Там, где нас нет. Ожерелье ведьм

Дворец Карама

Советник Ли давно заметил, что стоит задержаться в чужом замке больше чем на два месяца, и он начинает восприниматься как собственный. За прошедшее время со штурма, его подлатали, выгоревшие хоромы восстановили и, хотя там долго чувствовался запах гари, уже можно было жить.

Но в тех покоях, которые занимал сейчас он, запах уже выветрился. Хотя бы потому, что аккуратно следуя заветам Нина, он гонял прислугу каждый день делать уборку — вся мебель и стены протирались влажными тряпками.

Воздух не только потерял запах гари, но и стал свежим.

Нигде во дворце такого не было. Пахло всем — пыльными коврами, которые притащили аж из Царства Утренней Зари, плесенью, благовониями. Но не свежестью.

Свежесть воздуха стала знаком его апартаментов.

Ли на секунду оторвался от чтения длинного свитка с донесением, положил его на стол не сворачивая, и бросил взгляд на пустые ячейки на стене. Там, когда-то хранилось очень много чего. Свитки всего княжества. Но сейчас там была пустота. И когда она снова заполнится, уже свитками другого господина... то знает только Неназываемый.

Жаль, конечно, что тайная цель нападения на Герин «ушла» из замка. С этими манускриптами связывались слишком большие надежды. И то, что Азимба вспылил, ничего не было необычного. Необычным были последствия. Ли не только был вытащен из-под палки палача, спешно и качественно залечен, но ещё и осыпан милостями, золотом.

Да, Азимба очень противоречивый человек. Многие говорят, что у него нет совести. Нет, у него есть совесть и очень своеобразная. Ведь то, что произошло нельзя списать на «взбрык». И милостями, и золотом, Азимба извинялся за причинённые боль, увечья. Извинялся за неправедное наказание. В первый день даже пришёл проведать как идёт лечение. Тогда, когда Ли даже встать не мог.

Но брошенная фраза, когда он уходил стоило всего: «Ли! Ты действительно верен мне!».

И больше ни слова.

Кто знает, тот понял — Азимба раскаивается во вспышке ярости. И извиняется.

Также и предоставленные преференции для его дела.

Фактически для советника Ли, «выстелили ковёр» - любые его просьбы немедленно исполнялись и как бы ни были затратны, об этом даже не заикались. А ведь поиски последователей Скара не могут быть дешёвыми. Скар не такой маг, который безалаберно относится к тому, что про него говорят и кто говорит. И если надо, чтобы о нём никто не говорил, и более того, «никто не видел» - он делает это виртуозно. Даже ученики исчезли как дым. И только один след... Бездарно потерянный по глупости кардинала.

Сейчас в кабинете Ли собрались все, кто в той или иной мере был причастен к поискам.

Ли сидел на низеньком диванчике, за большим, искусно инкрустированным столиком. Все остальные сидели просто на ковре перед ним. И когда надо было подавать доклад, каждый вставал с пяток и низко пригибаясь относил свиток на начальственный стол.

Доклад Корвина, Ли преднамеренно взял последним. Во-многом потому, что уже знал основные выводы. Ведь когда отсылал этого чиновника, приказал каждый день отсылать отчёт о проделанной работе и о том, какие сведения были получены. Сейчас, то, что лежало перед Советником Ли, было лишь выжимкой из тех самых донесений. Корвин как всегда лаконичен. Но...

Подняв глаза он пристально посмотрел на молодого, подающего надежды чиновника. Тот не замедлил покраснеть и напрячься.

- Уважаемый Корвин! Вы проделали большой труд. - начал Ли с похвалы. - Но как всегда, завершив расследование, вы постеснялись сделать выводы... Или побоялись?

Последнее было сделано насмешливым тоном.

До работы у Ли Корвин работал на Кайселя. А он — самодур и дурак. Очень сильно не любил, когда за него кто-то делал выводы. Считал, что это каким-то образом роняет его достоинство. Что «ему указывают разные смерды». На самом деле ронял он своё достоинство не тем, что подчинённые у него работали толковые, а тем, что не давал им работать толково. Он всех, какими они ни были дельными и умными, гнул до своего уровня глупости. Дело от этого, естественно, страдало. Хорошо, что Ли вовремя заметил этого Корвина и выдернул его из-под опеки Кайселя. До того, как Корвин закостенеет в той тупости, которую навязывал его начальник.

Да, пока-что Корвин не привык к тому стилю, что требовал Ли. Для Советника нужны были уже готовые выводы.

- Если вы не выписали выводы в конце доклада, то вы свою работу не доделали! - чуть-чуть добавив металла в голос тихо бросил Ли. Корвин же стал извиняться.

- Ваше счастье, - чуть улыбнувшись продолжил Ли, когда извинения Корвина иссякли, - что я не Кайсель. И умею читать между строк. Ведь вы давно сделали выводы и это очень хорошо видно из вашего донесения. Так?

- Да, так, Советник Ли! - выдавил Корвин.

- Ну что же, тогда я их озвучу, а вы скажете так вы думали или нет.

- Как прикажете Советник! - поспешно согласился Корвин.

- Ну, тогда начнём с... конца разыгравшейся трагедии.

Ли перевёл взгляд на свиток и нашёл нужный абзац.

- Маг Ан Де, будучи под воздействием талисмана, тем не менее, смог сохранить свою магию. Это первый факт. Второй это то, что он уже после проведения обряда Отрезания Магии, поразил своей техникой мага Азумы. Причём, как утверждают выжившие свидетели, перед этим маг, в полном соответствии с требованиями безопасности при проведении обряда, поставил на себя высшую защиту. И тем не менее, его защита была пробита. Защита мага, напомню, шестого ранга не может быть пробита магом ниже седьмого. Значит, вывод: маг Ан Де был... минимум седьмого ранга.

На каждое слово Корвин как заведённый кланялся.

- Седьмой ранг после обряда отрезания магии! - обратил Ли внимание всех слушающих на эти слова. - Это значит, что до, он имел минимум... восьмой!.. Далее!

Ли чуть отмотал свиток до другого абзаца.

- Все свидетели утверждают, что перед Завершением, Ан Де чётко и прямо обещал своей Паре, вытащить её из-за Грани.

Ли поднял взгляд на застывших подчинённых.

- Это слышали все. И, честно говорю, на месте этого злосчастного мага Азумы, как-там-его... забыл... Впрочем, не важно... На месте мага Азумы я бы тоже запаниковал. Потому что... О чём это говорит, мастер Корвин?

- О... о том, - заикаясь начал Корвин, - что Ан Де маг-некромант седьмого уровня!

- Вот! - удовлетворённо откинулся Ли. - А так как по другим данным, Ан Де не имеет Печати, вел себя как принц — избил Главного Церемониймейстера Двора... Я бы сказал очень смелый поступок... Особенно со стороны принца... Кстати, какого княжества?

Корвину снова пришлось завершать фразу после Ли.

- Принц Княжества Хатта, Советник. - Больше некому быть.

- А что ещё говорит за то, что он принц Хатта? - поощрил Ли вопросом Корвина.

- Принц изучал язык. Наш язык через архивариуса Чу Ни, до сих пор не пойманного... И применял техники, совершенно не известные никому из магов Великого Ковена.

Тут Корвин осмелел и более бодрым голосом завершил.

- Также за это говорит владение техникой под названием Тень Слова. Эта техника давно стала одним из отличительных черт стиля еретика Скара.

- Прошу прощения, за дерзость, Советник Ли! Не могли бы вы быть так добры пояснить что такое Тень Слова? - поймав паузу в монологе Корвина, спросил сидящий напротив него следователь.

- О... Это просто и...невероятно, Юма! - Охотно подхватил Ли. - Это когда состояние души с помощью «простых слов» изменяется кардинально. Ведь что хотел маг Азумы? Он хотел сломать Печати и вогнать презренных в касту рабов. Но для этого они, как вы сами понимаете, сами должны были принять этот статус. Против Печати. Но...

Ли снова обернулся к Корвину.

- Корвин! Что он им сказал?

Следователь поклонился и процитировал.

«Вместо злата и жемчуга с янтарём

Мы другое богатство себе изберём

Скинь наряды, одень своё тело тряпьём

Но и даже в лохмотьях останься царём!»

- То есть, поясняю для непонятливых, - подхватил Ли, - этим стихом он прямо говорит, что «делает царём» не наряд, а состояние души! И именно за это самое состояние он призвал всех держаться!

- И этого хватило?! - изумился Юма переведя взгляд на Корвина.

- Более чем! И... это неизвестная техника. - ушёл Корвин от ответа на вторую, невысказанную часть вопроса.

- Скар! Точно Скар! Его змеиный язык! - согласился Юма.

Ли просиял.

- Великолепно сделанная работа, Корвин! Выводы, что ты сделал — правильные! И следующий раз, будь аккуратен — записывай их в доклад. Как итог. Вот здесь...

Советник поднял свиток доклада и пальцем показал в конец листа.

- Так и пиши: «Выводы». И после этого слова, кратко что ты понял и какие выводы сделал.

- Дальше о происшествиях на граничных деревнях княжества Герин. Чуть более холодным тоном сказал Ли, откладывая свиток с докладом Корвина и беря другой.

- Первое, в деревне... так... пропускаем... Появился человек, со свитками. Из сокровищницы Карама!... И был бездарно упущен. Вместе со свитками. Этот ОСЁЛ Яо... не догадался послать отдельно арестованных и отдельно конфискованные свитки! А то, что свитки именно из сокровищницы Карама — однозначно! Яо их прочитал. И эксперт Ковена по пересказу содержания подтвердил. Они. Что это значит?!

Тот, к кому обращались подпрыгнул так, как будто сел на иголку.

- Да Советник Ли! Это значит, что выплыл кто-то из окружения Скара! - Бодро и громко выпалил следователь. - Или из сопровождавших Мага Печатей Соя Кирина.

- И как звали этого злодея, который не только обвёл вокруг пальца простофилю Яо, скрыв свою Ки, но ещё убил сопровождающих магов вместе с мечниками и скрылся? - строго спросил Ли.

- Ле Вин, Советник! - бодро ответил следователь.

- И что он предлагал как плату за проживание у этой дурочки... как-её-там?

- Он предлагал научить лечить Болотную Лихорадку!

Присутствующие следователи зашевелились. Только двое — вновь отвечающий и Корвин, – остались напряжённо внимающими слова Ли.

- Что было дальше? - мягко спросил Ли, подбадривая докладчика.

- Дальше, этот неизвестный маг Ле Вин, появился в соседней деревне — Конна. И уже сам начал лечить больных Болотной Лихорадкой. По словам пойманного мага - лекаря Квая, - он активно искал у кого можно научиться магическому лекарскому искусству. И даже набивался к нему в ученики. Ле Вин утверждал, что не смог учиться из-за начавшейся войны.

- Какой уровень, по мнению Квая у этого Ле Вина?

- Однозначно первый Советник! Он не мог скастовать ничего кроме банального светлячка.

- Но болотную лихорадку — лечит! Чего не смог даже наш многоуважаемый Дайки. Лекарь. Восьмой уровень!

- Пойманные утверждают, что лечил он всех горьким напитком. Очень горьким. И магии не применял.

- Вот! - заключил Ли. - Не применял. И кого нам всем это напоминает? - менторским тоном продолжил он.

- Скара, Советник! Но по описаниям, смею заметить, это не Скар. Вин-Светлячок, как его прозвали пейзане, это однозначно не Скар! Слишком молод, и щеголяет в плаще странствующего монаха.

- Но на Ан Де похож... - почти утвердительно сказал Ли.

- Э-а... Требуется проверка, Советник! Одеяния Ан Де и Ле Вина — принципиально разные. Хоть и у обоих не бедные.

- Шу! Запиши. - Бросил Ли. - Проверить. И... Насколько в этом может быть полезен лекарь Квай?

- Прошу прощения, Советник, но палач перестарался... Лекарь Квай неожиданно умер. Он сам себя не лечил!

- Смерть лентяя... - скривился Ли. - Но палачу — отмерь десять ударов палкой. Чтобы был аккуратнее и внимательнее!

- Но!... Не много ли Советник? - аж задохнулся Шу.

- У вас там есть Ырча. Пусть проследит и вылечит после экзекуции. - как бы невзначай бросил Ли.

Хоть и было в этот момент его лицо бесстрастным, но многие понимали: Ли не упустил случая отомстить не в меру ретивому палачу. Ведь тогда... Тогда он реально чуть не умер.

- Но вернёмся к нашему Вину-светлячку... - Ли стремился затушевать инцидент. Слишком уж он обрадовался.

- Надо... Обязательно! Для всех. Первоочередная наша задача, найти этого «Светлячка». Если он не Ан Де, а мне представляется это так, несмотря на многие совпадения, то из него надо выбить способ лечения Болотной Лихорадки. Вы знаете, что в войске Великого Азибмы сейчас повальное поветрие. Отставить в сторону все другие задачи, ради поимки этого Ле Вина-светлячка. Развесить везде его портреты... Описание уже сделали? Слепок образа? Хорошо! И пообещать хорошую... Да! Очень хорошую награду за поимку. Не скупитесь. Всё равно казначей платит, и... всё окупится, если там реальное лечение.

- Но как же Скар и Ан Де?

- Против каждого из них, по отдельности, нужен маг девятой ступени. Или три восьмой. У нас они сейчас есть? - ехидно поинтересовался Ли.

- Нет Советник!

- Вот и будем исходить из этого. Но попыток выведать где они скрываются - не прекращать! Чую я, что все три связаны. И этот принц Хатта, и этот Вин... Все из кружка Скара! Если мы хотя бы одного поймаем, будет нам Скар! Через них выйдем на то, где Скар скрывается.

И тут Ли, как-то внезапно «потух».

- Но... всё равно... Нужна техника лечения Болотной лихорадки! - завершил он ворчливо.

Совещание довольно резко было свёрнуто.

Неожиданно.

Хоть и состоялась раздача заданий для каждого из следователей, но все присутствующие были в недоумении. Ведь многие интересные факты, что они добыли, так и не были рассмотрены. Хотя бы то, что из деревни Шадан Курам исчез травник. Убежал! Он явно что-то знал!

То, что Чу Ни до сих пор очень хорошо скрывается. Возможно в лесах. Что нехарактерно для такого изнеженного зака, каким был архивариус по рассказам.

То, что, возможно сам Ан Де, как и Ле Вин знал способ излечения Лихорадки.

А не может быть так, что именно Ан Де передал Ле Вину этот способ? Или это что-то из новейших изысканий Скара?

Ведь даже в недавно разгромленном княжестве Кай-Де Скар не был обнаружен. А ведь мог быть там!

Мог просто выйти на поле боя и... Но об этом все предпочитали не думать. Так как последствия были бы для войск Царства очень печальные. Ведь даже Великий У с сомнением высказывался насчёт того, что сможет выстоять против него. А он — лучший и... последний у Азимбы!

Впрочем, все несуразности совещания объяснялись просто: Советника Ли не обошла Лихорадка. И если медикус Ырча мог ещё зарядить тело Советника силой, то её всё-равно хватало ненадолго. А Ли увлёкся работой. И резко подступившая слабость напомнила ему о скверной реальности.

Боевая феодалочка

Спал я, как уже и повелось последние дни, забившись в щель между скалами. Щель, надо сказать тут оказалась знатная — если вход был очень узок и можно было его легко завалить (что я и сделал), то за входом располагалась ниша, во-первых сухая, во-вторых довольно просторная, и в-третьих, что самое главное, опять, как и в случае с развалинами Города Древних, вход опять находился в пяти метрах над уровнем земли. Последнее гарантировало что никакой волк или шакал не допрыгнут. А для того, чтобы самому не париться, я смастерил себе небольшую лесенку. Я, даже с грузом, поднимусь, а вот собака или там шакал — вряд-ли.

Ну и ещё один бонус моего схрона обнаружился случайно — если залезть по скале чуть выше, там располагалась открытая площадка с великолепным обзором. Видно было очень далеко и, что ценно, виден был местный тракт по которому в обе стороны двигалось множество народу. Впрочем преобладали беженцы уходящие от грабежей и насилий наступающей армии. Им навстречу шли уж совсем малые группы. Однако иногда проносились группы всадников. И, как я уже навострился их определять - войска королевства, противостоящего захватчикам. На многих из воинов были видны гербы Домов с деталями герба Королевства. Наверное так полагается среди местных, если непременно, в герб должен быть вплетён элемент именно королевства.

Кстати вояки мелькали довольно часто. Потому стоило остановиться и подумать как быть дальше — куда двигаться, с кем и под какой легендой. А то с моим акцентом только во враждебные лагеря лезть. Что-то совсем не хочется быть снова проданным.

И повод был немного задержаться — я тут как раз походя небольшого кабанчика грохнул. Кабан это или нет, но был вкусным. И жирным.

Почему так неопределённо? Эта скотина была больше похожа именно на кабана, да ещё и хрюкала. Разве что не копыта имела, а когтистые ноги, которыми она успешно рыла землю, когда я её обнаружил.

Скотинка была так на центнер. Ясное дело, что реально мяса там не сто килограмм, а гораздо меньше — кости, потроха, пришлось выкинуть, за исключением того, что пошло в суп. Так что у меня появилась тяжёлая задача освоить всё то мясо, что на меня так нежданно свалилось. Что сразу же пришло на ум — пережарить и завялить. Чтобы надолго хватило. А что не удастся — съесть.

«А что не удастся, - мелькнула хохмаческая мыслишка, - понадкусывать».

Задача заготовки мяса сильно облегчалась наличием большого количества соли, что я так удачно добыл. Так что мясцо у меня было не только сушёным, но и солёным. Хорошо прожаренное мясо давало надежду, что всякие там гельминты будут уничтожены. А соль и просушка — что запас будет храниться долго.

Кстати, тут добыл ещё соли -ещё та история. До того, как я нашёл эту прекрасную пещерку.

Пристроился я к одному семейству, что брело по тракту на восток, в сторону не оккупированных областей Герина. Но прошёл я с ним от силы километров пятнадцать.

Как обычно бывает, во время войны расплодилось множество банд. И на одну из них мы и нарвались.

Хмыри были голодные, оборванные, и очень злые. Вооружённые всяким дрекольем. Только один имел нечто типа лука. Я как раз чуть отстал от воза, с которым шло семейство, так что меня эти шакалы вовремя не заметили. И я, кстати, их тоже — мой «охранный периметр» охватывал что-то около пятидесяти ближайших метров. А я отстал как раз на те самые пятьдесят. И банда оказалась за пределами моих «средств обнаружения».

Банда была, как я уже отметил, очень злая. С каким-то лютым, нечеловеческим озверением они кинулись на малюсенькую, по местным меркам, семейку — отец, мать и три дитёнка. Самому старшему было лет двенадцать. Бандитам хватило тех секунд, что я приходил в себя от неожиданности и оценивал обстановку. Раз — и вся семейка уже мёртвая. Даже дети. Какой-то кретин рубанул ещё и тощую конягу. Мясо, что ли, им конское приглянулось? Но уже не выяснишь. Когда они заметили меня, я уже ставил метки.

Так как они убили всё семейство, я тоже убил их всех.

Дальше было долгое и очень тяжёлое дело — погребение убитых. Нет, бандитов я так и оставил валяться на дороге. Но, почему-то чувствовал за собой долг похоронить убитую семью.

Пока копал яму, вымотался изрядно.

Тут ещё и другие пейзане подвалили. Выяснили, что да как, слегка помогли. Потом был обряд погребения, а после...

У них это было как-то само-собой — просто подошли к уже ничейному скарбу, разложили его, поделили. Мне что-то там предлагали, но... Я отказался. Единственное, на чём я настоял — на мешочке соли. Так что соли у меня стало много.

Также из разговоров узнал, что и в самом Герине, куда мы идём, не всё благополучно. Люди голодают по причине большого притока беженцев. Да и война идёт. Как-то сразу у меня всякое желание переться в Герин пропало.

Посмотрел я по сторонам, вспомнил карту.

Тут как раз должны были быть развалины старого города Древних. Поспрашивал, так мне ещё и показали где.

Плюнул я на всё, свернул с дороги и углубился в лес. В сторону кряжа, что не так далеко виднелся. Переночевал в Городе Древних. Но в нём мне очень сильно не понравилось — змеючник! Еда, конечно, но всё-таки лучше я буду держаться подальше от этих гадов. Целее буду.

Прошвырнулся по окрестностям, нашёл ту самую пещерку. И как раз на обратном пути на меня набрёл тот самый «кабан».

Да. Не повезло скотинке.

Выпотрошил, закинул в новое моё место жительства, и смотался за хабаром. И... пришлось мою пещерку снова искать. Оказалось, что она не такая уж и заметная! Вот с этого приключения я и начал называть её «схроном».

Ведь действительно: если кто из злыдней захочет найти меня, искать будут долго. Но что мне уж крайне надо было сделать прямо сейчас, это «освоить» мясо.

Просто сожрать — не судьба. Много слишком. Вот я подумал и решил - что смогу, засушу и засолю. Благо технологию знал. Ну а остальное — съем. Ведь явно не всё успею переработать. Мясо портится.

Вот так я и сидел в своём схроне, глотал дым, сушил и жрал, жрал и сушил мясо. До полного одурения от дыма, который как-то не особо охотно покидал эту большую каменную щель. Может именно по этой причине, что дым умудрялся рассеиваться вокруг, медленно выплывая из моей пещерки, объясняется то, что меня с дороги до сих пор не заметили. Или, возможно, что заметили по еле заметному сизому туману в районе маленького кряжа, но у людей там забот и так хватало. Помимо разных приблудных путешественников, возможно так же как и они сами, спасающихся от нашествия.

С утречка наблюдал, как на юго-восток проскочил большой конный отряд захватчиков. Люди с дороги панически бежали кто куда. Лишь бы не попасть под копыта или мечи этих лихих всадников. Ещё через четыре часа этот же отряд проскакал обратно, уже изрядно потрёпанный. По количеству он уменьшился наполовину. Были видны раненые, которых поддерживали в седле едущие с боков. Часть коней позади отряда вообще была нагружена мёртвыми воинами.

Последнее прибавило уважения — по крайней мере своих они не бросали. Даже мёртвых. Но то, что эти люди явно драпали — это уже вселяло некоторый оптимизм. Видно, что задницу им надрали знатно. И если сунутся очередной раз, то нескоро.

Однако и это никакого желания выходить на тракт мне не добавило.

Я, кстати, почему выперся на ту скальную полку, что была выше моей пещерки... Просто у меня дрова кончились, да и проветриться стоило. А то всё в дыму сидеть — мало кайфу. Вот и вылез посмотреть, что там «в мире» творится. Когда же слез со скалы и отправился на поиски дров тут-то я и «попал».

К дороге мне как-то не хотелось идти. Даже несмотря на то, что она далековато. Так, на всякий случай. Вот и пошёл я вдоль «моей» скалы прямо на север. Близко к своему убежищу я уже давно выбрал все дрова и стоило перейти чуть дальше — на новые территории. Пока петлял между большими валунами, да прыгал через гнилые стволы деревьев, задумался. И чуть не поплатился. Ведь смотрел больше под ноги, чем по сторонам. Да и моя сигналка как-то последнее время не работала. Обленился, блин. Привык, что тут только мелкое зверьё бегает.

Заставил поднять взгляд тихий взвизг.

И первое, что я увидел, так это огромные глазищи девочки в драном наряде. Причём сам наряд был из очень дорогих — не просто крашенная тряпка, как на сельских. Явно девочка не из «простых». Обычное её «типа-сари» было изукрашено не только дырами, но и изумительной красоты узорами. Причём довольно плотно. Такого изобилия узоров я давно не видел. Разве что на Азумовском халатике. Так то когда ещё было!

В следующую секунду я увидел её провожатого и у меня мигом вылетели из головы все мысли о том, что она тут делает.

Рядом с ней стоял парень и как-то странно, заторможенно, натягивал лук. И целью у него была моя персона. Я лишь заметил, что у моего супротивника тоже была изодранная, но такая же очень богатая, как и у девочки, одежда.

И тут я скастовал «светляка».

Нервно скастовал. Со страху. Даже без желания убить, как было с теми уродами-охотниками. Просто как от какой-то осы пытался отмахнуться. Ну оно и получилось как получилось. Диск вспыхнул чуть левее и выше головы стрелка, но не там, куда целил. Увидев, что не попал, я дёрнул его в сторону тетивы лука и резко сжал.

Голубая звезда вспыхнула своим злым светом точнёхонько на уровне верхушки рога. Там, где к нему крепится тетива.

Тетива тренькнула и порвалась.

Парень же... Как стоял, так и остался стоять, тупо разглядывая обрывок тетивы и бесполезную уже стрелу в руках.

«Пьяный он, что-ли?!!» пронеслось у меня в голове.

Но пьяный он или нет, времени раздумывать не было. Я рванулся к нему. Преодолев в четыре длинных прыжка расстояние, нас разделяющее, от души вломил ему с левой руки. Не так, чтобы очень, но хорошо вломил.

Из под моего кулака брызнул горячий пот.

Богатенький лучник, взмахнув руками как подрубленное дерево, рухнул на землю и больше не шевелился. О камни звонко клацнул меч в ножнах, который тот так и не успел достать. Собственно весь мой рывок именно этим и объяснялся: ну очень не хотелось, чтобы лучник его достал. Ведь точно бы этой железякой мне сеппуку сделал. Но я успел раньше. Как тот Кристобаль Хозевич.

Быстро глянул на сопровождаемую. У той явно столбняк от неожиданности ещё не прошёл. Как стояла выпучив глаза и закрыв ладошкой рот, так и продолжает.

Глянул на парня.

Тот что-то подозрительно долго не подаёт признаков жизни. Ну не мог я его так сильно припечатать, чтобы он хотя бы через полминуты, но не поднялся на ноги. Я-то свои кондиции по части мордобоя хорошо знаю.

Парень лежал, широко раскинув руки и ноги, задрав к небесам небритый подбородок и расплескав по окружающим камням свой узорчатый шёлковый кафтан. Кстати, на ногах у него красовались очень добротные такие полусапожки. Примерно такие, как я помню, надевала знать для конных прогулок.

Я осторожно обогнул страдальца выдернул у него из ножен меч и далеко закинул его назад, в заросли. После чего осторожно пощупал у него пульс на шее. Пульс был. Значит клиент скорее жив, чем мёртв. Но липкий пот, заливавший и лицо и шею, пропитавший его одежду, наводил на грустные мысли.

- Я... Я буду драться! - пришла наконец в себя особа в рваном платье.

Я на неё поглядел как на сумасшедшую.

Тем не менее, она даже умудрилась стать в нечто подобное боксёрской стойке. Поверх её нежных кулачков сверкали решимостью красивые тёмно-карие глаза. Позиция — вполоборота, ноги чуть согнуты... Ну и где, интересно, она такому научилась? Ведь вельможностью от неё прёт за версту. А тут боевые искусства? Какая-то нетипичная феодалочка. Или у них там вся семья на всю голову раненая и учит боевым искусствам даже баб?

- Зачем?!! - как можно более тупо спросил я.

- Я буду защищаться!!! - выпалила она, даже не поменяв позы.

- От кого? - также тупо спросил я её и демонстративно огляделся по сторонам, как-бы ища её противника. Потом также демонстративно прислушался.

- Нет тут никого! - как итог всего этого цирка, заключил я. - Даже зверей не слышно.

- Но... - смешалась красавица. А она действительно красавица, отметил я, когда она, наконец, чуть опустила кулачки. - Отойди от брата! Немедленно! Я приказываю!!!

- Так это твой брат... - «догадался» я.

- Что ты ему сделал?!

- По рылу настучал! - буркнул я всё также созерцая недвижное тело. - Чтобы он меня своим дурацким луком не продырявил.

- Отойди от него! - заладила она, изображая из себя грозную госпожу. Но получалось у неё это скверно. Сквозь «грозную» маску нет-нет, но и проглядывала растерянная и смертельно напуганная девочка. Я даже непроизвольно улыбнулся.

Увидев же мою улыбку, она вообще растерялась. Но, что хорошо — страх у неё всё больше и больше уходил, заменяясь тотальным непониманием того, что происходит и как себя вести.

- Меня мучает вопрос, красавица... - сказал я, пристально уставившись на ободранную сестру стрелка. - Вы на всех безоружных, мирных встречных скитальцев нападаете?

Я, кстати, свой затрофеенный давно большой нож оставил в пещере. За ненадобностью. Ведь за дровами пошёл, а не на охоту. Потому реально был совершенно безоружным. Ну, если не считать свою фиолетовую звезду... Да.

Внешность странствующего монаха, которую я поддерживал, на неё явно должна была подействовать. И подействовала. Она сильно смутилась. Причём настолько, что даже мне неудобно стало. Ведь надо же — показать и позой, и мимикой и жестами своё смущение, причём так, что сам себя ещё виноватым начинаешь чувствовать.

- Так всё-таки? С чего вы на меня так набросились? Ведь чуть не убили! - не сдавался я.

- Ну... мы сильно испугались!

- Меня?!! Я тут что, эдакий элитный боец весь в броне с двумя мечами наперевес? - ядовито заметил я, от чего девочка ещё больше смутилась. Я даже не предполагал, после того, что было, можно ещё большее смущение изобразить.

- Нет! - таки выдавила она из себя. И чуть погодя добавила. - Но за нами гнались... Бандиты.

«Точнее, кто-то из регуляров, армии захватчиков, судя по её виду и виду брата», - мысленно поправил я феодалочку. Как я знаю, они специально за вельможами гоняются.

- И то, что вы без охраны, это они виноваты? - не стал я выдавать свои догадки. Уже можно было с большой долей уверенности сказать, кто реально за ними гнался.

- Да. - опустив глаза и крепко сжав ладони в замок перед собой, выговорила она. - И... и брат заболел.

То, что братик у неё болен, и так видно. Хлопнул я ему в челюсть не настолько сильно, чтобы валяться так долго. Да и пот... В лесу сейчас хоть и жарко, но не настолько, чтобы быть мокрым, как мыша после заплыва.

- И давно твой брат так болен, красавица? - прервал я её душевные метания.

- Но... ты....

- Так сколько дней его так валяет? - прервал я её, добавил я металла в голос возвращаясь к заданному вопросу.

То, что я видел, было слишком похоже на ту самую... Что это не дизентерия или что-то близкое, было видно сразу. Оставалось лишь удостовериться.

К тому же, оставшись один на один со всем миром, она инстинктивно принялась искать защитника. И то, что я по виду был как-бы внекастовый тут никакой роли не играло. Ей жуть как хотелось спрятаться за чью-то широкую спину, да и братика туда же утащить. Чтобы этот самый обладатель широкой спины, защитил и её саму, и валяющегося в отрубе братца, от ужасов текущей войны. Потому и такая реакция.

Если бы всё происходило в мирной обстановке, наверняка она в мою сторону даже и не взглянула. А тут — прям напрашивается, чтобы я её взял под защиту. Весь тон прям таки вопиёт: «защити нас!».

- Три дня назад у него был приступ, - дрожащим голосом наконец выдала девочка.

- А до этого у него не было приступов? - уточнил я.

Та отрицательно замотала головой.

- В таком случае вам повезло. Я знаю, как эту дрянь лечить.

- И... ты вылечишь? - не веря своим ушам, спросила красавица.

- Конечно! - фыркнул я.

Она недоверчиво посмотрела на меня.

- Ладно! Хватит болтовни. Будем считать попытку меня укокошить, со стороны твоего брата, как недоразумение. Сейчас я возьму его и идём в мою скромную пещерку. Поклажа какая-нибудь есть?

- Есть! - поспешно заявила она и тут же полезла в ближний куст.

На свет появилась небольшая котомка. Солдатского вида. Возможно, даже забрали с убитого.

Я перевёл взгляд с девочки, и глянул на всё ещё не подающего признаков жизни братца. Осмотрел его более придирчиво. Каких-либо серьёзных ранений не нашёл.

«Может его беспамятство благополучно перешло в сон?» - подумал я. Но стоило мне к нему прикоснуться, как он вздрогнул и попытался подняться. Взгляд был блуждающим, бессмысленным. Он нелепо взмахнул руками и снова повалился навзничь.

- Не дёргайся, тело! Мы тебя спасаем, - буркнул я пытаясь как-то подлезть под него и приподнять, чтобы взвалить его на загривок. Иначе эту тушу тащить до пещерки будет затруднительно.

Но когда я таки исхитрился его взвалить на себя, то понял, что не учёл. А не учёл я того, что этот индивид явно под одеждой носил ещё и кольчугу. С чем-то ещё не менее железным и тяжёлым. О последнем говорил не только вес, но и характерный звяк.

В результате у меня на загривке оказался вес как бы не килограмм девяносто-сто. Хорошо, что братец то ли не стал выпендриваться, то ли снова потерял сознание, но каких-то рукомашеств и прочих хулиганств я с его стороны больше не имел.

- Иди за мной, — процедил я сквозь зубы сестре еле держась на ногах под тяжестью её братца.

Особенности излечения голода

К пещерке я притащился на последнем дыхании. Ох и тяжёлый же лось этот братец! Приложив максимум осторожности, я свалил эту тушу с себя, прислонил к скале рядом со входом и плюхнулся тут же. Ноги просто уже не держали.

- Заходи! - указал я девочке на узенький вход надомной. - Гостьей будешь!

- Только после вас! - спохватилась она.

- А то, как-то невежливо... - добавила она.

Вообще доверчивость у неё была запредельная. Ну да ладно! Главное, что проблем не доставляет. А то, что я решил помочь этим пропащим... Это уже моя беда.

- А я сейчас... - слабо махнул я рукой, - передохну. А после этого твоего железнобокого братца затащу. Чтобы никто не украл.

Последнее добавил в шутку, но сестричка серьёзно обеспокоилась за братца.

- А что, могут?!!

- Я пошутил, - пришлось отмахиваться мне. - Тут до дороги далеко. Места дикие, труднопроходимые. И никто не шляется. Кроме меня.

- А... что ты здесь делаешь? - немедленно спросила она.

- Живу, - буркнул я и встал на колени перед её братцем. Предстояла эпопея по затаскиванию сначала наверх, а потом внутрь через узкий проход. Учитывая что вход в мою пещерку реально узкий, - ещё то мероприятие.

- Здесь?!! Живёшь здесь?!! - недоверчиво пискнула феодалочка, обозревая окрестности.

- А чоа? - стал я в позу. - Мы, странствующие монахи, такие! Заберёмся в самую глухомань, и сидим!

Та лишь глаза вытаращила.

Да! Чую, будет с этой чистой душой мне цирк на ближайшую неделю. Ведь раньше вылечить малярию хрен получится. А вот когда братец на ноги поднимется, вот тогда и стребую с них «виру». Надо, правда, выяснить кто они такие и куда идут. А то ещё снова «попаду» как тогда... «нарвался».

Отцепил от пояса моток верёвки, и, глянув на сестричку «тела», принялся пояснять.

- Видишь то бревно? Сама ты по нему и по скальным полочкам без труда заберёшься наверх. А вот я, да с твоим братом — с трудом. Поэтому, я сейчас обвяжу его вокруг туловища верёвкой и подам тебе конец. Пока я буду подниматься, ты его за эту верёвку придержишь, чтобы я не уронил.

Та непонимающе на меня уставилась.

- Ну живу я там! - ещё раз пояснил я. - А тут разные хищники шляются. Тебе оно надо посреди ночи от них отбиваться?

На последние мои слова в глазах девочки зажглась немаленькая такая озабоченность. Она посмотрела наверх, потом на меня растерянно.

- Давай! Двигай наверх, - подбодрил я её и обратился к снова пришедшему в себя братцу.

- Слышал, что предстоит?

Тот кивнул.

- Тогда помогай.

Из верёвки я сделал нечто сидухи-подвеса для транспортировки пострадавшего. Как когда-то нас, ещё зеленючих новичков, учили на слёте «выживальщиков». Висела вся эта конструкция, вместе с болезным, у меня на плечах. Сам же он во время транспортировки, находился у меня за спиной. Всё, что от него требовалось, так это держаться за меня, как силы позволяют. На сестричку возлагалась задача лишь придержать нас. В меру её сил. Чисто для равновесия.

Процесс затаскивания наверх, несмотря на мои же опасения, прошёл без эксцессов. Взлетел я по скале, с грузом за плечами, как будто только этим всю жизнь занимался.

Сестричка же сжимала страховочную верёвку и тянула до посинения пальцев. Видно братца очень любит, раз так расстаралась.

Протащить болезного через узкий проход получилось с большим трудом. Мне пришлось упираться в стены щели плечами, чтобы хоть чуть-чуть, но продвинуть его вперёд. Но, все мучения наши закончились, и как только я втянул-таки тело братца внутрь пещеры, за ним на четвереньках быстро юркнула и сестричка.

- Ой как тут просторно! - оглядевшись вокруг, воскликнула она. - А так сразу и не скажешь, что за щелью жить можно.

- И живу, как видишь. - возгордившись собой заявил я. Но заметил, что сама сестричка держится на ногах еле-еле. Усилием воли.

- А во время дождя сюда вода не затекает? - спросила она, осторожно присаживаясь на подстилку из сухой травы возле стенки.

- Вон, по той дальней стене текло, когда здесь позавчера был дождь. Но вода куда-то уходила. Так что здесь всегда сухо. Хоть и несколько мрачновато. Свету тут только от костра, и со стороны входа... Кстати вот...

Я полез за порцией мяса, что приготовил себе утром.

- Бери, ешь, - протянул ей небольшой кусочек. - А в том сосуде — вода. Чистая. Для питья.

- А...

Сестричка, прежде чем начать есть, бросила взгляд на снова ушедшего в беспамятство братца.

- Мы ему бульон сделаем. А как очнётся — напоим. Как только лекарство примет.

К тому времени я переработал уже всю «свинью». Так что то, что оставалось — лишь на варку и жарку непосредственно. Слегка уже прижаренное, чтобы дальше не портилось.

Сестричка сначала недоверчиво посмотрела на брата, потом какой-то странный взгляд кинула на меня, и...

Ни разу ещё не видел, как едят реально сильно оголодавшие люди. А судя по девочке-феодалочке они последний раз ели очень давно. Я еле успел у неё из рук вырвать то, что она ещё не успела проглотить.

- Хватит! - резко осадил я её.

Она со страха и неожиданности влипла спиной в стену и, не понимая, что творится, уставилась на меня круглыми глазами.

- Ты бы сказала, что давно не ела! - уже спокойно начал объяснять я. - Если после голода сразу много съесть — можно умереть. Да и после того, что ты уже проглотила, почти не жуя, - тебе плохо станет.

В ответ она жалобно посмотрела на меня, потом на мясо в моих руках. Ей очень сильно хотелось попросить его, но мешали гордость, и оставшийся от неожиданного поворота дела страх.

Я тяжко вздохнул и потянулся за котелком. Влил в него воды из большого кувшина и повесил над очагом.

- Сейчас я тебе и братцу бульон сварю. Пойми! Голод, это как болезнь. После него надо очень осторожно отпаивать и откармливать голодавшего. Иначе умрёт.

Феодалочка, почуяв в моих речах непреклонность намерений чуть не расплакалась. Но вняв-таки моим речам, обняла руками коленки и принялась стоически ждать.

Я не торопясь порезал мелкими кусочками мясо и кинул в котелок. Распалил из угольков огонь и, отодвинувшись подальше от очага, принялся ждать, когда закипит.

- О! Кстати! Мы не представились! Я даже не знаю как к тебе обращаться. Наше знакомство было... Бурным! - хихикнул я.

- А-а? - оторвалась феодалочка от гипнотизирования котелка с мясом. - Ой! И правда!

И снова смутилась.

- Ну так как? - подбодрил я её улыбкой. К тому же, внезапно сам сообразил, что надо бы как-то представляться. И если в тех деревнях меня знали под конкретными именами, то не стоит ли тут, этим прохожим представиться как-то по-иному? На всякий случай. Да, может оказаться глупостью, но после того, что со мной случилось, поневоле будешь «дуть на холодную воду». Так что пока лихорадочно обдумывал сии обстоятельства, я нагло перекинул право первой представляться своей гостье. И гостю. Сестричка наверняка его представит.

Личико девочки вдруг стало серьёзным и каким-то официальным. Она быстро поднялась на ноги, благо потолок тут был достаточно высоко, и выпрямилась. Я почувствовав, что тут надо бы и мне самому тоже встать, также поднялся на ноги, изобразил из себя денди на приёме у королевы и даже бровь вопросительно поднял.

- Мира Кай! Пятая принцесса Королевства Железной короны, дочь Отто Кая, князя Кай, властелина княжества Кай...

«Оба-на! А ведь это княжество совсем недавно подверглось нападению войск Азимбы! - подумал я. - Когда этот воитель завоевал княжество Карама, их Княжество Кай, оказалось отрезанным от Герина и всего Королевства Железной Короны. Выходит, и там этому хмырю сопутствовала удача. Таки победил. И эти бедные детки теперь бегут в Герин. Точнее прорываются в Герин»

Собственно дальнейшая речь новоявленной принцессы мои мысли только подтвердила.

- И... Мой Брат, Има Кай, пятый принц королевства Железной Короны и наследник Отто Кая.

И в завершении своей речи, она так ненавязчиво, пальчиком правой руки, прикоснулась к шее. Типа: «Смотри, у меня нет печати!».

Вообще тут, оказывается, всё очень запутано по части наследования и прочих обстоятельств. Не как у нас. Надо бы поинтересоваться после.

- Очень приятно, принцесса Мира. Могу ли я вас так величать?

- Но так могут меня величать только люди, равные мне по статусу! - гордо заявила феодалочка, явно не вовремя вспомнив про снобизм. Её носик стремительно стал задираться.

- Ну, с этим нет проблем! - лукаво улыбнулся я, и распустив завязки на воротнике своего балахона, показал и свою шею.

Мира вежливо удивилась. Именно так. Обозначила на лице эдакое царственное удивление и вопрос.

И да: мне надо же ещё как-то представиться! По имени!

- По некоторым обстоятельствам, я временно отказался от своего имени. Так что.... Зови меня «Светлячок»! - брякнул я первое пришедшее на ум. Прямо по тому, как назвал мою «недомагию» зак-архивариус.

- «Светлячок»?!! - подпрыгнула девочка.

Реально подпрыгнула. Я даже испугался, что она макушкой в потолок воткнётся. Ан нет! Таки не достала.

- А что не так?

- Там... Там на всех перекрёстках развешаны объявления. Если ты тот самый Светлячок, то тебя ищут!!!

- И вас, кстати, тоже. - Напомнил я неприятный для неё факт.

******

Да, лечить пришлось обоих.

И самого Иму, и его сестричку. Девочке реально стало плохо от того, что она проглотила почти не жуя. Резь в желудке её мучила долго. Но так как я кое-что уже знал из трав — ещё в Шадан Курам у травника научился — сделал и сестричке снадобье.

Для братца же — пошёл тот самый порошок, что я не так давно в деревне заготовил. Той самой, которую снесли сражающиеся и из которой пришлось так резво удирать. Так и скормил братцу — сначала хину, а потом залил ему в глотку бульон. Скормил с рук парочку мелких кусочков мяса — специально резал как можно мельче. Тот, как и сестричка, проглотил их не жуя. Слаб он был просто кошмарно.

За всем процессом кормления Мира наблюдала с некоторым страхом.

Я подумал, что она опасается за брата — типа я его сейчас травлю. Тогда я демонстративно сожрал порцию хины сам, запил и заел, а после ещё и ей предложил. Попытку отказаться от лекарства пресёк. Не хватало, чтобы и она тут у меня свалилась. Начавшееся истощение от голода плюс малярия — боюсь такое сочетание может выдержать только организм братца. Но сестрица точно отправится к праотцам.

Да и из других соображений: если в этой провинции болезнь так свирепствует, то надо бы чисто для профилактики всем попить.

- Пей! Если ты сейчас не болеешь, это не значит, что болезнь не проникла в тебя и скоро не свалит тебя. Комары нас всех кусают.

- А причём тут комары? - не поняла Мира.

- Они переносят болезнь от одного человека к другому.

- Э-э?!!

- Вы этого не знали? - делаю я круглые глаза.

Да, средние века и сейчас сии дети века никак не знают таких «тонкостей» как причины инфекционных заболеваний. А о переносчиках — тем более.

- Ой... Великий Нин говорил... - проговорилась Мира.

Вот это новость! Оказывается, всё-таки знают!

- О комарах? Что они переносят болезнь?

- Угу.

Да уж! Натурально «Великий Нин»! И завоеватель, и просветитель в одном флаконе.

- Так ведь Он говорил! И если это лекарство убивает в тебе болезнь, то пей! Великий Нин завещал! - тут же наседаю я на Миру.

- А он не говорил как её лечить! - тут же нашла она отмазку.

- А я знаю! Видела? И я тоже пью. Чтобы не заболеть.

- Так её что, всегда надо пить, чтобы не заболеть? - погрустнела принцесса.

- Нет. Не всегда. Но пока твой братец выздоравливает — мы будем пить. И ты, и я. Вместе с ним.

Мира нерешительно взяла ложку с лекарством. Понюхала его. Но взглянув на меня, приготовившего ей миску с бульоном, она решительно тяпнула дозу и...

Выпучив глаза она, выронив ложку, сначала схватилась за свой красивый ротик, возмущённо замычала и чуть не выплюнула всё обратно.

- Глотай! - сказал я резко, но видно она уже проглотила большую часть лекарства, так как начала мотать головой и размахивать руками.

- Запей!

Да, бульон в закуску для этого лекарства — издевательство над бульоном. Он получился вкусный. Но княжеская дочка всё-таки начала его глотать. И по мере того, как зверская горечь уходила изо рта, её лицо разглаживалось, и она наконец, сообразила, что пьёт. Я аж испугался что она снова заполучит резь в желудке. Благо там мяса было на донышке, совсем чуть-чуть.

- Будем так все вместе потреблять лекарство. Три раза в день — утром, в полдень и вечером.

Лицо принцесски стало немедленно капризным.

- Сейчас от того, заболеешь ты или нет, зависит твоя жизнь. Ты видела, какой слабый стал твой брат, как только заболел. И ты помнишь, что он очень сильный. Был. До болезни.

Мира с жалостью посмотрела на брата, сидевшего возле стены и молча слушавшего нашу перепалку. Тот поднял на меня взор и спросил.

- А оно реально лечит? - еле выговорил он. Скептик, однако!

- Я много людей уже вылечил этим лекарством. Скоро ты сам почувствуешь облегчение.

Има посмотрел на меня бесконечно усталым взором. Но не найдя что ответить, просто кивнул.

Вот так и прижились у меня эти двое беглецов.

Утро начиналось с тихого скулежа Миры, готовившейся морально к приёму лекарства. А принимала она его под бдительными взорами обоих представителей мужского населения нашей пещерки. После, распорядок был более-менее обыденным. Правда поначалу, пришлось серьёзно приглядывать за Мирой, чтобы она, не выдержав, не стянула что-то съестное.

Братец - тот просто валялся, изредка вставая со своего травяного ложа. А вот эта особа — такое впечатление, что спокойно она сидеть вообще не умеет. Всё её тянуло сунуть свой носик во всё, что увидит. Еле успел убрать подальше сумку с теми самыми свитками, чтобы она их не увидела. А то — палево. Один раз уже вляпался из-за них.

По мере возможности расспрашивал принцессу об окружающем мире. Об устройстве государств. О магии. Словом, обо всём, что только было возможно. И отмазка у меня была железная: «я иностранец и здешних порядков не знаю». А так как «из-за моря», то вообще до всего мне есть дело. Иногда и братец что-то рассказывал. Но что я заметил, то, что случилось с ними, судьба княжества Кай-Де(оно так по-полному именовалось), для них было табу. Видно слишком болезненные воспоминания. Охотно верю! Особенно после тех магов, убивших походя, ни за что, по простой прихоти, совершенно не знакомых им, и совершенно неповинных людей.

Поначалу, я старался её вообще одну и без присмотра не оставлять. Их надо было раскармливать постепенно, а какими она голодными глазами смотрела на мои припасы, я это очень хорошо заметил. Не было никакой гарантии, что она, не ослушавшись меня, не полезет за мясом и не сдержавшись наестся до отвала. С летальным исходом. Братик производил впечатление серьёзного человека. Тем более, что заметил, как я раз за разом увеличиваю их «пайку». Так что когда мне понадобилось сходить за водой я, как бы невзначай, предложил Мире прогуляться к ручью.

Ходок, как оказалось, из княжеской дочки аховый. Ещё не оправилась, потому еле шла. И как она мне тогда помогла затащить братца к пещере, не представляю — наверное все оставшиеся силы, собрала да выложилась. Но так или иначе, упорная особа. Хоть и медленно, но шла, перелезая через препятствия в виде стволов деревьев или просто завалов из валунов. Идти надо было хоть и метров триста, но поход за водой вылился в целую эпопею. Так что я не стал как горный козёл скакать по препятствиям, а просто уравнял свою скорость передвижения и её. А чтобы она не замечала трудностей, отвлёк разговором.

А о чём я мог у неё спрашивать?

Да всё о том же — о мире, в который попал. О людях, обычаях.

Как-то случайно, обмолвился о тех магах-убийцах, что на поле убили крестьян. Ну никак это происшествие не шло у меня из головы. Упомянул, как бы между прочим, что «у нас так не принято — убивать кого-либо, без серьёзной причины и без суда».

У Миры личико тут же стало печальным.

- У нас тоже не принято. Но эти не следуют Заветам Нина. Не ценят жизни. Там, в Царстве Утренней Зари, вообще народ дикий. У них даже печать раба есть.

- Даже печать раба? - удивился я. Ведь, если мне память не изменяет, нас СДЕЛАЛИ рабами. Так и что же тогда даёт отсутствие печати раба?

- Великий Нин завещал, никого не делать рабами. И ввёл систему Печатей, чтобы навсегда избавить наш народ от этого позора. И мы стали сильными без этой печати. Но в Царстве Утренней Зари, там живёт злой император. Он... Он даже своих сановников делает рабами. Не навсегда, но...

- Ага. Видел. В деревне Шадан Курам содержат в рабстве вельмож из дворца Карама.

- Какой ужас! - воскликнула Мира, остановившись и схватившись ладошками за лицо.

- Я там был, но мало чем смог им помочь.

- А! - подпрыгнула Мира. - Так ты и им дал свою Магию Слова?

- В смысле? - не понял я.

- Ты им сказал стих?

- Да. И им тоже. Перед тем как уйти. Напомнил в стихах, кто они есть и кем должны остаться.

Кстати, я тут увлёкся слегка переводами. Тем более что знал основные принципы стихосложения, и кажется, у меня получалось неплохо. Этим я тоже вчерась заправил четверостишие, чтобы поднять настроение. Впечатление было — все эстрадные дивы нервно курят в углу. Какое-то у местных особое восприятие стихов.

- Значит помог! - уверенно заявила Мира.

- Да? - скептически брякнул я, но тут же пожалел.

- Я слышала! - Вдруг с каким-то нездоровым возбуждением начала говорить феодалочка, даже остановилась и присела устало на ближайший камень. Видно для неё - либо идти, либо вот так, с жаром, говорить. - Я слышала, что их маги научились ломать Печати Нина, и могут их сменить на свои. Заменить даже печать Великих на печать раба!

- Хм! - нахмурился я. - Выходит, я им всю работу по перемене печати поломал!

- О-о! Да! Точно! Ты Великий Герой Вин-Светлячок! - снова подпрыгнула принцесска. - И ты станешь великим правителем! Я знаю! Тот стих - из Великого Волшебства! И я уверена, ты им тоже сказал что-то такое!

- Хотелось бы верить... - скептически заметил я, припоминая что им тогда сказанул.

- Ты зря так говоришь, принц Ле! - с жаром стала настаивать Мира. - Как говорил Великий Нин: «ложная скромность — это порок»! Ты станешь! Я верю! Как стал Великий Нин!

Что-то она часто стала упоминать этого Великого Нина. Меня уже аж любопытство раздирает узнать поподробнее, что это был за чел. Жаль, что Мира не настолько хорошо знает историю, как мне того хотелось. Как ни начну расспрашивать об этом Нине, так только и остаётся выслушивать бесконечные славословия. Но полезной инфы — чуть. Прям как сейчас: что ни слово, так с Большой Буквы. И как она ещё находит сил подпрыгивать, если до сих пор её гнёт истощение. Вот это темперамент!

- Честно говоря, не очень-то и хотелось, - не менее скептически ответил я. На что немедленно получил не менее жаркую тираду.

- Лучшим правителем становится тот, кто не стремится к власти, а делает Дело.

При этом личико Миры прям светилось убеждённостью в том, что она сказала.

- Опять цитата из Великого Нина? - решил я схохмить, но получил в ответ жаркие заверения, что так и есть.

Вот же ж блин! Прям какой-то Сталин местного разлива, а не пройдоха-маг. Впрочем, я могу и ошибаться. Пройдоха, но очень уж умён, чертяка.

- Ты и магом будешь великим! Я знаю!

- С чего бы?!!

Тут уж она меня с толку сбила.

- Ты владеешь Словом. Как Великий Нин и как его ученик Скар.

- Но только это Слово не может возвращать тех, кого потерял... - вдруг кольнуло меня воспоминание и вернувшаяся боль.

На лице Миры плавно проявляется сначала печаль, а потом испуг. Она поднимается со своего камешка, подходит ко мне и печально смотрит в глаза.

- Ты потерял? - тихо спрашивает она.

Киваю и отвожу взгляд.

- Отпусти её. Не надо становиться некромантом! Они — Ужас и Тьма!

Мира несмело пытается меня погладить по руке.

- Ты ведь Светлый! Как Нин! Не надо брать в себя Тьму! - с жаром начинает она меня убеждать.

- Я стараюсь. Делаю добро, но меня предают. - печально усмехаюсь я. - Но всё равно продолжаю делать добро. Наверное, я дурак?

- Не говори так! - обиделась Мира и сама опустила глаза. Видно, что-то вспомнила.

- Мы... У нас в княжестве, завелись некроманты. Много людей извели, прежде чем мы их нашли. Там барон у них был... Главный по Ковену... Тоже хотел кого-то вернуть... Но для того, чтобы кого-нибудь вернуть из-за Грани по их канонам, надо убить очень много людей и забрать у них Силу Жизни. И он убивал. А после, наверное отчаялся, возжелал власти и начал плодить нежить. Големов Смерти. Вот тогда его нашли. Сожгли всех.

- Какие у вас страсти творятся! - неподдельно удивился я.

- Но ты не будешь убивать людей? Ради Тени...

- Ради Тени — нет. Но если кто-то будет угрожать мне или моим друзьям — как получится. Я мирный человек, если не загонять меня в безвыходное положение.

- Ты точно как Великий Нин! - тихо заключила Мира. - Останься Светлым! Пожа-алуйста!

- Останусь. - Твёрдо заверил я. И посмотрел ей в глаза.

Она просияла. И снова подпрыгнула.

Ну и как такому каваю противостоять?

Да, обещал, но то, что есть некроманты, которые, якобы, знают как возвращать к жизни мёртвых, я всё-таки запомнил.

Перво-наперво, что я подумал: энергия, она... и в этом мире именно что энергия. Не должно быть различий между «живой» и «мёртвой». Так что не делают ли те некроманты знаменитой ошибки убивая людей и добывая их «живую Силу»? Или имеется в виду что-то особенное?

Если нет, то... Есть, как говорится, варианты.

Ведь осваивать энергию я уже начал. Ту самую, что разлита в природе.

Не бойся злых и подлых...

Не бойся врагов — в худшем случае они могут тебя убить.

Не бойся друзей — в худшем случае они могут тебя предать.

Бойся равнодушных — они не убивают и не предают, но с их молчаливого согласия существует на земле предательство и ложь.

Бруно Ясенский «Заговор равнодушных»

Има Кай пошёл на поправку. Очень хорошо пошёл. То валялся после приступа, что даже руками с трудом шевелил, а теперь даже гулять вздумал по окрестностям. Я несколько с сомнением на него поглядел, но раз уж так человеку приспичило, пусть гуляет с пользой. И нагрузил его кувшинчиками — пусть за водой пару раз сходит.

Ему это даже понравилось. Сестричка же, оправившаяся от вынужденной голодовки, похоже стала прыгать уже непрерывно. Единственно, что я попросил их не делать, так это ходить к дороге. А так — они ещё каких-то ягод принесли. Говорят, съедобные и вкусные. Я к ним отнёсся с опаской, но после, увидев, что с Имой и Мирой ничего не случилось после их поедания, сам тоже принялся лопать. Даже компотик сварганил.

Когда же болезнь отступила, Има почувствовал в себе достаточно сил, чтобы продолжить путешествие к замку Трорин. Сопровождалось это серьёзными колебаниями и перманентным депресняком у братика.

Последнее у него не проходило.

Я думал, что это от болезни, оказалось же он всё никак не может отойти от бойни в своём княжестве. Впрочем... я, вон, после того, как Лиа погибла и то, до сих пор отойти не могу. А у парня ведь вся родня, поди, погибла. Кроме вот этой легкомысленной особы, что сейчас вокруг нас прыгает. Хотя и её иногда накрывает. Если вспоминает. Или если напомнить вольно или невольно. Скулить будет долго.

Одно хорошо — решимость дойти таки, до Замка Трорин у них была серьёзная.

Но вот одежда у них... Я как представил что с ними будет под конец пути, так меня смех разобрал. А после стало не смешно. Ведь реально: уже сейчас их одежда выглядела изрядно жалко. А идти им в ней же — это на всю округу кричать: «Смотрите! Вот мы, князья Кай-де! Ловите нас и получайте Большие Деньги!».

Колебался я не долго. И однажды подкатил к ним с предложением. Но...

Вот объяснять что к чему пришлось долго.

Сначала не понимали, потом возмутились, потом опять в депресняк впали. На пару. Оба.

Но раз я взялся их спасать, то пришлось долбить их дальше. А что? Я на них сколько всего потратил? Кстати того вяленого кабанчика они мне уполовинили. Я, конечно, старался таскать из лесу свежатинку, но... Всё равно ведь, потратился. И сил на них убил и времени.

Больше всего напирал на то, что им достаточно в таком виде пройти через оккупированные территории, территории, где ведутся боевые действия. А когда достигнут замка своих родственников, можно и свои драные наряды напялить.

Но всё то же предубеждение, насчёт одежды и шляпки довлело. И выбешивало.

Потом плюнул... и снова вспомнил Хайяма. Как тогда с Чуней. Прикололся, стал в позу и продекламировал:

-Вместо злата и жемчуга с янтарём

Мы другое богатство себе изберём

Скинь наряды, одень своё тело тряпьём

Но и даже в лохмотьях останься царём!

Лица обоих вытянулись.

Потом они переглянулись.

- Это какая-то философия? - осторожно спросил братик.

- Да. Та, которой не подвластны время и Печати.

- Так это... неужели и ты тоже?!! Как Скар?!!

- Угу. Тоже по лесам скрываюсь. И ума набираюсь.

И многозначительно улыбнулся.

- Ты прямо как легендарный Нин! - почти с придыханием, уже «традиционно», заметила Мира. - скрываешься от всех, собираешь знания, и пишешь стихи. Да такие, что...

Она аж зажмурилась. Видно вспомнила что-то очень приятное. Стишок? Скорее да, чем нет. Ты гляди, какая романтическая натура!

- А ведь и действительно! - Повеселел Има. - Великий Нин тоже долго бродил по странам в облике монаха. Собирал знания, собирал Магию. А потом, когда у него было множество последователей, пришёл и завоевал. Никто не смог с ним сравниться. До сих пор! И мы все его потомки!

- Хадан! - мрачно сказала сестричка загадочное слово, но братец на неё так посмотрел, что она тут же покраснела. Как будто сказала что-то очень неприличное.

Я не стал уточнять, но слово запомнил.

- И вот поэтому я и говорю, что вам необходимо переодеться в крестьян. Временно. Ведь Великий Нин был в одежде монаха, когда вышел из лесов. - Чуя, что таки подействовал мой заход стал я давить дальше.

Последнее я вставил вспомнив то, что когда-то слышал от крестьян в виде эпоса. Там этот факт почему-то очень часто повторялся:«Вышел из лесов в одежде монаха».

- Вам же всего-то надо пройти по лесу в одежде крестьян. И выйти из него у замка Трорин уже в одежде князей. Ведь никто вам не помешает переодеться перед тем как выходить. И свою нынешнюю одежду сохраните от окончательного уничтожения на разных колючках и прочих препятствиях.

Мира и Има переглянулись снова.

- А ведь действительно... - смутившись выговорил Има. - Мы не подумали о том, что надо сохранить свою одежду для Замка Трорин...

- Тогда другой вопрос: у вас есть деньги? Ведь крестьяне задарма ничего не дадут. А грабить — сами понимаете, нехорошо. Впрочем, если нет, придётся предложить им сушёное мясо, но я не знаю, каковы сейчас цены и на сколько моих запасов хватит, чтобы что-то из одежды купить.

Има молча полез за пазуху.

Мой выход на тракт был запоминающимся.

Когда крестьяне увидели некую мрачную фигуру в балахоне, выходящую на дорогу из придорожных кустов, они изрядно струхнули. Видно уже наслышаны были насчёт бандитов, что тут орудуют. Но я их быстро успокоил. А когда объяснил за чем вышел, то и энтузиазм проявили. Кстати семейство было очень обширным. Человек двадцать. И как бы не всех возрастов. Я и подумал, что если такое семейство, то наверняка на нашу парочку чего-то насобирается.

- На мальчика и парня? Его старшего брата? - уточняет крестьянка, которой отец семейства поручил переговоры на этот счёт.

- Да. У них полностью изорвалось всё, когда они удирали от бандитов через колючие кусты, - с готовностью вру я. - Все колючками изранены, но раны зажили, а вот одежда... Совсем в лоскуты!

Отец семейства поцокал языком.

- Старший брат какого роста?

- Вот! - показываю примерный рост Имы. - И плечи у него вот такой ширины.

- О! Сильный парень! - оценил габариты пейзанин.

- Да, сильный! - киваю я. - Очень сильный. Сын кузнеца! Да вот против банды...

Хозяин снова цокает.

- А мальчик какого роста?

Я показываю рост где-то метр сорок - метр пятьдесят.

- И плечи такие.

Да уж, если девочка, то ясное дело её не приучали махать железом с утра до ночи, как братца. Субтильная.

- Совсем худенький братик!

- Нич-чо! Ещё успеет вырасти и стать как старший. - «со знанием дела» заявляю я.

Вот так мы и обсуждали что к чему.

Вскоре, за весьма скромную плату я стал обладателем двух комплектов одежды. Действительно - собирали со всего семейства. С учётом габаритов.

Тепло распрощались. Я пожелал им хорошего пути и, как уже водится, благословил. На что те ещё больше благодарностями разразились. Правда те благодарности были прерваны изрядно резко и неприятно — мимо, из княжества Герин, проскакал очередной отряд тяжёлой кавалерии.

То ли разведка боем, то ли ещё что. Они тут часто мотаются...

Вот так одна проблема благополучно решилась. Теперь эти двое хотя бы в нормальной одежде и не «светясь» дойдут до места назначения. Оставалась вторая проблема — депрессняки.

Придя «домой», я кинул обновку своим друзьям, а сам присел в дальней части пещерки и взялся за мел. Добыл не так давно, шляясь по окрестностям. Была у меня идея. И если я уже засветился как Мастер Слова, то почему бы мне не перевести что-то «эдакое»?

Для «эдакого» подходил очень сильно один стих. Как раз под мрачные настроения братца Миры. Он хоть и прогрессивно выздоравливал, но мрачность хари сохранял. Боюсь, как бы те невзгоды его не сломали. Надо бы им «заправить» что-то такое, чтобы оно всегда было с ними. По-началу, как костыль, а после... Если Слово на них так действует. Но тот стих ещё предстояло перевести на местный.

Да и поэкспериментирую заодно. Всё равно делать нечего.

И вот, пока мои болезные рассматривали «обновки», я принялся за дело.

Писал, сначала, варианты на одну стену, и когда добивался наибольшего соответствия между формой и содержанием, переносил на другую — противоположную. Как-бы начисто. А вариант стирал влажной тряпкой, чтобы на освободившемся месте строить следующее четверостишие.

Сначала Мира с братцем не обратили внимания чем я занят, а как обратили, так тут же бросили всё и подобрались поближе.

Заметив это, я тут же занял Миру нужным делом.

- Я ещё не так хорошо знаю ваш язык, так что помогай. Если заметишь, что что-то неправильно написано — поправляй.

Та немедленно включилась в работу. А через некоторое время и брат тоже начал осторожно указывать где я какую букву или падеж неправильно написал.

Через час я таки добрался до конца и отошёл, чтобы окинуть весь стих взором. То же сделали и мои пациенты.

Длина стиха получилась в рост человека.

Но я и этим не удовлетворился. А ещё взял, да продекламировал. Каждую стоку. С выражением.

Владей собой среди толпы смятенной,

Тебя клянущей за смятенье всех,

Верь сам в себя наперекор вселенной,

И маловерным отпусти их грех;

Пусть час не пробил, жди, не уставая,

Пусть лгут лжецы, не снисходи до них;

Умей прощать и не кажись, прощая,

Великодушней и мудрей других.

Умей мечтать, не став рабом мечтанья,

И мыслить, мысли не обожествив;

Равно встречай успех и поруганье,

He забывая, что их голос лжив;

Останься тих, когда твое же слово

Калечит плут, чтоб уловлять глупцов,

Когда вся жизнь разрушена и снова

Ты должен все воссоздавать c основ.

Умей поставить в радостной надежде,

Ha карту все, что накопил c трудом,

Bce проиграть и нищим стать как прежде

И никогда не пожалеть o том,

Умей принудить сердце, нервы, тело

Тебе служить, когда в твоей груди

Уже давно все пусто, все сгорело

И только Воля говорит: "Иди!"

Останься прост, беседуя c царями,

Будь честен, говоря c толпой;

Будь прям и тверд c врагами и друзьями,

Пусть все в свой час считаются c тобой;

Наполни смыслом каждое мгновенье

Часов и дней неуловимый бег, -

Тогда весь мир ты примешь как владенье

Тогда, мой друг, ты будешь Человек!(5)1

Да, то, что у меня получилось при переводе, несколько отличалось от того, что я когда-то читал. Но оно всегда так при переводах. И да: что-то было такое в стихах, что отзывалось во мне. Такое же, когда я «крутил» свою математику.

Гармония?

Да. Но не только.

Тут реально — магия. Но вот какая?

То, что у нас называется «Магия Слова» - в наличии. Вижу по остекленевшим взглядам обоих деток погибшего правителя княжества Кай-Де.

1(5) Редьярд Киплинг «Заповедь»

Интерлюдия. Има и Мира Кай

Из пещеры уходили все вместе. Вин-Светлячок отправлялся куда-то по своим целям. Куда — не сказал. Хотя можно было предположить, что скорее всего сначала на сильно его интересующие развалины древнего города. Что его там так привлекало, Има не стал выяснять — не его дело. Но и до давно уже, сотни лет назад, заросшего лесом города, ему с сестрой дела не было. Има спешил едва оправившись от тяжёлой болезни, едва набравшись сил, чтобы продолжать путь к Замку Трорин.

Спешил также не в последнюю очередь и из-за того, что должен был доставить к императорскому двору. Вести. Слишком пугающие. И слишком опасные. Император и Совет Князей должны услышать их. Поэтому - выжить и дойти во что бы то ни стало!

Расстались там, где первые развалины Города Древних стали просвечивать сквозь заросли деревьев. Величественные руины, увитые лианами, с проросшими прямо сквозь стены огромными деревьями. Ему и сестре дальше, а вот Вину — в этот змеючник.

И всё-таки: что он там так упорно искал? Ведь не только сейчас этот странный монах из дальних стран отправлялся в Древний Город. Он там бывал ещё раза три, пока лечил Иму. Ведь сам же и говорил. Любопытно. Но не более того.

Но вот что сейчас Име реально доставляло много неудобства, так это позорная одежда пейзанина, которую убедил надеть Вин. Но, монах был слишком убедителен. Так что придётся «остаться князем» даже в этом рубище. Хоть оно и не было пока рубищем.

Попрощались тепло. Сестричка, как водится, пару раз подпрыгнула, выражая свои восторги и надежды ещё раз увидеться. А что? Има был уверен, что такой человек, как Вин-Светлячок, даже в условиях затяжной войны потеряться не мог. Тем более, что искал тех, к кому можно было бы поступить в ученики. Ему путь по любому — в Герин. А значит... Не последний раз...

Тридцать шагов до удаляющейся спины Вина и Има кивает Мире.

Мира заходит за спину брату.

Вихрь магии и к ощущениям грубой одежды добавляется ещё и стеснение от «Покрова». Тайная техника. Вину совершенно не стоит знать что они это могут. А не зная — не выдаст в случае чего.

Ещё несколько минут в зарослях подлеска мелькал «станковый рюкзак» Вина-Светлячка, а Има Кай почему-то всё стоял и смотрел вслед своему избавителю. Смотрел с сожалением. Наконец он вздохнул и посмотрел на свою сестру.

Та вернула ему вопросительный взгляд.

- Уже сколько дней меня жжёт вопрос: Ты поняла, как он это делает?

-Что?.. Слово?!

-Нет. Как он лечит. Ведь лечит! Знаю по себе.

Има для убедительности даже по груди ладонью хлопнул.

Сестрица что-то вспомнила и вздрогнула.

-Ведь ты пыталась определить? - не сдавался Има.

Мира кивнула и посмотрела снова в глаза брата.

-Когда я попыталась заглянуть в себя... Тогда, когда впервые приняла лекарство... Я чуть не умерла! Я забыла, что у меня резерв на нуле.

Има улыбнулся.

-Да, я видел, как тебя перекосило. Ты меня тогда сильно напугала.

-Тебе смешно... - нахмурилась Мира.

-Меня заинтриговало то, что этот порошок, что он нам давал... - выговорил Има, невольно скосив глаза в ту сторону, где скрылся Вин-Светлячок.

-Да. По преданиям, он слишком похож на Порошок Нина. Но ведь потом... - замялась сестра.

-Вот я и спрашиваю: ты поняла, как принц Вин лечит?

Сестра нахмурилась ещё больше.

-Я... не уверена, но кажется... да!

Взгляд у неё стал отстранённым, когда она углубилась в свои воспоминания и ощущения.

-На второй день, у меня уже был небольшой резерв... И ты знаешь, я почувствовала первооснову болезни! Как написано в том Тайном Свитке — маленькие частички, пожирающие Основу Жизни. И для них Порошок Вина был ядом. Странно как-то... Порошок и для Основы Жизни был вредным, но не так, как для Пожирателей.

-Хм! Выходит принц Вин и тут был прав...

-В чём?

- В том, что и ты могла заболеть.

-Но теперь, я могу находить этих Пожирателей в любом человеке! И в тебе тоже! - подпрыгнула от энтузиазма Мира и приложила ладошку к груди брата.

-Ой! Они ещё в тебе есть! - Огорошила она брата и тут же успокоила. - Но уже мало. Основа Жизни с ними борется.

-Ты их можешь удалить совсем?

- Не уверена... - снова нахмурилась сестра. - Надо попробовать на ком-то из крестьян. Это не рак. Рак можно вернуть к правильному, потому, что он как-бы свой, а Пожирателей... Они чужие.

- А если выдрать? - предложил Има.

- Н-нет... Тут всё очень сложно!

- Но ведь Великий Нин лечил!

- Ты уверен, что он лечил порошком только в начале, а после только магией? - вскинулась сестра. - Я не уверена. В преданиях часто привирают.

Подумав, Има согласился с сестрой.

- Ну ладно! - снова вздохнул он. - Нам пора. Размышлять об этом будем в Замке Трорин.

Андрей Левин там же

- Вот же чёрт! - воскликнул я.

Мой вопль сопровождался прыжком через мелкий ручей межу двумя руинами, так что приземлившись с той стороны ещё и проехал метр по грязи. Но не грязь была причиной довольно злобной тирады, что последовала за прыжком. Только сейчас вспомнил, что не передал Име остатки лекарства!

А ведь ему ещё бы недельку надо попринимать.

Ведь помнил это, когда собирался. А как собрались и вышли, все мысли были забиты этими развалинами. Точнее местом, которое я выбрал для будущей стоянки.

Реально: местечко было свободно от главной тамошней живности — змей. Да ещё там же сохранилось кое-что, что стоило бы изучить подробно. И вот эти два факта, меня так заняли, что я забыл отдать Име очень важную вещь.

Ещё раз, для острастки послав матюг в небеса, я стал лихорадочно прикидывать. И ведь решать надо было как можно быстрее! Пока та парочка не уползла достаточно далеко, чтобы её не имело смысла уже догонять.

Я представил как они будут идти. Точнее как пролегает там та звериная тропа, по которой я уже не раз бегал, пока базировался на своём нынешнем схроне. Получалось так, что где-то через пол-часа — час, они должны пересечь русло местной речки. Мне же, чтобы вовремя до них добраться, надо сначала пробежать параллельно их тропе по ручью, до того места, где он вливается в реку, а после, повернув на девяносто градусов влево, уже вдоль русла - до брода, где та тропа проходит.

За меня работало то, что и Мира, и Има ещё полностью не оправились. Особенно Има. Так что идти будут медленно и с частыми остановками на отдых.

Решив сию задачку я быстренько нашёл нужную щель в камнях, куда можно спрятать свой рюкзак, запихал его туда и с тыквенной флягой в руках, где хранил лекарство, припустил вниз по ручью.

К счастью, русло ручья не изобиловало как в других местах какими-то сложностями рельефа. Бежать было легко. Правда, ближе к реке, всё-таки пришлось шлёпать прямо по руслу — берега там заросли бурьяном, а продираться сквозь него я счёл менее удобным, чем просто пробежаться по воде.

Возле брода я был до этого раза два. И чётко помнил, что прямо перед ним большая поляна, сплошь в каменных проплешинах, и каких-то невразумительных обломках. Вероятно, когда-то тут что-то стояло. Каменное. Возможно, эта поляна потому и поляна, не заросшая деревьями, что под тонким слоем почвы — камень. А сама поляна была площадью. Сейчас же — большой цветочный луг.

Если я рассчитал правильно, то Иму и Миру я должен даже не догнать, а обогнать, так как заходил со стороны брода, по широкому, хорошо вытоптанному какими-то животными, коридору в окружающем лесе. Так что моё появление, да ещё с этой стороны, для обоих Каев должно было быть полной неожиданностью.

Собственно я и приготовился к такому неожиданному появлению на поляне, когда издали услышал звонкий голосок Миры. И ещё издали, сквозь заросли, увидел их обоих. Но уже в следующее мгновение меня насторожило то, как они стоят. А стояли они так, как будто изготовились к драке. И как только я это осознал, увидел и причину.

Они были окружены.

Рыл тридцать с пиками. В расцветке воинства Азимбы. И ведь что скверно — бежать моим бывшим пациентам явно некуда. Эти - догонят. Има ещё сильно слаб. А девочку... Она изначально не блистала физической подготовкой. Единственное, что работало на них, они выглядели как бродячие охотники. Не воины, а именно простые охотники. К тому же Мира, в этом сером одеянии вообще смотрелась уморительно худосочным мальчиком-подростком. Может и отстанут...

Я пролез в заросли, залёг и принялся ждать что будет. А пока жду, ещё раз оценил складывающуюся ситуацию.

Чем-то помочь я им не мог. Слишком уж много было врагов. К тому же, по рассказам крестьян, Вин-Светлячок разыскивающими описывался как человек имеющий магию. И среди тех вояк реально виднелась харя какого-то мага-четвёрки. Возможно, что и ещё есть какие-нибудь. Только я сейчас их не вижу.

Так что если я прямо сейчас вмешаюсь, или Каев убьют, или сначала магик до меня доберётся, а потом всё равно Каев убьют. Тогда, при стычке с теми, бродячими вояками Герина, я очень даже впечатлился возможностям магов. И если этот кастанёт что-то типа того же, даже по своему рангу — на четвёрку, - меня накроет стопроцентно. Так что сижу, не рыпаюсь, и жду развязки. А если что — попробую таки влезть и помочь. Даже план себе некий нарисовал.

Воины вели себя изрядно нагло, что не удивительно. Они осыпали парочку оскорблениями, на что Каи старались не реагировать. Хотя видно было, что Мира еле сдерживается — темперамент так и прёт. Разве что только не подпрыгивает как это она обычно любит. Впереди вояк, перед Каями, стоял тот самый магик-четвёрка и свысока что-то спрашивал. Что именно — было плохо слышно, но смысл уловить было можно.

Я ещё раз проклял свою лень, но теперь уже ничего не поделаешь. Да уж! Припёрлись, голубчики! Может, кто-то из крестьян слишком много трепался и они вышли на нас? Просто опросили всех идущих по тракту и выяснили где и кто выходил из леса, примерно такого облика как я.

Возможно.

Блин! Опять я не подумал о последствиях!

Надо было ещё вчера уходить. Сейчас бы эти дятлы с пиками шуровали по пустому месту, а так...

Неожиданно Мира выступила вперёд.

- Я знаю, где вам надо искать Вина-Светлячка! Мы знаем, где он скрывается. Там!

Мира смело и решительно выступила вперёд и указала...

Прямо на меня! Туда, где я лежал!

Маг, разговаривающий с Каями, резко обернулся и, казалось, вперился взглядом прямо в меня. Мне это уже совсем не понравилось. Было такое впечатление, что он меня видит. А раз так... НОГИ В РУКИ!

Я отполз от кустов назад, и юркнул на невидимую пока для вояк, дорогу к броду. А уже там бросился бежать со всех ног. Возможно, если меня не увидит тот магик до того, как заверну в «свой» ручей, я таки удеру. Ведь если они пойдут по тому направлению, куда я сейчас бегу, они вопрутся в верховья долины. Но не туда, где я реально осел. А это значит, что у меня есть шанс.

Добежав до ручья, прыгнул прямо в его русло и по колено в воде, против течения побрёл вверх. Лёгкие стало жечь. Дышал я уже как загнанный конь.

Но больше всего меня жгла обида.

Я понял, что заигрался в прогрессора.

Забыл, в каком мире нахожусь.

И меня просто сдали. Чтобы уцелеть самим.

Нет! Тут никому доверять нельзя! И...

ДОБРО ТУТ НАКАЗУЕМО!

Чужой бой

Впервые остановился я тогда, когда появились руины. Я по-прежнему бежал по руслу ручья. Из последних сил. Настоятельно хотелось упасть и полежать хотя-бы чуть-чуть, но пересилив себя, я потащился наверх, на обрыв. Надо было окончательно выходить из ручья и путать следы. Благо в Руинах было и где следы запутать, и где спрятаться.

Прислушался.

Шума погони позади слышно не было. Совершенно не хотелось вступать с ними в бои, особенно после того, как очередной раз «получил по мордам» от наличной реальности.

Мира? Има?

Вот пускай сами теперь, выбираются! А я — пас.

Даже с этими азимбовцами принципиально не хочу связываться. Вот нахрена мне рисковать? Чтобы бросить исследование «особо вкусных» руин, тамошних фресок, и бежать дальше? Смысл?!!

И если эти дятлы азимбовские тут пропадут, (а «пропадание» я им вполне могу устроить), то нагонят ведь и других. Больше и сильнее. Я, кажется, для них представляю очень серьёзный интерес, если вот ТАК ищут. Значит искать будут по-любому. Так что мне выгоднее сейчас сидеть и не жужжать - может отстанут.

Вот если уж действительно найдут — тогда и буду показывать клыки. А сейчас...

Я остановился переводя дух и снова прислушался.

Может действительно удалось их обмануть? Ведь я двигался совершенно в иную сторону нежели та, куда указывала Мира — перпендикулярно долине, по которой сейчас должны были бежать воины Азимбы.

Но полагаться на такое...

К тому же у них там магик. И что-то мне показалось, что этот хмырь меня учуял. А поэтому — надо драпать дальше. Туда, где мой «сигнал» потеряется среди множества других — змеиных и не только.

Да, я судил по тому умению, что имел сам. Но у меня не было никаких оснований и знаний, чтобы предполагать что-то иное.

Но так или иначе, надо было сойти с мягкой почвы, где мои следы заведомо остаются, туда, где их либо не будет, либо они будут малозаметны — на камни.

А это — руины.

Позади меня, внезапно полыхнуло так, что я аж зажмурился. Не так, чтобы ярко, но неожиданно. Через секунду докатился звук. Грохот был такой, что уши заложило, а я вдобавок, навернулся в какие-то кусты. Не успел подняться даже на четвереньки, как сверху, с деревьев, посыпались листья, сор... и змеи.

Блин! Какой-то нереальный змеючник тут, в развалинах!

- Ну нихрена-с-себе! - буркнул я. - И кто это так отжигает?!

Поднявшись на ноги, огляделся. Поблизости как раз были живописные развалины какого-то древнего здания. Кое-где в нём, за прошедшие столетия, сквозь плиты, проросли толстенные деревья, продолжая разрушать и так уже давно и изрядно порушенные строения.

Я быстренько забрался на верхушку ближайшей руины, которая выглядела достаточно крепкой, чтобы не развалиться подо мной, и оглядел окрестности. В просветах, между верхушками деревьев, как раз было видно облако дыма, шустро поднимающееся над лесом. Вскоре последовал ещё один удар. Птицы, не успевшие успокоиться после первого взрыва и сесть, поднялись над лесом ещё выше и полетели прочь от творящегося тарарама. А недалеко от первого столба дыма, в венце разлетающихся обломков деревьев, поднялся второй.

- Ну нихрена же себе! -повторил я своё любимое выражение, меж тем прикидывая предполагаемое направление движения отряда преследователей.

Выходило, что эти «олени» попёрлись строго вдоль реки, и там... «нашли».

Причём, судя по «грибкам» нашли кого-то весьма не слабого и очень злого. А то, что те маги, которых я видел в облаве, не могли выдать и десятой доли такого, что я сейчас наблюдал — добавляло интриги. Уж тонкости с различием сил разных рангов я специально и давно выяснил. Ещё в беседах с Чуней.

Издалека доносились вопли. Видать азимбовцев тот неведомый маг зацепил конкретно!

Под пологом леса снова что-то полыхнуло. Слабенько так. Никакого сравнения с первыми взрывами. Это, видно, огрызнулись маги облавы. И тут же вслед ещё один сильный взрыв. На этот раз засёк, что взорвалось дерево.

Я выбрал местечко на руине так, чтобы меня, в случае чего, как можно меньше снизу было видно, уселся, свесив ноги вниз, и стал наблюдать. Как в кино. Любопытство уже аж раздирало.

И вот когда угнездился, заметил, что значительная часть леса в той стороне... В СНЕГУ! И замёрзла!

В добавок, я, наконец, заметил то, что надо было увидеть сразу — над всем местом боя, высоко в небе, закручивался вихрь из облаков. Причём облака образовали довольно правильных очертаний круг с центром над местом сражения. Вскоре, закручивающаяся вниз воронка, высыпала из себя мощный поток воды в виде ливня, обрушившийся, кстати, не на горящий лес, а на замёрзший.

Замёрзший лес... Это что: нападающий из азимбовцев кастанул? В ответ на огонь обороняющегося? - думал я, аж сгорая от любопытства. - Или мороз есть следствие каста того самого, который сейчас гвоздит нападающих? А что?! Весьма так, укладывается в закон сохранения энергии!

Ведь если взять и высосать энергию из одной области, и передать её в другую, то что получится? Да как в холодильнике — в морозилке лёд, а на радиатор тепло. И чем мощнее холодильник, тем горячее радиатор и ниже температура в морозилке.

Я попытался примерно оценить количества теплоты и пришёл к выводу, что оно так-на-так и выходит.

Сначала, с перепугу от столкновения с врагами, маг высасывает тепловую энергию из ближайшей местности — вокруг себя. Кидает её, произведя первый взрыв.

Так как в это время в воздухе над лесом очень много влаги, она немедленно конденсируется в виде снега. Что я сейчас и вижу — замёрзшие до остекленения деревья, посыпанные снежком. Плюсом, туман, расходящийся во все стороны под деревьями вокруг того места.

Он сейчас виден как сплошной, плотный слой, из которого торчат окружающие деревья.

Когда маг понял, что всё вокруг и около себя высосал, он перенёс область, для забора энергии вверх. И теперь там, стремительно формируется снеговые тучи. Но так как тепла вокруг много, снег там образовавшийся, до земли не долетел. Растаял. И пролился в виде дождя.

Я представил, каково тому обороняющемуся и меня передёрнуло: вокруг всё во льду, и внезапно, сверху обрушивается мощный холодный душ... ПЦ!!!

Впрочем, тем, кто напал, похоже, пришлось гораздо хуже. Взрывами там выкосило весьма нехилой площади поляну. И если он таки накрыл отряд преследователей... Там вряд-ли кто уцелел.

Кстати, теперь становится понятным почему в этом мире так развивается магия, а не наука. Если один маг высокого уровня (а тут явно кто-то очень серьёзный!) равен одной установке типа «Град», то нахрен какие-то там арбалеты и мушкеты?!! И пушки, кстати, тоже. Все эти военные прибамбасы заменяют конкретные магики, конкретных же уровней. А так — всё как у нас: гонка вооружений, и поиск новой силы, чтобы быть «когда надо» круче соперника.

Клубы дыма от взрывов потихонечку сносит куда-то вдаль. Дождь, ливший на заледеневший пятачок, прекратился, и теперь та туча просто клубилась над всем местом сражения, также медленно сносится ветром вслед за дымом пожара.

…И тишина!...

Да. Азимбовцам, похоже, пришёл полный полярный лис. Не представляю, как в тех взрывах можно ещё уцелеть. Даже если кто-то, каким-то чудом, уцелел, то сейчас драпает с места сражения на максимальной скорости.

Как же обороняющиеся?

Скорее всего, их интерес подобен — убраться как можно дальше и как можно быстрее. Ведь такие «приколы» слишком далеко заметны. А раз так, то скоро сюда притащатся более крутые перцы, чтобы выяснить, что тут произошло и кто виноват. И для удирающих есть вполне себе здравый интерес — сделать так, чтобы между преследователями и ими было как можно большее расстояние.

Вывод: а не помародёрствовать ли?

Ведь будет весьма конкретный зазор времени — часов пять-шесть, чтобы сюда снова кто-то припёрся из азимбовцев. Именно столько требуется чтобы отряд дошёл в эти места от ближайшего населённого пункта.

Соблазн был велик.

Тем более, что не вечно же питаться свежезапечёными змеями и птичками! Рано или поздно придётся выходить «в цивилизацию». А там, как известно, нужно иметь не только наглую морду, но и деньги. И если денег нет, то что-то такое, что можно на них выменять.

Колебания заняли не много времени. Тут или идти сразу, или не идти вовсе.

Осторожно слез с руины и бодренько затрусил в сторону широкого фронта лавы тумана, что расползалась между деревьев, от места недавней схватки.

С брошенным рюкзаком ничего не случится — щель достаточно хорошая, чтобы всякие прочие, мимопроходящие, не заметили, что там что-то заткнуто. Если они, эти мимопроходящие, вообще в ближайшее время тут появятся.

Волчий корм

Майя Кирин с трудом разлепила глаза и сфокусировала взгляд. Сначала она вообще не понимала где находится и что видит. Но потом... Из разных цветовых пятен, сформировалась картинка. Сначала то, что было над ней, а над ней были кроны деревьев, и край обрыва. Далеко вверху край. Потом, сформировалось и то, что было рядом.

Слева были видны большие валуны, залитые кровью.

Кстати, чьей кровью?

Нет ответа.

Где-то там же, за валунами, был слышно журчание воды, до которой она так и не добралась. А вот справа!..

Справа от неё, на корточках сидел некий странный тип на вид лет двадцати и сосредоточенно скоблил пальцем подбородок. Палец был в засыхающей крови. От чего на лице у него с каждым актом скобления прибавлялось кровавых красно-коричневых полосок.

Она попыталась скастовать защитное заклинание, но потом, увидев что человек явно уголовной наружности, атакующее. Однако стоило только шевельнуть пальцами правой руки, как всю руку пронзила такая боль, что она тут же снова провалилась в беспамятство. Когда же очнулась, то увидела всё ту же картину: над ней в глубокой задумчивости склонился незнакомец. Теперь он уже не скоблил перепачканный кровью подбородок. Уперев локти в колени и скрестив свободно руки он сидел во всё той же позе.

- У тебя рука поломана. - выговорил он. - Правая.

Принцесса попыталась шевельнуть левой. Но та была как свинцом налитая. Да вдобавок и её тоже пронзила боль. В плече.

- Левая распорота сучком, на который ты упала. - как-то очень безразлично прокомментировал её метания парень так и не откинув капюшона. - Тебе сильно повезло. Упади ты на фут левее и ты была бы уже мертва.

Незнакомец, тем не менее, ничего не пытался предпринимать. Просто сидел и смотрел.

Поняв, что прямо сейчас он ничего не предпримет, она постаралась рассмотреть его получше.

Выглядел он как классический бродяга-монах: плащ, с завязкой у подбородка, закрывающий шею. Так обычно поступали те монахи, кто отрёкся от своей касты. Выходцы из нижних и верхних каст, вывалившиеся в пустоту религиозного служения Неназываемому.

В сочетании с большим капюшоном, накинутым на голову и скрывающим половину лица, с руками, перепачканными кровью, незнакомец производил довольно зловещее впечатление. И, тем не менее, бритое лицо, без обычной бороды и усов... Монахи, в длинных переходах за очень редким исключением следили за своим внешним видом.

«Он исключение или?...» - пронеслось у неё в голове.

И ещё это бесстрастное выражение лица. Даже не видя глаз принцесса поняла, что её рассматривают... как бы это помягче сказать... как неодушевлённый предмет. Это нагоняло ещё больше страху. Потому, что неизвестность молчания тяготит сильнее, чем определённость бури эмоций банального бандита с большой дороги. Хотя бы того самого грабителя, которого она убила позавчера.

- Что ты делаешь? - наконец смогла выговорить она.

- Думаю. - Как ни в чём не бывало буркнул незнакомец, так и не поменяв ни выражения лица, ни позы.

Ответ сбил с толку. Она уже начала накручивать себя на самое страшное. А тут...

- Что думаешь? - наконец решилась она уточнить.

- Думаю: стоит ли тебя спасать, или оставить как есть. Волки голодные. А если они будут сытыми, мне не придётся сегодня ночью от них отбиваться.

Ответ был настолько диким и обескураживающим, что у неё потемнело в глазах. Сказалась сильная потеря крови. Она привыкла, что все вокруг неё ходят на цыпочках и исполняют любое её желание. А тут — чисто утилитарное отношение. Как к какой-то крестьянке. Нет! Хуже! Как банальному куску мяса. Давно заветрившемуся и который не грех бы и выбросить псам.

- Ты обязан меня спасти! - придя в себя грозно процедила принцесса.

- Да? - тихо и скептически выговорил незнакомец. - С какого фигу я ещё «обязан»?!

- Мы... - начала было она, но осеклась. Нельзя выдавать свой статус. Слишком опасно. - Мы знатного рода. Если ты нас спасёшь, то награда тебе будет... будет очень большая!

- Угу. Мечом по шее. - саркастически заметил незнакомец и губы его скривились. - За принцессу.

- Но... ты... - заикаясь начала принцесса. - Как ты!...

- Легко! - ухмыльнулся тип в плаще. - Кто ещё будет скрываться по лесам, да ещё в таком как этот? Все знатные особы, за которыми не объявлена охота и не враждебны завоевателям, разъезжают в каретах по главному тракту. Ты же — лежишь здесь. Явно от кого-то убегала. Наверху — мёртвый старик в форме высшего сановника. И, если не ошибаюсь, Главного Хранителя Печатей. Твои следы идут от него. И возле него твои вещи.

- Ты рылся в наших вещах! - догадалась принцесса и голос у неё стал злобным. Насколько позволяла чудовищная слабость.

- А что оставалось? - хмыкнул бродяга. - Я такой же беглец, как и ты. И также вынужден выживать. И всё, что мне в этом деле пригодится, я намерен забрать себе. С трупов.

- Ты... Ты намерен меня убить?

- Зачем? - меланхолично пожал плечами незнакомец. - Если я сейчас просто оставлю всё как есть — ты умрёшь. Точнее тебя загрызут и съедят волки. Мне и убивать тебя не придётся.

- Негодяй! Неприкасаемый!!! - взъярилась принцесса.

- А вот это было лишним! - неожиданно рассмеялся парень. - Ты хотя бы поблагодарила меня за то, что я не дал тебе истечь кровью.

- А?!

- Ага. Я тебя нашёл в луже крови. С распоротой рукой... Да-да. Не косись. Это я наложил повязку. Или ты думаешь, что она сама повязалась?

- Кто ты? - злобно спросила принцесса.

- Для тебя — я добрый дух. Или злой дух. В зависимости от того, что я решу с тобой делать.

- Какого ты монастыря? Какой у тебя путь паломничества? - не сдавалась принцесса.

- Мой путь — путь домой.

- Где твой дом?

- По ту сторону неба.

- Ответ типичный для последователя Хадан. - с удовлетворением заключила принцесса. - Мы знаем твоего настоятеля.

- Да?

- Да! И он достойный человек. В отличие от тебя.

- Ну надо же! - язвительно заметил монах. - И как зовут этого... «моего» настоятеля?

Она не заметила сарказм и выделение слова «моего». Посчитав что он пытается её проверить.

- Его Святейшество Ниман Дарам.

- Спасибо! - неожиданно ответил монах. - Теперь буду знать как его зовут.

- Ты?!!... Ты издеваешься!

- Конечно издеваюсь! - презрительно фыркнул незнакомец. - И, замечу, ты приложила максимум усилий для того, чтобы убедить меня не помогать тебе.

- Ты... Ты не посмеешь!

- С чего ты взяла? - удивился монах.

- Ты обязан мне помочь!

- Ответ не верный! - снова скатившись на безразличный тон ответил незнакомец. - Я не обязан. Я могу, но не хочу.

- Но... Почему?!! - удивление принцессы было такое, что она даже забыла, что у неё не только руки сильно болят но ещё и правая нога ломит так, что хочется выть.

- Слишком уж часто люди на мою помощь откликались крайне по-скотски. Я им помогаю, а они делают, в итоге, гадости. Я их спасаю от гибели, а они в ответ, пытаются сжить со света меня. И не важно кто это — знахарка, воин или высший сановник. Все одинаковы.

- Ты — лекарь! Странствующий лекарь!

- На-ко-нец! - притворно обрадовался парень. - Не прошло и полгода! Однако остаётся главное: «Лечить, или не лечить? Вот в чём вопрос!».

Он потянулся снова рукой к подбородку, но задержал её на полпути. Покатал на пальцах засыхающую кровь пополам с грязью и отряхнул их. Скептически кривя рот оглядел битую принцессу с ног до головы, да так что снова умудрился не показать ей свои глаза.

Подпёр не заляпанным кровью запястьем подбородок и снова погрузился в свои размышления. И так прошло ещё минут пять. Только тут Майя полностью осознала свою совершенную беспомощность. И то, что практически полностью зависит от произвола вот этого незнакомца. Он реально мог с ней сделать всё, что ему заблагорассудится и она ничем не могла ему воспрепятствовать.

Или наоборот - он мог просто не делать ничего. Элементарно бросить.

Впервые за всё время их бегства леденящий страх схватил её за горло. Раньше не было так страшно. Она и не предполагала, что отчаяние, в соединении со страхом за свою жизнь, может так ожечь душу. Это было для неё слишком.

Даже когда умер её дед, Сой Кирин, не было так плохо.

Смерть близкого человека её, как она сейчас поняла, лишь подкосила. Но не сломила. Оплакав человека, всю её жизнь, опекавшего её, она всё равно была готова дойти до Герина. И отомстить Азимбе. Уже в составе армии Си Рина.

Но сейчас, будучи полностью беспомощной... Она познала, что такое настоящие страх и отчаяние.

Неожиданно незнакомец подпрыгнул с места и мгновенно скрылся с глаз. Что отметила принцесса, ходил он бесшумно. Она лишь ощущала его присутствие. Ощущала то, как он удаляется от неё. Но не слышала шагов.

Он явно не был магом - не было за ним «шлейфа». Но что он задумал?

Неужели он всё-таки решил её здесь бросить?!

На погибель!

На корм волкам.

Душу затопило такое отчаяние что хотелось кричать. Но из груди вместо крика вырвался лишь протяжный стон. Больше похожий на скулёж щеночка.

Андрей Левин рефлексирует

И дёрнул же меня чёрт, вот так разводить принцесску!

Ведь ещё та стерва!

А я ещё и поглумился над её статусом.

Впрочем... Если бы мне не взбрело в голову пойти в эту сторону, то она бы так и загнулась — от потери крови, никем не найденная. И не спасённая. А ведь я и не предполагал, что тут кто-то ещё есть! У меня была полная уверенность, что все, кто устроил Армагеддон для азимбовцев, сейчас далеко-далеко!

А оно вот как!

Я видел следы ведущие к обрыву, и что произошло, для меня не было секретом.

Да уж, девочка! Тепличный цветок дворцового сада!

Да кто же так к обрыву-то подходит?!!

Явно, когда она ступила на край. В этих местах, как правило, пласт травы вымывается снизу, от чего он просто повисает в воздухе. образуя карниз. Эдакая чисто природная ловушка. Этот край под её ногами закономерно обвалился и она слетела вниз. Её тело, в луже крови, лежало у подножия, на камнях. Я как увидел её несчастную фигурку там, внизу, подумал, что всё, амбец красотке. Слишком уж страшно она там смотрелась.

Но...

Первую помощь я оказал ей как на автомате.

Как само собой разумеющееся. Вот не хотел чтобы она померла! Хотя совсем недавно, от такой же как она, феодалочки, заполучил «нормальное» предательство.

Оттащил её бесчувственное тело под дерево, где ей было бы удобнее лежать, подложил ей под голову сумку, что валялась с ней рядом, отёр лицо от крови, и невольно залюбовался.

Что-то в ней такое было... Серьёзное, властное и вместе с тем наивное. Как-то она производила впечатление более принцессистое, чем Мира. Даже в бессознательном состоянии.

Собственно конкретно её наряд и говорил за то, что предо мной ещё один «рояль» моей истории — очередная принцесса. Если бы не обстоятельства, в которых я повстречал эту, очередную, то наверняка бы похохмил на данную тему. Хотя бы про себя. Но сейчас... Как-то не располагало.

Уже когда оттирал её красивое личико, заметил, что она приходит в себя. А уж когда очнулась! Да уж! Воистину принцесса! Гонор, стальные нотки в голосе, решительное выражение лица, не предполагающее, что ей будут перечить.

Ну я и... сорвался.

Да, я издевался. От обиды ли, от злобы ли... Ещё не решил. Но всего-то в нескольких спровоцированных мной фразах она выдала всё, что я хотел о ней знать. И уж поверьте, имя её, после всего, я как-то хотел узнать в самую последнюю очередь.

Да, я хамил. И мне почему-то от этого не было ни холодно, ни жарко.

В иных обстоятельствах мне было бы изрядно заподло так поступать с девушкой. Да даже если передо мной откровенная стерва. Однако сейчас мной двигало не это.

Какая-то щемящая боль в душе...

Что это?

И ведь ответ был очевидным.

Мучительные сомнения: Правильно ли я поступаю?

Ведь сколько раз в этом мире я попадался на том, что делал людям добро, а после меня просто «продавали»? Причём конкретно, люди со статусом. Не "всякие подлые" типа крестьян и ремесленников. А именно статусные. Ведь сколько я добра сделал для тех сановных чмов? И что мне за это было в результате? Каждый раз, они бодро и без зазрения совести выстраивались за очередной СВОЛОЧЬЮ, против меня!

Не! Не буду даже считать!

Весь мой недавний опыт просто кричал, что надо бы держаться подальше. И не забивать голову альтруизмом.

С другой стороны — вот человек, явно нуждающийся в помощи. Не потеряю ли я к себе самоуважение, не перестану ли я быть человеком, если сейчас просто брошу её здесь, на корм волкам? Да, явно некая очередная «принцесса». Или просто феодалочка. И да: раньше я бы не задумываясь, бросился помогать любому попавшему в беду. Будь то крестьянин, или наоборот кто-то из знати. Потому, что независимо от занимаемого статуса они — люди.

А сейчас...

Эта болезная таки очухалась. И тут же сходу, попыталась меня «построить». Раньше я бы только посмеялся над этими попытками. Многие пытались меня «строить». Но сейчас...

Не антипатия к «наездам» пилила меня, а вот эта подленькая мыслишка, что точит уже сколько времени, что сижу над этим телом: «Брось и спасай сам себя! Нет ничего ценнее собственной жизни. А остальные — пусть сдохнут!».

Мерзко. И откуда ведь берётся такое?! Но ведь взялось!

И сознание серьёзного риска для себя при спасении этой стервочки — тоже давило и очень сильно.

Не думал, что вот так, со страху, от бесконечных предательств, дойду до откровенного шкурничества и предельного эгоизма. Выходит, я теряю собственную человечность? То, чем гордился?

Нет! Нахрен такие расклады!

«Пока человек чувствует боль - он жив. Пока человек чувствует чужую боль — он Человек!».

Вот сейчас передо мной лежит человек.

Да, вздорная принцесска, с диким самомнением. Но совершенно беспомощная. И видно ведь как ей сейчас больно. Я вижу и примеряю эту боль с беспомощностью на себя. И мне уже от этого плохо.

Хочешь быть человеком — будь им!

А хотя бы раз отступившись... Сможешь ли снова стать тем, кем был? Не станешь ли бездушной машиной убийства?

Но с другой стороны, тогда, Мира Кай, такая же как и эта, меня «сдала». Для того, чтобы вытащить своего братца...

Я как сейчас вижу её гордую осанку и властный взмах рукой: «Там ваш искомый Вин-Светлячок!».

Но... сдала ли?

Да.

И пожертвовала мной. Для спасения наследника рода. Последнего наследника рода. Она и раньше жертвовала. В том числе и собой. Достаточно вспомнить, как она не раздумывая кинулась защищать своего братца от грозного меня. Без надежды победить. Наверняка до помрачения рассудка боялась меня, но, тем не менее, она защищала брата.

Могу ли я за это её осуждать?

Ведь кто я для неё?

Неизвестный вельможа из заморской страны. Чужой человек. Пусть и помогший им. Вылечивший Иму Кая. Но тут, на кону, жизнь родного брата. Последнего из родных ей людей.

Впрочем... Стоп!

Я ещё раз вспомнил, как Мира стояла среди вояк и «смело указывала, где скрывается в данный момент «презренный Светлячок».».

Вот же чёрт! Ведь....

Шальная мысль задела за живое.

Ведь реально я мог и ошибиться. С Мирой.

Я вспомнил КАК И КУДА указывала Мира, стоя среди вояк армии Азимбы.

Она указывала не на меня. Она меня не могла видеть. Она указывала туда, где, по её мнению, я заведомо не могу находиться! И моё имя, для её планов было лишь приманкой для, попавшихся в её капкан, идиотов.

Я ещё раз оглядел тело неизвестной битой принцессы. Она лежала вполне себе удобно. Постарался таки. Волчары сюда наверняка не доберутся. К тому же, они сейчас сильно напуганы. И держатся сейчас подальше от этого места. А когда тут всё потает, когда запах крови и тлена поплывёт по лесу, вот тогда и притащатся.

Им и того пиршественного стола, что ниже по долине, более чем достаточно, чтобы не искать ещё приключения на свои жопы. Да и будет это либо к вечеру, либо вообще завтра.

Так что если девочка полежит ещё полчаса, с ней ничего не случится.

А вот мне... Мне надо уточнить кое-что. На месте. Тем более, что бéгу отсюда до поляны, где я последний раз видел Каев, - минут двадцать.

Везение и ошибка

Область заморозки была такова, что даже часть реки здесь покрылась толстенным слоем льда. Так что волей-неволей пришлось тащиться через этот туман постоянно оскальзываясь на покрытых льдом булыгах и засыпанных снегом замёрзших ручейках. Благо морозная плешь быстро закончилась.

Выжженную же плешь, где погибли азимбовцы, я обогнул по широкой дуге. Не хотелось ещё раз увидеть то, что я там увидел. Да и ломиться через бурелом, который образовался после взрывов было полным идиотизмом. К тому же поймал себя на том, что постоянно отворачиваюсь от тех мест, как будто какая-то сила меня заставляет не смотреть в ту сторону.

Да уж! Шок от увиденного, до сих пор цеплял за нутро. А ведь не так давно хотел пошарить по трупам.

Ага. Наивный!

Когда я увидел на выжженной поляне обугленные фрагменты тел, желание помародёрствовать испарилось в секунду. Зрелище было омерзительным. И страшным.

Эх! Сюда бы тей пейсателей, что фантазюки пишут. Про бравых гэгэшек, размахивающих мечом режущих врагов пополам и поперек... Наверняка бы блевали дальше чем видели. А потом ещё ночей так -надцать спать не могли по причине кошмаров. С этими картинами.

Уж чего я насмотрелся за время пребывания здесь, и то своротило конкретно.

Старательно отворачиваясь от тяжёлого и печального зрелища, я дал задний ход. Но когда рукотворная поляна скрылась за буреломом, я пришёл в себя и посмотрел уже в другую сторону — в сторону льда.

Вот тогда я и нашёл ту принцесску. Потому, что пошёл в ту сторону.

Кстати пошёл по очень прозаической причине: чтобы хоть как-то затереть неприятные впечатления от зрелища разорванных на части человеческих тел. Ещё меня толкало туда любопытство. Всё-таки магическое воздействие, да такой мощи, стоило исследовать. Хотя бы на будущее.

Края ледяной плеши уже начали таять, но в середине ещё вовсю клубился морозный туман. Поэтому залезть туда мне стоило изрядных трудов.

Конечно, три бедные коняги, превратившиеся в ледяные статуи, произвели впечатление. Но больше я там не увидел ничего. Но когда вышел из белесой мглы...

Дед, лежал под деревом, и казалось спал. В красивом халате, выделяющемся из всей его одежды множеством узоров золотого шитья с элементами, указывающими на статус владельца. Что интересно, целом и чистом. Рядом с ним лежали перемётные сумы.

Но уже вблизи стало ясно, что спал тот дед вечным сном. И то, что рядом никого не было, сильно настораживало. Ведь замёрзших коняг было три! Логично было бы подумать, что маг, отбившийся от отряда азимбовцев, зацепил своих. По причине неожиданности нападения. И следовало это из того, что те кони были рядом с эпицентром ледяной плеши. Но из того, что замёрзших людей там не было, следовало, что один из хозяев тех коней — тут. И расчёт элементарный — две коняги под седлом и одна чисто под вьюком.

Я огляделся, но в ближайшем радиусе никого не было видно.

Прислушался.

Тоже тишина. Разве что лёгкий шум ветра в верхушках деревьев.

По бурьяну, от трупа, шёл след. В сторону реки.

А дальше... Дальше вы уже знаете.

Морозная плешь мне таки подгадила. Я очень скоро понял, что лучше бы избрал другой путь — тот, которым сюда пришёл. Туман стелился над водой, стекал в низину реки с морозной плеши и тяжёлой белесой лавой двигался дальше по течению. Его движение очень хорошо было видно. Плохо было то, что эта муть полностью скрывала от моего взора то, что было под ногами.

Вообще толща тумана покрывала всё, на высоту примерно метра над землёй. Выше было хорошо видно, но ниже — никак. И это изрядно тормозило. Не хотелось тут ноги ещё поломать. Слегка успокаивало то, что я уже знал теорию лечения. А что серьёзно напрягало, ведь ещё ни разу не практиковался. Да и сомнения были изрядные в том, что у меня получится. Так что шёл я в этом тумане тщательно ощупывая ногами всё, что лежит на шаг впереди.

И когда показался брод из меня вырвался большой вздох облегчения. Изначально идея идти вдоль реки была очень плохая. Так что если и возвращаться обратно, то огибать теперь ту ледяную плешь буду с другой стороны — со стороны местностей расположенных чуть выше неё.

Кстати ещё один мой косяк — оказалось, что туман полз строго вдоль реки, а чуть подальше от неё он кончался как ножом отрезанный. Что, собственно и следовало ожидать.

Да и вообще... что-то сегодня слишком много косяков наделал. Явно «не мой день».

Я встряхнулся. Вымел из головы все лишние мысли и сосредоточился на том, что есть здесь и сейчас. Да ещё и дал зарок: сначала думать, а после действовать. Ну а раз так, то я осторожно, также как и в прошлый раз, прокрался к поляне: а вдруг там ещё кого нелёгкая занесла или те самые азимбовцы ещё не убрались?!

Но когда я обозрел открывшиеся виды... мне опять стало плохо.

Там, на месте, где я видел последний раз Миру и Иму...

Да-а! Бой был жаркий.

Наверняка, вернувшиеся вояки, застали тут... А чего они вообще застали? Да и вообще было ли кому-то возвращаться после того удара?

Никого тут не было.

Из живых.

На это ясно указывали обрывки амуниции и фрагменты тел. Наверняка, те, азимбовцы, что сюда ещё придут, будут собирать только крупные куски из останков своих убитых товарищей, чтобы захоронить. Ведь то, что осталось, - что я сейчас вижу - «клочки по закоулочкам». Окровавленные. Мрак! Там, в долине, огребли от... Кстати не от этой ли принцесски или того мёртвого деда, что наверху остался? Вполне возможно...

Мне оставалось только и сделать фейспалм!

Уже то, что среди трупов не было Миры и Имы, но был труп одного из магов, говорило о многом. И прежде всего о том, что фальшивые «Вольные Охотники» таки дали дёру. Азимбовцам и тут не повезло.

Да ещё выходит, что я изначально и фундаментально ошибся в мотивах Миры. И целях!

Мира поступила как весьма хладнокровный тактик(и это с её-то темпераментом!). Она знала, сколько воинов она может одолеть. И тех, что на них выкатились, для неё было слишком много. Решение было напрашивающееся — как-то разделить этот отряд.

К тому же, за принцессу и принца Кай-Де работал внешний вид бродячих охотников. А значит, вояки их всерьёз не воспринимали.

Но когда бОльшая часть отправилась «ловить презренного Вина-Светлячка»... Мира применила против кучки оставшихся то, чему её учили.

Чёрт!!!

И всё это время, она ни жестом, ни намёком, вообще никак не дала мне понять, что владеет магией!

Но тогда почему она не применила магию тогда, когда я вырубил её братца?

Тоже очевидно — магическое истощение.

Они тогда явно нарвались на кого-то. Возможно преследователи их таки догнали. И Мира полностью выложилась, защищая себя и больного братца. А после был я...

Повезло? Мне...

Похоже так!

Ведь если бы у неё был хотя бы гран «запаса», я был бы труп. Однако она на меня кинулась не с магией наперевес, а с кулаками.

Но не это главное.

Главное то, что насчёт Миры Кай я был ну о-очень не прав!

...Или всё-таки прав?

А она меня могла засечь?

Уже постфактум я сообразил — не могла! А в долину указала, чтобы увести этих вояк подальше от меня и от себя. Указала туда, где меня, по её представлениям, и быть не может!

Не! Лучше уж я буду изначально, как и прежде давать людям шанс не быть сволочами. Так что то, что вижу, лучше истолкую за них. Ошибся, так ошибся. И очень хорошо, что и Мира, и Има о моей ошибке даже не подозревают.

Я мысленно пожелал им благополучно добраться до крепости Трорин и оглядел поляну более внимательно. Как ни было противно, но надо.

Взгляд упал на половинку тела.

Всё, что ниже пояса у этого воина отсутствовало напрочь. Но если не смотреть на кровавое месиво... У него через плечо была надета большая бухта верёвки. Из тех, что применяются для связывания пленных и рабов. И бухточка была весьма большая. Видать рассчитывали пригнать много рабов из этого рейда. Да теперь не судьба.

Чтобы не дышать смрадом, я глубоко вдохнул, подбежал к трупу и быстро освободил его от верёвки. Также не дыша отбежал на край поляны и только там выдохнул. Кровища и дермища! И всё это сейчас широко разбросано по поляне, пополам с кусками тел! И смердит!

Я осмотрел верёвку. На ней не было, как ни странно, никаких отметин крови, хотя вся трава вокруг трупов была буквально залита ею. Тяжко вздохнул, благо ветер относил запахи поляны от меня, и трусцой направился в ту сторону, где лежала битая принцесса неизвестного рода.

Спасать, так спасать!

А иначе-то как?

- Тьфу, ты напасть! - ругнулся я вслух и крутанулся на пятках.

Чтобы отвлечься от мрачных мыслей и неразрешимых дилемм, оглядел горизонт.

С востока наползали на джунгли какие-то очень тяжёлые тучки. Где-то далеко сверкало. Пока что не грохотало, но стоило поторопиться.

Долженствование

*//Долженствование - когнитивное искажение в психологии, при котором человек предъявляет чрезмерно высокие требования к себе и окружающим людям, воспринимая реальность исключительно через призму собственных представлений о должном порядке вещей.//*

-Ты вернулся! - как ругательство бросила битая принцесса мне в лицо.

- А ты сомневалась? - ядовито заметил я и бросил на землю рядом с ней бухту верёвки.

- Что намереваешься делать? - зло и вместе с тем устало спросила принцесса.

- Спасать. Тебя. - Сказал я коротко, и даже не глядя на свою собеседницу принялся вязать из принесённых палок волокушу.

- Совесть проснулась? - не менее зло бросила принцесса да таким тоном, что мне резко захотелось бросить то занятие, чем я был сейчас занят и просто оставить её здесь.

- И вообще... Ты не почтителен медикус! - добавила болезная.

- Недоучка-медикус, - хмыкнув поправил её я всё ещё складывая палки вместе и связывая их в нужную конструкцию. - А что непочтителен... Неужели мало того, что я тебя всё-таки спасаю?

- Мало! - рыкнула она.

- Ты не находишь неуместной тему о приличиях в создавшейся ситуации?

- И какова она, эта ситуация?

- Да хотя бы то, что возможно скоро сюда прибудет новый отряд азимбовцев. Выяснять что тут произошло. И если они нас тут застанут... Ведь не зря же ты от них бежишь?

- И это даёт тебе право обращаться к нам как к равной?! Не слишком ли ты много на себя берёшь?

- Предлагаю выяснение этой увлекательной темы оставить на потом. На те времена, когда мы прибудем в безопасное место.

- Хм... Твой стиль речи не похож на простолюдинский. - с сомнением в голосе сказала она.

- О! - закатил я глаза. - Наконец-то и на это обратила внимание!

- Но ты вернулся. Чтобы нас спасти. Что же тебя заставило поступать не по-простолюдински? - во всё том же стервозном тоне продолжила она. - Так велико желание попасть в третье сословие?

- Ах да! - спохватилась она и закончила с жёлчью в голосе. - Ведь ты монах Хадана! А для вас нет сословий!

Вот эти речи меня уже серьёзно разозлили. Я аккуратно отложил недовязанный узел и присел рядом с принцессой.

- Ты вся из себя такая высокородная... Ну-ка скажи: тебя сколько раз за твою недолгую жизнь предавали те, кому ты верила? Причём предавали так, что тебе приходилось после этого спасать свою жизнь?

Неожиданно я понял, что попал не просто в цель своей фразой, а в самое для неё болезненное. Смена выражений на бледном от кровопотери лице принцессы, было хоть и медленной, но неотвратимой. С грозно-обличающего на обиженное. Глаза наполнились слезами. Она попыталась отвернуться, но не вышло.

- Вижу, что предавали и вижу, что приходилось спасать свою жизнь.

- Да что ты знаешь!!! - попыталась она возразить сквозь слёзы, но голос у неё сорвался.

- Да уж знаю! - буркнул я. - Не только ты здесь и сейчас свою жизнь спасаешь после стольких предательств.

Принцесса зажмурилась. Она изо всех сил старалась не расплакаться, но у неё плохо получалось.

- Так какое ты имеешь право осуждать тех, кто также был предан и не раз? За то, что вынужден десять раз подумать, прежде чем кидаться кому-то помогать?

Молчание. Только изредка прерываемое всхлипами.

- Кстати... О том отряде, что на вас наткнулся... Они искали меня. И сюда их кто-то навёл. Я предполагаю кто. И очень сильно подозреваю, что это было очередное предательство. Эдакая плата за мою благородную помощь в избавлении от болезни.

- Неблагородные чести не имеют. Они склонны к предательству. - засопела принцесса. - Ты сам виноват.

- А с чего ты взяла, что тот отряд сюда перенаправили неблагородные?

Принцесса аж поперхнулась и распахнутыми от удивления глазами, всё ещё полными слёз уставилась на меня.

- Кто это был?! - сквозь зубы прорычала принцесса. - Скажи нам их имя!

- Зачем? Чтобы отомстить?

- Да!!!

- А если это было не предательство, а случайность?

- Погиб Великий Сой Кирин! - полушепотом выдала она.

- И это повод мстить невиновным?

- Ты сам говорил, что они предали! - вызверилась принцесса.

- Я не говорил, что предали. Я предполагаю, что могли предать. И пока не выясню до конца, было ли это предательство илиона указала сюда, в эту долину случайно, буду считать их невиновными.

- Даже имя не скажешь?

- Даже имя. Потому, что вижу по тебе — ты им будешь мстить. А это, если они невиновны, ничем не будет отличаться от предательства уже с моей стороны. Я никого не предавал и предавать не собираюсь. Ни в каком виде. Низко это.

- Благородные речи... - внезапно успокоилась принцесса и отвернулась. - Из какого ты рода, монах?

- Враги меня называют Вин-Светлячок.

- Не слышала.

- Долго же тебя по лесам носило, принцесса! - хмыкнул я. - За мной уже устраивают облавы по лесам. С серьёзными магами. Кстати, сколько ты перебила магов на той поляне?

- Один четвёртого, а другой шестого ранга. - выговорила принцесса устало снова оборачиваясь ко мне. Взгляд был какой-то неопределённый. Изучающий?

- Вот! Итого, в отряде один — шестёрка, и две — четвёрки. Не считая разного мяса с пиками голов так на тридцать. И всё, заметь, по мою душу - одного, странствующего искателя знаний.

- Ты сказал «шестёрка и две четвёрки», - заинтересовалась принцесса. - Мы засекли только двоих магов. Четвёртого и шестого рангов.

- Ещё один - «четвёрка» - остался лежать убитым на другой поляне. Вместе с сопровождавшими его пехотинцами. Недалеко отсюда.

- Это туда ты бегал?

- Да.

На этот раз принцесса замолчала надолго.

Даже когда я её перетаскивал на волокушу и прикручивал верёвками к раме, она помалкивала углубившись в свои невесёлые мысли.

Было недалеко отсюда место, где можно было легко затащить наверх. Не везде тут обрыв. Но попыхтеть, перелезая через завалы в русле пришлось изрядно. Принцесса, видимо смирившись со своей участью, всё это время молчала, стоически перенося трудности пути. Но вот когда вылезли наверх, когда я развернул волокушу к развалинам, она взвыла требуя немедленной остановки. Я так сразу и не понял, с чего она в истерику ударилась, а потом сообразил.

- Я тебя понял: ты хочешь, чтобы я захоронил Хранителя Печатей?

Принцесса тут же успокоилась и тихо, но настойчиво попросила меня завернуть к нему. Ну... мне не трудно. Тем более что развалины города как раз в той стороне. Мимо тащиться по-любому. Но когда таки приблизились...

Я понимаю, боль потери близкого человека. Но для меня такая же пытка смотреть на это действо, как и самому кого-то потерять. Принцесса была искренна. Дед для неё явно очень много значил, если она так убивается. А мне деваться некуда.

Вот так и стоял рядом. Смотрел на эту душераздирающую сцену, а сам вспоминал Лию. И на душе было препогано.

- Нет!!! Захорони! - вдруг крикнула принцесса. - Он недостоин участи быть сожранным низкими животными! Я приказываю!!!

Я опешил от такой экспрессии, хотя повода для криков, кажется, не давал. Впрочем... Возможно она неверно истолковала мои телодвижения. Я до этого стоял неподвижно, а потом просто попытался переменить позу. Ведь долго так стоять никакой выдержки не хватит. А она, подумала, что я готовлюсь покинуть это место. Кстати, говорит уже не «мы», а «я»...

- Там, - я указал на виднеющиеся среди леса развалины какого-то храма, - есть саркофаги. Один из них я осматривал и он пустой. Если мы там захороним Великого Соя Кирина, будет этого достаточно?

Я не стал ничего говорить сверх того. Просто понимал, что в этом состоянии эта девочка не шибко адекватна. Значит говорить надо только то, что она желает услышать.

Принцесса замолчала, всё ещё смотря на спокойное и умиротворённое лицо мёртвого.

- Пожалуй да. - с трудом выдавила она из себя.

- Тогда мы сейчас перемещаемся туда.

- Нет!!! Сначала его!

- По моимправилам, - напирая на слово «моим», настойчиво выговорил я, - сначала заботятся о живых, а потом о мёртвых.

- Но... - попыталась возразить принцесса, но я её оборвал.

- Никаких «но»! - добавил я в голос металла. - Скоро будет гроза. Слышишь?

Где-то над лесом уже явственно погромыхивало.

Принцесса злобно уставилась на меня, но я взгляд не отвёл. После пары минут такого «бодания», она, наконец, сдалась.

- Делай! - как выплюнула она. - И... позаботься о вещах. Тех. Они должны быть спасены. Обязательно.

- Неужто ты хочешь сказать, что их ценность больше чем твоя жизнь? - уловил я в её тоне нечто подозрительное. Впрочем, можно было и догадаться — в поклаже явно принадлежавшей Сою Кирину, были свитки. В таких же цилиндрических упаковках, как и те самые. Которые уже давно «мои».

Принцесса поперхнулась и ещё более суровым взглядом меня окатила.

- Я сказала! - бросила она и эта фраза у неё отобрала все остатки сил. Она откинулась на подушку, что я ей соорудил под голову, и прикрыла глаза. Да уж! Стальная девка!

Дальше был утомительный путь к развалинам. Тем самым, где саркофаг. Как ни шипела принцесса, но я её всё-таки положил так, чтобы снаружи её видно не было - сразу за порогом, уже под крышей — и рысью метнулся за покойным Хранителем Печатей.

Сумы я перетаскивал уже под проливным дождём. И как не подгибались у меня ноги от дикой усталости, но всё-таки изобразил что-то типа бега. Оно и не удивительно. «Дождик» был такой!... Как будто под водопад попал: вот только закапало по листьям наверху и следом — стена воды!

Только войдя под крышу забытого храма, я рухнул сначала на колени, а после и плашмя. Ноги не держали.

К тому же был мокрый насквозь. На холодных плитах подо мной начала медленно растекаться лужа. Надо было подняться и выжать насухо одежду, но сил не осталось.

- Ты сделал, - услышал я тихий голос принцессы еле пробившийся за грохотом ливня. - Как сказал.

- Я следую своим словам. - буркнул я с трудом переводя своё тело в сидячее положение. Зачем-то глянул на закрытый саркофаг, где упокоилось тело Хранителя Печатей, а потом таки перевёл взгляд на покалеченную принцессу.

- Кстати, представлюсь полностью: Ле Вин, Искатель знаний.

- Хадан! - немедленно добавила принцесса. И, как я заметил, лицо у неё разгладилось. Она больше не смотрела на меня как на врага или что-то, что должно ползать перед ней пресмыкаясь.

- Как пожелаешь! - пожал я плечами.

- Ты первый из Хадан, кто достоин уважения. Если, конечно, не считать настоятеля Храмов Хадан - Ниман Дарама.

Произнесено было с теми же, уже привычными стальными нотками в голосе.

- Спасибо. - кивнул я. - Но как к тебе самой обращаться принцесса?

Она слегка улыбнулась и в этой улыбке была бесконечная усталость.

- Майя Кирин, Пятая принцесса Королевства Железной короны, дочь Исы Кирина, князя Кирин, воеводы княжества Карама.

- Пятая?! - непочтительно удивился я.

- Была шестой. До того, как убили Её Высочество Най Карама. - тем же усталым но слегка раздражённым голосом пояснила Майя.

Чемодан без ручки

- Ты как чемодан без ручки: таскать тяжело, а выбросить жалко! - раздражённо бросил я, переводя дух. Я тащил принцессу от храма с саркофагами, сюда, к высохшему озеру. И весь путь выслушивал то, как она на меня по капле сцеживает яд.

Майя Кирин бросила на меня злобный взгляд со своей лёжки. Было видно, что хочет что-то сказать. Неприятное. Но сдерживается.

-А чего? Я тебя почти не знаю. И спасаю чисто из сострадания. Знаешь что это такое?

Злость на красивом личике Майи как то очень быстро сменилось недоумением.

-Я спасаю тебя не потому, что ты принцесса, а потому, что ты человек. И страдаешь как и все остальные. Вот, что это значит.

Последнее - было небольшой местью с моей стороны. А что? С одной стороны, меня так воспитали, с другой... ляпнув сие пафосно я, возможно, надолго сбил её с толку. Что очень умела эта дамочка, так это выносить мозги. Чем она и занималась всё то время, которое я с ней был.

Слегка её можно было понять — нормальных обезболивающих в этом мире ещё нет. Только намёки в виде опия, который сам по себе опасен. Которого, к тому же, у меня сейчас нет. А рука у Майи, распоротая сучком при падении с обрыва, болит зверски. Это прямо по ней видно. Вот она и пытается «заболтать» эту боль забивая мои уши всякой чушью.

-Все должны... - начала было она.

- Не должны! - резко оборвал её я, поняв что за хрень сейчас она будет нести. - ВСЕ не должны. И ты это знаешь. Иначе бы тебя не предавали. Должны только те, кто осознаёт этот Долг. И следует ему. Да и Долг бывает разный.

- Ты странно говоришь... - не нашлась что возразить принцесса. Я её таки сбил с толку. За последнее время я её часто сбивал столку. Начиная с того момента, когда она резко перестала по отношению ко мне говорить тоном безусловного долженствования, а к себе — в третьем лице. Теперь она без напряжения говорила «я-ты». Уже прогресс. Почувствовала, что я не низших каст. Впрочем я вообще вне их общества. Потому, как поставлю себя, так и будет. Тем более, что печати на шее нет. Могу изгаляться... Пока не поймали.

- Поясню элементарно... на примерах, - менторским тоном начал я. - Если бы тебя нашёл крестьянин, или какой-то бродяга, охотник, например, то они бы просто тебя обобрали и кинули помирать. Просто потому, что с тобой связываться смертельно опасно, а так — их никто не найдёт. Но ведь по твоим понятиям, они должны были?

Майя фыркнула. Вот что ей особо получалось, так это многозначительно фыркать. И этот фырк всегда у неё особый, на каждый случай - свой.

Пример ей не понравился, хотя голова у неё варит. Видно, что согласилась. И видно, что сия мысль — с разной психологией каст - для неё внове. Привыкла, блин, что во дворце пред ней все стелются, а тут — реальная жизнь. Хотя также видно по смене выражений на лице - её личный опыт об этом же прямо вопиет. Видать насмотрелась, пока по лесам шарахалась.

- Если бы тебя нашёл кто-то из твоих слуг, - продолжил я, - тебя бы начали спасать. Вот ОНИ реально Должны.

Майя поджала губы и стала ещё более мрачной.

- Тогда кто же ты? - спросила она, внимательно наблюдая за моим лицом. Благо, я свой капюшон на затылок откинул.

- Я тот, кто воспитывался в среде, где есть Правило. Во всех стратах общества и независимо от веры: «Помоги ближнему своему». Просто потому, что у нас, «чужой беды и боли не бывает».

- Извини! Я забыла, что ты издалека! - произнесла принцесса непонятным тоном. То ли снова издевается, то ли просто «стерв-мод» забыла отключить. У неё это бывает — скажет что-то серьёзно, а ты гадай: то ли ёрничает, то ли издевается, то ли просто вхолостую свою стервозность отрабатывает.

На меня её заходы особо не действуют. И болтаю я с ней больше потому, что просто не с кем. Да и жалко эту особу, побитую жизнью и обстоятельствами. Ведь откровенно видно, что поумнее чем многие. Умеет думать, анализировать и делать, как ни странно, верные выводы. Но что ещё более удивительно, для такой как она, ещё и следовать этим правильным выводам. Но кто же её так выучил? Неужели тот старик, который упокоился в саркофаге Древних? Всё равно — кто бы ни был, уважуха! Ибо редко встречающееся качество. Вот если бы она ещё и стервила поменьше, было бы вообще замечательно.

- Не знаю как у вас, - продолжил я, - но у нас, кроме долга внешнего типа «кому-то обязан», есть ещё и долг внутренний — долг совести. Вот ему-то я и следую.

- Странный долг. - буркнула Майя. - Ты как близкий родственник... Но если бы ты им был, то я бы знала.

- Мой народ такой. Может потому, что мы до сих пор помним эти заветы предков, нас никто по настоящему и не завоевал. А кто пытался — до сих пор с содроганием вспоминает и проклинает тот день, когда ему взбрело это в голову. Всё друг за дружку держимся.

- Тебя послушать... Так кажется, что ты второй Нин. Тот тоже... ещё до того, как стал императором, всем внушал - «все люди - братья». Хотя поступал с некоторыми «братьями» очень сурово.

- Думаю, что поступал скверно с теми, кто его предавал?

- Да. И ты плохо знаешь историю. Кто тебя учил?

- Я слишком издалека, Майя. И там вашу историю почти никто и не знает.

Да. Чуть-чуть соврал. Всего то одним словом - «почти». Потому-то она и не среагировала. Я давно заметил, что она очень чётко ловит, когда ей пытаются соврать. Просёк это, когда пытался успокоить её насчёт серьёзности повреждения плеча. С тех пор говорю либо всю правду, либо часть правды если нужно скрыть истину.

- Вообще... Было бы интересно побеседовать с тобой на тему истории. Поучишь меня, принцесса.

Майя устало закрыла глаза. Плечо видно, у неё болело просто спасу нет как.

- Ответь: что такое «че-мо-дан»? - нежданно спросила она.

Я не выдержал и тихо рассмеялся. Ведь реально брякнул рацею про чемодан, начисто не зная понятийного аналога этого «чемодана» в их языке. Потому и сказал чисто по-русски.

- Чемодан, Майя, это такой... — я показал жестами что-то большое и прямоугольное. - сундук. Для хранения ценных вещей. Сверху на нём должна быть ручка, чтобы его удобно было переносить.

- Пф! Я запомню! - фыркнула она, вяло улыбнувшись.

- Короче: хочешь жить? Держись за меня! - весело закруглил я беседу и поднялся на ноги.

С предыдущего нашего местопребывания, пришлось уходить. Нас там могли легко найти. И чуть не нашли. Оказывается, идея найти меня или того, кто перебил поисковый отряд, у кого-то из азимбовского руководства изрядно сверлила зад.

В прошлый раз прошли мимо. Но судя по той системе, по которой обшаривались развалины, день или два - но на нас наткнутся. Поэтому следовало подумать о более серьёзном укрытии. Таком, чтобы или залезть в него было сложно, или нас никак видно не было.

Такое тут было. И я вспомнил о том Храме сразу же, как только увидел «зондеркоманду» азимбовцев во главе с магом... Ах-хренеть!... Аж восьмого уровня! Если такие «танки» отряжаются по нашу душу, значит, мы... или я лично, представляем очень большую ценность. Поэтому, едва рассвело, упаковал вещички и вместе с Майей выдвинулся в сторону нашего будущего места временного жительства.

Когда-то, вероятно, здесь было дно то ли пруда, то ли озера. От озера осталась река, проточившая за тысячелетия запустения глубокий канал и вконец высохшая, истончившаяся до худенького ручейка. А скала, на которой красовались те самые развалины, выдавалась над высохшим и заросшим дном на целых двадцать метров. Причём стены скального основания храма были почти отвесные. Только в одном месте до верха было всего каких-то «жалких» шесть метров, и их рассекала толстая трещина, идущая с самого верха.

В лучшие времена, эта скала соединялась с другим комплексом таких же зданий, каменным мостом. Но от него ныне торчали лишь полурассыпавшиеся остовы каменных опор.

В первый раз, когда я тут только появился, попытался забраться на скалу как раз по остаткам каменной кладки, оставшейся от быка моста примыкавшего к нему. Но как только взялся за зацепки понял, что эта идея очень нездоровая — первый же булыжник свободно вынулся и остался у меня в руке. Полезу — меня ещё тут обвалом и похоронит.

Но... мне очень сильно хотелось залезть. Слишком уж «вкусное» место было там, наверху. И я нашёл путь — вертикальная трещина, прорезающая весь гранитный обрыв снизу до верху.

Вряд-ли местные так серьёзно увлекаются скалолазанием как я, чтобы последовать за мной. В своём мире потратил не так много сил и времени на этот спорт, как мне сейчас того хотелось. Но, как ни странно, забрался я без особых проблем. А как залез...

Чего-то ценного для грабителей там не было уже много столетий, а может и тысячелетий. Но что бросалось в глаза, первый и второй этажи были сложены из монолитных блоков. И они очень даже хорошо ещё держались. Полазав ещё, я нашёл вполне себе уютненькую комнатку, которую вполне можно оборудовать под жильё. Неказистое, но всё-таки жильё. Как те хибары, что часто возводят в трущобах. А мне-то что? Особенно в тех обстоятельствах, в которые я сам себя поставил?

Каменная халабуда на скале!

Вероятно, когда-то сие каменное сооружение было чем-то типа Храма(почему я его и называю, про себя «Храм»). Даже сейчас в его, побитых временем, очертаниях сквозила гордость, величие и Тайна. И там, как я выяснил ещё тогда, когда впервые залез по скале, были те самые фрески и надписи.

Но вот как ТУДА затащить принцесску?! А надо ведь!

Моя пятая точка прямо вопиёт, что азимбовцы сюда ещё нагрянут. Если уже не в пути. Да тут, вдобавок, над головой стало погромыхивать. Стоило поторопиться. Ведь если скала, едва подсохшая с того ещё ливня, снова намокнет, то забраться наверх будет невозможно.

Я быстро, одним движением, прицепил булинём к поясу конец верёвки. Этому фокусу с верёвкой меня когда-то яхтсмены научили.

На эту же верёвку, с интервалом в восемь метров, я как гирлянду навязал нашу поклажу — свой рюкзачок и перемётные сумы. Как только выберусь наверх, так тут же быстро вытяну гирлянду с вещами. И только после буду заморачиваться с подъёмом принцессы.

Соображение элементарное: выдернуть наверх поклажу — дело нескольких минут. А вот с Майей, я возиться буду долго. И пока буду возиться наверняка пойдёт дождь.

Поэтому — залезаю наверх, быстренько вытягиваю поклажу, спускаюсь вниз, цепляю Майю и уже долго-долго тяну её наверх. Тут уже побоку — пойдёт дождь или нет. И под дождём затащу. Главное не нужно будет по мокрой скале бегать вверх-вниз.

Наверху, я быстро оттащил подальше от края поклажу, чтобы не мешалась, накинул петлю на ближайший каменный блок и проверив всё ли нормально, простейшим дюльфером1 (6) - перекинув верёвку через спину и продев её под ногой - спустился вниз. Майя всё это время очень внимательно за мной наблюдала.

- Когда ты вытащил все вещи наверх, я думала ты меня тут бросишь, - то ли в шутку, то ли всерьёз заявила она, когда я подошёл к ней. Что-либо отвечать на её выпад не нашёл нужным, поэтому сразу перешёл к делу.

- Сейчас будет самое сложное - затащить наверх тебя. Я тебя обвяжу верёвкой, забегу наверх и буду тянуть. Тянуть буду долго. Поэтому не паникуй. Иначе никак.

- Что там наверху? - пропустив мимо ушей моё предупреждение спросила Майя.

- Храм чего-то. Много надписей на стенах, много изображений жизни. Увидишь!

Майя явственно замялась. Что-то хотела сказать, но то ли стеснялась, то ли сомневалась.

- Ты что-то хотела сказать? Говори. Особенно если это важно.

- Тут... Скалы как-то нехорошо... Древняя ки...

- Нехорошо? Вредно для людей?

- Нет... - С сомнением произнесла Майя. - Но что-то тут было такое... Нехорошее. И...

- И? - поощрил я её на продолжение.

- Я боюсь! - сказала Майя и поспешила спрятать глаза.

- Чего? Вот этой магии? Или ещё чего-то? - участливо спросил я.

- Ну... - снова замялась принцесса, но потом явно пересилив себя выпалила. - Я высоты боюсь!

- Знавал я одного архивариуса, зака... Так он темноты боялся. Но это ему не мешало совершать подвиги.

- Зак архивариус?! - сильно удивилась Майя. - Э-это случайно не Чу Ни?

- Он самый! - тут же насторожился я.

- Откуда ты его знаешь Ле?

О! Меня впервые назвали по «имени», а не по «фамилии». Знаменательно.

- Нас, вместе с другими вельможами двора определили в рабы на плантациях буты в деревню Шадан Курам. Но мы вместе с ним оттуда сбежали.

У Майи немедленно зажглись глаза от любопытства. Но немедленно какая-то тень пробежала по лицу.

- Это длинная история, если ты хочешь её услышать. Так что отложим её изложение на потом. Когда залезем поглубже в те развалины наверху.

Майя как-то неопределённо помотала головой, но ничего не ответила. Посчитав что разговор окончен, я обвязал Майю верёвкой, проверил надёжность получившейся конструкции и полез обратно наверх.

Наверху я, как мог, навязал на ту верёвку ещё и схватывающий узел. Всё-таки Майя не барахло — ронять противопоказано. Потом уселся поудобнее, упёрся ногами в скалу, перекинул верёвку через поясницу и начал тянуть.

Я тут применял старый приём, когда собственная поясница работает как эдакий рычаг. Главное тут вовремя продвинуть вперёд схватывающий узел. На каждый шаг получалось вытягивать груз сантиметров на тридцать. Медленно, но надёжно. Сейчас верёвка лежала на зализанном тысячелетним выветриванием крае гранитной скалы. Перетереться не могла. Так что всё, что только возможно в моих условиях, я предусмотрел.

Рискованно. Но оставаться на прежнем месте — гарантированно попасться очередной облаве.

Тяну вот так, а сам думаю.

Да уж! Альпинистская техника двадцатого века, в глухом средневековье! На верёвке, хрен знает какого качества! Но надо.

И тут замечаю мелькание разноцветных тряпок среди зарослей. Далеко ещё. Но... Вот-вот эти хмыри, а я уже не сомневался, что это азимбовцы, вывалятся в русло ручья и увидят нас. Да и Майя там, за перегибом чего-то то ли мычать, то ли возражать вздумала.

Я чертыхнулся и принялся тянуть с удвоенной силой.

Азимбовцы, как я видел, свернули с прежнего курса и пошли в обход небольшого обрыва, что там был. Не захотели идти напрямик. Хотя там можно было. Тем не менее, стоит им обойти...

Наконец из-за края обрыва показалась голова Майи. Глаза её были плотно зажмурены и из них текли слёзы. На плечевой повязке выступила кровь. Видно на последнем этапе она каким-то образом приложилась своим раненым плечом о скалу. Как её там так развернуло... уже не время выяснять.

Я выдернул её наверх, не развязывая узлов схватил её за шиворот и пригибаясь потащил за камни. Туда, где ни с какой стороны её бы не было видно. А ведь её одежда ну очень выделяющаяся!

И тут полил дождь. Как обычно: сначала лёгкий перестук капель, а потом... водопад.

Я быстро сдёрнул свои верёвочные конструкции с крайних камней и закинул их в щель между камнями что лежали поодаль. Схватил то, что выделялось из нашего барахла и также пригибаясь метнулся к потерявшей сознание Майе.

Рухнул рядом стараясь хоть как-то собой прикрыть её от дождя. А она, бедная, уже чуть не захлебнулась.

Я приблизил своё лицо к её стараясь хотя бы своим капюшоном прикрыть. И тут почувствовал жар.

У Майи был серьёзный жар. Лицо аж пылало. Но что-либо сделать...

- Тут... Близко... - услышал я её шёпот. - Близко от нас. Под нами... Маг. Восьмёрка.

Я чуть отпрянул.

Да, она слегка пришла в себя. Но глаза были шальные. Такие бывают у серьёзно больных людей, готовых вот-вот снова нырнуть в бессознательное состояние.

- Убери магию, Светлячок! Не ищи его. Он нас почувствует... - говорила она тяжело, через силу. - Представь что ты змея. Нет... Мы - две змеи. Под проливным дождём. За камнем. Две змеи...

Я осторожно обнял её, стараясь не дёргать за больную руку и прикрыть плащом. От неё отчётливо несло жаром.

Когда я снова заглянул ей в лицо она была без сознания.

А ливень лупил мне в спину придавливая к земле. К телу той, кого я, похоже, так и не смогу спасти.

1(6)Дюльфер— скоростной спуск по верёвке на крутых и отвесных стенах. Дюльфером называется один из первых относительно безопасных способов спуска, предложенный и введённый в практику в начале ХХ века немецким альпинистом Хансом Дюльфером (полное имя Ханс Иоханнес Эмиль Дюльфер, нем. Hans Johannes Emil Dülfer ) 23 мая 1882 —15 июня 1915г.)

В настоящее время зачастую под термином дюльфер понимают спуск по верёвке с помощью специальных спусковых устройств, таких как «восьмёрка», «лепесток», «лесенка», что терминологически неверно.

Шок

Вероятно, маг-восьмёрка был так сильно занят неприятностями, которые ему доставил дождь, что нас так и не засёк. Плохо то, что мне пришлось прятаться в той щели между блоками обвалившихся стен часа три. И всё это время я прямо ощущал, как Майе становилось всё хуже.

Но лишь тогда, когда вся эта гоп-компания убралась достаточно далеко я смог перетащить её внутрь храмового комплекса. Вещи так и остались лежать снаружи, до темноты. Стоило мне только высунуть нос за порог храма, так тут же я заметил шляющихся неподалёку вояк Азимбы. Пришлось возвращаться. Так что что-либо поесть я смог сготовить только ночью. Но покормить саму болезную я так и не смог. Единственное что удалось, так это влить ей немного бульона. Но уже тогда я понял, что на ближайшие дни мне предстоит адова работа. И что более мерзко было осознавать, так это перспективу тщетности моих усилий.

Я прекрасно осознавал, что реально спасти принцессу с таким воспалением можно только при наличии антибиотиков. Которых, ясно дело не было. Если же воспаление перейдёт в гангрену тут уже даже чудо не спасёт.

Оставалось лишь надеяться на крепость организма Майи и на то, что худшие сценарии развития ситуации пронесёт.

То, что нас найдут здесь, я сомневался. Слишком уж хорошо нужно захотеть сюда попасть. Но чтобы так захотеть, нужно засечь что-то подозрительное в развалинах. Чего я азимбовцам и не предоставил. Комната, где мы расположились, находилась достаточно далеко в глубине храма, чтобы даже отблески светильников наружу не выбивались.

А принцесса...

Вы никогда не пытались выхаживать подобранных на улице животных? Подобранных пораненными, больными. Чисто из жалости? Я вот такой — часто такое со мной случалось. И каждый раз, пока та или иная птичка была у меня на излечении, я искренне привязывался к ней. Так что даже как-то тяжело было после выпускать её на волю.

Легче было с кошаком, подстреленным из мелкашки каким-то уродом. Тот сам не захотел после излечения уходить, да так и прижился в нашем доме.

Но по любому было безумно больно, если животное помирало. Кошак выжил, но птички — не все.

Странно, но я себя поймал на этой мысли, что отношусь к Майе, человеку, как к тому самому раненому кошаку. И также было мне ясно как день, что если вот эта «кошечка» помрёт, будет больнее во сто крат. Потому и старался.

К утру следующего дня я извёлся настолько, что решил нарушить старое правило: «не знаешь что делать, - не делай ничего». Слишком уж плохо выглядело плечо у Майи и она сама. Жар не спадал, и в добавок я имел сомнительное счастье узнать что такое бредящий пациент. Вот это уже было серьёзно страшно. Я всегда относился к разуму как к самому ценному, что есть. И как-то бессознательно боялся потерять его. А люди, его потерявшие, в меня вселяли настоящий ужас.

Фобия?

Возможно.

Но мне от этого не становилось лучше.

Поэтому, из-за страха, и нарушил то самое правило.

Я сидел над телом мечущейся в жару и бреду принцессы и лихорадочно вспоминал то, что когда-то знал. Практически всё, что изучил до того, как попал сюда, я уже применил. Осталось лишь то, что запомнил из сумбурной лекции мага-алкоголика Квая.

Но в том и беда была, что лекция была сумбурная, и напичканная таким количеством откровенного мусора, что я затруднялся даже после длительного осмысления всего услышанного, вычленить рациональное зерно.

Я помнил, что маги-лекари, как-то, (опять-таки по рассказам) восстанавливают повреждённые ткани. Магией соединяют разорванное. Квай что-то там на этот счёт мычал невразумительное. Но это годилось для соединения живых тканей. А у нас тут — сильное воспаление от занесённой в рану инфекции.

Выходило, что даже если я бы умел изначально это соединение выполнять, то оно бы прошло только для костей.

Кстати я сейчас уже хорошо научился «видеть» кости. И «видел» все переломы — что на руке, что на ноге принцессы. Значит и лечить - только их.

Сомнения в том, что я делаю что-то неправильно задавил страх. Страх того, что я чего-то не сделаю такого, что и могло бы спасти.

«Да! Лучше уж сделать всё, чем потом сильно жалеть!» - решил я и приступил.

Как показывал и рассказывал Квай, я сосредоточился на переломе, что в большой кости голени. «Сплёл Ки» и направил туда. Края кости, как я «видел», затуманились. Но уже через несколько секунд я почувствовал жгучий холод в груди, быстро распространяющийся по телу. Причём сопровождающийся нарастающий слабостью.

Что меня обнадёжило, что с костью происходило всё как описывал Квай. Но что пугало, так это та слабость и холод, что начали распространяться по телу. Тем не менее, я выдержал до конца, пока место перелома на загладилось... и выпал из реальности.

Очнулся я лежащим на боку возле тела принцессы. Моё тело аж ломало. Было такое впечатление, что оно наполнено тысячами ледяных кристаллов, что колют меня изнутри.

С трудом приняв сидячее положение, я сосредоточился и «посмотрел» на кость, которую обрабатывал. И прежде чем снова скопытиться успел заметить — кость была цела.

Ну хоть на это у Майи не будут отвлекаться силы организма.

Но вот что делать с этим мерзким ощущением...

Когда очнулся во второй раз я долго осмыслял то новое, что узнал.

Первое — что всё-таки могу лечить магией.

Второе — что по признакам, «резерв» Ки у меня очень маленький.

Третье...

Вот третьим пунктом была мысль, что давно уже пыталась пробиться ко мне за всеми моими математическими изысканиями.

Посмотрел на Майю.

Та была «без изменений». Всё тот же жар. Разве что бредить перестала. Но это, как показывал опыт, могло быть очень временным явлением.

Перекатился на пузо и с трудом стал на четвереньки. Слабость прямо гнула к земле.

«Вот оно какое — магическое истощение! Оно что ещё и АТФ в организме как-то использует? Такое ощущение, как будто пару вагонов на товарной станции разгрузил».

Подполз к вещам и выудил оттуда большой булыжник мела. Прихватил по случаю проходя мимо меловых утёсов.

Идея была «ещё та». Потому стоило её как можно быстрее запечатлеть. Пока не забыл. А такое случалось. И последствия бывали изрядно катастрофическими. Хорошие мысли, раз возникнув, но не будучи записанными, имели подлое свойство испаряться и не приходить больше никогда.

Опёршись на стену рукой я тяжело поднялся и первое, что записал, так это сам кватернион, метрику с моими коэффициентами, и следствия. Это всегда у меня было как затравка. Дальше шла непосредственно та самая Идея.

Писал прямо по фрескам. Надо сказать, что фрески были красивые. И изображали сцену из жизни Древних. Что там они означали, я не разбирался. Главное, что нанесены они были на камень стен какой-то совершенно несмываемой краской. Так что тёр я по ним достаточно смело.

Несколько раз отвлекался от вычислений только на то, чтобы проверить состояние болезной, её раны. Чем-то помочь.

И сразу же возвращался к тому, что писал. Сильная слабость, что гнула меня по-началу к земле, медленно отступала. Также стали появляться и мои знаменитые «озарения», когда я начинал «проскакивать» длинные выкладки, «почувствовав» окончательное решение. Это сильно помогало. Хотя и нервировало, так как знал, что мог где-то ошибиться в этих своих «озарениях». Но я торопился. Чтобы получить хотя бы какой-то предварительный результат для конкретной проверки.

К вечеру, наконец, я добрался до итога. И итог мне понравился.

Проснулся я в темноте. Лежащим прямо у того угла, где написал итог. Получается, что как дописал, так и тут же вырубился. Как это на меня похоже!

Светильники давно погасли. Так что пришлось палить светляк, чтобы найти большую бутыль с маслом, чтобы залить их снова и запалить. Сменил влажную тряпку на лбу принцессы, обтёр её лицо и шею для охлаждения. Жар всё не проходил.

Потом вспомнил про «Итог». Вернулся к стене и надолго выпал из реальности.

Кастанул светляк. Нащупал у себя внутри мизерные запасы Ки, что накопились за время моего «отдыха» и снова «заплёл» их. Но уже по той системе, что вырисовывалась из моих выкладок.

Светляк внезапно потух, но у меня внутри, как будто что-то взорвалось, наполнив жаром. Я немедленно разорвал каст.

Но после сообразил, что нет той усталости и ощущения ледяных кристаллов внутри. Снова попробовал зацепить свои запасы Ки и обнаружил, что их более чем прилично.

А вот это уже был успех!

Что я таки нащупал?

Я смог конвертировать разлитую в пространстве тепловую энергию, что сумел собрать в светляк, в то самое пресловутое «Ки»! И сделал это на основании построенной мной математической модели! Это уже был серьёзный успех.

Да, я что-то не понимал в сущности этого самого Ки, но если вот так, сумел всё соединить, значит я находился на верном пути.

Не теряя времени, вернулся к принцессе, и уже подкачивая свою Ки, залечил ей переломы на правой руке. Но как ни пытался что-то сделать с травмой на левом плече, у меня ничего не получилось. Рискнул даже влить много ки в тот разрыв тканей, но ничего не получил. Влил ки в весь организм. Организм Майи его впитал как губка. Но опять - эффекту ноль.

Да уж! Убедился на собственном опыте, что инфекции магией никак не лечатся. Не зря значит, за мной гонялись. Выходит, что для этого мира я обладатель критически важного знания. И кто-то не в меру смекалистый понял это. Так что бегать мне и бегать! От желающих заполучить меня в безраздельное владение.

А ведь если так ценны мои знания, то и выбивать их, если попаду им в руки, будут весьма серьёзно! Так что от азимбовцев мне нужно бежать как можно дальше. Вряд-ли они поделятся своим знанием с Герин и вообще с Царством Железной Короны о существовании такого источника знаний как я. Так что вывод однозначный: нет у меня никакой альтернативы, как бежать в Герин — и дальше.

Но что же делать с конкретной Майей Кирин?

Если эта Ки как-то завязана на жизненные силы, то дай-ка я ей залью эту Ки! Может поможет так? Хоть чуть-чуть! Лишь бы не померла!

******

После закачки ки в организм болезной, наступил, похоже, кризис. Бред пропал. Жар начал спадать, а она сама провалилась в долгий сон.

Я вздохнул с облегчением. Но расслабляться не стал.

Периодически подкачивал ей Ки, а сам размышлял над тем, что нашёл. Благо вся находка, в виде теории, так и осталась написанной поверх фресок на противоположной стене.

Надо отметить, что прежде я пытался как-то «подгоном» искать то, что мне надо. Просто менял параметры и смотрел, что получится. Но когда этих параметров реально 256 — тут особо не разгонишься. Особенно, если учесть то обстоятельство, что описывается четырёхмерное пространство, да ещё и в гиперкомплексных числах.

По уму, надо вырисовывать графики. А учитывая, что этих графиков должны быть тысячи... Тут работы не на меня одного, а на целый институт. Да и где мне записывать эти «графики»?! Чтобы потом анализировать...

Поэтому мне только и оставалось, что методом тыка, проверять все возникшие идеи. То есть «собирать теорию» и проверять её на практике. Так и делал. Перебором идей, проверкой их на практике, отбрасывая то, что не соответствовало действительности. Просто получилось так, что реально действенная гипотеза возникла только сейчас. Случайность.

А случайность заключалась в том, что я заметил некую закономерность в том, что показывал тот медикус из деревни. И она показалась мне чем-то знакомой. Удивительно, что хватило простого конформного преобразования, чтобы «зацепить».

Получалось, что местная магиючка, есть некое подмножество(?) того, что имел я, и что так долго пытался освоить до более-менее серьёзных вещей. И получалось также, что она какая-то... простая?

Выглядела она как огрызок. Грубо усечённая и упрощённая версия. Это как если решать некое нелинейное уравнение, а потом, просто некоторые функции в уравнении заменить постоянными коэффициентами. Аналогия, я понимаю, что слишком грубая, но... что-то тут такое было!

Но главное, что мне удалось, так это отконвертировать энергию, которой я владел, в ту самую КИ. Что это за хрень - ещё надо разбираться. Ведь делал больше на интуиции и на слабых аналогиях.

Была ещё одна аналогия из моего мира — ЦИ.

Если не врут, то были исследования, показавшие, что есть такая циркуляция. И она объяснима просто — циркуляцией токов электромагнитной природы в организме. И от этой циркуляции зависит также ещё и уровни лейкоцитов и эритроцитов в крови.

С одной стороны, эта ЦИ вполне могла быть замкнута на то, что местные называют КИ. Даже произносится как-то близко. И вполне могла быть связана с той самой формой магии, что я пытался освоить.

С другой... подкачав Майе эту самую Ки, я улучшил циркуляцию её ЦИ, тем самым резко повысив сопротивляемость её организма. Вот она и начала выздоравливать.

По крайней мере то, что я видел, очень сильно хотелось интерпретировать как кризис в болезни. Уже прошедший. Ведь спала она спокойно. Если конечно сей сон не из тех, что переходит в вечный...

Нафиг-нафиг!

Но...

Сзади послышался слабый стон. Я оторвался от созерцания своей работы, обернулся и тут же встретился взглядом с очнувшейся Майей.

Вид у неё был... А, собственно, какой может быть вид у человека только-только очнувшегося после тяжёлой болезни?

Глаза ввалились, вокруг них тёмные круги, кожа бледная. Только вот по мере того, как взгляд Майи обретал осмысленность, на щеках наливался румянец. Уже прогресс!

- Есть хочешь? - без переходов спросил я.

Майя задумалась. Но потом молча кивнула.

После того, как я её напоил бульоном из свежезабитой птички она долго лежала молча с закрытыми глазами. При этом лицо её всё больше разглаживалось и розовело. Даже тёмные круги под глазами поблекли.

- Где мы? - внезапно, не открывая глаз спросила она.

- Всё там же. В храмовом комплексе на гранитной скале. Куда и залезли. Или ты не помнишь?

- Не помню... - мрачно ответила она. - Помню, что за нами кто-то гнался... потом ливень, под которым я чуть не захлебнулась и как ты меня закрывал своим плащом. А дальше ничего.

- Тут был отряд, - воинов на сто, - во главе с одним магом-восьмёркой и парой других. Каких — я не стал определять. Опасно было.

- И правильно. Могли засечь.

- А сейчас, мы в самой середине храмового комплекса. Комнатка тут мрачноватая, но есть вентиляция и чуть-чуть света днём.

- Те светильники... Они откуда?

Майя взглядом показала на два светильника, что я прикрутил по углам.

- Это я их сделал.

- На чём они горят?

- На моей магии.

И действительно: пока Майя валялась в горячке, я от безысходности сваял два этих светильника. Нашёл здесь две большие цветного стекла банки, заменил там воздух на углекислый газ, дальше просто поместил там два уголька и внутри них запалил свои светляки. Пару. Прикольно получилось. Прям Эдисоном или там Яблочковым себя почувствовал.

- Так это ты мне ки восстановил?

- А что, не надо было? Я пытался тебя спасти. И не знал что делать.

- Ты правильно сделал. -как-то неуверенно сказала Майя, что я заподозрил второе дно в этой реплике.

- Я рад. - буркнул я. Хотелось бы получить хотя бы «спасибо». Но, кажется, не дождусь.

- И рука... - скосила глаза принцесса на свою правую руку.

- И нога тоже. Залечил.

Майя осторожно пошевелила пальцами на руках. Потом также осторожно пошевелила ступнёй.

- А плечо не сделал! - капризно заключила она после ревизии своего организма.

- Ну уж извини! - прибавив яда в голос сказал я. - Что мог, то и сделал! Точнее, что знал как делать.

- Значит сейчас твой предел — восьмёрка, - как-то безразлично сказала принцесса в потолок.

- Надеюсь после обучения поднять выше.

- Сможешь. Ведь я тогда, в том бою, когда... - её голос внезапно прервался, и лицо исказила печаль.

- Я израсходовала весь резерв. - чуть продышавшись сказала она. - И если ты его заполнил... Да. Я припоминаю. Я тогда очнулась. От того, что мой резерв внезапно наполнился... Слишком быстро наполнился... не многие так могут передавать... Ты, оказывается, очень сильный. Сильнее меня... Или ты всё, что у тебя было?...

Она недоверчиво осмотрела мою ухмыляющуюся рожу.

- Нет. Ты бы сейчас валялся, если израсходовал всё. И... - она на секунду прищурилась, как-бы что-то просканировав во мне. - Да, у тебя не видно недостатка ки.

Я не нашёлся чего ответить. Лишь развёл руками. Типа: «мы такие!». Но о том, как я эту ки ей передал — через конвертацию - умолчал. Нехрен сейчас хвастаться. А то нежданно-негаданно опять вляпаюсь. Лучше будет если мои тайны останутся при мне.

Майя закрыла глаза и снова погрузилась в свои мысли. Дыхание её выровнялось. Когда она снова открыла глаза её взор был более живым чем сначала. Она внимательно осмотрела комнату. Подолгу рассматривая каждую её деталь. И очень долго изучала фрески на стенах.

- Странные фрески. - наконец изрекла она.

- Чем? - несколько удивился я. С моей точки зрения эти фрески были более чем обычными — какая-то совершенно бытовая сцена.

- Там, что-то выращивают, похожее на злаки. А поверх идут Письмена. И Письмена не соответствуют содержанию.

- Да, это так.

- Ты их понимаешь? - внезапно бросив на меня очень подозрительный взгляд спросила принцесса.

- Что, совсем тайные письмена узрела? - решил я уйти от ответа и поёрничать. Тем более, что у них, в их мире и культуре, что-то такое было, если даже Чуня перепугался их увидев. Да и тот магик-лекарь, прыгающий далеко и высоко только при их виде.

В отличие от Чуни и лекаря Квая, принцесса выглядела не напуганной, а озадаченной.

- Как я понимаю, ты не ожидала увидеть эти Письмена здесь. - сказал я и проследил за её взором. А она сверлила им одно место. - Что-то знакомое узнаёшь?

Я брякнул это без задних мыслей. Более того, подошёл поближе к своим же выкладкам и оглядел их, как наверное, оглядывает художник, завершённую картину. Было приятно.

- Есть кое-что знакомое. - сказала неожиданно принцесса. - Вон там, в левом верхнем углу.

- Вот это? - ткнул я в первую строку, где было написано банальное гиперкомплексное число. - И что это?

- Кватернион Финслера! - как само собой разумеющееся брякнула принцесса.

- Че...Чи-во-о?!!!

******

Представьте себе, что попали вы в Амазонскую сельву. И там повстречался вам местный дикарь у костерка. И вдруг, этот дикарь, так, между прочим, за поеданием шашлычка из представителя соседней деревни, вдруг начинает вам заяснять про текущие проблемы квантовой теории.

Представили?

Ага.

Вот.

Крыша на реактивной тяге, устремилась в стратосферу.

Интерлюдия: Финслер, кватернионы, проблема Великого Объединения и отъезд крыши у отдельно взятого попаданца.

Есть такой феномен: состоит он в непостижимой эффективности математики в естествознании. Ведь фактически, для описания физического мира физики используют язык именно математики!

Поставили вопрос о сущности этого феномена давно. Но только в двадцатом веке начали вырисовываться намётки на её решение.

Какой главный вопрос в описании мира нужно поставить, чтобы хотя бы начать его описывать?

Вопрос чисто геометрический — как определить расстояние между двумя точками.

В школьной геометрии он решается очень просто — через теорему Пифагора. Помните? «Квадрат гипотенузы, равен сумме квадратов катетов». Но ведь если мы перейдём к трём измерениям, там также, квадрат расстояния между точками, будет задаваться суммой квадратов по трём измерениям. Икс-квадрат, плюс игрек-квадрат, плюс зет-квадрат, равно эс квадрат.

Наш мир, который фиксируется нашими органами чувств и приборами — четырёхмерный. Три — пространственных измерения, и плюс одно — время. Какого-то пятого измерения никто и никогда не видел и не фиксировал. Отсюда, если мы можем задать расстояние в этих четырёх измерениях — мы можем описать мир. Что и делает квадратичная метрика, которую и называют метрикой Минковского.

Физический мир!

И описать МАТЕМАТИЧЕСКИ.

Как можно представить, например, знаменитую теорию гравитации Эйнштейна?

Как теорию, содержащую в себе самодостаточную геометрию! Геометрию четырёхмерного мира. Зная такую геометрию, можно найти уравнения движения материальных объектов. Но более того, зная такую геометрию, мы можем написать уравнения поля. То есть, зная эту самую, псевдо-риманову геометрию, лежащую в основе той теории, нам по сути ничего больше знать не надо. Всё есть: есть уравнения движения частиц, есть уравнения поля, и есть геометрия, которая охватывает и первое, и второе.

Но оказывается, что физическому миру соответствует не одна геометрия, а несколько. И вопрос в том, какую и на каком физическом уровне — микрочастиц или там, галактик — надо применять. Получается, в зависимости от тех задач, которые мы решаем, надо выбирать и свою геометрию.

И тут наши физики налетели всей грудью на проблему: для создания «теории всего», Великого Грааля современной физики, - Единой Теории Поля(7)1 — понадобилось вводить дополнительные пространственные измерения. А это очень сильно противоречит главному принципу науки, принципу Оккама: «не создавай сущностей сверх необходимости». А дополнительные сущности, которых никто не видел и основания для их введения очень зыбки — очень скверно.

И тут на сцену выступаем мы — математики.

Вы знаете что такое комплексное число?

Если вы не учились в вузе на естественнонаучном направлении, почти наверняка нет.

Родилось это «число» из древнего, чисто алгебраического решения — нахождения корней кубического уравнения. И известно оно как решение Кардано (Да-да! Того самого, который придумал «карданный вал»). И именно этот математик ввёл в обиход числа, квадрат которых равен отрицательному числу.

В основе этих чисел, так называемая «мнимая» единица (i).Если её возвести в квадрат, то получим -1(минус единицу). Комплексные же числа, что лежат в основе решения Кардано, записываются как сумма действительной и мнимой части: х=а+i*b.И из этого числа вытекает целая алгебра — алгебра комплексных чисел.

Неожиданно оказалось, что эти числа описывают... геометрию на плоскости! Через них оказалось возможным описать и положение точки в пространстве и много чего ещё, характерного для «обычной» геометрии. То есть в области комплексных чисел неожиданно встретились алгебра и геометрия. И оказалось, что слишком много можно описать числами того, что есть в окружающем мире. Ведь есть геометрия? Значит можно описывать!

Однако обычное комплексное число описывало только двухмерное пространство.

Но тут проблема - наше пространство четырёхмерное. А простое комплексное число описывает плоскость. Значит, надо ввести... дополнительные компоненты. И именно так, появился сначала кватернион — x=a+i*b+j*c+k*d, (гдеa,b,c,d – вещественные числа, а i,j,k-мнимые единицы), а через них и гиперкомплексные числа вообще.

Фокус был в том, что именно гиперкомплексные числа давали уже «нормальную» геометрию.

Исследованиями этих геометрий, вытекающих из гиперкомплексных чисел, впервые капитально занялся Финслер. Отсюда и «Финслерова геометрия».

Хохма была только в том, что чтобы получились нормальные, вещественные, неотрицательные числа, расстояние должно было вычисляться как сумма четвёртых степеней. Не как в теореме Пифагора — квадратами.

С одной стороны, весь наш опыт говорит о том, что всё должно вычисляться — все расстояния - именно по теореме Пифагора и именно квадратами.

Однако!...

Если принять, что геометрия Финслера описывает всю вселенную и её геометрию, то теорема Пифагора оказывается «предельным случаем» - случаем описывающем свойства пространства на малых размерах. То есть на наших привычных.

Также неожиданно оказалось, что Финслерова геометрия обладает такой гибкостью, что позволяет обойтись без введения дополнительных пространственных измерений для решения проблемы ЕТП. Обычных четырёх(три пространственных плюс время), хватало с избытком. Даже слишком с избытком.

Моя же заслуга в этом всём оказалась в том, что я просто «прикрутил» к уже существующим вариантам решения, своё — допускающее магию.

А чо? Гибкости в финслеровой геометрии - выше крыши(кстати это и её беда — жутко сложные решения!). Дополнительных коэффициентов, куда можно «прикрутить» - более чем достаточно! Да, получилось, что прикрутил ещё и Мультиверсум Хаоса. Но ведь позволяет!

Но и в этом всём есть своя зарытая собака: если геометрий тьма-тьмущая, то алгебра - она очень жёсткая. И не позволяет слишком много вольностей. А раз так — то мы получаем возможность не просто описать свой мир, но ещё и ответить на фундаментальный вопрос: почему он такой, а никакой иной. И если весь мир описывается числами (пусть и гиперкомплексными), то миром правят именно числа! И получается, что имея работающую теорию, через эти числа... я могу выкрутить всё, что угодно!!!

Однако же...

Вся эта крутотень, следствие развития НАШЕЙ науки. Её передовой, так сказать, фронт.

Можно ли сказать, что этот мир, по всем признакам по своему социальному развитию явно средневекового типа, в науке ушёл дальше нашего?

Не! Бред!

Одно ясно: тут до меня был некий перец, что тоже пользовал Финслерову геометрию.

Иначе как объяснить, что эта расфуфыренная фря, еле отошедшая от тяжёлой болезни, кидается не только терминами («кватернион»), но и именем великого математика прошлого МОЕГО мира?!!

******

«Собирал мозги» я минут пять.

Всё это время принцесса пялилась на меня и, с видимым наслаждением, созерцала высшую степень охренения.

Она именно этого добивалась?

Последняя мысль мне мозги и прочистила.

- Значит, ты их понимаешь? - спросил я Майю многозначительно глядя ей в глаза. Та чуть дрогнула.

Юлит? Сейчас проверим.

- Вот это что? Если ты знаешь... - спросил я и ткнул в строку, что стояла под кватернионом.

- Это тайные письмена, - попыталась отбрехаться Майя, но я всё-таки уловил тот самый момент, когда она чуть скосила взгляд влево. Явно что-то хочет скрыть.

- Если ты знаешь... - повторил я также продолжая сверлить её взглядом. - Хорошо... Я скажу начало названия, а ты продолжишь... Это «метрика...»...?

Слово «метрика» я сказал по-русски, так как в местном, ясное дело, аналога не знал.

Вот тут Майя не выдержала и смутилась. Продолжить фразу она явно затрудняется. И причины тут может быть две: либо она не знает, либо ей когда-то сказали, но она забыла. То, что эти «письмена» она видит не первый раз, как раз было ясно изначально.

- Зачем ты спрашиваешь у меня, если знаешь сам? - наконец нашлась принцесса.

- Да, знаю, - уже полностью успокоившись от первоначального шока ответил я. - Но меня интересует, насколько ты сама разбираешься в том, что написано. Для меня это важно.

- Почему важно? - попыталась прикинуться дурочкой Майя.

- Если ты реально разбираешься в этом, мне будет очень интересно обсудить содержание этого... - я большим пальцем ткнул себе за спину. - Особенно следствия из во-он той строки. Той, что последняя.

- Ты понимаешь, что тут написано? - не сдавалась Майя.

- И понимаю то, что ты когда-то, где-то видела подобное! - начал я терять терпение. Сказать по правде, юлила она мастерски. Даже нужное невинное выражение на своей мордашке состроила.

Однако смысл сказанной мной последней фразы только сейчас стал доходить до Майи. Выражение на её лице медленно сменилось на удивлённое.

- Это тайные письмена. - попыталась она стереотипно отбрехаться.

- Это я уже слышал! - несколько насмешливо отозвался я. - вот только если ты поняла, то для меня эти письмена не тайна. Так и где ты их раньше видела? Мне бы очень хотелось познакомиться с тем человеком, что тоже понимает. И обсудить с ним... ты видела что.

Майя скосила глаза на последнюю строку моего вывода. И несколько раздражённо посмотрела на меня.

- Никто не может прочитать письмена Древних... - снова попыталась отбрехаться Майя.

- Однако это не письмена Древних. Я видел их письмена. И, скажу тебе, они читаемы. Но ничего общего не имеют с этим. Также как и то, что Древние не владели этими... - я снова указал на стену с моими каракулями - «Письменами».

- Это ты их написал?

Лицо Майи стало каменным.

Надо отдать ей должное. Сделала она выводы верные и достаточно быстро. Учитывая и уровень местной культуры, и количество не перебранных вариантов, которые тут напрашиваются. Но для жителя этого мира, напрашиваются.

- Да.

Майя нахмурилась. И снова уставилась мне за спину.

- Зачем? Зачем ты их писал?

- Чтобы узнать что-то новое.

- Ты узнал?

Вот же-ж блин! Дотошная какая! И каждый раз когда видит, что не может ответить на вопрос отвечает вопросом, перебрасывая мне «мячик» диалога. А сейчас так вообще как клещ вцепилась.

- Где ты видела подобные письмена и откуда знаешь имя Финслера? - начал я снова настаивать.

- В рукописях Великого Нина, если тебе что-то это скажет! - изрядно зло выпалила Майя и отвернулась от меня к стене.

И да: я был несколько не прав. Она только-только отошла от беспамятства, а я на неё насел. Нехорошо это. И как бы мне ни хотелось продолжить, надо давать задний ход.

- Ладно. Прекратим. Тебе сейчас вредно перенапрягаться. Поговорим, как-нибудь после. Тема интересная.

Майя обернулась ко мне и посмотрела на меня как на придурка.

- … И если что — могу научить разбираться в этих письменах! - подмигнул я ей.

Последнее ввело её в замешательство. Но когда она полностью поняла, что я сказал, а соображала она таки медленно(хоть и верно) глаза у неё округлились.

Впрочем мне это было уже как-то пошарабану: болезную я напоил и накормил, ки зарядил. Вижу, что идёт на поправку. А значит, в моих усилиях сейчас не нуждается. Однако...

Я вспомнил то, что за последние дни у меня начисто вылетело из головы: свитки Соя Кирина. Я видел их. Понял, из какой они коллекции. И понял, что эти свитки какие-то особенные, если Хранитель Печатей с ними не расставался.

К тому же я вспомнил один из примечательных коробов.

Примечательный он был тем, что был тоньше, чем остальные, но покрыт таким количеством узоров, что его сильно выделяли среди прочих. Но главной было в нём надпись.

И значилось там — Завещание Великого.

«Великого...Нина»?

Если да, то... Надо бы с ним ознакомиться. Тем более, что есть очень серьёзное подозрение, что тот барбос, что тут наследил под именем Нина и тот, кто дал местным такое «сокровенное знание» как фраза «кватернион Финслера» и как он выглядит — одно лицо.

Я прошёл в соседнюю комнатёнку, куда свалил наши вещи, чтобы через них не спотыкаться и быстро нашёл нужный свиток. На ощупь оказалось, что узоры на коробе не только нарисованы, но ещё и искусно вырезаны. Узор был рельефным. Так что интриги оно мне добавило.

Я прошёл обратно в комнату и под подозрительным сверлящим взглядом Майи достал из короба свиток.

В следующие секунды глаза мои полезли на лоб, а я сам медленно стёк вдоль стены на пол. Требовалось срочно присесть. Чтобы не упасть.

Казалось, что я ко всему готов, но ЭТО!...

1 (7) Объединение всех известных взаимодействий в единую теорию — Гравитации, электромагнитного, сильного и слабого взаимодействий. Когда-то, в девятнадцатом веке, Максвелл объединил в единую теорию два, внешне разных взаимодействия — электрические и магнитные. Теперь вся наша цивилизация основана на использовании электромагнетизма. Получив ЕТП наша цивилизация получит чуть ли не полную(теоретически) власть над материей и пространством.

Принцесса Кирин

Почему она до сих пор жива, Майя понимала прекрасно. Но прямо сказать, и выразить благодарность, мешала гордость принцессы. Даже такому человеку по статусу как она. А в том, что Вин-светлячок с ней равного статуса, она уже не сомневалась. Слишком много деталей поведения монаха говорило за то, что он из высших. А раз уровень мага у него примерно восьмой, то тут и говорить нечего.

Выбившиеся с низов не ведут себя так свободно в обществе родовитых. Даже прожив в этой среде десятки лет, всё равно остаётся в них что-то такое, по чему сразу скажешь: «Этот из...». Далее оставалось только указать сословие: крестьяне, чиновники, торгаши. И всё потому, что видно, по мельчайшим, характерным жестам и движениям - эти с детства кланяются.

Вин-светлячок видно, что не кланялся. Никогда.

Но и это только часть того, что ставило Вина намного выше очень многих представителей даже её сословия. И пусть он как бы не принц, так как монах. Всё равно!

Она вспомнила Шунгу. Ашоку.

Вот смог бы этот стихоплёт, с его шестым уровнем магии, спасти её?

Вряд-ли.

Скорее всего, он всё то время, когда она металась в жару, сидел бы над её телом и сочинял свои слащаво-тоскливые вирши. Потому, что боялся «сделать что-то не так». Было у него такое. Не был он самостоятельным. Всегда, для того, чтобы что-то сделать, ему нужен был пинок. Словесный или реальный со стороны его отца или «отца-командира».

Тогда в ущелье, когда он вызвался стать в заслон, это, похоже, был первый и последний его самостоятельный, мужественный поступок.

А тут — предмет воздыханий, сейчас вот-вот испустит дух. Так бы и дрожал. Пока не стало бы совсем поздно.

Но Вин-светлячок рискнул. И ведь рискнул очень серьёзно.

Не было при ней «ошейника Бу»! Того самого, который необходим для магов, которые находятся в таком вот печальном состоянии. Ведь если бы она в бреду что-то кастанула, то...

Майе даже представлять было страшно.

И Вин-светлячок должен был это понимать.

Но не ушёл. Не бросил.

И не только не бросил, но ещё и пытался лечить. Да как лечить!!! Вкатить ей практически полный резерв, когда она металась в бреду! Ужасающий риск без подавителя!

Уже в первые минуты, когда она проснулась и осознала что произошло... ей пришлось долго успокаиваться. А когда таки успокоилась, попыталась выразить благодарность этому сумасшедшему магу. Но... слова в глотке застряли. И вместо этого вышел совершенно идиотский разговор, где она отчаянно хотела что-то доброе сказать, но получалось, что только злится. И врёт.

Ведь что надо было сказать на то, что Вин влил ей, находящейся в бреду, полный запас ки?!! Надо было назвать сумасшедшим. Но... Кажется этот ки её и спас. Поэтому, её метания и вылились в попытку с одной стороны, скрыть свои действительные чувства, с другой... Что-то Вин такое знал, что... пришлось уходить от ответов. На его прямые вопросы!

Ведь то, что он знает Письмена Нина, да ещё, как видно умеет ими пользоваться, само по себе могло ввести в шок. А когда он начал настойчиво спрашивать где она видела или слышала имя Финслер, пытаться выудить у неё признание относительно её НЕзнания Письмён... Ведь как тогда понимать его вопросы насчёт слов «метрика» и «кватернион». Да она только эти слова и знала! Да и то, знала как звучат. Не смысл. Только Великий Скар знал больше. И то ненамного. А уж понимать!.. Во всём мире нет никого кто понимал. После ухода Великого.

И тут... После того, что она узнала о своём лечении, что Вин отчаянно рисковал своей жизнью спасая её, узнать ещё и то, что он не только знает, но ещё умеет пользоваться Письменами... Тут уже интересы Рода!

Надо во что бы то ни стало либо его оставить в Роду, либо как-то, но добиться чтобы он дал Знание. Ведь те Письмена Нина, как написано в Великих Свитках Хаоса, дают в руки магию более высокого порядка, чем Ки!..

Кстати, понятно почему Вин-светлячок тогда так поступил с ней. В первую встречу. Почему говорил ей, что решает остаться и спасать её или бросить. Ведь как-то ей даже в голову не пришло, что да, действительно у них нет с собой «ошейника Бу»! А раз так... То Вину, если и у него нет(и не было!) реально надо было решиться. Решиться рискнуть жизнью. Своей, прежде всего!

Непреложно ясно становилось и то, почему он перерыл их с Соем Кирином вещи — искал Ошейник Бу.

И не нашёл.

И потому — колебался.

Но ведь выбрал-то — рискнуть! Попытаться спасти!

И спас!

А принцесса уже тогда повела себя крайне недостойно — подозревая в вероломстве, в лицо назвав его...

Осознание того, что надо перед ним извиниться, надо сказать спасибо... наслаивалось на вот ЭТО! Великое Небо!!!

Отчаявшись себя пересилить, хотя и должна была — перед человеком равного статуса! - Майя просто психанула.

Вся эта канитель с Письменами и ещё не ушедшая слабость по причине болезни её вымотали совсем. Даже обещание Вина научить... как-то потерялось в буре эмоций.

Вин, видно понял, что ей сейчас очень тяжело и оставил в покое. Вышел из комнаты.

Пока его не было, Майя ещё раз оглядела то помещение, где они находились. Помещение было сравнительно небольшое. Пол выстелен мозаикой, представлявшей из себя какой-то растительный узор. Симметричный. Но не более того.

Стены, были покрыты обычными, для Древних, фресками. Так как они любили это делать — нанести картину на стену, а после покрыть сверху слоем, чтобы рисунок не убило Время.

И тут также — две картинки на две стены. Возле одной находилась её лёжка, а другая — на противоположной стене. Той, которую зарисовал своими Письменами Вин.

Два красивых светильника расположенные по углам комнаты привлекли её внимание своей странностью. Хотя бы тем, что там, в них, не чувствовалось каких-то потоков Ки. Два перевёрнутых сосуда из жёлтого стекла на двух каменных постаментах. Постаменты были древними. А вот светильники — было видно, что Вин-светлячок над ними поработал очень серьёзно. И зачем он тщательно запечатывал смолой каждый перевёрнутый сосуд — тоже было непонятно. По сути, он каждый из них приклеил этой смолой горлышком к каменному полированному постаменту.

В каждом из банок посередине стоял камень и на камне, - видно, что Вин старался, чтобы эти камни доставали до середины сосуда, - находился некий предмет, ярко сияющий. Каких-то насосов Ки и закрепляющих плетений, Майя не почувствовала. Последнее ещё добавило интриги.

Но когда Вин таки вернулся, Майя мгновенно забыла про странные светильники. В руках у него был... СВИТОК ЗАВЕЩАНИЯ ВЕЛИКОГО!!!

- Ты кощунствуешь Вин! Опомнись! - зашипела со своей лежанки Майя. Но Вин её так и не услышал он к тому времени уже распечатал короб и...

Майя не поверила своим глазам!

Вин ЧИТАЛ свиток!

Свиток, который до него никто на её памяти так и не расшифровал!

И видно было, что читал! Не просматривал, что можно было предположить за обычным человеком. И чем дальше он читал, тем выше ползли на лоб брови и тем больше отвисала челюсть.

Вин был потрясён. Потрясён содержанием.

Он несколько раз перечитал некоторые куски, зачем-то посмотрел в начало, но вернулся к тому месту на котором остановился и продолжил читать, аккуратно сворачивая прочитанную часть на вторую каталку. При этом пару раз из его уст вырвалось любимое ругательство Великого. ТО, которое как великий секрет, из поколения в поколение передают в её семье. Больше никто не знает этих слов. Но Вин-светлячок их, выходит... знает?! Или... ПРОЧИТАЛ?!!

«Он что и ЭТИ письмена знает?!! - мелькнуло в голове у Майи. - Как под строжайшим секретом говорил дедушка, там не шифр. Великий написал тот свиток на своём языке. Языке той страны, откуда он пришёл к нам. - Так именно из-за этого за ним гоняется половина войска Азимбы?!! Ужас!!! Бедный Вин!!! Но... Надо во что бы то ни стало его как-то.... Да даже если... Нет! Надо, чтобы он был именно у нас!!! И был нашим! Не рабом и не вассалом! А среди нас!!! Ведь это!...».

У Майи реально дыхание спёрло от осознания перспектив.

Но тут, слегка успокоившийся Вин дошёл-таки в своём прочтении до конца текста.

Реакция была...

Он снова вытаращился. Долго смотрел на последнюю строку, а потом...

Разразился диким хохотом!

Он бил себя ладонью по коленке и орал: «Нин!!! Король!!! Король ...(Майя тут не разобрала)... Нин!!!».

Смеялся Вин-светлячок долго, самозабвенно и под конец вообще на бок завалился обессилев.

Завет Великого

Когда я увидел в свитке русские буквы, первое, что я подумал — мне мерещится. Второе, что мне примерещилось всё, что до этого со мной происходило. Но взяв себя в руки я заставил себя поверить, что... «Завещание» написано кем-то из наших. Тем более, что до этого были ясные намёки на то, что тут, в этом мире, кто-то из знающих Финслерову геометрию «проходил мимо».

Но чтобы это был кто-то из наших!

Я в полном охренении, читаю что там написано. И чем дальше вчитываюсь, тем в большее ошизение я впадаю.

Принцесска что-то там рычит, со своего лежбища, но мне не до того: предо мной раскрываются тайны Мира!

Блин!!!

А как ещё можно весь этот текст ещё назвать?!

Написано было просто — от руки. Без каких-то там печатных букв. Чернилами. ПО-РУССКИ.

Привет соотечественничек!

Да-да! Не вывихивай мозг и глаз! Я «тот самый Великий Нин». И это — типа моё послание. Тому, кто придёт сюда после меня. То есть тебе, балбесу (балбеске).

Почему я написал «соотечественничек»? Если ты читаешь этот свиток, и понимаешь что тут написано, ты наверняка наш. Западники настолько погрязли в своём чванстве, что вряд-ли кто-то из их математиков или физиков, выучит русский. А как ты понял, сюда, может попасть только кто-то из нашего «цеха». Значит, ты — русский. И математик.

Не знаю, как ты сюда попал, но я попал именно потому, что «знал слишком много». Я уже там, дома, мог вытворить такое, что у окружающих волосы дыбом становились. И так как я творил не задумываясь о последствиях, то за мной и моими секретами началась настоящая охота. Ну да! Дураком был! А ты что? Ведь наверняка такой же, если ты здесь! :-).

Прежде всего за мной начали гоняться всякие бандюки. Потом, какие-то мутные типы о принадлежности их к какой конторе я даже не задумывался. Просто «посылал». И тут меня просто «взяли за жопу». Ну я и озверел.

Кастанул так, что там, наверное, на месте того дома, до сих пор большая яма. Думал, что таким образом сам удеру, и другие зарекутся за мной бегать. Но, видно, я по злобе сильно перестарался. Самому миру я оказался не по нутру и он меня вышвырнул. Как теперь понимаю, в другую вселенную.

И оказался я тут в Королевстве Йойо.

Прикольное название у королевства, да? Я тоже по-началу ржал, пока меня не изловили и не поставили на шею эту бл..кую печать раба. Тогда, как понимаешь, мне стало не до смеха. Хорошо, что я не проявил себя как маг. А то, как я сейчас знаю, меня бы вообще убили. Такие тогда были порядки.

Вообще Печать оказалась ещё той пакостью. Меня натурально крючило в присутствии всякой мрази, что имела печать выше моей. А как ты понимаешь, все имели таковую, кто с печатью, но не рабской.

Вот такой был мой «низкий старт».

Разбирался я с этой Печатью, больше года. Но таки сломал. (Как? Смотри мои записи по этой части. Я тоже их оставил, и написал на нашем языке. Чтобы другим неповадно было, и не придумали что-то более совершенное, чем то, что было). Ну а потом... Ты уже наверняка знаешь. Из местного эпоса.

Вышел я из лесов злой, как тысяча чертей. С чистой шеей. Без печати. А что значит тут чел без печати — ты тоже наверняка знаешь. Ну и показал всем, Кузкину Мать.

Как-то так получилось, что меня сходу и люто невзлюбили всякие высокосидящие. От вельмож, до магов. А я что? Мне жить охота! Вот и пришлось драться. А то, что вышло так, что с каждым убиенным бароном, да графом, я прирастал землями — это уже от меня как-то не особо зависело. Право тут такое.

О своей магии, скажу прямо: моя и твоя магии (я уверен!) сильно не то, что местная.

Местная - что-то совершенно иное. Я её потихонечку изучаю и осваиваю, но то, что вижу — явно не то, что наше.

Кстати чисто математически, их рукомашества и жесты основаны на простейших алгоритмах, имеющих, ты удивишься, но алгебраическую природу. С выводом в геометрию. А там — до их потоков КИ рукой подать. Как там — легко поймёшь, так как математик. Или физик. (Подробнее — смотри свиток «Числа»).

Вот так! Но это, повторюсь, не наша магиючка, которая нас сюда привела. И если ты только-только начал свою осваивать и сюда попал, помни: не надо баловаться с разрывами. Ни первого, ни второго рода. Ну ты понял какими. А то я тут раз попробовал — так чуть Арамагеддон и Апокалипсец не учинил. Единственно что хорошо, Царство Зари — самое отмороженное из всех соседних, - отделил от себя нехилым таким рвом в километр глубиной.

А с местными — я просто силу употребил, когда ихний королёк на меня сильно лапу задирать вздумал. Дурак он был недоговороспособный. Да ещё и усугубил, объявив меня чуть ли не главным своим кровным врагом. И всё из-за того, что я его любовника грохнул за конкретное предложение мне.

Да-да! Не знаю, что там уже при тебе будут говорить, но этот королёк был «заднеприводным». И в Йойо — крепость такая у него была, - собрал вокруг себя таких же голубых и на всю голову раненых.

Сам посуди: мог ли я такое стерпеть?

Крепость Йойо я унасекомил до деревни. Ну злой был, как.. ну ты знаешь! Магов и знати в нём сгинуло — опупеть сколько. А так получилось даже очень хорошо — одним ударом всех врагов накрыл. Удачненько! Это уже потом всякого бреда насочиняли про сию эпическую «битву Бобра с Ослом». Я тут ни причём — не я сочинял. Пытался одно время поправить — бесполезно. А после даже наколлекционировал тех сказочек целый ящик. Где-то хранятся. Там — ржач один. А как было на самом деле — отдельно напишу.

Но тут фигня нарисовалась: крепость с магами и местным корольком я, конечно, «того»... Одна яма осталась. А корона королевства? Ясно дело теперь она в виде пыли летает где-то в районе местной стратосферы.

Ну я и прикололся — выпилил своей магией железную корону из нержавеющего сплава (кстати хром и прочие ништяки можно добыть из руды возле деревни Хром. Я её так назвал, чтобы и тупому понятно было). Вот так и стала наша страна называться: «Королевство Железной Короны». А чо? Прикольно вышло!

Да! Бумагу - это я тут для местных «изобрёл». Пользуйся. И если что — приумножай. Знаю я вас, соотечественнички, - вас хлебом не корми, но дай попрогрессорствовать. Что? Не так?! Сам такой!

Ну и раз доберёшься до самого верху, или не совсем до верху, раззудится у тебя прогрессировать, то умоляю: не торопись, не руби с плеча, даже если что-то тебе кажется «очевидно вредным». И меня не суди строго. Я как мог улучшал тут всё. Только вот получалось далеко не всё. А потому, что хотел слишком многого и сразу. А тут такое не проканает. Общество тут консервативное. Если и можно что-то сделать, то только постепенно, с опорой на местные обычаи и местных же барыг-попов.

Кстати о прорессорстве и местных бабах.

Бабы у местных — отдельная история и головная боль.

Что мне тут с трудом и по-крупному удалось поправить, так это с бабами.

Баб тут до меня вообще за животных держали. А если какая-нибудь девочка появлялась с талантами в магии — так сразу ей «секир-башка».

Тут были такие нравы: баба не должна превосходить муженька. А вдруг та баба ещё ранг получит выше? Да ни дай бог муженька под каблук веником загонит?! Короче баб с магией по тем временам и обычаям, вообще не должно было быть.

Такое впечатление, что в этом царстве-государстве мужички все были такие дятлы да с таким мощным комплексом неполноценности, что за счёт баб и могут самоутверждаться.

Ну я и поправил. Как получилось, - так получилось. Кому просто в рыло настучал, кого файерболом в лобешник «убедил». Но меня «поняли». Даже свиту единомышленников набрал.

И вот теперь бабы в магических войсках.

А я над всеми. И бабы у меня как серьёзная опора.

Ведь соображают, что если меня грохнут, всех их, ведьмочек, загеноцидят. Но... кажется нравы, за время моего царствования смягчились. И даже есть некоторые поползновения в сторону матриархата. Но это я уже сам стал пресекать. Ибо нехер!

Всё-таки гендерные роли должны сохраняться во благо государства.

Да! Не трогай систему Печатей, что я ввёл! Эта мера была единственная, что позволяла ликвидировать систему рабства, хотя-бы в нашем Королевстве. И если уж приспичит — ничего не меняй, пока сам не разберёшься как всё действует. А как разберёшься, думай: соседи вообще дикие. И Печать моей конструкции делает подданных нашего королевства совершенно «несъедобными» для соседей. Ведь их нельзя сделать рабами.

Конечно, есть вариант просто всех соседей нагнуть. Но как ты это будешь делать — не знаю. Скажешь, почему я так не сделал если такой крутой?

Я просто не настолько отмороженный как местные, и геноцидом, даже под страхом смерти, заниматься не буду. А ведь если нагибать, то кто будет этими загнуто-нагнутыми управлять? Ведь легко подсчитать, что народу нашего Королевства просто тупо не хватит. Ни на удержание в подчинении, ни вообще на управление (см. Систему Печатей соседних государств. Свиток так и называется.)

А вообще тут изрядно тоскливо.

Развиваю промышленность, занимаюсь просвещением, но чую что когда уйду или помру, всё рассыпется. И местные снова оскотинятся, как я ни старался их привести к человеческому облику.

Потому сейчас больше налегаю на изучение того мира, куда попал.

Есть тут некая Тайна. И ты будь осторожен.

Тут «Перерождение» не пустой звук и не суеверие.

И также, страшно сказать, но у этого Мира есть ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ.

Что это такое — сам не знаю. Узнаю — напишу. Если успею узнать и написать.

Ну и несколько слов о себе.

Русский.

Закончил Мехмат МГУ. От чего и попал сюда. Не! Не злые преподы меня сюда загнали — сам «загнался». «Слишком Много Знал». А как — см. на себя.

Ну а совсем подробно — смотри свиток «Обо мне любимом».

подпись: Владимир Лещинин.

Пост Скриптум.

Ну не виноватый я! Эти дятлы, местные, так меня сократили! Им то ли в падлу, слог «щи» произносить, то ли язык не позволяет, но получилось то, что получилось король у них Великий Ле Нин.

Агась! Меня аж пробрало! И ведь не скажешь, что поиздевались! Никто нашего Ильича тут не знает. Даже слыхом не слыхивали.

А что? Убойно: Король Владимир Ильич Ленин.

Революция прилагается.

Вот на постскриптуме я и отпал.

Я ржал так, как никогда прежде. До изнеможения. До икоты. А раненая принцесса пялилась на меня дикими глазами со своей лежанки.

******

Лежу на боку, прихожу в себя, и тихо сматываю на первую каталку прочитанный свиток. Но даже сейчас, когда на глаза попадаются те или иные фразы из свитка, тело сотрясают судороги хохота. Нахохотался до полного изнеможения.

Принцесса лежит и молчит. Испуганно. Это по её красивым глазкам хорошо видно.

Наконец, смотал полностью свиток, закрепил вспомогательную каталку на основном и всё ещё икая от прошедшего веселья принимаю вертикальное положение. Осторожно опираюсь на стену спиной — чтобы не стереть выкладки, - и смотрю на Майю. Та хмурится. Видно никак не решит как ей на всё реагировать и что всё это значит. Ладно... Пока она ещё в ошеломлении, надо бы её попытать вопросами. Авось ответит не таясь. И что-то мне подсказывает, что некоторые вещи про «Великого Нина» - табу. Потому надо спрашивать быстро, пока не пришла в себя и снова не замкнулась. Икнув напоследок приступаю к «допросу».

- Ну-ка, красавица, ответь мне на вопрос... Мучает он меня сильно... Вы зачем у Володьки Лещинина целый слог из его фамилии выкинули?

- Так ты действительно прочитал?! - прокурорским тоном, привычно уже, отвечает вопросом на вопрос Майя.

- А чего тут читать? Всё понятно написано. На моём же языке. И предназначено именно мне.

- Те... те... ТЕБЕ?!!!

Личико Майи аж бледнеет.

- Но-но! - пугаюсь я. - Ты там... не окочурься, невзначай! Ну написано. Чего такого? Ну прочитал... Ну мне адресовано... И что?

- Но... Но как тебе могло быть предназначено, если... Он жил... Он ушёл шестьдесят два года назад!!!

Я многозначительно пожимаю плечами, но хохма в том, что именно этот вопрос — когда жил сей Великий Нин — я хотел задать следующим. Как оно хорошо вышло: Майя сама мне на него ответила. Однако же...

Если рассуждать здраво, то... получается... ПОЛУЧАЕТСЯ ПОЛНАЯ ФИГНЯ! Ведь если это тот самый Володя Лещинин, то я его знал! Я был тогда ещё студентом, когда он исчез. Именно он, до своего исчезновения, вбивал мне все премудрости того раздела математики, которым я сейчас занимаюсь. И именно он меня надоумил рыть в сторону прикладных разделов сей математики. В частности в сторону квантовой механики. На чём я, впоследствии и увяз. Там стояли слишком тяжёлые проблемы, и задачи чудовищно тяжёлые для решения.

Итого: Володька исчез... Так... Когда исчез? Ага... Пять лет назад. Здесь он был... шестьдесят два года плюс, примерно, десять-пятнадцать лет. Значит, он появился в этом мире семьдесят-восемьдесят лет назад. А это в свою очередь означает... Во блин! Ведь тут ещё и время течёт быстрее, чем в нашем мире. Однако!

Всё время, пока я соображал, Майя настороженно за мной наблюдала. Когда я закончил подсчёты и встретился с ней взглядом, глаза у неё были... Ну очень многозначительные.

Примерно как у той лисички, что у моих друзей в доме живёт как собачка. И страх и жгучее любопытство. Она всех так поперву встречает. А как удостоверится, что новый человек не представляет опасности, вот тогда и начинает беситься. Ну очень энергичная и весёлая бестия. А любопытства-а!...

А что? Эта принцесса чем-то неуловимо, но напоминает мне ту, домашнюю лису.

- Ну-ка, скажи-ка принцесса: а точно, когда он появился здесь?

- Семьдесят пять лет назад. - отвечает Майя. На лице всё то же выражение, но хоть не бледная. Страх, видно, ушёл, но любопытство осталось.

Угу. Разница в скорости протекания времени — 15 раз. Значит, если я тут промаринуюсь лет пятнадцать, то на Земле пройдёт всего-то год! Как интересно!!! Осталось лишь прожить так, чтобы невзначай не убили. И всё путём. О том, что я найду дорогу назад, что-то даже не сомневаюсь.

А почему не сомневаюсь?

Да всё потому, что в эпосе говорится, что Нин не умер, а «Ушёл». Куда — не говорится. Впрочем... Не стоит торопиться: что-то на Земле я его не видел. Что собственно не доказательство того, что он не вернулся домой. Ведь он сам написал, что на Земле за ним бегало тьма «заинтересованного» народу. Так что с него станется основательно замаскироваться, чтобы не нашли прежние вороги и прочие «любопытные».

Ну ва-аще!!!

- Так всё-таки! - возвращаю я разговор к тому, с чего начали. - Почему выкинули «ЩИ»?

- Ты же знаешь, что этот слог неблагозвучный! Он не достоин Великого Короля!

Во, блин, как! А я и не знал! Хотя, подозревал, что что-то такое есть. Типа того, что, например, в испанском языке, наше вполне себе безобидное слово «куда», вполне конкретно матерное. И таких примеров более чем достаточно в нашем мире. Та же Майя, на арабском, обозначает ни что иное как «верблюдица». М-да... Но данная «верлблюдица», изрядно красива и ничего общего в её облике с тем двугорбым животным. Даже наоборот — как я отметил ранее, с очень симпатичной такой лисичкой. Так что буду помалкивать насчёт арабских переводов. А то ещё схлопочу крутые неприятности по морде!

Припоминается также, эпические фейлы с названием автомобилей1(8). В своё время изрядно оборжался, это читая.

Вот только что обозначает в местном языке слог «щи» — что-то не хочется выяснять. А то получится как с испанским словом «куда», что в приличном обществе называть не принято. Ото оно и ясно, что до сих пор ни я, ни Володька Лещинин не выяснили что оно значит. Берегли Великого от неприятных эмоций. Точно!

- Не знал! Теперь буду знать. - коротко говорю Майе.

Та сморгнула. На лице мелькнуло замешательство, которое почти сразу же исчезло, заменившись на прежнее жгучее любопытство.

- Но как ты смог прочитать? - осторожно спрашивает она. - до тебя никто не мог прочитать.

- Да вот... смог. А ты как поняла, что я прочитал?

- Никто не знает Имя Великого. Кроме... хм... посвящённых.

- И эти посвящённые — родственники Нина! - предположил я и тут же понял, что попал в цель. В глазах Майи мелькнул испуг и любопытство тут же сменилось на настороженность.

- Ладно! - махнул я рукой. - Не бойся. Не выдам я твою тайну. А чтобы ты не сомневалась, поделюсь с тобой небольшой тайной. Впрочем ты уже и так догадалась.

- Какой? - осторожно спрашивает она.

- Вот это вот... - я помахал свёрнутым свитком — Написано на моём родном языке. И... я знал Володю Лещинина. Мы были друзьями.

Ой! Зря сказал! Язык мой — враг мой! Ведь это может быть использовано против меня.

Выражение лица Майи снова сменилось на испуг.

- Но... Сколько тебе лет?!

- Мы бессмертны! - ляпнул я.

- И... Я тоже буду жить долго-долго?!! - чуть не подпрыгнула на своей лежанке Майя.

Агась! Я, всё-таки не ошибся. Она — Володькин потомок. Похоже внучка. Мдя! Великий Нин! Ты ещё тогда был ловким парнем.

- Кста-ати! Там в торбе кроме этого свитка ещё есть другие, что на МОЁМ языке? От Нина?

- А!.. Но!... - снова всполошилась Майя.

- Да не волнуйся ты так! Все эти свитки ваши! Но так как они предназначены мне, и только я их могу прочитать, согласись, я ДОЛЖЕН их прочитать!

Принцесска явно смутилась.

- Ну... Наверное да... - посмурнев выдавила она из себя. - Мы... разрешаем!

Во как: «мы разрешаем»! Опять в своём чванливом стиле заговорила. Но вот взгляд у неё мелькнул... Какой-то... Хищный!

Ну-ну! Давай, киска! Поизображаю я из себя мышку.

Видал я много раз такой взгляд. И что он он означает прекрасно понимаю.

Каблук — имеется. Дело за веником.

1(8) Самые неудачные названия автомобилей https://www.drive2.ru/b/226532/

Математика, Магия и вассалитет

Прочитал я все свитки, что были в торбе, довольно быстро. Да их и было очень мало.

Что сказать?

Впечатление очень неоднозначное. И не потому, что часть была таки написана на местном языке и предназначалась для местных же.

все свитки оказались какими-то разрозненными обрывками разных трактатов, что писал Володя и которых писал явно во множестве. Да, он подтвердил моё мнение о нём как «Маго-Фихтенгольце» этого мира. Много чего стало понятно. Разбирался он в предмете основательно и излагал всё чётко и предельно понятно. Сразу видно, что исследовал местную магию скрупулёзно.

Да, местным магам, многое из того, что я увидел в свитках, было бы совершенно недоступно. Но это потому, что как Лещинин и объяснил, тут нет той математики, что есть у нас. А есть лишь зачатки. Также стало понятно и откуда битая принцесса знает о Финслеровой геометрии. Магов этого мира, как Лещинин ни бился на ниве их просвещения, только и хватило, что запомнить «странные слова». Но не саму геометрию.

Последнее сильно радовало. Никак не улыбалось столкнуться с каким-нибудь хреном, что не только овладел своей магией, но ещё и математизировал её. А это значит, ещё и прибавил в мощи и искусстве применения.

Понятно, стало и то, что Володя, также как и я, пошёл по пути сопряжения «нашей» Магии Чисел(он её именно так называл) и местной Магии Знаков. А понятно стало только потому, что сам сделал только что ту самую, базовую разработку по сопряжению. Иначе бы не понял о чём речь.

И беда тут была не в том, что я такой непонятливый, или Володька что-то не так написал, а в том, что после его Ухода, все его рукописи растащили по разным закоулкам. И так как растаскиватели явно не представляли, что некоторые свитки были частями большего(Прочитать, ведь, не могли! А если могли, то не поняли.), то собирать теперь мне всё это богатство по частям и по всему миру. Да и то чую, что за эти свитки будет ещё та война.

Единственная разработка по сопряжению, которая оказалась в моих руках целиком и реально могла пригодиться, была по какому-то частному случаю. В комментариях Володя, по приколу, назвал эту разработку «меч джедая».

Суть разработки такова, что к человеку «привязывается» (как к носителю Магии Знаков и её ки) эдакий «микроразрыв». Но у него был и недостаток: если привязывался к человеку, то и дистанция, на которую этим недоразрывом можно было достать — от силы метра полтора - два от себя. Но... Таки меч! И что особо ценно, резал сей меч всё.

Я не долго думая, проделал необходимые действия и опробовал получившуюся штуковину.

Да, привязка была сделана к руке. И выглядел сей мечик весьма интересно — прозрачный, будто из хрусталя, и весь в радужных переливах. Радуга была от интерференции света, на границах «разрыва». Ещё я понял, что он не просто что-то резал, а его действие было основано на разрушении связей между молекулами. А что? Ценное качество!

Володя ещё что-то там нахохмил в рукописи, что, мол, взял идею из какой-то фэнтезюки. Ну... монстр!

Я немного помахал обновочкой на свежем воздухе, порубил близлежащие разрозненные блоки, оставшиеся от какой-то рассыпавшейся пристройки и весь из себя довольный вернулся к принцессе. Ясное дело, уже без сего вооружения. Светить перед ней, это новьё, что-то душа не лежала. Лучше я для местных буду выглядеть как можно белее и пушистее. Авось прокатит и от меня не будут ждать крутых неожиданностей. А последнее, чую, сильно понадобится — иметь «в рукаве» такие неожиданности.

Видя мой очень довольный вид, принцесса тут же в меня вцепилась. Что, да как, и почему.

Пришлось слегка наврать. Но помня, что она влёт определяет лгу я или нет, то просто отбоярился тем, что «рукописи целиком предназначались именно мне...». А раз так, то «...делиться я их содержанием не буду, так как личное».

Майя на своей лежанке аж зашипела от досады. Но тут же состроила некую подобию мордочки кошака из «Шрека».

- Ну хотя бы намекни что там было!

Мда... Воистину «кошечка». Но также... «кошку сгубило любопытство». Не! Не буду губить. Зачем тогда, спасал? Так что пусть пребывает в неведении.

- Ну я и говорю прямо и конкретно — личное это. Ты же ведь не делишься со всеми встречными и поперечными содержанием писем лично к тебе!

- Делюсь. - не поняла она.

- Значит эти письма были не настолько личные. Но там было письмо, которое я, пожалуй, могу пересказать. Там ничего такого, не было, что... Ну... Ладно! Я отвлёкся. Он там писал о Ковене Ведьм.

- Э-э.... - Тут же смутилась Майя.

- Угу. Так ты в него входишь? - догадался я.

- Ну... Его создал Великий Нин. - Ушла она от прямого ответа, хотя как она сказала, как раз было слишком характерно. Реально входит. Осталось выяснить кем там является.

- Я уже знаю. И зачем создал тоже. Но меня интересует сейчас не это. А кто сейчас Главная Ведьма по Ковену.

Реакция была неожиданная. Её лицо как окаменело. Но потом губы задрожали и она расплакалась.

Я подошёл к её лежанке. Присел у изголовья и попытался утешить.

- Не надо меня утешать. - сказала она отвернувшись к стене. - Я знаю. Она... Она Великая! Она получила Своё Перерождение. Она Перешла.

- Она была твоей матерью? - кинул я наугад.

- Да.

Да уж! Раскисла принцесса с одного напоминания. Или гибель матери Майи произошла очень недавно, или... Нет! Скорее всего она ещё от болезни не отошла. Я слегка сконцентрировался и попытался разобраться в тех потоках, что видел.

Ну увидел...

И ничего не понял!

А, собственно, что я там мог понять, если в теории всех этих «потоков» я соображаю на уровне «почти никак»?! Даже ту муть, что мне давал маг-лекарь, я понял весьма слабо. Я не мог с уверенностью сказать только глядя на эти нити «ки», что у принцессы было не так в организме.

Одно лишь вспомнил... Ещё в университете я видел последствия сильного нервного истощения. И там как раз была такая картина: любые напоминания о чём-то печальном, немедленно вызвало слезотечение и сильную скорбь. Так что оставалось остановиться на этой версии и признать своё поражение. Собственно мелкое поражение. Ведь в остальном, кажется, я таки победил. Ведь выздоравливает!

Майя молчала пол дня.

Даже когда я отлучался на то, чтобы «подстрелить» очередную птичку на обед и собрать дикорастущие специи, она всё равно молчала встречая меня мрачным взглядом со своей лежанки. Лишь когда я ощипал птицу и начал её варить, она медленно, чтобы как можно меньше беспокоить раненное плечо, приняла вертикальное положение. Села на своей лежанке и прислонилась спиной к стене.

Вид у неё был изрядно лахудристый. Волосы в беспорядке, лицо измождённое. Хотя уже не такое бледное, как было раньше.

- Кто он был для тебя? - наконец нарушила молчание Майя.

- Друг. И немного учитель. - коротко ответил я, распиливая ножом тушку птицы. Обычным ножом. Но сильно подмывало использовать «меч».

Майя приободрилась. Достала из каких-то складок своего платья гребешок и стала потихонечку приводить себя в порядок.

- Он тебя учил магии?

- Нет. Он учил меня математике. Тому, что ты назвала геометрией Финслера.

- А разве это не одно и то же? - слегка прервавшись и недоуменно посмотрев на меня спросила Майя.

- Нет. Далеко не одно и то же.

- Но по преданиям он творил свои подвиги именно этим.

Я усмехнулся, вспоминая выражения, в которых Володя костерил местных. За тупость. И как раз потому, что ему так и не удалось объяснить разницу между математикой и магией.

- Я что-то смешное сказала? - с некоторой угрозой спросила принцесса.

- Да. Ле Нин в тех письмах сильно ругался, что вы так и не смогли понять эту разницу.

- Он Велик! - сказала Майя ритуальную фразу. - Он хотел сделать мир лучше.

- Эт-то точно! Все мы пытаемся это сделать. Да не у всех получается.

- Ваш Дом? Дом Нина?

- И ваши тоже... По сути. - сказал я, сгружая мелко нарезанные куски птички в котелок. - Только не все понимают как это можно сделать, не навредив всем остальным.

- Ты точно из Дома Нина! - безапелляционно заявила Майя.

- Почему ты так решила?

- То, что ты сказал, говорил Он.

- Гм! Так я мог просто сказать то, что было в эпосе.

- Этого нет в эпосе. Но это есть в Семейных Хрониках. Тех, которые никому не показывают. А ты уже много сказал такого, что там было. И если ты не можешь знать наши Хроники, то...

Майя не договорила и тихо принялась правой рукой расчёсывать свои волосы. Левую, чтобы её не беспокоить она пристроила на коленях. Но время от времени бросала на меня изучающий взгляд. Чего-то она от меня ждала.

Я же без всяких задних мыслей, засыпал в котелок соль, и «подал тепло». Как я и делал ранее. Через светляк. А что? Дёшево и сердито! Огня нет, дыма нет. И, ко всему прочему, что-то я стал замечать, что мой светляк стал мощнее, чем раньше. Расту, блин! И кажется потому стал мощнее, что часто палю его. А значит, и тренируюсь. Что-то такое я там нащупал. Да вот до сих пор не понял. Однако моё доблестное подсознание уже этот эффект использует. Ведь реально поток энергии сильно увеличился.

Майя замерла с расчёской в руке и прищурилась.

Долго разглядывала меня, котелок где на поверхности воды появились первые пузырьки пара.

- Как ты это делаешь, Ле?

Упс! Кажется меня точно за равного держит. По имени назвала, и без приказных суффиксов.

- Что? - не понял я.

- Ты только что направил тепло... много тепла в котелок. Но я не вижу потоков Ки.

- А что говорят ваши Семейные Хроники на этот счёт? - вопросом на вопрос ответил я.

- Великий так делал. Творил магию без ки.

- Не всегда, но делал? - уточнил я.

- Да. - как-то очень осторожно ответила Майя, не решаясь продолжить расчёсывание своей гривы. Ей бы, по хорошему, помочь в этом деле. Но кажется, что не оценит. Вид такой, что лучше сейчас к ней не подходить.

- Расскажи о своём Доме, Вин. - внезапно снова поменяла тему принцесса. - Я хочу знать об этом славном Доме.

Вот те блин, приехали! И что мне рассказывать? О чём? О Земле? О той многоэтажке, где я живу? О родителях? В этом мире рассказывать?!!

Нахрен!

- А что рассказывал о своём Доме Ле Нин? - попытался я перевести стрелки.

- Он говорил о том, что его Дом один из самых могущественных и самых умелых. А его магия — самая-самая сильная. А ваш?

Гм! Если имеется в виду университет, в котором мы учились, пожалуй можно будет что-то сморозить. Эдакое. И, что главное, не навру. Принцесса не поймает.

- А он говорил, кто главный у нас? - не сдаюсь я. - Я спрашиваю, чтобы не повторять то, что вы уже знаете.

- Он говорил, что ваш правитель живёт в очень высоком замке. И зовут его Сато Ни Чи. И что король у вас называется не король, а Ре-тор.

Я как это услышал, чуть не лопнул от еле сдерживаемого смеха. Ведь это же надо ТАК «обозвать» нашего ректора!

А Володька жук! Чтобы не говорить о стране, он выдал за своё королевство наш родной МГУ. И теперь, в глазах всех местных, наш Университет — целое королевство. Мдя-а!

А вообще... что-то в этом есть! Наш университет всегда был эдаким государством в государстве. Так что Лещинин тут не далеко ушёл от истины.

- Нашего РеКтора, зовут, если правильно его называть не Сато Ни Чи, а Садовничий, - не сдержав улыбку поправил я принцессу. Букву «К» в слово «ректор» я особо выделил, а фамилию ректора вообще чуть ли не по слогам прочитал.

Майя, как ни странно, удовлетворённо кивнула. Я уж ожидал, что тут она меня будет убеждать, как правильно обзывается ректор и его должность. Ведь фигура Великого Нина и всё, что с ним связано, тут кажется чуть ли не священны. Однако нет!

- Ты не удивлена? - чуть смутился я видя этот её пофигизм к правильному произношению.

- Нет. В хрониках написано Истинное Имя вашего короля.

- Так ты меня проверяла? - догадался я с некоторым опозданием.

- Да. - коротко ответила принцесса и лицо её стало лукавым. - И ещё я знаю из хроник, что в вашем королевстве не любят прятать эмоции. Это у вас считается предосудительным.

Это она к чему? Заметила как я пыжился сдерживая смех?

- Я следую вашему этикету.

Ах вот оно что!

- Это радует! - чуть расслабился я. - Но что же тебе тогда рассказать, если ты и так всё знаешь?

- Это правда, что ваш король, будучи великим магом, учит молодых и начинающих магов у себя во дворце?

- Это да. И меня учил. Как раз на первом курсе. А что?

- А разве это уместно? Великому правителю и магу учить новичков?

- Гм... У нас система магии другая, если ты читала по своим хроникам. И порядки другие. Так что я имел счастье лицезреть нашего ректора не только на занятиях, но и на экзамене. Он принимал их у нас лично.

Судя по невозмутимости личика принцессы, конкретно экзамен продолжается.

- Он оказал вам честь принять экзамен лично?! - сделала мимолётно круглые глаза принцесса, а потом всё-таки «сообразила». - Но... Да, извини! Ведь ты принц и по статусу именно он и должен у тебя принять экзамен. Особенно, если учил.

Классный вывод сделала! И если я «принц», то надо этим воспользоваться. Наверняка это ещё лещининская «закладка».

Ну Володька! Ну отжёг!

Не! Мне после этого хитрована тут надо шагать как по минному полю. Больше слушать и минимум добавлять. А то попалюсь на том, чего он не говорил или говорил наоборот. Н-да! Надо срочно начинать поиски остальных его писем мне любимому. Ведь наверняка должны быть и такие, что подробно излагают его версию описания нашего мира.

- И... - Майя вдруг резко покраснела и замялась. - Извини Ле!... Но я хотела задать тебе вопрос.

- П-пожалуйста! Задавай. - удивился я и тут же насторожился. Чего это она так смутилась?

- Ты... Ты ведь младший принц? - выпалила она. - Также как был и Великий Нин?

- Пока да. Всего-то «кандидат» и то не полный. Мне ещё минимум года два-три подниматься до приближённых к ректору. И то, если повезёт быстро стать «доктором».

Слова «кандидат» и «доктор» я произнёс по-русски.

Я не понял, зачем она задала этот вопрос. Но для того, чтобы выяснить что ещё Володя тут нагородил, решил слегка «прощупать почву». Ведь наверняка наш Мехмат Володька представил как некое княжество в составе «Королевства Эм Гэ У». А что? С него станется! Этот «крокоидол» никогда за словом в карман не лазил.

Но и тут принцесса меня удивила.

- Принц Вин!!! - страстно произнесла она. - Останься у нас! Помоги нам! Как это сделал Великий Нин!

Ча-аво?!!!

- Ведь ты брат Нину! Ты принц! А значит твои права на престол Царства Железной Короны выше, чем у кого-либо!

Угу. Приплыли. Вот значит за кого она меня принимает и чего хочет — стать королевой. Понятно теперь зачем она на меня так смотрела. Хе! Губа не дура. И чего ответить? Ведь если я сейчас «подпишусь», то неизбежно придётся влезать в их склоки и драки за престол. И что-то мне такое подсказывает, что мне там в том гадюшнике ничего не светит, кроме как быть марионеткой в чьих-то ловких руках. И не обязательно в мягких лапках принцессы Майи Кирин.

Я откровенно полез чесать в затылке.

- Понимаешь, Майя... - Начал я осторожно. - У нас в королевстве и вообще в нашем мире очень непросто. И неспокойно. И я сюда пришёл, чтобы учиться. Чтобы...

- Я знаю! Великий Нин говорил. - прервала меня принцесса. - Он тоже говорил, что хочет спасти свой мир от Великого Зла. И тоже учился. И... Ушёл. Мне очень жаль! Ведь если не смог он, если его по дороге враги убили... Останься! И если что, мы все пойдём войной в твоё королевство, чтобы спасти его! Ведь мы вассалы Великого Нина. А значит и вашего короля Сато Ни Чи!

Мда! Убиц-цо веником!

«Чем дальше в лес...», тем всё больше вся ситуация скатывается в трэш и угар. И куда я попал?!!

Фейспалм!

Тайны Древних. Тайны Храма

Денька через два Майя окрепла до того, что изъявила желание пройтись по храмовому комплексу. Осмотреть его. Думаю, что у неё было не только любопытство на уме. Она откровенно тянулась ко мне. Вот и шагаю я по закоулкам здоровенного домины, изображая из себя экскурсовода. А что? Пока сидели, я излазил тут всё. Ну вот сейчас настала пора слегка выгулять болезную. Передвигается она пока не очень. Слабость таки давит. Но изображает бодрячка. Особенно если на меня смотрит. Старается.

Я же вежливо улыбаюсь и веду, попутно наблюдая за её состоянием. И, кстати, это состояние... внушает! Если не ошибаюсь, это тот самый случай, когда с помощью Ки маг лечит или поддерживает самого себя. Ещё больше хочется как можно быстрее приступить к реальному освоению всех наличных знаний в этой области.

Что хорошо в этой прогулке, - никто снаружи не заметит. Всё происходит внутри храмового комплекса, который хорошо так возвышается над окружающей местностью. И не в последнюю очередь из-за того, что стоит на бывшем острове, находящемся посреди когда-то высохшего озера.

В некоторых переходах темновато, но это уже издержки. Идём, смотрим фрески и надписи. Если надо — палю светильник. Свой. Тот, который с угольком. Я его приспособил для переноски и теперь голова не болит за то, что масла для обычных светильников совсем не осталось.

А фрески — зашибись! Бродить там — как по музею. Плюс куча разнообразных надписей. И, как я понял, на очень старом диалекте того самого языка, которым я сейчас пользуюсь. Из тех надписей много чего не понял совершенно. Всё-таки «язык Древних». Ага. Так что вот веду сейчас «эксперта», чтобы перевела.

А та, мало того, что идёт, но ещё и глазами стреляет. Видно, что от своих слов не отказалась. Также как и от намерений.

Тогда, в тот достопамятный день, когда она высказала «просьбу» остаться, войти в их кланы, я мягко ушёл от ответа.

Понял подтекст, который она вкладывала. Но всё-таки «включил дурочку» и «отыграл назад». И вот теперь наблюдаю за борьбой внутри этой, да, надо сказать откровенно, красивой девочки. Да ещё и очень умной.

К тому же стервозной.

А ещё и весьма своенравной.

А ещё... да! Что там у неё ещё? Угу. Стадо тараканов у неё в голове, чую очень представительное, так что копать и перечислять её достоинства с недостатками я, пожалуй, завяжу.

Из чувства самосохранения.

Ведь может почувствовать, моё отношение. А пока, несмотря на то, что я уже её видел «во всей стервозной красе», даже испытываю к ней некоторую симпатию. Сильная девка! Не из тех изнеженных дур, которые есть в сказках. Да и в фэнтези.

И что там кривить душой — в жизни тоже полно слащавых и изнеженных дур, зацикленных на себе любимой.

Майя — другая. Совершенно.

Такая, если захочет, кого хошь в бараний рог согнёт. И если она со мной слегка обломалась, то это наверняка её раззадорит.

Я покосился на идущую рядом с собой принцессу и встретил такой же изучающе-испытующий взгляд.

Чёрт! Уже раззадорило! Вона как смотрит со своего метра шестидесяти с кепкой в прыжке.

Кстати о её росте.

Я как-то, пока её пытался спасти, пока перетаскивал с места на место, не обратил внимание, что она весьма миниатюрная. И вот когда она таки стала на ноги и посмотрела так сур-рово на меня снизу вверх... Только тогда я и обратил на это внимание.

Правда, её рост, судя по тому, как она держится, никак её не волновал. Никаких комплексов. Постоянно замечаю попытки мной рулить. И если она ещё и заподозрит, истинное к себе отношение, боюсь будет мне неприятность. Большая. Непропорционально её росту.

Так что ведём себя как обычно, непосредственно и...

От же блин!

Я что, и по отношению к себе, что-ль в третьем лице заговорил? Мдя-а! «С кем поведёшься, от того и наберёшься!».

Но... Ведь интересно! Не удержался и проделал эксперимент. Простейший, так сказать, тест на стереотипы. Не осознаваемые. Такие очень удобно проводить тогда, когда вот так много бродишь с человеком и он слишком ушёл в себя или наоборот задумался над окружающим.

Сначала говорил с принцессой в своём стиле — то есть без придыханий и «реверансов». Как с равной. Она отвечала. Причём в стиле «я».

Но потом, в середине мелкого обсуждения, я перешёл на тон... ну как обычно разговаривают лизоблюды. Полностью мне не удалось скопировать интонации и манеру, но сработало: принцесса немедленно начала изъясняться со мной, выставляя себя в третьем лице.

Я снова перешёл на свой родной стиль. И на автомате, тут же, даже не заметив, Майя стала изъясняться со мной как с равным.

Да уж, показательно!

Я ещё пару раз провернул — вышло то же самое. И только на третий, когда я завершил «цикл», она что-то таки заметила. Остановилась, мотнула головой, будто отгоняя наваждение, с подозрением посмотрела на меня, оглянулась вокруг... Я лишь вернул ей вопросительный взгляд и больше прикалываться над ней не стал.

А что? Как чётко принцессу выдрессировали! Всё делается на рефлексах. Причём рефлексы чётко срабатывают, меняя лексику и тон в зависимости от того, кто перед ней — слуга или, как минимум, равный. Чую, что с этой братией надо будет поосторожнее. И держать марку! «Принц» я или кто?!

Весь храмовый комплекс во многих местах пророс толстенными корнями деревьев, что сейчас шелестели листьями над этой грандиозной постройкой. И, что интересно, даже эти корни никак не развалили основной конструкции. Там, в сердцевине, блоки были подогнаны так плотно друг к другу, что чую в стыки даже лезвие бритвы не пролезет.

И вообще сама постройка во многих местах, особенно в центре, производила впечатление какой-то... недавно покинутой. Не было тут заметно никакой эрозии. Особенно на фресках и надписях. А то помещение, в которое я сейчас вёл Майю, как раз находилось в самом центре, ПОД главным залом, где наверное производились в древности всякие ритуалы и празднества.

Само положение и обстановочка в том помещении намекала на его особое предназначение и особую значимость.

- Да. Пора зажигать свет. - сказал я оборачиваясь назад. Там, позади, вдоль коридора ещё проникали внутрь помещений лучи солнца. Здесь же даже окон не было. Только и видны были полированные полочки по бокам коридора — как я полагаю, для светильников.

Майя с интересом воззрилась на моё «средство от темноты». Я же, как обычно, запалил уголёк светлячком, даже не взглянув на него. На лице принцессы, при этом, мелькнула тень растерянности.

- Что-то не так? - спросил я.

- Но... я не почувствовала никаких потоков Ки!

- Ах это!... - Пожал я плечами и тут же привычно «перевёл стрелки». Научился у Майи. - А что говорят ваши семейные хроники?

- Великий Нин иногда также поступал. Но его магия была чудовищно разрушительная.

- Да уж... Представляю! - хохотнул я, вспоминая чуть ли не панические предупреждения Лещинина насчёт «не баловаться с...».

- Кстати, не просветишь, случаем, как это Царство Утренней Зари смогло напасть на Царство Железной Короны? Ведь Нин писал в письме, что отделил их царство большим провалом длиной во... - я тут запнулся, так как поймал себя на том, что не знал названий больших единиц измерения длины и расстояний.

- Ну... Очень длинным и широким!

- О да! - с благоговением отозвалась Майя. Из того провала долго несло серой. И поднимался дым. Но потом, пока был Великий на царствовании, с провалом ничего не случилось. После, когда он Ушёл, подлые (...)(тут я услышал новое ругательство), прорыли канал и отвели в провал реку. А через тридцать лет провал заполнился настолько, что его можно было просто переплыть. Сейчас это просто очень длинное озеро. И очень глубокое.

- Гм! Умно сделано.

- Но ты поможешь их выгнать? - тут же прицепилась принцесса, вернувшись к своим, отложенным на время, рацеям.

- Я подумаю!

- Но... Как же...

- А вдруг вы сами их выгоните? - прервал я зреющие возражения. - Моя помощь просто не понадобится и вся слава достанется Царству Железной Короны.

- Но... Твоё королевство... - начала снова что-то пытаться выжать из меня Майя.

- И да: мы пришли. - прервал я её.

- А-а?

- Вон. Видишь?

Метрах в десяти перед нами в темноте вырисовывался высокий, метров в шесть, проём арки, ведущей в тот самый зал.

Майя тут же напряглась.

Сделала пару шагов вперёд и чуть ли не принюхиваться стала.

- Что-то не так?

Майю передёрнуло.

- Тут... Какая-то Ки... Чувствуется. Сильная. Но не человеческая!

«Вот те на! - подумал я. - И что теперь делать?»

Впрочем, я там уже дважды был и ничего со мной не случилось. Да, даже с моей чувствительностью я что-то такое определил. Но внутри зала. Собственно я и потащил сюда любопытную принцессу как раз с надеждой, что она не только мне тексты переведёт, но и с этими ощущениями разлитой по залу Ки как-то разъяснит.

- Если тебе интересно, - безразличным тоном начал я, - то я там уже дважды был. Внутри. Ки чувствовал. Но ничего опасного не нашёл.

- Но... Она какая-то чужая... - проблеяла принцесса. - С-страшно!

- Ты боишься?! - удивился я. - Ты не побоялась вступить в бой с большими силами врага и победила, а тут всего-то тени давно ушедшего.

- Так потому и страшно! - уже сотрясаясь всем телом сказала принцесса. Но, что характерно, назад не сделала и шагу. Видно, что её разрывает между страхом и жгучим любопытством.

Любопытство-таки победило. Осторожно, крадучись, боком Майя двинулась навстречу арке. Я же не торопясь, подняв светильник повыше, двинул чуть впереди показывая дорогу и пример храбрости.

Честно сказать, после слов Майи о чём-то там сильном и непонятном, на мгновение стало страшно. Но потом я вспомнил, что ничего так со мной и не произошло за те два раза, что я тут был. Следовательно и сейчас не произойдёт. Страх пропал и я шагал впереди не напрягаясь.

И только шагнув за порог арки, я вспомнил...

Вспомнил про Тень.

Уже как-то привык её ощущать. Стоящую за спиной. Но тут, под куполом этого зала... Меня как ожгло. На мгновение даже показалось, что это не Тень, а она Сама стоит. Но стоило лишь обернуться, как наваждение рассеялось.-

Я встретился взглядом с Майей, и её аж отшатнуло.

- Что такое?

Майя поёжилась и, с опаской поглядывая на меня, ответила:

- У тебя был такой взгляд! Ледяной...

- А! Это так... Вспомнил давнее и нехорошее. Извини, если напугал.

Майя снова посмотрела мне в глаза, но не найдя того, что искала, слегка расслабилась.

- И всё равно тут как-то... нехорошо мне!

- Бывает! - бросил я легкомысленно и поманил её к дальней стене.

Пошёл я, как и прошлый раз, через центр круглого помещения, по кратчайшей дороге. Принцесса же, резко остановившись на границе большого узорчатого круга-мандалы на полу, бочком-бочком обошла по периметру. Когда она приблизилась ко мне, то почему-то смотрела не туда, куда я, а мне за спину. На центр мандалы.

- И что там? - спросил я проследив за её взглядом.

- Ты прошёл через центр. - буркнула Майя.

- И что?

- Это же магия древних! - продолжая сверлить взглядом центр узора, «пояснила» Майя.

Мне лишь оставалось пожать плечами. Я ничего особого не почувствовал, да и что было ещё беспокоиться, если и ничего не случилось?

- Ну и ладно! - махнул я рукой и обернулся к стене. - Вот эта надпись.

Майя нехотя отвернулась от мандалы и наконец-то узрела письмена Древних. Несколько секунд она читала, беззвучно шевеля губами.

- О-о!!!

- И что там?

- О-о!!!

- Так всё-таки что там написано?!! Я так и не смог разобрать полностью!

- Хад-дан?!!

- Чего «Хадан»?!

Принцесса ошалелым взглядом скользнула по мне и снова вернулась к созерцанию надписи.

- О-о!!!

Я потихоньку начал закипать. Это её экспрессивное «О-о!!» оно было таким... «содержательным»!

- Так всё-таки что тут написано и причём тут Хадан?!

- О-о!!!

- Блин поминальный!!! - ругнулся я по-русски, и осторожно взяв принцессу за плечи, встряхнул её. Как оказалось, мне было достаточно произнести одну фразу.

Уже в процессе встряхивания, Майя ойкнула и совершенно по иному посмотрела на меня. Теперь в её глазах было не великое изумление, как до, а испуг.

- И что на этот раз? - подпустив яду спросил я.

- Так... так говорил Великий, если сильно з-злился!

- Так вот и не зли меня. - буркнул я. - Что там написано?

- «Среди тысяч путей, что ведут в Пустоту, найди свой Путь. Тот, что ведёт на ту сторону Неба. - словно нехотя начала переводить Майя. - Обрети свой Дом, По Ту Сторону Неба».

- И... всё?

- Тут приписка... Явно более поздняя.

- Какая?

- «Мы нашли». - удивлённо сказала Майя и указала на строчку, что была в самом низу и другим цветом.

- Убиц-цо веником! - вырвалось у меня снова по-русски.

Майя снова вздрогнула и, не менее удивлённо посмотрев на меня, спросила.

- Хадан?!! Путь Хадан?!!

И что я ей на это должен был ответить?!

Великая Магия Слова

Я стоял возле стены и никак не мог решить что делать. Майя меня откровенно поставила в тупик. Как то не хотелось развеивать её заблуждения, насчёт меня, но с другой стороны, что это за «Хадан»? К тому же...

- И что-то мне подсказывает, что здесь сказано чуть больше, чем ты мне перевела.

Я как-то уже упоминал, что надписи Древних читаемы. Алфавит такой же как и местный современный, и если читать по тем же правилам, можно угадать что было написано. Язык Древних был сильно похож на тот, который я сейчас использовал.

Можно было предположить, что нынешний — дальний потомок языка Древних. Но вот отличался он от нынешнего несколько сильнее, чем тот же церковно-славянский, на котором написана православная Библия, от современного русского. Потому я мог только лишь определить что Майя перевела не всё, а лишь часть.

Впрочем и та часть, что она перевела... внушала!

Я, будучи знакомым с нашими современными философскими извратами, догадывался о чём речь. Только вот встретить это же здесь было слишком неожиданно. Да, была некая вероятность, что я ошибаюсь, но что-то интуиция мне подсказывает, что я прав в своих подозрениях.

- А что же выше написано? - решил я проигнорировать вопрос принцессы и вернуть её к пропущенному. При этом я аккуратно убрал руки с её плеч. Странно, что она не среагировала резко на такую вольность, но решил поберечься.

Майя нахмурилась.

- Тут... Что-то о «Девяти сферах»... Я не понимаю.

- А если по словам, что читаются?

- Слишком много неизвестных слов. Вот тут...

Майя, прежде чем подойти к стене, покрутила головой, как бы прислушиваясь, но, видимо не найдя угроз подкралась к надписи и осторожно указала пальцем на строку.

- Вот тут... слово, обозначающее возможность чего-то. Здесь — «опасно». Здесь «закрыто».

- То есть, можно всю надпись понимать так, что «Девять сфер закрыты и открывать опасно»?

- Н-нет... Тут больше смыслов. Но... Можно и так... И не так. Много непонятных слов... Я не знаю!

- Гм! А там?

Я развернулся и указал на нишу слева. В ней, на стене была какая-то весёленькая картинка-пейзаж. Кстати ниш в стене круглого помещения было как раз девять. Занимательно да?

- Не знаю. Похоже на название.

- Чего?

- Не понимаю...

Да уж!

Впрочем, ожидаемо. Исчезнувшая цивилизация и должна быть такой. Малопонятной. Много ли мы понимали свои, земные исчезнувшие, прежде чем не накопили о них достаточное количество фактов? А среди местных эти Древние — предки и фетиш в одном лице. Чую, что понимание тут даже не приветствуется. А вместо понимания навязывается миф.

Но!

Как бы поаккуратнее расспросить Майю о «Хадан»? Ведь она весьма бурно среагировала на надпись. И если она сказала что «это Хадан» на упоминание Пути Древних, да ещё и чуть в обморок не хлопнулась от удивления, то... у меня возникает только одна мысль: Эти «Хадан» не только какая-то местная ересь, но и некие хранители, некоего учения, оставшегося от тех самых Древних.

Кстати, кстати, кстати!

Говорят, что «Великий Нин Ушёл». Не «умер». Именно «ушёл». Не туда ли он «ушёл», куда эти Древние мурзики слиняли? И не предстоит ли мне эта же стезя — найти Путь и слинять отсюда вслед за друганом Володькой?

Но! Не тороплюсь ли я?

С одной стороны, меня тут откровенно пытается охомутать совершенно натуральная принцесса. Причём... да: нич-чо так!

Я украдкой, со спины, смерил взглядом стройную фигурку Майи, озадаченно разглядывающую фрески в нишах.

С другой...

Я испустил тяжкий вздох.

Тень!

Я обещал. И, даже если найду тот пресловутый Путь, уводящий отсюда куда-то, да даже домой, прежде я должен исполнить то, что поклялся. Хотя бы ради себя.

Майя вздрогнула на мой тяжкий вздох и, обернувшись, посмотрела на меня вопросительно.

- Не обращай внимание. - отмахнулся я. - Просто тяжкие воспоминания.

- Тебя что-то сильно гнетёт! - сурово припечатала принцесса.

Ну да: «капитан Очевидность».

- Вспомнил стих старого Великого Поэта... - решил отбрехаться я.

«Ухожу, ибо в этой обители бед,

Ничего постоянного, вечного нет,

Пусть смеётся лишь тот, уходящему вслед,

Кто прожить собирается тысячу лет».

Ну да... Сказанул.

Однако эффект!

У Майи ощутимо волосы на голове дыбом стали.

- Т-ты так больше не говори! - пришла она в себя. - Особенно здесь. Здесь страшно!

Она поёжилась как от холода.

- Этот поэт нашёл Путь. И если это Путь Теней... Он действительно не вернётся.

Хех! А вот это уже местной религией завоняло!

- Он был Велик. - включил я стандартную местную мантру, чтобы загладить впечатление от стиха.

- Воистину Велик! - отозвалась Майя. - И Стих у него Великий. Он, случаем, не из Древних?

- Возможно... - снова отбрехался я уйдя от ответа.

Майю этот ответ, видимо, удовлетворил. Она кивнула чему-то своему, встряхнула своей гривой, как будто отгоняя мрачные мысли, и продолжила свой неспешный обход ниш.

Там было что посмотреть. Картинки были разные, с хорошими цветами.

Но всё время, которое мы находились в помещении, она очень аккуратно следила, чтобы не приблизиться к мандале в центре зала. Бросала время от времени, в ту сторону настороженные взгляды, но помалкивала.

Когда же мы вышли из этого помещения, она даже испустила вздох облегчения. Видно соседство с источником «неживой КИ» её сильно напрягало. Она ещё раз оглянулась на центр мандалы и лёгкой походкой зашагала к главной галерее.

Что-то у неё настроения прибавилось после посещения этого... святилища, что-ли? Ведь сюда — еле тащилась. А сейчас — разве что не подпрыгивает. Она мне этим другую принцессу напомнила — Миру Кай. Та скакала как коза! А ведь ещё немного - и эта будет.

Одно хорошо — забыла меня попытать насчёт «Хадан», которого я не знаю. Сейчас она погружена в какие-то свои мысли. Да, периодически оглядывается на меня, но чего-то она очень весёлая.

Та впрочем и ладно! Выздоравливает — и то хорошо. Значит, будем считать, что первая моя «магическая лечебная сессия» закончилась успешно.

А то, что меня наметили как «цель» - это мы ещё посмотрим. Да и стоит ли вообще отказываться?

А соглашаться?

Интересно, когда я начну жалеть о своём выборе?

Когда, конечно, его сделаю.

******

Доверие — греет душу.

Безоговорочное доверие — внушает такое же доверие по отношению к доверяющему.

А именно это я наблюдаю последнее время со стороны Майи. Что бы я ни говорил, что бы я ни делал — всё принимается как есть. Когда настала пора уходить, ни слова не сказала насчёт того, что значительную часть поклажи, свитки, придётся оставить здесь, в Храме Древних. Показал, где спрячу, чтобы знала — то же согласие. Любые мои слова насчёт того, что пора уходить — аналогично.

Она даже свой страх высоты постаралась затолкать подальше, когда я её спускал вниз.

Сделал «беседку» с «обвязкой» и осторожненько спустил её на землю. Она же только съёжилась вцепившись обеими руками в основную верёвку, зажмурилась, чтобы не видеть ничего вокруг, и ноги поджала.

Пришлось, правда, поднапрячься, чтобы её аккуратно «вывесить» за обрыв, но это уже детали. Она на вес оказалась ненамного больше, чем мой «рюкзак», который я спустил первым. Так что всё прошло благополучно. А я про себя паниковал: как мне придётся в условиях истерик её спускать. Однако, вот!

Когда я спустился вниз и сдёрнул верёвку, Майя сидела под скалой бледная, да ещё вцепившись обеими руками в камни, что под ней. Шок однако! Но видно, что борется. Постепенно взгляд проясняется. Моей помощи пока не требуется. Мне, даже это как-то на руку — можно неспешно сложить верёвку в свой «рюкзак».

Ну, сложил.

Глянул на Майю.

Подошёл и присел рядом.

- Ну как? Помощь требуется?

Она с мрачным личиком мысленно просканировала свой организм, удостоверилась, что всё в порядке, и молча подала мне руку. Мол: давай, поднимай меня на ноги. Что я аккуратно и проделал.

Став на ноги, Майя в первую очередь с опаской посмотрела снизу вверх на скалу, передёрнула плечиками и постаралась побыстрее отойти от неё подальше. Будто если она будет рядом, то снова придётся на неё лезть.

Такая реакция позабавила.

Ну а потом... Потом был тяжелейший марш по пересечённой местности. Больше по лесу.

Кстати, Майя всё-таки взяла на себя небольшую ношу, в виде чисто своего барахла, и стоически её тащила, несмотря на то, что я предлагал её полностью разгрузить. Всё-таки я опасался за её здоровье. Не был уверен, что всё сделал правильно.

Однако дальше... было смешнее.

Чем дальше мы удалялись от города Древних, тем более странно вела себя Майя. Все её «телодвижения», даже речь, всё больше стало походить на какое-то пафосное превозмогание.

Видно, что идти она может, но с трудом. Иди я один, это самое расстояние до замка Трорин я бы проскакал дня за два, максимум три. Но Майя была как гиря на ноге. Шла она еле-еле. Видно, что ходить, много ходить, да ещё и по пересечённой местности и с грузом за плечами, она очень даже непривычна.

Тем не менее, с сур-ровым выражением на личике, пыхтя как паровоз, следует за мной. Молча!

Хорошо, хоть обувь у неё добротная. Ноги не разбила, не натёрла. Но синяки на плечах от мешка таки заработала. И как это она умудрилась?! Так что за весь первый день мы смогли пройти от силы километра четыре. Если она и далее будет так идти... сроки бросают в дрожь и уныние.

Вечером, как обычно я нашёл место, где нас не достанет ни один местный хищник. И опять высоко над окружающей местностью. Так Майя даже не пикнула на предмет того, что надо снова куда-то залезать, только, как обычно, глаза зажмурила, когда я её поднимал наверх. И ведь всего-то метра три-четыре над землёй!

И вот когда мы, сидя на скале, готовили ужин, я не выдержал и полюбопытствовал. Никогда не угадаете что она мне на это ответила!

- Великий Нин, - мой дед, - превозмогал, путешествуя по стране в рясе монаха. Без слуг и охраны. Ходил по лесам, жил как монах. Ел то, что сам мог добыть, своими руками, что сам же и готовил. Спал под открытым небом. На голой земле. Если я буду поступать как Он, я приближусь к его величию. И мудрости!

- Это обет у тебя такой? - изобразил я слабое удивление, хотя реально находился... в охренении.

- Да! - ответила с пафосом принцесса и слепила такую мину, что хоть картины с неё пиши на тему Великого Превозмогания Гордой Принцессой Уж-жасных Трудностей.

Вот такая она «принцессистая принцесса»!

Потом, по здравому размышлению и осмыслению того, что вижу, вспомнил, что и у нас, в средние века люди жили именно так: как в сказке. И «сказку делали былью». Всё переживали острее — острее реагировали на невзгоды и радости. Ссорились, мирились, воевали с тем самым великим пафосом. И каждое событие в своей жизни обставляли ритуалами. Яркими, пышными, запоминающимися. И даже если они не были великого достатка, то хотя бы участвовали в этих самых и ритуалах, и праздниках. Плача и смеясь вместе со всеми. Бурно выражая свои эмоции. Ярко проживая жизнь.

Вот такие они были непосредственные. Впрочем, их можно понять — других развлечений, кроме как жизнь проживать, у них не было. А потому — всё делалось часто так, как написано в каком-нибудь жутко популярном эпосе, поэме, или проповеди популярного проповедника. Странно, что я этого ранее не замечал. Ведь это было передо мной всегда. Но тогда, когда я это видел, часто списывал на позёрство и... банальную глупость.

Сейчас, насмотревшись на реалии местной жизни, уже так не думаю. И то, что сейчас приходится спать под тем самым «открытым небом» в обнимку с не иллюзорной, настоящей принцессой, как-то не вызывает душевного диссонанса. Тем более что Майя воспринимает это как само собой разумеющееся.

Как ни странно, по пути с нами ничего примечательного не случилось. Даже когда пару раз пришлось перебегать через дороги, по которым шлялось довольно много народу. Видно война стронула с мест многих.

Переселение шло, похоже, целыми деревнями. Бежали от войны. И «светить» этим беженцам персону, явно не в крестьянских обносках, с атрибутами высочайшего происхождения в виде «скромных» украшений на голове - было бы опрометчиво. Ведь очевидно, что поймать целую принцессу для неприятеля одна из первоочерёдных задач. После, конечно, чисто военных.

Так что порядок был такой.

Сначала я вылезаю из придорожных кустов. Оглядываюсь, чтобы рядом никого не было.

Потом залезаю на саму дорогу. И если никого не видно, машу Майе и она со всех ног бежит на другую сторону. После того, как она скроется, сам быстро ныряю в заросли вслед за ней.

Ещё, несколько раз, приходилось форсировать реки. Тут уже, помня, что Майя ещё не очень здорова, я просто переносил её на закорках на ту сторону. Ей эта процедура почему-то очень сильно понравилась и вызвала бурю восторгов.

Это что? Она уже предвкушает как мне на шею взгромоздится? И почему мне кажется, что это так и есть?

Ну и естественно, она меня постоянно пыталась раскрутить на подробные рассказы о моём родном мире. Я, как мог отбыкивался, но потом случайно нашёл «противоядие» от таких «наездов»: начал толкать стихи. Те, что уже перевёл.

Вот это был ЭФФЕКТ!

Пару дней я ничем иным в разговорах не был занят, как без конца повторял те вирши. Когда же Майя заучивала очередной стих, она принималась долго и виртуозно склонять некоего «Шунгу». Причём в контексте: «Вот я ему покажу как надо! Пускай удавится!».

Как я понял, этот «шунга» её просто достал своими графоманскими виршами с бесконечными, тупо рифмованными славословиями. Ну а пока она там ругалась про себя, или была занята чем-то, я тихонечко переводил другие стихи, которые знал. Хайяма, Киплинга, Бёрнса, Есенина. Больше Хайяма, так как его рубаи прямо просились на перевод. Коротенькие и выразительные донельзя. Да и ложились они как-то очень хорошо на местный язык.

Один раз Майя от восторга аж прыгать начала. ПОД РЮКЗАКОМ! Видно даже не заметила, что у неё за плечами что-то тяжёлое висит.

И всего-то я ей перевёл Хайямовские стихи, которые один наш поэт - Суханов - перевёл в песню.

А прыгать она начала после строк:

Ухожу, ибо в этой обители бед

Ничего постоянного, прочного нет

Пусть смеется лишь тот уходящему вслед

Кто прожить собирается тысячу лет

Книга жизни моей перелистана жаль

От весны, от веселья осталась печаль

Юность птица не помню когда ты пришла

И когда легкокрылая вдаль уплыла

Месяца месяцами сменялись до нас

Мудрецы мудрецами сменялись до нас

Эти камни в пыли под ногами у нас

Были прежде зрачками пленительных глаз

Вместо солнца весь мир осветить не могу

Тайну сущего дверь отворить не могу

В море мысли нашел я жемчужину суть

Но от страха на свет не могу повернуть

До того как мы чашу судьбы изопьем

Лучше милая чашу иную нальем

Может статься что сделать глоток пред концом

Не позволит нам небо в безумстве своем

Мы источник веселья и скорби рудник

Мы вместилище скверны и чистый родник

Человек словно в зеркале мир многолик

Он ничтожен и все-же безмерно велик!

…..

(прим. Александр Суханов. «Романс старости»

Для тех, кто хочет услышать песню: https://www.youtube.com/watch?v=BepsBiuQ9vw )

Когда перестала прыгать (ну как одна, другая, мне знакомая принцесска) огорошила:

- Это как будто Сам Великий Сой Кирин сказал!!!

«Вот это да! Во как она своего деда уважает!» - подумал я, преисполнившись уважения и к Майе, и к её деду. Ведь такое сказать — дорогого стоит.

Заучила она и этот стих полностью.

Я ещё пытался переложить этот стих на песню, как сделал это Суханов, но уже не знаю как у меня получилось. Судить по восторженным глазам Майи Кирин как-то не с руки. Эта последнее время всё, что я ни скажу, воспринимает как Скрижали Завета.

Кстати о Завете и Скрижалях.

И в этом мире есть нечто подобное. По крайней мере называется также. Только это - «Скрижали Завета Древних».

Интересно бы их прочитать.

Но вот находятся они в... Ну вы догадались! В монастырях Хадан.

Одно хорошо с этими стихами, Майя так увлекалась, что забывала об усталости и трудностях пути. То, что устала смертельно она обнаруживала лишь вечером, когда становились на бивак.

Замок Трорин

И вот, настал момент, когда мы вышли к обширнейшим возделанным полям. И, как на грех, оказалось, что мы вчера упали на бивак аккурат в полукилометре от дороги, что шла по краю этих полей.

Утречко раннее.

По полям стелется туман, на которых уже копошатся местные крестьяне, что-то неспешно пропалывая. Над дальними горами только-только показался краешек внешнего кольца Солнца, и над всем этим жемчужно-туманным великолепием, вдали, возвышаются стены замка.

Из-за тумана казалось, будто он плывёт в воздухе, напоминая Свифтовскую Лапуту. Флаги на башнях обвисли. Но даже отсюда было видно, что флаги красно-жёлтые. То есть, расцветок Царства железной короны.

Майя шумно втянула в себя воздух и вдруг, внезапно вцепилась обеими руками мне в локоть.

- Запомни! Ты мой! - с каким-то хищно-собственническим выражением сказала она глядя на стены Замка Трорин. - Ты Мой Принц!

Н-да! Держала она меня обеими руками за локоть, но ощущение, почему-то было такое, что держит она меня своими мягкими лапками за горло. Прочно так держит. И без намерения отпускать когда-либо.

- Я верю в тебя! - как-то весьма сурово добавила Майя и также строго посмотрела на меня снизу вверх, с высоты своего не шибко большого роста. Однако впечатление было такое, что я тут же вспомнил свою маман. Она, если хотела меня ободрить и побудить на подвиги на ниве учёбы, говорила то же самое.

Я тяжко вздохнул и сказал по-русски.

- Верующим да обломится!

Майя вопросительно посмотрела на меня, а на дороге между полями показался разъезд патруля.

Майя оторвалась от просверливания во мне взглядом дырок и посмотрела в ту же сторону, куда я напряжённо вглядывался. Чуть поколебавшись, она накинула на голову капюшон плаща, который она сбила на затылок, когда выходили из леса. Роса, осевшая на плаще, блестела в лучах выкатывающегося из-за гор солнца, так что казалось, он покрыт золотом. Так что даже это добавило её фигурке загадочности и блеска.

- Ты мне потом скажешь, что это значит. - приказным тоном бросила Майя поправляя капюшон. - Великий Нин так говорил.

- Да хоть сейчас! - ответил я не спуская взгляда с приближающегося разъезда. Те нас явно заметили и повернули в нашу сторону.

- Это фраза имеет много смыслов. Самый простой - «Тех кто верит, пусть Неназываемый вознаградит по полной мере, за ожидания».

- Э-э... Так длинно? А сказал мало.

- Я же говорю: фраза имеющая много смыслов. Всегда важно когда она сказана. Важен смысл того, что происходит тогда, когда она сказана, — напустил я туману. Хотя... по большому счёту именно так и есть: смысл фразы всегда зависит от контекста.

Меж тем, Майя подобралась. Запахнула свой плащик так, чтобы под ним не было видно её, хоть и несколько драного, но изобличающего её высокое происхождение платья.

- Ох! - хлопнул я себя по лбу и полез в карман. - Я забыл!!!

Майя с любопытством приподняла край капюшона и посмотрела на меня.

А повод был интересный. Утречком я перебирал свои вещички и наткнулся на фенечку. Ту самую, которую нашёл в пещере недалеко от тайника со свитками.

- Когда-то я вот эту «феньку» нашёл в пещере, в которой ночевал, убегая из рабства.

Я разжал кулак и протянул фенечку Майе.

Слово «Феньку» опять сказал по-русски, так как не знал как это же называется по местному. Хоть и владел местным языком уже достаточно хорошо, но иногда всё равно встречались ещё словечки, которые не знал. Однако даже не слишком богатого запаса слов мне хватало, чтобы складывать стихи. Говорят, что это очень сложно, но у меня получалось. Даже при том, что я не знал таких как эта фенька.

Майя, увидев что ей протянул, онемела.

- О-о! - выдала она через целую минуту разглядывания. - А я всё гадала, где могла её потерять!

- Так это твоя?!

Всё-таки я правильно определил, что это именно она посеяла ту феньку в пещере.

- Д-да!

Она протянула руку, осторожно взяла феньку в руки и нацепила себе на левое запястье.

- Это Знак! Воистину: это промысел Неназываемого! Он послал тебя ко мне!

Я как это услышал, так тут же пожалел о своём поступке. Всё сходилось на то, что Майя теперь всё, что видит, подгоняет под какие-то «приметы» и «знамения». И явно, чтобы в чём-то себя то ли оправдать, то ли убедить себя в чём-то. И то, что на меня имеются какие-то очень далеко идущие планы — ясно как божий день.

Осталось только мне решить: стоит ли ввязываться в те расклады, в которые уже встроила меня пятая принцесса Царства Железной Короны Майя Кирин? Ведь я в них не смыслю. От слова «ничего». Не имею даже приблизительных представлений. Ну драка у них с Царством Утренней Зари. За территории и ресурсы... А дальше что?

Я даже их вельможный паучатник никак не знаю.

- Для тебя эта фенька что-то особое значит?

- Да. Она была на запястье моей матери.

«Ого! Вот это я удружил!»

Меж тем разъезд неспешно приблизился к нам.

- Стой! Я барон Го, сержант гвардии. Именем Графа Герин вопрошаю: кто такие и куда идёте? - привстав на стременах и подняв руку окликнул нас воин в довольно богатой кольчуге. Заметно более добротной и сверкающей, нежели у его спутников. Я ещё отметил, что капельки росы, густо покрывшей его железо, весьма живописно сверкали в лучах восходящего солнца.

Так как вид у нас был... Не такой уж и бомжеватый, - явно не крестьянский и не торгашеский, - Решил слегка побыковать. «В пределах», так сказать.

- Мы идём в замок. - сказал я коротко, откинув капюшон и проигнорировав вторую часть вопроса.

- Что нужно последователю Хадан в замке Трорин? - как-то не слишком тепло продолжал выпытывать командир разъезда.

«Блин! Дался им этот «Хадан»! - подумал я. - Кто бы мне объяснил подробно, что это за хрень, чтобы знать. А то, кроме скупых и сумбурных восклицаний Майи на этот счёт я не знаю ничего».

- Вы неверно задали вопрос. Правильно было бы: «Что нужно замку Трорин от меня». - сказал я легонько улыбаясь и глядя в глаза вопрошающему.

Попутно просканировал, как уже привык, всю группу. Тем более, что Майя меня всё-таки сумела научить. Как и предполагал, маг прятался за спины своих простых, «не магических» сотоварищей.

Майя при этом покосившись на меня, аккуратно потянула край своего капюшона вниз, стараясь скрыть лицо. Но неосознанно сделала это левой рукой. На мгновение блеснули под солнцем камешки феньки.

- Монах... Маг! - как-то неуверенно прогудел маг из-за спин воинов. - Под «Покровом».

Это произвело впечатление на патруль.

Мгновенно вся группа ощетинилась оружием. И попятилась.

- Но-но! Неужели мы такие страшные? - насмешливо спросил я. - К тому же, смею заметить, если бы мы питали какие-то враждебные намерения по отношению к вам, то ваши трупы уже бы догорали на этой дороге. Давно догорали.

Говоря это я особо выделил слово «давно».

Патруль поёжился, насколько это было возможно в доспехах, но оружие прятать не спешил.

- И кого ты сопровождаешь, монах? Можно узнать? - чуть опустив свой меч спросил главный. - Уж больно красивые руки у твоей госпожи. Может представишь, а то как-то невежливо получается.

Майя, придержав уже правой рукой капюшон, чуть заметно отрицательно помотала головой.

- Я думаю, что граф Герин более заинтересован в этом представлении.

«Интересно, поймёт или не поймёт барон намёк, что я сейчас кинул?» - подумал я, наблюдая озадаченную мину командира патруля. Ведь я сейчас экивоками сказал, что дама достаточно высокого происхождения и как бы не того же уровня что и сам хозяин замка (ведь сказано «граф заинтересован», а не наоборот!), и что «светить» имя госпожи, на дороге, и всем встречным-поперечным, крайне нежелательно. Что реальное имя должен знать только сам граф.

Не знаю, что у них тут за игры, но сопутствующий этикет и «язык» мне Майя расписала от и до. Впрочем и так, и эдак надо срочно решать: я с ней или подальше от неё?

В смысле: соглашаться с ролью, что на меня пялит эта стервозная принцесса или «играть своё»?

С одной стороны, я уже изрядно устал от той жизни, что сейчас веду, - постоянно в бегах и постоянно с риском для жизни. Но с другой... Не получится ли так, что я сейчас суну свою голову в ещё более суровую мясорубку?

- У вас маг. Так что он последит за мной, а вы за моей госпожой. - прервал я раздумья патруля. - И вас должны были предупредить о нас.

Барон обернулся на мага.

Маг смутился и что-то невразумительное проблеял.

Барон покосился на нас, но, видно, его действительно предупреждали о возможном появлении в районе замка беглецов подобного ранга. Он выпрямился в седле, вздохнул, и как-то нехотя махнул нам рукой:

- Следуйте за нами.

Маг, кстати, тут же выдвинулся из задних рядов и с парой воинов, обогнув нас, стал в метрах пяти за нами. То есть, нас грамотно взяли если не в «коробочку», то в некое подобие.

- А почему госпожа с котомкой?! - удивился барон, наконец заметив за спиной Майи рюкзачок.

- Барон! Мы, конечно, извиняемся, но есть такая истина: «Меньше знаешь, -крепче спишь!».

Я думал, что барон смутится, но он неожиданно громко рассмеялся. Смеялся он долго и со вкусом, а как отсмеялся, оттёр выступившие слёзы и молвил.

- Вы очень остроумны, незнакомец! Не будете ли так любезны, позволить мне взять ваши слова на вооружение?

- Пожалуйста! Хорошим людям не жалко. - развёл я руками.

Он снова хохотнул и с каким-то особенным предвкушением бросил.

- Вот теперь у меня есть что ответить некоторым особо любопытным!

«Какой непосредственный барон, однако!» - подумал я. Но вспомнив какое впечатление всегда производили на местных стихи... Тут явно что-то подобное. Надо бы вспомнить как можно больше максим и афоризмов. Публике понравится. Часто язык бывает более острым, нежели меч, и более убийственным.

Повеселевший барон, всунул меч в ножны и развернул своего коня в сторону замка.

- Прошу нас простить, что не можем предложить вам коня. Приказ. - бросил он за спину.

- Мы понимаем. - С готовностью и как можно более благосклонно ответил я.

Я заметил, что Майя чему-то тихо ухмыляется и косится на меня.

- Э-э-м!.. - промямлил я, не находя как должно обратиться к принцессе, чтобы не выдавать её инкогнито, но быстро нашёлся и продолжил в пол тона. - Не соблаговолит ли госпожа, просветить невежественного меня, чего это патруль похватался за оружие, когда их маг сказал, что я маг и под «покровом»?

- Всё просто. «Покров» относится к шестому уровню сложности. - терпеливо начала пояснять Майя. - А ты неосторожно пробил его, когда сканировал группу. И тем самым выдал себя. Ведь если ты пробил магию шестого уровня, то ты минимум «семёрка».

- Хм! Всего-то! - решил я пошутить. Но, видно Майя тоже была настроена на веселье. Близость замка Трорин её переполняла радостью завершения кошмарного пути.

- А тебе мало, что тебя оценили как «семёрку»? - поддела она.

- Так бы уж сразу десятый приписали!

- Скару экзамен сдашь и будешь. - ответила она тихо, но неожиданно серьёзно.

- А он в замке Трорин? - немедленно заинтересовался я, так как уже был очень наслышан.

- Спроси! - махнула Майя рукой. Хоть и говорили мы как можно тише, но барон чуть с коня не свалился. Он обернулся, и с опаской смерил меня взглядом.

- Уважаемый Барон! Не могли бы вы быть так любезны просветить нас: В замок случаем, философ Скар не прибывал?

- К сожалению, нет! - ответил тот.

- Жаль! - разочарованно вздохнул я.

Не знаю, что там подумал барон на наш счёт, - оглядывался он часто - но что и мог только уловить это загадочную улыбку Майи. Верхняя часть её лица была скрыта капюшоном. Только я шёл с лицом, открытым всем ветрам и радовался солнечному утру. Зачем такая секретность, - для чего или от кого Майя так скрывается, - я только предполагал. Это я тут человек новый, загадочный и никому не известный. А поэтому меня резону скрывать нет.

На башне над воротами дежурил стражник, и наше приближение было на контроле. Я оценил вышколенность стражи: мост через ров опустился на наш берег ровно в тот момент, как барон вышел к нему. Причём своего коня он никак не тормозил. Кто-то очень точно рассчитал и скорость патруля, и скорость опускания моста.

- Когда окажемся во дворе, нам выдадут цепи Бу. Надо одеть. - Тихо шепнула мне Майя. Я кивнул.

Во внутреннем дворе пахло... мощно. Конским навозом, мочой, ещё чем-то гниющим, но поверх всего этого аромата, разливался запах свежей выпечки. Лёгкий дымок над пекарней, ещё добавлял запаху аромат свежесгоревшей древесины.

Оглядевшись я заметил на башнях две фигуры магов. Те бдительно наблюдали за тем, что происходит во внутреннем дворе. Форма у них была примечательная: то, что они маги — видно. А вот какого ранга или школы — нет. Но то, что они боевые — ясно и так. Медика на стены, бдить за прибывающими не послали бы.

Проезжая мимо неприметной деревянной будки маг, сопровождающий нас, протянул руку, щёлкнул пальцами и показал два. Из темноты показалась рука сжимающая два, по виду бронзовых, медальона, на такого же цвета цепи. Маг подцепил их и проехав до нас спешился. Разобрал эти цепочки и протянул нам.

Майя и тут показала класс: ловко, не показывая лица, она наклонила голову и просунула под капюшоном цепь медальона. Выпрямившись она ещё потянула вниз краешек капюшона. А после ещё и руки в рукава засунула.

Я же без затей накинул цепь на себя и вопросительно посмотрел на подавшего их мага. Тот удовлетворённо кивнул, поклонился и отошёл в сторону.

Только после этого весь патруль, во главе с бароном Го спешился. Перебросился несколькими словами с неведомо откуда появившимся типом в какой-то яркой одежде с резным посохом и жестом пригласил нас следовать за ними. Его солдаты немедленно выстроились по обе стороны от нас.

Так и прошли внутрь замка: впереди - тот самый тип с посохом, на шаг позади него барон, ну и за ними мы с охраной.

Блин! Мне даже свой «рюкзак» не предложили забрать!

Но только я об этом подумал, в очередном помещении мужик с посохом остановился и жестом указал в сторону стены:

- Здесь можете оставить свою поклажу.

Мы с Майей молча сгрузили свои рюкзаки и также молча вернулись обратно. Все терпеливо ждали каждый на своём месте. Наконец открылись следующие двери, и мужик с посохом, неожиданно зычным голосом объявил:

- Двое гостей. Тайно.

«Ха! А ведь его «тайно», по-нашему и будет означать «инкогнито» - подумал я.

С этими словами мажордом и барон шагнули каждый в свою сторону, открывая нам проход и вид на то, что творится в зале. А там, из-за большого, длинного стола вылезал сухонький старичок, в костюмчике, густо покрытым вышитыми узорами и с золотым медальоном на шее.

- Граф Герин, Шныр Десаи! Владетель земель Десаи!

- Ы-ы!.. - вырвалось у меня.

- Вообще-то, если не ошибаюсь, - продолжил я тихо, чтобы никто кроме Майи не слышал, - Его имя Шнырь? И дал ему его...

- Да. Имя дано лично Великим.

- Значит, воистину «Шнырь»! - заключил я, наблюдая за приближением графа и добавил по-русски — Живчик!

Приближающийся граф производил именно то впечатление — живчика. Движения резкие, но не дёрганые. Уверенные. Любит покрасоваться, представить себя эдакого бравого и весёлого. Шевелюра — полностью седая, аккуратно зачёсанная назад. Бороды нет. Видно, что регулярно бреет свой подбородок. Точнее сказать, содержит хорошего цирюльника.

Пока подходил, выражение лица плавно поменял с надменного на вежливую заинтересованность. Остановился от нас в десяти шагах, подпёр левый бок кулаком и приподнял бровь. Типа: «И кто это к нам заявился?».

Майя лишь приподняла капюшон плаща и глянула тому в лицо.

На мгновение на лице графа мелькнуло сильное удивление, но он быстро стёр его с лица. Поднял обе руки на уровень пояса и сделал так движение кистями: «Кыш, кыш, кыш!». Всё молча.

Наши сопровождающие поклонились и также молча удалились.

Собственно до сего момента всё было и так ясно. Но вот сейчас начиналось самое интересное и важное. От того как поведёт себя граф, как представит меня графу Майя, зависела забубенность местных элитных интриг. А также то, какую именно роль реально отводит мне принцесса Кирин. Пока что я предполагаю, она меня числит перспективным ручным зверьком.

Может и что серьёзнее. Вот не верю я в эту «любовь-морковь» на таких уровнях элитных раскладов и драк. Она, конечно, может и присутствует, но насколько себя сама Майя контролирует? И насколько она готова рискнуть своей головой, для осуществления своих матримониальных планов?

Граф меж тем бросил вопросительный взгляд на меня.

Я состроил постную рожу и бросил многозначительный взгляд на Майю.

Та же коротко:

- Со мной. Мы доверяем.

И такой многозначительный кивок в мою сторону.

«Ого! Ясно, что мои «особые происхождения» даже от графа тут тайна. Однако!».

Граф, после переглядываний мгновенно преобразился.

- Ха! - чуть не подпрыгнул он, как только за уходящими закрылась дверь. - Ваше Высочество! Вот так сюрприз! Мне доложили, что вы, якобы, погибли в схватке во дворце, вас сожгли маги Азимбы в погоне у прохода Семи Бродяг и... много чего ещё наговорили! А вы выжили, и дошли до Герина! Мои великие поздравления! Вы достойная внучка Великого!

- Но Великий Сой Кирин не выдержал тягот пути. - мрачным голосом добавила Майя.

- Надеюсь, он получил достойное упокоение? - обеспокоился граф.

- Да. Мы... - многозначительный взгляд в мою сторону, - упокоили его в саркофаге Города Древних.

- О! - Физиономия графа тут же стала постной. - Да пребудет с ним Милость Неназываемого, и Великого Перерождения ему!

- Да будет! - хором повторяем мы с Майей.

- Я немедленно распоряжусь, чтобы вас поместили в лучшие покои! Да! Вы наверное, проголодались в дороге? Нужна помощь медикуса?

- Спасибо. Нам помогли с ранением. Достойно.

И снова кивок в мою сторону.

- О! - уже сильно заинтересованный взгляд в мою сторону.

- Мы успеем сделать омовение с дороги до завтрака? - продолжила принцесса.

- Мы будем ждать столько, сколько понадобится! - тут же заверил граф.

Увидев, что политес соблюдён, граф шагнул к столу и взял стоящий на его краю колокольчик. Майя же снова закрыла голову и лицо капюшоном.

На звон вышел всё тот же мажордом.

Выслушав распоряжения, он поклонился и молча, жестом пригласил следовать за ним.

Да уж! Ясно, что ничего не ясно!

Майя меня шифрует по полной. Интересно знать для чего? То, что она сказала графу тянуло на то, что она меня представила то ли магом-телохранителем, то ли медикусом при её особе, то ли вообще неким тайным сопровождающим.

У Графа, из того, что было сказано, наверняка сложилось впечатление обо мне больше как о маге-телохранителе.

Также весь этот диалог с ним показал, что мне надо больше помалкивать. За меня будет говорить пятая принцесса Майя Кирин.

Ну что же? Смотрим, внимательно слушаем и запоминаем всё! Тут, кажется, важно будет любое «телодвижение» как самого графа, так и его окружения. Много, кстати, скажет состав приглашённых на завтрак — эдакий круг посвящённых в тайны.

Ведь барона Го граф без слов выпроводил. Значит, уровень тайн вокруг персоны принцессы гораздо выше мелкого дворянчика, хоть и вассала графа.

М-да!

Начинаю бояться.

С другой стороны... Где наша не пропадала?

И там пропадала...

И здесь пропадала...

Выплывем!

И если что — моя «тайная магия» всегда при мне. Как убойный козырь.

Ударение на слове «убойный».

Я тихо зажёг светляк за спиной мажордома.

Майя, заметив это, вытаращилась на меня как на привидение.