовке было слишком темно даже для вампира, но доверившись чутью, он вскоре нашел свиной окорок. Не успел он вонзить зубы в свою добычу, как кладовка вдруг озарилась желтоватым светом фонаря, покачивающегося в руке донны Марты.

- Ох, синьор Танос, это вы! А я думала, кто-то из рабов обнаглел до безобразия! – домоправительница выглядела растерянной.

- Я жутко голоден! – сердито заявил Танос, придав забрызганному грязью лицу надменное выражение.

- Но разве Кармела вас не встретила? – изумилась вампирша. Господин недовольно перебил ее:

- Я действительно голоден, Марта! При чем тут эта глупая служанка?

- О, простите меня, - Марта поставила фонарь на высокий сундук и найдя нужный ключ в связке, открыла маленькую дверцу в стене. Женщина достала оттуда глиняный кувшин с узким горлом и протянула Таносу. – Карнавал закончился, теперь приходится заглядывать на бойню. Помнится, раньше вы не находили свиную кровь вкусной…

Но Танос не дал ей договорить и выхватил кувшин из рук. Марта посматривала на него с недоумением, не решаясь спросить, где же он провел ночь. Не отрываясь от спасительного сосуда, Танос выбрался из кладовки и опустился на лавку у стены. Наконец поставил он кувшин рядом и отдышался. Совсем неплохой вкус, и почему раньше он утверждал обратное?

-Донна Марта, вы спасли меня от голодной смерти! – он благодарно улыбнулся пожилой женщине. Та закашлялась от неожиданности, дождаться благодарности от молодого господина было нелегко. Что же стало причиной подобных перемен? Донна Марта сгорала от любопытства, но не решалась спросить прямо. Но Танос еще больше озадачил ее. Отхлебнув крови из кувшина, словно вина для храбрости, он небрежно поинтересовался:

- Донна Марта, а что вы знаете о Повелье?

Домоправительница вздрогнула от его вопроса и тоже поспешила присесть.

- Это страшное место! Почему вы спрашиваете о нем, синьор Танос?

Кера вытерла заплаканные глаза. Щеки все еще горели от стыда и обиды. Эрнесто наговорил немало обидных слов. Арахна молчала, но Кера читала в ее глазах невыразимое презрение. Вспоминая укоризненный взгляд телохранителя, девушка испытала муки совести. С самого детства мрачный гигант был ее защитником, аиногда и нянькой, она же, не раздумывая, причинила ему боль. Только Валерия глядела на нее с искренним сочувствием, да синьора Марсиярешительно прервала монолог мужа:

- Что вы на нее набросились? Оставьте девочку в покое! Правильно сделала, что погуляла напоследок! Ей же всего восемнадцать!

В ушах все еще звучали слова дяди: «Ты разочаровала меня, Кера! Я был о тебе лучшего мнения! Танос Кратос, да что в нем такого, кроме смазливого лица и сладких речей? Настоящая чума для человеческих женщин! И поверь, для многих знакомство с ним стало последним в жизни!»

Щеки Керы вспыхнули ярким румянцем. Она хотела крикнуть, что это неправда, что она знает Таноса лучше, чем все они вместе взятые. Но голос почему-то не слушался, а ноги подгибались. Она испуганно схватилась за спинку кресла.

- Именно из-за таких, как Танос, люди и пытаются истребить нас! В старое время тех, кто не умел совладать со своей жаждой крови, судили и приговаривали к мучительной казни. Если же преступления были слишком велики, то несчастного отправляли на Повелью, блуждать во мраке старых лабиринтов, пока страшные хозяева подземелья не заберут его душу. Я потребую у совета, чтобы к нему применили это наказание!

Марсию вдохновенная речь супруга нисколько не впечатлила. Она с ехидной усмешкой заметила, что именно люди виновны в том, что их любимая племянница осталась сиротой, а молодой Кратос лишился матери в детском возрасте. Ничего удивительного, что юноша относитсяк ним без особого милосердия.

Мемнон покинул кабинет хозяина при первых словах Марсии. Пострадавшая голова начинала мучительно болеть при звуках ее резкого голоса. Арахна, напротив, поудобнее уселась в кресле, о которое опиралась дрожащая Кера. Главная жрица с интересом следила за словесной дуэлью супругов.

Марсия продолжила:

- Ты с ума сошел, испортить отошения с Кратосами! Орсини только и ждут, когда мы перегрыземся, чтобы подмять Венецию под себя! А уж они точно не постесняются залить город кровью, причем не только людской!

Упоминание о третьем вампирском клане наконец отрезвило Эрнесто, и он замолчал. Последне слово, как всегда, осталось за Марсией:

-Не всему, что ты вычитал в своих пыльных книгах, надо верить! Кера, девочка моя, на тебе лица нет! Валерия, проводи сестру в комнату, а я велю приготовить снотворное. Бедняжке надо хоть немного поспать!

Когда за Керой захлопнулась дверь, Арахна неторопливо и грациозно поднялась с кресла:

- Совет действительно стоит собрать, в этом ты прав. Но причина гораздо более важная, чем легкомысленное поведение молодежи. А с Валентино о его сыне я сама поговорю.

Выплеснув настой целебных трав в окно, Кера осторожно выглянула за дверь. Старшие члены семейства Санторини отправились отдыхать. Слуги неторопливо занимались своими делами.. Кера вышла в коридор и, убедившись, что никто не обращает на нее внимания, пробралась в библиотеку. Закрыв дверь на засов, она принялась изучать корешки книг. Одно из названий показалось ей подходящим и, поднатужившись, она вытащила с полки тяжелый фолиант.

Надпись на обложке гласила: «Хроники и законы». На пожелтевших от времени пергаментных страницах была подробно изложена история появления вампиров в городе на воде, свод правил и законов, которым поклялись подчиняться три клана пьющих кровь, перебравшиеся сюда из Византии.. Пролистав чуть ли не полкниги, Кера наконец наткнулась на многообещающий заголовок - « Повелья – вход в царство мертвых». Внизу скалился вампирскими клыками искусно нарисованный череп.

Девушка перевернула тяжелую страницу и погрузилась в чтение. Мрачные подземные лабиринты с незапамятных времен пронизывали насквозь небольшой островок. На Повелье оставляли корабли из дальних стран, что выяснить, не привезли ли путешественники с собой какую-нибудь заразу. Во время чумы сюда отправляли незлечимо больных, поэтому на острове было полно безымянных могил. К удивлению Керы вампиры использовали остров сходным образом. Потерявшие рассудок жертвы черной смерти бродили по мрачным подземельям, превратившись в настоящих чудовищ, если верить старым легендам.

Приговоренные к ссылке на Повелью умоляли о смерти, но совет был равнодушен к их просьбам. Впрочем, несчастных было совсем немного. Если не считать жертв черной смерти, отправленных в катакомбы нерешительными родственниками, то за все время существования города к жестокому наказанию приговорили всего пятерых вампиров. Правда последняя попытка была крайне неудачной. Рино Орсини, обвиняемый в жестоких убийствах, посылал проклятия членам совета, обещая вернуться и забрать их жалкие души в преисподнюю. Старейшины с каменными лицами слушали его крики, не подозревая, что он сдержит слово. Через неделю Рино или то, чем он стал, действительно вернулся. Пятеро из десяти судей захлебнулись собственной кровью, прежде чем восставшего из мертвых удалось успокоить навсегда.

Кера сердито захлопнула книгу. Вся ее жизнь, еще недавно такая простая и понятная, расписанная на много лет вперед, рушилась на глазах. Ее не обмануло заступничество Марсии и участие Валерии. Слуги Богини суровы и неподкупны, и теперь ее ждет наказание и клеймо нарушительницы, презрение бывших подруг и десятилетия унылой и безрадостной жизни. Всем известно, что дети ночи отличаются крепким здоровьем и выносливостью, а для провинившихся всегда найдется немало тяжелой и грязной работы. Ни за что она не доставит им такой радости! Пусть поищут кого-нибудь другого, чтобы чистить свинарники в ближайшие сорок- пятьдесят лет!

Да, она хотела посвятить свою жизнь служению Трехликой, искренне думала, что это правильный выбор и ее настоящая судьба. Но теперь она не сможет принести клятву, потому что в Венеции останется дерзкий самовлюбленный наглец, так легко завоевавший неопытное сердце. Без нее он быстро перейдет невидимую границу и попадет во власть тьмы, ведь зло подстерегает свои жертвы повсюду, а не только в мрачных катакомбах Повельи.

Танос прижался к стене и затаил дыхание, боясь пошевелиться. С низкого потолка стекала вода, капли звонко ударялись о землю, словно отсчитывая последние мгновения его жизни. Он испуганно ловил каждый звук, пытаясь определить, откуда появится страшное создание, живое и мертвое одновременно. Звук чьих-то шагов заставил сердце испуганно сжаться. Слизь, покрывавшая стены подземелья, источала тусклый зеленоватый свет, и Танос против воли уставился на обитателя кактакомб. Существо напоминало мумию, еле прикрытую остатками одежды. Высохшие руки с непомерно длинными когтями безвольно болтались ниже колен. Обдав вампира запахом мертвечины, нечто прошаркало мимо и неторопливо скрылось в темном пятне коридора.

Наследник клана расслабленно выдохнул и тут же заорал от ужаса, почувствовав, как острые когти впиваются в плечо. Он отчаянно задергался, пытаясь вырваться из лап смерти,… и проснулся в своей постели. В комнате царил полумрак, но солнечные лучи нагло пробивались через плотные тяжелые шторы. С пола на него испуганно таращилась желтыми глазищами черная кошка, любимица Медеи. Бедное животное не понимало, за что ее так жестоко выкинули с кровати.

Вампир с раздражением откинул покрывало и, жмурясь от света, присел на кровати.

«И присниться же такое! Это все сказки донны Марты виноваты!» Сказки сказками, но вчерашние приключения были правдой! Кера! Что теперь с ней будет? Воображение рисовало страшные нелепые картины. Увезут на остров, спрячут в глуши или отправят в мерзкие катакомбы!Вдруг он опоздал и больше не увидит ее никогда!

Ну нет, он не может оставить ее на растерзание этим святошам! Глупее истории не-возможно придумать! Любая из молоденьких вампирш и ее семья была бы счастлива от его внимания, но его угораздило влюбиться в будущую служительницу Трехликой! Если бы он последовал примеру чужака из Алдании и решил выбрать жену из людей, и то неприятностей было бы меньше! Эта нелепая мысль заставила его улыбнуться. Из людей, что за чушь!

Нет, надо взять себя в руки. Он наследник клана Кратос, а не какой-нибудь бродяга без роду, без племени! Придется обратиться за помощью к отцу. Конечно, тот будет не в восторге, но Таноса не страшили упреки. Ради Керы он бы и к Папе Римскому обратился!

Танос решительно встал с кровати, оделся и вышел из комнаты с твердым намерением обсудить свои беды с отцом. В особняке было тихо, пара служанок быстро прошмыгнула по коридору, стараясь не попасться ему на глаза. У самых дверей комнаты Валентино Танос вдруг понял, что скорее всего застанет отца спящим. Но отступать было некуда, и он смело открыл дверь. В комнате было пусто, кровать застелена, кругом обычный идеальный порядок.

Не понимая, куда ранним утром исчез глава клана, Танос спустился на первый этаж и бесцеремонно постучал в комнату своего кузена. Он почти отшиб кулак, но наконец дверь отворилась, и на пороге возник заспанный Ренцо. Высокий и тонкий,с прямыми черными волосами, он напоминал чем-то маску Пьеро из представлений уличных комедиантов. Танос неожиданно понял, что двоюродный брат и Валерия Санторини похожи, словно родственники. Кузен ехидно поинтересовался причиной его бессонницы. Не обращая внимания на насмешку, Танос посвятил его в свои переживания и попросил о помощи.

Ренцо всегда признавал за братом право на лидерство и поддерживал самые нелепые затеи, но сейчас не пришел в восторг от его просьбы.

- Неужели ты не мог выбрать любую другую девушку, нет, ты же у нас особенный, тебе понадобилась послушница! Из- за твоей глупости я могу больше не увидеть Валерию!

От презрительного тона брата Танос разозлился, но сумел сдержать рвущийся наружу гнев. Он открыто улыбнулся кузену:

- Что поделать, братишка, сердцу не прикажешь. Я и в страшном сне не мечтал породниться с Санторини, а теперь это мое заветное желание! Мне кажется, что отец мог бы уладить наши проблемы. В конце концов, он всегда мечтал укрепить союз с Эрнесто!

Ты не знаешь, куда он пропал, последнее время я его почти не видел!

- Да ты вообще ничего вокруг не видел! В последний день карнавала в доме самого дожа умерла женщина. Вся Венеция только и говорила об этом убийстве. В ее смерти обвинили нашего старого знакомого из Алдании с ужасным именем…

- Продолжай!

- Он был опасно ранен в этот день и потерял много крови, а вечером во время бала кто-то прокусил горло синьоре Фоскари…

- Значит, не такой уж он и безгрешный! Конечно, было бы намного лучше, если бы он вцепился в горло своей жене, но и так сойдет! Слава Трехликой, мои молитвы все же услышаны!– Танос злорадно усмехнулся. Но Ренцо разочаровал его.

- Твоего кровного врага объявили вне закона, но тут вмешался синьор Валентино!

- Отец?! – изумился Танос.- Но какое ему дело до людей?

- Он отправился к правителю города и, вместе с ним осмотрев тело погибшей, заявил, что она умерла от чего угодно, но только не от клыков вампира.

- Но зачем? Для чего нужно было выгораживать чужака?

- Птому что женщина умерла от яда, а нам совсем ни к чему, чтобы в городе ходили сплети о кровожадных монстрах. – серьезно ответил Ренцо. – Я к Валерии только вчера вырвался, и то неудачно. Синьор Валентино нас совсем загонял, велел проверить все корабли из дальних стран, бродячих циркачей и факиров, прижать к стенке аптекарей.

-Но зачем? – удивился наследник.

- Чтобы найти змею, чей яд убивает почти мгновенно! Ты же все это время развлекался с девчонкой, поскольку твой отец решил не вмешивать тебя в это дело, зная о твоей вражде с алданцами. Побоялся, что натворишь дел. Впрочем, ты и так их натворил!

Танос скрипнул зубами:

- Мне жаль, что так получилось. Я бы хотел поговорить с отцом.

- Придется тебя огорчить. Синьора Валентино спешно вызвали на Совет кланов. Возможно как раз из-за твоих проделок.

- Плохо дело! Ну что же, придется разбираться самому. Послушай, только не говори ничего Медее!

- А ты знаешь, что ее нет дома уже вторые сутки? – сердито поинтересовался Ренцо.

-Как нет дома? – Танос присел на одну из обитых бархатом скамеечек. –А отец знает?

- Донна Марта не хотела его расстраивать. Возможно, сестра тоженашла кого-нибудь по сердцу…

- А возможно, попала в беду! – Танос зло посмотрел на двоюродного брата. –Её надо искать, а не выгораживать проклятого чужестранца. Было бы здорово, если бы его засадили в «свинцы» на хлеб и воду! Но мы теряем время. Я должен забрать Керу от этих фанатиков!

- Да куда же ты один? – возмутился Ренцо.- Я с тобой!

- Нет, ты пока останешься здесь, на случай, если сестра объявится.

Однако Ренцо проявил несвойственное ему упорство, и Танос сдался. Наскоро перекусив, они отправились к палаццо семьи Санторини днем.

Кера смело шагала по запутанным улочкам Канареджо. Где-то здесь, на окраине города стоит невзрачный с виду особняк семьи Кратос. Выбраться из дома ей не составило труда. Узнав, что хозяин дома и главная жрица спешно отбыли на Совет старейшин, девушка со спокойной душой покинула палаццо через черный ход вслед за служанками, спешащими на рынок.

Кера не представляла, как объяснит свое появление в доме Кратосов, она просто знала, что ей нужно увидеть Таноса, и он избавит ее от ненужных вопросов и тайных страхов.

Одинокая молодая девушка вызвала живой интерес у обитателей местных трущоб. Хриплый окрик заставил ее очнуться от тревожных раздумий.

- Эй, красотка, куда торопишься!

Трое оборванцев неприглядного вида загородили ей дорогу. Жуткие язвы, проглядывающие через лохмотья одежды, и проваленные носы делали их похожими на демонов из ночных кошмаров. Девушка с отвращением отшатнулась, но самый наглый из бродяг протянул к ней руку:

- Куда же вы, синьорина?

Он попытался схватить девушку, но она увернулась, а разбойник, потеряв равновесие, еле устоял на ногах. Заметив ухмылки на лицах товарищей, он грязно выругался и попытался ударить нахалку, но почему-то попал в лицо своему приятелю. Тот не замедлил ответить, и их обмен любезностями превратился в настоящую драку.

Кера повернулась и побежала прочь, но путь ей преградил третий из компании. Он широко расставил руки и улыбнулся остатками зубов:

- Зря ты забрела в наши трущобы! Надеюсь, согласишься остаться с нами и немного поразвлечься!

Мутные гноящиеся глазки бесстыдно рассматривали незадачливую путешественницу. Грязная рука потянулась к ее груди. Девушка с отвращением отшатнулась и достала нож, странный шепот вокруг заставил ее обернуться. Вампиршу окружала толпа калек и прокаженных. Несчастные попрошайки, взывающие о милости на ступенях храмов, теперь напоминали стаю голодных волков, окружившую одинокого путника.

Содрогнувшись от мысли, что кто-то этих из гниющих заживо существ может дотронуться до нее, Кера крепко сжала в руках свое единственное оружие и в отчаянии выкрикнула:

- Не приближайтесь ко мне, если хотите жить!

Заметив острые клыки, нищие отшатнулись, но тут же стали медленноподступать к девушке.

Танос почти бежал, не обращая внимания на упреки кузена. Он решил срезать путь до квартала Сан-Марко через городские трущобы. В это мрачное место, где обитали отверженные города на воде, даже днем не согласился бы сунуться ни один приличный горожанин. Однако двое мужчин в темных плащах и низко накинутых капюшюнах спокойно продолжали свой путь среди полуразрушенных домов и узких каналов с плавающими по ним отбросами и нечистотами. Местные жители, охотно избавляющие случайых прохожих от всяких ненужных вещей, вроде кошельков или украшений, не решались приближаться к незнакомцам, чувствуя в них непонятную угрозу.

- Ну и что ты будешь делать? – на бегу поинтересовался Ренцо.- Вызовешь на бой этого «Голиафа»? Так ты уже убегал от него, только пятки сверкали!

- Если понадобится, вызову! –скрипнул зубами Танос и зашагал еще быстрее.

- Не слишком разумное решение. Лучше бы тебе поговорить напрямую с синьором Санторини, а еще лучше, чтобы на твоем месте был синьор Валентино.

- Не могу! Неизвестно, что они решат сделать с Керой. Может, уже куда упрятали!

- Ты всегда был нетерпеливым! Донна Марта рассказывала, что ты даже родился слишком быстро. Так торопился появиться на свет, что сбил с ног бедную повитуху! – усмехнулся Ренцо.- И зря ты так беспокоишься за девушку. Вряд ли родные будут так суровы с бедняжкой! И все же я хочу знать, что ты собираешься делать. Как ты попадешь в палаццо Санторини?

- Ренцо, ты же вырос в Венеции и задаешь такие глупые вопросы! – крепко сжатые губы Таноса наконец тронула слабая улыбка. – За эту неделю я изучил все чердачные окна и дымоходы в доме Эрнесто. Попасть внутрь мне не составит труда! Но что это за сборище уродов впереди?

Ренцо скривился от отвращения:

- Здесь приют городских попрошаек. В своем квартале они ведут себя, как хозяева, и могут быть очень опасны, для людей конечно. Кто-то решил срезать путь, но ему повезло меньше, чем нам. Давай свернем через мост, здесь так воняет, что можно задохнуться!

Танос упрямо помотал головой.

- Чтобы я, Танос Кратос, отступал перед этими отбросами? Ни за что! Эй, живые мощи, расступитесь!

Наследник клана храбро врезался в дурно пахнущую толпу, пинками прокладывая себе дорогу. Ренцо шел следом, держа наготове шпагу. Эта предосторожность оказалась совсем не лишней. Горбун с длинными сальными волосами замахнулся ножом в спину Таноса, но Ренцо проткнул его насквозь, брезгливо поджав губы. Танос не заметил его услуги. Отшвырнув последнего оборванца, он протянул руку перепуганной девушке в центре толпы и еле поверил своим глазам. Перед ним стояла Кера, злая и растрепанная, с блестевшими от слез глазами. Узнав его, она выронила стилет из вдруг ослабевших пальцев и с визгом бросилась ему на шею.

Не понимая, откуда она здесь взялась, счастливый Танос крепко прижал ее к себе. Узкая улочка опустела, обитатели трущоб шустро разбежались кто-куда. Последний, не такой проворный, еще извивался под сапогом Ренцо. У горла подрагивало острие шпаги.

Ренцо покосился на брата:

- Прикончить что ли, чтобы не мучился?

- Не пачкай оружие! – хищно усмехнулся Танос. – Слышишь червяк, запомни и передай своим дружкам, если еще вздумают нападать на прохожих, то я, Танос Кратос, позабочусь, чтобы здесь стало тихо, как на кладбище. Понял, ничтожество?

Перепуганный бродяга вскочил и бросился прочь, приговаривая: «Да, ваша милость, конечно, понял, как не понять…».

Ренцо с любопытством посмотрел вслед:

- Кажется, его я недавно видел с костылями на площади. Ну, голубки, куда теперь? Домой?

Танос задумался:

- Нет, домой пока не стоит. Кера, любимая, не хочешь познакомиться с моей старой нянюшкой?

Глава 21. Момент истины

Небольшая таверна у моста Риальто поразила алданцев тишиной, весьма непривычной после карнавала. Здесь почти не было посетителей, двое парней, по виду ремесленников, лениво тянули вино из глиняных кружек, да в дальнем углу широкоплечий детина о чем-то беседовал с высоким монахом в накинутом на самые глаза капюшоне.

Марио уверенно направился к этой парочке, алданцы поспешили за ним. Сидевший к ним спиной здоровяк обернулся, и Яромир узнал в нем Антонио.

- Доброго дня, синьоры!- радостно поприветствовал их слуга Марио.

-Здорово, приятель, но что мы здесь делаем? – сердито спросил Яромир. Монах скинул капюшон и широко улыбнулся, показав острые зубы:

- Как же я по вам соскучился, парни!

Гвардейцы охнули, и, уронив пару стульев, кинулись обнимать друга.

Марио заказал вина и терпеливо ждал, пока уляжется всеобщее возбуждение. Римар со смехом изучал наряд барона:

- Уж не собрался ли ты на самом деле уйти от мира?

Рюдигер невозмутимо ответил:

- Ну, подобные мысли меня посещали, однако хорошенько подумав, я не решился на такой подвиг, ведь многодневный пост – это непосильная задача для вампира.

Его слова и серьезный вид вызвали дружный хохот алданцев, к ним присоединился Антонио. Марио с тревогой смотрел по сторонам, надеясь, что их шумное общество не привлечет к себе излишнего внимания.

Рюдигер почувствовал, что вот-вот расплачется. Он слишком устал от непривычной для него роли изгоя и теперь не мог наглядеться на друзей. Как же он соскучился по самоуверенности и отваге Яра, вечному любопытству Важека и чуть грустной улыбке Римара. За столько лет все они стали практически семьей, узы связавшие их, посильнее кровного родства, и он в очередной раз в этом убедился! Вот только почему в их смехе проскальзывает что-то наигранное и чуточку фальшивое, а в глазах прячется тревога, несмотря на широкие улыбки? Впрочем, за несколько дней в бегах он стал мнителен, как старая дева. Рюдигер отпил из глиняной кружки кисловатого терпкого вина и улыбнулся Яромиру:

- Вы правильно сделали, что не взяли с собой женщин, но я все же ужасно соскучился по Лизхен. Как там она?

Римар застыл с открытым ртом, Яромир опустил глаза, и только Важек неуверенно кивнул.

Рюдигер с удивлением следил за ними, пытаясь угадать, в чем причина их смущения. Наконец Яромир нарушил затянувшееся молчание:

- Видишь ли, в чем дело… Лизавета пропала сегодня утром…

- То есть как это пропала? Ты верно шутишь!

- Нет, это правда. – Яромир смело встретил взгляд друга. – Она пропала сразу после завтрака. Последней, кто ее видела, была служанка, накрывающая на стол.

Рюдигер понял, что сходит с ума. То, чего он так боялся, все же случилось. Неизвестный враг все же нанес удар, лишив его самого дорогого, и теперь он беззащитен перед ним….

Не надо было слушать Марио, а следовать велению сердца. Кого теперь винить в своей беде, друзей за то, что не уследили, или себя за то, что поддался уговорам, заглушив внутренний голос, кричавший об опасности, что угрожает любимой?

Яромир опустил руку ему на плечо:

- Мы снова вместе, и мы найдем ее!

Слуга кардинала решительно понялся с места:

-Не стоит терять время! Всегда остаются следы. Мы должны вернуться в дом синьора Кавалли и опросить всех слуг и хозяев. Не может быть, чтобы никто ничего не заметил!

Вообще-то я хотел порадовать вас известием, что с барона фон Шлотерштайна сняты все обвинения, но теперь это уже не столь важно…

- Нет-нет, -воскликнул Важек,- мы все сгораем от нетерпения, желая узнать, почему власти сменили гнев на милость, но думаю, подробности можно узнать и по дороге. Мы как смогли, допросили слуг, но вам, синьор Эспозито, может открыться намного больше!

Растерянные домочадцы Джованни Кавалли, волнуясь и путаясь, отвечали на вопросы Марио Эспозито.Хозяин дома был несказанно расстроен неприятным проишествием. Он так старался сделать отдых принцессы незабываемым, и, кажется, Ее Высочество действительно долго будет помнить о днях, проведенных его доме.

Прислуга в один голос твердила, что никто из посторонних не входил в палаццо до самого обеда. Да и баронессу последней раз видели спешащей в свою комнату. Никто не заметил, как она покинула особняк.

Неожиданно в гостиную зашел Николо и замер на месте, не сводя возмущенных глаз с барона.

- Почему он здесь, а не в тюрьме? Что все это значит? Убийца разгуливает на свободе и даже осмелился заявиться сюда. Сколько же стоит твоя свобода? Только меня купить не получится!

Рюдигер успел перехватить руку юноши как раз в тот момент, когда тот собирался выхватить кинжал из ножен. Грубо встряхнув наследника Кавалли, он прижал его к стене и прорычал:

- Что ты с ней сделал, мальчишка?

Парень пытался вырваться из медвежьих лап алданца, но ему не удалось даже повернуться. Стараясь не смотреть на перекошенное от гнева лицо вампира, Николо прохрипел:

- С кем, о ком ты спрашиваешь, дикарь?

Рюдигер опомнился и немного ослабил хватку, однако не отпустил юношу:

- Я говорю о моей жене, она пропала, и я склонен думать, что без тебя здесь не обошлось. Ведь ты ненавидишь меня и мечтаешь о мести!.

Николо, ошарашенный тем, что превратился из пострадавшего в обвиняемого, покраснел:

- За кого ты меня принимашь. Чтобы я мстил женщине?

Римар и Важек изо всех сил пытались оттащить барона от бедняги.

- Рюг, оставь его. Разве ты не видишь, что твоя Лизхен легко показала бы ему, чем наши женщины отличаются от местных! К тому же он честный парень и не способен на подлость.

Рюдигер сделал над собой усилие и разжал руки. Растрепанный Николо зло посмотрел на вампира и одернул камзол.

Марио, испугавшись, что распросы свидетелей закончатся жестокой дракой, поспешил вмешаться:

- Друзья, прошу вас, сохраняйте спокойствие! Я думаю, что синьор Николо имеет право услышать последние новости! Давайте-ка присядем, и я расскажу вам все, что сумел узнать …

Дослушав Марио до конца, молодой Кавали беспомощно взглянул на алданцев:

- Аманду отравили? Но кто? Кто ненавидел ее настолько, что желал смерти?

Марио уверенно заявил:

- Я думаю, что речь идет о мести семье Гримальди, ведь до замужества женщина носила именно эту фамилию!

- Месть?! Но причем здесь Аманда?

- Ну, вам, как уроженцу Венеции, должна быть хорошо известна печальная история семейства Моретти! У меня есть все основания подозревать, что кто-то пытается отомстить Гримальди за разорение семьи. Я думаю, что это младший Моретти, отвергнутый жених бедной Лючии.

Николо расстегнул воротник камзола, ему вдруг стало не хватать воздуха.

- Но этого не может быть…

- Почему же?- удивился Марио.

- Да потому что Джеронимо Моррети недавно вернулся в город. Чтобы избежать слухов, он взял фамилию своей матери, Бергамо! За семь лет в чужих краях он восстановил свое состояние и даже выкупил палаццо, принадлежавшее его семье.

И вы хотите убедить меня, что мой друг… Нет, он не мог отравить Аманду!

Николо растерянно замолчал.

- Джеронимо Бергамо? – недоверчиво переспросил Марио.- Звучит невероятно, но если это так, то многое становится ясным! Ведь он всегда был рядом и знал о всех наших планах! Если бы вам, синьор Николо, было известно о ее роли в этой истории, то вы бы не были столь уверены в его невиновности. Ваш друг ненавидел Аманду! Из-за ее предательства влюбленных разлучили, и Джеронимо пришлось покинуть Венецию!

- Синьор Бергамо отравил эту женщину?– Рюдигер вскочил с места и в волнении прошелся по гостиной. – Но тогда, выходит, и украшение подкинул тоже он! Но Джеронимо искренне пытался мне помочь! Ничего не понимаю…

- Пытался помочь, чтобы отвести от себя подозрение! – воскликнул Яромир. – А мы быстро купились на его заботу и помощь! Я уверен, что Лизавету похитил именно он, больше некому! Этот Бергамо вечно на нее пялился, вполне мог и украсть!

- Джеронимо все еще не мог забыть свою невесту, а баронесса очень похожа на Лючию… - Николо наконец опомнился от потрясения. – Он часто говорил об этом. Но я не думал, что он может решиться на похищение!

- Может, хватит разговоров? Нам известен дом негодяя, так почему же мы еще здесь? – Яромир поднялся с места. – Николо, вы с нами?

Наследник Кавалли коротко кивнул, на его бледном лице читалась отчаянная решимость.

- Синьоры, синьоры, наберитесь терпения! Хочу напомнить, что мы имеем дело не с обычным врагом! – Марио поднял руки, призывая к спокойствию. - Я думаю, что мы наконец нашли того, кто повинен в жестоких убийствах во время карнавала, и призываю всех к осторожности!

- Джеронимо убивал этих женщин? Может не стоит все валить в одну кучу?- попытался возмутиться Николо.

- О, поверьте синьор Кавалли, у меня есть все основания обвинять вашего друга. Но давайте лучше послушаем Энцо, у него явно есть свежие новости! – Марио улыбнулся появившемуся в дверях комнаты младшему дознавателю.

Блондин сообщил все, что успел разузнать о жителях дворца с фасадом из цветного мрамора. Палаццо обитаемо, из широких труб на плоской крыше идет дым. Внутри определенно есть живые люди, ведь и мясник и молочник исправно поставляют в дом свои товары. Все расчеты ведет здоровый детина с абсолютно черным лицом. Мавр сильно коверкает итальянские слова, но его нельзя обмануть даже на сольдо.

-Мавр? - недоверчиво переспросил Антонио.

- Ну да, чернокожий, - спокойно пояснил Энцо, - в Венеции полно таких рабов.

Марио с плохо скрываемым торжеством поглядел на собравшихся:

- Я просто уверен, что мы подошли к самой разгадке! Баронессу уже пытались похитить, и это был именно чернокожий!

Николо недоверчиво переспросил:

- Чернокожий - слуга Джеронимо? Но мой друг пытался задержать мавра и даже был легко ранен!

- Вот именно,легко! Разыграли нас, как детей малых! -вспылил Яромир. - Ну да ничего, теперь наша очередь шутить! Верно, Рюг?

Вампир не ничего ответил, только сжал кулаки,так, что побелели костяшки пальцев

* * *

Лиза перестала понимать, сколько времени она провела в своей роскошной тюрьме.Ей не хватало воздуха, здесь было непривычно жарко, и очень хотелось пить. Однако молодая женщина не притронулась к подносу с едой и воде в хрустальном графине. Очевидно, она задремала и не видела, кто принес еду в ее темницу. Украшенная вычурной резьбой дверь потеряла несколько дощечек, но наружный запор был сделан на совесть. Возмущенные крики узницы терялись в стенах, обитых красивой тканью, свечи в серебряном подсвечнике быстро догорали, грозя оставить ее в полной темноте.

Лиза присела на мягкий ворс ковра и обхватила колени руками. Её охватило отчаяние, глаза наполнились слезами. Что-то тихонько щелкнуло, и узница встревожено подняла голову. В верхней части двери открылось маленькое окошечко. Кто-то внимательно наблюдал за ней. Лиза подскочила к двери стремительно, словно дикая кошка, и попыталась выцарапать шпиону бесстыжие глаза. Наблюдатель поспешно отшатнулся от двери, но Лиза успела узнать синьора Бергамо, что так вероломно заманил ее в эту клетку. Рассерженная неудачей, женщина плюнула негодяю в лицо, но плевок не достиг цели, повиснув сосулькой на рукаве камзола.

- Ну зачем же так, милая синьора? Разве я желаю вам зла?

- Что тебе нужно от меня, трус? - узница сердито поджала губы.

Джеронимо осторожно приблизился к двери на безопасное расстояние.

- Скажем так, я не в силах расстаться с вами. Но не слишком обольщайтесь на свой счет. Я не особо очарован вашей грубостью и ужасными манерами.

Тут он был вынужден прерваться и отступить на пару шагов, поскольку Лиза снова повторила свою попытку.

- Хорошо, я расскажу, в конце концов ты имеешь право знать. – итальянец повернулся спиной к собеседнице, и Лиза видела лишь темный силуэт в слабом свете факелов. Мужчина медленно заговорил:

- Иногда те, кого мы любим, уходят навсегда. Нам обещана встреча за чертой, но ждать так невыносимо долго! Можно попытаться приблизить встречу, у того, кто потерял все, не дрогнет рука оборвать свою жалкую жизнь. Но что, если пути разойдутся и там? Но выход есть! – мужчина резко обернулся, и теперь уже Лиза отшатнулась от двери, так страшно блестели глаза безумца.

- Я потратил много времени на путешествия. Скупая слоновую кость и черное дерево, я забирался в самые дикие и безлюдные места, обследовал разрушенные храмы, где в незапамятные времена язычники поклонялись отвратительным идолам. Почти все мои спутники погибли от отравленных стрел, болотной лихорадки и диких зверей, но я все же нашел! В самом сердце джунглей в развалинах древнего храма я нашел древний фолиант. В нем рукой безумного жреца и человеческой кровью вместо чернил записан способ вернуть душу в мир живых.

-Да ты сошел с ума! – в отчаянии выкрикнула Лиза. Но Джеронимо, кажется, не слышал ее. Он улыбался.

- Способ есть, пусть и не слишком милосердный. Но для того, кто потерял все, годится и он! Душе нужно новое тело. Твое, я думаю, вполне подойдет!

- Ты сумасшедший, не смей приближаться ко мне! Шпагой продырявлю! – Лиза еще раз попыталась плюнуть ему в лицо, и на этот раз достигла цели.

Но безумец не обратил на это должного внимания. Он продолжал:

- Ты очень похожа на Лючию. Твои волосы, фигура, даже походка и выбор маски для карнавала… Единственное, что раздражает, твой строптивый нрав.

- Рюдигер убьет тебя, если у меня не получится! – невежливо перебила его пленница.

Джеронимо громко расхохотался:

- Твой кровопийца слишком жалок по сравнению с теми силами, что стоят за моей спиной. Если он сунется сюда, он обречен! Если это подобие человека дорого тебе, молись, чтобы он никогда не нашел тебя!

Факелы ярко вспыхнули и погасли, окошко захлопнулось, оставив женщину наедине с тревожными мыслями. Лиза принялась колотить ногой по двери, пытаясь выместить на ней всю злость и отчаяние. Наконец это бессмысленное занятие утомило пленницу, и она уныло поплелась к кровати. Вдруг Лиза замерла, пытаясь определить навязчивый запах, заполнивший небольшую комнату. Где-то наверху жгли сухую траву, и невыносимая вонь проникала вниз через потайные отверстия в потолке. Дым ел глаза, от него першило горло, и становилось трудно дышать. Узница рванулась к двери, почувствовав, как перехватывает дыхание и темнеет в глазах. Ноги подкосились, и она упала на мягкий ворс ковра, потеряв сознание.

Почти в ту же минуту окошечко в двери приоткрылось, кто-то по ту сторону убедился, что отчаянная пленница теперь не опасна. Пригнувшись, в комнату зашел огромный чернокожий. Он злорадно усмехнулся, взглянув на лежащую без сознания женщину, и легко поднял ее на руки.

Рассказ Энцо вызвал бурные споры. Рюдигер требовал немедленно отправиться в палаццо и арестовать синьора Бергамо и его слугу. Яромир, Римар и Важек также сгорали от нетерпения, но Марио охладил их пыл.

- Синьоры, синьоры, я хорошо понимаю ваше возмущение, но прежде всего нам нужны доказательства. То, что хозяин дома имеет чернокожего слугу, и то, что Гримальди нанесли ему смертельную обиду, еще не может быть доказательством его преступлений.

- Я не понимаю вас, Марио. Вы что, предлагаете ждать, когда в каналах всплывет очередной труп? – нахмурился Яромир.

Побледневший больше обычного Рюдигер поднялся с места.

- Лично я больше ждать не собираюсь! Один раз я уже послушал вас…

Синьор Эспозито схватил вампира за руку:

-Рюдигер, прошу вас, дослушайте меня до конца! Мы не можем просто так схватить преступника, но сегодня вечером мы проникнем в его дом, освободим вашу жену и найдем нужные нам доказательства! По словам людей Энцо, хозяин дома и слуга каждый вечер покидают палаццо. Поскольку никто и словом не обмолвился ни о кухарках, ни о какой другой прислуге, то мы просто дождемся, когда дом в очередной раз останется без присмотра.

Слуга кардинала умоляюще посмотрел на барона:

- Я понимаю, что вам сейчас нелегко, но все же потерпите еще немного!

Получив благословление принцессы Шарлотты, оставив необходимые распоряжения охране и с трудом успокоив Лану и Элину, алданцы еле дождались вечера. Они устроились на чердаке трехэтажного дома, сменив людей Энцо, и не сводили глаз с особняка. Но сегодня все из усилия были напрасны. Время шло, но из дверей палаццо никто не появлялся. Наконец Яромир не выдержал:

- Еще немного, и мы здесь уснем! Пора нам нанести визит синьору Бергамо!

Все с радостью с ним согласились. В сгустившихся сумерках друзья переправились на другой берег и, загнав лодку в проход между домами, осмотрелись. На нижних окнах, которые располагались почти вровень с водой, были надежные решетки. Рюдигер, не слушая встревоженного шепота Антонио, воспользовался одной из них и вскарабкался на плохо различимый в сумерках каменный выступ. С него он перебрался на небольшой балкончик и перекинул друзьям веревочную лестницу. Марио забрался первым, за ним последовали Яромир, Антонио и Римар, и, наконец, Николо и Важек.

Немного поколдовав над сомкнутыми створками витражного окна, Марио гостеприимным жестом распахнул их. Внутри было темно и подозрительно тихо. Лунный свет слабо пробивался через цветные стекла, но взломщики предусмотрительно вооружились масляными фонарями.

-Такой огромный дом, и никого. Это странно… - произнес Важек громким шепотом. Марио предложил разделиться и, обходя каждый этаж, постепенно спускаться вниз.

Яромир с Рюгом заглядывали в каждую комнату вдоль коридора. Двери бесшумно отворялись, являя любопытным взорам просторные комнаты. Полы покрывал слой пыли, мебель была закрыта чехлами.

Марио и Антонио блуждали этажом ниже. Если бы алданцы поделились своим мнением о пыльных залах и отсыревших потолках, то посланец кардинала несказанно удивился бы. Даже в тусклом освещении масляной лампы убранство дворца поражало небывалой роскошью.

Потолок поддерживали резные мраморные колонны. Люстры на двенадцать свечей из хрусталя и цветного стекла причудливо мерцали, отражая слабый огонек лампы. Под ногами поблескиваи мраморные плиты. Вдоль стен уютно расположились небольшие диванчики с мягкими сидениями. Сами стены украшали картины и небольшие изящные светильники.

Марио нырнул под полукруглую арку в античном стиле и очутился у начала невысокой лестницы, сделанной из мрамора телесного цвета и украшенной изящной резьбой. Её ступени привели его в просторную комнату. Пол здесь был выложен разноцветными плитами, складывающимися в веселый узор. Его внимание привлекло странное прямоугольное сооружение из красного камня, по краям украшенное небольшими колоннами такого же цвета. Посветив в середину непонятного строения, Марио увидел углубление, выложенное керамической плиткой.

Кажется, он забрел туда, где хозяева совершали омовение, снимая с себя груз дневных забот и усталости. Вдруг ванна стала наполняться темной жидкостью, которая постепенно поднималась вверх и, наконец, выплеснулась через край. Марио поспешно отскочил, словно ошпаренный, и поднес к глазам руку, которой опирался на холодный мрамор. Пальцы были покрыты чем-то красным и липким. Дрожащим голосом твердя слова молитвы, он снова заглянул в купальню – ее дно было сухим и чистым, однако отпечатки пальцев на краях ванны ясно говорили о том, что это ему не привиделось.

Рюдигер настойчиво обследовал все комнаты на своем пути, не замечая, что его друг уже давно добрался до конца коридора. Яромир считал толстый слой пыли на полу достаточным доказательством того, что сюда уже много лет никто не заглядывал. Но барон фон Шлотерштайн проявил удивительное терпение, если не сказать занудство, и Яромир улизнул от него, чтобы не ссориться по пустякам. Сейчас он стоял в середине просторной залы и с любопытством рассматривал роскошное убранство. Деревянные планки, которыми бал отделан потолок, складывались в правильный узор, напоминающий пчелиные соты. Из них, словно соцветbя гигантcких цветов, спускались люстры из хрусталя. Стены украшали огромные картины с сюжетами из античных мифов. Изображенные на них люди казались почти живыми в свете масляной лампы, и Рюдигер опустил глаза.

По паркету шла цепочка следов, упирающаяся в камин. Следы вели лишь в одну сторону, что заставляло подумать о потайном ходе. Барон уже взялся за ручку заслонки, но тут его отвлек крик Николо. Парень просил о помощи. Вампир выскочил в коридор и в недоумении остановился. Здесь никого не было.

-Помогите – хрипло позвал юноша откуда-то снизу. Сделав пару шагов на звук голоса, Рюдигер застыл на месте. Лепные перила, ограждающие коридор, в одном месте были разбиты. Николо, видимо, не заметил этого и оступился. Теперь он из последних сил цеплялся пальцами за край. Барон наклонился и вытащил юношу наверх.

- Как же тебя угораздило? – недовольно поинтересовался подбежавший Яромир.

- Фонарь погас… – опустил глаза Николо. – И еще… Я видел Аманду…

Яромир хотел резко отчитать молодого Кавалли, но передумал.

- Зря ты с нами увязался, ну да теперь поздно об этом жалеть. Держись поближе к Рюгу

и если еще кого увидишь, хоть мать родную, хоть архангела Михаила, не верьглазам своим!

Рюдигер уже хотел рассказать о своем открытии, но звон разбитого стекла заставил друзей поспешить на второй этаж.Римар окликнул Важека, решив поторопить друга. До сих пор им не втретилось ничего интересного, и пора было спуститься вниз к месту встречи. По мраморному полу вдруг быстро протопали чьи-то маленькие ножки. Впереди мелькнула детская фигурка в белом платьице, и граф Забельский, как зачарованный, устремился за девочкой, неизвестно откуда появившейся в пустом коридоре. Малышка скрылась в одной из комнат, и Римар вбежал следом. Дверь захлопнулась. Важек попытался войти следом, но не смог. Дверь словно приросла к косяку.

Римар быстро оглядел комнату, освещенную серебристым лунным светом, и заметил маленькую фигурку, жалобно всхлипывающую в углу. Сердце защемило от жалости к неизвестному ребенку и тоски по оставшейся дома дочери. Не задумываясь, откуда здесь появилась маленькая девочка, он смело подошел к ней и погладил по светлым волосам.

- Не плачь, милая! Может, расскажешь, что случилось?

Ребенок последний раз всхлипнул, и обернулся к нему. Римар растеряно рассматривал бледное лицо с низким лбом и скошенным подбородком. Странное создание растянуло толстые губы и засмеялось хриплым лающим смехом. Римар поспешно отскочил назад, но маленький монстр протянул к нему неожиданно вытянувшиеся руки, пытаясь схватить за горло. Римар быстро выхватил клинок из ножен и одним ударом отсек кисть. Существо взвыло тонко и жалобно, и, усевшись на пол, принялось рассматривать кровившую культю.

Молодой человек с удивлением заметил, что теперь оно снова напоминает обычного ребенка. Пока он собирался с духом, не решаясь нанести последний удар, оборотень вдруг оскалил острые кривые зубы и прыгнул на человека. Мелкая тварь пыталась вцепиться в горло, Римар изо всех сил сопротивлялся, стараясь не смотреть в горящие адским огнем глаза существа. Удары кинжалом не причиняли ему особого вреда. Проклятая тварь была намного сильнее взрослого мужчины, и Римар понимал, что долго не продержится.

Оконное стекло жалобно звякнуло и осыпалось на паркет. Краем глаза Римар увидел огненно рыжие кудри. На лицо ему брызнула вода, затем резко запахло паленым, и вцепившаяся в него тварь ослабила хватку и заверещав, сползла вниз. Пошатываясь, граф Забельский поднялся на ноги и увидел Лану. Жена Важека бросила на пол пустую склянку и достала из сумки на плече новую. Быстро выдернув пробку, она вылила содержимое на еще шевелящегося монстра, и он превратился в вонючую лужицу.

Рыжая вампирша наконец обернулась к Римару:

- Святая вода, взяла у Антонио. Думаю, он не будет против. А где Важек?

Важек в отчаянии ломился в дверь, уже не надеясь увидеть друга живым. Дверь вдруг распахнулась, и молодой человек влетел в комнату, едва не сбив с ног удивленную супругу. Он благоразумно не стал расспрашивать, что она тут делает и как сумела их отыскать. Лана, напротив, сердито напустилась на него:

- Неужели ты думал, что я буду спокойно сидеть за вышивкой, пока вас пытаются сожрать разные твари?

В этом месте Римар закашлялся, поскольку еще ни разу не видел дикарку за рукоделием. Лана вдохновенно продолжила:

- Хорошо еще, что выследить такую толпу олухов совсем нетрудно! Не успей я во время, не знаю, смогла бы Элине в глаза смотреть.

Римар, сгорая от стыда, пробормотал слова благодарности, а Важек со вздохом попросил прощения, восхищаясь женской уверенностью в собственной правоте. Вампирша нетерпеливым жестом прервала его и приложила палец к губам.

- Кто-то идет, - шепнула она. Звуки шагов приближались, и наконец из-за поворота показались Яромир, Рюдигер и Николо. Яромир недоверчиво уставился на Лану:

- Важек, мне не почудилось, это действительно твоя жена?

Лана сердито огрызнулась:

- Если ты что-то имеешь против…

Но Яромир усмехнулся:

- Нет, я совсем не против острых глаз и быстрого клинка. Думаю, что все со мной согласны. Просто прошу, не забывай об осторожности.

Рюдигер поинтересовался, куда пропал Марио с помощником. Все растерянно принялись оглядываться по сторонам, ведь охотник должен был первым добраться до нижних этажей.

Глава 22. В гостях у смерти

Старая Ксандра, недовольно ворча, поспешила к двери, которая трещала от сильных ударов.

- Уже иду, да кто же там такой нетерпеливый!

Отодвинув засов, она увидела сына Валентино Кратоса. Из-за его плеча робко выглядывала хорошенькая девица.

- Синьор Танос?! – растерялась Ксандра, не зная, чего ожидать от незваного гостя. К Медее она испытывала искреннюю привязанность, но ее младший брат еще в детстве был настоящим чудовищем, несмотря на ангельскую внешность. Достаточно было взглянуть на шрамы от укусов, покрывающие ее руки до самых локтей, чтобы понять, что присматривать за этим милым ребенком было непросто.

Ксандра с облегчением вздохнула, когда ее подопечный подрос и обратил внимание на молоденьких служанок, менявшихся в доме так быстро, что она не успевала запомнить их имена. Честно говоря, она надеялась, что жестокий и избалованный мальчишка станет добычей охотников или столкнется с врагами из другого клана. Но судьба, а может рано ушедшая мать, хранила Таноса, и он благополучно выпутывался из самых нелепых и опасных ситуаций. Впрочем, получив от Медеи долгожданную свободу, Ксандра и думать забыла о ее брате, и вдруг он явился среди бела дня да еще с незнакомой молоденькой вампиршей. Гостья совсем по-человечески смущалась и пряталась за парня.

- Милая Ксандра, будь другом, приюти, пожалуйста, эту синьорину на пару дней!

Подобная вежливость была настолько не в духе молодого Кратоса, что Ксандра застыла на месте с открытым ртом. Довольный Танос смело зашел в дом, таща за собой девушку.

- Я знал, нянюшка, что ты не откажешь! Это Кера, будущая синьора Кратос! Пока я не вернусь, никто не должен знать, что она здесь!

-Ох, не нравится мне все это, господин! Во что вы опять ввязались? Кто эта девица? – пожевала губами старуха.

- Я уже сказал, моя будущая жена. Так получилось, что сейчас я могу довериться только тебе! Кстати, ты давно видела сестру?

- Пару дней назад она забегала. У госпожи золотое сердце, вам очень повезло с сестрой, синьор! – Ксандра благоразумно умолчала о странном госте, которого просила приютить Медея.

- А она случайно не доверяла тебе никакие сердечные тайны? – Танос внимательно посмотрел на бывшую рабыню, но старуха покачала головой.

- Да кто я такая, чтобы делиться со мной секретами! Но вашу тайну, господин я никому не выдам, можете не волноваться!

Танос отвел Керу в сторону:

- Любимая, сейчас я должен убедиться, что c сестрой все в порядке, и поэтому ты подождешь меня здесь!

Вампирша чуть улыбнулась:

-Не думала, что ты попросишь помощи у человека! Это на тебя не слишком похоже.

- Здесь тебя точно не будут искать! Я надеюсь, что ты даже заскучать не успеешь! – он быстро поцеловал Керу и вышел за дверь.

Ксандра подошла к растерянной девушке и осторожно тронула за плечо:

- Пойдемте, госпожа, я покажу вашу комнату! Ох, не мое это дело, но давно ли вы знаете синьора Таноса?

Захлопнув дверь мастерской масок, Танос спустился к причалу, где получил выговор от почти задремавшего Ренцо. Братья поспешили домой, надеясь застать там Медею, но девушка до сих пор не появлялась. Гоня прочь тревожные мысли, Танос принялся расспрашивать слуг, и неожиданно его труды увенчались успехом. Насмерть перепуганный парень, запинаясь, рассказал, что прошлой ночью отвозил госпожу сначала в мастерскую масок, а затем к палаццо Кавалли. Там они взяли на борт пассажира,по описанию очень похожего на ненавистного алданца, а затем посетили таверну « Морской конь». Оттуда госпожа вышла одна и приказала доставить ее домой. Однако в двух кварталах от дома Медея остановила лодку и сказала, что немного прогуляется.

- Почему ты оставил ее одну? – заорал наследник клана. Несчастный слуга упал на колени. Бедняга низко опустил голову, чтобы не видеть безумных горящих глаз и оскаленных клыков, и без конца повторял:

- Пощадите, господин, не убивайте!

Ренцо поспешил вмешаться:

- Танос, он ни в чем не виноват, раб должен подчиняться.

Танос глубоко вздохнул, стараясь избавиться от желания свернуть бедняге шею.

- Да, ты прав, но где же нам искать ее? И она все же встречалась с алданцем! Уверен, что он приложил руку к ее исчезновению!

Ренцо задумался:

- Непонятно, зачем ей понадобилось помогать алданцу, но спросить не у кого. Он сам в бегах! Лучше давай вернемся туда, где она оставила лодку, Может, найдем какие-нибудь следы!

Братья захватили с собой еще одного дальнего родственника. Невысокий, быстрый, как ртуть, Лучиано охотно согласился помочь в поисках Медеи.

Втроем они обшарили каждый угол рядом с тем местом, которое указал слуга, но не нашли даже малейших следов. Танос присел на ступеньки, ведущие к воде, и задумался. Впервые за двадцать три года своей беззаботной жизни он боялся до дрожи в коленях. Исчезновение Медеи не на шутку встревожило его. Слишком привыкли дети Черной Звезды чувствовать себя полновластными хозяевами ночного города, не опасаясь враждебных кланов или самоуверенных охотников. Кто-то посмел бросить вызов семейству Кратос, или сестра решила исчезнуть по собственной воле?

Танос проклинал себя за то, что занятый своими проблемами, не интересовался, куда спешит она вечерами. После возвращения с острова Тайн они разошлись в разные стороны, их пути почти не пересекались. Идея с тайным любовным приключением теперь не казалась ему такой уж невероятной, но внутренный голос кричал, что Медее угрожает опасность.

- Не понимаю, куда же она могла исчезнуть. Словно растворилась в воздухе…

Его троюродный брат Лучиано не слишком тактично ляпнул:

- Женщинам сейчас лучше не выходить в одиночку. Или ты не слышал о Черной маске?, В городе только и разговоров, что о жестоких убийствах. Люди слышат голоса, зовущие их в ад, кто-то сводит счеты с жизнью, а кто-то бросается с ножом на близких, словно принося их в жертву неизвестному демону…

Танос схватил хрупкого парня за плечи:

- На что ты намекаешь? Да ведь она одна из нас! Что с ней может случиться? Какой-то ненормальный человечишка не может причинить вред моей сестре!

Ренцо с трудом оторвал Кратоса от кузена:

-Это ты ненормальный! Что ты на него набросился? К тому же Лука не так уж и не прав! Это действует не только на людей.

Танос отпустил наконец перепуганного Лучиано и, не обращая внимания на сердитую ругань, недоверчиво посмотрел на Ренцо:

- Ты что веришь в эти старушечьи сказки?

Ренцо неожиданно покраснел и опустил глаза:

- Да как тебе сказать? Я не особо верил, пока вчера, возвращаясь от Валерии, чуть не прыгнул в воду с моста. Мне почудился голос, что звал меня по имени…

Танос покачал головой:

- Ничего себе! Ты ничего нам не рассказывал. Может, ты был пьян?

Ренцо, наконец, потерял терпение:

- Когда же ты научишься слушать, что тебе говорят? Клянусь Трехликой, все так и было!

Танос похлопал друга по плечу:

- Не злись, уже верю! Но где же этот мост? Может, сходим туда или тебе страшно?

Ренцо откинул со лба прямые черные волосы и натянуто улыбнулся:

- Перед церковью Мария Глориоза дель Фрази. И да, я боюсь.

Кратос потащил юношу к пристани, где была привязана их гондола:

- Не переживай, мы не дадим тебе утопиться.

Торопливо шагающий за ними Лучиано заметил:

- Если тебе интересно, то недавно оттуда выловили некого Рамона Дали, хозяина небольшой труппы бродячих актеров.

- Ты что заделался дознавателем в городской управе? – равнодушно бросил Танос.

- Нет, просто пытался выполнить приказ твоего отца – найти ядовитую змею в Венеции! Один из матросов купеческого судна признался, что привез парочку опасных гадов из Египта и уже сбыл одну своему старому знакомому, хозяину цирка. После этого синьора Дали никто не видел до вчерашнего утра.

- Змея ужалила его? - заинтересовался Ренцо.

-Или он сам прыгнул в воду на таинственный зов? – съехидничал Танос.

- А вот и нет! – довольно усмехнулся Лучиано – Его задушили и бросили в воду! Похоже, ядовитая тварь досталась кому-то бесплатно! Но мы уже пришли!

Изящный мост с каменными перилами пересекал небольшой канал, ведущий к Сан-Поло, площади перед церковью. Трое вампиров ступили на него, но не ощутили ничего необычного. Ренцо хмурился, напрасно он рассказал друзьям о своей слабости, похоже, ему никто не поверил. Их предводитель постоял на середине моста и даже отважно перегнулся вниз, но никаких призывов из канала не последовало. Разочарованный Кратос выпрямился и отвернулся от воды.

Внезапно он застыл на месте, увидев по правую руку от собора красивый дворец с круглым витражным окном, чей фасад был украшен разноцветной мозаикой. Именно это видение явилось к нему на острове Тайн. Танос словно наяву услышал скрипучий голос провидицы: «Здесь ты найдешь все ответы!»

- Эй, ты что заснул?

Ренцо слегка потряс друга за плечо, пытаясь вернуть к действительности. Кратос все еще не мог оторвать глаз от ставшего явью видения:

- Кому принадлежит это палаццо? Лучиано, Сан-Поло в ведении твоего отца. Ты должен знать!

Коротышка надул губы:

-Можно подумать, тебе известен каждый дом в Кастело! Может быть, я разочарую тебя, но я не знаю, кто хозяин этого дома, - тут он выдержал значительную паузу, с удовольствием наблюдая за возмущенным кузеном, и продолжил, - сейчас. Я знаю, что раньше палаццо принадлежало семье Моррети, но после разорения и смерти хозяина часто меняло владельцев.

- Ясно. – Танос легко соскочил с моста на берег. – Я хочу рассмотреть его поближе, разумеется, дом, а не хозяина, - пояснил он удивленным друзьям.

Гондола стукнулась боком о стену палаццо, и Танос обратил внимание на темное пятно на поверхности воды. Подтянув его веслом, он рассмотрел свою находку и до боли закусил губы: это была женская перчатка из черного кружева. Вещица принадлежала его сестре. Кратос обернулся к своим спутникам и, стараясь не выдать охватившей его паники, как можно более твердым голосом объявил, что они должны попасть внутрь дома.

Вдруг деревянное дно под ними опасно зашаталось. Вода в канале выгнулась дугой, словно спина морского змея, и лодка с тремя пассажирами взлетела вверх, словно щепка.Танос точно приземлился на небольшой балкончик, а Ренцо и Лука рухнули вниз и вместе с гондолой скрылись в бурлящем водовороте.

Он с трудом поднялся с мокрого пола и, вцепившись негнущимися пальцами в перила, посмотрел вниз. Бледная луна отражалась в блестящей, словно лакированной водной глади, темные окна соседних домов равнодушно смотрели на вампира, делая вид, что ничего не произошло.

Стараясь заглушить неожиданно проснувшуюся совесть, кричавшую, что это он виновен в гибели друзей, Танос повернулся к окнам. Витражи, горевшие на солнце яркими красками, ночью сливались в темное пятно. Приглядевшись более внимательно, Кратос понял, что окно приоткрыто. Словно в ответ на его мысли одна из створок бесшумно распахнулась, приглашая внутрь. Это напоминало ловушку, но он отбросил сомнения и легко перепрыгнул через подоконник.

Рюдигер поинтересовался, куда пропал Марио с помощником. Все растерянно принялись оглядываться по сторонам, ведь охотник должен был первым добраться до нижних этажей.Ночная тишина вдруг взорвалась проклятиями на итальянском, тяжелыми ударами и звоном разбитого стекла. Яромир выхватил палаш из ножен и оглянулся на друзей:

- Похоже, они нашлись. Ну что, поможем Ватикану!

Но алданцы сами бросились вперед, не дожидаясь его команды. Важек попытался призвать Лану к осторожности, но бывшая дикарка вырвалась вперед, не обращая внимания на его попытки. Ей не терпелось испробовать в бою свое новое приобретение – узкий меч, чей эфес, искусно сплетенный из металлических кружев, напоминал небольшую корзинку. Здесь такое оружие было в большой моде и называлось славянским мечом или скъявоной.

Рюдигер ударом ноги распахнул тяжелые двери, и на мгновение застыл на месте. Крепкие решетки, защищающие окна первого этажа, были безжалостно сорваны, и в разбитые окна, словно вражеская армия в сломленную крепость, хлынули люди. В жалких лохмотьях, оставшихся от одежды, кто-то босиком, кто-то в одном сапоге. Один пробежал совсем близко, задев барона плечом, и Рюдигер отшатнулся, увидев пустые глазницы и мелких крабов, висевших на одежде. В нос ударил тяжелый запах разложения. Незваные гости были мертвы, но это не мешало им быстро передвигаться. Оставляя мокрые следы на усыпанных осколками каменных плитах, они устремлялись вперед.

В разбитое окно хорошо просматривалась темная вода канала. Вдруг на поверхости медленно показалась голова, наполовину лишенная волос, и медленно стала приближаться к палаццо.

- Черт возьми, что это? – выругался барон.

- Утопленички. - мрачно усмехнулся Яромир. – Наш чернокнижник некромантией балуется

Он с размаха опустил палаш на вцепившуюся в подоконнику зеленоватую слизкую руку:

-Недаром от здешней воды так воняет! Не знаю, смогу ли теперь залезть в гондолу!

Рюдигер обернулся на звук стекающей воды и ударом ноги отправил очередного гостя назад. Мертвец упал на карабкающихся сзади товарищей, и вся компания плюхнулась в канал.

Выбравшаяся из соседнего окна дамочка осмотрелась единственным глазом и бодро заковыляла к барону. Она попыталась схватить его за руку, но Рюдигер отскочил в сторону и одним ударом снес голову. Тело в выцветшем желтом платье тяжело рухнуло на скользкий пол.

- Хороший удар! – похвалил Яромир. Из-за спины потянуло тухлятиной и, резко обернувшись, капитан гвардейцев воткнул палаш под ребра утопленнику. Еще довольно свежий мертвец в щегольском кафтане не обратил внимания на острый клинок в своем теле и попытался вцепиться в алданца острыми рыбьими зубами. Яромир выдернул палаш и отшатнулся назад, затем по примеру друга лишил тварь головы. Он оглянулся в поисках вампира, но тот был уже впереди, расчищая себе дорогу клинком.

Мертвяки целенаправленно ломились вперед, не обращая внимания на алданцев. Лана, обиженная таким равнодушием, выхватила из ножен скьявону и обрушила клинок на ближайщего утопленника.Не сразу, но ей удалось расшевелить неповоротливых покойников. Они наконец сообразили, что рыжая девица мешает двигаться к заданной цели, и окружили дикарку плотным кольцом. Важек охнул и, заработав клинком, кинулся супруге на помощь. Мертвые были безоружны и, словно звери, пытались вцепиться в противников почерневшими кривыми зубами, но Лана не давала им ни малейшего шанса, ловко орудуя скьявоной. На пол то и дело шлепались отрубленные кисти и пальцы. Важек проткнул пару утопленников насквозь, но это не причинило им никакого вреда.

Рядом с ними отбивались от врагов Римар и Николо. Посмотрев под ноги, юноша с отвращением заметил, что отрубленные конечности продолжают шевелиться и даже пытаются ползти. Мертвые пальцы слабо царапали его сапог, и Николо, скривившись, растоптал неугомонные останки. Они уже пробились в конец коридора.

Яромир и Рюдигер сдерживали мертвецов, давая друзьям возможность отхода.. Клинки друзей превратились в мечи правосудия, и головы то и дело шлепались на пол, словно гнилые тыквы. По каналу вдруг прошла рябь, вода поднялась высокой волной и схлынула, выкинув в разбитые окна новую толпу утопленников. Римар встряхнул уже уставшую руку и подмигнул младшему Кавалли. Лана покрепче перехватила скьявону готовясь встретить врагов. Важек нахмурился и постарался прикрыть упрямицу.

Медлительные утопленники вдруг бросились на алданцев, словно стая бешенных собак. Гнилые зубы ломались о стальные кольчуги, но они упорно продолжали наступать, не обращая внимания на потерю конечностей или глаз.

Рюдигер, стиснув зубы, рубил отвратительно воняющее воинство. Мысль о том, что Лизхен в плену у ненормального, способного управлять мертвецами, приводила его в бешенство. Яромир старался не отставать от друга. Неожиданно первый ряд противников расступился, давая дорогу настоящему великану. Громила в кирасе и шлеме городской стражи с синим лицом сжимал в распухших пальцах проржавевшую алебарду. Он явно сохранил остатки разума и умение владеть оружием.

Рюдигер попытался обойти гиганта, но утопленники сплотились вокругкольцом, оттеснив Яромира и заставляя принять бой на тесном пятачке. Великан колол в вампира алебардой, пытаясь проткнуть насквозь, но Рюдигер ловко уворачивался, стараясь обойти врага сзади, но покойники всякий раз настойчиво возвращали барона на место. Ноги скользили по мокрому мрамору, Рюдигер в очередной раз ушел от летящего в лицо ржавого лезвия алебарды.

У его противника был уже не один шанс прикончить его, но неповоротливый верзила почти намеренно замедлял движения и ослаблял удары. В мертвых глазах не было и тени мысли, и Рюдигеру показалось, что утопленник лишь чья-то марионетка. Кто-то со стороны наблюдал за этой схваткой и наслаждался его беспомощностью.

В ярости он нагнулся, уходя от мощного удара, и попытался достать великана клинком, но поскользнулся и упал на спину, больно приложившись головой о мраморный пол. Его противник решил наколоть вампира на алебарду, словно рыбу на острогу. Но Рюдигер быстро откатился в сторону, и лезвие лишь царапнуло пол. Зрители сжимали кольцо все сильнее, им уже наскучила эта потеха, и только воля чернокнижника удерживала их на месте, не давая наброситься на жертву и разорвать на клочки.

Лана изрубила в капусту двух последних противников и повернулась к друзьям. Важек и Римар брезгливо отряхивали клинки от прозрачной слизи и оглядывались в поисках новых врагов. Николо перестал понимать, находится ли он еще на грешной земле, или уже перешагнул границу потустороннего мира. Их команду утопленники почему-то оставили в покое, но столпились в середине коридора. Яромир рассержено пытался пробиться через толпу, а вот вампира нигде не было видно.

Алданцы бросились на помощь, безжалостно прорубая себе дорогу среди увлеченных зрителей. Мертвецы вышли из транса и с глухим рычанием набросились на врагов. Римар снес голову стоящему к нему спиной утопленнику, еще один бросился на алданца и вцепился зубами в предплечье. Важек, помня, что укус подобной твари может быть ядовитым, всадил кинжал в основание черепа, и мертвец разжал челюсти. Римара спасла кольчуга, одетая под куртку.

Впрочем, изучать раны было некогда, утопленники подступали со всех сторон, зато кольцо вокруг вампира разжалось. Великан упрямо долбил алебардой по мраморным плитам, не давая Рюдигеру подняться. Вампир наконец изловчился и подставил гиганту подножку. Мертвец, потеряв равновесие, рухнул, придавив ноги барона. Алебарда отлетела в сторону. Пока Рюдигер отчаянно пытался выползти из-под огромной туши, воняющей тухлой рыбой, Яромир подхватил ржавое орудие и и опустил на шею гиганта. Одного удара оказалось не достаточно, но после третьего голова отделилась, из обрубка быстро потеклая вонючая зеленоватая жидкость. Лана и Важек помогли Рюгу выбраться из-под тяжелого тела.

Отбиваясь от немногих уцелевших зомби, они вбежали в следующую секцию коридора, где Марио и Антонио все еще сражались с утопленниками. Неожиданно двери за ними захлопнулись, словно от порыва ветра. Противники итальянцев осели на пол скользкой вонючей массой, мгновенно разложившись. Антонио устало опустил топор, которым кололи дрова для очага, Марио вытер длинный меч о льняную скатерть. Рюдигер с интересом осмотрел блестящее лезвие, которое украшали строки из священного писания, а Яромир сердито набросился на итальянца с вопросами:

- Что здесь происходит? Откуда здесь ходячие трупы, да еще так много?

- На такую толпу каналов не хватит, - подтвердил Важек, тыкая кончиком сабли в зеленоватую жижу. Природное любопытство в нем боролось с отвращением. – И почему все так неожиданно прекратилось?

Марио пожал плечами:

- Для сильного колдуна не проблема оживлять мертвых, делать из них свои игрушки. Поднять небольшое кладбище – обычное дело для некроманта. Но видно мы оказались ему не по зубам, долго сопротивлялись, вот силы и закончились.

Лана сердито возразила:

- В Венеции нет кладбищ!

- Нет, это правда, но весной была вспышка неизвестной заразы. Люди падали на улицах. И дож приказал отправлять мертвых в каналы! – подал голос Николо Кавалли.

Римар поинтересовался:

- Куда теперь? Я бы хотел навестить этого кукловода!

Марио нагнулся и распахнул небольшую дверь. Ее можно было принять за вход в кладовку, но оттуда потянуло ощутимым сквозняком. Агент кардинала обернулся к друзьям:

- Я думаю, вход в подвал здесь. Обратного пути все равно нет.

Яромир перестал дергать входные двери и согласно кивнул:

- Похоже, об этом позаботились. Ну что же, они сами напросились. Мы с Рюгом пойдем первые. Надеюсь, никто не против?

Глава 23. Врата преисподней

Лиза очнулась от тяжкого забытья и осторожно открыла глаза. Со всех сторон ее окружало множество маленьких огоньков, их свет разгонял тьму, наполняя помещение приятным полумраком. С возмущением она обнаружила, что не может пошевелить и пальцем. Её руки обхватывали сзади холодные каменный столб, запястья грубо стянули прочной веревкой.

Стараясь не поддаваться панике, она постаралась осмотреться. Низко нависавший потолок поддерживали каменные колонны. Свет сотен свечей играл на зеленоватых от сырости стенах и отражался в темной воде, к которой вели скользкие ступени.Почти половина помещения представляла собой искусственный бассейн, и Лиза поняла, что находится на самом нижнем этаже дворца.

Дальше продолжить обзор мешали веревки, и она повернулась в другую сторону. Множество свечей на возвышении ярко освещали уродливую скульптуру из зеленоватого камня. Языческий идол, сочетавший в себе черты человека и морского чудовища казался удивительно правдоподобным. Фигура монстра отдаленно напоминала человеческую, но чешуйчатые лапы заканчивались острыми когтями. Словно в насмешку, из-за спины высовывались два небольших крыла, вряд ли способные поднять в воздух это нелепое создание темных сил. Венчала этот кошмар голова осьминога с огромными плошками глаз, широким клювом и зарослями длинных щупалец. Художник, воплотивший в камне свои больные фантазии, несомненно был очень талантливым, хотя и сумасшедшим. Лизе показалось, что серо-зеленые щупальца шевельнулись, и она с отвращением отвела глаза от скульптуры, пожалев, что так внимательно разглядывала ее. Вокруг было удручающе тихо, лишь потрескивали свечи, да время от времени вода начинала волноваться, мягко шлепая о ступени. Стараясь не задумываться о причине этих всплесков, Лиза попыталась ослабить веревки, но вскоре поняла бесполезность этой затеи, и в отчаянии затихла.

Неожиданно ее слух уловил странные звуки. Повернувшись вправо, насколько позволяли веревки, она увидела, что не одна здесь. Рядом с ней глухо постанывала еще одна пленница. Темное платье поблескивало золотым шитьем, лицо закрывала тяжелая масса черных волос.

- Эй, ты как там, жива? – не вытерпела Лиза, уж больно жалостные звуки издавала бедняжка.

Женщина вздрогнула и подняла голову, распахнув огромные черные глаза, в которых тут же вспыхнули знакомые красные огоньки. - Да ты вампирша! И как же ты попала к этим сумасшедшим?

Красотка облизнула пересохшие губы и что-то хрипло ответила на итальянском. Лиза старательно наморщила лоб, вспоминая немногие знакомые слова чужого языка:

- Не помнишь? Ну а имя свое хоть помнишь?

Бедняжка прокашлялась и ответила на вполне приличном немецком:

- Медея Кратос. Помню только удар по голове, очнулась уже здесь…

Лиза не могла отделаться от мысли, что это бледное лицо с огромными черными глазами ей знакомо. Услышав имя ,она принялась выворачиваь руки, пытаясь ослабить веревки:

-Так это ты.. Ты пыталась убить Рюга на празднике! Но почему?

Вампирша не отвечала, только упорно сверлила собеседницу угольно-черным взглядом. Лиза раздраженно переспросила:

- Ну что молчишь? Я тебя сразу узнала, хоть тут и темновато!

Медея гордо вздернула подбородок:

- Он чуть не убил моего брата, причем воспользовался серебряным оружием!

- Твоего брата? – непонимающе переспросила Лиза, затем вспомнила серебрянный стилет, который всадила в бок Таноса. – Так этот людоед твой брат! Ну и семейка! Ну что же, могу тебя обрадовать, это не Рюг, такие подлые приемы не в его вкусе!

- То есть как это не он, а кто же тогда? – возмущенная Медея на мгновение забыла о своем незавидном положении.

- Какая теперь разница! Главное, твой брат это заслужил. – пожала плечами баронесса, - к тому ж ты сама сказала, что он выжил. А тебя я хочу сразу предупредить – держись от моего мужа подальше! Я совсем не глухая и кое-что слышала из вашего разговора!

Вампирша, которую напоминание о беседе на чердаке заставило покраснеть,обиженно замолчала, изредка бросая гневные взгляды на счастливую соперницу. Она тоже задергалась в своих путах, пытаясь освободить руки, но сильный всплеск воды заставил обеих пленниц замереть без движения. Женщины словно по команде обернули головы к воде, из которой вынырнуло что-то, напоминающее огромного змея, и снова ушло под воду.

- Что это за тварь? – Медея опомнилась первой.

Лиза ехидно заметила:

- Ну, я чужестранка, что с меня взять, а вот ты у себя дома, должна знать, что за гадость плавает в местных каналах.

Но Медея не поддержала спор, а лишь жалобно попросила:

- Лучше не будем ссориться. Мне и без этого страшно. Хотела бы я знать, зачем нас сюда притащили?

Лиза печально вздохнула и ответила уже без прежнего задора:

- Хозяин этого дворца, как бы это помягче сказать, сошел с ума. Он решил, что я очень похожа на его невесту, которая умерла семь лет назад. А вот кого ты ему напоминаешь, понятия не имею!

Медея вздрогнула:

- Сумасшедший! Хорошего мало. А его нареченная уже здесь. Но я бы не сказала, что вы так уж похожи!

Лиза решила, что синьорина Кратос тоже повредилась рассудком, но Медея пояснила:

- Посмотри вперед, видишь, прямо перед статуей!

Лиза опустила глаза вниз, к постаменту отвратительной скульптуры и с трудом сдержала ругательства. Вампирша была права, на небольшой кушетке, обитой красным бархатом, лежат одетый в атласное голубое платье, скелет. Череп, с остатками длинных светлых волос, мечтательно улыбнулся узницам.

- Ты права. Боже, какая мерзость!

Медея еще раз осмотрела идола и поникшим голосом произнесла:

- Кажется, я догадываюсь, в чем дело. Он хочет заключить сделку с демоном, чтобы вернуть свою возлюбленную, но не понимает, какой ужас выпустит на волю!

Лиза невежливо перебила её:

- И что, мы должны терпеливо ждать его? Слышишь, синьорина Кратос, может, попробуешь перегрызть веревки?

Медея сердито сверкнула глазами, но склонив голову, обнаружила, что, пожалуй, дотянется до верхней веревки…

Раздался противный скрип отворяющейся двери, и узницы увидели идущего к ним синьора Бергамо. За ним неторопливо шагал высоченный мавр. Джеронимо остановился рядом с Лизой и улыбнулся.

- Прошу прощения, моя дорогая, за долгое ожидание. Я сам с нетерпением ждал этой ночи. Я наконец увижу Лючию, а господин получит свободу и власть и наградит своих верных слуг силой и могуществом!

Лизу затрясло от сознания своей беспомощности, но она постаралась не показать своего отчаяния и ехидно заметила:

- Ну да, щупальцами и жабрами по своему подобию, если судить по изваянию! Тебе что совсем не жалко города?

- Замолчи, несчастная! Твоему жалкому разуму не под силу понять это! Останутся лишь избранные! – на лице итальянца теперь явно читалось безумие, и Лиза ощутила липкий страх.

Джеронимо шагнул к ней и перерезал веревки. Тело, освобожденное от пут, пронзили сотни маленьких иголок. Она попыталась сделать шаг и упала прямо на руки безумца.

Рюдигер пригнулся и шагнул под низкий потолок. В темноте он различил ступени, спиралью уходящие далеко вниз. Вынув палаш из ножен, он начал быстро спускаться. Яромир освещал путь смоляным факелом и сердито ворчал:

- Ты бы еще через ступеньки прыгал! Хоть под ноги поглядывай, вдруг тут медвежьи капканы на каждом шагу!

Но вопреки его опасениям они без приключений добрались до конца лестницы и очутились в просторном коридоре. Почерневшие стены блестели от влаги, а с потолка глухо капала вода.

Римар, ни к кому не обращаясь, выразил свое удивление:

- У дома всего три этажа. Выходит, что это лестница увела нас на дно морское?

Марио усмехнулся:

- Такие подвалы есть во многих палаццо, не удивляйся.

Антонио поежился:

-Не очень приятно знать, что кто-то может запросто утопить нас в этом подвале.

Лана гордо встряхнула рыжей гривой:

- Это мы еще посмотрим, кто кого утопит!

Длинный путь по сырому тоннелю окончился у толстой чугунной решетки. К удивлению алданцев за ней располагался огромный зал, окутанный мягким мерцанием множества свечей с резким ароматом. Рюдигер притиснулся к холодным прутьям, стараясь разглядеть как можно больше.Огоньки свечей отражались в зеркальной поверхности водоема, к которому спускались ступени. По поверхности бассейна пробегали слабые волны, разбиваясь о скользкий камень.Наверху были люди. Разглядеть происходящее мешала колонна, но чуткий слух вампира уловил обрывки разговора:

- Ну вот, скоро все и закончится, я же говорил, что долго ждать не придется!

Голос был ему знаком, да черт возьми, это Джеронимо Бергамо!

-Убери свои руки, не смей меня лапать! – женщину было не видно, но по голосу можно было оценить степень ее возмущения. – Лучше приласкай свою костлявую подружку!

Все тут же узнали баронессу фон Шлотерштайн и, несмотря на серьезность момента, улыбнулись. Только Рюгу было не улыбок. Он до боли в пальцах вцепился в решетку, пытаясь хоть немного сдвинуть ее с места, но все было бесполезно. Вход был надежно защищен, и алданцы лишь могли беспомощно наблюдать за приготовлениями к страшному ритуалу.

- Лизхен, я здесь! – в отчаянии вырвалось у барона, Яромир укоризненно дернул его за рукав:

- Зачем выдавать себя!

Джеронимо услышал его и весело отозвался:

- Ну вот, все в сборе. Я-то боялся, что твой супруг пропустит все интересное. Теперь можно приступать к обряду! Йорумба, что там у нас со второй жертвой?

Тут он взвыл от боли, а из-за колонны показалась прихрамывающая Лиза. Ноги затекли от веревок и еще плохо слушались ее, но зато зубы не подвели. Не раздумывая, она укусила синьора Бергамо за кисть, и теперь он едва мог шевелить пальцами правой руки. Чернокнижник бросился догонять жертву, тихо скуля от боли. Кровь из прокушенной руки капала на пол, отмечая причудливые повороты в погоне за Лизой.

- Очень удачно, что твои друзья успели до начала ритуала. Им будет на что посмотреть. – запыхавшийся Джеронимо попытался ухватить баронессу, но она спряталась заколонной.

Схватила с треножника перед статуей медное блюдо с остатками пепла и треснула подоспевшего преследователя по лбу. Пепел взлетел вверх серым облачком, у бедняги потемнело в глазах , он рванулся за женщиной, но она была уже у постамента.

Лана громко расхохоталась и хлопнула пару раз в ладоши:

- Да уж, замечательное представление!

Синьор Бергамо в бешенстве обернулся на задорный смех, в это время Лиза подкралась сзади и сильно толкнула его. Не удержав равновесие, он быстро покатился вниз по скользким ступеням. Когда его сапог коснулся воды, из нее тут же высунулись два серо-зеленых щупальца и зашарили по плитам в поисках добычи.

Джеронимо, чертыхаясь, поднялся и поспешил прочь. Сжав зубы, он старался усмирить желание немедленно придушить наглую простолюдинку. Спокойно, уговаривал он себя, спокойно, скоро он избавится от этой дерзкой и невоспитанной особы, а ее прекрасное тело станет сосудом для другой души…

Лиза, услышав голос Рюга, метнулась к решетке. Но резкий окрик Ланы заставил ее остановиться:

- Не поворачивайся к нему спиной!

Дикарка сунула в руку подруге кинжал. Лиза быстро обернулась и с вызовом показала Джеронимо свое оружие. Итальянец разозлился, в его планы не входило сражаться с этой сумасшедшей.

- Послушай, я не хочу причинять тебе вред, ты нужна мне целой и невредимой! – ласково, как только мог, он попытался уговорить упрямицу. Лиза улыбнулась, показав жемчужно-белые зубы, столь редкие для жительниц сырого города, и дерзко ответила:

- А я напротив, не собираюсь никого беречь, и наделаю в тебе столько дырок, сколько смогу!

Острие кинжала тут же оставило царапину на его щеке, он попытался схватить ее, но Лиза уже отпрянула назад, и осторожно обходила врага справа, держа оружие наготове.

Рюдигер, Яр и Антонио еще раз попытались поднять решетку. Под совместными усилиями она задрожала, но не сдвинулась с места. Джеронимо насмешливо покосился

на врагов, надежно запертых в двух шагах от него.

- Не смей ее трогать! – в голосе вампира было столько ненависти, чтоитальянцу стало не по себе. Однако он пересилил себя и заставил посмотреть алданцу в глаза.

- Лучше успокойся. Ты все равно ничего не сможешь сделать, смирись. В этой жизни ты ее потерял!

На мгновение синьор Бергамо ослабил внимание, наслаждаясь отчаянием в глазах Рюдигера, и тут же Лиза напомнила о себе, полоснув ножом по ребрам. Он в бешествеобернулся, вытащив из ножен ритуальный кинжал с рукоятью из слоновой кости, но баронесса уже отступила на безопасное расстояние. Она нахально улыбалась врагу, чувствуя странный азарт и совершенно не испытывая страха.

Джеронимо глубоко вздохнул, смиряя кипевший внутри гнев. В конце концов бежать тут некуда, а она всего лишь женщина. До сих пор он не воспринимал всерьез ее боевые навыки, ну что же, придется напомнить нахалке, где ее место. Он решительно двинулся к Лизе, но в этот самый момент решетка резко вздрогнула и поехала вверх.

Рюдигер, сильнее всех вцепившийся в прутья, повис на ней, затем опомнившись, разжал руки и спрыгнул. Опередив друзей, он одним прыжком очутился внутри и, отстранив Лизу, приставил клинок к горлу синьора Бергамо. Однако нанести смертельный удар не успел. Из ладони итальянца вырвалось пламя, ослепившее барона, и Джеронимо позорно отступил. Взбежав по ступеням вверх, он принялся громко читать заклинание на древнем языке.

- О нет, - простонал Марио, - он призывает своего хозяина!

С каждым словом голос звучал громче, казалось, он принадлежит не человеку, а кому-то более могущественному и неумолимому. Порыв ветра пронесся под каменными сводами, вода в бассейне вдруг начала быстро подниматься, заставляя всех взбираться на ступени.

Марио достал из-за спины заговоренный меч и решительно двинулся вперед, но Лана опередила его. Дикарка опустилась на одно колено и достала из-за спины арбалет. Стрела попала итальянцу в плечо. и заклинание оборвалось. Но и тех слов, что он сумел прочитать, было достаточно…

Ночное небо над городом вдруг прорезали огненные зигзаги молний. На крыши дворцов и храмов обрушились холодные струи ливня. Вода в каналах стремительно поднималась, грозя добраться до вторых этажей.

- Гроза зимой! Неужели это возможно? –Элина вздрогнула и подбежала к окну, чтобы опустить штору. По паркету зашлепали босые ноги, это Курт выбрался из своей кроватки и подбежал к ней. Обняв ребенка, она замерла, не в силах оторвать взгляда от разбушевавшейся стихии, затем все же пересилила себя изадернула штору.

Танос быстро прошелся по темным коридорам. На втором этаже его внимание привлекла приоткрытая дверь в одну из комнат. На запылившемся паркете были видны следы, ведущие к камину и обратно. Заслонка была приоткрыта. Заглянув туда, наследник Кратосов обнаружил потайной ход. Недолго думая, он нагнулся и проник внутрь. Без особых приключений молодой вампир спустился до первого этажа и замер на месте, недоверчиво прислушавшись. Двое мужчин разговаривали, совершенно не таясь.

- Все готово для ритуала. Йорумба, а ты уверен, что все подействует? Зачем ты притащил сюда эту девку, она же создание Черной Звезды, мне не нужны проблемы с ее кланом!

- Моя делать все правильно! Она долго не умирать, это хорошо! – грубым голосом на ломаном итальянском отвечал его собеседник.

Кратос с трудом сдержал желание прикончить их на месте. Спустившись в подвал, он заметил, как тот, кого называли хозяином, опустил рычаг, и тяжелая решетка преградила путь алданцам и Марио Эспозито.Танос наслаждался, глядя, как ненавистный чужак пытается сломать прутья, не в силах придти на помощь жене. Но услышав слова Джеронимо про еще одну жертву, огляделся и увидел Медею, привязанную к столбу. Быстро оценив опасность, он поднял рычаг и, не обращая больше внимания на алданцев, бросился на помощь сестре.

Над ней склонился огромный чернокожий. Поскольку девушка не подавала признаков жизни, Йорумба грубо ударил ее по лицу, чтобы убедиться, что вампирша все еще без сознания. Без опаски перерезав веревки,он схватил девушку за длинные волосы и поднял на ноги. Она открыла глаза и, завизжав, прыгнула на чернокожего, словно дикая кошка. Длинные ногти рвали одежду, оставляя на коже огромные царапины, острые зубы вонзились в шею врага. Йорумба вскрикнул от боли и оторвал от себя Медею, с размаху швырнув к постаменту отвратительного изваяния. Девушка ударилась головой о каменный угол, кровь брызнула на идола. Каменный клюв раздвинулся в довольной усмешке. Йорумба навис над ней, словно гость из пресподней. Он поставил ногу на грудь жертвы и слегка надавил. Медея сморщилась и вдруг плюнула в прямо в оскал с подпиленными зубами:

-Я лучше сдохну, чем помогу тебе впустить эту тварь в мой город!

Лицо Йорумбы перекосилось от злобы:

- Умирать медленно, кричать долго, очень больно!

Он протянул руку к её горлу, но вдруг его лицо посерело, и служитель темных сил завалился на бок. Медея увидела Таноса с окровавленным клинком и обычной высокомерной улыбкой, которая быстро сменилась испугом, Кратос опустился на колени и обнял сестру дрожащими руками.

- Я сравняю с землей это чертово палаццо, я сошлю этого мерзавца на галеры, предварительно оскопив и отрезав язык, нет, я лично скормлю его акулам… - вдохновенно перечислял Танос, но вдруг испуганный визг Медеи оборвал его монолог.

Сестра показывала на бассейн, не в силах вымолвить ни слова.

Лиза, вновь обретя мужа, вцепилась в его руку, категорически не желая отпускать ни на шаг. Рюдигер крепко прижал ее к себе, проведя ладонью по волосам. Убедившись, что с ней все в порядке, он немного расслабился, но громкий бас Антонио вернул его к действительности:

- В жизни не видел ничего подобного, клянусь святым Христофором!

Глава 24. Совет девяти

Собрания девяти самых достойных представителей вампирских семей города проходили на «ничейной земле». Старинная крепость на небольшом островке рядом с городом служила маяком и одновременно местом подобных встреч. Внутри красивой башни из белого камня находилась просторная комната, где за длинным столом расположились члены совета. В камине горел огонь, за стенами шумело море. Девять вампиров лениво переговаривались, поглядывая на никем не занятое десятое кресло. Открывать собрание должна была верховная жрица, но она любовалась ночным морем на смотровой площадке и не торопилась спускаться. Наконец по винтовой лестнице послышался звук шагов, бесшумно открылась дверь, и сопровождаемая неизменным телохранителем служительница Богини явилась перед собранием.

- Синьоры, прошу прощения за то, что пришлось созвать вас столь внезапно, заставив прервать дневной отдых, но то, о чем я хочу сообщить, слишком важно.

Измученные ожиданием мужчины оживились, все, кроме престарелого Нестора Кратоса, приходившегося прадедом Валентино и Армандо, отцу Лучиано, он мирно спал в своем кресле. Старик доживал свои дни в поместье Валентино и собирался передать место в Совете младшему Кратосу, но сейчас для этого был не самый благоприятный момент.

Арахна продолжила:

- Нам всем угрожает опасность! Мы должны забыть о разногласиях и объединиться, чтобы выжить и победить опасного врага. Все наверное слышали о жестоких убийствах во время праздника. Они даже привлекли внимание Ватикана!

Джулиано Орсини равнодушно заметил:

- Люди иногда сходят с ума и начинают убивать себе подобных. Зачем нам вмешиваться в их разборки?

Глава третьего вампирского семейства не отличался яркой красотой Валентино Кратоса и благопристойностью Эрнесто Санторини. Узкое лицо с правильными чертами можно было бы назвать красивым, но тонкие губы с опущенными уголками и близко посаженные светлые глаза придавали ему неприятное выражение. Принадлежавшее ему торговое предприятие было лишь прикрытием для самого настоящего пиратства. Поговаривали, что сам Джулиано не раз принимал участие в кровавых «торговых» экспедициях своего маленького флота, и, зная его непочтение к законам, хоть вампирским, хоть человеческим, все охотно верили этому.

Валентино Кратос поддержал его:

- Если синьора жрица говорит об охотнике, то эта опасность ничтожна. Слуга кардинала Сальваторе – упрямый одиночка, не думаю, что стоит принимать его всерьез.

Арахна сердито нахмурилась:

- Вы слишком самоуверенны, дорогой Валентино. Нет, речь пойдет вовсе не о слуге кардинала, хотя расследование, которое ведет молодой человек, очень любопытно. Думаю, что многие из Вас слышали легенду о черной маске и разговоры о демоне с черным лицом, который бродит по городу. Кто-то убивает молодых женщин.

Валентино не сдержал улыбку:

- Вы сгущаете краски! Убийца жесток и изворотлив, но все же он обычный человек. Я изучил обстоятельства убийства во дворце дожа и не нашел в них ничего необычного.

- А с какой стати вам, синьор Кратос, интересоваться этим убийством? Или на детей ночи уже ложится ответственность за порядок в городе? – с издевкой поинтересовался Лео Орсини, старший сын Джулиано.

- Негодяй постарался обставить все так, что будто бы женщина погибла от клыков вампира. Сами понимаете, какие последствия могло иметь подобное заявление для всех нас. – холодно ответил Кратос.

- А может ваше усердие вызвано желанием скрыть следы и не бросить тень на своего сыночка? Ведь всем уже известно о неудачном поединке Таноса с алданцем. Он вполне мог отомстить чужаку, обвинив его в этом преступлении!

- Думай, что говоришь, мальчик! – в голосе Валентино появились угрожающие нотки. Однако за Лео ответил его отец:

-Не обижайся, Валентино, но твой сын и его друзья никогда не отличались сдержанностью. Я не хочу, чтобы наши дети превратились в смиренных овечек, но все же не стоит терять голову!

Эрнесто Санторини не удержался:

- Твой мальчишка совсем распустился! В старые времена за такое отправляли на Повелью!

- На Повелью! – встрепенулся сладко дремавший в кресле столетний Нестор. – Помнится, лет пятьдесят назад был случай… - он не договорил и, опустив голову, снова заснул.

Валентино показал клыки в недоброй усмешке:

- Твои сыновья не оставляют следов в городе, но я слышал о сожженных морскими разбойниками турецких галерах…Тебе тоже не помешает осторожность. Если уцелеет хоть один свидетель, то многие захотят узнать, почему в здешних водах исчезают торговые корабли!

- Пока с Турцией не заключен мирный договор, не узнают! - хладнокровно отрезал Орсини. – Объясните, госпожа, чем эти убийства опасны для детей Ночи?

- Трехликая наградила меня даром чувствовать создания других миров! Я утверждаю, что кто-то впустил в город одно из таких существ. Демон должен набраться сил, поэтому продолжают умирать женщины. Вам надо забыть о своих разногласиях и объединиться, чтобы найти чернокнижника, иначе спокойной жизни придет конец!

Арахна остановилась рядом с Кратосом:

- Дорогой Валентино, я бы хотела продолжить разговор о ваших наследниках. Нет, сейчас речь не о Таносе. Я хочу попросить о помощи твою дочь Медею!

Валентино отшатнулся от главной жрицы, словно от серебряного меча:

- Ни за что! Я еще двадцать лет назад ясно дал понять, что вы ее не получите! Я не позволю своей дочери заживо гнить от тоски среди болот и туманов!

Все присутствующие охнули от такой дерзости, но Арахна накрыла ладонью плечо мужчины, заставляя его опуститься в кресло.

- У девушки дар от рождения, и сейчас пришло время раскрыть его. Позволь спросить у нее самой!

-Нет! – из последних сил выдавил Валентино. – Ни за что!

За стенами крепости раздались раскаты грома и рев шторма, жадно вгрызающегося в прибрежные скалы. Арахна вздрогнула:

- Мы опоздали, граница почти разрушена… Но я слышу Медею! Она просит помочь!

Подчиняясь беззвучному приказу госпожи, Мемнон поставил на стол кристалл горного хрусталя. Арахна сжала его ладонями, внутри что-то вспыхнуло. Валентино вдруг увиделв хрустальной глубине испуганное лицодочери и вскочил с кресла…

Из воды, почти заполнившей помещение, полезли бледнорозовыещупальца, толщиной в руку взрослого человека. Каждое заканчивалось небольшим уплотнением, больше всего похожим на цветочный бутон. Непрерывно извиваясь, они тянулись к людям и с шипением раскрывались алыми лепестками, покрытыми множеством мелких и острых зубов.

Яромир отскочил от алой пасти и замахнулся клинком, но смертоносный стебель отпрянул, а из-под воды тут же вынырнул другой. Капитан гвардейцев быстро ударил мечом по скользкой шкуре, обезглавив щупальце, и еле успел увернуться от следующего.

Римар, Важек и Антонио, стоя по колено в воде, отбивались от лезущих со всех сторон змеевидных тварей. Лана и Лиза, как завороженные, наблюдали, как из воды показалось еще одна. Вытянувшись над водой в человеческий рост, тварь замерла, словно прислушиваясь, затем повела подобием головы в разные стороны, ушла под воду и вдруг стремительно выстрелила в сторону женщин. Подруги отпрянули, затем дружно набросились на гадину с двух сторон, безжалостно рубя клинками.

Марио и Рюдигер, не сговариваясь, бросились за хозяином палаццо, который с довольным видом наблюдал, как люди пытаются отбиться от лезущих из-под воды монстров. Рюдигер почти взобрался вверх к постаменту, как вдруг услышал короткий вскрик за спиной. Обернувшись, он увидел, как страшные щупальца, словно лианы, обвили ноги Марио и потянули к воде. Итальянец из последних сил цеплялся за мокрые ступеньки. Меч, покрытый священными письменами, лежал неподалеку. Рюдигер успел в последнюю минуту перерубить живые путы, и, роняя мутную жидкость, обрубки отползли прочь, но из под воды тут же потянулись новые. Вампир с ожесточением махал клинком, сшибая страшные соцветия и с ужасом замечая, что они отрастают вновь. Он зашел почти по пояс в воду, но не обращал на это внимания, увлеченный своей страшной жатвой. Неожиданно по бассейну прошла волна, и из глубины вырвалась новая тварь. Огромный кожистый бутон возвышался над водою, покачиваясь на толстом, словно бревно, туловище. Внутри что-то щелкнуло, страшный цветок раскрылся, распространяя вокруг запах гниющего мяса, и устремился к барону.

Рюдигер, не чувствуя ног, взлетел на покрытые водой ступени и добежал до ближайшей колонны. Зубастые лепестки судорожно сжимались и разжимались рядом с лицом. В зловонной пасти вполне могла поместиться его голова. Он отскочил назад, затем собрался с духом и, ухватив палаш двумя руками, нанес удар. Однако лезвие клинка царапнуло по толстой шкуре, не причинив твари ни малейшего вреда. Гадина стремительно развернулась и снова попыталась схватить противника. Тварь определенно была слепой, но чутко следила за любыми перемещениями своей добычи. Рюдигер не мог точно сказать, следует ли змея на звук шагов, или же ее привлекает тепло тела жертвы.

Вампир быстро отступил, и тварь застыла на месте, лепестки разочарованно сжимались и снова расцветали ужасным цветком. Рюдигер сделал еще пару шагов назад и уперся спиной в стену. Под ногами вдруг что-то звякнуло. Быстро нагнувшись, барон поднял двуручный меч, чье длинное лезвие украшали строки из Святого Писания. Не успел он выпрямиться, как змея снова атаковала, стена содрогнулась от удара огромного тела. Бутон разочарованно повертелся в разные стороны, затем снова бросился за вампиром. Рюдигер еле успел проскочить в узкий проход между колоннами, и змея тут же последовала за ним. Мокрое бледнорозовое тело дотянулось до постамента, лепестки раскрылись, исследуя пространство. Рюдигер выбрался из-за колонны и с размаху опустил меч на адское создание. Двуручник с шипением вошел в тело твари, легко перерубив ее пополам. Обрубки последний раз дернулись, с отчаянием хлестнув по колонне и забрызгав стену мутной белесой жидкостью, и замерли навсегда.

Лана легко уворачивалась от зубастых гадин и наносила точные удары, срубая зловещие соцветия. В азарте боя она забрела далеко в воду, вокруг огненно рыжей кудрявой головы вдруг вырос целый лес бутонов на тонких стеблях. Раскрываясь с противным шипением, они набросились на вампиршу, и Лана завертелась, как волчок, разрезая живые путы. Тварей было слишком много, но девушка не сдавалась, отчаянно размахивая скьявоной. Важек огляделся в поисках жены и побледнел, увидев, как Лана постепенно скрывается в клубке бледно-розовых тварей.

Выругавшись, он бросился на помощь, достав из ножен клинок из дамасской стали. Он бесстрашно врубился в живую шипящую сеть, подрезая стебли и уворачиваясь от жадных лепестков. Подарок андижанского хана, меч, чье лезвие украшала арабская вязь, уверенно расчищал путь, и, срубив последний бутон, Важек подхватил на руки Лану. С ее одежды стекали красные струйки, и Важек рассерженно воскликнул:

- Почему ты не одела кольчугу?

Его жена лишь слабо улыбнулась и закрыла глаза. Скъявона выскользнула из ослабевших пальцев, и Важек понял, что она потеряла сознание.

Марио вскочил на ноги и вновь бросился за Джеронимо. Черный камзол итальянца мелькнул на ступенях и исчез за изваянием. Приблизившись к статуе, Марио с удивлением отметил, что зеленоватый камень не отличить от скользкой шкуры морского чудовища. Неожиданно он почувствовал на себе чей-то взгляд. Изваяние откровенно пялилось на него огромным темно-фиолетовым глазом.

Рюдигер вытер со щеки капли вонючей слизи и, брезгливо сплюнув, снова кинулся на поиски синьора Бергамо. Джеронимо в отчаянии листал пожелтевшие страницы. Странные символы путались и плыли перед глазами. Его план рушился, он не смог провести ритуал, он не смог вернуть ее…

« Помоги мне! Открой тюрьму! Используй силу! Ты сможешь!» - впервые у Джеронимо не было сомнений и страха. Он уверенно перелистнул пару страниц и нашел нужные строки, громко проговаривая каждую букву, прочел вслух, ясно представляя, как выйдут из берегов каналы, и скроются под водою крыши дворцов. Город, отвергнувший его, мир, сломавший ему жизнь, исчезнет навсегда. Возникнет новый мир, пригодный для его повелителя. Но чтобы сорвать последнюю печать, нужна жертва. Он пристально взглянул на своего слугу, лежащего вниз лицом в луже собственной крови, и мрачно усмехнулся. Нет, рано пока бедняге думать о вечном покое, придется еще послужить.

Танос помог сестре подняться на ноги и решительно заявил:

- Уходим! Все остальное не наше дело! Здесь становиться слишком опасно.

Медея одернула платье и вдруг заупрямилась:

- Мы не можем просто так уйти! Надо помочь!

Младший брат усмехнулся:

- Кому же ты собралась помогать! Лучшему в Ватикане охотнику на детей Черной Звезды или чужестранцу и его несносной жене? Эта дрянь чуть не убила меня! Хозяин дома от меня никуда не денется. Пусть сначала прикончит этих недотеп, а через пару дней я с ним разберусь. Надеюсь, ты не думаешь, что я решил спустить ему с рук твое похищение?

Он решительно направился к потайной двери, но Медея строго взглянула на брата:

- Если мы не вмешаемся, то через пару дней на месте города будет лишь вода, и по улицам будут плавать чудовища.

Твердость в голосе сестры совсем не понравилась Таносу, и он бесцеремонно схватил ее за руку, решив увести силой. Медея вдруг дико завизжала, и Танос обернулся, чтобы продолжить бессмысленный по его мнению спор. Однако все умные слова тут же вылетели у него из головы, когда он увидел, как чернокожий, тот самый, которого он уложил одним ударом клинка, тащит его сестру к алтарю.

- Клянусь Владычицей Ночи, я же убил тебя! – Кратос в два прыжка подлетел к мавру и попытался вырвать девушку из его лап. Глаза мавра вспынули адским пламенем, и он отбросил вампира прочь, словно ребенка. Пересчитав ступеньки, Танос скатился к воде, но быстро поднялся и снова кинулся на чернокожего. Острый стилет легко прошил кожаную безрукавку, войдя точно в сердце, но мавр лишь встряхнул Медею, отчаянно барахтающуюся в его руках, и снова отшвырнул прочь будущего главу клана.

Рюдигер взбежал на вершину небольшой пирамиды и чуть не сбил с ног Николо Кавали. В суматохе сражения юноша не растерялся и сумел добраться до предателя первым. Тот замер перед статуей, словно не замечая, что за спиной тяжело дышит разъяренный враг.

- Ты.. Это все ты.. Я доверял тебе, считал своим другом… Почему?

Клинок подрагивал в руке парня, ему не терпелось пронзить сердце чернокнижника, но прежде он все же хотел получить ответ.

Джеронимо обернулся и приветливо улыбнулся Николо:

- Мне жаль, что так получилось, но скоро все закончится. Лучше не мешай!

Он сделал легкое движение рукой, и неизвестная сила отбросила юношу прочь. Он упал прямо на вампира, и оба скатились вниз по скользким ступенькам. Быстро поднявшись, Рюдигер с досадой отмахнулся от встревоженной Лизы. Антонио попытался преградить ему дорогу:

- Не спешите синьор, здесь одной шпаги маловато!

Но барон не желал ничего слышать и снова рвался к врагу. Яромир и Римар последовали за ним, но вдруг замерли на ступеньках, не в силах пошевелиться.

Камень почти осыпался с изваяния. Страшное существо увеличилось в размерах, оно по-прежнему было неподвижным, но огромный глаз с интересом рассматривал стоящего перед ним человека с древней книгой в руках. Стена за изваянием покрылась огненными письменами. Голос звучал все громче, лишая воли и завораживая всех, кто находился рядом. Вода поднималась все выше, смыкаясь вокруг алтаря с изваянием. Демон открыл второй глаз, Джеронимо взмахнул рукой, и тут густую тишину прорезал женский крик. Медея в отчаянии выкрикивала странные фразы на неизвестном языке, они резали слух своей несуразной древностью и разбивали чары, окутавшие туманом всех, кто здесь был. Джеронимо или то, что им управляло, с досадой поморщился. Вампирша просила о помощи Владычицу Ночи. Видимо Трехликая откликнулась на ее зов, ослабив действие заклинания, но сама Медея все еще не могла вырваться из тесных объятий восставшего из мертвых Йорумбы.

Рюдигер очнулся от действия колдовства, и через мгновение уже был за спиной мавра. После смерти чернокожий утратил свое звериное чутье и не заметил вампира. Рюдигер одним взмахом клинка обезглавил монстра и с удивлением узнал в замолчавшей наконец девице Медею Кратос. Вампирша со слезами упала в объятия подбежавшего брата, Танос хмуро посмотрел на алданца и снова наклонился к сестре.

Так и не поняв, что здесь делают наследники дома Кратос, Рюдигер повернулся к Джеронимо и еле устоял на ногах от сильного толчка. Пол закачался под ногами, вода в бассейне пошла волнами, подбираясь к последнему островку в центре зала. Люди в отчаянии вскарабкались на скользкие ступеньки. Рюдигер быстро втянул наверх Лизу и краем глаза заметил Важека, державшего на руках Лану.

Статуя пошевелилась и, осыпаясь зеленой нефритовой пылью, вытянула огромную когтистую лапу. Чудище пыталось схватить кого-нибудь из стоявших рядом, но не могло дотянуться и лишь с раздражением царапало мраморные плиты.

Марио стряхнул с себя колдовской морок и выпрямился. Посланник Ватикана громко заговорил на латыни, стараясь перекричать завывания чернокнижника и глухое рычание чудовища. Пол снова заходил ходуном, но Марио удержал равновесие и продолжил. Голос срывался, но охотник знал, что он не имеет права останавливаться. Джеронимо оторвался от книги и посмотрел на жалкого человека, бросившего вызов страшной силе. Черные глаза, лишенные зрачков, заглянули прямо в душу , наполнив ее до краев ужасом, и Марио вдруг снова почувствовал себя ребенком на ночной улице в окружении голодных монстров. Антонио в отчаянии потряс его за плечи:

- Нельзя молчать, господин, не сдавайтесь!

Марио шепотом выдавил следующие слова. Они жгли губы, наполняя рот раскаленным свинцом, он задыхался. Но вдруг ему на помощь пришел гневный женский голос. Медея, растрепанная и сердитая, словно Медуза Горгона, размахивала руками и выкрикивала странные заклинания. Страх, не дающий пошевелить рукой, вдруг исчез, уступив место гневу. Сгорая от возмущения, она приказывала темной сущности убираться прочь. Древние силы, поддерживающие равновесие этого мира, откликнулись на ее яростный призыв, и дверь, через которую рвался сюда голодный демон, медленно закрывалась. Танос с тревогой наблюдал за сестрой, чувствуя, что непонятная магия забирает все силы Медеи, еще немного, и она упадет замертво, истощив душу и тело. Марио благодарно улыбнулся своей невероятной союзнице, и принялся за свою работу с новой силой. Хлесткими короткими словами он загонял наглую сущность обратно, накладывая печати и отрезая пути назад.

Перепончатые лапы последний раз царапнули пол острыми когтями и замерли, снова обратившись в камень. Марио начертил перед собой крест, и статуя чудовища вдруг развалилась на сотни осколков. По стене пробежали завитки огненных знаков, образуя окно. Внутри в страшном танце кружились черные вихри, то и дело сверкали молнии Лицо Джеронимо вдруг исказилось, утратив человеческие черты, воздух вокруг сгустился и потемнел, и черный смерч затянул беднягу внутрь. Марио произнес последние слова на латыни. Медея начертила в воздухе огненный знак, напоминающий ключ, и окно в страшный мир исчезло. Синьорина Кратос вдруг закрыла глаза и рухнула, как подкошенная, на руки брата.

Танос растерянно пытался привести сестру в чувство. Он поднял полные слез глаза на Марио:

-Что с ней такое? Она придет в себя?

Охотник успокаивающе похлопал вампира по плечу, едва ли осознавая, что делает:

- Это просто обморок, она потеряла слишком много сил. Не знал, что она посвященная Трехликой.

Марио опустился на колени, достал кинжал из ножен, сделал надрез на запястье и смело приложил руку к губам вампирши.

- Господин, да что же вы делаете? – возмутился Антонио. Но Марио жестом остановил слугу:

- Синьорина спасла нас, если бы она не пришла на помощь, пришлось бы нам учиться дышать под водой!

Медея уже очнулась и решительно отстранила руку охотника, несмотря на укоризненный вид брата.

- Спасибо! Вполне достаточно!

Танос крепко стиснул ее ладонь:

- Не знал, что ты так можешь. Где ты этому научилась?

Медея нехотя ответила:

- Ты не помнишь, но в детстве меня хотели посвятить Трехликой, однако отец запретил. Я была лишь инструментом для ее силы.

-И что же теперь? Тебе придется переселиться на Торчелло? – Танос сморщился, вспоминая сырой ядовитый воздух Острова Тайн. – Может, сделаем вид, что ничего не было?

Медея пожала плечами:

- Я пока сама не знаю. Главное, что все живы, и наш дом не ушел под воду. Просто дай мне немного времени.

Антонио перевязал руку хозяина платком, недовольно ворча что-то под нос. Лиза горячо обняла вампиршу, желая ей скорейшего выздоровления и совершенно не обращая внимания на Таноса. Тот сделал вид, что впервые видит баронессу, и со скучающим видом отвернулся к изрядно обмелевшему бассейну.

Глава 25. Прощание с Венецией

Лиза вдруг громко спросила:

- Почему Важека с Ланой не видно?

Все растерянно замолчали, никто не решался предположить самое страшное. В наступившей тишине зашлепали по мокрому полу шаги, и из-за левой колонны вышел Важек, держа на руках Лану. Друзья окружили его, засыпав вопросами. Лиза наклонилась над подругой, острожно откинула мокрые рыжие прядки с посеревшего лица и спросила:

- Что с ней?

Важек, не стыдясь слез, хрипло ответил:

- Она никогда не носила кольчугу… А эти проклятые твари ядовиты!

Яромир стукнул кулаком по ближайшей колонне:

- Нужно скорее к лекарю!

Рюдигер осторожно похлопал Важека по плечу:

- Для нее есть только одно противоядие, если еще не поздно. Она твоя жена, и значит твоя кровь лучшее лекарство!

По лицу Важека пробежала тень сомнения, он хотел что-то сказать, но затем решительно провел острым лезвием по запястью, повторив подвиг Марио, и поднес руку к посиневшим губам любимой. Все замерли, с тревогой следя за каждым его движением. Темные ресницы вдруг вздрогнули, открывая большие голубые глаза. Лана ошарашено посмотрела на слезы, быстро бегущие по грязным щекам Важека, на разрезанную руку у своих губ, и вдруг залепила мужу пощечину.

Все облегченно выдохнули, Важек, не обращая внимания на оплеуху, заключил воительницу в объятия, не в силах вымолвить ни слова.

Лана крепко сжала его запястье, стараясь остановить кровь, и сердито посмотрела на побледневшего, но счастливого супруга:

- Руку перевяжи! И никогда не делай так больше!

Важек виновато улыбнулся:

-Да, я знаю, ты считаешь это глупостью, зато теперь никто не скажет, что мы не подходим друг другу!

Лана изумленно подняла брови. Танос, с недоумением наблюдавший за их перепалкой, пожал плечами:

- Вы в Алдании все как один ненормальные!

Тут он замолчал, почувствовав, что за спиной кто-то стоит. Танос медленно повернулся и очутился лицом к лицу с бароном фон Шлотерштайном.

- Наш поединок все еще не закончен. – глаза алданца синими льдинками вонзились в противника.

-Всегда к твоим услугам! – оскалил зубы наследник клана. Он легко запрыгнул на верхнюю ступеньку и вытянул клинок из ножен. Яромир громко выругался:

- Черт возьми, неужели именно сейчас!

Медеябыстро взлетела по ступенькам наверх и сердито набросилась на соперников.

- Какая еще дуэль, мы все чудом остались живы! Опомнитесь!

Рюдигер упрямо нахмурился:

- Он оскорбил мою жену и должен ответить за это!

Лиза не заставила себя ждать и забралась на ступеньки рядом с Медеей. Уперев руки в бока, она строго посмотрела на красных от злости вампиров.

- Никакой дуэли не будет! Рюдигер!

Она выразительно посмотрела на мужа, и он глубоко вздохнул.

- Если вы, синьор Кратос, все же принесете свои извинения моей супруге, то мы можем закончить дело миром.

Танос посмотрел на баронессу, которая напоминала растрепанную валькирию, и криво улыбнулся:

- Ладно, я согласен. В чем мне просить прощения, в том, что ее красота и очарование заставили меня потерять голову, или в том, что я все же остался жив после серебряного кинжала в правый бок?

Лиза скромно потупила взор, ковыряя носком сапога цветной мрамор. Рюдигер провел рукой по мокрым волосам:

- Надеюсь, наши дороги больше не пересекутся!

- Не сомневайся, любого из вашей страны я обойду десятой дорогой! – Танос со свистом вернул шпагу в ножну и повернулся к остальным:

- Хватит стоять, как статуи! Давайте поскорее уберемся отсюда!

Яромир согласно кивнул:

- Давно пора. Уходим.

Капитан гвардейцев решительно направился к потайной двери. Лиза вдруг остановилась и с любопытством наклонилась над лежащими на полу останками Лючии Гримальди. Рюдигер настойчиво потянул ее за собой, она выпрямилась и задумчиво посмотрела на мужа:

- Как думаешь, теперь они вместе? Он так старался…

Рюдигер растерянно пожал плечами, не находя ответа, но идущий сзади Марио грустно усмехнулся:

- Не думаю. Лючия Гримальди не была самоубийцей. Вскоре после того, как Джеронимо уехал, она сильно простудилась, и простуда перешла в чахотку. Ее похоронили по всем правилам, так что их душам не суждено быть вместе даже на том свете.

- Как печально! – вздохнула Лиза, Рюдигер покрепче обнял ее, спеша увести из страшного подвала.

Марио поднял с пола тускло блеснувший предмет.Широкое кольцо было украшено львиной мордой, пока Марио рассматривал и вертел его, раздался щелчок, и из львиной пасти выскочили два острых шипа. От неожиданности молодой человек уронил находку. Стараясь не прикасаться более к нему, Марио завернул кольцо в шелковый платок и объяснил удивленным друзьям:

- Кажется, я понял, что за змея укусила Аманду!

Ночь уже подходила к концу. Выглянув из окна, они увидели лишь одну гондолу, плавающую вверх днищем. Толстый канат выдержал буйство природной стихии, но одной лодки на всех было маловато. Окруженное со всех сторон водой палаццо напоминало остров, на котором никто не хотел оставаться лишней минуты.

Таносвдруг сердито шикнул на товарищей по несчастью, призывая к тишине, и замер, прислушиваясь к ночным звуком. Вскоре и все остальные ясно услышали плеск весел. К палаццо подплыли две гондолы. Из первой помахал рукой Энцо. Он сделал указание гондольеру, и лодка остановилась у самого входа.Светловолосый паренек с любопытством заглядывал в разбитые окна первого этажа:

- Да тут была настоящая битва! А что чернокнижник?

- Ушел в другой мир. – коротко бросил Марио. – Завтра я загляну к дону Пьетро и дам подробные показания.

- Понятно... - протянул Энцо, - опять я все пропустил..

Печально вздохнув, он надолго замолк, видимо пытаясь представить все подробности сражения.

Во второй гондоле сидели два представительных синьора, в первом Рюдигер узнал Франческо Фоскари, взглянув на второго, барон с удивлением понял, что тот принадлежит к детям Ночи. Медея и Танос не удостоили правителя города даже кивком головы и кинулись к сидевшему на другом конце лодки незнакомцу. Увидев своих детей живыми и здоровыми, Валентино с трудом сдержал слезы, вдруг подступившие к горлу.

-Девочка моя, ты просто спасла город! Я так испугался за вас!

Немного справившись с волнением, старший Кратос с хитрой улыбкой обратился к сыну:

- Кстати, там дома ждет госпожа Арахна. У нее к тебе серьезный разговор. Может, ты знаешь, о чем?

Даже в предрассветном сумраке было заметно, как покраснел Танос.

- Я с удовольствием побеседую с ней, но хотел бы заручиться твоей поддержкой. Ты знаешь отец, на острове я встретил девушку и не позволю себе ее потерять!

Валентино усмехнулся:

- Неожиданный выбор, но послушница Храма внушает намного больше уважения, чем некоторые девицы из местных семей. Не хочешь заехать в мастерскую масок и познакомить меня с будущей невесткой?

Дож Венеции остановил Рюдигера и медленно заговорил по-немецки:

- Господин барон, с вас сняты все обвинения. Я приношу свои извинения за причиненные неудобства и неприятности… Надеюсь, что это недоразумение не омрачит дружеские отношения с Алданией.

- Я рад, что наконец все прояснилось. – С достоинством заметил Рюдигер, но Лиза возмущенно вмешалась в разговор:

- Стражники с арбалетами на каждом углу – это мелкие неприятности. Серебрянное оружие – это так, ерунда. Вымазать грязью честное имя – ничего страшного! По-моему, одних извинений тут мало!

Рюдигер сердито прошептал на алданском:

- Лизхен, в конце концов это неприлично!

Но синьор Фоскари усмехнулся, выросший в семье торговцев, он с детства привык мерять все звонкой монетой:

- Я хорошо понимаю ваше возмущение, синьора. Думаю, что мы сможем уладить этот вопрос, и все останутся довольны!

Вода снова вернулась в каналы, оставив на мокрых площадях и ступенях дворцов дары моря - крабов и морских звезд. Гондольеры осторожно лавировали среди плывущих по Гранд-каналу перевернутых лодок и деревянных обломков. К счастью стихия обрушилась на город в ночное время. Наступил Великий пост, и на улицах было безлюдно. Медея склонила голову на плечо отца и сделала вид, что дремлет. События этой ночи навсегда перевернули ее жизнь, и как бы не хотелось ей последовать совету Таноса и просто забыть о своих способностях, они снова вырвутся на волю в самый неподходящий момент. Ее размышления прервали жалобные просьбы о помощи, доносившиеся откуда-то сверху. Она открыла глаза и с удивлением обнаружила на крыше соседнего дома двух мокрых оборванцев. Медея толкнула брата, также погруженного в раздумья о будущем, и показала наверх:

- Мне кажется, что я где-то видела этих бродяг! Они здорово напоминают наших кузенов.

- Хвала Богине! – Танос вскочил и принялся махать руками, чуть не вывалившись из лодки. Он уже не надеялся увидеть братьев живыми. Вскоре промокшие и замерзшие Лука и Ренцо заняли места в гондоле. Двое вампиров из клана Кратос, кажется, были единственными пострадавшими от наводнения. Многие купцы понесли убытки, ведь вода залила их товары, но человеческих жертв не было. Никто в городе не догадывался, какой страшной участи всем удалось избежать.

Лиза закуталась в два одеяла и смотрела, как огонь набрасывается на новую порцию дров в камине. В дверь постучали, молоденькая служанка оставила на столе поднос и быстро выбежала прочь. Рюдигер вручил жене кружку подогретого вина с пряностями и присел рядом.

- Когда приедем домой, я целый месяц буду спать на печке! – заявила Лиза. – Кажется, я насквозь отсырела в этом подземелье.

Рюдигер обнял ее, и отпив обжигающего напитка, закрыл глаза. Когда приедем домой… Всего три недели прошло, как они уехали из Алдании, а кажется целая вечность. Лиза вздохнула:

- Надеюсь, с Алексом и Улей все в порядке! Больше никогда их не оставлю!

- Ну что с ними может случиться в замке моих родителей! Матушка наверняка проводит с ними круглые сутки, да и отец не нарадуется. – поспешил успокоить жену, а заодно и себя, Рюдигер. – Признаться, я очень завидовал Римару, но после всех неприятностей рад, что Алекс и Ульрика далеко отсюда. Здесь и взрослые мужчины не могут чувствовать себя в безопасности, что уж говорить о детях!

Лиза быстро смахнула с глаз непрошеные слезы и улыбнулась мужу:

- Конечно, ты прав, но как же я по ним соскучилась! Каждый день в этой сырости – пытка! Хочу домой!

- Её Высочество решила, что мы задержимся еще на несколько дней, пока она не убедится, что с Ланой все в порядке! – Рюдигер поставил кружку на стол и тоже закутался в одеяло.

Вид бледной измученной дикарки в окровавленной одежде здорово напугал Шарлотту, и она попросила синьора Кавалли немедленно найти хорошего врача.

- Неужели она действительно никогда не пила его крови? – Лиза недоверчиво посмотрела на мужа. – А как же свадебные обряды, ваши обычаи?

Рюдигер просунул руку под одеяло, обнимая ее:

- Наверное, у женщин все немного по-другому. Они намного сдержаннее нас. Видимо, она боялась повредить Важеку, может, считала такой обычай чем-то унизительным для себя и для мужа. Но все обошлось, они действительно подходят друг другу, и его кровь спасла ей жизнь! И я думаю, что мы с тобой тоже заслужили небольшой отдых!

Лиза помотала головой, отгоняя воспоминания о тревожных днях неизвестности и страха, жутком плене и сражении в сыром подземелье. Да два-три дня спокойной жизни были бы очень кстати!

Лекарь, приглашенный хозяином палаццо, осмотрел графиню Новачек и пожал плечами. Юная женщина на его взгляд была вполне здорова, а ее излишнюю бледностьдоктор списал на принадлежность к вампирской породе. Но поглядывая на расстроенную Шарлотту и испуганного супруга красавицы, он на всякий случай прописал постельный режим на пару дней и велел удвоить утреннюю порцию бычьей крови. Лана обиженно фыркнула, целых два дня в постели! Но Её Высочество настоятельно посоветовала крестнице выполнять предписания лекаря, а Важека попросила проследить за этим.

Важек закрыл дверь за последним посетителем, и обессилено упал в мягкое кресло. Из кучи одеял и подушек показалась рыжая голова. Шипя, словно рассерженная кошка, Лана выбралась из кровати и встревожено склонилась над почти задремавшим мужем:

- Ты здоров? Вдруг простудился вчера в этой сырости?

В длинной ночной рубашке она выглядела почти ребенком, и Важек невольно улыбнулся ее сердитому виду.

- Над чем ты смеешься? - нахмурилась Лана. Вместо ответа он подхватил ее на руки и осторожно опустил на постель.

- Лекарь велел тебе лежать, а не бегать босиком по холодному полу. Ты должна слушаться!

Лана улыбнулась, показав небольшие острые клыки:

- Да никому я ничего не должна!

Она резко схватила его за руку и потянула к себе. Не удержав равновесие, он упал рядом. Лана тут же оказалась наверху и придавила его коленом, словно поверженного врага.

- Кажется, ты вполне здорова! – прохрипел удивленный Важек. Её ловкие пальцы быстро расстегнули все пуговицы на камзоле, жена со смехом склонилась над ним:

- Два дня в кровати я смогу вынести только в компании с тобой! Или ты против?

Конечно, он не был против, да и какой глупец сможет сказать нет этой рыжей бестии!

Николо Кавалли играл на лютне что-то грустное. Молодой человек еще не вполне опомнился от трагических событий, свалившихся на него в последние дни карнавала. Смерть любимой женщины, предательство лучшего друга… Но все надеялись, что молодость и природное жизнелюбие возьмут свое, и через два-три месяца он забудет о своих утратах.

Принцесса Шарлотта рассеянно внимала звукам музыки, думая о том, что завтра они покинут Венецию, и через пару недель будут дома. Почувствовав пальцы мужа на своем плече, она накрыла их ладонью. Хорошо, что он был и будет рядом, вдруг подумала она и тепло улыбнулась Станиславу.

- Доброго вечера, господа! – бархатный мужской голос заставил всех вздрогнуть. Хозяин дома повернулся к незваному гостю, сумевшему не привлечь внимания многочисленных слуг и явившемуся без доклада. Неизвестный синьор в расшитом золотом темно-вишневом камзоле почтительно склонил голову перед ним.

- Валентино Кратос к Вашим услугам, синьор Кавалли!

Темные агаты глаз с любопытством скользнули по Лане, на мгновение остановились на Элине и округлились от удивления при виде Курта. Вампир подмигнул мальчику и обратился к Шарлотте:

- Приветствую будущую правительницу самой необычной страны!

Шарлотта в изумлении внимала словам гостя, уже заметив, что он принадлежит к детям Ночи. Валентино достал из складок плаща небольшую шкатулку и протянул принцессе:

- Позвольте преподнести Вам небольшой подарок в знак восхищения Вами и Вашими подданными.

Он подмигнул Яромиру и Рюдигеру, которые встали с двух сторон, готовые выхватить клинки. Шарлотта смело открыла шкатулку и ахнула. Серьги из крупного розового жемчуга блестели на черном бархате. Кратос насладился ее замешательством, затем подошел к Марио Эспозито. Агент Ватикана хмуро взглянул на вампира, ожидая какой-нибудь подлости на прощание. Но глава клана вдруг стиснул охотника в крепком мужском объятии. Затем дождался, когда слегка помятый Марио отдышался, и торжественно произнес:

- Синьор Марио, вы всегда желанный гость в Венеции. Моя семья всегда готова помочь вам в любом деле, если конечно это не охота на нам подобных. Но если вам вдруг понадобятся деньги или помощь сильных мира сего, а может быть придется избавиться от заклятого врага быстро, тихо и без свидетелей, то любой из клана Кратос поможет вам.

Возможно, сейчас вы не готовы к этому, но не отказывайтесь сразу. Пока же примите мою искреннюю благодарность за спасение дочери.

Вампир вручил остолбеневшему Марио тяжелый кошелек. Тот с отвращением протянул его назад:

- Как я могу брать деньги от безбожников и убийц…

Валентино усмехнулся:

- Если они так жгут вам руки, можете передать эти деньги церкви. Я думаю, кардинал Сальваторе не откажется от такого подарка. Но я бы советовал вам лично доставить их в какой-нибудь сиротский приют или богадельню.

Марио растерянно принял кошель и передал его Антонио. В наступившей тишине Кратос склонился перед Шарлотой:

- Еще раз примите мое восхищение!

Молодая женщина с улыбкой кивнула необычному гостю:

- Скажите синьор Кратос, могу я Вас попросить об одолжении?

Глава клана с любопытством посмотрел на принцессу:

- Само собой, Ваше Высочество! Что я могу для Вас сделать?

- Всего лишь прекратить этот жестокий обычай, охоту во время карнавала! – голос Шарлотты звучал твердо и решительно.

- Какая душа! Какой характер! Какая королева выйдет из вас, моя дорогая! – Валентино пронзил глазами побледневшего Станислава. – Вам очень повезло с женой, мой принц.

Вампир снова склонился перед Шарлоттой:

- Отменить веками сложившийся обычай я не смогу, но уверяю, что случайных жертв во время праздника больше не будет. Я прослежу за этим, по крайней мере, в своей семье. Всего хорошего, синьоры!

Легкой пружинящей походкой он вышел из комнаты, оставив всех в легком замешательстве.

Марио с презрением бросил:

-Прикидывается человеком. Стоит прямо сейчас избавиться от его грязных денег. Дай сюда, - он обратился к Антонио, но слуга решительно спрятал руку с кошельком за спину.

-- Не отдам. Вы их в воду выбросите, я вас хорошо знаю, а нам за комнату расплатиться нечем. К тому же вы золотишко заслужили, своей крови для этой ведьмы не пожалели, так что не горячитесь, синьор!

Яромир хлопнул охотника по плечу:

- Прав Антонио, ты заслужил свою награду.

Эпилог

Ночную тишину разорвал грохот, напоминающий раскаты грома. Удивленные жители Златограда спешили к окнам, чтобы увидеть такое чудо, как гроза в ноябре. Однако вместо зигзагов молний в небе распускались яркие гроздья фейерверков. Грандиозный салют был устроен по случаю прибавления в королевском семействе.

Её Высочество принцесса Шарлотта стала матерью очаровательной здоровой девочки. Король был на седьмом небе от счастья и совершенно не помнил, что мечтал о внуке, а не о внучке. Девочка, которую согласно традиции нарекли Софией, казалась новоявленному дедушке венцом творения, и он даже подумывал изменить закон о престолонаследии в пользу особ женского пола. Вся страна праздновала рождение маленькой Софии, но в семействе Вацлава Новачека был еще и свой, собственный повод для радости. Его жена стала матерью почти одновременно с принцессой Шарлоттой. После возвращения из города на воде через положенный срок Лана произвела на свет двойню. Ставший отцом сразу и сына, и дочери Важек сиял, как только что отчеканенная монета и даже казался выше ростом.

Девочку назвали Руженой, в честь бабушки Важека, а мальчика Арном, в память о погибшем брате Ланы. Матушка Важека самозабвенно нянчилась с внуками, а его отец уже позабыл свои слова о смешанных союзах и с жаром доказывал свои друзьям, что дети с вампирской кровью намного красивее и талантливее обычных, и что особенно важно, отличаются хорошим здоровьем.

Услышав грохот салюта, Лана недовольно свела темные брови. Малыши только что заснули, и этот шум сейчас совсем некстати. Она бы тоже с удовольствием подремала, но природное любопытство взяло верх над усталостью, и она подошла к окну. Отодвинув тяжелую портьеру, она отшатнулась назад, немного ослепленная яркими огнями, еле слышно прошептала:

- Совсем, как в Венеции.

Отсветы праздничных огней делали ее лицо прекрасным и загадочным. Важек незаметно вошел в детскую и остановился, любуясь женой и благодаря судьбу за такой незаслуженно щедрый дар. Материнство сделало ее еще прекраснее, добавив женственности и мягкости резким движениям. Впрочем, стоило кому-то, кто не в ходил в число избранных, приблизиться к детской кроватке, и его жена сновапревращалась в свирепую дикарку из племени Серых Сов. Он обнял Лану за талию, зарывшись лицом в рыжее пламя волос.

- Да, как в Венеции. Там я понял, что не смогу жить, если потеряю тебя..

Она стремительно обернулась, в глазах, соперничая с фейерверками, сверкнули красные огоньки:

- Ты слишком много говоришь, а ночь так коротка.. Ни слова больше!

Он молча кивнул и, подватив ее на руки, задернул щторы.