Таймлин

Глава 1

Галактика Алкионей

Система Трёх Мудрецов

Флагман Экспедиционного Флота «Годжиро»

— Гранд-адмирал, возможно, пришло время объяснить нам, с чего вдруг такая спешка и секретность? Ничего не рассказывается даже капитанам кораблей, входящих в экспедиционный флот. Что мы должны говорить своим людям? Ради чего они рискуют своими жизнями? На передовой понятно, что мы защищаем наш дом, а здесь? В полной тишине и неизвестности крадёмся словно воры, хотя находимся у себя дома.

Спросил адмирал Грузинский, капитан одного из пяти линкоров, вошедших в экспедиционный флот. Он, как и ещё два десятка старших офицеров, настояли на этом совещании, больше не желая действовать в неизвестности.

Уже восемь месяцев наспех сформированный флот находится в пути. Самый мощный, что только удалось собрать в условиях войны, разразившейся на окраинных системах федерации. Войны с противником, которого практически невозможно было остановить. Благо, что он продвигался очень медленно и за полвека захватил всего два десятка звёздных систем из почти трёх тысяч, освоенных и заселённых свободным человечеством.

Практически все корабли в составе флота участвовали в боевых действиях, но неожиданно их выдернули, ничего не объяснив, и дали новое задание. Главой нового флота поставили гранд-адмирала Гёдзе — самого опытного флотоводца федерации, не проигравшего ни одного сражения. Владеющего пятого порядка, получившего уникальную технику линкора-матки, обладающего уникальными мощностями по сборке автоматических кораблей маскитного флота, истребителей и даже крупных штурмовых кораблей, кораблей РЭБ и кораблей поддержки.

Они создавались из ресурсов, имеющихся в системе, или из частиц творения. Один этот линкор мог заменить собой целый флот, и его присутствие в столичной системе гарантировало её защиту.

Годжиро был гордостью Звёздного флота.

Но и остальные старшие офицеры обладали техниками уникальных кораблей, не имеющих аналогов во флоте федерации, и имели колоссальный опыт, пройдя через множество сражений. Поэтому смело можно утверждать, что на этом совете присутствовали лучшие боевые командиры Звёздного Флота. Но даже у лучших кончается терпение.

И вот они собрались, чтобы узнать, куда и, самое главное, для чего летят?

— Что же, вы продержались гораздо дольше, чем предсказывали даже самые оптимистично настроенные аналитики, — усмехнулся гранд-адмирал, обводя взглядом всех собравшихся. — Ваша верность федерации не может вызывать сомнений. Но порой одной верности мало. Появляются факторы, совершенно не зависящие от нас и нашего желания.

Никто не понимал, о чём вообще говорит гранд-адмирал. Лица присутствующих выражали недоумение и тревогу. Особенно это было заметно по трём офицерам, относительно недавно получившим серьёзные техники. Получившим их за заслуги перед федерацией в боях с новым врагом. Выживших там, где, казалось, невозможно было это сделать.

— Сейчас мы отошли уже достаточно далеко от линии боестолкновения, и любой сигнал будет гарантированно перехвачен связистами федерации. Он не сможет достичь противника. Впрочем, никто и не сможет отправить никаких сигналов, пока вы находитесь у меня в гостях. Годжиро установил полную блокаду любых исходящих сигналов и сообщений.

— К чему столь радикальные меры, гранд-адмирал? — спросил адмирал Фидан, отвечающий за дальнюю разведку и крайне редко появляющийся в составе флота и тем более на подобных совещаниях.

— К тому, что мы с вами получили задание встретить и доставить владеющего с невероятным потенциалом. Этот владеющий способен переломить ход войны, которую объединённое человечество проигрывает. Кто бы что ни говорил, но мы с вами прекрасно знаем, что это действительно так. Вернувшиеся предтечи не оставили нам ни единого шанса на победу.

— Что же там за владеющий такой? Неужели реинкарнация самого Гамильтона?

Этот вопрос принадлежал Аравиму Дажнрапалару, капитану линкора «Кали». Крайне религиозному человеку, верящему в реинкарнацию и считающему себя одним из переродившихся капитанов времён Великой войны с заражёнными.

— Про Гамильтона и реинкарнацию ничего сказать не могу. Учёные федерации не подтверждают подобные гипотезы. Но двести шестьдесят три дня назад дежурный академии ЗФ получил пакет данных от дальнего вербовочного пункта, приписанного к Танатосу.

— Флагману Первого Ударного, чья гибель стала последней точкой в Великой войне? — спросил кто-то, и гранд-адмирал одобрительно кивнул.

— Гранд-адмирал Донован и ещё двести тысяч бойцов ЗФ купили своими жизнями спокойную жизнь почти на три с половиной века для всего человечества. После чего командование решило навсегда забыть о тех системах и создать между ними и федерацией буферную зону. В которой, как всем хорошо известно, стали появляться различные объединения. В основном криминальной направленности. Впоследствии эти объединения стали своеобразным мостиком между двумя ветвями человечества и позволили нам объединиться перед лицом общего врага. Но даже в этой части вселенной есть места, где до сих пор ничего не знают и продолжают разделять человечество на чистых и заражённых. И система Двойного Серпа, ставшая последним полем боя для Первого Ударного, — одно из таких мест. Так вот, в академию поступил пакет данных с информацией о владеющем с ядром Творца. Это наш ключ к победе над предтечами.

В помещении повисла гробовая тишина. Информация о появлении творца ошарашила бывалых капитанов, которые не были готовы к подобной новости.

Все творцы были уничтожены во время Великой битвы, и с тех пор не появилось ни одного владеющего, обладающего подобным потенциалом. Теперь собрание столь мощного флота не казалось им какой-то глупостью. Многие даже начали задумываться над тем, что командование могло бы увеличить флот в несколько раз.

Но не все думали об этом. Сам гранд-адмирал ждал ещё одного вопроса, который и прозвучал от Джереми Освальда, одного из троицы новичков.

— Вы считаете, что среди нас есть предатели? Люди, работающие на та’арцев?

— Я уверен в этом, Джереми, и ты один из них, — тяжело вздохнул Гёдзе. — Но вы в этом не виноваты. Вы сами пока ещё не знаете об этом. Проверки и экспертизы закончились буквально шесть дней назад. И все, кто первыми приняли на себя удар противника, оказались в его власти. Капитан Освальд, капитан Януш и капитан Орзо, для меня было честью служить вместе с вами. Уверен, что вы уже позаботились о своих преемниках.

Годжиро сосредоточил всю свою мощь на названых капитанах, и три кресла опустели.

— После очистки их та’ар будет использован для продвижения уже согласованных с генеральным штабом кандидатур. Всем капитанам уже разослана информация о том, куда и с какой миссией мы направляемся. Человечество смотрит на нас с надеждой. И мы не можем его подвести.

***

— И как же нам теперь отключить эту темпоральную пелену? — спросил я у Геи, которая закидывала в рот попкорн и с интересом наблюдала за мной.

— Понятия не имею, — пожала плечами валькирия. — Это я должна у тебя спрашивать. Ты же у нас теперь имеешь справочник гораздо лучше меня. Обратись к нему, может, чего и подскажет.

— Лучше тебя никого и ничего не может быть, — буркнул я, прекрасно понимая, что без Геи здесь точно не разберусь.

Связи с общемировым информационным полем не было. Вокруг находились лишь застывшие тела тех, кто находился рядом. Сомневаюсь, что темпоральная пелена распространилась на всю цитадель. Это просто нереально.

Мои слова явно понравились Гее. Попкорн исчез, а вместо него у неё в руках появилась книга, на которой было написано: «Время и пространство. Теории. Парадоксы. Доказательства. Мистификации».

— Для начала необходимо понять, что вообще хотело сделать наше яичко? — начала говорить Гея, старательно переворачивая страницу за страницей. — Ты не можешь с ним общаться? Вообще никак? Ладно, будем исходить из того, что оно привязалось к тебе и решило помочь. Чего ты хотел больше всего перед тем, как вырубилась темпоральная пелена?

Здесь и думать не нужно: я хотел, чтобы можно было как-нибудь сохранить отца до того момента, пока мы не найдём способ очистить его разум и тело от яда заражённых. Вита попыталась его заморозить, но ничего у неё не вышло.

— Согласись, что остановка времени для этого подходит гораздо лучше, — подметила Гея. — Вот и нашлась причина. Теперь необходимо понять, каким образом можно деактивировать темпоральную пелену.

— Не деактивировать, а уменьшить её и применить исключительно к отцу. Гефест говорил, что ему потребуется минимум несколько циклов, чтобы попытаться очистить тело отца от яда заражённых. Вот на этот срок нам и нужно удерживать его тело в этом состоянии.

— Вот и договаривайся с наследием та’арцев об этом. Пускай оно отпускает остальных. И поторопитесь. Остановка времени действует только в учебном центре, за его пределами идут бои с людьми союза. Кстати, там твои парни отбиваются от прущих на них со всех сторон противников, и у них осталось мало Та’ар.

Напоминание о парнях заставило меня лихорадочно думать, как вообще можно связаться с наследием и попросить его сосредоточить темпоральную пелену исключительно на отце, освободив остальных. Они стояли словно скульптуры, вышедшие из-под рук гениального скульптора, которому удалось совершить невозможное и воплотить в камне живого человека.

Единственное, что пришло в голову, — это вытащить наследие та’арцев из храна. Оно заметно подросло и прибавило в объёмах. Раза в два точно. При этом символы на его поверхности изменились. Я не нашёл ни одного из тех, что видел на Плато Дождей.

????? третьего порядка

Для перехода на следующий порядок необходимо поглотить ещё 900 000 Та’ар

Степень инкубации: 41% (поглощено 4 100 000/10 000 000 Та’ар)

Степень синхронизации: 31%

Выдал интерфейс, так и не сумев определить, что же такое это наследие та’ар.

Яйцо слегка светилось голубым, и от него исходило тепло. Словно вместе с Та’ар из большого накопителя цитадели оно поглотило ещё несколько термических зарядов, которые сейчас начали активно работать.

Было совершенно непонятно, что за знаки вопроса и степень синхронизации с чем? Явно не со мной. Наследие никаким образом не влияло на меня. Гея точно смогла бы это заметить, но она молчала.

Больше никакой информации не было. Да и не ощущал я его никак. Лишь это тепло и ничего больше. В прошлый раз потребовалось выпустить немного Та’ар, чтобы появилась хоть какая-то информация о наследии. Всё из-за того, что его хранилище было совершенно пустым, а сейчас там находится больше четырёх миллионов Та’ар.

Кроме этого ничего не приходило на ум. Поэтому я осторожно положил руку на тёплую поверхность и направил в наследие поток Та’ар.

После чего замер, не в состоянии осознать, что чувствую. Было такое ощущение, словно я оказался перед лицом чего-то невообразимо великого. Чего-то, что с лёгкостью сможет поглотить меня, учебный центр и всю Окинаву. Не просто поглотить, а сделать частью себя.

Вернее сказать, пропустить через себя, чтобы мы вернулись уже в виде самого ценного, что может быть в этом мире — частиц творения.

Но это нечто не хотело нас поглощать, прекрасно понимая, что таким образом оно нас просто убьёт, чего в его понимании нельзя допускать ни в коем случае. Любая жизнь — самое ценное, что может быть в этом мире, и сама мысль о том, чтобы отнять её, претила наследию та’арцев. Истинных творцов, которые ценили жизнь превыше всего.

Зацепившись за это ощущение, я попытался двинуться дальше, нащупав нечто неуловимое, что может мне помочь. Связи с общемировым информационным полем здесь также не было, но я точно чувствовал его присутствие. Этакий сторонний наблюдатель, который фиксирует абсолютно всё, что происходит в мироздании, протоколирует и убирает на хранение, чтобы достать в любой момент, когда потребуется эта информация.

Это же чувствовало наследие и словно стеснялось повышенного внимания. Одно дело, когда я смотрю на него и вот так неуклюже пытаюсь начать общаться, и совсем другое, когда это делает нечто, охватывающее всё мироздание.

В какой-то момент я ощутил вспышку Та’ар, и незримый наблюдатель сразу исчез. Теперь мы с наследием гарантированно были вдвоём.

Даже не понял, когда успел закрыть глаза, но, открыв их, я оказался в очень странном месте, совершенно непохожем на территорию учебного центра Окинавы. Вокруг возвышались удивительные постройки, не похожие ни на что, виденное мной ранее. Разве что некоторые из этих зданий очень отдалённо напоминали развалины храма та’арцев, что стало отправной точкой к знакомству человечества с наследием древней цивилизации.

Но там были именно развалины, а сейчас передо мной предстали здания в их истинном виде. Они словно были живыми и постоянно изменялись, порой приобретая самые невероятные формы, которые только можно было себе представить. Одни ярко светились, другие, наоборот, поглощали направленный на них свет, словно хотели спрятаться. Круглые, прямоугольные, длинные, короткие, низкие и высокие.

За этим невероятным зрелищем я не сразу заметил одиноко парящее нечто в нескольких десятках метров от меня, рядом с одним из самых причудливых зданий, больше всего похожего на ледяной кристалл, образовавшийся из упавшей капли металла.

Разглядеть это нечто не представлялось никакой возможности, поскольку оно находилось в тени здания, и виден был лишь его силуэт, чем-то напоминающий медузу с множеством отростков и куполообразным телом.

Глядя на этот силуэт, я сразу же подумал о яйце. Похоже, что внутри него находится нечто похожее. Хотя нет. Просто мой разум не способен воспринять истинный облик наследия, и оно подобрало подходящий вариант. Правда, ещё сомневалось в своём выборе, поэтому и не показывалось.

— Ты хочешь мне что-то показать? — спросил я, удивляясь звуку собственного голоса.

Просто в этом месте стояла абсолютная тишина, и изменяющиеся строения без единого звука выглядели немного жутковато.

Наследие ничего не ответило, просто здание, в чьей тени оно находилось, разделилось на две неравные части, образовав узкий проход, в который и поплыла медуза, явно приглашая меня за собой.

Ещё раз посмотрел по сторонам, отмечая, что большинство зданий за столь короткий временной промежуток сумели преобразиться до неузнаваемости. И ещё мне показалось, что в паре домов появились окна, из которых за мной сейчас кто-то наблюдает. Кто-то, не имеющий никакого отношения к наследию та’арцев, но очень сильно жаждущий заполучить его. Но стоило моргнуть, и всё исчезло — и окна, и ощущение, осталось лишь понимание, что наследие уже скрылось из вида.

Пришлось немного пробежаться, отмечая, что поверхность, по которой я иду, невероятно мягкая и упругая, и она постоянно находится в движении, слегка вибрируя и перекатываясь из стороны в сторону.

Возле разделённого дома, покрытого странными коричневыми побегами, я остановился и вгляделся в темноту, в которой скрылась медуза. Прислушался к себе и понял, что не ощущаю никакой опасности, лишь интерес и азарт. Азарт получить знание, которого нет даже у общемирового информационного поля.

Ещё раз осмотрелся по сторонам и сделал шаг вперёд, вступая в темноту. Кожи коснулся прохладный воздух, в котором слышался странный сладковатый запах, показавшийся мне смутно знакомым. Где-то я уже слышал его. Очень давно. Ещё до того момента, как начал осознавать себя в этом мире.

— Что это такое? — раздался звонкий детский голос, в котором я узнал голос сестры, а сделав ещё несколько торопливых шагов, то и увидел её, сидящую возле небольшого очага, устроенного прямо в нашем жилище в Керосе. Рядом с ней, повернувшись ко мне спиной, сидел отец и бросал в огонь что-то, что и наполняло пещеру этим ароматом.

— Это специальная трава, стимулирующая развитие энергетической системы у неинициированных. Невероятно редкая и безумно дорогая. Но ты пока ещё слишком мала, чтобы задумываться о подобных вещах. Просто потерпи немного. А Икару вообще нравится, как пахнет. Он станет очень сильным владеющим.

Отец протянул руку и коснулся борта кроватки-колыбели, в которой лежал я. Лежал и улыбался, протягивая ручки, словно пытаясь поймать проплывающие мимо струйки ароматного дыма.

В одно мгновение запах исчез вместе с изображением, а предо мной предстало наследие та’арцев, и я понял, что оно хотело мне сказать.

Глава 2

— Я уже думала, что всё… провалила миссию по возвращению человечеству Творца, — стало первым, что сказала Гея, когда я вернулся в реальность. А потом начала орать на меня, совершенно не выбирая выражения.

Я даже опешил на несколько секунд, не понимая, что вообще произошло. Да и не ожидал я подобного от Геи. Словно меня не было несколько циклов, и всё это время старший та’ар-интеллект провела в доках Окинавы вместе с грузчиками, которые её научили самым замысловатым ругательствам, которые только знали.

— Я вообще не ощущала тебя, словно нас разделили, — закончила свою сверхэмоциональную речь Гея, села на пол и разрыдалась.

Оказывается, даже старший та’ар-интеллект можно довести до подобного. Что же, теперь нужно исправляться и попробовать её успокоить. Да и рассказать мне действительно было что.

— Возможно, всё так и было, как ты говоришь. Я точно не знаю, что произошло, но оно захотело наладить со мной контакт как с существом, которое ближе всего к наследию та’арцев.

— Получилось? — всхлипнула Гея, но я прекрасно видел, что она уже сильно заинтересована и хочет получить как можно больше информации.

— В какой-то степени да. Общение с наследием отличается от всего, что мне приходилось испытывать до этого. Именно испытывать. Это обмен образами, запахами, звуками, воспоминаниями, но никак не привычная нам передача информации. Наследие хочет, чтобы я помог ему пройти инкубацию, и в ответ готово помочь мне с отцом. Пока только держать его в темпоральной ловушке, а если к тому моменту, как произойдёт инкубация, у нас не получится найти способ избавить его от яда заражённых и запретной техники, то и с этим поможет. В общем, рассказывать об этом довольно сложно, проще будет, если ты сама всё увидишь.

— Ага, — ответила Гея, смотря куда-то сквозь меня.

Она и без моего разрешения уже просматривала всё, что произошло со мной в мире, некогда принадлежавшем та’арцам. Где дожидались своего часа множество наследий, спрятанных во всех уголках вселенной. Ещё одна тайна, оставленная древней цивилизацией. Но эту тайну мы могли раскрыть. Необходимо было только помочь наследию с инкубацией.

Возможно, в яйце действительно находится та’арец, а возможно, и одна из множества форм жизни, что создали истинные Творцы. Об этом не было никакой информации у общемирового информационного потока, и само наследие также ничего не знало.

Если само оно общалось исключительно образами, то мои слова вполне понимало и воспринимало должным образом. Показанное мне воспоминание говорило о том, что я хочу спасти отца, превратившегося в заражённого, и наследие может с этим помочь.

Дальше я объяснил ему, что необходимо убрать темпоральную пелену с остальных и оставить в ней только отца. И получил в ответ радостный образ себя, когда Аелла впервые разрешила отправиться вместе с ней за ледяными лепестками. Таким образом я понял, что наследие сможет помочь мне.

Дальше было ещё много всего, но главное, что мы договорились помочь друг другу. Для начала процесса инкубации необходимо ещё чуть меньше шести миллионов та’ар, и получить их будет невероятно сложно. Энергия в накопители Окинавы собиралась почти четыре сотни циклов. Да и нет таких больше на Вериго, а скорее всего, во всех соседних звёздных системах.

Хотя в состав Первого Ударного входило три орбитальные крепости, и как минимум ещё два подобных накопителя. Возможно, экипажу уничтоженных крепостей удалось сохранить накопители и спрятать где-то на Вериго или в системе Двойного Серпа. Здесь может подойти даже крупный астероид.

Вот и ещё одна причина отправиться путешествовать по системе. Теперь не только в поисках уцелевших кораблей Первого Ударного, но ещё и накопителей та’ар, способных выполнить мою договорённость с наследием. А если они всё же где-то спрятаны и продолжают собирать творения, то это уникальная возможность не только помочь с инкубацией наследию та’арцев, но и самому подняться как минимум на пятый порядок.

— Только сперва необходимо разобраться с тем, что сейчас происходит на Окинаве. Кастор и Энио мертвы, небесные воины остались без ментального поводка, а со всех сторон на цитадель прут войска союза, — напомнила мне Гея, которая уже давно пришла в норму и даже успела просмотреть всё, что я помню из посещения мира наследия.

И здесь она была совершенно права. Темпоральная пелена погрузила в безвременье только учебный центр, на остальной части цитадели продолжали идти бои с союзом. И как там шли дела, было неизвестно. В безвременье не поступали никакие сигналы, как и не выходили из него.

— Всё в порядке, он уже не опасен, — сказал я Вите, когда темпоральная пелена перестала действовать на неё.

Наследие могло сократить пелену, чтобы в ней остался только отец, и сразу выпустить всех, кто оказался у неё в плену, но я решил, что сперва необходимо освободить Виту, Аеллу, Проповедника и Гилдраста. И первой стала юная королева ледяных висперов.

— Вскоре я освобожу остальных, а ты пока позаботься о том, чтобы никто не совершил глупостей. Особенно ребята из экипажа «Харона».

Вита быстро поняла ситуацию и не стала задавать лишних вопросов, а сразу отправилась к застывшим владеющим.

Второй освобождённой стала Аелла, и в отличие от Виты она не восприняла происходящее спокойно. Мне даже прилетело несколько раз по броне. А затем сестра бросилась к отцу, и её руки засветились. Пока ничего не стал ей говорить и освободил Кинга с Гилдрастом.

После этого я выдал заготовленную сводку, лишь самое важное, что требовалось для прояснения сложившейся ситуации. Этого для всех оказалось достаточно. Вита сделала то, о чём я её просил, преодолев защиту всех харонцев, за исключением Немезиды и Хирояки. Сказала, что на них уйдёт слишком много времени, которого у нас сейчас не было.

— Ты уверен, что сможешь продержать Витольда до тех пор, пока не будет найдено решение? — спросил Проповедник, коснувшись когтей Зверя, которые должны были проткнуть мою голову.

— Уверен. Только нужно найти место, где его тело будет в безопасности. А для этого разобраться с тем, что сейчас происходит на Окинаве. Вскоре должны прибыть корабли Таймлина с их сильнейшими бойцами. Анджело Арано решил захватить власть над Вериго, и если сумеет подчинить себе цитадель, то у него вполне может всё получиться.

— Такое место есть, но ты прав, сперва необходимо разобраться с делами Окинавы. Разбить флот Таймлина у нас сейчас не выйдет. Из серьёзных кораблей только «Ивар», но он всего один. А те корабли, что есть помимо него, — рухлядь, которая будет уничтожена в первые минуты боя.

— Давайте привлечём на нашу сторону свободных капитанов. В доках Окинавы стоит восемь кораблей: три торпедоносца и пять корветов, включая «Харон». Вместе с «Иваром» и защитными системами Окинавы такой флот сможет отбить атаку превосходящих сил противника, — предложил Гилдарст. — Только необходимо будет договориться со свободными капитанами. И тот же «Харон», скорее всего, отпадает. Капитан Сатоши Хирояки дал понять, что до того момента, пока не будет завершён контракт со Сканнингом, он будет против нас.

— С Сатоши я разберусь сам. Как и с остальными свободными капитанами. На тебе и Гефесте — освобождение цитадели от бойцов союза, — сказал Кинг своему ученику.

Гилдарст пристально посмотрел на него и слегка прищурился.

— Что ты хочешь за свою помощь? Я не уверен, что смогу предложить цену, которая тебя устроит. Одно дело — помочь разобраться с Кастором и Энио, и совсем другое — выступить против союза во главе с Таймлином.

— Равные условия на управление Окинавой. Создадим триумвират. Ты, я и Гефест.

— Цитадель моя, — вмешалась Вита. — Это было главное условие моей помощи. Здесь я создам колонию ледяных висперов, и мы не будем никому подчиняться. Только союзнические отношения, взаимовыгодные для всех.

Слова Виты заставили Кинга удивиться и вопросительно посмотреть на своего ученика. Похоже, что Гилдарст не раскрыл ему всех договорённостей с главными исполнителями. Для меня это была помощь в поиске Аеллы, а вот для юной королевы — место для создания колонии. И она полностью выполнила свою часть сделки.

— Нужно торопиться. Сними темпоральную пелену, из-за неё я не могу ничего узнать, — заговорила Гея. — Возможно, корабли Таймлина уже подошли к цитадели и сейчас высаживают десант, а мы тут решаем, как быть. Да и не все наши союзники ещё здесь. Сперва необходимо вышвырнуть захватчиков, а уже потом решать, что делать с крепостью. И если на то пошло, то твой вклад в уничтожение Кастора и Энио ничуть не меньше, чем у Виты, и можно требовать соответствующее вознаграждение. Забери себе «Зевса».

Не ожидал, что Гея предложит подобное. Я как-то и не думал над тем, чтобы забрать «Зевса» себе. Да и к тому же сперва предстоит восстановить корабль, а как это сделать — неизвестно. Здесь не смогли справиться все инженеры Окинавы, что работали на ней последние четыреста циклов.

— А ты теперь имеешь перед ними всеми неоспоримое преимущество. Да и не обязательно забирать «Зевса» прямо сейчас. Просто пускай все знают, что это твой корабль, и не рассчитывают на него. Да и сам корабль нам будет не нужен после того, как восстановим двигатели. Внедришь себе технику и можешь оставлять корабль Окинаве.

Гея очень не вовремя решила вывалить на меня всё это, будем разбираться позже. Пока снял часть пелены, чтобы она смогла понять, как развивается ситуация на Окинаве и насколько близко к нам уже подошёл флот Таймлина и насколько он велик.

— Предлагаю разобраться с этими вопросами после того, как вышвырнем из цитадели захватчиков. У нас осталось совсем мало времени до прибытия флота Таймлина, нужно подготовить им горячую встречу, и если для неё необходимо договориться со свободными капитанами, то я готов это сделать. И первым будет Сатоши Хирояки. Аелла, ты мне поможешь?

Дальше я снял пелену со всех, так и не дождавшись ответа от Кинга и Гилдраста. Но, судя по выражению лица последнего, он был вполне доволен моим решением. А вот Проповедник нахмурился и явно был разочарован. Но это его проблемы. Мне совершенно не хочется влезать во все эти игры с управлением Окинавой, разделом сфер влияния на Вериго и так далее.

Вместе с исчезновением пелены на меня обрушился поток информации, который пришлось обрезать и повторять подготовленный рассказ для остальных. Владеющие «Харона» после возвращения в нормальный временной поток попытались атаковать нас, но Вита смогла их остановить без явных проблем. Только Хирояки и Немезида продолжили действовать, заблокировав друг друга. Но здесь помогла Аелла, быстро остановив вновь начавшуюся дуэль.

— Сколько времени тебе потребуется, чтобы избавить отца от яда заражённых? — спросил я у Гефеста, который с того момента, как освободился от темпоральной пелены, крутился возле застывшего Зверя.

— Понятия не имею, возможно, это будет сделать в подобном состоянии или нет. Я раньше никогда не сталкивался с техниками, способными влиять на время, но могу предположить, что понадобится выводить Витольда из стазиса, чтобы очистить его от яда заражённых. Не получится это сделать в таком состоянии. Да с ним вообще ничего не получится сделать в таком состоянии. Даже убить и то не выйдет. Для этого необходимо будет войти с ним в один временной поток…

Гефеста понесло, и он принялся рассуждать сам с собой на тему временных флуктуаций, неопределённостей и ещё чего-то не менее умного. Мне вникать во всё это совершенно не хотелось. Да и не было у человечества знаний по работе со временем. Даже общемировой информационный поток ничего не мог мне поведать об этом. Хотя цивилизация та’арцев явно умела управлять временными потоками.

— Выходит, что мы не сможем даже убрать отца, и он будет находиться прямо на этом месте до тех пор, пока не найдём способ ему помочь?

— Пока не знаю, но в любом случае для начала необходимо обезопасить цитадель, а уже потом будем думать, что делать дальше.

К этому времени к нам подошёл клон Маккинли. Весьма потрёпанный, но вполне функционирующий. Это был один из середнячков. Самый сильный слишком пострадал после встречи с Матиасом Зионом.

— Мы выполнили свою часть и сдержали тех, кто находился на полигоне. После снятия ментального воздействия четверо отказались сражаться дальше и перешли на нашу сторону. Остальных пришлось уничтожить. Что вы планируете делать дальше, и чем ещё Нью-Вегас может помочь?

Вопрос оказался очень своевременным, как и появление самого клона. Нью-Вегас являлся силой, с которой в обязательном порядке необходимо считаться. Если у них действительно есть ультимативное вооружение, которое раньше принадлежало Окинаве, то с его помощью наказать Анджело Арано, а затем и Ульфа Сканнинга будет гораздо проще. Но сперва нам необходимо разобраться с бойцами союза, что успели высадиться на пятом кольце. И оставлять отца одного посреди развороченного учебного центра было нельзя.

Следом за клоном Маккинли подтянулся и Хан Соло. Главный инженер сказал, что большой накопитель в безопасности, полностью стабилизировался, вновь начал собирать Та’ар и отдавать его для функционирования цитадели. Причём сам он для этого ничего не сделал. Непонятный объект просто взял и исчез, прихватив с собой практически весь та’ар, что был в накопителе. Оставил ровно столько, чтобы хватило на нормальное функционирование всех систем Окинавы и ещё немного сверху.

Наследие просто не могло поглотить всё, тем самым подвергнув огромному риску миллионы жизней. Это претило самой сути наследия. Любая жизнь бесценна и должна охраняться.

И сейчас множество жизней бойцов гарнизона Окинавы зависели в том числе и от наших действий. Разбирательства с Маккинли, Проповедником, Гилдарстом и Хирояки я тактично переложил на главного инженера, как на единственного человека из присутствующих, имеющего реальную власть на Окинаве, а сам связался с Артом и велел парням двигаться к нам. Дальше состоялся разговор с Бобом, который после выхода из темпоральной пелены стал каким-то очень задумчивым, словно он понял какие-то истины, которые помогут постичь все тайны мироздания.

Некроморфу я поручил охранять отца и не подпускать к нему никого, кроме моих парней. Такой охраны для него должно быть вполне достаточно. Мы будем двигаться от центра обучения и зачищать всё на своём пути, так что никого не должны пропустить. А если и пропустим, то парней и Боба должно быть вполне достаточно, чтобы разобраться даже с владеющим третьего порядка.

На всякий случай создал несколько конструктов, среди которых оказались ледяные висперы и пара овейнов, окруживших застывшую фигуру ментальным барьером. Попытался оставить здесь же Аеллу, но она наотрез отказалась, заявив, что будет гораздо полезнее на передовой, а то медиков Окинавы совсем не видно. Они если и работают, то явно где-то в другом месте, и вообще непонятно, куда смотрит их старший.

Говорить о том, что благодаря стараниям наших союзников из Нью-Вегаса его больше нет, я не стал.

К моему удивлению, не только я решил озаботиться безопасностью отца. Капитан Хирояки и Проповедник также выделили несколько человек для его охраны. От «Харона» — отряд Бринера, а от «Чёрного Лотоса» — Гефест, который всё никак не мог оторваться от изучения временной аномалии.

— Я связался с большинством старших офицеров Окинавы и сообщил им о гибели командующего и его правой руки. Они уже заверили, что полностью подчиняются совету и готовы выполнять наши приказы. Связь с шестым кольцом заблокирована, так что можешь не опасаться, что кто-нибудь из моих коллег решит начать играть самостоятельно, — доложил Соло.

Этого для нас оказалось вполне достаточно, чтобы выдвинуться на зачистку. По данным Геи, флот Таймлина окажется в зоне досягаемости орудий крепости через восемь часов сорок две минуты. К этому времени необходимо зачистить пятое кольцо и отдать приказ гарнизону на тотальную зачистку остальных колец.

Первая преграда была снесена, осталось выполоть сорняки и отбить атаку из космоса. И для этого у нас есть не только крылья, но и наклёвывается маленький, но очень зубастый флот.

Глава 3

Пятое кольцо удалось отбить довольно быстро. Даже несмотря на снятие ментального поводка Энио, небесные воины продолжили сражаться с захватчиками из союза. А когда Хан Соло взял на себя общее командование и к защитникам цитадели присоединились союзнические силы, дело пошло гораздо бодрее.

Нами были выбраны самые тяжёлые участки и произведена их зачистка. К этому времени Проповедник смог договориться со всеми свободными капитанами в доках Окинавы, а Марк объединил их в общую сеть и разработал план сражения. Гея оценила его и дала добро.

Против сорока шести кораблей Таймлина мы выдвинули всего девять, и даже Гея не могла дать стопроцентной гарантии на победу. Мы не знали состав флота противника и техники, которыми обладают его владеющие.

Если на Вериго обосновались в подавляющем большинстве выжившие с кораблей Первого Ударного, то Таймлин стал домом для выживших с кораблей заражённых, и там с флотом всё было гораздо лучше. Правда, прошло уже почти четыреста циклов, и самые лучшие корабли себе забрал Ульф Сканнинг, но всё равно рассчитывать на то, что флот Таймлина состоит из рухляди, не стоит. Понятия не имею, каким образом Проповеднику удалось договориться со свободными капитанами, но настроены они были крайне серьёзно. Впрочем, Лютер Кинг также был вместе с нами на борту «Ивара» — флагмана первой боевой флотилии, собранной на Вериго, чтобы противостоять инопланетным захватчикам, как бы странно это ни звучало.

А Гилдарст Клайв остался на Окинаве. Ему предстоит не только завершить зачистку цитадели, но и сформировать новое правительство в кратчайшие сроки. В этом правителю Закатного будет помогать совет цитадели, Тереза Маккинли и Вита.

Несмотря на то что юной королеве ледяных висперов отроду было несколько месяцев, она прекрасно разбиралась в управленческих вопросах, унаследовав эти знания от матери и предыдущих поколений правителей. Хотя её присутствие в составе флота могло сильно упростить будущее сражение, но присутствие на Окинаве сильного менталиста в данный момент было более оправданным.

Аелла вместе с Ремаей находились на борту «Харона», несмотря на все мои попытки затащить их на «Ивара». Пусть в учебном центре они и пошли против капитана Хирояки, но обе заявили, что должны отдать долг «Харону» и его экипажу. До тех пор, пока этого не произойдёт, они не покинут корабль.

Здесь у меня была надежда только на Немезиду. Она уже показала, что ради сестры готова пойти даже против своего учителя.

Вот так, не успев встретиться, мы вновь разделились. Но теперь я точно знаю, где находится сестра, что с ней всё в порядке и она вполне может постоять за себя. Даже способна остановить драку двух владеющих четвёртого порядка.

— Двенадцать минут до выхода в зону досягаемости наших оружейных систем, — сообщил Марк, который очень обрадовался нашему с Геей появлению у себя на борту. Ради этого дела он даже вывел всех ремонтных дронов и выстроил их в качестве почётного караула, когда мы поднимались на борт.

Экипаж эсминца состоял всего из трёх человек. И двоих из них я прекрасно знал — это оказались Инга и Диего из звена Мбване. Женщину взяли как главного техника «Ивара», а её муж шёл комплектом и теперь отвечал за десант «Ивара», в котором он один и состоял. Третьим был капитан корабля — Гилдарст Клайв.

Марк мог спокойно обойтись и без этой троицы. Эсминец прекрасно работал и в автоматическом режиме без присутствия людей на борту.

За время, что мы находились на Окинаве, Закатный успел оснастить корабль полным комплектом беспилотников, так что теперь он практически так же смертоносен для врагов, как в момент своего создания. А если учитывать то, что управляет эсминцем младший Та’ар-интелект, то во многих аспектах стал более опасным для врага.

— Организуй мне связь с флагманом Таймлина, — обратился к управляющей программе Проповедник.

На время отсутствия Гилдраста он взял на себя формальное командование кораблём и всем объединённым флотом. Никто не возражал против этого. Хотя Гея говорила, что это должен быть я.

Пора набираться опыта в космических сражениях, понимать, как всё должно работать, выстраивать тактику с учётом возможностей противника, находить его сильные и слабые стороны в момент первого боестолкновения и так далее. Всего несколько десятков, а то и сотен пунктов. Уже после первой дюжины я перестал слушать. Да и реальное командование на самом деле принадлежало Гее и Марку. Та’ар-интеллекты здесь справятся лучше любого владеющего. К тому же Гея была создана именно для этого.

До этого момента попытки связи не предпринимались, хотя та же Маккинли настаивала на этом. Она собиралась решить всё дипломатическим путём. А вернее, банальным запугиванием таймлинцев. Носители ультимативного оружия Нью-Вегаса уже подходили к докам Окинавы и вскоре будут готовы к запуску боеголовок Армады — единственного оружия, которого до сих пор боится Ульф Сканнинг, представляющего реальную угрозу ему и флоту заражённых в этом секторе галактики.

— Они не хотят отвечать, но взломать их систему довольно просто. На это потребуется полминуты, — сообщил Марк, а Гея в это время сказала мне, что уже всё сделала.

Правда, смогла взломать только связь. Мозги кораблей заражённых оказались нетронутыми. Хотя и это не было проблемой. Только для этого потребуется довольно много времени, и к тому моменту космическое сражение уже будет завершено.

— Взламывай, — дал добро Проповедник, после чего попросил остаться рядом с ним меня и клон Маккинли.

Причём я должен надеть шлем, чтобы не выдавать себя. А вот они с клоном, наоборот, должны показать свои лица. Ещё рядом с нами появился Марк в броне высшего офицера Звёздного Флота со всеми полагающимися знаками различия.

Когда пришло время, на капитанском мостике Ивара развернулся голоэкран, на котором мы увидели капитанский мостик флагмана Таймлина и несколько удивлённых лиц экипажа, которые явно не ожидали подобного, считая, что они заблокировали любую возможность связи.

— Говорит Лютер Кинг — командующий объединённым флотом Вериго, в состав которого входят лучшие корабли Первого Ударного Флота Земной Федерации. Назовите себя и с какой целью вы двигаетесь в направлении орбитальной крепости Окинава? Через восемь минут вы окажетесь в зоне поражения нашего вооружения и будете уничтожены.

Нужно отдать таймлинцам должное: они довольно быстро пришли в себя, и никто не запаниковал. Послышались чёткие команды, и через несколько секунд в фокусе камеры появился сурового вида мужчина в военном мундире и какими-то технологическими имплантами на голове. Импланты слегка отливали свечением Та’ар и явно были сделаны из звёздной стали.

— Раньше подобные штуки использовали для усиления мозговой деятельности людей, не способных взаимодействовать с частицами творения. Но на Вериго нет технологий, чтобы создавать подобные импланты, — сообщила мне Гея, хотя я и сам уже смог узнать информацию об этих приспособлениях. — Необходимо получить доступ к технологическим цепочкам Таймлина. Тогда обычные жители Вериго смогут действовать не хуже владеющих.

Вот только я сильно сомневаюсь, что у Таймлина действительно имелись необходимые технологии и технологические цепочки для создания подобных имплантов. Больше ни у кого на вражеском мостике таких не наблюдалось. Скорее всего, это единичные приспособления, которые остались ещё со времён Великой Битвы, ну или были настолько редки, что полагались только высшему военному руководству империи.

— Говорит Эрен Дюбуа, главный стратег флота Великой Империи Таймлин. Капитан крейсера «Гнев Императора Арано» — сильнейшего корабля в системе Двуногого Серпа. Сдавайтесь, и в этом случае мы сохраним ваши жизни, жизни экипажей ваших кораблей и позволим стать частью великого флота. У вас есть, — главный стратег посмотрел куда-то в сторону, затем слегка улыбнулся и кивнул, — две минуты, чтобы дать ответ. По истечении этого времени мы открываем огонь. Вы уже находитесь в зоне поражения наших оружейных систем. Возможно, на Вериго подобная рухлядь и может напугать кого-то, но с нами не сработает. Новейшие корабли Великой Империи превосходят анахронизмы Первого Ударного. Уже четыре сотни циклов назад эти корабли не могли похвастаться техническим превосходством перед флотом заражённых, поэтому и проиграли Великую Битву. У вас осталось сто шесть секунд.

После этих слов Дюбуа прервал связь, а Марк начал хохотать. Впрочем, он был не один — рядом с ним веселилась миниатюрная чёрная валькирия. А вот лица Кинга и клона Маккинли выражали сильную озадаченность. Они рассчитывали, что наш флот сможет застать таймлинцев врасплох. Вкупе с оружейными системами Окинавы мы способны выдержать куда более массированную атаку. Да и оружейные системы противника оказались лучше наших. По крайней мере, по дальнобойности. Пусть и не намного, но всё же лучше.

— И что вас так развеселило? — спросил я у Геи и Марка.

— Да то, что флот таймлинцев состоит исключительно из гражданских судов, — заговорил Марк. — Единственный военный корабль, что у них имеется — это флагман. И тот не сильнее нашего эсминца. Ульф Сканнинг позаботился о том, чтобы у него гарантированно был самый мощный флот в системе, и забрал все реально сильные корабли себе. Этот Дюбуа блефует. Ударить он по нам может лишь десятком торпед с флагмана, но для их перехвата мне потребуется всего один беспилотник. Так что с уверенностью можно говорить, что мы разобьём их в пух и прах. Если быть точным, то с вероятностью в девяносто девять целых и девять десятых процента. Пусть я и не могу перехватить контроль над их кораблями, но этого и не понадобится. Просто ждите, когда главный стратег сам запросит соединения с нами.

— Действуй, — коротко ответил Проповедник, полностью доверившись младшему Та’ар-интеллекту.

Гея в этот момент рассказывала мне, как она хочет разгромить флот Таймлина всего парой выстрелов, передавая схемы расположения наших кораблей и кораблей противника. Естественно, со всеми пояснениями и обозначениями. Моё обучение тактике ведения космических сражений началось в реальном бою.

Благодаря улучшениям, полученным после становления проводником для общемирового информационного поля, я понимал всё без каких-либо сложностей и даже видел несколько способов улучшения плана Геи. Но она все их отвергла, заявив, что хочет устроить максимально показательную порку, и для этого не нужно спешить.

Когда отведённые главным стратегом Таймлина две минуты истекли, с нами попытались выйти на связь, но получили отказ. После этого в нашу сторону полетели все имеющиеся на борту вражеского флагмана торпеды. Марк в ответ запустил всего один беспилотник с кинетическим вооружением на борту.

И уже через минуту мы видели уничтожение первой торпеды как яркую, но мгновенно исчезнувшую вспышку, и больше ничего. Дальше последовало ещё девять подобных вспышек, и все угрозы нашему флоту со стороны таймлинцев были устранены.

Эта демонстрация показала противнику, что его блеф не удался, и через несколько секунд последовала новая попытка связаться с нами. Марк вновь отклонил её, и когда уже наши корабли сблизились с противником на достаточное расстояние, то сразу четыре вражеских корабля перестали существовать. Марк выпустил все беспилотники, что у него были, увеличив количество кораблей в нашем флоте в несколько раз.

На этот раз вызовы с вражеского флагмана начали идти один за другим. Главный стратег осознал, что вся его флотилия в любой момент может перестать существовать.

Но мне показалось, что здесь явно не всё так просто. Ну не можем мы всего с одним эсминцем представлять угрозу для нескольких десятков кораблей, пусть и переделанных под военные нужды из гражданских моделей: грузовиков, буксировщиков, ремонтных станций и так далее. Да и на их бортах должны находиться сильнейшие владеющие Таймлина, которые способны обойтись и без кораблей.

Гея ничего не ответила на мои опасения. Лишь пожала плечами и заявила, что факты говорят о другом. Поэтому я решил поделиться этим с Кингом и Маккинли.

— Подобные ощущения у меня появились, когда мы связались с флагманом противника. Слишком самоуверенным выглядел этот главный стратег. Марк, ты допускаешь возможность того, что таймлинцы могут обмануть тебя? И что их корабли на самом деле не такой мусор?

— Исключено, — заявила Гея практически одновременно с Марком.

Только её слышал исключительно я, а вот младший Та’ар-интелект стоял вместе с нами на мостике Ивара, и его видели все присутствующие.

— Тогда отдай команду всем кораблям атаковать флагман противника, — принял решение Проповедник, и через несколько секунд общий залп из дальнобойных орудий обрушился на «Императора».

Из-за расстояния между нами пришлось ждать несколько секунд, чтобы сенсоры «Ивара» зафиксировали полный провал. Общий залп был поглощён силовым полем вражеского флагмана.

— И не просто поглощён, но ещё и вся эта энергия была распределена между кораблями противника, — Гея выделила для меня на карте корабли, получившие от нас подзарядку. — Похоже, что столь лёгкой победы, как мы изначально думали, не получится. «Император» — далеко не обычный крейсер. Ульф Сканнинг всё же не решился оставить Таймлин без надёжной защиты. Флагман противника — крейсер проекта «щитоносец». Один из самых удачных кораблей заражённых, технологию производства которых свободному человечеству так и не удалось заполучить. В то время в крупных сражениях именно эти корабли доставляли флотилиям Федерации больше всего проблем.

Марк ничего этого не знал, поэтому сперва получил от Геи пакет данных, а уже после пересказал практически слово в слово то, что она мне рассказала.

— Я помню эти корабли, и они действительно были костью в горле у всех флотоводцев Федерации. Разгром флота противника был возможен только после уничтожения всех щитоносцев. И для этого использовали исключительно десантные операции. Необходимо проникнуть на борт крейсера и отключить его системы вручную. Или взорвать изнутри, что раньше происходило практически всегда. И делали это сами заражённые, чтобы технология создания щитоносцев не попала в руки учёным Федерации, — сказала Маккинли, единственная из присутствующих, жившая в то время и знающая о щитоносцах.

Правда, она не сказала о том, что даже получив достаточное количество целых щитоносцев, учёным свободного человечества так и не удалось повторить технологию заражённых, что было поразительно. У последних было гораздо меньше ресурсов и возможностей.

— В таком случае нам просто необходимо поступить так же, — сказал я. — Проникнуть на борт «Императора» и просто захватить его. Уверен, что подобный корабль станет для нас отличным подспорьем против флота Сканнинга.

— Ты понимаешь, что это означает вступить в схватку с неизвестными владеющими, о которых мы ничего не знаем? Не их число, силу, техники. Вообще ничего, — спросил Проповедник, явно не имеющий ничего против моего предложения.

— Не вижу другого способа остановить корабли Таймлина. Как я понял, этот щит нам не пробить при всём желании. Не хватало нам ещё позволить высадиться на Окинаву вражескому десанту с главными боевыми единицами Таймлина.

— А столкнуться с ними на борту «Императора» ты согласен? — усмехнулся Кинг. — Что же, это может оказаться весьма интересным. Всегда хотел узнать, насколько сильны владеющие Таймлина. Всё же наши пути развития сильно отличаются. Вот только абордажную команду я буду составлять лично. Попадут в неё только самые лучшие.

— Нам тогда вообще не стоит переживать, — заявила Гея. — На Вериго слишком мало владеющих, которые способны сравниться с тобой. А уж если ты действуешь под моим руководством, то таких и вовсе нет.

Глава 4

— Связь с «Хароном» была потеряна, — дрожащим голосом сообщил новый адъютант Ульфу Сканнингу.

Старый скоропостижно скончался в пасти господина после того, как сообщил ему новости о том, что Анджело Арано решил отойти от приказов повелителя и начал действовать самостоятельно, взломав систему щитоносца и бросив его в атаку на Окинаву.

И вот теперь пропала связь с кораблём, на котором находился Зверь. Новость ничем не лучше, поэтому адъютант уже готовился к смерти.

— Я ожидал этого гораздо раньше, — усмехнулся Сканнинг вместо того, чтобы разорвать глотку гонцу, принёсшему плохую весть.

И от этого бедолаге стало ещё страшнее. Он буквально начал трястись от страха, что очень понравилось самому опасному хищнику в ближайших системах. Сканнинг с наслаждением втянул воздух, вдыхая аромат страха, и улыбка переросла в оскал.

— Надеюсь, все паразиты выползли из своих нор? Нью-Вегас, «Чёрный Лотос», «Закатный»… Кто ещё присоединился к ним? Через полчаса жду подробный отчёт с раскладом сил в системе Двойного Серпа. Хочу знать абсолютно всё, вплоть до количества и порядков владеющих, решивших бросить нам вызов. А сейчас организуй мне связь с Анджело Арано, пора приструнить зарвавшегося недоимператора, решившего, что может действовать самостоятельно.

Сканнинг хлопнул в ладоши, заставив адъютанта подпрыгнуть, после чего радостно рассмеялся, а на столе перед ним остался лежать средний конденсатор. Трясущимися руками адъютант схватил его и начал сбивчиво благодарить господина, не веря в происходящее. Вместо смерти он получил поощрение. Но времени, чтобы отблагодарить господина в должной степени, не было. Связь с Таймлином гораздо важнее, и уже через несколько секунд перед Ульфом Сканнингом появилась проекция Анджело Арано, вальяжно развалившегося на кровати в окружении десятка женщин разных возрастов.

Подобное зрелище заставило Ульфа скривиться от отвращения и понять, что этот человек никогда не сможет захватить контроль над Окинавой, и отправка Зверя была полностью оправдана. А то, что связи с «Хароном» нет, ничего не значит — просто связь в том секторе полностью заглушена. Он сам отправил три корабля подавления для этого.

— Повелитель, — с огромным опозданием всё же заговорил Арано, выказывая своё пренебрежение Сканнингу, — что заставило вас первым выйти на связь со своим покорным слугой? — повелитель Таймлина попытался скрыть улыбку за бокалом, к которому приложился, но у него это не вышло.

— Покорные слуги не позволяют себе действовать за спиной господина, — усмехнулся в ответ Сканнинг. — Если шавка пытается тявкать на хозяина, то ей просто необходимо свернуть шею.

В одно мгновение ложе бывшего правителя Таймлина окрасилось кровью. А ничего не понимающая голова Анджело оказалась в руках истинного правителя Таймлина.

— Отличная работа, щенок. Этот идиот сыграл свою роль, теперь пора тебе выходить из тени. Я уже отправил к Таймлину второй флот. Возьми его и подави любое сопротивление на Вериго. Сровняй пару крупных городов с землёй, этого будет вполне достаточно, чтобы остальные осознали свою никчёмность и прекратили барахтаться.

— А что с Армадой? — прорычал истинный хозяин Таймлина, ещё не закончив трансформацию в человека.

— Это оружие больше не представляет для меня угрозы. Я смогу перейти на пятый порядок. Теперь твой отец станет одним из повелителей Прайда. И собственная орбитальная крепость будет отличным подарком к моему возвышению.

***

Абордажная команда, собранная Проповедником, состояла из капитанов всех кораблей нашего флота и их старпомов.

Немезида оказалась не единственной, кто сумел не только заполучить уникальную технику, но и развиться до третьего порядка. Всё же она оказалась не ровня Вите, как я подумал изначально после их столкновения. Просто старпом «Харона» была гораздо опытнее и владела всеми своими техниками в совершенстве, в то время как Вита больше полагалась на свои ментальные способности, а когда не использовала их, то выигрывала за счёт более развитого тела владеющего четвёртого порядка.

Также на третьем порядке находились капитан Хирояки и все остальные свободные капитаны. Всего шестнадцать человек, а если считать вместе с нами, то десант Вериго составлял девятнадцать человек. Семь владеющих второго порядка и двенадцать третьего. Невероятная сила, которая сможет разбить флот Таймлина. Я в этом ни капли не сомневался.

Гея сообщила, что владеющие способны проникнуть за защитные поля «Императора», так что экипаж вражеского флагмана ждёт огромный сюрприз. Впрочем, нам сперва необходимо добраться до него и не превратиться в космическую пыль.

Совместно составленный план был очень простым и невероятно опасным. Техника энергетического щита была только у трёх владеющих из нашей абордажной команды. И то в лучшем случае щиты выдержат пару попаданий из корабельных орудий, а в худшем — всего одно. За это время мы должны добраться до борта «Императора», а потом ещё попасть внутрь корабля. Но здесь нам поможет Гея, как и в общей координации во время лобового столкновения с вражеским флотом. Именно так назвал нашу затею Проповедник.

Когда мы сблизились с кораблями противника на оптимальное расстояние, то первым делом открыли заградительный огонь, главной целью которого было отогнать от «Императора» как можно больше кораблей противника. На это ушёл чуть больше часа, но результат получился вполне приемлемым и укладывался во временные рамки нашего плана.

— Помните, что не стоит применять никаких техник и лучше вообще не пользоваться Та’ар, — произнёс я перед тем, как активировать истребитель, разросшийся до неимоверных размеров, чтобы вместить всю абордажную команду.

Я истратил на это почти тридцать тысяч Та’ар, одним махом лишившись трети имеющейся энергии. Гея сказала, что я практически воссоздал технику уровня корвета. Только мой истребитель всё равно оказался в разы меньше, без должной огневой мощи и защиты. А вот в скоростных характеристиках он уделывал даже все известные Гее лёгкие корабли. Разве что беспилотники Марка могли составить мне конкуренцию. Но у Таймлинцев точно не было таких кораблей. Поэтому мы делали ставку именно на скорость в первой части нашего плана.

Было очень странно ощущать столько владеющих, слившихся с моей техникой, но благодаря подключению к общемировому информационному полю я привык к этому практически мгновенно и с лёгкостью мог выделить каждого владеющего и выпустить его или даже заблокировать, если потребуется. А когда мы покинули палубу «Ивара», то перед глазами появилась вся необходимая информация: расстояние, скорость вектора движения и ещё куча всего, чтобы максимально упростить наше приближение к защитному полю «Императора».

— Я немного сгруппировал поступающую информацию и выкинул всё лишнее. Во время боя начинающему пилоту необходимо учитывать все эти параметры. С опытом ты будешь воспринимать их как само собой разумеющееся, а пока придётся немного напрячь мозги, — сказала Гея.

— Вообще не придётся, — ответил я.

Все данные быстро структурировались во вполне понятную картину, которая с каждой секундой становилась всё более чёткой и ясной. Векторы движения, ускорения и все манёвры были заранее подготовлены для любой ситуации, которая может возникнуть во время движения. И перестроиться я смогу за считанные мгновения.

Очередной залп нашего флота, и истребитель на максимальном ускорении двинулся к силовому полю «Императора». Реальную угрозу нам представляли только оружейные системы вражеского флагмана и восьми кораблей, что остались под его защитой. Но там были исключительно транспортники, везущие на Окинаву десант. Вооружение у таких кораблей минимальное, и попасть по нам они не сумеют — слишком быстрым был истребитель.

— Расчётное время прибытия в нужную точку — восемь с половиной минут, — раздался голос Марка, который также выступал в роли координатора, выпустив рядом с нами несколько своих беспилотников. Ставших для нас дополнительной защитой.

Торпед у «Императора» больше не осталось, зато имелось энергетическое оружие, которое открыло по нам огонь, когда истребитель зашёл в зону поражения. Вот здесь мне пришлось кружиться так, что порой было совершенно непонятно, в правильную сторону мы летим или нет.

Несколько мгновений приходилось тратить только на то, чтобы сориентироваться в пространстве, что вызывало у Геи лёгкие смешки. Несмотря на все улучшения и плюшки, полученные после становления проводником общемирового информационного поля, мне необходим был реальный опыт использования всего этого. Пока я словно новорождённый детёныш вслепую пытался нащупать правильный путь.

Чем ближе мы были к «Императору», тем сложнее становилось избегать попаданий. Приходилось крутить истребитель по невероятным траекториям, порой скидывая ускорение практически до нуля. Обычного человека подобные перегрузки превратили бы в кровавый фарш. Но и нам доставалось по полной. Зрение несколько раз отказывало, и приходилось ориентироваться исключительно на команды Геи.

Первый беспилотник Марка был уничтожен примерно на половине пути. Он прикрыл нас собой, хотя в этом не было никакой необходимости. Я шёл по траектории, которая позволяла избежать попадания. Слегка касался энергетического луча левым крылом, но я уже позаботился об его усилении и легко бы справился с этим попаданием. Но Марк посчитал иначе и не стал рисковать, бросив на защиту свой беспилотник.

А возле нужной точки мы остались совсем без прикрытия. Буквально из пустоты на нас обрушился рой москитного флота, состоящий из сотен мелких дронов, которые создали прямо перед защитным полем энергетическую сеть, способную остановить нас. Даже Гея с Марком оказались в замешательстве, не понимая, каким образом прорваться через новую преграду и не оказаться уничтоженными. А вот ОИП помогло мне, дав информацию о слабых местах этой ловушки.

В итоге пришлось пожертвовать оставшимися беспилотниками, чтобы разрушить её и оказаться прямо перед защитным полем щитоносца.

— Двигайтесь по векторам, предоставленным мной! — сказал я перед тем, как деактивировал истребитель, и мы распались на три отряда с щитовиком в каждом.

У всех была схема корабля с указанными на ней уязвимыми местами и точками, откуда проще всего будет подобраться к обшивке и не попасть под огонь защитных систем крейсера. Подобных мест было крайне мало, и чтобы подобраться к ним, необходимо было миновать несколько уровней обороны, включая главный калибр. Спасало только одно — защитное поле было установлено в непосредственной близости от корабля, буквально три секунды на максимальном ускорении, и мы уже на броне «Императора».

Это оказались самые напряжённые три секунды в моей жизни. Даже во время боя со Зверем, когда его когти уже практически вонзились в голову, я так не напрягался. А всё потому, что я видел, как сразу после разделения были уничтожены четверо владеющих, не сумевших вовремя собраться и начать манёвр уклонения. Двое были из нашего отряда.

Даже защита владеющего третьего порядка не способна выдержать прямое попадание из оружейных систем крейсера. Толком разобраться, кто вышел из боя, не было времени. Щит Маккинли лишь слегка смягчил столкновение с обшивкой «Императора», а дальше мы побежали прямо по броне к ближайшему уязвимому месту, до которого было чуть меньше семидесяти метров.

Доспехи обеспечивали отличное сцепление с броней, а энергетические микроимпульсы позволяли чувствовать себя в космосе практически так же, как и на планете со стандартной гравитацией.

По дороге пришлось уничтожить несколько противоабордажных систем, которых на «Императоре» оказалось довольно много. Но этим занимался исключительно Кинг и его дроны, способные не только атаковать, но и ставить дополнительную защиту. Это я узнал, когда за спиной появилась система ПКО из двух спаренных гаусс-турелей и дала залп. Даже Гея не успела вовремя отреагировать, а вот дроны Проповедника каким-то непостижимым образом выставили щит за мгновение до удара.

Всё это происходило в полной тишине. На разговоры просто не было времени. Каждая команда знала, что нужно делать, и практически одновременно мы начали пробивать в обшивке крейсера проход. Здесь уже я был на первых ролях, усилив мечи и начав прорубаться внутрь корабля, строго по намеченным Геей местам.

Кусок брони размером два на два метра выскочил из «Императора», словно пробка из бутылки, обдав нас порцией газов, мгновенно превратившихся в лёд при столкновении с космическим вакуумом. Уже через пару секунд мы находились внутри ремонтного коридора, который тянулся практически по всему крейсеру, позволяя ремонтным ботам и техникам достигать повреждённого участка максимально быстро.

Капитанская рубка, как и все жизненно важные узлы корабля, находились ближе к корме, в то время как мы проникли с левого борта. Вторая команда — с правого, немного дальше нас. А третья вовсе вошла практически в окно, оказавшись на носу корабля, где у крейсеров данной модели располагались отделяемые десантные отсеки и противоабордажная команда, которая по штатному расписанию должна быть на кораблях подобного типа в обязательном порядке.

В третьей команде оказались Хирояки и Немезида. Им предстояло взять на себя противоабордажную команду и поднять как можно больше шума. В то время как целью других команд были генераторы защитного поля, а если не получится подобраться к ним — реакторы корабля.

Стоит вывести из строя что-то одно из этого, и тогда флот Таймлина станет лёгкой добычей для наших кораблей. В этом случае одного «Ивара» будет вполне достаточно, чтобы не допустить их к Окинаве.

— Я пока попытаюсь взломать системы корабля изнутри, а вы будьте осторожны. Странно, что владеющие противника не вышли к нам навстречу. Это было самым эффективным способом остановить наше проникновение. Пока не могу сказать, что именно задумал главный стратег, позволив нам практически беспрепятственно попасть внутрь крейсера, — сказала Гея, закончив составление карты внутреннего строения «Императора».

Ближе всего к нам находились генераторы защитного поля, расположенные шестью палубами ниже, совсем недалеко от капитанского мостика и мастерской. Это был центральный узел, но вывести только его из строя мало — тогда включатся резервные генераторы, и щиты всё так же будут прикрывать вражеские корабли.

Реакторы находились в корме корабля, и до них было гораздо дальше, чем до генераторов защитного поля. К тому же на пути к реакторам карта была залита красным — множество ловушек и оружейных систем, через которые придётся довольно долго пробираться. Поэтому размышлять над тем, куда двинуться, никто не стал.

Второй отряд направился к резервному узлу генераторов, а третий, после того как разберётся с противоабордажной командой, присоединится к нам.

— Приготовьтесь к быстрому спуску! — крикнул Проповедник, после чего палуба у нас под ногами исчезла вместе со всем оборудованием, что там находилось, впрочем, как и ещё несколько нижних палуб, которые были поглощены плазменным импульсом, созданным техникой Кинга.

Пару секунд свободного падения — и мы оказались в помещении, больше всего похожем на склад. Множество ящиков, погрузчики и три бронированных меха, чьи пушки были направлены на нас.

Но гораздо раньше мехов в дело пошли техники, насыщенные та’ар, что должны были оставить нас без брони и оружия. А дальше дело стало бы за малым. Даже владеющий пятого порядка без надлежащей защиты не смог бы выдержать прямого попадания из тяжёлого плазмомёта, которыми были оснащены мехи.

Глава 5

Та’ар-импульсы, выпущенные в нас, столкнулись с энергетической защитой клона Маккинли, и ничего не произошло — они просто остановили друг друга. Гея уже указала мне все укрытия вражеских владеющих и слабые места мехов. Хотя для звёздной стали их броня не была помехой, как и энергетические поля, которые включились, когда Кинг выпустил несколько своих дронов, начавших осыпать противника ответным огнём.

Помещение оказалось довольно просторным, поэтому развернуться было где. Правда, для полноценного полёта всё равно слишком тесно, да и никто не собирался позволять мне летать. А вот моим конструктам разбежаться по этому помещению и дальше по крейсеру помешать не могли.

Первыми вывести из боя необходимо владеющих. Мехи, хоть и серьёзные противники, но менее опасны. Да и их пилоты оказались обычными людьми. И дроны Проповедника отлично справлялись с тем, чтобы полностью завладеть вниманием мехов, а нам оставалось разобраться с двумя звеньями владеющих.

Все они рассредоточились по помещению, устроив себе укрытия за ящиками с оборудованием, запчастями и боеприпасами для мехов.

Скорее всего, флагман Таймлина использовали для переброски мобильных механизированных частей в любую точку планеты. Что при наличии владеющих казалось глупостью, но на самом деле давало множество плюсов. Первым из которых были опытные экипажи мехов, наученные сражаться в любых условиях и против любых противников, включая сильных владеющих. Они показали это, не позволив нам подобраться к намеченным целям и заставив сменить тактику.

Понятия не имею, кто из инженеров Таймлина сумел переделать плазменные пушки и вплести в обычную плазму та’ар-составляющую, но эффект получился убойный. Настолько, что дроны Проповедника выдержали всего пару секунд, после чего превратились в лужицы расплавленного металла, а нам пришлось уходить с линии плазменного потока.

— Первыми необходимо разобраться с мехами, — заявила Гея на мгновение раньше, чем такое же мнение высказали Кинг и Маккинли.

Человекоподобные машины высотой больше пяти метров выстроились в боевом порядке, позволяющем закрывать все слепые зоны и отстреливаться от любого противника. А опытные пилоты предугадывали все наши действия и открывали огонь загодя, не позволяя приблизиться.

Впрочем, и вражеские владеющие отлично справлялись с прикрытием своих товарищей, продолжая осыпать нас чем-то вроде та’ар-импульсов, но менее убойных и не способных уничтожить броню или оружие, для создания которых было использовано много частиц творения. С офицерской бронёй они точно не справлялись. Я словил два прямых попадания, и ничего не произошло. Лишь мгновенное замыкание интерфейса и сжигание мизерного количества та’ар, не больше десяти единиц. Но зато эти техники отлично сбивали ускорение, поэтому все наши попытки подобраться к мехам были отбиты.

Даже пришлось уходить под защиту внушительных контейнеров, расположенных недалеко от места нашего приземления в этом ангаре. Эти же контейнеры выбрал один из вражеских владеющих, но против нашего отряда у него не было никаких шансов.

— Дайте мне подойти к этим мехам на расстояние вытянутой руки, и они перестанут быть для нас проблемой, — заговорил один из свободных капитанов.

Из них я знал только Хирояки и Немезиду, а вот Проповедник отлично был знаком с каждым. Говорящий был в лёгкой, на первый взгляд, броне, чем-то напоминающей кадетскую. Вот только от неё исходило довольно концентрированное та’ар-свечение, что говорило о серьёзной насыщенности частицами творения и защите, возможно превосходящей даже мою. Пробить подобную защиту можно только оружием с большей концентрацией та’ар. Такой не было даже у офицерского меча в базовом варианте.

В арсенале этого капитана имелись две техники третьего порядка, одна четвёртого и остальные второго. Именно техникой четвёртого порядка он и собирался атаковать мехов. Она называлась «Вольт» и вырубала любые техники, включая имеющие та’ар-составляющие. Вырубала навсегда, и здесь не поможет никакой ремонт. Что-то вроде многократно усиленного электромагнитного импульса, скрещенного с та’ар-импульсом, действующего в паре метров от владеющего. Сражаться против такого противника будет невероятно сложно. Ведь любые техники просто исчезнут или откажутся работать как должны, оказавшись под ударом этого поля.

— Торри, если ты прикроешь моих птичек своими клинками, то они обеспечат свободный коридор для Ричера. А дальше уже разбираемся с оставшимися владеющими. Я тут набросал план на скорую руку. Каждому выделил сектор ответственности, — произнёс Кинг.

Гея получила план от Кинга и сказала, что он вполне рабочий. Даже не стала вносить корректировки. К этому времени два конструкта уже успели подобраться к засевшим владеющим и были готовы атаковать их в любую секунду. Этого будет вполне достаточно, чтобы отвлечь внимание на пару мгновений, что позволит разобраться с угрозой практически без проблем.

— Начали! — отдал команду Кинг, получив подтверждения от Торри. Нам пока оставалось только наблюдать.

Появилось восемь шипастых дронов, и сразу вокруг них начали крутиться небольшие лезвия, отливающие та’ар. За несколько мгновений они рассредоточились между нами и мехами, но пока не открывали огонь. А вот по ним палили со всех сторон, и лезвия принимали на себя все атаки. Принимали и исчезали, на их смену приходили новые. Торри был чрезвычайно сосредоточен, впрочем, как и Проповедник. Даже плазменные пушки мехов не могли пробить защиту из этих лезвий.

Когда дроны заняли свои места, они устроили энергетический шквал, наподобие того, которым накрыло отца в учебном центре Окинавы. Одновременно с этим с места сорвался Ричер, и мы получили приказ к началу атаки. Я также отдал приказ конструктам. Теперь уже все нашли свои цели и атаковали.Мой сектор находился довольно далеко от контейнеров, но мехи уже были выведены из строя, и ничего нам не мешало. А уже через несколько секунд ангар был зачищен. Все владеющие противника оказались не выше первого порядка и против нас были словно дети. Но даже они, вкупе с модифицированными плазмомётами мехов, смогли довольно сильно потрепать Ричера. Он словил несколько прямых попаданий из пушек мехов в момент, когда броня была ослаблена техниками владеющих. Они уже понимали, что обречены, поэтому решили сосредоточить весь огонь на одном противнике.

— Повреждения серьёзные, но жить точно будет. Его организм уже начал восстановление. А когда вернётся на корабль, то медицинская капсула поставит его на ноги за несколько часов, — сказала Гея, быстро просканировав Ричера. — Только вам придётся бросить его здесь. Если, конечно, у него нет каких-то серьёзных лечебных техник. А у него их нет, иначе давно уже восстановился бы.

Так же посчитал и Проповедник. Правда, в отличие от Геи, он решил не бросать Ричера, а приставить к нему Торри в качестве охранника.

До нужной точки оставалось рукой подать, и никаких сложностей по пути больше не должно было возникнуть. А когда корабль будет нашим, можно будет спокойно эвакуировать раненых. Путь до центральных генераторов защитных полей был открыт. Осталось только заглянуть в нужный отсек и вырубить там всё. Именно вырубить, а не уничтожить. «Император» будет невероятно полезным в противостоянии с Ульфом Сканнингом. Без щитоносца объединённый флот Вериго ждёт быстрая гибель. А вот с ним есть все шансы на победу.

— Первый отряд вступил в бой с противоабордажной командой крейсера, которая оказалась не на носу корабля, а с правого борта, а второй столкнулся с засадой, устроенной офицерами корабля. Все владеющие не ниже второго порядка. Но Хирояки и Белоснежка не оставили им ни шанса и уже направляются к нам, — сообщила Гея, когда мы уже были на подходе к нужному сектору.

Впереди нас ждала закрытая шлюзовая дверь, которая не реагировала на наши попытки её открыть. А вскрывать дверь силой было слишком опасно. Неизвестно, что мы можем задеть внутри и какая последует реакция. Гея сказала, что мощности взрыва одного такого генератора вполне хватит, чтобы уничтожить крейсер. А если рванут все, то, возможно, прихватим с собой и несколько кораблей сопровождения.

Единственным выходом в данной ситуации было отправиться в место, откуда можно открыть эту дверь. И таким местом, конечно же, являлся капитанский мостик, где нас обязательно встретят сильнейшие владеющие крейсера, если они уже не направились к нам, чтобы устроить горячую встречу.

С одной стороны, было очень плохо, что корабль не имел своего та’ар-интеллекта или даже обычного ИИ — из-за этого Гея не могла подключиться к его системам и открыть нам дверь напрямую. С другой стороны, это было очень хорошо. Тот же Марк мог устроить любым вторженцам настолько горячий приём на борту без владеющих, что его гостеприимство переживут лишь самые сильные. Ведь столько всего можно сделать дистанционно, не встречаясь с противником. Особенно на подобных кораблях, раньше бывших чьей-то техникой.

— Раз дело обстоит таким образом, то не вижу другого выхода, кроме как заглянуть на капитанский мостик. После того как разберёмся со всеми, там уже не будет смысла вскрывать эту дверь — корабль в любом случае будет захвачен, — выслушав меня, ответил Проповедник.

Капитанский мостик находился на восемь палуб выше и был защищён несколькими дополнительными контурами брони, проложенными прямо внутри корабля. Усиленная защита позволяла экипажу крейсера вести бой максимально долго, даже на сильно повреждённом корабле. Попасть в этот защитный периметр можно было только одним способом — лифтом, идущим прямо в нужное место. Лифт находился в пяти палубах от нас и должен был охраняться не хуже помещения с генераторами силовых полей.

Гея сообщила, что по технике безопасности, если на крейсер проникает вражеский десант, лифтовая шахта блокируется, и капитанская рубка превращается в замкнутый центр управления, способный выдержать прямое попадание главного калибра какого-нибудь среднего корабля: фрегата или эсминца. Поэтому сперва нам необходимо было взломать защиту мостика, но Гея сказала, что должна справиться. Она уже почти нащупала нужное место и пыталась ухватиться за него. Необходимо было подобраться как можно ближе. Как раз этим мы и занялись.

Пройдя две палубы и подавив пару очагов сопротивления, мы встретились со вторым отрядом. Гея предупредила меня заранее, так что это не стало для нас сюрпризом, а вот владеющие из второго отряда не смогли сдержать удивления от нашей встречи и атаковали. Я даже не понял, что ударило меня в грудь и за мгновение сожгло две сотни та’ар, при этом сильно повредив доспех. Место удара мгновенно начало пестреть красным, и посыпались сообщения о повреждениях.

— Приношу извинения, — произнёс капитан Хирояки, под удар которого я и попал.

Пришлось активировать новую броню и думать, как обезопасить себя от подобных ударов. Я ничего не видел, поэтому никак не мог себя защитить. Общемировое информационное поле также ничем не смогло мне в этом помочь.

— Пока добрались сюда, уже больше десяти раз приходилось отбиваться от внезапных атак защитников корабля. Приняли вас за очередной летучий отряд, — продолжил капитан Харона.

— Всё в порядке, — отмахнулся я. — Помещение с центральными генераторами заблокировано, и открыть его можно исключительно с капитанского мостика, поэтому наша цель изменилась. Отправляемся на мостик, разносим там всех и захватываем крейсер. Основные силы противника сейчас должен отвлекать первый отряд, ну а нам предстоит встретиться с сильнейшими владеющими «Императора», — сказал я, быстро введя в курс дела отряд Сатоши.

Вот таким образом нас стало на шесть владеющих больше. Но враг не собирался так просто позволять нам вламываться в самое сердце крейсера. Перед лифтом нас ждала засада, организованная довольно сильными владеющими.

Подойти к лифту можно было только из двух узких коридоров, которые перекрывали довольно интересные техники. Первую Гея назвала постоянным та’ар-импульсом. Достаточно мощным, чтобы деактивировать мою улучшенную броню, а вторая уже действовала на незащищённое тело комбинированными звуковыми и световыми волнами, заставляя клетки начинать самоуничтожаться.

Поля эти поддерживали сразу шесть вражеских владеющих, занявших оборонительные позиции возле нужного лифта. Эту информацию я получил от общемирового поля. Здесь оно сработало выше всяких похвал. Вот только снова не подкинуло способа, как справиться с этой проблемой.

Правда, Хирояки не видел здесь никакой проблемы и сказал, что раньше уже сталкивался с подобным и знает, как преодолеть ловушку, не пострадав. В дело вступила Немезида и ещё двое старпомов с других кораблей. Капитаны решили посмотреть, на что способны их первые помощники.

Белоснежка подошла максимально близко к первому полю, практически касаясь его, и по её броне побежали электрические всполохи. Её помощники стояли позади и также создавали какую-то технику. Причём делали это вместе, словно раньше уже множество раз работали сообща.

Подготовка заняла несколько секунд, после чего они положили руки на плечи Немезиды, и та, совершенно ничего не опасаясь, шагнула в ловушку. Свечение та’ар смешалось с электрическими разрядами, началось светопреставление, продлившееся совсем немного, и после этого перед Немезидой возник ледяной щит, который принял на себя атаки засевших вражеских владеющих.

С первым полем разобрались достаточно легко. Экипаж крейсера явно не рассчитывал на подобную прыть с нашей стороны. Впрочем, как и я.

— Внимательно наблюдай за тем, как правильно нужно использовать возможности владеющего третьего порядка. Они сейчас не используют ни одну имеющуюся в наличии технику, а просто правильно концентрируют потоки чистого та’ар, усиливая естественные возможности Немезиды. Она точно потомок одной из истинных валькирий. В моей памяти есть данные о двух валькириях, входивших в состав Первого Ударного, обладающих схожими навыками. Когда вернёмся на Окинаву, нужно будет поговорить с ней, — прокомментировала Гея.

Я не стал спрашивать, для чего это Гее — да и не до расспросов сейчас было. В дело вступили капитаны корветов, пришедшие на защиту своих помощников. Действовала только вторая команда, а мы выступали в роли сторонних наблюдателей.

Не прошло и минуты, как путь к лифту был открыт. Второе поле исчезло после смерти поддерживающих его владеющих.

Сатоши Хирояки я уже видел в деле, а теперь увидел и ещё двух капитанов. Первый по стилю боя очень походил на Проповедника — так же полагался на дальнобойные средства поражения. Только в его случае это были не шипастые дроны, а массивные пистолеты, стреляющие зарядами чистого та’ар. Эти заряды пробивали любую защиту и проникали под броню, доставляя массу проблем любому владеющему.

А второй капитан полагался на усиленную защиту и без раздумий бросился в ещё действующее второе поле. Его броня мгновенно подверглась сильнейшему воздействию звуковых и световых волн, начала быстро истончаться, лопаться и дымиться, но выдержала. Бронированный капитан преодолел поле и оказался перед вражескими владеющими, которые тут же переключились на него, оставив Немезиду и старпомов.

Ну а Хирояки орудовал своим клинком, встав рядом с Белоснежкой. Он так же просто держал меч за эфес, не вынимая его из ножен, при этом осыпая противников градом невидимых ударов.

— Что же, я ожидал от экипажа флагмана Таймлина большего. Сомневаюсь, что на капитанском мостике остались владеющие, способные противостоять нам, — с какой-то тоской в голосе произнёс Лютер Кинг. — Путь свободен. Только давайте не будем использовать лифт. Уничтожим его и спокойно поднимемся по шахте. Не хватало ещё, чтобы нас попытались им раздавить. Не хочется тратить на это лишнее время. И так мы здесь сильно задержались.

Все были согласны с главой Чёрного Лотоса, включая главного стратега империи Таймлин, который решил действовать на опережение. И когда двери лифта открылись, произошёл взрыв — пламя от которого заполнило собой все подступы к нему и поглотило нас.

Глава 6

Оказаться посреди бушующего пламени невероятно страшно, даже если ты осознаёшь, что это пламя ничего не сможет тебе сделать. Поэтому несколько мгновений после того, как взорвался лифт, я стоял в оцепенении. Впрочем, застыли практически все из нашей команды. Только клон Маккинли и Проповедник не обратили на пламя никакого внимания и первыми нырнули в шахту лифта. А когда стальные пластины последовали за ними.

Броня немного опалилась, и на этом всё, чего смог добиться главный стратег уничтожением лифта. Правда, он и не рассчитывал на то, что подобным нас удастся остановить. Он просто расчищал шахту для того, чтобы начать сбрасывать нам на головы бомбы, явно созданные владеющими. Только против нас они были бесполезны. Энергетический щит Маккинли отлично справлялся со всеми взрывами, пока клон продолжал подниматься к капитанскому мостику.

Гея весело рассуждала о том, что нас ждёт наверху, прикидывая варианты развития событий, и ничего не говорила по существу. Общемировое информационное поле также молчало, но в неведении я оставался совсем недолго.

Первыми на капитанском мостике оказались Маккинли и Кинг и сразу же вступили в бой. Когда я выбрался из шахты, практически всё уже было закончено. Главный стратег стоял в центре управления крейсером, окружённый множеством силовых полей, и совершенно спокойно вводил какие-то команды в центральный компьютер корабля.

— Готовься к героическому поступку — уничтожению корабля вместе с коварными захватчиками. Так что если ты не поторопишься и не предоставишь мне прямой доступ к любому из терминалов, то у него вполне может и выйти эта затея, — сказала Гея, отметив подходящие терминалы.

Очень странно, но кроме самого стратега и ещё трёх человек, с которыми наша команда разобралась сразу, как оказалась на капитанском мостике, больше никого не было. Наши пытались взломать защиту стратега, а я подошёл к ближайшему терминалу и запустил в него немного та’ар вместе со старшим та’ар-интеллектом.

— Я предвидел подобное развитие событий и полностью оказался прав в своей оценке действий жителей Вериго, — полностью уверовав в то, что у него всё получится, заговорил главный стратег Таймлина. — Вот так одним ударом у меня получится убрать с игровой доски самые сильные фигуры противника, и никто уже не помешает моему императору захватить Окинаву, а вместе с ней и контроль над второй планетой, что войдёт в Великую Империю Таймлина.

— И зачем тебе умирать самому? Что-то я сомневаюсь, что великий стратег — бездумный фанатик, который готов совершить самоубийство по приказу Арано, — сказала Маккинли, продолжая попытки пробиться через защитные поля.

— Я и не умру, глупая женщина, — рассмеялся главный стратег. — Этот корабль — не что иное, как жалкая копия истинного флагмана, который после вашей смерти покажет себя и захватит весь флот, оставшийся без своих капитанов. Пожертвовать одним крейсером, чтобы заполучить целый флот кораблей Земной Федерации.

— Готово, — заговорила Гея. — Теперь он не сможет ничего сделать. Через пару минут реактор и генераторы силовых полей также будут под моим контролем. Я уже связалась с Марком и передала ему новые вводные. Этот флагман действительно обманка. Настоящий ждёт сигнала, чтобы выйти из укрытия и атаковать нас.

Вместе с Геей продолжал говорить главный стратег, который явно был большим любителем долгих речей. Полностью уверенный в исполнении своего плана, он вещал, раскрывая его подробности, и лишь усмехался над попытками уничтожить его защиту.

Мои разведчики уже достигли важнейших узлов корабля, и даже успели попасть в носовую часть, где второй отряд продолжал сражаться с владеющими Таймлина, которые даже не подозревали, что командование решило принести их в жертву. Была бы сейчас с нами Вита, и мы обязательно попытались бы перетянуть этих бойцов на нашу сторону. А без неё им всем предстоит умереть. Плен мы никого брать точно не станем. Неизвестно, что ещё они попытаются выкинуть.

— Вот и всё, прощайте со своими никчёмными жизнями. Великая империя Таймлин скоро захватит всю систему Двойного Серпа, — в конце своей речи выкрикнул главный стратег и ввёл последнюю команду.

Только ничего не произошло. На его лице появилось недоумение, которое он попытался скрыть за зловещей ухмылкой, и он предпринял ещё пару попыток ввести последнюю команду.

— Что-то не получается? — спросил Кинг, которому я уже перекинул информацию о контроле над большинством систем «Императора». — Мы можем помочь.

Проповедник достал пару генераторов защитного поля и установил их рядом со стратегом таким образом, чтобы на этот раз он оказался в нашей ловушке.

— Посиди здесь, пока мы не окажемся на Окинаве и техники не выковырнут тебя из этих защитных полей. Ну а мы, пожалуй, посмотрим, что там за настоящий флагман, что должен захватить флот Вериго и подчинить корабли себе. Давно меня так ничего не могло заинтересовать.

— В любом случае вы обречены, а я покину это тело и вернусь к господину Арано. Он предоставит мне лучший сосуд, что только сможет найти.

— Ага, сейчас, разбежался, — выдала Гея. — Я взяла контроль над реакторами и генераторами, а также заблокировала все входящие и исходящие сигналы и установила точные координаты спрятанного флагмана. Справиться с ним действительно будет сложно, даже нам с Марком. Там усовершенствованный тяжёлый крейсер, имеющий на борту несколько установок стазис-поля. Если корабль или владеющий попадёт в подобное поле, то все его системы будут отключены. Даже работающие на Та’ар. Оказывается, столько всего интересного смогли придумать заражённые за время, прошедшее с Великой Битвы. Раньше подобное оружие только находилось в разработке. И это у ведущих инженеров и учёных свободного человечества.

— Ты сможешь снять защиту с главного стратега? — перебил я Та’ар-интеллект, а то она даже не собиралась останавливаться, воодушевлённая очередной технологической находкой.

— Уже сняла, а ещё передала сообщение по общекорабельной сети, что корабль переходит в собственность сил самообороны Вериго. Эрен Дюбуа захвачен, как и контроль над главными узлами «Императора». Правда, немного опоздала, и в живых остались только техники, которые находятся в реакторном отсеке. Второй отряд также двигается к нам. Будет на месте через четыре минуты.

После этого я попросил Проповедника убрать защиту и совершенно спокойно схватил Дюбуа, щиты которого отключила Гея. Он был обычным человеком и даже не пытался сопротивляться. Его дальнейшая судьба будет зависеть от нового командования Окинавой. Хоть многие капитаны и хотели убить всех, кто находился на «Императоре», но я не позволил. Остались обычные люди, которые точно не являются для нас угрозой. К тому же все системы корабля уже находились под контролем Геи, и его не получится отобрать у нас.

Теперь оставалось разобраться с тяжёлым крейсером, только уже в другой раз. Поняв, что ловушка не удалась и «Император» всё ещё в строю, остальные корабли Таймлина получили приказ отступать и сделали это крайне оперативно. Нам удалось вывести из строя и захватить всего шесть кораблей, среди которых не было ни одного, хоть что-то представляющего из себя в военном плане. Одни лишь транспортники с десантом на борту. А тяжёлый крейсер и вовсе так и не появился на наших радарах. Можно сказать, сбежал, поджав хвост.

Главная угроза цитадели и всей Вериго была устранена, поэтому мы приняли решение возвращаться на Окинаву. Что делать с Таймлином, необходимо решать уже там, в компании всех лиц, имеющих право принимать решения. И я был одним из этих людей, сыграв не последнюю роль в свержении старого командования Окинавы и захвата щитоносца, который был под моим контролем.

Было видно, что многие хотят мне задать кучу вопросов, но что-то их останавливало. Возможно, мой угрюмый вид, а возможно, и проекция чёрной Валькирии, что постоянно была рядом и не собиралась больше ни от кого скрываться.

Теперь не только Тереза Маккинли и Хан Содло знали о наличии у меня невероятного помощника. После этого я сразу поднялся в глазах свободных капитанов на небывалую высоту. Они прекрасно знали о управляющей программе, что руководила Первым Ударным, и только благодаря её действиям части флота удалось спастись. Можно сказать, что только из-за действий Геи у них сейчас были боевые корабли.

Благо, что находиться рядом с этими людьми долго не пришлось. Пусть возвращение на Окинаву и заняло почти в три раза больше времени из-за увеличивающегося числа кораблей, большинство из которых просто не могли передвигаться достаточно быстро, но всё равно это были лишь считанные часы.

Разместить все корабли в доках Окинавы было просто невозможно. Мало того что многие из них вышли из строя после атаки союза, так ещё кто-то распорядился использовать их в качестве временных изоляторов для пленных. А таких оказалось очень много.

Пока подлетали к цитадели, Гея успела прошерстить внутреннюю сеть и поведала мне немало интересного. Да и помимо Геи мы постоянно держали связь с Окинавой, получали информацию практически в прямом эфире.

После очистки пятого кольца временное командование на себя взял главный инженер Окинавы. Его решили поддержать все командиры небесных воинов, а у гражданского персонала просто не было выбора. Слишком они были напуганы нападением союза и всем, что последовало за ним, включая смерть Кастора и Энио.

А ещё щитоносец оказался слишком большим, чтобы поместиться в доках цитадели, как и «Ивар», который завис в паре километров от первого кольца. Было решено разместить «Императора» недалеко от флагмана Закатного. Гея временно передала управление кораблём Марку. Иначе нам с ней пришлось бы быть постоянно привязанными к крейсеру.

Главный стратег хоть и был простым человеком, но умел управлять кораблём практически в одиночку благодаря своим имплантам. У нас же таких талантов не было. Только та’ар-интеллекты могли спокойно обращаться с подобными гигантами.

Дальше я снова активировал истребитель, прихватил с собой Кинга, клон Маккинли, всех раненых и вернулся на Окинаву, где нас встретил отряд небесных воинов под руководством Дена Симмонса.

— Галдирст просил меня встретить вас и проводить к нему. Цитадель уже практически зачищена. Остались лишь небольшие очаги сопротивления, которые методично подавляются. Ещё несколько часов, и враг будет уничтожен. Но уже сейчас необходимо разбираться с управлением. Да и бывшие небесные воины после того, как дело будет сделано, должны узнать, что им может предложить новое командование. И после этого предложения они решат, как быть дальше.

— Для начала я загляну к отцу и посмотрю, как идут дела у Гефеста. Сомневаюсь, что он всё это время сидел без дела. Возможно, ему нужна моя помощь. Да и парней своих отпущу. Раз ситуация на Окинаве устаканилась, то можно отзывать охрану. Всё же учебный центр находится в одном из самых защищённых мест на пятом кольце.

Было ещё несколько причин, по которым мне необходимо оказаться рядом с отцом, но называть их я не стал. И одной из главных здесь был Боб. Появилось у меня какое-то нехорошее предчувствие, когда вновь оказался на Окинаве. И касалось оно именно некроморфа. У нас с ним договорённости, и вскоре мне нужно будет их выполнять. Заглянуть в гости к Бобу и разобраться там с главным некроморфом, заодно прикарманить себе содержимое того субпространственного массива.

А ещё был массив Адола. Боб сказал, что внутри множество ящиков с оружием, разнообразным снаряжением и ещё бог знает с чем. Также необходимо заглянуть туда и посмотреть, чего приберёг для себя бывший главный кладовщик цитадели. Жаль, что его прибили, теперь самим придётся со всем разбираться. А ещё были Зевс и учёные. К ним также необходимо заглянуть и прояснить некоторые моменты.

Я отказался идти к Гилдарсту, а вот Проповедник и клон Маккинли — нет. Первый собирался стать одним из правителей цитадели, а у второй также имелись свои интересы, которые для меня пока были загадкой.

Раненых мы поручили небесным воинам. Они доставят их медикам, вот только неизвестно, когда те смогут оказать помощь. Все медблоки цитадели были забиты под завязку. Под нужды медиков даже выделили ещё несколько помещений, но и этого оказалось слишком мало. Но владеющие подождут. У них и регенерация неплохая, и организмы в разы крепче.

Дэн собирался выдать мне пару бойцов в проводники, но я отказался. Гея будет лучше любого проводника, да и схема Окинавы уже давно висела у меня перед глазами. Полная схема со всеми потайными проходами, запасными выходами и тайниками, которых здесь оказалось нереально много. Буквально на каждом кольце.

И всё это мне подкинуло общемировое информационное поле.

Попросил Гею сохранить координаты всех тайников, позже мы обязательно заглянем в каждый и наверняка найдём много всего интересного. А если сам не смогу этого сделать, то попрошу парней. Конечно, если Арт и другие решат остаться на Окинаве и дальше служить в её гарнизоне.

Чем ближе я подходил к учебному центру, тем сильнее ощущал беспокойство Боба. После того как он попал под воздействие темпоральной пелены, наша связь сильно изменилась, и заметил это я только сейчас. Если раньше Боб ощущался как один из конструктов, только гораздо сильнее и разумный, если так можно сказать, то сейчас он уже ощущается как другой владеющий. Чем-то эта связь похожа на нашу с Аеллой. Да и Вита, когда разговаривает со мной ментально, ощущается схожим образом.

Возможно, что причина не в темпоральной пелене, а в поглощённых Бобом владеющих? Их было много, и все далеко не слабаки. Но всё равно я могу убить некроморфа в любой момент. И он это также понимает, поэтому и не предпринимает никаких попыток пойти против меня. Будь иначе, Боб уже давно попытался бы поглотить меня, и Виты он точно не боялся.

Возле входа в учебный центр дежурили сразу три отряда бывших небесных воинов. Раньше я их видел несколько раз, но знаком не был. Зато они меня прекрасно знали и не стали останавливать. Лишь их командир, когда я проходил мимо, сказал, что благодарен мне и Королеве за освобождение. Уточнять, за какое именно, не было нужно. Не важно, простой человек или владеющий, избавляясь от ментальных скреп, становился самим собой. А до этого он постоянно ощущал себя неполноценным.

— Не устали ещё? — спросил я у Арта на канале нашего отряда. — Пора делать пересменку. Да и не нужна больше ваша охрана.

— Когда это мы вообще уставали? Да и охрану разве можно назвать сложной работой? Считай, что мы здесь словно на курорте.

— Ага, прямо как на Плато Дождей, — добавил Ллойд. — Вот там был курорт всем курортам. Выходит, что со флотом Таймлина вы уже разобрались?

— Разобрались. Его часть теперь влилась во флот Вериго. А флагман и вовсе принадлежит мне. Просто больше никто не может им управлять.

— А ты, значит, можешь? — спросил Арт. — И какие ещё сюрпризы припрятаны у тебя в рукавах? Нет случайно пары контейнеров с большими конденсаторами, чтобы мы все смогли перейти на третий порядок?

— Пока ещё не знаю. Нужно будет глянуть в запасниках у Адола, вполне возможно, что и найду. Вы будете первыми, кто об этом узнает. Даю слово. А пока можете быть свободны. Соберите всех наших и заваливайтесь к Томми, я как освобожусь, приду. Тогда и решим, как быть дальше и что делать с нашим отрядом. Вы же понимаете, что я больше не могу быть вашим командиром?

— Может, ты уже прекратишь пустопорожнюю болтовню и подойдёшь ко мне? — вклинился в наш разговор Гефест. — Я тут нашёл много всего интересного у моего старого друга, попавшего в темпоральную ловушку. Он вроде собирался тебе и девчонке передать своё наследие. Так вот, могу устроить его экспресс получение. Нннадо?

Глава 7

Дальний космос хранит в себе множество тайн и загадок, которые никогда не будут разгаданы. Просто по причине того, что никто не найдёт эти загадки. Никогда не встретится с ними. А если и встретится, то не поймёт, что перед ним.

С того момента, как человечество начало плотно работать со знаниями цивилизации Та’ар, было обнаружено множество подобных загадок. Не просто обнаружено, но и найдено их решение.

В основном за этим стояли владеющие, но встречались и обычные люди, которые могли называть себя гениями и умели работать с древними знаниями. Одним из таких людей и был Рассел Чан — одинокий скиталец по бескрайним космическим просторам. На своём небольшом корабле он сумел забраться невероятно далеко вглубь неизведанного космоса и совершить удивительные открытия, информация по которым уже вызвала настоящий взрыв в научных кругах человечества.

Вот и сейчас Рассел находился в техническом отсеке своего корабля и был соединён через нейроинтерфейс с разведывательным дроном, отправившимся изучать астероид, заставивший исследователя бросить все планы и заняться его изучением.

Астероид во все стороны рассылал странные сигналы, не похожие ни на что, с чем Расселу приходилось встречаться раньше. Фотонное излучение, переплетённое с ментальными волнами. Словно астероид был живым, разумным существом, разыскивающим своих сородичей.

Больше всего эти сигналы были похожи на плач потерянного ребёнка, особенно если переформатировать их в аудиоформат.

Дрон осторожно приблизился к поверхности астероида и принялся сканировать его, не встретив никакого сопротивления. Первые результаты сильно удивили Чана. Под поверхностью, обросшей толстым слоем космической пыли, буквально образовавшей на астероиде естественный защитный слой, который уже закаменел, был расположен целый город. Явно построенный не человеком.

Подобные постройки Расселу уже доводилось видеть на планетах, где сохранились воспоминания о цивилизации Творцов. Но там дома та’арцев давно разрушились и выглядели ужасно, а, судя по данным сканирования, под поверхностью астероида находится целый город, совершенно не тронутый временем. Не изменённый с тех пор, как та’арцы сотворили его.

Пакет с данными по обнаруженному объекту был уже сформирован и отправлен в ближайшую заселённую систему. Его получат через три недели. Возможно, к этому времени Рассел уже сможет разобраться в том, что же такого он нашёл.

Дрон больше не мог предоставить никакой информации, исчерпав свои возможности, поэтому Чан отозвал его, а сам направился готовиться к выходу в открытый космос и перелёту непосредственно на астероид. Полная трёхмерная карта объекта уже была готова, и на ней отмечены потенциальные места, через которые возможно попасть под поверхность небесного тела и встретиться с так хорошо сохранившимся кусочком цивилизации Творцов.

Большую часть своей жизни Рассел Чан посвятил древней цивилизации и её тайнам. Можно сказать, что сегодня он обнаружил самую важную находку за всё это время. Перебравшись в шаттл, исследователь убедился, что на борту имеется всё необходимое, чтобы пробиться через восьмиметровый слой камня, и уже через десять минут посадил корабль в глубоком кратере, явно образовавшемся от попадания в астероид другого небесного тела. От удара откололась внушительная часть естественной брони, что ослабило её в этом месте.

Первым делом из шаттла выдвинулись несколько крошечных камер, которые принялись записывать всё, что происходит вокруг, а затем выкатился исследовательский вездеход с системами жизнеобеспечения на борту и пятью манипуляторами, способными заменить руки опытному исследователю, которым и был Чан.

Уже через двадцать минут всё было готово к проникновению на объект. Заряды заложены максимально корректно, с расчётом на то, чтобы минимизировать как внешние, так и внутренние повреждения.

— Сезам, откройся, — произнёс Рассел перед тем, как нажать на кнопку дистанционного взрывателя, после чего в космос выстрелили четыре небольших фонтана, выбросивших каменные обломки и кучу пыли.

Одна из камер показала получившийся проём и неожиданно отключилась. А следом за ней и остальные камеры перестали отвечать.

Рассел лишь пожал плечами. Подобное не редкость. Любая техника имеет свойство выходить из строя. Особенно если дело касается объектов, связанных с частицами творения. Их воздействие ускоряет износ любых материалов, которые не содержат в себе Та’ар. А взрыв определённо высвободил та’ар-частицы, которые и стали причиной выхода из строя техники, попавшей под выброс.

Вездеход был оснащён дополнительными модулями видеофиксации, и уже через несколько секунд Рассел видел получившийся проход. Всё в точности, как он планировал. Вход на уникальный объект был открыт. Внутри царила кромешная тьма, и крошечные источники света на камерах не могли её рассеять. Зато с этой задачей отлично справятся мощные прожекторы вездехода.

Мотор взревел, и машина покатилась ко входу. Прожекторы выхватили вполне приемлемый спуск, и, ни капли не раздумывая, Чан оказался внутри отлично сохранившегося осколка цивилизации творцов. Внутрь успела залететь всего одна камера, а остальные остались снаружи. Проход исчез, словно его никогда и не было. Но Рассел не обратил на это внимания: с открытым ртом он смотрел на причудливые здания, отлично освещённые и постоянно изменяющиеся.

Даже не задумываясь над собственной безопасностью, Чан открыл кабину и выбрался из вездехода, вдыхая полной грудью самый чистый воздух в своей жизни. Невероятно свежий, кружащий голову и вызывающий у исследователя счастливую улыбку.

Рассел выпрыгнул из вездехода и оказался перед крупным яйцом, исписанным знаками и символами цивилизации Та’ар, а между домов пролетали медузообразные тела, ничуть не встревоженные появлением постороннего существа.

— И что же ты такое? — спросил Рассел, касаясь шероховатой поверхности удивительного яйца.

После чего улыбка стала ещё шире, а в глазах появился голубой отблеск. Чан нашёл место, из которого ему совершенно не хочется уходить.

***

Это воспоминание уже принадлежало не личностям, послужившим основой для создания старшего Та’ар-интеллекта, а наследию та’арцев. Таким образом, оно решило мне показать место, в котором мы с ним общались. Кусок давно ушедшей цивилизации, сохранившийся в первозданном виде.

Наследие хотело посетить место, в котором оно появилось в этом мире. В этом мне может помочь личность Рассела Чана. Наверняка информация о нём сохранилась в архивах Земной Федерации. Всё же это был очень значимый исследователь своего времени. Действительно открывший множество тайн цивилизации творцов. Он исчез во время одной из своих экспедиций, но перед этим успел отправить информационный пакет в ближайшую систему. Теперь осталось определить, что это была за система, и как это сделать, пока не понятно.

Я открыл глаза в своём старом жилище на Окинаве, урвав несколько часов сна впервые с того момента, как мы получили назначение на Плато Дождей. Гея настояла на отдыхе, хотя я совершенно не чувствовал себя уставшим. Но коварная любительница попкорна прибегла к запрещённому приёму, и к ней на подмогу пришли ещё две очень убедительные девушки, одна из которых обещала вырубить меня ментальным ударом, а вторая усыпить при помощи наркоза. Ничего не оставалось, кроме как сдаться и подарить организму немного сна.

С тех пор, как войска союза были вышвырнуты из цитадели, прошло уже две недели. И всё это время мы работали без отдыха. Работали абсолютно все, кто решил остаться на Окинаве. А это практически все небесные воины, за редким исключением. Временное руководство Окинавы ускоренными темпами взялось за восстановление крепости, задействовав вообще всех, кого только было возможно. И гражданские специалисты здесь были куда востребованнее владеющих.

Пока Хан Соло занимался восстановлением повреждений, Гилдарст, Проповедник, Маккинли, Вита и ещё почти два десятка владеющих решали дальнейшую судьбу Окинавы. А если точнее, то какую роль орбитальная крепость будет играть в будущем столкновении с Таймлином и флотом Ульфа Сканнинга. В том, что это произойдёт, никто не сомневался. Да и нельзя было оставлять безнаказанными столь дерзкие действия правителя Таймлина. Из-за них погибло почти сорок тысяч гражданских, проживающих на Окинаве, и несколько сотен владеющих. Не только небесных воинов цитадели, но и тех, кто пришёл на помощь крепости.

Я также очень часто присутствовал на заседаниях, и к моим словам порой прислушивались абсолютно все. Ни у кого не возникало вопросов, имею ли я на это право. Особенно после того, как всем стало известно, что только я могу управлять крейсером Таймлина. Вернее, Гея, но это уже нюансы, которые необходимо знать довольно узкому кругу заинтересованных лиц.

За две недели я научился вполне неплохо сосуществовать с общемировым информационным полем и получать от него только необходимую информацию, а всё лишнее просто блокировалось и не перегружало разум. Здесь также незаменимой оказалась Гея, которая разработала несколько действенных методов того, как мне приспособить механизмы общемирового информационного поля под себя, а не быть лишь проводником, не способным влиять на то, какую информацию получать.

И вот сейчас я уже знал, что под дверью стоит клон Терезы Маккинли. Только для чего она там, я понятия не имею. ОИП (общемировое информационное поле) не способно заглядывать в будущее. Хотя было бы очень кстати.

Как только я узнал о гостье, Гея вывела перед глазами её изображение. Только Маккинли собралась постучать, как дверь открылась.

— Проходи, — сказал я, поднимаясь с кровати и накидывая на себя броню. — Привык к ней настолько, что ношу на постоянной основе. Не помню уже, когда в последний раз надевал гражданскую одежду. Чем могу помочь?

Маккинли не стала отказываться от приглашения и, оказавшись у меня в гостях, уселась на единственный стул, понятия не имею как и, самое главное, зачем появившийся здесь. В своей каюте я появлялся раза три за всё время пребывания на Окинаве и совершенно не заботился об интерьере или других глупостях, что так любят многие люди, стараясь добавить уюта в своё жилище. Но мне этого не нужно. Уютно я себя чувствую только рядом с близкими людьми, и таких постепенно становится всё больше и больше.

— В день нашей встречи я обещала, что помогу тебе с техниками третьего порядка, но с тех пор у всех было слишком много забот, поэтому как-то не получалось выполнить это обещание. И вот сейчас всё более-менее устаканилось, и я даже могу отозвать своих клонов. Предлагаю тебе лететь вместе с ними и заглянуть ко мне в гости.

— Соглашайся, — вмешалась Гея, не собираясь упускать такую возможность.

На Вериго мне действительно нужно было. Не только чтобы наведаться в Нью-Вегас за обещанными техниками. Ещё были дела на Плато Дождей и в Закатном.

Гилдарст сказал, что звено ждёт моего возвращения. Особенно одна очень бойкая особа женского рода, которая уже успела отправить в лазарет несколько особо настырных ухажёров. Да и Гил с парнями также ждали моего возвращения. А ещё его ждали Берт, Кесси, Райнер и другие выжившие из Кероса.

После уничтожения Артоса и окончательной потери Гело для командования Окинавы, охотники решились вылезти из убежища и попытать удачу, отправившись к ближайшему поселению. Гилдарст узнал об этом и отправил к ним моё звено.

Охотники присоединились к гарнизону Закатного, а детей пока пристроили под присмотр наставника Андерсона. Понятия не имею, как он на это согласился, но уверен, что дети смогут многому научиться у старого владеющего.

Но раньше, чем я отправлюсь обратно на планету, необходимо заглянуть в субпространственную аномалию, оставленную Адолом. Как-то всё не было на это времени. Да и не просто заглянуть, а поместить в неё отца.

Гефест уже нашёл способ, как можно его переместить из учебного центра. И вообще он очень невероятно быстро разбирался в новой для себя области. На пару с Ханом Соло они изучали темпоральную пелену и уже добились в этом немалого прогресса.

От наследия отца я отказался. Оно ещё пригодится ему самому.

— Когда вы собираетесь возвращаться? Я согласен, но сперва необходимо закончить пару дел на Окинаве.

— Через два дня будут готовы все носители Армады, и мы возвращаемся вместе с ними. Тебе хватит этого времени, чтобы разобраться с делами?

Было видно, что Маккинли готова ждать столько, сколько я скажу. Отчего-то она очень хотела видеть меня в Нью-Вегасе. Наверняка рассчитывает на то, что я могу помочь ей обзавестись телом и вытащу из инструмента та’арцев. И, возможно, у меня это действительно получится. Но в любом случае сперва необходимо увидеть вместилище разума Маккинли.

— Двух дней будет вполне достаточно. Только я уверен, что следом за мной увяжется несколько сильных владеющих.

— Не вижу в этом никаких проблем. Мы всегда рады друзьям. Если законы Нью-Вегаса будут соблюдаться, то никаких проблем не возникнет.

— Вместе со мной точно будет Боб.

А вот сейчас Маккинли понадобилось время, чтобы немного подумать. Всё же некроморф показал себя как крайне опасное существо. Даже успел поглотить несколько человек из команды первого, встреченного мной клона. Да и её саму изрядно потрепал, хоть и проиграл ту схватку.

— Если он будет соблюдать законы города, не нападать на жителей и не пытаться кого-нибудь поглотить, то может также посетить Нью-Вегас. Только его я не смогу допустить к себе. Здесь не может быть никаких вариантов.

— В таком случае свяжись со мной через два дня.

На этом Маккинли меня покинула, а Гея сообщила, что несколько раз пытался выйти на связь Арт, но она его блокировала, посчитав, что разговор с правительницей Нью-Вегаса гораздо важнее. Это она из вредности. Прекрасно знает, что сейчас я способен разделять сознание на несколько потоков и делать сразу множество дел одновременно. Так что разговор с Маккинли и одновременный сеанс связи с Артом — это сущие пустяки.

Гее не нравилось, когда я так делал, из-за того что она сразу начинала ощущать себя ненужной. Так что эта часть моих новых возможностей была самой слабой. И нормально её развивать я смогу только после того, как Гея меня покинет. Если это вообще когда-нибудь случится. По крайней мере, пока даже думать об этом не хочется.

Вот и сейчас я сделал так, чтобы Гея не смогла прочесть моих мыслей. Что она сразу заметила и начала задавать вопросы. Пришлось выкручиваться и говорить, что просто вспоминал Мару и проведённое с ней время.

— Раз такое дело, то выдели пару часов и загляни на четвёртое кольцо. У тебя же остался номер последней блондинки, она мне показалась самой нормальной из всех, кого ты…

Что именно сделал, слушать не стал, отгородившись от Геи, и связался с Артом. В отличие от меня, он ответил мгновенно.

— Командир, мы с парнями решили собраться у Томми. А то всё никак не получается. Не хватает только тебя. Хотим решить, что будем делать дальше. Продолжать работать на Окинаву или податься на вольные хлеба. Да и Ллойд намекнул, что ему удалось раздобыть очень интересную информацию о том, что в скором будущем ждёт не только цитадель, но и всю планету.

Интересно, чего такого смог разузнать разведчик, чего не знаю даже я? Гея мне точно сказала бы, да и Вита наверняка не стала бы скрывать, если было что-нибудь действительно серьёзное. Но в любом случае встреча с парнями входила в мои планы. Правда, придётся совместить приятное с полезным. Тратить несколько часов на посиделки в забегаловке Томми — точно не лучший вариант.

— Через двадцать минут общий сбор возле перехода на шестое кольцо. У нас остались там пару незавершённых дел. Сперва вам необходимо получить выходное пособие, а уже потом решать, как быть дальше. Томми тоже прихватите с собой. Он всегда будет одним из нас.

Глава 8

— Ты уверен, что вообще стоит лезть туда? Может, с этим разберётся твой молчаливый друг? — наверное, десятый раз за последние несколько минут спросил у меня Арт.

Сейчас мы находились в бывшем жилище старшего кладовщика всея Окинавы, прямо перед входом в оставленную им субпространственную аномалию.

— Уверен. Стоит. И не разберётся, — коротко ответил я, создавая вокруг себя защитный барьер из очищенного Та’ар.

Раз он способен уничтожить плоть некроморфов, которые отлично чувствуют себя в подобных аномалиях, то должен защитить от воздействия мёртвого Та’ар. Хотя и существовала большая вероятность того, что такая защита не сработает. В этом случае я просто выйду из аномалии, и будем искать другие способы разобраться с тем, что припрятал Адол.

— Давай хотя бы позовём сюда Королеву, чтобы она присмотрела за тобой? Ну или твою сестру, она точно не даст…

— Нет, — остановил я парня. — Арт, успокойся. Всё со мной будет в порядке. Вита сейчас слишком занята обустройством на новом месте, а Аелле вообще не стоит знать, чем я здесь занимаюсь. У неё и своих забот полно. Всё же она временно заняла место почившего Гальтера. И до сих пор ещё полно раненых после попытки захвата крепости.

— Мы ещё долго будем здесь стоять? Я устал и хотел бы поскорее отправиться отдыхать, — заявил Боб, который в последнее время начал проявлять слишком много эмоций, явно стараясь быть похожим на простого человека. Но пока у него это получалось паршиво. Слишком гипертрофированно и порой совершенно неуместно. Хотя сейчас его слова и внешний вид вполне соответствовали ситуации и выглядели вполне гармонично.

— Вот видишь, и мой проводник уже заждался. Так что, парни, вы тут присматривайте за обстановкой, и если возникнет что-нибудь серьёзное, сразу вызывайте тяжёлую артиллерию. Прямой канал связи с Марком у вас есть, а он уже сам решит, кого отправить к вам на подмогу.

Арт вновь попытался что-то возразить, но Боб уже просунул руку в субпространство, показывая, где находится вход, и я последовал его примеру. Сперва просунул руку, ощутив на той стороне приятную прохладу и ничего больше. Затем сделал шаг и на мгновение зажмурился от слишком яркой вспышки. А когда открыл глаза, отметил, что интерфейс и общемировое инфополе здесь не работают.

— Правильно. Это искусственно созданное пространство, созданное за пределами нашей реальности и, вполне возможно, имеющее другие физические законы, — отметила появившаяся рядом со мной чёрная Валькирия, с интересом начавшая оглядываться по сторонам.

Чувствовал я себя отлично. Не было никакого давления или попыток прикончить меня. Чувство опасности также молчало. Или Боб соврал, что в подобных местах может выжить только мёртвая материя, либо предпринятых мер оказалось вполне достаточно, чтобы обезопасить себя.

Вышли мы на каменное плато, растянувшееся во все стороны насколько хватало взгляда. А на третьем порядке это очень много. Зрение стало на порядок лучше, чем у простого человека, и имелась возможность усилить его ещё больше. Но сейчас этого совершенно не требовалось.

Плато оказалось не пустым, и на нём можно было различить небольшие скопления каких-то ящиков. Одни были совсем маленькими, другие раздались до размеров небольшого дома.

Понятия не имею, каким образом кладовщик смог затащить их в это место, но факт был перед глазами.

— В основном все коробки и ящики находятся здесь, — внимательно наблюдая за мной, заговорил Боб, принявший свой истинный вид.

Похоже, что он ждал, когда я начну умирать или что-то в этом роде. Наверняка рассчитывал избавиться от моего поводка таким образом, но не срослось, и попытка некроморфа играть в эмоции выдала его со всеми потрохами. Плечи осунулись, на маске появилось грустное выражение, и через мгновение были слышны разочарованные вздохи, хотя некроморфу и вовсе не требовалось дышать. До полной картины ему осталось только слезу пустить.

Некроморф подождал немного, в очередной раз тяжко вздохнул, подняв и опустив плечи, и продолжил говорить:

— Можно сказать, что это всего лишь прихожая. Сам дом начинается за ней, но там практически ничего нет. Хозяин этого мира решил оставлять всё именно в прихожей.

— И это хорошо. Нам не понадобится долго искать. Лучше расскажи мне, твой мир такой же? Как там всё устроено и есть что-то вроде этих ящиков? Возможно, какая-нибудь техника? Корабли, мехи, та’ар-концентраторы? Вообще всё, что могли оставить там его создатели. Рассказывай, пока будем проверять содержимое ящиков. И знай, что чем больше ты мне расскажешь, тем выше будет вероятность того, что я помогу тебе убить повелителя. Или как там ты его называешь?

— Мы называем его — Боб. И он был первым. Но настало время изменений, и я стану тем, кто будет править в нашем мире. Я стану новым Бобом.

Вот такого некроморфа я знаю. Такой мне нравится гораздо больше, и его проще понимать.

Раз интерфейс не работает, то Гее предстоит на время стать программой учёта. Уже в первых ящиках нашлись боеприпасы для гаусс-турелей. Адол явно собирался уйти на пенсию, будучи уверенным в безбедной старости.

Продать всё это не составит труда в любой из центров силы Вериго. Я обещал парням выходное пособие, и они его получат. А теперь ещё необходимо найти место, где расположить отца, и обустроить лабораторию для Гефеста. Он явно лучше меня разберётся во всех процессах, что происходят в этом месте.

Но это будет после того, как мы проведём опись имеющегося имущества. Уверен, что новое командование Окинавы без вопросов выкупит всё, тем самым разгрузив принтеры, которые в последнее время работают на износ, пополняя запасы, истраченные на сражение с Союзом.

Хотя и казалось, что эта работа может растянуться на несколько дней, но я справился всего за четыре часа. Пусть интерфейс и не работал в субпространстве, все техники там вполне функционировали, включая и ускорение, благодаря которому я и смог закончить всё так быстро. А ещё мне помогали конструкты, оказавшиеся незаменимыми помощниками и здесь. Правда, Боб начал ворчать, что эти создания должны сразу же умирать после появления, что вызвало у меня улыбку. Совсем как маленький ребёнок, который хочет, чтобы всё было по его, но реальность — жестокая штука.

За несколько десятков лет на посту главного кладовщика цитадели Адол сумел собрать целый арсенал, которого вполне хватит, чтобы осуществить маленькую победоносную войну и захватить какой-нибудь небольшой городок на Вериго. А может, и не один. Пожалуй, даже у Закатного арсенал будет меньше, если учитывать чисто технические средства поражения.

Гея составила списки всего оборудования и боеприпасов, заодно сразу прикинув их примерную стоимость. Помнится, моё первое жалование командира звена в Закатном было всего тысяча кредитов. Так вот, внутри пространственного склада Адола добра было почти на два миллиона таких зарплат. Гея оценила всё в миллиард девятьсот сорок четыре миллиона кредитов. И всё это мы разделим между членами отряда.

Но сперва необходимо позаботиться о том, чтобы Гефест переместил сюда отца. После нашего недолгого общения наследие та’арцев больше никак не проявляло себя. Словно оно взяло перерыв, чтобы усвоить уже полученный Та’ар и подготовить место для следующих порций.

Конечно, дерьмово, что мой хран теперь был полностью занят исключительно яйцом, и чтобы вытащить добро Адола, придётся делать новые массивы. Благо, с этим никаких проблем нет. Наклепал почти три десятка, параллельно создавая конструкты, и разослал их собирать выходное пособие для парней. А сам в это время решил ещё раз поговорить с Бобом и узнать у него более подробно не только о его мире, но и об этом субпространственном массиве.

— Ты уверен, что это место такое же, как твой дом? Возможно, они чем-то отличаются, и сюда может попадать живая материя? Просто я не ощущаю ничего странного. Ни капли опасности. Да и бывший хозяин массива явно сам заносил всё это добро. Завозили на погрузчике или ещё как, не важно. Но делал это он точно сам.

Боб уже смирился с тем, что я не умру. Как не умрут и другие, кто последует сюда после меня. Но всё равно его маска до сих пор была грустной. Слишком он заигрался и забыл выйти из роли. Вот и сейчас, после моего вопроса, некроморф тяжело вздохнул, окинул взглядом безжизненное каменное плато и создал несколько своих миниатюрных копий, которые радостно разбежались по сторонам, смешно подволакивая левую ногу и держась за бёдра, словно с них норовили свалиться штаны, которых не было.

— Это место и дом — идентичны. Разве что я не ощущаю здесь присутствие других моих копий. Могу захватить его полностью и обустроить, как захочу.

— С этим подожди. Я обещал, что помогу тебе разобраться с главным Бобом, и тогда ты займёшь его место. А если ты претендуешь ещё и на этот массив, то нужно будет сильно постараться, чтобы получить его. И договориться с Витой, — после появления на маске второго глаза и широкой улыбки добавил я. — Шестое кольцо теперь её вотчина. Именно здесь она будет создавать новую колонию ледяных висперов.

— Уже не ледяных, — влезла Гея. — Теперь это будут космические висперы. Понятия не имею, какие особенности они получат от развития внутри орбитальной крепости, но девчонка уже решила отключить здесь гравитацию и свести работу систем жизнеобеспечения к минимуму. Она явно собирается сильно изменить своё племя.

Я об этом уже слышал, но пока сам не разговаривал с юной королевой. В любом случае не собираюсь лезть в эти вопросы. Даже с Геей и подключением к ОИП, я ничего в этом не понимаю. На это способна лишь королева.

— Я не помешаю им и даже могу помочь с развитием. Если ты разрешишь, то я сам договорюсь обо всём с той, кто больше не скрывается от остальных.

Боб заговорил совсем как при нашей первой встрече. То ли это он от радости начал деградировать, то ли готовится ко встрече с другими некроморфами, чтобы не выбиваться из общей массы раньше времени.

На этом мы и остановились. Я дал Бобу разрешение на разговор с Витой, но при условии, что Гефест может выбрать себе любое место в массиве и построить здесь лабораторию или то, что ему понадобится. Некроморф не видел в этом никаких проблем.

По прикидкам Геи, сбор всего добра займёт ещё около часа, поэтому решил прогуляться и выйти за пределы каменного плато. Активировал крылья и поднялся на несколько десятков метров, отмечая, что внутри массив очень большой. Пожалуй, в таком можно разместить целый флот. И если такие массивы были бы передвижными, то можно было обрушиться совершенно неожиданно на любого противника.

Думаю об этом, пока лечу над сменяющимися пейзажами массива. Словно кто-то просто совместил рисунки разных ландшафтов: камень, песок, земля, металл, стекло и ещё множество других материалов, которые образовывали плато, подобные каменному. Всего я насчитал тридцать восемь секторов.

Если прикинуть площадь, то она будет равна примерно десятой части Гело. Огромное пространство, раскинувшееся внутри экспериментального субпространственного массива, созданного совместными усилиями учёных и инженеров Окинавы, и каким-то непостижимым образом попавшее в руки Адола. Потрясающая технология, которая открывала невероятные перспективы, но явно требующая доработки.

Здесь Гея была со мной полностью согласна. И чтобы получить больше информации от первоисточника, так сказать, необходимо попасть в него.

— Через день мы отправляемся на Вериго. Сперва заглянем в гости к Терезе Маккинли, а после этого сразу отправимся на Плато Дождей. Надеюсь, вход в аномалию всё ещё на месте.

— Он всегда там, только открывается, когда накапливается достаточно энергии. И в этот раз он будет открыт ещё очень долго, — заверил меня довольный некроморф.

И не из-за того, что мы вскоре заглянем к нему домой. А из-за того, что я не стал обращать внимание на его уменьшенные копии, разбежавшихся по массиву. Пускай остаются здесь. В случае чего помогут мне разобраться с Гефестом и будут защищать отца.

Стоило выйти из массива, как сразу же пришлось замереть на несколько секунд, давая мозгу привыкнуть к обрушившемуся на него потоку информации. Куча сообщений от интерфейса и от инфополя. А ещё были вызовы от Гилдраста, Марка, Аеллы, Терезы Маккинли, Лютера Кинга, Хана Соло и так далее. В общей сложности порядка двух десятков человек.

— Пока меня не было, Окинаву успели захватить? — спросил я у Арта, когда немного оклемался. Гея в это время уже пыталась выяснить, что произошло, получая доклад от младшего Та’ар-интеллекта.

— Понятия не имею, о чём ты, — вылупился на меня Арт. Да и остальные парни так же ничего не понимали. Даже Ллойд нахмурился, явно пытаясь найти какую-нибудь информацию по своим каналам.

Отмахнулся от них и просто сам связался со Стальным Гилдарстом.

— Ты где был? Почему исчез и никто не мог с тобой связаться? Словно вообще пропал из системы.

— Чисто технически так и было, — всё ещё не понимая, что случилось, ответил я. — Произошло что-то серьёзное?

Отвечать сразу Гилдарст не стал. Сказал, чтобы я подходил к командному пункту, и там мне всё объяснят. Но, судя по его голосу, дело было действительно важное. Даже не помню, чтобы хоть раз слышал его взволнованным. И Гея не смогла ничего толком узнать у Марка. Он ей сказал, что его попросили связаться с нами, но для каких целей — не объяснили, а после неудачной попытки отстали.

Что-то мне такая таинственность совершенно не понравилась. Особенно накануне возвращения на Вериго.

— Боб, остаёшься здесь и ждёшь, когда я за тобой кого-нибудь пришлю. Можешь даже заглянуть обратно в массив, только будь готов выйти оттуда, когда придёт время.

Некроморф кивнул, и рядом с ним появилась его миникопия, а её создатель исчез, растворившись в субпространственном массиве.

— Здесь я со всем разобрался. Теперь осталось только получить выручку за добро Адола. Думаю, что на это уйдёт несколько дней. Как только это произойдёт, каждый из вас станет очень богатым. Можно больше никогда не рисковать своими жизнями и осесть где-нибудь в тихом, живописном месте на Вериго, — обратился я уже к парням, которые всё ещё смотрели на меня, не понимая, что происходит и отчего я вышел таким встревоженным.

Но после моих слов они немного расслабились и даже позволили себе улыбнуться. Хотя всё ещё смотрели на меня вопросительно. Особенно Ллойд.

— Да всё хорошо! — отмахнулся я от них, сам ещё не зная, что в действительности произошло. — Просто меня вызвали в командный центр, вот я и спросил.

Уже через десять минут я был в нужном месте. Перед входом дежурил отряд из небесных воинов, людей Проповедника, Гилдраста и Маккинли. Они пропустили меня без каких-либо вопросов. Стоило перешагнуть невидимую черту, как перед глазами вылезло сообщение о блокировке ментального воздействия. Значит, Вита тоже находится здесь.

И действительно, войдя в просторный зал для совещаний, я увидел юную королеву, сидящую рядом с временным правительством цитадели. Помимо неё здесь был Гилдарст, Проповедник, Хан Соло и Джейсон Синти.

— Парень, тут такое дело, — встав со своего места, заговорил главный инженер. — Окинаве нужен новый командующий, и ты идеально подходишь на эту должность.