Танцы с огнём: Ритмы ненависти

Глава 1

— Бревно, ты уже здесь? — парень зашёл в танцевальный зал пафосной походкой.

— Заткнись, придурок, — пробубнила девушка, застёгивая ремешок на туфле.

— Следи за языком, Пиноккио.

Эти двое учились в одном университете и с самого момента знакомства были антиподами друг другу.

Чимин — энергичный и импульсивный, его жизнь напоминала яркую картину, наполненную красками и эмоциями. Он весёлый и всегда в центре внимания; реалист, прямолинейный и иногда даже жестковат.

Бона — романтичная натура, но серьёзная, сосредоточенная и амбициозная личность, всегда следовала правилам. Загружена своим пугающим идеальным порядком: всё в её жизни должно быть по плану, а чувства она старалась подавлять.

Их пути пересеклись на занятиях по латинским танцам, куда каждый пришёл на свой страх и риск. Этот кружок стал для них настоящим испытанием. Из-за их противоположных характеров они не могли вынести друг друга, и каждый раз, когда они встречались, это заканчивалось перепалкой.

Эти двое обладали одним уникальным талантом: они могли спорить и ссориться на ровном месте. Их характеры, как огонь и вода, никогда не смешивались.

Хореограф по латинским танцам оказался человеком с чувством юмора и решил, что именно эти двое станут прекрасной парой.

Оба отнеслись к этому с ненавистью.

«Как можно танцевать с этим человеком?» — подумала Бона, тогда как Чимин с неприязнью фыркал, представляя, как они провалят каждую репетицию.

Тренер сказал, что они должны научиться работать вместе, а парень и девушка обменялись недовольными взглядами, но протестовать было поздно.

С первой же репетиции между ними возникло напряжение; они выглядели как две бури в океане.

Чимин смеялся над строгими движениями девушки, а она требовала от него чёткости. Пак давал ей советы, как «расслабиться» и «позволить себе чувствовать». В ответ она упрекала его в постоянном флирте с другими танцовщицами.

Слова шли как вода, и неукротимая вспышка эмоций становилась причиной частых ссор. Но, несмотря на это, танец требовал от них обязательного взаимодействия.

Преподаватель устраивал суровые тренировки, и, несмотря на то, что у них были разные подходы к танцам, было одно общее дело — конкурировать за первое место.

— Пошёл ты... — подняв взгляд, Бона замолчала, так как следом за ним вошли две девушки, — зачем ты притащил сюда своих потаскух?

— Что она сказала? — возмутилась одна из незнакомок.

— Это она так нас назвала? — вторая дёрнула Чимина за рукав, указав на девушку, сидящую на скамейке.

— Крошки, угомонитесь, — тот махнул им рукой, чтобы они заткнулись, — идите на улицу, я сейчас вернусь.

— Что значит «вернусь»? — когда дверь закрылась, блондинка встала с лавки, непонимающе посмотрев на Пака.

— Это значит, что сейчас я уйду с ними домой, — ответил тот, указав пальцем на выход, — у меня была слишком бурная ночь, — довольно произнёс он, засунув руки в карманы джинс, — я не выспался.

— Ты позвал меня сюда в такую рань, чтобы сказать, что пойдёшь домой с этими девками?

— Да, — гордо заявил тот.

— Ты издеваешься? — воскликнула Бона, всплеснув руками.

— Да, — кивнув ей, парень язвительно улыбнулся.

— Ты знаешь, сколько времени я трачу, чтобы доехать сюда?

Блондинка была в праведном гневе, потому что этот задира позвонил ей в выходной в шесть утра и позвал на репетицию. Девушке пришлось прервать свой сон и ни свет ни заря приехать в университет. А сейчас он заявил, что решил поехать домой.

— Мне плевать, сколько у тебя уходит на дорогу времени, — парень достал из кармана мобильный и посмотрел на время, — я хочу спать, поэтому репетиция отменяется. Увидимся в понедельник.

Чимин сунул телефон обратно в джинсы и бодрой походкой направился на выход. Пребывая в недоумении, Бона хлопала глазами и смотрела в спину уходящему парню. Когда дверь захлопнулась, она взвизгнула, сильно топнув ногой.

— Какая же ты сволочь, Пак Чимин! — провопила девушка, надеясь, что он услышит её крик души.

***

С каждой репетицией их взаимная неприязнь лишь усиливалась, перерастая в конфликт, который оставался для них загадкой. Все вокруг уже успели привыкнуть к их заочным баталиям и за спинами шептались о том, как их противостояние сделало парадоксальным даже самый обычный урок.

Обидные слова сыпались как из рога изобилия.

— Ты двигаешься как бревно! — возмутился Чимин, отстраняясь от девушки.

— Лучше быть бревном, чем павлином! — возразила та, скрестив на груди руки в жесте защиты.

— Я не буду с ней танцевать! — махнув на партнёршу, Пак обратился к преподавателю.

— Продолжаем! — но мужчина даже не стал слушать их претензии и высказывания.

Он хлопнул в ладони три раза, что означало встать друг перед другом и взяться за руки.

Свет в зале мерцал, отражаясь от зеркал, обрамляющих стены. Музыка гремела, и каждый шаг был наполнен напряжением. Они отвергали обыденные проявления дружбы и неумелые фразы, которые могли бы смягчить атмосферу.

Хореограф же отчаянно пытался их вывести на идеальные комбинации.

— Проявите страсть! — крикнул мужчина, хлопнув в ладони три раза.

— Ты вообще понимаешь, что такое страсть, Пиноккио? — прорычал Чимин, вставая в позицию.

— Не мешай, — ответила та, стараясь сосредоточиться на шаге вбок.

Но вместо этого её глаза сверкали, как острые иглы, готовые пронзить его.

Каждый шаг, каждая выкладка, словно ножи, резали воздух между ними. Пак бросал на неё косые взгляды, полные пренебрежения, в то время как Бона пыталась сосредоточиться, слушая инструктора.

Им предстояло показать страсть и притяжение, но в это время страсть выражалась в упрёках и спорах. Бона явно не могла вынести, как Чимин небрежно относился к занятиям, а тот упрекал девушку в том, что она танцует словно дерево.

— Поставь ногу сюда! — провопил Пак, указывая на неверное положение блондинки.

— Да ты сам не знаешь, что делаешь! — ответила она.

В воздухе витала нервозность и напряжённость. Бона, с её изящными чертами лица и пронзительным взглядом, и Чимин, паря в мире собственной самовлюблённости. Разбитые мечты, соперничество из-за каждой мелочи — всё это тянуло их в бездну взаимных оскорблений.

— Почему ты не можешь просто расслабиться? — парень сделал пару шагов от партнёрши, — и хватит танцевать, как деревянная!

— Ты не понимаешь, что мне не нужна твоя помощь? — бросила она, собирая растрёпанные в танце волосы в хвост.

— О, я это прекрасно знаю, — злился тот, — но, к сожалению, нас связала судьба.

Танцевальный зал наполнялся музыкой, между ними стояла стена из неприязни, но им пришлось снова взяться за руки.

— Вам нужно выглядеть, как будто вы влюблены! — вдруг раздался голос хореографа.

Преподаватель хотел видеть между ними страсть, но вместо этого они остановились, и их взгляды встретились с такой силой, что казалось, воздух вокруг них заискрил, потому что после слов мужчины Бона сделала ошибку.

— Ты... — начал парень, но девушка, не дождавшись завершения, резко повернулась.

— Не начинай, — бросила она, обрывая его на полуслове.

Сейчас в этом зале их вынуждали преодолевать свои пределы. Они варились в собственном кипящем котле ненависти. Но вдруг их ненависть может стать искрой... или катастрофой...

Глава 2

На занятиях Чимин и Бона вели себя как истинные соперники. Крики, упрёки и постоянные стычки стали уже нормой. Чем больше они репетировали, тем больше их упрёки начинали перемешиваться с ненавистью. Они упорно продолжали свои танцевальные попытки, но каждый шаг и поворот вызывали новую волну перепалок.

— Ты снова наступила мне на ногу! — недовольным голосом жаловался Чимин, — не будь такой деревянной!

— Не отвлекай меня! — ответила девушка, сделав шаг назад.

— Если бы ты хотя бы раз слушала, что я говорю! — гневно выпалил парень, закатывая глаза.

— Моя нога не волшебная палочка, чтобы избегать твоих шагов! — парировала та, не собираясь уступать.

На мгновение напряжение в воздухе стало невыносимым. Но, несмотря на это, Бона и Чимин продолжали настойчиво танцевать, каждый в своей обиде и упрямстве. Они знали, что репетиция должна была стать кульминацией их подготовки к конкурсу, но вместо того, чтобы сотрудничать, они увязали в обидах и недовольствах.

Тренер посмотрел на них с недоумением, осознавая, что он, кажется, ошибся в них. Мужчина стремился привить им нечто большее, чем просто техники движений. Но чем больше он старался, тем больше они упирались.

— Попробуйте хотя бы один раз станцевать с эмоциями, — произнёс хореограф, хоть и был уверен, что это не простая для них просьба.

Ребята обменялись взглядами, полными вызова. Они вновь встали в позицию, готовясь к очередному раунду танца. Музыка начала звучать, её мелодия вибрировала между ними, но сегодня она вызывала ещё больший гнев.

Бона резко начала двигаться, её тело напряглось под взглядом парня, и каждые шаги казались вычурными и неуклюжими. Чимин, чувствующий её напряжение, лишь на мгновение замер, но вскоре его собственные эмоции захлестнули его. Вместо того чтобы сосредоточиться на музыке, он сосредоточился на её ошибках, пересчитывая каждую ногу, каждый изгиб. Они снова наткнулись друг на друга, и этот контакт был не просто физическим — он возродил противоречия, уже накопившиеся между ними.

— Да сколько можно! — воскликнул Чимин, выкрикивая в воздух неприязнь и выпуская партнёршу из рук, — можно расслабиться или нет? Неужели я многого прошу?

Его нервы буквально были на пределе. Девушка же, ощутив его гнев, отошла от него на несколько шагов.

— Я не стану следовать твоим указаниям! — ответила она, стараясь сохранить своё достоинство.

— Тогда я не собираюсь танцевать с деревянной куклой! — выпалил Пак, поворачиваясь к хореографу.

— Может, тебе стоит перестать изображать из себя звезду танцпола? — глаза девушки сверкали злостью.

— А ну, оба замолчите! — крикнул тренер, махнув руками, — не уйдёте сегодня домой, пока не увижу между вами положительные эмоции, а не ненависть!

— Не дождётесь! — возразила Бона, бросая на мужчину недовольный взгляд, — я не просила ставить меня в пару с этим павлином!

— Можно подумать, я рад танцевать с тобой! — возмущению Чимина не было предела, — ты же не чувствуешь своего партнёра!

— Тебя что ли? От тебя я чувствую только противный парфюм, от которого меня тошнит!

Пока ребята были заняты очередной перепалкой, хореограф молча вышел из зала и закрыл дверь с той стороны, оставив их наедине. В замкнутом пространстве танцевального зала звуки их конфликта разносились, как эхо в горах. Чимин и Бона, будто два магнита с противоположными полюсами, не могли найти общего языка.

Прошло какое-то время, и между ними возникла напряжённая тишина. Они перестали ругаться, но взгляды, которыми обменивались, были полны яда. Ребята сидели на разных скамейках, подальше друг от друга, даже не собираясь дальше репетировать.

— Ты всё равно не сможешь меня победить, — тихо произнёс Чимин, пытаясь вытащить из Боны хоть каплю обиды.

— О, уверенность, как всегда, на высоте, — с сарказмом ответила та, но её голос слегка дрожал.

Через два часа тренер открыл дверь и заглянул в проём. В зале витала полная тишина, которая жутко давила, а ребята смотрели каждый в свой смартфон.

— Ну как вы тут? — мужчина зашёл внутрь в надежде, что ему удалось хоть что-то изменить между ними.

— Всё также, — Бона соскочила, желая покинуть это место, — нет желания с ним танцевать.

Хореограф удивлённо проводил её взглядом до двери, за которой она скрылась.

— Это ваша огромная ошибка — поставить нас в паре, — проговорил Чимин, проходя мимо тренера в сторону выхода.

***

В клубе играла громко музыка, биты били по ушам, а воздух вперемешку с алкоголем и никотином дурманил голову. На танцполе толпились молодые люди в свете неоновых огней.

— Ты можешь хоть немного расслабиться?

Бона снова услышала этот вопрос, который так жутко скрёб в голове. Вот только сейчас ей это говорила подруга, а не её ненавистный партнёр по латинским танцам.

— Не говори мне этого! — разозлилась блондинка, залпом выпивая один из шотов и морщась от крепости алкоголя, — напоминаешь этого кретина!

— Ты такая заведённая с тех пор, как вас поставили в паре, — протараторила Сонён, слизывая соль со стопки.

— Думаешь легко танцевать с человеком, которого на дух не переносишь? — Бона посмотрела на подругу слегка затуманенным алкоголем взглядом, — это просто не выносимо!

— Почему вы всё время ругаетесь? Чимин — хороший танцор, ты тоже неплохо двигаешься. Почему он говорит, что ты деревянная? Это же не так.

— Потому, что я ненавижу этого человека всеми фибрами души, — её слова слетели с губ, как признание, — и моё тело отказывается танцевать с ним, отвергает наше взаимодействие. Когда я танцую с ним, то теряю себя, словно в его тени. Как только мы берёмся за руки, я каменею. Готова ударить этого придурка своей, как он говорит, деревянной ногой! А хореограф просит страсти между нами!

— Танец — это не просто движение, — Сонён решила немного поддержать их тренера по поводу эмоций, — это синергия, это душа, облечённая в ритм. Если между вами нет этого магического соединения, то и танец не имеет смысла. Ты должна хотя бы попробовать показать эмоции.

— Нет, — твёрдость в голосе Боны была очевидна, — я не хочу мимикой и жестами передавать чувства, которые не испытываю. Я не могу притворяться, как бы этого ни хотел тренер.

— Может, дело не в Чимине? — Сонён осмелилась задать вопрос, отгоняя нежелательные мысли, — может, дело в тебе и твоих страхах?

— Ничего подобного! — возмутилась та, опустошив ещё один шот, — с любым другим парнем смогу станцевать, но не с этим придурком!

— Почему ты так его ненавидишь? — спросила подруга, ловя её мутный взгляд, — за что?

— За всё! — ненавистно ответила Бона, будто этого тона было достаточно, чтобы объяснить всю глубину её чувств, — за его высокомерие, за то, как он всегда тянет одеяло на себя, даже когда мы танцуем в группе. За то, как он считает, что может одним своим присутствием затмить нас всех.

Сонён внимательно смотрела на подругу и её эмоции, а после подытожила:

— Тебе точно необходимо расслабиться. Может, потанцуем?

— Хорошо, — ответила та, поднимаясь с места, — пойдём.

Сонён улыбнулась и потянула её за собой в центр танцпола. Бона закрыла глаза, позволяя ритму обнять её, и вдруг ей показалось, что ненависть может уступить место чему-то большему — свободе.

В танце она почувствовала, как её тело начало двигаться в унисон с музыкой, как будто каждая нота могла освободить её от груза обид. Внутри себя блондинка боролась между ненавистью и желанием забыть всё, что её мучило.

Вдруг к ней подошёл незнакомец, совсем вплотную и положил свои прохладные ладони на оголённую талию. Его прикосновение было неожиданным, словно искра, пробуждающая мурашки на коже. Бона посмотрела ему в глаза — в них сверкали таинственные огоньки. Музыка вокруг них усиливалась, словно подчеркивая этот момент.

Параллельно с ритмом музыки, они начали танцевать, их движения становились всё более плавными. Поддавшись импульсу, девушка позволила себе повернуться к незнакомцу спиной и закрыть глаза, погружаясь в танец и растворяясь в мужских объятиях.

Она не могла видеть его эмоции, только ощущала горячее дыхание на шее и щекотные прикосновения, которые заставляли её сердце биться быстрее. Танец под гулкую музыку завораживал, и каждый новый ритм заставлял её двигаться всё смелее.

На мгновение Бона почувствовала, как парень отстранился, словно его оторвали от неё, но сразу же вернулся обратно, сильнее прижимаясь к её спине своим крепким телом.

В этот момент мир вокруг них исчез, и остались лишь они, слиты в единое целое под мерцающим светом неоновых огней. Каждый вздох, каждая пульсация музыки переплетались с их чувствами.

Чужие руки уверенно перемещались, исследуя её фигуру, а Бона, внезапно опьянев от музыки и близости, вдруг почувствовала странное желание.

Незнакомец наклонился к её уху, а от его горячего дыхания у девушки вдруг волнение расплылось по телу. Она ждала, что он ей скажет...

Глава 3

Незнакомец наклонился к уху Боны, а от его горячего дыхания у неё вдруг волнение расплылось по телу. Она ждала, что он ей скажет.

— Почему не можешь танцевать так же со мной?

Знакомый голос заставил девушку открыть глаза. Она смотрела на подругу, которая уже не танцевала, только с недоумением смотрела на неё, открыв рот.

— Почему именно со мной ты так зажата? — снова раздался голос с хрипотцой у уха.

Бона резко обернулась в объятиях незнакомца, но им оказался Чимин, который всегда казался ей неприступным и эгоистичным. По его лицу скакали блики софитов, только блеск глаз, наполненных куражом, свидетельствовал о том, что он ждал ответа. Бона почувствовала, как её сердцебиение ускорилось, а мысли заплутали в глухом лесу эмоций.

— Я просто...

Она хотела оттолкнуть его, но Чимин притянул её к себе ближе. Его улыбка и уверенность в себе вызывали у неё одновременно отвращение и какую-то неопределённую симпатию.

— Просто что? — перебил он её, — просто не позволяешь себе быть такой раскрепощённой со мной?

— Я... не знаю, — еле слышно произнесла она, стараясь отвести взгляд, но Чимин наклонился ближе.

— Не знаешь или не хочешь? — спросил он, его голос стал чуть грубее, но в нём всё ещё слышалась игривость.

Бона глубоко вздохнула, пытаясь подавить ответ, который пытался вырваться наружу, но слова застряли в горле. В голове проносились мысли, мешая сосредоточиться на его вопросе.

— Я просто выпила лишнего и расслабилась... — промямлила она, чувствуя, как её голос дрожал.

Чимин не отступал, его взгляд, казалось, проникал прямо в её душу. Его руки, тёплые и крепкие, продолжали держать, не давая отстраниться.

— Ты боишься? — проговорил он, его губы почти касались её уха, — боишься, что если отпустишь себя, то больше не сможешь контролировать?

Бона закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Его слова, как острые стрелы, пробивали её защиту.

— Я не боюсь, — наконец выдохнула она, открывая глаза.

Девушка чувствовала, как её тело начинало подчиняться его ритму, хотя разум всё ещё сопротивлялся. Его рука скользнула по её спине, заставляя вздрогнуть, а дыхание вдруг стало прерывистым.

— Может, ты боишься меня? — задал он очередной вопрос.

— Нет, — выдохнула она.

— Тогда почему так напряжена? — парень слегка отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза, и в его взгляде читалось что-то, чего она раньше не замечала, — с тем типом ты танцевала раскрепощённо.

Бона попыталась найти ответ, но слова снова не подчинялись ей. Чимин улыбнулся, словно понимая её замешательство, и снова притянул её к себе.

— Расслабься, — произнёс он.

И в этот момент она почувствовала, как что-то внутри неё сдаётся. Её тело начало двигаться в такт его движениям, а сердце билось в унисон с музыкой. Она закрыла глаза, позволив себе на мгновение забыть обо всём, кроме его присутствия. Улыбка на лице Чимина стала ещё шире.

Сейчас её ненависть, казавшаяся такой давящей, будто растворилась в воздухе. Она ощутила, как руки его крепче обняли её, и мир вокруг постепенно размывался, оставляя только их двоих и музыку, которая вибрировала в воздухе.

Бона открыла глаза, почувствовала, как в его объятиях волны тепла окутывали её. Каждое его движение будто распутывало невидимые узлы, сковывавшие её тело и душу. Люди на танцполе вдруг расступились, образовывая вокруг них круг. Все с любопытством наблюдали за их танцем и взаимодействием.

— Видишь? — проговорил Чимин, его лицо приблизилось к ней, и в его глазах читалось наслаждение, — ты уже начала раскрываться и со мной.

Теперь она не просто чувствовала его тело — она ощущала его энергию, его магнетизм, и вдруг все сомнения растворились, как утренний туман.

— Это... удивительно, — ответила Бона.

Каждый шаг, каждое движение под его руководством заставляло её чувствовать себя живой. Чимин, словно прочитав её мысли, ещё крепче сжал её в объятиях, и они начали вращаться, окутанные не только музыкой, но и взаимным притяжением, которое с каждой секундой становилось всё сильнее.

Когда музыка сменилась на другую, более ритмичную, пара остановилась и ещё некоторое время смотрела друг на друга.

— Не думай, что я буду закрывать глаза на твои ошибки, — Чимин всё же решил напомнить, кто главный в танце.

— Иди к чёрту... — Бона бросила на него едва сдерживаемый смешок, желая выбраться из его объятий, но парень не разрешил, сильнее прижал к себе, — я не собираюсь позволять тебе диктовать мне правила, — ответила девушка, встречая его взгляд с уверенностью.

Чимин приподнял одну бровь, его улыбка стала более игривой.

— А кто, если не я? — спросил он.

— Я сама решу, как танцевать и какие эмоции показывать, — ответила девушка, вытаскивая себя из его объятий, — не думай, что всё изменится с этого момента.

Внутри неё бурлили эмоции, а свежая волна адреналина пронизывала каждую клеточку тела. Она не была готова отступать, даже перед взглядом, который мог бы растопить лёд.

— Ты уверена в своих словах? — произнёс он, а его голос стал более серьёзным.

Между ними снова возникло электрическое напряжение, которое ни один из них не имел намерения разорвать.

— Уверена! — выпалила Бона, словно охваченная внутренним огнём.

Чимин, почувствовав её уверенность, только усмехнулся. В его глазах горел азарт, словно он искал возможности бросить ей новый вызов. Девушка ощутила, как внутренние противоречия начали размываться. Она не была готова сдаваться, но кровь стучала в висках, подкидывая её в бесконечный водоворот чувств.

Парень лишь надменно улыбнулся и, развернувшись, скрылся в толпе танцующих.

— А говоришь, что не будешь показывать эмоции, которые не испытываешь, — к Боне подошла подруга.

— Помолчи, Сонён, — огрызнулась девушка.

***

На следующий день Бона зашла в репетиционный зал, где другие студенты уже вовсю готовились к танцам. У музыкальной аппаратуры стоял Чимин и их тренер. Они о чём-то беседовали, но парень загадочно косился на Бону.

Она сделала глубокий вдох, пытаясь подавить волнение, с которым столкнулась накануне. Девушка знала, что это будет непросто — сосредоточиться на танце, когда мысли о Чимине всю ночь вторгались в её сознание.

Бона попыталась отвернуться от его взгляда, но что-то внутри неё всё же заставляло возвращаться к нему снова и снова. Чимин заметил её замешательство, поэтому подошёл к ней.

— Готова слушать мои указания? — спросил он властным голосом.

— Я не позволю тебе управлять моими движениями, — ответила та с вызовом, складывая руки на груди.

В зале царила атмосфера ожидания, каждый из присутствующих чувствовал очередной накал страстей. Чимин наклонился к ней так, что расстояние между ними сократилось, и Бона не могла не заметить, как его дыхание стало глубоким и ровным.

— Будешь сама нормально танцевать или тебя напоить? — прошептал он, намекая на вчерашний инцидент.

В эти слова парень вложил вызов, который Бона не могла проигнорировать.

— Нет желания показывать эмоции, которые я не испытываю, но придётся это сделать, — она сделала шаг назад, разрывая их близость, — всё ради победы!

Мелодия заполнила пространство, и с первых нот Бона вдохнула в себя уверенность. Каждое движение, каждое прикосновение к полу – всё должно быть идеально. Чимин занял свою позицию рядом, и они начали танцевать. Глядя друг на друга, они понимали, что это не просто тренировка — это битва, где оба не собирались сдаваться.

Каждый шаг становился всё более напряжённым, как будто в воздухе витала энергия, готовая разразиться. Бона сосредоточилась на ритме, стараясь игнорировать сердцебиение, которое напоминало ей о Чимине. Его присутствие было одновременно волнующим и подавляющим. Каждый их жест говорил о соперничестве, о желании перехитрить друг друга.

Чимин, будто чувствуя её внутреннюю борьбу, начал проявлять свою харизму, добавляя в танец элементы импровизации, поэтому Бона начала ошибаться. Внутри девушки всё кипело от противоречивых чувств. Каждый раз, когда их взгляды встречались, искры пробегали между ними, подчёркивая напряжение.

— Ты отвлекаешься! Сосредоточься на па! — воскликнул Чимин, замечая её ошибки.

— Какого чёрта ты меняешь движения? — парировала та, не желая слушать его высказывания, — я тебе экстрасенс что ли, чтобы знать, куда ты повернёшься при следующем шаге?

Студенты вокруг них внимательно наблюдали, предвкушая ещё один спектакль, который разворачивался на их глазах.

— Стоп! — крикнул тренер, прервав их начинающуюся перепалку, — своими спорами вы отвлекаете остальных. Попрошу вас покинуть этот зал и пойти репетировать в малый, — он указал им на выход, — я скоро подойду к вам.

Бона с Чимином недовольно переглянулись, мысленно виня друг друга в том, что их выгнали из общего зала. Протестовать и спорить с хореографом не стали, поэтому молча пошли в малый зал.

В помещении громко играла музыка. Бона, всё ещё напряжённая, решила сосредоточиться на танце, но парень постоянно сбивал ритм, словно надеялся заставить её сдаться.

Наконец, она не выдержала:

— Зачем ты так делаешь? — спросила она, глядя ему в глаза, — ты же мешаешь мне.

Пак ничего не ответил, потянул её за собой, и их танец, полный напряжения, продолжался дальше.

Под ритмы музыки их тела сближались, и внезапно, когда они выполняли последний медленный аккорд, Бона притянула парня к себе на мгновение дольше, чем необходимо по хореографии. Чимин наклонился ближе, их губы почти соприкоснулись, и девушка ощутила, как её дыхание волнительно сбилось.

В этот момент время словно замерло, музыки практически не было слышно, а напряжение между ними достигло пика. Волнение пробежалось по девичьему телу, и Бона внезапно осознала всю близость между ними.

Тренер наблюдал за ними из-за двери, у него появилась надежда: возможно, из ненависти вырастет то, что он так долго искал — истинная страсть.

В танце, как в жизни, иногда нужно пройти через огонь, чтобы увидеть свет.

Глава 4

— Ты наступила мне на ногу, бревно... — с презрением в голосе проговорил Чимин, сам не разрывал с девушкой зрительного контакта.

— Правда? — Бона даже не пошевелилась, лишь специально надавила на его ногу туфлей, продолжая смотреть прямо в злые глаза напротив и ожидая его реакцию, — может, тебе стоит научиться танцевать лучше?

— Играешь с огнём... — процедил парень сквозь сжатые зубы, испепеляя партнёршу своим дьявольским взглядом.

— Это ты ведёшь себя так, как будто это игра, — произнесла девушка, отстранившись от Чимина и стараясь вернуться к спокойствию, — мы здесь, чтобы учиться, а не размениваться на эмоции.

— Эмоции важны в этих танцах! — уже не выдержал Пак, всплеснув руками, — если ты не умеешь или не хочешь их показывать, тогда какого чёрта тут делаешь?

— Танцую! — воскликнула та, пытаясь защититься от его нападок, — уж извини, что именно меня поставили с тобой в паре!

— Смотрю, что война между вами продолжается, — вдруг раздался голос, в котором проскользнула доля иронии.

Ребята повернулись к хореографу, что стоял у двери, подперев спиной стену и сложив руки на груди. И он точно слышал весь их разговор.

— Вы просто не понимаете, каково это — танцевать с тем, кто совершенно не может расслабиться! Да она же безэмоциональная кукла!

— Зато ты, смотрю, слишком эмоциональный! — возразила Бона, злясь на то, как он её назвал.

— Разве это плохо?! — резко среагировал Пак.

— Угомонитесь оба! — голос тренера прозвучал, как гром, отчего ребята тут же замолчали, обратив внимание на мужчину, — Чимин, иди пока выпей кофе. Мне нужно поговорить с Боной.

Чимин, недоумевая от резкости тренера, кивнул и вышел из зала, хлопнув дверью, и, дойдя до уголка, где стоял аппарат, заказал себе чёрный кофе. Горький вкус обжигал язык, но в то же время помогал немного успокоиться.

Тем временем в зале Бона скрестила руки, пытаясь скрыть волнение от критики.

— Я понимаю, что Чимин слишком импульсивный и прямолинейный, — начал говорить мужчина, — а его резкие слова могут обидеть...

— Именно. Обидеть, — перебила его девушка.

— Я поговорю с ним, чтобы он следил за своим языком, — хореограф продолжил свою речь, внимательно смотря на студентку, — но ты должна понять, что танец — это не только техника движений. Это искусство выражения чувств. Если ты не открываешься, твой партнёр будет биться головой об стену, пытаясь вынести из вас хоть что-то. Чимин не враг, он твой партнёр, и вместе вы можете достичь большего.

— Я не знаю... — произнесла она тихо, — когда танцую с Чимином, то напрягаюсь... Эта его энергичность и страсть... сковывают моё тело...

— Страсть — это то, что делает танец живым, — подметил тренер, — ты не должна бояться открываться. Вместо того чтобы закрываться, попробуй впустить его эмоции в себя, адаптируйтесь друг к другу. Это поможет вам стать лучше.

Бона вздохнула и перевела взгляд на стеклянную дверь, за которой стоял Чимин. Он поднёс стаканчик к губам, глотнув крепкий кофе и размышляя о сказанном. Пак знал, что каждый танец — это диалог, но как заставить партнёршу говорить, если она не готова открыться?

Девушка почувствовала внутреннюю борьбу. Ей хотелось бы быть свободной на паркете, но какой-то страх сковывал её.

«Почему так сложно рядом с ним?», — думала она, снова взглянув на Чимина. Его уверенность и задор будто напоминали ей о её собственных слабостях.

Бона знала, что у Чимина есть энергия, которую другие обычно притягивают, но почему-то её это пугало. Казалось, что если она откроется, то потеряет контроль, а это было для неё неприемлемо.

— Позову Чимина, — сказал тренер и вышел из зала.

Девушка смотрела, как он о чём-то говорил парню, видела, как Пак закатил глаза, словно его отчитывали. Но через несколько минут оба вернулись.

Бона понимала, что это её шанс показать, что она может быть не просто куклой, а настоящим партнёром.

— Хорошо, Чимин... — Бона не знала, как ему сказать то, что она хотела, — я попробую показывать эмоции...

— Ты сейчас мне одолжение, что ли, делаешь? — снова огрызнулся парень, — так можешь засунуть свои эмоции...

— Чимин! — тренер тут же прервал его, чтобы тот не мог закончить то, что начал говорить, — рот закрой!

Парень замолчал, пристально смотря на партнёршу. Бона, вдохнув глубоко, решила, что сделает шаг навстречу.

— Я готова к репетиции...

Они молча встали в исходную позицию. Девушка ощутила, как энергия Чимина постепенно наполняла пространство вокруг. Бона старалась, но на её лице всё равно не было ни единого намёка на истинные эмоции. Она пыталась, но внутренний барьер продолжал давить.

Они танцевали, но Пак чувствовал, что партнёрша никак не шла на контакт. И это его раздражало до скрежета зубов.

— Твою фальшивую улыбку видно из космоса!

— Чимин! — снова голос хореографа заставил его замолчать.

Тренер хотел сказать ещё что-то, но дверь в зал открылась, и в неё заглянул другой танцор.

— Сонбэним, вас ждут!

— Иду! — мужчина махнул ему рукой, затем обратился к Чимину и Боне, произнеся им заключительную фразу, — открывайте друг другу свою душу, и танец заиграет новыми красками.

Пак проводил взглядом хореографа, после взглянул на партнёршу, что смотрела куда-то в пустоту.

— Слушай, Пиноккио, — произнёс он, девушка же подняла на него свои глаза, — может мне тебя напоить, чтобы ты раскрепостилась? — он ждал ответа, которого явно не дождётся, так как Бона отвела от него взгляд, сделав вид, что не слушает его, — в чём твоя проблема?

— Моя проблема заключается только в тебе! — фыркнула девушка, раздражаясь от его слов.

— Я тут подумал...

— Да ладно? Подумал? — язвительно воскликнула Бона.

— Я тут подумал, — повторил Чимин, проигнорировав её высказывания, — в клубе ты танцевала со мной раскрепощённо, потому что думала, что за спиной другой человек.

— Что дальше?

Чимин глубоко вдохнул, чтобы продолжить свою мысль.

— Предлагаю закрыть тебе глаза.

— Чего? — опешила Бона, не сводя глаз с парня, который вдруг подошёл практически вплотную и протянул к ней руки.

— Не шевелись, — тихо сказал парень.

Он опустил с её головы на глаза повязку, что держала мешающиеся девичьи волосы. Бона ничего не видела, так как прикрыла веки, но чувствовала, как Чимин смотрел на неё. Он стоял так близко, что она могла ощущать не только его парфюм, но и взгляд. Она услышала, как Пак отошёл включить музыку, а через несколько секунд вернулся, становясь в позицию.

Бона затаила дыхание, ощущая, как сердце колотится в груди. Быть в таком близком контакте с Чимином без возможности видеть его было пугающим и возбуждающим одновременно. Она почувствовала, как руки парня нежно коснулись её плеч, создавая ощущение безопасности, несмотря на внутренний страх.

— Начнём с простых элементов.

Девушка чувствовала, как его тепло окутывало её. Это было странное, но успокаивающее ощущение.

«Это просто танец», — повторяла она про себя, но страх всё ещё скручивал её.

Чимин повёл её по залу, ощущая напряжение партнёрши. Поначалу Бона была насторожена, но постепенно начала чувствовать ритм музыки. Парень перестал указывать на её ошибки, молчал, лишь вздыхал, когда она в очередной раз наступала ему на ногу. Слепота позволила девушке сосредоточиться на ощущениях, на прикосновениях, на том, как его энергия переплеталась с её.

Когда музыка закончилась, Бона сделала шаг назад, и их тела расстались на мгновение, но это только усилило желание сблизиться снова. Чимин поднял повязку с глаз на голову. Некоторое время Бона стояла с закрытыми глазами, приводя зрение в норму. Но когда она открыла их, то наткнулась на партнёра, что стоял прямо перед ней и смотрел так, будто хотел что-то сказать или сделать.

Чимин наклонился ещё ближе, так, что теперь она могла почувствовать его дыхание.

Глава 5

Чимин наклонился ещё ближе, так что теперь Бона могла почувствовать его тепло.

— Ты боишься меня, — утвердительно произнёс он тихим голосом, но интонация была полна уверенности.

Девушка почувствовала, как закипала её кровь от такой самовлюблённости.

— Я ничего не боюсь, особенно тебя! — она резко отскочила от него, но не смогла скрыть, как дрогнула её рука при его приближении.

Парень подошёл на столько близко, что её дыхание остановилось. Чимин изучал её лицо, словно искал ответ на какие-то невысказанные вопросы.

— Знаешь, Пиноккио... — задумчиво проговорил он, — меня трудно обмануть.

— Я тебя не обманываю... — ответила она, пытаясь скрыть колебания своего голоса.

Однако внутри неё разрасталось ощущение напряжённости, словно каждый миг тянул её к нему ближе. Его глаза искрились живым светом, и Бона не могла удержаться от желания заглянуть в их глубину.

— Признайся, ты запала на меня, — произнёс он с игривой ухмылкой, засунув руки в карманы брюк, — как и все девчонки института.

— Чего? — в недоумении спросила та, непонимающе хлопая глазами.

— Ты тоже не можешь устоять передо мной, — его голос стал мягче, но ни капли не потерял игривости, — перед моим обаянием и телом. У тебя захватывает дух только от того, что я рядом. Но когда я беру тебя за руки или обнимаю, то вздрагиваешь. Дрожишь в моих объятиях.

Бона почувствовала, как краснеют её щеки, но старалась сохранить невозмутимость.

— Ты слишком самоуверенный... — резко отрезала Бона, пытаясь придать уверенность своим словам, а в конце добавила, — кретин! Ты кем себя возомнил, павлин? Аполлоном? Если пол института пускают по тебе слюни, и несколько из них залезли к тебе в постель, не значит, что я буду одной из них! Ты не интересуешь меня как мужчина. Если бы нас не поставили в паре, я бы даже не посмотрела в твою сторону.

— А ты чего так напряглась? Я же пошутил! — усмехнулся Чимин, облизнув нижнюю губу, — с тобой же ни один парень не станет встречаться, — он наклонился к ней, и его голос стал серьёзным. — Ты же бревно! Безэмоциональное существо!

— Чимин, я тебе рот зашью! — раздался громкий голос тренера, вошедшего в зал, — чтоб больше ни одного слова не мог сказать!

Бона почувствовала, как внутри неё закипала волна раздражения от оскорблений её же партнёра. Она глубоко вдохнула и сжала кулаки, стараясь сохранить спокойствие.

Мужчина подошёл к паре и дал парню неслабый подзатыльник за его поганый язык. Тот лишь фыркнул, потерев голову, но промолчал, не желая спорить с хореографом.

— Неужели так трудно держать свой язык за зубами? — продолжал ворчать тренер, — просил же следить за собой!

На это парень показал пальцами, что застегнул рот на молнию, дав понять, что больше не единого слова не скажет.

— Встали в позицию!

Бона перевела взгляд на Чимина, который, казалось, не воспринял слова тренера всерьёз. Его усмешка лишь подчеркивала ту самоуверенность, которая вызывала в ней гнев.

— Готовы? — спросил мужчина.

Девушка кивнула, подавляя желание взять Чимина за руку и тряхнуть так, чтобы он понял, как сильно её раздражает его поведение. Вместо этого они заняли свои позиции, и музыка снова заполнила зал. Бона удивилась тому, как легко они двигались в паре, несмотря на предыдущее напряжение. Она благодарила невидимые силы, что Пак молчал.

— Бона, улыбка! — услышала она от тренера, поэтому пришлось натянуть улыбку, хоть и наигранную, — глаза в глаза! — Бона старалась сосредоточиться на танце, но ощущение Чимина рядом с ней было слишком подавляющим, — Бона, смотри Чимину в глаза!

Девушка с трудом перевела взгляд на партнёра. Тот смотрел на неё с игривой насмешкой. Он двигался с лёгкостью и грацией, словно зная её мысли, каждый поворот и шаг наизусть.

— Разворот к жюри и загадочный взгляд в сторону! — снова голос хореографа, — поворот, встаём друг к другу лицом и не сводим глаз! Хочу видеть искру между вами!

Каждый шаг Чимина, каждое движение вызывали в девушке непрекращающиеся метания. Она чувствовала, как его уверенность затягивает её в вихрь эмоций, которые она не могла объяснить.

Музыка струилась, и Бона постепенно позволила себе немного расслабиться. При каждом повороте парня в её сторону она ловила его взгляд, и между ними возникала молчаливая связь, как будто слова были излишни. В этот момент она поняла, что может потерять контроль над собой в танце, а это было опасно и волнующе одновременно. Чимин был не просто самоуверенным парнем; он был огненным вихрем, который вызывал бурю внутри неё.

Перед тем, как разойтись по домам, хореограф дал своим подопечным несколько важных советов и напомнил о предстоящих танцевальных соревнованиях, которые стартуют уже через два дня. За это время им необходимо не только отточить свои навыки, но и научиться передавать эмоциональную связь между партнёрами.

Попрощавшись, мужчина вышел из зала, оставив Чимина и Бону одних. Девушка смотрела на Пака, который уткнулся в свой смартфон, не обращая на неё никакого внимания.

— Я, конечно, понимаю, что мне легче танцевать с тобой, когда ты не говоришь, — подойдя к Чимину, она попыталась завести с ним разговор, — но как долго ты ещё собираешься молчать?

Парень поднял взгляд, и его брови взлетели вверх в вопросительном жесте. Бона сразу поняла его немой вопрос.

— Нет, я не хочу, чтобы ты снова меня оскорблял при малейших моих ошибках... — девушка продолжила монолог, понимая, что разговаривать он с ней не собирался, но тот опять дёрнул бровями, задавая следующий вопрос глазами, — потому что ты не видишь границ и грубишь! — Пак пожал плечами, но блондинка словно поняла его слова, — что значит, какой есть? Думаешь, я буду молчать? Я буду отвечать на всю твою грубость! Не позволю топтать меня! Понял?

Но Чимин вместо ответа только усмехнулся, а в глазах заскакали озорные огоньки. Его поведение и выражение лица лишь усиливали раздражение Боны. Она скрестила руки на груди, прожигая парня взглядом. Тишина в зале стала почти осязаемой, нарушаемая лишь тихим гулом системы вентиляции. Она чувствовала, как внутри неё закипал гнев.

Чимин опустил взгляд в свой мобильник и, напечатав что-то, показал это партнёрше. Девушка прошлась по тексту беглым взглядом.

"У тебя два дня, чтобы научиться показывать настоящую улыбку, а не фальшь, который струится от тебя на километр. Надеюсь, зеркало у тебя дома есть?"

Бона перевела глаза с телефона на Пака, на его лице растянулась наигранная улыбка, он словно решил показать, как это выглядит со стороны.

Он убрал смартфон и медленно окинул девушку оценивающим взглядом, отчего у Боны по спине пробежали мурашки. Он не произнёс ни слова, но этот взгляд был красноречивее любых оскорблений. В нём читалась уверенность в себе, вызов и даже лёгкое презрение.

— Лучше бы тебе молчать до самих соревнований!

Резко развернувшись, Бона направилась к выходу, хлопнув дверью так, что эхо разнеслось по всему зданию. Упрямство Чимина встряхнуло её внутренний мир, и Бона почувствовала, как внутри разгоралось желание показать ему, что она не так проста, как ему кажется.

— Как скажешь, — тихо проговорил Чимин, не сводя глаз с закрытой двери.

***

Огни большого зала, где проходили соревнования по латинским танцам, сияли, как звёзды на ночном небе. Звучали мелодии, проникающие в самую душу, яркие ритмы подготавливали зрителей к настоящему зрелищу. Участники, одетые в фантастические костюмы, уверенно выходили на паркет, готовые показать страсть и энергию танца.

В воздухе витала атмосфера ожидания, каждое сердце замирало в предвкушении. Судьи с сосредоточенными лицами, зрители с затаённым дыханием — все были поглощены единственной мыслью: увидеть, как пары исполнят танец, способный покорить сердца.

— Где она? — со злостью в голосе спросил Чимин хореографа.

Им тоже нужно было выйти на танцпол для разминки, но партнёрши до сих пор не было.

— Бона переодевается, — спокойно ответил мужчина, — чего ты кипятишься? Расслабься, Чимин. Иначе, можешь всё испортить.

Прошла минута, Пак был уже на пределе. Он облокотился на перила и смотрел на танцующие пары, что разминались перед соревнованием, и нервно кивал головой в такт музыке.

— Я готова, — за его спиной раздался неуверенный голос Боны.

Чимин резко обернулся, чтобы осыпать партнёршу оскорблениями за её долгое переодевание, несмотря на то, что до сих пор не разговаривал с ней с того момента, когда закрыл свой рот на замок. При виде Боны, он встал, как вкопанный, а слова упрёка застряли в горле. Её платье переливалось оттенками голубого и синего, идеально облегая стройную фигуру девушки. Открытые плечи и спина придавали образу хрупкость, а каскад оборок на юбке обещал взрыв страсти в каждом движении. На репетициях она всегда была в ласинах, штанах и длинных футболках, но сейчас парень мог разглядеть оголённые гладкие ноги, плечи и изящную шею.

Бона робко опустила взгляд, чувствуя на себе его пристальный взгляд. Она не ожидала такой реакции, привыкнув к его холодному безразличию.

— Прости за задержку, — поговорила она.

Чимин, все ещё находясь под впечатлением, лишь кивнул, не в силах произнести ни слова, потому что потерял дар речи. Девушка же думала, что её партнёр решил ещё поиграть в молчанку.

Он взял её за руку, чувствуя, как она дрожит, и повёл на танцпол. Музыка зазвучала громче, заполнив зал ритмичными ударами, и Чимин сосредоточился на танце, стараясь забыть о неожиданно поразившем его виде Боны. Она казалась воплощением танца, живым пламенем, готовым вспыхнуть на паркете.

Сегодня они должны победить, и ничто не должно им помешать.

Глава 6

Разминка пролетела как мгновение. Чимин чувствовал, как напряжение Боны передавалось ему, но старался не обращать на это внимания. Девушка подняла голову и посмотрела в глаза Чимина, ища поддержки, но увидела лишь сосредоточенность.

Зазвучала громко музыка, зазывая их в танец. Он вёл партнёршу с уверенностью и силой, каждое его движение было отточено до совершенства, а Бона следовала за ним, словно тень, но при этом внося свою грацию и нежность. Её голубое платье взмывало в воздух при каждом повороте, создавая иллюзию морской волны.

Она чувствовала, как тепло его рук обжигали её кожу, и впервые за долгое время ощутила от него поддержку, не только как танцора, но и как партнёра. Она больше не боялась, а просто танцевала, отдаваясь музыке.

Её движения стали более уверенными и грациозными. Чимин видел, как она преображается на паркете, как эмоции захватывают её. Каждое па, каждый поворот были идеальны. Они были единым целым, воплощением танца.

В том же темпе они прошли и остальные танцы конкурса, перед которыми Бона переодевалась в другие потрясающие платья, каждый раз удивляя Чимина своим нарядом.

Зал затих, когда музыка стихла. Пары замерли в финальных позах, ожидая оценок судей. Чимин крепко держал Бону за руку, чувствуя, как её пульс постепенно успокаивался.

Услышав их имена в списке тех, кто прошёл в следующий тур, парень посмотрел в её глаза, полные восторга и облегчения, и впервые увидел в них не страх, а искреннюю радость.

Держась за руки, как подобает настоящим партнёрам, они направились в сторону гримёрок, отведённых для каждой пары. Но как только ребята преодолели танцпол, Чимин расцепил руки и прибавил шаг, словно не хотел идти с ней рядом.

Не понимая его действий, Бона наоборот замедлилась, поэтому зашла в комнату позднее. Она бросила взгляд на своего партнёра, который открыл бутылку с водой и сделал несколько глотков. Она подошла к зеркалу и села за трельяж, уставившись в своё отражение.

Тишина в гримёрке давила. Девушка чувствовала, как холод проникал в её душу, отчего слова поддержки, которые она так надеялась услышать, казались ей сейчас чем-то нереальным. Она танцевала как никогда, чувствовала партнёра, видела восхищение в его глазах, но, видимо, всё это было лишь иллюзией, необходимой для победы.

Чимин молчал, не отрывая взгляда от бутылки. Его поведение было отвратительным, но он не мог переступить через свою гордость. Он видел, как Бона расцветала на паркете, как она уверенно двигалась, как сияли её глаза. Он не мог отрицать, что она была великолепна, но признаться в этом вслух было выше его сил.

В этот момент в гримёрку вошёл хореограф.

— Отличная работа, ребята! Вы были просто потрясающими! — воскликнул мужчина, взглянув на ребят по очереди, — сейчас у меня интервью с другими тренерами, а с вами встретимся в понедельник на репетиции, — протараторил он и поспешно вышел.

Чимин и Бона снова остались наедине. Напряжение в комнате достигло предела. Желая быстрее уйти, девушка зашла за ширму, чтобы переодеться. Пак сделал ещё несколько глотков воды и, подойдя к зеркалу, наклонился. Он посмотрел на себя, но услышав пыхтение, перевёл глаза чуть в сторону. В отражении увидел, как партнёрша пыталась расстегнуть молнию на платье, но у неё ничего не получалось, так как замок, что был на спине, заело. Глубоко вдохнув и отставив бутылку, он зашёл за ширму. Бона даже не слышала, как парень к ней приблизился, поэтому вздрогнула и резко повернула голову, когда чужие руки дотронулись до её спины.

Чимин осторожно коснулся кончиками пальцев молнии. Замок поддался не сразу, и платье свободно соскользнуло с девичьих плеч. Бона прикрыла обнажённые плечи и повернулась к партнёру, который продолжал стоять на месте и смотреть на неё.

— Ничего не хочешь сказать? — спросила она тихим голосом.

— Удивлён, что за два дня ты научилась показывать настоящую улыбку, а не фальшь! — вырвалось из него на автомате.

— Лучше бы ты продолжал молчать!

Бона отвернулась, чувствуя, как обида закипает с новой силой.

Не сказав больше ни слова, Чимин вышел из гримёрки. Он знал, что опять сказал колкость, но не мог остановиться. Гордость, словно стальной корсет, сдавливала его, не давая сказать то, что он на самом деле чувствовал. Он хотел поддержать её, но вместо этого выплеснул яд.

Девушка скинула платье и натянула на себя футболку и джинсы. Она думала, что между ними что-то изменилось, что он увидел её настоящую, но он по-прежнему оставался тем же высокомерным Чимином, с которым она познакомилась в первый день.

Слёзы подступили к глазам, но Бона сдержала их. Сейчас она должна быть сильной, хотя бы ради себя. Стараясь не смотреть в зеркало, девушка вышла из гримёрки. В коридоре было шумно, пары обсуждали свои выступления.

Бона направилась к выходу, не желая больше оставаться здесь ни минуты. Ей нужно было побыть одной, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Она вышла на улицу и вдохнула свежий ночной воздух. Он немного остудил её пылающую обидой душу. Девушка повернула голову, в стороне стоял Чимин, подперев спиной стену и вертя в руках мобильный.

— Увидимся на репетиции, — с некой холодностью в голосе попрощалась она и, не дожидаясь ответа, спустилась по ступенькам.

Пак поднял глаза, смотрел ей в спину, пока Бона не скрылась за поворотом. Он набрал номер и поднёс телефон к уху.

— Давай встретимся. Есть что отметить...

Всю дорогу до дома Бона прокручивала в голове их разговор, вернее, его отсутствие. Она понимала, что он сложный человек, но хотела верить, что за маской высокомерия скрывается ранимый и добрый человек.

Добравшись до своей квартиры, девушка рухнула на диван, не раздеваясь. Усталость и обида взяли верх. Закрыв глаза, она вспоминала холодный взгляд, его надменные слова, его отстранённость.

Чимин же, сидя в баре с друзьями, пытался заглушить угрызения совести, которые ему несвойственны. Шумная компания, алкоголь и девчонка на его коленях — то, что ему сейчас было необходимо.

Он пил один стакан за другим, стараясь не вспоминать Бону. Его друзья поздравляли с победой, но радости он не чувствовал, хоть и показывал.

Проснувшись утром с тяжёлой головой и брюнеткой под боком, Чимин понял, что он такой, какой есть. Циничный эгоист, любящий только себя. И меняться из-за кого-то не собирается.

***

Понедельник наступил быстро. Бона с неохотой собиралась на репетицию. В душе теплилась надежда, что Чимин хотя бы попытается сказать пару подбадривающих слов, но разум подсказывал, что это маловероятно.

В танцевальном зале царила привычная атмосфера. Чимин разминался, не обращая внимания на вошедшую Бону. Девушка поздоровалась с хореографом и другими танцорами, стараясь не смотреть в сторону партнёра.

— Чимин, ты похвалил Бону? — к нему обратился тренер, — она отлично справилась на конкурсе.

Парень осмотрел Бону оценивающим взглядом, а потом выдал:

— Если бы она не была деревянной, возможно, мы бы получили оценки повыше.

— Он просто не может переступить свою гордость и искренне похвалить кого-то, — съязвила блондинка, даже не взглянув на парня.

Репетиция началась, и всё внимание сосредоточилось на танце. Чимин, как обычно, был безупречен в технике, но в его движениях не было души. Бона старалась соответствовать, но обида и разочарование мешали ей полностью раскрыться.

***

На занятиях они по-прежнему вели себя как истинные соперники. Крики, упрёки и постоянные стычки становились нормой. Но на танцполе всё было иначе: когда они начинали танцевать, появлялся огонь и притяжение.

Каждый раз, когда они выходили на паркет, их движения становились ярким отражением противоречий. Чимин держал Бону крепко, а она, в свою очередь, добавляла игривости своим шагам. Их танец был полон страсти, но за кулисами их разговоры были полны упрёков и спорных моментов.

Чем ближе подходил день полуфинала, тем больше они готовились к выступлению. На тренировках их ссоры становились всё более интенсивными, но и их танцевальные номера становились необыкновенно яркими.

Бона знала, что их совместные выступления вызывали смешанные чувства: на танцполе они были идеальны, но за пределами — вспыхивали споры, как огонь, требующий постоянной подпитки.

***

Однажды разразился очередной конфликт, который привёл к неожиданной остановке репетиции. Чимин, раздражённый, выкрикнул что-то о нехватке у Боны профессионализма, а она, в свою очередь, обвинила его в эгоцентризме и нежелании идти на компромисс. Слова становились всё острее, пока Чимин просто не покинул зал. Он предпочёл уйти, чем снова оскорбить партнёршу.

На следующий день хореограф позвонил Боне и сообщил, что Чимин, не указав на причину, отказался танцевать...

Глава 7

Бона приехала на репетицию в надежде, что то, что сказал ей хореограф, оказалось всего лишь шуткой. Но, прождав Чимина целых два часа, она поняла, что он не появится.

Девушка почувствовала, как внутри всё похолодело. Неужели они так и не смогут переступить через эту стену непонимания? Она знала, что и сама не ангел, и часто поддавалась импульсивности. Но чтобы Чимин вот так просто сдался... Это было неожиданно и больно.

Собравшись с духом, она отправилась к Паку домой. Звонок в дверь отдавался эхом в тишине подъезда. Чимин открыл не сразу. Он предстал перед блондинкой в одних домашних трико и босиком. В его взгляде читалось удивление, смешанное с раздражением.

Не сказав ни слова, он хотел закрыть дверь, но Бона успела выставить ногу в проёме. Она с силой распахнула дверь.

— Чего ты хочешь? — сухо спросил Чимин, преграждая ей путь в квартиру.

— Нам нужно поговорить, — твёрдо заявила Бона.

— Нам не о чем говорить, — засунув руки в карманы штанов, парень обвёл подъезд скучающим взглядом.

— Хореограф сказал... — начала она, но женский голос перебил её.

— Милый, кого там принесло?

За спиной Чимина появилась девушка в мужской футболке.

Бона опешила. Она не ожидала увидеть здесь кого-либо, тем более в такой обстановке. Брюнетка бросила на Бону оценивающий взгляд, затем обняла парня за талию, прижавшись к нему.

Чимин, заметив смятение в глазах Боны, усмехнулся.

— Как видишь, у меня всё прекрасно. И нам действительно не о чем с тобой говорить. А теперь, если ты позволишь, мы продолжим.

— Не позволю!

Бона чувствовала, как гнев закипал в ней.

— Ты чокнутая, что ли? — девушка нахмурилась, готовая защитить своего парня, — проваливай отсюда!

— А ты вообще не лезь в чужой разговор! — Бона ткнула пальцем в её сторону.

— Ах ты! — протянув руки, брюнетка хотела схватить настырную девушку, но Чимин оттолкнул её в квартиру.

— Иди в комнату! — попросил он подругу, — я сейчас вернусь.

Бросив на блондинку недовольный и высокомерный взгляд, девушка ушла в комнату.

— Чего ты добиваешься? — спросил Чимин, стараясь казаться безразличным. — Уходи.

— Не уйду, пока мы не поговорим, — в её голосе звучала твёрдость.

Она смотрела прямо в глаза Чимину, требуя ответа.

Парень сделал глубокий вдох и, надев кеды и схватив с вешалки толстовку, покинул квартиру, хлопнув дверью.

Они вышли на улицу. Бона молча шла рядом, стараясь подобрать слова. Чимин демонстративно отворачивался, устремив взгляд в тёмную пелену городского пейзажа.

Они дошли до небольшого сквера. Чимин резко остановился, повернулся к Боне и с вызовом посмотрел ей в глаза.

— Ну чего ты хочешь?

— Я хочу знать, почему ты так поступил! Почему ты бросил репетицию?

— Потому что ты невыносима! — воскликнул парень, всплеснув руками, — я больше не вижу смысла в этом фарсе! Мы не можем даже пяти минут продержаться, не начав ругаться!

— Ты серьёзно? — удивилась Бона, хмурясь от его слов, — вот так просто сдался? Из-за какой-то ссоры?

— Это не просто «какая-то ссора»! Это постоянный ад! Каждый день, каждая репетиция — это поле битвы! Я устал, понимаешь? Надоело считать твои ошибки! Надоело каждый раз тебя поправлять!

— А ты? Ты всегда прав? Ты никогда не ошибаешься? В наших ссорах всегда виновата только я?

— Да, я устал быть всегда правым! — огрызнулся Чимин, — устал быть тем, кто тянет нас обоих! Ты думаешь, мне легко? Каждый раз, когда ты ошибаешься, это отражается на мне! На всей постановке танца!

Бона замолчала, переваривая его слова. Ей было больно слышать это.

— Но я хотя бы пытаюсь! — возразила девушка, — я стараюсь идти на компромиссы, а ты только гнёшь свою линию! Ты не слышишь меня и моё мнение! Мои нервы тоже на пределе! Я тоже устала доказывать тебе, что я чего-то стою! Ты всегда находил способ уколоть и унизить меня!

— А чего ты ждала? Медаль за терпение? Я устал от наших бесконечных ссор.

Бона почувствовала, как слёзы подступали к глазам, но сдержала их. Она не позволит ему увидеть свою слабость.

— Наши ссоры... они выматывают... — его голос стал тише, — я устал от них, устал от напряжения. Устал от всего этого. Я просто не хочу больше. Мне нужно отдохнуть.

— А эта девушка в твоей квартире... это тоже отдых?

В глазах Чимина вспыхнул гнев.

— Это не твое дело! Главное, чтобы ты оставила меня в покое! Не мешай мне!

— Значит, ты просто сдашься? Из-за того, что мы не можем найти общий язык? — Бона не хотела сдаваться, нервы уже были на пределе, но парень молчал, — я не оставлю тебя в покое, потому что ты нужен мне, — она приблизилась к Чимину, её глаза горели. — Мы столько работали! Все эти бессонные ночи, боль в мышцах, наши постоянные споры, всё ради чего? Чтобы ты просто так выбросил всё в мусорное ведро? Ты трус, Чимин! Трус, который не умеет справляться с трудностями!

— Плевать на всё...

Парень хотел добавить ещё что-то, но вдруг замолчал, когда партнёрша подошла слишком близко. Она приложила ладони к его щекам и заглянула в чёрную бездну его глаз.

— Чимин, прошу... — взмолилась Бона, — давай пройдём этот путь до конца. Если не хочешь ради нас, тогда хотя бы ради тренера... Он также, как и мы, приложил много сил, чтобы попасть в полуфинал... Пожалуйста, не лишай его надежды выиграть в этом турнире. А после финала можешь уйти... Если захочешь...

В его глазах Бона заметила мимолётное сожаление, которое быстро сменилось на холодность и безразличие.

— Я подумаю, — пробормотал Чимин, убирая от себя её руки, — но ничего не обещаю.

С этими словами он обошёл девушку, слегка задев её плечом, и удалился, оставив Бону одну в тишине парка. Она смотрела ему вслед пока тот не скрылся из вида. В голове пульсировали обрывки разговора, слова Чимина ранили острее осколков. Ярость смешивалась с отчаянием, но в глубине души теплилась надежда.

«Трус...» — эхом отдавалось в сознании.

Она знала, что он не так прост, как казался. Под маской безразличия скрывались смятение и усталость. Возможно, он действительно нуждался в отдыхе.

Чимин вернулся к себе, но не успел снять кеды, брюнетка вышла к нему из комнаты.

— Кто она?

— Не твоё дело, — огрызнулся парень, вешая толстовку на место, — тебе лучше уйти...

Он прошёл мимо девушки, но та поспешила за ним, чтобы выяснить, что происходит.

— Кто она? — брюнетка повторила вопрос.

— Моя партнёрша по танцам... — зачем-то ответил Пак, подойдя к столу.

— Это из-за неё ты меня гонишь?

Она облокотилась плечом о холодильник, пока Пак наливал себе воды из графина, не собираясь отвечать на её вопрос.

— Из-за этой девчонки ты меня выгоняешь?

— Да, из-за неё! — Чимин поставил стакан на стол с громким звуком, — она испортила мне настроение и тебе мне его уже не поднять! Уйди лучше...

Брюнетка усмехнулась, не веря своим ушам.

— Испортила настроение? Серьёзно? — она подошла ближе, обжигая взглядом, — так вот значит как? Она тебе настроение испортила, а я тут при чём? Я, между прочим, сплю с тобой. А ты, как последняя тряпка, готов выставить меня за дверь из-за какой-то танцовщицы?

— Проваливай отсюда! — прорычал парень, сверкнув злобным взглядом.

— Пошёл ты! — воскликнула девушка, вылетая из кухни.

Прошло пару минут и входная дверь с грохотом закрылась. Чимин достал мобильный и позвонил другу.

— Можешь приехать?... Приезжай, нужен совет...

***

Приезд друга немного отвлёк. После пары банок пива, Чимин выложил всё как на духу. Друг слушал молча, лишь изредка кивая головой.

— Я не знаю, почему её движения так злят меня, и почему её присутствие вызывает такую бурю эмоций. Сам знаешь, сколько у меня было партнёрш, и ни одна так не действовала на меня.

— Ты сейчас про партнёрш в танцах или в постели? — Тэхён решил немного разбавить давящую обстановку.

Чимин усмехнулся, но в его глазах не было веселья.

— В танцах, конечно. С кем я танцую в постели, тебя не касается.

— Послушай, дружище, ты в дерьме, это очевидно... — Тэхён замялся, — а может, ты влюбился? — предположил он, отпивая пиво из банки. – Звучит бредово, конечно, но знаешь... отрицать очевидное — тоже глупо.

— Влюбился? В это бревно? Да ну, бред! — воскликнул Пак, но во взгляде промелькнула тень сомнения. — Она меня бесит!

— Ну, знаешь, от ненависти до любви... Шаг, как говорится, — Тэхён пожал плечами. — Ладно, забей. Не хочешь — не говори. Но, по-моему, тебе стоит решить, чего ты хочешь. Танцевать дальше или бросить всё к чертям...

— Знаю. Просто заебало всё, — Чимин опустошил банку.

Он тяжело вздохнул, чувствуя, как слова друга попали точно в цель. Он знал, что Тэхён прав. Он устал от постоянного напряжения, от необходимости быть идеальным, от страха допустить ошибку. Но признать, что он, возможно, влюблён в Бону? Это было слишком сложно, слишком страшно.

Глава 8

На следующий день Бона собиралась на репетицию с неким трепетом, в надежде, что Чимин всё же вернётся.

В зале во всю шла репетиция, ребята танцевали в парах, лишь Бона уже целый час сидела у стены, обняв себя за колени и наблюдая за другими. Но Чимин так и не появился.

Каждый шорох, каждое движение за дверью казалось ей намёком на его появление. Она пыталась сосредоточиться на других танцорах, анализировать их ошибки, чтобы хоть как-то отвлечься от гнетущего ожидания, но тщетно. Его образ преследовал её, его слова терзали память.

Её взгляд перешёл на стеклянную дверь, за которой никого не было. Но она вздрогнула, когда рядом с ней сел хореограф.

— Нам придётся отказаться... — в пол тона произнёс мужчина, намекая на турнир.

— Я хочу дать Чимину шанс, — она посмотрела на тренера с надеждой, — давайте, подождём ещё немного...

Хореограф вздохнул, потерев переносицу.

— Бона, я понимаю твою преданность, но время не ждёт. Если Чимин не появится сегодня, мы должны будем принять трудное решение. У нас есть талантливые ребята, кто-то может его заменить, чтобы не терять возможность участвовать.

Договорив, хореограф отошёл к другим танцорам. Бона облокотилась подбородком на колени и опустила взгляд, стараясь сдержать нахлынувшее разочарование. Она знала, что тренер прав, но ей было невыносимо представить себе танец с другим партнёром. В голове мелькнули воспоминания об их совместных репетициях, хоть прошедшие в ссорах, и о том, как они вместе преодолевали трудности. Неужели всё это было зря?

Внезапно дверь распахнулась, и в зал вошёл Чимин. Бона замерла, её сердце бешено заколотилось. Он выглядел уставшим, осунувшимся, но решимость читалась в каждом его движении. Без лишних слов он подошёл к тренеру, коротко переговорил с ним и направился к своей партнёрше, которая тут же поднялась с пола.

— Ты здесь... — выдохнула Бона, не веря своим глазам.

— Я остаюсь, — тихо произнёс он, стараясь казаться холодным, — но это последний раз, когда я иду на уступки. После турнира мы расстанемся.

Бона кивнула, не в силах вымолвить ни слова, потому что досада давила на грудь. Она вздохнула и встала в исходную. Музыка заиграла, и они начали танцевать.

Сначала движения были скованными, неуверенными, словно они впервые танцевали вместе. Но постепенно, с каждым тактом, напряжение спадало, уступая место привычной синхронности. Бона чувствовала его поддержку, его силу, его присутствие. Он был здесь, рядом, и это было единственное, что имело значение.

Репетиция прошла в тишине, нарушаемой лишь звуками музыки, шагами танцоров и поправками хореографа. Со стороны Пака не было ни единого упрёка, несмотря на то, что Бона иногда делала ошибки и даже пару раз умудрилась наступить ему на ногу.

После репетиции Чимин не задержался, исчезнув так же внезапно, как и появился. Бона не стала его останавливать. Главное, он остался, хоть только до финала. Она чувствовала себя измотанной, но счастливой. Впереди полуфинал, и они станцуют его вместе.

Вечером, возвращаясь домой, Бона размышляла о словах Чимина.

"Последний раз..." — эти слова звенели в ушах, но она не хотела думать об этом.

Сейчас важно было сосредоточиться на турнире, станцевать так, чтобы ни у кого не осталось сомнений в их победе. Она знала, что после этого их пути разойдутся.

Бона долго ворочалась в кровати, пытаясь улечься удобнее. Но мысли в голове не давали уснуть. Несмотря, что уже была полночь, Бона набрала номер подруги.

— Что случилось? — в динамике раздался обеспокоенный голос.

— Чимин вернулся... — тихо пролепетала Бона, словно боялась спугнуть партнёра своими словами.

— Ну вот, — усмехнулась девушка, — а ты боялась.

— Он вернулся не насовсем... После турнира Чимин уйдёт...

— Ну-у... Это его решение, Бона. И ты должна его уважать.

— Знаю... — блондинка села на кровати, прижимая к груди одеяло, — но я не хочу, чтобы он уходил...

— Та-а-к... С этого момента по подробнее. Чимин же тебя раздражает. Или что-то изменилось?

— Раздражает... Раздражает, когда опаздывает, когда спорит по поводу хореографии, когда смотрит на других девушек, — выпалила Бона, словно перечисляла заученный список, — но без него... Я привыкла к нему, к его ворчанию, даже к его придиркам. Без него всё будет по-другому. А мы ведь столько пережили вместе, хоть и ругались постоянно. А сейчас... он просто уйдёт, как будто ничего и не было.

— Понимаю, — отозвалась подруга, — но, возможно, это к лучшему. Ты достойна партнёра, который будет ценить тебя и твой талант. Чимин, похоже, не готов к этому. Пусть уходит.

— Он не может вот так взять и уйти... — пробормотала Бона, упав обратно на подушку.

— Может, Бона, может. Люди меняются, обстоятельства меняются. Ты сама говорила, что устала от его характера. Может, это шанс для тебя начать что-то новое?

Бона замолчала, размышляя над словами подруги. Новое? Без Чимина? Ей стало не по себе от этой мысли. Всё же, он был частью её танцевальной жизни, её привычным раздражителем, без которого всё теперь казалось каким-то... пустым.

— У меня есть подозрения, что Чимин тебе нравится, — Сонён вздохнула в трубку, — но тебе лучше забыть его.

— Я не хочу забывать его... — блондинка закрыла глаза, запустив пальцы в волосы.

Может, подруга и права. Но сердце Боны отказывалось принимать эту мысль. Ей было страшно представить себе будущее без Чимина, без их танцев, без их споров. Она знала, что должна быть сильной и принять его решение, но это было так сложно.

— Бон, ложись спать, — мягко проговорила девушка, — у тебя завтра снова репетиция.

— Ладно...

Отключив телефон, Бона смотрела в потолок. Но сон не приходил. В голове крутились образы: Чимин, его упрямый взгляд, его резкие слова, его невероятная грация в танце... Она перевернулась на другой бок, пытаясь найти удобное положение, но тщетно.

***

Чимин же снова позвал к себе друга, чтобы поделиться своими ощущениями после репетиции с Боной. Тэхён встретил друга привычным подколом, но в этот раз в голосе Чимина не было раздражения. Скорее, усталость.

Он рассказал о репетиции, о скованных движениях вначале, о внезапно вернувшейся синхронности, о взгляде партнёрши, полном облегчения и благодарности.

— Значит, всё-таки помирились? — ухмыльнулся Тэхён, протягивая Чимину очередную банку пива.

— Заткнись, — шикнул Пак, отхлебывая из банки, — ни с кем я не мирился. Просто решил закончить начатое.

— Ты всё ещё ненавидишь её?

Чимин замялся, глядя на друга.

"Ненавижу" — слишком сильное слово. Раздражает, бесит, выводит из себя — да. Но ненависть? Скорее, это смесь раздражения и... чего-то ещё. Чего-то, что он упорно отказывался признавать.

— Ненавижу её упрямство, её неуклюжесть, её вечное стремление спорить, — выпалил он, словно защищаясь, — но когда она смотрит на меня этими своими глазами... Я забываю обо всём! Обо всём, понимаешь? Я просто не могу оторвать взгляд.

Тэхён хмыкнул, откинувшись на спинку дивана. Он прекрасно видел, что друг лукавит. Чимин и Бона были как два магнита — отталкивались и притягивались одновременно. И их танец был тому подтверждением.

— Ты как школьник влюбился, честное слово, — усмехнулся друг, — просто боишься признаться самому себе.

— Да не влюблён я! Просто... Привык, наверное... После турнира я забуду о ней.

Чимин не понимал, что с ним происходит. С одной стороны, Бона раздражала его до зубовного скрежета. С другой — его тянуло к ней с какой-то необъяснимой силой. Он боялся признаться даже самому себе, что, возможно, Тэхён прав, и он действительно влюбился в эту упрямую девчонку. Но что делать с этим чувством, он не знал.

— Ну-ну, — протянул Ким, — посмотрим. Главное, чтобы твоё «забуду» не превратилось в «не могу жить без неё».

Чимин промолчал, уставившись в одну точку. Слова Тэхёна заставили его задуматься. Действительно ли он просто увлечён танцем, или же его чувства к Боне гораздо глубже?

— Ты влип, Пак Чимин, — констатировал друг.

— Просто... дай мне закончить этот турнир, — тихо произнёс Чимин, словно уговаривая самого себя, — а потом... потом я уйду. Так будет лучше для нас обоих...

Глава 9

Чимин пришёл на последнюю тренировку раньше назначенного времени. Однако Бона уже интенсивно занималась в студии. Не обращая внимания на Пака, она продолжала оттачивать свои движения в одиночку, воображая вместо партнёра стену или хореографический станок.

Чимин замер в дверях, наблюдая за Боной. В лучах заходящего солнца её движения казались особенно грациозными и плавными. Он не мог оторвать от неё взгляда. Впервые он видел в ней не упрямую партнёршу, а просто красивую девушку, увлечённую танцем. В одиночестве Бона была другой — уверенной и свободной. Ни тени скованности или раздражения.

Увидев в отражении зеркала Чимина, она резко остановилась и оглянулась.

— Да уж... — усмехнулся парень, проходя в зал.

— Решил полюбоваться на мои мучения? — спросила она, заметив, как на его лице быстро появилась привычная насмешка.

— Просто пришёл пораньше, — буркнул Чимин, кинув сумку в угол, — и даже невооружённым взглядом увидел твои ошибки.

Бона фыркнула, скрестив руки на груди.

— Ошибки? Давай послушаем, великий хореограф.

— Слушай, Пиноккио, и запоминай, — отрезал Чимин, подходя ближе, — во-первых, теряешь баланс; во-вторых, недостаточно вкладываешься в движения; и в-третьих, будто танцуешь для зрителей в последнем ряду.

— Чего?

— А вообще, ты вся деревянная. Где лёгкость? Где страсть?

Пак специально ляпнул колкости девушке, чтобы не подавать вида, что с ним что-то не так.

— А где твоя вежливость? — огрызнулась Бона, — думала, ты изменился... — практически шёпотом добавила блондинка сама себе, но партнёр услышал её слова.

— А должен был?

— Последние два дня ты был слишком тихим, — девушка решила объяснить свои доводы по поводу его поведения, — даже упрекнул меня всего три раза.

— Не было настроения, — безэмоционально ответил Чимин, — ладно, хватит болтать, — сказал он, занимая позицию напротив партнёрши, — давай репетировать. И постарайся хоть немного расслабиться.

Бона вздохнула, понимая, что спорить с ним бесполезно. Она заняла свою позицию, стараясь сосредоточиться на танце, но слова Чимина эхом отдавались в голове. Ей хотелось доказать ему, что он не прав.

Музыка заполнила зал, и они начали. Чимин был как всегда точен и требователен, не упуская ни одной детали. Бона старалась следовать его указаниям, но напряжение мешало ей расслабиться. Она чувствовала, как скованы её движения, они были резкими и неестественными.

В какой-то момент Чимин остановил музыку.

— Да что с тобой? — спросил он, нахмурившись, — ты танцуешь хуже, чем вчера.

— Я стараюсь, — огрызнулась та, потому что упрёки за сегодня ей порядком уже надоели.

— Стараешься? Мало стараться, нужно чувствовать! — выпалил он, теряя терпение, — ты же танцуешь как бревно!

— Что у вас тут опять? — в зал вошёл хореограф, — я думал все ваши споры уже позади. Что опять началось?

— Ничего особенного, просто кое-кто не в форме, — Чимин пожал плечами.

Пак казался совершенно невозмутимым, в отличие от партнёрши. Хореограф вздохнул. Он знал, что у этих двоих сложный характер, но их талант был неоспорим.

— Может, ты просто перестанешь меня критиковать и скажешь, что именно я делаю не так? — возмутилась Бона, стараясь сохранить спокойствие, но получалось плохо.

— Я тебе уже сто раз говорил! Ты не чувствуешь музыку, ты не вкладываешь душу в танец! Ты просто механически выполняешь движения!

— А что я должна сделать? Влюбиться в тебя, чтобы станцевать нормально?

Чимин замер, ошеломлённый её словами. Он ожидал чего угодно, но не этого. Тренер тоже удивлённо поднял брови.

Девушка покраснела, осознав, что только что выпалила. Слова сорвались с языка прежде, чем она успела подумать. В голове промелькнула мысль, что лучше бы провалиться сквозь землю.

В глазах Чимина читалось замешательство, и это только усугубляло её смущение. Слова девушки задели его за живое, заставили почувствовать то, чего он так старался избежать.

Хореограф откашлялся, пытаясь разрядить обстановку.

— Ладно, ребята, может быть, вам стоит немного отдохнуть? — предложил он, — Чимин, пройдись, проветрись. Бона, успокойся немного. Вернёмся к репетиции через пятнадцать минут.

Чимин молча кивнул, соглашаясь с предложением хореографа. Он чувствовал, что сейчас не сможет сосредоточиться на танце. Мужчина покинул зал первым, Пак тоже хотел уйти, но блондинка остановила его.

— Чимин...

Правда сам парень не собирался сейчас слушать партнёршу, поэтому прервал её речь.

— Не нужно влюбляться в меня. Просто научись танцевать...

Чимин быстро вышел из зала, оставив девушку одну, и направился на улицу. Свежий воздух немного привёл его в чувства.

Бона прикрыла лицо руками, пытаясь скрыть свой стыд. Слова Чимина, произнесённые с такой холодной отстранённостью, ранили сильнее, чем любые оскорбления. Собрав остатки самообладания, она глубоко вдохнула и выдохнула.

«Просто забудь об этом, Бона», — мысленно приказала она себе.

«Ты должна сосредоточиться на танце».

Через пятнадцать минут Чимин вернулся в зал. На его лице не было никаких эмоций. Он занял свою позицию, словно ничего и не произошло. Бона старалась не смотреть ему в глаза, сосредоточившись на музыке.

Репетиция возобновилась, но напряжение никуда не исчезло. Каждый их жест, каждое движение были пронизаны невысказанными словами и чувствами. Бона старалась изо всех сил, но мысли путались, а тело не слушалось. Она чувствовала на себе взгляд Чимина, кричащий о её ошибках, и это только усиливало напряжение.

Они продолжали репетировать до позднего вечера, пока хореограф не объявил, что пора заканчивать. Он видел их напряжение, поэтому попросил завтра приехать пораньше, чтобы порепетировать перед началом конкурса.

Бона чувствовала себя опустошённой и измотанной. Она собрала свои вещи и, не говоря ни слова Чимину, покинула зал.

***

Репетиция перед конкурсом прошла на удивление легко, словно ночной покой принёс умиротворение им обоим. В зале, наполненном парами из разных агентств, царила напряжённая атмосфера перед грядущими выступлениями.

Бона шла из гримёрки в сторону зала, но на повороте вдруг с кем-то столкнулась.

— Простите! — извинилась блондинка, испуганно взглянув на человека.

— Это ты... — девушка всматривалась в знакомое лицо, — та девка, что припёрлась поздно вечером к Чимину.

— Это я, — взгляд Боны быстро изменился, увидев перед собой брюнетку, что в тот вечер была у Чимина в квартире, — вот только ты что здесь делаешь?

— Пришла к Чимину, чтобы поздравить, — та мило улыбнулась, показав небольшой букет цветов.

— Мы ещё не прошли в финал, чтобы поздравлять, — съязвила блондинка, — конкурс ещё не начался.

— А ты выглядишь дерзко с таким макияжем... И прекращай таскаться к нему домой. В тот раз ты нас прервала на самом интересном моменте.

— Ты кто такая, чтобы указывать мне, что делать? — прошипела Бона, стараясь держаться хладнокровно, — и не тебе решать, к кому мне ходить.

Брюнетка лишь усмехнулась, оценивающе оглядев соперницу.

— Наивная... Думаешь, ты действительно важна Чимину? Ты всего лишь партнёрша по танцам. А я могу дать ему то, чего ты никогда не сможешь. Ты танцуешь с ним на паркете, а я в постели. Знай своё место, плясунья.

Ярость и унижение боролись внутри блондинки, но она старалась не показывать своих чувств.

— Твоё место временно, как и моё, — выпалила Бона, — но в отличие от тебя, я здесь ради танца, а не ради того, чтобы удовлетворить чьи-то похотливые желания.

Брюнетка презрительно фыркнула и сделала шаг вперёд, приближаясь к Боне.

— Не забывай, кто ты такая. Ты всего лишь пешка в его игре. Он использует тебя, чтобы выиграть конкурс, а потом выбросит, как ненужную вещь.

— А ты думаешь, что он использует тебя по-другому? — парировала Бона, — ты просто игрушка для его развлечения, не более. Но заверю тебя, я не хочу быть на твоём месте.

Брюнетка презрительно скривилась, словно услышала что-то крайне нелепое. Она шагнула ближе к Боне, почти вплотную.

— Запомни мои слова... Ты пожалеешь, если встанешь у меня на пути.

С этими словами она оттолкнула блондинку плечом и гордо удалилась.

Бона смотрела ей вслед, задумавшись над её словами. И кое-что пришло в её голову. Она решила немного пофлиртовать с Чимином в танце на паркете, чтобы позлить его девушку.

Во время танца Бона добавила немного игривости и чувственности в свои движения. Каждый раз, когда их взгляды пересекались, Бона посылала Чимину кокетливую улыбку. Она позволяла себе небольшие вольности, флиртуя с партнёром взглядом и прикосновениями. Чимин, казалось, был немного ошарашен такой переменой, но поддался её напору, отвечая ей тем же.

Но после объявления результатов конкурса, когда они остались одни в гримёрке, Чимин схватил Бону за руку и прижал к стене. В его глазах читалась ярость.

— Что это было на паркете? — прошипел он.

— Просто немного страсти, Чимин, — хмыкнула блондинка, смотря ему прямо в глаза, — разве не этого ты хотел? Не эту страсть ты от меня требовал?

Его хватка стала болезненной. Бона попыталась вырваться, но он не отпускал.

— Не играй со мной.

— Разве тебе не понравилось? — прошептала она, стараясь не выдать свой страх, — ты выглядел так, будто тебе очень даже понравилось.

Чимин отпустил её руку, а его глаза метали молнии.

— Не неси чушь! — он схватил её за подбородок и притянул к себе, — ещё одно слово, и ты пожалеешь...

— Боишься, что твоя девушка увидит? — Бона вопросительно подняла брови.

Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Бона смотрела в его глаза, пытаясь разгадать, что он чувствует.

Глава 10

— Что? — Чимин оторопел от услышанного, — Ёнми здесь?

— Мы столкнулись с ней в коридоре, — ответила Бона, рассматривая удивлённые глаза напротив, — и она была не очень-то приветливой.

— Она тебе что-то сделала? — блондинка заметила, как в его взгляде промелькнуло беспокойство, — то есть... сказала...?

— Ничего такого, — она заглядывала в каждый зрачок, который казался тёмной бездной, — просто небольшая перепалка...

— Какого чёрта она здесь забыла? — задал он вопрос вслух, отведя взгляд в сторону.

Но через мгновение вернул своё внимание на партнёршу. Чимин смотрел в ярко накрашенные глаза, продолжая держать лицо блондинки, правда его хватка слегка ослабла.

— Ты не рад своей девушке? — усмехнувшись, съязвила Бона.

— Она не моя девушка, — отрезал тот, — мы просто...

— Спите? — она решила закончить фразу, так как парень замолчал.

— Ревнуешь? — ответил он вопросом на вопрос.

Бона не знала, что ответить. Её плечи опустились, а напряжение, кажется, ушло. Но она не могла признаться, что и правда ревнует его не только к Ёнми, но и к девушкам, с которыми он флиртует в институте и на репетициях.

— Мне всё равно, с кем ты спишь, — буркнула она, стараясь скрыть смущение, — просто не хочу, чтобы это как-то повлияло на конкурс, который мы должны выиграть.

Чимин глядел ей прямо в глаза, пытаясь угадать, говорит ли она правду. Но вдруг дверь открылась, и на пороге оказалась Ёнми с букетом в руках. От неожиданности парень отпустил Бону и быстро шагнул от неё, как от огня, понимая, в каком положении их увидели.

— Чимин...

Брюнетка сначала посмотрела на Пака, затем перевела взгляд на его партнёршу, что продолжала стоять у стены, куда её припечатал Чимин.

— Что ты здесь делаешь? — спросил парень, стараясь скрыть замешательство.

— Хотела поздравить тебя с победой, — проговорила брюнетка.

Её голос звучал холодно и отстранённо. Она окинула взглядом гримёрку, словно оценивая обстановку.

— Но, видимо, я не вовремя...

Бона отстранилась от стены и молча наблюдала за происходящим, чувствуя себя неловко и одновременно заинтригованно.

— Всё нормально, — попытался успокоить её Чимин, — мы обсуждали танец.

— Конечно, — усмехнулась девушка, — я вижу, как вы "обсуждали".

— Не начинай, Ёнми! — рыкнул Пак, — иди на улицу, я сейчас выйду!

Брюнетка бросила букет на пол и, не говоря больше ни слова, вышла из гримёрки. Чимин тяжело вздохнул и обернулся к Боне, сверля её взглядом.

— Она тебя раздражает так же, как и я? — поинтересовалась Бона, заметив его агрессивное поведение к девушке.

— Меня раздражаешь только ты!

— Кто бы сомневался... — блондинка закатила глаза, сложив на груди руки, — каждую репетицию ощущаю на себе твой гнев.

Чимин молча подошёл к букету, валявшемуся на полу, и поднял его. Лепестки роз были немного помяты. Он задумчиво посмотрел на цветы, потом на Бону.

— Надеюсь, после финала мы больше не встретимся.

— И я на это надеюсь, — зачем-то ляпнула она, хотя, наоборот боялась потерять Чимина.

Пак фыркнул, не удостоив её ответом. Выкинув букет в мусорное ведро, он схватил свою сумку с одеждой и просто вышел из гримёрки, оставив партнёршу одну.

Бона подошла к зеркалу и внимательно посмотрела на своё отражение. Ей всегда было сложно понять свои чувства к Чимину. Он раздражал её своей самоуверенностью и постоянной критикой, но в то же время она восхищалась его талантом и преданностью танцу.

Сейчас она не знала, что делать дальше. Как она будет репетировать, как будет смотреть ему в глаза после того, что произошло на паркете? Ей хотелось убежать, спрятаться, но она знала, что не может этого сделать. Танец был её жизнью, и она не позволит всё разрушить.

***

На утро голова Чимина раскалывалась, а во рту пересохло. В памяти всплывали обрывки вчерашнего вечера: бурные поздравления друзей, объятия с Ёнми и звон бокалов... Но сквозь пелену похмелья в его сознание пробивались обрывки сновидений.

Проснувшись, он долго лежал, пытаясь осмыслить увиденное. Чимин смотрел в потолок, вспоминая сон, в котором была Бона и их танец на паркете.

Во сне блондинка словно расцвела. Движения были плавнее, чувственнее. В каждом па она будто играла с ним, заигрывала. Взгляд, полный кокетства, обжигал, а лёгкие прикосновения вызывали мурашки. Чимин чувствовал себя сбитым с толку, но сопротивляться не мог. Он тонул в её улыбке, отвечал на её флирт своим, пока их танец не превратился в нечто большее, чем просто набор отточенных движений. Это была искра, которой раньше не было. И эта искра зажгла в нём огонь.

Чимин откинул одеяло и сел на кровати, чувствуя себя разбитым. Сон казался таким ярким, что грань между реальностью и вымыслом стёрлась.

Он попытался отмахнуться от навязчивых образов, но в голове снова и снова всплывало лицо Боны, её лукавый взгляд и грациозные движения. Он понимал, что это всего лишь плод его воображения, но внутри что-то изменилось.

Чимин встал, направился в душ, пытаясь смыть с себя остатки сна и похмелья. Под струями воды он размышлял о том, как вести себя с партнёршей. С одной стороны, он хотел просто забыть о случившемся и продолжить репетировать, как ни в чём не бывало. С другой — его мучило любопытство. Бона, которая с каждой репетицией проникала в его мысли всё глубже.

После душа Чимин поплёлся на кухню заварить себе крепкий кофе, чтобы окончательно проснуться. Пак достал кружку и, поставив её на стол, снова задумался, мыслями проваливаясь в сон. Перед глазами танцевала соблазнительная Бона, до которой хотелось дотронуться.

— Какого чёрта со мной происходит? — прошептал он, потерев ладонями лицо.

***

Приехав в танцевальную студию, Чимин застал Бону уже разминающейся у станка. Она была сосредоточена и серьёзна, словно вчерашнего инцидента и не было.

Пак откашлялся, привлекая её внимание. Блондинка обернулась, и их взгляды встретились. В её глазах не было ни злости, ни обиды, лишь холодное равнодушие.

— Не хочешь поговорить? — спросил Чимин, стараясь сохранять спокойствие.

— Разве нам есть о чём говорить? — ответила Бона, возвращаясь к разминке.

— Да, насчёт вчера, — ответил парень, — как мы будем репетировать дальше?

— Как обычно, — фыркнула блондинка, — ты критикуешь, я терплю. В чём проблема?

Чимин нахмурился. Он ожидал чего угодно, но не такого ответа. Холодность Боны задела его, словно пощёчина.

— Я про твою страсть, — огрызнулся он, — которую ты показала только вчера на конкурсе. Или это была разовая акция, и ты будешь дальше танцевать, как бревно?

Бона только открыла рот, чтобы ответить на его возмущения, но в зал вошёл хореограф.

— Ребята, я придумал пару классных элементов! — радостно воскликнув, мужчина широко улыбнулся, — давайте начнём репетицию!

Репетиция началась в напряжённой атмосфере. Чимин старался быть максимально собранным и профессиональным, концентрируясь на движениях. Но в голове навязчиво всплывал сон, мешая ему сосредоточиться. Он старался не смотреть на Бону, не думать о её прикосновениях. Но каждый раз, когда их тела соприкасались, он чувствовал, как внутри всё сжималось.

В зале царила атмосфера сосредоточенности, нарушаемая лишь тихим скрежетом обуви по паркету. Когда они репетировали элемент поддержки, напряжение повысилось до такой степени, что было трудно дышать.

Чимин крутанул девушку, движение было отточенным и уверенным. Мгновение — и он уже словил её, притягивая к себе. Наклон назад казался почти невесомым, девичье тело изящно прогнулось, руки коснулись пола, словно искали опору в воздухе. Его хватка на её талии была крепкой, но нежной.

Затем он медленно поднял её и резко развернул, плотно прижимая спиной к своему телу. Их тела соприкоснулись, и волна жара пробежала сквозь них. Сердце бешено колотилось, заглушая ритм музыки. Запах её волос, тепло её кожи — всё это обрушилось на него, лишая рассудка. Чимин замер, словно окаменел, продолжая крепко обнимать Бону, боясь разрушить эту мимолетную, почти нереальную связь.

Девушка чувствовала то же самое. Его руки на своей талии, его дыхание на своей шее — всё это вызывало трепет и желание забыться. Она знала, что так нельзя, что это всего лишь танец.

Блондинка попыталась отстраниться, но Пак держал её крепко, словно боялся отпустить. В её голове проносились обрывки мыслей: злость, смущение, и необъяснимое желание остаться в его объятиях.

Хореограф, наблюдавший за ними, одобрительно кивнул.

— Отлично! Вот это страсть! Вот это я понимаю! Так держать, ребята!

Его слова вывели их из оцепенения. Чимин отпустил Бону, и она отшатнулась, оборачиваясь к партнёру. В её глазах читалось замешательство и какое-то необъяснимое волнение.

После репетиции Бона быстро собрала вещи и, не сказав ни слова, покинула студию. Чимин проводил её взглядом, чувствуя себя растерянным.

Глава 11

Зал замер, наполненный предвкушением. Музыка латиноамериканских ритмов заполнила пространство, и все взгляды были устремлены к центру, где плавно двигалась пара. В каждом движении чувствовалась не только техника, но и история их отношений — бурная, противоречивая, но безумно притягательная. Зрители, расположившиеся по периметру, не скупились на аплодисменты, подбадривая ребят.

Вдохновенные взгляды, тихие перешёптывания — атмосфера была пропитана восхищением. Но за этой внешней гармонией чувствовалось напряжение. Эта пара, известная своими постоянными перепалками во время репетиций, сегодня, казалось, парила над ссорами, демонстрируя не только мастерство, но и глубокую связь.

Бона, с выражением вызова на лице, уверенно следовала за партнёром, демонстрируя безупречную технику. Их движения были синхронны и полны энергии.

Однако, как это часто бывает, напряжение достигло своего пика в самый ответственный момент. Во время сложной поддержки девушка допустила небольшую ошибку, слегка сбившись с ритма.

Едва заметное колебание не осталось незамеченным ни зрителями, ни особенно Чимином. На его лице промелькнула тень раздражения, но он быстро взял себя в руки, профессионально продолжив танец. Бона, почувствовав его недовольство, слегка нахмурилась, но не дала этому отразиться на своей грации. Они продолжали двигаться, словно ничего не произошло, но внутреннее напряжение стало почти осязаемым.

В следующий момент, во время быстрого вращения, блондинка потеряла равновесие, и Пак, хоть и успел её подхватить, вынужден был несколько изменить запланированную композицию.

Тишина повисла в воздухе, когда музыка стихла. Пара стояла в центре зала, глядя друг на друга с нечитаемым выражением. Все ждали их реакции, гадая, на сколько громкая будет сегодня ссора. Но молчание нарушил тренер.

— Осталось совсем немного отрепетировать, — произнёс он, — на сегодня репетиция закончена, продолжим завтра.

Все начали расходиться, но Чимин и Бона никуда не торопились, словно ждали, когда все уйдут, и они останутся наедине. Попрощавшись, хореограф тоже покинул зал.

Когда дверь закрылась за последним выходящим, Чимин повернулся к партнёрше, смотря на неё с вызовом.

— Знаешь, Пиноккио, иногда мне кажется, что ты специально всё портишь. Ты боишься, что если мы будем идеально танцевать, все подумают, что между нами что-то есть, и это тебя пугает.

Бона опешила, в глазах появилась растерянность. Пак попал в точку, но она никогда бы в этом не призналась.

— Если кто и боится, так это ты, — резко ответила Бона, стараясь скрыть дрожь в голосе, — боишься, что я смогу затмить тебя.

Чимин усмехнулся, его взгляд стал ещё более пронзительным.

— Скажи, ты специально танцуешь, как деревянная, или ты и правда бревно?

— Я не позволю тебе так со мной разговаривать! — сорвалась блондинка, — это ты виноват во всём! Ты давишь на меня, я не могу сосредоточиться!

— Я давлю? Ты сама создаёшь эту драму. Ты танцуешь с таким видом, будто делаешь мне одолжение. А ведь мы оба знаем, что без меня ты бы никогда не достигла этого уровня.

Ярость заклокотала в девушке, готовая выплеснуться наружу. Бона знала, что он прав, но признавать это было невыносимо. Она чувствовала себя загнанной в угол, беспомощной перед его талантом и собственной неуверенностью. Зал, ещё недавно наполненный страстью танца, теперь казался ареной для их личной войны.

— Легко тебе говорить! — выпалила она, сверля его взглядом. — Ты прирождённый танцор, а мне каждый шаг даётся с трудом! Я работаю до изнеможения, чтобы хоть немного приблизиться к твоему уровню, а ты... Ты просто критикуешь!

— Ты думаешь о ком-то, кроме себя и своих комплексов? — Чимин подошёл ближе, его лицо выражало смесь гнева и разочарования, — ты боишься быть уязвимой, боишься довериться. Вот в чём твоя проблема.

— Я устала от твоих придирок! — выкрикнула она, срываясь на крик, — если я и деревянная, то только потому, что ты своими вечными упрёками превратил меня в марионетку! Ты эгоис...

Но Бона не успела договорить, потому что парень схватил её ладонями за щёки и впился в губы страстным поцелуем.

Поцелуй был резким, требовательным, словно Чимин пытался выбить из неё всю дурь, все обиды и страхи. Бона сопротивлялась, колотя его кулаками в грудь, и в итоге умудрилась его оттолкнуть от себя.

— Какого чёрта ты делаешь? — блондинка смотрела на него удивлёнными глазами, чувствуя как её щёки полыхали жаром.

— Не знал, как заткнуть тебя...

Чимин смотрел на неё, тяжело дыша, его глаза горели. В его взгляде читалось замешательство, будто он и сам не ожидал от себя такой выходки. Тишина в зале стала оглушительной, прерываемой лишь их прерывистым дыханием.

Бона отступила на шаг, словно он представлял для неё физическую угрозу. Она смотрела на парня, пытаясь скрыть своё раздражение. Он выглядел так, словно играл на её чувствах, и это выводило её из себя.

— Думаешь, это шутка? — спросила блондинка, но Чимин молчал, словно воды в рот набрал.

Не дождавшись ответа, она просто развернулась и, не сказав больше ни слова, вышла из зала.

Пак смотрел ей вслед, чувствуя, как в душе нарастала буря противоречивых эмоций. Он не понимал, зачем это сделал, не мог объяснить свой порыв. Чимин видел её злость, её уязвимость, и что-то внутри него сломалось. Он хотел заставить её замолчать, но поцелуй оказался совсем не таким, каким он его представлял.

Вылетев на улицу, Бона пыталась набрать, как можно больше, воздуха в лёгкие. В голове царил хаос, смешались обида, злость и какое-то странное, непонятное волнение. Она прикоснулась к своим губам, словно пытаясь удержать на них отпечаток его поцелуя.

Бона шла по ночному городу, не разбирая дороги. Уличные фонари бросали причудливые тени на асфальт, словно вторя смятению в её душе. Поцелуй Чимина обжёг её, словно клеймо, оставив после себя след из смущения и непонятной тревоги. Она всегда воспринимала его как соперника, как недостижимый идеал, а теперь... Теперь всё стало гораздо сложнее. В голове всплывали обрывки их ссор, его язвительные замечания, и вдруг — этот поцелуй. Что это было? Попытка унизить? Или что-то большее? Бона не находила ответа, и это сводило её с ума.

Домой Чимин пришёл, как в тумане. Бездумно разделся, принял душ и рухнул на кровать, уставившись в потолок. Сон не шёл, в голове пульсировали обрывки фраз, воспоминания о вкусе её губ. Он перевернулся на бок, уткнувшись лицом в подушку, пытаясь заглушить бурю эмоций, но тщетно.

Бона также не мола уснуть, ворочаясь всю ночь в постели.

На следующий день в зале царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь музыкой. Они оба старались избегать зрительного контакта, каждое движение было выверено до мелочей, но искры между ними будто исчезли. Танец стал механическим, лишённым страсти и той самой искры, которая делала их дуэт особенным.

Тренер, наблюдавший за ними с беспокойством, прервал репетицию.

— Ребята, что с вами происходит? Вы танцуете, как роботы! Где ваша энергия, где страсть? Что изменилось за ночь? Вы не выспались что ли?

Чимин и Бона молчали, избегая взгляда друг друга. Хореограф вздохнул, решив сменить тактику и заговорив более мягко:

— Послушайте, я знаю, что у вас бывают разногласия, но вы — лучшая пара в этом зале. Не дайте своим личным проблемам разрушить то, что вы создали. Через три дня финал, вы должны быть единым целым.

Они оба понимали, что тренер прав, но гордость и обида мешали сделать первый шаг к примирению.

— Ладно... Давайте сделаем перерыв, — предложил мужчина, — поговорите, выясните отношения. Вы не сможете нормально танцевать, пока между вами такое напряжение.

Оставшись наедине, они снова оказались в неловкой тишине. Чимин откашлялся, собираясь с духом.

— Слушай, насчёт вчерашнего... Я не знаю, что на меня нашло...

Но Бона не собиралась слушать его оправдания, не хотела выяснять отношения, поэтому перебила его, не дав закончить свою речь.

— Кажется, ты спутал меня со своими шлюхами, — огрызнулась блондинка, — просто забудь об этом...

Чимин замер, в его глазах отразилось удивление. Ярость, до этого момента сдерживаемая, начала подниматься в нём, словно волна.

— Знаешь, что... — начал он, но Бона не дала ему договорить.

— Ничего не хочу слушать. Просто танцуй, и старайся не прикасаться ко мне без необходимости, — холодно отрезала она, направляясь к музыкальной аппаратуре.

Чимин стиснул зубы, пытаясь сдержать гнев. Он понимал, что сам виноват в произошедшем, но её слова задели его за живое. Чувствуя, что ещё немного, и он сорвётся, парень развернулся и вышел из зала, хлопнув дверью.

В этот вечер они так и не смогли найти общий язык. Репетиция была сорвана, а между ними стена непонимания и обиды стала ещё выше.

До финала оставалось совсем немного времени, а их дуэт, казалось, был на грани распада. Сумеют ли они преодолеть свои разногласия и вернуть былую страсть, или же их личная война разрушит всё, над чем они так долго и упорно работали?

Глава 12

На следующий день Чимин пришёл на репетицию вовремя, хоть Бона и думала, что он опоздает или же вовсе не придёт, как в прошлый раз.

Мысленно она была благодарна за то, что партнёр не бросил её перед самым финалом, но обида за его слова и поступок глубоко засела внутри.

Они обменялись взглядом, затем парень посмотрел на ребят, что уже разминались.

— Ребята! — в зал вошёл тренер и осмотрелся, — нам придётся немного потесниться... — после этих слов танцоры с недоумением уставились на мужчину, — сегодня с нами будет тренироваться младшая группа, — послышались возмущения, — я всё понимаю, но все залы заняты. Проведём мастер-класс для ребятишек.

Мужчина дружелюбно улыбнулся и распахнул дверь, в которую тут же ввалилась толпа мальчиков и девочек.

Чимин лишь закатил глаза, всем своим видом показывая, что он не в восторге от этой идеи. Перспектива делиться пространством с шумной детворой перед самым важным выступлением не радовала.

Тренер распределил детей по залу, велев им повторять простые движения за взрослыми. Началась сумбурная тренировка. Маленькие танцоры с восторгом смотрели на старших, пытаясь копировать их движения, но получалось не очень.

Шум и неразбериха мешали сосредоточиться главной паре, которая готовилась к финалу. Поэтому хореограф попросил их потанцевать вместе со всеми, пока не закончится тренировка.

Во время парных элементов они двигались скованно, избегая лишних прикосновений. Бона смотрела в пол, ни разу не подняла глаза на партнёра. Дети, конечно, ничего не замечали, зато тренер хмурился всё больше и больше.

В конце тренировки хореограф поблагодарил всех за участие. Дети, возбуждённые и счастливые, окружили Бону и Чимина, задавая вопросы. В этот момент они снова оказались рядом, почти касаясь друг друга плечами.

— Вы такие клёвые!

— Такие крутые!

— Вы так классно смотритесь вместе!

На перебой восхищались дети. Бона слегка улыбнулась, стараясь скрыть смущение. Чимин тоже был немного растерян, но улыбнулся в ответ детям. В этот момент их взгляды случайно встретились, и на мгновение в глазах друг друга мелькнуло что-то похожее на тепло.

После ухода детей и других танцоров, напряжение в зале ощущалось с новой силой.

— Знаю, репетиция сегодня провалена из-за младшей группы, — проговорил хореограф, взглянув на наручные часы, — предлагаю немного задержаться. Как вы на это смотрите?

Бона пожала плечами, демонстрируя безразличие, но в глубине души понимала необходимость дополнительной тренировки. Чимин кивнул, соглашаясь.

Наконец-то, оставшись одни, они включили музыку и начали репетицию. Тренер стоял в стороне, наблюдая за ними, и поправлял их движения и эмоции, которые они, кажется, вообще не собирались показывать.

— Чимин, ты слишком сосредоточен, слышу скрежет твоих зубов! — заметил мужчина, — расслабься немного! — он перевёл взгляд на девушку и нахмурился, — Бона! Да оторви ты свой взгляд от пола! Ты танцуешь с партнёром, а не одна!

Бона неохотно подняла глаза, встретившись с пристальным взглядом Чимина. В его глазах она увидела не только упрёк, но и какую-то усталость. Ей вдруг стало стыдно за своё упрямство и нежелание идти на компромисс. Она знала, что он старается, как и она, но обида продолжала отравлять их танец.

Они сделали несколько попыток, но танец по-прежнему не складывался. Чувствовалось, как между ними стояла невидимая стена, мешающая им ощущать друг друга. И Чимин не выдержал.

— Знаешь, мне надоело! Давай просто прекратим всё это!

— Не говори глупостей. Мы слишком много в это вложили, чтобы сейчас сдаться, — не смотря на Пака, возмутилась Бона, пока хореограф внимательно следил за ними.

— Тогда посмотри на меня! — выпалил парень, дёрнув её за подбородок к себе, Бона вздрогнула от неожиданного прикосновения, — хотя бы раз! Танцуй со мной!

— Не понимаю, что с вами происходит, — произнёс тренер, подходя к ребятам, — на танцполе от вас веет страстью, вы просто разжигаете огонь. Между вами химия. Почему на репетициях так всё тяжело?

— На танцполе может и химия, но в жизни — сплошной яд, — съязвил Пак.

— Давайте продолжим завтра, — блондинка обратилась к хореографу, игнорируя присутствие партнёра, — я устала... У меня нет сил ни на танец, ни на эмоции...

— Ладно... — сдался мужчина.

Не желая больше ничего слушать, девушка отошла к лавке, где лежали её вещи. Тренер похлопал Чимина по плечу, заметив, как тот смотрел на Бону испепеляющим взглядом, что молнии из глаз летели в её сторону.

— Не злись, — тихо проговорил хореограф, — завтра продолжим с новыми силами.

Мотнув головой, мужчина покинул зал. Бона вызвала такси, взяла толстовку и хотела пойти в раздевалку, но на её пути появился Чимин.

— Бежишь?

— Это ты вечно бегаешь от сложностей, — огрызнулась блондинка, — критикуешь, срываешь репетиции и думаешь, чтобы это всё быстрее закончилось.

— Да, я хочу, чтобы это уже закончилось! Потому что мне это всё осточертело! Ссоры, твои ошибки. Удивлён, что мы вообще дошли до финала! — кричал Чимин, его голос звучал чуть грубее, чем он намеревался.

— Тогда почему ты до сих пор здесь?

— Я обещал дойти до конца. После финала наши пути разойдутся. Я перестану срываться на тебе и мои нервы будут целы.

Бона усмехнулась, но в глубине души почувствовала укол обиды. Его слова звучали, как приговор, словно она была бременем, от которого он жаждал избавиться.

— Ты здесь только потому, что обещал остаться до конца? — уже тише спросила Бона.

— Да... — не сразу ответил парень, — с деревянной куклой не просто танцевать, но я единственный, кто с этим справляется...

— Ты просто идиот, — прошептала Бона.

Она резко оттолкнула его в сторону и, не сказав больше ни слова, вышла из зала. Чимин остался стоять, наблюдая за её уходящей спиной. В его глазах отразилась борьба между сожалением и упрямством. Он знал, что перегнул палку, но не мог заставить себя побежать за ней и извиниться. Гордость, как всегда, брала верх.

Бона быстро переоделась, умылась, стараясь успокоиться. Злость и разочарование переполняли её. Она схватила сумку и вышла из раздевалки.

Чимин стоял в коридоре, облокотившись о стену. Он ждал Бону, хотя и убеждал себя в обратном. Увидев её, он хотел что-то сказать, но она прошла мимо, не удостоив его взглядом. Он последовал за ней, чувствуя себя полным дураком.

Остановившись у выхода из здания, Бона обернулась.

— Может действительно закончить это прямо сейчас? — спросила она твёрдым голосом, смотря прямо в глаза Чимину.

— Поздно, — ответил он, сунув руки в карманы спортивных брюк, — послезавтра уже финал. Нам нужно продержаться всего два дня.

Бона поджала губы, не зная, что ответить. Внутри неё боролись противоречивые чувства. С одной стороны, ей хотелось послать всё к чертям и уйти, хлопнув дверью. С другой — не хотелось расставаться с этим парнем, хоть и эгоистичным.

— Тогда танцуй, — бросила она, — танцуй так, будто это последний раз. А после финала забудем друг о друге.

Чимин кивнул, но ничего не ответил. Она вышла на улицу, вдыхая прохладный вечерний воздух, стараясь успокоить дрожь в теле. Чимин остался стоять в дверях, наблюдая за тем, как она садится в такси.

***

На следующий день они оба пришли на репетицию с решимостью довести дело до конца.

Когда заиграла музыка, Бона постаралась отбросить все негативные мысли и сосредоточиться на движениях. Чимин взял её за руку, и её тело невольно отреагировало на это прикосновение.

Она танцевала, отдаваясь движениям, ощущая его тепло и прикосновения. Бона смотрела в его глаза, видела в них своё отражение. Чимин больше не давил на неё, не критиковал. Он просто вёл её в танце. Двигаясь в такт музыке, они постепенно забывали о своих разногласиях и обидах.

Впервые за последние дни тренер увидел ту самую искру, которая делала их дуэт неповторимым. В этот момент он понял, что они смогут преодолеть все разногласия и достойно выступить в финале.

Глава 13

Тренировка прошла на удивление гладко. После репетиции они молча разошлись по раздевалкам, избегая зрительного контакта. Каждый из них понимал, что это лишь временное перемирие, заключённое ради общей цели.

— Удивлена, что сегодня вы не ссорились, — проговорила Сонён, стягивая с себя прилипший к телу топ.

— Чимин умеет молчать, — Бона распустила волосы, поворачиваясь к девушке, — но только из-за принципа. В тот раз он не разговаривал со мной несколько дней.

Блондинка чувствовала себя опустошённой. С одной стороны, она радовалась, что им удалось провести продуктивную репетицию. С другой — её грызла мысль о том, что после финала всё закончится.

— Что на счёт тебя, Бон? — поинтересовалась подруга, когда они остались в раздевалке одни.

— О чём ты?

— Я видела, как ты смотришь на Чимина, — загадочно промурлыкала Сонён, а после добавила, — особенно, когда он общается с другими девчонками.

Бона покраснела, отводя взгляд в сторону. Она не ожидала, что её чувства так очевидны.

— Ерунда какая, — пробормотала она, делая вид, что ищет что-то в своей сумке, — мы просто партнёры, и всё.

— Да-да, конечно, — усмехнулась Сонён, — теперь я поняла значение твоих слов о том, что ты не хочешь, чтобы Чимин уходил. Не обманывай себя, Бона. Ты влюбилась.

Бона вздохнула, понимая, что подруга права. Она пыталась отмахнуться от этой мысли, стараясь убедить себя, что это всего лишь симпатия, возникшая из-за близости и совместных тренировок. Но она действительно влюбилась в Чимина, несмотря на все его недостатки и их постоянные ссоры. Но признаться в этом было страшно, особенно зная, что после финала их пути разойдутся.

— Возможно... — тихо ответила блондинка, опускаясь на лавку, — но у нас с ним ничего не может быть... Мы слишком разные... У него толпы этих девчонок...

— Это да... — вздохнула Сонён, усаживаясь рядом, — Чимин — бабник. Девушки надолго в его постели не задерживаются...

— Вот именно, — согласилась Бона, — не хочу быть очередной его подстилкой...

Сонён обняла подругу за плечи, пытаясь её поддержать.

— Тогда забудь о Чимине и после финала отпусти его.

Блондинка кивнула, ничего не ответив. Сонён резко встала и также быстро надела футболку, вспомнив, что её ожидало такси. Попрощавшись с подругой и схватив сумку, она вылетела из раздевалки.

Бона осталась одна, погружённая в свои мысли. Слова Сонён заставили её задуматься о том, чего она на самом деле хочет. Она действительно влюбилась в Чимина. Что ей делать с этим чувством? Она не знала ответа на этот вопрос. Единственное, что она знала наверняка — это то, что после финала всё изменится.

Взяв себя в руки, девушка вышла из раздевалки. Ей нужно было сосредоточиться на финале, а не на своих чувствах. Но в коридоре её уже ждал человек, о котором она думала.

— Уже уходишь? — спросил Чимин, отстраняясь от стены.

— Репетиция закончена, — сухо ответила Бона.

Она прошла мимо парня, желая поскорее уйти отсюда. Но остановилась, когда партнёр задал ещё один вопрос.

— Может останешься?

Девушка обернулась, удивлённо взглянув на Чимина.

— Зачем?

— Порепетируем ещё, — ответил он, подходя к ней ближе.

Бона скептически приподняла бровь.

— Ты же сам сказал, что устал от меня и моих ошибок, — напомнила она.

— Передумал, — парень пожал плечами, а после добавил, — потанцуем для себя. Без тренера.

Бона колебалась. Часть её хотела убежать как можно дальше от Чимина и его придирок. Но другая, более сильная часть, жаждала провести с ним ещё немного времени, пусть даже и в танце.

— Хорошо, — сдалась она, — но только недолго. Завтра нужно подготовиться.

Девушка переодела туфли и они вернулись в зал, в котором горел приглушённый свет. Чимин включил музыку и, подойдя к партнёрше, взял её за руку, и блондинка снова ощутила это знакомое тепло. Бона почувствовала, как мурашки побежали по коже.

В этот раз не было напряжения и скованности. Они танцевали легко и непринуждённо, словно давние возлюбленные, нашедшие друг друга после долгой разлуки. Каждый жест, каждое движение были наполнены чувствами, которые они так долго скрывали. Бона позволила себе расслабиться и просто наслаждаться моментом. Она знала, что это может быть их последний танец вместе, поэтому старалась запомнить каждую деталь: его взгляд, его прикосновения, его запах.

Чимин чувствовал то же самое. Он больше не видел в Боне упрямую и неподатливую партнёршу. Он видел красивую и талантливую девушку, которая покорила его сердце. Он понял, что все его придирки и ссоры были лишь попыткой скрыть свои истинные чувства. Он боялся признаться себе в том, что влюбился в неё, потому что знал, что после финала всё закончится.

Они танцевали, позабыв обо всём на свете. В зале остались только они, музыка и танец. Чимин вел её уверенно, позволяя ей раскрыться в каждом движении.

Музыка стихла, но они продолжали стоять, обнявшись. Бона подняла голову и посмотрела в глаза Чимину. В его взгляде она увидела столько нежности и тепла, что её сердце забилось быстрее. В их глазах читалась вся гамма чувств, которые они так долго скрывали.

— Чимина~, — вдруг раздался женский голос.

Ребята резко повернули головы на дверь, в проёме которых стояла девушка. Увидев Ёнми, Бона быстро выпрыгнула из объятий парня.

— Зачем ты пришла? — нахмурился Чимин, не ожидав увидеть здесь подругу.

— Нам нужно поговорить, — уверенным голосом произнесла Ёнми.

— Я пойду, — тихо сказала Бона, направляясь к выходу.

— Погоди, — парень попытался её остановить, но блондинка лишь ускорила шаг, скрывшись за дверью.

***

— Я не знаю, что делать... — Чимин откинулся назад, закинув голову на спинку дивана, — Ёнми будто не понимает моих слов.

— А я тебе говорил, что она стерва, — Тэхён глотнул пива, отставив банку на столик, — ещё тогда, когда ты полез ей под юбку.

— Я ей сразу дал понять, что за пределы спальни наши отношения не выйдут. Уже неделю игнорирую её звонки и сообщения после её визита на конкурсе. А она припёрлась на репетицию...

— Может, стоит поговорить с ней по-мужски? — предложил друг, — объяснить, что между вами ничего не может быть.

— Я пытался, — вздохнул парень, — но она не слушает.

— Я, конечно, её предупреждал, что ты используешь девчонок всего лишь на одну ночь. Но, похоже, Ёнми задержалась в твоей постели.

— Так получилось... — пробормотал Пак, прикрыв глаза.

— Тебе нужно быть настойчивее, — посоветовал Тэхён, — дай ей понять, что с Боной у тебя нечто большее, чем просто танцы.

— Боной? — удивился Чимин, резко распахнув глаза и оторвавшись от дивана, — с чего ты взял?

— Да ладно тебе... — Ким закатил глаза, — ты мне все уши прожужжал про неё. Ваша ненависть друг к другу уже давно переросла во что-то большее.

Чимин промолчал, обдумывая слова друга. Он и сам чувствовал, что между ним и Боной происходит что-то. Ведь он всегда избегал серьёзных отношений, предпочитая лёгкие интрижки без обязательств.

— После финала всё закончится, — тихо сказал Пак, — она сама так сказала.

— А ты хочешь уйти? — Тэхён посмотрел на друга с укором.

Тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь тихим шипением открываемой банки пива. Чимин чувствовал, как в груди нарастает тревога. Уйти? Легко сказать. Но как забыть эти глаза, эту внезапно возникшую гармонию в танце? Он представил, как после турнира Бона исчезнет из его жизни, и по телу пробежала неприятная дрожь.

Тэхён, наблюдая за смятением друга, решил сменить тему. Он знал Чимина как облупленного и понимал, что сейчас лучше не давить.

— Ладно, мачо, давай по последней банке пива, — предложил он, прибавляя на телевизоре звук, — завтра у тебя финал. Ты должен быть в форме.

Чимин кивнул, благодарный за понимание. Он попытался сосредоточиться на сюжете фильма, но мысли снова и снова возвращались к Боне. Он понимал, что стоит на пороге чего-то важного, и этот турнир может изменить его жизнь навсегда. Но в какую сторону? Этого он пока не знал.

***

Ночью Бона не могла уснуть. В голове крутились обрывки разговоров, моменты из танца, взгляд Чимина. Она ворочалась в постели, пытаясь выбросить его из головы, но все попытки были тщетны.

Слова Сонён не выходили у неё из головы. Бона и правда боялась потерять Чимина. Боялась потерять его язвительные замечания, его упрямство, его талант, его прикосновения. Боялась потерять ту искру, которая вспыхивала между ними на танцполе, несмотря на все ссоры и разногласия.

После ухода Тэхёна, Чимин рухнул на кровать, но сна не было. Слова друга эхом отдавались в его голове. Он вспоминал совместные репетиции с Боной, её взгляд, её неуклюжесть. Вспоминал и их ссоры, взаимные упрёки и обиды. Но, несмотря на всё это, он чувствовал, что между ними есть что-то. Что-то, что нельзя просто так взять и отбросить.

Глава 14

Наступил день финала.

Бона подъехала к зданию, где должен был начаться турнир. Она расплатилась с водителем, но замерла, увидев через лобовое стекло Чимина.

Парень вышел из машины и остановился, будто кого-то ждал. Из водительского места вылезла девушка в серых брюках-клёш и белой блузке. Она поправила причёску и, обойдя автомобиль спереди, подошла к Паку. Она что-то говорила ему, а после обняла и поцеловала в щёку. И это была совсем не Ёнми, а какая-то другая девушка, на вид старше Чимина.

Бона почувствовала, как в груди всё сжалось от боли.

"Вот он какой, этот Чимин. Вчера одна, сегодня другая" — подумала она с горькой усмешкой.

Сонён была права, он не задерживается с девушками надолго.

Выдохнув, она открыла дверь машины и направилась ко входу, стараясь не смотреть в сторону Чимина.

Внутри царила атмосфера напряжения и волнения. Участники разминались, тренеры давали последние наставления, а первые зрители занимали свои места. Бона прошла в раздевалку, где её уже ждала Сонён. Подруга, заметив её состояние, обеспокоенно спросила:

— Что случилось? Ты вся бледная.

Бона, стараясь скрыть свои чувства, лишь отмахнулась:

— Всё в порядке, просто немного волнуюсь.

— Всё будет хорошо, — сказала подруга, обнимая её, — просто покажи им, на что ты способна.

Бона кивнула, стараясь не думать о Чимине и его поклонницах. Она поняла, что должна сосредоточиться на танцах и забыть о своих чувствах, если хочет достойно выступить и попрощаться с этим этапом своей жизни.

Переодевшись в первое платье, блондинка села перед зеркалом и уткнулась в телефон, пока стилист занялся её причёской.

Краем глаза она заметила, как рядом приземлился Чимин, к которому тут же подошёл другой стилист, начиная расчёсывать его волосы. Бона повернула голову и поймала на себе его взгляд, но сразу же отвернулась.

— Нам надо поговорить, — сказал Чимин, — после выступления.

— Я не могу, — отрезала блондинка, даже не взглянув на партнёра.

— Почему?

— Иду на свидание, — солгала она, мысленно ударив себя по лбу, потому что ляпнула первое, что пришло в голову.

И почему именно это?

Чимин нахмурился, но ничего не ответил.

Оставшееся время до выхода прошло в тягостном молчании. Они избегали смотреть друг на друга, погруженные в свои мысли и переживания. Напряжение в раздевалке сгущалось с каждой минутой. Тренер давал последние наставления, но ребята проносили мимо ушей, думая совсем о другом.

Наконец, объявили начало турнира. Они встали в исходную позицию, готовясь выйти на паркет. В этот момент Бона почувствовала горячую ладонь Чимина на своей талии. Парень встал рядом и, слегка улыбнувшись, протянул ей руку.

— Танцуй, как в последний раз, — тихо проговорил он.

Бона вложила в его ладонь свою и почувствовала уверенную руку Чимина, поддерживающую её.

Глубоко вдохнув и натянув улыбку, она вышла на паркет вместе с партнёром.

Музыка заиграла, и они начали танцевать. На паркете они забыли обо всём. Обида, ревность, невысказанные чувства — всё осталось за пределами танца. Бона полностью отдалась музыке и движениям, чувствуя поддержку и уверенность партнёра. Его прикосновения были точными и нежными. Она ощутила, как страх и волнение отступали, уступая место азарту и желанию показать всё, на что они способны. Бона отдала всю себя, не думая о последствиях. Она просто танцевала с Чимином, наслаждаясь каждым мгновением.

Страсть и энергия, которую они вкладывали в каждом следующем танце, передавались зрителям, вызывая бурю эмоций.

Вот только другим конкурсантам эта слишком влюблённая парочка, что привлекала внимание всех жюри и зрителей, была не по нраву.

Когда они танцевали румбу, одна пара подошла к Боне слишком близко, и девушка хотела пихнуть её локтем в спину, чтобы та сбилась с ритма. Это заметил Чимин, он обнял партнёршу, прикрыв её спину своей рукой, прижал к себе, тем самым уводя от удара.

Это действие было не по хореографии, поэтому Бона подняла голову и непонимающе посмотрела на парня. Его недовольный взгляд был направлен на пару, что танцевала за её спиной. Чимин поменялся местами с партнёршей и в танце увёл её в другое место.

Перед последним выступлением, девушки ушли, чтобы переодеться. Пак нашёл среди конкурсантов парня, который был в паре с девчонкой, что хотела ударить Бону. Он засунул руки в карманы брюк и твёрдой походкой подошёл к нему.

— Слушай меня внимательно, — прошипел Чимин, приблизившись к самому уху соперника, — ещё раз увижу вас рядом с нами, я тебе ноги переломаю. Понял?

Парень побледнел и испуганно кивнул. Пак усмехнулся и, хлопнув его по плечу, вернулся к себе.

Все пары вышли на паркет, занимая свои места, но Боны всё не было.

— Да где она? — нервничал Чимин, то и дело оборачиваясь в сторону коридора.

— Сейчас вернётся, — тренер пытался его успокоить, хоть и сам был на взводе.

— Нам могут снизить оце...

Пак очередной раз обернулся, но тут же замолчал, увидев Бону, идущую к нему уверенной походкой. Верх её чёрного платья был весь в сетку, прикрывая даже пальцы рук. На юбке разлетались перья, пришитые к подолу.

Они заняли позицию на паркете среди других пар, и первые аккорды музыки заполнили зал. Но Чимин стоял на месте, держа Бону за руку. Смотрел, как та начала танцевать, но он не мог отвести от неё глаз, забыв все движения.

Заметив это, она приблизилась к нему в плотную, положив ладони на его талию.

— Ты чего? — тихо спросила блондинка, улыбнувшись ему.

Чимин опомнился и, дёрнув головой, присоединился к ней. Их танец был полон страсти и нежности. Бона словно парила в его объятиях, а он вёл её уверенно и бережно. Она ловила каждый его взгляд, чувствовала каждое движение, каждый его вздох. Они танцевали, как будто в последний раз, вкладывая всю душу в этот танец.

Когда музыка стихла, зал взорвался аплодисментами. Поклонившись жюри и зрителям, танцоры ушли с паркета, чтобы дать жюри время на раздумья.

Через какое-то время на паркет пригласили три пары, которых будут награждать. Среди них были Бона и Чимин.

После недолгой речи, жюри перешли в объявлению результатов. Когда объявляли третье место, Пак взял партнёршу за руку, переплетая их пальцы. Бона нервно смотрела на жюри, боясь взглянуть на Чимина, только чувствовала, как парень сжимал её ладонь.

Пара, занявшее третье место ушла на награждение под бурные аплодисменты.

Через пару минут объявили пару, занявшую второе место. Парень с девушкой, стоявшие возле Боны пошли на награждение, а Чимин вдруг обнял партнёршу, осознав, что они всё же выиграли. Блондинка не ожидала такой реакции от парня. Она неуверенно обняла его в ответ, чувствуя, как бешено колотится его сердце.

Бона и Чимин победили в этом турнире. Награждение прошло как в тумане. Бона смущенно улыбалась, принимая поздравления и не отрывая взгляда от партнёра. Они стояли на пьедестале, держа в руках кубок победителей.

Зайдя за кулисы, их тут же окружили репортёры, начиная заваливать вопросами об их ощутимой страсти на паркете.

— Раскройте нам секрет, как вам удаётся показывать такие настоящие эмоции? Вы просто разжигаете огонь на танцполе!

— Это всё добивается, благодаря усердным тренировкам, — Чимин уверенно взял инициативу на себя, — по́том, кровью и слезами.

Мужчины замолчали, переглянувшись между собой.

— На счёт крови Чимин пошутил, — Бона решила смягчить обстановку, дружелюбно улыбнувшись.

Вмешался тренер, вежливо прервав поток вопросов и уводя ребят в раздевалку. Там они наконец-то смогли выдохнуть и перевести дух.

— Ну что, чемпионы, — улыбнулся мужчина, — вы заслужили отдых. Нам нужно отметить победу! Предлагаю собраться через полтора часа в баре. Как раз успеете привести себя в повседневный вид.

Все восторженно согласились и быстро начали упаковывать костюмы и всю косметику для лица и волос. Бона с Чимином молча переглянулись. Оба подошли к зеркалу, вот только Пак взял свой мобильный, на который пришло сообщение, а блондинка — чтобы посмотреть на свой макияж.

— Чёрт... — выругнулся он, прочитав его.

Парень положил смартфон на трельяж, начав закидывать одежду в сумку. Бона опустила взгляд в его телефон, который он не заблокировал, там было открыто то самое сообщение, присланное Ёнми.

"Я жду тебя на улице" — пробежалась она по тексту.

— Твоя "не девушка" отпустит тебя отпраздновать победу? — спросила Бона, сделав акцент на частице "не".

— А что? — Пак схватил мобильный и с подозрение взглянул на блондинку, — у тебя же всё равно свидание.

— Ничего... — пролепетала Бона, накидывая джинсовку на платье, в котором она выступала.

Девушка желала побыстрее покинуть это место, оставив всё позади. Чимин хотел уйти после турнира. Тогда пусть катится на все четыре стороны. Она поняла, что должна отпустить его и двигаться дальше. Он сделал свой выбор.

— Прощай, Чимин...

Бона вышла из раздевалки, стараясь не смотреть на парня. Она чувствовала его взгляд на своей спине, но не оборачивалась. Ей было больно и обидно, но она не хотела показывать ему свои чувства.

Выйдя на улицу, она остановилась и глубоко вздохнула.

— Всё кончено, — произнесла Бона, спускаясь по ступенькам к подъехавшему такси.

Глава 15

Бона вернулась домой опустошённой и разбитой. Там её ждала пустая квартира и тишина, давящая на плечи.

Она машинально разделась, бросив платье на пол, и прошла в ванную. Долго стояла под горячим душем, пытаясь смыть с себя не только грим и лак для волос, но и воспоминания о Чимине. Вода стекала по телу, смешиваясь со слезами, которые она больше не могла сдерживать.

Выйдя из душа, Бона надела футболку и шорты, заварила себе чай и уселась на диван. Включила телевизор, но ни одна передача не могла отвлечь её от мыслей. Образ Чимина стоял перед глазами, словно заноза в сердце, а в голове вертелось только одно:

"Прощай, Чимин..."

Но неожиданно её смартфон начал трезвонить. Увидев имя подруги, блондинка с неохотой ответила на звонок.

— Что случилось, Сонён?

— Бон, ты так быстро испарилась...

— Прости, — перебила её Бона, — хотела побыстрее оттуда уйти.

— Ты же приедешь в бар? Нужно отпраздновать вашу победу.

— Я не хочу...

— Что за хандра, детка? — Сонён не сдавалась, пытаясь вытащить подругу развеяться, — вы столько работали, чтобы выиграть этот турнир. Тебе нужен отдых.

— Именно, отдых. Что я и делаю сейчас, — произнесла блондинка, закидывая голову на спинку дивана.

— Не одиночество, Бон, — уточнила девушка, — а веселье. Выпивка, танцы и общение. Тебе просто необходимо расслабиться. Твои нервы на пределе после турнира. Их нужно растрясти и выплеснуть. Это ваша победа. Твоя победа.

— Я не могу вот так завалиться в бар, Сонён.

— Это почему?

— Я сказала Чимину, что иду на свидание.

— Тоже мне причина, — усмехнулась подруга, — скажи, что на свидании было скучно, а парень оказался занудой.

— Звучит правдоподобно, — вздохнула Бона, — но мне всё равно не хочется никого видеть.

— Ладно, как знаешь, — грустно протянула Сонён, — мы будем скучать. Если передумаешь, звони.

Бона отключилась, откидывая телефон, и прикрыла глаза. Подруга права, ей нужно было развеяться. Но мысль о том, что в баре будет Чимин, отбивала всякое желание куда-либо идти. Блондинка встала с дивана и подошла к окну. На улице стемнело, зажглись фонари, и город начинал жить своей ночной жизнью.

Блондинка вернулась к телефону и отправила сообщение Сонён:

"Буду через час"

Она быстро нанесла лёгкий макияж, надела короткое чёрное платье и кожаную куртку. Выйдя из квартиры, она почувствовала прилив сил и решимости. Она докажет Чимину, что может быть счастлива и без него.

Когда Бона вошла в бар, музыка гремела на полную мощность, а в воздухе витал запах алкоголя и сигарет. Царила атмосфера праздника. Громкая музыка, смех и звон бокалов смешивались в один гул. Сонён тут же подбежала к ней и обняла. Она подвела её к столику, где уже сидели остальные участники команды. Все были рады видеть победительницу и принялись поздравлять её с победой.

Бона старалась улыбаться и поддерживать разговор, но её взгляд то и дело искал Чимина в толпе. Его нигде не было видно.

"Значит, он сейчас с ней", — подумала девушка, и в груди снова защемило от боли.

Она выпила несколько коктейлей, пытаясь заглушить тоску и разочарование.

Вскоре Бона почувствовала себя немного расслабленнее и даже начала получать удовольствие от вечера. Она танцевала с друзьями, смеялась над шутками и старалась не думать о Чимине, но кто-то из ребят почему-то решил поговорить именно о нём, а точнее о девушке, которая была с ним утром.

— Кто-то знает, как зовут девушку, которая привезла Чимина утром? Я бы попытался её закадрить.

— Тебе с ней ничего не светит, — посмеялся другой парень.

— Это почему?

— Потому, что она замужем, — последовал ответ.

— Тогда почему она привезла Чимина? — следующий вопрос задала Бона, так как тема была ей слишком интересной.

— Так это его сестра, — уточнил парень, грызя жареную куриную ножку.

Бона почувствовала, как кровь прилила к щекам. Она осоловело посмотрела на парня, не веря своим ушам.

— Ты уверен? — прошептала она, надеясь, что это правда.

— Абсолютно. Они очень похожи.

— Сестра... — пробормотала Бона, — я думала, что это его очередная девушка...

— Чимин, конечно, любит флиртовать с девчонками, — решил объяснить парнишка, — но спит не со всеми.

— Давайте, не будем трогать интимную жизнь Чимина, — слово вставил тренер, — это его дело.

— Странно, что Чимин не пришёл, — сказала одна из девушек.

— Это неуважение с его стороны, в первую очередь к вам, — произнёс парень, указав на хореографа.

— Я не в обиде на него, — отмахнулся тренер, — он хотел уйти после финала. Я не стал его держать и переубеждать.

— А я в обиде! — резко высказалась Бона, чей язык развязался благодаря алкоголю, — мы столько пережили вместе. Дошли до финала сквозь ссоры и непонимание. Репетировали до изнеможения. Выиграли этот чёртов финал! А этот павлин даже не соизволил прийти, чтобы отметить грёбаную победу!

— А ты выскажи ему это в лицо, — вдруг предложил кто-то из ребят.

— Высказала бы, — Бона отобрала у подруги её коктейль и опустошила, смочив горло, — если бы он был тут.

— Так найди его и выскажи ему всё, что ты думаешь о нём.

Бона не поняла, кто именно ей это сказал, но она и правда хотела выплеснуть ему в лицо всё, что накопилось внутри неё.

Блондинка решительно встала из-за стола.

— Я так и сделаю! — объявила она, направляясь к выходу.

Сонён попыталась остановить её, но Бона была настроена серьёзно. Она вызвала такси и назвала адрес Чимина. Ей было плевать, что сейчас два часа ночи, и он, возможно, спит. Он должен был выслушать её.

Всю дорогу она лихорадочно обдумывала, что скажет ему, как выскажет все свои обиды и разочарования.

Когда такси остановилось у подъезда его дома, Бона вышла из машины, глубоко вдохнула и подняла голову, ища окна его квартиры. Найдя их, она заметила свет. Значит, Чимин ещё не спал.

Бона достала телефон и набрала его номер. Гудки шли один за другим, но он не отвечал.

— Возьми трубку... — процедила девушка сквозь зубы.

Бона набрала номер ещё раз. На этот раз Чимин взял трубку.

— Чимин, — слегка пьяно произнесла она его имя, — ты дома? Мне нужно с тобой поговорить.

— Сейчас не время, — ответил он хриплым голосом, — я занят.

— Ты с ней? — спросила блондинка чуть тише, — с Ёнми?

— Какая тебе разница, с кем я? — раздражённо прорычал Чимин.

— Просто скажи, что ты дома и ты не с ней...

В трубке повисла тишина. Бона чувствовала, как к горлу подступал комок обиды.

— Пожалуйста, Чимин...

Блондинка хотела верить, что Чимин дома один, потому что при его девушке разговаривать с ним было бы бессмысленно.

— Я дома и... Ёнми здесь нет. Но...

Этого ответа ей было достаточно. Не дослушав парня, Бона скинула вызов и решительно направилась к двери. Она поднялась на нужный этаж и позвонила в звонок.

Дверь открылась, и на пороге появился Чимин.

— Како́го...

Не дождавшись приглашения, девушка оттолкнула парня и зашла в квартиру, но остановилась в коридоре, чтобы не вести беседу на лестничной площадке. Она выдохнула с облегчением, не учуяв запах женских духов, значит Пак не солгал. Ёнми в его квартире не было.

— Что тебе нужно? — поинтересовался Чимин, перегораживая путь в комнату.

Он был удивлён увидеть Бону, но прежде, чем он успел ещё что-то сказать, она выпалила:

— Я хочу знать, почему ты не пришёл! Почему не отпраздновал с нами победу?

— Я устал. И вообще, я не обязан перед тобой отчитываться.

— Да, ты прав, не обязан, — голос блондинки дрогнул, — но ты мог хотя бы позвонить и сказать, что не придёшь. Мы ведь команда, Чимин! Тебя все ждали!

— Мы были командой! — парировал Пак, жестикулируя руками, — турнир закончился! А это значит, что мы больше никто друг для друга! Наши пути разошлись! Всё кончено!

— Ты трус, Чимин! — Бона уже перешла на крик, срывая голос, — ты сбежал, даже не попрощавшись!

Чимин молча смотрел на неё, а Бона продолжала:

— Ты повёл себя как последняя сволочь! Мы выиграли этот турнир, а ты даже не явился на празднование! Тебе наплевать на меня, на тренера, на наши тренировки, на нашу победу, и на всё, что между нами было!

— Что между нами было? — парень также повысил голос, — ты о чём? О постоянных ссорах и взаимных упрёках? Спасибо, мне хватило это с головой!

— Значит, всё это ничего для тебя не значит? — прошептала Бона, чувствуя, как в глазах собирались слёзы.

Она ненавидела его за то, что он так легко перечеркнул всё, что они пережили вместе. Блондинка хотела уйти, хлопнув дверью, но её ноги словно приросли к полу. Ей нужно было услышать от него хоть что-то, что дало бы ей надежду. Хоть маленький шанс на то, что он не так уж и безразличен к ней.

— Знала бы ты, как мне надоело... — начал Чимин, но не успел договорить.

Бона не выдержала и залепила ему звонкую пощёчину. Ей было плевать на то, что он сейчас скажет. Она просто хотела, чтобы он почувствовал хоть немного той боли, которую испытывала она.

— Я думала, мы команда, но ты оказался эгоистом, который думает только о себе...

Глава 16

Боне было стыдно за свою импульсивность, но в то же время она не жалела о содеянном. Ей казалось, что пощёчина была единственным способом достучаться до его сердца, разбудить хоть какие-то чувства.

Щека Чимина начала гореть от удара. Он коснулся её пальцами и посмотрел на Бону с грустью. В его глазах больше не было ни злости, ни раздражения, только какая-то усталость и безысходность.

Пак смотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом. В его глазах вдруг мелькнуло что-то похожее на сожаление, но он тут же отвёл взгляд.

— Уходи, Бона... — тихо произнёс он, впервые назвав партнёршу по имени, — уходи, пока я не наговорил тебе лишнего...

Девушка осознала, что выставила себя полной дурой. Приехала к нему посреди ночи, на пьяную голову высказала ему всё, что накипело, выставив напоказ свои чувства. А он, как всегда, стоял и смотрел на неё свысока, как на пустое место.

Бона стояла, не двигаясь, словно оглушённая. Ей казалось, что она оглохла. Она ожидала всего, но не такого холодного отчуждения. Она хотела услышать оправдания, объяснения, что угодно, но не равнодушное «уходи».

Слёзы всё-таки покатились по её щекам, обжигая кожу. Она развернулась и, не проронив ни слова, вышла из квартиры, хлопнув дверью так сильно, что содрогнулись стены.

Тяжело вздохнув, Чимин посмотрел в зеркало на своё отражение и видел лишь жалкого, гордого мальчишку, который боялся признать собственные чувства. Он вспомнил, как много раз подавлял желания, как прятал эмоции за маской безразличия, когда находился рядом с Боной.

Вдруг со стороны гостиной раздались шаги, но тут же остановились, когда Пак быстро произнёс:

— Ничего не говори. Сам знаю, что — идиот...

— Ты полный идиот, Чимин.

Пак знал, что поступил неправильно, что обидел Бону. Но он не мог иначе. Страх показать свою уязвимость парализовали его. Он боялся, что если откроется, то Бона увидит его настоящего, со всеми его слабостями и недостатками. Но страх, что он только что совершил самую большую ошибку в своей жизни, и что потерял Бону навсегда, оказался сильнее.

Даже не обувшись, Чимин открыл дверь и сделал шаг за пределы квартиры. Но замер, увидев блондинку. Бона сидела на ступеньках, обхватив колени руками, и тихо всхлипывала. Её плечи дрожали. Услышав, как позади неё дверь распахнулась, она поднялась на ноги и обернулась.

— Ещё не все гадости мне сказал? — спросила она, вытирая щёки от слёз, — хотел что-то добавить?

Чимин молчал. Он не знал, что ответить. Как объяснить ей свой страх, свою неуверенность? Как признаться, что она значит для него больше, чем он готов был допустить?

— Забыл, что хотел сказать?! — рыкнула девушка, чувствуя, как закипало её нутро от злости.

— Да, я не договорил, — наконец заговорил парень, — ты прервала меня на моменте, когда я хотел сказать, как мне надоело...

— Я поняла уже! — перебила его Бона, подойдя к нему ближе, — тебе надоели наши ссоры, наши претензии друг к другу!

— Ты снова меня перебиваешь...

— Что ты можешь добавить? — блондинка приблизилась к Паку совсем близко и заглянула в его глаза, — скажи, что я надоела тебе! Что тебе осточертело моё присутствие! Я и так это знаю...

Но Бона не успела договорить, потому что Чимин схватил её за шею и, притянув к себе, впился в губы страстным поцелуем.

Поцелуй был грубым, отчаянным, словно Чимин пытался выплеснуть через него все свои невысказанные чувства.

Парень отстранился, тяжело дыша, видел, как Бона смотрела на него, словно не поняла, что произошло.

— Мне надоело... — начал он шёпотом, не выпуская девушку из своих рук, — что ты постоянно меня перебиваешь... Надоело... скрывать свои чувства к тебе. Как я боюсь потерять тебя. Боюсь, что ты увидишь меня настоящего и разочаруешься. И я не хочу, чтобы ты уходила...

— Ты эгоист, Чимин... — прошептала Бона, заметив, как он смотрел на неё с мольбой в глазах, словно просил прощения за всё, что наговорил.

— Я знаю... — Пак приложил свои ладони к её щекам, — прости меня...

Он чувствовал, как комок подступил к горлу. Это были первые слова искреннего сожаления, которые он произнёс.

Блондинка кивнула, и Чимин поцеловал снова. Бона сначала опешила, но потом ответила на поцелуй, позволяя ему увлечь себя. Она чувствовала вкус его губ, солёный привкус слёз. Этот поцелуй был для неё словно глоток воздуха после долгого пребывания под водой.

Поцелуй всё набирал обороты, задурманив обоим голову. Бона сделала напор и они оказались в коридоре.

Пак стянул с девушки кожаную куртку и прижал Бону к стене, углубляя поцелуй, чувствовал, как она отвечала ему с той же страстью. Руки его блуждали по её спине, спускаясь к талии, а её пальцы зарылись в его волосах.

Они жадно глотали воздух, прерываясь лишь на мгновение, чтобы снова соединить губы в новом, ещё более голодном поцелуе. Бона чувствовала, как все её тело горело, а разум отключался, оставляя лишь желание быть ближе к нему.

Она отпихнула от себя парня, поддалась вперёд и снова впилась в его губы, делая шаг в неизвестном направлении. Не отрываясь, они шли куда-то, пока не оказались посередине гостиной, не замечая чужую фигуру. Они с жадностью ловили губы друг друга, чтобы насытиться ими в полной мере.

Боковым зрением Чимин заметил, как Тэхён встал с дивана. Ким наклонил голову в бок, заинтересованно разглядывая целующуюся пару. Пак махнул ему, чтобы тот ушёл. Поняв намёк, друг взял банку пива и, отсалютовав в сторону Чимина и Боны, тихо покинул квартиру, также бесшумно захлопнув за собой дверь.

Пак подхватил блондинку на руки и, не прерывая поцелуя, направился в спальню. Сняв с девушки платье, он положил её на кровать и навис сверху, не давая Боне возможности перевести дыхание. Его губы переместились на её шею, оставляя лёгкие поцелуи, от которых по телу девушки побежали мурашки. Она запустила пальцы в его волосы, слегка оттягивая их, и запрокинула голову, позволяя ему делать с собой всё, что он пожелает.

Чимин начал медленно спускаться поцелуями ниже, к её животу. Бона вздрогнула от его прикосновений. Он целовал каждый сантиметр её тела. Она почувствовала, как его пальцы скользнули под её нижнее бельё. Девушка приподняла бёдра, помогая ему снять ненужную вещь.

Она издала тихий стон от удовольствия, когда Чимин добрался до её бёдер. Бона выгибалась, отдаваясь во власть его прикосновений. Она никогда не испытывала ничего подобного.

Отстранившись от блондинки, парень снял с себя футболку со штанами и бросил их на пол. Бона провела рукой по его груди, спускаясь к прессу и ощущая сильные мышцы под кожей.

Чимин переместился к ней ближе и опёрся на локоть, чтобы лучше видеть её. Он снова опустился к её губам, и этот поцелуй был полон нежности, не свойственной этому парню.

Её пальцы перебирали его волосы, чувствуя их шелковистость. Каждый вдох, каждый выдох был пропитан желанием, каждая клеточка тела горела. Он двигался мучительно медленно, давая ей время насладиться каждым прикосновением, каждым ощущением.

Бона обвила его шею руками, притягивая его ещё ближе.

— Покажи мне свою страсть, Пак Чимин... — прошептала блондинка, не в силах выровнять дыхание.

Парень хитро улыбнулся и выпрямился, закидывая её ноги на свои бёдра. Он начал двигаться быстрее, с силой сжимая тонкую талию.

Предчувствуя близкий финал, парень снова наклонился и припал к её губам. Их поцелуй стал более безумным, в нём ощущалась вся та страсть, которую они испытывали друг к другу.

Они стали одним целым, их тела двигались в унисон, их дыхание сливалось воедино. Каждый толчок был наполнен страстью и нежностью. Бона чувствовала, как её переполняла волна блаженства, и она издала громкий стон. Чимин ответил ей таким же стоном, и их оргазм был взрывным, ошеломляющим.

Они долго лежали в объятиях друг друга, наслаждаясь тишиной и близостью. Парень приподнялся и посмотрел на неё с нежностью. Он провёл пальцем по её щеке, убирая прядь светлых волос.

— Ты прекрасна, — прошептал Чимин, и эти слова были самым искренним признанием в любви.

Кто сказал, что огонь и вода не смогут сблизиться? Огонь страсти, пылающий в одном человеке, может быть смягчён и направлен мудростью и спокойствием другого, подобно воде, усмиряющей пламя.

Глава 17

Утром Бона проснулась одна в постели и с головной болью после вчерашнего выпитого алкоголя. Она повернулась на бок, но Чимина рядом не оказалось.

Девушка села в кровати, оглядываясь по сторонам. В комнате было тихо и спокойно, солнечные лучи проникали сквозь неплотно задёрнутые шторы, окрашивая всё вокруг в мягкие золотистые тона. Девушка надела своё платье, что висело на спинке кресла, и вышла из спальни в поисках Чимина.

На кухне она обнаружила хозяина квартиры, который стоял у окна и что-то печатал в телефоне. Увидев Бону, он улыбнулся и заблокировал смартфон.

— Доброе утро, соня, — сказал он, поворачиваясь к ней, — как спалось? Я приготовил завтрак.

Бона подошла к нему и обняла, прижавшись щекой к его груди.

— Доброе... — прошептала она, — спасибо...

Чимин в ответ заключил её в свои тёплые объятия, коснувшись губами светлой макушки. Они долго стояли так, молча, словно боясь нарушить хрупкое равновесие, которое им удалось обрести. Впервые за всё их знакомство, они не ссорились и не выясняли отношения. Они просто были вместе, наслаждаясь присутствием друг друга. Вчерашняя ссора казалась далёким сном. Блондинке было тепло и хорошо от осознания того, что Чимин всё-таки признал свои чувства.

Бона оторвалась от него и села за стол, с удовольствием вдыхая аромат свежезаваренного кофе. Чимин поставил перед ней тарелку с яичницей.

— Тебе нужно подкрепиться, — заботливо произнёс он, — после вызову тебе такси.

Блондинка удивлённо взглянула на парня, нахмурив брови. Ей не хотелось, чтобы этот момент заканчивался. Она чувствовала, как между ними зарождалось что-то новое, и ей хотелось продлить это ощущение.

Чимин присел напротив, положив телефон на стол, и посмотрел девушке в глаза.

— Мне нужно решить кое-какие дела, — он взял её руку и нежно поцеловал кончики пальцев, — а тебе отдохнуть и прийти в себя. Вчера ты немного перебрала.

Бона кивнула, понимая, что он прав. Ей действительно нужно время, чтобы всё обдумать и осознать. Слишком много всего произошло за последние дни.

— Хорошо... — тихо проговорила Бона, глотнув крепкий кофе.

— Схожу в душ, — Пак поднялся с места и, поцеловав блондинку в висок, ушёл в ванную комнату.

Она начала есть, наслаждаясь вкусом яичницы, но замерла, когда на мобильный парня пришло сообщение. Любопытство быстро взяло верх, потому что в следующее мгновение Бона уже подвинула смартфон и прочитала высветившееся на экране сообщение, которое пришло от Ёнми.

"Ты игнорировал меня со вчерашнего вечера, а теперь хочешь встретиться? Скучно стало?"

Сердце Боны пропустило удар.

"Ёнми? Что ему нужно от неё?" — подумала она.

В голове моментально вспыхнули картины вчерашней ссоры, его признания и поцелуи. Неужели всё это было ложью? Или же он просто пытался её успокоить, чтобы она не устроила скандал?

Блондинка вздрогнула, когда на телефон, что она держала в руках, пришло следующее сообщение, а затем и ещё одно.

"Извини, милый, я вспылила. Приеду через час"

"И надену твоё любимое бельё"

Бона судорожно пыталась подавить ревность, кипевшую внутри. Она знала, что не должна поддаваться импульсу и читать чужие сообщения, поэтому быстро вернула телефон на место.

Но в груди разлилась обжигающая волна гнева и разочарования. Все приятные ощущения, нежность и хрупкое равновесие, установившееся между ней и Чимином, рассыпались в прах, как карточный домик. Слова Ёнми звучали как приговор. Неужели Бона настолько наивна, что поверила в его искренность?

Она вскочила из-за стола, готовая сорваться и высказать ему всё, что думает. Но внезапно остановилась. Что она скажет? Как объяснит, что читала его личные сообщения? Блондинка понимала, что это неправильно. Сейчас она оказалась в западне собственной слабости.

Не дождавшись Чимина, Бона решила покинуть квартиру. Положив резинку на тумбочку, она хотела собрать хвост, но услышав, как вода в ванной комнате перестала литься, девушка схватила свою кожанку и, стараясь не шуметь, открыла дверь.

Выскочив из квартиры, блондинка быстро спустилась по лестнице и выбежала на улицу. Ей нужно было побыть одной, разобраться в своих чувствах. Она не могла сейчас оставаться рядом с Чимином, притворяясь, что ничего не произошло.

Бона поймала первое попавшееся такси и быстро запрыгнула в салон. Она откинулась головой на спинку сиденья и прикрыла глаза.

Ей было больно и обидно. Она надеялась, что между ними что-то может получиться, что Чимин действительно испытывает к ней чувства. Но сообщения Ёнми разрушили все её надежды.

Внезапно зазвонил её телефон. Это был Чимин. Бона посмотрела на экран и сбросила вызов. Она не была готова с ним разговаривать. Ей нужно было время, чтобы всё обдумать. Она не знала, что будет дальше, но понимала, что их отношения закончились, так и не начавшись.

***

На следующее утро Бона проснулась с головной болью, потому что все прошедшие сутки думала только о том, что произошло в квартире Чимина.

Она лежала в своей постели, уставившись в потолок. В голове крутились обрывки вчерашних событий, сообщения Ёнми, признание Чимина, его нежность и забота. Всё это казалось каким-то сюрреалистичным кошмаром.

Блондинка посмотрела на время и вздохнула, слишком рано. Но она точно знала, что уснуть больше не сможет.

Приняв душ и собравшись, Бона решила поехать в институт, перекусив по пути в кофейне.

Таксист высадил её возле кафе, что находилось недалеко от института. Бона заказала крепкий кофе и села за столик у окна, наблюдая за спешащими по своим делам людьми. В голове роились мысли, обрывки фраз, воспоминания о вчерашнем дне. Она пыталась понять, что пошло не так, почему Чимин так поступил.

Внезапно в поле зрения возникла знакомая фигура. Ёнми. Она шла по тротуару, направляясь в сторону института. Блондинка думала, что девушка не заметит её и пройдёт мимо, но увы. Ёнми заметила её. Бона похолодела. Неужели это судьба играет с ней злую шутку?

В глазах Ёнми читалось злорадство. Она подошла к столику Боны и присела, надменно улыбаясь.

— Не ожидала меня здесь увидеть? — спросила она, — я как раз шла в институт, чтобы поговорить с тобой.

— Что тебе нужно?

Блондинка смотрела на девушку, которая что-то искала в своей сумочке.

— Ты оставила это в квартире Чимина, — брюнетка положила на стол резинку, которую Бона оставила в спешке, — мне было не приятно обнаружить это.

Бона не ожидала, что Ёнми осмелится подойти к ней вот так, открыто.

— Я не понимаю, о чём ты, — блондинка попыталась сохранить спокойствие.

— Не притворяйся дурочкой, — усмехнулась Ёнми, — Чимин мне всё рассказал. Ты провела у него ночь. Думала, что он в тебя влюбился? Как наивно.

Бона почувствовала, как кровь прилила к лицу. Унижение и злость переполняли её. Она молча смотрела на резинку, словно это был самый весомый аргумент в споре, который она уже проиграла.

— Не ты ли говорила, что не хотела бы оказаться на моём месте? — девушка склонила голову в бок, всматриваясь в лицо блондинки, чтобы понять, какие эмоции она испытывает сейчас. — Тебе понравилось? Как тебе Чимин в постели?

Бона сжала кулаки под столом, стараясь не выдать бурю эмоций, бушевавшую внутри. Слова Ёнми были как пощёчина. Она чувствовала себя униженной и растоптанной.

— Я не собираюсь это обсуждать, — наконец произнесла Бона, — это не твоё дело.

— Я просто хочу, чтобы ты знала своё место, танцовщица, — парировала брюнетка, — Чимин никогда не будет с тобой. Ты для него всего лишь развлечение, временное увлечение. А я — его настоящая девушка, его будущее.

Ёнми поднялась со стула, бросив на стол несколько купюр.

— Не трать зря время. У тебя нет шансов, — с этими словами она развернулась и ушла, оставив Бону в полном смятении.

Блондинка сидела, не двигаясь, словно парализованная. Слова Ёнми эхом отдавались в её голове. Она не знала, что думать и кому верить. Сердце разрывалось от боли и обиды. Неужели она действительно настолько ошиблась в Чимине?

Глава 18

Сутки назад.

— Какого чёрта происходит?

Чимин не сводил непонимающего взгляда с экрана мобильного, где в динамике женский голос говорил, что данный абонент занят. По телу пробежала неприятная дрожь.

Он открыл сообщения, присланные Ёнми, и прочитал их. На самом последнем — его брови сошлись на переносице.

— Какое ещё бельё, чокнутая?

Отложив телефон на стол, парень потрепал пятернёй слегка влажные волосы и вздохнул, понимая, что девушка восприняла его сообщение о встрече не в том плане, в каком имелось в виду.

Чимин отошёл к окну и задумался, уставившись на высотное здание напротив. Он пытался понять, почему Бона ушла, не сказав ни слова, и почему не отвечает на его звонки. Он вспомнил прошлую ночь, проведённую вместе в страстном танце, и их нежные объятия на кухне утром. Что могло пойти не так? Почему Бона решила уйти после того, что произошло между ними ночью?

Но вдруг заиграла мелодия телефона, поэтому парень подорвался к столу и, схватив смартфон, ответил на звонок.

— Алло.

— Привет, мачо! — в трубке раздался голос друга.

— Привет...

— Говорить можешь? Ты сейчас один?

— Один.

— Да хотел спросить, как всё прошло, — заговорщицки проговорил Тэхён, — видел я, как ты ненавидишь эту блондинку, — рассмеялся он, — думал, съедите друг друга. И... кажется, она совсем не бревно, как ты её называешь.

— Заткнись, Тэхён...

— Не понял... Что-то случилось? Голос у тебя какой-то грустный. Только не говори, что у тебя не встал!

— Ты идиот? — поинтересовался Чимин, которому сейчас было совсем не до шуток.

— Говори, в чём дело, — уже серьёзным голосом продолжил разговор.

— Бона ушла, пока я был в душе...

На какое-то время оба замолчали.

— Значит, в постели ты танцуешь хуже, чем на паркете, — предположил Ким, издав смешок.

— Иди ты... — шикнул Чимин, готовый скинуть вызов.

— Тогда я не понимаю, почему красавица сбежала от тебя, — задумался Тэхён, — что ты сделал не так?

— Я не знаю... — вздохнул Пак, запустив руку в волосы и снова отходя к окну, — ночью всё было до безумия потрясно. Утром мы проснулись в объятиях друг друга. Я приготовил для неё завтрак... И... Просто не понимаю, что я мог сделать не так... Но знаю одно... Я ещё не испытывал таких чувств и не хочу терять то, что у нас с ней зарождается...

Чимин понял это, когда увидел её, спящую в его постели, такую беззащитную и красивую. Он понял это утром, когда она обняла его, прижавшись щекой к его груди.

— Ты реально влюбился в эту девчонку... — подытожил Тэхён, — но что собираешься делать с Ёнми?

— Я предложил ей встретиться, попытаюсь ещё раз объяснить ей, что между нами ничего не может быть, — Пак многозначительно вздохнул, понимая, что это будет тяжело, — только боюсь, что она ничерта не поймёт...

— Она же ненормальная...

— Да! Ёнми — ебучий сталкер! — Чимин перебил друга, — везде преследует меня! Я уже не знаю, что делать!

— Попробуй поговорить с ней серьёзно, объясни всё как есть.

— Да я столько раз пытался!

— Будь грубее что ли... — задумался Ким, — может, до неё наконец дойдёт.

— Ладно, что-нибудь придумаю... Пока.

Чимин скинул вызов и прикрыл глаза. Он чувствовал себя загнанным в угол.

Парень снова набрал номер Боны, но девушка по-прежнему не отвечала. Тогда он решил написать сообщение:

"Бона, давай поговорим. Пожалуйста"

Он ждал ответа, но в ответ была лишь тишина. Чимин чувствовал, как внутри нарастало отчаяние.

Через пол часа раздался дверной звонок. Когда парень открыл дверь, на пороге увидел Ёнми, которая, улыбаясь, игриво смотрела на него.

— Чимин~а, — пропела девушка, протягивая руки к его шее, — я так соскучилась!

Парень отстранился от неё, не давая возможности обнять себя. Взгляд его был холоден и серьёзен.

— Ёнми, я позвал тебя, чтобы поговорить, — произнёс он твёрдым голосом, пропуская девушку в квартиру.

Она окинула взглядом кухню, на столе стояла тарелка с недоеденной яичницей и две чашки кофе, которые Пак забыл убрать. Губы Ёнми скривились в усмешке.

— Я вижу, ты не скучал в одиночестве, — прошипела она, разворачиваясь к парню, — кто здесь был?

— Это не имеет значения, — отрезал Чимин, — важно то, что я хочу сказать тебе. Я тебя предупредил сразу, что между нами может быть только секс, никаких отношений я не обещал. Говорил тебе это много раз, но ты продолжаешь меня преследовать.

— Что? Но... — Ёнми запнулась, словно слышит это впервые, в её глазах вспыхнул гнев, — ты же сам хотел встретиться! Я даже надела то бельё, которое ты так любишь!

— Я хотел поговорить с тобой, объяснить ещё раз, что у нас нет будущего, — Чимин вздохнул, чувствуя, как в груди нарастало раздражение, — пожалуйста, пойми это и оставь меня в покое.

Ёнми смотрела на него, не веря своим ушам. Внезапно её лицо исказилось от гнева. Она схватила со стола чашку с остатками кофе и швырнула её в стену. Чашка разбилась вдребезги, обдав кофейными брызгами обои.

— Ненавижу тебя! — закричала она, — ненавижу тебя и эту шлюху! Это из-за неё ты так изменился! Я не позволю ей быть с тобой!

Чимин устало потёр переносицу. Он знал, что этот разговор не приведёт ни к чему хорошему. Ему настолько плевать на неё, что даже разговаривать перехотелось. В голове была лишь одна мысль — вышвырнуть эту стерву из квартиры.

— Уйти по-хорошему, Ёнми, — тихо произнёс он, испепеляя девушку яростным взглядом, — пока я не ударил тебя.

Глаза Ёнми наполнились слезами, но в них не было раскаяния. Лишь злоба и обида. Она поджала губы, с ненавистью посмотрела на Чимина и, не сказав ни слова, выбежала из квартиры, прихватив с собой резинку для волос, которая лежала на тумбочке в прихожей.

Чимин устало прислонился к стене, закрыв глаза. Он чувствовал себя опустошённым. Разговор с Ёнми отнял у него последние силы. Он не знал, что делать дальше. Как найти Бону, не зная, где она живёт? И как избавиться от навязчивой преследовательницы, которая не даёт ему покоя?

Парень поднял с пола осколки разбитой чашки и выкинул в мусорное ведро. Затем достал тряпку и вытер кофейные брызги со стены. В квартире царил беспорядок, но у него не было сил на уборку. Ему хотелось только одного — чтобы Бона вернулась.

Снова и снова набирая номер телефона девушки, он слышал лишь автоответчик. Сообщение так и осталось непрочитанным. Чимин чувствовал, что теряет её. Страх сковал его сердце. Он не мог допустить, чтобы она ушла навсегда. Бона стала для него чем-то большим, чем просто партнёрша по латинским танцам. Она разбудила в нём чувства, о которых он даже не подозревал.

Чимин позвонил тренеру и спросил, нет ли у него информации, где живёт Бона. Но тот ответил, что не знает.

Парень упал на диван и уставился в потолок. Единственный выход найти Бону только завтра в институте. Но как дожить до завтра?

***

Бона сидела, не в силах пошевелиться, словно её пригвоздили к стулу. В голове крутились обрывки разговора с Ёнми, её слова, полные яда и презрения.

"Ты для него всего лишь развлечение".

Она подняла взгляд на резинку, лежавшую на столе, и почувствовала, как к горлу подступала тошнота.

Бона открыла сообщения от Чимина и, прочитав их, напечатала короткий ответ.

"Это было ошибкой. Забудь"

Просидев в кафе почти до начала пар, Бона пошла в институт. Подходя к зданию, она увидела, как из дверей вышла Ёнми и направилась на выход из учебного заведения.

"Ходила к Чимину" — пронеслась мысль у Боны.

Ёнми, задрав свой нос, прошла мимо блондинки, сделав вид, что не знает её.

Бона зашла в холл института, ловя на себе странные взгляды студентов. Она заняла своё место в аудитории и осмотрелась, одногруппники также косились на неё.

К ней вдруг подошло пару девчонок и трое парней, которые окружили её.

— Прошёл слух, что ты переспала с Чимином, — произнесла одна из девушек, облокотившись руками о стол.

— Это правда? — переспросила другая.

Бона молчала, смотря на них по очереди.

— Похоже, что наша тихоня стала очередной подстилкой Пака, — с оскалом произнёс парень, стоящий с боку.

Бона почувствовала, как её лицо заливается краской. Она попыталась что-то сказать, оправдаться, но слова застряли в горле. Взгляды одногруппников были полны любопытства и осуждения. Ей казалось, что все вокруг знают о её унижении.

Она выбежала из здания, лишь бы скрыться от этих взглядов, от этих насмешек. Она чувствовала себя грязной и опозоренной.

Бона шла, не разбирая дороги, слёзы душили её, катились по щекам. Всё вокруг казалось серым и безжизненным, словно мир потерял свои краски.

Она не понимала, как такое могло произойти. Как она могла так глупо влюбиться в Чимина? Как могла поверить ему? Он просто использовал её...

Глава 19

— Что с тобой? — Тэхён покосился на Чимина, который нервно стучал ручкой по парте и безотрывно смотрел в одну точку в тетради, — ты сам не свой.

— Занятия скоро заканчиваются, — положив ручку на стол, Пак наконец отвёл взгляд, переводя его на друга, — а я так и не нашёл Бону. Её будто нет в институте. И... это дурацкое сообщение...

Он разблокировал телефон и, открыв переписку с девушкой, дал прочитать сообщение.

"Это было ошибкой. Забудь" — Ким глазами бегло прошёлся по тексту.

— Странно... — задумался Тэхён на мгновение, — но ты не переживай так, — он попытался успокоить парня, — вечером сходишь на свои латинские танцы. Там встретитесь и поговорите, — но Чимин молча смотрел на друга, — вот только не говори, что больше не появишься там! Ты хотел уйти из-за Боны, но после того, что между вами произошло, ты просто обязан продолжить с ней танцевать! И не только на паркете!

— Ким Тэхён! — раздался голос преподавателя, — хочешь вместо меня провести лекцию?

— Нет, госпожа Ли! Я больше не скажу ни слова! — парень помахал руками в отрицательно жесте.

Чимин вернулся к своим мыслям, начав что-то рисовать в тетради.

После занятий Пак пулей вылетел из аудитории, надеясь перехватить Бону у выхода из института. Он оглядывал толпу студентов, выискивая знакомый силуэт, но её нигде не было. Разочарование волной окатило его, заставляя плечи поникнуть. Он чувствовал себя потерянным и беспомощным.

***

Вечером Чимин поехал в танцевальный зал. Всю дорогу он прокручивал в голове возможные сценарии встречи с Боной. Что он ей скажет? Как объяснит, что её сообщение повергло его в отчаяние? Он боялся, что она не захочет его слушать, что оттолкнёт его. Но он должен был попробовать поговорить с ней.

Прибыв к студии, Чимин замер у входа, не решаясь войти. Он боялся увидеть, что её там нет, и потерять последнюю надежду. Собравшись с духом, он зашёл в здание и быстрым шагом добрался до зала.

Зайдя внутрь, он сразу же осмотрел зал взглядом, надеясь увидеть её. Там разминались танцоры, но Боны среди них не было, так же как и её подруги.

Ребята восторженно встретили его, были рады, что Чимин вернулся к тренировкам.

— Не ожидал тебя снова здесь увидеть, — к нему подошёл тренер с улыбкой на лице, — хочешь вернуться?

— Где Бона? — Чимин проигнорировал его вопрос, задав свой.

Улыбка мгновенно спала, и мужчина как-то подозрительно вздохнул, посмотрев на Пака с сочувствием.

— Бона сказала, что больше не хочет танцевать...

— Она не объяснила причину? — с надеждой в голосе спросил Чимин.

— Нет, — ответил тренер, — просто сказала, что уходит, и всё. Мне жаль, Чимин. Вы были отличной парой.

Пак почувствовал, как земля уходила из-под ног. Не хочет танцевать? Это означало, что она не хочет больше иметь с ним ничего общего. Он попытался скрыть разочарование за маской безразличия, но в душе бушевала буря.

— Ясно, — процедил он сквозь зубы, стараясь не выдать своих чувств, — тогда я тоже ухожу.

Он развернулся и вышел из зала, не прощаясь ни с кем. В голове пульсировала лишь одна мысль: он должен найти Бону и поговорить с ней, чего бы это ни стоило.

Выйдя на улицу, Чимин достал телефон и снова набрал её номер. Как и прежде, он услышал лишь бездушный голос автоответчика. Отчаяние захлестнуло его с головой. Он не знал, что делать дальше. Как найти её, если она не хочет с ним разговаривать? Как вернуть её, если она решила уйти навсегда?

***

Следующий день Чимин провёл в отчаянии, пытаясь найти Бону. Он обошёл весь институт, заглянул в каждую аудиторию, но девушка словно испарилась.

После занятий он долго стоят на крыльце учебного заведения и размышлял, где искать Бону.

Из здания вышло несколько студентов, среди которых он узнал её подругу.

— Эй, Сонён, погоди! — крикнул он, спускаясь за девушкой по ступенькам.

Сонён обернулась и нахмурилась, увидев перед собой Пака.

— Я догоню вас, — обратилась она к своим одногруппникам, затем недовольно взглянула на Чимина, — чего тебе?

— Где Бона? — задал он вопрос, который вертелся у него на языке уже не первый день, — её нет в институте. Она заболела?

— Кто? Бона? — девушка презрительно прищурилась, — так ты знаешь её имя?

— Давай без драматизма, — огрызнулся Чимин, — просто скажи мне, где она сейчас? Мне нужно с ней поговорить.

Сонён колебалась, поглядывая на парня с неприязнью.

— После той ночи она сама не своя, — наконец произнесла она, — Бона не хочет с тобой разговаривать. Оставь её в покое. Ты ей только навредил. Ты сделал ей больно.

— Что я сделал не так? — парень был в замешательстве, — между нами всё было хорошо в ту ночь. Почему она ушла, не сказав ни слова?

— Не знаю, что там у вас произошло, — сказала она, — но Бона больше не хочет видеть тебя.

Сделав акцент на последнем слове, девушка развернулась.

— Постой! — Чимин схватил Сонён за руку, не давая уйти, — я должен с ней поговорить.

Девушка вырвала свою руку и злобно посмотрела на Пака.

— Ты действительно не понимаешь? — в её голосе звучало презрение, — ты разбил Боне сердце. Она чувствует себя использованной. Ты думал, что можешь просто поиграть с ней? Ты бабник, Чимин. Бона заслуживает большего, чем твои мимолётные увлечения. Она поверила тебе, открылась, а ты... ты просто поиграл с её чувствами.

— А ну-ка, поясни!

— Неужели, ты даже не слышишь, что говорят вокруг? — Сонён развела руками, а парень нахмурился, — все только и обсуждают, что Бона переспала с тобой. Её называют твоей очередной подстилкой. Как ты мог рассказать о том, что произошло у тебя в квартире?

— Но... я ничего не говорил...

Чимин почувствовал, как в груди что-то болезненно сжалось. Он никогда не думал, что его могут считать бабником. Он всегда считал, что просто наслаждается жизнью, не обременяя себя серьёзными отношениями. Но Бона... Бона была другой. С ней он почувствовал что-то особенное, чего никогда не испытывал раньше. И теперь он рисковал потерять её из-за своей репутации.

— Скажи мне, где она, пожалуйста, — умоляюще произнёс Пак, — я должен её найти.

Сонён, увидев искреннее отчаяние в глазах Чимина, смягчилась. Она понимала, что Бона сейчас страдает, и, возможно, парень действительно хочет всё исправить.

— Ладно, — вздохнула она, — Бона сейчас у мамы в Пусане. Она уехала туда, чтобы прийти в себя. Вот адрес, — девушка достала из сумки клочок бумаги и протянула его Чимину. — Но не думаю, что она захочет тебя видеть.

Чимин почувствовал, как внутри него зажглась слабая надежда. Теперь он знал, где её искать.

Пак схватил бумажку с адресом, словно это был его последний шанс. Он поблагодарил Сонён и, не теряя ни минуты, побежал к ближайшей станции метро. Ему нужно было немедленно ехать в Пусан и поговорить с Боной.

Ему было плевать на свою репутацию, на чужие пересуды. Он хотел только одного — вернуть её доверие и доказать, что она для него не просто очередная интрижка.

Путь до Пусана показался Чимину бесконечным. Он сидел в поезде, нервно теребя в руках бумажку с адресом, и думал о том, что скажет Боне. Он понимал, что ему нужно убедить её в искренности своих чувств, доказать, что она для него не просто мимолётное увлечение. Ему нужно было объяснить, что он готов измениться ради неё, что он готов построить с ней настоящие отношения.

Когда поезд прибыл в Пусан, на улице уже смеркалось. Чимин, не теряя времени, взял такси и отправился по указанному адресу. Сердце бешено колотилось в груди, а руки дрожали от волнения. Он не знал, что его ждёт, но был готов на всё, лишь бы вернуть Бону.

Глава 20

Такси остановилось у небольшого двухэтажного дома с аккуратным садом. Чимин вышел из машины и, глубоко вздохнув, направился к калитке. Он не знал, как его встретят родители Боны, и тем более сама Бона. Но он должен был попытаться.

Он постучал в дверь, и через некоторое время её открыла женщина средних лет. В её лице Чимин узнал черты Боны.

— Здравствуйте, — неловко произнёс он, поклонившись, — я ищу Бону. Она дома?

— А ты кто? — женщина окинула его оценивающим взглядом.

— Пак Чимин, — ответил парень, — я... я друг Боны...

— Бона сейчас не в лучшем состоянии, — сказала она, — не уверена, что она захочет с тобой разговаривать. Она очень расстроена.

— Пожалуйста... мне нужно с ней поговорить, — взмолился Пак, умоляюще смотря на маму девушки.

— Пойду, узнаю... — женщина кивнула и скрылась за дверью.

Через пять минут дверь открылась, на пороге появилась мама. Она поджала губы и тяжело вздохнула.

— Не знаю, что между вами произошло... — проговорила женщина, — но Бона категорически не хочет видеть тебя.

Чимин почувствовал, как мир вокруг него рушился. Все его надежды разлетелись в прах. Он ожидал чего-то подобного, но услышать это вслух было невыносимо. Мать Боны колебалась, глядя на отчаявшегося парня. Она видела, как он искренне раскаивался, и ей стало жаль его, но ничего не могла поделать.

— Извини, Чимин...

Женщина помотала головой и зашла в дом, закрыв дверь. Какое-то время парень стоял на месте, а после вышел за пределы калитки и сел на лавку перед домом.

Чимин сидел, опустив голову, не в силах поверить в произошедшее. Всё кончено. Бона не хочет его видеть, и это конец. Он приехал в Пусан, преодолел сотни километров, чтобы услышать эти слова. Чувство вины, отчаяния и безысходности сдавило его горло, не давая дышать. Он не знал, что делать дальше, куда идти. Его мир рухнул в одно мгновение. Фонари вокруг слабо освещали тихую улицу, но в его душе царила непроглядная тьма.

Прошло несколько часов. Чимин продолжал сидеть на скамейке, неподвижно глядя в одну точку.

Мама Боны зашла к дочери, которая в полумраке стояла у окна, наблюдая за Паком.

— Милая, уже почти одиннадцать, последний поезд в Сеул уезжает через десять минут... — начала женщина, — может пригласим Чимина в дом?

— Перебьётся, — отрезала блондинка, не сводя глаз с парня.

— Бона, проблемы нужно решать, разговаривать, а не прятаться, как страус.

— Мам, ты, что, философ? — нахмурившись, блондинка обернулась на женщину.

— Нет, — ответила та, — я такой же человек, как и ты. И мы с твоим отцом прошли через многое...

— Ты не знаешь, что между нами...

Мать вздохнула, понимая, что дочь непреклонна. Она оставила Бону одну, надеясь, что та всё же передумает.

Время шло, но Чимин не двигался с места. Он сидел, словно окаменевший, погружённый в свои мысли. Бона всё это время наблюдала за ним из окна. В её душе боролись противоречивые чувства. С одной стороны, она чувствовала обиду и боль, с другой — жалость и сострадание. Она видела, как он страдал, и ей было больно от этого.

Наконец, после полуночи, Бона не выдержала. Она надела джинсовку и вышла из дома.

Чимин по-прежнему сидел на скамейке, не замечая ничего вокруг. Девушка подошла к нему и тихонько дотронулась до его плеча. Парень вздрогнул и поднял голову. Увидев Бону, он изумлённо замер.

Поняв, что это не воображение, Пак соскочил с места.

Девушка выглядела бледной и уставшей. Её глаза были красными от слёз. Она посмотрела на Чимина с нескрываемой болью.

— Зачем ты приехал? — тихо спросила она.

— Я... я просто хотел увидеть тебя, — ответил Чимин, — поговорить с тобой.

— Ладно... — вздохнула блондинка, — давай только не здесь...

Она покосилась в сторону дома, в окне которого женская фигура быстро скрылась за шторкой.

Они шли молча, освещаемые лишь лунным светом и редкими фонарями. Дорога казалась бесконечной, а тишина давила на уши. Чимин чувствовал себя как на иголках, боясь нарушить хрупкое равновесие. Бона, казалось, была погружена в свои мысли, её взгляд был направлен куда-то вдаль, на горизонт.

Дорога привела их к морю, где волны лениво накатывались на песок. Берег был пустынным, лишь шум прибоя нарушал тишину ночи.

Бона остановилась у самого края, устремив взгляд на бескрайние просторы моря. Чимин встал рядом, не решаясь заговорить первым. Морской бриз трепал волосы блондинки, обдувая лицо прохладой.

— Ты знаешь, что говорят в институте? — наконец произнесла она, не поворачиваясь к нему, — что я... что я для тебя просто развлечение.

— Я узнал об этом только от Сонён, — ответил парень, — и это неправда, — твёрдо заявил он, — я никогда не думал о тебе так...

— Ты даже не представляешь... — перебила его Бона, — как мне было больно, когда я узнала, что все вокруг обсуждают нашу ночь. Я чувствовала себя грязной и использованной. Зачем ты это сделал? Зачем рассказал? — блондинка повернулась к Паку, чтобы видеть его лицо.

— Я не говорил никому ни слова, — попытался оправдаться Чимин, — я не распространяюсь на эту тему, потому что это слишком личное. Да и вообще не сплю со всеми подряд, как все думают...

— Уже неважно... — в глазах Боны снова появились слёзы, — я просто хочу, чтобы ты оставил меня в покое. Я хочу забыть об этом.

— Я не могу, — сказал парень, — я не могу просто уйти.

— Почему?

— Потому что я не могу, — ответил Чимин, заглядывая в глаза напротив, — ты особенная, Бона. И я не хочу тебя терять. Знаю, что моя репутация оставляет желать лучшего, но с тобой всё было по-другому. Я почувствовал то, чего никогда не испытывал раньше. Я был глуп и эгоистичен, и мне очень жаль, что всё так получилось. Я знаю, что это звучит глупо, учитывая то, что произошло. Но это правда. Я готов измениться ради тебя. Готов стать лучше. Только дай мне шанс.

Бона молчала, обдумывая его слова. В её глазах читалась борьба: недоверие и надежда переплетались в сложный узор. Она смотрела на Чимина, пытаясь разглядеть в нём того человека, в которого, казалось, влюбилась. Но страх вновь обжечься был слишком силён.

— Та ночь и утро, проведённые вместе... — продолжил Чимин, — мне было хорошо с тобой. Я думал, что и тебе тоже. А потом ты просто исчезла, не сказав ни слова. Я не понимал, что происходит.

— А я объясню тебе, почему я ушла тогда, — Бона решила всё же рассказать, почему покинула его квартиру тем утром, раз разговор дошёл до откровений, — я видела сообщения, которые тебе прислала Ёнми. Твоя, якобы, "не" девушка... — она сделала пальцами кавычки, — ты предложил ей встретиться, а она надела твоё любимое бельё...

— Это не то, что ты подумала... — Чимин вздохнул, понимая, что Бона неправильно поняла значение тех сообщений, потому что сам был в шоке после их прочтения, — я пригласил Ёнми поговорить. А она, как всегда, восприняла приглашение по-своему... Я хотел объяснить ей всё. Сказать, что между нами ничего нет. Причём, я говорил ей это не один раз. Но она просто не даёт мне прохода, преследует везде...

Бона молчала, угнетающе смотря на парня. Она пыталась понять, верить ему или нет. В её глазах всё ещё плескалась обида, но постепенно пробивалось и что-то похожее на надежду.

— Не молчи, Бона! — не выдержал Чимин, повысив голос от бессилия, — скажи хоть что-нибудь! Признай, что тебе страшно! Признай, что я тебе не безразличен!

Глава 21

— Не молчи, Бона! — не выдержал Чимин, повысив голос от бессилия, — скажи хоть что-нибудь! Признай, что тебе страшно! Признай, что я тебе не безразличен!

— Да, чёрт возьми, я боюсь! — крикнула она в ответ, — боюсь снова поверить тебе и ошибиться! Боюсь, что ты причинишь мне боль! Я не знаю, что мне делать!

Он подошёл к ней ближе, взял её лицо в свои прохладные ладони.

— Пожалуйста, Бона, дай мне шанс. Дай нам шанс. Шанс быть счастливыми.

— Назови хоть одну причину, почему я должна это сделать?

Девушка смотрела ему в глаза. В лунном свете они казались бездонными, полными сомнений и надежды. Чимин не отводил взгляда, стараясь передать ей всю искренность своих чувств. Он понимал, что сейчас решается всё. Один неверный шаг, одно неосторожное слово, и он потеряет её навсегда.

— Потому что я люблю тебя...

Бона смотрела на него, не веря своим ушам. Она хотела верить ему, но страх снова обжечься был сильнее.

— Не говори так, — прошептала она, отведя взгляд, — ты не знаешь, что такое любовь.

— Теперь знаю, — возразил Чимин, не отпуская её лица, — это то, что я чувствую к тебе. Я никого никогда не любил. И уж тем более не произносил этих слов. Ты единственная и неповторимая.

Бона не ожидала услышать эти слова, особенно после всего, что произошло между ними. Её сердце бешено заколотилось, а в голове пронеслись обрывки воспоминаний о той ночи, о его прикосновениях, о его взгляде.

Чимин медленно наклонился и коснулся её губ. Поцелуй был нежным и робким, словно спрашивал разрешения. Бона не ответила сразу, но потом поддалась, ответив на его ласку. В этом поцелуе было всё: и боль, и обида, и надежда, и любовь. Волны продолжали лениво накатываться на берег, унося с собой остатки обиды и страха.

Поцелуй становился всё более уверенным и страстным, и Бона уже не сопротивлялась. Она обвила руками его шею, позволяя себе утонуть в этом вихре чувств. Казалось, время остановилось, и они остались одни во всём мире, посреди бескрайнего моря, под лунным светом.

Они ещё долго стояли на берегу моря, обнявшись, наслаждаясь тишиной и близостью друг друга. В эту ночь под звёздным небом, у шумного моря, два сердца, израненные болью и недоверием, решили дать любви ещё один шанс.

Когда ребята вернулись в дом, мама ещё не спала, потому что ждала их возвращения. Они зашли на кухню, где женщина расставляла еду.

— Мам, Чимин останется у нас? — спросила Бона, приблизившись к матери.

— Я постелила ему в гостевой комнате, — ответила та, взглянув сначала на дочь, затем на её друга, — Чимин, поешь, пожалуйста, потом ложитесь спать. Поздно уже.

Чимин с благодарностью посмотрел на женщину и поклонился. Он понимал, как непросто ей было принять чужого человека. Когда она ушла, парень сел за стол и принялся за еду.

После ужина Бона проводила Чимина в гостевую комнату. Они стояли в дверях, не решаясь расстаться. Пак нежно обнял девушку, прижав к себе.

— Спокойной ночи, — тихо произнесла Бона.

— Спокойной ночи, — ответил Чимин, оставив на её губах лёгкий поцелуй.

Чимин долго не мог уснуть. Он лежал в постели и думал о Боне. Но вдруг послышался тихий стук в дверь. Он разрешил войти, и через секунду в комнату вошла девушка.

— Мне не спится... — тихо пролепетала блондинка, подходя к кровати.

— Мне тоже.

Чимин подвинулся, похлопав по матрасу, чтобы девушка легла с ним. Она забралась под одеяло и прижалась к парню. Он обнял её, чувствуя тепло её тела.

— Всё будет хорошо, — прошептал он, целуя её в висок.

Всю ночь они провели в объятиях друг друга, говоря шёпотом и делясь о своих страхах, сомнениях и обидах. Бона призналась, что завидует его таланту так изящно танцевать, но восхищается им. Чимин извинился за свои язвительные слова во время тренировок. В этот момент они поняли, что все их ссоры и разногласия были лишь маской, скрывающей настоящие чувства.

Утром они проснулись в одной постели, чувствуя себя умиротворёнными и счастливыми. Солнце пробивалось сквозь неплотно задёрнутые шторы, освещая их сплетённые тела. Бона нежно провела рукой по его щеке, любуясь его лицом. Чимин открыл глаза и улыбнулся ей в ответ. В его взгляде читалась любовь и нежность.

— Доброе утро, — прошептал он, притягивая её ближе к себе.

— Доброе, — ответила Бона, утопая в его объятиях.

Их утро началось с нежных поцелуев и ласковых прикосновений. Они долго лежали в постели, забыв обо всех проблемах и сомнениях. Впервые за долгое время они чувствовали себя по-настоящему счастливыми и свободными.

После завтрака они решили прогуляться по городу. Держась за руки, они бродили по узким улочкам, наслаждаясь обществом друг друга. Они зашли в небольшую кофейню, где заказали два капучино и круассаны. Сидя за столиком у окна, они болтали обо всём на свете, смеясь и шутя. Казалось, что все проблемы и заботы остались позади.

Потом ребята решили пройтись по побережью. Обнявшись, они шли по мягкому песку. Бона сняла босоножки и пошла босиком по воде, Чимин последовал её примеру. Они смеялись, брызгались водой и фотографировались на телефон. Бона сделала несколько снимков Чимина на фоне моря, а он сфотографировал её, когда она задумчиво смотрела вдаль.

Ближе к вечеру они вернулись домой, полные впечатлений и положительных эмоций. Мама Боны накрыла на стол, и они все вместе поужинали. Атмосфера была тёплой и дружелюбной. Чимин чувствовал себя частью этой семьи. Он был благодарен Боне за то, что она дала ему шанс.

Этим же вечером они вернулись в Сеул, а утром пришли в институт вместе.

Когда ребята зашли в холл, Бона остановилась, осматриваясь по сторонам, будто снова ощущая осудительные взгляды студентов. Заметив её растерянность, Чимин подошёл ближе и взял её за руку, отвлекая на себя. Когда блондинка посмотрела на него, парень подбадривающе улыбнулся.

— Пусть говорят, что хотят, — произнёс он, — только мы знаем всю правду.

На них уставились любопытные взгляды. Шептались за спиной, указывали пальцем, но Бона шла с высоко поднятой головой, сжимая руку Чимина. Она больше не собиралась прятаться или стыдиться своих чувств. Сейчас она рядом с ним, и это главное.

Чимин и Бона вернулись к своим тренировкам, но теперь между ними не было прежней напряжённости. Они работали в команде, поддерживали друг друга и наслаждались каждой минутой, проведённой вместе. Даже самые сложные движения давались им легко. Чимин пообещал Боне больше не критиковать её во время тренировок, лишь поправлять её ошибки. В их танце стало больше страсти и эмоций. Теперь они танцевали не только телом, но и душой.

Ребята были благодарны тренеру, что он однажды он поставил их в паре. Два противоположных человека, как огонь и вода, которые ненавидели друг друга, смогли выстоять все преграды и влюбиться.

Танцы с огнём стали более мягкими, а ритмы ненависти превратились в ритмы любви.