Там где война

Вступление

«В России практически в каждой семье есть свой счет к той войне (ВОВ). Из поколения в поколение передается память о мужестве, о подвиге отцов, дедов, прадедов, гордость за великую победу и боль невосполнимых утрат. И нет необходимости объяснять, почему любые попытки фальсифицировать историю, историю Второй мировой войны, Великой Отечественной войны, надругательство над памятью победителей - все это очень остро воспринимается в российском обществе. Необходимо беречь и отстаивать правду о войне, о бесценном опыте союзничества, об истинных героях, над которыми время не властно. Это важно для всех нас. Это необходимо для воспитания и нравственного становления будущих поколений».

Путин В.В.

В детстве я часто задумывался над вопросом: «Как один народ, можно заставить напасть на другой»? Немцы же должны были понимать, что они неправильно поступают. Как можно идти захватывать чужие земли с этой мыслью? Причем в масштабах второй мировой войны, для меня это было необъяснимо. Кого я только не спрашивал, никто мне не мог дать ответ. Все говорили, немцы захватчики, пролили много невинной крови, принесли горе всему миру. Но на вопрос почему, внятного ответа для понимания я не мог получить. Все мои размышления ни к чему не приводили. На этот вопрос не могли даже ответить те, кто воевал. Я спрашивал наших ветеранов: «Вы воевали, потому что защищали свою родину, а что немцев заставляло воевать? Им ведь просто достаточно было не нападать, и войны бы не было». Я уверен, немцы так же не хотели воевать, как и русские. Но вопреки, здравой логики, когда народы воюют между собой, таких примеров в истории много. Это факт, который никто не мог мне объяснить.

Но всё-таки нашелся человек, который мне ответил.

Эта история о моём прадедушке, Кулагине Василии Федоровиче, который пропал без вести во время Великой Отечественной войны. Василий Кулагин родился при царской власти 4 апреля 1904 года в селе Русские найманы, расположенном в Мордовском крае. После революции при советской власти Мордовия получила статус республики. Как и все мужчины призывного возраста, Василий Кулагин прошел срочную службу. После армии Василий Фёдорович женился на Евдокии Михайловне Ёжиковой, создал семью, построил дом, завел хозяйство. В 1941 году, узнав о начале войны, не дожидаясь повестки, отправился на призывной пункт. С самого начала войны, СССР оказался в катастрофическом положении. Гитлер настолько был воодушевлен результатами своих войск, что на весь мир заявил, что уже в ноябре 1941 года немецкие войска пройдутся парадом по Красной площади. В октябре Москва подверглась тотальной бомбардировки. Столицу бомбили около сотни фашистских самолетов. Гитлер уже начал готовится к параду. Из Германии уже были направлены парадные мундиры, ордена и медали за взятие Москвы. Парад состоялся. Но только не немецкой армии, а советской. Военный парад Красной армии на Красной площади 7 ноября 1941 года имел огромное внутриполитическое и международное значение. Он способствовал укреплению морального духа советского народа и его Вооруженных Сил, продемонстрировал их решимость отстоять Москву и разгромить врага. На параде присутствовал сам Иосиф Виссарионович Сталин.

«Товарищи красноармейцы и краснофлотцы, командиры и политработники, партизаны и партизанки! На вас смотрит весь мир как на силу, способную уничтожить грабительские полчища немецких захватчиков. На вас смотрят порабощенные народы Европы, подпавшие под иго немецких захватчиков, как на своих освободителей. Великая освободительная миссия выпала на вашу долю. Будьте же достойны этой миссии! Война, которую вы ведете, есть война освободительная, война справедливая. Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков — Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова! Пусть осенит вас победоносное знамя великого Ленина!»

Сталин И.В.

Ни одну семью Великая Отечественная война не обошла стороной. Война никого не щадила, ни детей, ни женщин, ни стариков. За время этой ужасной войны потери СССР составили почти 27 миллионов человек, а по утверждениям некоторых историков реальные потери достигают 42 миллионов. Материальный урон составил более шестиста миллиардов в долларовом эквиваленте. Было разрушено 1710 городов и посёлков городского типа и более 70 тысяч сёл и деревень, 32 тысячи промышленных предприятий, разгромлено 98 тысяч колхозов, 1876 совхозов. Это больше, чем у любой другой страны, включая проигравшие.

С рождения всех нас учили гордиться своими дедами одержавшими победу над фашизмом. В детском саду воспитатели рассказывали об этой войне, в школе учителя, по телевизору и в кинотеатрах демонстрировались военные фильмы, в городах проводили парады под знамёнами красной армии. В каждой семье были истории о своих героях, и это всё рассказывалось, пересказывалось, об этом писали в газетах, журналах и книгах.

Когда я учился в старших классах, в начале девяностых, неожиданно это всё закончилось. В один момент это всем стало неинтересно и скучно, сразу всей стране. Появились другие интересы. Отечественные фильмы о войне на фоне американских боевиков казались устаревшими и безнадежными пережитками ретро. Высшим наслаждением было попасть в видеосалон, пить кока-колу, жевать бубль гумм и курить мальборо. Всё, что было когда-то недоступным и запрещенным. В стране появились новые герои: звёзды видеосалонов: Сталлоне, Шварценеггер, Брюс Ли. А настоящие герои, ветераны отечественной войны оказались ни кому не нужны. А некоторые из них и вовсе оказались на улице. Медали и ордена, за которые проливали кровь, вдруг потеряли свою ценность, и их можно было купить за копейки на рынке. А сами ветераны оказались за чертой бедности. В лучшем случае о них вспоминали раз в год, на день победы. В этот день даже могли показать по центральным каналам пару отечественных фильмов о войне. С прилавков исчезла отечественная натуральная продукция, и это место заняли американские продукты на искусственных добавках, ароматизаторах, эмульгаторах, стабилизаторах, усилителей вкусов и разного рода искусственных заменителях. Масштабная реклама сделала своё дело. Несмотря на неприличную дороговизну этих продуктов, все безумно мечтали об этих вредных «вкусностях». Мне, как школьнику, приходилось экономить на обедах, чтобы хотя бы раз в месяц или даже реже, купить батончик сникерса или баночку пепси. Это считалось невероятно крутым. Появиться во дворе с жвачкой Бубль Гумм, или с той же кока-колой, вызывало безграничную зависть всех детей. Это было начало девяностых. Наверное, самое крутое время в российской истории, которое я застал. Как ни странно, всё, что происходило в девяностые, не было случайностью. Развал СССР, обнищание народа, внедрение двойных стандартов, было запланировано, и к этому вели Россию десятки лет.

«Крушение Советского Союза было крупнейшей геополитической катастрофой века. Для российского же народа оно стало настоящей драмой. Десятки миллионов наших сограждан и соотечественников оказались за пределами российской территории. Эпидемия распада к тому же перекинулась на саму Россию».

Путин В.В.

Бывают такие моменты, когда происходит переоценка ценностей. Начинаешь видеть те вещи, которые раньше не видел, и удивляться, почему другие этого не видят.

Самым запоминающимся событием в моей жизни было лето 1988 года. Мне было 9 лет.

Одним жарким днём, во время школьных каникул, я сидел на берегу речки и думал, где бы раздобыть рубль на видеосалон. В 16.00 должен был демонстрироваться фильм «Выход дракона» с Брюсом Ли. Каждый мальчишка во дворе мечтал быть похожим на него. Мы могли целыми днями спорить, кто круче и больше похож на Брюса. Считалось, что Брюс Ли мог легко прыгнуть с крыши пятиэтажного дома и не разбиться. Мы верили, что он запросто может переломить одним ударом дерево. Ну и конечно, победить в одиночку армию любой страны, даже не ставилось под сомнение. Мы подражали Брюсу Ли, и разбивали свои кулаки об доски. А что еще было делать в конце восьмидесятых, начала девяностых школьнику во время каникул? А летние каникулы, это особенные каникулы. Это когда много времени и некуда его девать. Что может быть лучше? По крайней мере, в то время – ничего.

На речку пришел купаться мой друг Димка.

- Идешь сегодня на Брюса Ли? – спросил я его.

- Естественно, - ответил он, - такое только лохи могут пропустить.

Такой ответ меня задел. Потому что мой поход в видеосалон был под вопросом.

- А ты? – спросил Димка.

- У меня денег нет. А ты где бабло надыбал?

- Заработал.

- Как?

- Подорожник собирал, сдал в аптеку. Я кстати тебе предлагал, ты отказался.

- Десять копеек за килограмм это мало.

- На кино хватило.

- Может тогда пойти насобирать? Как думаешь, успею до Брюса Ли?

- Вряд ли. Я три недели собирал.

- И много тебе заплатили?

- Два рубля.

- Это получается, ты двадцать килограммов насобирал?

- Совершенно верно. По килограмму в день.

- Слушай, а зачем тебе два рубля, отдай один мне, а я через три недели верну, когда насобираю подорожник.

- Не могу, Ромарио, я уже Гырычу дал. Если бы я знал, что у тебя денег нет, я конечно лучше бы тебе одолжил.

Ну и жук же этот Димка. Хрен бы что он одолжил.

- Так в чем проблема, забери у него назад рубль, - предложил я.

- Как? А если он не отдаст?

- Как не отдаст? Это же твои деньги. Скажи, что тебе нужны.

- А если он спросит зачем?

- Скажешь, мне одолжить.

Гляжу Димка мнётся, не знает, может на самом деле забрать. Думаю, если немного надавить, то заберет. Гырыч был помладше нас, поэтому забрать назад деньги не было ни каких проблем. Можно было бы просто отнять, если бы отказался отдавать.

- Слушай, ты же сам сказал, что лучше бы мне дал рубль. Так давай. Или ты не пацан?

- Пацан.

- Ну, и всё тогда. Пошли я с тобой схожу, - сказал я.

Этот Димка ведь запросто может сказать одно, а потом придумать какую-нибудь небылицу, что не нашёл Гырыча, а я на него понадеюсь. А так всё под контролем.

- Ну, ладно, - согласился он, - пойдём.

Гырыч ситуацию не спас.

- У меня нет рубля, - ответил он.

- А где он? – проверили мы его карманы, они оказались пусты.

- У меня его отняли.

- Кто? Пойдём разбираться, - Димка аж закипел.

- Пошли, - Гырыч нас куда-то повел.

- Кто у тебя мой рубль отнял? – не унимался Димка.

- Я в очереди стоял за квасом.

- И что?

- Когда подошла очередь, у бабки, которая этот квас разливала, гляжу деньги лежат на блюдечке, рублей тридцать, прям на расстоянии вытянутой руки. Появился такой соблазн, схватить деньги и убежать. Бабка толстая, неуклюжая, всё равно не догонит. Ей только вылезать из своего места пол часа надо.

- И что дальше?

- Догнал мужик, который в этой очереди стоял. Я ему говорил, что среди этих денег один рубль мой, но он всё, что было, забрал и отдал этой бабке.

- И мой рубль? – Димка остановился.

- Да.

- Теперь понятно, почему у тебя уши красные, - сказал я.

- Ребята, а что вы остановились?

- Гырыч, ты как себе представляешь забирание рубля?

- Вы этой бабке скажите, что мужик ей с её деньгами вернул еще мои.

- А ты сам, что не сказал?

- Я говорил.

- И что?

- Мне не поверили.

- А с чего ты взял, что нам поверит?

- Вы люди не заинтересованные, вам поверит. Ну, что? Идём забирать рубль? – спросил Гырыч.

- Гырыч, ты идиот, - Димка, аж на всю улицу орал, - дуй отсюда, а то и мы тебе уши надерем, осёл ты тупорылый.

- Ну, и зачем ты мальчишку до слёз довёл? – спросил я Димку, когда ушел Гырыч.

- Дебилов терпеть не могу, - не мог успокоиться Димка, - ну, надо же до такого додуматься. Ну, ты подумай только, как такое в голову ему пришло?

- Деньги у бабки воровать?

- Нет, нас к бабке вести. А с бабкой кстати план нормальный был. Ну, всё равно дебил, надо было еще посмотреть, кто в очереди стоит.

- Ну и я про это.

- Ты тоже подумал, о чём и я?

- А о чём ты подумал? – не понял я Димку.

- Ты знаешь.

- Понятия не имею.

- Бабку грабануть.

- Ты рехнулся?

- Ну, ты подумай, что может быть проще?

- Гырыч тоже так думал.

- Он идиот. Кто ж такие дела делает спонтанно? Он принял решение за секунду до грабежа, а мы с тобой всё продумаем, у нас план будет.

- И сколько ты собрался думать над этим планом? Через 2 часа уже фильм начнется.

- Дело плёвое, за 5 минут всё можно продумать.

- Секунды мало, а 5 минут в самый раз, я правильно понял?

- Да. У меня уже есть предварительный план.

- Ну, рассказывай, что ты там надумал?

- Мы учтём ошибки Гырыча. Прежде чем вставать в очередь за квасом, мы выберем момент, чтобы в очереди стояли те, кто не сможет догнать.

- Ты гений, отличный план.

- Ну что, ты согласен?

- Бегун, который может догнать и уши надрать, может не только в очереди стоять, но и просто мимо проходить.

- Мы будем вести наблюдение за бочкой кваса в радиусе 100 метров. Выберем момент, и всё, бабло в кармане. Соглашайся, дело плёвое.

- Бедная бабка, её наверно еще никто не грабил за день 2 раза.

- Это значит да?

- Ладно, только грабить будешь ты, а я буду вести наблюдение.

- Почему я?

- Потому что это твоя идея.

- И что?

- И то, значит, ты будешь грабить.

- А рубль кому нужен, тебе или мне?

- Мне.

- Вот ты и грабь, а я буду вести наблюдение.

- Я не могу.

- Почему.

- А если меня поймают?

- А меня значит, пусть ловят?

- Я не про это?

- А про что? Тут больше никого нет.

- У меня бабушка не переживёт это, если меня поймают.

- У меня кстати, тоже есть бабушка.

- Твою бабушку не жалко, а мою жалко.

- Вот ты звездадельный. Интересно, это чем твоя бабушка, лучше моей?

- Моя бабушка еще работает, приносит пользу обществу, а твоя на пенсии, бесполезный элемент в государстве.

- И что? Теперь её убивать надо?

- Нет, конечно. Твою бабушку еще никто не знает, а мою знают все.

- Почему это, мою не знают, а твою знают?

- Моя бабушка работает почтальоном, разносит всем почту, поэтому её здесь знает каждая собака, а твоя на пенсии, дома целыми днями сидит.

- Это не гарантирует того, что она не узнает.

- Моя бабушка, очень всё близко к сердцу принимает, её может инсульт схватить. А твоя бабушка даже если узнает, ей будет всё равно.

- С чего это ты взял, что моей бабушке будет всё равно?

- Она у тебя бесчувственная, это знают все.

- Моя бабушка очень даже чувственная. Видел бы ты, как она переживала, когда у неё газ отключили.

- Это она не из чувственности, а из вредности.

- Ты хочешь сказать, что моя бабушка вредная?

- А разве нет?

- А твоя бабушка злая.

- Моя бабушка очень добрая, но немного строгая.

- Не строгая, а злая.

- Слушай, не трогай мою бабушку!

- А ты мою.

- Ну, и всё.

- Ну, и всё.

С Димкой так ни о чем и не договорились. Скоро Брюс Ли начнется, а у меня нет рубля.

Решил на дело идти один. Хрен с этим Димкой, в таких делах, чем меньше народу, тем лучше.

Стою в очереди за квасом, волнение сумасшедшее. Никогда еще такое не делал. В очереди одни пенсионеры, знакомых вроде нет, никто вроде меня не знает, должно всё чисто пройти.

Когда подошла очередь, я посмотрел на блюдечко, оно было пустым. Куда бабка дела деньги? Они же всегда у нее лежали на блюдечке. Видимо стала умнее, и теперь деньги убирает. Или может инкассация забрала? Какая теперь разница? Денег-то всё равно нет.

- Мальчик, тебе маленькую или большую? – спросила меня бабка.

- Что? – переспросил я.

- Тебе маленькую или большую кружку налить, - повторила бабка.

А я ведь и не рассчитывал покупать квас, у меня даже денег нет.

- Мальчик, не задерживай очередь, - бабка начала раздражаться.

- Две больших, для меня и моего друга, - сзади меня какой-то дед положил руку мне на плечо.

Пить действительно очень хотелось. Жара невыносимая. И что мне делать в такой ситуации? Убегать? Так я ничего плохого не сделал. А заплатить за кружку кваса, денег нет, скажут, зачем стоял в очереди? Глупейшая ситуация.

- Ну, что, составишь старику компанию? – обратился ко мне дед.

- Я вам отдам пять копеек, - мы с дедом отошли в тенёк.

- Я угощаю.

- Спасибо.

- Деньги дома забыл?

- Да.

- Зачем тебе это надо?

- Что надо?

- Обманывать. Я ведь знаю, что ты хотел.

- И что?

- Обокрасть.

Откуда он знает? Ему, что, Димка рассказал? Вот трепло.

- Никто мне ничего не рассказывал, - дед как будто прочитал мои мысли.

- Ты ведь Рома? – спросил он.

- Откуда вы меня знаете?

- Я наблюдал, как ты со своим другом обсуждал ограбить продавщицу кваса.

- Но рядом же никого не было.

- Всё верно, я невдалеке сидел на лавочке и кормил голубей.

- Даже если и так, вы не могли нас слышать.

- А я и не слышал.

- Как же тогда вы узнали, о чем мы говорили?

- Читал по губам.

- Вы умеете читать по губам?

- Да.

- Честно?

- Ты сомневаешься?

- Если вы действительно умеете, скажите, о чем говорят те люди? – я показал на двух мужчин, пьющих квас.

- Зачем тебе?

- Просто интересно.

- Один просит другого дать денег взаймы до получки. Смотри, сейчас мужчина в синей рубашке достанет кошелек и даст денег своему другу.

В этот момент действительно человек в синей рубашке вынул из кармана кошелек и протянул деньги своему собеседнику.

- Круто, - удивился я.

- Ну, в твоем восприятии наверно да, - усмехнулся дед.

- Тогда вы должны были знать, что мы ни о чем не договорились с Димкой.

- Я знал.

- Так с чего вы решили, что я решил…ну вы понимаете…

- Я хорошо знаю поведенческую психологию, а в данном случае это было нетрудно. У тебя нет денег, и ты встал в очередь за квасом. У тебя немного дрожали руки. Может, для других это и не было заметным, но я обратил на это внимание. Моя работа была с этим связана, замечать малейшие детали. Твое поведение тебя выдало.

- Вы не случайно стояли за мной?

- Жарко, очень пить хотелось. Да и тебя надо было подстраховать от ошибки.

- А гипнотизировать умеете как Кашпировский?

- Кашпировский это коммерческий проект, то, что показывают по телевизору, это всё как говорит сейчас молодежь, туфта.

- Значит Кашпировский шарлатан?

- Тебе он чем-то помог?

- Нет.

- А знаешь кого-то лично, кому он помог?

- Нет.

- А знаешь тех, кто смотрел его сеансы?

- Наверно все смотрели его передачи.

- Значит, знаешь таких?

- Ну да.

- Получается, ты знаешь людей, которые смотрели его сеансы, и никому из них он не помог?

- Да. Но по телевизору же показывали тех, кому он помог.

- Получается, что твои знания об его способностях формируются исключительно на том, что его команда сняла, и показали по телевизору?

- Я всё понял. Он шарлатан.

- Я тебе показал пример, что как минимум всем, он помочь не может. В массовом плане его манипуляции ничего не представляют. Но в индивидуальном, я допускаю, что он вполне может человека ввести в гипноз. Он психотерапевт, обладающий определенными знаниями, но не сверх способностями. Он на своих сеансах использует психотерапевтические приемы, и несомненно, такие есть, кому он помог. Но дело в том, что человек сам запускает все необходимые механизмы в своем организме, а не он. Это эффект плацебо. Человек верит, что ему поможет сеанс, и действительно, он себя начинает чувствовать лучше. По вере вашей, будет вам. Это говорил Христос два тысячелетия назад. Так что зависит всё от человека. Человек может верить, что перебежавшая черная кошка дорогу принесет несчастье, и действительно происходит несчастье. Но не потому, что перебежала черная кошка дорогу, а просто сам человек запустил механизм приведший к несчастью.

- А вы сами умеете гипнотизировать?

- Ввести в состояние транса человека не так уж и сложно.

- Значит, вы можете, например, в магазине сделать так, что бы продавщица добровольно отдала все деньги из кассы?

- В неправильном направлении ты мыслишь, - рассмеялся старик.

- Ну а хотя бы, не заплатить за квас?

- Не для таких вещей изучают гипноз.

- А как здорово обладать гипнозом. Все люди будут делать то, что тебе надо.

- Если бы это было так просто. Гипноз это не волшебство, что бы щёлкнуть пальцами, и всё сделать как тебе надо. Это психотерапевтические инструменты. К каждому человеку нужен свой подход, знать тип человека, и от этого уже думать, какой инструмент к нему применить. Один и тот же инструмент, может совершенно по-разному влиять на разных людей.

- Расскажите хотя бы об одном инструменте?

- Это зависит от поставленных задач. Например, используя определенные речевые обороты, я могу у тебя вызвать то или иное состояние.

- Вы имеете в виду, ввести меня в состояние транса?

- Не обязательно в состояние транса, а сменить одно твое состояние, на другое. Но и состояние транса тоже возможно.

- Ничего у вас не выйдет.

- Почему ты так думаешь?

- Я не поддаюсь гипнозу.

- Все поддаются. Некоторые в большей, некоторые в меньшей степени.

- Мне кажется это странным. Что бы вот так кто-то другой управлял сознанием кого-то.

- Ничего странного.

- Давайте попробуем? Загипнотизируйте меня.

- Зачем тебе это надо?

- Интересно испытать состояние транса.

- Ты его испытывал.

- Не испытывал.

- Испытывал, и причем много раз.

- Меня никогда никто не гипнотизировал.

- Во первых, человек, которого вводили в состояние гипноза, может об этом и не знать. И во вторых, для этого состояния не обязательно должен кто-то гипнотизировать.

- Я вас не понимаю.

- Ты это состояние испытываешь каждый день. Хотя наверно правильней сказать ночь. Это сон. А вернее момент засыпания, и пробуждения.

- И вы можете такое состояние вызвать?

- Иногда приходилось.

Я был очень заинтригован. Мне очень хотелось увидеть всё это на практике. Я стал упрашивать старика продемонстрировать то, о чем он мне рассказал. И после того, когда я сказал, что пока это не увижу, не поверю, он согласился.

- Хорошо. Запомни свое состояние на данный момент. Что ты чувствуешь именно сейчас. Через несколько минут, у тебя будет совсем другое состояние.

- Хорошо. Но я буду стараться, что бы у вас ничего не получилось.

- Скажи мне, о чем ты мечтаешь?

- Я хочу много денег.

- Зачем тебе деньги?

- Купить видик.

- Зачем тебе видик?

- Что бы смотреть фильмы.

- Зачем тебе смотреть фильмы?

- Получать удовольствие, - уже более раздраженно ответил я.

- Зачем тебе получать удовольствие?

- Чтобы быть счастливым.

- Зачем ты хочешь быть счастливым?

- Я не знаю, хватит, - остановил я старика.

- А теперь сравни, то состояние, которое у тебя было минуту назад, и которое сейчас. Оно отличается?

- Да, - удивился я, - только сейчас я обратил внимание на свое негодование и раздражение, хотя был сосредоточен, на том, что бы сохранить то состояние, которое у меня было.

- Я использовал абстрактные обороты. Которые и привели тебя в недоумение и вызвали раздражение. Вроде бы ты хотел одного, а теперь получается, что тебе и не нужны деньги. По крайней мере, ты сказал, не знаю. А зачем тебе они, если ты не знаешь?

- А есть ответ, против которого не действует эта техника?

- Есть. На моей практике, был только один случай, когда эта техника рассыпалась как карточный домик.

- И какой же это ответ?

- Что бы понять ответ, надо рассказать полностью этот случай.

- Ответ длинный?

- Ответ короткий, состоит из одного слова, а вот случай длинный.

- Расскажите.

- Хорошо, но только чуть позже. Я просто показал пример, что можно управлять состоянием человека, а если можно управлять его состоянием, то можно управлять и самим человеком. Следи за рукой.

Старик стал водить рукой перед лицом и вдруг резко ей дотронулся до моего плеча.

- Что случилось? – не мог понять я, что произошло.

- Я сказал, что можно управлять сознанием человека.

- Это как?

- Ввергаешь человека в то состояние, которое тебе нужно, и в этот момент, с человеком можно делать практически всё, что захочешь. Когда человек в трансе, он внушаем.

- И даже заставить его добровольно отдать деньги?

- Ты опять про деньги?

- Вы не ответили.

- Можно.

- Я в это не верю.

- Хорошо, тогда можешь идти, - сказал старик.

Я развернулся и пошел.

- Рома, - окликнул меня старик, - ты забыл свою рубашку.

Я обернулся. В руках у старика была моя рубашка. Только я сейчас заметил, что на мне нет рубашки. Но как она у него оказалась?

- Как моя рубашка оказалась у вас? – удивился я.

- Ты мне сам её отдал.

- Она же была на мне.

- Ты её снял, и отдал мне.

- Как? – не мог я поверить.

- Я тебе велел, - улыбался старик.

- Когда?

- Минуту назад.

- Почему я не помню этого?

- Ты был под гипнозом.

- Долго?

- Минуту.

- А зачем вы велели отдать вам рубашку?

- Иначе бы ты не поверил, - старик протянул мне рубашку, - можешь её забрать, она мне не нужна.

Я действительно не помнил, как снял рубашку и отдал её старику. Это было для меня не объяснимо.

- Одевайся, - сказал старик.

Я одел рубашку.

- Вы можете меня этому научить?

- Если менять одно состояние человека, на другое, то могу. Допустим, использовать ту же технику абстрактных вопросов. Я кстати ей овладел еще за долго до того, когда стал изучать психоанализ. Если ты хочешь влиять не на состояние, а на сознание, то это года обучения.

- Скажите, а можно внушить человеку, убить другого человека?

- Можно.

- Ну, тога этот же человек ни в чем не виноват.

- Получается да.

- Но посадят же его, а не того кто ему внушил.

- Так и делают. Сажают. А бывают и этого человека убивают, тогда становится еще сложней это дело раскрыть. Но как правило, такое делается на очень высоком уровне.

- Вы имеете ввиду на государственном?

- Да.

- Получается, государство само нарушает закон?

- Правители государств должны уметь брать на себя ответственность за убийства. В секретных службах, особенно в западных, часто прибегают к таким приемам. Доказать что-то в таких случаях практически невозможно.

- Но это же преступление.

- Как правило, таким образом правительство стран избавляется от людей, которые представляют собой угрозу государственной безопасности. Или по мнению, кого-то из руководителей страны, кажется, что это представляет угрозу.

- И кого же так убили? Назовите хотя бы одного.

- Очень на это похоже убийство Джона Леннона.

- А разве его ни какой-то маньяк убил?

- Маньяк? Который, до этого ни разу даже мухи не убил? Тебе не кажется это странным? Уже получается он не маньяк. У маньяков десятки, а то и сотни жертв. А здесь человек сам не может внятно объяснить, зачем он это сделал. С его слов, он слышал голос в голове призывающий убить Джона Леннона. Когда Леннон занимался творческой деятельностью, за ним правительство вело слежку.

- Зачем? Он же просто музыкант.

- Власти его считали подрывным элементом, представляющим угрозу США. Вид на жительство в Америке он получил только тогда, когда отошел от творческой деятельности, а убили его тогда, когда он вернулся к творческой деятельности. Всё именно указывает на это. Но доказать что-то тут невозможно. Вот он убийца, его посадили, что еще надо?

Как часто бывает в детском возрасте, какая бы важная тема не была, очень легко внимание переключается на что-то другое. В этот момент я увидел своих друзей, среди которых был и Димка. Они куда-то шли, и что-то весело обсуждали. Я уже забыл, что рассказывал мне старик, и всё моё внимание переключилось на друзей.

- Скажите, - обратился я к старику, - а о чем говорят те мальчишки? - я указал на своих друзей.

Дед очень внимательно посмотрел.

- Если в общих чертах, они обсуждают фильм с Брюсом Ли. По всей видимости, они идут смотреть кино.

- Эх, - вздохнул я.

- Ты чего поник?

- Все мои дворовые друзья идут смотреть Брюса Ли.

- И что?

- Вы не понимаете. Брюс Ли - это самый крутой человек в мире.

- Вон в чем дело.

- В нашей стране таких нет.

- Почему ты так решил?

- Как почему? Он же всех сильнее.

- Но ведь это только на экране.

- Нет. Он и в жизни такой.

- Откуда ты знаешь?

- Но это же видно в фильмах.

- В фильмах мы видим артистов.

- Вы сомневаетесь в том, что Брюс Ли всех победит? – с обидой спросил я.

- Я не ставлю под сомнения таланты Брюса Ли. Я допускаю, что это великий мастер своего дела. Но ты сказал, что в нашей стране таких нет, а это не так. В нашей стране есть великие люди. Не экранные герои, а настоящие. Хотя по большому счету разницы нет. Это если касается подражания. Если экранный герой благородный, защищает слабых, помогает тем, кто попал в беду, то даже если этот герой ненастоящий, то что плохого, если ему подражать?

- Брюс Ли именно такой.

- Брюс Ли это хорошо, но это западная культура.

- Брюс ли китаец.

- В данном случае, это не имеет значение. Его фильмы ориентированы на западный рынок. Пусть даже они имели громадный успех в Китае, и в ряде других стран, но фильмы его с американским уклоном. В этом ничего плохого нет. Но увлекаясь западной культурой, нельзя забывать про свою, родную, русскую культуру, потому что это наши корни. Это очень важно. Дерево без корней жить не может. Брюс Ли это хорошо, но ведь и у нас есть великие фильмы, великие артисты, великие музыканты, писатели, художники. Это наше родное.

- Понимаете дедушка, наша культура устарела, наши фильмы скучные. Америка нас обогнала в этом плане.

- Она не обогнала, она просто движется в другом направлении. Ты формируешь свое мнение исключительно по западным фильмам, а это не правильно. У нас есть не менее великие фильмы, только они другие, они русские. В наших фильмах тоже есть кем восхищаться. С одним, очень известным человеком мне даже пришлось воевать на фронте. Правда, нас жизнь свела только всего на три недели, но те дни, что я был с ним знаком, я не забуду никогда.

- Он дрался как Брюс Ли?

- Нет, он делал гораздо более важные вещи. Он мог смешить.

- На войне?

- Да. Как это не странно, но на фронте тоже должен быть юмор. Тебе сейчас это не понять. Когда, люди не живут, а выживают, питаются отходами, месяцами не моются, не видят своих родственников, ты не представляешь, как важна способность, уметь посмеяться в таких условиях. Ведь во время смеха, пусть даже на короткое время, человек забывает о своих трудностях.

- И что это за человек?

В это время невдалеке громко засмеялись мои друзья. Мне даже показалось, что они смеются надо мной. Это только еще больше придало мне уныния. Чего не мог заметить этот очень внимательный старик.

- Ты чего погрустнел? – спросил он.

- Меня во дворе теперь будут считать последним лохом, - ответил я.

- Почему?

- Ну, как же, все идут Брюс Ли смотреть, а я пью квас с каким-то…

- Старым хрычом? – улыбаясь, продолжил мою фразу старик.

- Извините, я не хотел так говорить.

- Всё нормально, - посмеялся дед. – Скажи, а что такое лох?

- Ну, типа, неудачник.

- Понятно.

- Не смог найти рубль на кино. Кто же я еще? Самый что ни наесть последний неудачник в этом мире.

- Это не так, пока ты сам себе не дашь установку на это.

- Есть вещи, которые от нас не зависят, - возразил я.

- Какие например?

- Война.

- Но от нас зависит, победим мы или проиграем.

- Вы воевали?

- Да.

- Спасибо вам, что отстояли нашу родину.

- Теперь, отстаивать придется вам.

- Вы о чем?

- О мире. Он очень хрупок. Теперь от вас зависит этот мир.

- Знаете, я никогда не мог понять, как один народ можно заставить убивать другой?

- Со слов Германа Геринга, это очень просто. И он это доказал.

- А кто такой этот Герман Геринг?

- Плохо вам историю в школе преподают.

- Не хотите говорить, не говорите, - обиделся я на упрёк старика.

- Не сердитесь молодой человек, - улыбнулся старик. – Герман Геринг один из наиболее влиятельных людей в нацистской Германии, он был «вторым человеком» после Гитлера. Кому, как не ему знать, как один народ заставить убивать другой.

- Как? Мне никто не мог ответить на этот вопрос. Я не могу этого понять.

- На Нюрнбергском процессе, Геринг сказал: «Никто не хочет воевать. Простой народ не пойдёт убивать другой народ. Должна быть причина. И мы её создали. Это очень просто. Нужно создать образ врага. Страшного и ужасного, что бы они его боялись». Это не дословно, но смысл такой. В этом плане мы ни чем не отличаемся от зверей. Когда зверь в опасности, он прячется, если нет возможности спрятаться, то он или убегает, или нападает сам. Этот закон действует и с людьми.

- Но тут же не отдельно взятые люди, тут страны.

- Да. Так как в случае опасности, страна спрятаться не может, и не может убежать, то она нападает. Страх движет людьми на войне.

- Но как же сам Геринг? Он же сознательно вел народ на войну с другим народом. Где его совесть?

- «У меня нет совести! Мою совесть зовут Адольф Гитлер!» - говорил Геринг, - «Я не буду соблюдать справедливость и так называемую законность, моё дело – уничтожать и искоренять и более ничего!».

Старик завладел всем моим вниманием. Мне действительно стало очень интересно общаться с этим стариком. Мне это не рассказывали не в школе, не дома. Наконец-то мне стало хоть что-то ясно в великой отечественной войне. По крайней мере на тот момент я так думал.

- Как вас зовут? - спросил я старика.

В этот момент невдалеке опять подняли дикий хохот мои друзья. Надо мной смеются. Они идут в видеосалон, а мой удел компания пенсионера. От таких мыслей, мне стало совсем грустно.

- Ты чего опять погрустнел? – спросил старик.

- Сейчас фильм с Брюс Ли начнётся в видеосалоне. Я единственный, кто не пошел на него. Я лох.

- Это не так.

- Так. Я как всегда, не успел найти какого-то жалкого рубля.

- Ну, может, еще успеешь? – улыбнулся старик.

- Сколько сейчас времени? – спросил я старика.

- Без пяти три, -Дедушка посмотрел на свои часы.

Мои друзья стали заходить в видеосалон. Я с детской завистью наблюдал за ними.

- 5 минут осталось до начала, уже точно не успею, - огорченно ответил я.

- Всё что угодно может произойти за 5 минут.

- Тут уже ничего не произойдёт.

- Как знать.

- Покажите свои часы, - я заметил, что у старика какие-то необычные часы.

Старик протянул руку, на которой были часы.

- Старые, - рассмотрел я часы получше, - а я думал современные.

- Это лучше современных.

- Необычные, - сказал я, - командирские что ли?

- Командирские, - вновь улыбнулся старик.

- А почему на них нет звездочки? На всех командирских звездочка есть.

- А это настоящие командирские. Это генеральские часы. С ними связана особая история.

Часы показывали, что до фильма осталась одна минута. Через мгновение большая стрелка перескочит одно маленькое деление на циферблате и фильм с Брюсом Ли начнется. И что была за история у этих часов, мне не было ни какого дела. Мои друзья уже сидели в видеосалоне и ждали начала фильма.

- Вот и всё, - сказал я, - фильм начался, я лох.

Старик сунул руку в карман и протянул мне рубль.

- Это что? – спросил я.

- Ну, на лоха ты точно не похож, - посмеялся дед. - Иди с друзьями смотреть самого крутого человека в мире.

- Вы шутите?

- Вовсе нет. Бери рубль и иди в кинотеатр.

- Не в кинотеатр, а в видеосалон, - поправил я старика.

- Ну, в видеосалон.

- Спасибо, - обрадовался я, - я вам верну.

- Не надо.

- Я тогда пойду, а то сейчас кино начнется.

- Конечно, иди.

- Спасибо, - я поторопился в кино.

- Скажите, а почему вы так делаете, - остановился я, - вы меня квасом угостили, теперь рубль на кино дали.

- Я твой прадедушка, - сказал старик.

Этот ответ меня удивил. Я даже не знал, как на него реагировать.

- Я знаю своего прадедушку, вы не он, - опешил я.

- Я другой прадедушка.

- А другой прадедушка на войне пропал без вести.

- Вот я нашелся, - улыбнулся старик.

Я даже не знал, что сказать. Я мог ожидать, что угодно, но только не это.

- А где тогда вы всё это время были?

- Это долгая история, а у тебя сейчас Брюс Ли начнется.

Действительно. Сейчас Брюс Ли. А тут прадедушка нашелся. Он ошибся. Точно ошибся. Ведь прошло лет пятьдесят, как он пропал без вести. Конечно, этого не может быть. Пойду смотреть Брюса Ли.

- Дедушка, вы ошиблись. Мне очень жаль, но мой прадедушка пропал без вести. Я очень желаю вам найти своих родных. А я пойду Брюса Ли смотреть, извините.

- Конечно, иди.

- Ну, я пошёл?

- Иди.

Я повернулся и пошёл. В голове крутились слова этого старика «Я твой прадедушка». Ну, какой прадедушка? Как я теперь фильм буду смотреть? Я же весь фильм буду думать про этого старика. А вдруг на самом деле я его правнук? А после кино я его никогда не увижу? Я остановился и повернулся назад. Старик смотрел мне вслед.

- Как вас зовут? - вернулся я к старику.

- Кулагин Василий Фёдорович.

- Так звали моего прадедушку.

- Это я.

- Заберите рубль, - протянул я деньги старику.

- А как же Брюс Ли?

- Никак. Я хочу узнать кто вы? Если вы мой прадедушка, почему только сейчас я вас вижу?

- Я для этого и нашел тебя, чтобы тебе все рассказать. Только ты должен кое-что мне пообещать?

- Что?

- Всё что я расскажу, пусть это будет нашим секретом.

- Почему?

- Это не моя тайна.

- А чья?

- Это государственная тайна, и я обещал никому не рассказывать об этом.

- Кому вы обещали?

- Товарищу Сталину.

- Кому? - не понял я.

- Верховному Главнокомандующему Советского Союза, Сталину Иосифу Виссарионовичу.

- Мой прадедушка был обычным солдатом, он не мог встречаться со Сталиным.

- Я действительно был рядовым красноармейцем, и я действительно встречался со Сталиным.

- Если вы дали обещание хранить эту тайну самому Сталину, то почему сейчас решили всё рассказать?

- Это даже не было обещание, это был приказ Иосифа Виссарионовича. Но бывают такие ситуации, когда приказ приходиться нарушить, и действовать по обстановке.

- И что же заставило вас нарушить приказ?

- Тому есть несколько причин. Во-первых, жизнь не бесконечна. Мне идет девятый десяток. Я могу и не успеть рассказать. Во-вторых, я давал присягу СССР. Сейчас происходит развал страны, и фактически, той страны, которой я давал присягу, нет.

- Дедушка, вас могут расстрелять за такие слова. СССР есть.

- Поверь, что СССР уже нет. Перестройка – это развал СССР. Я не знаю, сколько Советский союз еще просуществует, год, два, но уже исправить ничего нельзя.

Дедушка тяжело вздохнул.

- Напоминаю, ты обещал не рассказывать ни кому, - продолжил он.

Я был в корне не согласен с дедом. Сейчас самый расцвет нашего огромного советского государства. Начавшаяся перестройка наоборот давала простым людям массу возможностей. Но спорить с дедом я не стал. Уж очень мне было интересно, что он еще мне расскажет.

- Если нет СССР, то кто тогда победил в войне? – спросил я.

- Мы не победили в войне, мы победили фашистскую Германию, но не в войне. Война еще идет. Первая мировая, революция, вторая мировая, за всем этим стоят одни и те же структуры, которые и сейчас ведут активно свою деятельность. Что мы сейчас и наблюдаем.

- Но я не наблюдаю никакой войны.

- Ну как же? Мы наблюдаем развал СССР.

- Я никакого развала не наблюдаю.

Тогда, в 1988 году я еще не знал, и не мог знать, что всего через несколько лет СССР прекратит свое существование, страна потеряет в одночасье 40% своей территории, миллионы людей потеряют работу, а те, кому позволят работать, им не будут месяцами, а то и годами платить зарплату, заводы, фабрики, колхозы начнут закрываться один за другим, у пенсионеров, учителей, врачей, ветеранов не будет средств к существованию, начнется война на Кавказе, террористы начнут взрывать дома, метро, общественный транспорт, захватывать школы, театры, бандитизм и рэкет охватит всю страну, со времен Великой Отечественной войны голод приобретет масштабное явление. Америка будет "другом", будет обещать помочь и говорить, что мы развиваемся в правильном направление. И мы все будем им верить. Тогда я этого еще ничего не знал. В 1988 году было еще всё хорошо. Люди еще не подозревали, что их ждет. Но работа по развалу СССР велась полным ходом, и это уже было неизбежно. Народ с радостью принял горбачевскую перестройку, не подозревая к чему это приведет.

- Сейчас война приняла другую форму, - продолжил дед. - Чтобы совершить государственный переворот, и развалить страну, уже не обязательно эту страну бомбить с воздуха и вводить в неё танки. Разработаны другие схемы реализации таких планов. Народ сам сделает всю черную работу. А вернее несколько десятков тысяч людей, решат судьбу многомиллионной страны. Как раз именно сейчас, мы это и наблюдаем.

- Но какое отношение ваша тайна, имеет ко всему этому?

- Это долгая история, давай еще возьмем по кружечке кваса.

- А о чем история? – не терпелось мне узнать.

- О Великой Отечественной войне. О войне, о которой я ни кому не рассказывал. Это нерассказанная война.

Мы взяли квас, и сели на лавочку в тенёк под деревом. И старик мне рассказал всю свою историю. А в конце рассказа он снял свои часы с запястья и подарил мне.

- Это часы Георгия Константиновича Жукова, самого выдающегося полководца, из всех, которых я видел за всю свою жизнь, - сказал дедушка, - они теперь твои.

Одного не пойму, откуда взялась радуга, ведь не было же дождя.

Часть 1 . Ленинград

Приказ № 270, от 16 августа 1941 года.

Приказ Ставки верховного главного командования Красной Армии подписанный лично И. В. Сталиным.

1. Командиров и политработников, во время боя срывающих с себя знаки различия и дезертирующих в тыл или сдающихся в плен врагу, считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушивших присягу и предавших свою Родину дезертиров. Обязать всех вышестоящих командиров и комиссаров расстреливать на месте подобных дезертиров из начсостава. 2. Попавшим в окружение врага частям и подразделениям самоотверженно сражаться до последней возможности, беречь материальную часть как зеницу ока, пробиваться к своим по тылам вражеских войск, нанося поражение фашистским собакам. Обязать каждого военнослужащего независимо от его служебного положения потребовать от вышестоящего начальника, если часть его находится в окружении, драться до последней возможности, чтобы пробиться к своим, и если такой начальник или часть красноармейцев вместо организации отпора врагу предпочтут сдаться в плен — уничтожать их всеми средствами, как наземными, так и воздушными, а семьи сдавшихся в плен красноармейцев лишать государственного пособия и помощи. 3. Обязать командиров и комиссаров дивизий немедля смещать с постов командиров батальонов и полков, прячущихся в щелях во время боя и боящихся руководить ходом боя на поле сражения, снижать их по должности, как самозванцев, переводить в рядовые, а при необходимости расстреливать их на месте, выдвигая на их место смелых и мужественных людей из младшего начсостава или из рядов отличившихся красноармейцев. Приказ прочесть во всех ротах, эскадронах, батареях, эскадрильях, командах и штабах.

Глава 1

Приказ №270 застал Кулагина Василия Федоровича под Ленинградом.

Ленинград - второй по значению город в СССР, являлся мощной экономической базой Советского Союза, давал стране почти четверть от всей продукции тяжёлого машиностроения и треть продукции электротехнической промышленности, в нём действовало 333 крупных промышленных предприятия, а также большое количество заводов и фабрик. С самых первых дней войны, главный удар немцев был нацелен на Ленинград. С захватом Ленинграда Гитлер рассчитывал овладеть мощной экономической базой Советского Союза, уничтожить Балтийский военно-морской, а также торговый флот; обеспечить левый фланг группы армии «Центр», ведущей наступление на Москву, и высвободить большие силы группы армии «Север», закрепить своё господство на Балтийском море и обезопасить поставки руды из портов Норвегии для германской промышленности. За первые 18 дней войны немецкие войска прошли более 600 километров. Но сходу городом вражеские войска не смогли овладеть, что вызвало сильное негодование Гитлера. Гитлер лично подготовил план захвата Ленинграда не позднее сентября 1941 года.

В директиве начальника штаба военно-морских сил Германии № 1601 от 22 сентября 1941 года говорилось:

«Фюрер принял решение стереть город Ленинград с лица земли. После поражения Советской России, дальнейшее существование этого крупнейшего населённого пункта не представляет никакого интереса… Предполагается окружить город тесным кольцом и путём обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбежки с воздуха сравнять его с землёй. Если вследствие создавшегося в городе положения будут заявлены просьбы о сдаче, они будут отвергнуты, так как проблемы, связанные с пребыванием в городе населения и его продовольственным снабжением, не могут и не должны нами решаться. В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения».

По приказу Гитлера немецкие войска приступили к разрушению Ленинграда массированными артиллерийскими обстрелами и бомбёжками. На город было сброшено несколько тысяч зажигательных бомб с целью вызвать массовые пожары. Особое внимание немцы уделяли уничтожению складов с продовольствием, и данная задача им удалась. Ленинград остался без продовольствия. Сталин сложившееся положение в Ленинграде оценил как катастрофическое. Исправить положение в обороне города, Сталин направил Жукова.

Глава 2

Осеннее сентябрьское утро после ожесточенных боев. Немцы так и не смогли прорвать оборону. Василий Кулагин пытался разглядеть сквозь туман, кто ползёт к его окопу. Василий взвел винтовку и прицелился в ползущего.

- Стой, или буду стрелять, - крикнул Василий.

Человек остановился, но ничего не отвечал.

- Halt, oder ich schieße, - крикнул тоже самое Василий, но уже на немецком.

- Почему человек молчит? Может выстрелить? – размышлял Василий. - А вдруг свой? Тогда трибунал. А если это немец, а я не выстрелю, опять трибунал. Ошибиться нельзя.

Человек опять стал подползать к окопу.

- Стоять, - крикнул Василий.

В ответ тишина.

- Почему же он молчит. Может, у него задача, чтобы я выстрелил? Если я выстрелю, то обозначу свою позицию, тогда меня прямой наводкой уничтожат.

Так его учили в развед войсках, на службе, которую он проходил незадолго до начала войны. Непосредственным командиром Василия в то время был один из лучших снайперов в бывшей царской армии, Крюков Степан Георгиевич. Во время революции, по идеологическим соображениям перешел на сторону красной армии, и свои знания уже использовал против Царской власти. Солдаты Крюкова не любили, за его жесткость и требовательность в выполнении поставленных задач. Но Кулагин многому у него научился.

- Да кому я нужен, чтобы таким образом вычислять мою позицию, - продолжал размышлять Кулагин, - я простой солдат. Что-что, а немцы не дураки, чтобы кем-то жертвовать, чтобы вычислить позицию русского солдата.

- Не стреляй, - еле услышал Василий.

- Ты кто? – крикнул Кулагин ползущему.

- Свой я.

Когда человек подполз поближе, Кулагин разглядел, что действительно свой. Человек заполз к Василию в окоп. На вид лет двадцать, совсем молодой еще.

- Ты что не отвечал? Я же тебя шлёпнуть мог, - возмутился Василий.

- Голос сорвал, - хриплым голосом произнес человек, - на сражении наорался, теперь сказать ничего не могу.

- Ясно, - Василий отставил винтовку в сторону.

- Скоро восстановится, такое уже было.

- Как звать-то тебя, солдат?

- Юра.

- А я Василий.

- Рад знакомству.

- Не ранен?

- Нет.

- Ты всю ночь, что ли полз?

- Нет. Из ямы никак не мог выбраться. Сил не было, грязь, слякоть, начинаю лезть и обратно в яму съезжал. Почти всю ночь в яме и пролежал.

- И как же ты выбрался?

- Как, как, полежал часа два, три, силы восстановились и вылез.

- Ну что, надо к своим пробираться.

- Подожди, сил нет, надо немного отдохнуть.

- Хорошо.

- Кто-нибудь еще жив остался?

- Не знаю.

- Я думал кердык пришел…

- Подожди.

- Что?

- Я вроде бы что-то заметил.

- Где?

- Вон там, - Василий показал в даль.

- Ничего не вижу.

- Вон опять, какое-то движение.

- Да где?

- Вон, у кустов, - Василий взял в руки винтовку.

- Нет там ничего.

- Точно говорю, какое-то движение было.

- Тебе показалось.

- Может ты и прав, всю ночь не спал, может уже мерещиться стало.

- Давай выбираться отсюда.

- Вон, опять. Говорю, точно кто-то крадется сюда.

- Да, вижу, - согласился Юра.

- Сквозь туман плохо видно.

- Раньше времени, только не стреляй.

- Это походу заяц, можно расслабиться.

- Откуда здесь зайцы?

- Откуда я знаю?

- Это дымок, - к Юре вернулся голос.

- Какой дымок?

- Это наш кот, он со мной в атаку пошел, я думал его убили.

- Вот только кота нам еще и не хватало.

- Дымок, Дымок, - начал кричать Юра.

К окопу прибежал кот и сразу же прыгнул на руки Юре.

- Смотри, какой красавец, а я уж и не надеялся его увидеть.

- Откуда он здесь?

- Не знаю. Как-то во время сражения, среди дыма гляжу появилось такое чудо, я его и прозвал Дымок. А вчера со мной в атаку пошел. Увязался. Я его прогонял, а он ни в какую. Идет за мной и всё.

- Он же не знал, в какую историю ты его втянешь.

- Знал, я ему говорил, а он бежит за мной и всё тут.

- Ты его приучил, вот он затобой и бежал.

- Он местный, где-то здесь живёт.

- С чего ты взял?

- Он уходит дня на два на три, а потом снова к нам приходит. Какое-то время с нами побудет и снова пропадет.

- Может он по бабам ходок?

- Он приличный. Смотри, разве он похож на бабника? Сразу же видно, джентльмен.

- Ну, тогда может у него невеста здесь где-то есть.

- Тогда почему он её не приведет знакомиться? Мы же в самом деле не чужие.

- А вдруг ты её у него уведешь? – засмеялся Василий.

- Вот это больше похоже на правду, - рассмеялся Юра.

- А я что-то больше собак предпочитаю.

- А кошек не любишь?

- Люблю. Я вообще люблю животных, но собак особенно.

- А чем тебе так собаки нравятся?

- Они верные.

- И кошки тоже.

- У меня дома и кошка, вернее кот и собака есть.

- И как их величать?

- Кот – Кубик, Собака – Шмак.

- Не может быть.

- Почему?

- У меня дома тоже кот Кубик.

- Серьезно?

- Да. Бывает же такое.

- Удивительно.

- Я думаю ничего не бывает случайно.

- Ну, и чем Шмак лучше Кубика? – поинтересовался Юра.

- Шмак всегда мне радуется, независимо есть у меня еда или нет, всегда просит погладить его.

- А Кубик нет?

- А Кубик позволяет себя гладить. Понимаешь, он как бы делает тебе одолжение, что ты его гладишь, кормишь.

Юра засмеялся.

- Это как в анекдоте, - продолжил Василий, - Моя кошка думает, что это я живу у неё. А иногда в её взгляде я ловлю намек, что мне пора жить отдельно.

Юра еще громче засмеялся. Достал блокнот и стал что-то карандашом записывать.

- Ты что пишешь?

- Анекдот понравился.

- А зачем записывать, так не запомнишь что ли?

- А разве все анекдоты можно запомнить?

- И что, ты все анекдоты записываешь?

- Только смешные.

- Прочитай какой-нибудь?

- Вот тоже есть про кошку.

- Давай.

Сосед спрашивает соседа: — Почему у тебя кошка так орет, когда ты ее моешь? — А у тебя не орет? — Нет. — А как ты ее выжимаешь?

- Жесткий анекдот, - посмеявшись сказал Василий.

- Но смешной.

- Молодой ты еще совсем, сколько тебе хоть лет?

- Девятнадцать. А тебе?

- Тридцать семь, ответил Василий.

- Старик уже.

- Что?

- Старик говорю, - громче сказал Юра.

- Не надо кричать, я хоть и старик, но слышу прекрасно.

- Не обижайся, шучу я. Давай лучше табачку курнем, да начнем к своим пробираться.

- А тебе мама то разрешает курить, мальчишка?

- Один - один, - посмеялся Юра.

Юра скрутил папироску и протянул Василию.

- У тебя наверно и семья есть? – спросил Юра.

- Жена, дети. У меня дочери восемнадцать, почти твоя ровесница, а младшей всего год.

- А сколько детей то всего.

- Семь и все бабы.

- Ого.

- У нас в деревне, если в семье менее трех детей, она считается ущербной. А так в некоторых семьях и по восемнадцать детей есть.

- Ты значит деревенский?

- Да. Село Русские найманы.

- Красивое название. А почему русские? Есть еще не русские.

- Село в Мордовии находится, поэтому и уточняется, что русские.

- Так ты мордвин?

- Говорю же тебе, из русского села я, русский.

- Странно как-то, русское село в Мордовии.

- Вот такой я странный. А ты-то сам из чьих мест будешь?

- Из Демидова. Слышал?

- Нет. Глушь поди какая.

- Сам ты глушь. Это город. Хоть и небольшой, но город, не то что там какое-то село.

- Неужели деревню можно променять на город?

- Темный ты человек Василий.

- И что я тебя не пристрелил, когда ты сюда полз?

- Потому что я очень хороший человек. Вот почему.

- Откуда хоть ты такой? Из какой дивизии?

- Второй дивизион 115-го зенитного артиллерийского полка, шестая батарея.

- А величат-то как тебя солдат?

- Зачем тебе?

- Хочу знать фамилию наглеца, которого я к себе в окоп пустил.

- Моя фамилия слишком известная, чтобы я ее называл.

- А все-таки? На одном участке фронта воюем. Может, еще пересечемся. Я Кулагин Василий Федорович, - Кулагин протянул руку новому боевому товарищу.

- А я Юра Никулин, - Юра пожал руку новому другу.

Глава 3

Во время ожесточенных сражений Юрий Никулин был оторван от своего полка, и был временно зачислен в полк подполковника Збруева, где служил Василий Кулагин. При первой же возможности, Никулин должен был вернуться в свой родной 115-й зенитный артиллерийский полк. А пока что он вынужденно ожидал перевода в полку командира Збруева. Никулин легко находил общий язык с новыми людьми. Главное качество, которое его выделяло среди других бойцов, это чувство юмора. Единственный, кого это раздражало, это майора Нечипоренко. Он считал, что смех на войне не уместен. Но все остальные бойцы очень тепло приняли в свои ряды нового солдата, пусть хоть и ненадолго.

Немцы уже около недели не пытались возобновить наступления. Юрий и Василий оказались в одной роте, под командованием майора Нечипоренко. Андрей Нечипоренко, высокий украинец, сорока пяти лет, седой, опрятный, гладковыбритый. Он был заместителем подполковника Збруева. В случае потери ротного, командование ротой брал на себя временно майор Нечипоренко. Нечипоренко был штабным офицером, и в сражениях участвовал редко. Он не любил принимать быстрых решений. Даже когда требовалось на роту назначить нового командира, Нечипоренко с этим не спешил. Пока позволяло время, он сам лично командовал ротой. Но в случае, сражений, когда требовалось командование непосредственно в бою, Нечипоренко незамедлительно принимал решение, и назначал нового командира ротой. Это уже была не первая рота, которую сформировал Нечипоренко. Предыдущая почти вся погибла при выполнении военной задачи месяц назад. Хотя, солдаты не очень любили майора Нечипоренко, но на этот раз бойцы были рады, кто оказался в его роте. Как правило, на передовой солдаты дневали и ночевали в окопах. Даже во время затишья, когда позволялось покидать окопы, спать все равно приходилось в них, или в крайнем случае, быстро сооруженных землянках, прям в одежде. Рота Нечипоренко заняла сооружение бывшего сельского клуба, из которого сделали временную казарму. Солдаты могли спать в нормальном помещение. По сравнению с другими ротами, это были королевские условия. Но нести дежурство всё равно приходилось в окопах.

Находясь на своей позиции, Василий кормил кота остатками своего обеда.

- Я скажу тебе Василий Федорович, вы тут неплохо устроились, - рассуждал Никулин.

- Ты о чем? – не понял Кулагин.

- О казарме. Мы спали в блиндажах, а у вас тут царские хоромы.

- Да брось ты, это только сейчас нам выделили помещение, до этого спали прям в окопах не раздеваясь. Так что блиндаж, это даже очень неплохо.

- Ну, если прям в окопах, то блиндаж наверно неплохо. Но в помещение еще лучше.

- Война есть война. Выбирать не приходится. Где скажут, там и будем спать.

- Мне кажется, он тебя больше любит, - сказал Юрий Василию.

- Кто? – отвлекся от кормления кота Василий.

- Дымок.

- С чего ты взял?

- Почему он у тебя на руках сидит, а не у меня?

- Потому что я его кормлю сейчас, - объяснил Кулагин.

- И что?

- Он любит того, кто в данный момент его кормит.

- Он не такой.

- Это животное. Что ты от него хочешь?

- Может, курнём? – Никулин достал табачку.

Хотя Кулагин не курил, но иногда себе это позволял.

- С хорошим человеком можно и курнуть, - не отказал Василий.

Никулин оторвал клочок газеты и насыпал табачку.

- Одной хватит.

Никулин тоже не относился к заядлым курильщикам, поэтому одной на двоих для таких любителей табачка как они, было вполне достаточно.

- Василий Фёдорович, - Никулин затянулся глубоко табачным дымом и закашлялся.

- Что?

- А ты хотел бы быть командиром? – спросил прокашлявшись Никулин.

- Кто ж меня сделает командиром, я же обычный солдат.

- Ну, предположим, тебя бы повысили бы до капитана, и сделали бы командиром роты.

- Не говори ерунды, никто меня не собирается повышать.

- Ну, за хорошую службу, допустим, это же можно предположить?

- Юр, не фантазируй.

- Ну, я к примеру. Просто интересно, хотел бы ты быть командиром?

- Не хотел бы, успокойся.

- Почему?

- Я солдат.

- Ну и что?

- Я считаю, каждый должен быть на своём месте. Кому-то дано быть командиром, кому-то солдатом.

- А я бы хотел.

- Командиром быть, это очень большая ответственность.

- Согласен, поэтому я хотел бы быть командиром, какой-нибудь не большой группы, не больше четырёх, пяти солдат. Думаю, я бы справился бы.

Никулин сделал последнюю затяжку, и протянул окурок Кулагину.

Кулагин взял окурок.

В это время командир роты, майор Нечипоренко, ходил среди солдат и искал переводчика.

- Василий, там командир переводчика ищет, ты вроде тогда что-то по-немецки мне кричал.

- В роте же есть переводчик.

- Может, еще один нужен?

- Я же поверхностно знаю немецкий, вряд ли я чем смогу помочь.

- Ты узнай, может, чем и поможешь.

Кулагин вернул окурок Никулину, так и не затянувшись.

- Товарищ майор, разрешите обратиться! – Кулагин подошел к командиру.

- Обращайтесь боец, - разрешил майор.

- Я услышал, вам переводчик нужен.

- Нужен.

- Я немного понимаю по-немецки.

- Понимать мало, изъясняться сможешь?

- С трудом, но смогу.

- Ладно, пойдём, всё равно других вариантов нет.

Кулагин с командиром отправились в штаб.

- Разрешите поинтересоваться, товарищ майор, - обратился Кулагин к командиру.

- Что?

- Но в роте же есть переводчик.

- Переводчика я в госпиталь отправил, что-то со здоровьем у него совсем хреново.

- Ранение?

- Нет, с сердцем что-то. Вчера весь зелёный лежал, думал дуба даст.

- А переводить-то что надо?

- Это еще что? – Нечипоренко увидел кота, который увязался за ними.

- Это Дымок.

- Эта наглая рожа вчера у меня кусок курицы утащила.

- Он может, - улыбнулся Василий.

- Сейчас-то что ему надо, у нас еды нет.

- А ну, пошёл отсюда, - Кулагин топнул ногой, чтобы прогнать кота.

- Это бесполезно, если хочет с нами, то пусть идет. Коты такие твари, все равно будут там, где захотят.

- Этот точно.

- По поводу перевода. Моя разведка немецкого лазутчика взяла, надо допросить его.

- А вы разве не знаете немецкий?

- Плохо, если только со словарем. А словаря нет. Поэтому будешь переводить ты.

Майор с Кулагином зашли в штаб. Вместе с ними забежал и Дымок.

- Приведите Фрица, - распорядился командир.

Дымок улегся под лавкой и стал спать. Командир сел за стол, рядом сел Кулагин. В помещение зашли еще три командира, два старших лейтенанта и командующий полком, подполковник Збруев Ростислав Константинович. Подполковник, высокий мужчина, пятидесяти шести лет. Не смотря на панические настроения в разных частях Красной армии, в связи с масштабными наступлениями немцев, в полку подполковника всегда была жесткая дисциплина. Любые попытки паникёрства, он сразу же пресекал, и если того требовала ситуация, мог применить и высшую меру наказания, расстрел. Но такое было крайне редко. Как правило, на допросах пленных подполковник не присутствовал, но в этот раз он решил лично принять участие в допросе.

В комнату завели пленного.

- Скажи ему, чтобы садился, - Нечипоренко указал на табуретку.

- Setz dich, - сказал Василий.

Немец сел.

- Имя? – спросил майор.

- Name? – сказал Василий.

- Hans, - ответил немец.

- Ганс, - перевел Василий.

- Фамилия?

- Nachname?

- Schröder.

- Шрёдер.

- Звание?

- Obergefreiter

- Ефрейтор.

- Везёт нам на ефрейторов, - сказал старший лейтенант, - что с ним разговаривать, он всё равно ничего не знает, в расход его.

- Не торопись, - вмешался подполковник, - пусть майор продолжит.

- Какая задача у тебя была? – спросил Нечипоренко.

- Welche Aufgabe hattest du?

- Herauszufinden, die Position Ihrer Teile, - ответил немец.

- Говорит, выяснить расположение наших частей, - перевел Кулагин.

- Кто с тобой еще был?

- Wer mit dir noch?

- Ich war allein, ich habe nur Befehle ausgeführt.

- Говорит один, - сказал Кулагин.

- Врёт скотина, - опять вмешался старший лейтенант.

- Спроси, где находятся их части? – сказал майор.

- Wo sind Ihre Teile?

- Drei Kilometer PLATOON, aus vierzig Personen

- Говорит в трех километрах их взвод из 40 солдат.

- Врёт скотина, - опять вмешался старший лейтенант.

- Пусть покажет на карте, - Нечипоренко развернул на столе карту.

- Donut!

- Что он сказал?

- Не понял, товарищ майор.

- Was? – перепросил Кулагин.

- Donut! Donut! – повторил немец.

- Не пойму, говорит пончик.

- Какой пончик, переводчик хренов, - раздраженно сказал подполковник.

- Не могу знать, товарищ подполковник.

- Donut! Donut! – громче произнес Ганс.

К немцу подбежал Дымок и запрыгнул ему на руки.

- Ясно, он кота пончиком назвал, - засмеялся Василий.

- Das ist unsere Katze, dass er Sie macht.

- Он говорит, что это их кот.

- И кота себе присвоили, фашисты, - усмехнулся старший лейтенант.

- Und wir dachten wo er verschwindet, - Ганс начал ласкать кота, а кот стал мурлыкать.

- Говорит, что думал, что он пропал.

- Es Ist Hazes, das ist unsere Katze (Это Дымок, это наш кот), - сказал Кулагин немцу.

- Es Donut (это пончик)

- Warum Donut? (почему Пончик?)

- Wenn uns teilweise kam Feldmarschall von Leeb, diese Katze hatte er einen Donut gestohlen, als lachen alle Teil, seit seinem Donut und wir nennen. (Когда к нам в часть приехал Фельдмаршал фон Лееб, этот кот у него пончик утащил, чем рассмешил всю часть, с тех пор его Пончиком мы и зовём).

- Его назвали Пончиком, потому что он у Фельдмаршала фон Лееба утащил пончик, - перевел Кулагин, чем вызвал смех у командиров.

- Как же теперь фон Лееб без пончика воевать будет? – шутил старший лейтенант.

- Хрен с этим котом, посмеялись и будет, - сказал подполковник, - продолжайте допрос.

- Скажи, пусть на карте покажет расположение взвода.

- Zeig Lage Zugs, - Василий указал на карту.

Ганс внимательно изучал карту, потом начал объяснять, а Кулагин переводил. После допроса немца увели.

- Ну, что думаете? – спросил подполковник.

- Я думаю, он врёт, уж слишком близко они находятся от нашего штаба, если бы это было так, то нам бы разведка доложила, - сказал майор.

- А ты возьми и пошли на разведку человек пять, шесть.

- Мои солдаты уже прочесали эту местность.

- Может плохо тогда твоя разведка работает?

- Товарищ подполковник, я в своих людях уверен.

- Разрешите, свои соображения высказать по этому поводу, - спросил Кулагин.

- Солдат, ты свою работу уже сделал, можешь быть свободен, - сказал майор Нечипоренко.

- Пусть скажет, что хотел, - разрешил подполковник.

- Я думаю, что поблизости действительно немцы находятся. Если к ним на самом деле ходил Дымок, то это похоже на правду.

- Может он перепутал?

- Вы же сами видели реакцию Дымка, - сказал Кулагин, - они знакомы, я бы даже сказал друзья.

- В принципе боец прав, товарищ подполковник, - сказал старший лейтенант.

- Дымок на самом деле время от времени пропадает на несколько дней, - продолжил Кулагин, - мы думали, он себе невесту где-то завел, а он к немцам ходит.

- Хорош дымок, ничего не скажешь, перебежчик хренов, - усмехнулся подполковник, - у вас в части перебежчик, а вы и вус не дуете.

- Может его в расход? – предложил майор.

- Кого? – спросил подполковник.

- Кота.

- За что? Твоим бойцам надо бы подучиться у него, как на разведку ходить, ты же меня только что уверял, что поблизости никого нет.

- Сейчас вызову тех, кто прочесывал эту местность.

- Подожди, давай решим, что делать.

- Что тут решать, надо направить туда дивизию и захватить их взвод, - вмешался старший лейтенант.

- Значит, что немцы в трех километрах, это факт? – спросил подполковник.

- А что коты только до трех километров могут ходить? – выразил сомнение майор.

- Они могут и сто километров пройти, но не за несколько дней же. Боец, сколько максимум отсутствовал Дымок в части?

- Максимум трое суток, - ответил Кулагнн.

- Получается, всё сходится, - сказал подполковник, - три километра туда, три обратно, ну и там пожрать, поспать, силы восстановить, как раз и получается где-то трое суток. На большее бы расстояние, коту понадобилось бы больше времени.

- Спасибо за службу, - подполковник, усмехнувшись, пожал лапу коту.

- Ладно, это всё лирика, - продолжил подполковник, - надо принимать решения. Уж очень близко немцы расположились от штаба.

- Я предлагаю направить разведку, - предложил майор.

- А я предлагаю сразу направить дивизию, зачем время терять. Разведка не дай Бог еще себя выдаст и немецкий взвод поменяет позицию, где мы их тогда искать будем?

- В принципе, верно рассуждаешь, лейтенант, - согласился подполковник.

- Зачем дивизию направлять, хватит и роты, - вмешался майор. - Что наших сто солдат не смогут сорок фрицев захватить?

- Смогут конечно, я предложил для подстраховки, - сказал старший лейтенант.

- Для подстраховки можно направить ну 150 солдат, ну не дивизию же.

- Майор, поручаю вам провести операцию по захвату немецкого взвода, только надо действовать быстро, пока немцы не успели сменить позицию, - сказал подполковник.

- Есть, товарищ подполковник, - ответил майор.

- Боец, ты можешь быть свободен, а командиров прошу остаться, - сказал подполковник, - должен на днях приехать командующий фронтом генерал Жуков, надо подготовиться к приезду.

Глава 4

Кулагин вернулся на свою позицию.

- Ну, что там? – спросил Юра.

- Где? – не понял Кулагин.

- Ну, командир тебя увел что-то переводить.

- А-а это.

- Да это.

- Военная тайна.

- Василий Фёдорович, я не прошу выдавать военную тайну, я спрашиваю, что ты там переводил.

- Так бы сразу и сказал, - посмеялся Кулагин.

- Ну?

- Да немца поймали, вот велели переводить.

- А переводчик где?

- В госпиталь отправили.

- Перевел?

- Перевел.

- Ну, рассказывай.

- А вот это уже я сделать не могу, извини.

- Не очень-то и хотелось знать.

- Юр, ты не поверишь, что там произошло.

- Мне не интересно, - сделал обиженный вид Юра.

- Ну, ладно тогда.

- Ну, если очень хочется, то можешь рассказать, - Юра решил сделать одолжение.

- Ладно, потом расскажу.

- Ну, я же вижу, ты сейчас хочешь рассказать.

- Да это не к спеху.

- Рассказывай, давай.

- Честно сказать, я охренел, когда это увидел.

- Да чего увидел-то? Не томи душу Василий Фёдорович.

- Я выяснил, куда Дымок ходит.

- К невесте.

- Нет.

- А куда?

- К немцам.

- Да ладно!

- Серьёзно. Его фриц узнал, ты бы видел, какие у них телячьи нежности были. Дымок весь измурлыкался у него на руках.

- По ходу его фрицы лучше кормят.

- А знаешь, как его фрицы назвали?

- Как?

- Пончик.

- Почему? – засмеялся Юра, - Он же не похож на пончик.

- Он у фельдмаршала Лееба утащил пончик, вот его так и прозвали.

- А кто такой фельдмаршал Лееб?

- Ты не знаешь Лееба?

- Я что, должен каждую немецкую сволочь знать?

- Ну, а Гитлера ты хотя бы знаешь?

- Лично, нет, - пошутил Юра.

- Это радует. А вот фельдмаршал Лееб знает Гитлера лично.

- Это огорчает, - посмеялся Юра.

- На самом деле здесь мало смешного. Лееб - командующий группой армией «Север». Именно ему Гитлер поручил захват Ленинграда. Поэтому, всё, что здесь происходит, это благодаря фельдмаршалу Вильгельму Йозефу Франц фон Леебу.

- Язык сломаешь. Долго учил имя этого фона?

- Две недели, - пошутил Василий.

- Натянем мы этого фельдмаршала фона драного Йозефа по самое небалуйся.

- Пока не очень-то получается. Он за два месяца подошел к Ленинграду.

- А я знаешь, что думаю?

- Что?

- Он подошел к Ленинграду, потому что наши командиры ему позволили.

- А я думаю, просто наша армия не была готова к войне.

- Благодаря командирам, - продолжил Юра.

- Кстати, к нам сам командующий фронтом приезжает.

- Жуков?

- Он самый.

- Я думал, они в тылу отсиживаются.

- Вот видишь, ты не прав.

- Ты прав, как всегда.

- И в этом ты не прав, я не всегда прав.

- Извини, ты прав, что я не прав, когда сказал, что ты прав.

- Вот в этом ты прав, - засмеялся Василий.

- Всегда проще ответственность на кого-нибудь переложить, - продолжил Василий. - Я считаю, что надо в первую очередь со своей стороны делать всё для победы.

- Василий Фёдорович, давно хотел у тебя поинтересоваться, как тебе наш командир?

- Какой?

- Нечипоренко.

- Командир, как командир, я как-то не задумывался.

- А мне что-то не нравится он.

- Что так?

- Не знаю, хитрый он. С ним надо быть на чеку.

- Украинцы они все немного с хитрецой.

- Да нет, этот скользкий хохол. Я бы с ним в разведку не пошел бы.

- А со мной бы пошел?

- С тобой пошел бы.

- Впервые вижу, чтобы ты был чем-то недоволен.

- Я просто стараюсь не думать о плохом.

- И как у тебя получается.

- Единственное что помогает в тяжелой ситуации, это юмор.

- Я заметил, ты любитель пошутить.

- Без шуток, я бы здесь сошел сума.

- Только наверно русский может шутить, когда война идёт

- С юмором легче выжить.

- Согласен.

- Есть у меня в коллекции военный анекдот про хохла.

- Впервые слышу, чтобы кто-то коллекционировал анекдоты.

- Ну, так рассказывать?

- Давай, я люблю анекдоты.

- Мыкола, не ходи туда, там мины! - Чого? - Мины там, мины! - Чого? - Мины там, говорю! Ба-бах!!! - Эх, Мыкола, Мыкола... - Чого?

- Это похоже на украинцев, - начал смеяться Кулагин.

Глава 5

На следующий день Кулагин с Никулиным так же находились на своих позициях.

- Может, закончилась война? – спросил Юра. – Уже сколько дней тишина.

- Хорошо бы, но к сожалению это больше похоже на затишье перед бурей.

- Мне так уже надоело сидеть в этих окопах.

- Разведка донесла, что немцы поблизости, могут напасть в любую минуту, поэтому надо быть наготове.

- Я думаю, фрицы уже поняли, что не с теми связались и думают как бы ноги унести.

- Как бы я хотел, что бы ты был прав.

- Василий Федорович, а знаешь сегодня какой день?

- Какой?

- Сегодня среда.

- И что?

- Знаешь, что это значит?

- Что?

- Ну, а ты как думаешь?

- Понятия не имею.

- Ну, какие варианты есть?

- У тебя день рождения?

- Неа, - улыбался Юрий.

- Идешь в увольнительную?

- Ну, какая увольнительная, кто ж меня отпустит?

- Ну не знаю, сдаюсь.

- Не произноси никогда этого слова.

- Какого?

- Сдаюсь. Услышит комдив, и тебя пустят в расход, - рассмеялся Юрий.

- Шутник. Я уж думал чего.

- К стенке поставят, будет не до шуток.

- Это да. Так что за день такой сегодня?

В это время подошел майор Нечипоренко.

- Привезли обед, позиции всем скопом не покидать, идти по одному за порцией на раздачу, - скомандовал майор.

- Я первый, - крикнул Юрий.

- Я второй, третий….- сразу же затарахтели остальные солдаты вслед за Юрой.

- Ты по ходу последний, - улыбнулся Юра Василию, и вылез из окопа.

Через несколько минут Юра вернулся с котелком горячего супа.

- Ну, так что за день сегодня? – спросил Кулагин.

- Запомни, Василий Федорович, если сегодня среда, то завтра будет четверг, - рассмеялся Юра.

- Ну и трепло же ты, Никулин.

- Тебя так легко развести, Василий Федорович.

- Ладно, я за обедом.

- Там еда закончилась, - сказал пришедший солдат с котелком супа, - мне остатки достались.

- Я как погляжу, тут одни шутники собрались, - сказал Кулагин и пошел за супом.

Через некоторое время он вернулся в окоп пустой.

- Не наврал. На самом деле закончилась, - огорченно сказал Василий.

- Бери мой, - Юра протянул свой котелок Кулагину.

- А ты как?

- Мы же в одном окопе, Василий Федорович, это знаешь, что значит?

- Что?

- А сам как думаешь?

- Юр, не разводи демагогию, говори сразу, а то суп не возьму.

- Хорошо. Когда люди находятся в одном окопе, они должны делить всё пополам.

- Согласен, - Василий взял у Юры суп.

- Ты когда первый раз смерть увидел? - поинтересовался Кулагин.

- Ты имеешь в виду здесь, на фронте?

- Да.

- Впервые дни войны. С товарищем, сидели ели кашу, как рядом разорвался снаряд, и я смотрю, у товарища пол головы нет, а он так и держит миску с кашей. Это страшно. Потом привыкаешь ко всему этому.

- Ужасно. Давай лучше сменим тему.

- Согласен. Не хочется вспоминать плохое. Давай лучше о женщинах поговорим?

- Женского внимания нам здесь конечно не хватает.

- Василий Федорович, а как с этим у вас в деревне дела обстоят?

- С чем?

- Ну, невесты в вашем селе имеются? – спросил Никулин.

- Кому и кобыла невеста, - ответил Василий.

- Всё, вопросов больше не имею, - рассмеялся Юра.

- Это у нас так в деревне отвечают.

- Я понял, - Юра достал свой блокнот, чтобы записать шутку.

- Ты со своим блокнотом, как курица с яйцом.

- Из тебя прям посыпались шутки, а я уж думал ты стар для этого, - сострил Юра.

- А ты я посмотрю, больше шутник, чем молод.

- А чего стесняться? Жизнь то одна.

- Это да.

- Так как на счет женщин, Василий Федорович?

- Да какие женщины, не до женщин сейчас.

- Тебе может и не до женщин, и это понятно, всё-таки возраст уже, скоро пятый десяток пойдёт, шутка ли? А я молодой, во мне кровь бурлит.

- Дерзкий ты Юрка, - улыбнулся Кулагин.

- Не обижайся, Василий Фёдорович, я же по-доброму.

- На гражданке с тобой весело наверно, а здесь нам надо каждый выстрел экономить.

- Судя по количеству твоих детей, не больно ты экономил, - рассмеялся Юра.

- Ты о чем? – не понял Кулагин.

- О женщинах, мы же о женщинах говорим, - рассмеялся Юра, - а ты о чем?

- Ты кроме как о бабах можешь, еще о чем-нибудь говорить?

- Для стариков это нормально.

- Чего нормально?

- В режим экономии переходить.

- Какой еще экономии?

- Василий Фёдорович, ты не волнуйся, в твоём возрасте считается нормальным экономить каждый выстрел.

- Я смотрю, ты не угомонишься.

- Прости, ничего не могу с собой поделать, - смеялся Никулин.

- Юр, за мной ведь не заржавеет.

- Всегда рады.

- Знаешь, Юр, я горжусь, что у меня много детей. Поэтому я не обижаюсь на твои шутки. А вот судя по количеству твоих детей, дальше самострела, у тебя пока дело не продвигается.

Никулин с Кулагиным залились в смехе. Никулин смеялся так сильно и заразительно, что через какое-то время смеялись уже все солдаты в окопах, хотя даже и не слышали, о чем шутили друзья. Все смеялись, и никто не понимал, чего смеются. Просто смешно, и всё.

Громкий хохот солдат прервал гром. Юра от неожиданности даже вздрогнул.

- Это всего лишь гроза, - сказал Кулагин.

- Я уж думал, немцы начали бомбить, - ответил Никулин.

- Дождь начался, пошли под навес.

К солдатам подошел в дождевике майор Нечипоренко.

- Всем оставить свои позиции, - скомандовал он, - Кулагин, ты займешь наблюдательный пункт, в случае нападения дашь сигнал.

- Есть, товарищ майор.

Кулагин пошел на наблюдательный пункт.

- Если не возражаешь, Василий Федорович, я с тобой, - попросился Никулин.

- Зачем, дождь же идет, иди лучше в казарму вместе с остальными солдатами.

- Да скучно с ними. Слишком молоды они. Разговоры у них только об одном.

- О чем же?

- О бабах.

- Уж кто бы говорил. Кто тут интересовался женщинами в моем селе?

- Да не в этом дело.

- А в чем?

- Шутки у них пошлые.

- А ты не любитель пошлых шуток? – засмеялся Кулагин.

- Я ценитель хороших шуток. А у них плоские какие-то, однобокие, несмешные.

- В общем так боец Никулин. Я иду один, а ты идешь в казарму. Нечего тебе со мной под дождем мокнуть.

Глава 6

Ночью Кулагина сменил на наблюдательном пункте другой солдат. Василий, стараясь никого не разбудить, тихо зашел в казарму. Все солдаты спали, кроме одного, красноармейца Никулина. Юра при свете свечи писал что-то к себе в блокнот.

- Ты что не спишь? – шепотом спросил Василий.

- Сейчас лягу, - ответил Юра. - Нормально всё?

- Да. Промок только, - Кулагин снимал с себя мокрую одежду и развешивал её на веревке.

- Что-то ни навес, ни дождевик не помогли, - посмотрел на мокрого Кулагина Юра.

- Что там калякаешь? – спросил шепотом Василий.

- Да вот, историю один солдат рассказал, пока помню, решил записать.

- Зачем тебе всё это?

- Чтобы не забыть. Смешная история, понравилась.

- Что за история?

- Реальный случай. В 1937 году по ложному обвинению был арестован комдив Рокоссовский. В 1940-м он был реабилитирован, снова назначен командиром дивизии. Когда Германия напала на нашу страну, Сталин вызвал к себе Рокоссовского, чтобы дать ему более высокое назначение. «Хорошо ли Вы знакомы с германской военной доктриной?» - спросил Сталин. «Нет», - ответил Рокоссовский. «А со структурой и вооружением вермахта?» - спросил Сталин. «Нет... Ведь я в тюрьме сидел», - сказал Рокоссовский. Сталин посмотрел на Рокоссовского и сказал: «Нашёл время отсиживаться».

Василий засмеялся.

- Тише, все спят.

- Что там у тебя еще в тетрадке интересного? – Василий лег в кровать.

– «Командир, мы окружены!» - доложил солдат. «Отлично! Теперь мы можем наступать в любом направлении!»

- Хватит, больше не читай, - сказал Василий, еле сдерживая смех, - а то всех разбудим. Давай спать.

В это время в казарму с криком ворвался майор Нечипоренко.

- Ты что натворил Кулагин, мать твою!

- Что случилось товарищ майор, - Василий быстро встал с кровати.

- Ты еще спрашиваешь, что случилось, недоносок? – орал майор.

- Товарищ майор, вы можете тише объяснить, что произошло, вы так всех солдат разбудите.

- Да мне плевать на солдат. Ты у меня в расход пойдёшь. Ещё указывать мне будешь, что мне делать.

- Я просто вас спросил, что случилось.

- Сдать оружие.

- Есть сдать оружие, - ответил Кулагин.

- Боец Никулин, забрать у бойца Кулагина оружие и привести его ко мне в штаб, - сказал майор Юрию и вышел из казармы.

- Я ничего не понял, а ты? – спросил Кулагин Юру.

- И я тоже.

Глава 7

Штаб командира Нечипоренко. Майор допрашивает Кулагина.

- Ты мне что напереводил? – орал Нечипоренко.

- Что вы просили, то и перевел, - ответил Кулагин.

- Ты мне куда роту отправил?

- Какую роту?

- Не придуривайся.

- Я не понимаю о чем вы.

Майор встал из-за стола и подошел к сидящему на табуретке Кулагину.

- Я сейчас тебе разъясню, - Нечипоренко со всей силы ударил по лицу Кулагина.

Василий упал на пол.

- Теперь понимаешь?

Кулагин ничего не ответил. Майор снова сел за свой стол.

- Садись, - сказал майор.

Кулагин поднял табуретку и сел, вытирая кровь с лица.

- Роту ты мне загубил, 150 человек.

- Какую роту?

- Которую я направил на захват немецкого взвода.

- А я здесь причем?

- А притом. Что там на самом деле не взвод из сорока человек, а батальон из четырехсот.

- А моя в этом вина какая?

- А ты так перевел.

- Что мне этот немец говорил, то я вам и переводил.

- А вот немец этот утверждает, что тебе говорил, что там батальон, четыреста немецких солдат. Мы нашли другого переводчика, который нам теперь всё нормально переводит.

- Товарищ майор, я переводил то, что он мне говорил.

- Завтра Жуков приезжает, а у меня рота без вести пропала.

- Мне нечего добавить.

- Может ты лазутчик? Ты знаешь, что с тобой теперь будет?

На допрос пришел подполковник Збруев.

- Что он говорит? – спросил подполковник майора.

- Не признается.

- Если допустить, немец прав, и наши солдаты напоролись на батальон, то почему мы не слышали выстрелов? Ну, если логично рассуждать, то на расстояние трех километров мы бы услышали бой.

- Не могу знать товарищ подполковник.

- До приезда Жукова ты должен всё выяснить.

- Сейчас же направлю на поиски роты разведку.

- Твоя разведка ни к черту майор. Они там уже были, не могли обнаружить немецкий батальон, так с чего ты взял, что они сейчас чего-то найдут?

- Разрешите обратиться, товарищ подполковник, - спросил Кулагин.

- Обращайтесь боец.

- Разрешите мне пойти в разведку.

- Чтобы ты удрал? – начал кричать майор.

- Майор, от вашего крика у меня голова начала болеть, вы можете спокойней говорить? – сказал подполковник.

- Так есть, - уже тише ответил майор.

- Продолжай, боец.

- Я срочную службу проходил в развед войсках.

- Значит, ты обучен разведке?

- Так есть.

- И кто же у тебя командиром был?

- Крюков Степан Георгиевич.

- Наслышан. Знаю несколько его учеников, толковые ребята. Так, а ты же что, не в разведке служишь?

- Куда направили, там и служу.

- А кто направил?

- Майор Нечипоренко.

- Майор, ты знал, что он в разведке службу проходил?

- Мне нужны были солдаты. Группа разведчиков у меня уже была полностью укомплектована.

- Укомплектовщик. Твои разведчики хоть одну важную информацию добыли?

- Ребята хорошо работают.

- Давай посмотрим, что этот боец добудет после твоих ребят.

- Его нельзя отпускать.

- Майор, я принял решение. Этого бойца направить на разведку, посмотрим в действие этого бойца.

- Он убежит.

- С чего ты взял? Ты веришь этому немцу? Ты что ожидал, что он тебе признается, что специально ввел нас в заблуждение? А мы ослы старые и уши развесили.

- А если он говорит правду?

- Не пойму я тебя майор, ты немцам веришь больше, чем своим солдатам? Вернуть ему оружие, и направить в разведку, и дай ему в помощь еще одного человека.

- Есть, товарищ подполковник.

- Боец, - обратился подполковник к Кулагину, - у тебя 12 часов. Через 12 часов, если не вернешься, будешь считаться дезертиром. А за дезертирство – расстрел. Это приказ Жукова.

- Возьмешь с собой Шмагина, - добавил майор.

- Какого Шмагина? – спросил подполковник.

- Бойца Шмагина, опытный солдат, отличился в бою.

- Знаю я этого опытного солдата, майор. Это старик, который еле ноги волочит. Он наверно еще с Наполеоном воевал, или со шведами. Ты про этот опыт говоришь? Может там он и отличился в бою, а сейчас плетется медленней черепахи. Как ты себе представляешь, что бы Кулагин через 12 часов вернулся с этим стариком? А он до Жукова должен по любому вернуться.

- Товарищ подполковник, - обратился Кулагин, - я могу один в разведку пойти.

- Пусть один идет, - сказал майор.

- Нет, - ответил подполковник.

- Дело опасное, пропала рота, - продолжил майор.

- Так ты решил старика с ним отправить, потому что его не жалко?

- А с кем мне воевать прикажете? Мы на таких заданиях всех солдат можем растерять, а в бой я со стариками пойду?

- Майор, смысла нет давать заведомо невыполнимое задание. А направить старика, это заведомо невыполнимое задание.

- А направить роту было заведомо выполнимым, и что? Где рота?

- Вот это мы и поручим выяснить Кулагину.

- Что один солдат может сделать? Если рота не смогла одержать бой?

- А он и не должен вступать в бой, он должен выяснить обстановку, расположение немецкой части, численность, и почему рота не вернулась.

- Если рота не вернулась, то и он не вернется.

- А это мы посмотрим.

- Товарищ подполковник, может все-таки мне лучше одному идти? – спросил Кулагин. - Я не сбегу.

- Очень сомневаюсь, - сказал майор. - Именно из-за этого хочет с тобой подполковник направить еще кого-нибудь.

- Не в этом дело, майор, - сказал подполковник.

- А в чем?

- А если он на мину напорется, в засаду попадет, его даже никто не прикроет. Надо верить в своих солдат, майор.

- Боец, Кулагин, - продолжил подполковник, - возьмешь с собой добровольца, помоложе, что бы не задерживал тебя. У повара паек на двоих, у старшего лейтенанта Подобина карту местности. Ясно?

- Ясно, товарищ подполковник.

- И самое главное, до приезда Жукова должен вернуться.

- Сколько у меня времени есть на выполнение задания?

- Думаю, часов 12 у тебя есть, - ответил подполковник.

- Задание понял, товарищ подполковник, разрешите приступить к выполнению?

- Повтори задание.

- Взять с собой добровольца, помоложе, у повара взять паек на двоих, у старшего лейтенанта Подобина карту местности.

- И через 12 часов вернуться. Время пошло.

- Есть, товарищ подполковник.

- Боец Кулагин, - окликнул майор, - помни, не вернешься через 12 часов, это будет считаться дезертирство, а по законам военного времени, это расстрел. Приказ Жукова.

- Что у тебя с лицом, - спросил Юрий, когда увидел разбитую губу у Кулагина.

- Ерунда, бывает. У меня к тебе серьезное дело.

- Какое?

- Помнишь, ты говорил, что пошел бы со мной в разведку?

- Было такое.

- Пошли.

- В каком смысле?

- В прямом. Меня на разведку послали, велели добровольца взять. Ну что, идешь?

- Когда?

- Прям сейчас. Только паек и карту возьмем, и в путь.

- Я готов.

- Одну мелочь забыл сказать.

- Какую?

- Если мы не вернемся через 12 часов, это будет считаться дезертирство. А за дезертирство расстрел. Это приказ Жукова.

Глава 8

Кулагин и Никулин вышли на задание на 2 часа позже, так как это время прождали старшего лейтенанта, который должен был выдать карту, но его не было на месте.

- Что за задание Василий Федорович?

- Рота пропала, которую Нечипоренко послал на захват немецкого батальона. А завтра Жуков приезжает.

- И он решил ответственность переложить на тебя?

- Я об этом не думаю.

- А о чем думаешь?

- Дорога плохая.

- А что ты хочешь, вчера дождь с грозой были.

- Дело даже не в этом.

- А в чем?

- Дальше еще хуже будет.

- Куда уж хуже? И так идти невозможно.

- Поверь, есть куда хуже.

- А знаешь Василий Фёдорович, это моя первая разведка.

- Поздравляю с дебютом.

- Никогда не посылали в разведку, и вот ты первый кто меня взял на такое задание.

- Я тебе доверяю, а доверие это самое главное в разведке. Так нас учили.

- Где вас так учили?

- На службе. Я срочную службу же в разведке проходил. Самое главное в разведке, это доверие напарнику. От напарника зависит твоя жизнь.

- Чему еще вас там научили.

- Психологии.

- Чему?

- Психология - это наука такая.

- И что это за наука?

- Она позволяет рассчитать поведение противника и соответственно влиять на его действия.

- Сказок наверно там перечитали, - усмехнулся Никулин. - Не думал, что в развед войсках таким глупостям учат.

- Просто ты далек от этого.

- Тогда продемонстрируй это на мне.

- Хорошо.

- Я готов.

- Я кое-что тебя попрошу.

- Что?

- Запомни своё состояние на данную секунду.

- Зачем?

- Юра, ты просто сделай, как я сказал, и всё.

- Хорошо, запомнил.

- Скажи мне, у тебя есть мечта?

- Есть.

- Какая?

- Ты спросил, есть ли, я ответил, о другом договора не было.

- Юр, ты хочешь увидеть, как психология работает?

- Хочу.

- Есть такая техника в психологии «Зачем», которая строится на абстрактных оборотах. Вот её я сейчас хочу продемонстрировать. Поэтому если ты хочешь увидеть, как она работает, то делай, что я говорю.

- Я не знал, что ты уже на мне какие-то техники применяешь.

- Теперь знаешь, так что делай, что я говорю.

- Хорошо.

- Так какая у тебя мечта?

- Я мечтаю, что бы мы выиграли войну.

- Зачем?

- Я хочу, чтобы был мир.

- Зачем ты хочешь мир?

- Чтобы вернуться домой?

- Зачем ты хочешь вернуться домой?

- Чтобы завести семью.

- Зачем ты хочешь завести семью?

- Что бы родить детей.

- Зачем ты хочешь родить детей?

- Чтобы быть счастливым.

- Зачем ты хочешь быть счастливым?

- Просто хочу.

- Это понятно, непонятно зачем?

- Как зачем? – не понял Никулин. - Просто хочу.

- Я понял, что ты хочешь, но ты не ответил зачем.

- И чё? – ответил вопросом на вопрос Никулин.

- Получается, ты не знаешь, зачем хочешь быть счастливым?

- И чё? – спокойно повторил Никулин.

- Как чё? – раздраженно спросил Кулагин. – Мы с чего начали? Чтоб мы выиграли войну. Так?

- Так, - согласился Юра.

- А пришли к чему? Что ты не знаешь, зачем эту войну выигрывать.

- И чё?

- Да ни чё, - еще раздраженней ответил Кулагин.

- Василий Фёдорович, не волнуйся ты так.

- Всё в порядке.

- Значит, можем продолжить?

- Чего?

- Ну, твою психологию.

- Мы уже закончили.

- И в чем смысл?

- Вспомни своё состояние перед экспериментом.

- Ну, вспомнил.

- А теперь сравни его с нынешним состоянием.

- Ну, сравнил.

- Есть разница?

- Нет.

- Ну, как же нет? Раньше ты знал, зачем воюешь, а теперь не знаешь.

- Что бы выиграть.

- Это желание. Но зачем выиграть, ты не знаешь.

- Чтоб был мир.

- Это понятно, мир, семья, дети, - Кулагин уже кричал. - Но зачем, ты так и не ответил.

- И чё?

- Господи, но и выбрал же я себе напарника, - взмолился Кулагин.

- Ну не работает там какая-то психологическая техника, ну и хрен с ней.

- Техника работает, только в отношение тебя она почему-то работает в другую сторону.

- Это как?

- То состояние, которое я хотел вызвать у тебя, почему-то вызвал у себя.

- Ну а как это может пригодится в разведке.

- Если противника, вывести из его обычного состояния, он становится управляем, но надо правильный найти подход.

- Сказки какие-то ты рассказываешь, Василий Федорович.

- Стоп, - Кулагин остановился, закрыл глаза, и сделал несколько глубоких вздохов.

- Пошли, - скомандовал Кулагин.

- А сейчас что было? Тоже какая-то техника.

- Да, - кратко, но уже спокойно ответил Кулагин.

- А она для чего?

- Что бы успокоится.

- Успокоился?

- Да.

- Что-то не очень заметно.

- Юра, - Кулагин опять остановился, - с этой секунды, о психологии ни слова. Хорошо?

- Ты здесь главный, как скажешь.

- Отлично.

- Продолжим путь?

- Да. Только давай немного помолчим.

- Хорошо.

Дорога становилась всё хуже и хуже, как и говорил Кулагин.

- У нас проблемы, - нарушил молчание Кулагин.

- Какие?

- Боюсь, по такой дороге можем не успеть вернуться, да из-за этого лейтенанта, которого прождали, времени много потеряли.

- Ну, опоздаем немного.

- Если опоздаем, нас будут считать дезертирами, а это расстрел.

- Мне кажется, Василий Федорович, мы вообще заблудились.

- Давай по карте посмотрим, - Кулагин достал карту.

- Мы находимся здесь, - Кулагин показал на карте Юрию свое местоположение, - немецкий батальон здесь.

- Совсем близко.

- Это если напрямки, а если через лесные заросли, то даже очень долго.

- А зачем нам через заросли?

- Смотри, если бы на месте немцев, ты где здесь лучше бы расположил батальон?

- Вот тут, - указал на карте Юрий.

- И я так думаю.

- Тогда почему на карте он обозначен здесь? – спросил Юрий.

- Вот и я думаю. Наверно не с проста немец указал это место.

- А как думаешь, если устроить засаду, где удобней бы было?

- На месте немцев, вот здесь, - указал Юрий.

- Я думаю, немец не случайно в плен попал. Это Нечипоренко думает, что это его люди постарались, а на самом деле, у немца была такая задача, попасть к нам в плен и дезинформировать.

- Вроде бы логично, надо было бы сначала разведку послать, проверить информацию, а потом уж роту.

- Согласен.

- Видимо ему медаль не терпелось получить.

- Времени очень мало остается.

- Что делать будем Василий Федорович?

- В обход идти.

- Где?

- Вот здесь, - Кулагин показал путь обхода на карте.

- Но тут же заросли, тогда дай Бог завтра вернемся.

- А ты предлагаешь идти прямиком в засаду?

- А если наши предположения неверны?

- Ты хочешь проверить ценой жизни это?

- А то, что мы гарантировано опоздаем, и нас запишут в дезертиры, эта проверка не ценой жизни обойдется?

- Юр, мы в любом случае опоздаем.

- И что теперь делать? Может, прям сейчас вернуться в часть?

- Мы же ничего не выяснили?

- Ну, а что делать тогда?

- Юр, ты возвращайся.

- А ты?

- А я дальше один продолжу.

- Но ты когда вернешься, тебя расстреляют как дезертира.

- Может не расстреляют.

- Зная Нечипоренко, можешь даже не сомневаться.

- Иногда есть вещи, за которые приходится платить жизнью.

- Василий Федорович, не отправляй меня назад.

- Зачем гибнуть двоим, когда один может спастись?

- Василий Федорович, если на то уж пошло, ты тогда должен в первую очередь думать о задание, а не о том, кому спастись.

- А я и думаю.

- А если тебя прикрыть надо будет, и задание окажется под угрозой, ты об этом подумал? А если ты споткнешься и ногу сломаешь, то как на одной ноге ты собираешься вернуться? А если волки нападут…

- Стоп! Ладно. Разошелся. Идешь со мной.

Глава 9

Кулагин с Никулиным вернулись в часть только утром следующего дня. Предположения подтвердились. В трёх километрах от части, были немцы.

- Какого хрена вы пропали? – орал Нечипоренко.

- Товарищ майор, - хотел объяснить Юрий.

- Я тебе слова не давал, боец. Я спрашивал у Кулагина.

- Товарищ майор, мы не пропали, - сказал Кулагин.

- Вы когда должны были вернуться?

- Вчера вечером.

- А вернулись когда?

- Мы выполняли задание.

- Выполнили?

- Так есть, товарищ майор.

- Но опоздали, а это приравнивается к дезертирству.

- За 12 часов невозможно было выполнить задание.

- А надо было.

- Товарищ майор, - обратился Никулин, - если бы мы вернулись во время, то не выполнили бы задание.

- Вовремя не выполненный приказ, считается невыполненным.

- Товарищ майор…

- Боец, Никулин, ты свободен, - не дал договорить Нечипоренко, - а боец Кулагин, как ответственный за задание, арестован. Сдайте оружие.

Кулагин сдал винтовку.

- Товарищ майор, разрешите откровенный вопрос? – не унимался Никулин.

- Какой?

- Зачем вы арестовали бойца Кулагина?

- Чтобы его отдать под трибунал.

- Зачем отдавать его под трибунал?

- Чтобы расстрелять.

- Зачем его расстреливать?

- Потому что он не выполнил приказ.

- Зачем он не выполнил приказ?

- А это уже у бойца Кулагина спроси, боец Никулин, - ответил майор.

Глава 10

В комнату, где находился арестованный Кулагин, зашел Никулин.

- Тебя кто пустил? – удивился Василий.

- Да с охранником табачком поделился, он и пропустил.

- А если майор придет?

- Я на пять минут. Узнать как ты?

- Нормально.

- Не работает твоя техника, Василий Фёдорович.

- Техника работает, просто ты не умеешь ей пользоваться.

- Чего там уметь, задавать вопросы «Зачем»?

- Это так кажется, на самом деле вопросы строятся на абстрактных оборотах, которые должны ввести человека в состояние психологического тупика.

- Зачем?

- В этом состояние, несмотря на кажущуюся его раздражительность, он становится внушаемым. Это как у цыган. Несмотря на сильную неприязнь к ним, человек, впавший в это состояние, добровольно отдает им все свои деньги и драгоценности.

- Цыгане тоже применяют эту технику?

- Я не знаю, какую технику они применяют, но результат один и тот же.

- Чепуха всё это. Я же лично убедился, что техника не работает.

- Ты неправильно её применил.

- Примени её сам правильно.

- На ком? Кроме тебя здесь никого нет. А на тебя она не действует.

- Почему бы тебе не признать, что техника не работает?

- Если она не сработала на тебе, это не значит, что она не работает на других.

- Докажи тогда.

- Боюсь, что могу не успеть, сам же слышал, что сказал майор.

- Козел же этот Нечипоренко.

- Я одного понять не могу, он ведь даже не поинтересовался результатами задания. А информация же важная. В трех километрах немцы, можно сказать у нас под носом.

- Надо срочно что-то придумывать, а то тебя расстреляют.

- Смерти я не боюсь, страшно другое.

- Что?

- Что с этим расстрелом ляжет позор на меня и мою семью.

- А знаешь, что я думаю, Василий Федорович, может сходить к подполковнику?

- Зачем?

- Объясню ситуацию, он мужик с пониманием.

- Представляешь, что тогда с тобой майор сделает, когда узнает, что ты через его голову прыгаешь? По уставу, ты должен сначала доложить непосредственно своему командиру.

- А если нет такой возможности, - продолжил Юрий, - то вышестоящему начальству.

- Но это не этот случай.

- Почему не этот? Хотел поговорить с майором, срочно, не нашел его, пошел к подполковнику, такое может быть?

- Ну, в принципе может.

- Тогда в чем вопрос?

- Даже не знаю. Если честно, не нравится мне всё это.

- Тогда мы зря, получается, ходили в разведку?

- Ладно, попробуй. Ведь на самом деле ты мог и не найти его.

В это время в комнату к арестованному зашел майор.

- Боец Никулин? - удивился Нечипоренко. - А что ты делаешь у арестованного?

- Товарищ майор, извините…

- Пришел друга навестить? Кто позволил? Тоже захотел под арест? Так это мы быстро устроим.

- Товарищ майор…

- Хотя, ладно, - опять перебил майор, - солдат ты молодой, не опытный еще, глупый, но исполнительный, я это ценю. Поручу я тебе исполнить приказ!

- Какой?

- Расстрелять дезертира.

- Если бы я дезертировал, то не вернулся бы в часть, - сказал Кулагин.

- Мне некогда разбираться в твоих мотивах солдат, война идет. По законам военного времени я обязан тебя расстрелять.

- Товарищ майор, ответьте мне на один вопрос, - обратился Кулагин.

- Что за вопрос?

- Зачем вы пришли на фронт?

- Чтобы воевать, боец, как и все, - ответил Нечипоренко.

- Зачем вы воюете?

- Как и любой добропорядочный советский гражданин, я хочу отдать долг Родине.

- Зачем вы хотите отдать долг родине?

- Кулагин, - заорал майор, - ты чего добиваешься? Перед смертью решил меня из себя вывести?

- Товарищ майор, - обратился Никулин.

- Боец Никулин, приказ понятен?

- Да.

- Выполнять!

- Я не могу.

- Приказы не обсуждаются, или ты захотел под трибунал пойти? Ведь в миг и тебя расстреляем.

- Товарищ майор, я не могу выполнить ваш приказ.

- Это не мой приказ. Расстреливать дезертиров – это приказ командующего фронтом, генерала Жукова.

- У меня другой приказ.

- Интересно, а у тебя, что за приказ?

- Подполковник Збруев велел арестованного к нему доставить.

- Это что еще за новости?

- Видимо он решил лично допросить арестованного. Если вы не возражаете, я тогда уведу арестованного.

- О чем можно разговаривать с дезертирами?

- Я тогда так подполковнику и передам, что вы посчитали, что ему не о чем говорить с арестованным.

- Боец Никулин, выполняй приказ подполковника, потом мне доложишь, что решил Збруев.

Глава 11

- Может, объяснишь, что происходит? - спросил Кулагин.

- Веду тебя к подполковнику.

- Ты же выдумал этот приказ подполковника?

- А что оставалось делать? Я смотрю, твоя техника сыпется.

- Техника была в самом разгаре.

- Да он уже был разъярён как бык.

- Я этого и добивался. Еще немного и он отменил бы приказ.

- Василий Фёдорович, но почему бы тебе не признать, что техника не работает?

- Техника работает. Ты меня куда ведешь?

- К подполковнику.

- А должен был куда вести?

- Расстреливать.

- Вот ты сам ответил. Просто ты продолжил технику за меня. Если бы ты сказал ему тоже самое до применения моей техники, то было бы всё по-другому.

- Он бы отменил приказ подполковника?

- Выдуманный приказ подполковника, - поправил Кулагин, - если бы я его не вывел из его обычного состояния, он мог бы здраво всё оценить, и сам бы меня повести к подполковнику.

- Хорошо. Возможно, иногда, твоя техника работает.

- Слава помидорам, неверующий Никулин, уверовал в психологию.

- Я не уверовал, а согласился, что иногда психология работает, хотя и пробуксовывает.

- Ладно, сейчас нам не об этом нужно думать.

- А о чем?

- Как о чем? О своем положении.

- А что с ним ни так? Тебя не расстреляли, это уже хорошо.

- Пока не расстреляли. Но есть одно но.

- Какое?

- А если подполковник не захочет со мной говорить?

- Куда он денется?

- Как куда? Ты сейчас меня приведешь к подполковнику и скажешь: «Я привел вам арестованного, которого вы не вызывали». Так?

- Все верно. Именно так.

- Никулин, тебя же самого к стенке поставят вместе со мной.

- За что? За то, что у нас майор козел?

- То, что приказы придумываешь.

- Значит судьба такая.

- Ладно, сейчас все решится, пришли.

- Ну, что заходим?

- Подожди.

- Чего?

- Радуга красивая.

- Какая радуга?

- Вон, - Василий указал на радугу.

- Василий Фёдорович, не до радуги сейчас.

- Подожди немного. Может, это последняя радуга в моей жизни.

- Перестань. Что ты раньше времени причитаешь.

- Как умирать-то не хочется, юр. Ну, ладно, что бы не ждало, надо достойно это встретить. Мы солдаты, должны быть готовы ко всему. Пошли.

- Вы куда, - остановил их постовой, при входе в штаб.

- Мы к подполковнику, - сказал Никулин.

- Нельзя, у него сейчас Жуков.

- Что?

- Жуков приехал.

- Давно?

- Только что. Вон машина его стоит, - ответил караульный.

- Вот и всё, Василий Федорович, приехали.

- Нет не всё.

- А что мы можем сделать?

- То, что должны. Придти к подполковнику. Мы же к нему шли. Так сейчас почему должны останавливаться?

- У него Жуков.

- Вот и хорошо.

- Что хорошего?

- Доложите подполковнику, что пришел боец Кулагин, - сказал Василий караульному.

- Ты что оглох? У него сейчас Жуков. Освободится, тогда и доложу.

- Василий Федорович, давай лучше подождем, - на ухо сказал Юрий Кулагину.

- Чего? Расстрела? Нам нечего терять.

- А через сколько он освободится? – спросил Юра караульного.

- Нам не докладывают. Может через пять минут, а может часов через шесть.

- Мы не можем ждать шесть часов, - сказал Кулагин караульному, - доложите сейчас.

В это время выходят из штаба генерал Жуков с подполковником Збруевым.

- Я могу вам расположение войск на карте показать, - говорил подполковник Жукову.

- На карте я уже всё видел, - ответил Жуков, - я хочу лично увидеть расположения войск, их состояние, поговорить с солдатами.

- После дождей дороги размыты.

- Это хорошо, значит немцам труднее будет продвигаться. И по поводу пропавшей роты…

- Товарищ подполковник, разрешите обратиться, - подошел к командующим Кулагин.

- Кулагин? – удивился подполковник. - А мы тут как раз по твою душу говорим.

- Извините, что встреваю в ваш разговор.

- Это красноармеец Кулагин, которого я направил выяснить судьбу роты, - объяснил подполковник Жукову.

- Что с ротой, боец? - спросил Жуков.

- Рота попала в засаду, остался ли кто-то жив, выяснить не удалось.

- А удалось выяснить расположение немецкой части? - спросил Жуков.

- Да.

- На карте сможешь показать?

- Смогу.

- Хорошо, давайте пройдем в штаб, - сказал Жуков.

- Ну, а мы давай, что ли табачку курнем, - предложил Никулин караульному.

Глава 12

- Вряд ли кто-то из роты выжил, - с горечью сказал Жуков, выслушав Кулагина.

- Согласен с вами товарищ генерал, - сказал подполковник Збруев.

- Развед данные бойца Кулагина подтверждают слова перебежчика, - продолжил Жуков.

Незадолго до этого, один из немцев перебежал на сторону русских. Перебежчик утверждал, что он служил радистом и принимал секретные данные от высшего руководства вермахта. С его слов, в советской армии действует немецкая агентурная сеть. На ленинградском фронте непосредственно в рядах Красной Армии работает немецкий агент Варавва, он же Варвар. В задачи Вараввы входят сбор секретной информации о вооружённых силах советской армии, об оборонительных сооружениях, дислокации, о резервах оружия и продовольствия. Так же Варавва выяснял наименование и расположение советских частей, а так же их передвижение, выяснял пути снабжения, расположение складов, фамилии командиров, внедрял новых агентов, в том числе и из состава командиров, обеспечивал внезапность нападения, дезорганизовывал советское командование.

Именно, благодаря оперативным данным Вараввы, немцы уничтожили роту. К сожалению, перебежчик не знал настоящего имени Вараввы. Всё, что он знал, этот человек прошёл спец подготовку в разведывательной, диверсионной школе «Абвера», и подчинялся напрямую начальнику военной разведки и контрразведки Абвера адмиралу Вильгельму Канарису. Варавва считался лучшим агентом, работающим непосредственно в рядах Красной Армии. Вермахт возлагал на Варавву большие надежды.

- В армии действуют немецкие агенты, - продолжил Жуков, - всё, что мы знаем, это прозвище агента – Варавва, он же Варвар. И то, теперь агент сменит свой позывной. Пока он не сменил позывной, надо успеть его вычислить.

- Среди моих людей нет предателей, - сказал подполковник, - все бойцы проверены и перевпроверены.

- Вы за всех ручаетесь? – спросил Жуков.

- Ручаюсь, - твердо ответил подполковник.

- Но как-то же немцы узнают о наших действиях.

- Думаю, что Варавва действует не в моём полку.

- Но рота же погибла из вашего полка.

- Товарищ, генерал, зачем вы так? По всему фронту идут огромные потери, не только в моем полку.

- А мы Варавву и его агентов не только в вашем полку будем искать. Но вы отвечаете, именно за свой полк.

- Есть товарищ генерал.

- Боец Кулагин, - обратился Жуков к Василию Кулагину, - надеюсь вам понятно, то, что вы узнали в разведке, и что слышали здесь, об этом не должна знать ни одна душа.

- Понятно товарищ генерал.

- А вы подполковник, всё-таки подумайте, кто это может быть. Изучите дело каждого бойца.

- У меня в полку 2000 человек, если даже я спать не буду, мне и месяца не хватит собрать данные по всем бойцам.

- А как же вы за них ручались?

- Я изучал дело каждого, когда принимал полк, а это было пять месяцев назад, когда еще не было войны. И командиров подразделений я сам лично назначал. И в бою мои солдаты проявили себя храбро.

- Я рад, что вы так уверены в своих людях, но всё-таки я прошу провести проверку. Всех здесь не обязательно проверять. Варавва высококвалифицированный специалист в сфере разведки, прошел спец подготовку в школе Абвера, физически хорошо подготовлен. Значит, ему должно быть от 30 лет. Неопытная молодежь сразу отпадает. А у тебя в полку в основном одна молодежь. От 30 лет в твоем полку это в основном пополнения. А их у тебя не так и много было. Из пополнения можно смело исключить стариков, я имею ввиду, тем, кому за 50, и остается тебе проверить с гулькин нос.

- Так есть товарищ генерал.

- Кулагина переведи в разведгруппу, он хорошо справился с заданием, его данные конкретны и очень ценны. Выяснил расположение немецкой части, которая у вас под носом, а вы и слышать не слышали. Так вы обеспечиваете безопасность высшего руководства советской армии?

- Я вас понял, товарищ генерал.

- Боец, - обратился Жуков к Кулагину, - пойдешь в разведку?

- Буду служить там, где командование сочтет нужным, - ответил Кулагин.

- Ну, и отлично.

- Разрешите идти? – спросил Василий.

- Подожди, а где твое оружие солдат? - спросил генерал.

- Мне кое-что остается непонятным, в этой истории, - невольно перебил подполковник генерала.

- Что еще? – спросил Жуков.

- Боец, - обратился подполковник, - ты утверждаешь, что там был бой.

- Это логично, подполковник, - сказал Жуков, - ты думаешь, рота погибла без боя?

- Почему мы тогда не слышали выстрелов? На этом расстояние мы должны были слышать стрельбу.

- На это могут быть несколько причин, - предположил Василий Кулагин. - Слышимость зависит от местности и направления ветра. Между немецкой частью и нашей, густой лес, который и заглушал шум боя, к тому же была гроза и дождь, что тоже не способствовало слышимости.

- Действительно, была гроза, - согласился подполковник, - тогда это всё объясняет.

- Чья это идея была, послать роту? – спросил Жуков.

- Майора Нечипоренко.

- Он что идиот? Полагаясь только на показания наших врагов, посылать людей на верную гибель.

- В этом и моя вина есть, я этот план утвердил, - признал подполковник.

- А я и не говорил, что вашей вины здесь нет, - ответил Жуков. – Ладно, будем исправлять ситуацию, направишь туда свой полк, захватишь эту немецкую часть.

- Разрешите предложение внести, товарищ генерал, - обратился Кулагин.

- Что за предложение? – спросил Жуков.

- Мы знаем расположение немецкой части, приблизительное количество солдат и техники. Но они не знают, что мы это знаем. Я считаю, что этим надо воспользоваться.

- Каким образом предлагаешь, боец Кулагин?

- Они нас ждут с севера, - показал Кулагин на карте, - а мы нападем с юга.

- В этом случае наш полк окажется в окружении, - перебил подполковник.

- Не окажется, с этой стороны болото, - продолжил Кулагин объяснять на карте, - через него немцы не рискнут пойти, а если рискнут, то будут как на ладони.

- Не забывай, - возразил подполковник, - у немцев есть тяжелая артиллерия, они запросто и через болото расстреляют наш полк.

- Вряд ли они на это пойдут.

- Это почему же?

- Так как бой будет с их частью идти почти в плотную, в случае применения тяжелой артиллерии, они разбомбят и свою часть.

- А если допустим, они пойдут на это? – спросил Жуков.

- Стрелять по своим? – предположил Кулагин.

- Да. От немцев всего можно ожидать.

- Товарищ генерал, они не знают, какими силами мы на их часть нападем. Но они знают, что их часть окажет сопротивление. Не зная ситуации, на их месте, вы стали бы стрелять по своим?

- Хорошо мыслишь боец, - похвалил Жуков Кулагина, - с такими бойцами мы непременно выиграем войну. На этот раз мы Варавву обыграем.

Жуков был очень доволен. В последнее время Варавва ему все планы портил. На этот раз, уверен был Жуков, Варавва будет очень неприятно удивлён. Секретная немецкая часть будет уничтожена. Кулагин даже не подозревал насколько ценны его данные. Ведь это не просто немецкая часть, это секретная немецкая часть, которая обеспечивала безопасность Вараввы. А это значит, Варавва где-то поблизости. Возможно даже в части Збруева. В случае, провала Вараввы, это немецкая часть должна обеспечить прикрытие своего агента, уж очень он ценным был, для вермахта. Этого всего Кулагин не знал, и не мог знать. Да и не нужно ему это всё знать. Но Жуков был очень им доволен, настолько, что снял со своей руки часы.

- Боец, за хорошую службу вручаю тебе свои часы, - Жуков протянул часы Кулагину.

- Противоударные, - добавил Жуков.

- Служу Советскому Союзу, - Кулагин принял часы.

- Только одно замечание, - продолжил Жуков, - солдат всегда должен быть при оружии, враг может напасть в любую минуту, и тут лишняя секунда, может стоить жизни.

- У меня нет оружия, - ответил Кулагин.

- Это еще что? – удивился генерал, - у вас для солдат не хватает оружия?

- Хватает, - ответил подполковник.

- Тогда выдать солдату оружие, - приказал Жуков.

- Я не могу получить оружие, - сказал Кулагин.

- Почему?

- Я подлежу расстрелу, - ответил Кулагин.

- И по чьему же приказу ты подлежишь расстрелу?

- По-вашему, товарищ генерал.

- Я приказал тебя расстрелять? – удивился Жуков.

- Ваш приказ расстреливать дезертиров.

- А ты здесь причем, ты же вот он, тут стоишь.

- Я задание не смог выполнить вовремя, поэтому меня причислили к дезертирам.

- Это ты его что ли причислил к дезертирам? - спросил Жуков подполковника Збруева.

- Нет, - удивился подполковник, - сам не в курсе.

- Что за история, боец? – спросил подполковник.

- Вы дали на задание 12 часов, в которые я не уложился, - объяснил Кулагин.

- А, вон в чем дело. Все в порядке. А ты уже оружие сдал? Приготовился к расстрелу? – рассмеялся подполковник.

- Не совсем. У меня его забрали в связи с арестом, и приговорили к расстрелу.

- И кто же?

- Майор Нечипоренко.

- Что за бред? Я приказал вернуться до приезда генерала, ты вернулся, 12 часов я дал для ориентира, что бы ты был как-то по времени сориентирован.

- Что-то мне не нравится ваш майор, - вмешался Жуков, - мы с такими командирами проиграем войну. В общем так, подполковник, бойцу Кулагину выдать оружие, естественно, приказ солдата Нечипоренко не имеет силы.

- Майора Нечипоренко, - поправил подполковник.

- Нет, рядового солдата Нечипоренко.

- Значит, майора Нечипоренко разжаловать, я правильно понял?

- Все правильно. Шустер больно, этот Нечипоренко ротами разбрасываться и хороших бойцов к расстрелу приговаривать. И самое интересное, моими приказами прикрывается. Пусть сам теперь повоюет вместе с остальными бойцами. Это первое. Второе, к вечеру подготовить полк на захват немецкой части. Направишь только пехоту. Танки и тяжелую артиллерию оставишь в обороне, мало ли чего. В обороне не должно быть дыр. Третье, вернуть оружие рядовому Кулагину, я уже это говорил.

- Будет выполнено.

- Вы, боец Кулагин, можете идти, - сказал Жуков Василию.

- Есть, - Василий Кулагин вышел из штаба.

- Подполковник, - продолжил Жуков, - скрывать не буду, положение сложилось очень тяжелое. Немцы разбомбили Бадаевские склады, уничтожили практически все продовольственные запасы города, тысячи тонн продуктов сгорели. Расплавленный сахар тёк по улицам Ленинграда. Масштаб ущерба трудно преувеличить. Ленинград надо отстоять любой ценой. Помимо экономической составляющей, он имеет громадное символичное значение для народа. Это колыбель октябрьской революции. Вы это должны понимать. Каждый солдат это должен понимать.

- Доведу до каждого солдата ваши слова, товарищ генерал.

- Задание понятно?

- Понятно, товарищ генерал.

- Выполняйте, подполковник.

- Вы хотели лично расположение войск посмотреть, - напомнил подполковник.

- Я здесь без тебя справлюсь, а ты займись подготовкой полка.

После изучения сложившегося военного положения под Ленинградом, Жуков уехал с докладом к Верховному Главнокомандующему СССР, Иосифу Виссарионовичу Сталину.

Глава 13

- Что за часы? – спросил Никулин Кулагина, когда увидел у него часы на руке.

- Часы как часы, противоударные, - ответил Кулагин.

- Откуда они у тебя взялись, ведь не было же их у тебя.

- Жуков подарил.

- Что? – не поверил Никулин.

- Жуков подарил, говорит, хорошо служу, - повторил Кулагин.

- Ну, ты даешь брат. Сам генерал тебе подарил часы.

- Никому не говори, только, не хочу, что бы тут слухи какие-то ходили.

- Да ты что? Об этом надо наоборот всем рассказать. Здесь есть чем гордиться.

- Юра, я прошу тебя не надо.

- Кто здесь еще может похвастаться генеральскими часами? Ты чего, Вася?

- А я не хочу хвастаться, я рассказал об этом только тебе. Ты все равно бы не отстал, пока не узнал бы про эти часы.

- Генеральские часы, - поправил Никулин.

- Пусть генеральские. Надеюсь, что дальше тебя, эта информация не уйдет.

- Теперь не за горами и звание.

- Какое звание?

- В звании тебя повысят. Если сам Жуков оценил твою службу, то тут ни каких сомнений быть не может. Будешь командиром отряда, а может даже и роты.

- Юр, я же тебе говорил, я солдат, командовать это не моё.

- Честно, не понимаю я тебя Василий Фёдорович.

- Не всем дано быть командирами. Я считаю, что лучше быть хорошим солдатом, чем плохим командиром.

Через час Кулагин вернулся к подполковнику.

- Товарищ подполковник, почему меня не взяли в полк на захват немецкой части?

- Боец Кулагин, вы сколько уже не спали? – спросил подполковник.

- Приблизительно двое суток.

- И как вы собираетесь воевать? Лучше идите, восстановите силы.

- Но это же мой план, товарищ подполковник.

- Боец, я сказал, идите лучше и выспитесь. Людей достаточно и без вас. Это приказ.

- Есть товарищ подполковник, - подчинился Василий Кулагин.

- Кулагин, - окликнул подполковник, уходящего солдата.

- Слушаю, товарищ подполковник.

- Спасибо.

- Рад служить, - ответил Кулагин.

Глава 14

Несмотря на новый план, утвержденный самим генералом, полк снова попал в засаду. Из двух тысяч человек в часть вернулось только чуть более трехсот.

- Вызывали товарищ подполковник, - Кулагин пришел в штаб к подполковнику Збруеву.

- Да, - подавленно сказал Збруев.

- Наши солдаты снова попали в засаду, - продолжил подполковник.

- Я знаю, видел только что вернувшихся солдат.

- Мы снова просчитались. Наш полк расстреливали как пушечное мясо.

- Я не понимаю, что было не так.

- Я тебе отвечу. Мы рассчитывали, что немцы не будут из тяжелой артиллерии расстреливать свою часть. Это было нашей гарантией.

- Так и должно было быть.

- Мне доложили, что на указанном тобой месте, не было никакой части.

- Как это не было? А где же она? Я собственными глазами видел. Боец Никулин может потвердеть.

- А насколько можно верить рядовому Никулину? Ты же сам его выбрал с собой взять.

- Вы сами сказали выбрать.

- А была ли там вообще немецкая часть?

- Вы мне не верите?

- Это был твой план.

- Готов нести полную ответственность за это.

- Какую? Людей не вернуть. Почти весь полк погиб.

- Товарищ подполковник, я думаю немцев кто-то предупредил, поэтому они сменили позицию.

- Понятно, что кто-то предупредил, вопрос лишь кто? Об этом плане знали лишь ты, я и Жуков.

- А когда вы полк формировали, об этом разве никто не знал? Кто угодно мог их предупредить.

- Чтобы добраться до немцев, их предупредить, нужно было на несколько часов покинуть часть, а это довольно трудно сделать незамеченным.

- А мне значит легко.

- А тебя никто не видел всё это время.

- Вы сами мне приказали идти спать.

- Тебе не кажется, что слишком много случайностей?

- Вы считаете, что я предупреждаю немцев?

- А что мне думать? Что к ним Дымок бегал информацию сливать?

- Что бы предупредить немцев, не обязательно покидать часть. Существуют и другие варианты, например радио или голубиная почта.

- Это предположения, а есть неоспоримые факты. В первый раз ты не так перевел, мы роту потеряли. В этот раз, по твоей разведке, и к тому же по твоему плану мы полк потеряли. Может тебе теперь дивизию дать куда-нибудь направить?

- Я признаю ответственность за гибель полка, но я не признаю, что это я информировал немцев.

- Даже если ты и не предатель, это ты предложил воспользоваться тем, что немцы ничего не знают. А они всё знали. И это они воспользовались нашим незнанием.

- Это моя ошибка. В части есть предатель.

- А Жуков предупреждал, что здесь работают немецкие агенты.

- Я помню, тайный агент Абвера Варавва. Мы его недооценили.

- Может Варавва это ты? И по возрасту ты подходишь.

- Товарищ подполковник, я служу честно и не боюсь смерти. Но если вы решите, что я Варавва, то в этом случае, настоящий предатель, продолжит передавать информацию фашистам.

- Варавва ты или нет, мы понесли огромные потери.

- Готов нести ответственность.

- Понесешь, боец не переживай.

- Прикажете меня расстрелять?

- Нет Кулагин, - ответили подполковник, - я тебе верю, не ты предал нас, но за ошибки надо платить. Погиб полк, за это надо отвечать.

- Товарищ подполковник, - в штаб забежал запыхавшийся лейтенант, - в нашу сторону направляется колонна немецких танков. Я отдал приказ занимать оборону.

- Оборона и так занята, - сорвался подполковник, ударив кулаком по столу, - направляйте в лоб наши танки в контратаку. А вслед за танками, пехоту. Только так мы эту фашистскую мразь остановим.

- А как же оборона?

- В обороне останутся пушки и пулеметчики. Танки все направляйте на лобовой бой.

- Но это же самоубийство, - возразил лейтенант.

- Совершенно верно, лейтенант, - продолжил кричать подполковник. - Оборону немцы сходу прорвут. Поэтому на подступе к обороне наши танки должны ослабить их силы. Тогда есть шанс не пропустить врага в Ленинград.

- Есть товарищ подполковник, - лейтенант выбежал из штаба.

- Ну что, Кулагин, - уже хриплым голосом сказал подполковник, - у тебя есть шанс искупить свои ошибки кровью. Пойдешь в пехоте за танками.

- Так есть, товарищ командир.

- А часы генеральские пока сдай. Пока не достоин ты их носить, - сказал подполковник.

Глава 15

Бои под Ленинградом были ожесточенными. Многотысячная немецкая армия шла напролом. Это уже не первая попытка была прорвать оборону, как и в прошлые разы, немцы наткнулись на жесточайшее сопротивление. Навстречу немецким танкам шли русские танки. Вслед за танками шла пехота. Среди пехоты шли Василий Кулагин и Юрий Никулин. Немецкая армия не отступала. Несмотря на огромные потери, немцы продвигались на Ленинград. За всем происходящим из укрытия в оптический прицел снайперской винтовки наблюдал один человек. Позиция, занятая снайпером была вне поля боя. Укрытие представляло собой углубление в земле, находящееся под плитой, заваленное ветками деревьев. Это была идеальная позиция для наблюдения, так как она не представляла интереса ни для советских солдат, ни для немецких. И в то же время, участок боя, занимаемый советскими солдатами, хорошо просматривался и был в пределах выстрела винтовки.

Кулагин и Никулин от пуль укрылись в воронке от снаряда.

- Тебе не страшно? – спросил Василий Юру.

- Как сказал Саталин: «Одна смерть, это трагедия, а тысяча это статистика». Мы это статистика, Василий Федорович».

- Ты не ответил.

- Я об этом не думаю. Но если честно, то как здесь может быть не страшно?

В это время на Кулагина и Никулина стал надвигаться немецкий танк.

- Василий Федорович, ты верующий?

- На войне атеистов не бывает.

- Помолись за меня, я пополз.

- Оставайся здесь, мы его пропустим и сзади взорвем.

- Он нас переедет, не сможем мы его взорвать, надо сейчас.

Юра вылез из воронки и пополз на танк.

- Что ты творишь молокосос.

Юра достал противотанковые гранаты и уверенно полз на танк.

- Ну, давай, с Богом, Юра, - прошептал Кулагин.

Подпустив поближе танк, Никулин кинул гранаты. Танк загорелся. С криком «Ура», Юра побежал дальше.

- Ты куда? – крикнул ему вслед Кулагин, - Вернись!

Кулагин вылез из воронки, чтобы догнать Никулина, но тут же удар в спину его сбил с ног.

Кулагин превозмогая боль встал на ноги. Перед собой он увидел бывшего майора Нечипоренко.

- Ну что Кулагин? За мной должок, а я долги всегда отдаю, - Нечипоренко направил оружие на Кулагина.

- Мы здесь воюем с фашистами, а не между собой, - сказал Кулагин.

- Так какого хрена ты меня подставил?

- Я тебя не подставлял.

- Да что ты? Меня в обычные солдаты Жуков разжаловал, а тебе часы вручил. Ну как хорошо тебе с командирскими часами?

- Нет у меня часов. Их подполковник у меня забрал.

- Это ничего не меняет. Из-за тебя меня разжаловали. Я штабной офицер, а проливаю кровь вместе с солдатами. И в этом виноват ты.

- Ты не офицер, ты боец Нечипоренко, так что пошли и вместе будет защищать родину от фашистской нечисти.

- Еще раз повторяю, Кулагин. Я не солдат. Солдаты это живая стена, а я не хочу быть кирпичиком в этой стене, я хочу быть за стеной.

- Тогда иди и прячься за стену, а я пойду воевать.

- Нет, Кулагин. Ты никуда не пойдешь, ты сейчас здесь подохнешь, так что родину уже будут защищать без тебя.

- Тогда чем ты лучше фашистов?

- А я не стремлюсь быть лучше. Я всего лишь хочу выжить. Мне все равно кто победит.

- Это же измена родины.

- Это война. А на войне все средства хороши. Главное выжить. Что может быть дороже жизни?

- Честь мундира. Тебе государство оказало высокое доверие, назначило тебя командиром. А ты всех своих солдат погубил.

- Еще раз повторяю. Это война.

В это время, из своего укрытия неизвестный человек в оптический прицел наблюдал поочередно за происходящим сражением. Каждые несколько секунд он перемещал прицел с одного участка на другой. В видимость прицела попали два советских бойца, Кулагин и Нечипоренко. На них человек остановил свое внимание. Человек максимально приблизил видимость оптического прицела. Бывший командир и советский солдат Кулагин хорошо были видны. Никто из них и предположить не мог, что оба сейчас они находятся под снайперским прицелом. Прицел перемещался с одного бойца на другого. Нечипоренко держал на прицеле Кулагина.

- Это же ты слил информацию? – смотрел на Нечипоренко Кулагин. - Так? Варавва это ты.

- Что тебе известно про Варавву?

- Значит всё-таки ты. Ты же сам прекрасно знаешь немецкий. Тебе же не нужен был переводчик. Ты изначально искал того, на кого можно все свалить, а потом в расход пустить, а кто уж там разберется?

- Это только твои предположения. И их ты уже никому не расскажешь.

- Стреляй, трусливая собака, - Кулагин сделал шаг на встречу к Нечипоренко, - и драпай к немцам.

- Здохни, паскуда, - Нечипоренко взвел автомат.

В эту секунду в грудь Нечипоренко попала снайперская пуля. Нечипоренко лежал на земле захлебываясь кровью.

- Что случилось? – бормотал он. – Кто в меня выстрелил?

Кулагин сразу же склонился к Нечипоренко и пропал из видимости снайперского прицела.

- Это случайная пуля, - ответил Кулагин.

- Нет, Кулагин, это не случайная пуля, - Нечипоренко с большим трудом говорил.

Но Кулагина сейчас интересовало другое.

- Скажи, Варавва это ты?

- Нет, - выдавил из себя Нечипоренко.

- Тебе осталось жить не больше минуты, ты можешь сейчас облегчить душу, признайся, ты Варавва?

- Нет, Кулагин, Варавва не я.

- А кто тогда? Говори, кто Варавва?

- Какая разница. Живым ты это поле боя все равно не покинешь. Меня убили. Ты следующий.

- Говорю, это случайная пуля была, - продолжал настаивать Кулагин, - говори, Варавва это ты? Признавайся!

Но Нечипоренко уже его не слышал. Кулагин склонился над телом и заплакал. Его переполняли обида, злость, боль.

- Это ты Варавва, - кричал Кулагин, - почему ты не признался?

Кулагин не хотел верить, что Варавва кто-то другой. Информацию сливал кто-то из своих.

- Это он, Варавва это он, и он сейчас мертв, - продолжал размышлять Кулагин. – Но что он имел в виду, что его убили? Это же случайная смерть. Это война. Солдаты погибают от пуль. Но почему я следующий?

Кулагин понимал что, что-то в этой смерти было не так. Но он никак не хотел это признавать. Его мозг отказывался мыслить по-другому. В этом случае, Варавва остается не вычисленным, а это гибель тысяч советских солдат, чьих-то сыновей, мужей, отцов. Кулагин взял автомат Нечипоренко и выпрямился. Он снова оказался в поле видимости снайпера.

- Нечипоренко смотрел прямо на меня, когда в его грудь попала пуля, - размышлял Кулагин, - значит, стрелял кто-то позади меня.

Кулагин развернулся и стал вглядываться в сторону выстрела. Он смотрел прямо на укрытие снайпера, но разглядеть его не мог. Прицел снайперской винтовки был ровно на сердце Кулагина.

В это время рядом с Кулагиным раздается взрыв снаряда. Этот бой для Кулагина был окончен. Очнулся он уже в санчасти.

Глава 16

- Ну что Василий Федорович, как самочувствие? – пришел Кулагина навестить Никулин.

- Немцы не прошли? – еле слышно спросил Кулагин.

- Не переживай Василий Федорович, мы их здорово потрепали. Ну и сами немного получили. Но самое главное мы удержали оборону.

- По ходу дела отвоевался, - ответил с трудом Кулагин.

- Да брось ты, мы еще повоюем. Тебя подлатают и будешь как новенький.

- Где наша не пропадала.

- Тебе сейчас нужен покой. Ты отдыхай, ни о чем не думай. Всё будет хорошо. Мы этой немецкой скотине еще хребет переломим.

- Ты-то как?

- Как видишь жив, здоров, Василий Федорович.

- Это хорошо.

- Я собственно говоря зашел еще попрощаться.

- Что такое?

- Я уезжаю в свою родную зенитную артиллерию.

- Когда?

- Прям сейчас. Меня машина ждет у входа.

- Какая еще машина?

- Продовольствие везет в нашу часть, вот заодно и меня довезут. Документы подполковник уже подписал.

- Грустно всё как-то.

- Ты чего Василий Федорович? Ведь мы живы, а это главное.

- Это да. Согласен, это главное. Но к сожалению мы больше не увидимся.

- Кто знает? Может судьба опять сведет?

- Да. Может и сведет.

- Слушай Василий Федорович, а давай теперь ты к нам? – весело спросил Никулин. - Я у вас погостил, теперь милости прошу в свою артиллерию.

- Спасибо, я уж лучше пока тут полежу, - улыбнулся Кулагин.

- А что так?

- Ты говорил, вы на землице сырой спите, а мне сейчас это противопоказано, - отшутился Кулагин.

- Если честно, я рад, что мы познакомились, Василий Федорович. К сожалению, мне пора.

- Даст Бог, свидимся.

- Прощай, друг, - Никулин наклонился обнять Кулагина.

В это время к Кулагину зашел подполковник Збруев.

- Что здесь происходит? – спросил подполковник.

- Зашел попрощаться с другом, товарищ подполковник.

- Никулин, тебя там машина ждёт.

- Одну минуту, товарищ командир.

- Иди, Юр, - сказал Кулагин, - командир прав, не задерживай машину.

- Не думал, что так тяжело будет покидать вашу часть, - ответил Никулин.

- Боец Никулин, больному нужен отдых, освободите помещение.

- Есть товарищ подполковник, - Никулин послушно вышел из палаты.

- Ну что боец, как себя чувствуешь? – спросил подполковник Кулагина.

- Пока жив, Ростислав Константинович.

- Я договорился, тебя завтра в госпиталь отправляют.

- Значит что-то серьезное?

- Все в порядке, доктор сказал: «Жить будет». Просто предстоит длительное восстановление, а так ничего жизни не угрожает.

- Подполковник, - с трудом обратился Кулагин, - Нечипоренко мертв.

- Я знаю.

- Это он Варавва.

- С чего ты взял?

- Он хотел меня убить, но не успел. Вражеская пуля спасла меня.

- То, что он хотел тебя убить, это не доказывает, что он Варавва.

- Он сознался.

- В том, что он Варавва?

- Что это он сливал информацию. Он предатель.

- Предатель да, но Варавва не он. Нечипоренко предал своих солдат, а Варавва работает по всему Ленинградскому фронту. У меня были подозрения на Нечипоренко.

- Так почему вы его раньше не отстранили?

- Я придерживаюсь правила: «Семь раз проверь, прежде чем усомниться в человеке». Очень много было людей, которые были несправедливо обвинены и арестованы, а некоторые расстреляны. Сейчас они могли бы оказать огромную помощь в борьбе с фашизмом. Некоторых даже восстановили в званиях. Это хорошо. А на счет Нечипоренко, у меня не было никаких доказательств.

- А сейчас есть доказательства?

- При нем нашли немецкую шифровку. В которой Варавва давал новое задание Нечипоренко, убить Жукова.

- Быстро ваши криптографы работают.

- Да, ребята знают свое дело.

- Получается, Варавва даже знал о приезде Жукова в нашу часть.

- Знал, и у Нечипоренко была возможность совершить покушение. Но, по всей видимости, он не успел расшифровать, или шифровку получил слишком поздно.

- Или забоялся. В случае покушения, он себя бы выдал, и жизнь Жукова могла стоить ему собственной жизни. А из последнего его разговора я понял, что для него самое главное это жизнь. Он предал родину не по идеологическим соображениям, он не был предан Вермахту, он просто пытался выжить.

- Думаю, ты прав. Но наверно отчасти. Может Нечипоренко и боялся совершить покушение на Жукова, но Варавву он боялся больше. С Вараввой невозможно договориться. Не выполнение приказа, это приговор. Тут может дело еще в чем-то.

- В чем?

- Не знаю. Да это и не имеет значение. Главное покушение не состоялось, Жуков жив.

- А Варавва не пойман, - продолжил с сожалением Кулагин.

- Уж не ты ли его собрался ловить?

- Если командование поручит…

- Кулагин, - оборвал подполковник, - Варавва это не твой уровень и даже не мой, это работа НКВД. А ты, надеюсь, никогда не встретишься с Вараввой.

- Почему?

- Потому что, все кто видел Варавву, мертвы. Шансов остаться живым после встречи с ним, нет. Им будут заниматься профессионалы.

- Товарищ подполковник, почему вы о своих подозрениях не рассказали генералу?

- В помещение были посторонние уши.

- Вы имеете в виду мои уши? - улыбнулся сквозь боль Кулагин.

- А чьи же? Ведь если честно, подозрения были и на счет тебя. Ты бы как поступил на моем месте?

- Я не знаю.

- У немцев агентура по всем фронтам работает. Такая ситуация не только под Ленинградом сложилась. Нечипоренко был не один. На всех участках фронта немцы впереди нас на шаг. Чтобы мы не предприняли, немцы уже об этом знают. Если кто и мог дать какие-то зацепки, по вычислению Вараввы, так это Нечипоренко, а он мертв.

- И что теперь делать?

- Чтобы добиться преимущества, надо во чтобы то не стало, найти Варавву.

- Как?

- Я не знаю. Этим занимаются на самом высшем уровне. Предатели рано или поздно себя выдадут, а через них найдут Варавву. Даже мне не известны подробности. Предатели ведь есть и среди командующего состава. А что касается Вараввы, это имеет высшую степень секретности.

- Товарищ подполковник, после госпиталя направьте меня в разведку.

- Ты когда выйдешь из госпиталя, направлю твое дело Жукову, возможно, он тебя пристроит в разведку. Он тогда еще обратил на тебя внимание. По крайней мере, со своей стороны, буду тебя рекомендовать. Все данные для этого у тебя есть.

- Спасибо, товарищ подполковник.

- Да пока что не за что. Я бы даже сейчас мог рекомендации направить, но сколько ты в госпитале пробудешь? Месяц, два, три, а за это время твое дело затеряется где-нибудь. Поэтому как выйдешь из госпиталя, так и направлю рекомендации высшему руководству.

- Товарищ подполковник, но как такое возможно? Агент вермахта работает непосредственно в советской армии.

- Возможно, Кулагин. Это факт.

- Я верю в победу. На нашей стороне правда, а это главное.

- Для победы правды бывает не достаточно. На войне победа достаётся тому, кто вытерпит на полчаса больше, чем противник. Самое главное не сдаваться, как бы трудно не было, надо драться.

- Хорошие слова хорошего командира, - согласился Кулагин.

- Кстати, я направил запрос комдиву, чтобы тебя представили награде.

- Но я ничего же не сделал.

- Ты отстоял Ленинград.

- Это не я. Мы все вместе отстаивали.

- А я на всех направил запрос. Не пустить немцев в Ленинград, это подвиг.

- Но мы их пустили в Россию.

- Это ненадолго. Скоро мы их прогоним.

- Обязательно прогоним, товарищ подполковник.

- Кстати это по праву принадлежит тебе, - подполковник достал из кармана часы Жукова, и положил на тумбочку рядом с Кулагиным, - они твои. Ты уж не обижайся за них на меня.

- Я не обижаюсь. Я вас считаю хорошим командиром, товарищ подполковник. Солдаты должны гордиться таким командиром.

- Ладно, мне надо идти. Ты давай выздоравливай. Родине нужны такие бойцы.

Збруев собрался уходить.

- Товарищ командир.

- Что-то еще?

- Да.

- Что?

- Мне показалось, когда Нечипоренко держал меня на прицеле, за нами кто-то наблюдал.

- Кто?

- Я не знаю. Я не могу отделаться от этого предчувствия.

- Кулагин, тебе надо хорошенько отдохнуть. Мне самому только что не мерещилось.

- Наверно вы правы.

- Давай отдыхай, восстанавливай силы, а меня ждет фронт.

Подполковник Збруев вышел из палаты. Ростислав Константинович прошел быстрым шагом мимо человека в белом халате, который минуту назад стоял у двери и подслушивал их разговор. Самый главный вопрос, который интересовал этого человека, успел ли сказать что-то Нечипоренко перед своей смертью Кулагину?

После приезда Жукова бои под Ленинградом не прекратились, но изменился их характер. Город хоть и оказался в блокаде, но немцы в него так и не вступили.

Юрий Никулин продолжил службу в зенитной артиллерии, немного позже ему предстояло пережить воспаление легких и контузию, после лечения он опять вернулся на фронт, в 1943 году получил звание старшего сержанта, и был назначен командиром отделения разведки из четырех красноармейцев, так же он был назначен помощником командира взвода. За время войны был награждён медалями «За отвагу», «За оборону Ленинграда» и «За победу над Германией». Но это всё было гораздо позже, а пока что он продолжал нести службу в своей родной зенитной артиллерии в звание рядового бойца.

Часть 2 Ржевско-Сычевское направление

Приказ № 227 «Ни шагу назад», от 28 июля 1942 года.

ВЕРХОВНОЕ ГЛАВНОКОМАНДОВАНИЕ КРАСНОЙ АРМИИ ПРИКАЗЫВАЕТ:

1. Военным советам фронтов и прежде всего командующим фронтами:

а) безусловно ликвидировать отступательные настроения в войсках и железной рукой пресекать пропаганду о том, что мы можем и должны якобы отступать и дальше на восток, что от такого отступления не будет якобы вреда;

б) безусловно снимать с поста и направлять в Ставку для привлечения к военному суду командующих армиями, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций, без приказа командования фронта;

в) сформировать в пределах фронта от 1 до 3 (смотря по обстановке) штрафных батальонов (по 800 человек), куда направлять средних и старших командиров и соответствующих политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины.

2. Военным советам армий и прежде всего командующим армиями:

а) безусловно снимать с постов командиров и комиссаров корпусов и дивизий, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций без приказа командования армии, и направлять их в военный совет фронта для предания военному суду;

б) сформировать в пределах армии 3-5 хорошо вооруженных заградительных отрядов (по 200 человек в каждом), поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникеров и трусов и тем помочь честным бойцам дивизий выполнить свой долг перед Родиной;

в) сформировать в пределах армии от 5 до 10 (смотря по обстановке) штрафных рот (от 150 до 200 человек в каждой), куда направлять рядовых бойцов и младших командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на трудные участки армии, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления перед Родиной.

3. Командирам и комиссарам корпусов и дивизий;

а) безусловно снимать с постов командиров и комиссаров полков и батальонов, допустивших самовольный отход частей без приказа командира корпуса или дивизии, отбирать у них ордена и медали и направлять в военные советы фронта для предания военному суду:

б) оказывать всяческую помощь и поддержку заградительным отрядам армии в деле укрепления порядка и дисциплины в частях.

Приказ прочесть во всех ротах, эскадронах, батареях, эскадрильях, командах, штабах.

Народный комиссар обороны

И.СТАЛИН

«Ни шагу назад» самый известный и самый страшный приказ Сталина за время Великой Отечественной войны. Летом 1942 года в СССР сложилось катастрофическое положение. В связи с большими потерями и тяжелой ситуацией в армии стала падать дисциплина и проявляться паникерство. Русские войска отступали далеко на восток. Гитлеровская армия захватила Севастополь, часть Северного Кавказа, Украину, Белоруссию, Прибалтику, Донбасс, а Ленинград, культурную столицу России,взяли в блокаду. Под контролем немцев оказалось 70% российского угля, чугуна, стали, 50% поголовья скота и посевных площадей, 40% всех железных дорог СССР. Всё что давало преимущество в войне, в том числе людские ресурсы, оказалось в руках немцев и стало использоваться против Советского Союза. Бегство и панические настроения в армии стали носить угрожающий характер. Страна оказалась на грани смертельного поражения. В кротчайшие сроки Советский Союз полностью мог оказаться под контролем Гитлера. Чтобы изменить ситуацию в войне, Сталин стал внедрять в советской армии гитлеровские методы ведения войны, которые показали свою эффективность в сражениях против СССР. Из покидающих поля сражений без приказа стали формировать штрафные батальоны и роты, которые отправляли на самые сложные участки сражений. А чтобы исключить отступления, позади войск стали располагать заградительные отряды, которые должны были расстреливать тех, кто бежал назад. Эта немецкая схема ведения войны дала свои результаты. Наступающая немецкая армия столкнулась с сильной и организованной обороной. Если ранее немецкая армия продвигалась на десятки километров в сутки, то теперь на несколько километров, а чуть позже немцы считали большим успехом продвинуться хотя бы на 50 метров. А осенью наступление и вовсе прекратилось. Сталинский приказ «Ни шагу назад!» был выполнен.

Глава 1

После выписки из госпиталя летом 1942 года, Василий Кулагин был направлен связистом на Ржевско-Сычёвское направление.

Надежные средства связи имели огромное значение в управление войсками на поле боя. Только используя связь, можно было оперативно собрать все военные подразделения в единый ударный кулак.

Пехота и артиллерия в основном использовали проводные телефоны. Радиосвязь была менее доступной, её в основном использовали танковые войска, авиация, флот и разведка. Но радиосвязь, имела существенный минус. Используя новейшее оборудование, разведка вермахта, могла запеленговать разговор по радиосвязи. В проводных телефонах вести прослушку было гораздо сложнее. Чтобы подслушать телефонный разговор, нужно было к кабелю подключиться напрямую. Поэтому в обороне, наступление, готовности к прорыву, связь держали в основном через проводные телефоны. В полях сражений армия катастрофически нуждалась в полевом кабеле, который расходовался крайне быстрыми темпами. В этих условиях приходилось даже демонтировать связь с менее важных участков боя и прокладывать полевой кабель на более важные участки фронта.

Подполковник Збруев, обещавший Василия Кулагина направить в разведку, был убит, защищая Ленинград. Всего через 2 недели, после разговора с Кулагиным, подполковника Збруева не стало. Немцы предприняли попытку прорвать оборону на подступе в Ленинград. Ценой своих жизней, русские солдаты отстояли город. Вместе со своими солдатами, героически погиб и их командир, Збруев Ростислав Константинович. А без рекомендаций, попасть в разведку было очень непросто, особенно простому рядовому солдату. В комиссариате, при той суете которая там творилась на тот момент, в дело Кулагина никто вникать не стал, и он был направлен под Ржев.

По счастливой случайности Кулагин у комиссариата увидел машину Жукова, в которую садился в данный момент сам генерал. Кулагин подбежал к машине.

- Товарищ генерал, - крикнул Кулагин, - товарищ генерал.

- Что тебе боец? Жуков приоткрыл дверь.

- Боец Кулагин, - отдал честь Василий, - разрешите обратиться.

- Обращайся, - разрешил генерал, - только очень кратко, у тебя одна минута.

- Подполковник Збруев меня обещал направить в разведку, и вы говорили, что у меня есть для этого данные.

- Збруева помню, тебя нет, - ответил Жуков.

- Вы мне часы свои подарили, - Кулагин показал часы.

- Да вспомнил. Так чего ты хочешь?

- Подполковник Збруев погиб.

- Я знаю, - Жуков отвечал быстро и кратко. - Война идет.

- В комиссариате меня направили во Ржев, связистом. Я им объяснял, что подполковник хотел меня в разведку направить, а они все равно меня в связисты записали.

- В какую часть тебя направили? – спросил Жуков.

- В батальон майора Никифорова.

- Так боец. Езжай во Ржев, я подумаю на счет тебя.

- Спасибо, товарищ генерал.

Жуков закрыл дверь автомобиля и уехал.

Батальон Гордея Никифорова располагался в двухэтажном здании, бывшей сельской школы. Задача Никифорову стояла, в случае наступления немцев, удержать позицию. Неподалеку от части Никифорова, располагались части лейтенанта Шилова и майора Бахирева. За работой связи с соседними частями Никифоров поручил новому прибывшему бойцу Кулагину.

Глава 2

В октябре 1941 года Ржев был занят немецкими войсками. Для СССР было крайне важным вернуть город. Ржев имел стратегическое значение. Он находился в непосредственной близости от Москвы, всего в 150 километрах, также это выгодный плацдарм в центре Восточного фронта, железнодорожная ветка во Ржеве обеспечивала немецкую армию продовольствием и боеприпасами. Вернуть Ржев, было поручено генералу Жукову. Как и в Ленинграде, на Ржевско-Сычевском фронте, немцы были на шаг впереди русских. Немецкая разведка работала очень продуктивно. Даже самая секретная информация попадала в руки к немцам. Летняя Ржевско-Сычевская операция, разработанная в строжайшей секретности, закончилась неудачей, потери советских войск составили более 300 000 человек.

Непосредственно в самой советской армии под Ржевом работал немецкий агент Варан. Он отвечал за весь участок Ржевского фронта. Профессионал самого высочайшего уровня. Даже со своими надежными людьми, Варан держал дистанцию. Из всей шпионской сети, только несколько человек видели Варана в лицо. С остальными, что бы минимизировать риски, Варан в личный контакт не вступал. Связь держал исключительно дистанционно. Поэтому, вычислив даже предателя, он не мог бы опознать Варана. А что бы переломить ход войны на данном участке фронта, нужно было как можно скорее найти Варана.

Глава 3

Август 1942 год.

Майор Никифоров Гордей Кириллович, руководил батальоном, в котором теперь служил Кулагин. Гордей Кириллович, мужчина сорока восьми лет, сделал неплохую военную карьеру. Но незадолго до войны был арестован по ложному доносу. Несколько недель он провел на допросах в НКВД. Обвинение было очень серьёзным: «Антисоветская пропаганда». Даже если человек и не был виновен, на допросах в НКВД он подписывал все признательные документы. Никифоров был одним из немногих, кто ничего не подписал. С началом войны, в связи с нехваткой командующего состава на фронте, Никифоров был освобожден и направлен командовать батальоном.

Майор сидел у себя в штабе и изучал дело Василия Кулагина. Уже несколько месяцев Никифорова мучил бронхит. Иногда кашель не прекращался до нескольких часов. Особенно приступы кашля мучили его после сна. Но оставить своих солдат, и отправиться лечиться в госпиталь он не мог.

- Вызывали, товарищ майор? – в штаб к командиру зашел Кулагин.

- Да, проходи, - ответил, кашляя Никифоров. – Я тут твоё дело изучаю. Мне не понятно, почему тебя направили сюда, а не вернули назад под Ленинград. Сам попросился сюда?

- Нет, товарищ майор. Это решение командования.

- Я как понял, под Ленинградом, благодаря тебе разжаловали твоего командира в солдаты.

- Вы про майора Нечипоренко?

- Да.

- Майор совершил непростительные ошибки, которые стоили жизни многих солдат.

- Так война идёт, смерти солдат, как и командиров неизбежны.

- Майор Нечипоренко сознательно отправлял людей на гибель.

- И ты решил занять его место?

- Ни как нет.

- А что так? Ты наверняка знаешь, как избежать жертв. У тебя как у командира были бы все живы.

- Я рядовой боец, и никогда не хотел стать командиром.

- В общем так боец, хочу тебя предупредить, что бы ты через голову не прыгал. Ты должен всё докладывать непосредственно своему командиру, а командир, вышестоящему руководству. Если я узнаю, что ты пытался что-то донести высшему начальству в обход меня, тебе это будет дорого стоить. Такой номер как под Ленинградом здесь не пройдёт. Ты меня понял?

- Понял, товарищ майор.

- Свободен.

Глава 4

Очередная попытка советских войск начать наступление на Ржев закончилась неудачей. Батальон майора Никифорова почти весь погиб. Из семиста человек осталось пятьдесят три, включая шестнадцать раненых. Задача командиру Никифорову была поставлена не пропустить колонну немецких танков, в случае, если они направятся на Сычевку. На линию фронта должен был прибыть руководитель операции генерал армии Жуков.

Глава 5

Василий Кулагин зашел доложить о проваленном задании, к командиру роты Никифорову.

- Товарищ майор, связь с частью Шилова наладить не удалось, - доложил Кулагин.

- Почему? – громко залившись в кашле спросил командир.

- Нет телефонного кабеля.

- Я же вам дал кабель.

- Его не хватило.

- Лопни моя селезенка, - выругался Никифоров, - вы его жрёте что ли?

- Товарищ майор, ни как нет, - ответил Кулагин.

- Ладно, решим вопрос с кабелем. Свободен.

- Товарищ майор.

- Что еще?

- Связист Бусыгин пропал без вести. Скорее всего, погиб под обстрелом.

Николай Бусыгин приблизительно того же возраста, что и Кулагин. Но у Бусыгина в биографии были периоды, которыми особо не гордились. В начале тридцатых, он на улицах разводил прохожих в наперстки. Очень хорошо он владел и картами. Естественно промышляя таким ремеслом, рано или поздно человек попадал в историю. Однажды так он развел в поезде Спиридонова Виктора Афанасьевича, основателя боевого искусства Самбо. В то время Спиридонов занимался тренировкой спортсменов и ездил по советскому союзу, открывал секции самозащиты. Оказавшись в одном вагоне со Спиридоновым, Бусыгин, очень ловко и умело вовлек его в игру в карты, и обчистил его до нитки. Спиридонов скрутил шулера и сдал в милицию. Эта встреча с легендой боевых искусств, стоила Бусыгину двух лет тюрьмы. После тюрьмы Бусыгин собирался начать новую жизнь, устроился на работу, планировал завести семью. О криминальном прошлом ему напоминали только наколки на руках. Но планы о светлом будущем пришлось отложить, началась война.

Когда Кулагина перевели в батальон Никифорова, ему в напарники дали Николая Бусыгина. Они быстро нашли общий язык и сдружились. Основная задача Кулагина и Бусыгина была отвечать за связь. Обрыв связи, значил несогласованность действий частей, а это проигрыш сражения. И Кулагин, и Бусыгин полностью понимали возложенную на них задачу, и к её выполнению подходили с полной ответственностью, готовые в любой момент, если понадобиться, пожертвовать своими жизнями.

- Бусыгин жив, - ответил, кашляя, Никифоров, - он в санчасти, с ним всё в порядке.

- Слава Богу.

- Ты же коммунист, должен знать, что Бога нет.

- Извините, привычка.

- Избавляться надо от этих привычек.

- Разрешите идти?

- Погоди. Ты сам-то как себя чувствуешь?

- Устал очень.

- Я не про это. Не ранен?

- Нет.

- Всё равно, зайди в санчасть, что-то ты не очень выглядишь.

- В этом нет необходимости.

- Боец Кулагин, повторяю, зайди в санчасть и покажись врачу.

- Так есть, товарищ майор. Вам бы тоже не мешало показаться врачу.

- У меня хронический кашель, врач мне не поможет.

- Все равно покажитесь.

- Показывался уже. Варя мне колит какое-то лекарство, только оно что-то не очень помогает.

- Вы не пробовали подорожник заваривать?

- Зачем?

- Отвар подорожника помогает от кашля.

- Кулагин, ну какой отвар? Кто же заваривает подорожник?

- Моя бабушка всегда делала отвар подорожника с липой, и через неделю, кашель как рукой снимало.

- Кулагин, это пережитки прошлой власти. Сейчас другое время. Ты не живи прошлым. Смотри в будущее, где нет этих старческих предрассудков.

- Товарищ майор, давайте сделаем так, вы по утрам будете пить отвар, который я вам приготовлю…

- Подорожника?

- Подорожник, мать-мачеха, крапива…

- Подожди, ты что, отравить меня хочешь?

- Товарищ командир, зачем вы так? Я же от чистого сердца.

- Ладно, солдат, не обижайся.

- Я же хочу вам помочь?

- Точно поможет?

- Если не поможет, то я отказываюсь от своего пайка на неделю. А если вам станет легче, то вы мне выдадите винтовку вместо ППШ.

- Ну, зачем тебе винтовка? Чем тебе автомат не нравится?

- Не могу я воевать с этим автоматом, я привык к винтовки. Один выстрел, одна смерть. А автомат кучность большая, а поражения ноль. Это не для меня.

- Ладно, Кулагин, принимаю твои условия. А сейчас иди в сан часть.

Глава 6

Василий Кулагин зашел в санчасть. После боя, из всего медперсонала осталась только одна медсестра, Варвара Варламова. Варя молодая женщина двадцати семи лет, среднего роста, темные волосы, стройная, всегда опрятная, следит за своим внешним видом и за здоровьем, если позволяет ситуация, делает утреннюю пробежку. После гибели врача, его обязанности она взяла на себя. Девушка очень смелая и внимательная к мелочам. Её знания не ограничивались только наложением повязок, в её практике были и операции, которые она проводила в полевых условиях.

- Разрешите? – в санчасть зашел Василий.

- Проходи, Василий, - ответила Варя.

- Командир велел зайти показаться.

- Хорошо, сейчас я тебя осмотрю.

- Это не обязательно. Меня ничего не беспокоит.

- Зачем тогда пришел, если всё хорошо?

- Ты нашего командира, не знаешь что ли? Я зашел предупредить, если он спросит, то подтвердишь, что я заходил, и у меня всё в порядке.

- Не беспокойся, подтвержу.

- Спасибо.

- Вась, ты на командира не сердись. Ты же знаешь, сколько людей погибло, а он как командир, за каждого несет ответственность.

- Варя, я всё прекрасно это понимаю. Я не понимаю только одного, почему всё так происходит? Почему, мы проигрываем все сражения?

- В этом никто не виноват, просто так сложилось.

- Нет, Варя. Этому есть объяснения.

- Ты винишь командование?

- Нет.

- А какие тогда объяснения?

- А вот как только мы узнаем какие, эти немцы подрапают домой сломя голову.

- Вась, извини меня, мне надо идти к раненым.

- Много раненых?

- Шестнадцать.

- Как они?

- Десять в тяжелом состоянии, остальные в скором времени должны встать в строй.

- А как Бусыгин?

- Коля в порядке.

- Можно его повидать?

- Его немного потрепало, я ему сделала обезболивающее.

- Он спит?

- Нет, просто у него немного путается сознание.

- Ну, пройти-то к нему можно?

- Проходи, только ненадолго.

Кулагин зашел к своему напарнику Николаю Бусыгину. Он лежал на кровати и стонал.

- Как ты? – спросил Василий.

- Трус объявился, - не очень любезно отреагировал на встречу Николай, - смотался с поля боя, а своего товарища бросил.

- Коля, ты о чем?

- О том. Куда ты пропал?

- Я никуда не пропадал, был же бой, снаряды разрывались…

- И ты испугался, и решил сбежать?

- Я не сбегал, а прокладывал связь.

- Проложил?

- Нет.

- О чем тогда с тобою говорить?

- А ты проложил?

- Ты еще смеешь мне такие вопросы задавать? Я здесь с минуты на минуту подохну, из-за того, что меня напарник не прикрыл…

- Ты действительно думаешь, что я сбежал?

- А что мне думать? Мы договорились, что ты меня прикроешь, и что? Через минуту ты пропал.

- Как я мог тебя прикрыть от снаряда? Я думал ты погиб. Я искал тебя…

- Не ври…

- Василий, - зашла Варя, - ему нужен покой, тебе лучше уйти.

- Прости, - сказал Кулагин и пошел.

- Это всё что ты можешь сказать? – стал кричать вслед Кулагину Бусыгин, - вернись трус, мы еще не договорили, у нас на гражданке таких как ты на перо сажали…

Прокричавшись, Бусыгин заплакал, закрыв лицо одеялом.

Глава 7

По приказу командира Никифорова, Кулагин пришел на наблюдательный пункт, сменить часового лейтенанта Виталия Лопухина. Лопухин, мужчина тридцати трех лет, лицо круглое, физически вынослив. В роте он был снайпером, и его привлекали только к ответственным заданиям. В основном ему поручали выяснять расположение вражеских частей. Но в силу сложившихся обстоятельств, его всё чаще стали привлекать в качестве часового на наблюдательном пункте.

- Табачком не богат? – поинтересовался Лопухин, когда увидел Кулагина.

- Виталя, ну какой табачок, не надышался еще пороху?

- Да я так, побаловаться. Я же не в себя.

- Жениться тебе надо, баловник.

- После войны женюсь.

- А невеста-то есть?

- Есть, Василий Федорович. Только мыслями о ней и живу. Хочу дом построить, завести хозяйство, родить детей.

- Хорошие мечты. Дай Бог, победим в войне, и начнем налаживать жизнь, строить, рожать, гулять…

- Ты Василий Федорович не представляешь как я её люблю. До неё мне мир казался однообразным, чернобелым, и вот благодаря ей, я увидел мир в красках. Вот как такое может быть? Вокруг грязь, а я в грязи вижу, как растет одуванчик. Одни маленький одуванчик, среди всего этого кошмара. Ни взрывы, ни танки, ни ветер, ничего его не уничтожило. Вот она жизнь. Этот одуванчик не смотря ни на что, продолжает жить. Вокруг тучи, а я вижу лучик солнца. Пусть маленький, но я его вижу, как он пробивается сквозь тьму. И на душе становится тепло. Никогда раньше со мной такого не было.

- Как хоть зовут твою избранницу?

- Прости Василий Федорович, не скажу.

- Почему же?

- А вдруг уведешь? – отшутился Виталий.

Глава 8

Туманное утро. Варя Варламова не смотря на утреннюю прохладу, после пробежки решила искупаться в пруду. Холодная вода снимала напряжение. Из шестнадцати раненых пятеро солдат умерли: красноармейцы Тарасов, Летов, Постовалов, Осипов, Симунин. Поставить на ноги, Варя смогла пока только одного, Николая Бусыгина. Остальным предстояло долгое лечение.

Несмотря ни на что, Варя просто обязана была держать себя в руках, она осталась единственным человеком в части, кто мог оказать профессиональную медицинскую помощь. Чтобы быть в форме, каждое утро она совершала пробежку, после которой плавала в пруду. Из-за утренних пробежек у Вари даже был как-то разговор с командиром, он был очень недоволен, что Варя оставляла одних раненых. Он считал, что на войне, когда кругом смерть, физкультура это слишком большая роскошь, есть задачи куда более весомые. Но Варя нашла несколько аргументов, после которых командир разрешил Варе для пробежек ненадолго покидать санчасть. Во-первых, раненые одни не оставались, Варя покидала санчасть только в том случае, если за ранеными мог кто-то присмотреть. Далеко не все раненые были в тяжёлом состоянии, и могли легко присмотреть за своими товарищами по несчастью. Во-вторых, не один человек в мире не может работать круглосуточно, тем более хрупкая девушка, постоянно находящаяся среди крови и стонов солдат. Поэтому утренняя пробежка была не просто прихотью молодой девушки, а необходимостью, что бы снять накопившееся напряжение и набраться сил. От измотанной и до полусмерти уставшей девушки раненым будет мало пользы, а что бы помогать больным, нужны силы, ошибок в этом деле быть не должно, на кону здоровье солдат, а что может быть важнее этого? И в третьих, решающий контраргумент, сам Жуков занимался пробежками, даже когда обстановка была очень тяжёлой. Что бы воевать с сильным противником, нужны силы, и что быть в форме, Жуков в обязательном порядке делал зарядку, а при обороне Москвы совершал 20-минутные пробежки на лыжах. И тут вовсе дело даже не в том, что он переживал за своё здоровье, а в том, что бы перехитрить противника, оказать ему сопротивление, и нанести контрудар, нужно быть в лучшей физической форме.

- Ну раз сам Жуков занимается физкультурой, то занимайся своей зарядкой, - согласился командир, - но только пока нет боевых действий.

- Товарищ командир, это само собой, - улыбнулась Варя.

Тишина, солдаты еще все спят. Это то время, за которое Варя должна была привести себя в порядок. После пробежки, она наслаждалась плаванием, пением птиц, плеском воды. Вроде бы такие естественные вещи, но такие мимолетные. Это те короткие минуты, которые Варя проводила с настоящим удовольствием. Уже через десять минут, её будут окружать раненые солдаты, бинты, шприцы, лекарства.

Глава 9

На полянке Николай Бусыгин варил в котелке картошку, которую ему дала бабушка из одной ближайшей деревни. Вчера вечером медсестра Варвара Варламова выписала его из санчасти, И он шел докладываться к командиру, что готов снова встать в строй. По пути он встретил бабушку.

- Ты что здесь делаешь? – спросил Бусыгин, - здесь линия фронта.

- Милок, я картошечки вам принесла, вы ж голодные.

- А ты как же?

- Мне же не воевать, а вам силы нужны, возьми милок, - бабушка протянула Бусыгину узелок.

- Хорошо, бабуль, спасибо. Но ты иди назад, здесь тебе нельзя находится, в любую минуту может начаться сражение.

- У меня у самой три сына на фронте. Может и их кто-то так же картошечкой угостит.

- Бабушка, извини, мне надо к командиру идти, а ты возвращайся домой.

- Милок, вы уж этих гадов не жалейте, на вас вся надежда.

- У меня ведь у самого мать в деревне одна осталась. Я у нее один. Как подумаю, как ей там приходится, сердце кровью обливается.

Бусыгин обнял бабушку, и у него глаза наполнились слезами.

Бусыгин помешал картошку в котелке.

- Как ты? – к Николаю подошла Варя.

После пробежки и плавания в пруду, она шла в санчасть, и увидела Бусыгина.

- Что-то не очень.

- Что беспокоит?

- Всю ночь не спал. Знобит, и боль в спине замучила.

- Пойдем я тебе обезболивающее дам.

- Пойдём, - Бусыгин, уже забыл про картошку и собрался идти.

- Коля, картошку хотя бы сними с огня, а то сгорит.

- Да, ты права, - Бусыгин снял котелок с костра.

Глава 10

Солнце не знает правых. Солнце не знает неправых. Солнце светит без цели кого-то согреть. Нашедший себя подобен солнцу.

Уже около недели было затишье. Немецкие танки уже должны были подойти к занимаемой позиции Никифорова, но их не было. Майор направил на разведку Виталия Лопухина, выяснить обстановку.

Василий Кулагин проходя мимо санчасти, увидел как один из бойцов, Семён Фуфыгин домогается до медсестры. От большинства солдат, Семен отличался своей неряшливостью, был неопрятным, всегда ходил в помятой форме. Был очень обидчивым. В свои 38 лет, он помнил даже те обиды, которые ему нанесли в пятилетнем возрасте. Такая злопамятность существенно влияла на его моральное состояние, но он этого не осознавал. Он жил по правилу: «Наглость, это второе счастье», которое он любил повторять, если ему говорили, что надо вести себя более тактично. Себя он считал лучшим рассказчиком и шутником в батальоне. Только солдаты смеялись не над его шутками, а над ним самим. Так же его отличала резкая перемена настроения. Неожиданно он мог от смеха перейти на громкую брань. У Кулагина сразу не заладились отношения с Фуфыгиным. В первый же день пребывания в части, Фуфыгин невзлюбил Кулагина. Семен заприметил у Кулагина часы, и решил, что для новичка будет за честь, отдать ему эти часы в обмен на табачок. Фуфыгин даже сказал, что щедро отсыплет своего табачка из кулька. Для Кулагина, эти часы имели особое значение, их ему вручил сам генерал Жуков. Поэтому если бы даже Фуфыгин предложил ему вагон табака, Кулагин все равно отказался бы. Фуфыгин отказы воспринимал очень близко к сердцу. Но окончательно у них испортились отношения, после того, как Кулагин обронил безобидную шутку по поводу неряшливого внешнего вида Фуфыгина. Никто на это не обратил внимания, все уже привыкли к неряшливости этого бойца, но Фуфыгин так разошелся, что если бы не командир, дело закончилось бы дракой. По крайней мере, на тот момент так думал Кулагин. Как потом Василий заметил, Фуфыгин проявлял такое отношение ко всем новеньким в части. Он получал удовольствие от того, что его кто-то боится. За счет этого он самоутверждался в своих глазах. Нередко было, когда он позволял себе самоутверждаться и за счет слабого пола. Именно такую ситуацию и застал Кулагин.

- Не сопротивляйся милая, - Фуфыгин нахально обнимал Варю.

- Семён я прошу, не дотрагивайся до меня, - Варя пыталась избавиться от объятий Фуфыгина.

Но Семён на слова Вари не обращал никакого внимания.

- Семён, я прошу тебя, оставь меня в покое, - вырывалась Варя.

- Варюша, не ломайся, - продолжал приставать Семён, - что ты из себя недотрогу корчишь.

- Оставь её! – вмешался Василий Кулагин.

- Чего тебе, Кулагин? – выразил недовольство Фуфыгин.

- Повторяю, отстань от девушки.

- Слушай, Кулагин, иди куда шел по добру по здорову.

- Я тебе говорю, отпусти девушку, - громче повторил Кулагин.

- Кулагин, ведь ты сам нарываешься, - Семен подошел к Кулагину.

- Еще раз к ней прикоснешься, выбью зубы.

- Ты мне угрожаешь? – Семен толкнул Кулагина.

- А вот этого не следовала делать, - Кулагин в ответ толкнул Фуфыгина.

Если бы в эту минуту не вмешалась Варя, то завязалась бы драка.

- Прекратите! - Варя встала между мужчинами.

- Спрятался за юбку? – усмехнулся Семен.

- Варя отойди пожалуйста, - попросил Кулагин, - я проучу поддонка.

- Не надо, всё в порядке, - попыталась успокоить девушка Василия.

- Вася, слушайся девушку, а то мало ли кто тебе бобо сделает, - провоцировал, улыбаясь, Фуфыгин.

- Гнида ты болотная, - ответил Кулагин, - позоришь только честь солдата.

- Кого ты гнидой назвал мразь? – Фуфыгин попытался обойти Варю, но безуспешно.

- Ты должен защищать девушек, а в итоге их защищают от тебя, - Кулагин продолжал спор.

- Ладно, скотина, потом поговорим, - Фуфыгин, нервно повернулся и ушел.

- Не надо было тебе вмешиваться, - сказала Варя Кулагину.

- Это вместо спасибо? – удивился Василий.

- Спасибо конечно, но я бы и сама справилась.

- С Фуфыгиным? Он же отморозок. Для него нет понятия чести.

- Я и не с такими справлялась.

- Варя, Фуфыгин слов не понимает, ты ему не смогла бы ничего объяснить.

- Я за тебя переживаю, он тебе этого не забудет.

- Не переживай за меня, - попытался успокоить девушку Кулагин.

Глава 11

Глядя на Варю, Кулагин тоже начал бегать по утрам и купаться в пруду. Погода уже несколько дней стояла ясная. Это та погода, которой по-настоящему можно было наслаждаться. Солнце, голубое небо, пение птиц, зеленая трава, деревья.

- Я за тобой не поспеваю, - запыхавшись, сказал Василий Варе.

Василий остановился, чтобы отдышаться.

- Ладно, сделаем перерыв, - ответила Варя.

- Варя, у меня такое ощущение, что я тебя раньше где-то видел.

- В палате для больных.

- Нет. Я имею ввиду до Ржева. Может даже до войны.

- Где тогда?

- Не знаю. Хоть убей, но я точно тебя где-то встречал.

- Вася, я бы тебя запомнила, если бы видела раньше.

- Может, мельком где-то видел, а в подсознании осталось.

- Ладно, отдохнули, побежали дальше.

- Нет, на сегодня всё. Я еще не отдышался.

- А когда отдышишься?

- Когда отдышусь пойду, искупаюсь.

- Слабак, ты Василий, - засмеялась Варя.

- Девушка, не провоцируйте меня демонстрировать свою силу, - в ответ засмеялся Кулагин.

- На мне?

- Ну, а на ком же? Здесь больше никого нет.

- Очень хотелось бы посмотреть.

- Значит, напрашиваетесь дамочка?

- Очень напрашиваюсь.

- Потом не бегайте жаловаться командиру.

- Мужчина, вы так и будете языком трепать?

- Ты сама этого захотела.

Василий попытался сделать захват и уронить аккуратно девушку на землю. Увернувшись Варя захватила запястье Василия, и вывернув его так, что Василию показалось, что вот-вот порвутся связки.

- Сдаюсь, - закричал Кулагин от боли.

Варя отпустила Василия.

- Сейчас уже думаю, что вряд ли тебя где-то встречал, я бы это запомнил, - улыбнулся Василий, потирая руку.

Варя засмеялась.

- Что это было?

- Захват запястья, - ответила Варя.

- А что ты на Фуфыгине не применила этот захват? – Кулагин всё еще не мог осознать происшедшее.

- До этого просто не дошло, ответила Варя.

- А до меня значит дошло?

- Вася, я же тебе говорила, я сама бы справилась с Фуфыгиным, ты мне не поверил.

- Я думал, что защищаю хрупкую девушку.

- Это очень мило было с твоей стороны, я это ценю.

- Спасибо, - Кулагин потирал запястье на руке.

- Больно?

- Всё в порядке.

- Прости, я не хотела.

- Где ты этому научилась? – потихоньку стал приходить в себя Василий.

- Просто знаю хорошо анатомию человеческого тела.

- А причем тут анатомия?

- Если знаешь болевые точки, то не составит никакого труда обезвредить противника.

- Про болевые точки я наслышан.

- И много ты их знаешь?

- Пах, глаза, кадык.

- Их гораздо больше, Вася. Говорю тебе это как врач.

- Суставы еще можно отнести к уязвимым местам.

- Верно. Именно это я тебе и продемонстрировала.

- Можешь еще показать это прием? Только медленно.

- Хорошо. Нападай на меня.

Василий протянул руку, чтобы схватить Варю. Девушка, как и в первый раз, увернувшись, перехватила запястье Кулагина.

- Переходим на болевой прием, - Варя медленно стала выворачивать запястье Василия.

- Стоп, - почувствовал боль в запястье Кулагин.

Варя отпустила Кулагина.

- Честно скажу, не ожидал. Я считал себя хорошо подготовленным бойцом, а ты меня как говорится, одной левой уложила.

- Тут дело не в силе, а в знаниях.

- Поделишься знаниями?

- Что именно ты хотел бы узнать?

- Ну, хотя бы про этот прием расскажи.

- Хорошо. Запястье состоит из восьми костей, - Варя стала показывать на своем запястье. - Они располагаются в два ряда по четыре кости. Запястный сустав - это соединение лучевой кости и малых костей запястья, позволяющее суставу сгибаться, разгибаться, вращаться внутрь и наружу. Здесь же находятся связки и проходят центральные нервы руки, артерия лучевой кости и ее нервы, а также артерия и нервы локтевой кости. Поэтому, захватив запястье, ты можешь противника крутить, как хочешь.

- Я вижу у тебя глубокие познания в этой области.

- Я же врач. А врач должен знать досконально строение человеческого тела.

- Насколько я помню, главное правило врача – не навредить.

- Это правило в мирное время, а в военное это можно использовать и в обратном направление.

- Варя, ты меня сегодня конкретно удивила.

- Чем?

- Своими знаниями.

- Строение человеческого тела должен знать не только врач, но и солдат.

- Согласен. Кстати, а есть прием, который позволяет высвободиться от захвата?

- Я думаю, любая попытка высвободиться, может закончиться переломом сустава.

- Не позавидуешь тому, кто столкнется с тобой, - посмеялся Василий.

- Поэтому рекомендую тебе не сталкиваться, - в ответ посмеялась Варя.

- А еще приёмы какие-нибудь знаешь?

Варя резко сделала выпад вперед, и уронила на землю Василия.

- Опять не был готов? – улыбнулась Варя.

Кулагин вскочил и попытался напасть на Варю. Варя увернувшись, сделала бросок через бедро. Кулагин упал, и случайно часами задел об камень, который рядом лежал. Кулагин сразу же на них посмотрел, послушал. Часы для него были дороже жизни. Потому что это подарок самого генерала Жукова.

- Всё в порядке? – спросила Варя.

- Да. Часы в порядке. Идут.

- Интересные у тебя часы.

- Да, часы особенные. Повышенной прочности.

- Я и удивилась, что они не разбились. Такие только у командиров. Как они у тебя оказались?

- Потом, как-нибудь расскажу.

- Хорошо.

- Мне твои приемы чем-то самбо напоминает, - вернулся Кулагин к более интересующей его теме.

- Что напоминает?

- Самбо. Что значит, самозащита. Не слышала?

- Нет.

- Это боевая техника рукопашного боя.

- А ты что владеешь этой техникой?

- Немного.

- И где ты ей научился?

- Пару лет назад, к нам в деревню приехал жить ученик Спиридонова, основателя самбо, Василий Курылёв. На показательных выступлениях в Москве он получил травму, и профессионально заниматься спортом уже не мог. Вот он женился на деревенской девушке, и спорт сменил на колхоз. И как-то деревенские мужики перепились, и решили Ваську на прочность проверить. И он их раскидал как котят. Одним из тех мужиков был я. После того как он мне навешал, мы с ним сдружились. И кое-чему даже научил.

- Что-то не очень он тебя научил, раз тебя девушка может побить, - рассмеялась Варя.

- Просто я не был готов, что хрупкая девушка, владеет какими-то приемами. Да мне и в голову не могло придти применять приемы самбо на девушке.

- В этом и заключается причина твоего поражения, ты видел во мне женщину. Запомни Вася, в бою не бывает девушек, мужчин, стариков, детей, есть враг, и недооценка врага, это гарантированный проигрыш.

- Поэтому и сложилась такая ситуация на фронте. Мы недооценили немцев. Маленькая страна, особенно на фоне Советского Союза, просто микроб, проигравшая прошлую войну, вдруг начинает новую мировую войну.

- В том-то и дело.

- Думаю, кстати самбо можно противопоставить твоим приемам. Я проводил атаку, а самбо это самооборона.

- Вася, против болевого приема тебе никакое самбо не поможет.

- Проверим?

- Давай в следующий раз.

- Ладно, - согласился Василий. - Спасибо за урок. Но запомни, в следующий раз, я буду готов к твоим штучкам.

- Посмотрим, - посмеялась Варя, - ты иди купайся, а я продолжу пробежку.

Глава 12

Подойдя к пруду, Кулагин увидел, что уже несколько солдат в нем купаются.

- Набегался? - спросили Кулагина солдаты.

- Отлично пробежался.

- А что за руку держишься?

Кулагин даже не обратил внимание, что после захвата всё это время потирал запястье.

- Варюха накостыляла, - не подумавши, ответил Кулагин.

Этот ответ вызвал дикий хохот солдат. А Фуфыгин смеялся громче всех.

- Она показывала приёмы, - попытался объяснить Кулагин, но это вызвало еще больший хохот.

- Что ржёте как кони? – к речке пришел искупаться заместитель командира старший старший лейтенант Михаил Яловчук.

- Дядя Миша, лучше и не спрашивайте, - заливались солдаты, - наша Варька Кулагину накастыляла.

- Ну, что ж, бывает, - чтобы уж совсем не унизить Кулагина, Яловчук постарался свой смех не показывать, прикрыв рот рукой, поглаживая свои густые усы.

- Ваську баба отлупила, - не как не могли угомониться боевые друзья.

- Зря вы смеётесь, эта баба любого из вас уделает.

Но чем больше пытался оправдаться Кулагин, тем больше хохотали солдаты. Увидев, что-либо объяснять бесполезно, Кулагин пошел купаться в другое место.

Возвращаясь с пруда в часть, Кулагин столкнулся с Фуфыгиным.

- Теперь мне всё понятно, Кулагин, ты сам на неё глаз положил, - усмехнулся Фуфыгин.

- Дай пройти, - Кулагин попытался обойти Семена.

- Слабак ты, Кулагин, не смог с бабой справиться, - Фуфыгин продолжал стоять на пути, - и сам с носом остался и другим не дал поразвлечься. Уж я бы эту кобылку оседлал бы.

- Фуфыгин, честное слово, лучше уйди, - еле сдерживался Кулагин.

- А кто тебя держит? Иди, заступничек шалав.

- Что ты сказал?

- Ты глухой что ли?

- А ну возьми свои слова назад.

- Кулагин, повторяю, Варюха самая грязная шалава из всех шалав.

После этих слов Кулагин со всей силы ударил Семена в живот, что он согнулся от боли.

- Еще раз услышу эти слова, зубы точно выбью, - предупредил.

- Ну и мразь же ты, Кулагин, - сквозь зубы злобно повторял Фуфыгин.

Кулагин оставил Фуфыгина одного корчиться от боли, и уже не обращал внимания, какими проклятиями он его сыпал.

Глава 13

После плавания и случившегося неприятного инцидента, Кулагин приготовил отвар от кашля для командира Никифорова.

- А что там солдаты хохочут? – услышал смех из открытого окна командир.

- Понятия не имею, мне даже неинтересно, - соврал Кулагин, хотя знал, что теперь его с Варей будут обсуждать до конца войны, - примитивный у них юмор, товарищ командир.

- А я если честно, рад, что у солдат настроение хорошее, - Никифоров сделал глоток травяного отвара.

- Давайте не будем обсуждать их юмор.

- Ты чего, Кулагин? – удивился Никифоров. - Пусть солдаты шутят.

- Разрешите идти? – спросил Кулагин.

- Подожди.

- Что-то еще?

- Ты только отвар принес или по делу зашёл?

- Я хотел узнать, будет ли кабель?

- Будет.

- Когда?

- Не знаю. Я самому генералу Жукову доложил, что нам позарез нужен кабель. Он пообещал решить проблему.

- Он не сказал, в какие сроки?

- Он сказал, что к нам на подмогу движутся резервные войска, по всей видимости, кабель надо ждать с ними.

- Если сроки прибытия этих войск неизвестны, значит, это будет нескоро, а кабель нужен сейчас.

- Ну, нет у меня кабеля. Лопни моя селезенка. Где я тебе его возьму?

- Товарищ майор, если у колхоза взять кабель?

- А связь с колхозом как мы будем поддерживать? В случае наступления немцев мы их должны предупредить об эвакуации. Потом, они нас продовольствием снабжают, медикаментами. Нам необходима связь с ними.

- А связь с частью Шилова нам необходима еще больше.

- Вот ты мне задачку задал, Кулагин.

- Товарищ командир, других вариантов все равно нет.

- А хватит ли колхозного кабеля?

- Не могу знать. Повреждения на участке неизвестны.

- Тогда смысл брать колхозный кабель? Так мы будем и без связи с колхозом и без связи с Шиловым.

- Без связи с колхозом это нестрашно…

- Не страшно? А чем я солдат кормить буду? А раненых лечить?

- А если сейчас им позвонить и согласовать запасы продовольствия?

- Сейчас все задействованы на возведение оборонительных сооружений. Я только в воскресенье смогу с ними связаться.

- Можно тогда сделать так, если кабеля не хватит на связь с Шиловым, тогда мы его назад вернем.

- А до воскресенья успеете? Если в воскресенье я с колхозом не свяжусь, то придется ждать следующего воскресенья.

- Даже если предположить худший вариант, и колхоз на не поставил продовольствие, у нас есть какие-то запасы?

- Думаю, если пояса подтянуть, то протянем.

- Нам не привыкать.

- Но помимо продовольствия, нам еще нужны медикаменты.

- Медикаменты насколько необходимы?

- Варя просила обезболивающее, а нам его через колхоз поставляют.

- А помимо обезболивающего?

- Бинты есть, спирт тоже…

- А чем спирт не обезболивающее?

- При том состоянии раненых, спирт не очень-то эффективен.

- Придется потерпеть немного, война идет.

- Тебе легко говорить, а раненым я что скажу?

- Тут ставка выше. Облегчить страдания раненых на несколько дней, могут стоить жизней всех нас и жизней тех же колхозников, а всё из-за того, что не было связи с соседней частью.

- Ладно. Срезай колхозный кабель, и восстанавливай связь с Шиловым. С ним связь действительна более необходима.

- Можно приступать к выполнению?

- Подожди.

- Что-то еще?

- Я ведь действительно стал меньше кашлять, - сказал Никифоров, - может и в самом деле твои травы помогают, лопни моя селезенка.

- Рад, что у вас стало налаживаться здоровье.

- Я даже уколы перестал делать. Варя каждый день надоедает со своими уколами, а я отказываюсь. Говорю, и так медикаментов мало, надо экономить, раненым они более нужны.

- Товарищ, командир, вы помните, что вы мне обещали?

- Ты о чем?

- Вы только что сказали, что здоровье у вас стало налаживаться.

- И что из этого?

- У нас договор был, если у вас кашель пройдет…

- Ты об этом? Помню. Не совсем конечно у меня кашель прошел, но будет тебе винтовка. Иди к Яловчуку, сдашь ему автомат, а взамен он выдаст тебе винтовку.

С самого начала войны, старший лейтенант Михаил Яловчук, являлся заместителем майора Никифорова. В неформальной обстановке все его звали «дядя Миша». Но когда требовалось, обращались по уставу. Он заведовал хозяйственной частью. Именно он вёл учет боевого снаряжения и продовольствия. Никифоров доверял ему, как самому себе. Яловчук был опытным бойцом, и пользовался уважением не только командира роты, но и солдат. В свои 55 лет, он лучше, чем кто-либо другой переносил тяжелые условия войны. Он мог трое суток обходиться без пищи, и при этом быть боеспособным и оказывать сопротивление врагу. Однажды, в приступе кашля, Никифоров даже попросил старшего лейтенанта Яловчука принять командование ротой на себя.

- Чувствую мне недолго осталось, - сказал, заливаясь в кашле Никифоров дяде Мише.

- Перестань ты себя раньше времени хоронить, у всех бывает кашель, - попытался приободрить командира Яловчук.

- Что-то мне всё хуже и хуже, я уже не могу ротой командовать.

- Сейчас пока затишье, а там глядишь, и кашель пройдёт.

- Сомневаюсь я что-то, даже уколы не помогают, - Никифоров потерял всякую надежду на выздоровление.- Варя каждый день делает уколы, и всё бес толку. А сегодня я даже отказался от уколов. Зачем лекарство переводить?

- А это ты зря. Уколы надо делать. Ты что хотел, что бы они сразу подействовали? Нужно время.

- В том-то и дело, нет времени. Самое главное сейчас в порядок себя привести, врага не пустить, а там уж и помереть не так обидно будет.

- Не пустим, товарищ майор.

- Дядя Миша, думаю, что в самое ближайшее время тебе придется принять командование на себя.

- Я-то приму, только ты командир, погоди себя со счетов списывать раньше времени. Вместе мы еще повоюем.

- Отвоевался я, лопни моя селезенка, - сказал Никифоров, захлебываясь в кашле, - будь готов, к командованию.

Никифоров был уверен, что в ближайшие дни он сдаст командование Яловчуку. Но этого не произошло. Толи отвар из трав Кулагина помог, толи само прошло, но кашель стал все реже и реже. И если начинались приступы, то не такие продолжительные. И не смотря на скептическое отношение к отварам Кулагина, Никифоров был всё таки ему благодарен.

- У меня еще одно предложение, товарищ командир, - сказал Кулагин.

- Какое? – Никифоров удивился.

- По распорядку дня.

- А что с ним не так?

- Солдаты целыми днями спят, ничего не делают, шутки травят.

- Пусть отдыхают, ты что, хочешь их заставить работать?

- Я предлагаю, проводить утренние и вечерние построения. А так же ввести физическую подготовку.

- Какую еще подготовку ты придумал?

- Например, утренние пробежки, плавание, зарядка, отрабатывание приемов.

Никифоров расхохотался так, что опять зашелся в кашле.

- Ну, ты рассмешил Кулагин, лопни моя селезенка. Ну, какая пробежка? Лето почти закончилось, а ты надумал плаванием заняться.

- Погода теплая. Бойцы должны поддерживать физическую форму.

- Ладно, Кулагин, посмеялись и будет, иди.

- Так что по поводу пробежек?

- Кулагин, вот ты приставучий, то Варя ко мне приходила со своими пробежками, теперь ты с ними пристал. Но Варя понятно, ей солдат лечить надо, она должна себя держать в форме. Но бойцы-то сейчас отдыхают, они и так силы все потратили в боях. Пожалей ты их.

- Я не про всех солдат говорю, кто не может, пусть восстанавливается, но кто может, пусть живут по распорядку.

- Кулагин, если ты хочешь бегать, бегай, это твоё личное дело, и то, если нет боевых задач, а бойцов моих не трогай, они устали. Пусть отдыхают.

- А как же физическая подготовка? Я когда срочку проходил, это было как Отче наш, основа основ, бег, упражнения, тренировки, от этого зависел успех поставленных боевых задач.

- Опять 25. Кулагин, здесь тебе не срочная служба. Там да, и распорядок дня, и физическая подготовка, но на войне совсем все по-другому. Я читал твое дело, в курсе, что ты в срочной службе себя проявил, и под Ленинградом хорошо воевал, а так же в курсе, что с командирами не ладил. Особенно майора жаль, как его там?

- Нечипоренко.

- Да, Нечипоренко. Теперь я понимаю твоих командиров. Тебе, то винтовку подавай, то пробежки. Кулагин, ну что тебе не отдыхается вместе с остальными солдатами, пока затишье? Успеешь ты набегаться.

- Товарищ командир, бойцы ни чем не заняты, это не очень хорошо.

- Вот ты упертый, лопни моя селезенка.

- Я просто внес предложение, а вы, как командир, сами решайте.

- Кулагин, родной ты мой, не о том ты думаешь. Сходи в сан часть, пусть тебе Варя валерьяночки даст, а то что-то ты через чур инициативным стал.

- Шутите, товарищ командир.

- Ну, какие пробежки, Кулагин. Ты сам подумай. Немцы нападут, а мы тут бегаем, они же умрут от смеха.

- Разрешите идти? – обиделся Василий.

Второй раз за день его обсмеяли.

- Не обижайся Кулагин. Посмешил ты меня.

- Разрешите идти? – невозмутимо повторил свой вопрос Кулагин.

- Подожди. Мой тебе добрый совет, будь как все. И ты увидишь, что и отношение сослуживцев к тебе поменяется, и воевать проще будет. У нас же не любят, когда кто-то выделяется, страна у нас другая. Все равны.

- Все равны, но не все одинаковы.

- Кулагин, не перечь. Прислушайся к совету. Будь как все.

- Если я буду таким как все, то кто будет таким как я?

- Ну что с тобой будешь делать? Ну откуда ты взялся такой? Не отвечай! – Никифоров уже предвидел ответ Кулагина.

- Можно тогда идти?

- Иди.

Кулагин открыл дверь, что бы выйти.

- Кулагин, - окликнул его Никифоров, - не очень увлекайся своими пробежками. Побереги силы. Они тебе еще пригодятся.

К трем часам ночи Кулагин смотал колхозный кабель и принес Яловчуку.

Не смотря, на то, что Кулагин поздно лег спать, проснулся он как всегда в семь утра. Четырех часов ему конечно не хватало выспаться, но привычка вставать на рассвете выработалась еще в детстве. Не зависимо от того во сколько он ложился, просыпался он всегда в одно и тоже время, с шести до семи. Если приходилось всю ночь провести в бодрствующем состоянии, а отбой был утром, что на фронте бывало часто, то Кулагин просто лежал и размышлял. Спать днем он не мог. Еще в деревне, когда еще мальчишкой, под утро он возвращался домой с уличных гулянок, то, как бы он не старался, заснуть не мог. Он мог часами ёрзать на печке, но было всё бесполезно. И в таких случаях, всё что оставалось, это размышлять. Как правило, он обдумывал мысли разных философов, с которыми он был знаком по книгам из сельской библиотеки. Еще до революции, один из зажиточных крестьян, который активно занимался торговлей, создал в селе Русские Найманы библиотеку, чтобы крестьяне могли по книгам обучаться грамоте и культуре. Хотя библиотека была небольшой, включала она в себя около тысячи книг, но среди этих книг были довольно редкие, особенно для дореволюционной России, такие например как «Книга перемен». После революции библиотека естественно стала государственной, как в прочем и всё имущество этого крестьянина. Василий часто заходил в библиотеку, его привлекали рассуждения таких великих мыслителей как Конфуций, Омар Хайам, Лао-цзы и др. Когда была бессонница, в голове возникали вопросы «Что такое бытие?», «В чем смысл жизни?», «Для чего мы живем в этом мире?». И если в этих книгах он не находил ответ, который бы его удовлетворил, то он хотя бы знал, что этими вопросами задавались и другие люди, а значит в этом мире он не одинок.

На этот раз он заснул размышляя «А можно ли всё знать?». Понятно, что таких людей нет, и быть не может. Но теоретически, если, что-то есть, то это можно познать. Есть ли та грань, за которой уже нечего было бы познавать? Стало бы всё известно, устройство вселенной, начальная и конечная точка времени, если таковы существуют, неизбежность каких-то событий, если всё известно, то изначально знали бы какие проблемы можно решить, а какие нет, и следовательно не расходовали бы ресурсы на устранение проблем, которые может и решить нельзя. И вот всё зная, что оставалось бы только делать? Куда двигаться? В этом случае ничего не остается, как только пребывать. Эмоции тоже свелись бы к нулю, люди перестали бы удивляться, переживать, смеяться, ведь смысл в юморе это неожиданность. Ведь анекдот смешон только когда его слышишь в первый раз, с каждым последующим разом он становится всё менее смешным, а потом и вовсе над ним уже не смеешься. Зная всё, люди бы лишились бы эмоций. Но как не парадоксально, мы стремимся знать как можно больше. И если хотя бы не всё, то наверняка можно познать достаточно, что бы ответить на вопросы «Что такое бытие?», «В чем смысл жизни?», «Для чего мы живем в этом мире?», после которых остаётся только пребывать. Как это делают йоги или буддисты, которые используя определенные знания, достигают состояния нирваны, и пребывают. Все внешние проблемы их уже не касаются. С этими мыслями Кулагин заснул.

Глава 14

На утренней пробежке Кулагин всё высказал Варе.

- Ну, спасибо тебе, ты из меня посмешище сделала.

- Вась, ну ты же сам им рассказал, я-то здесь причем?

- Варюха, они ведь теперь не успокоятся, так и будут меня обсмеивать.

- Ну, перестань ты, через пару дней, уже всё забудут.

- А если не забудут?

- Зачем предполагать, того чего не знаешь? Ты себе накручиваешь, а проблемы-то нет никакой.

- Тебе легко говорить. А мне какого слышать, что меня уработала.

- Василий, ну хочешь, давай при всех ты мне сделаешь прием, и все будут говорить, что ты сильнее бабы.

- Еще чище. Как ты себе это представляешь? Я тебе при всех буду руки выкручивать, а потом все будут говорить, что я женщин бью? После этого вообще житья не будет.

- Кулагин, в этом твоя беда, ты видишь во мне женщину.

- Варя, не я вижу, другие видят. Я-то знаю, ты фору любому мужику дашь, а они не знают.

- Ну, что ты хочешь, чтобы я сделала?

В это время они добежали до пруда. На берегу отдыхали несколько солдат.

- Варюха, ты уж нашего боевого товарища не обижай, - начали они шутить наперебой, - он у нас чувствительный, мужчина, с ним надо нежно обращаться.

Поднялся такой хохот, что даже находившиеся поблизости утки в водоёме, захлопав крыльями, поднялись в воздух.

- А кое-что ты можешь сделать, - сказал Василий Варе.

- Что?

- Покажи свои приемы на них.

- Я этого не буду делать.

- Нет будешь.

- Ребятня, - крикнул Кулагин, - ну кто из вас смелый? Варюха сейчас любого из вас ушатает.

Поднялся еще громче хохот.

- Я серьезно. Или как до дела доходит, все по кустам попрятались?

К Кулагину подошел Бусыгин.

- Ну, что ты к девчонке прицепился? – угрожающе сказал бывший друг. - Оставь её в покое.

- Коля, всё в порядке, - попыталась разрядить обстановку девушка, - он так шутит.

- А мне не нравятся его шутки, - ответил Бусыгин.

- Нет, я не шучу. Я со всей серьезностью утверждаю, эта хрупкая девушка легко тебя уложит на лопатки.

- Ну, что ты нарываешься, Кулагин?

- Если забоялся, так и скажи, - подначивал Кулагин.

- Дамы и господа, сеньоры и сеньориты, - продолжил Кулагин, - сейчас вы увидите не забываемое зрелище, как наша хрупкая Варюша Варламова уложит непобедимого бойца Николая Бусыгина, физиономией в землю.

Вот эта поставная наигранность возымела свое действие. Солдаты начали смеяться и подбадривать Бусыгина.

- Давай Колька, не дрейф, - кричали они.

- Она легко тебя ушатает, - шепнул на ухо Кулагин Бусыгину, - я серьезно.

- Ну, что Варюха, готова? – спросил Кулагин.

- Вася, я же девушка.

- Вот и отлично, сейчас все увидят, что ты за девушка.

Кулагин подвел Варю к Бусыгину.

- Ну, что Бусыгин, нападай на неё, сейчас ты на своей шкуре испытаешь все ласки этой нежной девушки.

Бусыгин стоял и не знал что делать.

- Говорю тебе, даже не думай ей поддаваться, - вошел в азарт Кулагин.

Бусыгин и Варя стояли друг напротив друга и ничего не делали.

- Ну, давай Варя, - кричал Кулагин, - покажи ему, на что ты способна.

- А он как и Кулагин, боитсяотгрести от Вари, - крикнул один из солдат.

Вот это сравнение с Кулагиным, сильно задело Бусыгина.

- Делай, что они хотят, они ведь так не отстанут, - сказала Варя Бусыгину.

Бусыгин положил руки на плечи Вари.

- Давай хватай её, - настаивал Кулагин, что ты стоишь как пень?

Бусыгин обхватил Варю обеими руками, сковав её движения.

- Давай раняй её, - кричал Кулагин.

- Я могу её ушибить, - ответил Бусыгин.

- Ничего ей не будет, давай раняй.

- Не могу я женщину на землю кидать.

- Говорю тебе, она вырвется.

- Да как она вырвется?

- Проведет захват запястья.

- Как?

- Давай роняй её и увидишь.

Бусыгин повалил Варю на землю, и они вместе упали.

- Не ушиблась? - спросил Бусыгин.

- Коля, слезь пожалуйста с меня, я ведь все таки девушка.

- Прости, - Бусыгин сразу же встал и помог подняться Варе.

- Я ничего не понимаю. Варя, а где болевые приемы, где захват запястья?

- Вася, какие болевые приемы? Я не боец, а медсестра.

- Давай дуй отсюда, Кулагин, - заорал Бусыгин.

- Говорю тебе, я думал, она тебя уделает.

- Иди думать в другое место, я из-за тебя чуть единственную девушку в нашей части не покалечил, - еще немного и Бусыгин был готов не на шутку сцепиться с Кулагиным.

- Упокойтесь, - между мужчинами встала Варя, - всё в порядке.

- Нет не в порядке. Он специально добивался чтобы я тебе причинил боль.

- Мне не больно, всё хорошо. Успокойся, Коля.

- Я не могу успокоится, за такие вещи надо отвечать, я мог тебя вообще покалечить.

- Коля, ничего страшного не случилось. Она всё контролировала.

- Ах ты мразь, - Бусыгин схватил за воротник Кулагина, - сейчас посмотрим как ты контролировать будешь, как я тебе рожу буду чистить.

В это время к солдатам подошел командир.

- Что здесь происходит? – спросил Никифоров.

- Всё в порядке, - вмешалась Варя.

За драку между солдатами, могло последовать серьезное наказание. Вплоть до ареста. Никто этого не хотел.

- Это правда? – спросил солдат Никифоров.

- Да правда, - сквозь зубы процедил Бусыгин.

- Правда, товарищ командир, - потвердел Кулагин.

- Вот и отлично, - сказал Никифоров, - завтра ночью, боец Бусыгин и боец Кулагин, вы направляетесь устранять неполадки связи. Где-то перебит провод. Ваша задача, найти и устранить неисправность. Всё необходимое вам выдаст Яловчук. На выполнение задания даю вам сутки. Следовательно, послезавтра связь с частью Шилова должна быть. Приказ ясен?

- Товарищ майор, - обратился Бусыгин, - так кабеля же нет, чтобы устранять неисправность.

- Бусыгин, кабель есть, скажи спасибо своему боевому товарищу, Кулагину.

- Интересно, и где же мой так называемый товарищ раздобыл кабель?

- А почему бы вам у него самого не спросить? – перенаправил вопрос Никифоров.

- Любезный мой боевой товарищ, - ехидно обратился Бусыгин, - позвольте полюбопытствовать, где это вы раздобыли кабель?

- Это колхозный кабель.

- Час от часу нелегче. А как мы без связи с колхозом жратвой будем себя обеспечивать?

- Есть небольшие запасы пропитания.

- Запасы-то есть, но в том-то и дело, что небольшие, надолго ли их хватит?

- Придется немного потерпеть.

- А кто тебе позволил за остальных решать? Если ты хочешь, то и терпи, а другие может, не хотят? – возмущался Бусыгин.

- Боец Бусыгин, - оборвал командир, - не разводите демагогию, решение принято, и обсуждению не подлежит. Повторяю вопрос, приказ ясен?

- Так точно, товарищ майор, - ответили Бусыгин с Кулагиным.

- Сейчас разойтись, а завтра в 20.00 жду у себя.

- Товарищ командир, - обратился Кулагин, - а почему сегодня нельзя отправиться выполнять задание?

- Яловчуку нужен инструмент отремонтировать проводку в здание.

- Какую проводку?

- Электрика вышла из строя. Яловчук говорит, дело в проводке, он сейчас её проверяет. К завтрашнему дню обещал всё сделать. Еще вопросы есть?

- Больше вопросов нет, товарищ командир.

- Тогда разойтись.

Глава 15

Кулагин ушел на другой берег пруда, а Варя отправилась к больным.

- Варя, - к девушке подошел Бусыгин, - прости меня.

- За что?

- За то, что причинил тебе боль.

- Коля, всё в порядке, ничего страшного.

- Это всё Васька.

- Коля, я сказала, что ни на кого не обижаюсь.

- Не представляю, как я сегодня с ним пойду на задание.

- А что тебя смущает?

- Я таких людей терпеть не могу.

- Каких таких?

- Показушных. Всё его благородство, смелость, отвага, это всё показное.

- А у меня сложилось впечатление, что он действительно хороший солдат, честно служит.

- Варя, ты очень плохо разбираешься в людях. Кулагину нельзя доверять, я-то уж знаю, поверь мне.

- Коля, тебе может лучше идти отдохнуть? Ночью же тебе на задание идти.

- Ты права.

- Что ж ты не идешь?

- Варюх, я хотел тебя попросить укол мне сделать, что-то я себя не очень хорошо чувствую.

- Коля, так часто нельзя их делать.

- Но если мне плохо. Варя, я прошу тебя, пожалуйста, сделай укол.

- Коля, если бы я даже захотела, то всё равно бы не смогла.

- Почему?

- У меня его нет.

- Как нет? А где же оно.

- Закончилось. Ты же не один, у меня и другие больные есть. Им тоже надо делать обезболивающие уколы.

- Что же теперь делать? Я не могу без лекарства обходиться.

- Нам через колхоз передают медикаменты, вместе с продовольствием нам привезут и лекарства.

- Варя, нам ничего не привезут, у нас нет связи с колхозом, Кулагин срезал телефонный кабель.

- Прости Коля, здесь я помочь не могу.

- Я убью этого Кулагина, он уже поперек горла у меня, - на эмоциях прорычал Бусыгин.

Глава 16

В части умерли еще трое раненых. Не каждая девушка может выдержать такое количество смертей. Варя делала уколы, перевязки, проводила операции, но всех раненых спасти все равно не удавалось. Холодная вода уже не очень помогала снимать напряжение.

Василий Кулагин придя на пруд утром, увидел, как Варя со всей силы бьёт кулаком по дереву.

- Варя, - окликнул Василий, - ты что делаешь?

Варя повернулась к Кулагину.

- Отрабатываю приемы, - Варя прекратила бить по дереву.

- Какие приемы? Приемы должны солдаты отрабатывать, а врач должен лечить. Пусть каждый занимается своим делом.

- Ты прав.

- У тебя рука в крови.

- И правда, - Варя посмотрела на свою руку.

- Что случилось?

- Трое раненых еще умерли.

- Кто?

- Солодов, Филиппов, Кольцов.

- Я Кольцова вчера видел, он же в порядке был.

- Сердце не выдержало. Утром у него резко ухудшилось состояние, я ничего не смогла сделать.

- Варя, это война.

- Я знаю, - Варя прислонилась к Василию и расплакалась.

Глава 17

С разведки вернулся Виталий Лопухин.

- Докладывай, что удалось выяснить? – спросил Никифоров солдата.

- В нашем направлении движется колонна танков.

- Сколько танков?

- Тридцать. Завтра будут здесь. Прикажите отступать?

- Нет.

- В смысле нет? Сюда колонна танков движется. Они нас с землей сравняют.

- Лейтенант Лопухин, отставить паникерство.

- Товарищ командир, это не паникерство, это бессмысленные жертвы наших солдат.

- У нас приказ генерала, занимаемую позицию удерживать до последнего.

- Генералу хорошо рассуждать в штабе, а он попробовал бы здесь, своими глазами посмотреть и оценить соотношение сил.

- Он сегодня здесь будет.

- Кто?

- Генерал Жуков.

- Сам командующий фронтом приедет сюда?

- Да. И он обещал прислать подкрепление.

- А оно успеет до прихода танков прибыть?

- Будем надеяться.

Глава 18

Кулагин сидел на берегу пруда и размышлял. Он не мог поверить в то, что происходит сейчас. Кажется, что вот он сейчас проснется, у себя дома в деревне, увидит жену, детей, и посмеется над своим сном.

- Я хочу проснуться, я хочу проснуться, - повторял он.

Василий открыл глаза и снова увидел этот пруд. Вокруг деревья, небо, пространство, время. Он смотрел наверх и пытался увидеть бесконечность.

- Ну, нет же ничего вечного? – размышлял он, - Всё когда-то кончается. И война когда-то закончиться. Война это всего лишь часть мироздания. А если она часть, то она уже по определению не может быть вечной. И это хорошо. А что тогда вечно? Возник логичный вопрос из предыдущего ответа. Вечно то, что было всегда. Тогда, что было всегда? То, что за рамками временного. Временного. Временного. Временного. Временное это время. Значит, вечное может быть только то, что за рамками времени. А можно ли заглянуть за рамки времени? Если ответить нет, то это сразу означает ограниченность мышления. Если чего-то не знаешь, это же не значит, что это не возможно. Когда зародыш находится в утробе матери, он же тоже не знает, что есть какая-то жизнь вне утробы. Он живет своими потребностями, своими желаниями, это полноценный живой организм. Если мать будет курить, злоупотреблять алкоголем, ночи проводить в ресторанах, то естественно зародышу будет некомфортно, в тех условиях, какие ему создаст мать. Если бы он мог формулировать свои потребности, то наверняка бы он сказал «Вино не хочу, а вот от сметанки бы не отказался». Но он живет в рамках тех условий, которые есть, и повлиять на них он никак не может. Он не знает, что есть другой мир, где уже он может влиять на условия, опять же в определенных рамках. Вот опять эти рамки. Но если рамки есть, значит есть что-то и за ними. Зачем себя ограничивать? Пусть на данный момент, я зародыш, и не знаю, как заглянуть за рамки времени и пространства, но это же не означает, что этого нельзя сделать? Просто я не знаю как. Если исходить из физического мышления, то никогда и не узнаю. А если не из физического, то…?

Кулагину казалось, что вот он ответ, совсем близко. Он уже его почти нащупал.

- Ты что здесь делаешь? – к Кулагину подошла Варя.

- Варя? – удивился Кулагин, - я просто хотел побыть один.

- Можно с тобой здесь посидеть?

- Садись, если хочешь.

- Как настроение?

- На грани хорошего, - попытался пошутить Кулагин.

- Я заметила, у тебя интересные часы, - улыбнулась Варя.

- Эти часы мне подарил один очень важный человек, - ответил Кулагин.

Эти те самые часы, которые ему подарил Жуков. С тех пор он их носил как талисман. Кулагин верил, что они ему приносят удачу.

- Интересно кто? – спросила Варя.

- Да неважно, фронтовик один, - улыбнулся Кулагин.

- Давно?

- Около года назад. Они всегда точное время показывают. Еще ни разу не подводили.

- Береги их. Время, это самое дорогое, что может быть. Это то, что нельзя вернуть.

- Варя, может тебе покажется странным мой вопрос, но как ты думаешь, можно ли выйти за рамки времени?

- Я считаю можно.

- Ты серьёзно так думаешь?

- Абсолютно серьёзно.

- И тебе мой вопрос не показался странным?

- Может этот вопрос и считается странным, но на самом деле это не так. Я сама часто думаю над этим.

- А ты задавала себе вопрос, что такое «время»?

- Время, это величина, как и любая другая, которую можно измерить.

- Согласен. Люди научились измерять время, но в отличие от других величин, у этих измерений нет начальной точки и конечной. Мы измеряем временные отрезки.

- Время величина относительная. Оно не равномерно.

- В смысле?

- Теория относительности Эйнштейна. Знаешь такую?

- Знаю. Если взять двое часов, и одни из них с определенной скоростью пустить по кривой траектории, то когда они вернуться в начальную точку, то они будут отставать по сравнению с часами, остававшимися неподвижными.

- Не совсем так, но мысль передал правильно. Время величина относительная. А если время величина относительная, то и начальных точек, как в прочем и конечных может быть несколько. А вернее, много.

- Логично.

- Следовательно, если мы не можем измерить одну начальную точку времени, то можно измерить другую.

- Вопрос лишь в том, как? Часы измеряют только интервал времени.

- Сейчас да, можно измерить не полностью время, только отрезок.

- Я про это и говорю. С начальной точки время измерить нельзя.

- Сейчас нельзя.

- Ну, да. Сейчас нельзя.

- Но это сделают.

- Откуда в тебе столько уверенности в этом?

- Ты сам подумай, человечество научилось фиксировать время. А это уже очень много. А если время можно фиксировать, то его можно захватить.

- Как захватить?

- Если время относительно, оно может идти по-разному. То получается можно создать какую-то сферу, или вакуум, в котором время будет идти относительно нашего времени. Это будет другое время, а мы следовательно будем вне этого времени. Это будет первый шаг к выходу за рамки времени. Если мы создадим другое время, которое уже можно будет не только фиксировать, но и измерить у него начальную и конечную точки, то мы сможем выйти за рамки и своего времени. Того времени, в котором мы находимся. А это значит влиять на историю. Даже не просто влиять, а её переписывать. Как пленку отмотать на нужный момент и с него написать новую историю.

- Например, не допустить войны, - предположил Василий.

- Вот именно, - согласилась Варя.

- Это было бы здорово.

- Я вижу, ты человек образованный, Василий, почему ты обычный солдат?

- А разве обычным солдатом быть плохо?

- Нет, но ты мог бы…

- Варя, - остановил девушку Кулагин, - давай не будем предполагать, что мог, а что нет. Государство решило, что я полезен буду как связист.

- Как скажешь, Вась.

- Варя, без обыкновенных солдат не бывает генералов.

- Согласна.

- Я простой русский солдат и горжусь этим.

- У тебя интеллект не солдата. Как правило, люди с более высоким интеллектом чувствуют свое превосходство над людьми с менее низким интеллектом.

- Видимо я исключение.

- Нравится тебе это или нет, но природа так устроена, что более высокий интеллект распоряжаться жизнями других.

- Не согласен.

- Разве человек не распоряжается жизнями куриц, свиней, коров?

- Да, это так. Я не знаю насколько это правильно. Но ты привела пример превосходства интеллекта одного вида над другим. А речь шла об интеллекте внутри одного вида, а не разных.

- Видимо Гитлер считает по-другому. Он интеллект арийцев ставит выше других народов.

- Я знаю. Для них славяне, евреи, азиаты, это скот.

- В том то и проблема. Это то что я тебе говорю. Один интеллект пытается превзойти другой. Если честно я не думаю, что Гитлер хочет уничтожить народы.

- А что же он хочет?

- Превзойти. У нас же нет цели уничтожить свиней? Хотя их и убиваем. И никто ничего плохого в этом не видит. Мы их кормим, лечим, заботимся, но в то же время за них решаем вопросы их численности. И Гитлер так же ничего плохого не видит в своем превосходстве.

- Странно ты рассуждаешь.

- Почему странно? Ты считаешь, я не права?

- Я так же считаю. У каждого преступника есть оправдание своим преступлениям. В том числе и у Гитлера.

- Я согласна. Гитлер преступник. Его нужно уничтожить. Но надо признать, это умнейший человек, иначе бы он не создал бы столько проблем.

- Гитлер не просто умнейший человек, он гений. Но свой гений он направил во зло.

- Вася, не пойми меня неправильно, но Гитлер затронул некоторые проблемы, которые до него никто не затрагивал. Но в скором будущем их надо будет решать.

- Например.

- Численность людей.

- Природа нам дала достаточно земли, чтобы всем хватило.

- Это сейчас достаточно. Но такое будет не всегда. Земля круглая, расширяться до бесконечности нельзя. Ты не думал, почему происходят войны?

- Всё просто. У соседа трава зеленее. И находятся те, кто разевает свой роток на соседскую собственность.

- А если еще глубже мыслить?

- Есть вещи, в которых и так всё очевидно. Тут всё на поверхности.

- Нет, Вася, как раз здесь-то есть более глубокие причины войн.

- Какие?

- Война это естественный регулятор численности. Война не позволяет нашу землю перенаселить.

- С этой стороны я на войну еще не смотрел, - признался Кулагин.

- Вопрос перенаселения никогда не затрагивался, потому что войны не давали столкнуться с этой проблемой. Если бы не войны, людей ставилось бы всё больше и больше. И в итоге это привело бы к катастрофе.

- К какой?

- Как ты думаешь в этом пруду сколько рыб?

- Не знаю.

- Но пруд же имеет определенный объем?

- Да.

- Значит, в этом пруду может обитать определенное количество рыбы?

- Да.

- А кто контролирует это количество?

- Сама природа.

- Правильно. Чайки ловят рыбу, утки, и.т.д. Поэтому в природе никогда не бывает перенаселения. Но иногда контроль численности берет на себя человек. Представь себе аквариум. Он рассчитан на 2 рыбки. Это маленький аквариум, допустим на 5 литров, но 2 рыбкам этого достаточно. Им такого объема для комфорта достаточно. А что будет, если в этот аквариум запустить 25 рыбок? Они будут злыми, начнут убивать друг друга за место, трупы будут разлагаться и отравлять среду обитания, вследствие чего погибнут все. Но хозяин аквариума не допустит этого. Так же и с землей. Наш маленький земной шарик имеет ограниченные ресурсы. 2 миллиардам человек уже тесно, люди осваивают новые территории, отбирают друг у друга земли. А что будет, если на планету поместить 25 миллиардов людей? Катастрофа. Это гибель всего живого на земле. Люди сейчас об этом не думают. А проблему надо решать уже сейчас. Численность надо контролировать. Война это естественный контроль численности. Но эту численность можно контролировать и мирно.

- Если есть решение мирным путем, то его надо использовать.

- Вася, сейчас мирный процесс не возможен.

- Почему?

- Мирный процесс это план Гитлера.

- Что за чушь? Что это за план?

- Стерилизация некоторых народов. Более низшие расы не должны давать потомство. Вот такое решение.

- Это не решение, а убийство.

- Вася, я с тобой согласна. Каждый народ имеет право на жизнь.

- Да. Более того, даже немецкий народ.

- Вася, можно узнать, какое у тебя образование?

- Я закончил обычную сельскую школу.

- Не обижайся, Вась, но сельская школа, это не образование.

- А что это?

- Я хотела сказать, что по общению с тобой, сложилось впечатление, что у тебя образование куда выше сельской школы.

- Я просто любил свободное время проводить в библиотеке. Поэтому возможно у меня знаний чуть больше, чем у деревенского мужика.

- А какой у тебя любимый предмет был?

- Мне нравилась философия, психология, но к сожалению в школе не было таких предметов, поэтому приходилось в библиотеке самостоятельно просвещаться.

- А если из школьного материала, что тебе нравилось?

- История.

- Почему?

- Прошлое надо знать, чтобы не совершать ошибки в будущем.

- Полностью согласна.

- Варвара – красивое русское имя. Ты знаешь, что оно значит?

- Не русское, - поправила Варя.

- А чье же?

- Варя происходит от скандинавского имени Вар. Так звали богиню истины, которая записывала клятвы и обещания людей и наказывала их нарушителей.

- Получается, ты судья, - рассмеялся Кулагин.

- А что твое имя значит, ты знаешь?

- Моё имя тоже не русское. Вернее оно русское, но имеет греческие корни. Оно образовано от греческого имени Басилейос, которое на Руси произносили как Василиос.

- И что оно значит?

- Царь.

- Царь? – рассмеялась Варя. – Ты царь, а я судья.

- А что смешного? Это имя часто встречается в царских династиях. Князь Владимир кстати, еще до Крещения Руси, сам был крещен и наречен именем Василий. - Забавно, - улыбнулась Варя.

- Уж как есть.

- Василий, мне надо сходить к раненым уколы сделать. Позвольте мне отлучиться ненадолго, великий государь.

- Позволяю, - подыграл Кулагин.

- Я через 15 минут вернусь. Ты здесь будешь?

- Да, возвращайся.

Часть 3 Портфель Жукова

Глава 1

В данный момент Кулагин наслаждался тем, что его окружало. Вода, чистый воздух, вокруг зелень, что может быть прекрасней? Идет война, а здесь в данный момент тишина, никто не стреляет, и от этого момента надо получить всё. В любую секунду это может всё исчезнуть. Как же удержать этот миг? Кулагин хотел остановить время. Как же схватить этот миг и не отпускать?

- Я здесь, - Варя вернулась на пруд.

- И я здесь, - улыбнулся Кулагин, - присаживайся.

Девушка присела рядом с Василием. Они вместе смотрели на воду, как небольшие волны плавно перекатывались друг через друга. Варя вызвала у Кулагина искренний интерес. Её видение ситуации, отношение к жизни, размышления, к тому же владение приемами вызывали неподдельный интерес. Но больше всего удивляло, что такой пытливый и острый склад ума у девушки. С одной стороны, такие девушки его пугали. Василий придерживался консервативных взглядов, что от природы женщинам не дано глубокое мышление. Их дело рожать и воспитывать детей. С другой стороны, Кулагин был за равноправие между мужчинами и женщинами. По крайней мере, если женщина чего-то хочет, то ей нужно предоставить такую же возможность проявить себя, как и мужчинам. Но Варя особенный человек. Кулагин это давно заметил. Но в силу разных обстоятельств общаться на такие темы Кулагину с Варей не приходилось. Но во время затишья, что радовало всех без исключения, можно было свободно и о многом поговорить. Можно было узнать, кто какими интересами живет, кто кого дома ждет, кто чем собирается заняться после войны. Да и так, просто можно было поговорить не о чем. Но на философские темы, собеседника было себе трудно найти. Как правило, у рядовых солдат знания в этой области очень ограничены. Хотя Кулагин заметил, многие любили разглядывать ночное небо. Просто смотрели на звёзды. Эта бесконечность уже многие тысячелетия завораживает людей. Люди туда смотрят и пытаются что-то разглядеть. Но днем, всё забывается, и люди продолжают заниматься обыденными делами, как будто и не было ни какой бесконечности. У всего есть конец. Даже обычный стол, и то имеет свой край. Но были и те, кому эта бесконечность не давала покоя и днем. Среди таких была и Варя. До неё Кулагину попадались с таким мышлением только мужчины. Варя оказалось первой, среди женщин, с таким неординарным мышлением.

- Ты знаешь, что во вселенной летают сотни миллиардов метеоритов? – спросил Кулагин. - Каждый из них может столкнуться с землей и её уничтожить. По теории вероятности это неизбежно. Ресурс солнца не бесконечен. И в будущем встанет вопрос о перенаселение на другую планету. Но что бы в будущем люди могли осваивать другие планеты, над этим надо работать в настоящем. А вмесо этого мы воюем.

- Ты меня удивляешь, Василий, - сказала Варя.

- Чем?

- Ты очень необычно мыслишь. Но мне очень близки твои размышления.

- Кстати, я тоже самое о тебе подумал. При чем ты меня удивила даже больше, чем я тебя.

- А я то тебя чем?

- То что ты женщина.

- Ты раньше что, женщин не видел? – рассмеялась Варя.

- Таких нет.

- И чем же я отличаюсь от других женщин?

- Своим сочетанием ума и физической подготовки. Я ни как не думал, что такая с виду хрупкая девушка как ты, может легко обезвредить мужика. А сейчас ты меня поразила своими размышлениями. Что от тебя еще ждать?

- Думаю, больше ничего.

- А мне кажется, что ты меня еще больше удивишь.

- А ты этого бы хотел?

- Даже не знаю.

- Боюсь тебя разочаровать, Вась. Я самая обычная девушка, которая в силу определенных обстоятельств, приобрела кое-какие навыки, которые бы смогла приобрести любая другая девушка на моем месте.

- Что-то мне кажется, ты не совсем обычная девушка. Думаю, от тебя стоит ожидать еще каких-то сюрпризов.

- Может быть, время покажет, - улыбнулась Варя.

- Знаешь, я на самом деле не встречал человека, который мыслил бы как и я.

- Всех нас тревожат одни и те же вопросы. Только одних меньше, других больше.

- А кто-то вообще ни о чем не задумывается, просто живет и всё.

- Это может быть только человек с ограниченным мышлением. А следовательно тогда вопрос, а может ли он называться человеком? Человек наделен разумом, а следовательно вопросы, которые возникают естественны. Они приходят в голову каждому нормальному человеку. Но если вслед за вопросом приходит другой, а есть ли ответ? А вдруг его нет? То зачем тогда тратить силы на его поиски? А может кто-то другой пусть лучше поищет ответ? И этот вопрос уходит далеко в подсознание. Просто человек так устроен, он не тратит ресурсы напрасно. Но есть другие люди, которые вопросы не загоняют далеко в подсознание, а наоборот, начинают искать ответ, и причем в поисках могут разворошить как осиное гнездо и другие вопросы, и тут тогда могут быть вовлечены люди, которые в силу своего ограниченного мышления экономили свои ресурсы, но будут вынуждены вовлекаться в этот процесс.

- Как с войной. Гитлер со своими единомышленниками вовлеки в войну весь мир.

- Да. Иногда от чужих идей страдают другие люди.

- Этого не должно быть.

- Не должно, но так есть.

- А я говорю, должен быть мир, и точка, - твердо возразил Кулагин.

- Мир обязательно будет. По-другому просто быть не может.

После этих слов настала пауза. Василий и Варя наблюдали, как плещется вода на берегу и потеряли счет времени. После каких-то размышлений всегда наступает пауза.

- Я смотрю, ты всё один да один, - нарушала тишину Варя.

- Я люблю одиночество.

- Одиночество противоестественно. Как бы грубо это не звучало, но человек это стадное животное.

- По твоему люди это стадо?

- А разве нет?

- Это как-то грубо звучит.

- Но это правда. И я знаю, ты со мной согласен.

- Нет, Варя, не согласен.

- А ты посмотри со стороны. Толпа солдат, это самое настоящее стадо, а командир их вожак.

- Тогда и мы это стадо?

- Ты имеешь в виду себя и меня?

- Да.

- Мы заблудшие овцы, которые отбились от стада и хотят найти свой путь.

- Заблудших овец съедают волки.

- А не заблудших, ведут на бойню. Это как раз мы и наблюдаем. Жертвы уже исчисляются даже не в тысячах, а уже в миллионах.

- И что ты предлагаешь? Отбиться от стада?

- Нет.

- А что?

- Я не знаю. А ты что думаешь?

- А я думаю, мощностей бойни не хватит, чтобы всех перебить.

- Может, не хватит, а может, хватит.

- Варя, я солдат, я должен выполнять приказ и не обсуждать его.

- А как ты считаешь? Может солдат нарушить приказ командира?

- Нет. Только безоговорочное выполнение.

- А если командир не прав?

- Солдат не всех вещей может знать, а не зная всей информации, может быть покажется, что приказ неправильный. А на самом деле, не выполнение приказа, может повлечь провал всего задания.

- А я считаю, если солдат уверен в своей правоте, то он должен нарушить приказ.

- А правота может быть ошибочной?

- Хорошо, тогда встречный вопрос. Приказ командира может быть ошибочным?

- Может.

- В этом случае, разве солдат не должен взять на себя ответственность и сделать так, пусть даже в обход командованию, как считает нужным.

- Варя. Я давал присягу. Это беспрекословное подчинение приказам. На этом стоит армия.

- Ты прав. Я всего лишь полевая медсестра, которая ничего не понимает в военном деле.

- А у меня сложилось впечатление, что ты в военном деле разбираешься лучше, чем любой наш солдат.

- Это только мнение. Оно ошибочно, но если честно, оно мне льстит.

- Ты на самом деле очень грамотная и умная девушка.

- Спасибо.

- Я только не могу понять, почему ты на Бусыгине не продемонстрировала свои приемы?

- Ты из-за этого на меня сердишься?

- Я не могу сказать, что я сержусь, наверно больше подходит, возмущен.

- Я так и подумала. Я ведь, собственно говоря, и пришла попросить прощения.

- Тогда может, объяснишь? Ты много чего мне рассказала, но это так и не объяснила.

- Вася, а ты, прежде чем решать за меня, что я должна кому-то что-то демонстрировать, ты меня спросил? Ты почему-то решил, что я должна, и всё тут. Извини, но я не хотела, ни кому ничего доказывать. А ты возмущен тем, что я не сделала того, чего не обещала.

- Извини, ты права. Я действительно за тебя всё решил.

- Я рада, что мы разобрались.

- Варя, я согласился с тем, что ты мне ничего не обещала. Но разве самой тебе не хотелось поставить на место этих напыщенных индюков? Ты же видела, как они себя вели.

- А что бы это дало? Ровным счетом ничего.

- А мне, почему тогда эти приемы продемонстрировала?

- Понимаешь, ты совсем другой, ты не похож на них. Они целыми днями ничего не делают, бездельничают, а ты поддерживаешь физическую форму, оружие каждый день проверяешь, чистишь, проявляешь инициативу.

- Эта инициатива мне дорого обходится.

- Да и мне тоже.

- А тебе то что?

- Ты думаешь, в санчасти никаких проблем нет? И когда берешь ответственность на себя, это обходиться тебе боком.

- Я тебя понимаю.

- Это большое счастье, когда есть такой человек, который тебя понимает.

- Варя, а почему ты так со мной откровенна?

- Василий, мы с тобой на одной волне, поэтому я с тобой открыта. Ничего от тебя не скрываю.

- Это правда?

- Да.

- Знаешь, мне все-таки кажется, что мы раньше где-то встречались.

- Такое бывает. Знаешь человека недавно, а такое ощущение, что знакомы всю жизнь.

- Да, такое бывает, - согласился Кулагин.

- Ты мне нравишься, - призналась Варя.

- Ты мне тоже нравишься, - ответил Кулагин.

- Ты мне нравишься как мужчина.

Варя приблизилась к Кулагину, чтобы его поцеловать.

- Варя, стоп! – остановил её Василий. - Я не могу.

- Что-то не так?

- Ты сейчас делаешь что-то не то.

- Я хотела тебя поцеловать.

- Не надо.

- А если я тебя люблю.

- Между нами ничего быть не может.

- Почему? – спросила Варя.

- Варя, ты привлекательная девушка, но у меня есть семья. Я женат, у меня дети.

- Вася, это в тылу. А мы на фронте.

- Варя, я ценю тебя как друга. Я действительно рад, что у меня есть такой друг. Ведь здесь и поговорить не с кем. Ты единственный человек, с которым мне интересно общаться.

- Вася, ты тоже мне дорог.

- Ты не обижаешься?

- Нет.

- Я вижу, что тебе сейчас неловко. Для девушки решиться на такое, очень смелый поступок.

- Я должна была это сделать. Спросить — стыдно на минуту, а не знать — стыд на всю жизнь.

- Теперь ты знаешь, что мы просто друзья.

- Да. Теперь знаю, - согласилась Варя.

- Я тогда пойду готовиться к заданию, надо принять и проверить оборудование.

- А я пойду к больным.

- Спасибо тебе за всё, - Василий обнял Варю.

- Это тебе спасибо.

- Надо идти.

Когда Кулагин немного прошел, он обернулся посмотреть на Варю.

- Варя, - окликнул её Кулагин, - и всё-таки я знаю, как противостоять твоему приему.

- Хорошо, как вернешься с задания, покажешь, - улыбнулась Варя.

- Только никуда не уходи, - посмеялся Василий.

- Обещаю дождаться твоего приема, - в ответ посмеялась Варя.

Глава 2

В часть приехал генерал армии Константин Георгиевич Жуков. Не теряя времени, он сразу же зашел в штаб к майору Никифорову.

- Здравия желаю, товарищ генерал, - отдал честь Никифоров.

- Вольно.

- Чай будете, - предложил Никифоров.

- Времени очень мало. Доложите обстановку.

- К нашей позиции направляется колонна немецких танков.

- Это точная информация?

- Это данные нашей разведки.

- Кто ходил в разведку?

- Лейтенант Лопухин.

- Приведите его.

Никифоров вышел из штаба и велел привести Виталия Лопухина.

- По моим данным, - продолжил Жуков, - вражеские танки заняли оборону и никуда не движутся.

- Оборона у немцев и так занята. С данными силами нам к Ржеву пройти не возможно.

- А никто вас сейчас и не посылает занимать Ржев.

- И немцы уверены, что на Ржев они наступления отбили и теперь логично думать, что они будут прощупывать почву для расширения занимаемой территории.

- И вы решили, что прощупывать они будут разведкой боем?

- Да.

- Нет, майор. У немцев другая тактика. Они берегут свою технику и своих солдат. Разведку они выполняют с воздуха. А уж потом они направляют в наступление войска.

- Но немецкие самолёты не были замечены над нашей частью.

- Поэтому мне и кажется странным, что без разведки, немцы направили колонну танков.

- Что прикажете тогда делать?

- Связь так и не восстановили?

- Обрыв связи с ротой Шилова, на остальных участках связь работает.

- Когда восстановите связь с Шиловым?

- Сегодня устранением неполадок займутся связисты.

- Кабель нашли?

- Пришлось срезать колхозный кабель.

- А как связь с колхозом?

- Пока ни как.

- Не думал, что у вас дела настолько плохо, что пришлось колхозный кабель срезать.

- Вы говорили, что нам пришлете кабель.

- Сделаем так. У меня в машине есть две катушки кабеля по два километра, для части Бахирева. Одну отдам вам. Двух километров на восстановление связи с колхозом хватит?

- Должно хватить.

- Сколько у вас связистов на данный момент в части?

- Двое.

- Значит, одного направите восстанавливать связь с колхозом, другого с частью Шилова.

- Так есть.

- Выявлением обрыва с частью Шилова, нужно заниматься ночью. Расположение немцев на некоторых участках нам не известно. Возможно обрыв на территории, которая просматривается немцами. Из-за перебоев связи, мы не можем сопоставить данные разведок разных частей.

- Я тоже считаю, что восстановлением связи с Шиловым нужно заниматься ночью.

- Как связь будет восстановлена, позвоните Шилову, узнаете данные их разведки. Сопоставите со своими.

В это время пришел Виталий Лопухин.

- Лейтенант Лопухин прибыл, – зашел в штаб Виталий..

- Проходи, - ответил Никифоров.

- Здравия желаю, товарищ генерал, - отдал честь Лопухин генералу.

- Вольно солдат, - ответил Жуков, - времени очень мало.

- Чем могу помочь, товарищ генерал?

Жуков достал из своего портфеля карту.

- Покажи, где были замечены танки?

- Не далеко от Авдеевки, - Лопухин показал на карте местоположение вражеских танков.

- Когда?

- Два дня назад.

- Значит, завтра они уже будут здесь?

- Будут, товарищ генерал.

- Что думаете, товарищ генерал? – спросил Никифоров.

- Может так и есть. Данным моей разведки четыре дня. К сожалению, из-за проблем со связью, более свежих данных нет.

- За это время немцы могли выдвинуть колонну танков в нашем направлении, - предположил Никифоров.

- Могли, - согласился Жуков, - поэтому будем опираться на данные лейтенанта.

- Товарищ генерал, я собственными глазами видел колонну танков, надо предпринимать какие-то действия.

- Лейтенант, - ответил Жуков, - ты добыл очень ценную информацию, без этого немцы бы сходу заняли бы эту позицию.

- Вы уже согласны, товарищ генерал, что это может быть разведка боем? – спросил Никифоров.

- Есть момент, который мы не учли, - ответил Жуков.

- Какой?

- Если немцы не проводили воздушную разведку, это может указывать только на одно.

- На что? – спросил Никифоров.

- У тебя в части немецкий агент.

- Вы шутите? – не поверил Никифоров.

- Ни каких шуток. Наступление на Ржев терпит провал, хотя операция была тщательно разработана. Потери уже исчисляются сотнями тысяч солдат. Это не случайно. Генерал-полковник Модель, командующей 9-й армией, был хорошо информирован о наших действиях, поэтому мы и не смогли разгромить его армию.

- Но каким образом Модель мог знать информацию, которая была тщательно засекречена?

- По данным НКВД, у Моделя работает здесь своя агентура, вернее агентура Абвера, которой руководит Варан.

Никифоров, имевший в прошлом горький опыт с НКВД, не очень сильно доверял их данным. Он прекрасно помнил, какими методами НКВД добывают данные. На допросах люди говорили не то что есть на самом деле, а то, что нужно было НКВД. Хотя сам Никифоров и не относился к таким людям, он не признал никаких обвинений в свой адрес, но после этого страх попасть туда второй раз, у него сохранился на всю жизнь. После того, как его выпустили, он никогда не расставался с пистолетом и в обойме у него всегда был хотя бы один патрон. Если за ним придут из НКВД, то этот патрон будет его гарантией, избежать повторного такого опыта, пусть и ценой жизни.

- Я не очень доверяю данным НКВД, - честно сказал Никифоров Жукову.

- Я тебя понимаю, майор. Но я не только полагаюсь на данные НКВД.

- А на какие еще?

- В части полковника Баранова взяли одного предателя, который передавал данные Варану. Именно данные Варана Модель использовал при сражении с нашей армией.

- А что еще известно об этом Варане?

- Немного. Как бы тебе это не нравилось, но именно НКВД больше других преуспели по раскрытию немецких агентов.

- Но Варана же они не поймали.

- Не поймали, - согласился Жуков, - но собрали наиболее достоверную информацию о нем. Их данные мы не можем игнорировать. По данным НКВД Варан - немецкий агент, внедренный в нашу армию. Работает он на Ржевско-Сычевском направлении. Именно ему передаются все данные с этого участка фронта, в том числе и из твоей части.

- Но каким образом? – удивился Никифоров. - У нас-то нормальной связи нет, а они-то уж как могут здесь связь держать?

- А вот это уже я должен у тебя спрашивать, - ответил Жуков.

- Можно ли как-то вычислить этого Варана?

- Твоя задача не Варана вычислить, этим пусть НКВД занимаются. А твоя задача найти предателя внутри своей части, вот это ты можешь и должен сделать. А через него уже НКВД выйдут на Варана. И то если предатель что-то знает. Это я всё буду держать под личным контролем.

- Если предатель действительно есть в моей части, то я его обязательно найду.

- Вычисляй, и делай это, как можно скорее.

- Я думаю, нужно вычислить источник связи между предателем и Вараном, - предложил Лопухин, - тогда и предателя схватим, и месторасположение Варана узнаем.

- Варан слишком осторожен. Мы даже не знаем, как он выглядит.

- А предатель, которого поймали в части Баранова, не говорит? – спросил Лопухин.

- Он сам слишком мало знает.

- Мало знает, или не говорит?

- С ним поработали люди, которые могут выбить из человеа любую информацию, но при условии, если человек её знает. У меня нет сомнений, что он рассказал всё, что знал.

- Но чем-то он помог?

- Единственное, что он знал, это позывной «Варан». В личный контакт он никогда не входил.

- Это осложняет поиск.

- То, что мы знаем позывной, это уже много. Поверь, что это ненадолго. Как только Варан узнает о провале своего человека, он сразу же сменит позывной. Так что времени очень мало. Понятное дело, что о том, что в части есть предатель, ни кому, ни слова.

- Понятно, - ответили Никифоров с Лопухиным.

- Товарищ генерал, наши какие действия будут?

- Если танки действительно сюда движутся, то это тогда не разведка боем будет, а полноценное наступление с целью занять вашу позицию.

- Товарищ генерал, вы нам подкрепление выделите? – спросил Лопухин.

- Выделю. Подкрепление уже в пути. Сюда движутся резервные войска, это 100 000 солдат. Численность будет за нашей армией.

- Подкрепление успеет прибыть до прихода танков? – спросил Никифоров.

- Майор, подкрепление будет через пять дней.

- Через сколько?

- Пять дней, не раньше.

- Товарищ генерал, нас тридцать семь человек, как вы представляете, мы должны удержать противника?

- Вас тридцать семь бойцов Красной армии, - Жуков стукнул кулаком по столу, так, что со стола упал его портфель, из которого рассыпались листы бумаги, - тридцать семь бойцов, двенадцать пушек…

- Три пушки, - поправил Никифоров.

- Было же двенадцать.

- Осталось три. Остальные в нерабочем состоянии, привести их в боевую готовность, возможности нет.

Жуков сел на стул.

Виталий Лопухин собрал с пола листы и сложил их портфель.

- Ваш портфель, - Лопухин протянул Жукову портфель.

Жуков взял портфель и поставил его на стол.

- Товарищ генерал, в нас можете не сомневаться, мы будем стоять насмерть, - нарушил тишину Никифоров.

- Задача не насмерть стоять, а удержать позицию до прихода резервных войск, - Жуков встал и снова стукнул по столу кулаком, так, что портфель опять упал.

- Удержать не получится, - возразил Никифоров, - с такими силами мы не сможем оказать сопротивление. Максимум мы продержимся два три часа.

Жуков на этот раз сам поднял портфель и поставил его под стол.

- Вы командир, вы должны выполнять любые поставленные задачи, - твердо сказал генерал.

- В данных условиях перевес у противника.

- Повторяю, майор, командир должен выполнять поставленные задачи в любых условиях.

- Мы готовы выполнять задачи ценой жизни, но…

- Если вы думаете, что готовность отдать жизнь это выполнение долга перед родиной, то вы не правы. Отдать жизнь вы можете только за выполнение задач, вот о чем вы должны думать. Как выполнить приказ. А если отдать жизнь и при этом не выполнить задачу, то какой смысл в этом тогда? И задача не выполнена и родина бойца лишилась.

- Покажите, что вы намерены предпринять?

Никифоров на карте показал занимаемую позицию.

- Будем встречать врага лоб в лоб, - сказал майор.

- Тогда вы что-то размахнулись на два три часа. Вас с данной позиции вышибут в течение часа.

- Но других вариантов все равно нет.

- Майор, почему вы именно эту позицию решили занять?

- Товарищ генерал, мне кажется это странный вопрос. Вы предлагаете оставить данную позицию?

- Да.

- Тогда у немцев будет открыт путь.

- Ну и пусть.

- Я вас не понимаю.

- Вы так и не ответили, почему вы решили занять именно эту позицию? – повторил вопрос Жуков.

- Потому что она на пути у немцев стоит.

- И что?

- Это наиболее выгодная позиция.

- Но не с тремя же пушками.

- Но больше-то у нас все равно нет, а задачу вы сами сказали надо выполнять в любых условиях.

- Поэтому тут и нужен другой подход.

- Я вас не понимаю.

- Я предлагаю оставить занимаемую позицию. Сейчас объясню свое решение.

Жуков развернул карту.

- Лейтенант, - обратился Жуков к Лопухину, - покажи, где были замечены танки?

- В районе Авдеевки, - показал на карте Лопухин.

- Колонна танков здесь, - продолжил Жуков, - по какому маршруту они пойдут, не так уж и сложно вычислить.

- Товарищ генерал, - обратился Лопухин, - а по-моему они могут пойти любой дорогой.

- Их всего две, которые ведут сюда, остальные ведут к частям Шилова и Бахирева.

- Но как узнать, по какой из двух дорог пойдут танки?

- А ты посмотри. Места болотистые. Вот единственная дорога, по которой могут пройти танки.

- Но эта дорога тоже болотами окружена.

- Но не так. На месте немцев ты какой бы путь выбрал?

- Товарищ генерал, я не исключаю, что немцы могут выбрать другую дорогу.

- Почему?

- Я неуверен, что вторая дорога непроходимая.

- Она может и проходимая, но чтобы её пройти, нужен проводник.

- А если предположить, что у немцев есть проводник? Нашли кого-то из местной деревни, кто хорошо эти места знает.

- Даже если и так, я вполне допускаю, что люди могут пройти эти болта, но техника-то не пройдёт.

- А если пройдёт?

- Скажи, если бы ты отвечал за колонну танков, ты бы её доверил вести своему противнику? А что, если этот местный житель, потопит все эти танки? Заведет всю колонну откуда не выбраться, пусть сам погибнет, но и тридцать танков погубит, а по мимо техники это еще около сотни людей.

- Вы правы товарищ генерал, - согласился лейтенант.

- Вот единственный участок дороги, - продолжил Жуков, показывая на карте, - с которого невозможно свернуть. Вот именно сюда и надо перебросить все пушки. С флангов займете наиболее выгодные позиции. Естественно должна быть безупречная маскировка. Время на это есть. Когда вся колонна танков окажется полностью на этом участке, обращаю ваше внимание, что когда именно вся колонна, это важно, вы стреляете в первый и в последний танки колонны, тем самым все танки оказываются заперты. Ни вперед, ни назад, ни объехать, они не смогут, вокруг болото. Дальше вы просто расстреливаете всю колонну как в тире, вот и всё.

- Товарищ генерал, вы дали нам надежду, - выслушав генерала, сказал Никифоров.

- К подготовке задачи приступайте немедленно.

- Есть.

- Мне надо ехать. Времени больше нет. Связь с майором Бахиревым в норме?

- Да, с Бахиревым связь держим.

- Я сейчас еду к нему. Если будет что-то срочное, то позвонишь в его часть.

- Товарищ генерал, к Бахиреву езжайте через Песочново.

- Но самая короткая дорога через Ельники лежит, - возразил генерал.

- Через Ельники дорога разбита, я думаю, вы можете застрять.

- Я всё же рискну. У меня опытный водитель, он и не по таким дорогам проезжал.

- Разрешите приступать к выполнению задания? – спросил Никифоров.

- Приступайте, - дал разрешение Жуков.

- Лейтенант, - обратился Жуков к Лопухину, - пойдем со мной, у меня в машине телефонный кабель, заберешь.

- Есть.

Жуков в спешке вышел из штаба.

Никифоров дал задание Лопухину отнести кабель Яловчуку и начать подготовку к смене позиции. За ночь, нужно успеть занять новую позицию, чтобы уже утром быть полностью готовым к выполнению приказа Жукова.

Глава 3

Кулагин этим временем получил у Яловчука оборудование и все необходимые инструменты для выполнения задания.

- Всё работает, - Кулагин проверил свое оборудование.

- А где Бусыгин? – спросил Яловчук.

- Понятия не имею. Пора на задание идти. Он пропадает где-то.

- Куда он мог пропасть?

- Дядя Миша, ты не заметил, он в последнее время какой-то странный?

- После ранения такое бывает, не обращай внимание.

Василий посмотрел на часы, которые ему подарил Жуков.

- Ну что, надо идти. Времени больше нет.

- Ты один пойдешь?

- Доложу сначала командиру, что Бусыгин пропал, а он уж как там решит.

В это время прибежал Бусыгин.

- Дядя Миша, срочно давайте оборудование, времени нет, - запыхавшись, пробормотал Бусыгин.

- Я хотел уж командиру идти докладывать о твоей пропажи, - сказал Василий Кулагин.

- А я нисколько не сомневался, что тебе бы лишь заложить меня, - прорычал Бусыгин.

- Коля, зачем ты так? – вмешался Яловчук, - он наоборот очень о тебе беспокоился.

- Дядя Миша, не задерживайте меня, пожалуйста, давайте оборудование.

Яловчук выдал оборудование.

- Всё, спасибо, дядя Миша.

- А ты не будешь его проверять? – спросил Яловчук.

- Иди доложи командиру, что к выполнению задания готовы, а я проверю этим временем оборудование.

- Ты не успеешь.

- Вася, ты по себе людей не оценивай. Тут проверять две минуты.

- Ну как знаешь.

- Вот и отлично.

- Ты где хоть был? – спросил Кулагин.

- Вася, задерживаешь, - рявкнул Бусыгин.- Лезешь не в свое дело.

- Дядя Миша, я пока оставлю оборудование у тебя?

- Оставляй.

- Сейчас вернусь, - сказал Кулагин.

Глава 4

Кулагин явился к командиру доложить о готовности выполнять задание.

- Жуков приезжал, - сказал Никифоров, - привез два километра кабеля.

- Очень хорошо.

- Это да, но плохо, что ты уже колхозный кабель срезал. Мне эта идея сразу не понравилась.

- Но кто мог знать, что сам Жуков кабель привезет?

- А я прям печенкой чуял, что не надо колхозный кабель резать.

- Виноват, товарищ майор.

- Дорого нам твоя инициатива обходится. В следующий раз, что бы что-то предложить, подумай сто раз.

- Так есть, товарищ майор.

- Ладно. Я Бусыгина направлю восстанавливать связь с колхозом, а ты пойдёшь тогда один, восстанавливать связь с ротой Шилова.

- Так есть, товарищ майор.

- За сутки успеешь? – спросил Никифоров Кулагина.

- Успею, товарищ майор.

- Как стемнеет, приступай к выполнению. Связь с Шиловым для нас крайне важна.

- Но стемнеет часа через два.

- Значит, через два часа пойдёшь. На пути есть открытые участки, которые немцы могут просматривать. Так что будь очень внимателен, не дай себя обнаружить.

- Есть товарищ майор.

Кулагин заметил портфель под столом.

- Товарищ майор, - обратился Кулагин, - а чей это портфель?

- Какой?

Кулагин указал на портфель под столом.

- Жуков забыл, - встрепенулся Никифоров.

Никифоров в спешке схватил телефон и набрал майора Бахирева.

- Это Никифоров, к вам едет Жуков, как приедет, срочно меня с ним соедините.

Никифоров взял в руки портфель.

- Может кого-то направить отвезти Жукову портфель? – предложил Кулагин.

- А если Жуков решит сам вернуться за ним, или кого-то пришлет из своих людей за портфелем? А портфеля у меня не будет. Тогда что? А если мой солдат не довезет портфель? Попадет под бомбежку например? Где я этот портфель тогда искать буду?

Но, настоящую причину, почему он не хотел отправить кого-то из своих солдат отвезти портфель Жукову, Никифоров не озвучил. Он не знал кто в его части предатель. И могло так получиться, что портфель отвезти он мог поручить предателю. В этом случае, документы генерала, от которых возможно зависит исход войны, оказались бы в руках у врага.

- Вы правы, товарищ майор.

Никифоров положил в сейф портфель.

- Кулагин, - обратился Никифоров, - давай отнесем сейф в подвал, мало ли что.

- Думаете в подвале надежней? – спросил Василий.

- Думаю да.

Глава 5

Кулагин пришел к Яловчуку.

- Дядя Миша, а где Бусыгин?

- Не знаю, сказал, что сейчас подойдёт.

- Честно говоря, это уже напрягает.

- Командир приказал идти сейчас на задание?

- Через два часа. Я иду один.

- Ну, а что тогда переживать?

- У него другое задание, я хотел ему его передать.

- Передашь.

- Дядя Миша, как? Его же нет.

- Ну, за два часа-то он вернется.

- А я не знаю. Он меня не предупреждал. Куда он пропал? Мне ничего не говорит.

- Вася, ты накручиваешь себе проблемы. Вот если его не будет через два часа, тогда да, надо переживать, а сейчас-то зачем?

- Но он-то не знал, что я пойду один на задание..

- Знал.

- Откуда?

- Лопухин ему сказал.

- А почему ты тогда спрашивал, идем ли мы на задание?

- Я просто уточнил. Может Лопухин, что-то не так понял.

- Но если даже и так, что нельзя было предупредить, куда пошел?

- Василий, да можно конечно. Я с тобой согласен.

- А Лопухин, только это сказал, или еще что-то?

- Сказал еще, что сам Жуков приказал менять позицию.

- Зачем?

- Сюда движется колонна танков. Жуков приказал оставить эту позицию и занять фланги на пути сюда.

- Мы не сможем уничтожить всю колонну с флангов.

- Сможем. Если уничтожить первый и последний танк в колонне, колонна будет заперта.

- Они спокойно обойдут подстреленные танки.

- Не обойдут. На том участке болотистая местность. Если они свернут с дороги, они потонут.

- Вот что значит генерал, придумал как с тремя пушками уничтожить колонну танков.

- А вот кстати и Бусыгин, - дядя Миша увидел Николая, - а ты переживал.

- Где ты был? – спросил Кулагин подошедшего Бусыгина.

- Тебе какая разница? – рявкнул Николай.

- Слушай, мне это уже надоело. Если касается лично меня, то можешь мне подлить как тебе вздумается, но если касается задания, то ты обязан выполнять всё четко.

- Какого задания?

- Ты идешь восстанавливать связь с колхозом.

- Ну и наглая же ты рожа. Ты значит, всё портишь, а я за тобой иди и всё ремонтируй.

- Коля, так вышло.

- У тебя всегда так выходит. Когда у тебя по-другому было? Вася насвиничает, а Коля убирает.

- Если надо, значит, будет убирать, - ответил Кулагин.

- Ах, вот как? Значит надо? Надо тебе рожу начистить, - Бусыгин схватил Кулагина.

Кулагин освободился от захвата и выкрутил руку Бусыгину.

- А ну прекратите, - вмешался Яловчук, - как петухи сцепились.

Кулагин отпустил Бусыгина.

- Я через два часа подойду за оборудованием, - сказал Кулагин и ушел.

- Коля, ты чего так на Ваську набросился?

- Дядя Миша, вы разве не видите? Он трус, думает только о своей выгоде.

- Коля тебе надо успокоиться.

- Мне нужно обезболивающее. Меня всего трясет.

- Попроси Варю, она тебе даст.

- У неё закончилось.

- Тебе на задание когда идти?

- Скоро. Пойду, попробую поспать пару часиков и пойду.

Глава 6

В санчасть пришел Бусыгин.

- Варя, мне плохо, мне нужен укол, - умолял Бусыгин.

- Я же сказала, у меня закончилось это лекарство.

- Посмотри повнимательней, может еще осталось что-то?

- Нет. Не осталось.

- Когда же это состояние пройдет?

- Это последствия контузии, надо перетерпеть.

- Я не могу терпеть.

- Завтра я тебе сделаю.

- А завтра оно откуда возьмется?

- Оно есть у командира. Сильнодействующие лекарства, он хранит у себя. Оказывается у него оно у него еще осталось. Завтра он мне выдаст.

- Почему завтра, а не сейчас?

- Он выдает его строго ограниченным количеством.

- Попроси его вместо завтра, сегодня выдать.

- Это бесполезно.

- Но мне в ночь идти на задание. Я здохну до завтра.

- Коля, потерпи чуть-чуть.

- Варя, пожалуйста, сделай что-нибудь.

- Извини, Коля, ни чем помочь не могу.

Глава 7

Через два часа Кулагин вернулся к Яловчуку за оборудованием.

- Ну, что готов? – Яловчук вынес Кулагину рюкзак с оборудованием.

- Готов, - Кулагин по привычке открыл рюкзак, что бы удостоверится, всё ли на месте.

- Всё в порядке?

- Да, дядя Миша. Спасибо.

- Ну, давай, удачи тебе.

- А Бусыгин-то уже ушел?

- Нет, вот его оборудование, стоит.

- Ну, и где он?

- Коль, не переживай ты, придет.

- Сам же нарушает задание, а потом разведет нытье, что лекарство ему не привезли.

- Ну, такой наш Колька, его уже не исправить.

- На задание отправляешься? – неизвестно откуда появился Фуфыгин.

- Семен, тебе какое дело? – за Кулагина ответил Яловчук.

- Да я, просто так заглянул, беспокоюсь за нашего Васюшку, как он там, без своей ненаглядной, - ехидно ответил Фуфыгин.

- Какой еще ненаглядной? – спросил Яловчук.

- А ты разве не знаешь дядя Миша? У нас же Васюшка мазохист. Для него самые дорогие люди, которые его лупят.

- Ты о ком?

- Про Варюху нашу. Она Васюту лупит, а он её любит.

Кулагин продолжал молчать, не обращая никакого внимания на Фуфыгина.

- Семен, иди спи, был отбой.

- Сейчас пожелаю удачи Кулагину и пойду.

- Обойдусь без твоих пожеланий, - ответил Кулагин.

- Вот ты не благодарная свинья, я о тебе беспокоюсь, а ты грубишь, - не унимался Фуфыгин.

- Семен, лучше иди спать, - сказал Кулагин.

- Сейчас пойду, дружище. Я ведь только о тебе беспокоюсь. Хочу, что бы ты спокойно выполнял задание, и не пережевал о своей любимой. Будь спокоен, я уж присмотрю как полагается за твоей шлюшкой.

Только это сказав, Фуфыгин сразу же получил по зубам.

- Ты мне зубы выбил, мразь, - Семен после такого сильного удара даже не сразу смог подняться.

- Ты чего, Кулагин, - к Василию сразу же подбежал Яловчук.

- Я его предупреждал, - ответил Кулагин.

Фуфыгин на четвереньках пытался встать с земли, выплёвывая кровь.

- Ты смотри, что ты наделал? – Яловчук смотрел на Семена.

- Он сам напросился.

- Ты как? – Яловчук подошел к Фуфыгину.

- Он мне зубы выбил, - Фуфыгин всё еще находился на земле и вытирал с лица кровь.

Яловчук помог подняться с земли Семену и отвел его в санчасть.

- Что случилась? – спросила Варя.

- Твой защитник ненормальный руки распускает, - присвистывая без зубов, ответил Семён.

- Кулагин постарался, - пояснил Яловчук, - я тебе его оставлю, мне надо Кулагина отправить, пока он еще что не натворил…

- Кулагин, ты знаешь, я могу тебя под трибунал отдать? – вернулся Яловчук.

- Знаю. Я готов.

- Я этого не сделаю. Я сам всё слышал. Фуфыгин конечно перегнул палку, но тебе надо быть сдержанней.

- Дядя Миша, как ты считаешь, если человек дал обещание, он должен его выполнять?

- А при чем тут это?

- Ты не ответил.

- Если дал, то должен.

- Я обещал выбить зубы Фуфыгину, и я свое обещание выполнил.

- И кому ты обещал?

- Фуфыгину! Он прекрасно знал, чем его слова могут закончиться.

- Ладно, Кулагин, иди, я тут всё улажу.

- Спасибо, дядя Миша, мне действительно пора.

- Береги себя, - Яловчук обнял Кулагина.

Глава 8

Уже поздно ночью за своим оборудованием явился Бусыгин.

- Ты где пропадал? – спросил Яловчук.

- Извини, дядя Миша, проспал.

- Два часа ночи.

- Знаю. К утру всё сделаю.

- Не успеешь.

- Успею.

- Как себя хоть чувствуешь?

- Нормально, спасибо. Сон пошел на пользу.

- Я и смотрю, стал гораздо лучше выглядеть.

- Да, пришел в норму. Готов нести службу.

- Ну, и отлично.

- Дядя Миша.

- Что?

- У меня только одна просьба будет.

- Что за просьба?

- Командиру не говори, что я ночью ушел на задание.

- Я обязан ему доложить.

- Дядя Миша, я прошу тебя, скажи что вечером, как стемнело, так и ушел. Задание же я выполню. Какая разница, на 2 часа раньше, на 2 часа позже я вышел.

- Ладно, иди,

- Я твой должник, дядя Миша.

- Ладно, иди уже, - Яловчук похлопал Бусыгина по плечу.

Глава 9

Идя несколько часов в лесу ночью, Кулагин сбился с курса. Он стал вглядываться в небо, чтобы найти полярную звезду. Еще в детстве он любил подолгу смотреть на ночное небо. Он мог часами смотреть на звезды. Бесконечное пространство завораживало Василия. Он сам не знал, что он пытался там разглядеть, но ему казалось, что там находится что-то важное, может быть даже самое важное. По крайней мере именно там находятся все ответы. По-другому просто быть не может. Еще в школе он узнал, что с древних времен моряки ориентировались по звездам. Но в детстве его знания в созвездиях ограничивались малой и большой медведицей. Гораздо позже, проходя срочную службу в армии, он узнал, что именно по большой и малой медведице можно вычислить стороны света. Вот и пригодились эти знания на практике. Найдя полярную звезду на небе, он определил, где находится север. Теперь нужно было найти направление пути и строго его придерживаться. Проходя заросли кустов, Кулагин потерял много сил, и решил минут десять отдохнуть. Он сел на траву и достал фляжку с водой. Его так мучила жажда, что он выпил почти всю фляжку. Воды осталось еще на пару глотков.

- До утра хватит, - рассуждал Кулагин, - а утром я буду уже в части Шилова, там заполню фляжку водой.

Собравшись продолжить путь, он вдруг услышал немецкие голоса. Прислушавшись, Кулагин, пытался определить откуда идут голоса. Голоса становились всё ближе и ближе. Кулагин уже мог частично разобрать слова. Наконец-то он увидел и самих немцев. Их было двое. Кулагин направил на них винтовку.

- Может уничтожить противника? – думал Кулагин. – А вдруг они не одни? Я выдам своё местоположение, и тогда не смогу выполнить задание. Даже если их только двое, я смогу сразу уничтожить только одного, второй откроет ответный огонь.

Немцы прошли мимо кустов, где прятался Кулагин.

- Самое лучшее, это выяснить, зачем они здесь? – рассуждал Кулагин. – Не погулять же они пришли ночью в русский лес. Им здесь что-то нужно. Но что?

Кулагин решил проследить за немцами. Оставаясь незамеченным, Василий так за ними прошел несколько часов. Наконец немцы остановились у каких-то зарослей и стали отодвигать ветки.

- Это маскировка, - наблюдал Кулагин, - но что они прячут за этими ветками? Что у них здесь находится?

В темноте было очень тяжело разобрать, что же находится за этими ветками. Кулагин занял выжидательную позицию и стал наблюдать. В данной ситуации, это всё что оставалось делать. Только на рассвете он смог разглядеть, что же так тщательно немцы здесь замаскировали. У противника здесь находился телефонный узел. В это время он должен был быть уже в части Шилова. Задание он уже не успевал выполнить. Встал вопрос, оставить наблюдение, и отправиться выполнять задание, или остаться здесь?

- Немецкий телефонный узел в данной ситуации не менее важен, чем задание майора Никифорова, - рассуждал Кулагин. - Найти точку связи врага, это большая удача. Это значит, что можно подключиться к связи противника и быть в курсе их планов.

Кулагин решил остаться у телефонного узла и ждать, когда уйдут эти двое немцев и тогда можно спокойно подключиться к узлу.

Глава 10

Утром в часть приехал Жуков. В планах у него не был повторный визит в часть Никифорова, но портфель с важными документами забытый у Никифорова нарушил планы генерала. Через неделю Жуков должен был быть с докладом о действующем положение дел на Ржевско-Сычевском направлении у Сталина. Проблемы со связью не давали узнать полной картины на фронте. Сложившееся положение требовало непосредственного вмешательства генерала. Само присутствие Жукова уже вдохновляло солдат. Видя генерала, солдаты знали, что они не брошены. Если уж сам генерал приехал, значит, этот участок за который они воюют, действительно важен для страны, и его надо во что бы то не стало, отстоять. Жуков лично встречался с командующими подразделений и давал им четкие указания. И от того, насколько быстро Жуков мог прибыть в часть и дать распоряжения, зависели результаты сражений. И возвращение в часть Никифорова, означало потерю драгоценного времени. Жуков сразу же быстрым шагом прошел к командиру части.

- Здравия желаю, товарищ генерал, - отдал честь Никифоров.

- Вольно, майор. Я за портфелем.

- Портфель в надежном месте.

- Это хорошо.

- Не думал, что вы лично приедете за ним.

- Документы слишком важные, что бы кого-то за ними посылать.

- Сейчас я вам принесу портфель.

- Он не здесь?

- Я его запер в сейфе, а сейф отнёс в подвал.

- Зачем?

- Извините товарищ генерал, но если ваш план не удастся по сдерживанию колонны танков, то это здание окажется в руках врага. Поэтому я посчитал нужным спрятать сейф в подвале.

- А в подвале вы считаете немцы не найдут сейф?

- Если бы вы видели, сколько хлама в подвале, то думаю, у вас бы не было таких опасений. Что бы там чего-то найти, нужно там поселиться жить.

- Не стоит недооценивать противника. Не забывайте, у вас в части, может быть, немецкий агент.

- Даже если и так, у него нет ключа от сейфа. А найти, вынести и тем более унести одному ста килограммовый сейф не просто проблематично, а нереально.

- Хорошо, пойдемте за портфелем.

- Может вам лучше здесь подождать?

- Почему?

- Там столько хлама, что черт ногу сломит.

- Ничего, пойдемте. А по пути расскажите об обстановке.

Никифоров с Жуковым направились в подвал. Углы в подвале были в паутине, везде валялся какой-то хлам на котором был толстый слой пыли.

- Действительно черт ногу сломит, - запнувшись, сказал Жуков.

- Осторожней. Я говорил, что вам надо было подождать наверху.

- Времени нет, ждать. Доложите об обстановке.

- Все ваши указания выполнены. Пушки перебросили на новые позиции, ждем колону немецких танков.

- Как вы считаете, удержите позицию?

- Удержим, товарищ генерал.

- А если считаете, удержите, какого черта вы сюда запрятали портфель?

- Для подстраховки. Я же не знал, что вы приедете. Поэтому нужно было спрятать портфель как можно надежнее.

- Я бы приехал раньше, если бы не застрял в этих Ельниках.

- Я же вам говорил, что там дорога разбита.

- Там дорога не просто разбита, а её можно сказать, там нет. Колдобина на колдобине. Мы пять часов потеряли, что бы просто развернуться. По этой дороге и вездеходы не проедут. Думал как быстрее, не получилось.

- Не зря же говорят «Быстро — это медленно, но без перерывов».

- Вынужден согласиться с тобой, майор. Перерыв в Ельниках оказался затяжным.

- Товарищ генерал, пришли.

- Ну и где сейф?

- Вот он, - Никифоров снял пленку, под которой был спрятан сейф.

- Открывайте.

- Странно, - замялся Никифоров.

- Что?

- На пленке были школьные учебники за третий класс.

- И что?

- А теперь они наоборот, оказались не на пленке, а под пленкой.

- Открывайте сейф, майор.

Никифоров открыл сейф.

- Где портфель? – спросил Жуков.

- Его нет, - ели выдавил из себя Никифоров.

Часть 4 Дезертирство

Глава 1

- Что значит, нет портфеля? – Жуков был взбешен. - А где он?

- Не могу знать, - скованно ответил Никифоров.

- Что происходит, черт побери? – кричал Жуков.

- Портфель был в сейфе.

- Что значит был?

- Я лично положил портфель в сейф.

- Так и где он?

- Он пропал.

- Ты говорил, что портфель в надежном месте.

- Я считал сейф надежным местом.

- Ты не должен был ничего считать. Ты должен был из рук не выпускать портфель и ждать меня.

- Виноват, товарищ генерал.

- Ты хоть понимаешь, что произошло? В этом портфеле планы всего фронта. Секретные документы с расположением наших войск, планы снабжения наших армий продовольствием, техникой, оружием и это оказалось в руках у противника. Да нас расстреляют за это. И тебя и меня, и правильно сделают.

- Что теперь делать?

- Ты меня спрашиваешь? Это я тебя должен спрашивать. Это твоя часть, и ты за всё здесь отвечаешь.

- Я даже не знаю на кого подумать.

- А я тебя предупреждал, что у тебя в части предатель. Ты какие действия предпринял по выявлению?

- Я занимался сменой позицией.

- Ты должен был всем заниматься, - жуков был в ярости. - Тогда бы не было той ситуации, в которой мы сейчас оказались. Ты думаешь, почему я лично приехал за портфелем? Просто захотелось? Нет. Я и мысли не допускал, чтобы портфель попал к врагу. Потому что в противном случае, войну можно считать проигранной.

Никифоров сел на пол, и закрыл голову руками.

- Я не понимаю, как это произошло, - бормотал Никифоров, - я лично положил портфель, ключ только у меня, я ничего не понимаю.

- Отставить паникерство, - скомандовал Жуков, - развёл тут нюни. Ты командир роты, а ведешь себя как баба пролившая кислое молоко. Встать, когда с тобой генерал разговаривает.

Никифоров поднялся с пола.

- Прикажете сдать командование? – спросил он.

- Ты что, сдался, майор?

- Я не справляюсь с поставленными задачами, считаю должным снять с себя полномочия, и понести наказание.

- Ты считаешь, что есть более достойные кандидатуры на твое место?

- Старший лейтенант Яловчук, опытный боец, думаю, у него лучше получится.

- А сейчас какие обязанности у твоего Яловчука?

- Он отвечает за хозяйственную часть, за материально – технические ценности.

- Пусть и дальше отвечает.

- Но больше некого поставить на мое место.

- Я думаю, в данной ситуации смена командира нанесет еще больше вреда. Но оставлять, всё как есть нельзя.

- Что прикажите?

- Самое первое приказываю тебе собраться, майор. Оценить ситуацию, и предпринять оперативные действия.

- Так есть.

- Когда ты видел портфель последний раз?

- Часов 8 назад.

- Значит, 8 часов, это максимум, как пропал портфель. В реальности это цифра может быть в разы меньше. Пока предатель пробрался в подвал, пока открыл сейф, без ключа это занимает какое-то время, пока вынес, и это всё надо сделать незамеченным, и того получается, пропажа портфеля ограничивается несколькими часами. Я не исключаю даже, что портфель может находиться еще в части. Первое, что тебе нужно, это обыскать часть.

- Есть.

- Даже если портфель покинул часть, он еще и не у немцев. Он у предателя. Самое логичное, куда он пойдет, это в Ржев. Если портфель окажется в Ржеве, его можно считать потерянным. До этого есть все шансы его вернуть.

- Но чтобы предателю дойти до Ржева, нужно пройти наши занимаемые позиции.

- Поэтому надо продумать, его путь, - Жуков склонился над картой на столе.

- Поблизости находится немецкая группа танков, возможно предателя до Ржева будут сопровождать танки.

- До танков надо дойти еще. А мы этого не допустим. Где были замечены танки?

- Вот здесь, - Никифоров указал на карте.

- Тогда ему нужно будет пройти Балашихинский лес.

- Это всего 10 киллометров.

- Ты должен на поиски предателя послать самого лучшего следопыта, который у тебя есть. И он должен найти его раньше, чем он доберется до немецких танков. А я соберу все действующие силы на этом участке, и если твой следопыт не успеет перехватить предателя, то мы единым кулаком ударим по вражеским танкам и полностью их уничтожим.

- Хороший план, товарищ генерал.

- Тогда ищи самого лучшего следопыта в своей части.

- Лейтенант Лопухин.

- Что Лопухин?

- Виталий Лопухин, снайпер, он лучший следопыт.

- Это который, твой разведчик?

- Да. Уверен, он найдет портфель.

- Хорошо. Но эту позицию не оставлять. Она слишком важна. И Лопухина лучше не одного посылать, хотя бы на это задание надо двоих выделить. Я понимаю, что он лучший снайпер у тебя, мастер маскировки, но мы не знаем, с кем имеем дело.

- Всё ясно, товарищ генерал.

- Связь с частью Бахирева есть?

- Да.

- Набери мне его.

Никифоров взял телефон и набрал Бахирева.

- Бахирев у телефона, - Никифоров протянул трубку телефона Жукову.

- Майор, - обратился Жуков, - Выдели срочно отряд. Займи Балашиху, все кто будет выходить из леса, всех задерживать. При сопротивление, открывать огонь на поражение. Я скоро к вам прибуду.

Жуков положил трубку.

- А если предатель выберет другой путь?

- Вот она дорога в Ржев, - Жуков Никифорову показал на карте, - здесь и здесь наши части, через них предатель не пройдёт, поэтому будет их обходить через Балашихинский лес. При выходе из леса его будут ждать наши солдаты. А твой снайпер пусть его преследует и ведет к выходу. А если снайпер твой настолько хорошо, как ты говоришь, то он его возьмет еще в лесу.

- Вас понял, товарищ генерал.

- Следующее. Когда ты в последний раз проводил построение?

- Давно.

- В смысле давно?

- Я не считал нужным лишний раз тревожить солдат. После боев все устали…

- Война идёт, а ты не считаешь нужным. Есть устав, надо делать всё по уставу.

- Виноват. Но я и так знал, кто присутствует, кто отсутствует в части.

- На данный момент, кого нет в части?

- Нет двух связистов, красноармейцы Бусыгин и Кулагин. Они сейчас занимаются востановкой связи.

- Уже что-то. Если портфеля в части нет, то значит он у того, кто покинул часть. Провести построение и выяснить, кто отсутствует.

- Так есть.

- Повторите поставленные задачи.

- Обыскать часть, выяснить, кто отсутствует, послать следопыта.

- Найди портфель, во что бы то ни стало. Добраться до Ржева, у предателя займет не меньше недели. Время вернуть портфель есть.

- Есть товарищ генерал.

- Мне надо ехать. Через неделю я должен прибыть к Сталину, естественно с документами, которые пропали. Перед приездом к Сталину, я заеду сюда за портфелем. Портфеля не будет, считай расстрел.

- Всё ясно?

- Портфеля не будет – расстрел.

- Всё верно. Не теряйте время, приступайте к заданию.

Глава 2

Три часа провел Кулагин в засаде, прежде, чем немцы покинули точку. Самое главное, в наблюдение за противником, это не выдать себя. Любой посторонний шорох, мог провалить наблюдение. В один момент, Кулагину показалось, что даже природа против него. Пролежав в засаде два часа, поблизости от Кулагина в траве начал шелестеть ёжик. Посторонний звук привлёк внимание одного из немцев, и он решил проверить причину шороха. Выйдя на ёжика, немец без труда заметил бы и Кулагина в кустах. Василий, протянул руку к ёжику, стараясь не наделать лишний шум, спрятал его за пазуху. Свернувшись в комочек, ёжик затаился. Хотя ёжик и перестал шуметь, перед этим он успел нанести своими острыми иголками довольно ощутимые уколы Василию в руку. Вскрикнуть и покрыть матом колючее создание как подабалось русскому мужику с древних времен на Руси в данной ситуации, было нельзя. Всё, что оставалось, это молча терпеть. Самое главное, подвигав кусты ногой немец, не обнаружил слежку и вернулся к телефонному узлу. Сделав свою работу по наладке телефонного оборудования, немцы замаскировали узел связи, накрыв его ветками. Дождавшись, ухода врага, Кулагин подключился к телефонному узлу. Пять часов Кулагин провел, прослушивая связь. Но всё что он слышал, это тишина. Василий даже засомневался, работает ли оборудование. Прозвонить, и проверить рабочее состояние оборудования он не мог. Всё что оставалось, это просто ждать. Кулагина начала мучить нестерпимая жажда. Вода во фляжке давно закончилась. Оставить прослушку и уйти на поиски воды он не решался, боялся пропустить звонок. И терпеть жажду уже было невыносимо. Единственный выход был, это утолить жажду из лужи, которая была поблизости. Хоть и противно, но это не самое страшное в войне. Ради победы, в которой Василий не сомневался, можно и потерпеть, некоторые невзгоды.

Кулагин не знал и не мог знать, произойдет ли вообще какое-то соединение через этот телефонный узел. А если и произойдет, то не факт, что он разберет немецкую речь, а если даже и разберет, то эта информация может вообще не иметь какого-то важного значения. Слишком много «Но». А главное задание, которое ему поручили, восстановить связь с частью Шилова, так и остается не выполненным. После долгого ожидания, Кулагин стал думать оставить позицию, и отправиться на выполнение задания. Но то, что он так ждал, произошло. Василий услышал в телефонной трубке гудки. Кулагин сосредоточил всё своё внимание на соединение. Самое главное разобрать и понять немецкую речь. Еще больше волнение возникло, когда он понял, кто разговаривает. Такого Кулагин никак не ожидал. Данный разговор имел сверх важное значение. И хотя какие-то военные секреты вермахта Кулагин не узнал, Гитлер отдал приказ, под страхом смерти, ни в коем случае не обсуждать засекреченные планы вермахта по телефону, только общая информация, но то кто разговаривал, имело уже невероятное значение. Разговор был между двумя генералами немецких армий, генерал-полковником Вальтером Моделем и генерал-майором Фридрихом Паулюсом. Даже та общая информация, которую Кулагин получил из разговора двух немецких генералов, могла принести неоценимую помощь, если ей правильно и вовремя воспользоваться.

- Как ваше здоровье после ранения, господин Модель? – услышал Кулагин в трубке голос генерал-майора Паулюса.

- Можно сказать, полностью восстановился, господин Паулюс. Снова в строю. Чувствую себя хорошо.

- Не подвергайте больше себя такому риску.

- Война без риска невозможна.

- Согласен с вами господин Модель.

- А у вас как дела, господин Паулюс?

- Мне предстоит брать Сталинград. Гитлер не доволен обстановкой под Сталинградом. Уже больше месяца там идут бои, а желаемого результата нет. В скором времени я лично прибуду на этот участок фронта. Гитлер мне поручил захватить этот город, и я сделаю всё, что бы выполнить его приказ.

- Это будет нелегко. Это крупный индустриальный город через который пролегают стратегически важные маршруты. Они соединяют центр с южными регионами СССР, в том числе с Кавказом. Русские просто так этот город не отдадут.

- Это понятно, - согласился Паулюс. - Тут дело в другом. Этот город носит имя Сталина. Здесь уже вопрос престижа. Захват Сталинграда, с точки зрения идеологии, это победа.

- Это победа даже не с точки зрения идеологии, а со всех точек зрения. Захватив Сталинград, мы перережем жизненно необходимые в войне водные и наземные коммуникации СССР, советская армия лишится снабжения, и ко всему прочему мы прикроем свои войска идущие на Кавказ.

- Вы правы, господин Модель. Как дела обстоят на вашем участке фронта?

- Ржев полностью под нашим контролем. Все попытки русских вернуть город, полностью провалились.

- Помните, о приказе Гитлера, - напомнил Паулюс своему собеседнику, - никаких деталей, только общая информация, которую если узнают русские, не смогли бы её использовать во вред вермахта.

- Я помню, генерал-майор, - ответил Модель. – Можете не беспокоиться, линия проверяется каждый день, все узлы замаскированы, прослушка нашего разговора исключена.

- Это хорошо. Что с заданием по устранению генерала Жукова?

- Гурт провалил задание. Жуков жив.

- Адмирал Канарис меня уверял, что Варану можно поручать любые задания, а его агент Гурт, провалил дело. Жуков включен в список личных врагов Гитлера, и устранение советского генерала это дело чести, для любого немецкого солдата.

- Гурт, не немецкий солдат.

- Прошу вас без деталей, - проявил осторожность Паулюс.

- Если даже русские что-то и узнают о Гурте, он уже покинул советскую часть.

- Это точная информация?

- Деталей я не знаю. Варан слишком осторожничает. Но если даже Гурт еще в части, в ближайшее время его там не будет.

- Куда смотрит Варан? Его агент не выполнил задание и собрался сбежать?

- Нет. Покинуть часть Гурту приказал Варан.

- Зачем? Гурт себя раскрыл?

- Варан действовал по обстановке. Гурт завладел портфелем с документами Жукова, и теперь должен передать их Варану.

- Что за документы? – спросил Паулюс.

- Варан пока сам не знает. Возможно в портфеле планы всего фронта. То, что документы самого генерала Жукова, это уже представляет большую ценность для вермахта. Нет никаких сомнений, что информация, содержащаяся в документах, значительно ускорит нашу победу в войне.

- Я прекрасно понимаю важность этих документов. То, что документы Жукова у Гурта, это хорошо. Но нам от этого никакой пользы. Польза будет, когда документы будут у нас.

- Сейчас Гурт должен доставить портфель Жукова Варану.

- После того, как Варан получит портфель с документами, пусть ликвидирует Гурта. Все агенты, кто видел Варана в лицо, должны быть уничтожены. Варан слишком ценен для нас.

- Гурт не видел Варана в лицо. Задания Гурт получал через радиоточку. Надо подумать, как Гурта можно еще использовать. Он толковый агент, Варан высоко о нем отзывался. Я вполне допускаю, что Гурт еще может послужить вермахту.

- Гурт это отработанный материал. От него уже никакой пользы не будет. И лишние риски нам ни к чему. Не будем отклоняться от правил. При передаче портфеля Гурт увидит Варана, а значит должен быть уничтожен. Сейчас нам надо подумать о другом. Нам надо оказать поддержку Варану по доставке документов в вашу часть.

- Господин генерал-майор, я предлагаю документы Жукова доставить не ко мне, а к вам.

- Варан находится на вашем участке фронта. Проще и ближе Варана направить к вам.

- Дело в том, что и русские также будут думать, что Варан пойдёт в Ржев или Сычевку, поэтому сделают всё, что бы его перехватить. А так как, часть путей к нам контролируются советскими войсками, есть вероятность, что документы Жукова до меня не дойдут. Да и Варана можем потерять. Адмирал Канарис нам этого не простит.

- Господи Модель, вы же в курсе, что Гитлер перевёл меня на Сталинградский фронт. А до Сталинграда более тысячи километров.

- Вот и хорошо. Русским и в голову не придет, что Варан может направиться в Сталинград, а он направится. Тем более мы изначально планировали Варана после Ржева направить к вам. Все атаки русских мы отразили. Красная Армия понесла колоссальные потери, все их наступления мы отражаем. Так что моя задача по взятию Ржева можно сказать с уверенностью, выполнена. А вам предстоит занять Сталинград. И помощь Варана вам будет очень нужна, с его умением добывать информацию вы займете Сталинград гораздо быстрее.

- Мне кажется, вы преувеличиваете работу Абвера. Мы Сталинград возьмем в любом случае.

- В начале, я тоже скептически отнесся, что адмирал Канарис на мой участок фронта направил Варана, вы же знаете моё мнение на это счет. Но должен сказать, Варан нам оказал неоценимую помощь. Я уже думаю, что нам нужно пересмотреть нашу позицию, и таких людей включать в высший офицерский состав вермахта.

- Даже так?

- Уверяю вас, господин Паулюс.

- Я думаю, с Варана вполне достаточно, что его Гитлер наградил железным крестом.

- И вполне заслуженно.

- Слышал бы вас господин Мюллер.

- Свое негативное отношение к Абверу Мюллер не скрывает, и на то думаю, есть причины.

- И какие же?

- Я думаю, что у господина Канариса есть компромат на Мюллера, что его естественно нервирует, но заставляет держаться в рамках.

- Тут я ничего не могу возразить. Я согласен, что развед данные Варана безусловно окажут нам помощь, и ускорят захват Сталинграда. Но включить Варана в высший офицерский состав, даже не знаю.

- Адмирал Канараис, хочет это обсудить с Гитлером.

- Вы слишком преувеличиваете работу Абвера. Я могу понять господина Канариса, ему надо показать, что работа его разведки имеет исключительное значение в этой войне. Но мы то с вами знаем, что наши успехи на советском фронте это не за счет Абвера.

- Господин Паулюс, я не говорил, что успехи на советском фронте за счет Абвера. Но надо признать, что Абвер это одна из составляющих успеха. И если Гитлер спросит моё мнение по поводу включения Варана в высший офицерский состав, я отвечу, что если Варан оказал исключительную помощь на фронте, то можно и со своей стороны сделать исключение, и присвоить Варану звание которого он заслуживает.

- Господин Модель, будет Варан введен в высший офицерский состав, или нет, это дело будущего и не в нашей компетенции. Давайте обсудим непосредственное наше взаимодействие с агентурой Абвера.

- Надо придерживаться изначального плана. Варана нужно переправить на ваш участок фронта, под Сталинград. Это уже согласовано с господином Канарисом.

- Но мы же не планировали, что Варан после Ржева направится под Сталинград с документами Жукова.

- В данной ситуации, думаю, это наиболее верное решение.

- Если вы уверены, что Варан вам больше не нужен…

- Генерал-майор, - перебил Модель Паулюса, - я не говорил, что Варан мне не нужен. Варан мне нужен, но в данной ситуации он вам нужен больше. Ржев уже наш, а Сталинград еще предстоит брать. Наша работа удержать город, а ваша работа захватить. Вы меня понимаете?

- Когда Варана сняли с Ленинградского направления, и направили на Ржевское, тоже говорили, что Ленинград уже наш, и что?

- С Ленинградом другая ситуация.

- Если вы уверены, что Ржев вы удержите, тогда направляйте Варана ко мне.

- Расстояние очень большое. Вы сможете сюда выслать самолет? Это самый простой способ переправки к вам Варана с документами.

- Вы имеете в виду, в Ржев выслать самолет?

- Нет. Варану лучше не в Ржев идти.

- А куда?

- Мы обговаривали это место. Лучше его не называть в телефонном разговоре.

- Понял.

- Там хорошая посадочная площадка, и уже подготовлена маскировка для самолета. Да и подумать, что в этом месте может быть посадка для самолета, невозможно. Так что русские его не обнаружат.

- Хорошо. Тогда давайте подумаем, какую поддержку мы можем оказать Варану, добраться до этого места.

- У меня есть отряд невидимка, который проведет Варана.

- Что за отряд?

- Отряд состоит из двух броневиков и двадцати двух подготовленных солдат. Отрядом руководит один из лучших моих офицеров.

- Насколько я знаю, у вас там недалеко от Варана находится танковая рота Фогеля. Причем усиленная рота. Я думаю, танки окажут более существенную охрану Варану.

- Нет. У танков другая задача.

- Значит, снимите их с этой задачи и поручите обеспечить безопасность Варану. Это сейчас самое главное.

- Генерал-майор, русские знают про танки, а про отряд невидимку нет.

- Ну и пусть знают. У них нет сил для нападения на танковый отряд. Вы же всю советскую армию под Ржевом разгромили.

- А что если прибудут резервные войска? Этого нельзя исключать. Этих русских убиваешь, а они снова прибывают и прибывают. Людские потери русских уже исчисляются в миллионах. Но на место одной уничтоженной армии прибывает другая. Мне иногда кажется, что у них бесконечные человеческие ресурсы. Но даже если резервные войска не прибудут, русские могут остатки сил собрать в единый кулак и бросить на захват танковой роты. Незамеченными танковая группа не сможет провести Варана. Танки оставляют слишком глубокие следы. Так что бой с танками неизбежен. А что если русские уничтожат танк, в котором будет портфель Жукова? И важные для нас документы погибнут. А этого допустить нельзя. А про отряд невидимку никто не знает. Прежде чем выбирать маршрут, разведка выясняет его на предмет безопасности и только после этого по нему движется. Все свидетели, попадающиеся на пути отряда, уничтожаются.

- Хорошо. Ваша задача тогда, доставить Варана до места, где его будет ждать самолет.

- Думаю в течение суток, двух, отряд невидимка встретит Варана, и еще суток пять, это максимум, понадобится для того, чтобы доставить Варана к вашему самолёту. Если не будет никаких препятствий и проблем, то вполне возможно отряд прибудет на место и через трое суток.

- Тогда через трое суток наш самолет будет ждать Варана. Будет ждать столько, сколько потребуется.

- Хорошо…

Эти несколько минут, которые Кулагин слушал разговор двух немецких генералов, оправдали все потраченные усилия.

Историческая справка:

Фридрих Паулюс – генерал майор, позже получивший звание генерал-фельдмаршала, командующий 6-й армией вермахта, один из разработчиков нападения на СССР, плана Барбаросса, ставший поворотным в истории Третьего рейха.

Вальтер Модель – генерал-полковник, позже получивший звание генерал-фельдмаршала, командующий 9-й армией вермахта. В начале войны добился крупных успехов, нанес наибольший вред СССР. Только на Ржевском направление уничтожил около 600 000 советских людей, включая гражданское население. За всё время войны, человеческие потери от армии Моделя составили около миллиона человек. Один из немногих генералов, позволявших себе игнорировать указания Гитлера и действовать по своему усмотрению. Несмотря на это, он пользовался безграничным доверием фюрера. Гитлер ему поручал особо трудные участки фронта. Проявлял крайнюю жестокость на советском фронте, использовал тактику «выжженной земли», заживо сжигая вместе с имуществом гражданское население, включая стариков, женщин и детей. Бесчеловечную жестокость проявлял на допросах к советским военнопленным, выкалывал глаза, отрезал носы, уши, половые органы. По иронии судьбы Владимир Ильич Ленин являлся восьмиюродным братом Герты Гуйсен, жены Моделя.

Ви́льгельм Кана́рис – адмирал, начальник абвера (службы военной разведки и контрразведки). В начале 1941 года Канарис провёл успешную операцию по дезинформации советского командования — ему удалось убедить советскую разведку в том, что Германия готовится к нападению на Великобританию, и обеспечить внезапность нападения немецких войск на СССР. После ряда провала операций и покушения на Гитлера в 1944 году, о котором Канарис знал, и ничего не предпринял для предотвращения, по приказу начальника гестапо Мюллера адмирал был арестован, а 9 апреля 1945 года незадолго до окончания войны был казнен.

Ге́нрих Мю́ллер — группенфюрер СС, генерал-лейтенант, начальник тайной государственной полиции. Как начальник гестапо Генрих Мюллер был причастен почти ко всем преступлениям тайной полиции и управления безопасности (РСХА) и олицетворял собой террор гестапо.

Глава 3

После того, как генерал Жуков покинул часть Никифорова, майор сразу же вызвал к себе Яловчука.

- Старший лейтенант, провести построение, и выяснить, кого нет в части, - дал задание командир.

- Товарищ майор, после занимания новой позиции я уже провел построение. В части нет красноармейцев Бусыгина и Кулагина.

- Неужели кто-то из них взял портфель?

- Какой портфель? - спросил Яловчук.

- Старший лейтенант, где сейчас лейтенант Лопухин?

- На наблюдательном пункте.

- Пусть срочно явится ко мне.

- Есть.

- Можете идти.

При выходе из штаба командира Яловчук столкнулся с Бусыгиным.

- Товарищ майор, - обратился Яловчук, - в части отсутствует только один боец, Кулагин.

- Не может быть, чтоб Кулагин взял портфель, - подумал Никифоров.

- Задание выполнено, товарищ майор, - сказал Бусыгин, - связь с колхозом восстановлена.

- Хорошо, отдыхай солдат. Даю тебе на сон восемь часов, после явишься ко мне.

- Есть товарищ командир.

Бусыгин вышел из штаба командира.

- Что случилось командир? - спросил Яловчук.

- Пропал портфель Жукова.

- Как пропал? - удивился старший лейтенант, - Как это могло произойти?

- Жуков забыл портфель, я его спрятал в сейф, а кто-то его взял из сейфа, лопни моя селезенка, вот как пропал.

- И что теперь?

- Что, что? Надо найти портфель во что бы то ни стало.

- Вы думаете, его взял тот, кого нет в части?

- А что тут думать? Если портфеля нет в части, то очевидно, что его взял тот, кто отсутствует в части.

- Вы думаете это Кулагин?

- Не знаю. Если бы это был Бусыгин, то он бы не вернулся.

- Значит, остается Кулагин.

- Не могу поверить, что бы Кулагин был предателем. Он столько разных предложений вносил по укреплению нашей позиции.

- Я тоже не могу поверить, - согласился Яловчук.

- Пока рано делать выводы. Надо сначала обыскать часть. В общем так, лейтенант, возьми Лопухина, и вместе с ним обыщите территорию, все помещения, казарму, столовую, палату, всё досконально.

- На это уйдет весь день.

- Много. Надо сделать это как можно скорее.

- Территория большая, только к вечеру управимся. Нам нужно еще кого-то выделить.

- Пойми, Яловчук, мы не знаем кто предатель. Может он еще в части. Я могу разве что только себя выделить.

- Втроем уже быстрей справимся. Разрешите преступить к заданию?

- Приступайте. А солдаты без приказа пусть не покидают свои позиции.

- Есть товарищ командир.

Глава 4

Уже 8 часов Кулагин шел в часть. Сведения, которые он добыл в ходе разведки, очень ценны. Он узнал, что немецкий агент Гурт выкрал портфель Жукова, и должен передать его Варану, а Варан доставить генералу Паулюсу под Сталинград.

- А настолько ли ценная эта информация, - стал сомневаться Кулагин, - что собственно я узнал? Что выкрали портфель? Так это и так обнаружили наверняка. По большому счету, я ничего такого не узнал. Разговор генералов действительно был очень ограниченным, никаких деталей. Где находится отряд невидимка, который должен оказать поддержку Варану, неизвестно. Где будет ждать самолёт Варана, тоже неизвестно. Я ничего не знаю, что могло бы принести пользу.

Кулагин уже начал сожалеть, что пожертвовал заданием «Шилова».

- Я могу сообщить только то, что и так уже известно, - думал Кулагин, - может вернуться и восстановить связь с Шиловым? Хотя нет. Есть одна зацепка. И очень важная. Как же я сразу не понял? Варан должен доставить портфель не Моделю, как наверняка думают наши, а Паулюсу, что и подумать нельзя. Вот оно. Это всё меняет. Пусть мы не знаем место нахождения отряда невидимки, и место ожидания самолета, но мы знаем в каком направление сосредоточить поиски. Шансы есть. Отряд из 20 человек не так уж и много. Даже наша часть своими силами справится с этим отрядом. Надо как можно быстрее попасть в часть.

Но в часть Кулагин смог попасть только вечером.

Глава 5

В штабе командира Бусыгин рассказывал о своем задание.

- Что-то ты задержался, - сказал Никифоров, - я думал, ты пораньше вернешься.

- Возникли кое-какие трудности.

- Какие трудности?

- Я обнаружил еще обрыв кабеля в одном месте, пришлось устранять.

- Сейчас всё в порядке?

- Да. Связь с колхозом налажена. Можно с ними связаться, договориться о поставке продовольствия, медикаментов.

- Свяжемся.

- Вы сегодня свяжетесь?

- Тогда когда надо свяжусь, солдат. Что за вопросы?

- Просто очень сильно медикаменты нужны.

- Варя мне оставила список необходимых медикаментов, всё закажу. А что тебя так это интересует?

- Мне обезболивающие нужны. Меня после контузии, мучают постоянные боли.

- Странно. Варя мне про это ничего не говорила. Может тогда тебе лечь долечиться?

- Нет, я лучше останусь в строю. Вы только обезболивающие не забудьте заказать.

- Я с ней поговорю на счет тебя. Не нравится мне всё это.

- Товарищ майор, - в штаб зашел Яловчук, - разрешите доложить, вернулся Кулагин.

Рядом с Яловчуком стоял Кулагин.

- Товарищ командир, у меня срочный к вам разговор, - сразу же сказал Василий.

- Ты где был? – со своего места вскочил Никифоров.

- На задание, но в силу определенных обстоятельств, я его не выполнил.

- Каких обстоятельств?

- Пропал портфель Жукова.

- Интересно. Откуда ты знаешь? О портфеле Жукова кроме тебя никто не знал.

- Я в лесу обнаружил двух немцев, в ходе слежки мне удалось найти спрятанный немецкий телефонный узел, на котором я установил прослушку. Украл портфель Жукова, внедренный в нашу часть, немецкий агент Гурт. Сейчас он должен передать портфель руководителю немецкой агентуры на данном участке фронта Варану.

- Складно рассказываешь, солдат.

- Вы мне не верите?

- Да кто тебе поверит, продажная ты собака, - влез Бусыгин, - опять где-то отсиживался, а теперь очки нам втираешь.

Бусыгин снял свои запотевшие очки и их протер.

- Бусыгин, сядь на место, - скомандовал Никифоров.

- Вы ему не верьте, товарищ командир, - Бусыгин сел на место, - я его слишком хорошо знаю.

- Коль, ты не волнуйся, без тебя разберутся, - спокойно сказал Яловчук.

- Кулагин, сдать оружие, ты арестован, - приказал командир.

- Товарищ майор, вы совершаете ошибку, - попытался объяснить Кулагин.

- Теперь у тебя командир совершает ошибки, только ты никогда не ошибаешься, - пробормотал Бусыгин.

- Яловчук, заберите оружие у бойца Кулагина.

- В части предатель, - Василий сдал оружие.

- Мы знаем, - опять не удержался сказать свое слово Бусыгин, - и это ты.

- Арестовывая меня, вы даете шанс Гурту переправить портфель в штаб к врагу.

- Кулагин, хватит, - Никифоров стукнул кулаком по столу, - нам всё известно. Только ты знал, что Жуков забыл портфель с документами. Говори, где портфель? Не скажешь нам, расскажешь в НКВД. А в НКВД говорят даже камни. Поверь, Кулагин, лучше тебе рассказать всё здесь и сейчас.

- Я же рассказываю. Портфель выкрал Гурт, и должен передать Варану. Проведите построение и узнайте, кого нет в части, это и есть Гурт.

- Построение уже проводили, - ответил Никифоров, - и в части не было только тебя. А отсутствовал ты ровно столько, сколько нужно, что бы вынести портфель из части и спрятать. Поэтому ты и задание не выполнил.

- Товарищ командир, говорю вам, в части нет еще кого-то.

- Не переживай Кулагин, все здесь.

- Василий, я лично проводил построение, - сказал Яловчук, - все бойцы в части. Не было только тебя и Бусыгина. Ты отсутствовал дольше. И в отличие от Бусыгина, ты не выполнил задание.

- Дядя Миша, этого не может быть, говорю, в части нет еще кого-то.

- Боец, я не дядя Миша, а старший лейтенант Яловчук, соблюдай субординацию.

- Старший лейтенант Яловчук, я лично слышал, что Гурт должен передать документы Жукова Варану.

- И кто это Гурт? – спросил Яловчук.

- Я не знаю. Но портфель у него.

- Портфель у того, кто покидал часть, - продолжил Никифоров. – А следовательно это ты или Бусыгин. Предатель кто-то из вас.

- Говорю же вам, в части нет еще кого-то, - настаивал Кулагин.

- Кулагин, ну зачем ты отпираешься? Факты же вещь упрямая. В части все.

- Я не понимаю…- Кулагин пытался найти объяснение, - Модель сам сказал, что Гурт покинул часть…хотя…он добавил, или в ближайшее время покинет.

- Понял, что провалился в своем вранье, начал что-то новое придумывать, - злорадствовал Бусыгин, - То часть покинул предатель, теперь может он и в части.

- Значит, теперь ты говоришь, что предатель возможно в части? – спросил Никифоров.

- Даже если на момент прослушки он и был в части, то за время, которое я сюда добирался, Гурт должен был покинуть часть.

- Значит, получается, ты опять утверждаешь, что предателя нет в части? – Никифоров смотрел в упор на Кулагина.

- Ну не должен быть Гурт в части.

- А может Гурт, это ты? – продолжил допрос Никифоров. – Выкрал портфель, спрятал в условленном месте, из которого его заберет Варан. Или может ты уже сам лично передал документы Жукова Варану?

- Товарищ командир, если бы я выкрал портфель, зачем мне тогда нужно возвращаться?

- А вот ты нам и расскажи.

- Товарищ командир, - опять вмешался Бусыгин, - видно же, что он изменник родины, к стенке его, и дело с концом. Я лично готов его в расход пустить.

- Бусыгин, - прервал Никифоров, - я сам решу, кого и когда в расход.

В штаб зашел Лопухин.

- Товарищ майор, - обратился лейтенант Лопухин, - в ходе обыска удалось обнаружить это.

Лопухин положил на стол командиру отмычку.

- Что это? – спросил командир.

- Я как понимаю отмычка, - ответил Лопухин.

- Ну, конечно, - догадался Никифоров, - сейф открыт был отмычкой, единственный ключ у меня, его можно был открыть только отмычкой. Где ты это нашел.

- В личных вещах Бусыгина, - ответил Лопухин.

- Это твое? – к Бусыгину подошел Никифоров.

- Да, то есть нет, - ответил запинаясь Бусыгин.

- Это как?

- Это Вари.

- Вари? – удивился Никифоров. – А что тогда это делает у тебя?

- Я не знаю.

- Ничего не понимаю. А с чего ты взял, что это Вари?

- Это моя.

- Так Вари или твоя?

- Это я сделал отмычку.

- Зачем?

- Варя попросила меня сделать отмычку. Но она здесь не причем.

- Зачем Варе понадобилась отмычка от сейфа?

- После контузии я себя очень плохо чувствую. Мне нужно было идти на задание, восстанавливать связь с колхозом, а меня всего трясло. Я пришел к Варе, попросить сделать укол.

Прошлым днем, ближе к вечеру, перед отправкой на задание, Бусыгин пришел в санчасть.

- Варя, мне плохо, мне нужен укол, - умолял Бусыгин.

- Я же сказала, у меня закончилось это лекарство.

- Посмотри повнимательней, может еще осталось что-то?

- Нет. Не осталось.

- Когда же это состояние пройдет?

- Это последствия контузии, надо перетерпеть.

- Я не могу терпеть.

- Завтра я тебе сделаю.

- А завтра оно откуда возьмется?

- Оно есть у командира. Сильнодействующие лекарства, он хранит у себя. Оказывается у него оно у него еще осталось. Завтра он мне выдаст.

- Почему завтра, а не сейчас?

- Он выдает его строго ограниченным количеством.

- Попроси его вместо завтра, сегодня выдать.

- Это бесполезно.

- Но мне в ночь идти на задание. Я здохну до завтра.

- Коля, потерпи чуть-чуть.

- Варя, пожалуйста, сделай что-нибудь.

- Извини, Коля, ни чем помочь не могу.

- Варя, пожалуйста, может можно что-то придумать?

- Что тут можно придумать? Хотя…есть один вариант.

- Какой?

- Нет. Он не подойдет.

- Варя говори.

- Говорю же, вариант плохой. Забудь.

- Ну, раз другого нет, рассказывай этот.

- Коля, даже не настаивай, я подписываться под это не буду.

- Ты не подписывайся, подпишусь я. Вся ответственность будет на мне.

- Хорошо, ты сам этого захотел…

- Давай рассказывай.

- Взять это лекарство без ведома командира.

- В смысле украсть?

- Я же говорила, вариант этот плохой.

- Подожди. Но Никифоров же заметит пропажу.

- Можно подменить. Тогда он ничего не заметит.

- Варя, ты гений, - обрадовался Бусыгин.

- Есть только одна загвоздка.

- Какая?

- Лекарство он хранит в сейфе.

- И как его достать из сейфа?

- А это уже твоя работа.

- Но даже если я и вскрою сейф, я же не знаю какое лекарство.

- Это верно, тем более оно бывает под разными названиями.

- Что делать тогда?

- Я выкраду его для тебя.

- Ты серьезно?

- Да.

- Ты сделаешь это ради меня?

- Да.

- Варя, почему?

- Ты мне нравишься.

- Я? – оторопел Бусыгин.

- Да. Уже давно.

- Варя…

- Помолчи немного, - ели слышно сказала Варя.

Девушка медленно приблизилась к Николаю и нежно поцеловала его в губы.

- Варя, ты мне тоже нравишься, - признался Бусыгин.

- Коля, времени мало, если хочешь получить лекарство, нужно поторопиться.

- Хорошо.

- С тебя ключ, остальное я беру на себя.

- Варя, но если я выкраду ключ, он заметит пропажу ключа.

- Это сразу отпадает.

- Как же тогда быть?

- Эта проблему тоже можно решить.

- Каким образом?

- Снять слепок с ключа.

- Как? Он же ключи всегда носит с собой.

- А кто из нас карточный шулер? Ты или я? – улыбнулась девушка.

- Варя, я прошу тебя, не надо обвинять кого-то в шулерстве без доказательств, - воспринял всерьёз слова Вари Бусыгин. - Если даже человек и шулер, пока он не попался, он не шулер.

- Дело не в этом. А в том, если ты с картами легко справляешься, то и снять слепок с ключей для тебя будет плевым делом.

- Карты это совсем другое. Там ловкость рук…

- Так же как и здесь, Коля, - перебила Варя, – для тебя это секундное дело.

- Допустим, я сниму слепок, но ведь надо еще сделать копию ключа.

- У нас что, железок мало? Материала завались.

- Я понимаю это. Но это же надо сделать сегодня, до вечера.

- Это надо сделать сейчас.

- Тогда я пошел?

- Подожди, - Варя опять приблизилась к Николаю и поцеловала его.

- Теперь иди. Слепок ключа нужно как можно быстрее сделать.

- Спасибо.

- За что?

- Ради меня еще никто ничего подобного не делал.

- Ради любимого я готова на всё.

- Спасибо, Варя.

- Поторопись, мой хороший. Жду тебя.

Выслушав рассказ Бусыгина, Никифоров зашелся в кашле. Яловчук стал хлопать по спине командира.

- Давно у вас такого приступа не было, - сказал Яловчук.

- Это нервное, - откашлявшись, сказал Никифоров, - легкие здесь не причем.

- Она взяла только лекарство, больше ничего, - продолжил Бусыгин.

- Я никогда не хранил никакого лекарства в сейфе, я всегда его всё отдавал Варе.

- Ну, как же? – не верил Бусыгин. – Оно сильнодействующее, а сильнодействующие вы храните в сейфе.

- Что за бред? – орал Никифоров. – Я понятия не имею, какие сильнодействующие, какие нет. Где Варя? Срочно найдите Варю.

Яловчук ушел за Варей Варламовой.

- Это во всем Кулагин виноват, - продолжал Бусыгин, - из-за него я получил контузию, Варя мне только помочь хотела.

- Бусыгин, ты слышал, что командир сказал? – попытался до Коли докричаться Кулагин. – Он не хранил лекарство в сейфе. Тебя использовали.

- Кулагин, ты мне просто завидовал всегда, - ответил Бусыгин, - Варя нравился я, а ты простой неудачник.

- Коля, ты дурак, Варя и мне говорила, что я ей нравлюсь.

- Она добрая девушка, она ко всем хорошо относится, ей все нравятся, но как просто друзья, а меня она любит.

- И мне она признавалась в любви, - возразил Кулагин.

- Ты врёшь.

- Нет, это правда. Варя нас использовала. Я тоже поверил, что ей нравлюсь.

- Она сейчас придет и всё объяснит.

- Если ты сказал правду, то она не придёт. Она на пути к Варану.

- Нет. Она здесь. Она сейчас всё объяснит.

Вернулся Яловчук.

- Вари в санчасти нет, - доложил Яловчук, - никто не знает, где она.

- Ты же мне говорил, что в части нет только Кулагина и Яловчука, - орал Никифоров.

- Варя относится к медперсоналу, а медперсонал никогда не участвовал в построениях. В санчасти много тяжелобольных, отрывать от своей работы врачей для построений было бы неправильным.

- Тогда надо было придти в санчасть и там на месте посмотреть кто отсутствует, - возразил Никифоров.

- Виноват товарищ командир.

- Варя и есть Гурт, - вмешался Кулагин, - надо срочно формировать отряд на её поиски.

- Кулагин, помолчи, - вспылил командир, - не будет никакого отряда.

- Товарищ командир, Варя подготовленный боец, нужен отряд. А в случае если она успеет передать портфель Варану, это осложнит всё в разы. Потому что Варана будет сопровождать специально подготовленный отряд Моделя.

- Что за отряд Моделя? – спросил командир.

- Отряд невидимка, который обеспечивает охрану на нашем участке фронте руководителю внедренных немецких агентов, Варану.

- И где этот отряд?

- Я не знаю. Отряд следов не оставляет. Это всё что я узнал.

- Значит, ты считаешь, что предатель это Варя?

- Варя ни в чем не виновата, - не унимался Бусыгин, - я знаю портфель у Кулагина. Он взял портфель.

- Я считаю, Варя не просто так покинула часть.

- Кулагин, - раздражался командир, - еще неизвестно, украла ли именно Варя портфель. Мы лишь установили, что её нет в части.

- Но больше не кому. Остальные все здесь.

- И что?

- Вари в части нет, портфеля нет. Что еще нужно?

- А может предатель вынес портфель из части, а потом вернулся? Может быть такое?

- Тогда предатель должен был покинуть часть.

- Совершенно верно, - согласился Никифоров. – Яловчук! Кто покидал часть в последние двое суток?

- Кулагин и Бусыгин, - ответил Яловчук.

- Ну, вот, Кулагин.

- Товарищ командир, времени очень мало, формируйте отряд на поиски Вари.

- Кулагин, ну какой отряд? Может, ты скажешь оставить позицию и всем отправиться на поиски пропавшей медсестры? А немцы пусть проходят?

- Я бы оставил пушки и десять солдат, а всех остальных направил бы на поиски Вари.

- Вот ты деловой Кулагин.

- Солдаты против колонны танков ничего не сделают. Противостоять танкам можно только пушками, а целиться, стрелять и подносить снаряды хватит и десятерых солдат.

- Кулагин, ты в своем уме? Ты предлагаешь против колонны танков выставить десять солдат, а против какой-то санитарки двадцать восемь?

- Это не какая-то санитарка, это профессионал. Если один на один встретиться с ней в бою, она любого из нас уложит.

- Но не отряд же посылать?

- Если придется преследовать Варана, то и отряда будет мало.

- Кулагин, хватит нести всякий бред, - прервал Никифоров и стукнул кулаком по столу.

На какое-то мгновение все замолчали.

- Лопухин! – крикнул командир.

- Я здесь, - отозвался Виталий Лопухин.

- Идешь на поиски Вари.

- Есть, товарищ командир.

- Тебе её надо найти, до того, как она встретится с Вараном.

- Будет исполнено.

- Варан будет ждать её на подходе в Ржев или в Сычевку. В любом случае она пойдет через Балашиху. А если она пройдет Балашиху, то её уже будет сопровождать колонна танков, и это значительно всё усложнит.

- Товарищ командир, портфель Жукова Варан не в Ржев будет доставлять, а к Сталинграду.

- Кулагин, ты это так пошутил? – недоуменно спросил Никифоров.

- Нет, товарищ командир, я совершенно серьезно.

- Что за чушь, Кулагин? До Сталинграда 1200 километров.

- Варана будет ждать самолёт, который переправит его к Сталинграду. Поиски надо направить в сторону Ореховки.

- Сталинград наш, и никогда немецким не будет.

- Я и не говорил, что Сталинград немецкий. Я сказал к Сталинграду. Армия немецкого генерала Паулюса готовит нападение на Сталинград. Варан направится не к Моделю, а к Паулюсу.

- Сталинград слишком далеко.

- Я сам лично слышал, портфель Жукова Варан должен доставить Паулюсу под Сталинград. Захват Сталинграда Гитлер поручил одному из самых лучших своих генералов Паулюсу.

- Кулагин, ты что-то неправильно понял, ты же немецкий язык не очень хорошо знаешь.

- Но что говорили генералы, я разобрал. Варана будет ждать самолет, который его отправит Паулюсу.

- Кулагин, у нас один снайпер, я не могу его направить и к Ржеву и к Сталинграду.

- Не надо к Ржеву, я вам говорю Сталинград.

- Ты понимаешь, что ошибиться нельзя? Мы тогда портфель окончательно потеряем.

- Я всё прекрасно понимаю. Я вас уверяю, Варан будет ждать Гурта не у Ржева. Направьте снайпера в направление Ореховки.

- Но там одни болота. Там не сможет сесть самолет.

- За болотами есть достаточно места для взлета самолета.

В этот момент, запыхавшись в штаб забежал боец Серов.

- Товарищ командир, - проглатывая слова начал быстро говорить Серов, - у березовой рощи были замечены немецкие танки, через два часа наша позиция окажется в зоне поражения.

- Что они здесь делают? Они же должны сопровождать Гурта в Ржев.

- Товарищ командир, - продолжил Кулагин, - танки отвлекают внимание. Они не сопровождают Гурта. Немцы понимают, что вы решите, что колонна их танков будет сопровождать портфель, и бросите на уничтожение танков все силы, поэтому Гурта будет сопровождать отряд невидимка. Танковый отряд обречен. Даже если вы не остановите их, Жуков соберет все силы на их уничтожение.

- Ладно, Кулагин.

- Что прикажите делать? – спросил Серов.

- Яловчук! – крикнул Никифоров, - приказываю, всем готовится к бою.

- Есть, товарищ командир, - ответил Яловчук, и выбежал из штаба.

- Лопухин! – крикнул Никифоров.

- Слушаю, товарищ майор, - отозвался Виталий Лопухин.

- Слушай очень внимательно. Мы должны учитывать всё. Возможно, Кулагин прав, и танковый отряд играет отвлекающую роль. Твоя задача, если даже потребуется ценой жизни, должен найти Варю. На подготовку даю 10 минут. Возьмешь себе в помощники бойца Серова.

Боец Илья Серов, молодой солдат 25-ти лет, очень худой со светлыми волосами. Из-за маленького роста его в части прозвали шлепком, что его очень задевало, но это он ни как не показывал. Даже наоборот, он всячески демонстрировал свою выдержку, которой он научился, работая в милиции до войны. В милиции он так ничего и не добился, но очень гордился, что каким-то образом был причастен к органам власти.

- Товарищ командир, он совсем неопытный мальчишка, - возразил Виталий, - он меня будет только задерживать.

- Он молодой, выносливый, - возразил Никифоров, - так что можешь на этот счет не переживать.

- Мне проще одному. Разрешите не брать с собой Серова.

- Я не пойму, у тебя какие-то проблемы?

- Я ему не доверяю, - честно сказал Виталий.

- Серов, ты слышал? В чем ты провинился?

- Не могу знать, о чем лейтенант Лопухин говорит, - ответил Серов.

- Вы же вместе уже работали, забыл? Искали диверсанта в Вознесенске.

- Я помню. Поэтому я и прошу, разрешить пойти мне одному.

- Я чего-то не знаю?

- Товарищ командир, просто я считаю, что на бойца Серова положиться нельзя, а в разведке это важный момент.

- А мне кажется, у тебя к Серову какая-то личная неприязнь. Поэтому в разведке вы все разногласия и выясните.

- Некогда мне будет с ним возиться и что-то выяснять.

- Лейтенант, идешь с Серовым, – твердо сказал Никифоров. - Задание ответственное, может возникнуть такая ситуация, что тебя надо будет прикрыть. Это окончательное решение.

- Есть, – вынужденно согласился Виталий. - В каком направлении проводить поиски?

- Идешь через Балашихинский лес, - ответил Никифоров.

- Но Балашиха это Ржевское направление, - возразил Кулагин.

- Да. Ржевское, - согласился Никифоров.

- Но Гурт не туда направляется, надо идти в сторону Ореховки.

- Кулагин, отставить. Я принял решение. Лейтенант Лопухин идет в Балашиху.

- Разрешите мне пойти тогда на поиски Гурта, - не отставал Кулагин.

- Кулагин, ты связист, ты поисками людей никогда не занимался, а Лопухин профессионал, если Варя и в правду Гурт, он её найдёт, я тебя уверяю.

- Товарищ майор, я прошу вас, направьте меня дополнительно на поиски Вари.

- Ты связь с Шиловым восстановил?

- Нет.

- Ты не выполнил одно задание, а просишь дать тебе другое.

- Я же всё объяснил.

- Меня не устраивают такие объяснения.

- Вы сами подумайте. Ореховка находится на болотах, живут там одни старики и бабы, сопротивление они не смогут оказать, немцы это прекрасно понимают.

- Ты сам говоришь, там болота, а Варана будет ждать самолет.

- Повторяю, товарищ командир, за болтами есть место для самолета. Поэтому нельзя допустить, что бы Варан прошел эти болота.

- Болота непроходимые. Я не буду выделять людей на заведомо провальные предположения.

- Товарищ командир…

- Нет, я решил, послать двоих человек в Балашиху.

- Значит, я сам тогда создам отряд.

- Чего? – удивился Никифоров. – Из кого?

- Из местных жителей.

- Там одни бабы и старики, - рассмеялся Никифоров. – Умеешь ты рассмешить даже в такой ситуации.

- Я не шучу. Я создам отряд из баб и стариков.

- Ну, хватит Кулагин. Никакого отряда ты создавать не будешь.

- А другого выхода нет. Отряд Моделя на своем пути всё уничтожает. В любом случае жителям придется давать отпор.

- Кулагин, я здесь командир. Часть ты не покинешь. По крайней мере, до возращения Лопухина. А сейчас с Бусыгиным идете на передовую.

- Товарищ командир, - попытался возразить Кулагин.

- Боец Кулагин, выполнять приказ.

- Есть, - согласился Василий.

Глава 6

Уже 3 часа Лопухин и Серов шли в сторону Балашихи. Всё это время Серов рассказывал какие-то истории, а Лопухин шел молча. У него не было никакого желания поддерживать беседу. Он только кивал головой, что слушает якобы занимательные рассказы своего напарника, на самом деле все его мысли занимали только одно, найти Варю.

Наконец они дошли до указателя, на котором были два направления, Балашиха и Ореховка.

- Ну что? Идём в Балашиху? – спросил Серов.

- Подожди, - задумчиво ответил лейтенант.

- Что?

- Я думаю надо идти в Ореховку.

- Но командир же приказал в Балашиху.

- Я думаю, Варя направилась в Ореховку.

- Но это же тогда нарушение приказа.

- Я как командир данного задания, беру ответственность на себя.

- У меня есть другое предложение.

- Какое?

- Виталий, я думаю, оно тебе понравится. Но если вдруг не понравится, обещай, что не будешь делать скоропалительные выводы.

- Что ты надумал?

- Пообещай сначала.

- Ладно, обещаю.

- Ты же умный человек, Виталий. Подумай, зачем нам рисковать жизнями? Что нам с этого? Я предлагаю, давай отсидимся где-нибудь в лесу пару тройку суток, а скажем что не нашли Варю.

- Не понял боец?

- Я подумал, что ты не захотел в Балашиху идти, чтобы жизнями не рисковать, поэтому и предложил идти в Ореховку. А я предложил еще более простой вариант.

- Это трусость, Серов. Ты не солдат, ты трус.

- Тут, как говориться, лучше недобдеть, чем перебдеть.

- Повторяю, ты трус!

- Ну, и пусть. Зато живы будем. Я не хочу умирать не известно за что.

- Плох тот солдат, который не знает, за что воюет.

- А ты знаешь, за что воюешь?

- За идеологию. Неважно, солдат немецкий или русский. Победит тот, у кого есть идеология. А солдат без идеологии – пустышка.

- Виталий, называй это как хочешь. Клал я на вашу идеологию.

- Ты знаешь, что за такие вещи бывает?

- Ладно, Виталий, забудь. Я погорячился. Ты хотел идти в Ореховку, иди, а я пойду в Балашиху. Куда бы Варя не пошла, мы её найдём.

- Я уже понял, как ты искать будешь.

- Ты мне не доверяешь?

- Ты не пойдешь в Балашиху. Я как старший по званию имею полное право принимать такие решения.

- Виталий, но зачем тебе я, давай разделимся, ты же сам говорил, что я тебя задерживаю.

- С виду ты Илья производишь порядочного человека, честного, а на самом деле внутри у тебя одна гниль. В одну секунду отказываешься от своих слов, от товарищей, от обещаний. Шкура ты!

- Виталий, ты за словами следи! Я ведь не посмотрю, что ты старший по званию, я до войны боксом занимался, и работал в милиции. Я таких как ты на раз два щёлкал.

- Это угроза?

- Это для информации тебе, что бы ты базар фильтровал.

- Вон ты как заговорил. А еще мент, а сам как уголовник гундишь. Рассказывай, что тебя из ментовки поперли.

- Тебя вообще это никак не касается. Не вмешивайся в мою личную жизнь и следи за словами.

- Я слежу за словами. Я отвечаю за каждое свое слово. Ты думаешь, я ничего не знаю? Я все прекрасно знаю о тебе. Ты продажная шкура и вор конченый?

- Ты что мелишь? Я копейки ни у кого не взял.

- Разве? А в Вознесенске, когда мы были на задании, и сняли квартиру, ты разве ничего не украл?

- Ты о чем?

- О том, что я лично тебе дал деньги, заплатить за аренду хозяину квартиры.

- Я заплатил.

- Третью часть от обговоренной суммы. Где остальные деньги?

- Там просто неразбериха была в подсчете платы.

- Так надо было разобраться.

- Мы же торопились, ты забыл? Некогда было. Я заплатил по своим подсчетам.

- Твои подсчеты лживы насквозь.

- Но даже если я и не доплатил чего-то это еще не повод называть человека вором.

- После тебя пропали половик, вешалки, книги.

- Не было там половика никакого, ни книг.

- Было всё боец Серов. Просто ты со своими вещами прихватил и чужие когда уходил в торопях.

- А тебе-то откуда знать? Ты же раньше меня квартиру освободил.

- Это не важно, Серов. Важно другое, что в рядах защитников нашей родины, есть такие гнилые шкуры как ты.

- Почему ты тогда раньше ничего не говорил?

- А что бы это изменило? Такие люди никогда не признают свое паскудство. И ты еще удивляешься, почему я тебе не доверяю?

- Я просто хочу жить, Виталий. Понимаешь? Хочу жить!

- Ты позор Красной армии. Я таких презираю. Даже немцев можно уважать, не разделять их взглядов, воевать с ними, но при этом уважать своего врага. Можно быть националистом, социалистом, капиталистом, коммунистом, но при этом иметь честь и достоинство. Это главное. А у тебя этого нет. Ты просто лживая скулящая скотина.

- Ты просто пользуешься тем, что ты старший по званию.

- Не суди по себе, Шлепок. Это ты можешь храбриться перед бабами и строить из себя дутого героя. А я просто воюю, с верой в победу. Считаешь, я использую превосходство в звании, давай я сниму погоны, и что? Что ты сделаешь? Ничего! Ты способен подлить только на безопасном расстоянии.

- Виталий, что ты так разошелся? Хочешь, что бы я пошел с тобой в Ореховку, я пойду.

- Со мной ты тоже не пойдешь!

- Не понял? А чего же ты тогда хочешь?

- Что тут не понятного? Ты мне в спину выстрелишь, а потом скажешь: «Погиб в бою».

- Ты серьёзно сейчас это? Боишься, что я могу в спину выстрелить?

- Я не этого боюсь. А то, что задание будет не выполненным.

- Ну да, я же забыл, у тебя идеология. Только если я в Балашиху не пойду, и в Ореховку не пойду. Тогда куда мне идти, назад в часть?

- Не нужны такие бойцы в части.

- А что же тогда, ты меня расстреляешь?

Лопухин достал из кобуры пистолет и направил в голову Серову. Через секунду Илья Серов был мёртв. Оттащив тело в овраг, Виталий направился в сторону Ореховки.

Глава 6

Кулагин с Бусыгиным были вынуждены находиться в одном окопе. Василий пытался наладить хотя бы диалог с напарником, но было всё бесполезно.

- Серов сказал, что танки через два часа тут будут, а их нет, - как бы между прочем произнес Кулагин.

- Ты как трус, должен радоваться, что их нет, - прорычал Бусыгин.

Николай на любое высказывания своего бывшего друга теперь только огрызался. Только приказ командира заставлял его вести более сдержанно. Он всё равно продолжал считать, что с Варей вышло какое-то недоразумение. Не может быть, что бы она его обманула. Кулагина занимали совсем другие мысли, портфель Жукова.

- Лопухина послали в неверном направление, - размышлял Кулагин, - уже около суток портфель у Вари. Это значит, что в ближайшее время, максимум в течение суток портфель Жукова окажется у Варана. А может даже, Варя уже передала портфель Варану. И остаются не более пяти суток, а то и меньше, как Варан доберется до самолета. Тогда портфель Жукова можно будет считать утерянным навсегда. Лопухин ведет поиски в неверном направлении. Так что Варе никто не помешает встретиться с Вараном. И тем более никто не помешает Варану переправить портфель к Паулюсу. А если портфель окажется у Паулюса, то не смотря на своё очень высокое положение, Жукова могут за это расстрелять. Сталин был жестким и непреклонным в таких делах, даже если это касалось кого-то из ближнего его окружения. Нужно спасать генерала.

- Кулагин, - вдруг нарушил молчание Бусыгин, - танки.

В направлении части Никифорова двигалась колонна танков.

- Сейчас начнется, - нервно проговорил Бусыгин.

После этих слов, недалеко от них разорвался снаряд. Кулагин и Бусыгин инстинктивно пригнулись.

- Ну что Кулагин, пошли в атаку, - злорадно усмехнулся Бусыгин.

- Ты собрался против танков с автоматом идти воевать? - спросил Кулагин.

- У нас гранаты еще есть. Я сказал, вылезаем из окопа.

Кулагин вылез из окопа, а вслед за ним и Бусыгин.

- Надо защищать нашу Родину, - крикнул Бусыгин. - Или ты хотел опять сбежать?

- Я никогда не сбегал.

- Тогда вперед, - крикнул Бусыгин.

. Кулагин направил на Бусыгина винтовку.

- Прости Коля, но у меня нет другого выхода.

- Не понял?! – удивился Бусыгин. - На нас немецкие танки идут.

- Положи оружие на землю, - громко и четко скомандовал Василий Кулагин.

- Ты что? Совсем охренел? – оторопел Николай.

- Повторяю, положи автомат.

- И куда же ты собрался?

- В Ореховку.

- В какую Ореховку? У нас приказ. За нарушение приказа расстрел.

- Повторяю еще раз, положи оружие на землю и отойди в сторону.

- Я так и думал, это ты предатель, - сквозь зубы прорычал Бусыгин, - что ты сделал с Варей?

- Я не предатель. Я иду на поиски портфеля.

- Не на поиски ты идешь, а сбегаешь. Это называется дезертирство.

- Коля, мне некогда, последний раз говорю, положи автомат, больше повторять не буду.

- А если я этого не сделаю?

- Я тебя убью и сам тогда заберу оружие. От портфеля зависит наша победа.

- Думаешь, я тебя боюсь? Я готов в любой момент отдать жизнь за родину.

- Я знаю. Но поверь, именно сейчас не подходящий момент. Что родине принесет сейчас твоя смерть? Ничего. Но если ты останешься жив, ты сможешь сделать для родины действительно что-то стоящее.

- Например, убить тебя.

- Если это для тебя мотивация, то путь будет так.

- Только ради этого стоит выжить.

Бусыгин положил автомат на землю.

- Патроны, гранаты, нож, мне нужно всё, - сказал Кулагин.

- А говорил, что собрался на поиски Вари. Если бы это было так, тебе бы хватило одной винтовки.

- Я сказал, что иду на поиски портфеля, а не Вари. Скорей всего, портфель Варя уже передала Варану. А Варана будет сопровождать отряд Моделя. С одной винтовкой я ничего не сделаю против отряда.

- А с моим автоматом ты остановишь отряд. Да ты герой.

- Коля, сделай так, как я сказал.

Бусыгин сложил всё оружие.

- Теперь можешь идти, - сказал Кулагин.

- Куда? Воевать?

- Иди в штаб, командир тебе выдаст новое.

- Кулагин, почему бы тебе просто не сказать, что ты струсил? Напридумывал какую-то хрень, зачем это всё? Ты дезертир. Решил сбежать. Если бы ты не был трусом, ты бы меня убил, но у тебя даже и на это смелости нет, - с усмешкой сказал Бусыгин.

Бусыгин сделал резкий выпад вперед и попытался напасть на Кулагина. Но наткнулся на приклад винтовки. В это же мгновение Бусыгин оказался на земле.

- Отдохни немного, - над Бусыгиным склонился Кулагин.

- И всё равно ты трус, - ели смог произнести Бусыгин.

- Мне очень жаль, что так вышло, - ответил Кулагин. - Я знаю, ты мне не поверишь, но я очень хотел бы видеть тебя живым.

Кулагин собрал все оружие и бегом направился в сторону Ореховки.

Придя в себя, Бусыгин встал и направился в штаб. Всё что он хотел, это расправиться с Кулагиным. Сам Жуков говорил: «Дезертиров расстреливать». Эти мысли даже заглушали страх перед рядом разрывавшимися снарядами и сильную потребность в обезболивающих.

Глава 7

Лопухин несколько часов шел по следу Вари. Новыми сапогами, которые ему недавно выдал Яловчук, он натер ноги, и идти становилось всё сложнее. Каждый шаг уже причинял боль. До Ореховки оставалось десять километров. Нужно было пройти открытую местность. Как снайпер он знал, что это очень опасно. Открытая территория могла быть под наблюдением врага. В этом случае он был бы открытой мишенью. Но и обходить территорию он не мог, это заняло бы не менее шести часов, а столько терять времени Лопухин не мог себе позволить. Лопухин решил занять позицию и просмотреть поляну в оптический прицел. В конце поляны Лопухин увидел человека. Но детально его разглядеть не получалось. Возможно, это была Варя. В конце поляны стоял единственный дом, в который зашел этот человек. Просмотрев внимательно всю местность, Лопухин ничего подозрительного не заметил. Единственное место, откуда могли просматривать всю поляну, это был этот дом. Замаскировав одежду травой и листьями, Лопухин решил незаметно пробраться к дому. Выбрав наиболее выгодный маршрут, Лопухин стал пробираться к цели. На середине пути он заметил, что человек вышел из дома. По его наблюдениям человек в доме был один. Положившись на удачу, Лопухин небольшими перебежками, прячась за кустами и одиночными деревьями, ускорил продвижение к дому. Подбежав к дому, Лопухин быстро осмотрел окна и осторожно зашел внутрь. Как он и думал, в доме никого не было. Лопухин подошел к ведру с водой и жадно стал утолять жажду. Умывшись Лопухин сел на лавку у печки и снял сапоги. Новые сапоги, еще не разносились и натирали ему ноги. Освободившись от обуви, Виталий почувствовал облегчение. Ноги от долгой хотьбы гудели. На мозоли на ногах Лопухин не обращал внимание, но на одной ноге надулся большой волдырь, под которым скопилось много гноя. Лопухин полил ноги водой и закрыл глаза. После долгого пути, нужно было немного отдохнуть. Но звук шагов на крыльце, заставил его быстро встать и спрятаться за печку. В спешке он забыл свои сапоги у лавки. Взведя винтовку, Виталий стал ждать гостя. Дверь открылась, и кто-то вошел в дом. По плеску воды, он понял, что вошедший подошел к ведру пить воду. Лопухин резко вышел из-за печки и направил оружие в незнакомца. Незнакомец отставил ведро с водой и выпрямился. Это была Варя Варламова.

Глава 8

В штаб к командиру забежал Николай Бусыгин.

- Товарищ командир, Кулагин покинул часть, - еле проговорил слова от волнения Бусыгин.

- Что? – крикнул Никифоров.

- Кулагин покинул часть, - повторил Бусыгин.

- Как покинул?

- Я хотел его задержать, но он мне нанес удар прикладом по голове и завладел моим оружием.

- Ты что мелишь, Бусыгин? Кулагин не мог покинуть часть.

- Товарищ командир, Кулагин покинул часть.

- Я же дал приказ оборонять позицию.

- Он нарушил приказ. Кулагин дезертир.

- Не могу поверить.

-Я всегда говорил, что он предатель. Что прикажете делать?

- Бусыгин, ты точно ничего не путаешь?

- Точно, товарищ командир. Кулагин сбежал как последний трус.

- А ты почему не препятствовал этому?

- Я же говорю, я пытался. Но в схватке Кулагин подло воспользовался прикладом винтовки.

Никифоров увидел на лице Бусыгина след от удара прикладом.

- Если бы был честный бой, я бы его задержал. Но он действовал из подтишка, как трус.

- Я даже слушать не хочу это. В честном бою Кулагин бы тебя размазал бы и мокрого места бы не оставил. А ты здесь, живой и развел нытье как баба.

- Товарищ командир, напоминаю, это не я покинул поле боя, а Кулагин.

- Понял я тебя боец.

В это момент в штаб забежал Яловчук.

- Товарищ командир, танки сменили направление движения, - сходу выпалил старший лейтенант.

- Там же невозможно развернуться.

- Они не дошли до нашего участка.

- Как не дошли? Вы выдали свое местоположение?

- Никак нет.

- Не понимаю, что происходит.

- Они шли в нашем направлении, но перед дорогой, где мы устроили засаду, они свернули.

- И куда они теперь движутся.

- В сторону части Бахирева.

- Там же сейчас Жуков! - вскрикнул командир.

Никифоров подбежал к телефону и нервно стал набирать номер штаба Бахирева.

Глава 9

Варя находилась под прицелом Виталия Лопухина. Еще какое-то мгновение Виталий держал Варю на прицеле.

- Они всё-таки тебя послали? – увидела Варя Лопухина.

- Я же тебе говорил, - Лопухин опустил винтовку.

Виталий подошел к Варе и они обнялись в долгом поцелуе.

- Как же я тебя люблю, - тихо произнес Виталий.

- Я тебя тоже любимый.

- Они думают, что Гурт это ты.

- Как ты и говорил. На поиски Гурта послали самого Гурта, - рассмеялась Варя.

- Но без твоей помощи, ничего бы не вышло.

Варя снова обняла Виталия и стала целовать.

- Любимая, времени очень мало, - остановил её Виталий, - меня ждет Варан. Где портфель?

Варя отодвинула доску в полу и достала портфель.

- Вот он, - Варя протянула портфель Виталию.

Виталий открыл портфель и проверил документы.

- Документы Жукова, - произнес Виталий, - у меня в руках. Даже не верится.

- Что теперь ты с ними будешь делать?

- Передам их Варану.

- Как ты их передашь, если ты Варана никогда не видел? – поинтересовалась Варя.

- Я знаю точное место встречи, и пароль, который знают только два человека, я и Варан.

- Если ты связь держал только через радиоточку с Вараном, то этот пароль могут знать не только два человека.

- Связь была не только через радиоточку.

- А как же еще?

- Письма.

- В смысле?

- Нам же колхоз доставлял письма. Мне письма писал лично Варан.

- Но как?

- У Варана везде свои агенты, в том числе и на почте.

- Всё равно, письма же проверяют.

- Варя, какая же ты еще не опытная в нашем деле. В моих письмах всё тоже, что и у всех солдат. Что бы прочитать в них информацию, нужно знать код. Не думала же ты, что мне задания открытым текстом поступают? – Виталий рассмеялся.

- Нет конечно, я в курсе что у вас там существуют всякие шифры.

- Скоро ты тоже всему обучишься. У тебя есть для этого все данные.

- Что теперь дальше?

- Дальше, это встреча с Вараном. Он тут недалеко.

- А потом что?

- Варан сказал, что поручит мне возглавить агентуру на Сталинградском фронте. Это уже согласовано с Паулюсом.

- А как же я? – спросила Варя.

- Я возьму тебя с собой.

- А тебе позволит Варан?

- Я буду руководить агентурой у Паулюса. Я сам буду формировать всю сеть и принимать решения. Здесь согласие Варана мне не нужно будет.

- Я так переживаю, что ты меня оставишь. Я только ради тебя всё это проделала.

- Варя, я тебя очень сильно люблю. Я очень ценю всё, что ты для меня сделала. Поверь, я никогда этого не забуду. После войны мы купим дом на берегу реки, родим детей, мы будем наслаждаться нашим счастьем. А пока надо немного потерпеть.

- Я буду терпеть, сколько понадобится, - Варя прижалась к Виталию.

- Спасибо, моя родная, ты единственная кому я могу доверять.

- Я так не хочу тебя отпускать.

- Я тоже милая. Но к сожалению обстоятельства не позволяют нам насладится друг другом в полной мере.

- Что у тебя с ногой? - Варя обратила внимание на мозоли Виталия.

- Яловчук, новые сапоги мне недавно выдал, а они еще не разносились.

- Идти сможешь?

- Конечно. Всё нормально, я просто ноги натер. С кем не бывает?

- Сядь я осмотрю тебя.

Виталий сел на скамейку.

- Если волдырь лопнет, может быть заражение, - сказала Варя.

- Ерунда, - ответил Виталий, - сколько этих мозолей у меня уже было.

- Ты из-за этого задержался?

- Да. Идти действительно стало сложнее. Но я смогу. Дело слишком важное. От него зависит наше будущее.

- Ты не боялся, что на поиски портфеля пошлют не тебя?

- А кого?

- Например, Никифоров сформировал бы отряд.

- Риски конечно были. Причем так предлагал поступить Кулагин.

- И что Никифоров?

- Как видишь, послал все равно меня. Правда, не одного. Это создало определенные проблемы.

- А кого еще?

- Серова.

- Этого Шлепка?

- Да. Пришлось от него избавиться. Если честно, можно сказать я сделал одолжение советской армии, такие прогнившие люди, позорят любую армию.

- Согласна. Мелочный был человек.

- Пока меня ждала, никаких проблем не было?

- Нет. Всё тихо. Ты выбрал хорошее место для встречи.

- Это дом лесника. Про него мне сообщил Варан.

- А где сам лесник?

- Лесника пришлось убить. Вряд ли он был рад нам.

- Кто его убил?

- Варан.

- Он знает обо мне?

- Да. Он сам говорил, что бы я нашел помощника.

- И ты нашел меня.

- Да. Я нашел тебя. Спасибо, любимая. Ты мне очень помогла.

- Мои заслуги здесь минимальны. Я только следовала твоим указаниям.

- Ты вынесла портфель из части. Это главное.

- Сначала покинуть мне часть это был твой план. Ты рассчитал всё верно.

- Да. Как я и предполагал, на установку твоего отсутствия из части заняло время. До этого под подозрение попали Бусыгин и Кулагин.

- И что сейчас с ними?

- Никифоров оставил их в части на боевых позициях. Немецкие танки должны были провести отвлекающий маневр.

- Неужели они всерьез думали, что целая колонна танков попадет в засаду? – улыбнулась Варя.

- Это был план Жукова. И если честно неплохой план. Так всё бы и было. Но они недооценили немецкую разведку.

- Поэтому Никифоров не выделил на мои, вернее на твои поиски отряд, чтобы держать оборону?

- И это тоже. Они должны были инсценировать нападение на часть Никифорова, что заставило бы все силы оставить в части, а действительный удар будет нанесен по части Бахирева.

- Почему Бахирева?

- Там сейчас Жуков. А оказать сопротивление, у Бахирева недостаточно сил. Часть своих сил он направил в Балашиху ждать тебя.

Глава 10

- Жуков у вас? – Никифоров дозвонился до штаба Бахирева, - срочно мне его к телефону.

- Он сейчас занят, - ответили на том конце провода.

- Чем?

- Он у командира.

- Это срочно.

- Командир велел не беспокоить.

- К вам колонна танков движется идиот, через 10 часов вас всех с землей сравняют, - кричал Никифоров со всей силы, - срочно мне Жукова.

Через минуту Никифоров уже говорил с Жуковым.

- Товарищ генерал, наш план не удался, колонна танков обошла засаду и направилась в вашем направлении.

- Попытки задержать их были предприняты? – громко спросил Жуков.

- Из-за данной позиции, которую мы заняли, невозможно было им препятствовать. Мы не рассчитывали…

- Вы никогда ничего не рассчитываете, - оборвал Жуков.

- Мы выполняли ваш приказ.

- Приказ был не пропустить танки, а вы их пропустили.

- Мы их не пропустили, они пошли в другом направлении.

- Это называется, пропустили, майор.

- Может у них такая тактика, и они еще вернуться?

- Они не вернуться.

- Что прикажете?

- Доложите обстановку.

- Как вы и сказали, направил двух бойцов на поиски вашего портфеля.

- Результаты?

- Установили предателя.

- Кто это?

- Варвара Варламова.

- Кто это? У тебя воюют женщины?

- Она медсестра.

- Ты хочешь сказать, что какая-то медсестра выкрала мой портфель?

- Да.

- У тебя медсестра предатель, а ты не мог её выявить?

- Виноват.

- А ты не думал, что тебя опять водят за нос? Сам подумай. Не медсестра же тебя пичкала дезинформацией.

- Нет.

- А на чью информацию ты опирался?

- Разведки.

- А конкретней.

- Лейтенант Лопухин… Вы думаете?..

- Ничего исключать нельзя. Но то, что медсестра работала одна, я в это не верю. Собери дополнительную группу на поиски.

- Есть товарищ командир.

- У тебя всё?

- Нет.

- Что еще?

- У нас дезертировал солдат во время наступления танков.

- Ты же сказал танки вас обошли.

- Да. Но они провели инсценировку нападения. Был краткосрочный бой, во время которого дезертировал один солдат.

- Расстрелять дезертира, - приказал Жуков.

- Его нет в части.

- Понятно, что нет, раз дезертировал. Найди его. Выдели пару солдат на поиски. Это повысит дисциплину.

- У меня и так мало солдат. С кем мне воевать?

- Майор, твоей позиции сейчас ничего не угрожает. Танки тебя обошли. Сейчас твоя задача поймать дезертира и расстрелять. Солдаты должны знать, что армия не пожалеет никаких сил для наказания предателей родины.

- Есть, товарищ генерал.

Глава 11

Кулагин спешил как можно быстрее и дальше уйти от части. Он знал, что если Никифоров удержит позицию, то он обязательно кого-то направит на его поиски. Кулагин рассчитывал, что у него есть хотя бы несколько часов, пока идет бой. Но он ошибся. Танки не стали вступать в бой с частью Никифорова, а повернули в другое направление. Взрывы от снарядов танков, которые доносились до Кулагина, быстро прекратились.

- Почему не слышно взрывов? – размышлял Кулагин. – Не может быть, что бы так быстро прекратился бой. Что-то не так. Так быстро колонну танков уничтожить нельзя, и захватить часть тоже нужно время. Значит, бой не состоялся. Немцы отступили? Вряд ли. Напасть и не вступить в бой? Зачем? Отвлечь внимание? Тогда от чего?

Кулагин ни как не мог найти ответ.

- В любом случае, бой прекратился, не успев начаться, – думал Кулагин. - А значит, что уже сейчас Никифоров начнет мои поиски.

Кулагин вспомнил слова Вари «Если солдат уверен в своей правоте, то он должен нарушить приказ командира».

- Вот как бывает, я доказывал Варе, что при любых ситуациях солдат должен выполнять приказ командира, а в итоге поступил, как говорила Варя, - Кулагин даже улыбнулся на долю секунды, - сделал так, как сказала она, нарушил приказ.

Еще Кулагин вспомнил последнюю встречу с Варей. Когда, он ей сказал, что можно найти приём против захвата запястья. Василия Кулагина действительно поразили способности Вари, в рукопашной схватке. Девушка, в одну секунду смогла его, физически превосходящую её, уложить и заставить умолять о пощаде. В реальном бою, это был бы перелом запястья, а значит гибель. Кулагин постоянно думал, как можно было оказать сопротивление этому приёму. А то, что это возможно, Кулагин был уверен. К сожалению, попробовать варианты высвобождения из захвата, а тем более отработать это, Кулагин с Варей не успели. Кулагин отправился на задание, а Варя пообещала его дождаться, чтобы Кулагин смог продемонстрировать свои способности, против захватов. Но Варя не дождалась. А разговор не был закончен. Вот еще одна причина, чтобы её найти.

Глава 12

- Что сказал Жуков? – спросил Яловчук.

- Расстрелять дезертира и сформировать отряд на поиски портфеля.

- На поиски портфеля ушел же Лопухин.

- Возможно, Варя работала не одна, - ответил командир.

- Вы думаете Лопухин заодно с Варей?

- Надеюсь, что нет. Но исключать ничего нельзя. На войне всё может быть. Документы, которые сейчас у Вари очень важны. Нужно будет дополнительно еще кого-нибудь направить.

- Но Лопухин ушел не один.

- Серова сразу можно в расчет не брать. Шлепок и есть шлепок. Может поэтому Лопухин и не хотел брать Серова.

- Вы сами сказали, исключать ничего нельзя. Поэтому Серова не стоит списывать.

- Ты прав, Яловчук, - согласился Никифоров.

- Я Лопухина знаю давно, он не может быть предателем.

- И я так думаю. Но и бездействовать нам нельзя. Поисковую группу в любом случае надо сформировать.

- Если за кражей портфеля стоит всё-таки Лопухин, то дела наши очень плохи. Он в части лучший следопыт. Он так запутает следы, что мы его никогда не найдём.

- Но ты кое-что не учитываешь.

- Что?

- Если Лопухин предатель, он может не ждать поисковую группу. Потому что на поиски отправили его. А в этом случае у нас есть шансы. Так что формируй группу Яловчук.

- Из кого? Где людей взять, товарищ командир?

- Я думаю, человек пятнадцать мы сможем выделить.

- А если танки развернуться и направятся на нас?

- Танки не развернуться. Так сказал Жуков.

- Жуков сказал, что танки пойдут к нашей части, мы устроили засаду, и что?

- Жуков сказал, как можно удержать нападение танков. А нападения не было.

- А если Жуков опять ошибется? И танки развернуться?

- Тогда будем воевать, Яловчук. Или у тебя другие предложения?

- Нет, товарищ командир.

- Ну, а какие тогда возражения?

- Возражений нет.

- Тогда формируй отряд на поиски портфеля.

- Есть.

- И отправь кого-нибудь на поиски Кулагина.

- Отправьте меня на поиски Кулагина, - попросил Бусыгин командира.

- Почему тебя? – спросил Никифоров.

- У него мое оружие, - ответил Бусыгин.

- И что?

- У меня с ним личные счеты.

- Поэтому я и не хочу тебя отправлять.

- Товарищ командир, Кулагина надо найти, нельзя допускать дезертирства в армии.

- Бусыгин, а я разве сказал, что можно? Приказ Жукова, дезертиров расстреливать.

- Поручите мне исполнить приказ.

- Нет, Бусыгин. На поиски Кулагина я отправлю другого солдата.

- Почему, товарищ командир?

- Ты связист. Ты никогда не занимался поисками людей.

- Товарищ командир, уверяю, я найду Кулагина.

- Ты знаешь, куда он пошел?

- В Ореховку.

- С чего ты взял?

- Он сам сказал.

- Ты думаешь, он сказал тебе правду?

- А это и так понятно. Больше некуда. Везде идут бои. Единственное место, где можно отсидеться, это в направлении Ореховки. Там одни болота. Наших войск там нет, для немцев болота тоже интерес не представляют. Найдет какую-нибудь забытую Богом деревушку, и там отсидится.

- А ты как найдешь эту деревушку? Там деревушек как собак нерезаных.

- Я прочешу всю местность там. Если даже он на дне болота спрячется, я его и там найду.

- Даже не знаю Бусыгин, не нравится мне всё это.

- Товарищ командир, лучше меня вы все равно никого не найдёте.

- Ладно, иди.

- Спасибо, товарищ командир.

- Бусыгин, только твое дело его найти и вернуть в часть. Я его хочу допросить.

- А если он окажет сопротивление?

- Бусыгин. Приказ Жукова исполним здесь, в части. Твое дело его задержать. Живым. Понятно?

- Не всегда бывает возможность, задержать врага живым.

- Бусыгин, это крайний случай.

- В крайнем случае значит можно…

- Бусыгин! Если ты Кулагина приведешь в часть живым, гарантирую тебе десять дней увольнительных.

- Есть товарищ командир.

- Разрешите мне пойти с Бусыгиным, товарищ майор, - обратился Яловчук.

- Зачем?

- Боюсь, Бусыгин, все равно не до конца понял ваш приказ. Думаю, Кулагина, живым он все-таки не приведет. Разрешите мне проконтролировать исполнение вашего приказа лично.

- Я хотел тебя поставить командовать поисковым отрядом.

- Я думаю назначить командовать поисковым отрядом сержанта Мохарина.

- Почему его?

- Он эти леса хорошо знает. Он здесь вырос. Лучше его на это задание не найти нам.

- Хорошо, Яловчук. Ты с Бусыгиным отправляешься на поиски Кулагина в сторону Ореховки, но не забывай, вернуть его в часть нужно живым, а Мохарин пусть формирует группу из пятнадцати человек на поиски Вари. Пусть прочесывают Балашихинский лес.

Глава 13

Кулагин, дошел до развилки Ореховка – Балашиха. Внимательно осмотрев местность, он заметил следы у оврага. В канаве Кулагин обнаружил труп бойца Серова.

- Значит, пока я иду в верном направлении, - размышлял Кулагин. – Жалко конечно парнишку, но это война. Нет никаких сомнений, что Варя уже встретилась с Гуртом. Вопрос лишь в том, встретился ли Гурт с Вараном? Если Гурт уже передал портфель Варану, то тут дело придется иметь уже не с одним человеком, а с отрядом. С высокоподготовленными бойцами вермахта, у которых главная задача, это безопасность Варана.

Но даже если еще Гурт не передал портфель, то в любом случае, Кулагин не успевал догнать Гурта. А следовательно, предстоит иметь дело с отрядом. Как оказать сопротивление немецкому отряду, Кулагин не знал. Но портфель Жукова нужно вернуть.

Изучив внимательно карту, Кулагин пришел к выводу, что единственное место, через которое обязательно пройдет Варан это деревня Аньково. Обойдя Ореховку, Аньково останется единственной деревней, которую надо будет пройти. Время сейчас было не на стороне Кулагина. Василий прорабатывал все возможные маршруты до Аньково. Самый простой путь, это через лес. У советских войск, не было ресурсов, что бы взять под контроль огромную территорию леса. Так же насколько Кулагин знал, в этом лесу не действовали партизаны. Нет никаких сомнений, что Варан с отрядом пойдёт через лес. Этот маршрут займет около двух - трёх суток, но зато он исключал военные препятствия. Другие пути вызывали угрозу столкновения с советскими войсками. Оставалось выбрать маршрут, чтобы попасть в Аньково раньше Варана. Если его не удастся остановить в Аньково, портфель Жукова будет утерян навсегда. Единственное преимущество Кулагина, это его же минус. Он один. А значит, он может пройти там, где не пройдет отряд с двумя броневиками. Путь, который мог дать преимущество во времени, лежал через болото. По расчетам Кулагина, если пройти болото, то в течение суток он мог быть в Аньково. Это минимум на сутки, а то и двое раньше, чем будет там Варан со своим отрядом. А это значит, что будет время на подготовку, что бы остановить немецкий отряд. Единственное что, не зная пути через болото, в нем можно погибнуть.

Глава 14

Виталий с Варей шли на встречу с Вараном.

- Эти дурачки действительно поверили, что они тебе нравятся, - смеялся Лопухин.

- Бусыгин может и поверил, - согласилась Варя, - но Кулагин оказался гораздо сложнее, чем я думала.

- Кулагин обычный солдат. Может он что-то и заподозрил. Но в итоге, мы его переиграли. Он остался в части, а мы вместе.

- Поверь мне, не стоит Кулагина недооценивать. Я с ним много общалась, он не так прост, как кажется. Он может создать еще проблемы.

- Ты преувеличиваешь Варя. На счет Кулагина даже не переживай. Это обычный деревенский мужик. Таких используют на войне как пушечное мясо.

- Он и так сорвал наши планы, или ты забыл?

- Ты на счет Никифорова?

- Да. Я ему колола яд, он медленно, но верно загибался. Еще немного, и он сдал бы командование. Но тут влез Кулагин со своим травяным отваром. И что? Никифоров стал как новенький, отказался от уколов.

- Это случайность. Но я согласен, в нашем деле случайностей не должно быть.

- Когда он пошел на поправку, надо было ему смертельную дозу вколоть. Так же как раненым я вкалывала. Почему ты не разрешил?

- С ранеными другая ситуация. Они ранены, а следовательно смерть их объяснима. И то, когда у тебя в палате за несколько дней умерли 8 солдат, Никифоров насторожился. А если бы умер сам Никифоров сразу после твоего укола, то ты попала бы под подозрение. А я лишился бы помощника, а главное своего любимого человека, тобой я рисковать не могу.

- Я бы всё поняла.

- Варя, результат все равно бы это не дало. Никифоров должен был сдать командование по болезни, а в случае смерти, Жуков прислал бы нового командира. И возможно при новом командире нам работалось бы еще тяжелее.

- Но в случае болезни он сдал бы командование Яловчуку.

- Яловчук как командир не очень хороший. Он хороший хозяйственник. Он хорошо распределяет продовольствие, хорошо контролирует запасы боеприпасов, у него каждый патрон на счету. Но как командир, он не очень. Поэтому командовал бы частью я, хотя формально числился бы он.

- Но появился Кулагин, и всё испортил.

- Говорю, это случайность. Кулагин, колхозник. Все эти заумные фразы его, это обычная показуха.

- Но привлечь его не получилось.

- Если бы он был с мозгами, он тебя сразу расколол бы.

- Я очень осторожно действовала.

- Главное, что у нас всё получилось.

- Честно сказать, я хотела бы, что бы он работал с нами.

- Самое главное ты себя не выдала.

- Я аккуратно его прощупала, и поняла, что он не подходит.

- И что ты там у него нащупала?

- Виталий, я люблю только тебя. Не ревнуй.

- Я не ревную. Иногда для выполнения задач приходится переступать через себя, и делать неприятные вещи. И ты с эти хорошо справляешься. Ты молодец.

- Не получилось с Кулагиным, получилось с Бусыгиным.

- С Бусыгиным я не ожидал. Он даже сам ничего не понял.

- Бусыгина я подсадила на морфий. Поэтому вариант с ним был безотказный.

- А он дурак в своих несчастьях винит Кулагина, - рассмеялся Лопухин.

- Да, он просто его ненавидит. Это и не удивительно. Под действием морфия у людей искажается реальность. У них восприятие, совсем противоположное.

- Даже когда, стало очевидно, что портфель вынесла ты, Бусыгин единственный кто в это не верил, и продолжал утверждать, что это Кулагин, - рассмеялся Лопухин.

- Знаешь, я только одного понять не могу, почему Варан тебе не велел отдать портфель танковой группе? Если нас обнаружат, какое мы сможем оказать сопротивление? А группа танков это гораздо надежней.

- Отряд танков получил задание убить Жукова. Для этого есть все возможности. Жуков в части Бахирева, которая не сможет оказать сопротивление. У Жукова нет шансов.

Глава 15

Командир немецкой танковой группы гауптманн Фогель по радиосвязи связался с генерал-полковником Моделем.

- Что у вас? - спросил Вальтер Модель.

- Генерал-полковник, Жукова не удалось ликвидировать, мы попали в кольцо.

- В какое кольцо? Часть Бахирева разбита, вам нужно было только добить её.

- По всей видимости, Жуков стянул сюда все силы на этой территории фронта. Нам нужна помощь.

- Сколько сможете продержаться?

- Думаю не больше трёх - четырёх часов.

- Держитесь, Фогель, помощь будет.

- Когда ждать помощь?

- Прямо сейчас направлю к вам танковый батальон. Достаточно будет для уничтожения русских?

- Трудно сказать.

- Вышлю два батальона.

- Этого будет достаточно.

- Держитесь. Помощь скоро будет, - Модель положил трубку.

Глава 16

- У них своё задание, у нас своё, - сказала Варя, - о своей безопасности тоже надо думать.

- Варя, не переживай, - ответил Гурт, - мы в полной безопасности. Нас никто не ищет. И…

- Что и? – спросила Варя.

- Думаю тебе можно сказать. У Варана есть здесь отряд невидимка. Если даже допустить, что нас кто-то обнаружит, отряд нам обеспечит прикрытие.

- Что за отряд? Тебе Варан об этом сказал?

- Нет. Я узнал от Кулагина.

- А он откуда? Если даже ты не знал об этом отряде?

- Я тебе не сказал, но Кулагин нашел в лесу нашу телефонную точку, и подслушал разговор Паулюса и Моделя.

- Что? Этого не может быть.

- Не волнуйся дорогая. Он из их разговора узнал только то, что и так уже в части знали.

- А как же отряд невидимка?

- Ну, узнал он, что есть какой-то отряд, и что? Даже мы не знаем где этот отряд.

- Всё равно мне это не нравится.

- Не переживай.

- А почему Варан тебе не сказал про этот отряд?

- Это отряд повышенной секретности, который обеспечивает безопасность Варана.

- Отряд повышенной секретности, о котором знает Кулагин, - поправила Варя.

- Это неважно. Он не знает их координат. Этот отряд невидимку русские никогда не обнаружат. Даже я разведчик, воюющий на два фронта, очень хорошо знаю эти места, и то ничего не знал, что где-то здесь есть немецкий отряд. Они где-то рядом, а мы ничего про них не знаем.

Витиалий шел всё медленней и медленней.

- Ты сильно хромаешь, может быть, отдохнешь? – остановилась Варя.

- Времени нет, Варан уже ждет.

- Сядь, я посмотрю ногу.

- Варя потом.

- Ты не дойдешь.

- Осталось километра три.

- Виталий, ты даже километра не пройдешь, садись.

Виталий сел на землю.

- Осторожней, - вскрикнул Виталий от боли, когда Варя стала снимать сапог.

- Прости, он слишком плотно сидит.

Варя аккуратно сняла сапог и размотала портянку.

- Ну, что там? – спросил Виталий.

- Дела плохи.

- Насколько плохи?

- Волдырь лопнул, и гной весь растекся по ноге. Если рану не обработать, инфекция может попасть в кровь.

- Ты сможешь обработать?

- Я могу промыть рану и наложить повязку, но вычистить гной не получится. А это необходимо.

- Давай тогда наложи повязку, гной вычистим потом.

- Хорошо.

Глава 17

Яловчук с Бусыгиным шли выполнять приказ Никифорова, найти и вернуть дезертира.

- Дядя Миша, я предлагаю исполнить приказ прямо на месте, - сказал Бусыгин.

- Ты о чем? - не понял Яловчук.

- Я про то, когда найдём Кулагина. Зачем его возвращать в часть?

- Командир же приказал.

- Какая разница, на месте его расстрелять или в части?

- Разница в том, если ты его расстреляешь на месте, ты не получишь отпускных.

- Ну и хрен с ними.

- Ты не хочешь повидать родных?

- Кулагина поставить к стенке я хочу еще больше.

- Коля, давай придерживаться приказа командира.

- А что если по дороге Кулагин нас самих грохнет? Поверь мне дядя Миша, он этой возможности не упустит.

- Наша задача, не дать такой возможности Кулагину.

- Честное слово не понимаю. Приказ Жукова – расстреливать дезертиров, а наш командир приказал его в часть доставить.

- Коля, здесь нет нарушения приказа Жукова. Может командир лично хочет исполнить приказ.

- Этого Кулагина все хотят убить.

- Коля, ты себя нормально чувствуешь? – Яловчук заметил, что у Бусыгина трясутся немного руки.

- Всё нормально.

- В таком состояние ты не сможешь попасть в Кулагина и с двух метров.

- В Кулагина я попаду и с двух километров. Нам бы только его найти.

Глава 18

Лопухину всё трудней и трудней становилось идти. Боль только усиливалась.

- Ты уже не можешь идти, - Варю беспокоило состояние Лопухина.

У Лопухина уже начался жар. По лицу тёк пот, дыхание становилось тяжёлым.

- Всё нормально, осталось совсем немного. Место встречи где-то тут.

Варя приложила ладонь ко лбу Лопухина, лоб был горячий.

- У тебя жар, это значит инфекция попала уже в кровь, - сказала Варя.

- Ничего, мы уже почти пришли.

- Давай я понесу портфель, - сказала Варя.

- Я сам. Всё в порядке.

- Виталий, тебе же тяжело. Давай портфель.

- Он мне не мешает.

- Положи портфель на землю, и отойди в сторону, - Варя направила пистолет в Гурта.

- Это что? – удивился Виталий.

- Положи портфель, - твердо повторила Варя.

- Варя, некогда шутить, нас Варан ждёт.

- Я не шучу, положи портфель, - Варя пристально, не выказывая никаких эмоций, смотрела прямо в глаза Гурту.

- Ты что, решила вернуть портфель Жукову? Думаешь, тебе медаль дадут? Они же тебя к стенки поставят. Варя, не дури, опусти пистолет.

- Повторяю, положи портфель.

Виталий увидел, что Варя серьёзна как никогда. Он поставил портфель на землю.

- А теперь отойди.

Гурт сделал шаг назад.

- Дальше, - громко скомандовала Варя, - и быстрее.

- Я не могу быстрее, у меня нога, - Гурт сделал еще несколько шагов назад.

Варя взяла портфель.

- Варя, ты совершаешь ошибку. Тебе все равно не уйти от Варана.

- Варан это я!

Часть 5 Варан

Глава 1

- Ты Варан? - не поверил Виталий, - руководитель агентской сети?

- Удивлён?

- Медсестра, возглавляет немецкую агентуру, - Виталий рассмеялся.

- Только Ржевский фронт, - уточнила Варя.

- А что уж не весь? - продолжал смеяться Гурт. – Медсестра командует всей немецкой агентурой. Это же лучше звучит.

- Именно приказы медсестры ты исполнял, а не наоборот.

- Варя, перестань, - перестал смеяться Виталий. - Ты знаешь, что женщины не служат в немецкой армии? Не бывает женщин офицеров в вермахте.

- Женщины, как и мужчины, могут иметь воинские звания и служить вермахту.

- В тыловых службах может быть, но никак не на передовой.

- Женщины уже проявили себя и в медицинской службе, и в подразделениях связи, и даже в СС.

- Да, но только на вспомогательных должностях, в качестве помощниц, но уж ни как руководитель сверхсекретной разведывательной сети Абвера.

- Женщинам действительно не поручают ответственные задания, но в данном случае, более лучшего агента нет.

- Варя, зачем ты врешь? Портфель и так у тебя.

- Это правда, Виталий.

- Какая правда? Даже если допустить, что где-то для каких-то задач и привлекли женщин, но ты все равно не можешь быть Вараном. Ты слишком молода для руководителя немецкой разведки. Это я тебя выбрал и взял в свою команду, а ты меня предала.

- Виталий, это я тебя выбрала. Ты просто так думал, что это ты принимал решения. На самом деле решения были мои. Я так работаю со всеми. А по поводу предательства, это не я тебя, а ты предал меня и всю Германию. Ты нарушил приказ Гитлера.

- Какой?

- Убить Жукова.

- Откуда ты знаешь про этот приказ? – запинаясь от волнения, спросил Виталий. - Этого не может быть. Это же я тебя вербовал. Как?

- Если честно, я была более высокого мнения о тебе. Но ты оказался плохим агентом. А нам нужны только лучшие.

- Я был лучшим в части, именно поэтому послали меня на поиски Варана.

- Ты нашел, потому что знал, где искать.

- Я мог тебя легко убить в доме лесника.

- Виталий, я просто тебе позволила так думать. Я тебя заметила еще в поле, маскировка твоя никуда не годится, ты расплескал воду, когда пил, зачем? Только одно это уже провал. Ты думаешь, этого никто не заметил бы? А про оставленные сапоги у лавки я вообще молчу. Такой солдат в моей команде не нужен. Твой провал, это вопрос времени. Хотя, провал был уже давно, когда ты всё рассказал о Варане, а это никому нельзя было рассказывать. О Варане никто не должен знать.

- Но я же тебе. Я тебе доверял.

- Никому нельзя доверять.

- Говорят, в этих местах необычной красоты радуга, - Виталий назвал пароль, что бы окончательно удостоверится, что Варя действительно Варан.

- Ты всё еще не веришь? – усмехнулась Варя. – Хорошо. Радуга это всего лишь оптический обман.

Ответ был верный. Сомнений, что Варя это Варан, никаких нет.

- А как же обещание Варана, отправить меня работать в агентуру Паулюса?

- Гурт, мне очень жаль, но ты не справишься.

- Варя, я смогу руководить агентурой на Сталинградском фронте. Я знаю советскую армию изнутри.

- На Сталинградском фронте буду работать я. Это сверхсекретное направление и очень важное.

- Но тебя уже раскрыли. Никифоров в курсе, что немецкой агентурой руководит Варан.

- Вычислили не меня, а вычислили позывной. А это сейчас уже неважно. На Сталинградском фронте у меня будет другой позывной.

- Варя, поручи мне какую-нибудь работу, ты не пожалеешь.

- Если ты не выполняешь приказы, о какой работе может идти речь?

- Я же доставил портфель.

- Я не про портфель.

- А про что?

- Тебе выпала большая честь, выполнить приказ самого Гитлера. И ты это задание провалил. Ты знаешь, что Жуков входит в число личных врагов фюрера? А значит он враг и всей Германии.

- У меня не было возможности.

- Жуков был от тебя на расстоянии вытянутой руки. Тебе просто надо было достать пистолет и выстрелить в него.

- Но он же был не один. Меня бы сразу расстреляли бы.

- Настоящий солдат вермахта должен в любой момент быть готовым пожертвовать жизнью ради нации.

- Ты бы пожертвовала?

- Да.

- Почему тогда сама не убила Жукова?

- Я была уверена, что это сделаешь ты. Когда я поняла, что ты струсил, было уже поздно. Планы пришлось менять на ходу.

- Варя, а как же наши планы, купить дом на берегу реки, родить детей.

- Мне очень жаль Гурт. У меня приказ. Ты видел мое лицо.

- Но его многие видели.

- Но они не знают, что оно принадлежит Варану. А те кто знал, мертвы.

- Ты меня убьёшь?

- У меня приказ.

- Ты сможешь? – Виталий смотрел в глаза Вари и понял, что сможет.

- Подожди, - Виталий очень не хотел умирать, - дай мне еще несколько минут подышать этим воздухом.

- Может, ты мне не поверишь, Виталий, но я действительно не хочу тебя убивать, - с сожалением сказала Варя.

- Тогда не делай этого.

- Я не могу нарушить приказ.

- Варя, скажи, почему ты меня еще тогда не убила, в доме лесника?

- Ты мог понадобиться.

- Для чего?

- Если бы нас обнаружили, ты обеспечил бы прикрытие. Мы могли бы разделиться, запутать следы.

- Ты же сказала, я плохой солдат. Зачем рассчитывать было на мою помощь?

- Есть такая русская пословица: «С паршивой овцы, хоть шерсти клок». Иногда этот клок может сыграть решающее значение. Ты мог еще оказать услугу третьему рейху.

- Каким образом?

- Я вполне допускала твой провал. Но даже из провала можно извлечь пользу. Я всего лишь медсестра, а ты Гурт, агент немецкой разведки. Соблазнил глупую девчонку из санчасти. Я жертва обстоятельств. Я обманутая девчонка без мозгов, которая без памяти влюбилась в предателя. Это единственное мое преступление. В связи с нехваткой врачей на фронте, и учитывая моё искреннее покаяние, мне могли бы предоставить шанс искупить свою вину и оставить дальше работать в санчасти, а тебя отправили бы в НКВД. А они уж умеют выбивать информацию. Там бы ты рассказал всё. Но всё, что ты знал, что руководитель Ржевской агентуры это Варан, которого ты в глаза не видел. Провалы агентов уже были, они неизбежны, позывной в этом случае сразу же меняется и работа продолжается.

- Я думаю, вряд ли тебя оставили в санчасти.

- Даже если и так, это не важно. В любом случае моя работа на Ржевском направление окончена. Переправку на другой фронт, мне обеспечил бы спец отряд, а если бы понадобилось, Модель прислал бы на моё освобождение полк, а в случае необходимости и дивизию.

- А сейчас что поменялось? Я могу еще быть полезным.

- Прикрытие мне уже обеспечит спецотряд Моделя.

- Но их еще нет.

- То что ты их не обнаружил, говорит об их хорошей работе, и о плохой твоей.

- Варя, я хочу жить, - еле слышно произнес Виталий, хотя и понимал, что это последние минуты его жизни, - пожалуйста.

- Виталий, я могу лишь тебе предоставить возможность принять смерть с честью, как настоящий солдат, от пули.

- Хорошо, - Виталий, понимал, что другого выхода нет, надо смерть принять достойно.

Виталий выпрямился в полный рост, застегнул все пуговицы на гимнастерке.

- Я готов, - произнес Виталий.

После этих слов, Варя выстрелила в голову Лопухина.

Из укрытия вышел немецкий офицер и направился к Варе.

- Обер-лейтенант Густав Крюгер, командир разведывательного отряда, - представился немецкий офицер, - разрешите доложить, разведывательный отряд на месте и готов к выполнению задач.

- Пойдёмте, не будем терять время, - ответила Варя.

- В машине для вас есть одежда, еда и оружие. Вы сможете переодеться и отдохнуть.

Любимым оружием Вари был немецкий пистолет Вальтер Р38. Но в данный момент ей было не до оружия и не до еды.

- Спасибо, обер-лейтенант, но сначала надо согласовать план действий, - сказала Варя.

Глава 2

Два часа Кулагин шел через болото. Каждый шаг Василий прощупывал длиной палкой. Самое главное в прохождение болота, это осторожность. Торопиться нельзя. Необдуманный шаг, может стоить жизни. Даже если палка упиралась в твердое дно, это еще не значило, что нога не провалится. Вес тела легко может продавить дно, которое не смогла продавить палка. Поэтому Кулагин на ступающую ногу перемещал вес постепенно, что бы в случае продавливания дна, основную массу тела можно было вернуть как можно быстрее на заднюю ногу. А к таким ситуациям надо было быть готовым.

- Немецкие броневики тут конечно не пройдут, но и человек тут вряд ли может пройти, - рассуждал Кулагин.

Василий уже не знал, правильное ли решение он принял, решив пойти через болото. На данный момент это болото казалось ему совершенно не проходимым. Впереди длинный шест, который он сделал из палки, проваливался в болоте, по бокам непроходимый кустарник, об который он поцарапал глубоко руку, когда его осматривал. Сначала Кулагин на царапину не обратил внимания, но кровь не переставала течь.

- Возвращаться назад и искать новый путь? – размышлял Кулагин. – Не факт, что я найду вообще здесь проходимую дорогу. Может все-таки пойти через лес, как Варан? Тогда я точно не смогу их догнать, и портфель Жукова будет безвозвратно утерян. Остается одно, идти через болото или здесь погибнуть.

Но Кулагин был не один, кто-то в это же время тоже находился на этом болоте. Увидев силуэт человека за кустами, Кулагин сразу же снял с плеча винтовку.

- Какого лешего кому-то понадобилось еще что-то делать в этом забытом Богом месте? – думал Кулагин.

За кустами, Василий не мог разглядеть человека. Но сам Кулагин был как на ладони. В случае стрельбы, шансов у Кулагина не было.

- Кто здесь? – Кулагин нацелил винтовку на кусты.

Страх был всё сильнее. У Василия даже проступил пот на лбу. Он мог допустить потонуть в этом болоте, но погибнуть от пули здесь, даже в голову не приходило. Кулагин был уверен, что здесь находится совершенно один, и забыл о всякой осторожности. Все его мысли были сосредоточены, как не увязнуть во всей этой жижи, которая его окружала. Но опасность могла быть не только от болота.

- Кто здесь? - крикнул громче Кулагин.

Прятаться было некуда. В случае боя, пришлось бы стрелять с того места, на котором он находился.

- Не стреляй солдатик, - из кустов вышла старенькая бабушка.

- Ты что здесь делаешь, бабка? – крикнул Кулагин.

- Ягоду собираю, сынок, - ответила бабушка.

Кулагин опустил винтовку. Как же он хотел обматерить, эту старушку, за то, что его так напугала. Но в то же время он был рад, что это была именно старая женщина.

- Другого места что ли не нашла, как на болоте собирать ягоду, - крикнул Кулагин.

- Клюква растет только здесь, - ответила бабушка.

- Я же чуть Богу душу не отдал, бабушка, что ж ты меня так пугаешь?

- Извиняй меня старую, не хотела я тебя напужать, милок.

- Я ведь мог и в тебя шмальнуть, мне ж в голову не приходило даже, что тут еще кто-то есть.

- Я сюды многие лета хожу.

- Зачем?

- Голодуем мы, а болото нас кормит. Особенно нынче.

- Никогда бы не подумал, что на болото можно за едой ходить.

- Слухай милок, а тебя-то как сюда занесло?

- Мне нужно попасть в Аньково, - ответил Кулагин. - Если ты сюда давно ходишь, то должна знать как попасть в Аньково.

- Как пройдешь болото, до Анькова рукой подать будет.

- Я понимаю, но как его пройти?

- Ты пошел через это болото, не зная пути? Как же ты вообще сюды дошел?

- Бабушка, у меня другого выхода нет.

- Мама-стара говорила, не зная броду, не суйся в воду. Ты знашь, сколько люда здесь сгинуло?

- Бабуля, я прошу тебя, давай без лишних слов, пожалуйста, проведи меня в Аньково.

- Солдатик, я бы с удовольствием, но я не могу. Я из Ореховки, мне надобно домой вертаться.

- Вернешься потом.

- Пойми, сынок не могу я потом. Айда лучше ты со мной.

- Говорю же, мне в Аньково надо. Проведи, будь человеком.

- Ну чао ты прилип как банный лист, сказано же тебе, не могу я.

- Да что ж у тебя в Ореховки за дела такие, что русскому солдату помочь отказываешься?

- Раненый партизан у меня в избе. Его нельзя надолго оставлять.

- Откуда здесь партизаны?

- Их здесь нет. Он из Ржева. Их партизанский отряд весь перебили, он один остался. Пробирался к своим через леса, заблудился. Я его обессиленного нашла в лесу. Вот сейчас выхаживаю.

- Тогда объясни, как пройти.

- Ты так не пройдешь, засосёт, и палка твоя не поможет.

- Бабушка, я не имею права не пройти. От этого зависит жизнь генерала Жукова, и наша победа над этой фашистской нечестью. Пожалуйста, бабушка, помоги.

- Да как тебе помочь-то? Как ты вообще додумался через это болото идти?

- Кроме этих чертовых чепыжей в Аньково не попасть.

- Через Ореховку можно пройти, - возразила бабушка.

- Через Ореховку займет двое суток, а мне нужно туда срочно.

- А что у тебя с рукой, - бабушка заметила кровь на рукаве Кулагина.

- Ерунда, царапина, - ответил Василий.

- Может быть загноение, - заохала бабушка.

- Всё нормально, - попытался успокоить Кулагин бабушку, хотя рана действительно продолжала кровоточить.

- Дайка руку, - бабушка взяла руку Кулагина, - тут само не пойдёт.

- А что у тебя на ногах? – Кулагин обратил внимание, на странные сооружения на ногах у бабушки.

- Подожди, не дергайся, - бабушка вглядывалась в рану Кулагина.

Старушка достала что-то из своей сумки и наложила на рану. Потом обвязала какой-то тряпкой.

- Что это?

- Мох.

- Что?

- Мох. При гнойных ранах это лучшее средство.

- Но у меня не гноится рана.

- Загноилась бы. А теперь можешь быть спокоен, с твоей рукой будет всё в порядке.

- Точно?

- Не переживай. Это проверенное средство веками.

- Бабушка, я ценю твою помощь, но самое главное, мне нужно попасть в Аньково.

- Ладно, сынок, помогу я тебе, - вздохнула бабушка.

- Спасибо, бабуль.

- Но я с тобой не пойду, партизана я не оставлю.

- Ты поможешь, если объяснишь, как пройти это болото.

- Ты так его не пройдешь. Отдам я тебе свои болотоступы, - бабушка стала снимать какие-то странные сооружения со своих ног, напоминающие лапти, огромного размера, свитые из прутьев.

- Что это? – спросил Кулагин про непонятные приспособления.

- Это что бы по болоту ходить, они в этой трясине не вязнут.

- Первый раз вижу такое.

- Одевай, - бабушка сняла болотоступы.

- А ты как же?

- Я эти места хорошо знаю, домой я и без них пройду.

- Точно пройдешь?

- Может немного подольше, но пройду. Я же уже шестой десяток лет хожу сюда клюкву собирать. Так что не переживай.

Кулагин надел эти приспособления для ходьбы по болоту. Бабушка объяснила Василию, как пройти в Аньково. В данных обстоятельствах, Василий должен был попасть в Аньково еще раньше, чем предполагал. А это было очень важно. Можно было выкроить уже несколько часов на сон и восстановить силы. Для встречи с Вараном они очень пригодятся.

- Спасибо, бабушка. Ты здесь сама-то тоже не очень задерживайся, мерзко уж очень здесь.

- Солдатик, не прав ты. Здесь есть своя красота.

- Какая же красота здесь может быть? Здесь тина и муть. Красиво там, бабушка, где растут цветы.

- Красивые цветы хороших плодов не приносят. Если по настоящему любишь природу, то даже такие гиблые места воспринимаешь, как самое прекрасное место на земле. Когда нам плохо, мы за помощью приходим сюда. Болото нас кормит, нас лечит. Тут ягодки, корешки, много чего полезного для нас. Здесь можно отдохнуть от люда. Я с детства сюда хожу, и эти места для меня родные.

- Прости бабушка, я не хотел тебя обидеть.

- Ладно, ступай сынок, сделай всё что сможешь, что бы выкорчевать немецкую нечисть с земли русской, а в остальном положись на судьбу, - бабушка перекрестила Василия, - да поможет тебе Господь.

- Спасибо, за помощь, - Кулагин продолжил свой путь.

- Солдатик, - окликнула бабушка, - самое главное, если увидишь огоньки, обходи их стороной.

- Что за огоньки? – удивился Кулагин.

- Бывает здесь такое, появляется тусклый свет, это нехороший знак, сразу же уходи от этого света.

- Хорошо бабушка, - из вежливости сказал Кулагин.

Старенькая бабушка. Мысли путаются. Возраст берет своё. Все такими будем. Это самое логичное объяснение, который нашел Кулагин не понятным советам бабушки.

Глава 3

Яловчук с Бусыгиным дошли до развилки Орехово - Балашиха. Как и Кулагин, внимательный Яловчук заметил следы у оврага за знаком указывающим направления пути.

- Что-то здесь не так, - сказал Яловчук.

- Что именно? – спросил Николай Бусыгин.

- Спустись в овраг, посмотри, - велел Яловчук.

Бусыгин спустился в овраг.

- Здесь человек! – крикнул Бусыгин, обнаружив труп.

- Ничего не трогай, - крикнул Яловчук и спустился к Бусыгину.

Яловчук убрал ветки с трупа.

- Это же шлепок, - удивился Бусыгин.

Яловчук снял пилотку. Это же сделал и Бусыгини.

- Бедный шлепок.

- Не шлепок, а красноармеец Серов.

- Ты прав, дядя Миша.

- Надо бы его похоронить, - сказал Яловчук.

- У нас времени мало, - ответил Бусыгин.

- Не по-христиански как-то так оставлять тело.

- Кто же его? – задумался Бусыгин. – Кулагин?

- Возможно. Но возможно и Лопухин. Он был с лейтенантом Лопухиным.

- Тогда где Лопухин?

- Не знаю, - ответил Яловчук. - На поиски Лопухина направлен отряд сержанта Мохарина. Они сейчас прочесывают балашихинский лес. Если Лопухин предатель, то отряд Мохарина его найдёт. А нам надо найти покинувшего без приказа часть бойца Кулагина.

- Давайте тогда не будем терять время.

- Мы не можем так оставить Серова. Сначала надо его похоронить.

Похоронив Илью Серова, старший лейтенант Яловчук и боец Бусыгин направились в Ореховку.

Глава 4

Генерал полковник Модель позвонил обсудить текущее положение дел генерал майору Паулюсу.

- Господин Паулюс, я сейчас получил сообщение от Варана. Портфель у него. Отряд невидимка сейчас сопровождает его к самолету. Через двое, максимум трое суток Варан будет на месте.

- Вас понял, генерал полковник, самолет будет ждать Варана уже завтра, на тот случай, если Варан придет раньше.

- Раньше он не придёт. Он обходит все места, которые могут представлять хотя бы малую угрозу. Но можете считать, что портфель Жукова уже у вас. Нет никаких сомнений, что Варан доставит портфель.

- А что там с танковой группой Фогеля?

- Фогель попал в кольцо.

- У него же усиленная рота. Он, что не может прорвать кольцо?

- В данном случае, перевес сил, на стороне противника. Как я вам и говорил господин Паулюс, с танковой ротой отправлять Варана было бы опасно.

- Вы им окажете помощь?

- В данной ситуации помощь будет неоправданной. Лишние потери мне сейчас ни к чему. Группа Фогеля свою задачу выполнила. Отвлекла внимание на себя. Как я и думал, Жуков все силы бросил на уничтожение танковой группы Фогеля. Он уверен, что Варан именно под охраной танковой роты. А на поиски действительного местоположения Варана был направлен наш агент Гурт, которого Варан уже ликвидировал. Так что беспокоиться больше не о чем. Варана никто не преследует. Считайте, что документы Жукова уже у вас. К сожалению, за это пришлось расплатиться танковой ротой Фогеля. Скорей всего наша рота уже уничтожена. Но мы храбрый подвиг гауптманна Фогеля, не оставим без внимания. Фогель будет награжден железным крестом посмертно. Русские сполна ответят за пролитую бесценную немецкую кровь.

Глава 5

Согласовав наиболее безопасный маршрут к самолету с обер-лейтенантом, Варя наконец-то смогла на какое-то время расслабится. Несмотря на превосходную физическую подготовку, после долгого пути, у неё уже практически не было сил. Она заняла наиболее подходящее место в броневике для отдыха и уснула. Самое трудное позади. Теперь она под охраной элитного немецкого отряда Моделя. Маршрут проложили в обход всех населенных пунктов. Единственная деревня, которую никак нельзя обойти, это Аньково, которая расположилась на болотистой местности.

- Только русские могли на болотах построить деревню, - рассуждали немцы.

Небольшая деревушка Аньково будет единственным препятствием на маршруте немецкого отряда. Но для высокоподготовленых бойцов вермахта, это скорее было условным препятствием. Что могли сделать жители деревни против двух броневиков и 22 немецких вооруженных солдат? Судьба Аньково была уже решена. Свидетелей быть не должно. Жители должны быть уничтожены все, включая стариков, женщин и детей. А в военное время, практически все деревни только и состояли из этих жителей. Мужское население было всё на фронте.

Несмотря на серьезную спецподготовку, немецкие солдаты любили пересказывать друг другу разные русские байки: о леших, домовых, чертях, духах, водяных, которые наделены невероятной силищей и водятся в гремучих лесах и на болотах. Конечно, их это больше веселило, чем пугало. Только на таких полудиких людей, как русские, эта нечистая сила могла навести ужас. Но они, солдаты вермахта, образованные, интеллектуальные, конечно не во что это не верили. Они со смехом обсуждали, как же отстала эта страна варваров, в которой есть такие сказочные персонажи. Но это им не мешало и дальше пересказывать друг другу русские сказки, и как это бывало, каждый пересказчик добавлял в русскую былину что-то от себя. «Это нечистая сила пришла за нами», была самой популярной шуткой в отряде, которая вызывала бурю смеха всех солдат. Эту шутку они вставляли, везде, где только можно. Даже обычное карканье ворон, было поводом сказать эту шутку, и тут же это сопровождалось смехом.

Глава 6

Пройдя болото, Кулагин решил сделать привал. На болоте Василий действительно стал свидетелем необъяснимого явления. Неизвестно откуда появились мерцающие огоньки. Они привлекли внимание Василия. У свечения был голубоватый оттенок. Близко Кулагин не решился подходить к этому свечению, наблюдал на определенном расстоянии.

- Про эти огоньки что ли говорила бабушка? – подумал Кулагин. – Или мне мерещится. Визуальное восприятие дает сбой.

Кулагин не стал заострять на этом внимание, и продолжил путь. Пока он преодолевал все препятствия болотистого пути, к существующим трудностям добавился дождь. И хотя дождь быстро кончился, Кулагин успел окончательно промокнуть до нитки. Он развел костер, развесил около костра мокрую одежду, соорудил место для сна из веток и лег спать. Несколько часов для восстановления сил и просушки одежды были не обходимы. Совсем рядом, громко квакали лягушки, а немного погодя, начали каркать вороны. У Кулагина даже сложилось впечатление, что у них какое-то соревнование, команда на команду, кто громче квакает или каркает. Но Кулагина этот шум не раздражал, он даже в какой-то мере им наслаждался. Когда вокруг стреляют, разрываются снаряды, кваканье лягушек казалось музыкой для уха. Что может быть приятней натуральных звуков природы? В такие моменты наиболее остро ощущаешь все прелести природы. Даже то, что раньше казалось отвратительным, сейчас кажется прекрасным. Кулагин вспомнил слова бабушки: «Если по настоящему любишь природу, то даже такие гиблые места воспринимаешь, как самое прекрасное место на земле».

- А ведь она права, - согласился Кулагин.

Еще два часа назад, Кулагин жалел, что пошел через болото. А сейчас он уже в какой раз убедился в правильности золотого правила «Подумав — решайся, а решившись — не думай». Раз решился идти через болото, надо идти. Раз решился покинуть часть без приказа, значит надо действовать. Решился вернуть портфель, надо возвращать. Обратного пути быть не может. Даже мысли допускать об альтернативных возможностях нельзя. Направление выбрано, только вперед. Сомнения и страх здесь могут сыграть плохую службу. Нужно оставаться спокойным и рассудительным. Если проблему можно решить, то не стоит о ней беспокоиться, если её решить нельзя, то беспокоиться о ней бесполезно. Об этом забывать нельзя.

Глава 7

Выспавшись, Варя сидела на броневике с обер-лейтенантом Густавом Крюгером. Она переоделась в новую немецкую форму, и наблюдала за всем, что происходит вокруг. Хотя её и охраняли высококвалифицированные бойцы вермахта, но бдительности она всё равно не теряла. Отряд медленно, но верно двигался в направление места ожидания самолёта. Через два дня, они должны быть уже на месте.

- Вам немецкая форма идет гораздо больше, чем русская, - сделал комплимент Густав Крюгер.

- Спасибо, - ответила Варя. - Предстать перед генерал майором Паулюсом в русской гимнастерке было бы не вежливо.

- Для меня большая честь, сопровождать самого Варана, - выразил свое восхищение Крюгер.

- Спасибо, обер-лейтенант. Многие в немецкой армии относятся с недоверием к женщинам на войне. Считают, что место женщины на кухне, заниматься домашним хозяйством.

- Должен признаться, я так же считаю. Но вы являетесь исключением. Генерал полковник Модель, очень доволен вашей работой. Что бы отвлечь от вас внимание, он даже пожертвовал танковой ротой Фогеля.

- Фогель был хорошим командиром. Эта жертва будет не напрасной.

- Господин Модель велел вам кое-что передать.

- Что? – спросила Варя.

Густав Крюгер достал из кармана железный крест.

- Это ваше, - протянул обер-лейтенант крест Варе.

- Спасибо.

- Господин Модель сказал, что эту награду вам вручил сам фюрер.

- Да. Эта награда действительно для меня очень важна. Мою работу и преданность третьему рейху оценил сам фюрер. Перед внедрением в часть Никифорова, я оставила эту награду господину Моделю на сохранение.

- Он её сохранил.

- Теперь придется отдать её на сохранение генерал майору Паулюсу.

- Что вы чувствуете, имея награду от фюрера, но не имеете возможности её носить?

- Я её обязательно одену, но не сейчас. Когда мы одержим победу над Россией, я вернусь в Берлин с этой наградой на груди.

Варя аккуратно положила железный крест в нагрудной карман. Густав Крюгер достал бутылочку шнапса и печенье. Он протянул Варе железную кружку и угощенье.

- Ехать еще долго, – Густав налил немного шнапса в кружки.- Предлагаю выпить за победу!

- За фюрера! – Варя выпила напиток.

- За фюрера! – вслед за ней выпил обер-лейтенант.

Глава 8

В отличие от немецкого отряда, у Кулагина с едой дела обстояли гораздо печальнее. Он старался на голод не обращать внимание, но мысли все равно рано или поздно возвращались к еде. Природа может и одеть и накормить, но времени, заниматься поиском пищи не было.

Вот уже и Аньково. Кулагин увидел деревню, до которой оставалось не больше двух километра. А вот и первый её житель. Невдалеке от Кулагина, женщина лет сорока собирала крапиву. Во многих деревнях крапива употреблялась в пищу. Из неё готовили вкусные зеленые щи. А из ошпаренных кипятком листьев крапивы, делали салаты. А молодые стебли крапивы рубят, солят и квасят как капусту. Так же из крапивы делают чай, который обладает полезными свойствами. Сок крапивы используют для остановки кровотечений. Кулагин не очень любил употреблять в пищу крапиву, н сейчас бы с удовольствием навернул бы тарелочку зеленых щей из крапивы. Женщина была так увлечена своим делом, что даже не заметила подошедшего Василия Кулагина.

- Здравия, красавица, - обратился к женщине Василий.

От неожиданности женщина даже вздрогнула.

- Солдат? – удивилась она. – А что ты здесь делаешь?

- Я боец Красной армии, Кулагин. Скажи красавица, это Аньково?

- Это Аньково. Только боец Кулагин, меня уж давно никто красавицей не называл. Как-то непривычно это. Меня все здесь Тамарой зовут.

- Раз у вас тут так по-простому, меня тогда зови Василием.

- Что ты в наших местах делаешь, Василий?

- Тамара, - следующую фразу он с большим трудом выдавил из себя, - здесь скоро будут немцы.

После этих слов с женщиной началась истерика.

- Спокойно! – крикнул Кулагин. – Времени на эти мокрые дела нет.

- Они же всех нас убьют, куда нам деваться? - продолжала плакать женщина. – А у меня сынишка растет.

- Тамара прекрати истерику! – еще громче крикнул Кулагин. – Немецкий отряд небольшой, мы его уничтожим.

- Ты здесь не один? С тобой еще солдаты пришли? Вы нас защитите? Спасибо солдатик, - Тамара не останавливаясь, говорила так быстро, что Кулагин даже не мог вставить слово.

- Тамара, да послушай ты меня, - пытался перекричать Кулагин женщину.

- Да, да, говори, прости, я же думала, ты здесь один.

- Тамара, помолчи.

Женщина замолчала и стала внимательно слушать.

- Я здесь один, - произнес Кулагин.

После этих слов Тамара опять начала причетать.

- А кто же нас защитит? – не могла успокоиться женщина.

- Я пришел именно для этого, что бы вместе с вами защитить деревню.

- А почему прислали только тебя одного?

- Не об этом речь. Сейчас успокойся, коротко и ясно ответь мне на вопросы. Это очень важно.

- Хорошо, - женщина попыталась взять себя в руки и успокоиться.

- Сколько человек в деревне? – спросил Кулагин.

- 26.

- Мужики есть?

- Двое. Ефимыч и Герка.

- Почему они не на фронте?

- Ефимыч старик, по возрасту уже не подходит для фронта, а Герка инвалид. Он видит не очень, да хромает сильно. В детстве с лошади упал и повредил ногу. После этого она у него теперь не сгибается.

- Перелом не правильно что ли сросся?

- Чего? – не поняла женщина. – Я говорю, нога у него не сгибается.

- Ясно всё с ним. А детей сколько?

- У меня Витюшка, одиннадцать лет и еще пятеро детишек в деревне.

- Бригадир в деревне кто?

- Дед Ефим. Он мужик опытный, хотя и старый. Но любитель пропустить стаканчик. А Герка целыми днями свои корзинки вяжет.

- Веди меня срочно к деду Ефиму. И не истери. Будет всё нормально. Мы что-нибудь придумаем.

Глава 9

Яловчук и Бусыгин несколько часов пробирались через кустарник в лесу.

- Мы точно идем этой дорогой? – поинтересовался Бусыгин.

- Коля, это наиболее безопасная дорога, - ответил Яловчук, - неизвестно, какая ситуация в этих местах, можем напороться на засаду. А здесь, согласен, трудновато идти, но зато мы гарантировано пройдём к Ореховке.

- Ты командир, дядя Миша, тебе видней.

- Всё будет нормально, Кулагин от правосудия не уйдёт.

- Интересно Кулагин, здесь тоже шёл?

- Неважно где он шел, важно, куда он придёт. В Ореховку мы все пути проверить не можем. Но найти деревню, где он спрячется, мы можем, и это сделаем.

- Долго нам еще идти до Ореховки?

- Дня два, - предположил Яловчук.

- Может, стоило бы пойти через болото?

- Что бы там потонуть?

- Почему потонуть?

- Да потому. Если ты не знаешь это болото, то останешься там навсегда.

- Я думаю, а мог бы Кулагин пойти через болото?

- Да кто ж его знает? Может и мог бы. Но если он действительно пошел через болото, то считай, больше нет Кулагина.

- Не хотелось бы, что бы он так легко отделался. Как бы я хотел лично этого дезертира прикончить.

- Вроде бы закончился этот кустарник, давай привал сделаем. Часика два надо отдохнуть.

- Я тоже что-то подустал немного.

- Я здесь костер разведу, а ты сходи за водой, будем варить картошку.

- А где я воды возьму?

- Вон ручей течет, не видишь что ли?

- Так есть, товарищ командир, - Бусыгин направился к ручью.

- Подожди, - остановил его Яловчук, - сколько у тебя картошки?

- Восемь картофелин.

- Четыре сейчас сварим, четыре на завтра оставим.

- Как скажешь, дядя Миша.

Бусыгин с котелком направился за водой, а Яловчук начал разводить костер.

Глава 10

Тамара привела Кулагина к деду Ефиму. Худощавый старик, которому уже шел восьмой десяток, седой, небритый, этим временем чинил домашний ткацкий станок. В свободное время он ткал ковры, покрывала и другие плетеные полотна. На этом станке когда-то работал зажиточный крестьянин Кучин Василий Иванович. Своими полотнами он славился даже за пределами Ореховки. Конечно, такая слава его полотен обеспечила ему безбедное существование. А в дореволюционное время, это воспринималось как роскошь. На его доме, у единственного в деревне, была железная крыша. Большое хозяйство, корова, козы, свиньи, куры. Даже золотишко имелось, не говоря уже о столовом серебре. Вот так раньше жили крестьяне. Естественно те, которые трудились. А бездельники во все времена плохо жили, при любой власти. А с новой властью, стали испытывать нужду и трудящийся народ. После революции, Кучин попал под раскулачивание, и дом, как и станок, отошел государству. Железную крышу сняли и решили перенести на сельсовет, который собрались строить в деревни. Сельсовет так и не построили, а крыша просто сгнила. Кучин переехал со своей семьей жить из деревни в город. Как сложилась его жизнь дальше, никто не знает.

Когда в Аньково приехал работать Ефим Курылин, ему советская власть для проживания выделила дом Кучина без крыши. Курылин своими силами построил крышу, только гораздо скромнее, что бы не выделяться. Как и все в деревне, Ефим занимался восстановлением сельского хозяйства. После революции оно пришло в упадок. Поначалу Ефим даже хотел выбросить ткацкий станок, уж больно он много места занимал в доме. Но в свободное время, незаметно для себя, даже втянулся в работу станка и продолжил дело Кучина. Конечно не в том объёме, так как основное время занимало работа в колхозе, но когда позволяло время, он ткал полотна. Семьи у него не было, жил он совершенно один. Иногда его навещала соседская девченка, Нюра. Её посылала мама, передать старику яблочек, пирогов, иногда варенье. Дед с удовольствием принимал гостинцы и был рад общению. А после того как у Нюры умерла мама, они стали больше общаться. Деду Ефиму было очень жаль девочку и уже он старался ей чем-то помочь. Но большую часть времени дед Ефим проводил один, и работа на ткацком станке скрашивала его одиночество. Как и дед Ефим, станок уже был в преклонном возрасте и часто выходил из строя. И Ефимыч уже больше времени его ремонтировал, чем работал. До войны, он даже ездил в Иваново, что бы станку купить новые современные иглы. Только он их не успел установить. Началась война. Бригадира колхоза призвали в армию, а его назначили на место бригадира. По возрасту и состоянию здоровью, Ефимыч уже служить не мог, и всё что ему позволили, это руководить.

- Ефимыч, - в дом забежала Тамара.

- Я занят, - продолжил ремонтировать станок дед Ефим, даже не повернувшись к женщине.

- Ефимыч, это срочно.

- Опять яиц в курятнике не досчиталась? Сколько раз тебе уже говорил, ни кому не нужны твои яйца, глупая женщина, куры у тебя старые, вот и меньше нестись стали.

- К нам идут немцы.

- Ты что дурра мелишь! – дед Ефим повернулся к Тамаре.

- А это кто? – дед увидел рядом с женщиной Кулагина.

- Я красноармеец Василий Кулагин! – представился Василий.

- Ты что здесь делаешь?

- В вашу деревню направляется отряд немцев.

- Что за отряд?

- Два броневика.

- А численность знаешь?

- 24 человека.

- Ты один здесь?

- Один.

- А где остальные, где командир?

- Наши части понесли большие потери. Больше никого не будет. Нам нужно местными силами оказать сопротивление.

- У меня в деревне одни бабы и дети, какое сопротивление?

- Детей из деревни надо увести. Немцы никого не пощадят.

- Боец, из деревни надо уводить всех.

- Кто-то должен остаться, помочь мне оказать сопротивление.

- Кто? Я же говорю, тут одни бабы, ну и инвалид еще.

- Вот с ними мы и остановим немцев.

- Ты солдат, ты и останавливай, а я на верную смерть баб не пошлю. Не буду брать я такой грех на душу. У меня и так грехов хватает.

- От этого может зависеть исход войны.

- От нашей деревни?

- В немецком отряде находится портфель Жукова. От этих документов зависит судьба страны, и жизнь самого генерала Жукова.

- Солдат, наша деревня в забытом Богом месте. Ну, какая судьба страны может решаться здесь на болотах?

- Ладно, дед, покажи мне деревню, и выводи людей. Я один займусь сопротивлением.

- Один против отряда?

- Да, - твердо ответил Кулагин.

- Тебя убьют.

- По-другому я не могу.

- Ты дурак?

- Лучше быть дураком, чем предателем родины.

- Каким предателем? Что кроме нас некому остановить их?

- Не кому. За болотом их ждет самолет.

- Они не пройдут эти болота. В этих болотах уже тысячи людей потонуло.

- Обойти их можно?

- Обойти можно. Но это долго.

- Неважно. Важно, что пойдут они через болото или будут его обходить, в любом случае они пойдут через деревню.

- Но сам подумай, что мы можем сделать?

- Я сказал, я один здесь останусь и буду ждать немцев.

- Тамара, - обратился дед к женщине, - собирай всех и уводи отсюда, - я остаюсь с солдатом.

Тамара начала снова причитать.

- Женщина! – крикнул дед Ефим. - Ты слышала, что я тебе сказал?

- Слышала.

- Тогда выполняй.

Тамара вышла из дома.

- Рассказывай боец, что за отряд к нам направляется? – дед Ефим смотрел на солдата.

- В отряде два броневика и около двадцати немецких солдат.

- Когда они будут здесь?

- Трудно сказать. Но думаю, до завтра у нас есть время на подготовку.

- И какой будет план?

- Пока не знаю. Но через деревню, отряд не должен пройти.

- Вдвоем мы не остановим их. Мы просто умрем, но не остановим.

- Дед, надо остановить. Не имеем права мы их пропустить.

- Как мы их можем остановить?

- У тебя оружие есть? – спросил Кулагин.

Дед подошел к сундуку и достал из него шашку.

- Двадцать лет тихо она пролежала здесь, - дед аккуратно протер шашку тряпочкой, - не думал, что снова возьму её в руки.

- Что это?

- Шашка, осталась со времен гражданской войны, - ответил дед.

- Дед, ну какая шашка? У них броневики.

- Это моё оружие сынок.

- По оружию получается такая ситуация. У меня есть автомат, винтовка, четыре противотанковые гранаты, 20 патронов к винтовке и магазин к автомату, - Кулагин всё оружие сложил на стол.

- И шашка, - добавил дед.

- Дед, шашка твоя не пригодится, забудь про неё.

- Во время революции она мне не раз жизнь спасала.

- Сейчас другое время. Шашка тебе не понадобится.

- Ты используй своё оружие, а я буду использовать свое.

- Дед, сейчас шашка используется только при параде.

В дом зашел сильно хромая Гера. Худощавый человек, лет сорока, рост чуть выше среднего. Неопрятный, небритый.

- Ефимыч, – закричал с порога Гера, - Тамара совсем из ума выжила. Говорит, к нам в деревню немцы идут.

- Гера, это правда, - с сожалением ответил дед.

- К сожалению, это так, - потвердел Кулагин.

- Но как это возможно? – Гера сел на лавку.

- Это не имеет значение, - ответил дед, - и нет времени это обсуждать. Вы все должны покинуть деревню. Прям сейчас. Запрягай телегу, и уезжайте прямо сейчас.

- А ты?

- Я остаюсь.

- Ефимыч, ты что совсем спятил? Решил один остаться в деревне?

- Гера, мне терять нечего. Я жизнь уже прожил.

- Вот именно. И ты думал, что я такому старому козлу доверю свою деревню? Я тоже остаюсь. Мне идти некуда. Да и со своей ногой я далеко все равно не уйду.

- Нас уже трое, - сказал Кулагин, - это уже что-то.

- Из троих один старик, другой инвалид, - уточнил дед.

- У тебя где дом? – спросил Кулагин Геру.

- В начале деревни.

- Значит, будешь держать оборону в своем доме, а ты дед в своем.

- Оружие дадите? – спросил Гера.

- Какое тебе оружие? – крикнул дед. – Ты же ничего не видишь.

- Я в даль не вижу. А с близи я всё вижу.

- А с близи автомат не нужен, тебе и топора достаточно будет. Автомат для дальнего боя.

- Ефимыч, отряд немцев я уж разгляжу, - настаивал Герка.

То, что Герка еще и плохо видит, совсем расстроило Кулагина. Но что делать? Дед от оружия отказался. Женщинам отдать?

- Так дадите автомат? – повторил вопрос Герка.

- Автомат и магазин, - неуверенно протянул оружие Кулагин, - расходуй с умом.

- Покажете, как пользоваться? – спросил Гера.

- Ты никогда не держал в руках оружия? – тут Кулагин совсем поник.

- Нет, - честно ответил Гера.

Кулагин был в растерянности. Но выхода другого не было.

- Ладно, - вздохнул Кулагин, - научу.

- А гранаты дадите?

- Нет. Гранаты будут у меня. Нужно будет броневики уничтожить до въезда в деревню. Что бы в деревне вести бой только с солдатами. Гранаты по крайней мере один фашистский броневик в щепки разнесут.

- А второй? – спросил дед.

- Со вторым не знаю.

- Да и с первым не очень хорошая идея.

- Почему?

- Что бы уничтожить броневик, нужно подобраться в плотную, даже если это получится, не факт что успеешь бросить эти гранаты. А если даже успеешь, уйти ты уже не сможешь. Тебя убьют. Что дальше?

В это время в дом забежали деревенские женщины, и наперебой начали галдеть.

- Тихо! – крикнул дед Ефим. – Да, действительно, в деревне скоро будут немцы, и вам надо прямо сейчас уйти из деревни.

- Мы деревню не оставим, и никуда не уйдём, - не унимались женщины.

- Сюда идут немцы, - повторил дед.

- Мы здесь родились, эта наша деревня.

- Да поймите глупые бабы, - охрипшим голосом уже кричал дед, - если хотите жить, чешите галопом отсюда.

- Мы здесь родились, здесь и помрем, - упорствовали деревенские женщины.

- Что мне с ними делать? – спросил дед Кулагина.

- В другой ситуации я был бы против, - ответил Кулагин. - Воевать, это дело мужское. Но тут ставки слишком высоки. Будем останавливать немцев с женщинами.

- Значит так! – скомандовал Ефимыч. – Здесь я приказывать не могу. Кто хочет, тот остается в деревне. Кто не хочет, тот уходит.

- Говори что делать, Ефимыч, мы все остаемся.

- Нет не все! – вмешался Кулагин. – Из деревни надо увести детей. Немцы щадить ни кого не будут.

- Мамаши собирайте детей и уходите, - громко произнес дед.

- Детей, спасать надо, но всем матерям нет смысла покидать деревню, - высказала свое мнение одна из мам. - Из деревни увести детей достаточно одной матери.

- У кого еще какие мнения? – спросил дед.

Все молчали.

- Тогда сейчас все идут и собирают своих детей.

- Ефимыч, ты слышал? – возразили женщины. – Пусть одна из нас уходит с детьми из деревни. А остальные останутся здесь.

- Я тоже считаю, что дети должны уйти вместе с матерями, - сказал Кулагин.

- Если мы уйдем, то куда потом вернуться дети? – женщины не соглашались. - В сожженную деревню? Мы остаемся защищать свои дома.

- Ладно, - согласился Кулагин. - Кто уведет детей?

- Пусть идет Тамара, - решили женщины.

- Хорошо, пойдёт Тамара, - ответил дед, - собираете детей, а она их уведет. Гера, запряги лошадь, они поедут в телеге.

Гера сразу же вышел и пошел запрягать лошадь.

- Тамара, - обратился Ефимыч к женщине, - с детьми поезжай в Ореховку.

- Немцы идут со стороны Ореховки, - вмешался Кулагин. - В Ореховку нельзя.

- А куда тогда идти? Тут больше некуда податься, - возразила Тамара.

- В Ореховку нельзя, - повторил Кулагин.

- Тамара, прячьтесь на болоте, у птичьего ручья, - сказал Ефимыч, - там пережди дня три, потом возвращайся. К этому времени всё закончится. Возьми с собой запасы еды, чтобы не умереть с голоду. Иди прямо сейчас. Не теряй время.

Тамара начала что-то невнятное бормотать.

- Пошевеливайся, давай! – что есть силы крикнул на Тамару дед.

Тамара сразу же выбежала из дома.

- А вы что стоите? Идите, собирайте детей.

Остальные мамы вышли следом за Тамарой.

- А ты что стоишь? - крикнул дед на самую молодую девушку.

Нюре было всего 16 лет, худенькая, со светлыми волосами, Ефимыч к ней относился как к внучке. Она часто заходила в гости к деду Ефиму. Мать воспитывала её одна. А в прошлом году, на фоне недоедания, организм не смог справиться с обычной простудой. И Нюра осталась одна. Дед Ефим стал ей помогать по мере возможности. Нюра это ценила. У них сложились теплые отношения, как у внучки с дедом.

- А что мне делать? – спросила Нюра.

- Ты слышала, что я сказал? Всех детей Тамара уводит на птичий ручей, а ты здесь стоишь.

- Но я-то не ребенок. Мне уже 16 лет.

- Не спорь. Ты уходишь вместе с детьми, - Ефимыч очень переживал за Нюрку.

- Я остаюсь с вами.

- Нет, не остаешься.

- Ты меня силой туда отведешь?

- Нюрка! – крикнул дед. – Я всё сказал. Идешь с детьми и точка.

- Я буду защищать свою деревню вместе со всеми.

- Вот ты настырная.

- Дедушка, не отправляй меня, я все равно останусь.

Выхода у Ефимыча не было. Даже если её отправить, она все равно сбежит и вернется в деревню.

- Ладно, - немного подождав, ответил дед, - но будешь делать всё, что я скажу.

- Спасибо, дедушка, - Нюра обняла деда.

- Далеко этот птичий ручей? – спросил Кулагин.

- Часа два ходу, а то и меньше, - ответил дед.

- Нужно подальше спрятать детей.

- Дальше лошадь с телегой не пройдут, опасно. Могут потонуть.

- А если без лошади? Своим ходом?

- Без провизии, если отправлять, не выживут. Помимо еды, нужно одеяла потеплее взять, тулупы, а то ночью померзнут. Груз тяжелый, а это дети. Далеко они не пройдут. Лошадь обязательна нужна.

- Хорошо.

- А нам что делать? – спросили оставшиеся женщины?

- Детей она уведет, что дальше боец? – спросил дед.

- Сколько всего людей у нас?

- Сейчас скажу, - дед в уме начал считать, - 18 баб, плюс я и Герка, всего получается нас двадцать.

- Вместе со мной двадцать один. Это уже что-то. По численности мы уже почти не уступаем немецкому отряду.

- Но у них есть оружие, - возразил дед.

- А у нас есть наша земля. Наши дома. Наши семьи. Мы будем сражаться за каждую травинку, за каждый листик. Мы им ничего не отдадим. На нашей стороне каждая пылинка, потому что она наша, родная. А что тут есть у немцев? Ничего. Захотелось землице русской? Так пускай тогда здохнут здесь.

- Правильно, - начали кричать женщины, - пусть здохнут поганые фрицы.

- Ты говори, что делать, солдат, – попытался перекричать дед женщин.

- Надо установить непрерывное наблюдение. Это первое. Второе, мне нужно осмотреть всю деревню.

- Захаровна, будешь отвечать за наблюдение, - дал задание дед Ефим рядом стоявшей женщине.

Захаровна в деревне была самой боевой и самой тучной женщиной. Но над её телосложением никто в деревне не шутил, это было небезопасно для здоровья. Ей уже было 49, дети выросли и уехали в город, а она осталась в Анькове с мужем. Её невозможно было не переспорить, не перекричать. Даже её родной муж, предпочитал никогда с ней не вступать в спор. Он как никто другой знал, что в гневе она могла и двинуть. А его комплекция заметно уступала жене. Самое простое было, это сделать, как она сказала. Её муж, как и все мужики в деревне отправился на фронт. Остались только дед Ефим и хромой Гера.

- Захаровна, - продолжил Кулагин, - наблюдение должно быть непрерывным.

- Я поняла, ответила женщина.

- Позицию надо выбрать такую, что бы при обнаружении отряда, у нас было как можно больше времени на подготовку.

- Хорошо.

- Возьми с собой еще кого-нибудь. Через 4 часа мы пришлем смену.

- Шура, идешь со мной, - Захаровна забрала с собой одну женщину.

- Дальше мне надо осмотреть деревню.

- Вера, покажи бойцу Кулагину деревню, - дед Ефим дал задание самой молодой девушке.

Вере совсем недавно исполнилось двадцать лет. Как и вся молодежь, она мечтала уехать жить в город. Но война нарушила все планы. После того, как все мужики ушли на фронт, колхоз очень сильно нуждался в рабочих руках. И Вера решила остаться в Аньково.

- А нам что делать? – спросили другие женщины.

- Пока отдыхайте. Через час приходите снова сюда, будем решать что делать.

Глава 11

Немецкий отряд всё ближе и ближе приближался к деревне. Варя пока была всем довольна. Всё шло по плану. Препятствий на пути никаких не возникало, и время позволяло даже останавливаться на отдых. Пусть непродолжительный, но этого вполне хватало, что бы восстановить силы. В случае каких-то неожиданностей, они могли понадобиться. Уставший солдат менее эффективен в бою, это в немецкой армии учитывали. Физическому состоянию немецкого солдата уделялось особое внимание. Условия и питание солдат должно максимально соответствовать требованиям командования, чтобы поддерживать лучшую боеспособность солдата.

- А может обойти деревню? – неожиданно для Густава Крюгера спросила Варя.

- Поясните, пожалуйста, - попросил обер-лейтенант.

- Я говорю, может обойти деревню? – повторила Варя.

- Я вопрос понял, я не понял, почему вы так решили?

- Я еще не решила. Какое-то у меня не хорошее предчувствие.

- Давайте предчувствия оставим для русских, а мы будем следовать изначальному маршруту.

- Не забывайтесь, обер-лейтенант, этой операцией командую я. Ваш сарказм мне не нравится.

- Извините меня. Жду ваших приказаний.

- Мне нужен ваш совет.

- Буду рад помочь вам.

- Вы не находите странным, что на протяжение всего маршрута, мы не столкнулись ни с какими препятствиями?

- Это же хорошо.

- Я не спрашиваю хорошо это или плохо. Я спросила, вам не кажется это странным? Нас никто не преследует, на пути нет никакого сопротивления, слишком всё просто.

- Была проведена хорошая работа. Внимание русских переключили на фальшивые объекты.

- Всё равно, не нравится мне всё это. Если обойти деревню, сколько это времени займёт?

- Я не знаю. Тут кругом болота. Суток пять возможно.

- Но и Аньково тоже окружено болотами.

- Там есть дорога.

- Единственная дорога. Это меня и настораживает. Если допустить, что про нас всё-таки кто-то знает…

- Это исключено, - оборвал Крюгер.

- Не перебивайте. Если допустить, что про меня и ваш отряд невидимку кто-то знает. Я не говорю, про ваши ошибки, что вас кто-то видел, не воспринимайте это так. Я допускаю, что кто-то мог вычислить. Тогда где по-вашему было бы организовано сопротивление?

- В Аньково. Там единственная дорога проходит.

- Правильно.

- Но даже если это и так. Про эту дорогу мало кто знает. Это деревенская дорога, она ни как не связывает между собой ни какие населенные пункты.

- Но мы то знаем про эту дорогу, значит и враг может знать. А то что дорога есть, значит ей уже кто-то пользуется.

- Местные жители. Больше никто.

- Этого достаточно.

- Но если обходить деревню, это не меньшие риски.

- Возможно. Тут надо просчитать все риски. И если обход будет оправданным, то к месту назначения пойдем другой дорогой.

Глава 12

Осмотрев деревню, Кулагин вернулся к деду Ефиму.

- Ну, что скажешь солдат? – спросил дед Кулагина.

- Деревню осмотрел. Надо готовиться к встрече, - ответил Кулагин.

- План есть?

- Есть кое-какие мысли. Думаю, достойный прием мы сможем им устроить.

- Каким образом?

- Будем использовать те преимущества, которыми мы обладаем.

- И какие же у нас преимущества?

- Во-первых, мы знаем эту местность, а немцы тут будут впервые. Это существенное преимущество. Во-вторых, они не знают, что их тут ждут. Это тоже немало важно. Они уверены, что здесь не знают о том, что они сюда идут, а на самом деле мы знаем. В-третьих им и в голову не может придти, что деревенские бабы могут им оказать хоть какое-то сопротивление. А мы не только окажем сопротивление, но и атакуем их. Только одна Захаровна чего стоит. Таких огромных женщин, да и вообще людей, я в жизни не видел. Это же не женщина, а глыба, которая накроет всех немцев вместе взятых.

- Хорошо, что она тебя не слышит.

- Почему? Это же комплемент.

- Да ты её обегемотил. Это ты называешь комплиментом? Она и за гораздо меньшие оскорбления морду лица поправляла, а за такое бы и хребет переломила бы.

- Я и в мыслях не думал её ничем оскорблять.

- Теперь думай. Потом не говори, что тебя не предупреждал.

- Ты меня напугал, Ефимыч, я её теперь боюсь больше, чем немцев, - попытался свести всё к шутке Кулагин.

Что ему собственно удалось. Впервые Кулагин увидел как дед Ефим смеется.

- Я заметил, у тебя особые отношения с Нюрой, - сказал Кулагин.

- Она мне как внучка, - ответил Ефимыч, - совсем молодая девчина, ребенок еще, а горюшки то уже хлебнула. В прошлом году мать потеряла.

- Очень жаль.

- Я поддерживаю её чем могу.

- Симпатичная она, невеста из неё красивая вырастит.

- Ты смотри, Василий, обидишь Нюрку, голову откручу, и мне все равно будет какие у тебя там задания, - пригрозил дед.

- Ефимыч, я же ничего плохого не имел в виду. У меня старшая дочь, Маня, такого же возраста.

- Я так, на всякий случай предупредил.

- Дед, я так и понял, - улыбнулся Кулагин.

- Может, табачку курнем? - дед достал из кармана кулек с махоркой.

Дед скрутил папироски и угостил Кулагина.

- Ты думаешь, у нас есть шансы? – дед затянулся табачным дымом и зашелся в кашле.

- Если все эти плюсы грамотно использовать, то есть, - ответил Кулагин, дождавшись, когда дед прокашляется. - И вполне даже реальные.

- Говори, что делать?

- У меня к тебе вопрос. Скажи, ты точно уверен, что болото непроходимое?

- Уверен.

- Это надо знать для расстановки наших сил. Тебя я хочу оставить здесь. Твой дом стоит прям перед болотом. Если они вздумают пойти через болото, то ты им обеспечишь достойный прием. А основные силы я хочу сосредоточить на подходе к деревне.

- Говорю, Вася, я сторожить эти болота не буду. Они не проходимые. Буду воевать вместе с вами.

- Дед, надо остаться. Я не хочу, что бы потом ты говорил: «А я думал непроходимые».

- Я не знаю ни одного человека, который бы живым вернулся с этих болот.

- Если ты не знаешь, это не значит, что таких не было.

- Вася, ты эти болота не знаешь, а я знаю.

- Но я же прошел.

- Нет, Вася, не прошел. Ты шел по тропе, с краешку. Далеко ты не заходил.

- Знаешь, дед, может ты будешь смеяться, но мне показалось, я видел какое-то свечение на болоте.

- Что за свечение? – спросил дед.

- Какие-то бледно-голубоватые огоньки мерцали над болотом. Странно. Наверно причудилось.

- Нет, не причудилось. Это души умерших тебя заманивали.

- Дед, всему есть логичное объяснение. Какие души. Я говорю, причудилось.

- У нас в деревне многие видели это свечение на болоте.

- Все равно это ничего не объясняет. Может это возгорание торфа дает свечение, или газа какого, я не знаю.

- Вася. Это нечистые духи. Это проклятые болота.

- И кто же их проклял?

- Литовцы. Это души литовцев за свои злодеяния несут мучения на этих болотах.

- А они-то здесь каким боком? – удивился Кулагин.

- Таким же, что и немцы. Ты думаешь, немцы были единственными, кто позарился на наши земли?

- Должен признать, про литовцев мало чего знаю.

- А я знаю. С историей этого края я знаком. Ржев имеет выгодное географическое положение. В 14 веке это был богатый торговый город. А близость к западным границам придавало городу важное оборонное значение. Захват Ржева означал обладание мощной крепости и части важного торгового пути. Литовцы много раз посягали на эти земли, и некоторые попытки были успешными. В 14 веке эти земли разоряли Литовцы.

- Как же им позволили такое?

- Город возвращали, но внутренние разногласия русских князей, набеги татар, которые тоже посягали на русскую землю, позволяло литовцам в этих краях бесчинствовать. Года шли, а литовцы не уходили, обложили русский народ данью, насильничали и глумились над нашей культурой. Но терпение русского народа не бесконечно. Настал момент, когда непрошеных гостей погнали поганой метлой с русских земель, без памяти они бежали прочь отсюда. Да так и не убежали. Повязли все в этих болтах. Опечалился тогда литовский князь, и проклял эти болота. С тех пор, эти болота все стороной обходят. А земля стала принадлежать московскому княжеству.

- И что, эти болота так никто и не проходил?

- Никто.

- Но ты же был на этих болотах.

- Был, но я их не проходил. Так же как и ты, я ходил только там, где можно ходить.

- А как определить, где можно, а где нельзя ходить?

- Там стоит крест, за который нельзя заходить. Кто за него зайдет, тот останется на этих болотах на веки.

- Дед, это красивая легенда. Уж сколько веков прошло с тех времен. Что было на самом деле здесь, уже мы никогда не узнаем.

- Вась, говорю тебе, гиблые это места. Все кто за этот крест переходил, погибали. Никто не возвращался. Пойми ты, кладбище это кровавых грешников.

- Дед, а кто крест этот установил на болоте.

- Московский князь, который гнал литовцев с русской земли. Он и поставил этот крест. Сказал: «Хотели русской землице, получите. Пусть эти болота могилой будут для ваших грязных душ». Так и случилось.

- После, если живы будем, покажешь этот крест?

- Боюсь, я не смогу уже дойти до него.

- Почему? До креста же можно доходить.

- Путанные там тропы. Не в том возрасте я уже их топтать.

- Но сможешь объяснить, как найти этот крест?

- Не надо тебе это, Василий. В нехорошие игры ты играешь. Побереги себя.

- Дед, обещаю, что за княжеский крест не зайду.

- Нет, Вася. Не возьму я этот грех на душу. Не позволю тебе там погибнуть.

- Дед, не обижайся, но в твои сказки я не верю. Мне нужны доказательства.

- Если нет в тебе веры, то и в доказательства не поверишь. В евангелие есть притча. Умер один богач. И попал за свои грехи в ад. И попросил он господа: «Отче, пошли кого-нибудь к братьям моим, чтобы засвидетельствовал им, чтобы не попали в это же место мучения, что и я». Господь ответил: «У них есть Моисей и пророки; пусть слушают их». Богач сказал: «Нет, Отче, не верят они Моисею и пророкам, но если кто из мертвых придёт к ним, покаются». Тогда Господь ответил: «Если Моисея и пророков не слушают, то если бы кто и из мёртвых воскрес, не поверят».

- Дед, это всего лишь притча.

- Поди сюды, - дед позвал Кулагина к окну.

- Зачем?

- Поди, покажу тебе кое-что.

Кулагин подошел.

- Смотри.

- Смотрю, ничего не обычного не вижу. Что тут?

- Видишь?

- Что?

- Радугу.

- Дед, может, ты не знаешь, но радуга и в других местах бывает.

- В других местах после грозы.

- А в этих нет?

- Нет. В этих местах радуга бывает без дождя и без грозы.

- Не бывает такой радуги.

- А эта? – дед указал на радугу, - это же радуга?

- Значит, была гроза. Я помню, что-то вроде гремело.

- Если ты и слышал какой-то гром, то не грозы.

- А чей же?

- Бои идут, Вася. Вот их и слышал.

- Но тут-то не идут пока.

- Значит, ничего ты не слышал.

- Я просто привык к шуму войны и уже не обращаю внимание, если где-то что-то вдалеке гремит.

- Говорю тебе, Вась, ничего не гремело.

- Но по-другому радуга не может появиться, - Кулагин был тверд.

- Верить, или нет, это твое дело. Ты просил доказательства, ты их получил.

- Ефимыч, прекращай свои байки. Некогда нам сказками заниматься. Я принял решение.

- Хорошо, солдат, говори свой план.

- Ефимыч, в первую очередь, что нам надо сделать, это вывести из строя броневики.

- Как?

- Я заметил огромную яму, метра 3 глубиной, прям на дороге ведущей к деревне.

- Там подземные воды протекают, размыли грунт, вот произошел провал земли. Но для немцев это не препятствие. Они его обойдут.

- Но на другой дороге ведущей к деревне тоже есть яма. Только поменьше.

- Через яму положат доски и проедут.

- Броневики весят тонн по 6, доски не выдержат.

- Смотря, какие опоры будут. Могут и выдержать.

- Поэтому доски положим мы.

- Что-то я пока ничего не понимаю.

- Ефимыч, мы замаскируем ямы. Через ямы проложим доски и присыплем их землёй. Вес броневиков доски не выдержат, и они провалятся в ямы. Броневики весят несколько тонн, вытащить они их не смогут.

- Подожди, Вася. Допустим, они поехали, броневик провалился.

- Совершенно верно, они разворачиваются и едут по другой дороге, а на другой дороге такая же ловушка.

- Но там яма меньше.

- Ну и что. Сил все равно не хватит вытащить 6 тонн.

- А если они пойдут сначала по другой дороге, где маленькая яма. Тогда второй броневик вытащит первый.

- Надо сделать так, что бы пошли по этой.

- Как?

- Я не знаю.

- Может на той дороге спилить дерево, таким образом, чтобы оно упало поперек дороги. Тогда немцы точно пойдут по этой.

- Они не дураки. На дереве сразу они увидят место спила, и поймут, что их специально заманивают на другую дорогу. А 20 солдат за 10 минут это дерево сдвинут.

- Тогда что делать?

- Мы дерево спилим на этой дороге.

- Не понял?

- Что тут непонятного? Место спила дерева, это наш козырь, который надо правильно разыграть. Это отряд спецподготовки, они будут знать, что дерево поперек дороги упало не само по себе, а его спилили. Зачем? Что бы они пошли по другой дороге. В этом случае, они уберут дерево и пойдут прямо в нашу ловушку.

- А если не пойдут, а решат все-таки пойти по другой дороге?

- Ефимыч, это не рядовые немецкие солдаты, это высокоподготовленый спец отряд. Для них каждая деталь имеет значение. А уж дерево поперек дороги, чуть ли не открытым текстом будет говорить, что их уже здесь ждут, и ждут именно на той дороге.

- Значит, что бы они попали в ловушку, надо перед ней еще препятствия создать? Без препятствий они в неё не пойдут?

- Совершенно верно, Ефимыч. После того как провалится первый броневик, они вынуждены будут пойти в обход. А там та же ловушка. Дальше самое трудное. Бой. Гера будет держать оборону в начале деревни, ты в конце. Я постоянно буду менять позиции и по одному отстреливать немцев.

- А женщины? Будут в рукопашку с немцами драться?

- Получается да. Пусть возьмут вилы, грабли, косы. Но главное их оружие это внезапность. До того, как немец окажется на расстояние удара вилами, они ни коим образом не должны себя выдавать.

Глава 13

Яловчук и Бусыгин продолжали идти в сторону Ореховки.

- Коля, - обратился Яловчук к Бусыгину.

- Да, дядя Миша.

- Скажи, а если вдруг выяснится, что Кулагин не предатель?

- Как это? Он же дезертировал.

- Ну, может он на самом деле дезертировал, что бы вернуть портфель Жукова?

- Этого не может быть.

- Ну а вдруг?

- Дядя Миша, я в это не могу поверить.

- А ты представь себе, находим мы Кулагина, а он возвращает нам портфель.

- Дядя Миша, такое даже представить нельзя, что бы Кулагин, сбежал из части, чтобы найти портфель. Для этого надо рисковать жизнью, а Кулагин трус.

- Коль, а ты прояви фантазию.

- Дядя Миша, если вдруг каким-то чудом выяснится, что Кулагин не предатель, то тогда он достоин продолжить службу в советской армии.

- А как же приказ Жукова, расстреливать дезертиров.

- Откуда я знаю? Я его приведу в часть, а там пусть с ним командир разбирается.

- Значит, на месте ты не будешь исполнять приказ?

- Еще как исполню, потому что Кулагин предатель Родины, а таких надо расстреливать.

Глава 14

Аньково. Ночь. Вся деревня выполняла указания Кулагина. Было решено разделиться на три группы. Одна группа во главе с Кулагиным делали ловушку из большой ямы, вторая группа во главе с дедом Ефимом делали ловушку из маленькой ямы, третья группа под руководством Герки делали ловушки непосредственно в самих жилищах.

- Вроде закончили, - дед Ефим присел на пенек.

- Да, ловушки готовы, - согласился Кулагин, - один броневик провалится в эту яму, другой в другую. Уцелевших немцев перестреляем, перережем, перепилим, перегрызем.

- Дай это Бог, что бы всё получилось.

- Сейчас женщин на наблюдение надо сменить, остальным отбой. Завтра здесь уже могут быть немцы, надо набраться сил.

- Матрона и Галина, - крикнул дед Ефим, - вам занять наблюдательные пункты, через 4 часа пришлю вам смену.

Женщины послушно стали выполнять приказ деда Ефима.

- Дед, нам тоже надо отдохнуть, - сказал Кулагин, - завтра нам понадобятся силы.

- Возвращаемся тогда в дом.

- У тебя будет где кости бросить?

- О каких костях ты говоришь? – не понял дед.

- О своих. Я имею в виду, мне угол выделишь?

- Это само собой, весь дом в твоем распоряжение.

Придя в избу, дед лег на кровать, а Кулагин залез на печку.

- Большая у тебя печь, - Василию что-то не спалось.

- Сам бы с удовольствием на ней бы свои кости бросил погреть, но уже тяжеловато на неё взбираться.

- Ефимыч, а ты давно здесь живешь?

- В этом доме?

- Да нет, вообще, в этой деревне.

- С начала двадцатых. Когда комиссовался из советской армии. Возраст был уже не тот, чтоб продолжать нести службу. Да и необходимости такой не было. Белых мы всех перебили, нужно было теперь поднимать хозяйство, строить новое государство, вот я и подался в деревню.

- А почему сюда?

- Места мне здесь очень приглянулись, тишина, природа, мне здесь дом выделили, землицы дали, что еще нужно человеку на старости лет? Мне тогда уже за пятьдесят перевалило, молодость прошла, семьи не создал, думал здесь хотя бы спокойно свой век доживу, да ошибся.

- Сколько же тебе лет?

- 75. А ты небось раза в два моложе будешь.

- Верно.

- Устал я от войны, Вась. Мира хочу.

- Мира все хотят.

- А ты женат?

- Жена Евдокия Михайловна, детишки, всё как у всех. Хозяйство свое, корова, куры, огород.

- Ты значит деревенский?

- Да.

- Для деревни ты слишком образованный. У вас в деревне школа была?

- Школа была в соседнем селе в 5 километрах от дома. Ходил каждый день.

- Далековато.

- Было интересно. Еще неподалеку библиотека была. Потом обучение в армии. Потом снова деревня, семья, дети. Так и думал вся жизнь пройдет в хозяйстве. Но началась война. Воевал под Ленинградом, получил ранение, после выписки направили под Ржев. Теперь вот здесь.

- Интересно у тебя жизнь складывается.

- А ты дед Ефим, значит, с беляками воевал?

- С Колчаком воевал. Сильный был противник.

- Адмирал Колчак?

- Да, Александр Васильевич Колчак.

- Ты даже как-то с гордостью это сказал.

- Это был достойный противник, заслуживающий уважения.

- Про его честь я наслышан.

- Да, это был человек чести.

- Мне не понятно, почему он сдался? Как настоящий солдат он должен был застрелиться, но не попасть в плен.

- А он и не сдавался. Он был арестован своими союзниками и выдан нам. Вёл себя достойно, оставался верен своим убеждениям.

- Много своих потеряли, воюя с ним?

- Очень много. Но могли потерять еще больше. Его охрана насчитывала более 500 человек. Он предоставил им полную свободу. Почти все его оставили. С ним остались около 10 самых преданных человек, которые решили остаться с ним до конца. Но даже дело не в этом. Если бы он захотел, он мог бы избежать плена.

- Каким образом?

- Он доверился своим союзникам: Великобритании, США, Франции, Японии, Чехословакии. Они нам его и выдали.

- А в чем заключался этот союз?

- Эти страны хотели задорма получить золотой запас России. А Колчак тогда, как Верховный правитель распоряжался этим золотым запасом. Иностранные союзники заверяли и гарантировали Колчаку защиту и безопасность. Время беспокойное, и они надеялись, что Колчак, вывезет все российское золото на хранение им, что бы оно не досталось красным.

- А много золота было?

- Василий мне не докладывали, - улыбнулся дед Ефим, - но это вагоны золота, сотни тонн.

- Много.

- Очень много. Если бы Колчак отдал бы им золотой запас России, то он бы был жив. Он этого не сделал. Он заявил, что золотой запас являются достоянием России и что он не допустит их вывоза за рубеж. Он решил, пусть золото достанется большевикам, но останется в России, чем отдаст его на хранение иностранным союзникам. После этого, союзники его и предали. Нарушив все свои гарантии и договоренности, выдали Колчака нам. Французский Генерал Жанен как представитель Высшего межсоюзного командования и главнокомандующий союзными войсками лично давал слово офицера Колчаку, что обеспечит ему полную безопасность, но именно Генерал Жанен нам его и выдал. Колчаку, как человеку слова, было тяжело это понять. А этот «генерал без чести» после этого вернулся во Францию, и по всей видимости благополучно живет и здравствует.

- Франция сейчас является нашим союзником, как и Великобритания. У них сейчас тоже не простые времена.

- Василий, не смеши меня. Ну какие они союзники? У России нет союзников.

- Но мы же сейчас на одной стороне воюем.

- Василий, пусть так, но запомни, этим союзникам нельзя верить. Они как союзники уже проявили себя. У них Бог один – золото.

- А почему Колчак на самом деле не отдал на хранение золото?

- Он прекрасно понимал, что если дать на хранение этим капиталистам золото, назад его в Россию они не вернут. Найдут тысячи причин.

- Какие тут могут быть причины? По факту оно же не их.

- Да хотя бы власть признают не законной. Колчаку бы сказали, что в России власть советская, а Советам бы сказали, что это был не законный государственный переворот, и опять же не вернули бы золото.

- С его стороны это действительно благородно, но это стоило ему жизни.

- Вася, давай лучше спать, нужно сил к завтрашнему дню набраться.

- Ты прав, Ефимыч. Спокойной ночи.

- Дай нам всем, Господь, пережить завтрашний день, - дед Ефим перекрестился.

Глава 15

Утро. Кулагин только что проснулся. Открыв глаза, он увидел, как дед Ефим стоял на коленях перед иконами и молился. Кулагин посмотрел на часы, подаренные Жуковым, было 7.15. Он встал, и стараясь не мешать деду Ефиму, стал одеваться. Дед Ефим был полностью погружён в молитву.

О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х! Да святи́тся имя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги наша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м нашим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

я́ко твоé éсть цáр­ст­вiе и си́ла и слáва во веки. Ами́нь.

После молитвы дед Ефим встал с колен.

- Доброе утро, дед Ефим, - поздоровался Кулагин.

- Доброе, - ответил дед. – Проходи к столу, Вась, я завтрак приготовил.

На столе стояла кастрюля с вареной картошкой, тарелка с помидорами и самовар.

- Ефимыч, ты давно встал? – поинтересовался Василий.

- Давно. Я мало сплю, - дед стал накладывать картошку в тарелки.

- Как же я соскучился по настоящей домашней пище.

- Кушай, солдат, набирайся сил.

Кулагин с дедом Ефимом сели за стол.

- Соли не будет? – спросил Кулагин.

- Совсем забыл про соль, - дед выставил на стол соль.

- Как же вкусно, - Кулагин действительно получал огромное удовольствие от обычной деревенской картошки с помидорами.

- Может для аппетита? – дед достал бутылку с самогоном.

- Ты чего дед? У нассегодня тяжелый день будет.

- Возможно, немцы завтра придут.

- Всё равно нельзя.

- А как же фронтовые 100 грамм для храбрости?

- Храбрость может и прибавится, но реакция замедлится.

- А я выпью, мне уже нечему замедлятся, - дед налил пол стакана.

- Кто пьет, тот не знает о вреде вина; кто не пьет, тот не знает о его пользе.

- Верно, - согласился Ефимыч и выпил.

- С тобой всё нормально? – Кулагин заметил, что дед погрустнел.

- У меня предчувствие, что сегодня.

- Что сегодня?

- Немцы придут.

Дед достал платок и вытер лицо.

- Ты себя нормально чувствуешь, дед?

- На нашу родину выпали тяжелые испытания, как можно себя нормально чувствовать?

- Я имею в виду, стрелять хотя бы сможешь? Я думаю автомат тебе отдать.

- Отдай лучше Гере. Ты же ему объяснил как стрелять.

- Да дело не в этом. У тебя дом на окраине деревни, если немцы пройдут оборону, на пути останется только твой дом. Поэтому я хочу, что бы автомат был у тебя.

- Не нужен мне автомат, Вась. У меня другое оружие есть.

- Какое?

Дед Ефим встал из-за стола, и подошел к сундуку.

- Вот это, - дед достал из сундука шашку.

- Ефимыч, это тебе не пригодится.

- Василий, я всё сказал, ты воюй своим оружием, а я буду воевать своим, - твердо сказал дед.

Переубеждать старого человека, было бесполезно. Кулагину, всё что оставалось, это согласиться.

- Хорошо, как знаешь, Ефимыч.

Ефимыч сел за стол и продолжил есть картошку.

- Дед, я заметил, у тебя свечка стоит перед иконами, почему она не горит?

- Эта святая свеча, я привез её из Иерусалима в 1921 году.

- Как же ты в Иерусалиме оказался?

- Приехал на пасху. Как верующий человек, я не мог поступить по-другому.

- Почему не мог? Отказаться от веры.

- Отказаться от Бога?

- Но ведь многие так и поступили.

- Скажу честно, Василий. Отношение к Богу советской власти мне не нравится. Я всю жизнь жил с Богом. Если нужно, за Бога я жизнь отдам.

- Дед, ты не думай, что я против Бога. Я уважаю твою позицию. Считаю, что это личное дело каждого человека.

- Революция свершилась, царя убили, адмирала Колчака убили, все противники новой власти, кто остался жив, убежали за границу. Монархии пришел конец. В России утвердилась новая советская власть. Время очень тяжелое. Я тогда очень сильно переживал за нашу страну, да и сейчас переживаю. Поехал я на пасху в Иерусалим к гробу Господнему, помолиться за Россию. Я стоял и молился 3 дня. А в третий день, после службы Великой субботы, я увидел как из храма Воскресения Христова выносят благодатный огонь, я встал с колен, что бы зажечь свою свечу от благодатного огня, но с удивлением обнаружил, что моя свеча уже горела. Я точно знаю, что я её не зажигал. Я специально ждал, что бы свечу зажечь от благодатного огня, но благодатный огонь сам спустился ко мне. Свеча которая была у меня в руках самовозгорелась. Эта свеча горела 20 лет. И вот, 22 июня 1941 года она потухла. Как ты заметил, мы отрезаны от цивилизации. Радио здесь нет. Электричества нет. Все новости узнаем из соседнего села, когда они приезжают к нам в колхоз.

- Когда же вы о войне узнали?

- Спустя 3 дня, после её начала. Когда свеча потухла, я понял, что случилось что-то страшное. Но я и подумать не мог, что началась война.

- Дед, рассказываешь ты очень убедительно, но в это я не могу поверить. Не может свеча гореть 20 лет.

- Ты не слышал ничего о благодатном огне?

- Что еще за благодатный огонь?

- Огонь, выносимый из Гроба Господня на особом богослужении, совершаемом ежегодно в Великую субботу, накануне празднования Пасхи в храме Воскресения Христова в Иерусали.

- И чем этот огонь отличается от другого огня?

- Благодатный огонь самовозгорается, им люди умываются и не обжигаются.

- Это всё красиво, но я отношусь к другому поколению. Я более материально смотрю на вещи.

- Ты не верующий?

- Верующий, но в былины не верю. Я верю, что есть Высший разум, который всё это создал.

- Благодатный огонь, это проявление Высшего разума.

- Проявление Высшего разума, это Христос.

- Христос это сын Господа нашего, который нам явился в образе человека, что бы дать нам спасение.

- Ефимыч, у меня много вопросов к Господу, но боюсь сейчас не время и не место это обсуждать.

- Мало в тебе веры Вась.

- Я крещеный, ношу крест, живу по совести, кровь проливаю за землю русскую, этого мало?

- Мало.

- Пойми дед, не верю я в сказки. Честно тебе говорю. Не может свеча гореть 20 лет. Час, два, но не 20 же лет. 20 дней и то это много. Хочешь, я её сейчас подожгу, и она сгорит за час.

- Она не зажжется, -спокойно ответил дед.

- Почему?

- Ты так меня и не услышал, - дед был действительно разочарован.

Василий встал из-за стола и подошел к иконам.

- Свечка, как свечка, - сейчас загорится.

Кулагин зажег спичку и поднес к свече. Он держал спичку у фитиля, но свечка не загоралась. Наконец спичка вся прогорела, но фитиль так и не горел.

- Подсырела наверно, - Кулагин взял в руки свечу.

Внимательно осмотрев, он поставил её на место.

- Сухая, странно, - Кулагин вновь зажег спичку. - Сейчас точно зажжется.

Прогорела и эта спичка, но свеча так и не зажглась.

- Ничего не понимаю, - Кулагин вновь зажег спичку.

Но и на этот раз ничего не вышло.

- Дед, в чем секрет? – Кулагин был искренне удивлен.

- Садись за стол, - ответил дед Ефим, - отведай моего чая.

- Ты мне объясни, в чем фокус? – не унимался Кулагин.

- Василий, садись, и я тебе всё объясню.

Кулагин сел и внимательно стал смотреть на старика. Но старик ничего не говорил.

- Ну? – нарушил молчание Кулагин.

- Ты чая себе не налил, - дед указал на пустую чашку.

Кулагин взял чашку и поднес к самовару. Налив полную чашку, Кулагин снова стал внимательно смотреть на старика.

- Теперь скажешь? – спросил Кулагин.

- Скажу.

- Давай говори. Почему свеча не зажигается?

- Сейчас, - дед налил еще пол стакана самогона.

- Дед, не надо, - Кулагин отставил стакан в сторону.

- Нет, надо, - громко сказал дед, и снова взял стакан.

- Вась, ты не переживай, я в норме, даю тебе слово, что это ни как не отразится на моей боеспособности.

Спорить было бесполезно.

- За Россию! - дед выпил.

- Вась, честно скажу тебе, - сказал дед, - понравился мне ты. Я хочу, что бы ты знал, пусть некоторые убеждения у нас и расходятся, я тебя уважаю. Ты готов собой пожертвовать ради дела, в которое веришь. В этом плане мы с тобой похожи.

- Ты про свечку хотел сказать, - напомнил Кулагин.

- Я помню. Слушай меня очень внимательно.

- Слушаю дед, - Кулагину было действительно очень интересно.

Василий ждал, что сейчас дед ему откроет секрет.

- Всё очень просто. Как не старайся, не сможешь ты её зажечь, ибо не дана тебе власть над ней.

- Это всё? – удивленно спросил Кулагин.

- Да, - коротко ответил дед.

- Всё, мне пора, - Кулагин решительно встал из-за стола и направился к двери.

- Ты куда собрался? – спросил дед.

Кулагин осмотрелся. Он уже забыл, где находится. Обычная свеча, так поразила его сознание, что он забыл даже, зачем он здесь. И только вопрос деда его вернул в действительность.

- Садись, ты так и не попил мой чай. Для гостя ты не очень вежлив.

- Прости дед, - Кулагин вернулся к столу, - не знаю, что произошло. Твоя нелепая история выбила меня из реальности.

Кулагин отхлебнул чай.

- Необычный вкус, что-то напоминает, не пойму что.

- Нравится? – поинтересовался дед.

- Чай вкусный, никогда ничего подобного не пил. А в чем секрет чая, это-то расскажешь?

- Нет у меня Василий никаких секретов. И про свечу я тебе честно сказал, и про чай честно скажу.

- Ладно. Так что это за чай?

- Это чай из одуванчиков.

- Я ел салат из одуванчиков, честно скажу, одуванчик горчит, а твой чай нет.

- Ты салат ел из листьев одуванчика?

- Да. А чай разве не из листьев?

- Нет. Чай из сушеного корня. А про салат я тебе так скажу. Горечь листьев одуванчика можно легко устранить, если их предварительно сварить.

- Спасибо дед. Буду знать.

- А если доживем до обеда, то я тебя угощу наваристым супом из лопуха.

- Суп из крапивы ел, а вот из лопуха не приходилось.

- Лопух в супе используется вместо картошки. А так им можно заменить и морковь, и петрушку, и пастернак.

- Как-то у меня не очень сочетаются лопух и картошка.

- А я не про листья лопуха говорю, а про корневище. Ты же у картошки тоже не листья ешь.

- Это да.

- Лопух мое любимое растение. Только чего из него не сделаешь. Корни у лопуха мясистые, их можно и варить, и жарить, и печь, и даже есть сырыми. Эх, Васька, как же ты столько лет прожил, и не ел лопух.

- Чего только не узнаешь у тебя.

- Если бы было чуток побольше времени, я бы сделал котлеты из лопуха, обжарил бы до румяной корочки.

- Дед, да ты поэт кулинарии.

- Природа нам всё даёт. Это только видеть надо.

- Значит, кормит нас природа, а не Бог.

- А кто создал природу? – спросил дед.

Кулагин замолчал.

Глава 16

Подготовка к приходу немцев была вся проведена. Только не было самих немцев. Дед Ефим во дворе колол дрова. Дела его отвлекали от мрачных мыслей. Женщины несли по очереди дежурство. Василий с Герой курили на лавочке. Рядом сидели еще несколько женщин.

- Неужели ошибся? – думал Кулагин. – По расчетам немцы уже должны были придти. Где же они?

- О чем думаешь, Вась? – затянулся папироской Гера.

- Да так, ни о чем.

- Тишина, хорошо, - Гера наслаждался табачным дымом. – Я думаю даже, хорошо бы этих немцев не было.

- Они будут.

- Может ты ошибся? Может, они другой дорогой пошли?

- Этого я боюсь. В этом случае, портфель Жукова попадет в штаб к фашистам. А это если не проигрыш войны, то как минимум жизни миллионов советских людей.

- Не переживай, Василий, если должны здесь пойти, то пойдут, - в разговор вмешалась Захаровна, - Никуда не денутся.

- Надеюсь.

- А как тебе наша деревня? – поинтересовалась Шура.

- Если бы не семья, то после бы войны остался бы в вашей деревне.

- Понравилась?

- Природа у вас настоящая. Нетронута цивилизацией. Люди хорошие. Только Ефимыч у вас немного с приветом.

- Есть такое, - согласилась Захаровна. - Он же после гражданской войны к нам приехал. Видимо контузия была.

- Вот я смотрю, странный какой-то, такого наговорил.

- А ты слушай его больше. Он тот еще сказочник.

- А я ему верю, - вмешался Гера.

- Еще один простофиля, - посмеялась Захаровна.

- Подожди, - остановил Василий.

- А тебе что он рассказывал, Гера?

- Я видел благодатный огонь.

- Это свечку, которая не горит?

- Тогда она горела.

- А с чего ты взял, что это благодатный огонь?

- Это свечка горела 20 лет.

- Он их просто менял, вот и всё.

- В начале я тоже так думал.

- И что же заставило тебя передумать?

- Пришел я как-то к нему, он стоит на коленях перед иконами, молится. Я перекрестился, зашел в избу. Сел на лавку. Помолившись, он как гостеприимный хозяин пригласил к столу. Самовар, баранки. И вот мне давай рассказывать про этот огонь. Я естественно, брехня всё это. А он говорит: «Веры в тебе мало». А я же воспитан на вере. Мой батюшка в храме служил. Меня это задело. Ну, а что спорить со стариком? Встаю, и собираюсь уходить. А Ефимыч подошел к иконам и говорит: «Поди сюды». Я ему: «Зачем?». А он: «Да не боись, поди». Я подошел. Он говорит: «Это благодатный огонь, об него нельзя обжечься». Дай свою руку. Я думаю, совсем спятил старик. Снова разворачиваюсь. Он: «Подожди». Загибает рукав на своей руке, и заносит её над свечкой, пламя горит прям под его рукой. Я ему убери руку, сгоришь, ведь.

- И что дальше?

- Что? Что? Он руку не убирал. Смотреть было на это страшно. Но не смотря на мои просьбы, он держал руку. Достаточно долго, что бы нанести себе ожоги. Потом убирает от пламени и показывает мне, а на руке ничего. Совершенно чистая рука.

- А сам ты пробовал дотронуться до пламени?

- Нет. Сам не решился. Прав видимо Ефимыч. Веры во мне мало.

- Василий, может тебе поспать, - предложила Шура, - не выспался наверно ночью? Я могу тебе в своем доме постелить.

Остальные женщины засмеялись. Начали шутить.

- Шура, спасибо, - ответил Кулагин. - Давайте лучше пообедаем. А там может после обеда часок и вздремну.

- Тогда милости просим на обед, - пригласила Шура.

Женщины еще больше стали шутить. В деревне не так и много мужчин, и появление Кулагина, даже и в такой обстановке, поняло им настроение.

- Я лучше пойду Ефимыча проведаю, - вежливо отказался Кулагин, - а заодно и перекушу у него.

Глава 17

- Ефимыч, можно? – Кулагин зашел в избу.

- Проходи, - ответил Ефимыч.

- Чем-то вкусным пахнет, - улыбнулся Кулагин, - я во время зашел.

Дед в печке готовил картошку с овощами.

- Садись за стол. Скоро будет готово.

- Не дает покоя мне твой станок, - Кулагин подошел к ткацкой машине. – Громадная штуковина.

- Да, место много занимает. Но куда мне место? Я же один.

- Покажешь, как он работает?

- Я бы с удовольствием, да станок в не рабочем положение.

- А что с ним не так?

- Иглы надо установить.

- А иглы есть?

- Да. В Иваново за ними ездил. Да так и не установил, всё лежат.

Дед достал иглы и показал Кулагину.

- Война началась, не до ткачества теперь.

- Острые, - Василий взял в руки посмотреть иглы.

- Осторожней, не уколись.

- Уже, - Василий поранил палец.

- Я же говорил острые.

- Да ерунда, - Кулагин вытер кровь с пальца платком.

- Давай я уберу, - дед хотел забрать назад иглы.

- Ефимыч, можно я попробую их установить? Это же несложно.

- А что мне, жалко что ли. Хочешь, устанавливай.

Кулагин стал изучать станок.

- Правильно? – Кулагин поставил несколько игл.

- Да, теперь все так устанавливай.

- Ефимыч, я вот что думаю. Если немцы сегодня не придут, то они значит, вообще не придут.

Кулагину не давали покоя мысли, почему немцев до сих пор нет.

- Вася, ты сделал всё что мог.

- Нет не все. Я возможно просчитался. Немцы могли пойти в обход Анькова.

- Ты всё равно тут уже ничего не изменишь. Нам остается только ждать.

- Хочу сам на наблюдательном пункте подежурить. Пойду сменю женщин.

- Вася, женщины и без тебя там справятся. Это дело несложное. Смотри да смотри. А ты уставший, глаз замылился, можешь вовремя и не заметить их, а тут каждая минута на счету. Лучше иди поспи, набирайся сил. Возможно немцы еще придут, и тогда силы ох как понадобятся.

- Ты прав Ефимыч, - согласился Кулагин, - пойду прилягу.

Кулагин отложил ткацкие иглы и пошел к печке.

- Ложись на мою кровать, - сказал дед.

- Как скажешь. Если что, сразу буди.

- Не беспокойся Вась, отдыхай.

Кулагин улегся на кровать, прям в одежде и вскоре уже спал.

Глава 18

Немецкий отряд всё ближе приближался к деревне. Солдаты шутили, вокруг были видны болота. К этому заданию они не относились в серьез. Это уже не первая деревня, через которую они проходят. И еще не в одной им не было оказано достойного сопротивления. И на этот раз они думали пройти деревню очень быстро. Как обычно, больше всего их веселили русские сказочные персонажи, лешие, водяные, кощеи.… Каждый пытался превзойти своих собеседников в знание местных сказок про нечистую силу на болтах. Некоторые даже пытались изобразить этих персонажей, принимали устрашающий вид, что их веселило еще больше. Единственный человек, который был сосредоточен, и не позволял себе расслабиться, это Варя. Она ехала на броневике с командиром отряда, и размышляла о разных вариантах развития событий.

- Не переживайте, вы всё правильно сделали, что решили идти через деревню, - сказал Крюгер Варе. – Опасаться нам нечего.

- Если расчеты верны, то мы уже через несколько часов будем в деревне, - Варя изучала карту местности, которую ей дал Густав Крюгер.

- Осталось самое легкое, - согласился Густав, - пройти деревню. Даже не верится, на всем пути, никаких препятствий не было.

- Расслабляться еще рано. До деревни мы еще не дошли. Всё может быть.

- Я думаю, вы переоцениваете русских. Они идут по ложному следу. Они не знают, что Варан это вы. Они думают, что вполне логично, что Варана будет сопровождать танковый отряд. Они не знают ничего про мой отряд. Готовьтесь к новой награде.

- Пока задание не будет выполнено, ничего нельзя утверждать.

- Вынужден с вами согласиться

- Можно личный вопрос?

- Смотря на сколько личный.

- Откуда вы так хорошо знаете русский язык?

- Насколько я знаю, вы тоже знаете русский язык.

- Я знаю пять языков: немецкий, английский, французский, итальянский и русский.

- Много.

- Я филолог по образованию. Потом занялся военной карьерой. А ваши познания иностранных языков откуда?

- Я знаю два языка, немецкий и русский. Оба моих родных.

- Это как?

- Я на половину русская. Мой отец русский, мама немка.

- Мне говорили, что вы сирота. Это для конспирации?

- Можно сказать и сирота. Я воспитывалась в спец школе для сирот.

- А где тогда ваши родители?

- Мой папа был из знатной русской семьи. До революции он много путешествовал, женился на немке. Привез её в Россию. Родилась я. А вскоре началась революция. Россию захлестнула гражданская война. В 1920 году мою маму убили красные. За то, что она не хотела отдавать фамильные драгоценности, которые ей подарил папа. Не то, что бы ей было жалко драгоценности, дело не в этом, она считала, что не имеет права ими распоряжаться. Она чувствовала за них ответственность перед папой. Один из бандитов проткнул её штыком. Это было всё на моих глазах. Хотя, другие бандиты это не одобрили. Даже из-за этого у них возникла потасовка. Можно было бы просто силой забрать у слабой женщины драгоценности, для этого необязательно было её убивать. Но это уже не имело значение. Маму было не вернуть. В итоге они забрали всё ценное из дома и ускакали на лошадях. Папа в это время дрался на стороне белых. До него дошли слухи, что случилось, и он как можно быстрее, насколько это позволяла обстановка приехал домой. В России было оставаться небезопасно. Он очень переживал за меня. И папа решил отправить меня в Германию к маминым родственникам. Но родственники не очень хотели к себе брать русскую девочку. Из всех маминых родственников реальную помощь оказал лишь один человек, Вильгельм Канарис.

- Сам начальник службы разведки?

- Тогда он не был еще начальником. Он служил на флоте, заниматься мной ему тоже было некогда. Вся жизнь у него проходила в море. Меня завораживала та обстановка, которая была на флоте. Порядок, дисциплина. Я очень хотела тоже служить на флоте. Но это было невозможно. Адъютант, тогда он был адъютантом, Вильгельм Канарис устроил меня в морскую школу. Особое внимание там уделялось физической подготовке. Я была лучшим учеником. А в 1935 году, дядя Вильгельм был назначен начальником военной разведки и контрразведки. Именно Вильгельм Канарис добился такого положения Абвера. До Канариса в Абвере служило около 150 человек. В 1935 году уже около тысячи. В этом же году господин Канарис предложил мне работу в Абвере.

- Вот значит, как вы попали в Абвер.

- Если вы думаете, что за счет родственных связей, то вы ошибаетесь. Еще в морской школе, дядя Вильгельм мне сказал, что если я хочу служить на флоте, то должна себя проявить еще в школе. Если результатов в школе не будет, то о службе можно забыть. Родственные связи были использованы только при устройстве меня в школу. В учебе и на службе уже никаких поблажек не было. Я была лучшим учеником, поэтому господин Канарис и предложил мне пойти служить к нему. Я занималась сбором секретной информации и дезорганизацией противника. А перед началом войны с Россией я была внедрена к ним в военный госпиталь в качестве медсестры. Я знаю русский, знаю военное дело, физически подготовлена, я была идеальным кандидатом для работы в российской армии.

- А что с папой? Он жив?

- Да. После гражданской войны, из России он уезжать не захотел. Выправил себе новые документы, и стал жить под чужим именем.

- А сейчас где он?

- Воюет в красной армии.

- Получается вы теперь враги?

- Нет. Он работает на меня. Я давно хотела его привлечь, и вот представилась возможность. Именно он мне помог покинуть незамеченной часть Никифорова. Мой родной папа. Он никогда не признавал советскую власть. Мы делаем одно большое и очень важное дело. Зачищаем Россию от красной чумы. Я верю, что именно Германия возродит Россию.

- Господин Крюгер, - крикнул один из немецких солдат, - я вижу деревню.

Густав Крюгер, взял бинокль и стал внимательно вглядываться.

- Это Аньково, - произнес Крюгер, - через 3 часа мы будем в деревне.

Часть 6 Война под радугой

Глава 1

- Васька, вставай же, - кричал дед, пытаясь разбудить Кулагина, - немцы идут.

- Где они? – Кулагин вскочил с кровати и схватил винтовку, - уже в деревне?

- Нет, но скоро будут, - кричала Захаровна.

- Матвей где?

- Он уже на позиции.

- Автомат у него?

- Да.

- Не при каких обстоятельствах, пусть позицию не меняет.

- Он в курсе.

- Ефимыч, ты остаешься в доме. Если немцы сломят наше сопротивление, бой примешь ты.

- Так есть, - ответил дед Ефим.

- Захаровна, как и обговаривали, вы вступаете в бой из своих укрытий, только в крайней необходимости, и только в ближний бой. Используете эффект неожиданности. По-другому с вилами против автоматов шансов нет.

- Так есть, - ответила Захаровна.

- Ну всё, с Богом. Действуем по плану, - быстро скомандовал Кулагин.

- Подожди, - проговорил дед, - Вась, я прошу тебя, присмотри за Нюркой. Глупая совсем девченка.

- Я сделаю всё, что бы сохранить жизни женщин. И тем более Нюрки. Я знаю, как она дорога для тебя.

- Спасибо, Василий.

Уже через минуту Кулагин с винтовкой бежал к своей позиции.Немцы уже приближались к ловушке. Первый броневик провалится в яму, второй должен развернуться и поехать в деревню в объезд, где попадет в такую же ловушку. Лишь бы только всё сработало. Немцы уже в поле видимости оказались. Кулагин залег в траве на небольшом холме и стал наблюдать за немцами в оптический прицел. Вот он, этот отряд невидимка. Немецкий отряд который никто не видел. Все попадающие на пути отряда убирались как свидетели. Если нужно было убрать деревню, убирали, выжигали всю вместе с детьми и женщинами.

Глава 2

Впереди шли два броневика, на которых сидели по 3 человека. За броневиками шла группа из 10 человек. На первом броневике ехала Варя, в руках у неё был портфель Жукова. Кулагин сразу же её узнал. Она находилась прям под прицелом. Всего один выстрел, и человек, доставивший столько проблем, будет мертв. Но вернет ли это портфель Жукова? Вряд ли. Выстрелом он сразу же выдаст свое местоположение. Немцы откроют ответный огонь. Сменить позицию можно и не успеть. И портфель окажется у генерала Паулюса, с Варей или без, это уже не будет иметь никакого значения.

Немцы приблизились к спиленному дереву.

- Приготовится, - приказал обер-лейтенант.

Немцы слезли с броневиков и заняли позиции. Варя подошла к дереву.

- Нас здесь ждут, - сказала Варя. – Дерево не само по себе упало, его спилили. Это или засада, или хотят, что бы мы поехали другой дорогой.

Варя очень внимательно осмотрела местность. Её внимание привлек холм. Она взяла бинокль и внимательно стала осматривать холм. Но разглядеть Кулагина она так и не смогла.

- Может не нас ждут? Про нас никто не знает.

- Если не нас, то кого? Дерево же для чего-то спилили?

- Возможно на дрова.

- На дороге? Тут других деревьев мало?

- Спил свежий. Может мы их спугнули и они не успели его распилить?

- Вы командир спец отряда, а говорите всякую ерунду, - раздраженно сказала Варя. – Если вас противник замечет раньше, чем вы его, то что тогда вы собой представляете? Вы отряд особой подготовки, а хотите сказать, что вас заметил какой-то деревенский житель, а вы его нет?

- Что будем делать? – спросил Крюгер.

- Прикажите своим солдатам убрать дерево.

Обер-лейтенант подчинился. Немецкие солдаты взялись за работу. Варя внимательно осматривала местность. За ними наблюдал Кулагин, но его она так и не обнаружила.

Кулагин наблюдал в оптический прицел за происходящим. Он с лёгкостью мог бы убить немецкого командира, или Варю, но он этого не делал. Кулагин придерживался плана. Сначала нужно вывести технику из строя, потом уже вступать в бой.

Наблюдая за немцами, Кулагин заметил в небе радугу. Радуга без дождя.

- Этого же не может быть, - размышлял Кулагин, - наверно просто повышена влажность. Может просто, кажется? Вроде нет никакой радуги.

Радуга была еле заметна. Немцы даже её не видели. Может быть, и Кулагин бы не заметил, если бы не вёл наблюдение. В таких случаях, нужно быть максимально внимательным. Но в данный момент Кулагин не стал отвлекаться на это явление. Задачи сейчас стояли более важные, чем искать объяснение природному явлению. Просто показалось.

Но Кулагин был не один, кто заметил радугу.

- Странно, - сказала Варя.

- Что странно? – спросил Крюгер.

- Радуга, - ответила Варя.

- Где? Я ничего не вижу.

- Присмотрись, - показала Варя.

- Не вижу.

- Она еле заметна, но она есть, я её вижу.

- Ну и что? Радуга и радуга.

- Дождя не было.

- Погода на нашей стороне.

- Дождя не было, а радуга есть.

- Какая разница, есть радуга или нет, у нас сейчас другие задачи.

- Вы правы, обер-лейтенант, - согласилась Варя.

Немцы к этому времени расчистили путь.

- Вперед, - скомандовал Крюгер.

Проехав несколько метров, под тяжестью броневика, доски прикрывающие яму стали трескаться. Через минуту первый броневик с грохотом провалился в яму.

- Эта ловушка, - крикнула Варя, - всем приготовиться к бою.

- Первый готов, - наблюдал Кулагин из укрытия, - еще один, и потом я их перестреляю как куропаток. 20 патронов, 20 жизней.

Глава 3

Немцы заняли укрытия и приготовились к бою, но нападения не последовало.

- За нами наблюдают, - сказала Варя Густаву Крюгеру.

- Я никого не вижу.

- Проверьте холм, - крикнула Варя.

Двое немецких солдат побежали к холму.

- Это наиболее удобное место для наблюдения, - сказала Варя.

Глава 4

Кулагин с легкостью мог бы убрать приближающихся немцев, но вступать в данный момент в бой не имело смысла. Самое лучше в данной ситуации было, это найти укрытие. Единственное место, куда можно было спрятаться это кустарник. Василий сполз с холма и пригнувшись, побежал к кустарнику. Немецкие солдаты очень быстро приближались к холму. Холм уже был в нескольких минутах. Кулагин прыгнул в кустарник и залег. Поднявшись на холм, немцы стали внимательно осматривать местность. К этому моменту Кулагин уже был в укрытие и наблюдал за немцами. Ничего подозрительного не обнаружив, один из немцев прошелся автоматной очередью по кустам. К счастью, ни одна из пуль Кулагина не задела.

Глава 5

- Говорите, про нас никто не знает? – Варя была раздражена.

- Заверяю вас, - оправдывался обер-лейтенант, - со своей стороны мы себя ни как не выдали.

- А это что? – Варя показала на провалившийся броневик.

- Думаю, это охота на вас, - предположил Густав Крюгер.

- Вы хотите сказать, я себя выдала?

- Я не знаю. Но за свою работу я несу полную ответственность.

- А в чем ваша работа заключается?

- Обеспечить вам охрану.

- Вы меня завели в засаду. Это вы называете охраной?

- Повторяю, это не по нашей вине. Вы сами утвердили этот маршрут.

- Хорошо. Что с экипажем? – спросила Варя.

- Все живы, - ответил командир отряда, - но один солдат получил повреждения ног.

- Идти сможет?

- Нет.

- Тогда в машину его.

- Так есть.

Густав Крюгер распорядился раненного разместить в броневике.

- Этот броневик оставим здесь, - продолжила Варя, - его из ямы уже не вытащить.

- Я несу ответственность за технику. За потерю броневика, я могу званий лишиться.

- Что вы предлагаете?

- Подцепим эту машину другим броневиком и вытащим.

- Это займет время. И очень сомневаюсь, что это получиться. В любом случае, главная ваша задача это сопроводить меня до самолета. А с одним броневиком или с двумя, это не имеет значения. Даже если вы меня доставите вообще без техники, задача будет считаться выполненной. Это главное. А за броневиком вы потом вернетесь, и будете его вытаскивать, сколько вам заблагорассудится.

- Я вас понял.

С разведки вернулись в отряд двое солдат.

- Что там? – спросил обер-лейтенант их.

- Ничего подозрительного не обнаружено.

- Не нравится мне всё это, - сказала Варя.

- На засаду это не похоже, - ответил Крюгер.

- Это и странно. Всё обставлено как засада, но нападения не было. Почему? Это может быть только в одном случае.

- В каком? – спросил Крюгер.

- Если у противника не достаточно сил для нападения, - догадалась Варя.

Глава 6

Кулагин вылез из кустарника и снова занял позицию на холме. Варя была недовольна. Это Кулагину играло только на руку. Он видел, что Варя отчитывала командира немецкого отряда. О чем говорили немцы он конечно разобрать не мог. Но это не имело, ни кого значения. Главное немцы понесли первые потери.

Глава 7

Немецкий отряд поехал в объезд. Другого пути в деревню всё равно не было, оставалось двигаться по второй дороге.

- Быть предельно внимательными, - распорядилась Варя, - лишняя осторожность не помешает.

Всё ближе и ближе приближались немцы ко второй ловушке.

Глава 8

Кулагин наблюдал за отрядом из своего укрытия.

- Только бы не заметили яму, немцы теперь будут очень внимательны, - думал Кулагин, - только бы не заметили.

Эти слова он повторял как молитву.

Хотя немцы и осматривали всё очень внимательно, маскировку ловушки они не заметили. Броневик наехал на доски прикрывающие яму, но они под ним не провалились.

- Что происходит? – удивился Кулагин. – Почему он не проваливается?

Броневик медленно ехал через яму, но доски выдерживали вес немецкого броневика.

- Не может быть, - негодовал Кулагин. - Он же весит пять, шесть тонн, не меньше, доски должны проломиться под ним. Неужели выдержат? Как же так? Это же броневик, он не может меньше весить. Давай же, проваливайся.

Но этот броневик проехал через яму.

Кулагин не знал, что делать. Технике сопротивление они не смогут оказать. Винтовка броневик не пробьёт. Они спокойно пройдут через деревню. Что же делать? Остается одно, противотанковые гранаты.

Кулагин перекинул винтовку через плечо и побежал в деревню.

Глава 9

Гера с автоматом в своем доме наблюдал в окно. Он ждал, когда же появятся эти немцы. Вдруг он увидел бегущего человека. Гера направил автомат. Человек быстро приближался к дому. В одного попасть уже тяжелее. Надо подпустить поближе.

- Почему он один? Где остальные? – Герка прицелился.

Он внимательно вглядывался в цель. Вдруг он понял, что это Кулагин. Герка сразу же выбежал ему на встречу.

- Василий, где немцы? – крикнул он.

- Я же тебе сказал, не выходить из дома, - начал ругаться Кулагин.

- Я же к тебе выбежал.

- Какая разница. Приказ есть приказ. Оборону держать в доме. Это твое укрытие. Выйдешь, ты будешь хорошей мишенью.

- Прости, Вась.

- Гера, я прошу тебя очень. Ни при каких обстоятельствах, не выходи из дома.

- Хорошо, больше не буду.

- Надеюсь, что бабы как и ты, не будут вылезать из своих укрытий.

Кулагин реально оценивал силы. Реальная помощь от женщин вызывала сомнения.

- Вась, скажи где немцы?

- Немцы идут, скоро будут. В ловушку попался только один броневик.

- А второй?

- Второй проехал через яму. Не знаю почему, но доски выдержали вес броневика. Но это уже не важно.

- Что будет делать?

- Надо срочно еще какую-то ловушку придумать, прям здесь.

Глава 10

Немецкий отряд приближался к деревне. Варя шла в центре солдат, портфель Жукова она несла в руках. В броневике ехать было опасно. Он представлял собой главную цель. А с кем они имеют дело, неизвестно. Нельзя исключать, что у противника есть тяжелая артиллерия, в этом случае броневик будет уничтожен в первую очередь. Самым безопасным в данной ситуации было идти под прикрытием солдат. Сам командир отряда ехал на броневике и просматривал местность в бинокль. Он уже видел деревню. Единственное, что его настораживало, это отсутствие жителей. Только дома, и не единой живой души. Жители или спрятались или покинули деревню. Это значит, они каким-то образом узнали об отряде невидимке. Они уже приблизились к деревне. В деревню осталось только войти. В этот момент раздался взрыв. Густав Крюгер слетел с броневика. Из ближайшего дома раздалась пулеметная очередь.

- В укрытие, - крикнула Варя.

Отряд сразу же занял позиции.

Глава 11

- На этот раз ловушка сработала, - Кулагин был рад.

Недалеко от Геркиного дома Василий заложил противотанковые гранаты, таким образом, что при наезде на них, они сработали. Кулагин из укрытия наблюдал за происходящим. После взрыва, немцы сразу же заняли укрытия. Под прицел никто не попадал.

Глава 12

Варя подползла к командиру отряда.

- Ты как? – спросила Варя.

- Что произошло? – пришел в себя Густав Крюгер.

- Броневик наехал на мину.

- Что с броневиком?

- Он уничтожен. Экипаж, и раненый вряд ли выжили.

- Я лично убью того, кто это сделал, - Крюгер был очень зол, - клянусь, чтобы не случилось, я его найду. Он долго и мучительно будет умирать.

- Крюгер, мне сейчас нужен высококвалифицированный командир, с железной выдержкой. Именно такие характеристики мне давал о вас генерал Модель.

- Они уничтожили мою технику.

- Забудьте о ней. Сейчас главное пройти через деревню.

- Даю вам слово офицера, пройдём, - Крюгер взял себя в руки.

- После взрыва по нам был открыт огонь, из того дома, - Варя указала на дом Геры.

- Фриц, - крикнул Крюгер, - обойти дом.

Немецкий солдат побежал с другой стороны дома. Раздался выстрел снайперской винтовки и солдат упал замертво.

- Там снайпер, - Варя сразу же определила местоположение снайпера.

Глава 13

После того, как Кулагин выстрелом из винтовки убил солдата, он сразу же побежал занимать новую позицию.

Герка пытался разглядеть хоть еще одного немецкого солдата, но ничего не видел. Все солдаты заняли укрытия.

- Отсюда ничего не видно, -Герка решил выйти из дома. - Надо помочь Кулагину.

Снова нарушив указания Кулагина, Герка хромая вышел из дома. Он решил обойти дом, и подкрасться к немцам поближе. Как ему казалось, он был очень осторожен. Но он ошибся. Удар в затылок сразу же его свалил на землю. Через кротчайшее время его дом заняли немцы. А сам Герка был привязан к стулу.

- Имя? – крикнул с акцентом по-русски Крюгер.

- Я вам ничего не скажу!- решительно ответил Гера.

Крюгер ударил пленного в солнечное сплетение.

- Имя? – повторил Крюгер.

- Гера, - ответил Герка.

- Фамилия?

- Берледанов!

- Сколько человек в деревне?

- Больше я вам ничего не скажу.

Крюгер снова ударил Герку в солнечное сплетение.

- Повторяю вопрос, сколько человек в деревне.

- Я один, - ответил Гера.

- Сволочь, ты нас за дураков считаешь? - Крюгер снова ударил пленного.

Но Герка продолжал молчать.

- Пойми, мы все равно всё узнаем. Вопрос времени. Ты можешь умереть быстро, а можешь медленно и очень мучительно. Выбор за тобой.

Герка молчал.

- Глупый ты человек, - Крюгер ударил Герку по лицу.

- Он так ничего не скажет, - вмешалась Варя.

- У меня говорят все, рано или поздно, - ответил Крюгер.

- У нас нет времени, обер-лейтенант. Отойдите, я сама допрошу.

Варя подошла к пленному.

- Сколько человек в деревне?

Герка высвободил одну руку и попытался схватить Варю за горло, но безуспешно. Варя перехватила запястье и сразу же его вывернула. Герка закричал от дикой боли.

- Кто его связывал? – крикнула Варя.

Но все молчали.

- Обер-лейтенант, можете забыть о повышение, у вас никчемный отряд, не способный даже связать пленного.

- Разрешите, я продолжу допрос, - попросил Густав Крюгер.

- Не разрешаю, - ответила Варя, - сидите и наблюдайте.

Герка продолжал мучиться от боли.

- Ты сам виноват, - продолжила Варя допрос. – Рука у тебя уже не восстановится. На запястье порваны сухожилия, подвижность как прежде никогда теперь не будет.

- Лучше убейте меня, - проговорил Герка.

Варя достала нож.

- Это еще рано. У тебя есть еще вторая рука.

Варя разрезала веревки связывающие Геру. Она взяла запястье и медленно начала его выкручивать.

- Не надо, - кричал Герка.

- Всё зависит от тебя, - Варя продолжала выкручивать запястье.

- Я скажу.

- Сколько человек в деревне?

- 18, одни бабы.

- Кто уничтожил нашу технику? – Варя ослабила хватку.

- Я.

- Гера, зачем ты нас обманываешь?

- Говорю, я. Я заложил гранаты, при наезде на которые взорвался ваш броневик.

- Что за гранаты? Какие?

- Обычные гранаты, противотанковые.

- У гранат есть название.

- Нам не говорили название, просто их выдали и всё.

- Гера, у нас нет времени. Говори правду.

- Но это правда.

- Гера, по хорошему ты не понимаешь.

Варя снова начала выкручивать запястье.

- Можете сломать мне руки, я все равно ничего не скажу, - кричал Герка.

- Ты думаешь, запястья это самое болезненное? – усмехнулась Варя. – Это только начало.

Варя хорошо знала анатомию человека. Есть куда более болезненные воздействия, чем порванные сухожилия.

Гера выхватил руку и попытался схватить Варю за горло, но ничего не получилось. Варя снова перехватила запястье Геры.

- Не делай того, что не умеешь, - Варя смотрела прямо в глаза Гере, - я тебе покажу как надо хватать за горло.

Варя поднесла руку к горлу Гере и стала медленно надавливать на болевую точку. Расположение болевых точек и как на них воздействовать она научилась в гестапо, куда была направлена по обмену опытом в 1939 году. В гестапо уделяли особое внимание пыткам. И Варя научилась, как очень быстро и эффективно добывать информацию у людей. Мало кто мог, переносить такие пытки. Говорили практически все. Не говорили разве что только в том случае, если человек действительно ничего не знал.

- Тебе будет все больнее и больнее, - спокойно говорила Варя, надавливая на болевую точку на горле Геры, -в итоге будет достигнут нужный порог боли, и ты всё расскажешь.

Лицо Геры покраснело, боль от нажатия на болевые точки на горле перекрыла даже боль от порванных сухожилий на запястье.

- Боль будет по нарастающей, всё сильнее и сильнее. В итоге человек умирает. Но я тебе умереть не дам.

Варя отпустила горло.

- Через минуту, я снова продолжу, и так будет до бесконечности.

- Не надо, - ели выдавил из себя Гера.

- Хорошо. Не буду. Но ты должен будешь оказать нам небольшую услугу.

- Я прошу, не надо.

Варя поднесла руку к горлу.

- Я скажу, - согласился Гера.

- Кто уничтожил нашу технику?

- Боец красной армии.

- Имя бойца.

- Василий.

- Откуда он взялся в деревне?

- Я не знаю, он появился в деревне только вчера. Сказал, что к нам движется немецкий отряд, и что надо его остановить.

- Он один пришел?

- Да. Больше я ничего не знаю, это правда.

- Ничего не понимаю, - Варя подошла к Густаву Крюгеру, - если противник знал о нашем отряде, почему послал только одного бойца?

- Может он опять врет? – предположил Крюгер.

- Не думаю. Если бы он был не один, то нападение произошло бы еще тогда, когда мы потеряли первый броневик. В деревне деревенские бабы и один солдат.

- Если это так, то нам нечего опасаться, - сказал Крюгер. – Солдата поймаем, а деревню уничтожим как всегда. Сожжем дотла вместе с жителями.

- Фамилию бойца знаешь? – Варя снова обратилась к Гере.

- Кулагин, - ответил Герка.

- Василий Кулагин? – удивилась Варя.

- Да.

- Ты его знаешь? – спросил Крюгер Варю.

- Да. Но как он здесь оказался? Он должен быть арестован. Я думала, что его вообще расстреляют.

- Почему?

- Потому что он изменник Родины. По крайней мере, они должны так считать. Я всё обставила так, что бы на это всё указывало. А в данных обстоятельствах самое простое было, это пустить его в расход. Поэтому мне и не понятно, почему Кулагин жив, и что он делает здесь?

- Как прикажете действовать, Варан? – спросил командир отряда.

- А как вы действуете в таких обстоятельствах?

- Зачищаем деревню. Собираем всех жителей в одном доме, потом всех сжигаем.

- Так и действуйте. Только на этот раз, это будет немного сложней. За нами наблюдает снайпер.

- Рано или поздно он себя обнаружит, и тогда ему уже не уйти, мои люди его убьют.

- Действуйте, обер-лейтенант, - приказала Варя.

Густав Крюгер послал четверых солдат в деревню, что бы они нашли всех жителей. Солдаты разделились по двое, и пошли осматривать дома.

Глава 14

Две женщина, Серафима и Зоя наблюдали в окно, как к их дому приближаются двое немцев. Женщины спрятались за дверью. Один немец встал у крыльца, второй зашел в дом. Как только он прошел в дом, сразу же под ним треснул пол и провалился. Зоя подбежала с вилами к немцу и замахнулась. Немец судорожно пытался высвободится, но безуспешно. Зоя смотрела на немца и ни как не могла решиться его ударить. На крики, в дом забежал второй немец и сразу же наткнулся на вилы Серафимы. Первый немец пытался достать автомат. Это ему удалось. Он направил автомат на Зою. Серафима вынула вилы и подбежала к первому немцу, не думая, она сразу воткнула вилы в грудь врага. Оба немцы были мертвы.

- Я не смогла, - плакала Зоя.

- Не время плакать, - сказала Серафима, - сейчас сюда придут другие немцы. Надо уходить.

Глава 15

В другом доме за немцами наблюдали Нюра и Агафья. Один немец зашел в дом, другой остался на улице. Пройдя в дом, на первого немца упал сверху мешок с песком. На звук грохота в дом вбежал второй немец и сразу же получил сковородкой по голове. От смертельного удара немца спасла каска. Но сопротивление двум женщинам ему было уже тяжело оказать. На полу завязалась борьба. К этому моменту в сознание пришел первый немец. Нюра и Агафья выбежали из дома. Вслед за ними выбежал один немец и направил автомат в их сторону. Но выстрелить он не успел. Его сразила прямо в голову пуля Кулагина. Василий со своей позиции просматривал деревню. Подождав, когда женщины скроются, он оставил свою позицию.

Глава 16

- Это Кулагин, - Варя услышала выстрел.

- Выстрел был оттуда, - Крюгер в окно показал направление.

- Срочно группу на захват, - скомандовала Варя.

Густав Крюгер опять выделил четырех солдат и направил на поиски снайпера. Еще четырех человек он направил на поиски первой группы. Результаты поиска привели Крюгера в бешенство. Его отряд потерял еще троих человек. Помимо техники Крюгер стал еще терять людей. Такого за всё время службы у него еще не было. Варя осмотрела солдата, который получил травму от мешка с песком.

- У него сотрясение, - сказала Варя.

- Он сможет воевать? – спросил Крюгер.

- Нет. У него нарушена координация движений, он даже не понимает, где находится. У него спутанность сознания, ему теперь нужен только постельный режим, - ответила Варя.

- Как долго это может продлиться?

- Недели две, три.

- Нам нужно место для раненого, - обратился Крюгер к Герке.

- В сенях есть место, - ответил Гера.

Крюгер отвел раненого солдата в сени. Через минуту раздался выстрел и Крюгер вернулся в дом.

- Он знал, на что шел, - сказал Крюгер. – В моем отряде раненых не бывает.

Взять с собой, возможности не было. Техника уничтожена, нести раненого на носилках, это потеря драгоценного времени. Оставить его здесь, тоже исключалось. Он мог попасть в плен к русским. Единственное, что оставалось, это его физическое устранение.

- Он был смелым солдатом, - Крюгер сожалел, что ему пришлось пойти на крайние меры.

- Обер-лейтенант, - обратилась Варя, - доложите о полных потерях отряда.

- Два броневика,десять солдат.

- Мы потеряли почти пол отряда.

- Мы недооценили этих русских.

- А я вам говорила об этом. Я уже больше года работаю в русской армии, и знаю что говорю.

- Варан, разрешите исправить ошибку.

- В деревню никто не идет. Они приготовили ловушки, мы о них ничего не знаем.

- Мои люди будут более осторожны, - сказал Крюгер.

- Поймите, обер-лейтенант, им только и надо, что бы мы пришли и попали в ловушки, они нас ждут. Поэтому остаемся здесь.

- Но сами же они к нам не придут?

- Придут, - ответила Варя.

Варя подошла к Гере, и положила руку ему на горло, нащупывая болевую точку.

- Гера нам поможет, - сказала она.

- На мои крики они не прибегут, - Гера испуганно смотрел на Варю.

- Нам твои крики и не нужны.

- Но мне больше нечего сказать. Я вам все рассказал.

- Гера, ты должен принять чью-то сторону.

- Я принял вашу, - Гера плакал.

- Ты все сделаешь для победы Германии? - Варя надавила на болевую точку.

- Всё! – кричал Гера от боли.

- Почему тогда ты нам рассказал не всё? – спросила Варя.

- Но я рассказал всё!

- Ты рассказал всё про деревенских баб. А где деревенские дети? – Варя снова нажала на горле Геры на болевую точку.

- Детей нет в деревне, - кричал Гера.

- Женщин полно, а детей нет, не слишком ли это странно? – Варя снова надавила на горло Гере.

Глава 17

Женщины из своих укрытий наблюдали за домом Геры. Уже прошло более трех часов, но немцы не торопились их искать.

- Может быть, ушли? – подумала Захаровна. – Странно как-то всё это.

Захаровна решила покинуть свой дом, и через задний двор, пробралась в соседний, где прятались Вера и Зина..

- Захаровна, может сходить на разведку? – спросила Зина.

- Может, у них такая тактика, когда мы сами выйдем? – предположила Захаровна.

- А что тогда делать?

- Не знаю.

- А где Василий? Его тоже не видно. Куда он пропал?

Женщины думали, как лучше поступить. Надо что-то было решать, но они не знали что.

Вдруг Захаровна увидела, как на главную улицу деревни выводят их детей.

- Это наши дети, - вскрикнула Зина.

- Но как они здесь оказались?

- Они же должны быть у птичьего ручья.

Женщины на эмоциях перебивали друг друга.

- Я иду к своему сыну, - крикнула Зина.

- Нельзя, - на пути встала Захаровна.

- Пусти меня лучше.

- Пойми, они убьют тебя.

- Отойди, - крикнула Зина.

- Дорогие женщины, - услышали они голос обер-лейтенанта Крюгера. – У нас ваши дети. Если вы не желаете их смерти, то выходите на эту улицу. Не надо пытаться начать нападение. Это приведет к смерти детей. Мы знаем, вас 18 человек. Через 10 минут, вы все должны стоять на этой улице, или мы начнем убивать детей.

Расчет Вари был верным. Через 10 минут все женщины стояли под прицелами немецких автоматов на улице. Найти детей не составило труда. Варя от Геры получила всю необходимую информацию. Командир отряда послал пятерых солдат, и через 3 часа дети уже были в доме Геры.

Глава 18

В это время Кулагин вел перестрелку с преследователями. Патроны нужно было экономить. Каждый выстрел должен был быть оправданным. Но это удавалось не всегда. Иногда приходилось потратить патрон, лишь для того, что бы сменить позицию. Но одного немецкого солдата Кулагин все-таки смог устранить. Но с оставшимися тремя, справиться все равно было трудно. Немцы пытались окружить Кулагина. Василий это понимал, и старался занять такую позицию, чтобы немцы не могли к нему подойти с разных сторон. В итоге Кулагин был вынужден уйти в болота. После того, как в ходе преследования один из солдатов провалился в болоте и утонул, оставшиеся двое решили, отказаться от преследования и вернуться в отряд. Немцы решили, что туда, куда зашел Кулагин, выбраться уже невозможно.

По возвращение в отряд, они доложили ситуацию своему командиру Густаву Крюгеру.

- Послали четверых, вернулось двое, - Варя была очень недовольна. – Из 22 солдат, осталось 10. Мы потеряли больше половины отряда.

- Это профессиональные солдаты, я сам не пойму, что происходит, - оправдывался Крюгер.

- А результат под вопросом. То, что они русского снайпера загнали в болота, это еще не значит, что он оттуда не сможет выбраться.

- Эти болота непроходимы, - сказал один из вернувшихся солдат.

- Если вы не смогли пройти, то решили, что их никто не пройдет? – спросила Варя.

- Нет.

- Вам надо было не просто его загнать, а убить.

- Мы его преследовали до того, когда уже невозможно было идти. Ральф утонул в этих русских болотах. Если бы мы пошли дальше, то и мы бы утонули.

- Ладно, в любом случае, о Кулагине на время можно забыть, - сказала Варя.

- Обер-лейтенант, - обратилась Варя к Крюгеру, - приступайте.

Глава 19

По приказу обер-лейтенанта всех женщин с детьми согнали в дом Захаровны. Солдаты со всех сторон дом обложили сеном. Трех солдат Крюгер поставил сзади дома, что бы дом был под контролем со всех сторон.

Варя с Крюгером стояли рядом и хладнокровно наблюдали за происходящим. Не смотря на вопли женщин, они оставались полностью хладнокровны.

За домом виднелась радуга.

- Снова радуга, - сказала Варя. – Сейчас-то вы её видите обер-лейтенант?

- Не вижу я ни какой радуги, - ответил Густав Крюгер.

- А она есть.

- Ну и что? Есть и есть. Я технику со своими солдатами потерял, мне не до радуги.

Гера стоял среди немцев и наблюдал со слезами на глазах за всем происходящим. Женщины кричали ему: «Предатель. Чтоб ты сгнил, сволочь». Гера и сам понимал, после того, что он сделал, он не достоин жить. Он был готов к смерти, но не был готов к пыткам. Под пытками он рассказал, сколько детей в деревни, и где их спрятали. А сейчас им всем предстоит умереть. Гера искренне считал, что лучше бы его убили. Но немцы его не убили, и на то были свои причины.

- За уничтожение немецкой техники и за пролитую немецкую кровь вы все будете убиты, - кричал Густав Крюгер.

У убийства всегда должны быть оправдания. Даже если бы в деревни не оказали сопротивление, все её жители были бы всё равно убиты. Но уничтожение техники замечательно подходило под оправдание своим злодеяниям. Оправдание в убийстве, это одна из очень главных составляющих в войне. Гитлер знал, что когда солдаты убивают безоружное мирное население, не оказывающего никакого сопротивления, это очень сильно влияет на боевой дух солдата. Очень часто в таких ситуациях с солдатами случаются психические расстройства. Мало кто из солдат убивая беззащитных людей, включая женщин и детей мог сохранить рассудок. Гитлер говорил своим солдатам, что нужно убивать и не прислушиваться к голосу совести. Что всю ответственность за это он берет на себя. Но и это не действовало. В немецких отрядах, где совершали подобные массовые казни, часто случались помешательства солдат. Что бы этого избежать, немецкое командование к казням мирного населения стали привлекать людей, среди противника, которые, что бы сохранить свою жизнь, должны были убивать своих же. Так немцы сохраняли моральный дух в армии. В данном случае, не смотря на то, что казнь деревенских женщин и детей имела оправдание, её всё равно поручили пленному.

- Ну что, Гера, - к пленному подошел обер-лейтенант с факелом, - ты можешь доказать свою преданность немецкой нации.

Густав Крюгер протянул факел Гере.

- Теперь, ты на нашей стороне, - продолжил Крюгер, - тебе выпала честь доказать это.

Гера взял факел, но подойти к дому так и не решался.

Гера стоял с факелом перед домом. По лицу у него текли слёзы. Еще несколько дней назад, он вместе с этими женщинами ел за одним столом, и обсуждали, чем они могут помочь фронту. А сейчас он стоял с факелом и должен поджечь дом со своими сельчанами. Он прекрасно понимал, что если он этого не сделает, это всё равно сделают немцы. Женщины в любом случае погибнут. Но и он погибнет. А если он подожжет дом, то он останется жить. По крайней мере, так обещали немцы.

- Давай русский, не тяни время, - на ломаном русском сказал обер-лейтенант.

Гера со слезами на лице сделал шаг в сторону дома. Позади Геры стоял Густав Крюгер со своими солдатами. Они все наблюдали за действиями Геры. Гера же стоял с факелом и никуда не двигался.

- Шнеля, русский, - обер-лейтенант толкнул Герку в спину.

Гера еще сделал маленький шаг в сторону дома. Гера даже слышал нервное дыхание немецкого командира. Обер-лейтенат был уже раздражен, что Гера так тянет время.

- Отдай факел, - потерял терпение Густав Крюгер.

- Не беспокойтесь, обер-лейтенант, я сейчас всё сделаю, - ответил Гера.

- Так делай, - раздраженно сказал Густав Крюгер.

После этих слов Гера ткнул полыхающий факел прямо в лицо немецкого командира. Густав Крюгер с диким криком схватился за лицо. В следующую секунду, Гера был расстрелян из немецких автоматов.

- Я ничего не вижу, - кричал Густав Крюгер.

К командиру подбежала Варя. Как врач, она сразу определила, что командир потерял боеспособность. Лицо Густава было всё обожжено. Когда командир убрал руки от лица, его вид, испугал даже его подготовленных солдат. Он попытался пойти к своим солдатам, но ничего не видя, упал, и уже не мог подняться. Он лежал на земле и кричал. Невозмутимой оставалась только Варя. От командира уже не будет никакой пользы. Теперь он только помеха в выполнение задания. Варя достала пистолет и выстрелила в голову обер-лейтенанта.

- Поджечь, - приказала Варя, - теперь я ваш командир.

Один из солдатов взял факел с земли и подошел к дому. Осталось только протянуть факел и дом вспыхнет как спичка. Но в этот момент его сразила пуля Кулагина. Солдат упал за мертво. Варя тот же миг заняла безопасное укрытие. А в след за ней, спрятались и солдаты.

Дом Захаровны очень хорошо просматривался с опушки, на которой Кулагин залег. Было понятно, что контролировать положение он долго не сможет. Немцы попытаются его окружить.

- Кулагин! – крикнула Варя. – Я предлагаю тебе сделку. Твоя жизнь в обмен на жизни женщин и детей. Идет?

Но Кулагин молчал.

- Обещаю, - кричала Варя, - если ты выйдешь, я сохраню им жизнь.

Глава 20

Кулагин понимал, что Варя его обманывает. Она в любом случае подожжет дом. Но в душе появились сомнения, а вдруг, действительно его жизнь спасет жизни этих ни в чем не повинных людей? Желание выйти, и всё это закончить было очень сильным. Он колебался.

- А вдруг Варя, говорит правду? – мучился размышлениями Кулагин. – Даже если это так, то всё равно нельзя выходить. Как бы этого не хотелось.

В другой ситуации Кулагин бы без промедления отдал бы свою жизнь в обмен на жизни женщин с детьми. Но в данном случае, на кону был портфель с документами Жукова. А это жизни миллионов людей. Кулагин увидел, как двое немцев пошли в окружение. За немцами была радуга. Но размышлять о ней было некогда. Все что оставалось, это быстро покинуть данную позицию.

Глава 21

Варя тоже понимала, что Кулагин, не выйдет. Но попытку выманить его, она должна была сделать.

- Поджигайте, - скомандовала Варя.

Под прикрытием, один из немецких солдат подкрался к факелу и поджег сено, которым был обложен дом. Через несколько минут дом охватили языки пламени.

Глава 22

- Все в подпол! – кричала Захаровна.

Дым уже заполонил дом. С кем-то началась истерика. Пронзительные крики женщин и детей доносились до немцев. Ситуация вышла из под контроля. Марья Ивановна пыталась выбить доски в окне. Но Захаровна её оттащила от окон.

- В окна лезть нельзя, - кричала Захаровна, - там огонь и немцы. Кто хочет спастись, полезайте в подпол.

Но крики Захаровны заглушал ор женщин. В панике выбивать доски из окна бросилась Тамара. Не смотря на громадные языки пламени, Тамара вылезла из окна, и её сразу же охватил огонь. Последовавшая сразу же за этим немецкая автоматная очередь, оборвала жизнь женщины. Остальных женщин и детей Захаровна сумела спустить в погреб. Последней спустилась она сама. Дыма было столько, что от него уже нельзя было спрятаться и в погребе.

- Бабы! – пыталась перекричать ор женщин Захаровна. – Из погреба есть выход на задний двор.

В темноте женщины стали пробираться к выходу. На заднем дворе стояли трое немцев. Они внимательно следили за домом. Снизу дома, они увидели, как выбиваются доски и женщины вилами и граблями, расчищая выход от горящего сена стали вылезать наружу. А за ними и дети.

Немцы приготовились открыть по женщинам и детям огонь. В это время из кустов к немцам подбегает Кулагин и одного расстреливает в упор из винтовки, другого бьет прикладом по голове. Третий вступает в рукопашный бой с Кулагиным. Применив прием, он повалил Кулагина на землю. В это время на помощь подбегают женщины. И сразу же забивают граблями и мотыгами немца до смерти.

Захаровна помогла Кулагину встать.

- Захаровна, уводи всех отсюда, - крикнул Кулагин.

Но Захаровна ничего не слышала. Её, как и всех женщин, переполняли эмоции. Всё что они хотели, это добраться до врага. Ничего их не могло остановить. Только матери с детьми, никуда не бежали, они обнимали своих детей и рыдали. Остальные же ничего не соображая ринулись в схватку с врагом.

С диким криком разъяренные деревенские бабы бежали с вилами на немцев. Еще минуту назад, немцы спокойно наблюдали за горящим домом. И вот, в один миг, сквозь огонь и дым на них бежали черные, все в копоти, женщины с мотыгами, граблями, вилами. Они подняли такой крик, что ничего более пугающего эти немецкие солдаты в своей жизни не видели. Все сказочные персонажи нечистой силы, которые совсем недавно их веселили, воплотились в жизнь. В панике они стали разбегаться, кто куда. Единственное и самое важное для них было, как бы поскорей выбраться из этого места. Но женщины их нагоняли и забивали чем попало.

- Стойте! Стреляйте! – кричала Варя.

Но её никто не слышал. Ситуация вышла из под контроля.

Вслед за женщинами из-за дома выбежал Кулагин.

Прям на Варю с вилами бежала Нюра.

- Стой, - кричал Кулагин, что есть силы. – Нюра, стой!

Но Нюра ничего не слышала. Как и всех женщин её переполняла злость.

- Не надо! Остановись! – пытался докричаться Кулагин.

Нюра уже совсем близко подбежала к Варе. Варя направила пистолет на Нюру и выстрелила в грудь девушке. Пуля оборвала жизнь девушки.

Варя оценив положение, побежала искать укрытие.

Кулагин подбежал к Нюре. Но помочь ей уже было нельзя.

- Варя, я убью тебя! – что есть силы, закричал Кулагин.

Василий направил винтовку в след убегающей Вари и выстрелил. Эмоции переполняющие Кулагина помешали ему попасть в цель. Кулагин перезарядил винтовку и снова прицелился. Это был последний патрон. Кулагин собрался с силами. Промахнуться было нельзя. Кулагин целился до тех пор, пока Варя не скрылась из виду.

- Всё равно не уйдешь, - Кулагин побежал вслед за Варей.

Вдруг у Василия пулей снесло с головы пилотку. Варя по Кулагину стреляла из укрытия. Василий быстро упал на землю, и перекатился в безопасное место.

Кулагин осторожно выглянул. Опять выстрел. Снова мимо. Стрелять в ответ не имело смысла. Кулагин решил пойти в обход. Но не к Варе, а к дому Ефимыча. Этот дом в любом случае будет на пути Вари. Главное, до дома добраться раньше её.

- Пока Варя поймет, что я покинул позицию, - рассуждал Василий, - я этим временем буду уже у Ефимыча.

Глава 23

Прибежав к деду Ефиму, Кулагин обнаружил, что дом пуст.

- Где же дед? – не мог понять Кулагин.

Василий быстро осмотрел весь дом, деда нигде не было.

- Ефимыч! – крикнул Кулагин.

Но никто не отозвался.

- Старый хрыч, - ругался Кулагин, - где он ходит.

Вдруг в окне он увидел Ефимыча он шел к дому. Но в это же время он увидел целящуюся из пистолета в него Варю. Размышлять было некогда. Кулагин вскинул винтовку и выстрелил. Варя в ответ начала стрелять в Кулагина.

- Дед, срочно сюда! – кричал в окно Кулагин.

Дед увидев Кулагина в доме и Варю, побежал в дом.

- Ты где был? – закричал Кулагин, - когда дед забежал в дом.

- Не мог я в доме находиться, тошно мне было, - запыхался дед.

- Я из-за тебя последний патрон потратил! – негодовал Кулагин.

Как же обидно ему было, из-за такой глупости потратить последний патрон.

- Броневики в ловушку попали. Только один. Во второй оказались слишком доски крепкие, его пришлось подорвать.

В окно Кулагин увидел приближающуюся Варю.

- Давай за печку, - скомандовал Кулагин, - а я за ткацкий станок спрячусь.

- У меня шашка в сенях, - дед собрался бежать за шашкой.

- Забудь про нее, - остановил его Кулагин, - раньше надо было думать.

Дед спрятался за печку, Кулагин за ткацкий станок.

Что дальше делать, Кулагин не знал. Он сидел за станком и судорожно соображал.

Кулагин услышал открывающуюся дверь.

Глава 24

Варя осторожно зашла в дом.

- Василий выходи! – Кулагин услышал голос Вари.

Он наблюдал из укрытия. Варя приближалась к печке.

- Я знаю, у тебя нет больше патронов, - кричала Варя. - Ведь так?

- Сейчас она найдет Ефимыча, - рассуждал Кулагин.

Но как ему помочь, Кулагин не знал.

- Здесь только я, - дед вышел из-за печки.

- Ты кто? – спросила Варя, держа его на прицеле.

Варя была уверена, что Герка ей рассказал всё. Но про этого старика он ничего не говорил.

- Ефим, - отвил дед, - это мой дом.

- Кулагин, выходи, или я убью старика! – крикнула Варя.

- Кулагин, выходи! – еще громче крикнула Варя.

Кулагин вышел из укрытия. Варя этого не ожидала.

- Здравствуй, Василий, - поприветствовала Кулагина Варя и направила на него пистолет. - Какими судьбами здесь?

- Здравствуй Варан, - ответил Кулагин.

- Ты и это знаешь? – удивилась Варя. - Как ты понял, что Варан это я?

- Это было не сложно.

- Очень интересно.

- Должна быть причина, почему Варан, добившись таких успехов, не мог претендовать на высшее офицерское звание. Этому могло быть только одно объяснение, если Варан женщина.

- Но женщин в немецкой армии много. Почему ты решил, что Варан именно я?

- У меня никак из головы не выходило скандинавское имя Вар, от которого происходит имя Варя, Богиня мести. Но оказалось помимо твоего имени, это скандинавское имя присутствует еще во всех твоих позывных: Варан, Варавва, Варвар. Частая смена позывных оправдана только в одном случае, если в позывном будет какой-то знак, указывающий на данного агента. Иначе как при быстрой смене позывного свои поймут, что это тот самый агент? В твоем позывном, это скандинавское имя Вар. Ведь так Варвара?

- Ты догадлив. Но к сожалению, ты сейчас умрешь. Неужели ты на что-то надеялся?

- На победу, - сухо ответил Кулагин.

- На какую победу? Вам всё равно не победить в этой войне, по одной очень простой причине.

- Какой же?

- Ты сам прекрасно знаешь. В России живут мечтой, а в Германии целью. Если русский чего-то хочет, он об этом мечтает, а немец ставит цель и её добивается.

- Но если русскому мешают мечтать, то тут уж никакие немецкие цели не помогут.

- Этот разговор что-то затянулся. Надо заканчивать всё это.

- У тебя ведь тоже кончились патроны? Иначе бы ты сразу убила деда.

- А может у меня остался один патрон, и я его приберегла для тебя?

- Тогда не было бы этого разговора ни о чем.

- Хочешь проверить?

Варя направила на Кулагина пистолет и нажала на курок. Но выстрела не было.

- Ты догадлив, - улыбнулась Варя. – Но это ничего не меняет.

В технике боя Варя превосходила Кулагина. Она была уверена в своей победе. На этот раз это уже будет не демонстрация приемов, а реальный бой.

- Удивлена? – спросил Кулагин.

- Я удивлена, что ты здесь. Ты же должен быть в части.

- Я покинул часть.

- Без приказа?

- Без приказа.

- А как же твои убеждения, что солдат не при каких обстоятельствах не должен нарушать приказ?

- Я последовал твоему совету, если солдат уверен в своей правоте, то он должен нарушить приказ.

- И что же тебя заставило нарушить приказ?

- Ты сказала, что никуда не уйдешь, а сама меня не дождалась. Забыла?

- Вон в чем дело!

- Да. Обещала показать свой коронный прием, а сама сбежала. Я расстроился.

- Так я сейчас покажу, - Варя положила пистолет и встала в стойку, - не расстраивайся.

- Может, снимешь сумочку? - Кулагин указал на портфель Жукова. - Мешаться будет.

- Не переживай, не будет.

- Ну как знаешь.

- Готов? – спросила Варя.

- Готов.

Кулагин приготовился к нападению. Как он и предполагал, Варя своим излюбленейшим приемомсхватила его за рукав, но сразу же отдернула руку. Ладонь Вари была в крови. Кулагин сразу же нанес ногой удар Вари под дых. Варя согнулась. Но от следующего удара она смогла увернуться и другой рукой попыталась провести захват, но и на этот раз, ладонь Вари пронзила сильная боль, и Варя опять отдернула руку. И тут же опять последовал удар Кулагина, от которого она упала на пол. Ладони Вари были в крови.

- Что это? – Варя была удивлена.

Из рукавов Кулагина торчали тонкие ткацкие иглы. Пластины, к которым крепились иглы, позволили вставить их под рукав. И они торчали как длинные шипы. Их длина была достаточной, чтобы проткнуть ладони насквозь.

- Ты говорила, что нет приема против твоего захвата, - ответил Кулагин, - ты была не права.

Варя еле встала. Она достала платок и перемотала одну ладонь платком. Было очевидно, на этот раз победа за Кулагиным.

- Снимай портфель! – сказал Кулагин.

- Кулагин, ты же знаешь, что я не отдам, - Варя снова встала в стойку.

Добровольно отдавать портфель она не хотела. По рукам текла кровь. Захват произвести больше она не могла. Она и сама понимала, что её положение не из лучших.

- Тогда я тебя убью, - сказал Кулагин.

- А как же честь? Не убивать женщин и детей? Тебя не будет мучить совесть?

- Это говоришь мне ты? Что такое совесть? Я освобождаю вас от совести. Убивайте женщин, детей, стариков. Ведь так вам говорил ваш фюрер?

- Кто, кто, но только не ты. Ты не сможешь меня убить.

- Смогу. Потому что ты не женщина, ты солдат, который пришел захватить нашу родину.

- Но это и моя родина. Мой отец русский.

- Тогда ты должна была защищать свою родину.

- Но Германия тоже моя родина. Почему я должна выбирать между двумя родинами?

- И ты решила, что если Россия войдет в состав Германии, выбирать ничего не придется?

- Я решила освободить Россию от рабства, - кричала Варя. - Коммунисты вас поработили, убили мою мать, я была ребенком еще. Для них нет ничего святого. Ты меня не поймёшь, Кулагин, но я сражалась за Россию.

Кулагин действительно не понимал, но убеждать его было бесполезно.

- Ты проиграла, Варя, отдай портфель, - Кулагин был готов взять портфель силой.

В данной ситуации исход был очевиден. Единственное, что можно было сделать Варе, это попытаться убежать.

Варя развернулась и выбежала из дома. Кулагин, побежал за ней. Но не успел, даже добежать до двери.

- Стой! – услышал он крик Ефимыча.

Василий развернулся. Дед держал под прицелом пистолета Кулагина.

- Дед, откуда у тебя пистолет? – удивился Кулагин.

- Подарок Колчака.

- Ты же воевал с Колчаком.

- Всё правильно, с Колчаком против красных. Колчак был моим командиром. Я белогвардейский офицер.

- Дед, что за бред ты несешь? Ты пьян.

- Вася, это правда. Я бывший офицер белой гвардии.

- Как же так? Ты против России?

- Я всегда был за Россию. Варя права, тебе это не понять.

- Чего не понять?

- Я против коммунистов, воевал за Россию.

- А сейчас помогаешь врагу?

- Ты разве не слышал? Она тоже за Россию воюет. Коммунисты и так принесли много зла. У меня убили брата, у нее мать. Пора останавливать зло. Немцы освободят Россию от красной нечисти.

- Они не освободители, они завоеватели.

- А красные не завоеватели?

- Советская власть за народ.

- Советская власть использовала народ. Разве народ стал лучше жить? Рабочие и крестьяне после революции вернулись к своим рабочим местам и стали работать еще больше, а жить хуже.

- Надо было кормить страну.

- Раньше надо было кормить только одного помещика, а теперь на плечи крестьян возложили кормить всю страну. Помещик хотя бы заботился о крестьянах, обычные трудяги всегда были и сыты и обуты. А что сейчас?

- Сейчас война, дед.

- Война с советской властью. Я тогда не уберег Россию от бандитов, на этот раз вам не одолеть.

- Дед, что ты такое говоришь? Посмотри на меня, какой я бандит? Я за нашу страну кровь проливаю.

- Ты красный.

- Какая разница? Это сейчас не имеет значение.

- Еще как имеет.

- Пойми, дед, сейчас другая ситуация. Тогда страну свои не могли поделить, сейчас же на нашу землю внешний враг напал. Какая разница, кто красный, кто белый, у нас сейчас общий враг, и мы должны быть вместе.

- Прости, Вася, но ты никуда не уйдёшь, - дед навёл пистолет на Кулагина. – Ты мне действительно понравился. Ты мне как сын стал.

По лицу деда потекли слёзы.

- Не делай этого.

- Я не могу поступить по-другому, прости меня. Нельзя допустить, чтобы красные победили. Это мой долг перед Россией.

- Ты думаешь, Колчак бы это одобрил?

- Когда я его видел в последний раз, он мне сказал: «Самое главное, это единство и целостность России, защита православной веры и национальных святынь, это наш долг перед Россией».

- Полностью согласен, за это я готов умереть. За это я и воюю. За нашу землю, за единство, за веру, за свободу, за свою семью, за эту деревню, за этих баб. Победят красные или белые, Россия останется Россией. А если победят немцы, России больше не будет. Русская земля станет немецкой, а славян превратят в скот. Ты этого хочешь? Тогда стреляй.

Дед смотрел на Кулагина. Рука державшая пистолет, дрожала, но дед был твёрд. Красные победить не должны.

- Ефимыч, - Кулагин смотрел прямо в глаза деду, - она убила Нюру.

- Ты врешь! – закричал дед.

- Это правда, Ефимыч. Мне очень жаль.

Дед заплакал.

- Дед, я сейчас пойду, - продолжил Кулагин, - и остановлю врага, вот это мой долг, а ты делай что хочешь.

Кулагин повернулся и пошел.

- Стой! – крикнул дед.

Кулагин остановился, и стал ждать выстрел в спину.

- Возьми пистолет, - дед протянул пистолет.

Кулагин подошел к деду.

- Спасибо, - Василий взял пистолет.

- На болоте у спиленной березы поверни направо, так срежешь путь.

- Ты же сам говорил эти места непроходимые.

- Считаешь, я тебя погубить хочу? Хотел бы, то сейчас бы застрелил.

- Я верю.

- Держись правой стороны, там можно пройти. Для ориентира, спиленная берёза, запомни.

- Спасибо дед.

- Ну, всё, беги. Отомсти за Нюрку. Уничтожь эту фашистскую нечисть.

- Подожди, - остановил снова дед. - Увидишь крест. За него не ходи. Это тот самый крест.

Если заблудишься, радуга укажет путь.

- Хорошо.

- Давай, с Богом.

Глава 25

Варя шла по болоту. Следуя карте, самолет должен был быть рядом. Осталось пройти только это болото. Был более безопасный путь, но он пролегал через открытую местность, а в данной ситуации лишившись отряда защиты, она могла быть легкой мишенью. Варя выбрала более короткий, и в тоже время, позволяющий в случае преследования, найти укрытие.

Глава 26

Кулагин шел по следам Вари. Далеко она уйти не могла. Упустить её Кулагин не имел права. Портфель Жукова надо вернуть, во что бы то, не стало. Совсем рядом её ждал самолет. Если она доберется до самолета, портфель Жукова можно считать утерянным. Местами земля была нормальной, твёрдой, а местами мягкой. Надо было быть очень аккуратным, чтобы не провалиться. Но выбирать более твердые места времени не было. Кулагин торопился.

Глава 27

Почва под ногами местами уже проваливалась. Варя нашла шест, и шестом прощупывала путь. Болото становилось все глубже и глубже. Впереди она увидела мерцающие огоньки. Это был плохой знак. В Германии есть поверье, что огоньки на болоте — это призраки тех, кто украл у соседей землю — в наказание их души бродят по болотам в поисках твёрдой земли. Она решила развернуться и поискать другой путь. Но в метрах ста, она увидела приближающегося Кулагина. Путь назад был отрезан. Ничего не оставалось, как идти вперед. Но сделав несколько шагов, она почувствовала, что ее ноги начинают вязнуть в болоте. Дальше идти уже не было возможности.

- Вот и всё Варя! – подбежал Кулагин.

Кулагин держал Варю под прицелом.

- Откуда у тебя пистолет? – удивилась Варя.

- Неважно.

- Ты меня убьешь?

- Ты это заслужила.

- Я тебе жизнь спасла, - сказала Варя. – Ты этого не знаешь, но это так.

- Что за чушь?

- Ленинградский фронт. Нечипоренко направил на тебя автомат.

- Откуда ты знаешь?

- Это я убила Нечипоренко.

- Что? – Кулагин был удивлен.

- Я застрелила Нечипоренко, и спасла тебе жизнь, - повторила Варя.

Кулагин был растерян.

- Я работала на ленинградском фронте. Так же как и здесь я была медсестрой в госпитале.

- Значит, я все-таки тебя видел.

- Может и видел, но запомнить не мог. Персонала в госпитале было много.

- Даже если и так. Нечипоренко ты убила не для того же, что бы спасти меня.

- Он не выполнил приказ «Убить Жукова».

- Тогда бы он себя раскрыл.

- Он и так себя раскрыл. Разве ты его не подозревал?

- Я думал, что Варавва это он.

- Как и все. Это моя работа переводить подозрения.

- И ты оставила меня в живых, что бы подозрения перевести на меня? Я в это не поверю.

- У меня не было задачи убивать тебя. Я хотела лишь убить агента не выполнившего приказ.

- Это ложь. Я последний с кем говорил Нечипоренко, и перед смертью он мне сказал, что он не Варавва. Как свидетель, следующий должен был быть я. Он меня предупредил, но я тогда его не понял. И был бы следующим, если бы не взрыв снаряда, ведь так?

- Если было бы так, то я убила бы сначала тебя.

- Тогда бы ты могла не успеть убить его. Дело все в приоритетах. На тот момент, он представлял большую угрозу для тебя. Самое простое это было, дождаться, пока он убьет меня, но ты немного не дождалась. Боялась упустить время. Для снайпера, время играет большую роль.

- Надо было убить тебя в госпитале.

- А вот в госпитале, ты могла действительно меня убить. Почему же ты этого не сделала?

- К сожалению, меня рано перевели на другой фронт. Если бы меня перевели на день позже, то сейчас бы мы не разговаривали.

- Тебя перевели очень даже вовремя.

- Время, всё дело во времени, - усмехнулась Варя. - Мы можем фиксировать время, но не можем его захватить.

- Ты к чему это сейчас?

- Помнишь, мы с тобой говорили о захвате времени? Лаборатория, которая ведет разработки в этом направлении, на самом деле существует. И уже есть результаты. На искусственно созданных участках пространства, мы уже научились управлять временем. Осталось это только перенести на участок под названием планета Земля. Всё что сейчас происходит, можно будет переписать.

- Ты в это веришь?

- Это есть.

- Это глупо. Если бы можно было переписать, то давно бы переписали.

- Кулагин, за третьим рейхом будущее. Ты мысли шире. Переходи на нашу сторону. Давай вместе спасать и развивать мир. Евреи, инвалиды, негры, азиаты, тормозят развитие человечества. Они поглощают ресурсы, требуют содержания. Они бесконтрольно размножаются. Все большая теснота и недостаток ресурсов станут причинами не только экологической катастрофы. Рост количества людей грозит социальной и экологической катастрофой. Сейчас на планете 2 миллиарда человек живет. 25 миллиардов это критическая цифра. Это гибель планеты. Неужели ты этого не понимаешь? Кулагин, надо осваивать космос, заселять другие планеты. Когда наша планета будет на грани гибели, человечество может не успеть переселиться на другие планеты. Пойми, надо уже сейчас над этим работать, и устранять всё, что мешает развитию. Третий рейх решает эти проблемы. Только миропорядок Гитлера дает человечеству шанс на спасение. Германия единственная страна в мире, которая работает над этими проблемами. Это факт.

- Это не факт, а всего лишь точка зрения.

- Если даже и так, эта точка зрения имеет право на существование?

- На существование да, на воплощение - нет.

- Кулагин, за третьим рейхом будущее.

- Варя, третий рейх несет голод и болезни.

- Война, голод, болезни, это естественный регулятор численности. Так устроена природа.

- Варя, хватит. Верни портфель.

- Подойди и возьми Кулагин.

Кулагин сделал шаг и почувствовал, как его нога стала проваливаться.

- Смелее Кулагин.

Василий заметил рядом крест. Это тот крест, за который ему говорил не заходить Ефимыч.

- Но как тогда забрать портфель, - думал Кулагин.

- Ну, что же ты встал? Подходи.

Кулагин сделал шаг назад.

- Я думала, ты будешь смелее, - Варя увязла уже выше колена.

Василий протянул длинную ветку Вари.

- Вылезай, - сказал он.

- Кулагин, ты же знаешь, настоящие солдаты в плен не сдаются. Это участь предателей. И портфель ты не получишь.

- Но и Паулюс его не получит. Это главное. Ты это сама понимаешь. Лучше верни его, тебе он уже не нужен.

- Портфель утонет вместе со мной.

- Мы его достанем. А вот тебя нет. Ты останешься гнить в этом болоте.

Варя молчала. При желании, портфель действительно можно было чем-нибудь зацепить и вытащить.

- Кулагин, посмотри какая радуга! – после молчания, сказала Варя.

В стороне была большая радуга.

- Причем здесь радуга?

- Откуда она здесь, не было же дождя?

Кулагин был вынужден согласиться. Дождя не было, а радуга есть.

- Кулагин, ты её видишь?

- Да.

- А я думала, мне показалось. Я её при подходе к деревне заметила. Но кроме меня её никто не видел. Радуга без дождя, такого же не бывает. Откуда она здесь?

- Я не знаю, - честно ответил Кулагин. – Я думал, мне самому показлось.

- Она совсем близко, такое ощущение, что до неё можно дотронуться.

- Да, так близко я еще радугу не видел, - согласился Кулагин.

- Красиво, ты не находишь? От неё исходит какое-то тепло, что-то хорошее. Она завораживает.

Радуга действительно была красивой. На фоне того, что их окружало, это действительно было красиво.

- В скандинавской мифологии радуга соединяет мир людей и мир Богов, - продолжила Варя.

Позади Вари были мерцающие огни. На них Кулагин тоже обратил внимание. Редкое природное явление, которое до конца не изучено. Встречается крайне редко, и только на болотах. И вот Кулагин наблюдал это явление собственными глазами. Только от этих огней было какое-то необычное восприятие, неприятное, жуткое.

- Варя повернись, - сказал Кулагин.

- Зачем?

- Позади тебя какое-то свечение. Это странные болота. То, что здесь происходит, я нигде больше не наблюдал.

Варя повернулась. Свечение было странным, мерцающим. Необъяснимые природные явления, которые малоизученны или вовсе неизвестны, больше всего вселяли в людей страх. Даже такие хладнокровные и подготовленные солдаты как Варя, не были исключением.

- Кулагин, скажи, ты боишься смерти?

- Я об этом не думаю. Она неизбежна.

- А я хочу жить. Я люблю жизнь. Но есть вещи выше жизни, и я готова за них умереть. Но я не хочу умереть как собака в этом болоте. Ты понимаешь меня, Кулагин?

- Ты сама сделала свой выбор.

- Кулагин, - обратилась Варя, - если я верну портфель, ты выполнишь мою просьбу?

- Какую?

- Я солдат. Я хочу умереть на земле как солдат, от пули. Ты можешь выполнить эту просьбу?

- Ты хочешь, что бы я тебя вытащил из болота, чтобы расстрелять?

- Да. Мне не хорошо здесь. Я не понимаю почему. Я не боюсь смерти, но я не хочу умирать в болоте. Эти огни меня пугают. В Германии есть поверье, что огоньки на болоте — это призраки тех, кто украл у соседей землю — в наказание их души бродят по болотам в поисках твёрдой земли. Они хотят меня забрать к себе.

Кулагин не мог поверить. Варя самый лучший солдат, которого он встречал в бою. И сейчас этот солдат несет какую-то околесицу.

Варю всё глубже засасывало болото.

- Ты же сама в это не веришь! – сказал Кулагин.

- Нет. Но я хочу вылезти отсюда. Я хочу умереть на земле. Пожалуйста. Сделай это.

- Хорошо. Я сделаю это для тебя, но это единственное что для тебя я сделаю.

Кулагин протянул длинную ветку Варе.

Уцепившись за ветку, Варя с трудом вылезла из болота. Она лежала на земле без сил. Варя сняла с себя портфель.

- Твой портфель, - с трудом произнесла она.

Кулагин взял портфель и отошел на безопасное расстояние. Любые риски надо исключать.

- Я признаю свое поражение, - на этот раз Варя была честна. - Пока в советской армии есть такие солдаты,то ни у одной армии мира нет шансов победить Россию. Мне искренне жаль, что ты не в нашей армии.

- А мне жаль, что ты не в нашей, - Кулагин был честен. – Жаль что мы враги.

- Лучше быть врагом хорошего человека, чем другом плохого.

Глава 28

Несмотря на всё, то зло, которое Варя сделала, Кулагин был вынужден признать, что она хороший солдат. Варя лежала на спине и смотрела вверх.

- Сколько время? – спросила Варя.

- 17.05, - посмотрел на свои часы Кулагин.

- Все-таки у тебя непростые часы.

- Это подарок Жукова.

- Я так и знала, ты не простой солдат, – сказала Варя. - Ведь так? Можешь не отвечать, но я это знаю.

- Думай, что хочешь, - сказал Кулагин.

Варя была уверена, что Кулагин был подготовленным бойцом. Обычный солдат не мог вычислить лучшего агента Абвера. По крайней мере, с такой мыслью ей умереть было бы проще.

- Ты провел хорошую работу, - сказала Варвара.

- Варя, ты готова?

Варя встала с земли. Она выпрямилась, застегнула все пуговицы, достала из кармана наградной крест, которым её наградил Гитлер, и повесила его на грудь.

- Я готова, - сказала Варя.

Василий направил на Варю пистолет.

- И всё-таки она красива, очень красива, - Варя любовалась радугой.

Вот так, просто, Василию расстреливать человека еще не приходилось. В бою одно дело. Но вот так…

- Ну что ж, ты медлишь, солдат? – Варя увидела не решительность Кулагина.

- Варя, я хочу тебе дать шанс. За помощь, тебе сохранят жизнь.

- Вася, ты же понимаешь, что такое НКВД? У меня нет шансов.

- Если будешь с нами сотрудничать, то есть.

- Василий, я ничего не скажу.

- В НКВД говорят даже камни.

Кулагин даже подумал: «А может на самом деле сдать её в НКВД. Там из неё смогут добыть еще много нужной информации».

- Я ничего не скажу, Кулагин, - повторила Варя.

- Добровольно, или нет, но ты всё расскажешь.

Кулагин понимал, что Варя может еще многое сделать полезного для победы, если начнет сотрудничать.

- Вася, я прекрасно наслышана о пытках в НКВД, это бесполезно.

- Варя, я не хочу тебя убивать, - искренне сказал Кулагин.

- Ты думаешь, я что-то расскажу под пытками? Нет. Я просо умру в мучениях и всё. Я ничего не скажу.

- Мне еще не приходилось просто так расстреливать человека. В бою это одно, а пленного еще никогда.

- Вася, ты обещал.

- Я помню, - Кулагин не искал себе оправдания.

- Так держи свое слово солдат. Пистолет выше! Целься в голову!

Кулагин направил в голову Вари пистолет.

- Готовься, целься, пли! – скомандовала Варя.

Кулагин держал направленный в голову Вари пистолет.

- Пли, я сказала, - кричала Варя, - солдат, стреляй, черт тебя побери.

Раздался выстрел. Варя упала.

Кулагин смотрел на тело Вари.

- Вот и всё, - очень тихо произнес Кулагин. - Ты умерла как настоящий солдат, от пули. Как ты этого и хотела.

Кулагин сел на землю, что бы отдохнуть. В руках был портфель Жукова. Это было тяжелое сражение, лишившее его всех сил. Он сидел на земле и смотрел на крест. Теперь предстояло найти дорогу из этого болота. Заблудиться в этих болотах не мудрено. А найти выход, уже везет не всем. Когда Кулагин преследовал Варю, он не думал об этом. Но сейчас, это действительно был тяжелый вопрос.

«Радуга укажет путь» - вспомнил Василий слова деда.

- А ведь действительно чудо, - подумал Кулагин, - дождя не было, а радуга есть.

Глава 29

Вот показалась деревня. В скором времени уставший Кулагин стоял на пороге дома Ефимыча. Кулагин открыл дверь и прошел в дом.

- Дед, я видел крест, - крикнул Кулагин, - и радугу. Дождя не было, а радуга была. Эти места действительно особенные.

- Пришли твои друзья, - сказал дед.

- Какие? – удивился Кулагин.

Дед показал рукой. Кулагин обернулся, сзади него стояли Яловчук и Бусыгин.

- Вот ты и попался, - Бусыгин был рад.

- Кулагин, ты дезертировал из части, - сказал Яловчук.

- Может, здесь его грохнем? – спросил Бусыгин напарника и направил автомат на Кулагина.

- Подождите, - попытался остановить их Кулагин, - вот портфель, я его нашел.

- Откуда он у тебя? – удивился Бусыгин.

- Вараном оказалась Варя.

- А где Варя? – спросил Яловчук.

- Она мертва.

- Ты её убил?

- Да. Она не хотела сдаваться в плен. При ней наградной немецкий крест.

- Да, подтверждаю, - вступил в разговор дед, - здесь была девушка, по имени Варя, она признала, что является Вараном, и при ней был этот портфель.

Бусыгин опустил автомат. Как бы ему не хотелось признавать, но всё было очевидно.

На Кулагина направил автомат Яловчук.

- Дядя Миша, он же вернул портфель, - удивился Бусыгин.

- У нас приказ, - жестко ответил Яловчук.

- Кулагин, выходи, - Яловчук указал на дверь, - или я расстреляю тебя прям здесь.

- Но он же вернул портфель, - вновь влез Бусыгин. - Предателем оказалась Варя.

- Это неважно.

- Как это неважно?

- Бусыгин, он дезертир.

- Я согласен, его надо доставить в штаб, а не убивать.

- Он дезертир.

- Ёперный театр, дядя Миша, - возмутился Бусыгин. - Ты забыл, Никифоров приказал его привести в часть.

- Кулагин, выходи, - повторил Яловчук.

- Отставить! – крикнул Бусыгин. - Мы ведем его в штаб.

- Я старше по званию, - напомнил Яловчук.

- А Никифоров старше по званию тебя дядя Миша. Мы выполняем его приказ. Опусти автомат, и повели его в часть.

- Ну как знаешь, - Яловчук выстрелил в напарника.

Бусыгин упал, схватившись за раны. Из груди текла кровь.

- Вася, прости меня, - ели выговорил Бусыгин.

Следующий выстрел оборвал жизнь Николая Бусыгина.

- Я тебя предупреждал, Коля, - сказал Яловчук.

- Почему, дядя Миша? – спросил Кулагин.

- Варя моя дочь, - ответил Яловчук. – Ты убил мою дочь.

- Она предатель.

- Она не предатель. Германия её такая же родина, как и Россия. Её мать была немкой. Ей было 5 лет, когда на её глазах красные расстреляли её мать. За что? Я отправил Варю в Германию, о ней позаботился дядя Конарис. Он устроил её в спец школу, потом взял к себе на работу в Абвер. Она хотела искоренить то зло, которое поглотило Россию. А ты убил мою девочку.

- У меня не было другого выхода, - ответил Кулагин.

- Я закончу дело дочери. Портфель уйдет по назначению.

Кулагин закрыл глаза. Как же глупо. Ведь портфель уже был у него. Как же так? Неужели всё напрасно?

- Положи портфель! – приказал Яловчук.

- Я этого не сделаю.

- Тогда ты умрешь прямо здесь, - Яловчук направил автомат на Кулагина..- Хайль Гитлер.

Яловчук приготовился выстрелить, но в этот момент он вскрикивает и падает. Сзади стоял дед Ефим с шашкой. С Шашки стекала кровь.

- Гитлер капут, - сказал дед.

- Ну, ты дед даешь, - удивился Кулагин.

- Вот и пригодилась шашка, а ты говорил, что это не оружие.

- Я ошибался, - улыбнулся Кулагин.

- На этот раз я уберег родину от врага.

- На этот раз да.

- Садись, давай курнем махорочки, - дед достал кулек с табачком.

Кулагин сел на лавку и выложил пистолет.

- Это твое, - сказал Василий.

- Что ж ты им не воспользовался?

- Не успел бы.

- Оставь себе, Вась, он тебе может еще пригодиться.

- А ты как? Война ведь. И тебе может пригодиться.

- У меня другое оружие есть, - дед указал на шашку.

Кулагин затянулся глубоко горьким дымом.

- Не думал, что здесь засада будет, - выдохнул Кулагин.

- Я сам не думал. Они незадолго до тебя пришли. Спросили, что в деревне произошло. Я им даже толком рассказать ничего не успел. Ты пришел.

- А ты ведь мне жизнь спас, Ефимыч.

- Я спасал Россию. Пойми Вась, мы с тобой не друзья. У меня отношение к советской власти не изменилось. Так уж получилось, что мы сейчас на одной стороне воюем.

- Все равно спасибо. Даже пусть ты и белогвардейский офицер, я считаю тебя своим другом.

Дед расплакался.

- Ефимыч, ты что?

- Нюрку жалко. Тамара погибла. Гера.

- А дети все живы?

- Слава Богу дети в порядке. Только Нюра…За что?

- Они отдали жизни за Россию.

- Немцев всех убили. Никто не скрылся.

- Такое ждет всех, кто посягнет на нашу землю.

- Какие планы теперь у тебя? – спросил дед.

- Вернуться в часть.

- Василий, я должен тебе кое что сказать, - произнес дед.

- Что?

- Это я, опоры сделал в ловушке, поэтому броневик не провалился. Прости.

- А я понять ни как не мог, почему доски выдержали. Оказывается всё дело в опорах.

- Да, Василий. Броневик из-за моих опор не провалился.

- Хорошие опоры, раз выдержали 5 тонн, - улыбнулся Кулагин.

- Я старался.

- Ефимыч, главное броневики уничтожены, – сказал Кулагин.

- И немцы тоже.

- Да. Я хочу, что бы ты знал, я тебе очень благодарен. Ты мне помог, не смотря на то, что я красноармеец.

- Я не хочу, что бы была советская власть, но что бы была нацистская, я не хочу еще больше, - сказал дед.

Глава 30

В части Кулагина никто не ждал. Все попытки найти портфель были не удачными. А Жуков в скором времени должен приехать в часть. Майор Никифоров был уверен, что его ждет расстрел. Но сбегать он не собирался. Как настоящий патриот своей родины он был готов понести наказание.

Вдруг Никифоров услышал выстрелы. Он взял в руки оружие и выбежал из штаба. Боец Семен Фуфыгин, что-то заметил и открыл огонь. Никифоров велел занять всем боевые позиции.

- Что происходит? – подбежал Никифоров к Фуфыгину.

- Я обнаружил врага, - ответил Семен, - предатель Кулагин подкрадывается к нашей части.

- Кулагин? – удивился Никифоров. – Где он.

- За деревьями прячется.

- Кулагин! – крикнул Никифоров.

- Товарищ командир, - крикнул Кулагин, - велите бойцам опустить оружие. Я пришел вернуть портфель Жукова.

- Портфель Жукова? – удивился Никифоров.

- Не верьте ему, товарищ командир. Он открыл ответный огонь.

- Что значит ответный? Ты начал стрелять первым?

- Он дезертир.

- Ты должен его арестовать был, а открывать огонь при сопротивление.

- Расстреливать дезертиров, приказ Жукова.

- У него портфель Жукова.

- Он всё врёт. Нет у него портфеля.

- Товарищ майор, - кричал Кулагин, - я прошу о возможности вернуть портфель. Потом можете меня арестовать.

- Всем опустить оружие! – скомандовал Никифоров своим солдатам.

- Выходи, Кулагин, - крикнул Никифоров, - никто стрелять не будет.

Кулагин вышел из деревьев. После чего Никифоров вышел из своего укрытия и подошел к Кулагину.

- Ты арестован, - сказал командир.

Кулагин сдал оружие и отдал портфель.

- Фуфыгин! – крикнул Никифоров, - сопроводить арестованного ко мне на допрос.

- Так есть! – подчинился Фуфыгин.

Глава 31

Кулагин в штабе майора Никифорова на допросе.

- Если бы ты сказал, что Бусыгин хотел убить тебя, а Яловчук был против, я в это возможно бы и поверил, - высказал свое мнение майор. - Но наоборот, как-то не очень верится.

- Я же говорю, Яловчук оказался отцом Вари, - ответил на сомнения командира Кулагин.

- Понимаешь, Кулагин, это всё только с твоих слов. Откуда я знаю, что это правда?

- Это могут подтвердить жители Аньково. Меня спас деревенский старик. Это он убил Яловчука. Он подтвердит, что Яловчук убил Бусыгина, и хотел убить меня.

- А зачем ты стрелял в Фуфыгина?

- Я не стрелял в него. Я стрелял вверх.

- А Фуфыгин говорит, что в него.

- Это он в меня стрелял. Я пришел вернуть портфель Жукова, он открыл по мне огонь, что мне делать? Я сделал предупредительный выстрел вверх. Потом вы подбежали.

- Кулагин, я не знаю, верить тебе или нет. И по поводу портфеля у меня большие сомнения, действительно ли он принадлежит Жукову?

- Товарищ командир, я рассказал правду, все как есть. Теперь решение за вами.

- Допустим, ты сказал правду, - сказал Никифоров. - Я говорю допустим. Тот ли этот самый портфель, может определить только Жуков. До него ты будешь под арестом.

- Жуков подтвердит.

- Если это так, то тебе нечего бояться, - ответил командир.

- Фуфыгин! – крикнул Никифоров.

В комнату зашел боец Фуфыгин.

- Увести! – скомандовал Никифоров.

- Встать! – скомандовал Фуфыгин Кулагину.

- И еще, - продолжил командир, - погибли бойцы Бусыгин и Яловчук. Нужно будет отправиться в деревню Аньково и выяснить обстоятельства их гибели.

Бусыгин был единственным другом Фуфыгина. Никогда еще Фуфыгин не переживал о гибели солдат с которыми воевал. Но смерть Бусыгина его очень сильно расстроила.

- Что случилось? Их убил Кулагин? – Фуфыгин еле сдержался, чтобы не расстрелять Кулагина прямо на месте.

- Возможно, этого нельзя исключать, - ответил командир, - возможно нет, поэтому тебя и посылаю, выяснить, что было на самом деле. С Кулагиным допрос я закончил. Уведи его.

- Встать! – злобно на Кулагина смотрел Фуфыгин.

Василий подчинился, и Семен Фуфыгин под прицелом автомата его вывел из штаба. Отойдя немного от штаба, Фуфыгин остановился.

- Стоять! – скомандовал Фуфыгин.

Кулагин остановился.

- Снимай часы, - приказал Фуфыгин.

- Что?

- Снимай часы, - громче крикнул Фуфыгин, - оглох что ли?

- Зачем? – не понял Кулагин.

- Они тебе больше не понадобятся.

- Это подарок Жукова.

- Кулагин, хватит бред нести, снимай, кому говорю, - Фуфыгин становился все раздражительней.

Кулагин снял часы.

- Положи на землю и отойди.

Кулагин подчинился. Фуфыгин их подобрал и одел себе на руку.

- Ну, что Кулагин, становись к стенке, - сказал Фуфыгин.

- Семен, приказа расстрелять меня, не было, - сказал спокойно Кулагин, что бы не вызывать лишнее раздражение у Фуфыгина.

- Командир сказал увести, расстрелять.

- Он просто сказал увести.

- А тут и договаривать не надо, и так все понятно.

- Неправильно тебе понятно. Иди и переспроси командира.

- По такой ерунде как ты. я командира беспокоить не буду.

- За самовольство тебя самого расстреляют.

- За что? Ты дезертир, а расстреливать дезертиров, приказал Жуков, - Семен навел автомат.

В часть заехала машина. Остановилась недалеко от Фуфыгина с Кулагиным. Из машины вышел генерал Жуков.

- Здравия желаю, - отдали честь Фуфыгин с Кулагиным.

- Где ваш командир, бойцы? – спросил.

- В штабе, - ответил Фуфыгин.

- Товарищ генерал, - обратился Кулагин, - ваш портфель возвращен, находится у майора Никифорова.

- Нашли мой портфель? – удивился генерал.

- Да.

- Кто нашел?

- Я. Боец красной армии Кулагин.

- Молодец, боец Кулагин, - генерал пожал руку Кулагину.

- А мы с тобой раньше не пересекались? – спросил Жуков.

- На ленинградском фронте, - напомнил Кулагин.

- Помню. Ты опять без оружия? Я же велел тебе всегда быть при оружие.

- Мне не полагается оружие, - сказал Кулагин.

- Почему?

- Меня вот тут решили расстрелять, - ответил Кулагин.

- Ты вернул портфель, а тебя решили расстрелять? Кто приказал?

- Вы, товарищ генерал.

- Опять? – удивился Жуков. – А на этот раз за что, я приказал тебя расстрелять?

- За тоже самое. За дезертирство.

- Интересно.

- Я покинул часть без приказа, что бы вернуть ваш портфель.

- Мой приказ, солдат должен делать всё для победы над фашистскими захватчиками. В условиях боя, не всегда возможно действовать строго указаниям командира, и поэтому солдат должен действовать по обстоятельствам, брать на себя смелость самостоятельно принимать решения. Но за все свои действия, солдат отвечает жизнью.

- Я так и сделал, - ответил Кулагин. – И если надо, все что я сделал, я сделал для нашей победы над фашизмом, и за свои действия готов ответить жизнью.

- Будешь представлен к награде. Кстати, а где у тебя наградные часы?

- Товарищ генерал, тут есть бойцы, которые решили, что трупам часы ни к чему.

- Трупам да. А ты здесь причем?

Жуков увидел свои часы на руке Фуфыгина.

- Боец, откуда у тебя мои часы? – спросил Жуков Фуфыгина.

- Мне их боец Кулагин дал поносить, - ответил испуганно Фуфыгин.

- Боец, ты решил, что ты живее бойца Кулагина? Так это запросто можно исправить.

- Извините, товарищ генерал.

- Вернуть часы! – сказал Жуков.

Фуфыгин снял с запястья часы и протянул Жукову.

- Не мне! – сказал Жуков.

Фуфыгин протянул часы Кулагину. Василий снова надел часы на свою руку.

- Заправься, застегни пуговицы, - сделал замечание Фуфыгину Жуков, - только форму позоришь.

Фуфыгин сразу же стал выполнять указания Жукова.

- Пошли к командиру, - сказал Жуков Кулагину.

Глава 32

Штаб.

- Да, те самые документы, - Жуков положил бумаги назад в портфель и его застегнул.

У майора в этот момент от сердца отлегло.

- Ну что, Гордей Кириллович, скажите спасибо бойцу Кулагину, - сказал Жуков майору, - спас он вас. И не только вас, но и меня, и миллионы жизней.

- Боец Кулагин, выражаю вам свою благодарность, – произнес Никифоров.

Майор действительно был благодарен Кулагину.

- Спасибо, - поблагодарил Кулагин.

- Майор, - обратился генерал, - сейчас к тебе направляется подкрепление, прибудет с минуты на минуту. Твоя задача, принять командование.

- Так есть товарищ генерал, - ответил майор.

- Иди, готовься к пополнению, - сказал Жуков. – А у меня к бойцу Кулагину отдельный разговор.

Майор вышел из комнаты.

- Георгий Константинович, спасибо вам, - сказал Кулагин.

- За что?

- Вы второй раз спасли мне жизнь. И доверили мне задание найти Гурта, я его выполнил. Если честно, я думал, вы забыли по меня. Но когда сержант Давыдов передал мне ваше поручение, я понял, что вы не забыли.

- Я не забыл. Только я думал, до тебя не дошел мой приказ. Сержант Давыдов погиб, и я решил, что он не успел.

- Он успел. Единственное, связи с вами никакой не было, и я не знал, как передавать вам данные.

- Лично, - засмеялся Жуков. - Я же не зря приехал именно в вашу часть.

- Шутите?

- Кулагин, если честно, я не надеялся, что ты выполнишь задание. Почти в каждой части работают агенты НКВД, это подготовленные люди. И то, что именно ты, а не они вычислили Гурта и Варана, меня удивляет. Подполковник Збруев был бы горд тобой. Жаль его.

- Да. Очень жаль подполковника Збруева, он честно воевал.

- Тяжело было?

- Да, - честно признался Кулагин. – Но всё обошлось.

- Товарищ генерал, я жду новых заданий.

- Их пока не будет.

- Почему? Я же справился с заданием.

- Ты сейчас поедешь в НКВД, - ответил Жуков.

- Для чего? Я арестован?

- Не в этом дело, - рассмеялся Жуков, - Я сейчас еду в Москву, поедешь со мной.

- Зачем? – спросил Кулагин. – Мое место на фронте.

- Ты же хотел работать в разведке? Будешь работать в НКВД. Им такие люди нужны. Ты вычисли Варана. Они знаешь сколько за ним охотились? А тут какой-то солдат Варана нашел. И портфель вернул.

- Так получилось, что Варан в этой же части оказался.

- Кулагин, люди НКВД есть во всех частях. Они постоянно проводят обучающие курсы и внедряют везде своих людей. Но проявляют себя как ты, не так уж много. А те, кто проявляет, с ними уже другая работа. Это уже им решать.

- Товарищ генерал, а если бы вы не забыли портфель, то возможно, я Варана бы и не вычислил бы.

- Я знаю, - сказал Жуков. - Я специально забыл портфель.

- Что? – растерялся Кулагин.

- Я знал, что моим портфелем заинтересуются немецкие агенты и захотят им завладеть.

- Но как же…- Кулагин не мог подобрать слова, - а если бы я не смог вернуть портфель?

- В портфели фальшивые документы.

- Товарищ генерал, я жизнью рисковал ради этих фальшивых документов, люди из-за них погибли, - Кулагин даже встал со стула из-за негодования.

- Сядь Кулагин, - крикнул генерал.

Василий подчинился.

- Это война, - продолжил Жуков, - а ты как хотел? По другому нельзя было. Только так можно было выманить Варана. Он все операции сорвал по взятию Ржева. Все наши планы по наступлению, Варану становились известны. У него агенты во всех частях работают. НКВД их вычисляют, а на их местах появляются новые. И никто этого Варана в лицо не видел. Как взять Ржев, если все наши планы становятся известны врагу? А НКВД ничем помочь не могли. Варан добывал любую информацию. И что делать? Что бы выманить Варана, я специально оставил портфель. Я знал, что он пропадет.

- Но из-за него могли бы и майора Никифорова убить.

- Могли, - согласился Жуков. – А ты знаешь, какие мы потери несем? Только на ржевском направление потери исчисляются сотнями тысяч, а Ржев мы так и не вернули. Варана надо было выявлять. И для этого тоже есть цена.

- А если бы Варана не было бы в этой части?

- В какой бы он ни был, он сделал бы все, что бы завладеть портфелем. Часть Никифорова была под наблюдением, секретного отряда НКВД.

- Но в итоге немецкий отряд невидимка беспрепятственно довел Варана до самого Анькова.

- Это упущение НКВД. Из-за повышенной секретности, контролировать перемещение портфеля было очень тяжело. И они действительно со своей работой не справились. Они просчитались. Они думали, что Варана будет сопровождать немецкий танковый отряд. Он же направлялся к вашей части. Было всё логично. Оказалось, что это был отвлекающий маневр.

- Товарищ генерал, я всё понимаю. Только людей очень жалко. Погибли люди.

- Ладно, Кулагин. Поехали.

- Товарищ генерал, можно отложить поездку в Москву?

- Почему?

- У меня предложение есть.

- Выкладывай.

- Гурта в лицо никто не знает. Варан строил свою агентуру так, что бы агенты друг друга не знали и работали независимо друг от друга. Что бы в случае провала одного агента, по цепочки не выявили других. Это мы можем использовать в своих интересах.

- Я уже об этом думал. Это мы обязательно используем.

- Я хочу помочь.

- Каким образом? – спросил генерал.

- Я могу выдать себя за Гурта, и вручить им ваш портфель с дезинформацией. Те, кто знали Гурта, мертвы, мне нечего опасаться. Товарищ генерал, это хороший шанс. Варан мертв. Что в этом случае должен делать Гурт. Попытаться связаться с немцами.

- Кулагин, для таких заданий, ты еще не готов. Категорически нет.

- Товарищ генерал, я справлюсь.

- Моим портфелем заинтересуется сам генерал Модель, и будет тебя лично допрашивать. Методы, которые он применяет на допросах, вытащат правду из кого угодно.

- Я готов к пыткам, если до этого дойдет.

- Нет, Кулагин. Не готов. Переносить боль, этому тоже надо учиться. Это решено. Ты посмотри на себя. Ты весь истощен. Ели живой. Тебе нужно отдохнуть, восстановить силы.

Кулагин действительно нуждался в восстановление организма.

- Хорошо, товарищ генерал, - согласился Кулагин.

Жуков и Кулагин вышли из штаба.

- Майор, - обратился генерал к Никифорову, - Кулагина я забираю. А ты жди подкрепления.

- Так есть, - ответил Никифоров.

Глава 33

В конце 1942 года армия Моделя начала отступления, немцы оставили Ржевско-вяземский выступ и начали отходить на заранее подготовленные позиции. Но сам Ржев был полностью освобожден лишь в 1943 году.

Не смотря на советы Жукова направить Кулагина на обучение, в НКВД его сразу направили служить на Сталинградский фронт. Где ему должен был помочь внедриться в немецкую армию другой агент НКВД. Задачу Кулагину поставили выдать себя за Гурта. Естественно это не могло не остаться без внимания Паулюса. Он знал, что именно Гурт выкрал портфель Жукова, и передал Варану. Генерал решил, что Гурт еще может послужить Германии. Но положение его армии становилось всё хуже и хуже. Когда стало очевидно, что положение критическое, не задолго до нового года, Паулюс отправил Гурта к начальнику военной разведки и контрразведки Третьего рейха Вильгельму Канарису. Канарис лично хотел познакомиться с человеком, кто последним видел живой его племянницу Варвару. После долгого разговора, Канарис поручил Кулагину обучать на ускоренных курсах немецких агентов, которые должны были внедряться в тыл противника и заниматься диверсией и подрывной деятельностью. Кулагин очень сильно рискуя, до агентов доносил ложную информацию. А некоторых агентов, которых немцы привлекли на свою сторону из пленных русских, Кулагин их перевербовывал и они уже работали на Советский союз. Кулагин понимал, что немцы это вскоре поймут.

Часть 7 Встреча со Сталиным

Глава 1

1943 год оказался переломным в войне. В этом году немцы от наступления перешли к обороне. 18 января Сталин присвоил Жукову звание маршала Советского союза. 30 января Гитлер присвоил Паулюсу звание фельдмаршала Германии. Но уже на следующий день, утром 31 января Паулюс сдался в плен советским войскам. Так же вместе с Паулюсом в плен были взяты 91 000 немецких солдат и офицеров. Битва за Сталинград закончилась полным разгромом армии Паулюса. Потери советских войск в этой битве превысили миллион человек. Это было крупнейшее военно-политическое событие в Великой Отечественной войне, оказавшее огромное влияние на дальнейший ход всей войны. После этой битвы резко ослабло влияние Германии на своих союзников. Вермахт и союзники потеряли в этой битве более 1,5 миллиона человек убитыми, ранеными и пленными. Гитлер был настолько потрясен поражением под Сталинградом, что объявил траур в стране.

3 марта 1943 года был освобожден Ржев. Линия фронта была отодвинута на 150 километров от Москвы. Ржев был почти полностью разрушен. Из 20 000 горожан, оказавшихся в оккупации, на день освобождения в живых остались 150 человек. Бои под Ржевом были одними из самых кровавых в истории Великой Отечественной войны. Безвозвратные потери советской армии, включая пленных, в ходе Ржевской битвы превысили 600 тысяч человек.

В 1943 году пошатнулось положение и у абвера. После ряда провальных операций, было начато расследование деятельности всей разведслужбы Канариса. Несколько агентов абвера были арестованы гестапо. Позже в 1944 году был арестован по приказу начальника гестапо Мюллера и сам Канарис, по подозрению в причастности покушения на Гитлера. Большая часть абвера перешла в подчинение Главному управлению имперской безопасности СС. В 1945 году Канарис был приговорен к смертной казни и повешен в концлагере в железном ошейнике, что бы смерть была более мучительной.

Кулагин в 1943 году работал под наблюдением Канариса. Адмирал Канарис хоть и поручил Кулагину обучать диверсантов, но все равно относился к нему с недоверием. Отправлять работать на фронт Кулагина, посчитал не целесообразным. Пусть лучше будет тут, на виду. Это была его ошибка. На виду был не Кулагин, а сам Канарис. Кулагин сделал всё возможное, что бы вывести из "игры" такого опасного противника как Канарис. И ему это удалось. Кулагин знал, что во всех военных немецких организациях проходят проверки. И Кулагин на сколько это было возможным, обставлял ситуацию так, что на диверсантов, которые обучались в абвере, стали падать подозрения. Под подозрение попал и сам Канарис. Начальник гестапо Мюллер стал вести наблюдение за Канарисом. Все телефонные разговоры Канариса прослушивались. Всё, что вызывало хоть малейшее подозрение, сразу же докладывалось Мюллеру. А Мюллер эту информацию преподносил Гитлеру в выгодном для себя ключе.

Глава 2

Летом 1943 года, когда раскрытие Кулагина исчислялось на часы, и Василий принял решение бежать. Дальше оставаться было нельзя. Используя поддельные документы, он покинул Германию.

В НКВД сам руководитель внешней разведки СССР Павел Михайлович Фитин очень высоко оценил работу Кулагина. Павлу Михайловичу было всего 36 лет, но именно он докладывал непосредственно Сталину о результатах разведки на территории Германии.

Фитин лично принял у себя в кабинете Кулагина, что бы высказать, свое восхищение его работой.

- Благодаря вашим разведывательным данным о точном расположение немецких войск, - благодарил Фитин, - о их численности, путей снабжения, количестве оружия, нашей армии удалось окружить немецкую армию под Сталинградом и взять в плен немецкого генерала-фельдмаршала Паулюса. Это первый фельдмаршал, который попал в плен русской армии. Это очень важная фигура в этой партии. Паулюс был одним из приближённых Гитлера и лично участвовал в разработке плана «Барбаросса» нападения на Россию. Плюс ко всему очень плодотворной оказалась ваша работа в абвере.

- Это мой долг перед Родиной, - ответил Кулагин.

- За неоценимую помощь на фронте, вы представляетесь высшей правительственной награде, званию героя Советского Союза.

- Служу Советскому Союзу.

- Василий. Вольно. Сейчас необязателен этот официоз. Завтра состоится награждение, тогда и будешь честь отдавать, вести себя по уставу, в общем, всё как полагается. Сейчас давай хлопнем по чайку в неформальной обстановке.

- Есть хлопнуть по чайку, Павел Михайлович.

- Наши войска от обороны перешли в наступление, практически по всему фронту.

- Это хорошие новости, - согласился Кулагин.

- Да хорошие. Но до победы еще далеко. Расслабляться рано. Впереди еще много работы.

- Куда теперь меня направите?

- Не торопись. Ставка решила тебе, выделить 14 дней отпускных. Плюс 7 дней на дорогу.

- Спасибо, но не слишком ли много 21 день?

- Много. Честно скажу, что много. Но ты проявил себя храбрым бойцом, и ставка решила тебя поощрить. Дать тебе возможность повидаться с родными. Это решение товарища Сталина.

- Сам товарищ Сталин так решил?

- Да. Я ему доложил о твоих подвигах. Он распорядился представить тебя высшей правительственной награде и выделить отпуск. Но после отпуска сразу ко мне. Решим куда тебя направить.

- Спасибо Павел Михайлович.

- Не торопись благодарить, Василий Федорович. Тебе предстоит еще очень трудная работа. Сначала съезди домой, повидай семью, когда вернешься, поговорим о твоём новом задание.

- Спасибо.

- Это еще не всё.

- Слушаю вас, Павел Михайлович.

- Когда вернешься, я подготовлю приказ о твоем повышение.

- Павел Михайлович, от повышения я отказываюсь.

- Почему? - удивился Фитин.

- Я рядовой солдат, звания мне не нужны.

- Как это не нужны?

- Быть офицером это призвание, мое призвание быть солдатом.

- Странный ты Кулагин, но дело твое.

Глава 3

Приехав в свою деревню Русские найманы, к большому своему разочарованию дома не оказалось жены. Никто не ожидал приезда Кулагина, и жена не догадываясь о приезде мужа уехала в это время к родителям в город Иваново. Но он был безгранично счастлив увидеть своих детей. Пожалуй это было самое счастливое время за время войны. 14 дней отпуска пролетели как один день.

Кулагин стоял на вокзале и ждал поезда. Через 12 часов он должен быть в Москве. За все время отпуска он так и не встретился с женой. Кулагина переполняли сожаление, обида, грусть. Всё перемешалось. Выпала такая удача, побывать дома, но не увидеть жену. Почему именно в это время она уехала к родителям в Иваново? Как так получилось? Подошел поезд. Люди начали толкаться. Кто-то пытался влезть в поезд даже не выпустив из вагона приезжих. Тысячи людей были на перроне. Кто-то приехал, кто-то уезжает, кто-то провожает, кто-то играл на гармошке песню «Темная ночь» из недавно вышедшего фильма «Два бойца», какая-то бабка ходила с корзиной пирогов и кричала «Кому горячие пирожки». Обычная вокзальная суета. Кулагин прошел в вагон и встал у окна. Вся эта суета ему напоминала муравейник. Люди как муравьи суетились на перроне. Чемоданы, сумки, тележки, каждый пытался перекричать другого. И вдруг среди этой многочисленной толпы Кулагин увидел свою жену Евдокию Михайловну Кулагину.

- Дуняша! – закричал Василий. – Дуняша!

Но жена его не слышала. Выйти из вагона уже не было возможности. Вагон был забит пассажирами. Пробраться сквозь народ, уже не было времени. Да и потерять из вида в этой толпе человека, означало, что его уже будет невозможно найти. Кулагин начал открывать окно, но оно заело. Он отчаянно дергал ручку окна, но всё бесполезно, оно не поддавалось. Всей силой, что есть, Кулагин навалился на ручку, и окно сверху чуть приоткрылось. Еще рывок, и окно еще немного поддалось.

- Дуняша! Дуняша! – со всей силы кричал Кулагин в щель окна.

Но крики Василия заглушала толпа на перроне.

- Дуняша, – не сдавался Кулагин. – Дуняша.

И вот она повернулась. На какое-то мгновение они оба застыли.

- Живой, - Евдокия не могла поверить, что видит своего мужа.

По её лицу потекли слёзы. В этот момент тронулся поезд.

- Вася! – Евдокия бросила свои сумки и с криком стала пробираться к окну поезда, - Вася.

Кулагин продолжил дергать окно, что бы его хотя бы еще немного приоткрыть.

- Вася, Васильюшка, - Евдокия пробралась к окну.

- У меня был отпуск, я был дома, - кричал Кулагин.

- Васюша подожди, - Евдокия шла за поездом и протянула руку к окну.

Поезд постепенно набирал ход. Евдокия шла у окна и смотрела на своего мужа.

- Васюша, останься, - кричала она, - не оставляй меня.

У Кулагина разрывалось сердце.

- Не могу, - кричал он в окно, - не могу.

Рев толпы было трудно перекричать. Поезд двигался всё быстрее и быстрее. Евдокия уже бежала у окна.

- Я видел детей, сделал крышу, - кричал Кулагин.

- Не уезжай, - плакала Евдокия.

- Надо, я еду в Москву.

- Что?

- Я еду в Москву.

- Я не слышу тебя, - Евдокия уже не поспевала за поездом.

Кулагин высунул руку в щель окна и потянулся к Евдокие. Евдокия тянулась к нему. Кончиками своих пальцев Василий дотронулся до кончиков её пальцев. Это прикосновение было наполнено счастьем. Это мгновение длилось секунду. Но эта секунда имела огромное значение. Как мало надо человеку для счастья. Именно в этот момент он осознал, что такое прикоснуться к любимому человеку. Кулагин смотрел в окно, как отдаляется его жена. Как же он хотел выскочить из поезда. Если бы только не война.

Увидеться, им было больше не суждено.

Глава 4

НКВД. Кабинет руководителя внешней разведки СССР Павла Михайловича Фитина.

- Как семья? – поинтересовался Фитин.

- Спасибо, Павел Михайлович, хорошо, - ответил Кулагин, - к сожалению, с женой нормально не повидался. Уехала к родителям в город.

- Ну и ты бы съездил в город к жене.

- Город в 400 километрах, могли бы опять разминуться. Решил ждать в деревне. В итоге только мельком увидел её на вокзале. Но повидал детей. Спасибо.

- В условиях войны повидать семью это роскошь. Тебе повезло Кулагин.

- Я знаю. Я это ценю. Сейчас готов приступить к выполнению нового задания.

- Не торопись Кулагин. Ставка решила тебя не направлять на фронт.

- Почему? Я солдат, моё место на фронте.

- Ты точно отказываешься от повышения?

- Я же вам уже говорил, Павел Михайлович, не вижу я себя в роли командира.

- Хочешь быть солдатом, будь солдатом.

- Я и в звание рядового бойца могу выполнять порученные мне задания.

- Кулагин, останешься солдатом, раз ты так этого хочешь. Но на фронт ты не пойдешь. У ставки на счет тебя другие планы. Ты можешь принести гораздо большую пользу вне фронта.

- Каким образом?

- У тебя есть все данные, что бы вести разведывательную работу. У тебя даже есть очень хороший опыт. Но это дело требует гораздо больше знаний и умений, чем у тебя есть на данный момент. Мы решили тебя направить на обучение. Ты пройдешь специальную подготовку в школе особого назначения НКВД. Я сам прошел курсы в этой школе. Тебя обучат секретным техникам, влиянию на сознание людей, гипнозу, преодоления порога боли, быстрому устранению противника без оружия, так же научишься владеть разными видами оружия, ориентироваться в незнакомой местности, иностранным языкам и много чему еще. От результатов обучения, зависит, какое задание тебе поручит ставка.

- Буду стараться, - ответил Кулагин.

Глава 5

Мировой сионизм всеми силами будет стремиться уничтожить наш Союз, чтобы Россия больше никогда не могла подняться. Сила СССР – в дружбе народов. Острие борьбы будет направлено прежде всего на разрыв этой дружбы, на отрыв окраин от России. Здесь, надо признаться, мы еще не все сделали. Здесь еще большое поле работы.

Многие дела нашей партии и народа будут извращены и оплеваны прежде всего за рубежом, да и в нашей стране тоже. Сионизм, рвущийся к мировому господству, будет жестоко мстить нам за наши успехи и достижения. Он все еще рассматривает Россию как варварскую страну, как сырьевой придаток. И мое имя тоже будет оболгано, оклеветано. Мне припишут множество злодеяний.

Теперь за Красной Армией остается ее последняя заключительная миссия: довершить вместе с армиями наших союзников дело разгрома немецко-фашистской армии, добить фашистского зверя в его собственном логове и водрузить над Берлином знамя победы.

Сталин 1944 год.

1944 год. Целый год Кулагин обучался тонкостям разведки. Павел Михайлович Фитин лично следил за обучением Кулагина. Результаты обучения даже превзошли ожидания Фитина. О талантливом выпускнике Фитин доложил самому Сталину. Прежде чем поручить ответственное задание, Фитин согласовал это с Иосифом Виссарионовичем. И Сталин захотел лично побеседовать с Кулагиным.

Кулагин пришел в кабинет Фитина.

- Павел Михайлович, обучение закончил, - доложил Кулагин, - готов применить знания на практике.

- Василий Федорович, ставка давно за вами наблюдает, и довольна вашими результатами. Вы прошли проверки, у вас есть все данные для разведчика. Поздравляю вас.

Фитин пожал руку Кулагину.

- Спасибо, - ответил Кулагин. - Куда меня направите?

- Это зависит от тебя.

- Я отправлюсь туда, куда вы посчитаете нужным. Готов взять любое задание.

- Василий Федорович, если честно, я не уверен, любое ли.

- Любое! – твердо ответил Кулагин.

- А если на выполнение этого задания уйдет вся жизнь?

- Для своей страны я готов пожертвовать жизнью.

- Задание очень ответственное. Но только ты можешь принять решение. Ты должен сам понимать, на что ты идешь.

- Павел Михайлович, я уже вам ответил.

- Кулагин, есть такие задания, где одного твоего желания мало. И моего решения недостаточно.

- А кто тогда может принять это решение, если руководитель разведки не может решить.

- Верховный главнокомандующий.

- Сталин? – удивился Кулагин.

- Да. Иосиф Виссарионович Сталин хочет с тобой лично поговорить.

Кулагин не мог поверить, что сам Сталин вызывает его к себе. Он даже не знал, что ответить.

- Ты готов? – спросил Фитин.

- Да, - кратко ответил Кулагин.

Глава 6

Сталин смотрел фильм Чарльза Спенсера Чаплина «Великий диктатор» и курил трубку, когда ему доложили, что пришел Кулагин. Сталин больше любил читать книги, чем смотреть фильмы. Читал он много. Но иногда он позволял себе расслабиться и посмотреть какой-нибудь фильм. Тем более, если фильм несет еще какую-то смысловую нагрузку. И фильм Чаплина как раз был таким.

- Проходите, товарищ Кулагин, - вежливо пригласил Сталин, - присаживайтесь.

Сталин велел кинооператору выключить кинопроектор и сам раскрыл шторы на окнах. Кулагин почувствовал, что в данный момент его охватило очень сильное волнение даже более сильное, чем когда он разговаривал с генералом Паулюсом или адмиралом Канарисом. Но тогда обстоятельства требовали того, чтобы не выдать себя. И с волнением удавалось справиться. Сейчас он даже слова произнести не мог.

- Не волнуйтесь, товарищ Кулагин, - сказал спокойным тоном Сталин.

После этих слов волнение сразу пропало. То воздействие Сталина на людей, о котором был наслышан Кулагин, он ощутил на себе.

- Извините, товарищ Сталин, - сказал Кулагин.

- Вы разведчик, товарищ Кулагин, должны уметь управлять своими эмоциями.

- Вы правы товарищ Сталин.

- Я внимательно ознакомился с вашим делом, - продолжил в том же спокойном тоне Сталин, - вы начали воевать на Ленинградском фронте, потом вы были направлены на Сталинградский фронт, где смогли выявить агента абвера. Мне тогда еще о вас доложил товарищ Жуков. Потом вас приняли в НКВД и вы внедрились в окружение Паулюса, кстати, теперь, он активно сотрудничает с нами. Но больше всего меня удивило, что вы смогли внедриться в абвер. Всё верно, товарищ Кулагин?

- Верно, товарищ Сталин. Но в абвере я проработал недолго.

- Это теперь неважно. Адмирал Канарис арестован.

- Какое задание теперь мне поручите, товарищ Сталин?

- Ставка решила вас направить работать в Америку.

- Но Американцы же наши союзники, - удивился Кулагин.

Сталин промолчал.

- Они же нам оказывают помощь в борьбе с фашистской Германией, - продолжил Кулагин.

- Для америки это другая война, у них не убивают женщин и детей. Они не ведут войну на своей территории.

- Но они привозят нашей армии тушенку, их солдаты так же гибнут в этой войне.

- Их помощь не бесплатна. Для Америки война это бизнес. За помощь Россия расплачивается золотом. Это единственная страна в мире, которая на войне обогащается. Значительная часть золотого запаса России оказалась у Америки.

- А что мы тогда не справимся своими силами?

- Справимся, но это займёт больше времени, да и людей мы больше потеряем. А у нас и так в этой войне огромные людские потери. Самая дорогая цена, это человеческая жизнь. Поэтому было принято решение за помощь заплатить золотом.

- Америка это капиталистическая страна, они всё переводят в деньги.

- Если бы это было на самом деле так.

- Вы считаете, от Америки может исходить угроза? – спросил Кулагин.

- Я хочу, что бы у вас было понимание той ситуации, которая сложилась в мире.

Сталин замолчал. Он встал, подошел к окну. Кулагин боялся нарушить молчание. Сталин смотрел в окно и о чем-то размышлял.

- Товарищ Кулагин, - помолчав, обратился Сталин, - я хотел узнать ваше мнение.

- Да, товарищ Сталин?

- Как вы считаете, в чем причина этой воны?

Кулагин не спешил с ответом. Прежде чем ответить, он обдумывал вопрос. На кажущуюся простоту вопроса, на самом деле вопрос был куда более глубже. У Сталина погасла трубка, и он вновь стал её раскуривать.

- Так как вы думаете, товарищ, Кулагин? – раскурив трубку, спросил Сталин.

- Думаю, Германия, захотела расширить свои территории, за счет других государств, товарищ, Сталин.

- Чепуха, - раздраженно сказал Сталин, - какое еще расширение границ?

Сталин был разочарован ответом Кулагина. Было видно, это больная тема для Сталина.

- Если вы считаете, что это чепуха, значит так и есть, - согласился Кулагин.

- Извините, товарищ, Кулагин за несдержанность, - Сталин перешел на спокойный тон, - просто вы озвучили самую примитивную мысль, а она неверна. Я думал, вы шире смотрите на данный вопрос.

- Разрешите пояснить свою мысль.

- Не надо, мне и так очевидны ваши пояснения.

- Вам очевидны мои пояснения, а мне очевидно, что Гитлер хотел расширения границ.

- А кто же с этим спорит? Конечно, хотел.

- Позвольте, товарищ Сталин. Я вас не понимаю. Вы же только что назвали это чепухой.

- Товарищ, Кулагин, вы не сердитесь на меня. Я просто хочу, что бы у вас было понимание причины этой войны. Скажите мне, разве мало стран хотели расширить свои границы за счет чужих территорий?

- Я думаю, такие страны были всегда.

- Всё правильно. На протяжении всей мировой истории, было немало стран желавших расширить свои границы. Но приводило ли это к мировой войне?

- Дело еще в возможностях, товарищ Сталин. Понятно же, что какая-то мелкая и бедная страна не сможет развязать мировую войну, даже если у правителя этой страны и будет желание. На войну нужны ресурсы.

- Вот именно. А Германия именно такой мелкой и бедной страной и была.

- Тогда в этом случае вопрос не в желании, а именно в возможностях.

- Вот, это уже правильное мышление. Желания одного мало. Самое главное возможности. И вот тут самое интересное. У Германии не было возможностей развязывать войну, да причем вовлечь в неё весь мир. Германия проиграла первую мировую, это была самая слабая страна в мире. Они были беднее нищих, так как нищие просто не имеют ничего, а Германия не имела ничего, да еще должна была. У них была самая высокая инфляция в мире, 25 % в день. За месяц цены у них возрастали в тысячу раз. Если в 1920 году курс 1$ равнялся 50 немецким маркам, то в 1923 году 1$ равнялся 4 триллионам немецких марок. И вот тут возникает вопрос. Откуда у Германии появилась возможность вести военные действия? Война это очень затратное дело. И Германия была не в том положение, что бы развязывать войну.

- Значит, существует какая-то теневая сила, которая помогла Германии.

- Вот это верно. Без помощи, Германия не смогла бы ничего сделать. Германии помогли. А вернее, не Германии, а конкретно Гитлеру. Война была неизбежна, и я знал об этом.

- Товарищ Сталин, почему, если вы всё знали, мы в начале войны понесли такие потери?

- Мы не были готовы к войне в достаточной мере. В стране нужно было решать проблемы голода. Я очень надеялся, что она наступит чуть позже.

Сталин подошел к своему столу и достал из ящика конверт. Сталин положил конверт перед Кулагиным.

- Что это? – спросил Кулагин.

- Вы же знаете немецкий?

- Да.

- Прочитайте, - сказал Сталин.

Кулагин из конверта достал письмо.

«Уважаемый господин Сталин, Я пишу Вам это письмо в тот момент, когда я окончательно пришел к выводу, что невозможно добиться прочного мира в Европе ни для нас, ни для будущих поколений без окончательного сокрушения Англии и уничтожения ее как государства. Как Вам хорошо известно, я давно принял решение на проведение серии военных мероприятий для достижения этой цели. Однако, чем ближе час приближающейся окончательной битвы, тем с большим количеством проблем я сталкиваюсь. В немецкой народной массе непопулярна любая война, а война против Англии особенно, ибо немецкий народ считает англичан братским народом, а войну между нами - трагическим событием. Не скрою, что я думаю так же и уже неоднократно предлагал Англии мир на условиях весьма гуманных, учитывая нынешнее военное положение англичан. Однако оскорбительные ответы на мои мирные предложения и постоянное расширение англичанами географии военных действий с явным стремлением втянуть в эту войну весь мир, убедили меня, что нет другого выхода, кроме вторжения на Британские острова и окончательного сокрушения этой страны.

Однако, английская разведка самым хитрым образом стала использовать концепцию "братоубийственной войны" для своих целей, используя ее в своей пропаганде - и не без успеха. Оппозиция моему решению осуществить вторжение на британские острова охватила многие слои немецкого общества, включая и отдельных представителей высших уровней государственного и военного руководства. Вам уже, наверное, известно, что один из моих заместителей, господин Гесс, я полагаю - в припадке умопомрачения из-за переутомления, улетел в Лондон, чтобы, насколько мне известно, еще раз побудить англичан к здравому смыслу, хотя бы самим своим невероятным поступком. Судя по имеющейся в моем распоряжении информации,

подобные настроения охватили и некоторых генералов моей армии, особенно тех, у кого в Англии имеются знатные родственники, происходящие из одного древнего дворянского корня. В этой связи особую тревогу у меня вызывает следующее обстоятельство.

При формировании войск вторжения вдали от глаз и авиации противника, а также в связи с недавними операциями на Балканах вдоль границы с Советским Союзом скопилось большое количество моих войск, около 80 дивизий, что, возможно, и породило циркулирующие ныне слухи о вероятном военном конфликте между нами.

Уверяю Вас честью главы государства, что это не так.

Со своей стороны, я также с пониманием отношусь к тому, что вы не можете полностью игнорировать эти слухи и также сосредоточили на границе достаточное количество своих войск. В подобной обстановке я совсем не исключаю возможность случайного возникновения вооруженного конфликта, который в условиях такой концентрации войск может принять очень крупные размеры, когда трудно или просто невозможно будет определить, что явилось его первопричиной. Не менее сложно будет этот конфликт и остановить. Я хочу быть с Вами предельно откровенным.

Я опасаюсь, что кто-нибудь из моих генералов сознательно пойдет на подобный конфликт, чтобы спасти Англию от ее судьбы и сорвать мои планы. Речь идет всего об одном месяце.

Примерно 15-20 июня я планирую начать массированную переброску войск на запад с Вашей границы. При этом убедительнейшим образом прошу Вас не поддаваться ни на какие провокации, которые могут иметь место со стороны моих забывших долг генералов.

И, само собой разумеется, постараться не давать им никакого повода.

Если же провокации со стороны какого-нибудь из моих генералов не удастся избежать, прошу Вас, проявите выдержку, не предпринимайте ответных действии и немедленно сообщите о случившемся мне по известному Вам каналу связи.

Только таким образом мы сможем достичь наших общих целей, который, как мне кажется, мы с Вами четко согласовали.

Я благодарю Вас за то, что Вы пошли мне навстречу в известном Вам вопросе и прошу извинить меня за тот способ, который я выбрал для скорейшей доставки этого письма Вам.

Я продолжаю надеяться на нашу встречу в июле. Искренне Ваш, Адольф Гитлер. 14 мая 1941 года».

- Очень убедительно, - сказал Кулагин, прочитав письмо. – Если бы я не знал, что произошло, у меня бы были бы все основания думать, что войны не будет.

- Кому-то очень надо было, что бы Гитлер напал на Россию. Его к этому вели.

- Вы знаете кто, товарищ Сталин?

- А кто финансировал предвыборную компанию Гитлера?

- Не могу знать, товарищ Сталин.

- Америка.

- Рузвельт? – предположил Кулагин.

- Нет! Не президент Америки, а те, кому принадлежит Америка. Америка это частная страна. Именно американская помощь, помогла Гитлеру творить свои черные дела. Предвыборную компанию Гитлера оплачивал Форд, а не президент. Финансировали Гитлера в 1930-х компании Стандарт Ойл, Опель, Форд, Рокфеллеры. Даже вступив в войну на нашей стороне, американские компании продолжали выполнять заказы Германии. Рузвельт подписал указ, дающий разрешение на ведение бизнеса с Германией. Они поставляли Гитлеру сталь, двигатели, каучук, авиационное топливо, радиотехнику. Немецкие самолеты бомбили наши города летая на американском бензине. В Германии Американцы настроили заводов. Если бы не Америка, то Гитлера могло бы и не быть. Именно эти магнаты стоят за второй мировой войной, в прочем как и за первой, в прочем как и за российской революцией.

Кулагин был удивлен. Он очень внимательно слушал Сталина.

- Товарищ Сталин, разве не рабочие с крестьянами совершили революцию в России?

- Рабочие и крестьяне это инструмент, в руках капиталистов. Именно финансовая помощь, которую получал Ленин, помогла совершить крестьянскую революцию. Что бы собрать армию из рабочих и крестьян, нужны были деньги, и причем очень много. Что бы кормить армию, опять нужны деньги. На закупку оружия опять нужны были деньги. Глупо думать, что Красная армия с вилами победила белогвардейцев.

- Но кому это надо было?

- Революция в первую очередь была выгодна западным магнатам. Но есть одно но. Они думают, что мы не знаем об этом, а мы знаем.

- Если Ленин получал от них деньги, то естественно вы знаете.

- Не так всё просто. Ленин получал деньги из Европы. Но в том-то и дело, что эти деньги поступали через европейские компании, а вот за европейскими компаниями стоят владельцы США. Это теневая игра. Тут трудно отследить финансовые потоки. Только их планам не суждено было сбыться. В руководстве России должен был стоять Троцкий. Я это знал. И для чего был создан Троцкий и кто за ним стоял, я тоже знал. Нужно было сделать всё возможное, чтобы не допустить его к власти. В этом случае Россия превратилась бы в сырьевой придаток Америки.

- И вы не допустили.

- По-другому просто нельзя было. Ленин хотел видеть Россию сильной и независимой страной.

- Но какое отношение революция имеет к этой войне?

- За этой войной стоят те же самые магнаты, что и за революцией.

- Но какая выгода этим магнатам, от того захватит Гитлер Россию или нет?

- А им и не надо было, чтобы он захватил Россию.

- Я не понимаю.

- Им надо было, что бы он нанес урон, ослабил Россию. Гитлер просто пешка. Ему позволили думать о своем могуществе. Они искали человека, способного развязать войну, они его нашли. Из какой страны он будет, Португалия, Норвегия, Италия, Германия, это не имело никакого значения. Главное война. Почему они не вступили в войну в самом начале, когда я их просил остановить Гитлера еще в 1941-м? Они совсем недавно открыли второй фронт. Когда победа уже очевидна. Союзничество - это только видимость. Гитлер сделал своё черно дело, нанес огромный ущерб России, теперь он не нужен. Его поражение вопрос времени. Америка просто присоединилась к победителям. Да, Россия пострадала. Америка будет думать, что у нас уйдет не менее 50 лет на восстановление, но они ошибаются, мы восстановим страну не через 50 лет, а через 20, а может даже и раньше. Будет нелегко, трудно, но страну восстановим в кротчайшие сроки. Нам будут мешать, будут пытаться устранить меня, это очевидно, но у них ничего не выйдет.

- Но зачем? Для чего это нужно Америке?

- Они боятся, что Россия будет распространять свое влияние на другие страны. А это в их планы не входит. Другие страны должны быть так же в частной собственности. Америке верить нельзя. Она не принадлежит себе. Америка это частная страна, у неё есть хозяин. И что будет делать Америка, решает хозяин.

- Вы говорите Америка это частная страна, у нее есть хозяин. Я не понимаю, как у государства может быть хозяин?

- А вот тут самое интересное. Хозяин тот, кому принадлежит доллар, кто обладает правом на эмиссию денег.

- Государство печатает деньги, кто же еще?

- В России да. Но в Америке печатный станок принадлежит не государству.

- Кому тогда?

- ФРС. Федеральная резервная система. ФРС принадлежит не государству, а частным людям. Вот они печатают доллары и Америка их берет взаймы под проценты.

- А зачем это надо Америке? Они же и сами могут печатать свои деньги.

- Америке это не надо. Это надо владельцам ФРС.

- А кто владельцы ФРС?

- Рокфеллеры, Ротшильды, Морганы и еще несколько сверх богатейших кланов. Они построили совершенно новую систему не имеющих аналогов в мире. Это и просто и сложно одновременно. Сложность в хитрости, а простота в их очевидности. Действия капиталистов очень очевидны.

– Система действительно очень хитрая, - согласился Кулагин. – По крайней мере, народ даже может и не знать, что является чей-то собственностью.

- Тут всё гораздо сложнее, товарищ Кулагин. Все войны, революции делаются руками этих капиталистов. А они только со стороны за всем за этим наблюдают. Мы думаем, что Гитлер напал на нас, и Гитлер так же думает, что напал на Россию. А Россия и Германия это просто фигуры в чужой игре. Я никому этого не говорил, но мне иногда кажется, что за всем этим стоят не люди.

- А кто?

- Более высший разум, - ответил Сталин. – Не подумайте, что товарищ Сталин сошел сума, но гениальность их действий меня поражает.

- Я так не думал, товарищ Сталин.

- То, что Россия представляет для этих капиталистов коммерческий интерес, это факт.

- Вам виднее, товарищ Сталин. Я буду работать там, куда направит меня Родина. Если нужно в Америку, значит буду работать в Америке.

- Я рад, товарищ Кулагин, что вы всё понимаете.

- Товарищ Сталин, - спросил Кулагин, - какие мои задачи будут на территории штатов.

- Товарищ Кулагин, ни в коем случае вы не должны вести там подрывную деятельность и вмешиваться там в какие-либо внутренние дела Америки. Вы получите американское гражданство, и будете вести обычную повседневную жизнь. Вести наблюдение за внутренней жизнью США, что там происходит, настроение народа, экономическая ситуация. Ваша задача, это сбор данных.

- Я вас понял, товарищ Сталин.

- Скажите, товарищ Кулагин, как вы считаете, имущество российского царя, кому принадлежит?

- России, это же очевидно. Почему вы спросили?

- У меня есть данные, что российский царь был совладельцем Федеральной Резервной Системы США. ФРС была создана самыми богатыми людьми мира. Когда несколько богачей решили объединить свои капиталы и создать ФРС. Самым богатым среди этих богачей был российский император Николай Александрович Романов. По данным нашей разведки 70% ФРС принадлежало российскому царю, а следовательно России.

- Тогда получается…- Кулагин пытался домыслить полученую информацию.

- Америка не просто так финансировала русскую революцию. Российский царь Николай Второй был совладельцем ФРС. 70% ФРС принадлежало царю Николаю, поэтому от него и избавились. Избавились нашими руками. Через подставные банки они переводили деньги на революцию. Николай Романов стал жертвой предательства своих алчных партнеров. Революцию мы совершили, но мы совершили её для того, что бы все излишки у капиталистов, все их богатства перешли народу. Всё, что принадлежало царю, это всё народное достояние. Россия по праву является владельцем Америки. Если 70 % ФРС принадлежит России, то следовательно принадлежит 70 % Америки. Остальные 30% это Аляска, которую Америка якобы купила, но не заплатила, и Калифорния, которая изначально была заселена русскими. Вот чего хозяева Америки боятся, что Россия предъявит свои права. И тогда американскому народу вернет их государство. Американский народ будет работать не на капиталистов, а на себя. Они же прекрасно понимают, что правда на стороне России. Так что товарищ Кулагин, работа у вас будет сложная. Мне нужны подтверждения данным нашей разведки.

- Но это долгосрочный проект.

- Да, очень долгосрочный. Я вам даже не отвечу, сможете ли вы вернуться назад. Возможно, вы никогда больше не увидите семью.

- Как?

- Никто не должен знать об этом задание, даже семья. Для них вы будете пропавшим без вести.

Для Кулагина это был шок.

- То, что я вам рассказал, это относится к сверхсекретной информации, - продолжил Сталин.

- Я понимаю, товарищ Сталин.

- Нашей стране очень нужны там свои люди. Надежные, порядочные, как вы.

- Товарищ Сталин, извините меня, я могу отказаться от этого задания? Меня дома жена и дети ждут.

- Я вас понимаю товарищ Кулагин. Как любящий муж и отец вы конечно можете отказаться, я вас пойму, но как честный русский солдат, вы обязаны сделать всё для защиты родины.

- Товарищ Сталин, я сделаю так, как вы скажите, если это нужно родине, то я поеду, но я хочу, что бы семья знала, что я жив и работаю для родины, в том числе и для них. Они меня поймут.

- Товарищ Кулагин, задание слишком важное, о нем будут знать всего несколько человек. Для семьи вы будете, пропавшим безвести. Со своей стороны, я вам обещаю, что о вашей семье позаботятся. В этом можете быть уверены. Голодать они не будут.

Это был очень важный момент. После войны страну ожидал голод, а семья у Кулагина многодетная. Проблема голода неизбежна. Голод переживут не все. И обещание товарища Сталина, очень обнадеживало Кулагина. Но разлука с семьей была и так слишком болезненной. А это задание подразумевало навсегда разлучиться с семьей.

Кулагин молчал.

Но отказать самому Сталину он не мог. Если, это задание давал Сталин, значит, оно действительно было сверх важным. За Родину, а следовательно и за свою семью нужно было уметь идти на жертвы.

- Я согласен товарищ Сталин, - сказал Кулагин.

- Родина на вас рассчитывает, товарищ Кулагин. Идите к товарищу Фомину, он для вас разработает легенду, кто вы, откуда, как будете передавать данные и другие рабочие моменты. Вам это надо будет выучить наизусть. В случае непредвиденных обстоятельств действуйте по своему усмотрению. В случае провала, мы вам ни чем помочь не сможем. Вы будете на чужой территории, где наши возможности ограничены. Будьте очень осторожны.

- Так есть, товарищ Сталин, разрешите идти?

- Подождите, товарищ Кулагин.

- Что-то еще?

- Павел Михайлович мне доложил, что вы от повышения звания отказались. Почему, товарищ Кулагин?

- Я простой солдат. Я винтик в этой системе. Всего лишь маленький винтик, которых в этом аппарате страны много. Но именно эти винтики заставляют такой огромный механизм, как наша страна, работать как единое целое. И для меня важно осознавать, что я часть этого работающего механизма. Мне не нужны звания и чины, товарищ Сталин. У меня другие ценности. Я горжусь тем, что я простой солдат. Прошу вас, не лишайте меня звания русского солдата, для меня оно многократно превосходит ценность любых офицерских чинов. Надеюсь, вы меня понимаете, товарищ Сталин.

- Хорошо, товарищ Кулагин, идите, - ответил Сталин.

Глава 7

1945 год

Великие жертвы, принесённые нами во имя свободы и независимости нашей Родины, неисчислимые лишения и страдания, пережитые нашим народом в ходе войны, напряжённый труд в тылу и на фронте, отданный на алтарь Отечества, не прошли даром и увенчались полной победой над врагом. Вековая борьба славянских народов за своё существование и свою независимость окончилась победой над немецкими захватчиками и немецкой тиранией. Отныне над Европой будет развеваться великое знамя свободы народов и мира между народами. — «Правда», 10 мая 1945 г. — Сочинения, т. 15.

— Выступление по радио 9 мая 1945 г.

Победу Кулагин встретил в Америке. Теперь у него было другое имя, другая фамилия, другая жизнь. Назад в Россию он уже вернется только в 1988 году, когда предатели в правительстве СССР стали сдавать своих агентов за границей. В США Кулагину стал грозить арест, как русского шпиона. На помощь действующего руководства СССР рассчитывать было нельзя. Все данные, которые он собирал по заданию Сталина, уже не имело смысла передавать действующему руководству страны. Еще во времена правления Хрущева, Кулагин заметил, что часть его разведывательных данных кто-то сливает. Кулагин стал выборочно отправлять информацию. А в 1980-х передача данных и вовсе потеряла всякий смысл. Всё что он передавал, становилось известным американской разведке. Кулагин стал отправлять ничего незначащую информацию. И это всех устраивало. Руководство Советского союза было довольно обмениваться с ничего незначащими разведданными. Особенно были довольны предатели в руководстве СССР, ведь они по-настоящему верили, что оказались всех хитрей. Спец службы США были рады видеть в слитой информации несущественные данные, значит разведка чужой страны ничего значительного не может узнать. А Кулагин был доволен, что важные разведданные, которые у него на самом деле были, не находятся в руках предателей. Портфель, с секретной информацией, которую Василий Кулагин собирал более 40 лет, был спрятан, и где он находится, не известно и по сей день.

Когда-нибудь, этот портфель будет найден, и потомки узнают всю правду, которую еще никто не знает.

Кулагин Василий Федорович умер 19 декабря 1988 года. Был он похоронен в своем родном селе Русские найманы, рядом со своей женой Евдокией Кулагиной.

Не думайте, что я скажу что-нибудь необычайное. У меня самый простой, обыкновенный тост. Я бы хотел выпить за здоровье людей, у которых чинов мало и звание незавидное. За людей, которых считают «винтиками» великого государственного механизма, но без которых все мы — маршалы и командующие фронтами и армиями, говоря грубо, ни черта не стоим. Какой-либо «винтик» разладился — и кончено. Я подымаю тост за людей простых, обычных, скромных, за «винтики», которые держат в состоянии активности наш великий государственный механизм во всех отраслях науки, хозяйства и военного дела. Их очень много, имя им легион, потому что это десятки миллионов людей. Это — скромные люди. Никто о них не пишет, звания у них нет, чинов мало, но это — люди, которые держат нас, как основание держит вершину. Я пью за здоровье этих людей, наших уважаемых товарищей.

Сталин. Выступление на приёме в Кремле в честь участников парада Победы 25 июня 1945 г.