Там, где закончится зима...

Глава #1

В очертаниях ночного шумного города виден поток ревущихся машин, слышен звук гудящих тормозов, визгов и воплей недовольных водителей. Это ночной час пик, время, когда все спешат. Кто-то домой, кто-то отмечать, кто-то просто решил порезвиться. Толпа пешеходов, которая по каким-то причинам лишена возможности прокатиться с ветерком на легковушке, где ты сам себе хозяин, ждала пока загорится удовлетворительный сигнал светофора: момент, когда одни останавливаются, чтобы дать дорогу другим. Ветер, принесший в этот город холод предстоящей зимы, привносил некий дискомфорт, пытаясь сбить с ног. Но он только пытался. Продвинуться дальше в силу своей слабой мощности не мог.

В этой суетливой толпе можно заметить одну особенность. Страх,как невидимый скрытный вор, подкрадывался в сердце каждого, кто переживал вместе с этим городом не лучшее время. Откуда-то появившееся зло висело в воздухе и теребило уши. Передаваемая из разных источников информация о том, что почти каждую неделю происходят зверские и жестокие убийства, вселяла ужас. Нет никакой гарантии, что можно избежать той участи, что настигла этих несчастных людей. И боль от потерь постучалась в дома тех, кто был связан узами с убитыми людьми. Если убийца думает, что никого кроме жертвы не убивал, то он глубоко ошибается. Вместе с жизнью одного он забирает и другие жизни. Жизни людей, которым убитый был дорог, которые посвятили ему все самое лучшее. Убийца забирает и его близких и родных, оставляя при этом шрамы и глубокие раны, которые не излечиваются временем.

Но. Убийца здесь. Он среди них. Смотрит на них как на пустоту. Анализирует и подбирает. Снова анализирует, разглядывает. И призма ненависти охватывает его сердце. И он, словно хищник, оскаливает свои зубы, но сдерживается, ибо время его ещё не пришло. Нужно загнать жертву в тупик, чтобы не было возможности выпутаться. Нужно ждать пока она бессильно будет просить о помощи, а он будет в душе радоваться и смеяться. Презирающий жизни других, он за свою готов до смерти сражаться. Он избрал этот путь сам. Он выбрал этот ад сам. Но для него этот ад сродни дому. Улицы, в которых нет освещения, узкие и скользкие, пустые и мрачные, как он, стали для него местом, где он вдоволь сможет насладиться. Этот парень считал себя жнецом, забыв о том, что его жизнь висит на волоске уже давно, и он в чёрном списке у небожителей. Но время его не пришло. И этой ночью он снова вышел на охоту. Плотоядный зверь, который никак не может насытиться. Успокоить его может только смерть. Но она сегодня на его стороне. Выбрав путь зла, убийца закрыл врата счастья. Для него мир - это пустота, которая ни к чему хорошему не приводит. И этой ночью, совершив ещё одно убийство, он убедит себя в том, что нет уже надежды.

На него обратили внимание. О нём трещат по всем проводам. Его ищут лучшие копы города, но даже для них он вне зоны видимости. Идеальный убийца, не оставляющий после себя следов, поднявший шум в новостных лентах, как вихрь, пронесшийся сквозь расщелины человеческого спокойствия. Его глаза были опущены, синий плащ, окутавший тело, был ему великоват. Он передвигался медленными шагами к месту, где было совершено первое нападение на жертву и затем убийство. Бросив равнодушный взгляд на местность, которая все еще была оцеплена, он едва заметно ухмыльнулся, в деталях помня все, что делал. Как издевался в темном холодном подвале над жертвой, как вырезал ей внутренности, как морально доводил до истерик, а немая пустота не могла ничем помочь. Жертва в конвульсиях падала на пол, в агонии, сражаясь за свою жизнь. Это его почерк, он не добивает, он оставляет умирать. Убийца наблюдает за этим и запоминает каждое движение вплоть до последнего вздоха. И, когда жертва лишается жизни, укладывает тело на спину и оставляет лежать в бездыханной темноте...

Поиски очередной жертвы привели его к мосту. Была некто на кого он ещё в толпе обратил внимание. Девушка с лицом полным печали смотрела в пустоту. В её взгляде была тоска, раздираемая мыслями о прошлом. Переживания и боль стали её вечными спутниками. На ногах в холодный вечер были тапки, а одежда походила на больничную. Тёмно-рыжие вьющиеся волосы были прекрасны на ветру, а лицо, бледное и красивое, излучало таинственность. Она бежала со всех ног, будто удирала от кого то, оглядываясь все время назад. Бежала до тех пор, пока не очутилась на этом мосту, и стояла,прижавшись к перилам, и готовила себя к худшему из всех сценариев. Казалось, что она посинела от холода, но девушка не придавала этому значения. Её мысли были не здесь. В её мыслях и словах, которые она едва произносила вслух, был ад. Жизнь её напоминала минимальную черту спидометра и уже близилась к нулю. Пустые глаза направлены то на небо, то на бетонное ограждение, которое защищало ее от падения. Но на сей раз оно было препятствием к шагу и моменту, которые разделили бы её с этим миром. Ветер издевательски шептал ей в ухо : "поторопись, вдохни свободу". Словно в тумане, словно в вечных мучениях, девушка была явно не в себе. Она была похожа на робота, бормочащего одно и то же: " хочу умереть, хочу умереть". И так по кругу. Сторонний наблюдатель молча смотрел на неё. В его голове не промелькнуло ни одной мысли на подобии : " что за странная девушка " . Возможно из за того, что сам когда то был таким же. Хотел бы он пройти мимо, но чем то она его зацепила. Он был не из тех, кто сочувствует кому-либо. И ему не особо интересен тот факт, что не из за светлой жизни она здесь. Его сознание сейчас угадывает сможет или не сможет, отступится или же спрыгнет. Мост , где никого уже нет: из за страха перед ним никто в этом районе долго не задерживается; они одни. Обхватить ее сзади, незаметно подкравшись, не составит труда, или же ударить в спину исподтишка. Есть несколько вариантов. Не каждый раз будет такая вот возможность. Теперь его взгляд не был пустым. Что то в ней его притягивало. Он не видел в ней жертву. Он видел в ней себя. В хрупком создании убийца разглядел тень прошлого. Когда то он тоже хотел вдохнуть свободу, тоже хотел обрести новую жизнь, тоже пригласил смерть в своё сердце и готов был отдаться ей. Но не смог. Вместо этого он окунулся в мир зла и навсегда забыл, что есть добро. Где то в недрах его души еще теплились чувства, но ему проще забыть, отказаться и не сметь больше возвращаться. Для него прошлое - это прошлое, настоящее - настоящее, а будущее его висит на маленькой ниточке, да и впрочем ему наплевать на будущее.

Девушка к тому времени в отчаянии присела на корточки. Она не сможет это сделать. Она раздираема, в сомнениях, незнание того, что её там ждет, терзает изнутри. Не факт, что там будет хорошо, не факт, что тьма наполнится светом. И снова ругань про себя за нерешимость, за свою, как она думала, никчемность. Было тяжело, но девушка заставила себя подняться и направилась в ту сторону, где за ней наблюдал парень в синем плаще. Но его там уже не было. Ему стало вдруг скучно. Он не увидел того, чего так ожидал, и, как разочаровавшийся зритель, ушел, так и не досмотрев до конца.

А ей больно ходить, к ногам что то тяжёлое прицепилось, какой то груз давит на тело, а глаза наполнены слезами. Тело болит и ноет, а душа стонет... Под ногами что то шуршит, машинально прислонившись к земле она подняла газету, свернутую в клубок. Надпись на заголовке зацепила сознание : "жестокий убийца в тени". Что-то похожее девушка уже слышала пока была в больнице после очередного приступа.

Глава #2

Эпиграф

Я хочу заново вдохнуть жизнь. Возможно ли это?

От А....

Вернуться или остаться мерзнуть? Почему нет варианта просто исчезнуть? Хотела бы я это сделать. Мне тяжело, знаю, что всем плевать, но жизнь кажется невыносимой, все, что я слышу и вижу вокруг,просто пустота. Не могу заставить себя полюбить жизнь. Что в ней хорошего. Не верю людям, которые говорят, что она прекрасна. А если это так, то такие люди счастливцы. Именно они правят этим миром. Может мне тоже стоит стать такой как они? Не хочу править миром, просто хочу, чтобы в жизни была радость. Не ходить с кислым лицом каждый день, искренне улыбаться, смеяться, радоваться. Хотя бы на минуту. Но дверь под названием радость закрыта, и счастье уплыло без меня.

Мне было интересно, что будет если принять три таблетки флуоксетина. Банально? Да? Тупо? Да. Вы скажете, что с таким отношением к жизни, мне светит психушка. Так и есть. Мне с моим астеническим синдромом давно пора сменить студенческий билет на жёлтый. Да, как ни странно , я учусь. Уже второй курс. На улице середина ноября. А моя успеваемость почти на нуле. За один только год я успела из отличницы превратится в почти двоечницу. Учеба хоть как то заглушала мою боль, но и она перестала помогать. Чувство одиночества и пустоты никуда не уходило. Я находилась на грани. Уход в себя, уход от реальности, погружение на дно. Прошлое, как снежный ком, обрушилось на меня. Спросите к чему этот разговор? Да мне просто надоело то, что меня называют странной. У меня сейчас нет друзей, хоть одного человека, который спросил бы как ты, как дела. Все ждали от меня высот. Родители с детства привили мне, что без хорошей и отличной учёбы не будет светлого будущего и что на них не стоит надеяться. По-настоящему чёрная полоса в моей жизни наступила когда не стало отца. Мать превратилась в женщину, которую я знаю. Перестала замечать меня. Огрызалась и била. Да и вовсе от меня отказалась. Оставила одну... Я целых три года ждала её. С 10 лет... В 13 лет меня забрала какая то женщина, которая назвала себя сестрой моего покойного отца. И ни слова больше. Она сразу дала понять, что рассчитывать на материнские чувства не стоит. Не хочу плохо о ней говорить. Она та, кто меня вырастила. Недавно появилась 18 летняя "Надоеда", которая всячески пытается со мной подружиться, но я впускать её в свой мир не хочу. Там много боли и слез... Ну, пожалуй, на этом закончу. Просто вернусь. Домой...

Что это за место? Незнакомое и мрачное. Я уже час бреду по неизведанным реалиям. Холодок бежит по всему телу. Я заблудилась? Так и есть. Мне стоит поменять маршрут. Я бежала со всех ног, будто за мной кто то гонится. Мне надо найти путь обратно. Но соображать нормально не могу.

Пустые улицы. ..

Меня ждет очередной вынос мозга. Хотя я к этому привыкла. О чем я только думаю. Я ведь собиралась это сделать. А теперь мои мысли о теплой комнате, где я могу просто положить голову на мягкую подушку и уснуть, не думая ни о чем. Странно все это. Где найти баланс. Почему в моем сознании только черное и только белое. Где найти середину? И где найти дорогу?

Решила. Мне надо найти круглосуточный магазин. Там я могу позвонить тете, куда нибудь. Как бы повел себя адекватный человек в моей ситуации?Правильно, адекватные люди в такой ситуации не окажутся. Но все же.

Не могу. Все закрыто. Снова эти заголовки перед глазами. Маньяк. Психопат. Наверное ищет себе новую жертву. Почему о нём мало известно? Убийца убивает ночью. Уже ночь. А если это тот район где нашли труп? Что за странное чувство. Инстинкт самосохранения? Что то мне подсказывает, что нужно бежать, валить со всех ног из этого места. Но я не знаю. Я ничего об этом месте не знаю, хоть и живу в этом городе. И куда бежать тоже. Прождать немного? Не могу воспользоваться телефоном. Он давно сдох. Надо продолжить поиски. Без паники.От страха ноги стали тяжелыми. Почему мне страшно? Я вроде не хочу жить, но попасть в руки такого человека тоже не хочется. Не понятно, что у него на уме. Будет пытать и мучить. Чувство жалости, пожалуй, ему не знакомо.

Ладно, я добралась до переулка, где темнее всех, где из за плохого освещения я еле еле волокла ноги. Мне стало душно вдруг. Внутренний голос кричал : беги! Но было уже поздно... Я слышу чей то крик. Кто - то зовет на помощь. Истошный и душераздирающий крик. В метрах ста от меня происходит страшное. Недолго раздумывая, я начала плести к месту, где сейчас творилось жуткое. Я могу помочь. Хотя нет. Меня убьют. Я ничего не могу сделать. Но я понимаю, что чувство вины будет грызть меня, если я сейчас уйду. Блин, телефон как назло сел. Прямо сейчас сердце уходит в пятки. Нет, будет поздно! Не могу их больше слушать! Я могу помочь. Это лучше, чем жить сожалениями. Да, безрассудно! Нелепо! Но у меня нет другого выхода.

Чем я могу помочь? Палка, балка, что нибудь тяжелое. Да, я должна найти что то, чтобы отвлечь его внимание на меня, чтобы жертва могла сбежать. Найдя что то похожее на камень, я пошла на верную смерть. Эта девушка еще жива. Похоже на то, что кто то издевается над ней. Ничего необычного. Просто человек с нездоровым и искажённым пониманием морали. Хоть я больше не питаю надежд к этому миру, но я хочу ей помочь. И я почти рядом, осталось чуть - чуть. Двадцать метров, десять, раньше я видела только его тень, а теперь я вижу его спину. Он невысокий, в плаще, в капюшоне, на руках перчатки, в одной руке нож, истекающий кровью. А под его ногами беззащитное тело. Он давит на него. Я могу слышать хруст рёбер. Это больно. Он ломает её. Мне становится дурно от мысли, что сейчас он её полностью сломает и мир потеряет еще одного человека...

Медлить было нельзя. Чуйка кричит : "беги, пока еще не поздно". Но мне сейчас не до неё. Я приготовилась к броску. Сейчас! Брошенное "нечто похожее на камень" попало ему в спину. Судя по всему на него это не оказало особого влияния. Лёгкий шок или испуг и больше ничего. Я вложила в этот удар всю свою силу. Эх, я способна только на это. Не факт, что он помчится за мной. Он обратил на меня внимание. Отвлекся. Я добивалась этого. Но над тем, что делать дальше, я не подумала. Когда он повернулся, я почувствовала лютый страх, я не могла двинуться с места, как будто меня парализовало, и у меня онемели ноги. Тело меня не слушалось. Он шёл ко мне, пока я заставляла своё тело тщетными попытками двинуться, он был уже близко. Я упала на землю, и у меня от страха побежали мурашки.

Он грубо схватил меня за шею и поднял как пушинку над землей. Крепкие пальцы сжали горло и мне стало трудно дышать. Я обхватила его руки своими, но от бессилия просто опустила их. Он может просто задушить меня, ибо я не чувствовала ничего и уже теряла сознание, но я могла еще разглядеть его. Но.. Маска. Он в маске. Так и хочется потянуться и стянуть её с него. Просто взглянуть на него в последний раз. Возможно, он даже и не человек. Ну, а я. Мой план был безнадёжен с самого начала. Я слишком много о себе думала. Он убьет меня, затем ту девушку добьет. Я краем глаза заглянула на девушку. Мне трудно, но мне кажется она ещё жива и корчится от боли.

Чувствую кровь.. Кровь. Вкус металла во рту. Понятно.. Он ударил меня ножом в живот. Адски больно, но я ничего не могу сделать. Я даже кричать не могу. Все, что я могу, это просто стонать про себя. Еще удар.. Я просто закрываю глаза и жду... На большее нет сил и нет уже желания...

Глава #3

Эпиграф

Этот мир жесток, и люди, которые в нём живут не заслуживают спасения. А я - тень смерти, помощник, что облегчает ей работу...

P. S. Убийца.

Судорожно хватаясь за правое предплечье, убийца направился к зеркалу, стоящему в ванной. Он был напуган или же наказан. Давно не чувствовавший боли, убийца ,словно маленький ребенок, скрепел зубами, пытаясь хоть как то унять те страдания, которые причиняла ему рана. Эту рану оставил тот, чье имя он чуть было не стер из памяти. Любой, когда то познавший боль, будет пытаться от неё прятаться. Та лёгкость, с которой он убивал людей, меркла перед тяжёлой ношей, которую убийца носил на своих плечах. Ноша потерь, ноша ненависти. В глубине души он верно стремился к свободе, он представлял себя совсем другим. Но каждый раз, просыпаясь, убийца чувствовал себя прикованным к постели. В зеркале он видел себя настоящего. Отражение злого, безумного, безжалостного карателя, зверя, которого невозможно приручить.

Все его эго кричало вслух:

" - Я идеальный убийца, без изъянов, именно такой, каким хотели меня видеть, я жестокий психопат с манией убивать"

Он внимательно всматривался в того, кого видел в зеркале. Все тело в шрамах. На лице следы, которые оставила ему жестокая судьба, наградив ими на всю жизнь. Душу покрыл мрак пустоты и холода. Бесконечная цепь из тяжёлых воспоминаний вновь встала на пути, и перед убийцей снова предстал он. Вернее тень из прошлого... Его глаза, его лицо.. Его голос...

- Нет, нет, нет!- закричал убийца в порыве ярости и гнева и сильно ударил по зеркалу. Оно разбилось, и потекла темно- алая кровь.

Прошла неделя с той ночи. Неделя. А убийце показалось, что прошла целая вечность. Он все еще не может забыть. Сколько раз он был безупречен в убийствах. И тут происходит нечто, что выбивает его из калеи. Начинается новое испытание. Новый вызов. И ему уже не совладать с грузом воспоминаний. Уж очень больно они на него давят и мешают жить. Хоть его жизнь нормальной и не назовешь, но человека определяет его выбор. Мы смиряем себя в угоду мира и его ценностям, забывая про самих себя, не заглядывая глубоко вовнутрь, не спрашивая себя : " правильно ли я поступаю? что есть "правильно" на самом деле для нас самих и для мира?

"Правильность" у всех своя. Да, говорят, что мораль- ориентир и на неё нужно полагаться, но понятия "добро" и "зло" искажены, они не одинаковы для всех. Поэтому и происходит то, что ставит знак вопроса в конце. Поступаю ли я правильно? Как это скажется? Как я буду выглядеть в глазах других?

"Последний вопрос можно просто пропустить", - скажут те, кому плевать на мнение людей. Таким людям важнее их внутренний мир, на первом месте их ощущения. Так и должно быть? Мы рассматриваем действия виновных с точки закона. Закон и делает из людей преступников. Он обличает их, наказывает оковами, а в некоторых странах смертью. Но и у каждого преступника, у каждого преступного синдиката свой закон. И у этого убийцы тоже. А он ведь ещё молодой парень, который на трупах прокладывает себе путь, ссылаясь на свое нутро и на своё понятие морали... В этом весь он. Его не переубедить, какими бы не были сильными слова, он будет действовать так,как считает нужным...

Убийце чудилось, что он находится на пустыре, кругом обрывки из воспоминаний, сплетена реальность в один единственный свободный мир. И у этого мира был хозяин. Его душа ожидала от него действия. Хотела заполнить пустоту. Но пустота сопротивлялась и требовала оставить её в покое. Сложно таким людям жить, они гаснут и гаснут, так и не поняв сути жизни, ищут и ищут, но от разочарования бьют и ломают себя, теряют себя в вечном потоке и уходят в никуда.

Нервно протекали для него дни. Он не мог сопротивляться той меланхолии, что напала на него. Не мог. Пытался. Но не мог. Был слаб. Стремился к покою, а в итоге впал в спячку. Боролся с собой, но борьба вызвала сильный разлом в его жизни. Он укутал себя теплым пледом и впервые за долгое время заснул...

Лёгкий ветерок заставлял оголенные ветки стучать по стеклам. Видя, что на спящего это не оказывает особого влияния, ветер ещё сильнее заставил их зарядить свой марш. Но на человека в фазе медленного сна такие приемы не подействовали. Ветер разочарованно покатил со сцены, предоставив это дело в руки настоящего мастера. Сильный ливень, поблагодарив завсегдатая своих вечеринок, вылил на землю все то, что копил все эти дни, оставаясь в стороне, пока ему позволили, наконец, превратить засохшие тротуары, аллеи, улицы в промозглые массы. Он так распоясался, что заставил всех восхищается его звонкими ударными мотивами и кружил в сознании укутанного в плед человека, что кто то стучится, ломится в дверь, но вдруг все прекращается и дверь открывается. Парень вздрагивает и потирая свои глаза, спрашивает :

- Это ты, старик?

Не услышав ответа, он встает и подходит к двери. Через дверной проём он замечает фигуру, знакомую ему, и слышит как открывается кран и течёт вода. Невысокий, сутулый мужчина лет 65 с седыми бакенбардами моет что то, и увидев парня, направляющегося в уборную, приветствует его:

- Здравствуй, дорогой друг! Не хотел я тебя будить, все же , что на тебя нашло? Или погода на тебя так влияет? Спать в такую рань? Я вроде говорил тебе, что потом проблем не оберешься, будешь как я в твоем возрасте бессонницей страдать. В нашем организме биологические часы. Когда механизмы меняются, меняемся и мы. Ты ведь хочешь прожить долгую и счастливую жизнь. Чтобы прожить её надо о-го- го как постараться!

- Я не собираюсь доживать до старости, как ты, старик, - молча проговорил парень, сев за стол.

- Это ты зря, - чуть кряхтя сказал старик, расположившись рядом с ним, - настоящее осознание жизни, полное погружение в неё происходит именно в этом возрасте. Когда ты далек от забот, от суеты, уединяешься в лочуге и проживаешь остаток своей жизни наедине с собой. Или с женой. С детьми, если вдруг они появятся у тебя. Считай, что жизнь удалась.

- Ты не описал минусов..

- Минусы можно превратить в плюсы, если захотеть или не обращать внимания на них.

- Ты не понимаешь меня..., старик, - разочарованно произнес парень, - прожить до самой старости и, в итоге, умереть. Что толку. Люди умирают. Не важно в каком возрасте. Смерть стучится. А я хочу сказать, что не стоит так цепляться. Не вижу радости в том, чтобы еле еле передвигаться, остаться без зубов и коротать свои дни в ожидании старухи с косой.

- Не стоит загадывать наперед. Есть шанс наткнуться на обратный исход,- в спокойной манере начал старик, - я знаю одну легенду про одного молодого человека, который заключил, как ему казалось, договор со смертью. Она не должна была забрать его до определенного времени. Но Смерть была хитра. Вместо него она забрала жизни его родных и близких, сделав того человека безликим. У него уже не осталось надежды и он потерял смысл своего существования. Без них он чувствовал глубокое одиночество и слезы потоками лились из его глаз. И начал юноша в отчаянии просить Смерть, чтобы та лишила его жизни. Но коварная и безжалостная Смерть злорадствовала. Жизнь бедного юноши разбилась об мечту. И он боялся заново начать отношения с кем либо. Он всеми силами разрывал узы, штрихи которых появлялись в его жизни. Юноша познал и узнал боль... и умер в одиночестве. А что насчет тебя, мой друг?

Холодный взгляд парня окатил старика. В нём чувствовалось некое отвращение, ни к старику, а к тому, про кого он рассказывал.

- Он - слабак, - сказал парень и зауважал смерть.

Глава #4

"- Я не знаю, что делать с ней, доктор, столько лет прошло, а она никак не может выйти из этого состояния, мне так и хочется вытрясти из неё всю эту боль, что мешает ей, а она же ей мешает! Бывает, что она днями и ночами не выходит из комнаты, сидит и смотрит в окно: бесполезно. Мне уже кажется, Боже, о чем я думаю! Я правда не хочу, не хочу! Но может правда.. Такого не может быть, такое недопустимо. Но она измотана, все её нутро кричит : "не хочу". Мне хочется ей помочь, но у меня опускаются руки каждый раз, когда она что то такое с собой вытворяет. Я не могу оставить её. Может обратиться куда нибудь, в место, где ей помогут..

- Она больна, Луиза, больна. Депрессия - это тоже болезнь, она протекает намного хуже, оставляя огромный след в виде сопутствующих заболеваний. Мы можем помочь. Да, я врач, и порой говорю слишком терминологически, я частично понимаю, что чувствует твоя племянница. И понимаю, что чувствуешь ты. Я знаю, что ты не хочешь заходить так далеко.

- За этот месяц она уже два раза пыталась....

- Не опускай руки! Для неё сейчас будет лучше найти ключ к началу новой жизни, чтобы снять эмоциальное угасание, чтобы переступить черту продолжающегося кризиса и чтобы, наконец, сделать первый шаг... "

Ничего необычного. Разговор моей тети и врача, который раз за разом вытаскивает меня из петли. Извините за излишнюю бестактность, но я вижу это в своём подсознании. Разговор после которого я и оказалась на мосту. Я мешаю всем и я обуза. Не ценю помощи, не могу подержаться за руку, которую мне протягивают, а просто тянусь вниз. И я в грязи. В этих блевотных массах, и мне некуда идти...

Я узнала, что чувствует тетя. Спустя столько лет... Она наконец показала, что я ей не безралична. Но я уже на дне. И терпеть не могу себя.

не хотела подслушивать... Мне снился сон, как сейчас, прекрасный сон, где я самый счастливый человек, люблю всех и всем улыбаюсь, и вдруг это двухголосье. И я разрываюсь слезами. После этого я через чёрный вход выбегаю на улицу и, не ведая ничего, бегу в надежде, что больше не вернусь. Но снова я солгала самой себе. И в очередной раз наклеила на себя клеймо зажравшегося человека. Врачи обычно пустословием не занимаются, может мне прислушаться? Правильные вещи говорят. И я верю. Но я реалистка. Я также верю в реальность, верю в то, что происходит прямо сейчас. И это весьма печально, учитывая, что рядом унылая тоска. И я с трудом открываю глаза, и то, что я вижу заставляет меня разочарованно вздохнуть. Я в больнице... А ведь все было хорошо несколько минут назад. Я не готова. Дайте ещё наркоза. Не хочу просыпаться.

Недовольный мозг заставил таки меня окончательно вырваться из плена Морфея. А то, что было до этого, было бредом. Просто на меня так наркоз действует. Стоп. Наркоз?Это значит только одно.. Мне делали операцию. Если я вспомню события до, то смогу все объяснить. Почему я лежу и не могу встать, почему живот болит так, словно кто то ножами ковыряется. И почему моя шея ведёт себя так, будто меня душили несколько раз. Что случилось со мной?

Я вновь открываю глаза. Смотрю на эти стены и стараюсь выключиться.

- Алина! Мама, она открыла глаза!, - этот голос принадлежит только одному человеку....

- Аня, будь потише, не кричи так!, - а этот голос принадлежит женщине, перед которой я чувствую вину.

- Надо позвать врача! Я позову! Девушка радостно выбегает куда то? А чему она радуется?

- Девочка моя, - руки женщины касаются моего лба и гладят нежно, - прости меня...

Я шевелю губами, пытаюсь что то сказать..., но мне тяжело настолько, что кажется, будто весь мир против того, чтобы я говорила с тетей. Да, это тетя...

- Не принуждай себя, тебе нельзя напрягаться, - тихий голос успокаивающе действует на меня, действительно помогает забыться.

Но в этот миг мое тело требует объяснений. Я погружаюсь в воспоминания и вижу перед собой сначала завернутые картины: чёткого изображения нет, все сыпется осколками. И вдруг мое сознание выдает мне моменты, которые собираются в кучу, и из кучи выходят отрезки, на которых я бегу, слышу об убийствах, затем я на мосту, ухожу с моста, дальше все как в тумане, чей то голос, пытающийся напомнить о себе, и выстрелы. Зачем то выстрелы. И силуэт. На этом погружение закончилось.

На моем лице сложно увидеть эмоции. Это не потому что я хорошо их скрываю, а потому, что редко можно увидеть на моем лице что нибудь живое. Но я была очень удивлена, когда узнала, что почти неделю провела в реанимации. Затем меня перевели сюда. Уже четвёртый день, как я лежу и смотрю в потолок, размышляя о смысле жизни. Звучит не очень. Но мне нечем себя занять. И ничего больше не остаётся, как тыкать пальцем в лоб и думать о том, как тяжело. Пускаю пыль в глаза, говоря, что все хорошо, хотя на деле так паршиво себя никогда не чувствовала. За мной ухаживают, как с ребенком, и я ненавижу это. Хочется обратного. Ведь это не то, что я заслужила. Я не достойна этих высот. Из за моих "прихотей" страдает столько людей. А я лежу на теплом твердом матрасе, в палате, где никого нет, из за моей мании к суициду, хотя должна быть в психиатрической лечебнице.

Мои размышления об тленном мире прервал стук в дверь. За этим последовал скрип и передо мной явился тот, кого я меньше всего хотела сегодня встретить. Знакомьтесь, психотерапевт, Павел Астамов.

Здравствуйте, Алина, надеюсь, я вас не озадачил своим приходом? -начал он в приветливой манере.

Я посмотрела в его сторону,сказала, что то невнятное типа "здравствуйте" и уткнулась в окно.

- У меня для вас две хорошие новости, - пробормотал он,глядя на бумаги в руке, - первая - мы наконец-то можем поговорить наедине, а вторая вас выпишут на следующей неделе. Я тайком услышал по дороге сюда. Вы теперь местная знаменитость.

Последняя фраза прозвучала не совсем уместно. Астамов был явно доволен своим чувством юмора, но мне было не до этого.

- Ваш приход правда озадачил, - стараясь отогнать мысли, сказала я, - вам, надеюсь, не устроили вынос мозга из за меня?

- "Вынос мозга", - задумчиво и с усмешкой произнес он, но спустя некоторое время продолжил, - извините, я до сих пор не привык к вашему слэнгу.

- Наверное, не легко вам пришлось, я думала, что проснусь в психушке, а не здесь после того,что натворила,- проговорила я.

- Простите, а вы что то натворили?

- Вы ведь в курсе? Я сбежала.

- Это я и хотел у вас спросить, - сказал он, облокотившись о подоконник, - почему вы сбежали? И что насчет этого сейчас?

- Я не отвечу на этот вопрос., - твердо проговорила я,- А что касается сейчас: я не в том состоянии, чтобы бежать, я, по сути, прикована к постели из за ужасной раны на животе.

- Вам не нравится здесь?

- Как мне может понравиться? За мной ухаживают, смотрят, глаз не спускают, а я этого не заслуживаю, - досадно произнесла я.

- Вы ожидали, что к вам будут обращаться как к скоту?

- Это правильнее, чем то.., что происходит, будто все не то, чего я ожидала.

- Не будьте так злы по отношению к себе. Я видел многих, кто просто убегал, когда что то не выходило. Вы накопили в себе слишком многое и хотите выбросить в море . Но море отдаляется от вас. И будет отдаляться, пока вы не перестанете бежать, видя только одну цель перед собой. И вы вновь и вновь преследуете её, чтобы осуществить месть самой себе.

Его слова заставили меня задуматься. Я всегда его слушала. С первой встречи, когда чуть не добила его своими расспросами о тех ли иных способах самоубийства. После этого у меня был относительно нормальный период, когда что то начало получаться, потом я поняла, что врач нужен был, чтобы выписать мне лекарства от депрессии более сильные, чем те с длинным списком побочки, которые я принимала раньше. Это был период ремиссии. Но бывают и периоды ухудшения. И эта осень как раз то время. Как все совпало. Уже конец ноября, а зиму я встречу здесь.

- Что я увижу, когда выйду отсюда, - ни с того ни с сего начала я, - с каким подходом буду смотреть на мир. Не хочу, мне нельзя, мое место не среди нормальных людей.

- Не бойтесь, - тихим спокойным голосом произнес врач, - впускать что то новое в свою жизнь значит бросать вызов старым вещам, что захламили ваш шкаф и вашу территорию. Спросите себя, "для чего" вас спасли, а не "почему" спасли.

- Чтобы играть на нервах других, - прервала его я.

Астамов улыбнулся и посмотрел в окно.

- Кстати, - начал он, - хотите я вам устрою тур по больнице?

- Не очень радужное место для тура, -возразила я.

- Бросьте, - сказал он и притащил коляску.

Я минуту смотрела на неё тусклыми глазами.

- Это лучше, чем просто лежать на кровати и скучать.

Я почувствовала как оказалась на сидении. Мы вышли из палаты. Медсестры смотрели на нас и проговаривались между собой. Но Астамов не обращал внимания.

- Не хотите сделать остановку, - спросила я как только мы прошли через главное здание и оказались в зале ожидания.

- Я вас переутомил?- с загадкой в голосе спросил он.

- Нет, - ответила я и взглянула на кофейный автомат, стоящий напротив, - не знаю можно ли мне кофе.

- О-о, боюсь вас огорчить.., - с досадой произнес врач, - кофе пить нельзя.

-Жаль, - разочарованно проговорила я.

Астамов сел на стул рядом со мной и задумался.

- Я ваш врач, но не спросил ничего о вашей ране, и о том случае.

- Я думала вы знаете, - чуть слышно произнесла я.

- Знаю, но хотелось бы услышать от вас.

- Я не помню все. Есть моменты, которые просто не складываются в пазл и некоторые детали не сходятся..

- Могу помочь все вспомнить, - заявил он серьезным голосом, - Я ведь уже говорил вам, что вы местная знаменитость.

- Я думала вы льстите.

Астамов усмехнулся. В глазах его появился некий огонек.

- Ко мне приходили полицейские, - вдруг сказал он, - спрашивали насчет вас. Я попросил их вас пока не беспокоить, они, с треском, но согласились.

- Что именно они спрашивали?

- Ну, так историю вашей болезни. Я не мог им отказать.

- Хотела бы я увидеть их лица в момент, когда они читали мою карту.

- Они обычно безэмоцианальны.

- Они ничего не сказали?

- Просто переглянулись друг на друга, потом спросили почему вы были не в больнице, я ответил, что не знаю.

- И они ушли?

- Они пришли на следующий день после того как вас нашли с ножевым ранением. Они были на иголках. Это дело сразу стало достоянием общественности, и вы, моя пациентка, стали причиной того ажиотажа вокруг больницы.

Не хотелось мне в это верить. Я та, о которой говорит каждый встречный в этой больнице, и скоро мне предстоит детальный разговор с людьми в погонах. На меня навалился снежный ком. Надеюсь они сочтут мой разговор бредом и отстанут от меня. Но камень преткновения- рана на животе-, заставлял думать о том дне.

- Не нравится мне все это, - чуть слышно произнесла я, - слишком для меня, не могу поверить, что все так обернулось.

- Главное, вы с нами, - успокаивающе промолвил врач, - остальное не особо важно.