Таймлин 2

Глава 1

Система Энн

Планета Альпида

Столица новой ветви человечества Город Райс

Зал собрания величайших вожаков современности

— Что за чушь вы несёте? Как? Как мы можем объединиться с этими отбросами, что раньше считали нас опухолью, от которой необходимо избавиться любой ценой? — яростно прорычал Ульф Сканнинг после того, как ему сообщили, что они больше не воюют со свободным человечеством.

Не просто не воюют, а объединились и сражаются вместе.

— Не забывайся, Сканнинг. Эти отбросы разбили наши силы и выкинули на задворки вселенной. А теперь только благодаря их помощи удалось сохранить жизни двум миллиардам наших подданных. Если бы не предупреждение со стороны свободных, мы бы понесли колоссальные потери, потеряв не только людей, но и бесценные корабли, созданные ещё до начала Великой Битвы, — ответил Леон Арчибальд, глава сильнейшего прайда заражённых ещё со времён Великой Битвы.

Заражённый пятого порядка, сумевший прожить больше четырёх сотен циклов и за это время ставший невероятно сильным. Пожалуй, сильнейшим владеющим заражённых, а возможно, и всего человечества.

— И что? Что это за враг такой, которого мы должны бояться и объединяться со свободными? Видимо, вы забыли, что было в годы Великой Битвы, — не желая ничего слушать, продолжал яриться Сканнинг, вызывая лишь ироничные улыбки на лицах присутствующих.

— Как раз мы это прекрасно помним, мальчик, — взял слово старейший из заражённых Доннатело Сплинт.

Его стая была самой немногочисленной среди заражённых, но синими считались абсолютно все. Пробить защиту членов стаи Сплинта было невероятно сложно, и все они являлись долгожителями, заставшими времена самых ожесточённых сражений со свободным человечеством.

— Я был рядом с твоим дедом, когда мы громили флотилии Земной Федерации. Несколько раз спасал ему жизнь, как и он мою. Видел столько смертей, что тебе и не снилось. Поэтому я имею полное право говорить, что даже самое паршивое перемирие лучше войны. Войны с нашими братьями, в которой в принципе не может быть победителей. И я истинно счастлив, что обе ветви человечества смогли объединиться перед угрозой общего врага. А ещё мне непонятно, почему ты только сейчас узнал об этом? Совет точно посылал информаторов ко всем вожакам крупных объединений, имеющих свой флот.

— Видимо, вы посчитали стаю Сканнинга недостаточно сильной. Захолустье, находящееся на самом краю разведённой вселенной, которое не стоит брать во внимание. Как видите, вы сильно ошибались, — развёл руками Ульф Сканнинг, демонстрируя всем циркуляцию частиц творения — циркуляцию владеющего пятого порядка.

Его глаза сияли, а тело было окружено нескончаемым потоком та’ар, который производило ядро Сканнинга. Каждый из присутствующих в этом зале мог создать подобный поток. И в своё время они также стояли перед советом, доказывая свою силу.

— Мы признаём тебя, молодой волк, — через несколько минут произнесла единственная женщина в совете Валери Ункас, возглавляющая не только крупнейшую стаю заражённых во вселенной, но и самый могучий флот, в который вошло большинство тяжёлых кораблей, уцелевших в Великой Битве. — Среди нас появился шестой владеющий пятого порядка. Безусловно, этот день войдёт в историю как один из самых великих дней для людей, решивших пойти по иному пути развития.

— Что это за бред? — вновь спросил Сканнинг, уже не в состоянии сдерживать себя. Сейчас ему хотелось не только смеяться, но и вцепиться в глотку каждому из присутствующих — каждому заражённому пятого порядка, которые и правили этой частью человечества.

— Мы должны убивать свободных, а не дружить с ними. Убивать нового врага. Убивать всех, кто встанет у нас на пути.

— Ох, мы пытались, — тяжело вздохнув, заговорил последний член совета Финн Йолин.

Пожалуй, самый опасный из присутствующих. Убийца, которому не было и нет равных среди обеих ветвей человечества. Но, несмотря на это, невероятно тихий и закрытый, старающийся держаться незаметно и не привлекать к себе особого внимания, что он прекрасно мог делать при помощи маскировки, которую невозможно обнаружить даже владеющим четвёртого порядка.

Раньше Ульф больше всего боялся именно Финна, но сейчас эта маскировка уже не пугает его. Сканнинг сам приобрёл поразительные способности, которые являются тайной для членов совета. В то время как их способности уже давно ни для кого не секрет.

— Мы пытались сражаться с новым врагом, — продолжил Финн. — Я лично участвовал в атаке на их флагманский корабль. Если дрейфующий в космосе кусок живого города так вообще можно назвать. И был вынужден спасаться бегством, потеряв изрядную часть своих сил. После этого мне пришлось поглощать одну из своих планет, чтобы восстановиться. Как ты думаешь, сколько подобных битв мы сможем выдержать? Выдержать без поддержки флота и владеющих Земной Федерации? Через сколько все наши силы будут разгромлены и ассимилированы новым врагом?

— Да хоть кто этот враг?! — заорал Сканнинг, которого бесило абсолютно всё. Начиная от необходимости прибывать сюда, чтобы доказать членам совета свой переход на пятый порядок и право присоединиться к ним. Стать одним из заражённых, которые решают, куда дальше следует идти их ветви человеческой цивилизации. И заканчивая этим местом, где всё буквально пропитано надменностью и высокомерием.

— Тот, кто должен был стать для человечества спасением, но грозит обернуться нашим полным уничтожением. Старая надежда, обернувшаяся смертельной угрозой. Те, кто дал нам возможность коснуться Та’ар. Сами та’арцы, — ответил Арчибальд, и после его слов наступила звенящая тишина. Даже Финн перестал охать, а рычание Сканнинга звучало лишь в его разуме.

Но долго так продолжаться не могло. Они собрались здесь не для того, чтобы просто молчать. Сканнинг пришёл заявить своё право на место одного из правителей заражённых. И плевать, какой враг появился во вселенной. Плевать на всё, кроме стаи. А раз такое дело, то он должен как можно быстрее вернуться и утихомирить бунтовщиков на Вериго, после чего начать подготовку своих систем к обороне.

— Я должен сам взглянуть на нового врага и только после этого решу, принимать навязанный мир со свободными или не предать памяти предков, погибших за возможность жить так, как этого хотим мы, а не Земная Федерация.

***

— Понятия не имею, что это за место, но оно мне не нравится. Люди определённо были здесь очень давно. Посмотри, сколько везде пыли. Хотя должна признаться, здесь очень высокая концентрация частиц творения. Пожалуй, это самое энергонасыщенное место из всех, где мне довелось побывать, — выдала Гея, когда мы оказались по ту сторону портала.

Любопытство всё же пересилило возможную угрозу оказаться в каком-нибудь опасном месте. Да и для владеющего третьего порядка, способного усиливать броню и создавать защитное поле, таких угроз было крайне мало. Разве что портал вёл в сердце звезды. Но вещь, созданная та’арцами, точно не могла угрожать чьей-либо жизни. Это и стало решающим фактором в решении шагнуть в портал. А ещё пять конструктов, которые сделали это раньше меня на пару минут.

Связь с ними не прервалась, и никакой угрозы здесь они не обнаружили. Всё же я не настолько безбашенный, чтобы сунуть голову в неизвестное место хотя бы без минимальной разведки. Да и место оказалось не таким уж неизвестным, когда я оказался здесь.

— А вот я прекрасно знаю, что это за место. И почему здесь столько пыли, а также высокий энергетический фон. Это резиденция профессора Гамильтона в системе Сириус. Место, которое стало точкой отправления для развития человеческой цивилизации. Под этим зданием находится храм цивилизации творцов, — произнёс я.

Гея уставилась на меня с открытым ртом и широко распахнутыми глазами. Даже старший Та’ар-интеллект можно удивить, что сейчас и произошло. Я невольно улыбнулся, после чего сделал несколько шагов, поднимая клубы пыли. После смерти профессора Гамильтона здесь больше никто не появлялся.

И дело было не в том, что правительство Земной Федерации не хотело попасть сюда и попытаться узнать секреты сильнейшего одарённого человечества, а в том, что они тупо не могли этого сделать. Гамильтон позаботился о том, чтобы даже спустя четыре сотни циклов после его смерти резиденция была надёжно защищена от посягательств извне.

Мы же попали сюда через портал, открытый пространственным маяком та’арцев, а против подобного даже Гамильтон не мог поставить защиту.

Интерфейс здесь не работал, инфополе также молчало, а вот все мои чувства обострились до каких-то невероятных величин. Хоть я раньше и не был здесь ни разу, но точно могу сказать, где что расположено. В каких комнатах раньше работал профессор и его гости. И вообще рассказать о его резиденции даже мельчайшие подробности.

Эти знания появились у меня в голове в тот момент, когда ноги коснулись пола на третьем этаже резиденции, где раньше располагались жилые комнаты. Я ощущал здесь небывалое движение частиц творения. Их концентрация была в десятки раз выше, чем на Вериго. Словно здесь находились мощнейшие генераторы, создающие Та’ар. Причём местный Та’ар чем-то отличался от того, что я чувствовал раньше.

— А ещё здесь было холодно. Не помогали даже все усиления организма и доспехи.

— Ты посмотри! — воскликнула Гея, привлекая моё внимание. — Здесь даже у тебя возобновилось поглощение частиц творения. Да и какими темпами!

— Какими? — спросил я, не в состоянии проверить это сам с неработающим интерфейсом.

— Один та’ар в минуту. Это гораздо быстрее, чем где-либо. Да и сам факт, что у владеющего третьего порядка началось автоматическое восстановление, говорит о многом. Нам бы зависнуть здесь на несколько циклов, и тогда точно можно смело отправляться на разборки с Ульфом Сканнингом. Даже с переходом на пятый порядок он не станет для тебя большой помехой.

— Хочешь сказать, что у тебя есть техники для пятого порядка?

Раньше Гея не говорила ничего подобного.

— Возможно. Но тебе об этом знать слишком рано. Не нужно слишком сильно раскатывать губу. В любом случае ты не сможешь ими воспользоваться, не поднявшись на пятый порядок. И у нас здесь не так много времени. Я понятия не имею, сколько энергии в пространственном маяке. На какой срок работы рассчитан его заряд. И не забывай, что там есть ещё несколько штук. Сомневаюсь, что все они ведут в одно и то же место.

Гея была права. Если энергия в маяке закончится, проход закроется, и я останусь в этом месте. Чего допускать нельзя. Слишком многое завязано на мне.

— И тебе нужно почаще напоминать самому себе об этом, — сказала чёрная валькирия, глядя на меня горящими глазами. — А теперь давай поищем что-нибудь этакое, что поможет нам в предстоящем сражении. В доме сильнейшего владеющего человечества обязательно должно найтись нечто подобное. Могу с уверенностью заявить, что как минимум пару часов у нас есть, пока не иссякнет энергия в маяке.

Наследие словно только и ждало этих слов от Геи. Хран начал вибрировать и посылать мне образы, в которых говорилось, что необходимо спуститься и прикоснуться к осколку древней цивилизации. Возможно, внизу нам удастся найти ответы на многие вопросы. На какие именно — наследие не сказало, хотя я и пытался узнать об этом.

Резиденция была возведена исключительно при помощи частиц творения. Профессор Гамильтон делал здесь всё сам и не позволял приближаться посторонним.

Вообще, после того как первая лаборатория была разгромлена и установлен контакт с частицами творения, система стала запретным местом даже для военных. А когда Гамильтон смог подняться на вершину иерархии свободного человечества, то и все соседние системы также стали запретной зоной. Они исчезли со всех звёздных карт и навигационных маршрутов. Пропала вообще вся информация об этих местах, а на границах появились автоматические охранники, которые не подчинялись никому, кроме Гамильтона.

Скорее всего, они до сих пор несут свою службу. Это были кто-то вроде моих конструктов, но гораздо более продвинутые. Способные поглощать Та’ар и тем самым поддерживать свою работоспособность.

Чем дальше я продвигался по резиденции, тем больше знаний появлялось. Наследие также постоянно пребывало со мной в контакте. Ему здесь нравилось. Оно хотело спуститься в храм. Вновь окунуться в частичку своего настоящего дома.

— Если бы здесь не стояла столь мощная защита, то мы могли бы попытаться связаться даже со старой Землёй. До неё всего каких-то восемь световых лет. Можно сказать, что она на расстоянии вытянутой руки. Впрочем, и столичная система Земной Федерации находится совсем недалеко, как и академия Звёздного Флота.

— Ты так тонко хочешь намекнуть, что мы практически достигли цели и не нужно ждать ещё пять циклов прибытия экспедиционного флота? — спросил я, уже прекрасно догадываясь, о чём говорит Гея.

— Техника истребителя позволит тебе выбраться из-под защиты и связаться с главным управлением академии. Думаю, максимум пара недель, и за нами прилетит быстроходный корабль.

— Ты же знаешь, что я ещё не решил, стоит вообще связывать свою жизнь со Звёздным Флотом Земной Федерации и всеми проблемами, что сулят мне в этом случае. К тому же у меня сейчас есть дела куда важнее. На Окинаве меня ждёт сестра. Ждёт помощи отец. На меня возлагают большие надежды Гилдарст, Проповедник и ещё множество людей на Вериго. И я хочу помочь системе Двойного Серпа освободиться из-под власти заражённых. Хотя всё чаще начинаю задумываться над тем, что свободные владеющие практически ничем не отличаются от заражённых. И это разделение — невероятная глупость. Просто одна часть человечества решила последовать за профессором Гамильтоном, а вторая — за его ученицей.

— Они предлагали разные способы дальнейшего развития человечества, и ничего больше, — согласилась со мной Гея. — А яд заражённых — это лишь побочный эффект от столкновения сильнейших владеющих. Подобное случалось и раньше, когда проигравшие отравляли питьевую воду, заражали территорию противника смертельными вирусами, радиацией, всякими химическими веществами и так далее. За историю человечества наберётся множество примеров, но суть одна. И ты знаешь, только оказавшись в резиденции Гамильтона, я начала понимать это, словно здесь отключились какие-то сдерживающие механизмы.

— Профессор Гамильтон также прекрасно это понимал и не хотел, чтобы человечество разделилось на два враждующих лагеря. Даже когда Энн Райс решила отвернуться от него, он пытался договориться. Пытался найти выход, как разрешить всё мирным путём.

Я оказался в просторной комнате, где, на удивление, не было пыли. Впрочем, здесь не было вообще ничего, за исключением тонкой металлической подставки, на которой находился кусок звёздной стали. Покорёженный, местами оплавленный и покрытый тёмными пятнами. Словно это единственное, что осталось от боевого корабля после сражения.

— Так и есть, — заворожённо произнесла Гея, оказавшись рядом с постаментом. — Это единственное, что осталось от сильнейшего корабля, когда-либо созданного владеющим. Осколок боевого планетоида, который и позволил профессору Гамильтону разгромить заражённых, заставив их бежать далеко за пределы обжитых систем.

— Остаётся только понять, кто и зачем поместил сюда этот обломок? — произнёс я, отчего-то не решаясь подходить к постаменту ближе чем на несколько метров.

Я всё ещё стоял на пороге комнаты и смотрел на реликвию, показывающую истинную силу человечества. Корабль размером с целую планету, который всё же был уничтожен.

— Это сделал автоматический модуль, который я оставил специально для подобного случая, — раздался приглушённый голос, заставивший нас с Геей замереть, а сердце пропустить сразу несколько ударов.

Глава 2

Я уже множество раз слышал этот голос в своих снах. Да и Гея его прекрасно знала. Он принадлежал профессору Гамильтону. Вот только сколько бы я ни крутил головой по сторонам, но так и не смог его увидеть.

Да и не могло такого быть. Профессор погиб в сражении с Энн Райс. Тому было множество свидетелей. Хотя мне и удалось уже встретить несколько владеющих, которые сумели приспособиться и не только выжить в Великой Битве, но и дожить до наших дней.

— Не молчи. Спроси, кто это? — обратилась ко мне Гея, явно не собираясь показываться неизвестно кому.

— Кто это говорит? — последовал я совету чёрной валькирии, которая облачилась в броню и была готова броситься в бой в любое мгновение.

— Отголосок некогда действительно мудрого и сильного владеющего, — вновь раздался голос Гамильтона.

На этот раз я смог определить, что исходит он от дальней стены, которая совершенно ничем не отличалась от остальных. Но, присмотревшись внимательнее, я смог уловить едва заметную искру Та’ар, которая медленно тлела и была готова исчезнуть в любое мгновение.

— Отголосок, оставленный для гостей, которые смогут пройти через все меры предосторожности, что когда-то здесь оставил. Как тебя зовут, владеющий? И раз ты сумел попасть сюда, то, должно быть, очень силён. Возможно, кто-то ещё смог подняться на шестой порядок. Помнится, я оставлял чёткие указания, как совершить переход и что для этого нужно.

— Икар, и я совсем не силён. Я совсем недавно смог перейти на третий порядок.

Не вижу причин, чтобы обманывать частицу сознания, оставленную здесь профессором Гамильтоном. Он явно оставил её здесь не просто так, и, возможно, больше никто не сможет с ней заговорить, когда исчезнет заготовленная энергия.

— В таком случае, как тебе удалось попасть сюда? — удивился голос, и найденная мной искра стала разгораться сильнее, словно она могла собирать Та’ар из окружающего пространства и становиться сильнее.

Гея уже стояла возле нужной стены и внимательно изучала её. Я даже заметил небольшой расход частиц творения. И делала она это без моего участия, что практически невозможно.

— Нашёл пространственный маяк та’арцев и активировал его, а затем оказался в резиденции профессора Гамильтона и решил здесь немного осмотреться. Оказался в этом помещении и наткнулся на обломок сильнейшей техники, когда-либо созданной человеком.

— Значит, ты не случайный гость здесь. Маяк не открыл бы портал сюда просто так. И, судя по тому, что ты смог узнать место, которое не знает никто во вселенной, это правда. Ты Творец? Тебя призвал храм?

— Творец, но никто меня сюда не призывал. Это место я знаю из воспоминаний других людей. И часто видел в них профессора Гамильтона. Ещё до того, как он стал первым владеющим человечества. Видел, как вместе с Алексом Йохансонном он прилетел сюда впервые. Видел, как создавал лабораторию и как изменился под действием частиц творения. Видел многое и надеюсь, что смогу увидеть ещё больше.

Даже сам не понял, как рассказал практически всё, что касается чужих воспоминаний и каким образом они вообще попали в мой разум. Вернее, в ядро, а уже через него пошли дальше. Всё время, пока я говорил, искра мерно горела, словно слушала очень внимательно, а Гея продолжала что-то делать возле стены, совершая странные пассы руками и периодически бубня себе что-то под нос.

Когда я закончил, повисла недолгая пауза, а затем очередная вспышка Та’ар убрала стену, открыв моему взору статую профессора Гамильтона.

Она была сделана из неизвестного нам с Геей материала и настолько искусно, что казалось, будто перед нами стоит живой человек. Что он сейчас сойдёт с постамента, моргнёт, пошевелится или заговорит. Но ничего такого не происходило, а искра горела в груди этой статуи, там, где у владеющего находится энергетическое ядро.

Радостная Гея подпрыгнула и показала мне большой палец. Но я практически не смотрел на неё — статуя моргнула. Затем ещё раз и действительно заговорила, начав открывать рот.

— Выходит, я не ошибся, когда решил создать Та’ар-интеллект, используя для этого частицы сознаний других людей. Не только владеющих, но и специалистов в разных областях. И теперь я вижу, что эти знания пригодились тебе. А также понимаю, почему маяк та’арцев открыл проход именно сюда. Видимо, он считывал информацию из окружающего тебя инфополя, и сильнее всего там выделялись оттиски, оставленные людьми, бывавшими у меня в гостях. Да и мой оттиск явно способен перетянуть многих.

Я рад, что технология, которая создавалась специально для повышения эффективности владеющих, была применена так, как я изначально и планировал. Ваш симбиоз и твоё стремительное развитие только подтверждают это. А теперь подойди к пьедесталу и забери то, что лежит на нём. Это поможет человечеству выстоять против самого опасного врага, с которым оно когда-либо встречалось.

— Икар, времени совсем мало. Я чувствую, что портал начал барахлить. Видимо, заканчивается энергия, и нам нужно торопиться, — вмешалась встревоженная Гея.

Она явно не хотела застрять в заблокированной системе. Отголосок дал ясно понять, что выбраться из резиденции сможет только владеющий пятого порядка. Даже он здесь был бессилен и вообще являлся лишь голосом, не способным больше ни на что. Максимум — дать пару советов.

Стоило мне коснуться осколка планетоида, как искра в груди статуи стремительно стала угасать, словно подул сильный ветер.

— В резиденции должны быть и другие отголоски. Если вернёшься, то найди их при помощи Та’ар. Частицы творения подскажут, где нужно искать. В этом месте скрыто очень много тайн, которые могут помочь людям. Помни, что любая жизнь священна. Нельзя её забирать, не отдав ничего взамен. Только истинные творцы могут позволить себе подобное. Те, кто может создавать новую жизнь.

Это были последние слова, после которых искра угасла окончательно, а вместе с ней статуя Гамильтона начала плавиться. Отчего-то это мне показалось очень знакомым. Словно уничтожили одну из копий Боба, но она просто превратилась в белёсую жидкость и решила вернуться к основному телу. Правда, здесь никакой белёсой жидкости не было, а лишь расплавленный металл, который остался на месте.

Уже через десять минут я стоял в пещере под колонией зелёных висперов и смотрел, как сворачивается портал, а перед глазами плыла информация о межпространственном маяке. Пока лишь об одном — том, что я использовал. Но я уверен, что сейчас инфополе сможет получить информацию об остальных маяках и местах, куда они ведут.

Я понятия не имею, сколько времени прошло здесь, поэтому не стоит больше путешествовать.

Решил не рисковать и разделить маяки по разным хранам, которые сперва создал. Так же поступил и с обломком планетоида Гамильтона. Ещё предстоит понять, для чего он сказал мне его забрать?

Даже когда активировался интерфейс и вернулось инфополе, ничего не удалось узнать об этом обломке. Гея также молчала с того момента, как мы вернулись. Словно сам факт подробного путешествия оказался для неё шоком.

Перед уходом забрал ещё и защитную систему, основанную на кимберлитовых слитках. Её также поместил в отдельный хран, вернее, храны. Пришлось даже создавать ещё три. Всё же кимберлит совсем не дружит с обычными частицами творения, поэтому я решил перестраховаться и спрятал хран с защитной системой ещё в два. Вот такая странная матрёшка у меня получилась. Теперь главное не перепутать, где что лежит. А то можно попасть в довольно щекотливую ситуацию.

Мой проводник ждал на том же месте, и по нему совершенно невозможно было понять, сколько времени прошло с момента моего входа в портал. Внутренние часы показывали какую-то ерунду, которой просто не могло быть. Словно я провёл в резиденции профессора Гамильтона всего несколько секунд. Но я точно знаю, что прошло никак не меньше пары часов, а то и гораздо больше. Спросить об этом было не у кого.

Жасмин и Харрингтон нашлись в очередной пещере, чем-то напоминающей разгромленную. И судя по тому, что никто не пытался убить бывшего некроморфа, разговор оказался довольно продуктивным. Воскрешённых королев нигде не было видно, но я ощущал повышенный ментальный фон, который был на грани, и порой у меня выскакивали сообщения о блокировке его воздействия.

— Икар, ты как раз вовремя. Мы уже всё обсудили и смогли прийти к некоторым договорённостям. Мои подданные будут работать в доме Боба и помогать ему со сбором органики. А теперь говори свою просьбу, я обязательно попытаюсь сделать всё, что в моих силах. Всё, что в силах моей колонии.

— Мне необходима помощь сильных менталистов, чтобы освободить разум отца от действия одной техники. Сил одной Виты для этого недостаточно.

— Что же, это будет совсем несложно. Особенно теперь, когда я могу покинуть колонию совершенно спокойно. За ней будут приглядывать прошлые королевы.

— Я бы на её месте не доверяла так слепо Харрингтону. Неизвестно, что у него на уме и какие закладки остались внутри этих королев. Вполне возможно, что он попытается захватить власть над колонией, — произнесла Гея, повторив мои собственные мысли.

Но я уверен, что Жасмин и сама это прекрасно знает. Что она нашла способ обезопасить себя и колонию от подобного варианта развития событий. Как-то мне совершенно не хочется нести ответственность за действия Харрингтона.

— Я прилечу за тобой, когда всё будет готово. А пока будь внимательна с подарком Боба, — всё же не смог удержаться, за что получил недовольный взгляд Боба и лишь пожал плечами. — Теперь я вас оставлю, много дел на Окинаве. Профессор, ждите, вскоре мы заберём оставшиеся корабли. И верните Хана Соло, он член совета и не может быть вашим ассистентом.

Сказав это, я вырубил ускорение и отправился на выход из колонии. Через несколько секунд ко мне присоединились два небольших виспера, которые совершенно не уступали мне в скорости. А через мгновение появились ещё двое, которые заняли место впереди, обогнав меня.

В очередной раз убедился, что висперы — это невероятно ценные союзники, которые могут помочь даже в противостоянии с серьёзной армией владеющих.

Уже через час я подлетал к щитоносцу, которого всё никак не мог переименовать. Гея настаивала, что имя «Император» совершенно не подходит этому кораблю, а Джулиан Арано был самовлюблённым индюком, раз считал иначе. Вот и получилось, что корабль до сих пор был просто «Щитоносцем».

Пока летел сюда, связался со своими парнями и Немезидой, так как достучаться до Аеллы у меня не получилось. Вскоре нужно встречать гостей. Хоть мы с Геей вполне можем справиться с кораблём вдвоём, но с минимально возможным экипажем он будет работать гораздо эффективнее.

Оказавшись рядом с кораблём, я деактивировал истребитель и оставшееся расстояние пролетел на крыльях, отмечая, насколько проще это делать в космосе, чем в атмосфере Вериго. Хотя и здесь хватало своих нюансов, которые необходимо учитывать. Но сражаться, используя крылья, вполне возможно. Так что при необходимости любой владеющий может стать серьёзной боевой единицей и без корабля.

Шаттл с ребятами прилетел минут через двадцать. Управляла им Немезида и довольно опасно. Не знаю почему, но Гея назвала её обезьяной с гранатой, отказавшись объяснять, что это значит.

— Ты мне должен, Икар, я буквально с боем вытащила твою сестру из медицинского блока. Пришлось даже прибегать к крайним мерам. Но дальше ты сам с ней разбирайся, — выпалила Немезида, первой выбравшись из шаттла, и поспешила к лифту, ведущему на капитанский мостик.

Сомневаюсь, что старпом Харона согласится перебраться на другой корабль, но я был совершенно не против этого. Так она будет рядом, по крайней мере, на время операции по уничтожению флота Таймлина и захвата планеты. И, возможно, мне удастся стать гораздо ближе.

Но долго помечтать мне не дали. Следом за Белоснежной появилась разъярённая Аелла.

— Что это за столь срочное дело, что нужно было вытаскивать меня прямо с операции? Хорошо ещё, что не я сама её проводила, а лишь наблюдала за действиями одного из стажёров, который подаёт самые большие надежды. Ты хоть понимаешь, что от моего присутствия там зависит жизнь человека? У тебя тоже что-то, отчего зависит чужая жизнь?

Сестра стояла, уперев руки в бока и глядя на меня сверху вниз, хотя была ниже почти на голову. Её глаза яростно горели буйством Та’ар, и мне сразу захотелось спрятаться там, где она меня точно не достанет. Но я не мог себе этого позволить.

— Ага, зависит. Моя и ещё как минимум нескольких тысяч человек, которые отправятся разбираться с угрозой флота Таймлина, что может двинуться в нашу сторону в любую минуту. А тебя я вытащил сюда, потому что мне нужен медик на корабле. Как и весь экипаж. Вы первые, кому я хочу предложить занять вакантные места.

К этому времени появились и остальные, включая парней, дежуривших возле пространственного массива на шестом кольце. Я попросил Симмонса прислать им замену.

— Но я сейчас занимаю пост главы медицинской службы на Окинаве, — растерянно произнесла сестра. — После того бардака, что устроили силы союза, организовать нормальную работу было чрезвычайно сложно, и сейчас…

— Но ты справилась. Смогла это сделать, и теперь медицинская служба цитадели работает как часы. Я узнавал у Гилдарста. Он сказал, что вы с Доком и ещё парой медиков с других кораблей смогли привести всё в порядок и даже обучили несколько человек целебным техникам. Конечно, он не хотел отдавать меня тебе. Хотел, чтобы ты официально возглавила медицинскую службу Окинавы, но ты же понимаешь, что в этом случае…

— Можно забыть о спокойной жизни, которую ты так хочешь для нас, — едва слышно произнесла сестра, и мне показалось, что она вот-вот расплачется.

Парни стояли и ошарашенно смотрели на нас, не решаясь вмешаться. Все они уже побывали на приёме у Аеллы и сполна познали её суровый нрав, когда дело касалось помощи пострадавшим.

— Именно так, но я не буду против, если ты всё же решишь принять предложение Гилдарста. Это твоя жизнь, и я вижу, насколько тебе нравится лечить людей. Поэтому я подумал, что ты будешь лучшей кандидатурой на место медика на «Рагнаре».

— Где? — переспросил Арт.

Похоже, не только он ничего не понял. Все прибывшие смотрели на меня с удивлением.

— На «Рагнаре». Я решил дать это имя щитоносцу. Ведь это моя настоящая фамилия. Капитан Икар Рагнар и его бесстрашная команда отправляются в самое сердце вражеского флота, чтобы разгромить неприятеля и не дать ему возможности бесчинствовать на Вериго! Эта битва будет легендарной! — выдал я, сам удивляясь своим словам.

— Даже не хочу знать, где ты услышал этот бред, — донёсся голос Немезиды из-за ближайшего поворота. — Но звучит недурно. Возможно, я отправлюсь вместе с вами на эту легендарную битву!

Глава 3

— И зачем ты меня звал? — спросил Гилдарст у Рэма, хотя уже давно знал ответ. Ещё в тот момент, когда смог доказать волчонку, насколько превосходит его в силе.

Обо всех умениях главы Закатного не знают даже его дети, и вот одно из них помогло поселить в разуме сына Сканнинга не только сомнения…

Хоть волчонок и выглядел сейчас так, словно его ничто не способно сломить, что он готов броситься в бой в любое мгновение, несмотря на то, насколько сильным окажется противник перед ним, но на самом деле он буквально сожрал себя изнутри. Его разум оказался неспособен справиться с осознанием новой реальности — той, где третий сын правителя Двойного Серпа и всех ближайших систем проиграл. Опозорил отца и поставил под сомнение силу Сканнингов.

— Таймлин, — осторожно начал Рэм. — Готов помочь вам с захватом Таймлина. Знаю самые слабые места во флоте и могу показать направление, с которого точно никто не будет ожидать атаки.

— И всё? — удивлённо произнёс Гилдарст. — В таком случае я зря оторвался от важных дел. Не интересно.

Сказав это, Стальной Гилдарст вышел из камеры Рэма, заставив его прийти в ярость. Только так волчонок мог скрыть отчаяние, которое с каждым днём всё сильнее сжимало свою хватку на его горле.

Этот разговор произошёл на третий день после первого визита Гилдарста. Всё это время к Рэму больше никто не заходил. Это перестали делать даже следователи из СБ цитадели, хотя раньше происходило по несколько допросов в день. Причём использовались для этих допросов совершенно разные методы, включая физическое воздействие. Даже приходили несколько менталистов. Весьма слабых, которые не смогли пробиться через защиту Рэма. Того монстра, что смог его обнаружить после появления на Окинаве, так и не показал себя.

Три дня Рэм прокручивал в голове тот разговор и пришёл к выводу, что Гилдарст был во всём абсолютно прав. Отец не потерпит подобного позора и не станет спасать провалившегося сына. Он смоет позор со своего имени, уничтожив Окинаву вместе с Рэмом.

Вот только молодой волчонок понял, что хочет жить. Впервые в жизни столкнувшись с реальной опасностью смерти, он понял, что боится умирать. Боится вопреки всему, чему его учили. Вопреки своей силе и навыкам, которых оказалось недостаточно, чтобы справиться с сыном Зверя.

А ведь владеющие Окинавы смогли разобраться даже с этим монстром. Один из следователей обмолвился, что Зверя взяли в плен. Даже не убили, а смогли пленить, хотя Рэму подобное казалось невозможным. Он прекрасно знал, на что способен Зверь, и какой бы паршивой ни была для него ситуация, он никогда бы не позволил захватить себя. Здесь нужен кто-то не слабее вожака, а значит, слова Гилдарста о том, что у них есть что противопоставить даже владеющему пятого порядка, правда. И это Рэм осознал, только оставшись в одиночестве.

Многие меры безопасности были сняты, и теперь он получил достаточно Та’ар даже для попытки сбежать, но не делал этого. Рэму просто некуда бежать. Отец наверняка отдал приказ убить опозорившегося волчонка, если он посмеет появиться после всего случившегося. Вот и получается, что бывший враг стал для Рэма единственной возможностью выжить. И эту возможность он не собирается упускать.

***

— Мы хоть немного приблизились к возможностям реального боевого флота Земной Федерации? — спросил я у Геи, которая сейчас выступала в качестве стороннего наблюдателя за манёврами флота, которому предстоит показаться перед врагом и отвлечь на себя его внимание.

Хотя назвать флотом всего шесть кораблей весьма сложно. Пусть это и лучшие корабли, что имеются у Вериго.

Под защитой «Рагнара» в самоубийственную атаку отправится Ивар и ещё четыре корабля, полученных от Харрингтона. Марк успел подготовить для них экипажи, осталось только немного отработать взаимодействие, и это оказалось самым трудным. В том числе и для экипажа «Рагнара». Прошло всего два дня с того момента, как они получили нужные техники и занялись своими обязанностями.

Здесь проще всех было Немезиде и Аелле. Первая являлась действующим старпомом на «Хароне», так что прекрасно знала, что нужно делать, а вторая оккупировала медицинский блок и наводила там свои порядки, не обращая внимания больше ни на что.

Я же вместе с остальными трудился в поте лица. Быть капитаном корабля без экипажа намного проще и требует меньше усилий. Но Гея сказала, что мне необходимо развиваться, и если хочу использовать действительно сложные техники, то там без экипажа не обойтись. А лучше всего нарабатывать опыт на чём-нибудь относительно небольшом, и «Щитоносец» для этого отлично подходит.

Арта и Крепа мы назначили на должность бортстрелков. Под их управлением теперь находились все орудия «Рагнара», которых оказалось гораздо больше, чем можно было себе представить. Ведь по сути это защитный корабль, и участвовать в уничтожении кораблей противника должны другие, но и сам «Щитоносец» вполне способен потягаться с тем же «Иваром». Конечно, если его оружейными системами будет управлять достойный стрелок. И мы делали всё возможное, чтобы приблизить парней к этому. Пока они были просто хорошими стрелками, но немного практики, и я уверен, что они смогут выжать из орудий «Рагнара» максимум.

Креп немного уступал Арту, но его обучение шло гораздо легче, и вскоре он сможет не только сравняться с лучником, но и, вполне возможно, выйти на лидирующие позиции.

За щиты отвечали Тук и Томми. Гея определила, что им эта позиция подходит больше всего. В наличии уже имелись несколько техник, которые помогут с управлением щитами. И благодаря старшему Та’ар-интеллекту они уже сейчас показывали невероятное мастерство, которое превосходило то, что я видел в исполнении щитовиков Таймлина.

И главной причиной было то, что Эрен Дюбуа никому не доверял щиты, управлял их постановкой самостоятельно. Как и большинством основных функций крейсера. Я не собираюсь повторять его ошибку.

Единственная функция, которую я закрепил за собой, — это должность пилота. И пока здесь у меня не возникало никаких проблем. Нейроинтерфейс позволял сливаться с кораблём и становиться с ним одним целым. Это мало чем отличалось от управления истребителем, а благодаря посредничеству с инфополем я параллельно мог заниматься и обязанностями капитана.

Силовыми установками занимались люди Соло. Для этого он нам выделил сразу троих своих заместителей. Они вместе со своими командами занялись не только реакторным отсеком, но и генераторами защитных полей.

На всякий случай к каждой группе я приставил по несколько конструктов. Это были техники, поэтому не обладали какими-то выдающимися боевыми навыками. Впрочем, я ни в коем случае не относился к ним с пренебрежением и не собирался подвергать корабль и всех, кто находится на борту, риску. Поэтому на «Рагнаре» появилась и небольшая десантная команда, состоявшая исключительно из небесных воинов, которых я отбирал лично. Возглавил её Ллойд.

Договориться об этом оказалось сложнее всего. Дэн Симмонс очень сильно не хотел расставаться с бойцами, которых я выбрал. Даже пришлось просить Гилдарста, чтобы он лично поговорил с братом. Узнав об этом, Проповедник не остался в стороне и прислал мне в подмогу уже знакомых близнецов, снятых с охраны входа в мир Харрингтона. А вслед за ним и глава Закатного отправил братьев Мбване и их поредевшее звено. Так что техники были под надёжным присмотром и в случае чего не успеют глазом моргнуть, как с ними разберутся.

В общем, подготовка к сражению шла полным ходом, и каждый был занят новым для себя делом. Включая Гею, которая на время была отстранена от управления и общего координирования нашего небольшого флота. Эти функции перешли ко мне как к командующему.

— Во-первых, это уже реальный боевой флот, который может выполнять большой перечень задач, а во-вторых, чтобы приблизиться к возможностям реального боевого соединения Земной Федерации, вам необходимо провести вместе не несколько дней, а циклов. Принять участие в боевых столкновениях. Возможно, даже проиграть несколько раз. Вот только после этого можно будет говорить, что вы смогли достичь нужного уровня. Но сейчас это совершенно бессмысленно. Все команды выполняются в нужные сроки, никто не тупит, не саботирует твои приказы. Так что можно сказать, что последние манёвры были проведены вполне сносно. С моей помощью вы точно сможете отвлечь на себя часть флота Таймлина.

— Вот и хорошо, в таком случае предлагаю провести учения, максимально приближенные к настоящему сражению. Шесть наших кораблей против остального флота Вериго. Ультимативное оружие, естественно, не участвует, — добавил я в последний момент, вспомнив о нём.

— А это отличная идея. Подобный опыт будет полезен не только нам. Правда, нужно будет немного усложнить задачу и задействовать Окинаву. Только не пушки способны пробить защиту «Рагнара». И я бы не стала совсем отказываться от «Армад». Дать второй команде штуки три, посмотрим, как мы справимся с подобной угрозой.

Гея выглядела весьма довольной и потирала руки. Это мне как-то сразу не понравилось. Она определённо что-то задумала и не собирается мне об этом рассказывать.

— Я уже связалась с Марком и сказала, что буду принимать участие в этих учениях в роли стороннего наблюдателя. Икар, тебе самому придётся командовать своим соединением без моей помощи. Вообще никакой. Запрос также был передан командованию Окинавы, и пока ждём ответ.

В принципе, ничего такого страшного в словах чёрной валькирии не было. Это всего лишь учения, а не реальные боевые действия. Да и мы ещё толком не определились с их целью и как всё будет проходить.

Территория учений сильно ограничена. Пусть расстояние между Вериго и Таймлином составляет почти миллиард километров, но на самом деле это довольно мало в масштабах космических сражений, когда самые дальнобойные торпеды могут атаковать на расстоянии в две сотни миллионов километров. И есть специальные корабли, которые развивают колоссальные скорости в пределах звёздной системы. Хорошо, что у противника нет подобных кораблей и торпед. Впрочем, у нас их также нет. Но всё равно места для нормальных учений довольно мало.

Через минуту на мостике появилась проекция Марка, и выглядел он каким-то грустным.

— Командование не дало добро на проведение подобных учений. Слишком велика вероятность того, что это спровоцирует флот заражённых на более активные действия. Они столь же пристально следят за нами, как и мы за ними. И как бы мне ни хотелось проверить свои возможности в управлении подобным соединением, я согласен с ними. Сейчас и мы, и они выжидаем. Ждём хода противника и только после этого будем реагировать. И самым логичным ходом на начало передвижения кораблей противника будет ответить зеркальными мерами.

— На маленькую группу кораблей они так не станут реагировать, — подтвердила слова Марка чёрная валькирия.

— В таком случае я не понимаю, каким образом у нас вообще получится провернуть изначальный план. Если исходить из всего услышанного, то заражённые сразу же выдвинут свой флот, когда следом за нами двинутся остальные корабли.

— Здесь всё немного не так, — улыбнулся Марк. — По разработанному мной плану весь флот Вериго будет разбит на небольшие группы из двух-трёх кораблей, которые выдвинутся к Таймлину с разных направлений. И большинство из этих групп будет отображаться на радарах заражённых как астероиды. Это ещё одна из причин, почему мы так долго готовимся. Создать соответствующие устройства занимает довольно много времени. Хорошо, что Гея смогла получить прототипы чертежей у Терезы Маккинли, а мы довели их до ума, и инженеры Соло собрали первый образец.

— Но даже исходя из этого плана, враг может не купиться и выбрать один из негативных для нас сценариев. Тогда нашей группе придётся гораздо дольше находиться в меньшинстве, а подарок заденет куда меньше кораблей, чем мы планируем. Но тебе об этом не стоит думать. Для начала научись тактике, а уже потом перейдём к стратегии. Хотя у тебя и есть все необходимые данные, но реальный боевой опыт они не смогут заменить. Именно поэтому обучение в академии Звёздного Флота занимает восемь лет. Только за этот срок возможно получить минимальный опыт тактических и стратегических знаний.

Озадачили меня оба Та’ар-интеллекта по полной. Выходит, что мне до реального управления флотом ещё очень далеко. А то, что мы сейчас собираемся провернуть — не больше, чем дерзкая вылазка с целью привлечения внимания противника. Хотя именно об этом изначально и говорили Гилдарст с Проповедником. Похоже, что это я слишком размечтался, представляя себя великим флотоводцем, который всего парой кораблей громит огромные соединения противника.

— Но это ещё не всё, — продолжила Гея. — Со мной только что связался Гилдарст и сказал, что к нам уже направляется ещё один член экипажа, который поможет усовершенствовать наш план и позволит обнаружить даже скрытые корабли заражённых, находящиеся в режиме маскировки. Наличие подобных кораблей даже для меня стало сюрпризом. Они действительно могут испортить нам весь план. И теперь придётся немного его изменять с учётом новых данных.

— Что за новый член экипажа и почему Гилдарст не связался со мной? — спросил я, только сейчас вспомнив, что заблокировал все каналы связи, кроме тактического, в котором мы отрабатывали взаимодействие внутри группы.

Мой вопрос оказался риторическим. Когда я снял все блокировки, то увидел больше десятка запросов на соединение. Только собрался набрать Гилдарста, как Гея сообщила о прибытии шаттла и том, что мне неплохо было бы лично встретить нового члена экипажа. Это прямая обязанность капитана. Каким бы крупным ни был корабль, по негласной традиции ЗФ капитан должен знать в лицо всех членов экипажа, включая техников, медиков, десантников и так далее. Для владеющего это не представляет никакой проблемы.

Странно, что Гея сказала об этом только сейчас. А я ведь не знаком с людьми Соло. Нужно будет обязательно исправить эту оплошность, а пока посмотрю, кого там прислал Гилдарст.

Немезида вызвалась идти со мной, заявив, что Хирояши всегда берёт её с собой, когда собирается взять нового члена экипажа на «Харон». Я был не против. С Белоснежной всегда приятно поговорить. Она отличный собеседник и совершенно не соответствует тому образу, что пытается всем показывать. Так что я даже не заметил, как мы оказались в доках «Рагнара», где уже находилась наша десантная группа во главе с Ллойдом.

Разведчик сам вызвался командовать десантом, заявив, что его основная специализация не нужна в космическом бою.

Здесь уже стоял стандартный шаттл, на одном из таких прилетели все, кто уже находится на борту «Рагнара».

— Прилетел уже как десять минут, но всё никак не выходит, — доложил мне Ллойд.

— Я бы тоже не торопился, увидев подобную встречу, — указал я рукой на дюжину десантников в броне и с оружием наперевес. Такие отобьют охоту выходить у любого. Хотя действительно странно, мы же не враги.

— Ты так думаешь? — спросила появившаяся Гея, но ответить ей я ничего не успел.

Раздалось шипение двери шаттла, и через пару мгновений я уже держал в руках мечи, готовый в любое мгновение броситься в бой.

— Не ожидал столь горячей встречи. Но уверен, что вместе нам будет очень интересно, Икар, сын Зверя, — осмотревшись по сторонам, произнёс Рэм Сканнинг, но быстро вылетел из шлюза, получив мощный подзатыльник миниатюрной рукой.

— А она чего здесь забыла? — нахмурилась чёрная валькирия.

Глава 4

— Должен же кто-то присмотреть за этим человеком, — ответила на вопрос Геи юная королева, появившаяся сразу после Рэма.

Значит, она уже восстановилась, и это просто великолепно, но всё ещё совершенно непонятно, с чего вообще волчонку дали свободу.

— На время Рэм стал нашим союзником, а я здесь для того, чтобы убедиться, что он исполнит все свои обязательства в полной мере. В любом случае мне нужно время на восстановление после создания детской, так что я согласилась помочь вам.

— Неужели ты согласился предать своего отца? Получается, что и нас можешь предать в любой момент. Поэтому не жди, что к тебе здесь будут относиться хорошо. Возможно, Гилдарст и поверил тебе, но не я, — не собираясь ничего скрывать, заявила Немезида, и я здесь был с ней полностью согласен.

Впрочем, и Рэм это понимал. Было прекрасно заметно, что он не питает никаких иллюзий по этому поводу. Для него мы всё те же враги, только сейчас имеются некие ограничения, за которыми следит Вита.

— Тебя это точно не касается, — огрызнулся Сканнинг. — Давайте поскорее покончим с этим. Я помогу вам вскрыть оборону Таймлина, но не больше. Уверен, что стая разгромит вас и покажет остальным, что любое сопротивление обречено на провал. А все, кто решится на подобный шаг, умрут.

— Икар, ты же у нас капитан, значит, на этом корабле твоё слово — закон. Позволь мне выбить всю спесь из этого щенка, — спросила Белоснежка, и вокруг неё начали летать частицы Та’ар. Стало заметно холодать, а белоснежные волосы подниматься, словно дул сильный ветер.

— Да, позволь это, капитан. Сейчас я точно не стану медлить и оторву её голову, — оскалился Рэм, но вновь в дело вступила Вита и отвесила ему ещё более сильный подзатыльник. Настолько, что волчонок не смог устоять на ногах и припечатался лицом о палубу, пачкая её своей кровью.

— Даже не представляю, насколько веселее теперь будет, — появилась чёрная валькирия с пачкой попкорна в руках.

Я же тяжело вздохнул, пытаясь хоть немного привести мысли в порядок. О чём вообще думает Гилдарст, когда отпускает заражённого, способного менять личины и уже убившего множество человек на Окинаве? От немедленного убийства Рэма меня останавливало только присутствие Виты и то, что она прибыла к нам с единственной целью — контролировать заражённого. Не станет его — и юная королева покинет «Рагнар». А одно её присутствие поднимает нашу выживаемость на новый уровень.

— Немезида, отведи Рэма на мостик и начни его вводить в курс дела. Времени мало, а нам сегодня предстоит ещё пройти несколько тренировок по слаживанию.

Сам я направился в ближайшую пустую каюту, чтобы поговорить с Гилдарстом. Мне совершенно не нравится, что о подобных решениях узнаю постфактум и не от человека, который принимал решение.

— Я и сам узнал об этом всего четыре часа назад. Пытался сразу связаться с тобой, но не получалось. Вита установила в разуме Рэма свои закладки и в случае чего сможет его усмирить. А если совсем будет плохо — и убить. Это действительно уникальная возможность не только минимизировать наши потери, но и увеличить флот. Как наследник Сканнинга Рэм знает коды доступа к каналам связи и ещё очень много всего, что поможет нам. А ещё я выбрал именно «Рагнар», потому что там находитесь вы с Немезидой. Так контролировать Рэма будет гораздо проще.

— Он хочет убить нас, — произнёс я. Неоспоримый факт, который понимает даже последний дурак.

— Так же, как и меня, и вообще всех жителей Окинавы. Но это не отменяет того, что парень хочет жить. Не важно, заражённый или нет — он человек. А для людей вполне естественен страх перед смертью. Ульф Сканнинг даже сыну не простит провала, так что единственная возможность для Рэма остаться в живых — это сотрудничать с нами.

— Что вы ему пообещали взамен на помощь?

— Помощь в получении места вожака стаи Сканнинга. Когда мы разберёмся с Ульфом и его сильнейшими сторонниками, нам будет нужен подобный союзник.

— Получается, что вы не собираетесь ограничиваться только системой Двойного Серпа, а замахнулись на все владения Сканнинга? Не кажется, что это слишком большой кусок пирога, который не только не поместится в рот, но и может его разорвать? Или вы думаете, что другие заражённые будут стоять в стороне и наблюдать, как захватывают их территорию? Да и сперва необходимо разобраться с Ульфом Сканнингом, который перешёл на пятый порядок.

Гилдарст тяжело вздохнул и взял небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями. Мне это показалось странным. Уверен, что они с Проповедником и без меня уже давно пришли к тем же выводам. И не просто пришли, а даже начали составлять планы, как справиться со всеми возможными проблемами. Хотя я не видел возможности это сделать. Даже несмотря на все корабли Первого Ударного, флот Вериго был слишком слаб для захвата других систем, кроме Двойного Серпа.

— Нет, мы не собираемся выходить за пределы нашей системы. Но чтобы в будущем защитить её от любого вторжения, необходимо стать гораздо сильнее, и стая Сканнинга станет для нас отличным щитом. А чтобы держать его в руках, необходимо, чтобы стаей управлял вожак, которым сможем управлять мы. Кандидатуру лучше Рэма нельзя и придумать. Мы прекрасно понимаем, насколько тяжело будет всё это провернуть, но выбора у нас просто нет. Либо мы уничтожаем Сканнинга и ставим на его место Рэма, либо заражённые уничтожают нас. Они не ограничатся флотом и Окинавой, а уничтожат всё население Вериго. Это станет уроком для остальных населённых планет, что находятся в их владениях. Не пощадят никого.

— Я тебя услышал. На «Рагнаре» никто не посмеет тронуть Рэма. Но если он перейдёт черту, то я сам убью его.

Этого для Гилдарста оказалось достаточно. Он с облегчением вздохнул и переслал мне данные, только полученные от разведки. К Таймлину прибыли новые корабли. Среди них пять тяжеловесов, что делает флот Таймлина опаснее в несколько раз. А наши шансы на проведение успешной операции снижаются практически до нуля. Но это без участия Рэма. Поэтому он был просто необходим нам.

Я не спешил возвращаться на мостик, обдумывая всё услышанное. Гилдарст с Проповедником решили играть по-крупному, не имея на руках практически ничего. Лишь старые корабли Первого Ударного. И в этом была их главная слабость. Эти корабли невозможно будет восстановить. А потери обязательно будут. Без этого не обойтись.

И единственный выход, который я здесь видел — захватить систему Серпа, в которой есть орбитальные верфи, где Сканнинг стоит и ремонтирует свои корабли.

— Или просто нужно построить верфи в этой системе. Я даже могу предложить несколько вариантов и предоставить все необходимые чертежи. Вот только без высокорангового Творца на их постройку уйдёт минимум сорок циклов. А за это время может произойти всё, что угодно. Включая и всё ещё не сформированное планетарное руководство Вериго, — сказала Гея, подкидывая мне ещё пищи для размышлений. — Но в любом случае сперва необходимо разобраться с угрозой Таймлина, а уже дальше действовать по ситуации.

— Так и поступим, — сказал я и двинулся на капитанский мостик.

Нам предстоит ещё очень много работы, и в первую очередь наладить хоть какой-нибудь контакт с Рэмом.

На удивление, налаживание контакта заняло совсем немного времени. Буквально пару тренировочных полётов — и никаких проблем с присутствием Сканнинга на мостике больше не возникало. А сам Рэм оказался отличным навигатором, умеющим использовать окружающее пространство с максимальной пользой.

Он прекрасно управлялся с системами «Рагнара», словно уже не раз летал на этом корабле. И как позже выяснилось, это было действительно так. Во флоте Сканнинга два щитоносца, подобных «Рагнару», и на одном из них Рэм провёл довольно много времени. Там он и научился системной навигации.

Даже Гея отметила, что парень действует весьма неплохо и вполне может заменить её в случае необходимости, но доверять ему нельзя в любом случае. И полагаться на то, что Вита сможет усмирить заражённого, если это понадобится. Чёрная валькирия всё ещё относится к юной королеве с неприязнью, и здесь я ничего не могу поделать.

Следующие два дня протекли в бесконечных тренировочных полётах, и мы всё же приняли участие в учениях, устроенных Марком. Вышло довольно неплохо. Наша мини-эскадра смогла разгромить превосходящие силы противника и даже почти не пострадать от применения по нам ультимативного оружия.

Всё же сражение в космосе идёт на огромных дистанциях, и увернуться от выпущенного снаряда времени вполне достаточно, если ты увидел его сразу после пуска или незадолго после этого. Поэтому одна из главных задач оружейников — сделать так, чтобы пуски были замечены противником как можно позже. Ну а когда корабли сближаются вплотную, там уже используется оружие ближнего боя, бьющее на сотни километров.

Так что одной из основных наших задач было подобраться к передовым кораблям флота Таймлина как можно ближе и только после этого открывать огонь. Подобраться, минуя все засады и наблюдательные пункты, которых вокруг Таймлина было предостаточно. Благодаря Рэму у нас теперь были данные, где находятся эти наблюдательные пункты, и даже имелись коды доступа к ним. А точнее, сам Рэм со встроенной программой-дешифратором и необходимыми ключами.

Коды доступа менялись каждые четыре часа, поэтому все корабли, прибывшие на подмогу Таймлину, были оснащены такими же дешифраторами, чтобы не перегружать системы управления. Вот и получается, что мы сможем избежать внимания всех систем раннего оповещения и вынырнем у противника прямо под носом, по которому обязательно вмажем со всего размаха.

Вынырнем примерно через шесть дней после начала движения. Придётся практически красться, но без этого никак. Только на небольших скоростях можно оставаться незамеченным так долго, как это только возможно.

Всё было продумано до мельчайших деталей. Вплоть до возможной встречи с астероидами и увеличения вражеского флота в несколько раз. Так что я с уверенностью могу сказать, что мы готовы. Насколько это вообще возможно.

Гея подтвердила нашу готовность, а позже и Марк. Как только это произошло, было принято решение выступать, но сперва провести ещё один брифинг в узком кругу. Только командование цитаделью и капитаны кораблей, участвующих в операции.

Уже через час после этого я находился в просторном зале для совещаний, где собрались чуть больше ста человек, включая операторов ультимативного оружия, Гилдарста и Проповедника. Последний поведёт основную часть нашего флота, которая вступит в сражение после активации кварковых бомб, и нанесёт удар сразу с нескольких направлений.

— Вы прекрасно знаете, что противник очень силён. У него больше кораблей, вспомогательных средств атаки и защиты. И защищаться всегда легче, чем нападать, — начал Гилдарст. — Но у заражённых нет ни одного та’ар-интеллекта. В то время как у нас сразу два, и один из них раньше управлял Первым Ударным Флотом. Управлял блестяще, чем сохранил жизни многим флотским, которые впоследствии обжили Вериго. А ещё у нас есть корабли, которые участвовали в том сражении и остались целы. Настоящие боевые корабли Первого Ударного, которые превосходят по всем параметрам корабли заражённых. И есть Армада, которую боится даже сам Ульф Сканнинг. Так что я уверен, противник будет разгромлен, и мы захватим Таймлин.

— Как вы уже знаете, Анджело Арано был убит. И теперь на планете установлено военное правительство, которое возглавляет Рэм Сканнинг — третий сын Ульфа, которого захватили Икар и Немезида, — взял слово Проповедник.

Взгляды присутствующих устремились на меня. Многие капитаны впервые слышали об этом, совершенно не интересуясь тем, что происходит на борту «Окинавы». Для них существовал только их корабль и задача, поставленная командованием.

— Нам удалось склонить Рэма к сотрудничеству. Благодаря этому подобраться к вражескому флоту будет намного проще. Все вы знаете, что необходимо причинить максимальный ущерб, но никто не станет возражать, если Вериго обзаведётся новыми кораблями. Для этого у большинства из вас есть абордажные команды. Только не забывайте ставить метки на корабли, которые вы хотите захватить. Они нужны, чтобы эти корабли не стали мишенью для других, — закончил Кинг.

— По последним данным основная масса флота противника сосредоточилась в двадцати тысячах километров от орбиты Таймлина, — Гилдарст вывел карту системы, приблизил Таймлин, отмечая места расположения вражеского флота. — Первым начнёт действовать соединение Икара. Как только они вступят в бой, мы отдадим приказ, и наша диверсионная группа примется за доставку подарка. После его распечатки наш основной флот должен будет заблокировать все пути отступления и добить подранков, а затем заняться и остальными. Никто не должен выбраться из нашего капкана.

Все прекрасно знали план, но всё равно очень внимательно слушали Гилдарста. Ошибок не должно быть. Для каждого из присутствующих это сражение станет первым настолько крупным и под общим руководством. До этого момента все они были одиночками.

— Когда с вражеским флотом будет покончено, занимаете защитные позиции и ждёте подкрепления. А дальше последует операция на планете. Многие из вас также будут в ней участвовать. Поэтому сильно не расслабляйтесь после победы. Выступаем через шесть часов. У вас ещё есть время побыть немного с близкими. Не упустите эту возможность.

Проповедник не стал договаривать, что для кого-то это будет последний раз. Ведь мы отправляемся на настоящую войну, а на ней не обходится без жертв с обеих сторон. Так просто не бывает.

Дальше — ещё несколько напутственных слов, и на этом брифинг закончился. Но меня попросили остаться.

— Как бы я ни хотел оставить всё как есть, но сил моих больше нет их удерживать. Так что принимай бойцов. Только тебе решать, позволишь им присоединиться к твоей абордажной команде или нет, — сказал Гилдарст и махнул рукой, после чего дверь распахнулась, и в зал вошли ребята из моего звена.

Мара, Гил, Андрэ и Даррел. Последний как-то ехидно ухмылялся, а Мара вся покраснела. И лишь Гил с Андрэ выглядели вполне нормально.

— Кэп, возьмёшь нас к себе на корабль в качестве абордажников? — спросил Гил, играя с мечом офицера.

Он точно не терял время зря и смог освоиться с новыми техниками. Впрочем, и остальные ребята из моего звена также стали сильнее.

— Похоже, у тебя намечаются большие проблемы на корабле. Смотри внимательнее, чтобы Мара и Белоснежка не выцарапали друг другу глаза, — как-то слишком радостно сообщила Гея.

Глава 5

— Сколько ещё мы должны торчать в этом захолустье? Даже на планету не спуститься и не развлечься там как следует. Ни одного подходящего для нас заведения, — с тоской в голосе произнёс капитан одного из дюжины истребителей-невидимок, расположенных вокруг Таймлина для раннего обнаружения противника.

Хотя никому и не было понятно, для чего всё это? Почему бы просто не заявиться к Вериго и не уничтожить всех, кто осмелился пойти против стаи? Обрушить на них всю мощь флота стаи и навсегда забыть об этой проблеме.

В защите не было никакого смысла. Часть флота стаи просто теряла здесь время. Корабли мятежников стояли возле планеты и даже не думали нападать. Да и кто в здравом уме осмелится напасть на противника, который превосходит тебя по всем параметрам? И это ещё до того, как прибыли корабли Ромула и Луциана — шесть тяжеловесов, которые в одиночку смогут разобраться со всеми кораблями Вериго.

— Столько, сколько понадобится. Мы вообще должны сказать спасибо мятежникам за отдых. Когда бы ещё ты вот так сидел в тишине столько времени, не рискуя быть уничтоженным в любое мгновение? Или тебе так нравилось на границе со стаей Варгана? — ответил капитану второй номер.

Смена должна была закончиться через два дня, тогда они смогут вернуться на планету и, чтобы ни говорил капитан, отлично там отдохнуть. Оттянуться так, что потом будут вспоминать это большую часть следующего дежурства.

— С этими ублюдками из Варгана действительно нельзя расслабляться. Пожалуй, ты прав. Здесь будет малость лучше. Да и платят…

Капитан прервался на полуслове и замер, глядя на информационную голопанель, куда выводилась информация со всех датчиков, раскиданных в их зоне ответственности. Они молчали. Судя по данным, ближайший космос был совершенно пуст, а флот Вериго оставался возле планеты и не предпринимал никаких действий.

Вот только на обзорных экранах капитан видел совсем другую картину. Камеры выводили изображение появившегося из ниоткуда огромного корабля, окружённого энергетическим защитным полем, которое проявлялось, когда мельчайшие частицы пыли попадали в него.

— Ты это тоже видишь? — спросил капитан у второго номера, который лихорадочно вводил команду за командой, проверяя исправность датчиков и формируя пакет данных для передачи командованию.

— Вижу, и похоже, что мы в полной заднице. Связь заблокирована.

— Правильно сказал, — послышался незнакомый голос. — Вы в полной заднице.

Одна из камер зафиксировала движение и через мгновение вывела на экраны изображение сразу четырёх владеющих, которые прекрасно себя чувствовали на корпусе их корабля. Броню одного из владеющих разведчики прекрасно знали — это точно был бывший командующий флотом, разместившимся возле Таймлина. Самый талантливый владеющий из нового поколения стаи. Третий Волчонок, которого объявили погибшим. Он приложил ладонь к корпусу истребителя, и через несколько мгновений контроль над кораблём перешёл к Рэму Сканнингу.

— Не делайте глупостей. Только в этом случае вы сможете вернуться в стаю, — произнёс бывший командующий, и разведчиков скрутило от сильнейших электрических разрядов, начавших пронизывать их корабль.

***

— Сколько ещё таких малюток нам предстоит вывести из строя? — спросила Белоснежка, стоя на броне корабля-невидимки, предназначенного для раннего обнаружения приближения противника. И совершенно не справившегося со своей задачей.

— Ещё минимум три поста. Сомневаюсь, что после моего исчезновения новый командующий решил усилить бдительность. Никто среди командования не считает флот Вериго серьёзной угрозой. Они вообще хотели не выставлять подобных постов. В том числе и я, но Ферн настоял. И как я сейчас понимаю, сделал это совершенно правильно.

— Получается, что мы не только поймали тебя, но и лишили флот противника единственного здравомыслящего руководителя? — поддела волчонка Немезида.

Впрочем, никто из команды не упускал подобной возможности, и здесь я ничего не могу поделать. Сам порой сдерживаюсь с большим трудом. Но нужно отдать должное Рэму — он пропускает все провокации мимо ушей. Вернее, делает вид, что всё обстоит именно так, и ему нет никакого дела до наших выпадов. Но все прекрасно ощущают его жажду крови, и это раззадоривает их ещё сильнее.

Мне даже пришлось собирать команду и делать им внушение. А с Немезидой мы и вовсе схлестнулись в дружеском поединке, в котором, на удивление, я оказался сильнее. Хотя и считал, что Белоснежка сделает меня без особых проблем. Но, как оказалось, ошибался. Гея в купе с инфополем обеспечили мне эту победу, даже несмотря на опыт Немезиды и её навыки.

Эта победа помогла мне немного смягчить отношение к Рэму, но до конца всё же не удалось избавить его от большинства насмешек и болезненных уколов по его самолюбию. Но я уверен, что если бы рядом не было Виты, то Сканнинг не сдержался бы ещё в первые минуты, как оказался на борту «Рагнара». Она успокаивала не только его, но и весь экипаж корабля. И, как оказалось, это просто незаменимая помощь, благодаря которой новички действуют без присущих им ошибок.

Это позволило нам действовать строго по плану и захватить первую ключевую точку. Ещё три таких точки — и будем приводить в жизнь основную часть плана. Дерзкие наскоки с максимальным ущербом для противника и молниеносным отступлением. Раздергаем оборону противника, и тогда он гарантированно бросит на нашу ликвидацию нужные нам соединения, открывая дорогу для диверсантов.

— Здесь закончили. Вита, позаботься, чтобы пленники не пришли в себя до тех пор, пока Таймлин не окажется в нашей власти. Рэм, Зида, возвращаемся.

Я первым активировал крылья и устремился к «Рагнару». На борту нас уже встречала абордажная команда, которая готова была вылететь в любое мгновение, если у нас возникнут какие-нибудь трудности. Но их не возникло, и парни Ллойда остались без работы. Хотя не только парни. Среди отобранных Ллойдом десантников были все ребята из моего звена. В том числе и Мара, чьё присутствие среди встречающих заставило меня напрячься. Но вроде всё обошлось, и они с Немезидой сделали вид, что не видят друг друга.

Понятия не имею, как у них это получается, но Гея оказалась права насчёт веселья, которое могут устроить девушки. Так и вышло. Шесть дней безделья на корабле очень сильно способствуют появлению нелепых ситуаций, в которые мне приходилось вмешиваться, чтобы они не переросли в серьёзную драку.

Пришлось разговаривать с каждой по отдельности и с обеими сразу, чтобы расставить все точки над «i». Правда, этим я едва не сделал ещё хуже. А Гея потом ходила и подтрунивала надо мной ещё очень долго. Не успокаивалась, пока я её не заблокировал.

И всё это было на фоне того, что я изучал полученные в пещере Древесной Матери пространственные маяки. Только изучал и ничего больше. Активировать подобный артефакт без уверенности, куда откроется портал, на борту корабля было настоящим самоубийством. А вот попытаться установить координаты, к которым привязаны маяки, было вполне возможно.

После первого контакта инфополе получило кое-какую информацию и начало работать с ней, постепенно раскрывая тайны цивилизации творцов. Тайны в том плане, что уже можно определить сектор галактики, куда будет открыт портал. До точных координат пока ещё далеко. Но я уверен, со временем у нас обязательно получится определить и их.

Ещё удалось определить, сколько энергии в каждом маяке и как долго она будет восстанавливаться после активации. Маяк, который открыл проход в резиденцию профессора Гамильтона, содержит в себе двадцать тысяч та’ар. Этого хватает на открытие портала и его поддержания в течение шести часов. После чего портал закрывается, и начинается процесс накопления энергии.

Скорее всего, есть способ, как быстро восполнить энергию, но мы его пока не нашли, как ни старались. Также не получится забрать из маяков частицы творения. Здесь просто не предусмотрено подробной функции, а при попытке сломать артефакт та’арцев частицы просто рассеются в окружающем пространстве.

Гораздо лучше дела обстоят с кимберлитовым защитным полем. С восстановлением этого артефакта я могу справиться и без помощи Харрингтона. Оказалось, что самым сложным в нём является поиск нужного количества кимберлита и его обработка. Три кристалла были уничтожены, так что теперь необходимо их восстановить, и тогда можно будет прятать под этой защитой самое ценное, не боясь, что его украдут.

Управлять защитой оказалось куда проще, чем могло показаться. Гея сказала, что уже сталкивалась раньше с подобными конструкциями, и ключ управления создаётся на последнем этапе активации. Что это за ключ, Гея не могла сказать — каждый раз должен получаться новый.

За этими занятиями я провёл практически всё время, пока мы летели к первому наблюдательному пункту Таймлина. Он оказался обезврежен, но продолжит отправлять сигналы о том, что всё спокойно. Рэм позаботился об этом.

Следующие два наблюдательных пункта также были обезврежены без всяких хлопот. Расстояние между ними было два часа полёта на средней скорости.

А вот третий уже расположен вплотную к основному флоту противника — всего в каких-то двадцати минутах полёта. И чтобы подобраться к нему, нам пришлось плестись ещё тише, практически полностью заглушив реакторы кораблей и отключив любую связь, даже внутрикорабельную. Был риск, что нас могут заметить на финальной стадии.

Поэтому, когда ноги коснулись брони разведчика, все выдохнули с облегчением. Вита показала, что всё отлично. Немезида, как всегда, промолчала, а вот Рэм меня удивил.

Волчонок создал огромный меч, который пронзил разведчик насквозь, вместо того чтобы поступить с ним, как с остальными.

— Нас раскрыли! Готовьтесь к бою! — выкрикнул Рэм за мгновение до того, как со всех сторон полетели сети из звёздной стали, какие-то разряды и ещё бог знает что.

Но мы начали действовать гораздо раньше. С моих рук сорвались та’ар-импульсы, уничтожая сети. Вита создала ледяную стену и установила энергетический щит, прикрыв нас всех. А Немезида использовала технику, которой она сражалась с Хирояки.

Из разведчика, который мы должны были захватить, вылетели десятки небольших дронов, которые открыли по нам огонь, а сейчас они разлетались на части от столкновения с невидимым клинком Белоснежки. Один только Рэм стоял и ничего не делал, считая, что предупреждения вполне достаточно.

Всё закончилось так же быстро, как и началось. Дроны были уничтожены за несколько секунд, а их атаки не причинили нам никакого вреда.

— Раз активировался этот протокол безопасности, то командование уже знает о нас, — констатировал волчонок. — Смысла красться больше нет.

— Срочно возвращаемся на корабль, — сказала я, а потом Гея сообщила, что по нам открыли огонь. Почти три десятка торпед достигнут «Рагнара» на шесть секунд раньше, чем мы вернёмся. — Отставить возвращение. Вита, бери Рэма и защищай его. Немезида, ты со мной. Отлетаем в эту точку и ждём, когда нас заберут. Марк, бери пока командование на себя. Максимум энергии в щиты. Выпускайте противоракеты и применяйте все необходимые манёвры.

Гея уже отправила все необходимые распоряжения и нарисовала для нас векторы полёта, которые гарантируют, что мы не встретимся с «приветственными подарками» заражённых. Но пока этого слишком мало. Пусть нас и заметили раньше намеченного срока, теперь уже ничего не поделаешь. Нужно привлечь как можно больше кораблей противника. И в нужный момент отдать сигнал диверсионной группе.

Первые торпеды прилетели через шесть минут, разминувшись с нами практически вплотную. Пролетев буквально в сотне метров. После чего по ним начали работать наши противоторпеды и перехватчики с «Ивара». В итоге ни одна торпеда не достигла щита «Рагнара», что явно заставило вражеских капитанов удивиться.

Ведь во флоте Вериго не должно быть кораблей, которые способны отбиться сразу от трёх десятков торпед, выпущенных с такого расстояния. Рэм нам рассказал, что заражённые реально думают, что у нас в наличии имеются только атмосферные истребители, которые толком ничего не могут в космосе, и наспех переоборудованные грузовые баржи. А четыре сотни циклов планета держалась исключительно благодаря «Окинаве» и её вооружению.

Первая атака была отбита без проблем, и уже через пятнадцать минут я находился на капитанском мостике, выслушивая доклады Марка и Геи.

Та’ар-интеллекты успели собрать и обработать всю имеющуюся информацию, при этом скорректировав наш первоначальный план. Команды всех кораблей были готовы и ждали момента, чтобы показать себя. Но пока мы просто летели вперёд и не отвечали на атаки противника, только защищались и уничтожали снаряды, которые нам реально угрожали.

Вообще, раньше я не мог подумать, что сражения космических кораблей настолько сильно отличаются от любых наземных. Здесь всё происходило невероятно медленно: перестрелки на огромных расстояниях, обмен торпедами и ракетами задолго до того, как корабли смогут выйти на дистанцию огневого поражения. Выпуск множества противоторпед, противоракет, обманок и разных установщиков помех, которые впоследствии летят рядом с кораблём до тех пор, пока их не уничтожат или не вернут на борт.

У нас сейчас всё было несколько иначе, и большинство из этих мер не использовались. На вражеских радарах мы выглядели как один корабль — большой и неповоротливый, который был отличной мишенью для дальнобойного оружия заражённых. И мы вполне успешно справлялись с тем, чтобы опустошать оружейные склады противника.

Ближайшим к нам соединением оказалась группа из восьми средних кораблей, по классификации Федерации относящихся к корветам. Они находились друг от друга на минимально возможной дистанции и готовились открыть огонь из энергетических пушек — довольно мощных, чтобы одним залпом разобраться с крупным кораблём. Вот только наши щиты им не позволили этого.

А после первого вражеского залпа мы разделились, проведя очень сложный манёвр, прошедший без сучка и задоринки. Всё вышло в точности как на тренировках. Противник даже не успел понять, что происходит, как был окружён и в течение сорока минут полностью уничтожен.

Мы и не предполагали, что у нас выйдет так легко разобраться с первым серьёзным препятствием. Впрочем, противник также не предполагал этого и поэтому впал в ступор, не успев ответить до того момента, как мы вновь собрались и исчезли с их радаров, чтобы вскоре вынырнуть уже в другом месте и нанести ещё один болезненный удар.

Только после этого диверсионная группа получила сигнал, а мы продолжили выполнять свою часть, позволяя подходить основным силам Вериго. Так продолжалось следующие шестнадцать часов, за которые мы смогли уничтожить ещё двенадцать лёгких кораблей и даже подбить одного тяжеловеса.

Уж не знаю, почему он оказался здесь, но решил, что сможет разобраться с наглыми выскочками, и словил от беспилотников Марка несколько точных попаданий по критическим узлам, после чего начал срочно отступать, отстреливаясь от нас всеми возможными способами. Добивать его было нельзя — все тяжёлые корабли должны были стать нашей добычей и впоследствии присоединиться к флоту Вериго.

— Икар, у нас всё готово, — ещё через три часа вышел на связь Проповедник, а это могло означать только одно — диверсионный отряд выполнил свою задачу. Насколько удачно, мы пока не могли проверить, только перейти в полноценное наступление. И вот только здесь я узнал, что такое настоящее космическое сражение.

Глава 6

— Мы до последнего не хотели думать, что кто-то из стаи может предать. А это оказался тот, на кого отец возлагал больше всего надежд. Что же, придётся доказать, что он ошибся, когда дал тебе столько свободы. И вот к чему это привело, — произнёс старший брат Рэма и, не дожидаясь ответа, обернулся волком.

Практически таким же белоснежным, как и Рэм, только одна лапа была покрыта тёмными пятнами, словно он наступил в грязь. Да и размерами этот волк заметно уступал младшему. Вот только он был не один. Рядом с ним появился ещё один волк — на этот раз полностью чёрный. Полная противоположность Рэму, хотя снова меньше его размерами.

Луциан и Ромул Сканнинги — старшие братья Рэма, примчались в систему Двойного Серпа, чтобы лично разобраться с возникшей проблемой. Точнее, убедиться, что их самый серьёзный соперник за власть в стае больше никогда в неё не вернётся. Смыть позор с имени отца и показать всем, что стая сильна как никогда.

По крайней мере, именно так они думали, когда в спешке бросились к Таймлину, прихватив свои личные корабли — «Правый» и «Левый Клык», лёгкие эсминцы, которые должны были стать отличным подспорьем для флота Вериго. При этом Сканнинги не посчитали нужным поставить в известность никого из флотоводцев стаи, чем оказали нам колоссальную услугу.

Взрыв кварковой бомбы оказался куда более эффективным, чем мы предполагали. И всё из-за того, что корабли заражённых располагались гораздо ближе друг к другу. В радиусе сорока тысяч километров от эпицентра взрыва вышла из строя вся техника. А в радиусе десяти тысяч километров она была уничтожена, включая личный корабль Луциана. Правда, сам он в этот момент находился в гостях у брата и смог уцелеть. Да и корабль Ромула не попал под удар — отделался лишь лёгкими повреждениями. Но в итоге мы всё равно смогли его захватить, пусть и с очень серьёзными потерями, включая три корабля из моего отряда, что уменьшило нашу боевую мощь наполовину. Но сейчас это уже не важно.

Больше недели мы сражались и смогли одержать победу. Марк и Гея работали на пределе, управляя всеми силами Вериго, охватив поле боя, растянувшееся почти на двести сорок тысяч километров. И вот мы на борту корабля Ромула, пришли за братьями нашего волчонка.

Ульф Сканнинг не сможет проигнорировать захват сразу всех его наследников и будет вынужден бросить все силы на их освобождение либо уничтожение. Здесь никто не мог знать, как поступит заражённый, сумевший подняться на пятый порядок. Но в любом случае он будет действовать импульсивно и совершать ошибки, которыми мы обязательно воспользуемся.

Осталось только захватить Ромула и Луциана, но эту обязанность на себя взял Рэм, заявив, что только он достоин сражаться со старшими волчатами Ульфа Сканнинга. Никто против этого не возражал, и вот сейчас, на уже захваченном «Левом Клыке», принадлежавшем Ромулу, он занимался этим.

Экипаж здесь был минимален — практически одни слуги, но всё равно проблем с захватом было достаточно. Моя абордажная команда потеряла восемь человек, включая Даррела.

— Если победите Рэма, то даю слово, что отпущу вас, — выкрикнул я перед тем, как младший обратился волком.

Это была его просьба, которую я посчитал вполне приемлемой. А ещё запретил кому-либо вмешиваться в поединок братьев.

Хоть Рэм и трансформировался позже братьев, но напал на них первым. Белая молния метнулась вперёд, снося всё на своём пути, и остановилась, сцепившись с чернотой. В это время Ромул стоял в стороне и собирал вокруг себя Та’ар.

Все дети Сканнинга находились на третьем порядке, только их навыки очень сильно отличались, и степень их развития кардинально разнилась. С первых секунд боя было понятно, что Рэм в боевом плане намного превосходит братьев, а вот в тактике и стратегии он им сильно уступал. И поэтому первый яростный натиск закончился болезненным ударом от самого маленького волка — невероятно точным и сильным, заставившим Рэма заскулить и спешно отступить, прихрамывая сразу на две лапы.

Пока Луциан сдерживал младшего, Ромул воспользовался техникой прямо в волчьем обличье. Хотя я думал, что после трансформации они не способны на это. По крайней мере, тот же Рэм точно так не мог. В противном случае наше с ним сражение могло закончиться совершенно иначе.

Рычание заполняло собой покои Ромула, в которых мы сейчас находились. Огромная, роскошно обставленная каюта, из которой и командовал старший волчонок, сейчас была окружена защитным полем Виты. Так что эта драка не сможет повредить корабль, который в скором времени станет частью флота Вериго. Как и ещё восемь кораблей, которые удалось захватить без особых повреждений. А также дюжина подлежащих восстановлению. Все остальные либо были уничтожены, либо слишком повреждены, и на их восстановление уйдёт слишком много ресурсов. Там уже проще будет построить новый корабль. И пока нам этого делать негде. Только после того, как разберёмся с оставшимся флотом Сканнинга.

Все три волка зарычали, нанеся довольно серьёзные ментальные удары, на которые отреагировала моя защита, и в этом поединке явно выиграл Рэм. Его братья попятились, прижав уши к голове. Но сделали всего пару шагов, после чего вновь бросились в бой. Они рассчитывали на то, что смогут справиться с раненым Рэмом.

Звери сцепились в один клубок, из которого первым вывалился окровавленный Луциан и не смог подняться на лапы, а вскоре и вовсе превратился обратно в человека. В одиночку Ромул ничего не мог противопоставить даже раненому Рэму. Зубы последнего сомкнулись на глотке брата, на этом их поединок и закончился.

— Вита, не позволяй Рэму убивать, — сказал я, врубая ускорение, чтобы оказаться рядом с Луцианом и вырубить его, предварительно обработав Та’ар-импульсом.

Немезида отстала от меня на пару мгновений и долбанула по старшему Сканнингу разрядом, от которого тряхнуло даже меня. Это гарантированно вырубит даже владеющего третьего порядка и даст нам время позаботиться о том, чтобы он был обезврежен как следует. А Вита оказалась на загривке окровавленного Рэма и положила руки ему на голову. Его пасть открылась, отпустив тело среднего из сыновей Ульфа Сканнинга.

— Слабаки. Они никогда не умели драться, — произнёс Рэм, уже превратившийся обратно в человека.

Он и сам был изрядно потрёпан, но эйфория от победы над братьями держала его на ногах. Чувствую, что после возвращения на Рагнар Аелла устроит мне весёлую жизнь. Ведь младший из волчат Сканнинга был на особом положении. После свержения Ульфа он должен стать следующим вожаком стаи.

— Слабаки не слабаки, но тебя потрепали знатно. Вита, бери всех Сканнингов и возвращайтесь на Рагнар. Я вернусь, когда разберусь с управлением этого корабля.

— И это будет не легко, — заявила чёрная валькирия, которая сидела рядом в мягком кресле и с попкорном в руках. Она появилась сразу же, как встретились братья, и явно не была разочарована зрелищем.

Вита кивнула и, прихватив Ромула и Луциана, двинулась в сторону дыры в корабле, которую проделали наши аборжники, и где находился десантный шаттл. А мы с Немезидой направились на капитанский мостик. Ромул мог управлять кораблём, находясь в своих покоях. Нам этот способ пока был недоступен. А взламывать системы корабля проще всего именно с мостика.

Флагман Ромула не сильно отличался от старых эсминцев заражённых, хотя был построен на верфях Сканнинга, поэтому у Геи имелись все необходимые схемы, и поиски мостика не заняли много времени. Ллойд уже позаботился об экипаже, и мы никого не встретили по пути. А когда оказались в нужном месте, и Гея принялась за дело, решил поговорить с Белоснежной без лишних ушей.

— Флот Таймлина разгромлен. Мы выполнили поставленную задачу. Что будешь делать дальше? Вернёшься на Харон?

— Возможно, — пожала плечами Зида. — Я ещё не решила, что буду делать дальше. Кэп отпустил, оставив за мной возможность вернуться в любой момент. Пока меня нет, Бринер займёт место старпома.

— А у меня и нет никого, кем можно будет тебя заменить, — с сожалением произнёс я и подошёл ближе к Белоснежке, заглядывая в её удивительные ледяные глаза.

Она не отшатнулась и не попыталась меня остановить. Но и никак не дала знать, что могу двигаться дальше, поэтому я остановился перед чертой, после которой уже не будет пути назад.

— Как нет? А как же бойцы из твоего звена в Закатном? Из Гила выйдет отличный старпом. Уверена, что Стальной отпустит сына с тобой. А если и не отпустит, то ещё есть Мара. Вроде у вас с ней особые отношения. Так что ты точно сможешь найти мне замену.

Ещё одна причина, по которой я решил начать этот разговор именно сейчас, было то, что Гея занималась захватом корабля и гарантированно не будет лезть. Вот только я буквально затылком ощутил её пристальный взгляд и услышал хруст попкорна за спиной. Очень хотелось повернуться, но не стал этого делать и разрывать зрительный контакт с Немезидой.

— Найти тебе замену я не смогу, как бы странно это ни звучало. А с Марой у нас нет никаких особых отношений. Раньше были. До того момента, как я попал на Окинаву, — отрицать это не было никакого смысла. — А потом я и вовсе встретил тебя.

— И что это изменило? — ледяное дыхание Немезиды обожгло мои губы, и я даже не понял, как оказался так близко от них.

— Всё, — только и смог прошептать я, прежде чем поцеловать Белоснежку.

И плевать, что в меня словно ворвалась ледяная буря, которая попыталась заморозить всё на своём пути. Плевать, что нас мог увидеть кто-нибудь ещё, кроме Геи. В этот момент мне было плевать абсолютно на всё. Впрочем, я оказался не один. В какой-то момент у меня под руками оказалась не броня из звёздной стали, а тёплое, отзывчивое и податливое женское тело, которое просто сводило меня с ума.

***

— Я, конечно, заблокировала двери на мостик, отключила все камеры и даже отклонила уже порядка десятка вызовов, но если так дальше продолжится, то сюда пришлют новую абордажную команду, чтобы вскрыть двери и посмотреть, что с вами произошло, — произнесла Гея, когда я с огромным трудом смог оторваться от Белоснежки.

Судя по времени, прошло уже больше двух часов, а по ощущениям — всего несколько минут. Тело владеющего третьего порядка не знало усталости, и мы могли бы зависнуть здесь недолго.

— А ещё Марк мне передал, что с Таймлина было отправлено несколько сообщений в систему Серпа, которые смогли прорваться через нашу блокаду. Даже не представляю, сколько энергии они на это потратили. Но командование Сканнинга уже знает, что их флот у Таймлина разгромлен, а все наследники вожака либо захвачены в плен, либо мертвы. Так что вскоре стоит ждать карателей, и необходимо подготовиться к этому времени.

Хоть Немезида и не могла слышать Гею, но она также всё прекрасно понимала. Через десять минут мы уже привели себя в порядок и вышли на связь. Гея как раз заканчивала взламывать системы корабля, а флот Вериго зачищал захваченные корабли.

Проповедник хотел встретиться, чтобы обсудить дальнейшие действия: возвращаться на Окинаву или продолжать наш крестовый поход и сразу разобраться ещё и с Таймлином. Это он озвучил сразу, как я вышел на связь, не став расспрашивать, почему не сделал этого раньше.

Потери оказались куда существеннее, чем я предполагал. И всё из-за яростного сопротивления бойцов Сканнинга, которые вгрызались в каждую перегородку и не давали продвигаться нашим абордажникам.

А вот бойцы флота Таймлина сдавались практически сразу, как только мы высаживались на их кораблях. Флотоводцы бывшего императора были так сильно уверены в непобедимости своих кораблей, что не посчитали нужным разместить на них противоабордажные команды. И захватывать корабли противника они также не собирались. Им не нужна была подобная рухлядь, как они считали.

На Рагнар мы вернулись ещё через пару часов. Гея полностью установила контроль над кораблём Ромула и запрограммировала его на автоматическое перемещение к Окинаве. Сразу поставить его на боевое дежурство не выйдет, сперва необходимо подготовить экипаж и устранить повреждения, которых было совсем мало, но всё же были.

Впрочем, и все наши корабли не обошлись без повреждений, но на них имелись команды, и не предвиделось боевых действий в ближайшем времени. А вот всю трофейную технику отправляли к Окинаве. Там уже развернулась инженерная служба Соло и прибыла подмога из Нью-Вегаса. А когда мы вернёмся, будет встреча с Терезой Маккинли в её новом теле. У нас получилось. Созданное мной туло выдержало мощь изменённой сущности. Подробности узнаю, когда встретимся, а пока нужно разбираться с Таймлином.

Провести совещание было решено на борту Рагнара, так как шитоносец оказался единственным кораблём, не получившим никаких повреждений. Именно благодаря повышенной мощности щитов и непосредственному управлению старшего Та’ар-интеллекта.

Прибыл только один Проповедник, а остальные члены нашего совещания будут присутствовать удалённо. Теперь уже можно снимать запрет на связь со стороны Окинавы. Ну и капитаны других кораблей будут смотреть нас в прямом эфире и узнают всё непосредственно после принятия решений. Кинг также мог оставаться на своём корабле, но он хотел встретиться со мной и поговорить с глазу на глаз, без камер и всего прочего. Поэтому перед началом совещания мы взяли небольшую паузу для разговора.

— Честно говоря, я уже знаю, что скажут другие члены совета, включая Гилдарста, — начал Проповедник. — Они против продолжения операции и считают, что нам необходимо вернуться на Вериго и зализать раны. Восполнить потери, позволить владеющим стать сильнее и только после этого начинать штурмовать Таймлин. Вот только я считаю, что при таком раскладе Таймлин умоется нашей кровью. У них будет много времени, чтобы подготовить для нас жаркую встречу. А сейчас всё на нашей стороне. Захватить ключевые точки обороны планеты — и она будет нашей. Мои люди на планете уже всё подготовили. Две дюжины отрядов владеющих, и мы сможем атаковать все нужные точки. Я даже уже подготовил отряды и распределил бойцов. — Кинг скинул мне подготовленный план и продолжил: — После смерти Арано наместником Таймлина стал Рэм Сканнинг. И сейчас в императорском дворце управляют люди Рэма. Элитный отряд владеющих, натасканный на противодействие владеющим высоких порядков. Это самое серьёзное препятствие. Справимся с ним — и дальше будет в разы легче.

Проповедник замолчал, давая мне время переварить всё услышанное. И в принципе я не услышал в его планах чего-то такого непреодолимого. С чего вообще членам совета считать, что флоту необходимо возвращаться, чтобы восстановиться?

Мы уже практически одной ногой находимся на пороге, осталось сделать шаг и забрать себе планету. Обычные жители Таймлина даже не заметят никаких изменений. Просто произойдёт смена власти. Но всё же что-то мне не давало покоя.

— Возможно, то, что даже сам Проповедник не знает, что происходит в реальности в императорском дворце, — заговорила Гея. — Наверняка он рассчитывает, что Рэм сможет договориться с людьми, которые раньше работали на него. Только я сильно в этом сомневаюсь после того, как мы увидели, насколько яростно сражаются бойцы стаи. И каждый, кто видел Рэма, называл его предателем. Так что его люди здесь не будут исключением. А ещё появление в системе Ромула и Луциана. Они также могли отправить на планету своих людей, и их силы нам неизвестны. Так что, возможно, нужно прислушаться к совету и действительно дать людям восстановиться, прежде чем нападать на Таймлин? У них сейчас нет флота. Достаточно будет установить блокаду вокруг планеты, чтобы ни один корабль не поднялся с поверхности, а как всё будет готово, вернуться и ударить свежими силами.

Вот только совершенно непонятно было, сколько займёт наше восстановление и усиление. За это время вполне может прибыть флот Сканнинга и разнести нашу блокаду. Успеем ли мы среагировать достаточно быстро, чтобы развернуть флот и бросить его в атаку?

А вот если флот заражённых прилетит, когда планета уже будет находиться в наших руках, то это совсем другой разговор. Они точно не будут ожидать удара Армады с Таймлина, пусть и будут знать, что он находится под нашим контролем.

Сейчас у нас имеется шесть носителей, которые за ненадобностью не участвовали в разгроме флота Таймлина. Слишком удачным оказался взрыв кварковой бомбы.

Кинг продолжал смотреть на меня в ожидании ответа. И я его ему обязательно дам. Только сперва необходимо выслушать, что скажут остальные члены совета.

— Я поддержу тебя, если доводы Гилдарста и остальных покажутся мне неубедительными, — наконец произнёс я, чем озадачил Кинга. Он явно рассчитывал на другой ответ. — А теперь на мостик, Гея уже всё подготовила. И даже пригласила Рэма. Он расскажет нам о силах, что находятся на Таймлине.

Глава 7

— Для начала я хочу, чтобы убрали всех посторонних, — заявила Маккинли, стоило нам с Кингом появиться на мостике.

Здесь уже находились Вита, Немезида и Рэм. И я считаю, что все они имели право присутствовать на совещании, на котором будет решаться дальнейшая судьба Таймлина. Вернее, его захвата — сейчас или после того, как мы соберём больше сил.

— Здесь нет посторонних. Все эти люди должны слышать, о чём мы будем говорить и к каким выводам сможем прийти.

Рядом появилась Гея и подтвердила мои слова. Если мои слова и могли не принять всерьёз, то к старшему та’ар-интеллекту просто обязаны прислушаться. Но, к моему удивлению, на этот раз всё вышло совершенно иначе.

— Опасность утечки информации сейчас слишком высока, и мы не можем позволить себе так рисковать. Немезида и Рэм Сканнинг должны покинуть мостик твоего корабля, — сказал Гилдарст, и с этим были согласны практически все, кого пригласили на совет.

— Я считаю, что они имеют полное право быть здесь, — встал рядом со мной Проповедник. — Рэм — единственный, кто может дать нам достоверную информацию о силах стаи Сканнинга, находящихся на Таймлине, а Немезида — старпом Рагнара и один из сильнейших владеющих Вериго. Она должна знать, с чем придётся столкнуться на планете.

— Кто сказал, что мы вообще сунемся на поверхность Таймлина? — вновь заговорила Маккинли.

Похоже, что они с Гилдарстом договорились работать сообща, а вот остальные члены совета молчали. Как и другие капитаны.

— Именно для того, чтобы решить, как поступим, мы собрались, — не собираясь вестись на провокацию, спокойно ответил Кинг. — Мою позицию вы уже знаете. Но для всех остальных я её повторю. Считаю, что сейчас — идеальный момент для того, чтобы высадить десант на Таймлин и захватить все ключевые точки. После того как это произойдёт, планетарное правительство будет вынуждено согласиться на все наши условия. Тем самым мы сможем избежать длительной войны и сохранить тысячи жизней.

— Рискнув нашими сильнейшими владеющими? Погибнут они — и Вериго останется беззащитной. Не забывайте, что нам ещё предстоит столкнуться с Ульфом Сканнингом. И я по-прежнему настаиваю на том, чтобы Рэм и Немезида покинули совещание, — ответил Гилдарст, после чего связь прервалась.

— Пускай немного понервничают, — сказала Гея. — Не ожидала, что Гилдарст будет так осторожничать. С Маккинли всё понятно. Она слишком осторожна буквально во всём и экономит ресурсы, словно они последние во вселенной. А мнение остальных и вовсе не стоит принимать в расчёт. Они будут только наблюдать и потом присоединятся к тем, кто сможет перетянуть одеяло на свою сторону. Так что сейчас у нас получается игра два на два: ты и Проповедник против Гилдарста и Маккинли.

— И только мой голос может стать решающим, — напомнила о себе Вита.

Правда, я был с ней не согласен. Это на Окинаве она имела равные права с членами совета, а вот к ещё не сформировавшемуся планетарному правительству не имела никакого отношения.

Да, сильная владеющая, обладающая выдающимися ментальными способностями. Но на этом всё. У Виты даже не было ещё колонии, и когда появится — неизвестно. Так что она была одна, а каждый из совета представлял сильную фракцию. Если так посудить, то даже я принадлежал к фракции Гилдарста, хоть и имел право голоса в совете.

К мнению Виты станут прислушиваться в вопросах, касающихся Окинавы, но на этом всё. Чтобы реально иметь какой-то вес в будущем планетарном правительстве, ей нужно будет представлять всех висперов Вериго. Это реальная сила, с которой будут считаться абсолютно все. А пока получается, что она не может ни на что влиять.

А судя по хмурым лицам Проповедника, Немезиды и Геи, они считали так же. Рэм был плохо осведомлён в перипетиях власти на Вериго, но уверен, что он пришёл бы к таким же выводам, что и я.

— Посмотрим, но, боюсь, что твой голос вообще ни на что не повлияет, — как можно тактичнее ответил я Вите. На что она лишь пожала плечами.

Было прекрасно видно, что юной королеве в принципе плевать на то, что происходит между нами. Её попросили присмотреть за Рэмом и наверняка предложили за это достойную плату.

— Они пытаются связаться с нами каждую секунду. Я уже устала отклонять запросы. Но пока ещё слишком рано. Я тут ещё немного поиграла с данными, и все наши разведчики сейчас видят, как Рагнар направляется в сторону Таймлина. Думаю, что это будет отличной демонстрацией серьёзности наших намерений. А пока мы ждём, Рэм, расскажи нам, с чем предстоит столкнуться на Таймлине? Нас интересуют силы стаи. Всё равно сильнейших владеющих Таймлина вы забираете себе. Они не смогут нас удивить каким-нибудь неизвестным подразделением, состоящим из сильных бойцов.

В принципе, всё оказалось именно так, как предполагала Гея. Реальную боевую силу представляли только отряды стаи. Было их на планете довольно много.

Сканнинг и на Вериго забирал себе самых сильных владеющих, хоть и не имел там абсолютной власти, а Таймлин и вовсе обдирал под чистую. Правда, с одной оговоркой: практически все владеющие, которых он принимал в стаю, оставались на планете. К себе он призывал только самых перспективных, способных достигнуть третьего порядка. И то оставлял их первое время на планете для совершенствования.

Сильнейшим был отряд, который занимался охраной Рэма. Он располагался в императорском дворце и, по сути, управлял Таймлином с того момента, как третий волчонок решил отправиться в разведывательную миссию, с которой не вернулся. Помимо Ферна и самого Рэма, в этом отряде был ещё один владеющий третьего порядка — выходец с Таймлина, второй наставник Рэма. Именно он и возглавил временное правительство.

Всего в этом отряде было девять владеющих. Все — ветераны, прошедшие через сотни смертельных сражений и до мозга костей преданные стае. Рэм не питал никаких иллюзий по поводу того, что ему удастся перетащить хоть кого-нибудь из них на свою сторону.

Как он сказал, мозгоправы стаи знают своё дело, и каждому бойцу прививают фанатичную преданность вожаку. Он становится для них всем. Божеством, которое неприкосновенно и может требовать от них всё, что угодно. Они с радостью вырвут себе глотку, если об этом попросит вожак. Убьют своих родителей, детей и так далее.

Правда, это не касается членов стаи, сумевших подняться на третий порядок. Отсюда можно сделать вывод, что не такие уж и страшные эти мозгоправы, и среди них нет никого выше второго порядка.

Сейчас бы как нельзя кстати оказался прибор Хана Соло, который снимает ментальное воздействие. Возможно, с его помощью нам удалось бы перетащить на свою сторону сильных владеющих. Рэм мог бы попытаться их уговорить.

— Ты сможешь сломать эти блоки? — спросил я у Виты.

— Не узнаю, пока не попробую. Но в любом случае я бы сильно не рассчитывала на это. Пока я не могу слишком сильно расходовать силы. Нам необходимо исходить из того, что придётся убивать всех. А это несколько сотен сильных, опытных владеющих, способных доставить нам очень много хлопот. Возможно, Гилдарст и Маккинли действительно правы и нам стоит взять время на подготовку, а не бросаться в бой сломя голову.

— А ты потом будешь готова выступить по первому требованию Гилдарста? — спросила Гея, и сразу стало понятно, что если мы решим атаковать Таймлин позже, то рискуем остаться без поддержки одной из наших сильнейших боевых единиц.

И здесь я не собираюсь что-то вменять Вите, она в своём праве отказать. Создание колонии для неё стоит на первом месте. Достаточно и того, что она согласилась выступить вместе с нами, чтобы контролировать Рэма. И уже потеряла минимум две недели.

— Скорее всего, потом я уже не выйду из гнезда очень долго, — ответила Вита, хотя все уже прекрасно понимали это.

— Вот и ещё одно подтверждение того, что захватывать Таймлин необходимо сейчас. Уверена, что и свободные капитаны думают так же? — Гея посмотрела на Проповедника, и тот кивнул. — Можно считать, что у нас имеется примерно две трети сил, необходимых для захвата ключевых точек. В принципе, можно уже работать и с этим, но я бы предпочла нанести одновременный удар сразу везде. Это минимизирует потери и позволит сэкономить кучу времени.

Гея замолчала и удивлённо уставилась на меня. Даже открыла рот, но не успела ничего произнести, как рядом стала формироваться ещё одна фигура. Очертания были мне знакомы, но этого просто не могло быть.

— Икар, мне нужна твоя помощь. Похоже, что активация маяка послужила спусковым механизмом, и ко мне в гости заявилось существо, которое собирается забрать себе всё, что я хотел передать человечеству, — раздался голос профессора Гамильтона, а через мгновение его проекцию пронзили сразу несколько атак.

Вита, Немезида, Проповедник и даже Рэм решили разобраться с угрозой радикальным способом, но лишь устроили кавардак в рубке, уничтожив часть оборудования.

— Остановитесь, — раньше меня отреагировала Вита. — Это…

— Профессор Гамильтон, — медленно произнёс Проповедник. Кроме меня, он единственный знал, как выглядит сильнейший владеющий человечества. — Но как?

— Сейчас это не важно, — отмахнулся от него профессор. — Я всего лишь проекция некогда великого разума, и сейчас мне грозит уничтожение. Икар, ты должен вернуться в резиденцию и устранить угрозу. Ты единственный, к кому я могу обратиться. Единственный творец, способный принять мои техники и дать отпор та’арцу, появившемуся у меня.

После этих слов наследие оживилось. Хран начал нагреваться и вибрировать. Проявились храны с пространственными маяками, и через мгновение вылез нужный. Вот только я всё равно не смогу его активировать. Энергия ещё не восстановилась. Для этого ещё минимум две недели.

Но наследие считало иначе, и я с удивлением заметил, как стремительно восполняется Та’ар в маяке. Похоже, наследие во что бы то ни стало хотело встретиться с настоящим та’арцем. Если это действительно один из представителей цивилизации творцов, которая исчезла за сотни тысяч лет до появления человечества.

— В общем, я сейчас отправляюсь в резиденцию профессора Гамильтона. Ту самую, откуда человечество узнало о существовании частиц творения и научилось пользоваться ими. Я не имею права просить кого-то из вас пойти со мной…

— Я пойду! — практически в один голос заявили все, кто сейчас находился на мостике, включая Рэма.

О сильнейшем владеющем человечества прекрасно знали даже заражённые. Пусть он и был их врагом, но они уважали его. И сейчас появилась возможность побывать в месте, откуда вообще началось знакомство с частицами творения.

— Кто-то должен остаться и поговорить с советом. Иначе они решат, что с нами действительно случилось что-то серьёзное, и пришлют сюда корабли. Конечно, я передам Марку необходимую информацию, но даже треть её нельзя рассказывать всем. Особенно о том, что у Икара есть пространственный маяк, открывающий проход в резиденцию Гамильтона. И тем, кто останется, должен стать Лютер Кинг. Думаю, что все со мной согласны.

Гея обвела нас взглядом, и даже Проповедник разочарованно кивнул. Он понимал, что Гея права, и принимал тот факт, что должен будет остаться, чтобы взять на себя все вопросы с Гилдарстом и Маккинли.

— Напомни им, что вскоре у нас появится ещё один козырь против Ульфа Сканнинга. Когда Гефест закончит очищение организма отца от яда заражённых, Вита и другие королевы висперов вернут его разум. Я уверен, что у нас достаточно сил, чтобы сдержать отца Рэма достаточно долго. Даже если он откопает где-нибудь технику линкора. Портал будет держаться открытым всего несколько часов. Если мы не вернёмся за это время, то ждите через три недели. Если не сможем зарядить маяк раньше. А теперь нам нужно в более просторное помещение.

Ближе всего к мостику оказалась мастерская по обслуживанию генераторов защитного поля. Здесь было достаточно пространства, особенно после того, как Вита и Рэм расчистили центр помещения, разбросав оборудование по сторонам.

К этому моменту наследие завершило зарядку маяка, и можно было приступать к активации. Но прежде чем сделать это, я обратился к проекции профессора, которая всё время находилась рядом и торопила нас:

— Прежде чем активировать портал, мы должны знать, с чем предстоит столкнуться. Шагать в неизвестность слишком глупо. Почему вы решили, что это та’арец? Нам необходимо понимать его способности и всё, что может оказаться полезным.

Гамильтон подошёл к чёрной валькирии и положил ладонь ей на голову. Я даже не подозревал, что проекции способны на подобное взаимодействие.

Через несколько секунд в моём сознании начали возникать образы и воспоминания Гамильтона о существе, появившемся в его резиденции. Это было завораживающее и пугающее создание, нарушающее все известные законы физики. Оно не имело чётких очертаний и больше всего напоминало бред больного человека.

Наследие также видело те образы, которые передал мне профессор, и не признало в этом существе та’арца. Из полученных изображений стало ясно, что это был слуга, созданный та’арцами на пике их могущества. Это был очень сильный слуга, способный самостоятельно мыслить и даже создавать новую жизнь. Главной задачей таких существ было оберегать любую жизнь, хранить её и не допускать уничтожения. Та’арцы называли их хранителями.

Однако этот слуга чем-то отличался от остальных. По воспоминаниям Гамильтона наследие не могло определить, в чём именно заключается это отличие, но ему определённо это не нравилось.

Последнее послание от яйца было предельно чётким и не оставляло места для иных толкований:

— Я должен быть там и во всём разобраться. Если потребуется, укротить слугу, пока не найду способ исправить его.

— Гея, обработай эту информацию и отправь ребятам самое важное. Это не та’арец, а его слуга. Но с ним что-то не так. Наследие сказало, что должно разобраться.

Дождавшись, пока Гея передаст информацию, и убедившись, что каждый получил нужные сведения, я активировал пространственный маяк.

— Просто пройдите через портал, — бросил я через плечо и первым шагнул в открывшуюся пелену.

Резиденция профессора Гамильтона встретила меня привычной прохладой, но на этот раз к ней примешивался странный запах — нечто невероятно сладкое, терпкое и отвратительное, словно где-то рядом находился огромный могильник с разлагающейся плотью. Запах был настолько неприятным, что пришлось полностью отключить обоняние.

Позади послышались шаги и ругань Немезиды, а затем характерный звук опорожненного желудка. Видимо, у заражённых обоняние было гораздо более чувствительным, и Рэм явно не ожидал столкнуться с такой проблемой.

— Отключите обоняние, — посоветовал я, не став говорить о том, что внутри нашего противника, вероятно, находятся десятки тысяч, если не миллионы разлагающихся тел. По крайней мере, такое предположение выдвинуло наследие. За тысячелетия своего существования слуга извратил заложенные в него принципы. Все настройки сбились, и не осталось тех, кто мог бы их восстановить. Слуги продолжали сохранять жизнь, но делали это по-своему, убивая существ мгновенно.

— Здесь пахнет смертью. Очень много смерти, — произнесла Вита, появившаяся из портала последней. — Икар, я не могу идти с тобой дальше. Даже моих сил будет недостаточно, чтобы справиться с существом, способным уничтожить всё живое на Вериго. Я не могу так рисковать будущим колонии. Надеюсь, что мой подарок сможет тебе помочь и защитит в самый тяжёлый момент.

Вита положила руки мне на голову, и мир на мгновение исчез.