Там, где птицы не оставляют следов

Фасль* первый, вступающий. Макт* первый. Эна-Налар.

Нож со свистом пролетел мимо. Кайра едва успела увернуться, задев бедром угол массивного стола, и на пол градом посыпались папки и листы, уложенные стопкой на краю.

За спиной крохотная комнатушка без окон, где хозяин дома держит под замком свои секреты. Сигнал тревоги прозвучал слишком неожиданно. Хоть Кайра и успела забрать то, за чем пришла, этого времени хватило, чтобы в кабинет ворвался кто-то из охраны. Теперь он стоял на пути к окну, через которое она проникла в дом.

В лунном свете, проникавшем сквозь тонкие шторы, она хорошо видела его фигуру - высокий, широкоплечий, перевязь с ножами поперек груди. Ну же, нападай! Стоит. Просто тянет время. Она бросила быстрый взгляд на дверь, из-за которой уже слышались топот и крики поднятой на ноги охраны. Но у нее времени уже не осталось.

Охранник сделал шаг. Думает, что она никуда не денется. Это он зря.

Она рванула вперед, и он невольно попятился, вскидывая руку, но ладонь схватила лишь пустоту. Кайра нырнула вниз, уведя тело в кувырок, и тыльная сторона ладони коснулась его голени. Безымянный палец привычно охватило холодом. Оглушающий артефакт в виде скромного колечка не раз спасал ее от прямого столкновения с теми, кто был сильнее.

Удар тяжелого сапога вскользь обжигает по ребрам, уже на излете, и в следующее мгновение охранник с грохотом рухнул на пол. Хорошая у него оказалась реакция.

Кайра подскочила на ноги и бросилась к небольшому балкончику, обнесенному кованой решеткой - витые лозы, виноградные листья, тонкая работа. Мода на такие украшения, похоже, переживет всех - к радости кузнецов и воров.

Дверь кабинета грохает об стену, но она уже перемахнула через прутья, повиснув на одной руке, и мягко приземлилась на балкон этажом ниже. Скривилась от боли - в ушибленном боку сильно и неприятно потянуло.

Трава мягко пружинит под ногами. В несколько шагов пролететь насквозь маленький садик, засаженный густыми кустами самшита. В воздухе подрагивают теплые пятна фонарей. Богатый квартал, на таких улицах городская стража появляется быстрее.

С третьего этажа что-то прокричали, хлопнула входная дверь. Оглядываться не стала - нет смысла. Она точно знает, что настоящих боевых артефактов у охраны нет. Пожадничал хозяин.

Ветер, возникший словно из ниоткуда, коротко свистнул за спиной, сбив кого-то с ног - послышались ругательства и глухой звук падения. Эйдан. Прикрыл ее. Как вовремя!

Кайра перемахнула через ограду и нырнула в узкую щель между домами. В темноте было видно только узкую щель неба, перемигивающуюся редкими звездами. В одном из окон вспыхнул свет - разбуженные криками соседи. Топот за спиной. Трое или четверо. Слишком близко.

Она бежала следом за напарником, полностью полагаясь на его знание города. Опасная, залитая светом улица, нырок в спасительную темноту проулка. Залаяла собака, следом еще одна. Весь квартал сейчас перебудят.

Во рту сухо, как в пустыне. Сердце бьет в ребра, разгоняя по телу волны жара, боль в боку пульсирует тупыми толчками. Охрана не отстает. Надо как-то от них оторваться - долго им погони не выдержать.

Эйдан нырнул в узкую улочку, и эхо шагов заметалось между глухих каменных стен. В нос ударила сильная вонь, под ногами что-то мерзко чавкнуло. Силуэты преследователей сливались в одну топочущую тень. Кайра на ходу достала и кинула за спину маленький липкий шарик. Тихий чмокающий звук слился с удивленным возгласом и глухим ударом. Ненадолго, но магия их удержит.

Проулок вывел на небольшую площадь. Эйдан остановился так резко, что она едва не врезалась ему в спину. Из-за угла выбегали двое, бросившись им наперерез. Проклятье! Охранники разделились, и в ловушку “Пут” попалась только половина.

С другой стороны на площадь неторопливо вывернул отряд городской стражи. Короткие плащи, мечи у пояса, фонарь на длинном древке.

- Воры! Держите их! - кто-то из охранников. Кричит, привлекая внимание стражи.

- Налево, к каналу! - хрипло выдохнул Эйдан.

Грозный окрик, приказавший остановиться, погнал их вперед. Едва не столкнулись плечами в узком проеме, они вылетели на крутую лестницу. Быстрее! Прыжок, еще один, разом через несколько ступеней. Нога скользит по выщербленному камню, сбитое дыхание вырывается наружу короткими толчками. Дробный топот за спиной сливается со стуком крови в ушах.

Тьма расступилась, и она выскочила на узкую полоску набережной, мощеную потрескавшимся камнем. Потянуло сыростью и стоялой водой. Дома здесь были другими - темные пятна на камне, потеки с карнизов. У причалов покачивались небольшие лодочки. Слева виднелся горбатый каменный мостик, перекинутый через темную, неподвижную воду.

Напарник спрыгнул с последней ступеньки и резко развернулся к лестнице. Взмахнул рукой. Вода из луж на мостовой, пыль и мелкий сор - все взметнулось вслед за сильным порывом ветра, рванувшимся к лестнице. Хруст и отборная брань вперемешку с криками ударил по ушам. Кайра поежилась. Не дожидаясь, пока преследователи скатятся вниз по лестнице, они побежали дальше.

За мостом начинались ремесленные кварталы. Паутина узких улочек, запертые на ночь мастерские. Они побежали уже медленнее. Мимо лавки кожевника с резной вывеской - направо, после винного погребка налево. Здесь была хитрая подворотня, которую им показывали заранее: узкая лесенка, зажатая между двух стен, и неприметный закуток слева, под густой порослью дикого винограда, за которым пряталась низкая арка. Они нырнули в нее, пересекли небольшой дворик и выскочили на соседнюю улочку. Затаились в тенях, выжидая. Где-то вдалеке еще кричали разбуженные горожане, но погони не было.

Они перешли на быстрый шаг.

Вскоре показался Серебрянный мост. Широкий, прямой, построенный из светлого камня, ночью он действительно отливал серебром. Фонари роняли в воду длинные дрожащие полосы света, и мост двоился в темной глади канала, теряя очертания в его глубине.

Напарник остановился, прислонившись к какой-то стене. Прижал руку к груди, судорожно хватая ртом воздух. Убрал с покрасневшего лица налипшие пряди, утерся рукавом.

- Что ты за переполох подняла? - наконец отдышавшись, спросил он, - Все же должно было пройти гладко.

- Дополнительный узел в защите. Хорошо замаскировали.

- Во имя богов! Нас же просили - без шума! Из-за этого мы потеряем пять тысяч.

- Ну извини, если оставила тебя без пары новых чапаров* и хорошенькой брюнетки, - огрызнулась она. Осознание собственной ошибки ныло не хуже ушибленного бока.

- Мне нет никакого дела ни до каких брюнеток.

Ага, как же, подумала Кайра. Кого он пытается обмануть?

- Радость моя, дело не в шмотках. Дело в нашей репутации. Мы с тобой ни разу не проваливали дело, за которое брались.

Кайра бросила на напарника хмурый взгляд. Конечно, он злится. Он занимался предварительной подготовкой, добычей необходимых сведений, заведением знакомств. Но последний шаг всегда оставался за ней - тихо проникнуть внутрь, найти тайник, вскрыть замок и исчезнуть, не оставив следов. Именно от нее зависело, выполнят ли они условия заказа.

Ее ошибка могла стоить им слишком дорого - Гильдия Птичьей Головы не прощала тех, кто привлекал к ней ненужное внимание.

Эйдан, не дождавшись ответа, лишь махнул рукой.

- Пошли, заказ ждут в капе.

За мостом направо улица уходила к Площади Синьории, окруженной со всех сторон громадами дворцов. Там высилась Часовая башня, недавно возведенная рядом с площадью. Ее было видно из любой точки в центре города - высокая, квадратная, с огромным светящимся циферблатом.

Они повернули налево, к Монетной улице. Настоящее сердце города было не во дворце дожей, а здесь. Над закрытыми на ночь дверями темнели вывески: большие и малые Торговые дома, меняльные лавки, конторы нотариусов. Днем здесь было не протолкнуться от купцов, приказчиков и посредников всех мастей. Ночью все они отправлялись на поиски развлечений в находившийся рядом Веселый квартал.

“Кость и чаша” считался здесь заведением средней руки - скорее для служащих и мелких дельцов, у которых завелись лишние монеты. Крупные негоцианты и вельможи предпочитали места поизящнее. Свечи внутри горели неярко, бросая неровный свет на игральные столы, бокалы и лица. Служитель разносил напитки гостям.

Под конец ночи народу было немного. За дальним столом тройка молодых людей азартно резалась в карты. У рулетки скучала красивая дама, повиснув на руке немолодого спутника. Громко ругалась компания подвыпивших офицеров городской стражи.

Никто не обратил внимания на странную пару - разодетый по последней моде молодой человек и его весьма скромно, не сказать бы, бедно, одетая спутница.

Но тот, кому нужно, узнал их сразу.

- Прошу сюда, - служащий подобострастно протянул руку, указывая на столик для нар-ата в дальнем углу.

Эйдан небрежно бросил несколько монет и потребовал лучшего вина. Кайра села напротив, спиной к стене, чтобы видеть весь зал. Напарник бросил кости, с азартом передвинул фишку. Кайра проиграла оба раза, хотя играла в нар-ат гораздо лучше напарника. Мысль о разговоре с кипалой не давала сосредоточиться.

- Сегодня определенно удача на моей стороне, - улыбнулся он, подбрасывая костяшку в ладони.

Это был знак - все в порядке, дело сделано, погони нет. Служитель склонился, подливая им вина, и тихо произнес:

- Вас ждут. Пройдемте.

Их провели на второй этаж, к кабинету хозяина игорного дома. У дверей дежурило двое парней, вооруженных куда лучше вышибал у входа. Короткие клинки на поясе, ножи, припрятанные в складках одежды. У одного в ухе блеснул красный камешек. Скорее всего боевой артефакт, а не украшение. “Огненные стрелы”, которые удобно использовать в узких коридорах, или что-то, обездвиживающее противника.

Кабинет был тесным и пыльным. Маленькое грязное окошко, едва различимые тяжелые очертания мебели. Рабочее место, служившее лишь ширмой. Служитель отворил дверь, очень ловко замаскированную под стенную панель. За ней их ждал мягкий свет, ковры, глушащие шаги, подушки, раскиданные по полу. Изящные вазы на низких столиках, свитки с каллиграфией на стенах, запах кальяна и благовоний. Рэйел был известен всей Гильдии своей любовью к гэвайрскому* образу жизни.

Хозяин медленно поднялся им навстречу. Грузный, рыхлый, с мешками под глазами, он мог сойти за евнуха или чревоугодника, давно потерявшего меру в своих удовольствиях. Если бы не глаза - жесткий, неподвижный взгляд выдавал в нем человека, поднявшегося с самого низа и знающего цену каждой пройденной ступеньке.

Когда-то он чистил карманы в портовых доках, потом продавал сведения о контрабанде. За память и умение держать язык за зубами его и заметил тогдашний кипала. Теперь Рэйел сам возглавлял Гильдию в Торговой республике.

- Располагайтесь. Вино, фрукты. Ужин.

Служитель бесшумно исчез.

- Добыча?

Кайра без лишних слов достала из внутреннего кармана куртки небольшой футляр тисненой кожи. Кипала придирчиво его осмотрел, взвесил на руке. Все соответствовало описанию, которое было получено от него - чуть длиннее мужской ладони, достаточно тяжелый, на восковой печати оттиск какого-то сложного узора. Что находилось внутри, Кайре было неизвестно - футляр велели доставить нераспечатанным.

Рэйел дождался, пока слуга внесет поднос с закусками, кувшином и блюдом винограда. Эйдан с радостью принялся за еду, а вот Кайре подводило живот от волнения.

- Как все прошло?

Она рассказала коротко, не позволив Эйдану вмешаться в разговор. Замолчала, сцепив пальцы на коленях. Теперь решение за Рэйелом. Кипала задумчиво потер гладко выбритый двойной подбородок, не сводя с нее своих слишком светлых даже для северянина глаз. Сердце глухо ударило в груди - раз, другой, третий...

- Заказчик хотел тихо, - наконец кипала разомкнул тонкие бледные губы, - Не вышло - это плохо. Но добыча у нас, и это хорошо.

Кайра перевела дух. Значит, все в порядке. Работа сделана грязнее, чем нужно, но она принята, иначе их бы ждал совсем другой разговор.

- Оплата, как и было обещано, пять тысяч полновесных золотых львов*, - он достал из небольшого сундучка мешочек, повертел в руках, разглядывая, - Можете забрать сейчас. Но я бы советовал пока оставить у меня.

- Новый заказ? - напарник поднял взгляд на кипалу.

- Возможно. Подробностей пока нет.

Кипалы отвечали за карманников, домушников, скупщиков краденого и десятки других полезных людей, подчинявшихся Гильдии. Все переговоры с заказчиками тоже вели они.

- В таком случае, будет лучше, если мы подождем здесь.

Их провели во внутреннюю часть капы узким коридором, который заканчивался глухой каменной стеной. Но стоило служителю приложить к ней ладонь, как темнота раскололась надвое узкой полосой света.

Кайра невольно прикинула, во что обошлась такая работа. К любому замку можно подобрать отмычку, на любую магическую печать найдется ключ - было бы знание и терпение. Но дверь, которая требует руки человека, а не ключа, не каждый правитель может себе позволить. Так устроены все капы. Внешняя часть, куда может зайти кто угодно - трактир, гостиница, лавка - всегда служит прикрытием. Для защиты внутренней, доступной только для своих, Гильдия не жалела средств.

Их поселили в небольшой комнате наверху. Всей обстановки - две кровати, простой деревянный стол, кувшин с водой. Эйдан рухнул на постель, не снимая сапог.

- Уф, кажется, пронесло! Но ты меня так больше не пугай!

Кайра принялась копаться в своей сумке в поисках мази. Бок, хоть и не сильно, но побаливал.

- Надеюсь, никто из тех дураков не переломал себе шеи. Не хотелось бы, чтобы наши портреты завтра висели на всех площадях. Хотя разглядеть нас как следует они вряд ли смогли…

Небольшой флакончик из мутного стекла нашелся на самом дне. Она с усилием вытянула плотно пригнанную пробку, и в комнате запахло камфорой и можжевельником.

- Отвернись.

Напарник хмыкнул, но послушно перевернулся на бок, лицом к стене. Она задрала рубашку и принялась разглядывать кожу. Даже в неверном свете лампадки была видна ссадина. Место удара покраснело, постепенно наливаясь багрянцем и синевой, но ребра были в порядке. Она зачерпнула немного густой, пахучей мази и начала осторожно втирать. Боль быстро сменилась приятным, прохладным покалыванием.

- Как думаешь, что было в том футляре?

Она пожала плечами.

- Какая разница?

- Неужели тебе совсем не любопытно? Я вот узнал узор на восковой печати. Это печать Дома Гамбио.

Кто не слышал про столичный банк Торговой республики? Он считался самым надежным по обе стороны Узкого моря. Через него проходили займы и сделки, от которых зависели целые страны. Купцы доверяли его векселям больше, чем клятвам правителей.

Их главное отделение в Эна-Налар - неприступная крепость, в которой можно было хранить хоть коронные драгоценности, хоть военные архивы - Дом Гамбио гарантировал полную тайну и полную безопасность. Лучшие специалисты по защитной магии годами работали на банк, не считая подобные заказы зазорными.

- И что?

- А то, что Гриел всего лишь второй секретарь Синьории, государственный чиновник, - протянул Эйдан, переворачиваясь обратно на спину и закидывая руки под голову, - Что делает вещь, принадлежащая банку, в его доме? На взятку не похоже, кто ж дает ее футлярами с личной печатью. Опять же… Да не смотрю я, не смотрю! Не зыркай так на меня!

Кайра хмурилась, злясь на напарника за его любопытство, а не за подглядывание.

Больше провалов Гильдия не любит только тех, кто задает лишние вопросы. Эйдан сейчас слишком близко подошел к той черте, которую переступать бы не следовало. Не просто так от исполнителей держат в тайне и причины заказа, и имена заказчиков. Те, кто знает больше положеного, рано или поздно становится проблемой. Кайре не хотелось, чтобы однажды Гончие пришли за ее напарником. Потому что это будет значить, что они придут и за ней тоже.

- Зачем нам это знать? Наше дело - доставить добычу в капу.

- Не скажи… Старейшины не дураки, они всегда знают свою выгоду. Ты что думаешь, Гильдия держится только на скрытности и дисциплине?

Ее это не касается. И чем дольше не будет касаться, тем лучше.

- Ну хватит, - слова прозвучали резче, чем она хотела. Эйдан хмыкнул, но промолчал, - Я гашу свет.

Напарник вздохнул, пробурчав себе что-то под нос, и почти сразу же уснул. Она слышала, как выровнялось его дыхание, сделавшись медленным и глубоким. Кайра долго лежала, вытянувшись на узком ложе, и смотрела в потолок. Сон не шел. Она перебирала произошедшее в доме Гриела шаг за шагом, пытаясь понять, где ошиблась. Слишком понадеялась на привычные точки проверки? Нет, защита выглядела совершенно обычной, без сюрпризов. Какой-то новый, неизвестный ей тип?

Надо наведаться в библиотеку.

Глоссарий

Фасль, фасл (араб. فصل, faṣl) - термин арабской средневековой поэтики и риторики. Структурная единица деления текста, означающая раздел, часть или главу произведения, выделенную по тематическому, композиционному или логическому принципу. В классической риторике также связан с принципом смыслового и синтаксического разъединения высказываний.

Макт (араб. مقطع, maqṭaʿ) - термин арабской и персидской риторики, музыкально-поэтической традиции. Обозначает фрагмент, отрезок или относительно завершенный участок текста, речи либо поэтической композиции, выделенный по ритмическому, интонационному, сценическому или смысловому принципу. В классической поэзии также употреблялся для обозначения завершающего либо композиционно обособленного фрагмента произведения.

Чапар - легкий длиннополый запашной халат, который носят на юге и мужчины, и женщины. Часто шьется из шелка и украшается богатой вышивкой.

Гэвайр - название Полуострова на юге, а также язык, на котором говорят в большинстве стран Полуострова. Считается языком учености и образованности, философии и поэзии, “лингва-фанка” всей акватории Узкого моря.

Золотой лев - монета Торговой республики. Самая ходовая валюта по обе стороны Узкого моря.

***

Проснулась она непривычно поздно - солнечный луч, проникавший сквозь узкую щель под потолком, уже дополз до ее лица и пощекотал в нос.

Эйдан все еще спал, раскинув руки и чуть хмурясь во сне. Светлые волосы разметались по подушке, обычно беспечное выражение лица было сейчас каким-то непривычно серьезным, легкая морщинка залегла между бровей. Почему-то он всегда хмурился во сне.

Кайра бесшумно поднялась и вышла из комнаты.

В этой капе ей раньше бывать не приходилось, но все они были устроены похоже. Снаружи ничем не примечательные дома, внутри лабиринт из ветвящихся коридоров, узких проходов, лестниц и дверей любого чужака сбил бы с толку. Чтобы попасть в соседнюю комнату, иной раз нужно было обойти всю капу кругом.

Библиотеку пришлось поискать.

Две небольшие комнаты в дальнем коридоре, заставленные так тесно, что было почти не развернуться. Шкафы до потолка. Обтрепанные по краям свитки, связки карт в тубусах, рукописные тетради. Запах пыли и чернил. Библиотекарь сидел у окна и что-то писал на крохотном клочке между стопками книг и разбросанными листами. Полностью седой и иссушенный, с руками, покрытыми старческими пятнами, он поднял на нее глаза.

- Здравствуй, Ласточка.

- Здравствуйте, бану Намир, - она низко поклонилась, скрывая удивление. Кайра слышала, что он стал библиотекарем в одной из кап, но не думала, что увидит его здесь.

Старика она знала с детства. Он уже тогда отошел от дел и занимался обучением новичков. Болтали про него всякое. Будто он помнит все книги, которые когда-либо прочел. Что однажды вынес из храма Девяти Колец священные реликвии прямо во время праздника Мадаин. Что смог самостоятельно обокрасть зинган.

В последнее Кайра не верила - туда в одиночку бояться соваться даже маги. Намир мог бы стать одним из Старейшин, но выбрал скромную долю библиотекаря.

- Садись, - старик отложил перо и указал рукой на стоящий неподалеку табурет. Она опустилась на краешек, шатающаяся ножка опасно скрипнула.

- Всегда лицом к двери, - хмыкнул он, - Хорошая привычка, правильная. Давно мы с тобой не виделись. Расскажи, как ты живешь.

- Все хорошо, бану. Работаю. Обычно на Полуострове.

Намир терпеливо покачал головой.

- Одна живешь, или с напарником своим?

- У нас дом во Вьенсе.

Намир улыбнулся, и глубокие морщины, паутинкой залегшие в уголках карих глаз, сделались еще заметнее.

- Свой дом - дело хорошее. Он, поди, все такой же транжира?

Когда два года назад ее познакомили с новым напарником, Эйдан ей совершенно не понравился. Слишком смазливый, болтающий без умолку - такой человек казался ей скорее обузой.

Она ошиблась. Эйдан без труда заводил знакомства там, где Кайра не смогла бы и десятка слов сказать. Свободно говорил на нескольких языках, легко перенимал местные говоры и удивительно точно чувствовал, кем нужно быть для каждого нового собеседника. Мог сойти как за купца, так и за вельможу, хотя никогда не был ни тем, ни другим.

- Тратит больше, чем зарабатывает, - буркнула она.

Старик тихо рассмеялся.

- В этом его не переделать, пожалуй. Думаю, хорошая из вас получилась команда, а, Ласточка? Тебе ведь от его магии польза бывает?

- Иногда, - пожала плечами Кайра. Стихийником Эйдан был слабым и мало что умел. Но если, как вчера, нужно уходить от погони, она приходилась очень кстати.

- Сильно он от нее выматывается?

Она чуть склонила голову, внимательно глядя на старика. Странный вопрос. Но скрывать им от Гильдии нечего.

- Редко. Только если нужно поток долго держать. А почему вы спрашиваете, бану?

- Да разве ж он сам ко мне придет? Недосуг повидать старика, - проворчал Намир, покачав головой, - Приступы с ним еще случаются?

- Приступы? - слегка растерянно переспросила она.

- Не знаешь, стало быть, - Намир покивал задумчиво, - Он, когда молодой был, часто лихорадкой мучался. То в жар бросает, то зубы стучат, магию в себе не удерживает, наружу так и выплескивается.

Кайра призадумалась, вспоминая. Самое серьезное, что с ним случалось на ее памяти - похмелье да перегрев на солнце. Гэвайрскую жару он переносил плохо, как любой северянин.

- Нет, - покачала она головой, - Ничего такого не было.

- Вот и славно. Ну, с чем пожаловала? Трактат у меня новый по каллиграфии появился, очень толковый. Хочешь взглянуть?

Кайра огорченно покачала головой. Ее завораживало чужое мастерство письма, и она потратила немало часов на то, чтобы самой научиться безупречно выводить линии - точность руки не менее важна, чем точность мысли. Но сегодня она пришла не за этим.

- Мне бы что-нибудь новое о магических защитах, о скрытых узлах. Что вы посоветуете, бану?

- А ты ответ на любую неприятность в книгах хочешь искать? - проворчал старик, - Книги в таких вещах редко помогают.

- С чего-то же нужно начинать.

- Ну-ну, не ершись. Хочешь ко всему быть готова заранее, а оно так не бывает. Когда девчонкой была, отмычки по три раза пересчитывала перед выходом. Сейчас…

- Сейчас мне хватает одного раза, - поморщилась Кайра. Зачем Намир напоминает ей об этой ерунде?

- Думаешь, дело в новом типе защиты?

- В чем же еще?

- Сомневаюсь я, - Намир покачал головой, - Гриел - не дож и не вельможа, откуда у него такие деньги? Ты просто пропустила скрытую линию, вот и все.

Под ребрами неприятно заныло.

- Может быть. Но мне нужно проверить, - упрямо покачала она головой.

- Ну как знаешь, - старик развел руками, то ли соглашаясь, то ли не желая больше спорить, - Есть одна книжка, достали недавно из Волшебного Двора[ Волшебный Двор, или Мадинат ан-Нурей - центр изготовления артефактов и волшебных всяких штук, одновременно единственная школа магии, находится в городе Мэтэйнэй]. “О природе сокрытого”.

Переплет из светлой, отлично выделанной кожи, на форзаце темнеет затертое пятно, на том месте, где раньше стояла сложная магическая печать. Труды Волшебного Двора не выходили за его пределы и не попадали в обычные книжные лавки. Получить такую книгу Гильдия могла, только украв ее.

Трактат оказался рукописным - редкость по нынешним временам, большинство книг давно печатают. Кайра всматривалась в мелкую аккуратную вязь, покрывавшую плотные страницы.

Все магические трактаты, которые она читала в своей жизни, любили сравнивать магию с водой, которая не исчезает сама по себе и не появляется из ниоткуда. Она была повсюду вокруг, разлитая в воздухе, впитанная в землю, заключенная в камни.

Но маги рождались редко, а желание получить больше, чем отмерено, владело многими. Поэтому одни мастера зарабатывали тем, что запечатывали силу в предметах, как воду в сосуде. Рано или поздно она иссякнет, но пока она внутри и сосуд цел, артефакт служит исправно.

Защиты больше напоминали сплетенный из нитей узор. Вложенная сила текла внутри сложными путями, подпитывая разные участки. Найди нужную нить, потяни - и узел распадется. Если, конечно, ты выбрал правильную нить…

Кайра пролистала несколько десятков страниц. Ничего нового, все это она и так знала наизусть. Дальше начинались способы маскировки, и она взялась за перо.

Ее мастерство держалось не на чутье, как у магов, а на памяти и знаниях. Долгие годы она училась безошибочно распознавать разные узлы и типы защит, находить линии подпитки и отключать их. Нужно понять, что необычного было в той защите.

Солнечные лучи медленно ползли по столу, скрывшись в конце концов за крышами. Сгустились сумерки. Намир, ни слова не говоря, поставил ей на стол светильник и ушел спать. Ровный белый свет без дыма и тени - алхимия. С живым огнем в библиотеке работать было слишком опасно.

Ответа не находилось. Она просидела бы над книгой всю ночь, если бы не Эйдан.

- Так и знал, что найду тебя тут, - он вихрем ворвался в тишину библиотеки, принес с собой запах вина и горьковатых духов, без спроса захлопнул книгу, - Пропала на весь день, а мне ни слова. Я завтра иду наши вещи из гостиницы забирать. Составишь компанию?

Кайра покачала головой.

- Зря. Во дворце Альтрано открыли выставку из частной коллекции Синьории. Дальгано, Веринай, прочие старые мастера. Оригиналы полотен, которых раньше вообще почти никто не видел, - он выжидательно замолчал.

Не дождавшись ответа, продолжил:

- Ладно. А что скажешь по поводу концерта? Оркестр из Виршата выступает, между прочим, они дальше Полуострова обычно не выбираются. Редкий шанс.

- Иди, если хочешь.

Он закатил глаза.

- Слушай, ты когда последний раз по городу гуляла? Не по делу, не на разведку, не за покупками, а просто так, ради удовольствия? Мы же в Торговой республике! Здесь лучшие музеи, исскуство, архитектура, и это я молчу о ресторанах.

Кайра вздохнула и подняла на него взгляд. Все равно ведь не отстанет.

- Мне нужно заниматься.

- Чем это?

- Чтобы не повторять ошибок со скрытыми контурами.

Эйдан всплеснул руками.

- Силы небесные! Детка, в мире тысячи сейфов и сотни способов их защитить! Ты не сможешь выучить их все. Рано или поздно обязательно попадется что-нибудь новое и неизвестное. Тебе нужно расслабиться.

Он был прав. На каждый новый хитроумный трюк рано или поздно найдется ключ или отмычка, после чего мастера придумают следующий. И так по кругу без конца. В ее ремесле знания устаревали быстрее, чем инструменты.

Но Эйдан слишком легко мирился с тем, чего не мог предвидеть. Ему никогда не приходило в голову, что большинство ошибок рождаются именно из незнания.

Она снова открыла книгу на нужной странице и взялась за перо.

- Ну как знаешь, - он махнул рукой, - Вот поэтому у тебя и плохо с языками.

Кайра только плечами пожала. Ничего, кроме извода староимперского, распространенного на севере, знать было и не нужно - все равно все образованные люди говорили на гэвайре.

Эйдан ушел в город следующим утром и пропал на несколько дней. Кайра искала ответы в библиотеке, но сидение над книгами ровным счетом ничего не дало. Пришлось признаться себе: Намир был прав. Она действительно пропустила линию.

Капа жила своей жизнью. Охранники бдительно сторожили входы и выходы, а когда кипала не видел, от скуки играли в кости. В дальнем коридоре днем и ночью дежурил кто-то из служителей, принимавший и отправлявший срочные сообщения, но как именно капы обходятся без почтовой башни, Кайра не знала - дверь при ней ни разу так и не открылась.

На четвертый день их вызвал к себе кипала.

- Вам следует знать, что в Танагаре взяли Хасима, того, что держал лавку у Северных ворот. Пока не ясно, что он успел рассказать. Не суйтесь туда больше.

Плохая новость. Хасим единственный во Вьенсе торговал инструментом для работы с магическими защитами. Не тем, что продается в любой лавке, а настоящим. Кайра обычно покупала все именно через него.

- А хорошие новости есть? - кисло осведомился напарник.

- В Мэтэйнэй появился новый мастер артефактов. Работает в Золотом квартале, знак над дверью - серебряная рыба. Берет дорого, но качество хорошее. Надежный человек.

Рэйел помолчал, сложив толстые пальцы на животе.

- Теперь к тому, зачем я вас позвал. Через месяц начинает свое первое плавание “Повелитель волн”. Слышали о таком?

Глаза напарника сверкнули - в отличие от Кайры он явно что-то знал.

- На нем будет некая вещица. Само собой, при хозяине. Ее необходимо подменить копией так, чтобы владелец ничего не заметил. Работа деликатная, шума вокруг нее быть не должно.

Кайра внутренне поморщилась - укол хоть и заслуженный, но досадный.

- Работу нужно сделать до того, как корабль повернет к Ларсу - документов для въезда в Альянс мы быстро не сделаем.

Новый корабль, о котором почему-то говорят еще до отплытия. Пассажир из Альянса. Подмена вместо обычной кражи. Не слишком ли много сложностей сразу? Но пока имя и предмет не названы, это остается предложением.

- Что за вещь нужно подменить? Артефакт? - Эйдан поглядывал на кипалу поверх чаши с вином и улыбался. Похоже, уже прикидывает варианты. Получится ли уговорить его не брать эту работу?

Кипала помолчал, переводя взгляд с нее на напарника. Наконец отрицательно покачал головой.

- Это предмет искусства. Небольшой по размеру.

- Что насчет оплаты?

- Пятнадцать тысяч на двоих.

Эйдан присвистнул.

- Щедро.

- У нас есть время подумать? - спросила Кайра о самом главном.

- Я буду ждать вашего ответа завтра.

Глоссарий

Кайра (гэвайр) - так называют маленькую ласточку, живущую по берегам рек на юге Полуострова.

Бану (гэвайр) - вежливое обращение, принятое по отношению к учителю.

Волшебный Двор, или Мадинат ан-Нурей - крупнейшая школа и главный центр магических исследований юга, расположенный в городе-государстве Мэтэйнэй. В нем обучают магов, проводят исследования и производят артефакты, которые продаются по всему миру.

Макт второй. “Повелитель волн”.

Порт был битком набит людьми. Рабочие тащили тюки и бочки, расхаживали вразвалочку матросы, зазывно кричали мелкие торговцы, сновали карманники. Размалеванные продажные девки посмеивались над ретивым стражником, пытающимся прогнать их с причала.

Зеваки собрались поглазеть на отплытие невиданного чуда, сошедшего с верфей Альянса. "Повелитель волн" возвышался над привычными мачтами и парусами, борта сверкали на солнце, и рядом с ним деревянные суда казались игрушечными.

Кайра смотрела на него без особого доверия. Железный корабль! И кому в голову такое пришло? Без магии такая махина не то, что не поплывет - на воде не удержится! Поэтому, наверное, и тащиться так долго - три недели против обычных полутора. Не судно, а плавучий дом для богатеев.

На борту имелся ресторан, игорный зал, танцевальный класс, музыкальный салон и даже библиотека. По крайней мере, так гласил зазывный плакат на нескольких языках, висящий при входе в порт.

- Смотри, это кажется он, - Эйдан тронул ее за руку, - Идем.

Напарник кивнул на высокого - на полголовы выше большинства вокруг - мужчину, спокойно идущего в сторону трапа. Кайра прищурилась, вглядываясь. Не молод, но и не стар, лет под сорок. Почти не тронутая загаром кожа, светлые волосы спускаются ниже пояса.

Двое охранников держались чуть позади и по сторонам. Тоже северяне, светловолосые, в куртках из плотной кожи, несмотря на жару. На виду только прямые короткие кинжалы в ножнах. Значит либо хороши в рукопашной, либо с артефактами. Двигались правильно: не слишком близко, не слишком далеко, по сторонам смотрели внимательно. Вряд ли наемные.

Парнишка лет восемнадцати с величайшей осторожностью нес в руках резной плоский ларец, в каких обычно хранят дорогие принадлежности для письма или фамильное оружие. Багаж не нес никто - наверняка уже сдали в грузовой отсек, как они свои сундуки.

Они с Эйданом заняли место в небольшой очереди, сразу за северянином. Стоящий у трапа офицер в темно-серой форме дотошно проверял каждого пассажира, поднимающегося на борт. Долго изучал билеты, проверял по спискам, осматривал с ног до головы. Наконец дошло и до интересующего их человека.

- Амангис Аглиар, подданный и посол Ларса. Документы моей охраны и секретаря. Плыву до Каэлиры.

Эйдан подмигнул Кайре, довольный тем, что не ошибся.

Голос у посла оказался низкий, с глубокими, мягкими интонациями, под которыми едва угадывалось что-то иное - словно клинок, обернутый в бархатную ткань. По спине скользнул легкий холодок.

Она принялась разглядывать его со спины. На шелковую рубаху цвета слоновой кости сверху накинуто длиннополое верхнее одеяние без рукавов - глубокий шафран, затканный цветочными орнаментами, свободные шаровары заправлены в невысокие тонкой выделки сапоги. Драгоценный пояс, собранный из овальных золотых пластинок, посверкивал россыпью мелких гранатов и жемчуга. Надо же, северянин, а одевается по-гэвайрски.

Офицер изучал бумаги так пристально, словно хотел найти в них некий изъян. Посол ждал спокойно, без малейшего признака нетерпения.

Наконец ларсийцев пропустили к трапу, и настала их очередь.

- Элиас Балесар. Моя жена, Сангер, граждане Торговой республики.

Офицер взял протянутые документы. Долго вчитывался в их имена, тщательно осмотрел всеи печати и разрешения.

Не слишком ли тщательно?

Документы, сделанные мастерами Гильдии, без труда проходили обычные проверки в портах. Но на этом корабле что-то уж больно бдительная проверка. Кайра едва заметно переступила с ноги на ногу и покосилась на напарника. Тот щурился на солнце с самым беспечным видом, не выказывая волнения. Офицер пристально посмотрел оглядел их с ног до головы, остановил взгляд на свертке в ее руках.

- Что это у вас?

- Личные вещи.

- Провоз в личных вещах оружия, действующих артефактов и ядов запрещен. Если у вас имеется при себе что-то из перечисленного, это необходимо сдать, - скучным голосом пробубнил он, словно повторять одно и тоже ему до смерти надоело.

- Нам об этом известно. У вас есть еще какие-то вопросы к нам?

Офицер не ответил, продолжая сверяться с каким-то длинным списком.

- Плывете до Сакифа?

- Верно.

- Добро пожаловать на “Повелитель волн”! - губы тронула сухая, дежурная улыбка.

Кайра осторожно шагнула на палубу. Светлое дерево под ногами - совсем новое, без пятен и потертостей. Высокие борта с перилами. Непривычно было идти, не слыша хлопков паруса и скрипа снастей над головой. Как будто идешь не по кораблю, а по улице.

Их провели в особое хранилище. Большое помещение без окон освещалось множеством алхимических светильников - они давали яркий, ровный свет без теней. Множество ячеек - все скучное, металическое, без украшений, резьбы и инкрустаций. Очень по-гиратски. Несколько человек под бдительным присмотром дежурного офицера расставались с самыми ценными вещами.

Офицер уверял, что защиту взломать невозможно - разработана лучшими мастерами Волшебного Двора, поэтому их вещи будут находяться в полнейшей безопасности. Гильдия предупреждала, что досмотр будет строгим, поэтому заранее снабдила шкатулкой, непроницаемой для магических проверок.

- Почему я не могу оставить при себе этот браслет? - возмущался Эйдан. То ли решил терпение персонала проверить, то ли вошел в роль капризного богатея.

- Таковы правила. На борту корабля нельзя иметь при себе действующие активные артефакты. Это необходимо ради вашей же безопасности. Компания заранее …

- Разумеется! Но мне никто не сказал о том, что меня лишат необходимого! Этот браслет - не боевоей артефакт, а обычная безделушка, для тепла. Я мерзну ночами!

- Правила гласят, что…

Слушая эти препирательства вполуха, Кайра посматривала на господина посла. Тот снял несколько колец и цепочку с золотым кулоном в виде сферы из нескольких сплетенных колец. Ого, а посол-то знает толк в боевых артефактах! Плетение Пустоты гасит любую магию в радиусе нескольких шагов - серьезная штука, с котороый даже обычный человек сможет потягаться в бою с магом.

Затем он вытащил из складок одежды какой-то мешочек. Последним, держа двумя руками, он поставил внутрь ячейки какой-то ларец - маленький, серебряный, с изящной ковкой на крышке. Маловат. Статуэтка в две ладони длиной из редчайшего розового мрамора туда никак не поместится. Значит, посол везет ее либо в каюте, либо в грузовом отсеке.

Кайра, увидев все, что хотела, отвела взгляд. Офицер наконец согласился осмотреть браслет Эйдана. Поднес к глазам круглую прозрачную линзу, изучил через нее украшение и вернул.

- Можете оставить.

Помещение пронзил резкий, визгливый звук. Все вздрогнули, а офицер укоризненно заметил растерянно застывшему в дверях мужчине, что покидать хранилище до завершения процедуры сдачи всех действующих артефактов не следует. Мужчина, побагровев, заспорил было, но в конце концов подчинился. Любопытно, проверяют ли они багаж так же тщательно? Не хотелось бы затонуть из-за горстки чьих-то амулетов.

Кайра оставила внутри ячейки плотный сверток с ножами. Безоружной она не оставалась почти никогда, и почувствовала себя очень неуютно. Но расставаться с ножами сейчас было куда лучше, чем объяснять потом кипале, почему их сняли с корабля.

Она закрыла свою ячейку. Длинный треугольный стержень с множеством бороздок блеснул старой бронзой. Раздался легкий щелчок.

- Если я передам кому-нибудь ключ, он сможет открыть ячейку? - спросила она у офицера.

- Нет, госпожа, - покачал головой тот, - Ключ настраивается на энергетический фон владельца. Воспользоваться им может только он.

Она слышала о такой магии, но сталкивалась с ней впервые - такую не в каждом дворце встретишь.

- Как быстро происходит настройка?

- Несколько часов. Если потеряете - обратитесь к офицеру, мы перенесем ваши вещи в другую.

Очень захотелось проверить, сможет ли она взломать этот замок. Но есть двери, которые не по ее части.

Их проводили в каюту. Крошечная прихожая вела в роскошно обставленную гостиную - стены затянуты узорчатым шелком, в тон мебельной обивке, под потолком хрустальная люстра, на стенах какие-то морские пейзажи. Слуга продемонстрировал им скрытую гобеленом небольшую дверцу в стене - встроенный сейф с магическим замком.

Из гостиной дверь вела в спальню, которую почти полностью занимала огромная кровать под бархатным пологом. Рядом узкий столик с графином и высокими тонкими бокалами.

- Три недели роскошного отдыха! - Эйдан повалился на кровать, раскинув руки, - Без постоялых дворов с клопами и тюфяками, набитыми соломой!

- Мы здесь не отдыхаем.

- Конечно нет. Но мы должны выглядеть так, как будто отдыхаем. Мы богатые бездельники, которые потратили сумасшедшие деньги на билеты. Мы хотим беспечно развлекаться в обществе себе подобных. Я согласен на молчаливую жену - это даже придает образу загадочности. Но твое напряжение испортит впечатление.

- Я не напряжена.

Она отвернулась от окна, из которого был виден кусочек гавани - иглы мачт с натянутыми на них полотнами парусов, кружащих над морем чаек. Напарник покивал с самым серьезным видом.

- Разумеется. Но выглядишь так, как будто ищешь, где спрятаться.

- Не собираюсь я прятаться. Здесь негде.

- Вот видишь - ты все время думаешь. А тебе должно быть скучно.

Эйдан соскочил с кровати и сделав несколько шагов, остановился совсем рядом. Взял за руку и заглянул в глаза - пристально и испытующе.

- Врать ты, конечно, толком никогда не умела, но сейчас дело в чем-то другом. Что с тобой происходит?

Кайра неопределенно пожала плечами. Она и себе-то не могла этого объяснить. В этом деле была какая-то неуловимая странность. Не повод для отказа, но повод для осторожности. Как будто легкий зуд под кожей - вроде и терпеть можно, но не почешешь. Не пожелай Эйдан во что бы то ни стало увидеть диковинный корабль, она бы отказалась от этой работы.

- Ладно, - поняв, что ответа не дождется, напарник отпустил ее ладонь, - Пойду проверю обещанную ванную. А ты пока выбери, что оденешь вечером. Зря, что ли, я таскал тебя по портным в Эна-Налар? Они теперь уверены, что у тебя есть вкус.

Когда они вошли в зал для приемов, ей первым делом захотелось развернуться и уйти обратно. Свет бил сразу со всех сторон - острые блики драгоценных камней, многочисленные люстры, блеск золота и хрусталя отражались и удваивались в зеркальных стенах. Сиял лаковый паркет. Эйдан слегка сжал ей запястье.

- Ну что ты стоишь, на нас уже смотрят.

- Но здесь некуда сесть.

- Дорогая, это фуршет.

- Что?

Он вздохнул с видом человека, которому приходится объяснять очевидное.

- Фуршет, слово берлесского происхождения. В вольном переводе на гэвайр означает “самостоятельный, независимый”. Вид трапезы, при котором люди едят стоя то, что выберут сами.

Едят стоя... Она огляделась. На юге трапеза это всегда ритуал. Омовение рук в чаше с розовой водой, неспешное наслаждение вкусом блюд, и восхваление мастерству повара. Здесь ели на ходу, между делом, не обращая внимания на то, что, собственно они едят.

Напарник взял у официанта с подноса два бокала, один протянул ей.

- Хочешь устриц?

Кайра покачала головой. Она боялась случайно закапать соком дорогую парчу платья. Оно мешало двигаться - тяжелая ткань давила на плечи, все время тянуло подобрать подол. Но цвет - густо-лиловый, с легким золотым отливом - ей нравился. Эйдан утверждал, что он выгодно подчеркивает цвет ее глаз. Кайра в этом не разбиралась и не спорила - просто взяла то, что он выбрал.

В центре зала звякнул хрусталь - разговоры начали стихать. Капитан, поджарый мужчина с аккуратной седой бородкой, поднял бокал и произнес речь о будущем морских путешествий и новой эпохе, открывающейся этим кораблям.

Кайра слушала вполуха, пытаясь высмотреть в толпе гостей господина Аглиара.

Северян на приеме было гораздо больше. Строгие силуэты приталенных камзолов, сдержанные цвета, строгие и простые с виду украшения - они предпочитали демонстрировать богатство изяществом кроя и дорогими тканями, а не обилием золота. На юге же богатство было принято являть, а не прятать, поэтому южане смотрелись дивными яркими птицами: многослойные одежды всевозможных оттенков, вышивка, обилие драгоценностей как на мужчинах, так и на женщинах.

Закончив речь, капитан представил старших офицеров экипажа и магов, сопровождающих корабль в плавание. Два стихийника, державшие под контролем погоду и море. Алхимик. Гиратский маг-инженер. При его упоминании раздались оглушительные аплодисменты.

- Это он, - шепнул Эйдан.

- Что - он?

- Он создал этот корабль. И теперь следит за тем, чтобы эта штука вообще не развалилась под нами.

Кайра посмотрела на гиратца внимательнее. Долговязый, худой, весь какой-то нескладный в строгой серой форме, он выглядел скорее смущенным, чем обрадованным всеобщим вниманием. И этому человеку подвластно менять саму природу материи? Превращать камень в дерево, дерево в металл, а металл в это нелепое плавучее чудовище? Воистину гиратцы странный народ.

Аплодисменты стихли, разговоры возобновились.

Напарник подхватил ее под локоть и потянул в толпу, ловко маневрируя между официантами и гостями. С кем-то знакомился, шутил, провозглашал тосты и то и дело шептал на ухо:

- Видишь вон того, со шрамом через все лицо? - указал он на худого выского северянина, разговаривающего с капитаном, - Это Раген по прозвищу Две Сотни. Получил его после того, как продержался трое суток у перевала Занкар, а из трех тысяч человек его отряда уцелело чуть больше двухсот. Болтают, что назим[ Назим (гэвайр) - титул правителя в странах Полуострова.

] Ямины заплатил золотом за каждого убитого. А вот тот толстяк в зеленом - Тамар бар Нахат, которому принадлежат половина верфей в Амаранте. А вторую он давно прибирает к рукам через подставных лиц.

Посол Сакифа в окружении пяти жен, одна другой младше, какой-то берлесский драматург, винодел из Данахора… Кайра забывала новые имена почти сразу - слишком много людей. Слишком шумно. Все внимание уходило на то, чтобы не наступить на подол платья. Казалось, что вежливая улыбка, коркой застывшая на губах, останется там навсегда.

- Нам нужно найти посла, - прошипела она на ухо напарнику, вконец запутавшись в чужих речах и титулах, - А мы тратим время на пустую болтовню.

- Радость моя, это не пустая болтовня, а светская беседа.

О да, светская беседа. Бесцельные разговоры об отвлеченных предметах. Она никогда не понимала, как поддерживать разговор, если тебе нечего сказать по сути.

- Мы здесь не на пару дней, а как минимум неделю, и отсидется в каюте тебе не удастся. Придется разговаривать с людьми, а они захотят знать о тебе все - от твоего отношения к политике Альянса до любимого блюда твоего мужа. Не отвечай на вопрос, который тебе не нравится, вместо этого задавай встречный - люди любят говорить о себе гораздо больше, чем слушать других. А если разговор станет совсем невыносимым, просто…

Эйдан замолчал на полуслове, уставившись куда-то себе за левое плечо. Она проследила за его взглядом - у одного из столов молодая девушка в платье цвета пламенеющего заката, стекающего шелком рукавов, медленно потягивала вино из высокого бокала. Густые темные волосы убраны в сложную прическу, открывающую тонкую шею и плавный изгиб плеч. Поймав взгляд Эйдана, взмахнула бархатно-длинными ресницами и едва заметно улыбнулась, не оставляя сомнений в том, что его внимание замечено.

Напарник редко упускал шанс познакомиться с привлекательной женщиной, и уже Кайра давно потеряла счет его мимолетным увлечениям. Но не во время же работы давать волю своим пристрастиям!

- Эй! Хватит пялится.

- Не ревнуй, дорогая, - он озорно улыбнулся, отворачиваясь от фарфоровой красавицы, - Ты же знаешь, что дороже тебя у меня никого нет.

Кайра фыркнула, и они повернули в другую сторону. Наконец в дальнем конце залы, в плотной группе мужчин, окруживших гиратского инженера, они увидели того, кто был им нужен.

- Ладно, я пошел, - тихо заметил Эйдан.

Кайра вцепилась напарнику в локоть.

- Подожди. Ты уверен, что он тебя не прочтет? Он же ларсиец.

- Успокойся, дорогая, - он слегка сжал ее ладонь, - Послом телепата не назначат никогда - это будет катастрофой для дипломатии. И не все в Ларсе телепаты.

- Но…

- Не дергайся так. Привлечешь к себе лишнее внимание. Держи оборону, я ненадолго.

Эйдан растворился в толпе.

Никто в зале не был один. Все разделились на пары или компании, поэтому одинокий человек здесь бросался в глаза сильнее, чем яркий наряд. Зеркальные стены заставляли ее постоянно оборачиваться - казалось, что за ней следят десятки ее собственных отражений. То и дело доносились обрывки чужих разговоров, тут же исчезавших в общем гуле.

- Налог на роскошь, что за нелепица! Цены на хлопок, разумеется, взлетели до небес!

- … выслали из страны? Не может быть! А что же правитель Нибура?

- … и с тех пор почтовая башня перестала работать. Приходится каждый раз посылать курьера, а это, сами понимаете, лишняя трата времени!

Она отошла к столу, надеясь, что сумеет остаться незамеченной за пирамидами фруктов и закусок.

В горках льда тонули запотевшие бутылки вина. Наколдованный лед - удовольствие не из дешевых: час работы мага может обойтись в пятисот львов, а здесь работы на добрую сотню часов, не меньше. Виноград, персики и инжир соседствовали с ломтиками копченой рыбы, сырами и маленькими корзинками с паштетами.

Кайра взяла в руку какой-то незнакомый плод - круглая желтая ягода была твердой на ощупь, с толстой, блестящей кожицей. Осторожно надкусила, кожица лопнула и приторно-сладкий сок моментально наполнил рот. Гадость какая…

Сплюнув в салфетку шкурку, она поискала взглядом напарника. Он прохаживался неподалеку от группы, собравшейся вокруг гиратца, вслушаваясь в разговор. Лениво потягивал вино и разглядывал море за окнами. Когда один из собеседников отступил на шаг, освобождая место, он немедленно занял его. Через пару минут уже болтал и смеялся чьей-то шутке.

Разговор шел, судя по лицам, непринужденный. Инженер что-то вдохновенно говорил, размахивая бокалом в руке. Посол Ларса время от времени оборачивался, и Кайра могла разглядеть его лицо. Красивый мужчина, не отнять. Тонкие, правильные черты, безмятежно выражение, за которым легко скрывать какие угодно мысли.

- Какая восхитительная ткань!

Застигнутая врасплох, она чуть не выронила бокал. К ней подплывала дама - тощая, будто высушенная солнцем, с длинным бесцветным лицом. В прическу вплетены жемчужные нити, слои шелка медового оттенка тянутся следом как хвост за муреной.

- Мэтэйнэйская парча! Не подскажите лавку, милочка?

Она подошла к Кайре почти вплотную, заставляя ее невольно отступить назад.

- “Семихвостая птица”.

- На вас это смотрится просто прекрасно, милочка! Такой цвет не каждой идет, вам очень повезло с внешностью. И аметисты ваши дивно хороши, но к такой роскошной парче просится что-то более… глубокое. Например, вентрейские рубины - такого насыщенного цвета больше ни у одного камня не встретишь!

Дама невзначай коснулась собственной шеи. Крупные алые камни плотно сидели в гнездах оправы, напоминавших раскрывающиеся цветы. Среди лепестков каплями росы искрилась россыпь мелких камешков. Кайра совершенно точно видела, что это никакие не вентрейские рубины, а шпинель с амаранских копий - слишком бледный, холодный оттенок. Но спорить не стала.

- Позвольте представиться. Ренарта Эльгат цур Каран, супруга советника по торговле при престоле Гирата.

- Сагнер Балесар.

Дама моргнула, явно удивленная столь коротким приветствем.

- Из Эна-Налар, - добавила Кайра, пытаясь быть вежливой.

- Так вы из Торговой республики? - дама явно обрадовалась, - Тогда вы наверняка знакомы с послом Вейлареном, я видела его здесь буквально только что. Не представите ли меня его супруге?

- Увы, мы не знакомы.

- Вот как? Но племянника Амарио Гамбио вы уж знаете наверняка?

Это что, родственник главы банка? Надо будет сказать Эйдану, чтобы держался от него подальше.

- Нет.

Дама чуть приподняла бровь.

- Как странно… Чем же занимается в таком случае ваш супруг, позвольте спросить?

Кайре не нравился этот разговор, но как из него выйти, она не знала. Сбежать с крыши проще, чем покинуть светскую беседу по правилам.

- Он представитель Торгового Дома Далеани.

- Вот как… Не у них ли возник спор с Домом Гамбио из-за неоплаченного аккредитива? Кажется, Синьории даже пришлось назначить разбирательство.

Кайра почувствовала себя в ловушке. Она понятия не имела, о чем идет речь. Обвела взглядом зал в поисках хоть какого-нибудь спасения, но Эйдан стоял к ней спиной.

- Не слышала.

Бровь поднялась еще выше.

- Знаете, милочка, вы удивительно мало знаете о делах своего мужа, - протянула дама, уже с явным сомнением оглядывая Кайру. После этих слов повисла пауза - жена советника явно не спешила заполнять ее сама, ожидая, как Кайра станет выкручиваться.

- Я не лезу в его дела, - сухо ответила она.

- Ну конечно, конечно, - дама улыбнулась, но взгляд стал внимательным, изучающим, - Просто вы держитесь так… скромно. Наверное, вам, как южанке, непросто привыкать к жизни на севере?

- Некоторые правила трудно понять. Например, зачем есть стоя, если можно сесть.

Дама немного склонила голову, теперь разглядывая уже не ее платье, а лицо.

- Удивительно… Купцы бывают практичны сверх меры - берут что подешевле, лишь бы не платить за породу. Но вам, дорогая, явно не хватает твердой руки. Вот ваши брови, например. Их бы безжалостно выщипать. Хороший мастер в столице привел бы вас в порядок за пару часов. Хотя чего еще ожидать от южных варваров, если вы до сих пор держите рабов.

Дама произнесла последнее слово с таким видом, будто говорила о чем-то неприличном.

- Держим. И что?

Ну вот, теперь она прослывет грубиянкой. Плевать. Эта беседа ей окончательно надоела.

- Ну знаете, - светская маска окончательно застыла, превратившись в брезгливую гримасу, - Ума не приложу, как это терпят в цивилизованном обществе.

И дама, к облегчению Кайры, сама покинула ее общество.

Глоссарий

Назим (гэвайр) - титул правителя в странах Полуострова.

***

За окном бледная розоватая полоска лишь только наметила очертания горизонта, а Кайра уже проснулась - привычка, вколоченная с детства бамбуковой палкой. Она спустила ноги, ощутив густой и мягкий ворс ковра, выскользнула из под одеяла и перешла в ванную.

Завязав волосы в тугой пучок и сняв рубашку, она капнула на ладонь несколько капель из плоского флакона темного стекла. Тяжелый смолистый запах ударил в нос.

Это масло она всегда возила с собой. В аптечной лавке такого не найти - только мастера Гильдии знали этот рецепт, и в любой капе Кайра первым делом пополняла свой запас. Смесь пятнадцати компонентов, включающих самые редкие - кору награнского ореха и вытяжку из жгучего перца хамри. Легкая толика магии поверх - и суставы разогревались как после долгой работы, мышцы становились послушными, тело готовым к тому, что от него потребуют.

Она растерла масло между ладонями, давая ему разойтись, и начала с суставов. Медленно, с нажимом растерла запястья, щиколотки - тепло проникало под кожу, слегка пощипывая изнутри. Плечи, руки, позвоночник. В большом зеркале отразилась спина. Старый шрам наискось тянулся от плеча до бедра через всю спину - тонкий и белесый, он резко выделялся на ее смуглой коже. Метка юношеской глупости. Единственное, чего она не повторила бы.

Перешла в гостинную. Места здесь хватало, и Кайра опустилась на пол посредине комнаты. Свела пятки, притянув их как можно плотнее к себе, прижала колени к полу. Завела руки назад, сомкнув ладони под лопатками, и резко оторвалась от пола, вставая на колени. Молящийся святой, первый бидж, с которой она обычно начинала. Грудь открыта, макушка тянется к небу, вдох глубокий и полный, выдох - коротким толчком сквозь сомкнутые губы. Медленно вытянуть вперед ногу, перенести вес на носок, выгнуть спину дугой и плавно перетечь в мостик.

Натянутый лук. Руки опираются на кончики пальцев, ноги - на цыпочках, спина напряжена. Дыхание здесь другое: вдох на подъеме, задержка в верхней точке - три удара сердца. Поднять ногу, оттолкнуться и сделать колесо за спину, на миг оставив вес лишь на кончиках пальцев. Приземление на ноги - легкое, как росчерк пера каллиграфа.

Нападающий богомол - одно из сложнейших упражнений. Она прижалась к полу животом и грудью, завела обе ноги над головой, взяла ступни руками, сомкнув тело в кольцо. Перекатилась на бок, подтянув верхнюю пятку к уху, завела ее дальше, за голову - узел тела стянулся туже.

Кайра сделала пять коротких вдохов и оттолкнулась ладонью, вновь выбросив ноги вверх, развела их в шпагат, удержала. Выдох. Опустилась, ушла в перекат, встала. Еще три связки - и утреннюю тренировку можно заканчивать.

Из спальни донеслись приглушенное шуршание. Напарник проснулся, но дверь не открылась - он никогда не любил смотреть на ее тренировки.

Обычно на кораблях ее мутило, но этот был такой огромный, что качки не чувствовалось вовсе, и Кайра решилась пойти на завтрак.

Обеденный салон занимал всю ширину палубы - длинная зала с рядами окон по обоим сторонам. Из них тянуло соленым морским бризом, колыхались легкие, полупрозрачные занавеси. Солнечные блики скользили по начищенному дереву пола и белым скатертям. Столы отделены друг от друга легкие, полупрозрачными ширмами.

Эйдан отодвинул ей стул, и она на миг замешкалась - все никак не могла к этому привыкнуть. Интересно, северный этикет предписывает поступать так со всеми женщинами, или только с тем, кто может себе позволить билет на такой корабль?

За столом на двенадцать человек сидело всего трое. Южанин постарше - ученый из Саргоды - выглядел как бывалый путешественник. Небольшая каштановая бородка на обветренном лице, морская серьга в ухе. Но одежда, дорогой пояс, заколка в тюрбане больше подходили тому, кто привык ни в чем себе не отказывать.

Второй явно выходец с востока. Пожилой, с бледной кожей и необычным разрезом темных глаз. Седые волосы собраны в пучок и схвачены длинной шпилькой, на широких рукавах и груди богатая вышивка в виде геометрических орнаментов - такие, кажется, носят чиновники. Он хмурился, водя пальцем по меню, и в разговоре не учавствовал. Любопытно. Жители востока вообще редко покидают пределы своих земель, что ему понадобилось на противоположном краю моря?

Молодой мастер артефактов из Волшебного Двора, живо жестикулируя, рассказывал о своем новом изобретении - кристаллах, охлаждающих воздух в помещении.

- И сколько стоит такая вещица? - обратился ученый с вопросом к магу.

- Всего тысячу золотых львов.

- Почти даром, - кашлянул напарник, - Сколько вы говорите, он работает? Несколько часов?

- Все новое стоит дорого, - сухо заметил маг и замолчал.

- Но не все новое того стоит, - улыбнулся в ответ напарник.

- Неплохо сказано, - рассмеялся саргодиец и спросил Эйдана, куда они плывут. Разговор перешел на обсуждение маршрута и остановок в пути. Ей принесли омлет, и Кайра задумчиво посмотрела на три вилки, лежащие слева от тарелки, и на две ложки, лежащие справа. Ну и с какой следует начать? Напарник слегка коснулся ее кисти и прошептал на ухо “Самая левая, маленькая”.

Чиновнику с востока принесли мягкую запеканку с травами и сыром. Он некоторое время внимательно изучал блюдо, затем достал из рукава пару деревянных палочек. За столом на некоторое время воцарилась тишина - все заворожено смотрели на то, как он ловко отделяет кусочки от целого и отправляет их в рот. Почувствовав внимание, тот перестал есть и поднял на них взгляд.

- А вы много путешествуете, уважаемый Банир, - Эйдан, сглаживая неловкость, обернулся к ученому.

- Трудно изучать мир, не выходя из библиотеки, - улыбнулся тот в ответ.

- И что вы изучаете?

- Хроники, старые карты, записи путешественников.

Кайра, допив кофе, поднялась.

- Собираетесь на прогулку по кораблю? Если не возражаете, присоединюсь. Весьма любопытно взглянуть на это хваленое чудо гиратской магии, - ученый тоже встал из-за стола.

Она пожала плечами. Почему бы нет. Вряд ли ученый помешает ей заниматься делом.

За бортом насколько хватало глаз, раскинулась лазурная гладь моря. Ветер приносил запах соли и холодную свежесть, а вода была настолько прозрачной и спокойной, что было видно стайки мелких рыбешек, плавающих у поверхности. Не зря это море называли Жемчужным в это время года оно было удивительно красивым.

На верхней палубе собралось человек тридцать. Пухлощекий, говорливый распорядитель в легких, развевающихся на ветру гэвайрских одеяниях, представился мастером Ирнатом.

- “Повелитель волн”, уважаемые, это величайшее творение наших дней! Вам несказано повезло оказаться на его борту, ведь он являет собой слияние лучшего, что могут дать север и юг! И пусть Альянс вложил в него свою науку и знания, но юг подарил истинную роскошь и умение наслаждаться каждой минутой. Здесь море станет вашим садом, ветер вашим слугой, а корабль дворцом, который отнесет вас туда, куда пожелает ваше сердце!

Говорил он так много и с таким удовольствием, будто лично приложил руку к созданию судна.

- Как полагаете, уважаемый, - с успешкой спросил бородатый господин в сером колете, - Сколько плаваний потребуется, чтобы окупить деньги на строительство?

Мастер Ирант, словно услышав страшное оскорбление, порижал ладони к груди.

- Ах, господин сразу видит суть и бьет в самое больное место любого кораблестроителя - в его кошелек. Но смею вас заверить, каждая монета, потраченная на “Повелитель волн”, не была потрачена зря! Сердце корабля - алхимическая топка, благодоря которой мы легко можем идти не только против попутного ветра, но и против течения. Путешествие на обычном корабле может и быстрее, но разве сравниться оно по удобству с нашим?

И распорядитель повел их на корму, где располагалось открытое пространства для отдыха. В тени полосатых навесов, на мягких диванчиках уже расположились пассажиры, которых обносили напитками в высоких бокалах. Прошли мимо высоких окон обеденного салона и зала для приемов. Вдоль обоих бортов в специальных держателях тянулись закрепленные шлюпки. Пожалуй, хватит на всех пассажиров, сосчитала Кайра. На команду - едва ли.

Остановились у массивных двустворчатых дверей. На солнце они отливали густым красноватым оттенком старого ореха. Тяжелые бронзовые ручки в виде свернувшихся морских драконов, по створкам в разные стороны разрастается сложный геометрический орнамент, напоминающий волны.

- Эти двери распахнуться после заката для всех желающих испытать удачу в нашем игорном доме. Любой сможет уйти оттуда более богатым, чем был!

- Или более мудрым, - хмыкнул Банир.

Все рассмеялись.

Дальше, над носом поднимался отгороженный поручнями капитанский мостик. За широкими окнами рубки мелькали силуэты людей, сбоку, на открытой площадке, стоял один из магов-стихийников. Прислонившись к бортику, он не отрывался от подзорной трубы, время от времени выкрикивая что-то вниз. Пассажиры оживились, пытаясь заглянуть внутрь. Распорядитель лукаво погрозил им пальцем и увлек вниз, к пассажирским палубам.

Темные, отполированные двери кают выходили прямо на длинную галерею, протянувшуюся вдоль боротов. По ним прохаживались пассажиры, разговаривая и любуясь морем. Кто-то устроился в пергаментом и углем, стараясь схватить мимолетные движения облаков и волн.

- Библиотека прямо по курсу, - распорядитель придержал дверь, пропуская всех вперед, - Более четырехсот томов на любой самый изысканный вкус. Собрание лучшей гэвайрской поэзии, увлекательные романы севера, труды уважаемых ученых - ручаюсь, что вы не заскучаете в пути.

Вдоль стен - тяжелые дубовые шкафы, удобные на вид кресла, обитые зеленым бархатом. В воздухе висит пыль, неспешно кружащая в косых полосах света, а тишина была той особенно плотной, какая бывает только в библиотеках. Кайра невольно задержала дыхание.

- Видите те книги? - шепнул ей Банир, указывая на отдельный стеллаж, где плотно прижимались друг к другу зеленые шагреневые корешки, - Все сорок три тома Энциклопедии. Ученые со всех концов света писали ее столь долго, что многие состарились и умерли, так и не увидев ни одного тома напечатанным. Мне было дозволено прибавить к этому собранию несколько собственных слов.

Кайра уважительно поклонилась в ответ. Не каждый день встретишь человека, чьи знания настолько глубоки, чтобы их сочли достойными такого труда.

- О чем же вы писали?

- О том, что такое зинганы и зачем их вообще построили.

Ответ ее озадачил. Любому, даже самому убогому крестьянину было известно, что зинганы - опасное место, полное древней магии. Построенные во времена Старой Империи, они уцелели в Первой войне магов, погубившей и саму Империю, и память о ее наследии. Матери пугали зинганами непослушных детей, зинганы не давали покоя охотников за сокровищами, а базарные зазывалы всегда была готовы за монетку поведать вам истинну об их природе. Ни одна их история не вызывала у Кайры доверия.

- Если бы в хрониках сохранились какие-то знания, об этом было бы известно.

- Тем увлекательнее вопрос! - живо воскликнул ученый, - Мы мало знаем о том, что древние называли Паутиной Веры. Но не подлежит сомнению, что благодаря ей Империя совершала вещи, которые сегодня кажутся недоступными.

Ей доводилось слышать это название раньше - Паутина Веры. В основном от жрецов или людей, сетующих на измельчание магии по сравнению со старыми временами. Но никогда ей не встречалось этих упоминаний в связи с зинганами.

- Нынче это очень опасные места.

- Куда все равно лазут за сокровищами, - ученый улыбнулся, словно угадав ее мысли, - Хоть и редко кто возвращается живым.

Они покинули библиоткеку и спустились на нижнюю пассажирскую палубу. Слуги двигались бесшумно - возникали словно из ниоткуда и пропадали в узких проходах между каютами, замаскированных за резными панелями. Если не знать, что там выход, его можно принять за сплошную стены. Одеты одинаково: серые рубахи, подпоясанные красным кушаком шаровары, легкие туфли без задников. В руках - подносы с фруктами, корзины с бельем, выглаженные наряды.

- В Нефритовом салоне через два часа вы сможете насладиться дегустацией вин, о которой не пожалеете, уверяю вас! - продолжал заливаться соловьем распорядитель, - Вам будут предложены белые из прохладных северных долин, и южные красные - насыщенный вардисан с солнечных холмов Тадара, пряный темный кадеш, сладкий, как поцелуй любимой женщины шаразади. Последнего взято всего несколько бочонков, так что советую поспешить.

- Это входит в цену билета? - чопорно осведомилась дама, закутанная, несмотря на теплую погоду, в пушистую шаль.

Мастер Ирант лишь вздохнул, разведя пухлые ладони в скорбном жесте.

- Ах, если бы могли себе позволить наливать такие вина даром, поверьте, мы бы так и делали! Итак, мы следуем дальше.

Они шли мимо салонов. Яшмовый - настенные панно из тонких каменных срезов, Бирюзовый, украшеный изразцами всех оттенков синего, и дошли до кальянной. Слои тканей, едва пропускающие солнечный свет, толстые ковры, горы подушек на полу. Кто-то из гостей взмахнул рукой, и служитель, вынырнувший из-за плотной занавеси, скрывавшей проем, поторопился вынести ему заказ.

Прогулка закончилась - каюты команд, служебные отсеки и самое сердце корабля, находящиеся уровнем ниже, не предназначались для посторонних взглядов.

С напарником они смогли обменяться новостями только после обеда.

- Наш посол к завтраку не выходил, но потом с удовольствием прогулялся по палубе в компании посла Сакифа и полюбовался выставкой каллиграфии. Кстати, ты туда заходила? - Эйдан подставил лицо солнцу и лениво прищурился.

- Пока нет.

- Загляни, тебе будет интересно. Кто-то мне говорил, что они раздобыли оригинал ир’Бахати.

Кажется, владельцы решили, что первое плавание должно поразить любой, самый изысканный вкус. Странно, что мастеров боя на мечах не притащили.

- Что с охраной?

- Один все время торчит в каюте, второй не отходит от клиента. А у тебя что?

- Корабль посмотрела. На технические ярусы нас не водили. Внутри, между каютами есть служебный коридор - вдоль борта, от носа к корме.

- С чего ты взяла? - Эйдан удивленно обернулся к ней.

- Шаги не сходятся. Все каюты одинаковой глубины - примерно шесть моих шагов. Два ряда - это уже двенадцать. Допустим, толщина переборок - еще два-три, получится пятнадцать. А от угла до угла - двадцать на обеих палубах.

- Допустим, - протянул напарник, - Что нам это дает?

- Возможно из него можно попасть не только в салоны, но и в каюты. Надо узнать.

- Только не сегодня. У меня большие планы на вечер.

- Ты что, один не справишься?

- Справлюсь, конечно. Но без жены это будет выглядеть неприлично.

Кайра фыркнула. Вечно он шутит.

- Сделай мне одолжение, дорогая, - он подмигнул ей, - Тебе же не трудно?

Ей ничего не оставалось, как согласиться. После чего Кайра ушла в каюту - нужно было проверить свою догадку. Закрыв дверь на ключ, она плотно задернула шторы на окнах.

Вчера она осмотрела ее достаточно поверхностно. Замки на дверях обычные, без магии. Никаких явных пустот и тайников. Но наличие внутреннего коридора ее обеспокоило - слишком удобно для потайных дверей.

Кайра потянула из под платья цепочку. На тонких прочных звеньях висел небольшой кристалл размером с фалангу мизинца. Обычно прозрачный, здесь, на корабле он постоянно светится мягкими переливами - лазоревыми, синими, золотыми. Его она получила в Дар Ганлаг, Крепости Гильдии, семь лет назад, и с тех пор никогда не снимала. Кристалл чутко реагировал на любые проявления магии.

Она пошла вдоль стены, скользя пальцами по прохладному шелку обоев. Ни стыков, ни швов. Возле сейфа кристалл засветился ярче и устойчивее. Это потом. Подняла взгляд к потолку. Под люстрой обычное крепление. Она шагнула в сторону, проверяя угол падения тени - иногда это показывало скрытые щели лучше любого артефакта. Кристалл светился ровно, не мигал. Спальня. Тоже ничего. Можно не беспокоиться.

Глоссарий

Бидж (гэвайр) - термин, возникших в боевых искусствах юга. Означает сложные последовательности движений, требующих полного контроля тела и дыхания, используемых для достижения внутреннее состояние сосредоточения. Позднее слово позаимствовали некоторые школы храмовых танцев и акробатики.

***

- Полный “дом”, господа. Маг, Правитель, Поэт и Жрица, - Эйдан выложил карты на стол, - Дорогая, ты мой счастливый талисман!

Он поцеловал ее руку и притянул к себе горку монет. Кайра вымученно улыбнулась и отпила из бокала. Несмотря на духоту, вино в нем оставалось холодным, и это было единственным утешением. Она с удовольствием оказалась бы сейчас в одиночестве, сбросила липнущий к телу шелк, приняла ванную, размялась, открыла книгу. Что угодно, лишь бы не стоять здесь. Но Эйдан просил его сопровождать, и она не спорила.

Игорный зал был тесноват - столы стояли почти вплотную. Любопытство привело сюда, кажется, всех пассажиров без исключения - смех, возгласы, стук костей, шелест карт и звон золота смешивались в плотный гул, давящий не хуже жары. Кайра покосилась на стоящую неподалеку от нее даму, ожесточенно обмахивавшуюся бумажным веером, и едва слышно вздохнула. У нее веера не было.

Играл Эйдан легко и немного небрежно - так же, как делал все остальное в жизни. Прикупал сколько нужно, сбрасывал вовремя, не цеплялся за неудачную руку. Немного проигрывал, выигрывал больше, но ровно столько, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания. Азартным игроком он не был, просто любил держать себя в форме. Так, по крайней мере, он говорил.

За столом пятеро.

Арматор из Нибура, румяный и жизнерадостный коротышка, немало смущал Кайру своими цветастыми комплиментами. Аристократ с севера держался с той особой надменностью, за которой обычно прячут лишь пустые карманы - половина украшений на нем была фальшивая. Лиорский банкир, считавший в уме быстрее, чем иные брали прикуп, сосредоточенно хмурился. Торговец шелком из Сакифа - грузный человек в перстнях, от которого удушливо пахло тяжелыми, приторно-сладкими благовониями.

Она стояла рядом с напарником и разглядывала зал. Кто-то бродил между столами с бокалом в руке, подолгу останавливаясь у чужой игры. У рулетки громко и радостно вскрикнула молодая женщина. Засмеялась, прикрыв рот ладонью, забыв собрать свой выигрыш. Охрана переминалась с ноги на ногу за дверями - внутрь их не пускали.

- Уважаемый ошибается, - арматор, не отрывая взгляда от карт, подвинул на середину стола стопку монет, - Открытие торгового представительства в Керифе - умный шаг со стороны Альянса. Ввозные пошлины…

- Альянс слишком много на себя берет! - громко возразил торговец шелком, - Слишком любит лезть в чужие дела. Поддержка Керифа в его смехотворных притязаниях на земли за Ашаром это просто возмутительно!

Эйдан взял прикуп, мельком на него взглянул и тут же сбросил карту с руки.

- Это там, где ваши серебряные рудники? - обаятельно улыбнулся он.

- Это наши исконные территории! - купец, забывшись, выплеснул вино из бокала.

- Разумеется. А Керифу не помешало бы заняться внутренними проблемами, пока назим окончательно не опустошил казну. Я слышал, он обещал архитектору своего нового дворца золота по его собственному весу.

- В таком случае стоит пожелать архитектору крепкого аппетита, - хохотнул аристократ, - Поднимаю на пятьсот.

Кайра взяла с подноса новый бокал и на мгновение прижала прохладное стекло к щеке.

Ничего скучнее разговоров о политике она не знала, и принялась рассматривать руки игроков - хоть какое-то развлечение. Арматор нервно теребил углы карт, когда у него была плохая рука. Банкир, прежде чем поднять ставку, всегда пощипывал себя за мочку уха. Эйдана считывать было бесполезно - он намерено менял свои привычки, когда садился за стол. Сейчас задумчиво вертел фишку, решая, стоит ли вступать в торговлю. До этого покручивал на пальце красивый дорогой перстень. Через час выдумает что-то еще.

Она мало что смыслила в картах, но даже ей было понятно - шулеров здесь можно не искать. Руку сдавало казино, а не игроки.

- Поддерживаю, - банкир потянул карту из колоды, - Это все ужасное варварство. На юге совершенно не умеют распоряжаться государственной казной. Правители строят дворцы, пока народ голодает.

- Вы предвзяты! - воскликнул купец.

- Я привык считать деньги, - спокойно отозвался банкир, - И вкладывать их туда, где они растут, а не оседают в карманах знати.

- В Альянсе всегда знают, как поступать правильно - мягко улыбнулся Эйдан.

- Разумеется, Альянс представляет собой образец разумного управления, - банкир либо не уловил иронии, либо предпочел ее проигнорировать, - Посмотрите на выгоды - единая денежная система, никаких внутренних пошлин, свободное движение товаров, и все страны богатеют.

В дверях, словно услышав слово Альянс, появился посол Ларса. Длинные волосы свободно рассыпались по темно-зеленому шелку, плотно расшитому замысловатым орнаментом. На лице все то же спокойное, непроницаемое выражение. Интересно, его вообще можно застать врасплох?

Посол оглядел зал и посмотрел в сторону их стола.

На нее.

Кайра поспешно отвела взгляд, украдкой наблюдая за тем, как он идет по залу, ловко обходя столпившихся вокруг столов игроков. Плавность движений, точность каждого жеста завораживала. Никакой торопливости и суеты. Так двигаются люди, очень хорошо владеющие своим телом. Она узнавала это с первого взгляда, как узнает мастер работу другого мастера.

- Гират с Ларсом богатеют. Насчет остальных не уверен, - аристократ сумрачно посмотрел на свою руку и бросил карты на стол, - Пас, господа.

Он встал и двинулся к выходу.

- Позволите? - господин Аглиар слегка поклонился.

Никто не возражал, и он, мягко отодвинув тяжелый стул, сел прямо напротив них с Эйданом. Свет десятков светильников дрожал на стекле и полированном дереве, бросая на его лицо подвижные, глубокие тени, из-за чего она никак не могла разглядеть выражения его глаз.

Кайра поискала глазами предлог, чтобы уйти. Не нашла. Деваться было некуда - быть здесь и ее работа тоже.

- А вы не присоединитесь к нам? - посол посмотрел прямо на нее. Его гэвайр был безупречен, только излишняя твердость на конце слов выдавала в нем иностранца.

Она замерла, не донеся бокал до рта. Он ее спрашивает? Но почему? Скучающая жена не должна привлекать внимание.

- Благодарю, но я не играю на деньги.

Он чуть улыбнулся, как будто ее ответ его позабавил. Кайра перевела взгляд поверх его головы и постаралась не думать ни о чем конкретном.

- Похвальное качество для жены, - ухмыльнулся арматор, - А ваша жена, господин посол? Она столь же разумного поведения?

- Я не женат.

- Опасная черта для дипломата, - отметил Эйдан, - Кажется, предыдущая война Ямины с Виршатом начиналась почти с того же?

За столом рассмеялись. История была известной: наследник Ямины, отправленный в Виршат для переговоров о торговых пошлинах, так увлекся дочерью тамошнего правителя, что дело дошло до похищения из дворца - при полном попустительстве самой девицы. Родители прокляли непочтительных детей и неудавшиеся переговоры, и решили дело привычным способом.

Посол засмеялся вместе со всеми - легко, без обиды - и снова посмотрел на Кайру.

- Любите наблюдать?

Вопрос был прямым, как выпад. Но легких, ничего не значащих слов, за которыми можно укрыться как за щитом, у нее не нашлось. Никогда не находилось.

- Моя жена умнее нас всех, поэтому и молчит, - улыбнулся напарник.

Кайра почувствовала благодарность - Эйдан, как всегда, спас ее от мучительной необходимости выдумывать ответ. Уголок рта посла едва дрогнул. Он на мгновение задержал взгляд на напарнике и вновь перевел его на Кайру. Как будто его вопрос остался без ответа.

Разговор вернулся к делам Альянса. Сакифский купец снова принялся ядовито критиковать аппетиты северных соседей.

- Это не торговля, это грабеж!

- Если две стороны подписывают договор, это обычно происходит добровольно.

- Пока одна из сторон не оказывается должна Альянсу половину собственной казны!

- Тогда виноват, вероятно, не договор, - спокойно ответил господин посол. Даже голос его звучал иначе, чем у других игроков в этом зале - негромко, спокойно, но его все равно все слышали. Ох и непросто будет Эйдану иметь с ним дело…

Проигравшийся торговец шелком покинул стол, и Кайра облегченно вздохнула - от его благовоний у нее уже начинала болеть голова. На его место подсел какой-то молодой щеголь, разодетый в пестрые одежды, с пальцами, унизанными перстнями. Эйдан бросил на него короткий взгляд и улыбнулся. Кайра заметила короткий, острый блеск в его глазах - он предвкушал легкую добычу.

Несколько кругов спустя юнец поднялся, заметно помрачнев. Эйдан легко обыграл его на несколько сотен золотых, доведя свой выигрыш до полутора тысяч.

- Впечатляет, - заметил посол.

- Вечер благосклонен ко мне.

- Удача - дама переменчивая, мой друг.

- Вот и проверим, на чьей она стороне, - усмехнулся напарник.

Следующую раздачу забрал господин Аглиар. Затем еще одну. Кайра заметила, что напарник начал слегка барабанить пальцами по столу - обычно он так делал, когда нервничал или злился. И никогда за карточным столом. Липкая тревога шевельнулась внутри. Что-то было не так.

Мимо прошел слуга с напитками. Посол, взяв новый бокал, вновь повернулся к ней:

- Вам нравится вино, которое здесь подают?

- Жена обожает бальсорский тамриз, - отозвался Эйдан, не задумываясь, - Как ей может это нравится?

На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь стуком костей у соседнего стола.

- У вашей жены хороший вкус, - кашлянул банкир, покосившись на посла.

Кайра промолчала. Густой, почти черный тамриз выращивали только в одной долине, на каменистых террасах, где лоза давала мало ягод. Его выдерживали годами, и такое вино не стыдно было дарить даже назиму. Она пила его всего однажды, когда Эйдан решил ни в чем себе не отказывать. Ее любимый сорт он всегда пренебрежительно называл кабацким пойлом.

- Любопытный ход, - заметил посол, - Вы рискуете, господин Балесар.

- Я предпочитаю думать, что оставляю себе пространство для маневра, - голос напарника оставался все таким же легкомысленным, но на самом донышке Кайре почудилось напряжение.

- В дипломатии это называется “поздно спохватиться”, - посол перебил карту Эйдана и забрал взятку себе.

- Тогда мне повезло, что я не дипломат, - рассмеялся Эйдан, - А вы, господин Аглиар, едете куда-то с назначением?

- Я возвращаюсь на родину. Моя служба в Илате окончена. Планирую пожить спокойно, - ларсиец некоторое время молча смотрел на руку, затем сбросил карту.

- Не боитесь выпасть из игры?

- Ни в коем случае. Иногда лучший ход - не делать его вовсе.

- О, это в Ларсе всегда умели. Терпеливо дожидаться момента, когда чужая ошибка превратится в вашу добычу.

Кайра похолодела. Что он творит? Это уже не похоже на дружескую пикировку за столом. Еще немного, и его слова зазвучат как оскоробление. Зачем? Ведь весь смысл вечера заключался в том, чтобы расположить к себе посла. Или план напарника в другом?

Она пристально поглядела на него, ожидая какого-то знака, которым они часто обменивались в людных местах, намека на то, что он собирается делать. Но Эйдан был полностью поглощен изучением своих карт.

- Любая страна предпочтет чужие ошибки собственным, - посол спокойно пожал плечами.

Пальцы Эйдана отбили по столу короткий ритм. Он резко сбросил последнюю карту. На новом кругу повысил ставку раньше остальных. Игроки один за другим покидали стол, не желая участвовать в этом поединке. Шум в зале постепенно стихал, часть светильников погасили. Поотдаль мялся служитель, не смея выгонять припозднившихся гостей.

Воздух сделался невыносимо густым, приторно воняло амброй, пролитым вином и перегоревшим чужим азартом. Кайра чувствовала легкое головокружение, даже холодный бокал больше не спасал.

Когда удача окончательно отвернулась от Эйдана, он сделал то, чего никогда не сделал бы опытный игрок. Снова поднял ставку.

Она нерешительно переступила с ноги на ногу. Что на него нашло? Нужно вмешаться. Но что она скажет? “Хватит уже, дорогой, проигрывать деньги Гильдии?” В конце концов, это его работа. Ему лучше знать, что он делает.

- Еще один круг, или с вас достаточно на сегодня? - мягко спросил посол, придвигая к себе банк.

Кайра не выдержала. Шагнула вперед и положила руку Эйдану на плечо, сжав пальцы. В ответ он резко дернулся, сбрасывая ее ладонь. Она отступила и нахмурилась. Да что с ним такое?

- Рановато вы меня списываете со счетов. Ставка.

Он снял с руки перстень и бросил на середину стола. Посол задумчиво повертел его в руках. Грани камня блеснули в свете ламп синей искрой.

- Вентрейский сапфир? Не самый редкий камень, но оправа хороша. Предлагаю разделить на четыре круга, по триста каждый - так будет честнее. Что скажете?

Эйдан только кивнул. Не торговался, не спорил - согласился сразу.

- Ваш муж всегда так азартен? - господин Аглиар поднял на нее взгляд и Кайра наконец разглядела цвет его глаз - зеленые и прозрачные, как волна, подсвеченная солнцем.

- Когда как, - протянула она неуверенно. Она уже ничего не понимала. В висок начинала постукивать тупая головная боль.

Проиграв и перстень, Эйдан наконец-то остановился. Поднялся, не глядя на нее, бросил небрежно:

- Пойду-ка я выпью.

И ушел, не оборачиваясь. Кайра почувствовала, как внутри закипает глухая злость. Не из-за денег - плевать на деньги. Она десятки раз видела его за игрой. Расчетливого, увлеченного, злого, всякого. Но сегодня она его не узнавала.

- Азарт - коварная вещь, - тихо заметил посол. Он не торопился собирать выигрыш. Медленно, с текучей, лишенной суеты грацией поднялся из-за стола, преодолел разделявшие их несколько шагов и остановился рядом. Не слишком близко, но ближе, чем она была готова.

Только теперь Кайра поняла, насколько он высокий - она едва доставала ему до плеча. Его спокойствие странным образом подействовало на нее - дыхание выровнялось, ноющая боль в виске отступила.

- Пройдет, - ответила она. Голос прозвучал глухо, и она коротко кашлянула, - Обычно он знает меру.

- Вот как? Вероятно, сегодня случилось что-то необычное, - тени играли на его лице, скрадывая выражение, - Возьмите это, - тихо добавил он, протягивая ей перстень, только что проигранный напарником, - Вашему супругу он, кажется, очень дорог.

Кайра вскинула на него глаза. Что это - жалость? Или он понял больше, чем показывает? Но отказываться было бы верхом глупости, да и выглядело бы странно. Зачем изображать из себя гордую дуру?

- Благодарю. Вы очень великодушны.

Перстень посол держал так, что забрать его было невозможно, не коснувшись его руки. Она поколебалась, затем решительно потянулась к кольцу. Его ладонь показалась прохладной и твердой.

- Карты - дурной способ сводить счеты. Вы позволите угостить вас вином? В качестве попытки исправить впечатление от этого вечера.

Мысли в голове окончательно перепутались. Она не понимала, шутит он или просто пытается быть любезным, и лихорадочно перебирала в голове ответы. Если она откажется после столь щедрого жеста, прозвучит ли это невежливо? А если согласиться, то как вести себя дальше? О чем вообще беседуют незнакомые люди за бокалом вина в полутемном зале? Он же явно не о политике хочет говорить.

Проклятье! Это работа Эйдана - заговаривать зубы и вести светские беседы. Не ее.

- Я не телепат, если вас это беспокоит, - улыбнулся он, прерывая затянувшееся молчание, - Ларс славен этим даром, но я, к счастью или к сожалению, обхожусь обычной человеческой наблюдательностью.

Понял. Только сейчас? Или знал об этом весь вечер? Кайра почувствовала, как вспыхивают щеки. Этот человек пугал ее своей проницательностью, и оставаться здесь становилось опасно.

- Не беспокоит, - соврала она, отступая на шаг, - Я… Простите, мне пора, я слишком устала сегодня.

Она повернулась и пошла к выходу. Его взгляд жег спину до самого выхода.

Вернувшись в каюту, Кайра несколько мгновений просто стояла, прислонившись спиной к двери. Затем медленно переоделась, сняла украшения, аккуратно уложила их в шкатулку. Вынула из дорожного сундука узкий лакированный футляр. Кисть, тушечница, тонкая стопка плотной бумаги.

Она налила немного воды и принялась растирать тушь круговыми движениями. Не торопясь. Слишком густая тушь задерживает кисть, оставляя неаккуратные линии, слишком жидкая расползается по волокнам бумаги. В обоих случаях ошибка начинается раньше первого штриха.

Получилось безобразно. Торопливый штрих слишком сильно ушел вниз, лишив знаки симметрии и ритма. Она скомкала лист и взялась за следующий. Кисть не лжет - сначала нужно вернуть себе покой, следом придет и точность.

Каждая буква подобна вдоху, требует свободы и запаса воздуха. Как и человек, она не может быть красивой, если со всех сторон одинакова. Кисть следует держать словно крохотную пичугу - сожмешь слишком сильно, и движение погибнет, слишком расслабишь пальцы - упорхнет восвояси.

Рука постепенно становилась свободнее. Когда завиток над “дал” стал походить на аккуратный полукруг, а не на кляксу, а плавная черта тарифа протянулась ровно и уверенно, она наконец отложила кисть.

Макт третий. Пределы устремлений.

Маленькие настенные часы в гостинной отбили шесть ударов, и Кайра открыла глаза. Несколько мгновений она просто смотрела в потолок. Вторая половина огромной кровати оставалась нетронутой. Эйдан так и не вернулся ночью. Что ж. У каждого свои способы развеяться.

После завтрака поднялась на ярус выше, туда, где были каюты подороже, медленно прогулялась вдоль борта. Двери дальше друг от друга - пятнадцать с одной стороны, пятнадцать с другой. Дверь в каюту посла плотно закрыта, шторы задернуты. Внутри ни света, ни силуэтов. Кайра прошла мимо, остановившись поодаль у борта и стала смотреть на море.

Корабль резал воду, оставляя за собой белые пенные полосы. Мимо проплыла небольшая россыпь островков - голые скалы, пара чахлых деревьев, белые птицы над лазурью воды. Неподалеку вынырнул дельфин, блеснул на солнце серым боком и ушел обратно. Кайра облокотилась о борт и смотрела, как он снова вынырнул - уже дальше, у самого горизонта.

Ветер трепал волосы, соленые брызги оседали на губах. Вечно бы так плыть куда-то, не думая о том, сколько осталось до берега. Просто идти своим путем, как кисть ведет линию - не торопясь и не поправляя уже сделанное.

- Наслаждаешься погодой?

Кайра кивнула, не оборачиваясь. Она узнала шаги Эйдана задолго до того, как он обозначил свое присутствие вопросом.

- Красиво. Начинаю понимать людей, которые всю жизнь проводят в море, - он встал рядом, достал из кармана мелкую монетку, подбросил ее в воздух и поймал, - Чем занималась вчера?

- Спала.

- Наверное, это к лучшему. Не самый удачный вышел вечер.

Она все же развернулась к напарнику, чтобы видеть его лицо.

- Что ты вчера вытворял?

Монетка замерла у него в пальцах, затем снова завертелась. Но он не обернулся, продолжая разглядывать горизонт.

- Ты про карты?

- Не делай вид, что не понял.

- Смотри-ка, даже ты заметила, - он хмыкнул, - Ну проиграл, с кем не бывает.

- Проиграл?! Ты должен был весь вечер подбираться к нему. А вместо этого вел себя так, как будто хочешь превратить разговор в ссору.

- Возможно, на какое-то мгновение и хотел, - он вздохнул и наконец-то посмотрел ей в глаза, - Извини. Сам не знаю, что на меня нашло. Слишком уж он в себе уверен. Такое, знаешь ли, раздражает в людях. Но пара бокалов вина и компания сговорчивой красавицы уже все исправили. Так что я пойду займусь делом.

Эйдана многое раздражало в людях. Но деньги он при этом им не проигрывал.

- Сначала договорим.

Он вскинул брови.

- Разве мы не договорили? Я вспылил, извинился, и даю слово вести себя прилично. Что еще ты хочешь обсудить?

Кайра помолчала. Она и сама не могла толком объяснить, чего ждет от него. Напарник извинялся часто, ему это было нетрудно - и за дело, и просто так. Вот и сейчас слова звучали вполне искренне.

- Что теперь ты будешь делать?

- Пока ничего.

- Это не ответ, - она нахмурилась.

Эйдан помолчал, глядя на воду. Монетка раз за разом подлетала и опускалась в ладонь.

- Это единственный честный ответ, который у меня есть. Я пока не понимаю, насколько сильно все испортил. Погляжу, как он себя поведет после вчерашнего, тогда и будет понятно, что делать.

Кайра снова отвернулась к морю. Волны разбивались о борт с равномерным плеском, вдали серые спины дельфинов на мгновение показались из воды и снова исчезли. Как чужие тайны.

- До Торговой Республики плыть еще неделю. Нам лучше выйти там, а не в Мэтэйнэй.

- Времени полно, - махнул рукой Эйдан, - Займись своей работой, а остальное предоставь мне.

Где-то далеко над водой закричали чайки. Корабль медленно проходил между двумя невысокими островками, так густо поросшими зеленью, что она сливалась в одно темное пятно.

- Есть еще кое-что.

- Что? - Эйдан слегка нахмурился, оборачиваясь.

- Он вернул твой перстень.

Монетка замерла между пальцев.

- Когда?

- После того, как ты ушел.

- Просто отдал? И все?

- Просто отдал.

Эйдан снова подкинул монетку и не поймал - она звякнула о палубу и покатилась к прочь. Он проводил ее взглядом, но поднимать не стал.

***

Через два дня она уже научилась читать ритм корабля. Когда матросы драют палубы и когда проводят уборку в каютах. Откуда выносят подносы с напитками и закусками, и куда уносят грязное белье. Когда сменяется дежурный офицер на капитанском мостике.

Самого посла она старательно избегала. Он следовал достаточно точному расписанию, и это не составляло труда. Завтракал всегда у себя, потом уходил в библиотеку. Иногда сидел там часами - всегда один, за одним и тем же столом у окна, не позволяя никому нарушать свое занятие. После обеда гулял по палубе, проводил время за беседами, и никогда не возвращался к себе раньше полуночи. Один из телохранителей неизменно сопровождал его всюду, второй не покидал каюты никогда. Мальчишка-слуга то бегал с поручениями, то пропадал на палубе с книгой в руках.

Пора было спускаться вниз.

Ночью корабль становился другим. Когда стихали голоса и гасли последние огни, становилось отчетливо слышно беспокойный шум моря. Горький ветер, сильными порывами дующий от воды, трепал ее за рукав рубашки. Фонари тянулись редкой цепочкой во тьме, обрисовывая изгибы бортов. Ей казалось, что в ночи корабль похож на огромное морское чудовище, поглотившее всех, кто плыл на нем.

Легкое нажатие на выступ в резьбе - и стенная панель почти беззвучно ушла в сторону. Узкий проем и ступени вниз едва освещены. Никакого дерева, резьбы, ковров и свечей. Железо, сшитое на стыках заклепками. Запах масла и чего-то еще - едкого и сильного. Низкий потолок и ровный, чуть вибрирующий гул алхимического сердца корабля.

Она на ощупь нашла рычаг, и панель закрылась, отрезая ее от слабого света, идущего с палубы.

Кайра спустилась вниз по лестнице, держась за металл перил, и осторожно выглянула из-за угла. Никого. Длинный, прямой коридор, слабо освещенный лампами, висящими через равные промежутки. По бокам то справа, то слева темные провалы - подъемы наверх и спуски на нижний ярус.

Кайра сделала осторожный шаг, следом второй, третий. Пошла вперед меделенно, беззвучно, мягкие подошвы едва касались металла.

Шаги зародились из тишины неожиданно, легкие, едва различимые. Она замерла, прислушиваясь. Где-то впереди, совсем недалеко. Кайра отчетливо различила два женских голоса.

Проем впереди был слишком далеко. Не оттуда ли они поднимаются?

Кайра метнулась назад, стремительно пролетев те несколько шагов, которые успела сделать от спасительной темноты. Одним слитным движением нырнула в проем.

Послышалось тихое испуганное восклицание.

- Ты чего? - второй голос звучал сонно и раздраженно.

- Там кто-то был!

Кайра, стараясь не издавать ни звука, пятилась спиной вперед по металлической лестнице.

- Да показалось тебе. Крыса может.

Тихий вскрик. Глухой шлепок. Потом шаги. Один человек шел прямо к лестнице. Кайра шарила ладонью по стене, пыталась найти рычаг. Пальцы скользили по холодному металлу, но натыкались лишь на швы листов и округлость заклепок.

В прямоугольнике света обозначился силуэт. Серое платье служанки, кушак яркой алой полосой перечеркивал приземистую фигуру. Она замерла, вжавшись в стену.

Девушка вглядывалась в темноту, рядом появилась вторая, со стопкой белья в руках.

- Ну перестань. Пойдем уже спать.

Они пошли по коридору дальше, и вскоре шаги их окончательно стихли, остался только ровный гул корабля. Кайра сделала несколько медленных вдохов, выжидая, когда они совпадут с ударами сердца, затем спустилась в коридор.

На этот раз шла быстрее, считая шаги. Каюта семейной пары, каюта богатой вдовы, каюта посла. Остановилась. Ровные стены, ни ручек, ни выступов, ни стыков. Кристалл светится ровным лазоревым цветом, изредка вспыхивая перламутрово-синим. Никаких тайных проходов, ни магических, ни обычных.

Можно спускаться ниже.

На этой палубе света почти не было. Монотонный рокот корабля стал ближе и отчетливее, к нему прибавилась легкая вибрация, которую Кайра ощущала под ногами. Запахи перегоревшего на огне масла, сырой ткани, разогретого металла. Двери плотными рядами. Иногда их ритм нарушался - промежутки становились на несколько шагов больше.

Вчера она спускалась в грузовой отсек под видом служанки, якобы забрать какую-то вещь из багажа. Попасть туда можно только с кормы по узкой длинной лестнице. Охранник проводил ее почти до самого конца, до перегородки с номером их каюты - пятьдесят восемь. Это почти половина корабля. Огромное помещение должно было иметь другой вход, иначе как туда попали тяжелые и большие сундуки пассажиров? Не по узкой лестнице же? Вход должен быть где-то здесь.

Вдоль коридора тянулись хозяйственные помещения. Из одного проема пахло едой, из другого тянуло влажным воздухом, щелоком и мылом. Дальше за прачечной коридор раздваивался. Прямой проход шел вдоль борта и вряд ли привел бы ее к грузовому отсеку. Второй резко сворачивал вправо, к короткому ответвлению вглубь корабля. Следует проверить, куда он ведет. Дверей здесь не было, только круглый широкий люк, уходящий куда-то вниз. Может быть, он-то ей и нужен.

Шагнула вперед и увидела, как вокруг верхней перекладины сомкнулись пальцы. Рывок, и следом из люка вынырнуло светлое пятно лица. Кайра попятилась. Бежать? Поднимет тревогу, всех перебудит.

- Эй! Ты что здесь делаешь?

В темноте он не мог разглядеть ее одежду как следует. И уж точно не мог помнить всех слуг в лицо.

- Заблудилась.

- Заблудилась? - в голосе матроса отчетливо звучало недоверие. Он почти вылез из люка. Ноги еще стоят перекладинах, руки опираются о края люка. Если ударить его кольцом сейчас, свалится вниз. Может и шею себе свернуть. Это будет некстати.

- Иди давай отсюда. Тебе по коридору направо.

- Страшно.

- Чего?!

Он выпрямился и шагнул к ней, тяжело шлепая по металлу. Босой. Вот почему она не услышала его раньше.

Не отрываясь, она следила за его руками. Одна спокойно висела вдоль тела, вторая согнулась в локте, словно он что-то нашаривал на боку. Может, свисток, чтобы позвать на помощь. А может оружие. Между ними оставалось лишь пара шагов, и она просто прыгнула навстречу, сжав руку с кольцом.

- Эй! Ты чего?!

Он невольно отшатнулся, споткнувшись на ровном месте, и Кайра лишь слегка задела его по плечу. Хотела тут же отскочить, но толчок в спину швырнул вперед, прямо к люку. Она споткнулась, и одна нога ушла в пустоту. Собственный вес потянул ее вперед, прямо в темный провал.

Взмахнув руками, Кайра резко выгнулась назад, замерев в шатком равновесии. Одно мучительное мгновение казалось, что она его не удержит, пальцы тщетно рассекали воздух в попытке за что-то ухватиться. Но вот вторая ступня коснулась пола, и она отпрыгнула от люка подальше.

Матрос оседал на пол, все еще силясь подняться.

- Ловкая дрянь! - прохрипел и отключился.

Вот это стойкость! Ей не доводилось видеть, чтобы человек мог так долго сопротивляться действию ее артефакта. Успокоив дыхание, она пошарила в его карманах, вытащив длинный тонкий стержень. Потерла между ладоней, и он разгорелся тусклым холодным светом. Алхимический светильник, полезная вещица.

Она все же решилась спуститься в люк. Матрос не придет в себя еще пару часов. Если, конечно, его никто не здесь обнаружит и не поднимет тревогу. Но свою работу ей придется сделать - второго шанса может не представиться.

Люк оказался довольно глубоким. Когда она повисла на последней перекладине, зажатый в зубах стержень лишь слегка рассеял непроглядную тьму, ложась на пол зеленоватым пятном. Бесшумно спрыгнув вниз, она принялась осматриваться.

Узкая и вытянутая щель, зажатая между внешним бортом и переборкой. Над головой, через равные промежутки, виднелись металлические ребра, словно она оказалась внутри какого-то огромного зверя. Гудение пола отдавалось не только в ногах, но и во всем теле. Положив ладонь на металл переборки, она медленно пошла вперед.

Пальцы коснулись каких-то массивных выступов. Пятно света легло на петли, вклепанные в огромные, двустворчатые двери. Напротив, прямо в борту корабля - еще одни, такие же или даже больше. Ей самой их ни за что не открыть.

В досаде она прикусила губу. Неужели ее вылазка окончится ничем?

Обычную дверь она все же нашла - всего в нескольких шагах от ворот, запертую на самый обычный навесной замок. Ерунда, с ним она справилась за считанные мгновения, свет почти не понадобился. Дверь открылась с неприятным скрипом, от которого Кайра поморщилась.

Шагнула внутрь, прислушиваясь. Ни единого звука. Редкие тусклые лампады почти не давали света, позволяя лишь разглядеть очертания. Пошла по узкому проходу, вгядываясь в таблички, укрепленные на каждой перегородке. Пятидесятая. Тридцать шестая. Двенадцатая.

Да уж. Господин Аглиар явно не принадлежал к числу людей, путешествующих налегке. Внутри громоздились сундуки и ящики, к стенкам прислонялись разобранные ширмы и свернутые ковры. Мебель завернута в плотную парусину и обвязана веревками.

Кайра опустилась на корточки возле ближайшего сундука.

Одежда. Прохладный на ощупь шелк, мягкий хлопок. Ткани и обувь, кувшины с вином и ароматными маслами, вазы и безделушки. Три сундука с книгами и свитками.

Почти все на гэвайре. Кайра провела пальцем по корешкам. Не какой-нибудь “Ключ истин”, на которого любили ссылаться все, от вельмож до торговцев на рынке - особенно торговцев на рынке. Настоящие сокровища. “Беседа кота и лисицы в саду” Бустар ир’Навави. Эйдан говорить, что мало кто писал о политике столь же бесцеремонно, сколь и остроумно. “Слово о природе человека”, почти эталонный трактат по этике. Поэзия, риторика, философия…

Небольшой, изрядно потрепанный томик в простом полотняном переплете примостился между дорогими корешками. “Пределы устремлений”. Надо же. Почти позабытый даже на юге труд. Учитель заставил ее прочесть его, когда она была совсем девчонкой, и не ошибся, сказав, что важнее книги она в своей жизни не найдет. Она возвращалась к этим страницам снова и снова на протяжении многих лет, всякий раз находя для себя что-то новое.

Книга учила техникам правильного дыхания, контроля тела и дисциплине разума. Учила быть стрелой и мишенью одновременно. Что подобный трактат вообще делает в библиотеке северянина?

Кайра нахмурилась. Зачем ей знать, какие книги он читает? Она попросту теряет время. Захлопнув крышку, она вернулась к работе.

Некоторые замки с двойными пластинами и ложными пазами требовали времени - такие наспех не вскрывают. Сосуды с вином и маслами, драгоценные безделушки, фарфоровая посуда, оружие… Все не то. Оставался последний, небольшой, украшенный чеканными пластинами. Заперт магией. Сердце забилось чуть быстрее. Похоже, она нашла то, что нужно.

С замка предупреждающе скалилась морда льва. Кайра повертела его в руках, изучая оттенки, которыми светится ее кристалл. Интересная работа…

Тончайшие магические нити проложены внутри самой замочной скважины. Значит, защита связана именно с ключом. Любой другой предмет просто не замкнет узор как надо, и замок не откроется. Что случится дальше, зависит от мастера, который его делал. Либо отмычка застрянет намертво, либо хозяин сразу же поймет, что его пытаются открыть.

Ошибиться нельзя.

Вытерев чуть вспотевшие ладони о штанину, она вынула из кармана пару тонких длинных спиц с причудливо загнутыми концами и комок мягкой, податливой глины. Такой обычно пользуются, когда требуется на короткое время разорвав узор, обмануть защиту. Убедить ее, что узор остался в целости.

Крохотный кусочек растереть между пальцами в тончайшую лепешку. Обернуть вокруг отмычки. На миг она задержала воздух в груди и медленно, осторожно просунула в замочную скважину. Волосок за волоском острый изогнутый конец проникал внутрь. Глина мягко поддалась, постепенно входя в невидимый орнамент защиты изнутри.

Не спешить. Даже мельчайший нажим не в ту сторону обернется бедой. Капелька пота щекотно ползла от виска к подбородку. Забыть. Сосредоточится на том, что делают руки. Пальцы сжимаются вокруг полоски металла, слегка его проворачивая. Крохотная острая бороздка чуть впивается в ладонь. Теперь зацепить второй отмычкой язычок. Еще чуть-чуть…

Замок тихо щелкнул и дуга вышла из пазов. Кристалл светился ровно, не мигая.

Кайра беззвучно выдохнула. Расслабила судорожно сведенные пальцы. Стук сердца отсчитывал отведенные ей мгновения. Подняла крышку - та даже не скрипнула. Ну же…

Она едва смогла подавить невольно вырвавшийся разочарованный вздох.

Сундук был доверху забит бумагами. Пачки писем, свитки, отдельные исписанные листы. Запустила руку в шуршащую груду, пошарила на дне. Нет, ничего.

Проклятье! Какой идиот возит дипломатическую переписку в багаже?!

Зубы сжались. Времени на злость нет. Нужно закончить работу. Защелкнуть дуги замка и так же плавно, не торопясь, достать отмычку. Подняться, разминая затекшие ноги.

Теперь оставалось выбраться.

Возвращалась обратно тем же путем, мимо рядов сундуков, двустворчатых ворот, к люку с перекладинами. Матрос все еще валялся рядом, безвольно раскинув руки. Погасив стержень, она вернула его в карман. Бесшумно попятилась в коридор. Глубокая тишина плотно окутывала ее со всех сторон. Нужно просто подняться на пассажирский уровень и выйти на палубу.

Нога бесшумно ступает на лестницу. Ступень, вторая, третья.

Шорох. Совсем рядом. Она замерла, озираясь и прислушиваясь к рокоту корабля, разливавшемуся по темному коридору. Ничего больше. Кажется, показалось. Еще один шаг наверх.

Удар отшвырнул ее назад. Воздух разом выбило из легких, в глазах потемнело, потолок кувыркнулся и она врезалась спиной в переборку. Грохот ударил по ушам, все поплыло и закрутилось. В этой серой мешанине что-то мелькнуло прямо перед глазами. Смазанные очертания силуэта. Мелькнули, и пропали.

Тишина вернулась.

Не в силах ни нормально вдохнуть, ни понять, что произошло, она лишь хватала ртом воздух. Оперлась ладонями об пол, прокашлялась. В голове тяжело перекатывался свинцовый шар боли, спина и грудь горели.

Ее кто-то толкнул, а она даже не разглядела кто!

Пошатываясь, Кайра попыталась встать - колени противно тряслись, норовя подогнуться под невыносимой тяжестью тела. Послышался чей-то взволнованный, хриплый спросоня голос.

Бежать. Немедленно! Внутри все протестовало, но ее годами учили быть полной хозяйкой своему телу. Ущипнув себя за руку изо всех сил, она ощутила, как острая злая боль, перебравшись из других мест, сосредоточилась в запястье. Сорвалась с места, в спасительную темноту другой лестницы. Скорее! Взлететь по ступеням. Коридор между каютами. Ни шагов, ни голосов здесь не слышно. Лишь собственное надсадное дыхание.

Рука нашарила рычаг, лицо лизнул холодный ночной воздух, наполненный взволнованными голосами и резкими мужскими выкриками. Да что тут стряслось?!

Стараясь сливаясь с тенями, она прокралась до своей каюты. По палубе бегали люди с лампами, офицеры командовали прочесать корабль сверху донизу.

Дверь резко распахнулась навстречу, стоило ей только вставить ключ в замок. На пороге стоял Эйдан. Одетый, будто и не ложился вовсе. Схватил ее за плечи и рывком втащил внутрь.

В гостинной слабо горела лампадка, бросая ему на лицо смутные подвижные тени. Выглядел напарник обеспокоенным.

- Хвала богам! С тобой все в порядке?

- Да. А что случилось?

Напарник смерил ее испытующим взглядом.

- Я думал, ты мне скажешь…

Кайра покачала головой и вошла внутрь. Она чувствовала себя как хорошо протушенное блюдо - мягкой и разваливающейся на части. Скинула на кресло сумку с фальшивой статуэткой - не пригодилась. Устало села на пол, потирая ушибленную грудь.

- Я ничего не знаю. Рассказывай.

- Напали на кого-то из пассажиров на прогулочной палубе, - сказал он, проходя следом, - Корабль на ушах стоит, как гарем перед приходом повелителя.

Ее рука, потянувшаяся распустить тугой пучок на голове, замерла.

- Кто напал?

- В том-то и дело. Никто ничего не знает. Они тут во все каюты стучались, спрашивали, кто что видел и слышал. Я, понятное дело, не в курсе, сплю в обнимку с женой. А жена у меня нервная, ее будить никак нельзя. Ты скверно выглядишь. Что стряслось?

- Скрытых дверей в каюты нет. И в багаже нашего заказа нет. Я все проверила. На обратном пути на меня кто-то напал.

Напарник нахмурился.

- В каком смысле - напал? Подожди. Он что, с потолка на тебя свалился?

- Да не знаю я, - она раздраженно тряхнула головой, и волосы рассыпались по плечам, - Я ничего толком не видела. Только тень какая-то промелькнула.

Эйдан тихо присвистнул.

- Чтобы ты чего-то не услышала или не увидела… Расскажи-ка поподробнее.

Она начала рассказывать. Не дослушав до конца, напарник ушел в спальню и вернулся с ее сумкой.

- Послушай, отрада моего сердца, тебе бы сейчас не помешало воспользоваться твоей замечательной мазью. Раздевайся.

Спорить сил не было. Она стянула рубашку через голову и села прямее, прикрыв глаза. Его пальцы были теплыми, и от их осторожных прикосновений стало слегка щекотно.

- Ух ты! А неплохо тебя приложили! Вон какой синяк красивый наливается. Здесь больно? А если так?

- Ой!

- Прости. Глубоко вдохнуть можешь? Ага. Кажется, ребра целы. Сейчас, погоди…

Кайра чувствовала бережное прикосновение ладоней к своей коже, от которых расходились слегка покалывающие волны холода. Дышать стало легче, хотя ноющая боль никуда не ушла.

- Ну все, - он закрепил концы ткани, стянувшей грудь, - Вина хочешь?

Кайра кивнула. Пока он наполнял бокалы, она молча разглядывала лепнину потолка и мечущиеся по ней тени от лампады. Перед глазами снова и снова вставал тот миг. Тишина, темная лестница. Удар, смазанный силуэт. Ни звука шагов, ни намека на чужое присутствие. Он бы мог ее убить, но отчего-то не стал.

- Знаешь, это интересно, - Эйдан протянул ей вино и уселся рядом, на толстом теплом ковре, пристроив бутылку на столике, - Кто-то нападает на пассажира - намеренно или случайно. А потом ты сталкиваешься с невидимкой внизу. Похоже на то, что это один и тот же человек, и он использует артефакт невидимости. Я лично знаю только один тип таких артефактов - помимо порошка из Крепости - и его так просто на базаре не купишь. Ими пользуются либо профессиональные воры, либо убийцы. Надеюсь на второе. Конкуренты нам ни к чему.

- Это может быть и шпион. Вызнает какой-то секрет корабля.

- Намекаешь на Третью Голову? - он с любопытством повернулся к ней.

Кайра только фыркнула. Как будто без них некому шпионить. Сделала глоток вина, и оно приятно разлилось внутри, смывая мерзкий металлический привкус, до сих пор стоявший во рту.

- Что у тебя там с послом?

- Может завтра поговорим? Тебе нужно поспать.

- Успею.

Напарник вздохнул и махнул рукой, не став спорить.

- Так себе, если честно. Разговаривать-то мы разговариваем, но он все время держит меня на расстоянии. Мне не кажется, что я удостоюсь от него приглашения посетить его покои. Он, кстати, про тебя спрашивал.

- Про меня?

Эйдан улыбнулся, тонко и как-то двусмысленно.

- На севере почти все светловолосые. Как думаешь, может ему захотелось южной экзотики? Проверь, вдруг сможешь попасть к нему в каюту.

Вино показалось горьким на вкус.

- Заткнись, - огрызнулась она, - Это твоя работа. Давай думать, что делать.

Напарник, не переставая улыбаться, устроился поудобнее на подушках, вытягивая длинные ноги.

- За качество идей посреди ночи не отвечаю, но раз ты просишь... Итак, наш заказ в каюте посла. Есть три варианта - он хранится в его сундуках, в сейфе или выставлен на обозрение дорогих гостей на какой-нибудь красивой консоли. Ты сейф в нашей каюте проверяла?

- Проверяла. Вскрою за пять минут.

- Явно продешивили, - хмыкнул Эйдан, - Хорошо. Пять минут это быстро, только у него в каюте торчит охранник. Его нужно выманить. Скажем, я устраиваю небольшой переполох…

- Он не выходит вообще никогда. Только еду берет от служанки.

- Сразу видно, что бедолаге некуда податься, - покачал головой Эйдан, - Смотри, он открывает дверь, а за ней ты стоишь со своим колечком. Его же надолго хватает, успеешь обыск устроить? Я тебя прикрою.

Она покачала головой.

- Служанки приходят только днем, а днем на палубе всегда людно.

- Значит, нужно работать после заката.

Каюта у посла больше, чем у них. Наверняка там несколько комнат - где-то же спят охранники и слуга. Сколько там может быть сундуков? Вряд ли больше, чем он везет в багаже. Но и замки могут быть посложнее.

- А если он решит вечером никуда не выходить? Или вернется раньше времени?

- Тогда придумаем что-нибудь еще. Послушай, ты сама захотела обсуждать план именно сейчас, - напарник протяжно зевнул и подлил себе вина, - Поспи, и перестанешь так паниковать.

- Я не паникую. Я думаю о том, что может пойти не так.

- Мы воры, детка. У нас в любой момент может что-то пойти не так. Мастерство как раз в том и заключается, чтобы придумывать на ходу.

Для нее мастерство заключалось в том, чтобы предусмотреть все варианты. Быть готовой к неожиданностям. Их споры об этом были лишены смысла, поэтому давно прекратились.

Кайра с силой потерла лицо ладонями. Нужно сосредоточиться.

- Согласна, кольцо хороший вариант. Но охранник точно запомнит того, кто его оглушил.

- Переоденься служанкой. Никто никогда не запоминает служанок в лицо. Постучи, скажи, что сережку потеряла во время уборки.

Она представила разговор с охранником. Дверь открывается внутрь, он стоит на пороге… Главное, чтобы сделал хотя бы один шаг назад. Дальше она справится.

- Узнай, какие у посла планы на пару ближайших вечеров.

- Уже знаю. Завтра, то есть уже сегодня, концерт камерной музыки, он точно туда пойдет.

Три дня. Всего три дня, и она сможет навсегда забыть об этом корабле. Об этой работе. И о после Ларса.

Она отставила пустой бокал.

- Завтра раздобуду одежду, работаем послезавтра.