Тайна близнеца

Ну, привет, братец!

День в айти-компании всегда начинался одинаково: сотни парней и девушек в огромных, от головы до самых колен толстовках, в широких джинсах и черно-белых кедах плавно заходили в офис с ноутбуками под мышкой и стаканчиком латте на альтернативном молоке в руках. Из-за гибкого начала рабочего дня, весь этот поток около-тридцатилетних, выглядящих как кучка подростков людей, пересекал порог офиса с девяти до двенадцати часов дня.

Страждущие попасть в офис работяги набегали волнами: к девяти утра приходила лишь пара человек, словно случайно проснувшихся слишком рано; к двенадцати часам толпа становилась плотнее, из коридора то-тут, то-там слышалось не бодрое, но учтивое «Доброе утро!».

Руслан не был исключением из правила несмотря на то, что работал в айти-сфере совсем недавно. Парень прошлым летом закончил университет и уже осенью нашел свою первую работу по специальности, что не могло не радовать его, как счастливого обладателя красного диплома.

В свой первый рабочий день, Руслан пришел на работу ровно к девяти утра, переживая за то, что, придя позже, он вызовет у своего руководителя ощущение ненадёжности в нем, как в работнике, который только устроившись сразу-же опаздывает и ведет себя фривольно. Если-бы Рус знал, что ни своих будущих коллег, ни руководителя он на месте не застанет, проведя не много не мало, а целых два часа в зоне ожидания, рассматривая то свои ботинки, то мраморный пол — парень явно пришел бы позже.

Гибкое начало рабочего дня не могло не радовать Руслана уже на протяжении девяти месяцев, как одного из представителей «сов» — людей, любящих бодрствовать в ночное время, поэтому, сегодня Руслан пришел в офис к одиннадцати.

В приподнятом настроении парень пересек порог здания и сухо поздоровался с охранником, приложив персональную карточку на вход.

Всю ночь Руслан с друзьями играл в популярнейшую онлайн-игру, и, в большинстве случаев их команда побеждала, что позволило всем участникам значительно поднять боевой рейтинг и получить дополнительные «плюшки» в игре.

В честь вышеупомянутого события, Рус раскошелился на стаканчик кофеина большего размера, нежели обычно. Денег у его было не так много, как хотелось бы, но на холостятскую жизнь хватало.

Поднявшись на второй этаж, где стоял трёхметровый ресепшен с диодным логотипом компании, Руслан увидел Катю и Машу, приветливо улыбающихся вновь прибывшим коллегам. Пройти мимо них, к сожалению, не представлялось возможности, хотя, Руслану видеть их в последнее время не хотелось.

Девушки звонко смеялись, привлекая внимание очередного программиста в т.ч. своим вызывающим внешним видом. Руслану казалось, что они устроились в эту компанию специально, т.к. знали, что в сфере айти высокие зарплаты, и старались захомутать себе одного из сотрудников. Желательно, директора. На худой конец, топ-менеджера.

В конце концов, не его ума дело было-бы лезть в занятия девушек, если бы только Катя и Маша не проявляли повышенное внимание не только к коллегам Руслана, но и к нему самому. Видимо, они, как и все, знали, что Рус перспективный парень, ведь в офисе уже которую неделю ходила молва, что его через полгода повысят до старшего программиста: молодой, инициативный, свою работу любит, старается делать её честно и качественно.

Карьеристом Руслан себя не считал, но от повышения бы не отказался — оттуда и путь и в руководящие должности, и к деньгам побольше. Он пока не знал, точно ли хочет руководить или его привлекает больше работа руками, но позиция старшего программиста, которую ему пророчили, как раз дала бы это понять за счет разноплановой специфики.

Стараясь, на сколько это возможно, игнорировать Катю и Машу, Руслан прибавил громкость в наушниках и быстрым шагом проследовал к своему рабочему столу. Краем глаза он увидел, как Маша, перевесившись через стойку ресепшена помахала ему рукой, увешанной дешёвыми побрякушками. Руслан лишь скупо кивнул и ускорил шаг.

Второй этаж элитного бизнес-центра представлял собой гигантский опен-спейс с сотней одинаковых столов, стульев и перегородок. В компании понимали, что программисты — преимущественно интроверты, и постарались максимально зонировать пространство. По мнению Руслана, получилось довольно неплохо: каждый сотрудник сидел будто в своей кабинке с низкими серыми стенами, позволяющими увидеть соседа, при большом желании приподнявшись на стуле.

Обилие искусственной зелени разгружало глаза от бесчисленных перегородок, столов и стульев. Окрашенные в белый стены в сочетании с серым мраморным полом не вызывало напряжения, в отличии от маркетингового отдела на один этаж выше, где стены и пол имели ярко-синий цвет. Цвет компании.

Руслан, лавируя между столами коллег, проследовал к своему рабочему месту, повесил серый спортивный рюкзак на спинку типичного черного кресла и положил на глянцевый белый стол ноутбук.

Коллеги вокруг перешёптывались, обсуждая кто и как провел выходные: Саша, из отдела маркетинга, была в клубе на известном концерте; Миша, из отдела логистики, развлекался с друзьями у одного из них на квартире, подробности Рус не расслышал; Люда, программист, как и Руслан, преимущественно сидела дома, изредка выводя новоприобретённую собаку породы такса на прогулку по ближайшему парку.

Поначалу, ребята и с Русланом пытались общаться, но быстро поняли, что парень не нацелен заводить дружбу. Изгоем он из-за этого не стал, зато рабочих коммуникаций имел явно меньше, чем мог бы, что не могло его не радовать.

Открыв ноутбук и приняв удобную позу, Руслан по-честному сразу залез в программу, не сидя за утренними новостями, как это делали многие. Пара часов усиленной работы — и вот он доделал проект, дедлайн по которому должен был наступить только через три дня.

Преисполненный воодушевления, Руслан откинулся на кресле, положив руки за голову. Спина приятно хрустнула, а затекшие мышцы расслабились.

Начальник Руслана, Юрий Дмитриевич — серьёзный мужчина, вызывающий трепет подчиненных, безвылазно носивший исключительно рубашки с дорогими костюмами, был около сорока лет. Точного возраста Руслан не знал. Стоило отправить ему законченную работу сразу, мол показать: «Смотрите, я справился быстрее», но, в рабочем чате, в котором состояла вся команда программистов из отдела Руслана, наверняка будут опять шептаться за спиной: «Вон, отличник пошел» или «Опять Юр Дмитричу выслуживает».

Проанализировав ситуацию, Рус решив повременить со сдачей работы, взглянул на часы на телефоне и увидел отметку в четырнадцать пятнадцать. Подумав, что после обеда сдать задачу будет немного лучше, все поедят, подобреют, Рус уже было встал со стула, как увидел уведомление, которое параллельно выскочило на телефоне и экране ноутбука: «Привет, Рус! Сегодня в 18:00 буду у тебя, встречай».

Хоть отправитель был ему хорошо известен, по спине парня пробежал холодок. Он не видел своего родного брата около десяти лет, с чего вдруг ему появляться теперь?

Юра, брат-близнец Руса, давным-давно покинул страну с матерью, когда парням было по четырнадцать лет. После этого братья не виделись. Юра даже ни разу не приехал вместе с мамой навестить отца и Руслана. Родители объясняли это высокой загрузкой по учёбе.

Списаться или созвониться братья тоже не могли — связь между Россией и Европой в то время стоила уж слишком дорого, а с появлением и масштабированием интернета братья уже разорвали ту непрочную связь, что пыталась укрепиться у них с детства.

Несмотря на внешнее сходство, в детстве Юра и Руслан были диаметрально противоположными детьми. Как говорил сам Руслан, он вышел «немножко бракованным»: не таким умным, коммуникативным, целеустремленным, как его брат. При чём, в словах Руса не было зависти, парень считал, что это чистая правда. И основывался он исключительно на фактах: а учёбе, спорте, науках, языках — Юра везде был первым среди всех детей его возраста. А Рус не был даже вторым.

Конечно, любовь родителей к своим детям всегда безусловна и безгранична. И отец, и мать мальчиков любили их обоих, давали близнецам всё, что было у них самих. Понял это Руслан не так давно.

Обстоятельств, по которым родители были вынуждены разлучить близнецов Рус не знал, но полагал, что это из-за высоких способностей Юры. Учёба за границей всегда была привилегией или богатых или умных.

Поэтому, получив сообщение от брата, Рус немного напрягся и долго всматривался в уведомление. Брат никогда прежде ему не писал, а тем более не приезжал. Что могло случиться, что Юра поехал из самой Европы?

«Он ведь даже не знает где я сейчас живу…Я не говорил.» — пробежала у Руса мысль, пока он, словно в забвении, стоя над лежащим на столе мобильником прокручивал быстрыми движениями ручку между пальцев.

Руслан снимал однокомнатную квартиру в Санкт-Петербурге, в Невском районе у станции метро Дыбенко. Здесь жилье стоило оптимальных цен, да и до центра было относительно близко. В самом центре, в одной из старейших построек с высокими потолками, плохим отоплением и клопами парню жить не прельщало.

Мама близнецов переехала два года назад к отцу и Юре заграницу, продав квартиру. Позиция родителей была однозначна — сыновья должны добиться всего сами, поэтому, несмотря на то что семья далеко не бедствовала, квартиру Руслану не оставили.

Руслан не возражал. Должны-же быть способы, как утереть нос более успешному брату? Один из них — стремление достичь всего сам, обладая весьма посредственными навыками. Ведь получение красного диплома, далеко не гарант успешного будущего, а тем более, не доказательство высокого ума.

Адрес, видимо, Юре дала мама, что было довольно логично. Сев обратно на стул, Руслан продублировал брату адрес, на всякий случай, и сообщил, что будет дома около девятнадцати часов. Ответа от Юры не последовало. Можно было считать, что адресат получил послание.

Руслан подошел к своему подъезду ровно в девятнадцать ноль-ноль, но Юру, или кого-либо на него похожего не увидел. Простояв пару минут на Питерском промозглом майском снега-дожде, покрутив головой из стороны в сторону, Рус решил зайти в парадную. Согреть руки и отправить Юре сообщение с нетерпеливым вопросом: «Ты где?!».

Внутри, возле лифтов, которые располагались на входе в парадную, Рус увидел фигуру в черных джинсах, кедах и не по весеннему тонкой куртке. Фигура переминалась с ноги на ногу, нажимая на экран мобильного телефона. Несмотря на то, что братья не виделись много лет, Руслан без сомнения узнал своего брата.

Фигура обернулась на звук закрывающейся двери. Хватило мгновения, чтобы два брата, увидели друг друга, словно смотря в зеркало.

На лице Юры появилась широкая улыбка:

— Ну, привет, братец!

Брат за брата

— Давно не виделись…братец… — с натянутой улыбкой Руслан протянул руку Юре, ожидая ответного жеста, — Ты по какому поводу тут?

Юра в свою очередь, также протянул руку Русу, мило улыбаясь и сладко протягивая:

— Решил навести-и-и-ть. Узнать, как ты тут обустроился. Один, да в таком большом городе.

— Спустя десять лет тебе наконец-то стала интересна моя персона? — Руслан демонстративно отвернулся и нажал на кнопку вызова лифта, нервно постукивая ногой о серую плитку, в такт неравномерно бьющемуся сердцу.

— Мне она всегда была интересна, братец! Я регулярно проверял твои социальные сети. Скажу откровенно, подписчиков у тебя не много…друзей и популярности не нашёл…хотя, — Юра хлопнул брата по спине, от чего второй нервно подскочил, — Какие твои годы-ы-ы!

— Ровно такие-же, как и твои… — пробурчал Руслан себе под нос, заходя в прибывший лифт и проводя плечом, словно стряхивая прикосновение брата.

Юра зашёл следом и облокотился на одну из стен и, сложив руки на груди, принял расслабленную позу.

Как только лифт тронулся, заиграла одна из популярных в начале двухтысячных мелодия. Такая противная, по мнению Руса, заедающая.

Она играла каждое утро, словно намекая на повторяющиеся будни. Чаще всего, парень выходил из дома надев наушники заранее, лишь бы только не находится в лифте, ощущая «день сурка».

«Почему он здесь? Вдруг, что-то случилось с мамой? Хотя, вероятно, Юра бы не был бы так спокоен. Может у самого Юры проблемы? Тогда зачем было ехать в Питер…Не понимаю!» — всю недолгую дорогу Руслан старался не смотреть на брата, разглядывая серые стены движущейся вверх кабинки метр на метр.

До одиннадцатого этажа доехали довольно быстро.

Руслан стремительно покинул лифт, нервным шагом подходя к черной двери с цифрой «три тысячи пятьсот двадцать один» и повернул ключ два раза.

— Дверь только закрой за собой. — отрезал Рус, первым заходя в квартиру и снимая обувь.

— Экскурсию проведёшь? — Юра зашел в квартиру и провернул замок один раз с внутренней стороны, снял обувь, неаккуратно сбросив её посреди коридора, и прошёл за Русланом в небольшую комнатушку, наполнение которой было весьма скудным: кухонный гарнитур, обеденный стол, диван и телевизор, — Хотя, видимо тут экскурсия не понадобится…

— Ты что ли однушек не видел никогда? Чего так уставился? — спросил Рус, нажимая на кнопку включения чайника, предварительно проверив уровень находившейся там воды.

— Я понять не могу, как ты сумел настолько захламить одну единственную комнату? — протяжно спросил Юра, оглядываясь по сторонам.

— Тут их, вообще-то, две.

— Так ты же говоришь «однушка»…

— Кухня совмещена с гостиной. Есть еще одна комната. Спальня. — Рус указал на дверь, ведущую из первой комнаты, — Ты однушек что ли никогда не видел? Как с другой планеты…— и добавил чуть тише, — Совсем в своём богатстве голову потерял…Хоромы десятикомнатные только знает, что ли…

— А вторую комнату ты так же, как и первую захламил?

Не получив ответа Руса, Юра притих, стараясь еще больше не бесить брата, понимая, что одно его присутствие то ещё испытание на проверку семейных уз.

Волнение, которое Юра испытывал с первой секунды их встречи волнами подкатывало к горлу, вызывая ощущение неприятного не проходившего комка.

Ему придётся сделать то, что он запланировал.

Придётся пойти на риск, чтобы в итоге получить желаемое, даже если для этого нужно немного, совсем капельку, использовать родного брата.

Оправдывает ли цель средства? Юра безоговорочно был согласен с этой фразой.

— Животных у тебя нет? — уточнил Юра спустя пару минул, устраиваясь на одном из двух жутко неудобных стульев подле обеденного стола.

— Хотел кошку завести. — без энтузиазма ответил Рус, стоя спиной к брату, наблюдая за тем, как закипает вода в чайнике.

— Почему не завёл?

— Сам не знаю…С ней хоть веселей было бы…

Чайник закипел, и Руслан, в считаные минуты, накрыл небольшой стол: чёрный чай из дешевых пакетиков, холодные бутерброды и конфеты «Коровка».

Скудный набор типичного холостяка.

Рус сел на второй стул, напротив брата и с голодным видом нетерпеливо откусил бутерброд с колбасой и сыром, кивком головы подсказывая Юре сделать тоже самое, и уверенно, как подобает каждому достигшему успеха в жизни человеку, сумевшего купить хлеб с колбасой, с набитым ртом, произнёс:

— Рассказывай.

— Да, нечего рассказывать-то, — тонкие пальцы Юры элегантно взяли сытное, но не привычное для него угощение, —Я просто в гости решил приехать. В Питер буквально одним днем. И почти сразу к тебе, любимому брату.

— Глазки-то твои бегают. Не верю ни единому слову, — Рус добавил с опаской, проглотив последний кусочек пищи, — С мамой что-то…?

— Не-е-ет! Даже не думай! У неё все хорошо.

Рус хмыкнул в ответ продолжая сверлить брата недоверчивым взглядом:

— Тогда в чем дело?

— Даже бутер не даёшь укусить! А я, между прочим, с дороги. Одни вопросы сыпешь…

— Ешь.

— Ты, как обычно, прав, я не до конца искренен с тобой, — несмотря на свою просьбу, Юра продолжил держать бутерброд в руке, будто даже не думая сделать укус, но, решился сделать небольшой глоток чая из кружки с принтом популярного среди молодежи супергероея, после чего сразу же поморщился, — Я не пью черный. Забыл?

— В кружку смотреть не учили? — съязвил Рус, добавляя с еще большим сарказмом, — Не видя брата десять лет можно забыть, как он выглядит, не говоря уже про то, какой чай он пьёт.

— «Забыть, как выглядит». Ха! Мы как две капли воды. А ты все так же «смешно» шутишь. Молодец, — и после добавил уже без иронии, — С мыслями собраться надо…дело к тебе есть одно.

— Я знал, что ты тут не просто так.

Рус облокотился на спинку стула, шумно выдохнув. В детстве, когда у брата было к нему «дело», ничем хорошим для Руса это не заканчивалось. Чаще всего все «великие дела» Юры звучали примерно так: «Подмени меня…».

Из-за этого самого «подмени меня» Руслана хорошенько покидали по залу на джиу-джитсу. Юра обещал, буквально клялся своим новеньким телефоном последней модели, что Рус просто посидит в сторонке, и тренер не будет его вызывать на спарринг, если Руслан сам не проявит инициативу.

Вот только тренер, именно в этот день, решил, что стоит проверить знания каждого из учеников и поставить в спарринг своего лучшего ученика Юру с другим лучшим учеником Мишей.

Безусловно, Руслан, имея примерно ноль умения, сначала сильно испугался, а потом испуг прошёл очень быстро, когда парень «замечательно» повалялся по всему залу, отбивая от сотни падений все тело о твёрдый пол тренировочного зала, изредка вскрикивая от профессиональных захватов партнёра по борьбе.

Учитель подмену близнецов понял не сразу, но, когда всё же догадался…Знатный нагоняй от мамы получили оба брата.

Телефон, надо сказать, Юра Руслану не отдал, отделавшись парой отмазок.

И это только один случай из десятков, которые братья провернули до четырнадцати лет, до их разлуки.

Стыдно было признаваться, но Руслан первое время после отъезда брата был даже рад тому, что остался один. Позже, спустя год он заскучал без «гениальных» идей Юры. А спустя пять лет и во все затосковал.

Сейчас, в небольшой однушке на Большевиков, Юра смотрел на Руслана ровно тем же взглядом, что и десять лет назад.

Этот взгляд одновременно умолял и скрывал опасность за тихой просьбой, последовавшей далее:

— Рус, замени меня, а…

С минуту в комнате царило молчание. Две пары идентичного цвета глаз смотрели друг на друга: одни с мольбой, вторые с разочарованием.

Руслан, очевидно, не был удивлен предложением брата, но, учитывая, что они десять лет жили порознь, да еще и в разных странах…Можно сказать, что Рус не знал того человека, кем стал его брат за время разлуки.

Его повадки, привычки, манера речи — все было незнакомым, чужим. Заменять Юру десять лет назад, когда они еще жили в месте и буквально каждый день проводили друг возле друга, было значительно проще, чем сейчас.

Как заменить того, кто хоть и внешне похож на тебя как две капли воды, внутри является совсем другим человеком?

— Нет. — сначала отрезал Руслан, но тут-же продолжил, уже более мягко, — Я не могу. Это неправильно. В детстве я ещё мог тебе подыграть, но теперь не буду.

— Как это «нет»? Ты ведь даже не знаешь, что нужно сделать! — Юра встрепенулся и даже немного привстал на стуле, услышав столь категоричный отказ.

— Просто. Нет. — Руслан встал и, показывая рукой на входную дверь, добавил, — Ты заявился ко мне спустя десять лет молчания и просишь тебя заменить словно между нами…Всё по-прежнему. Если это все за чем ты пришел, можешь уходить.

— «Десять лет, десять лет», — передразнил Юра, немного повышая тон, — Да что с того, что они прошли? Да, мы не были вместе, о чем я сожалею. Но ты мой брат! Мне нужна помощь. Сейчас.

Неожиданно для Юры, Руслан спросил холодно, безэмоционально:

— Моя ценность для тебя только в том, что у меня твоё лицо? Или у тебя моё…без разницы.

— Твоя ценность для меня в том, что ты мой единственный брат.

— О котором ты не вспоминал…

— Вспоминал! — Юра с раздражением хлопнул себя по бёдрам, — Мы за эти десять лет братьями перестали быть? Или что?

— Не перестали. И, к моему сожалению, никто не перестанем.

— Родственников не выбирают, Русланчик…—протянул Юра, закатывая глаза, — Тебе придётся со мной общаться, иногда встречаться. Хотя-бы из-за мамы. И вообще, я не сделал тебе ничего плохого…

— Это как посмотреть. — перебил Рус, плюхнувшись на диван.

— Да, пару раз моя шалость немного перешла границы…

Руслан нервничал, кусая губы, отвлекаясь от сотни аргументов, которые следом друг за другом начал произносить брат.

С одной стороны, не стоило вообще ввязываться в очередную авантюру Юры, ведь одним разом это не закончится: брат будет приходить вновь и вновь с одной и той же просьбой.

С другой стороны, если грамотно договорится, Руслан поможет брату в последний раз, а дальше… Юра всегда держал своё обещание, если его удавалось вывести это обещание дать.

— Юр, давай так, — перебив брата начал Рус, — Я помогаю тебе в последний раз. Дальше — наши пути расходятся.

Юра встал со стула и медленно подошёл к Русу, сидящему на диване:

— Прям расходятся навсегда?

— Мы будем видится. Общаться. Возможно, подружимся вновь, как в детстве, помнишь? Но я больше никогда не буду притворятся тобой. Ты должен мне это пообещать.

Лицо Юры разом выразило десятки эмоций: от понимания и принятия, до страха и отторжения. Парень понимал, что Руслан не шутит и больше подобной возможности попросить брата о замене у него не представится.

Пан или пропал.

Но разве не именно в такой ситуации сейчас находился Юра?

Ему нужен малюсенький шанс…Один единственный…Последний.

— У тебя есть загранник? — спросил Юра, заглядывая брату в глаза, преисполнившись в своем решении.

— Это значит, что ты согласен?

— Пока что, это значит лишь то, что я спросил есть ли у тебя загранник. — немного с раздражением повторил Юра.

— Делал, да. Но визы нет. Мне тебя в Европе заменить что-ли надо?

Руслан не получил ответ.

После первой фразы Юра поднялся с дивана и начал активно печатать в телефоне, невпопад ответив:

— Я договорюсь.

— Ты о визе? За день?

— Слишком много вопросов, братец. Твоя задача начать собирать вещи. Документы мне свои дай, я пока все сделаю. Вечером заеду за тобой.

— Мы на сколько дней едем? Я могу взять с собой ноутбук для работы? — Руслан суетно подошёл к брату и взял его за руку, — Не мельтеши хоть секунду. Расскажи детали. — Хитрый взгляд голубых глаз получил рус в ответ на свои вопросы, а потом Юра опять уткнулся в телефон, — А работа-то моя как? На сколько дней отпрашиваться?

— Я все расскажу, братец. Вечером в машине. Мы съездим буквально на выходные. В понедельник ты опять будешь сидеть на своей скучнейшей работе и пялиться в компьютер.

— Ты даешь мне слово, что это последний раз, когда я тебя заменяю? Иначе я никуда не поеду.

Юра замялся на пару секунд, еще раз прокручивая в голове все риски.

Словно в последний раз убедившись в своём решении, он кивнул брату:

— Я даю тебе слово, Руслан.

Письмо

Чем еще могла быть вызвана такая боль головная боль, если только не ударами о стену примерно раз двести?

Как только Руслан прочувствовал всю полноту страдания, то понял, что открывать глаза ему совершенно не хочется. А тем более не хочется просыпаться. Но, рано или поздно, это сделать необходимо, хотя бы для того, чтобы взять таблетку и провалится в сон снова — всё, лишь бы боль прошла.

Первое, что увидел Рус, когда смог открыть глаза и сфокусироваться — расписной потолок, словно из одного из музеев Петербурга. На произведении искусства, а меньшим это не являлось, белокурые одноликие ангелы с розовыми попками и золотыми арфами выстроились в ровный круг среди воздушных бело-голубых облаков, направив взор в центр, к месту крепления многоярусной люстры, массивные хрустальные подвески которой ловили солнечный свет, отражая и преломляя его на своих гранях.

«Хорошо брат устроился в этой его Европе…» — подумал Руслан, продолжая рассматривать потолок, находя все новые детали в изящном мастерстве художника.

В попытках освежить в памяти окончание вчерашнего вечера, парень осознал, что практически сразу, после того как они с Юрой сели в машину, уснул. При чём желания спать, как такового, у него не было. Сон настиг Руслана внезапно, буквально через пару минут после того, как машина отъехала от подъезда, а вопросы, которые он планировал задать брату в дороге, так и не были озвучены.

«Юра, вроде, только начал рассказывать о своём университете…Но я ничего не помню…Совсем. Собственно, а с чем я должен-то ему помочь? Думаю, надо найти Юру и лично обо всём спросить…».

Подняться с широкой мягкой кровати было той еще задачей: все тело болело, как после хорошей тренировки в спортивном зале. Кое-как перевалившись сначала на бок, а потом поставив ноги на пушистый ковёр, у Руслана вышло поднять свой корпус, перекинуть ноги и усесться на край постели, оперев руки по бокам для равновесия.

Оглядев беглым взглядом комнату, Рус отметил, что она была около двадцати квадратных метров и из неё вели две двери: первая на просторный балкон, который парень видел сквозь тонкую тюль белого цвета, вторая, по его предположениям, вела из квартиры…или из комнаты. В зависимости от того, где вообще Руслан находился.

Наличие мебели в помещении хоть и было скудным, но не уступало в роскоши расписному потолку: вся обстановка была из одного комплекта из красного дерева и состояла из шкафа для одежды, стула и стола. Стоимость такого набора явно включала в себя несколько окладов Руслана.

«Хорошо жить не запретишь!» — позавидовал Рус, собрался с мыслями и начал потихоньку подниматься с кровати, как в ту же секунду, порыв свежего летнего ветра бесцеремонно проникнул в балконный проём, поднимая в воздух практически невесомые края длинной тюли, распахнул двери, а после ворвался в комнату.

Пару листов бумаги, лежавшие на столе, сначала едва заметно шелохнулись, а затем, слегка приподнявшись от ветра, мягко зашелестели краями бумаги, после чего поднялись со стола и закружились по комнате в неведомом танце, через пару секунд опустившись один за другим на кровать рядом с Русланом.

За эти считаные секунды парень не успел ничего толком понять, а головная боль не способствовала лучшему вниканию в происходящее. В конце концов, ситуация не то, что бы сильно необычная, верно?

Осторожно взяв листы бумаги, Рус увидел первую фразу, как показалось, бодро написанную, но, определённо, не значившую ничего хорошего: «Дорогой братец!».

Шумно выдохнув, и решив, что стоит первым делом прочитать записку, а потом уже отправляться на поиски обезболивающего, Руслан продолжил читать:

«Дорогой братец!

Сразу скажу тебе спасибо, что согласился принять участие в моей гигантской авантюре. Увы, я бы не сказал «авантюра», и, наверно, не сказал бы «гигантская», если бы всё не было в точности так, как я пишу.

Знаю, что мы заключили соглашение, по которому этот раз последний, когда я прошу тебя подменить меня. И я готов (даже намерен!) сдержать своё слово.

НО! Только после того, как ты сам сдержишь своё слово и поможешь мне.

Не думаю, что стоит долго подводить к сути, ведь времени у меня не так много (да и листов…). Ты парень разумный, сможешь построить причинно-следственные связи сам.

В общем, я должен сообщить тебе, что не знаю сколько времени мне потребуется для решения моей проблемы.

Не то, чтобы это проблема прямо моя, тебе не стоит излишне волноваться. Но эта проблема имеет отношение ко мне, в том числе. Не могу рассказать всех деталей, тебе придется довольствоваться тем, что есть.

Точно скажу, что я бы не стал из-за незначительного дела тащить тебя из Петербурга, можешь быть уверен.

Сейчас ты находишься в непривычном для себя месте не только с точки зрения самой локации, но и с точки зрения мироустройства.

Читал когда-нибудь фэнтези? Вот, можно сказать, ты попал в одну из таких книг.

Наверняка все эти годы, все десять лет, что мы с тобой провели в разлуке, ты задавался вопросом почему не можешь ко мне приехать. Европа, ведь, не такой дальний Свет!

Только я был не в Европе. Я был там, где сейчас находишься ты.

В мои одиннадцать лет со мной стали происходить странные вещи. Первое о чём я подумал — схожу с ума, но оказалось все до одури проще. Я не совсем обычный человек.

Можно было-бы посмеяться, и сказать, что я «особенный». Но, честно говоря, от этой шутки не останется ничего, кроме правды.

Мои способности, которыми я награждён, только мешали мне в Питере, и мама приняла волевое решение вместе со мной переехать сюда, где мне бы помогли справиться с даром и управлять им, не навредив ни себе, ни другим.

Да, мама в курсе. Да, она привезла меня сама. Откуда — спросишь после окончания этого хаоса.

За то время, пока ты будешь здесь находиться, думаю, что ты поймешь больше об этом мире, изучишь его грани и возможности. Быть может, в последствии, я смогу узнать у тебя что-то новое о нём.

В помощь тебе (и в более приятную адаптацию) я подключил свою подругу Асмодею. Она зайдет в течении десяти минут после того, как ты прочтёшь это письмо.

Я благодарен тебе за возможность реализовать мои планы.

И благодарен тому, что ты есть.

Всегда твой брат,

Юра.»

Руслан перечитал письмо по меньшей мере четыре раза, чтобы хотя бы попытаться осознать написанное братом. Не получилось.

«Странные вещи? Не совсем обычный человек?» — мысли Руса беспокойно путались и отказывались принимать написанное, — «Видимо, мы просто знатно повеселились, и Юра решил меня разыграть…определённо! От этого голова и разрывается.»

Это было бы довольно логичным объяснением, которое требовало проверки. И начать, в первую очередь, стоило с осмотра комнаты, в которую попал Руслан.

Кое-как поднявшись с кровати, парень подошёл к балконным дверям, настежь открытым от недавнего порыва ветра. Распахнув тюль, Руслан вышел на крошечный бетонный открытый балкончик, вид с которого был направлен на пышный цветущий сад и один из корпусов здания с солидными, массивными колоннами, в светло-жёлтом цвете, отдаленно напоминающий классическую Петербургскую историческую постройку, коих ни счесть в городе.

Небольшой ухоженный сад скрывал под широкими ветвями вековых деревьев удобные скамеечки. Протоптанные тропинки плавно огибали аккуратно высаженные цветочные кустарники и уводили вдаль от здания.

Парк практически пустовал без людей. Исключение составила пара молодых людей, парня и девушки, отдыхающими на дальней от балкона Руслана скамейке.

Докричаться до людей, в теории, было реально, но брать на себя риск переполошить всю округу, обратив к себе ненужное внимание, Руслан не хотел, и вернулся искать ответы в комнате.

Зайдя внутрь и поправив белоснежную тюль, Рус услышал тихий стук во входную дверь.

— Привет, Рус, это Асмодея. Рада знакомству. Могу войти?