Там, где кончается степь

Глава 1

Орден неправильных магов

Книга 4

Там, где кончается степь

Глава 1

Топор врезался в поднятый щит с такой силой, что меня качнуло, и, вместо того чтобы пнуть нападающего, как было задумано, получилось только шагнуть назад, сохраняя равновесие. И это стало началом конца... Удары сыпались один за другим, заставляя меня пятиться все дальше и дальше, пока мои лопатки неожиданно не уткнулись в стену. А следом и щит отбросило в сторону мощным ударом. Для замаха не оставалось места, но я все же попытался ударить в ответ... И в следующее мгновение на мою голову обрушилось лезвие топора, заставляя рухнуть как подкошенного...

— В голову-то зачем? — сквозь стук крови в ушах услышал я. — Сбил бы с ног да скрутил, еще и в плен бы взяли.

— Да ну его, дурак бешеный... — Перед открытыми глазами стояла темнота, но даже так я узнал голос своего недавнего противника. — Понятно же было, что проиграл, мог бы и сдаться. А так — сам виноват.

Стук в ушах постепенно становился все тише, до тех пор, пока не исчез совсем, голоса тоже замолкли, и лишь приятный мелодичный голос настойчиво звал к себе, все настойчивее и требовательнее...

— Если через минуту все не соберетесь за столом, я суп каждому на голову лично вылью! — громче повторил голос, и, сообразив, что Кайя так и поступит, я стянул с головы съехавшую на глаза каску и, отложив ее в сторону, поднялся на ноги, хоть тело и протестовало против прерывания отдыха.

— Миха, блин... — Найдя взглядом ухмыляющегося друга, я покачал головой и, шагнув к стойке, повесил на нее топор и щит. — Как так-то?

— Мастерство не пропьешь и в карты не проиграешь! — довольным голосом заявил Михаил, так же складывая экипировку на стойку. — Тренироваться надо!

— Да фиг бы ты его победил, если бы я его не загонял... — хмуро глядя на довольного друга, буркнул Федор, все еще потирая расплывающийся синяк на скуле. — Я ему ногу отбил, вот он и медленно бегал...

— Ага, отбил! — ухмыльнулся Миша. — Своим лицом!

— Пошли уже, — прервал я спор друзей и первым направился в столовую. — Не стоит раздражать девочек, они и так в последнее время раздражаются по пустякам.

— Мы все раздражаемся... — проворчал Федор. — Сидим тут взаперти, света белого не видим...

То, что друг прав, я понимал, как понимал и то, что частично в этой ситуации виноват я, но сделать ничего пока не мог.

Хорошо еще, что в один прекрасный день нам принесли снаряжение и топоры с лезвиями из толстой резины, которыми мы с тех пор активно лупили друг друга, тренируясь и заодно вымещая накопившееся раздражение. И вдвойне радовал факт, что магия, стремительно меняющая наши тела, все же изрядно облегчала тренировки, излечивая травмы и помогая усваивать новую для нас науку фехтования. Хотя фехтованием назвать попытки забить оппонента топором было сложно, но все же кое-какие приемы мы освоили, хотя еще не могли пободаться на равных с теми, для кого холодное оружие с детства как родное.

В столовой собрались все вместе, как обычно, рассевшись за длинным столом и придвинув к себе тарелки с супом, одним из тех, варить которые моя супруга научилась просто виртуозно. Хотя посидишь почти полгода взаперти — и не такому научишься.

— Милый, тебе опять по лицу настучали? — увидев Федора, покачала головой Мора, неодобрительно посмотрев на нас с Михаилом. — Хочешь, я им отомщу? Со стрелами в задницах они будут не такие быстрые...

— Мора! — буквально прорычала Кайя, придвигая тарелку поближе к подруге. — Рот закрой и ешь!

После такого предупреждения не только Мора, но и мы все молча приступили к приему пищи, стараясь не раздражать лишний раз нашу волшебницу. Очень уж скверный у нее в последнее время стал характер, а магия, несмотря на почти полное ее отсутствие в помещении, все равно грозная сила даже в неумелых руках...

Впрочем, я прекрасно понимал, почему Кайя бесится на пустом месте, да и сам в последнее время не был образцом покладистости, и это притом, что часть жизни провел в каменных джунглях. А что говорить об островитянах, которые привыкли жить на природе? А тут стены бункера вокруг круглые сутки...

А ведь все так хорошо начиналось! Вернувшись на острова, мы сразу же рассказали о том, что с нами приключилось, старшему поколению и собрали совет на мозговой штурм, решая извечную проблему «что делать»...

И если кузнец с безопасником только в затылках скребли, с интересом разглядывая помолодевших нас, то лекарь со старым артефактором факту омоложения явно не обрадовались и всполошились не на шутку.

Дебаты на змеином острове продолжались почти целый день, но итогом их стал простой и лаконичный вывод: нам хана. Магия убьет нас в любом из миров, вопрос только во времени и концентрации этой самой магии в мире. Нет, артефактор клятвенно пообещал, что соорудит для нас амулеты, которые позволят продержаться какой-то период, но... Для этого нужны ресурсы. А еще нужно сначала эти самые амулеты придумать. Просто потому, что никто никогда не заморачивался над тем, как убрать магию от организма, ослабляя силу волшебника. Обычно все хотели с точностью до наоборот — стать сильнее, усилить приток энергии к магу...

Как это ни странно, но временное решение принес Вячеслав, пообещав вернуть нас в родной мир и спрятать в экранированном помещении до тех пор, пока проблема не будет решена. Благо ученые на Земле уже выяснили, что те материалы, которые не проходят через портал, способны экранировать магию, работая как клетка Фарадея.

Правда, Вячеслав забыл упомянуть, что, пока мы будем прятаться в экранированном бункере, нас будут изучать врачи и ученые, пытаясь открыть секрет и подарить человечеству вечную молодость... Попутно пытаясь вылечить нас и не дать умереть. Хотя бы до тех пор, пока не будет найдено лекарство от старости.

При этом мы не особо ерепенились, прекрасно понимая, что это наш шанс не отбросить коньки в самом расцвете сил, но... Никому не нравится, когда тот, кто рассказывает, от чего ты скоро умрешь, испытывает лишь любопытство и сожаление. Причем сожаление о том, что нельзя поместить тебя снова в источник магической энергии и зафиксировать все происходящее на аппаратуру. Мол, так было бы быстрее и нагляднее. А наши имена вошли бы в анналы истории.

Федя тогда, признаться, не сдержался и разбил очки профессору вместе с носом, пообещав напоследок засунуть его самого в анналы к историкам, если увидит еще раз. И надо сказать, больше этого странного типа мы действительно не видели. Хотя от посещений лаборатории это нас не спасло.

Продолжалось все больше двух месяцев, и в итоге врачи пришли к выводу, что современная медицина тут бессильна, но если жить в изолированном помещении, то протянем мы очень долго. И смерть от старости нам больше не грозит никогда.

— Сколько нам тут еще сидеть? — Покончив с супом, Михаил отодвинул от себя тарелку и, откинувшись на стуле, достал сигареты. — Может, ну его на фиг? У нас там, случайно, нет войны какой рядом? Или имперцев давайте потреплем? Лучше уж по-человечески сдохнуть, чем тут гнить годами...

— Пока из нас всю кровь не выкачают, — хмуро высказал свое мнение Федор. — Наверняка из нее уже лекарство от старости делают, а мы сидим тут и, как доноры, раз в неделю кровь сдаем, якобы на анализы...

— Говорил же уже, — вздохнул я, — скоро уйдем, потерпите немного. Со дня на день вернется разведка, и оттуда будем плясать...

— Если вообще вернется, — буркнула Кайя. — У имперцев разные маги есть. Есть и такие, кто может как ваш полиграф работать. Допросит их такой — и вперед, на плаху!

— Не нагнетай! — отмахнулся я и, поднявшись, отнес тарелку в мойку, а потом вышел в коридор, только чтобы не участвовать в разговоре, который в последнее время заводился все чаще и чаще. И ладно бы от этого толк был! Так нет же, поболтают, испортят себе и друг другу настроение, и все, до следующего раза.

Мысленно плюнув и постаравшись не давать выхода раздражению, я постоял пару минут в коридоре и решительно свернул в сторону тира. А уже там, включив свет в длинном бетонном помещении, замер перед шкафом с оружием, выбирая, из чего бы сегодня пострелять.

На самом деле стрельба в тире тоже надоела до одури, но буквально неделю назад нам установили новое оборудование, которое проецировало на стену мишени в виде бегущих или выпрыгивающих из-за укрытий людей, и какой-то интерес появился снова. Хоть и не слишком сильный.

Постояв перед шкафом, выбрал револьвер и, повесив себе на пояс, взял в руки винтовку, напоминающую те, что так любят режиссеры вестернов. Ну, видели, наверное, с рычагом внизу и подствольным трубчатым магазином.

Как сказал Вячеслав, сейчас такое оружие вовсю производят из стального клея пауков и переправляют на наши острова для вооружения гарнизонов. Которые, кстати, уже наполовину состоят из солдат моей родины. Добровольцев, разумеется... А мы, как дураки, сидим в бункере и чего-то ждем...

Поморщившись, я включил мишень и постарался погрузиться в тренировку, выбрасывая из головы дурные сожаления. И надо сказать, грохот выстрелов и легкий азарт в этом помогли. Оружие рявкало громче, чем ружья на волшебных патронах, но тут все логично, никто не собирался тратить на развлечения дефицитный ресурс. И так хрусталь сейчас добывали в промышленных масштабах сразу в обоих мирах, запасаясь сырьем, ставшим стратегическим, про запас. Все же страна, недавно закончившая войну, к таким вопросам стала относиться серьезно. И твердо усвоила, что боеприпасов много не бывает.

— Вот ты где! — Крик Вячеслава послышался даже сквозь наушники и, с сожалением опустив оружие, я развернулся к безопаснику. Все же, как оказалось, увлек меня процесс, не зря говорят, что игрушки никогда не надоедают, а в последние полгода оружие плавно превратилось для нас из инструмента для выживания в игрушку...

— Ты с новостями или просто проведать? — Поприветствовав безопасника, я убрал оружие в шкаф и кивнул на лавочку у стены: — Сядем?

— С новостями, но лучше бы нам поговорить всем вместе, — мотнул головой в сторону выхода из тира Вячеслав.

— Все плохо? — напрягся я.

— Хуже, чем мы планировали, но лучше, чем могло бы быть, — пожал плечами безопасник, первым выходя из помещения. — Ты мне скажи, как вы в целом? Какие настроения в коллективе?

— Коллектив идет вразнос, — честно признался я. — И если не предложишь выход в ближайшее время, то штурмом возьмет портал и пойдет совершать подвиги.

— А ты?

— А я возглавлю эту банду, — ухмыльнулся я. — Мы тут уже реально с ума сходим. Передеремся скоро...

— Значит, я вовремя.

Пока шли на кухню, с трудом сдерживался, чтобы не начать расспрашивать Славу на ходу. Но не стал, все же давно общаемся, выучил уже его характер...

В итоге пришлось собирать по немаленькому бункеру всех своих товарищей и под валом вопросов звать их на экстренное собрание на кухню, где понятливый Слава уже распаковывал гостинцы и заваривал чай на всю компанию.

— Ну что, говори уже, не томи! — стоило нам ввалиться на кухню, провозгласил Федя, усевшись прямо напротив безопасника. Только лампы в лицо не хватало — и была бы полноценная картина допроса партизана группой негодяев... — Когда вы там закончите ваши игры с исследованиями?

— Да закончили уже, — усмехнулся чем-то довольный Вячеслав и принялся не спеша наводить себе чай. — Вы ешьте торт, свежий, только сегодня купил...

Федя аж зарычал и, покрутив в руках пустую чашку, явно с трудом заставил себя поставить ее на стол, вместо того чтобы швырнуть в стену.

— Хорош, — покачав головой, попросил я Славу. — Продолжишь играть в театр — получишь в глаз. А потом я попрошу Кайю, чтобы организовала тебе лечение запора. На недельку...

При этих словах безопасник напрягся, прислушиваясь к себе, а Кайя странно потупилась, уставившись в пустую чашку.

— Ладно, хватит так хватит... — пробормотал Вячеслав и, отставив в сторону кипяток, оглядел нас. — В целом вляпались вы, ребята, по полной...

— Конкретнее! — фыркнул Федя. — Это мы и без тебя знаем!

— Я и говорю конкретно. Не будете перебивать, расскажу быстрее, — пожал плечами Вячеслав. — Короче, я только что с той стороны, и самые свежие новости не слишком приятные. Артефакты для вас готовы, но Урий говорит, они не особо помогут. Продлят жизнь на несколько лет максимум.

— На несколько — это на сколько? — насторожился я. — А то, может...

— Не может, — поморщился Слава, прекрасно поняв ход моих мыслей. — Никакого накопительного эффекта. Так что о том, чтобы побегать с артефактами, а потом в бункер, и все заново, можете даже не думать. Сам артефакт будет создавать вокруг вас сферу без магии, но всю не отсечет. Так что... Года два, может, пять...

— Уже хорошо, — пожал плечами Михаил и, заметно повеселев, разлил по кружкам чай, а потом, ухватив самый большой кусок торта, признался: — Я думал, у нас месяц- два... А так можно еще побарахтаться. Все лучше, чем взаперти сидеть.

Кивнув другу, я покосился на супругу, но та только поджала губы и, не поднимая взгляд, думала о чем-то своем. Хотя что уж там... Прекрасно я понимал о чем. Девушка давно ждала, когда все закончится. Хотела нормальной семьи, с детьми... Ну а какие дети, если жить осталось пару лет?

— А что с империей? — уточнил я у безопасника. — Разведка не вернулась еще?

На самом деле Урий еще полгода назад предложил посетить империю и выучиться у них в магическом университете, глядишь, и найдем способ если не вылечиться, то купировать проблему. Другое дело, что не было у нас на это времени. Но теперь-то, с новыми артефактами можно было и попробовать... Благо язык противника мы изучали все это время, пока сидели в бункере.

— Вернулись... — поморщился Слава. — И это вторая плохая новость. Там... Короче, сложно все с университетом. Ладно бы просто деньги, найдем или сами наштампуем, не проблема. Но на учебу принимают только граждан империи...

— А что, документы напечатать сложнее, чем деньги? — перебил безопасника Федя. — Не паспорт же там с голограммами? Да даже если бы и так...

— Не паспорт, — пожал плечами Слава. — Жетон. По сути примитивный артефакт, который сложно подделать, но... Да хрен с ним, тоже не проблема, добыли мы уже жетонов таких. Разведка озаботилась. Есть документы жителей окраины для обычного перемещения по дорогам. Но вам-то нужно подлинное гражданство!

— Зачем? — не понял я. — Если для разведки подошло, то и мы...

— Вы куда собирались? — посмотрел на меня, как на дурака, Слава. — В оплот магов! Место, где куются стратегические кадры для огромной страны! Ничего тебя не смущает в такой постановке вопроса?

— Проверки с помощью магии, — подсказала Кайя, подняв взгляд на меня. — Спросят напрямую, где и у кого ты получил жетон, что ответишь? При условии, что врать нельзя? У дяди Васи из разведки?

— Блин...

— Погоди! — жестом остановил меня Федя и, пристально посмотрев в глаза безопаснику, продолжил: — Ты посмотри на эту хитрую рожу! Никогда не поверю, что они не придумали способа для своих нелегалов. Так?

— Есть способ, — кивнув, признался Слава. — В империю приезжают мигранты, и они получают гражданство... Только там сложно все.

— Ну? — поторопил я товарища. — Давай уже, излагай задачу!

— Короче! — вздохнув, продолжил Слава. — Способов, по сути, два. Первый растягивается на пять лет и сам по себе довольно неприглядный, это работа на государственной службе.

— Они чего, в чиновники мигрантов берут?

— Если бы... — поморщился Слава. — Там немного другое понимание госслужбы. Ассенизаторами, например, кто-то должен работать...

— А второй способ?

— Он вам тоже не понравится, — поморщился Слава. — Нужно год повоевать на границах империи.

— В армии, с которой мы только что резались... — Я поскреб затылок и вздохнул. — Да еще и против своих...

— Ну, с этим-то проще, — пожал плечами Слава. — Империя воюет не только на островах. Я тебе даже больше скажу, здесь у нас не армия воюет, а сборная солянка влиятельных семей. ЧВК, если так понятнее. Наемники. Сейчас наши создают такую же компанию, которая возьмет на себя оборону куска границы на противоположном конце империи, в степи. И потихоньку будем забрасывать туда молодежь, чтобы будущие студенты получили легальную возможность через год отправиться поступать в университет. Но это опять же год. По-плохому — половина отпущенного вам времени.

— Лучше, чем ничего... — подумав, покачал я головой. — Надо покумекать...

— А зачем это аристократам? — невпопад спросил вдруг Миха. — Ну, завоевывать острова? Большие деньги?

— Влияние, — поморщившись, пояснил Слава. — Чем больше магов, тем больше влияние семьи... Поясню. Отбор в университет происходит следующим образом... Сначала кандидат должен найти способ пройти портал, что само по себе раньше было проблемой. Тут или купить доступ у племен, и тогда ты достаточно богат, либо прокрасться на чужую территорию, ну и третий вариант: отбить на время остров в составе команды наемников. Во всех случаях ты показываешь, что достоин.

— Погоди, а деньги тут при чем? — не понял Михаил. — Выпускают-то они элиту армии.

— Не только. Еще лекарей, артефакторов, ну и придворных лизоблюдов. Если ты достаточно богат, чтобы купить возможность получить способности, то уж на то, чтобы купить себе должность советника по магии, точно хватит. А это прибавка в бюджет... Все официально, кстати, по прейскуранту.

— Да уж...

— Вот так... — покачал головой Слава. — К чему я это? Сейчас с получением способностей намного проще, некоторые острова вошли в состав империи, и такой отбор стал ненадежен. Абитуриентов много, экзамен среди одинаковых неумех не проведешь, и в итоге преподаватели зашиваются, пытаясь научить чему-то огромную толпу. Так, кстати, не только в столичном, но и во всех университетах империи.

— А поднять цены на обучение? — привел я самый логичный, на мой взгляд, довод. — Вот и отсеются многие.

— А воевать кто будет? — усмехнулся Михаил, опередив Славу. — Останутся те, кого на передовую не загонишь. Ну не отправят богатые родители свою кровиночку на фронт, сам же понимаешь.

— Вот-вот! — кивнул Слава. — Но, судя по слухам, выход они нашли, и с нового учебного года в институте ужесточаются условия практических занятий и вводятся дуэли между студентами одного года обучения. Получится естественный отбор в действии...

Некоторое время Слава рассказывал нам тонкости обучения в магическом университете, из той информации, что успели добыть внедренные в империю разведчики, потом плавно сместился на сложности внешней политики нашего противника, у которого со всех сторон враги. Причем на участке, который предстояло оборонять нашим, было сложнее всего, там степняки, которые совершали молниеносные налеты, грабили провинцию и сваливали обратно на родину...

И самое забавное, что он вроде рассказывал о проблемах, а мои друзья на глазах оживали... Выпрямлялись спины, загорались азартом глаза, а по губам нет-нет да пробегала предвкушающая улыбка...

— Забавно... — задумчиво покачал головой я и, переглянувшись с внимательно на меня смотревшей Кайей, принял решение, к которому, заводя этот разговор, нас подталкивал куратор от безопасников. — Так когда мы отправляемся внедряться в империю?

Глава 2

Несмотря на воодушевление, накатившее на всех добровольных узников бункера, из своего убежища мы выбрались только через месяц. Несмотря на вопли Феди о том, что фиг с ним, с месяцем, всего тридцать дней, подумаешь! Несмотря на уверения Михаила, что прежде, чем идти воевать, надо немного адаптироваться к местным реалиям... И несмотря на укоризненные взгляды Кайи, которые она бросала на меня весь месяц, при этом тяжко вздыхая.

И все же я выдержал и это испытание, тем самым сохранив команде лишний месяц на поиски способа вылечиться.

А все почему? Потому что отсчет года, который нужно провести на границе для получения гражданства, начинался вовсе не с того момента, как крепость займет отряд и сообщит об этом в магистрат провинции. А только после того, как в эту самую крепость прибудет проверяющий и перепишет всех поименно, выдав временные жетоны.

Вообще, мы со Славой на полном серьезе обдумывали подмену, чтобы этот год тоже не выходить на поверхность, сберегая время для учебы, но... Оказалось, что жетоны каким-то хитрым образом привязаны к ауре человека... Или не к ауре, фиг разберешь все эти заморочки. Но как итог — смухлевать не получилось.

Впрочем, это и к лучшему, за год наши совсем остервенели бы от такого заточения. И так весь месяц ожесточенно тренировались, чтобы упасть с ног к вечеру и быстрее дождаться следующего дня.

Но все рано или поздно заканчивается, и вот наступил день, когда в бункер снова явился Слава с коротким приказом: подписываем контракты и собираемся...

— В смысле контракты? — удивился я. — Зачем?

— А затем, что кто-то вашим снабжением за ленточкой должен заниматься, — терпеливо пояснил безопасник. — Или вы, как раньше, все сами? Оружие, патроны, доспехи, сами все будете изготавливать или закупать? Продукты, в конце концов... Да даже банально вас никто не пустит туда, где проводит операцию разведка. На фига им не подчиняющиеся никому анархисты?

— А отдельной группой мы можем поработать? — насупившись, уточнил Федя. — Оружие у нас есть, с патронами решим... Продукты... Ну, кое-какие деньги на острове остались.

— Федор, ты, конечно, не обижайся, но ты как ребенок, честное слово! — поморщился Слава и, насмешливо посмотрев на набычившегося Федю, пояснил: — Сами — это, конечно, хорошо... Можете оформляться в любой отряд, и вперед. Правда, конкретно в тех местах заставы регулярно под корень вырезают и продержаться целый год дано не каждому... Но вы же храбрые и сильные, справитесь!

— Ты не ерничай, а объясни ему нормально, — вздохнув, тормознул я безопасника. — Мы пехота, для нас все просто: можем стрелять, можем не стрелять... А штабные — упыри трусливые, которые ничего не понимают в этой жизни. Концепцию понял?

— Ага... — снова усмехнулся Слава. — Ну, если исходить из такой позиции... Так вот, чтобы отряд смог продержаться год, эти «трусливые упыри» разработали план, согласно которому народ должен был занять наиболее удобное для нашего вооружения место на границе. Которое, разумеется, было уже занято. Пока понятно излагаю?

— И? — буркнул Федор. — Вы нашли кому дать взятку?

— В чужой стране? — покачал головой я и, махнув рукой, продолжил паковать рюкзак. — Думай тоже, что несешь...

— Да нет, нашли бы... — ухмыльнулся Слава. — Только мало желающих продать жизнь. Все проще. Как раз когда мы подали заявку в муниципалитет, заставу вырезали под корень. Никого не осталось. И поскольку наш отряд очень своевременно подвернулся, его и отправили отбивать обратно крепость, чтобы затем закрепиться на нужном нам участке. Разницу в уровне подготовки чувствуете?

— Тащи свои бумажки, поработитель... — недовольно буркнул Федор, усаживаясь за стол первым.

Мы же с усмешкой наблюдали за другом, который славился своей вредностью и любовью к различным теориям заговоров. И сильно не любил подписывать бумаги. Даже кредиты из-за этого никогда не брал, предпочитая занимать у нас.

Документы на вступление в ряды родной армии у безопасника, разумеется, оказались с собой, и вскоре мы коллективно заполняли бумаги, мешая друг другу глупыми вопросами и иногда закапываясь в телефон, чтобы найти личные данные.

— Завещание на кого будем оформлять? — Федор первым дошел до финального листа контракта и всерьез озадачился вопросом. — У меня все родные здесь.

— Аналогично... — поскреб пятерней затылок Миха. — Хотя...

— На Леху пишите, — пожал плечами я, не видя проблемы. — У него дети, лишним не будет.

— Алексей уже в крепости, он еще два месяца назад вернулся в армию, — огорошил нас Слава. — К тому же у него тоже проблемы с магией, хоть и на порядок меньше, чем у вас. Его тоже надо лечить...

— Вот гад! — взвился Федя. — И не предупредил!

— Так он под подпиской, — пояснил безопасник и кивнул на отдельную стопку листов, которую мы еще не смотрели.

— Что за подписка? — снова напрягся Федя, но, мельком посмотрев бумаги, расслабился. Такие мы уже подписывали, когда шли на фронт. Стандартное предупреждение, что не стоит болтать, а то будет ай-ай-ай... — Но вопрос с завещанием остался...

— А на папу можно написать? — уточнила Кайя, с любопытством наблюдавшая за процессом заполнения бумаг. Девушка за полгода отлично усвоила наш язык и даже научилась читать по слогам. Хоть я ей и выговаривал не раз за это. Все же сложно одновременно учить два языка, путаться начинаешь. А имперский сейчас для нас важнее.

— Ему-то наши деньги на фига? — удивился я, прервав заполнение документов. — Хотя... Слав, а можно организовать фонд ордена? Чтобы если мы скопытимся, то на страховку и зарплату купили все необходимое на острова?

— Разберемся... — покачал головой безопасник, обдумывая мое предложение. Все же, несмотря на то что с некоторых пор деятельность ордена финансировало государство, деньги в таких вещах лишними не бывают.

В итоге простое вроде бы дело отняло у нас больше часа времени, и окончательно покинуть надоевший бункер мы смогли лишь к обеду, взяв с собой только минимум личных вещей. Снаряжение же безопасник обещал выдать на месте.

— Привыкайте снова, что теперь вы не банда анархистов, а доблестные разведчики на службе родной армии! — пафосно провозгласил Слава и тут же недоуменно уставился на совершенно неприлично расхохотавшихся нас. — Чего?

— Забей! — отмахнулся я, пытаясь согнать с лица ухмылку.

До портала в этот раз добирались на вертолете, не теряя лишнего времени. И если нам с парнями был привычен такой способ передвижения, то девушки изрядно перепугались и старались сидеть тихо, не двигаясь. Хотя высота была ничуть не больше, чем при полете на аэростате, да и в железной кабине было надежнее, чем в деревянной корзине. А вот поди ж ты...

Но все когда-нибудь заканчивается, закончился и наш полет над тайгой... Хотя, признаться честно, я бы еще полетал, уж больно красивый вид открывался с высоты птичьего полета.

— Выгружаемся! — скомандовал Слава. — Быстрей, быстрей!

Мы один за другим выпрыгнули из тяжелой машины на каменистый берег и только потом разглядели лагерь, закрытый сверху маскировочными сетями.

— Ого, вы тут развернулись!

Стоило нам подняться на скалу по самой настоящей лестнице, как передо мной развернулась полноценная база посреди леса.

Сборные домики стояли довольно плотно друг к другу, закрытые все той же сеткой, а по периметру небольшой поселок был укрыт металлическим забором, выкрашенным в камуфляж.

— Так тут полноценная экспедиция работает, — пожал плечами Слава и, кивком поздоровавшись со встречающими нас бойцами охраны, указал на железный контейнер у забора. — Некоторое время придется подождать здесь. Не бункер, конечно, но...

— Что, не получилось увеличить проводимость портала?

— Пока никак, — поморщился Слава, распахивая дверь нашего временного убежища. — Три человека за раз — это максимум... Сегодня сможем отправить двоих и через три дня остальных.

— Тогда отправляем девушек, — не раздумывая предложил я. — Пусть дома побудут, с родными увидятся.

Так и поступили. Счастливо улыбающаяся Кайя, подхватив рюкзак, первой побежала к порталу, лишь на прощание обняв меня и не испытывая ни малейших сомнений. Впрочем, думаю, Ламар тоже будет рад возвращению дочки, и эти три дня будут для них неплохим подарком. Ну а мы...

— А вы не теряйте время! — Слава кивнул на стол, на котором, помимо посуды, лежала толстая папка с распечатками. — Изучайте информацию, которую мы смогли нарыть за это время. Пригодится...

Вслед за девушками ушел и Слава, предупредив, что встретит нас на острове и вручит снаряжение, ну а мы уселись за стол и некоторое время просто сидели, осознавая изменения в образе жизни.

— Блин, даже не верится, что этот дурдом закончился, — первым озвучил общую мысль я.

— Еще не закончился, — поморщился Федя, стукнув кулаком по железной стене, обитой деревом. — Хотя... Ладно, все, не ворчу... Но еще три дня!

— Ну не три месяца же? — пожал плечами Михаил и, с сомнением поглядев на стопку коробок с сухпайками, стоящую в углу, щелкнул тумблером электрочайника.

— Тоже верно... — Я взял одну из коробок, привычно выпотрошив ее содержимое, достал пакетик с кофе и, с ненавистью посмотрев на банки, убрал коробку на место. — Блин, хорошо, что консервы через портал не закинуть! Видеть их не могу!

— Не парься, — ухмыльнулся Михаил, заваривая чай. — Подозреваю, что через месяц-два ты по ним скучать будешь. Чем можно питаться в степи, учитывая, что продукты будут местные?

— Шашлыками? — оживился Федя.

— Кашами, — буркнул Миха. — В лучшем случае с каким-нибудь сушеным мясом.

— Ой, да ну вас… — Махнув рукой, я притянул к себе папку. — Вечно один пессимизм из вас прет...

Надо отдать должное разведке, данные по империи и ее соседям были собраны довольно объемные, учитывая, что времени прошло совсем немного, а передвигались ребята по чужой стране своим ходом. Максимум на лошадях, да и то... Сколько в рядах службы внешней разведки найдется умеющих ездить верхом? Едва ли такие вообще обнаружатся.

Сама по себе империя, как выяснилось, таковой даже не являлась. Правил страной совет, состоявший из правителей отдельных провинций, но при этом во всей стране действовали единые законы и правила. И если честно, эти законы с виду выглядели вполне неплохо. Хотя тут все зависело от того, как строго они выполняются на местах.

К примеру, за воровство там можно было как откупиться суммой в несколько раз превышающей сумму украденного, так и загреметь на каторгу, пока не отработаешь сумму штрафа. И чаще всего отработка проводилась далеко не в курортных условиях. На рудниках там или на строительстве новых дорог.

При этом за убийство гражданина такая каторга была пожизненно, а вот если пострадал не гражданин, то тут снова можно было отделаться штрафом. Но все кардинально менялось, если убийство происходило на дуэли, которые в этой стране были, кстати, не просто официально разрешены, но и вполне приветствовались. Достаточно было при свидетелях вызвать на дуэль любого не понравившегося тебе человека — и он либо платит тебе виру за обиду, либо берет в руки оружие и идет в круг драться. И не слишком важно, была ли обида реальной...

Стоит ли говорить, что в городах империи царил культ фехтовальных школ и почти все горожане старались не запускать себя, хоть иногда тренируясь?

— Да офигеть! — не поверил Миха, стоило мне зачитать эту страницу вслух. — А если и драться не умеешь, и денег нет?

— Тут не очень понятно... — дочитав страницу, признался я. — Но есть категории, которые запрещено вызывать на дуэль. Те же солдаты, моряки и служащие... Если я правильно понял.

— Странно все это... — покачал головой Миха и, решительно взяв у меня уже прочитанные листы, погрузился в чтение.

Я же продолжал изучать чужое государство, погружаясь все глубже в отчеты разведки. Налоги, градация населения по уровню полезности для общества, воспитание и учеба детей...

Последний момент меня заинтересовал особо, и я снова зачитал вслух половину листа, где рассказывалось об имперском образовании.

— Погоди, — переспросил Федя, до того с неохотой посматривавший на распечатки. — То есть как это — обучение детей обязательное, но платное?

— Не отдал детей в школу — лишаешься гражданства, — озадаченно пояснил я. — Но опять же, есть категории граждан, для чьих детей обучение бесплатное... Слушай, бери и читай! Пригодится.

— Терпеть не могу официальные бумаги, — вздохнул Федор, с явной неохотой принимая уже прочитанный лист от Михаила. — Фантастику бы сейчас интересную... Про космос...

— А будешь читать фэнтези про государство магов, — буркнул я. — Все, не мешай...

Сам не заметил, как увлекся, читая один за другим листы и узнавая все новое и новое о своих противниках. Если честно, то я представлял себе жителей империи дремучими дикарями из средневековья, но, судя по тому, что успели узнать разведчики, выходило, что хоть их мир и пошел по другому пути развития, но от нашего отстал не слишком сильно. Лет на сто, вряд ли больше.

Да, электричества и двигателей внутреннего сгорания у них не было, но все это вполне успешно заменяла магия, которой аборигены весьма успешно пользовались. Что, впрочем, неудивительно, учитывая, что в каждой провинции был свой университет, где обучали будущих магов.

Да что говорить, если в империи были даже полноценные заводы, где фабричным способом изготавливали как оружие, так и товары народного потребления. Подробностей в отчетах, разумеется, не было, кто же пустит на производство чужаков? Но по косвенным данным, например, по стоимости товаров, тоже можно многое понять.

На фоне всего этого о жителях степи, наоборот, информации было крайне мало. В основном слухи, которым верить не слишком надежно.

Достоверной была лишь информация о боевых возможностях степняков, которые, по собранным данным, были великолепными стрелками и имели непревзойденную конницу, в отличие от имперцев, предпочитающих развиваться в сторону механизмов.

Граница империи со степью проходила вдоль горного хребта, и протяженность ее была весьма немалой, только это не позволяло степнякам бить имперцев в хвост и в гриву. По горам не больно-то на лошадях поскачешь.

Тем не менее небольшие отряды степняков регулярно проходили по удобным местам на территорию соседей и от души грабили население, нередко уводя с собой пленных.

А иногда, раз в несколько лет, они и на полноценный набег решались, выступая на соседей большим войском... Впрочем, судя по рассказам очевидцев, даже завоевав новую территорию, степняки не оставляли ее за собой, а откатывались назад, забрав добычу.

Неоднократно имперцы собирали армию и шли бить наглых соседей, но степь огромна, попробуй найди там местных, особенно если они не хотят, чтобы их нашли. А еще попробуй найди в степи еду для целой армии... Можно нести ее с собой, но на сколько запасов хватит? А воды?

Вот и царило шаткое равновесие над южной границей империи. Одной стороне чужая земля даром не нужна, а другая сторона рада бы захватить степь, да не может.

Единственное, чего я не понял: почему маги не выжгли врагов, выступив с карательным войском, но об этом отчеты умалчивали. И я был уверен, что скоро мы сами узнаем причину такой ситуации. А пока мы отсыпались, практиковались в изучении чужого языка да изучали документы.

При этом покидать железную коробку нам никто не запрещал, но подставляться и накачивать тело магией не слишком-то хотелось. Лишь Миха иногда выходил на улицу покурить, а потом почти час жег магический светильник, выжигая накопленную за считаные минуты энергию. В итоге после нескольких таких попыток нам это надоело и пришлось разрешить ему курить в помещении. Раздражало, конечно, но не убивать же его из-за этого?

А ровно через трое суток за нами пришли.

Глава 3

Не знаю, что там нахимичили ученые с порталом, но, на мой взгляд, он стал немного больше, чем в мой первый переход. Да и прошли мы в него трое, хоть и прижавшись друг к другу, но все же.

Личных вещей практически не было, рисковать не стали, на случай если портал схлопнется во время перехода от лишнего объема. Такого, конечно, еще не было, но все когда-то бывает в первый раз, так что... Пусть лучше не сегодня и не с нами.

Из портала вывалились на страховочную сетку, что было приятной неожиданностью, не пришлось отбивать бока, падая на жесткий настил. А спустившись, с ходу наткнулись на комитет по встрече из местных и землян.

За полгода в просторной раньше пещере изменилось многое, и если раньше это была заброшенная полость в скалах, то сейчас мы увидели самый натуральный опорный пункт, с баррикадами на выходах и вполне комфортными комнатами внутри.

— Не задерживаемся, проходим дальше! — Пожилой мужчина с каким-то артефактом в руках нетерпеливо подтолкнул меня в спину и вскарабкался на сетку, туда, где меньше минуты назад исчезло окно портала.

— Чего это он? — спрашиваю у охранника, но тот только отмахивается, мол, не обращай внимания.

— Ученые, — заметив, что я обернулся на странного типа, пояснил он одним словом.

Кивнув, я перестал разглядывать незнакомца и вместо этого попытался отвлечься от многочисленных искр магии, мельтешащих перед глазами. Если честно, то за время сидения в бункере я успел отвыкнуть от такого и сейчас пытался если не привыкнуть заново, то хоть относиться терпеливо и не размахивать ладонью, машинально отгоняя невидимое обычным людям.

И судя по напряженным лицам моих друзей, у них были точно такие же проблемы.

— А вот и вы! — Стоило нам выйти из-за перегородок к входу, как перед нами возник старый артефактор с каким-то кулоном на простом шнурке в руках и со взглядом таким же, как у странного типа у портала. — Наконец-то!

А через секунду кулон оказался у меня на шее, и стало намного легче. Перестало раздражать мелькание искорок перед глазами, а сами искры заметно отдалились, словно комары, которых отпугнули дымом. Они вроде есть, но в лицо не лезут и не раздражают.

— Спасибо! — искренне поблагодарил я старого артефактора и посторонился, освобождая место друзьям. — Так жить можно!

— Это еще не все, молодой человек, — тормознул меня старик и, требовательно посмотрев, словно на школьника, принялся давать наставления: — В артефакте камень, в который уходит вся собранная энергия. И если не тратить эту энергию, то кулон перестанет работать. А если это будет происходить часто — может и испортиться. И новый я смогу сделать не скоро. Уж больно редкие материалы там используются.

— А менять кристаллы можно? — озадачился я, с сомнением разглядывая артефакт.

— Не получится, — пожал плечами старик. — Нет, если бы мне предоставили чуть больше небесного железа, я бы сделал крепления кристалла чуть шире... И пружины... Вот только тогда пришлось бы устанавливать регулировку под емкость разных кристаллов... И тогда...

— Ну нет так нет! — Я поднял ладони вверх, останавливая непонятные мне объяснения. — Значит, будем тратить. На сколько времени его хоть хватит?

— Ну, если держаться подальше от порталов и...

— В среднем?

— На половину суток, — недовольно поджав губы, ответил старик и, шагнув к Михаилу, повесил ему на шею такой же артефакт и немного поколдовал над ним, запуская работу волшебного прибора.

— Пошли скорее, пока он тебе тоже мозг не заморочил! — тихо шепнул непонятно откуда взявшийся в пещере Слава и потянул меня за рукав на тропу, ведущую к поселку. — Я в прошлый раз целый час слушал теорию изготовления блокираторов и только после этого додумался сбежать, сославшись на дела...

— Блокираторов? — приподнял я брови, демонстрируя удивление.

— Ну да, — кивнул Слава. — Заклинания на чистой энергии развеиваются, стоит им попасть в зону действия артефакта. Зато сам обладатель этой фиговины может колдовать сколько хочет, если берет энергию из кристалла. Там что-то отключается... Короче, забей, просто пользуйся и не парься. Все равно эффект почти бесполезный.

— В смысле? — растерялся я. — Это ж почти бронежилет против магов! Ультимативная штука!

— Да брось! — отмахнулся Слава, продолжая идти вперед. — Ты видел, чтобы имперцы чистой силой лупили? У них то молния, то огонь, то еще что...

— Но... — начал было я, но, сообразив, заткнулся, с досадой поморщившись. Так-то да. Та же молния — это разность потенциалов в двух точках. Как они этого добиваются — уже другой вопрос, но то, что никакой сгусток энергии при этом не летит, это точно.

— Вот и я о том же... — кивнул безопасник. — Готовы к выходу?

— Как пионеры, — ухмыльнулся я и, обернувшись, подмигнул догоняющим нас ребятам. — Всегда готовы!

— Засиделись уже, хватит! — добавил ухмыляющийся Федя, с нескрываемым удовольствием разглядывающий окружающий тропинку пейзаж и море на горизонте. — Больше ни за что не вернусь в бункер. Уж лучше жить недолго, но по-человечески.

— Так никто и не предлагает, — пожал плечами Слава. — Слушайте официальный приказ командования: внедриться к противнику, стать гражданином и изнутри овладеть всеми тонкостями манипулирования магическими энергиями.

— Что, прямо так и звучит?

— Нет, конечно, но я что, вас в первый раз вижу, что ли? — отмахнулся Слава. — Начнете переспрашивать, мозги мне колупать... А так — задача поставлена, дальше ваши проблемы. В работе на границе вас особо припахивать не будут, приказано будущих студентов по возможности беречь, но и бездельничать не получится, учтите.

— Опять отсиживаться едем? — криво усмехнулся я, но Слава неожиданно остановился и, обернувшись, серьезно окинул нас взглядом.

— Приказы приказами, но... Я бы посоветовал вам как можно больше общаться с местными. Воевать вы и так умеете, а вот местный менталитет изучить не помешает.

— На заставе же не будет чужих? — влез Михаил. — Или я чего-то не понял?

— На заставе не будет, — кивнул безопасник. — А вот обозники будут ходить в город регулярно за припасами.

— Предлагаешь переметнуться в тыловики? — хмыкнул Федя.

— А ты думаешь, почему с обозом ездит куча охранников? — вопросом на вопрос ответил Слава. — Разбойникам и дезертирам тоже жрать хочется. Но это вы сами на месте разберетесь. С командованием заставы я все уже решил, студенты будут под вашим руководством, придумаете на месте, чем озадачить.

В поселке нас встретили, словно долгожданных гостей, даже забытый ритуал с выставлением столов на улицы выполнили и почти мгновенно накрыли столы всякой всячиной. Ну и алкоголь не пожалели, конечно.

Причем, судя по виду встречающихся то тут, то там землян, такое они видели не в первый раз и особо не удивлялись.

Разве что когда Ламар, вышедший из кузницы, обнял меня как родного, так что аж кости затрещали, кто-то удивленно присвистнул... Ну еще бы, вождь поселения радуется кому-то из чужаков, где же это видано?

Впрочем, удивляться нашим землякам предстояло совсем скоро, когда Ламар поднял первый тост за вождя племени, и мне пришлось встать, отвечая на чествования. Я-то этому уже особого значения не придавал, все же мой дурацкий титул чисто номинальный, и уже ночью я опять свалю с острова куда глаза глядят, но...

— Ну что, Сер, пошли получать оружие? — почти через час, когда народ уже вовсю общался между собой, поднимая кубки, и думать забыл о виновниках праздника, позвал меня Ламар. — У меня новинки есть, тебе понравятся.

— А у тебя есть время ковать? — удивился я, прекрасно помня, кто остался за старшего на островах.

— Немного, но интересные вещи стараюсь делать сам, — с довольным видом похвастался кузнец. — Не все же из-за портала везти. Там изготавливают образцы, а здесь уже из металла изготавливаем что нужно.

— Небось, пауков уже всех истребили? — усмехнулся я, сообразив, из какого материала делают образцы на Земле.

— Ну, не всех, конечно, но рядом со скалой приходится дежурить, чтобы браконьеры не завелись, — кивнул Ламар. — Стратегический ресурс.

— В смысле имперцы? — уточнил я.

— Да не только, — поморщился Ламар. — Тут и островитяне на наши ресурсы пасть пытаются разевать. Уже три раза им по зубам давали, а все не поймут никак, что к ордену лезть — себе дороже.

— О как... — задумчиво кивнул я, отметив про себя, что кузнец уже не считает себя одним из жителей вольных островов. Он член ордена, и все тут!

Стоило мне зайти в любезно открытую Ламаром дверь склада, как все вопросы вылетели из головы. Видимо, к созданию этого помещения приложил руку кто-то из наших, потому что вид, открывшийся передо мной, был похож на кадры из фильма о спецагентах, которым предлагают выбрать себе снаряжение и при этом водят вдоль стоек, битком забитых красивым оружием. Правда, здесь лежало в основном холодное оружие, от ножей до тяжелых и длинных мечей, но была стойка и с огнестрелом.

Почему я решил, что это дело рук землян? А для кого еще все это острое оружие могло быть настолько экзотикой, что его раскладывали бережно, как в музее, не особо заботясь о функциональности, больше о том, чтобы красиво смотрелось.

— Мечта попаданца! — покачал я головой, неспешно пройдя вдоль стоек и с любопытством оглядывая красивое оружие, некоторые экземпляры которого были практически произведением искусства. — А топоры где?

— Ну вот, пришел Серый и все опошлил! — От входа, глядя на меня, ухмылялся Слава, наслаждаясь всеми оттенками моей реакции. — Тут некоторые сразу хватают самые интересные мечи и, повесив за спину, гордо дефилируют по острову! Под смех местных...

— До первой тренировки? — понимающе кивнул я.

— А то ж!

На самом деле если бы я в первый раз в жизни оказался перед таким выбором, то не факт, что сам бы не схватил меч. Но после первого же боя уяснил, что фехтование — это не мое. Для этого годами учиться надо. А вот стукнуть в суматохе боя противника по голове топором — это мы можем... Желательно еще, чтобы противник был в это время занят не мной.

— Ну-ка, что тут у нас... — Отодвинув Славу, в помещение протиснулся Федя, почти равнодушным взглядом окинул многочисленные клинки и, увидев винтовки, прямым ходом зашагал к нужной стойке. А вот следовавший за ним Михаил мечами заинтересовался и некоторое время побродил среди железа, в итоге повесив себе на пояс тесак.

— Вдруг дерево срубить или консервы открыть понадобится, — под моим насмешливым взглядом пожал плечами он и тоже зашагал к огнестрельному оружию.

Вот тут мы задержались всерьез, до хрипоты споря, что взять: нормальные винтовки, бьющие почти на километр, или магазинные, но с малой дальностью.

— Там степь! — возмущался Миха. — Просторы, блин! Опять будете сидеть и сопли жевать, с пукалками этими!

— Да блин, а когда всадники будут атаковать? — возмущался Федя, вцепившись в магазинную винтовку родом из детства. С такой же в свое время Гойко Митич, заслуженный индеец союза, на экранах бегал, отстреливая врагов. — А тут семь патронов!

— Двенадцать, — поправил Слава, спокойно наблюдающий за спором. — Патроны без гильзы и более короткие, получилось вместить в магазин больше.

— Вот! — Федя с любовью погладил оружие. — Двенадцать, понял!

— А толку? — не сдавался Миша. — Если всадники будут кружить на расстоянии, тебе что семь, что двенадцать...

Я же в первую очередь озадачился револьверами, которых тут было аж три разных модели, от самых коротких, карманных, до длинноствольных, внушающих уважение своим грозным видом.

Некоторое время я мучился выбирая, потом, махнув рукой, взял сразу два — самый маленький и самый большой. А подумав пару минут, махнул рукой и средний тоже положил на стол перед собой. Не на себе несу, пригодится.

— Винтовки тоже обе возьмешь? — насмешливо посмотрев на меня, подколол Слава и тут же озадаченно нахмурился, когда я с серьезным видом кивнул и сгреб оба варианта. А потом зашагал к выходу, где Ламар приготовил несколько топоров на выбор.

— Не пешком же идем... — пожал плечами я, просто чтобы что-то сказать, и, выйдя на улицу, кивнул Ламару, державшему в руках топор с ремнем.

— Пойдем домой, — предложил тесть, забрав у меня половину оружия. — Там Кайя ужин приготовила, заодно и поговорим.

Уже у кузнеца я, наконец, расслабился, впервые за долгое время осознав, что вернулся домой. Вроде и мир чужой, и все здесь непривычное, но вот...

А с другой стороны, любимая супруга хлопочет, выставляя на стол глиняные миски, тишина вокруг, можно спокойно посидеть, без каких-то проблем, забот... Когда такое было? И когда еще будет?

Судя по тому, что уже через пару дней мы окажемся во вражеской стране, то не скоро. Учеба еще эта... Как-то не представлял я себя студентом среди школяров, грызущим гранит науки. Да еще и магической. На чужом языке, ага...

А когда на остров начали опускаться сумерки, в дверь постучались, и, заглянув внутрь, молодой парень из гарнизона позвал нас с Кайей на посадочную площадку.

— Это где такая? — удивленно обернулся я к Ламару, но тот успокоил, провожу, мол. Открыв сундук, достал оттуда сбрую для револьверов. Получилось почти как в вестернах: на поясе револьверы, за спиной винтовка. По соседству с топором, ага...

Остальное оружие нес Ламар, решили пока сгрузить в багаж, а уже на месте разбираться, что будет нужнее. Он же нес и ранец с патронами как моими, так и Кайи.

Посадочной площадкой оказалась расчищенная территория на месте, где раньше были руины старого поселка.

Пока нас не было, островитяне не только расчистили завалы, но и установили там помост, к которому и пришвартовывались дирижабли, высаживая пассажиров или выгружая полезный груз.

И использовалась эта площадка часто. Как объяснил Ламар, местные быстро оценили все удобство воздушных перевозок, и сейчас орден завален заказами с очередью на месяц вперед. А с учетом, что большая часть наших прошла через портал и худо-бедно научилась заряжать кристаллы...

Пока Кайя снова прощалась с отцом, утирая слезы и обещая вернуться как только, так сразу, я успел познакомиться с экипажем воздушного судна и выслушать краткий инструктаж о правилах поведения на борту во время полета.

— Сидите тихо по своим местам и не отсвечиваете! — заявил капитан, оказавшийся моим тезкой. — Курить, орать, мешаться экипажу нельзя, можно спать... Если храпеть, то негромко. Все ясно?

— Да куда уж яснее... — пожал плечами я. — Помощь не нужна?

— Без сопливых скользко! — Из-за плеча капитана заявил тощий парнишка, но тут же усвистал по каким-то своим делам на другую сторону судна, стоило только Феде дернуться в его сторону.

— А ну стоять, шкет! — рявкнул Федор, рванувшись за ним, и с неудовольствием оглянулся на руку Михаила, удержавшую его за плечо. — Ты в нас ровесников увидел, что ли?

— Вы тут свои подростковые разборки даже не начинайте, — грозно оглядев всю нашу группу, предупредил капитан. — Начнете письками мериться — отправлю пешком.

— Да я... — задохнулся от возмущения Федор. — Да мы...

Впрочем, капитану уже не было ни малейшего дела до беспокойных пассажиров, а у меня не было никакого желания что-то ему объяснять. Поэтому, успокоив искренне негодующего друга, прошел к лавкам и сел, оперевшись о борт вытянутой корзины. А потом пристегнул себя и севшую рядом Кайю, приготовился наслаждаться полетом.

— Прилетим — дашь ему в глаз, — шепнул Михаил угрюмому Феде и повторил мои действия, занимая место. — Я даже экипаж для этого отвлеку.

— Охренеть молодежь пошла... — ворчал Федор, внешне неотличимый от выпускника школы, а то и от старшеклассника. — Вот в наше время...

Кажется, он так и не понял, чего это мы ржем всем дружным коллективом.

Глава 4

Полет длился почти двое суток, и за это время мы успели вдоволь налюбоваться окружающими видами, отоспаться и даже сожрать все припасы, что были с собой.

Правда, из пейзажей был только вид на спокойное море, в котором мы не то что кораблей, даже каких-нибудь дельфинов не встретили. Спать пришлось сидя в креслах, а еда... Вот с едой проблем не было.

Островитяне собрали нам с собой целый рюкзак припасов каждому, от запеченной дичи, которую посоветовали съесть сразу, до сушеного мяса и зерна, из которых нужно было готовить похлебку.

Часть скоропортящихся продуктов отдали экипажу, просто потому, что самим все это осилить было нереально. Ну и в качестве отступных за шикарный бланш, расплывшийся под глазом у юнги от «неловкого» движения локтем нашего Федора.

Кстати, сам капитан оказался вполне вменяемым мужиком и действительно капитаном, правда, в пехоте, а не в авиации. Поболтав, мы даже выяснили, что в свое время воевали в одном регионе, и даже на соседних направлениях.

— Тебе сколько лет тогда было? — недоверчиво смерив меня взглядом, поинтересовался капитан, а услышав ответ, с трудом удержался, чтобы не обозвать меня... Вруном, скажем так. — А сейчас тебе сколько?

— Да за сорок уже, — ухмыльнулся я и, кивнув в сторону ребят, добил капитана: — Михе вон под полтинник, Федор мой ровесник.

— А девки — это твоя бабушка с подругой? — решив, что я его разыгрываю, пошутил капитан, но, наткнувшись на серьезный взгляд, переспросил огорошенно: — Что, правда?

— Нет, они нормальные, — мотнул головой я. — А вот мы попали под магическую хрень и сейчас выглядим как...

— Как студенты, — поморщился капитан. — То-то я думаю, какого хрена такую шпану в самое пекло суют?

— А там пекло? — насторожился я. Что-то Слава ничего не говорил о сложностях. Хотя...

— Ну, не то чтобы... — ушел от ответа капитан, сразу же вспомнив про необходимость проверить курс да дать дежурный подзатыльник юнге, задремавшему рядом с зафиксированным штурвалом.

Берег, показавшийся на горизонте, был скалистым и каким-то... неуютным, что ли? Ни тебе пляжа, на котором можно с удовольствием позагорать, ни курортного городка, чтобы забуриться в кафе и полюбоваться на закат с бокалом чего-нибудь вкусного...

— Ты куда нас привез? — полностью повторил мои мысли Федя. — Где кабак, казино, девочки? Да блин, я пошутил!

Мора, только что отвесившая мужу звонкий подзатыльник, после которого даже капитан уважительно покивал, прошипела:

— Тебе меня мало? Девочек, значит, надо?

— Да е-мое! — буркнул Федя, потирая затылок. — Это фольклор, понимаешь? Цитата, которую знают все в моем мире... Вон у парней спроси!

Мы с Михой переглянулись и дружно стали смотреть за борт, на однообразные холмы, тянущиеся на многие километры вдаль, до самых гор, виднеющихся на горизонте.

— Предатели... — буркнул Федя и, обняв жену, принялся что-то рассказывать ей негромко, явно стараясь отвлечь от своего прокола. Ну а мы не вмешивались. Не только у нас испортился характер за время сидения в бункере. Девушек это еще больше испортило. Они у нас и так не самые покладистые, если уж на то пошло...

Дирижабль плавно опустился аккурат между холмами, а потом и вовсе, лишенный подпитки горячим воздухом, осел на каркас, скрываясь целиком за природной преградой. И судя по запасу дров рядом с обложенным камнями очагом, место стоянки было не случайным и использовалось не в первый раз.

— До ночи отдыхаем, дежурства сейчас раскидаем на всех, — коротко скомандовал капитан. — Дежурим по двое, костер только для приготовления пищи. Места тут безлюдные, но мало ли... Ночью отправимся дальше.

— Далеко нам еще? — дождавшись, пока экипаж закончит крепить купол дирижабля, подошел я к капитану. — И как тут с местными? Имперцы уже или кто?

— Дня два, если погода позволит, — пожал плечами капитан. — А местные... Мы пока их тут не встречали, но, судя по карте, это ничейные земли.

— В смысле ничейные? — удивился я. — Так бывает?

— Бывает, — поморщился капитан. — Увидишь, что за страхолюдины тут по ночам гуляют, поймешь.

— А днем? — напрягся я, оглянувшись на винтовку, оставленную у костра.

— А днем тут тихо и спокойно, — покачал головой мой собеседник и подытожил: — Но дежурить все равно надо, причем всерьез. А то живо жопу отгрызут, маму позвать не успеешь!

— Кто хоть?

— А я знаю? Мы только сверху видели. Ночью. Не то гиены, не то кошки... Но буйвола они схарчили почти мгновенно, только шум стоял.

Озадаченный новой информацией, которую неохотно выдавал капитан, я подхватил винтовку и, кивнув Кайе, полез на ближайший холм дежурить. Не зря говорят, если хочешь что-то сделать, сделай это сам.

Устроился на вершине холма в траве, постелив под себя кожаный плащ и положив рядом заряженную винтовку. А спустя всего несколько минут рядом уселся юнга из команды дирижабля, видимо отправленный мне в пару.

— Ляг, тебя видно за километр, — вздохнув, буркнул я и, не заметив реакции, повернулся к пацану, демонстративно проигнорировавшему сказанное. — Нос сломаю...

— Да я... — дернулся было пацан, но я настаивать не стал, вместо этого резко стукнул кулаком в нос, сбивая решившего поупрямиться с ног.

— Вы дирижабль прятали, чтобы ты потом, как маяк, к нам путь своим телом указывал? — скривившись, я бросил парню платок и улегся обратно. — Повторять будем?

Ничего не ответив, юнга лег рядом, демонстративно глядя в другую сторону. Ну а мне это и нужно было.

Можно было бы, конечно, разговорить парня, выяснив подробности маршрута, но незачем. Мы в те края надолго, и ради ненужной, по сути, информации отвлекаться от дежурства не стоит.

Пару часов ничего вокруг не происходило, я уже распарился под палящим солнцем и всерьез начал жалеть о том, что не взял с собой флягу, но в какой-то момент на соседний холм вышло что-то...

Непонятное животное напоминало странную помесь медведя и крокодила, причем от последнего у твари были пасть и мощный хвост, который тварь прижала к земле. И самое интересное, что животное смотрело прямо на нас, не отводя взгляд.

— Иди на фиг... — одними губами пробормотал я, медленно, по миллиметру, подтягивая к себе винтовку. — Иди домой, с...

— И пойду! — Юнга резко поднялся и зашагал вниз, раньше, чем я успел сбить его с ног. Да и не было уже смысла в этом... Стоило мне на секунду отвести взгляд от твари, как она исчезла, словно ее и не было.

— Дебил! — зло выдохнул я вслед парню, который, кажется, даже не понял, что происходит. Поднявшись на ноги, махнул рукой нашим, сидящим у потушенного костра с мисками в руках. А потом вскинул винтовку и сел, приготовившись стрелять во все подозрительное. Уж больно меня впечатлили челюсти животного.

Секунды текли, а хищник, которого мы явно вспугнули, все не появлялся. Сзади послышался шорох, и я, отшатнувшись, прицелился в источник шума, но в следующую же секунду вернул прицел в сторону соседнего холма.

— Что там? — рядом со мной сел на колено Федя, тоже с оружием в руках.

— Хищник, — тихо пробормотал я. — Местный аналог медведя. Надо наших предупредить...

— Видели уже твою реакцию, — успокоил меня друг. — Хотя команду этот малолетка успокоил, мол, ты неадекват, прогнал его. И что ничего нет тут...

Рассказ Феди прервал выстрел внизу, и, покосившись в сторону костра, я увидел, как Мора перезаряжает винтовку, а остальные, грамотно заняв оборону, смотрят каждый в свою сторону. Причем юнга тоже в том числе, сидит открыв рот, с ружьем в руках, и поглядывает растерянно на капитана.

— Эти твари точно стайные? — в полный голос спросил я, все равно соблюдать тишину уже смысла не было.

— Понятия не имею, — откликнулся капитан. — Я даже не понял, что это было. Промчался по открытому месту и скрылся.

— Зашибись...

Подумав, я поднялся на ноги и, пройдя немного вперед, принялся осматривать склон холма, где Мора видела хищника. Трава на самом склоне была не слишком высокая, незаметно к нам не подойдешь, а вот я сверху...

Выстрелы сзади раздались неожиданно, и, обернувшись, я увидел, как Федя лупит из винтовки во что-то, стремительно скачущее длинными прыжками вдоль подножья нашего холма.

Сам я успел выстрелить ровно два раза, прежде чем темный силуэт хищника исчез в неглубокой балке, заросшей густыми кустами.

— Шустрый, зараза! — поморщился Федя, опустив винтовку и достав из кармана патроны. — Не уверен, что попал хоть раз.

— Какого хрена он к нам привязался? — поморщился я, не отводя ствол винтовки от овражка. — Понятно же, что легко не будет?

— Может, раненый? — предположил Миха, успевший подняться на холм, когда понял, что хищник уже с другой стороны. — Я слышал, если медведь ранен или больной, то переходит на человечину. Ну, самая легкая добыча и все такое...

— Ладно, пофиг... — Федя щелкнул затвором, дослав патрон в патронник, и, вскинув винтовку, скомандовал: — Серега, давай туда магией, прямо в кусты!

За время сидения в бункере я не тренировался, но волшебный диск появился перед пальцами словно сам собой, стоило только вспомнить, как это делается.

— Спущусь немного, — прикинув траекторию полета волшебного снаряда, предложил я. — Кусты покосит, а вы не прощелкайте зверя. Стреляйте сразу.

Не дожидаясь ответа, принялся спускаться вниз, настороженно следя за овражком, но стоило мне отойти от своих на десяток шагов, как из балки выметнулось что-то, стремительно помчавшееся на меня серой молнией.

Загрохотали выстрелы, диск сам собой сорвался с ладони, а вторая рука уже тянула из кобуры револьвер, но...

Зверь упал, не добежав до меня всего несколько метров. Точнее, часть его упала там, а часть, примерно все, что выше верхней челюсти, осталось позади, там, где в него врезался волшебный диск.

— Надо же, попал! — выдохнул я, не торопясь убирать оружие. Мало ли, вдруг у этой штуки мозг — не жизненно важный орган? Как у некоторых членов экипажа нашего летающего транспорта...

— Это ни разу не медведь... — разглядывая здоровенные челюсти, с рядами острых как бритва зубов, покачал головой Федор. — Мутант какой-то...

— Мы в другом мире, — подойдя, поморщился Миха и стволом винтовки ткнул труп хищника. — Глупо ждать наших земных животных. Меня больше интересует, один он или сейчас где-то в траве к нам крадутся его товарищи.

— Пошли наверх.

За остаток моей смены к трупу хищника успели наведаться все присутствующие. Кто полюбопытствовать, а кое-кто и под конвоем капитана, чтобы не расслаблялся.

— Ты извини за оболтуса. — Стоило завершиться моей смене, как ко мне подошел капитан и, вручив миску с похлебкой, сел напротив, поговорить. — Молодой еще, не понимает, что к чему. В голове понты и девки... А тут вы, вроде с виду ровесники, но держитесь особняком, да и ведете себя как...

— Как взрослые? — подсказал я и усмехнулся. — Странно, да?

— Странно, если не знать возраст. Обычно так ведут себя те, кто уже успел хлебнуть войны, но он-то в вас видит что-то ему непонятное, вот и...

— Ладно, принято, — кивнул я. — Повзрослеет, мозги на место встанут. Если их ему не отшибут до этого.

— Надолго в степь? — поспешил сменить тему капитан, поняв, что разборки с юнгой я устраивать не собираюсь.

— На год, по-хорошему, — пожал плечами я. — Ты там был? Расскажешь что полезное?

— Да нечего рассказывать, — признался капитан. — Полетим по ночам, по безлюдным местам, и высадимся в степи, так, чтобы с чужих застав не спалили. Оттуда дадим ориентир, и пойдете сами. По-хорошему, все будет тихо, спокойно и быстро.

— А если по-плохому?

— А если по-плохому... — Мой собеседник задумался и, обернувшись в сторону холма, махнул рукой. — Здешних хищников ты видел. Еще есть местные орлы, но они по ночам не летают, так что я сам вживую не видел ни разу. Но, по слухам, тоже опасные твари. Небольшого оленя такой орел унесет не напрягаясь.

— Офигеть... — вздохнул я, решив, что пора восстанавливать навык и за небом смотреть всегда, не расслабляясь. — А степняки? Встречал сам?

— Видел пару отрядов, но сам понимаешь, много ночью не разглядишь. Пролетали над их кострами, и все. Но мы полетим рядом с горами, а там на них можно наткнуться, только если они в набег соберутся.

— Да хрен с ними с людьми, отобьемся, если приспичит. — Рядом уселся Федор. — Ты лучше скажи, как там со змеями, пауками и прочей гадостью? А то вот так тяпнет какая гадина, и все. По ним же не постреляешь, только если из огнемета...

— Даже не думай тут баловаться с огнем! — тут же вскинулся капитан. — Травы сухой под ногами полно, не убирает же никто. Полыхнет вся степь... И если я правильно понимаю, то потом местные будут активно искать, кто это сделал...

— Да это я так... Образно, — смутился Федор. — Так что тут с гадами?

— Змеи точно есть, а больше ничего не встречали, — пожал плечами капитан. — Не у меня надо спрашивать. На заставе экспедиция сидит, вот их про флору и фауну расспросишь подробнее.

— В смысле экспедиция? — не понял я. — Реально ученые?

— Ну да, — пожал плечами капитан. — Все как положено, бродят там, изучают... Я их сам вез, так одна дамочка настоятельно требовала, чтобы мы летели днем, мол, хочет на местную фауну посмотреть. И когда я отказался, обозвала меня тупым сапогом, который не понимает, как важна для науки ее работа, и что она будет жаловаться моему командованию.

— Нажаловалась?

— Как видишь, летаю еще, — пожал плечами капитан. — Никто пока с должности не снял.

Больше ничего интересного за весь день не произошло. Разве что ближе к вечеру Кайя, спустившись с холма, предложила не ждать темноты, а собираться прямо сейчас.

— Почему? — покосившись на меня, уточнил капитан.

— Там стадо антилоп пасется и движется все ближе и ближе к нам, — пояснила девушка и, заметив, что мы не поняли, продолжила: — Там, где добыча, там и хищники. Даже если они ночные, вдруг раньше на охоту выйдут? А тут мы, такие красивые, и бегаем явно медленнее.

— У нас винтовки... — возразил было я, но тут же осекся, вспомнив, что на туше местного аналога медведя мы нашли только два отверстия от пуль, хотя патронов выпустили прилично.

— Вот и я о том же, — кивнула девушка. — Людей все равно нет, может, полетим?

Рисковать не стали и, послушав девушку, соображавшую в повадках местных животных явно побольше нас, быстро собрали вещи, общими усилиями подготовили дирижабль и стартовали за час до сумерек.

Правда, вместо того чтобы комфортно сидеть, наслаждаясь полетом, до самой темноты следили за тем, что творится внизу, с оружием в руках. Да и в небо тоже поглядывали, на всякий случай. Все же рассказ капитана про местных орлов меня впечатлил.

Но в целом остаток пути до пункта назначения прошел спокойно. Ночью мы спали, пользуясь тем, что команда дирижабля бдит, а днем дежурили, позволяя отдохнуть экипажу. Ну и наслаждались свободой, конечно.

Несмотря на то что кругом было немало неизвестных опасностей, да и что ждет впереди, было совсем не ясно, с наших лиц практически не сходили улыбки. Радовало нас все. Свежий ветерок, колышущий травы и заставляющий всматриваться в них сквозь прицел... Яркое летнее солнце, пусть даже грело оно в здешних краях без меры и тень было не найти.

И даже друг на друга по пустякам рычать перестали, благо появилась возможность посидеть в тишине, не мешая друг другу. И оказывается, именно этого всего нам и не хватало все это время.

Ну и... Наверное, адреналина еще, ощутив который во время охоты на хищника, мы почувствовали себя свободными людьми. Людьми, у которых снова есть цель впереди, верные друзья рядом и огромный мир вокруг, в котором еще столько неизведанного... Но это пока. Просто мы еще здесь не были. Но мы уже идем!

С этими мыслями мы провожали взглядами улетающий дирижабль, глубокой ночью, стоя посреди степи, в нескольких часах ходьбы от гор, где нас ждали.

Глава 5

Ночь в степи прошла нервно. Порядком отвыкшие от звуков живой природы, мы сидели в траве, ощетинившись стволами револьверов во все стороны, и напряженно вслушивались в звуки ночи. Как назло, ночь была пасмурной, и видимость была такой, что соседа не видно, не то что того, кто там скребется в траве рядом. Не то мышь в норку припасы тащит, не то медведь крадется...

Скажете, в степи медведей не бывает? Ну да, всего пару дней назад я тоже так думал... А еще порядком напрягали крики животных, тявкающих в отдалении, словно проводящих перекличку. Шумели они как большие, а какими были на самом деле? Кто бы знал.

В итоге, едва небо начало светлеть, мы, взяв ориентир на приметную гору, стартовали в путь, не став дожидаться рассвета. И шли так быстро, как только могли, не убирая оружия.

Когда солнце поднялось над горизонтом, мы по ощущениям должны были преодолеть уже половину пути, но нужная гора приближалась как-то слишком медленно. Да еще и скорость изрядно снизилась после того, как пришлось начать крутить головами, посматривая в небо. Просто потому, что над горизонтом, помимо легких облачков, появилась и черная точка. А я прекрасно запомнил рассказ про здешних орлов. Как и то, что, в отличие от беспилотников, настоящие птицы летают бесшумно.

— Не, ну бред, — в какой-то момент высказал свое мнение Михаил, который с того момента, как мы начали поглядывать в небо, кривился и усмехался. — Не могут орлы нападать на группу людей! Сплетня это. Сами знаете, как среди мужиков слухи расходятся. Тут преувеличили, там не так поняли...

— Я как-то передачу про птиц смотрел, — задумчиво покачал головой сонный Федя. — Так там орел на кенгуру напал...

— И что? — заинтересованно обернулся Михаил. — Понял, что обознался, и улетел обратно?

— Закабанил, — пожал плечами Федя.

— Ну...

— Вы сейчас о земных орлах разговариваете, — не выдержав, вмешался я. — А мы где? После живых воздушных шаров сомневаться в существовании больших орлов глупо, да?

— Я не знаю насчет орлов, но... — подергала меня за рукав Мора и указала рукой назад. — Там пыль.

— Ускоряемся, — скомандовал я, и мы пошли быстрее, а потом и вовсе побежали к горам, стараясь при этом не слишком ускоряться, чтобы не выдохнуться раньше времени.

Бежалось легко, несмотря на тяжелые рюкзаки и оружие, которым мы обвешались с избытком. Скорее всего, до того как я облучился излишками магии, уже через километр перешел бы на шаг, дыша всеми отверстиями, а сейчас ничего, бежал, мысленно ругая свою запасливость. Как ни крути, а винтовку можно было и одну взять...

Горы приближались медленно, а облако пыли становилось все заметнее, и в какой-то момент я понял, что если это погоня, то уйти не удастся, придется драться.

— Балка! — выдохнул Михаил рядом, видимо, придя к таким же выводам. — Вон там, справа. Добежим?

Отвечать не стал, экономя дыхание, вместо этого свернул в направлении замеченного товарищем укрытия, увлекая остальных за собой.

До вытянутого оврага, заросшего густым кустарником, мы добежали, хрипя и задыхаясь, и, не сговариваясь, попадали на склон, укрываясь от взглядов погони.

— Федя, проверь, как там внизу, сможем уйти, если что? — выдохнул я, пытаясь отдышаться, а потом, привстав на колено, спрятался за кустом и принялся высматривать, что там подняло пыль.

— Всадники? — неуверенно предположил Михаил, пристроившись чуть в стороне, с винтовкой в руках. — На коровах?

— Людей не видно... — озадаченно поправил я. — Буйволы какие-нибудь? Ну, местный аналог?

Вскоре стало ясно, что по степи мчалось огромное стадо местных травоядных, явно убегая от кого-то. И животные эти были действительно похожи на коров, разве что выше ростом и массивнее.

— Зря бежали, — покачал головой Миха, наблюдая, как стадо проносится в километре от балки, окутанное облаком пыли. — Хотя...

— Да нас бы затоптали и даже не заметили, — покачал головой я. — И опять же, кто их гонит?

— В пыли не видно...

Некоторое время сидели молча, пытаясь высмотреть, что же гонит стадо вперед, и мне даже показалось, что я видел силуэт крупного волка, несущегося сбоку от стада длинными прыжками, но... может, и показалось. В любом случае выходить из оврага мы не торопились, вместо этого решив наконец позавтракать. Благо Федя обнаружил на дне балки прекрасный ручей с ледяной водой.

— А я говорил, давайте линзы купим и подзорную трубу соорудим из дерева, — ворчал Миха, не спеша поглощая бутерброд с сыром и подсохшим хлебом, последний привет с родины. — А вы что? Потом, потом...

— У ребят есть бинокли, — отмахнулся я. — Просто дефицит, вот и не дали нам. К тому же мы уже скоро будем среди своих и больше никаких вылазок нам не доверят.

— Да с чего бы это? — возмутился неугомонный Федя. — У меня опыта...

— Ты себя в зеркале давно видел? — ухмыльнувшись, перебил друга я. — Если не видел, на меня посмотри!

Пока мы отдыхали, стадо ускакало далеко в сторону, двинувшись вдоль гор, и там остановилось, а мы, дождавшись, пока осядет пыль, двинулись вдоль балки, благо хоть и наискосок, но все равно направление примерно совпадало.

По-хорошему, было бы неплохо, если бы нас встретил кто-то из тех, что уже давно здесь, но начальство решило, что промахнуться мимо крепости, расположенной в распадке между двух гор, не сможем даже мы.

И сейчас, глядя на приметную гору с двумя вершинами, я понимал, что они были правы. Пройти мимо действительно невозможно. А вот угодить в засаду, если кто-то вздумает наблюдать за заставой, легче легкого.

Степь перешла в горную местность плавно, так, что мы не сразу заметили. Сначала появились чахлые, редкие кустики, потом их стало больше, а местами и вовсе появились редкие невысокие деревья... И вот уже мы шагаем в горку, в тени неширокой, но густой рощи, в которой было бы приятно укрыться от жары, но никак не шагать в одном направлении.

Чем отличается парк, или даже лесок рядом с жильем, от дикого, нехоженого леса? Тем, что в нем убирают упавшие деревья, хоть иногда.

В нашем же случае приходилось перелезать через корявые переплетенные стволы настолько часто, что несчастный километр до опушки превратился в серьезное испытание. А если к этому добавить ручьи, питающие этот лес, то и вовсе...

— Тут при желании роту можно посадить, и фиг их сковырнешь отсюда, — отдувался Михаил, перепрыгнув через очередной ручей, после которого мы наткнулись на вполне нормальную просеку, где можно было пройди быстрее и легче. — Перекрыл дорогу и радуйся жизни... А если еще и ловушек понаставить...

— Еще метров двадцать, и ты в ней окажешься, — послышался из кустов насмешливый голос, и, прежде чем я успел схватиться за оружие, другой голос озвучил пароль, на родном языке. А получив отзыв, на просеку, словно из ниоткуда, вылезли двое солдат в маскировочных костюмах.

— Студенты? — уточнил старший, с седой недельной щетиной на лице и сонным взглядом уставших глаз. — Долго вы. Мы вас утром ждали.

— Не рискнули ночью идти, — признался я. — А вы комитет по встрече?

— Так точно, — кивнул старший и, протянув руку, представился: — Морозов Андрей. А это Сашка Ломов.

— Лом, — коротко представился второй, у которого на винтовке блеснул прицел из стального клея.

— Морозов... — после того как мы представились в ответ, вспомнил я. — Командир разведки?

— Он самый, — кивнул Андрей. — И сразу предупреждаю, ваши личные дела я видел, изображать подростков не надо.

— Да мы и не собирались, — пожал плечами я, а Федор только фыркнул возмущенно, показывая свое отношение к своему нынешнему внешнему виду. — Идем?

— Пошли потихоньку. — Морозов двинулся первым, закинув оружие за спину. — Можете не дергаться, мои ребята присмотрят, не привели ли вы кого за собой.

Путь к крепости пролегал по просеке, которая довольно быстро свернула в распадок, а потом и лес кончился, сменившись широкой полосой зеленого луга, за которым нашим глазам предстала застава — каменная крепость с самой настоящей крепостной стеной, высотой метров пять, не меньше.

— Ты гля! — восхитился Федя, с загоревшимися глазами разглядывая строение. — Замок, самый настоящий!

— Крепость, — флегматично поправил Лом, почти всю дорогу шедший молча. — Замок — это когда все вместе со стенами, одно строение, а крепость...

— Лом! Душно стало, не находишь? — буркнул Морозов, и его напарник или, скорее, подчиненный замолчал, дернув уголком рта.

— Да ладно, — пожал плечами я. — Если уж оказались в таких условиях, то разбираться должны в классификации. А то в разговоре с местными упомянешь вот так...

— В разговоре с местными тебе это не поможет, — отрезал Андрей. — Тут своя классификация. Мир-то другой, понимать надо. Ну и... Мы, по легенде, деревенщины, буквально с гор за солью спустились. Ну или из лесу вышли, к тому времени решим.

— Угу, — усмехнулся Миша. — В лесу жили, пням молились... А деньги на открытие способностей откуда взяли?

— У местных нет религии, — снова буркнул Лом, и в этот раз его командир не стал его осаждать, видимо решил, что мы не знаем, а значит, нам полезно. — Точнее у них...

— Мы знаем, что тут у нас! — не выдержала Кайя и сверкнула глазами на Лома. Подхватив меня под руку, пояснила: — Мы местные. И мой муж прожил в этом, нашем, мире больше, чем вы все, вместе взятые.

— Я в курсе, — спокойно кивнул Морозов под удивленным взглядом Лома. — Только легенду будете учить и рассказывать мне, как и все остальные. Не хватало еще, чтобы вы всю группу засыпали...

— Само собой, — кивнул я и пальцами сжал руку супруги, давая сигнал помалкивать. Не стоило плодить недоброжелателей на ровном месте.

Пока мы шли по ровной, хоть и слегка заросшей травой грунтовке, часовые на угловых башнях нас заметили и явно подали сигнал старшему караула, который, появившись над воротами, ждал нас, разглядывая всю компанию в бинокль. А стоило нам подойти ближе, как массивные ворота начали открываться, даже не скрипнув при этом. А когда мы вошли за стены, то перед нами предстало средневековье во всей своей красе.

По периметру крепости застыли низкие каменные строения, в которых опытный взгляд легко разглядел казарму и столовую. Ну а остальные, зная о том, что гарнизон из нашей родной армии, наверняка представляли собой штаб, склады, медпункт да дежурку, на крыльце которой как раз застыл кто-то из командования, пристально разглядывая нашу пеструю компанию.

Ну а в центре сооружения, разумеется, оказался плац. Без бетона, просто ровная площадка, посыпанная песком, но ошибиться в ее предназначении было невозможно. И как раз сейчас на одном краю плаца мутузили друг друга деревянными мечами бойцы в доспехах, а на другом его краю такие же бойцы пытались освоить, как правильно держать в руках лук.

Впрочем, на остальной площади крепости тоже царило оживление. Кто-то что-то нес, кто-то копал, кто-то сколачивал щиты из небольших жердей... И никого, кто бы наслаждался жизнью, сидя в теньке.

— Екарный бабай... — первым озвучил общие мысли Федя. — Со срочки такого дурдома не видел...

— Называется «приезд комиссии с проверкой», — вопреки моим ожиданиям, кивнул Морозов. — Тренируемся, ети ее...

— В смысле с проверкой? — не понял я. — Сюда?

— Местная комиссия, из магистрата, — вздохнув, пояснил Морозов. — Пошли, покажу вам казарму, заодно уберете оружие с глаз долой. И получите реквизит.

— Чего? — удивился я, а потом, сообразив, кивнул. — Ясно... А если не реквизит? У нас и местное оружие, как видишь, и пользоваться худо-бедно научились уже. Или единообразие?

— Решим, — подумав, неопределенно пожал плечами Морозов, показывая, куда идти.

Как выяснилось, с казармой я угадал, все же опыт, как говорится, не пропьешь и в карты не проиграешь... И вытянутое здание, поделенное на несколько помещений, действительно ею и оказалось.

Морозов повел нас в дальнее, самое близкое к столовой, помещение, чему я только усмехнулся, вспомнив немудреную солдатскую мудрость, о том, что лучше быть подальше от начальства и поближе к кухне.

В самом помещении, кроме кроватей и прикроватных сундуков, которых было ровно два десятка, ничего больше не оказалось. Ни тебе ленинской комнаты, ни умывальника...

— Все удобства на улице, — угадав ход моих мыслей, пояснил Морозов. — Умываться у колодца, баню построить еще не успели, не до того пока.

— Угу... — кивнул я, оглянувшись на девушек, остановившихся у порога и оттуда разглядывавших обстановку в помещении. — Казарма общая? Вся заполнена?

— С вами — вся. Здесь обитают студенты, займете три дальние койки, вон в том ряду.

Андрей указал на нерасстеленные кровати, на которых обнаружились сложенные спальники и подушки.

— А мы? — подала голос Кайя от входа.

— А вы пойдете в другое помещение, к девушкам, — пояснил Морозов. — Сейчас покажу.

Пока разведчик повел девушек осматривать их жилье, мы дружно разоружились, оставив при себе лишь холодное оружие да по одному небольшому револьверу, которые тщательно скрыли среди одежды от чужих глаз. Ну а все остальное сложили в сундуках. Винтовки, правда, пришлось убрать под кровати, благо они были низкие, и я сомневался, что проверяющие полезут под них. А потом, вечером, придумаем что-нибудь, чтобы оружие не бросалось в глаза, но было под рукой.

После казармы нас повели в арсенал, где типичный прапорщик, с открытой улыбкой и хитрыми глазами, выдал нам по комплекту средневекового снаряжения, от души нагрузив каждого, даже девушек.

— Откуда это все? — с тоской разглядывая горку в полцентнера весом, спросил я. — Эхо войны?

— Что-то — трофеи, что-то с островов привезли, — пояснил прапор. — Тут этого хлама полно, как чемодан без ручки. И не особо нужно, и не продашь. Реквизит, блин... Вот на Земле бы с руками оторвали разные...

— Где расписываться? — Михаил, уже одевший на себя доспех, с тоской разглядывал перевязь с длинным мечом и копье, не став пока нагружать на себя еще и оружие, повернулся к кладовщику.

— Да не нужно нигде расписываться! — с досадой махнул рукой прапор. — Вот если бы патроны, это я понимаю, а это все... Идите привыкайте. До комиссии теперь на себе это железо таскать будете, пока местные отсюда не свалят. А уже потом нормально работать начнем. Только не пойму, нах... зачем весь этот маскарад? Обозвали бы оружие артефактами, да и не кривлялись...

— Просто мы с этими «артефактами» наследили сильно на островах, — подмигнул прапору Федя. — Сколько кораблей на дно пустили, Моргану с Сильвером и не снилось!

— Пошли уже, пират, блин... — поморщившись, толкнул я в плечо друга и, подхватив реквизит, зашагал следом, попрощавшись с кладовщиком.

Девушки с Морозовым уже ждали нас у казарм. Их, в отличие от нас, в арсенал не повели, доспехов на девушек не нашлось бы в любом случае, да и незачем. Вместо этого мы отправились в местный штаб, к командиру заставы, знакомиться.

— О, студенты явились... — Командиром заставы оказался крепкий мужик лет сорока, ровесник Морозова. — Еще один геморрой на мою... шею... Аж пять человек плюсом...

— Ну мы-то обузой не будем, — не став реагировать на раздраженный тон командира, возразил я. — Все с боевым опытом, опять же с магией немного знакомы.

— Да в курсе я... — отмахнулся он и, отойдя от окна, стоя возле которого наблюдал за происходящим на плацу, сел за стол. — Присаживайтесь, знакомиться будем.

Беседа с Павлом Николаевичем, который оказася майором запаса, больше напоминала допрос, на котором командир пытался выяснить, насколько наши личные дела правдивы и что полезного в них не попало.

И надо сказать, по итогам разговора настроение его явно улучшилось. Поскольку с нашим приездом решилась его текущая головная боль...

— Заявлю вас как магов! — приняв решение, кивнул своим мыслям Павел Николаевич. — А то я уже всю голову сломал, что делать с теми местными магами, которых пришлют из магистрата. Толку от них все равно не будет, а вот лишнего они увидят столько, что потом только закапывать...

— Ну, маги из нас не слишком...

— Пару фокусов при комиссии покажете — хватит, — отмахнулся командир. — Думаю, они не слишком от наших чинуш отличаются. Галочку поставят, и хорош...

— Тогда справимся, — кивнул я.

— Ладно. Ты у нас, — командир кивнул на меня, — назначен старшим у студентов, так что теперь это твоя головная боль. Отвечать тоже будешь ты.

— Чего это? — возмутился я.

— Наверху так решили, — пожал плечами командир. — Подчиняетесь непосредственно мне, ну и на занятиях — преподавателям. Отчитываешься тоже мне. Свободны. И скажи Морозу, пусть отведет вас к коллективу, познакомишься с личным составом.

Уже на улице я выругался сквозь зубы, вспомнив слова командира про геморрой. Как технично этот самый геморрой сплавили на мою шею!

— Что, не в духе сегодня папа? — Хмыкнув, Мороз повел нас в сторону соседнего строения. — Занятия у ваших пока проводятся в столовой, другого помещения нет, так что... Идем, представлю тебя оболтусам да пойду своими делами заниматься.

— А почему у него папа такой молодой? — тихо спросила Кайя, наклонившись к моему уху. — Тоже под магию попал?

— Это жаргон... — так же тихо ответил я, думая в это время о том, что делать с двумя десятками молодых парней. Получалось, что придется вспоминать службу срочником, два десятка лет назад. — Командира части так называют. Когда он не слышит, конечно...

— Ага, это из-за того... — продолжила спрашивать Кайя, но я уже не слушал, потому что из столовой вышли студенты, и, оглядев группу, я не нашел цензурных слов, чтобы выразить свои мысли по этому поводу. Группа была сборной, среди молодых парней оказались и девушки. Причем их было не меньше, чем парней.

— Здрасти, приехали... — вздохнув, проворчал я. — И что мне с этим теперь делать?

Глава 6

— Кем вы видите себя в нашей компании через пять лет?

— Э... — Молодой парень, которому едва стукнуло восемнадцать, растерянно поглядел на меня, явно не понимая, но нашелся быстро, надо отдать ему должное. — Шутка, да?

— Угу... — с серьезным лицом кивнул я. — Почти. Ты какого... Хм... Зачем ввязался в авантюру? Чего хочешь получить от всего этого?

— Так родина позвала! — пафосно провозгласил парень, но, поймав мой ироничный взгляд, смутился и ответил уже более правдоподобно: — Службу в армии засчитают, оклад как во время войны, для семьи льготы и все такое... Опять же, профессия интересная и нас таких будет на всю страну человек сорок.

— Угу... — Я покачал головой, не став говорить, что из сорока молодых людей большинство имеют все шансы не дожить до получения профессии.

— Ну и интересно же! — наконец признался студент. — Магия, другой мир и вот это вот все!

Вздохнув, я поморщился и, подняв со стола папку, перевернул лист, открывая личное дело студента.

Как и в предыдущих документах, тут сухим канцелярским языком говорилось, что Самойлов Антон Геннадиевич является отличником боевой и политической... Ну, в смысле, поет и трудится на пять. Остальные оценки у парня явно хромали, но при этом ниже был целый абзац о том, что парень учиться ленится, но если ему интересно, то осваивает материал, что называется, на лету. Плюс обладает отличной памятью и склонностью к языкам.

Дальше шло перечисление секций, которые он посещал, скромный список достижений и наград и характеристика от психолога, с рекомендациями.

— Троечник, значит... — Я оценивающе посмотрел на студента. — Не успеешь освоить язык — вылетишь из группы.

— Успею! — Антон спокойно выдержал мой взгляд. — И фехтовать научусь! И магию у вас подсмотрю, и тоже освою!

— Проверим... — Я устало откинулся в кресле и, потерев лицо ладонями, решил, что с парня хватит. Если с первыми подчиненными я беседовал долго и тщательно, то к концу светового дня устал как собака и к делу подошел формально, все равно в целом парни были одинаковые, как под копирку. Не внешне, конечно, и даже не по характеру, но... Было в них что-то такое, общее. — Свободен. И пригласи следующего...

— Так все, нету больше никого! — пожал плечами Антон и, легко подскочив с лавочки, зашагал к двери. А уже у выхода остановился, словно вспомнив что-то. — Э... Разрешите идти, товарищ...

— Сержант, — буркнул я, прикинув свою нынешнюю должность. — Иди...

Студентам, похоже, пытались привить армейскую дисциплину, хотя, скорее всего, просто озадачили строевой подготовкой или и вовсе курсом молодого бойца, по принципу «незанятый солдат — потенциальный преступник».

И я даже понимал почему. Два десятка молодых охламонов, не слишком страдающих ответственностью и дисциплиной, да в новых для них условиях... А если приплюсовать сюда молодых девушек, как повод распушить хвост да начать меряться достоинством, выясняя, кто тут главный альфа-самец... Причем в качестве достоинства, почему-то, зачастую выступают отнюдь не положительные качества, а...

— Серый! — В кабинет, роль которого временно исполняла каморка на одном из складов, зашел Миша и, окинув меня насмешливым взглядом, спросил: — Ты все, закончил уже знакомство с личным составом?

— Закончил... — Вздохнув, я поднялся с неудобного табурета и, потянувшись, хрустнул шеей. — Будешь подкалывать, назначу тебя своим заместителем и отпрошусь на неделю куда-нибудь... В магии попрактиковаться, вот! В место силы!

— В какое место силы? — не понял Михаил.

— Да похрену! — отмахнулся я. — Наплету что-нибудь, все равно наше местное начальство в этом ни фига не понимает. И свалю. А ты останешься...

— Эй! — сообразив степень угрозы, возмутился Миха. — Не вздумай!

— Вот и не выпендривайся тогда, — усмехнулся я.

— Гад ты... — буркнул, покачав головой, мой друг. — Я чего пришел-то? Тебя Мороз вызывает.

— И чего ему надо? — поморщился я, попрощавшись с идеей пригласить Кайю на прогулку по крепости. Впрочем, не уверен, что девушка уже закончила общение со своими подчиненными, а потому...

— А я знаю? — пожал плечами Михаил. — Нас вообще никто всерьез не воспринимает. Принеси, подай, пошел...

— Да я заметил, — перебил я товарища. — Ну и отдыхай пока, наслаждайся моментом. Спроса-то с тебя тоже никакого. Забыл уже, каково это — быть салагой?

— Да я как-то и не планировал вспоминать! — дернул уголком рта Миха.

А на плацу вовсю суетился гарнизон крепости, устанавливая шатры рядом со штабом и таская кровати из ближайшей казармы. Причем шатры при ближайшем рассмотрении подозрительно напоминали армейские брезентовые палатки. Хотя, скорее всего, они ими и были, просто немного доработанными под местные условия.

— Кто-то накосячил? — с сомнением глядя на то, как солдаты в поддоспешниках корячатся, устанавливая здоровенную жердь вместо привычной стальной штанги, спросил Миха. — Мы на срочке раз так же попали. Марш-бросок, потом палатки ставили и жили в них неделю. В декабре... Мол, раз не можете навести порядок в казарме, будете жить, как в поле.

— Да ну, — покачал головой я. — Вряд ли. Это там вас чем-то озадачить нужно было, чтобы заколебались и дурного не придумывали. Здесь-то незачем. Практически фронт же.

— Смотря что в голове у командира, — пожал плечами Михаил. — Сам знаешь, иногда попадется дебил, и не такой бред сразу начинается...

— Вот сейчас и узнаю, — пожал плечами я. — А ты пока покури да поностальгируй...

Командир оказался в своем кабинете и, судя по недовольному выражению лица, был опять не в духе. И даже причина такого его настроения была. Причем довольно весомая.

— Комиссия из магистрата в двух часах отсюда, — с порога заявил он. — И, судя по всему, останавливаться на ночлег они не собираются.

— Вот же... — Я, не спрашивая разрешения, сел на стул и уставился в окно, рассеянным взглядом смотря на людей, собирающих шатер. — А чего так поздно узнали-то?

— Связи нет! Гонцов используем, как в древности. Даже лошадей нет, мать их так... — буквально прорычал командир и, усевшись в кресло напротив, смерил меня задумчивым взглядом. — Студентов надо убирать из крепости. Суток на двое.

— Куда я этих оболтусов уберу? — возмутился я. — Нет, можно, конечно, но двадцать вчерашних школьников...

— Сорок, — вздохнув, поморщился командир. — Девок тоже забирай.

— Да вы... — вскочив, попробовал возмутиться я.

— Сядь! — ударив ладонью по столу, командир с тоской посмотрел мне в глаза и неожиданно сменил тон, спросив: — Ну сам подумай, что увидят местные, когда прибудут в крепость? Что половина отряда сопляки, не знающие, с какой стороны меч в руках держать?

— Они их все равно увидят, — пожал плечами я. — Вспомните, какая у нас задача? Все студенты должны получить временные жетоны. Мы же за гражданством здесь...

— М-мать... — Майор забарабанил пальцами по столу. — Честно говоря, я рассчитывал, что у нас есть еще время...

— Разбавить состав нужно, — пожал плечами я. — Девкам выдадим луки, и на стены, под командованием Кайи с Морой. Они как раз с луками дружат. Пацанов раздать вашим бойцам как стажеров. Вроде как наставничество получается. Здесь так и учат молодых, насколько я знаю. А завтра с утра прогоним их через оформление и отправим на смену вниз. В секреты. За сутки ничего не случится...

— Луки им раздать... — вздохнул майор. — Они хоть знают, как эти луки в руках держать?

— А им зачем? — пожал плечами я. — Даже тетиву натягивать не будут, чтобы не портилась. Пусть сидят на стенах и не отсвечивают, якобы в полной боевой готовности. Авось никто не нападет за сутки-то...

— Ладно... — скривился командир. — Попробуем... И да, нам еще магов показать надо, помнишь?

— Придумаем что-нибудь... — Я потер ладонью небритый подбородок, задумчиво глядя на оплывшую восковую свечку на столе, массивную, явно ручной работы, и тут же сообразил, как можно выйти из положения. — Кайю вам пришлю на совещание! Будет же у вас совещание какое-то? Ну или отчет перед начальством, как там это все у них устроено...

— Зачем? — не понял майор. — Секретаршу изображать?

— Вот еще! — фыркнул я. — Мага! Одного из. Повесит под потолком магические светильники, ну и изобразит злобную телохранительницу и заодно советника по магии. А вы потом ненароком проболтаетесь, что магов у вас пять, и платить чужим колдунам мы не намерены. Пусть считают жадными самодурами, нанявшими где-то недоучек.

— Ага, а они, значит, платить чужим колдунам согласятся? — недоверчиво покачал головой командир, но потом, мотнув головой, согласился: — Ладно! Будем надеяться, что коррупция не чисто наше изобретение! Присылай сюда свою магичку и займись студентами. Чтобы через два часа они были пристроены и не отсвечивали. Попадутся на глаза праздношатающимися, пусть пеняют на себя. Устрою им полноценный курс молодого бойца, пожалеют, что в армию не пошли!

— Я так и передам. Разрешите идти?

— Иди...

Уже на улице я кратко пересказал Михаилу суть проблемы и, отправив его к девчонкам, зашагал к нашему жилью организовывать досуг своим студентам на ближайшие сутки. Или двое суток, тут как повезет. Ну а то, что досуг этот предполагал полное отсутствие свободного времени, то это уже были не мои проблемы. Детишки знали, куда шли. Хотя...

Студенты, застигнутые врасплох моим появлением, с ленцой изображали лихорадочное наведение порядка. Прятали карты, тушили бычки в пепельнице на подоконнике... Один и вовсе изображал процесс учебы, держа в руках открытый посередине разговорник. Сидя при этом в самом темном углу, ага...

— Выходим строиться на улицу! — рявкнул я на все помещение и, провожая взглядом выходящих, задумался о том, как себя дальше вести. Осложнялось все тем, что я видел перед собой детей, едва встретивших совершеннолетие, а вот они, напротив, видели во мне ровесника, из всех достижений у которого только то, что его назначили старшим группы.

Скорее всего, у Кайи, которой вручили группу студенток, были такие же проблемы, но как там чего у девушек происходит, я не знал, а вот с этими оболтусами мне предстояло как-то зарабатывать авторитет и добиваться уважения. Впрочем, об этом можно было подумать и позже, не в ближайшие сутки точно.

— Значит, так! — Стоя перед строем, я осознал, что уже некоторое время молчу, разглядывая ребят. Вся группа, за исключением Михи и Федора, была на месте, и это не могло не радовать. — Сейчас все дружно цепляем на себя снаряжение, что вам выдали, и через пять минут снова строимся тут. Вопросы? Разойдись!

Студенты отправились обратно в казарму, тихо ворча про себя на тему дурных команд.

— Что, сразу нельзя было сказать? — донеслось до меня от входа, но, обернувшись, я увидел только невинные лица пацанов, которые ничего не слышали и не видели.

— Что, не слушаются? — ухмыльнулся подошедший Михаил. — Девчонкам приказ передал, Кайя ушла в штаб, остальных Мора сейчас отведет в оружейку.

— Как у них там?

— Да нормально все! — с ухмылкой ответил Миха. — Строят вертикаль власти. У трех фонари под глазом, еще две приобрели новую прическу.

— Что, за волосы друг друга таскали? — удивился я.

— Да нет, у Моры наконец огненная магия получилась. Правда, не шар, а струя, как из огнемета, но все же. Ну и... — пожал плечами Миха. — В общем, несчастный случай. Но зато наших девушек там уважают и побаиваются.

— Уже легче, — кивнул я и, поправив топор за спиной, сел на лавку, привалившись к стене. — Ты сам когда с магией начнешь разбираться?

— Так два раза в день, как положено! — возмутился Миха.

— Зажечь светильник или напитать камни два раза в день — это не тренировка! — поморщился я, но долго ворчать не стал. Просто потому, что сам запускал десяток дисков в небо утром и вечером, опустошая кристалл, а до большего пока не доходили руки.

Пока мы болтали, из казармы начали выходить первые студенты, в кольчугах не по размеру, с однотипными мечами на поясе и револьверами в кобурах на бедре. Причем, нацепив на себя оружие, ребята сразу же задрали носы, видимо, чувствуя себя если не суперменами, то где-то близко к этому.

— Трындец... — выдохнул Миха, изо всех сил сохраняя серьезное выражение лица. — Натуральный цирк с клоунами...

— Револьверы и патроны спрятать обратно! — скомандовал я и покачал головой, провожая недовольных приказом парней. — Теперь понятно, почему майор их убрать на время проверки хотел...

— Фигня! — с оптимизмом успокоил меня Миха. — Размажем тонким слоем по крепости, глядишь, и прокатит!

— Угу...

Раздача слонов, то есть стажеров, бойцам заставы проходила бурно, я бы даже сказал, с огоньком. Ну, потому как один из студентов, зацепившись рукавом кольчуги за стойку масляного светильника, едва не устроил пожар, что на фоне всеобщей суеты только добавило проблем.

— Кто на эту шпану доспехи напялил! — рявкнул какой-то боец, крепко держа за шиворот виновника нового этапа суматохи, в то время как его товарищи засыпали песком горящее масло. — В эту кольчугу два таких шкета влезет!

— Так возьми и сделай из салаги человека! — не выдержав, предложил я. И увидев, как скривился боец, гаркнул кстати подвернувшемуся Морозу. — Капитан! Подойди, а?

Пробегающий мимо Морозов, явно недовольный задержкой, остановился рядом на целую минуту и, выслушав просьбу, забрал с собой сразу десяток студентов, распределять среди своих бойцов. А неуклюжего поджигателя я все-таки сплавил недовольному бойцу и отправил их на склад искать нормальное снаряжение.

Конечно, если бы не Морозов, никто бы меня слушать не стал, а так... Определенно, с внешностью надо было что-то делать! Не будешь же ходить по крепости и каждому объяснять, что лет мне много, и вообще...

— А я куда? — сбил меня с мысли голос за спиной, и, обернувшись, я увидел парня, с которым общался в кабинете последним. Антона, кажется.

— Твою-то... за ногу! — вздохнул я и, с сомнением оглядевшись вокруг, только покачал головой. Плац был практически пуст. Нет, те, кому не повезло получить стажера, еще бродили по своим делам, а вот те, кому удалось избежать такого сомнительного удовольствия, словно испарились. — Со мной пойдешь. Магию, блин, подсматривать...

Идея, честно признаться, была так себе, но мне показалась интересной. Просил же майор показать магию? Вот и изобразим показательное выступление, благо еще не совсем стемнело, и если повезет, то удастся изобразить тренировку отрядных магов.

— Пошли за мишенями!

А на складе был самый настоящий аншлаг! Видимо, студентам спихнули весь неликвид, какой нашелся, и сейчас одетые как чучела будущие маги скромно толпились у входа, в то время как их временные наставники вовсю ругались с прапором, требуя срочно выдать их подопечным что-то, в чем те будут выглядеть не так убого...

— Мне бы мишени... — втиснулся было я, поймав паузу в диалоге двух бойцов и прапора, но был синхронно послан всеми участниками конфликта туда, куда Макар телят не гонял...

— А может, к лучникам пойдем? — тихо предложил Антон, дернув меня за руку. — У них есть мишени.

— Ну пошли, — махнул я рукой.

Уже почти совсем стемнело, когда мы, наконец, установили у стены две честно позаимствованные мишени из доски, сена и мешковины, не слишком далеко от ворот, но и не слишком близко, чтобы не особо видно было, что конкретно мы там делаем. И стали ждать.

— Едут! — со стены крикнул дозорный, и я легко поднялся на ноги, готовясь к спектаклю.

— А я что делать буду? — уточнил Антон, глядя на то, как я зажигаю волшебный светлячок над мишенями.

— Подсматривать, — пожал плечами я. — Вас хоть чему-то учили?

— Кристаллы заряжать, — признался студент.

— Ну вот, — ободряюще кивнул я. — С этого все и начинается. Знание физики и умение управлять искорками творит чудеса!

— А физика тут при чем? — не понял Антон, но на этот провокационный вопрос я отвечать не стал и, краем глаза проследив, как открываются ворота, принялся изображать обучение.

— Вот смотри! — Я медленно раскручивал в руке искорки магии, нарочито не спеша формируя из них привычный диск. — Видел? А теперь кидаем его, как камешки в воду!

Волшебная циркулярка, сверкнув, умчалась в сторону стены, и от одной из мишеней отвалился небольшой кусок.

— Надо же, попал! — удивился я и, оглянувшись на студента, прикусил язык. — В смысле... Не угробил всю мишень, ага...

— А можно еще раз показать? — Озадаченный студент крутил пальцами, изображая непонятно что, но никакого диска у него, конечно, не получалось. Все же учитель из меня был так себе.

— Сейчас, подъедут поближе, покажу несколько раз, — кивнул я, разглядывая колонну из кареты и десятка всадников на быках или, скорее, рогатых лошадях, въезжающую в крепость.

Карета была с каким-то затейливым гербом на дверцах, да и всадники были одеты довольно богато, в черных, словно вороненых, кирасах и таких же черных шлемах, с длинными мечами на боку, а плащи...

— А что теперь с диском делать? ­— Отвлек меня от процессии голос Антона за спиной и, обернувшись, я натурально округлил глаза: в руке студента вращался самый настоящий волшебный диск, почти такой же, как у меня, только маленький. — Кидать, да? Ой...

— Блин... — протянул я, наблюдая, как диск летит в сторону казармы и с противным звоном врезается в стекло. — Так, на хер спектакль, валим отсюда, пока никто ничего не понял!

Глава 7

Иногда мне кажется, что все миры, сколько бы их ни было, — это только отражения друг друга. Ну или это касается лишь тех, где появляемся мы, земляне? Хотя...

К чему это я? Да к тому, что «высокой» комиссии из магистрата оказалось глубоко по барабану на состав нашего отряда. Молодежь неумелая в больших количествах? Молодцы! Учите подрастающее поколение. Маги есть свои? А что умеют? Хм... Ну, тоже молодцы! Ничего, научатся чему-нибудь... Стол накрыт?

По сути, как я понял, магистрату даже не было дела до того, сколько продержится наш отряд. Ну или некоторым чиновникам из магистрата... Все сводилось к тому, что нам выдали жетоны, заменяющие здесь паспорта, и сообщили, что жалование выделяется раз в квартал, и получить его может любой офицер отряда. Ну а не получим, так тоже хорошо. Тогда эти деньги уйдут следующим кандидатам.

Вот, собственно, и вся проверка. Ну, если не считать грандиозной попойки, которую закатили в штабе, свалив на нас охрану крепости.

В итоге двое суток бойцы под руководством Феди сидели в секретах, наблюдая за степью, а мы с Михаилом по очереди несли службу начальника караула. Ну и занимались со студентами, само собой.

А потом легкий дурдом закончился и наступил полный... самый натуральный дурдом!

Вы когда-нибудь пробовали учить чужой язык в пересказе? А, ну да... В школе же все учились... Но нам-то нужно было больше! Как минимум на уровне поживших некоторое время в стране мигрантов! А тут «моя твоя понимай»...

Соответственно, и остальные предметы для обучения были поданы на том же уровне. Взять те же законы империи. Их мы учили по бумажкам, на которые был записан пересказ бесед с местным населением. Которое, это население, рассказывало про законы своими словами. И наверняка путая законы писаные и неписаные.

А ведь были еще такие предметы, как этикет, география, письмо, в конце концов! И если кто-то скажет, что этикет можно выбросить, пусть потом пеняет на себя, проткнутый мечом дуэлянта или прожаренный до хрустящей корочки обидчивым магом...

— Екарный бабай! — В комнату влетел Федор, и листы бумаги, разложенные передо мной на столе, подхватил сквозняк, сдув их со стола. — Упс...

Собрав макулатуру в четыре руки, мы убрали листы в стопку и, придавив ее револьвером, уселись за стол.

— Что опять? — отодвинув от себя тетрадь с конспектом занятий, который пытался составить уже второй час, спросил я.

— Что, что... — буркнул друг и, выдохнув, признался: — Мои опять начудили... Надо с этим что-то делать!

— Погоди! — Я потер лицо руками, выкидывая из головы тонкости чужой культуры и правил, а потом поднял уже осмысленный взгляд на друга. — У тебя физо было, так?

Едва уехала комиссия, как мы разбили толпу студентов на группы, взяв каждый по отделению. И проводили занятия по мере сил, чередуя их с выходами в дозор. Ну как в дозор? На хвост падали дежурному отряду и учили студентов премудростям патрулирования вверенной территории, организации секретов да засад...

— Физо, — кивнул Федя. — И как итог — у одного сломаны пальцы, второй получил сотрясение. Учились фехтовать, называется...

— Минус два, уже на третьей тренировке... — поскреб я небритый подбородок.

— Три, — вздохнув, перебил меня Федя.

— Что тереть?

— Минус три! — отведя глаза, поправил он. — Третий пошел сопровождать дебилов в санчасть и там попытался клеиться к твоей жене.

— И? — напрягся я.

— Что и? — поморщился Федя. — Рука сломана и морда разбита. Остальные мои теперь дверь чинят, которую она сломала тем придурком...

— Угу... — пробормотал я, а потом решительно встал и зашагал к выходу. — Иди присмотри за оставшимися. А то их уже реально мало осталось...

На самом деле это было бы смешно, если бы не было так грустно. Вчера в группе Михи тоже выбыли двое, причем неясно, на какой срок и выкарабкаются ли они вообще. Один во время рейда присел погадить и получил укус в заднее полушарие мозга от небольшой змейки, возмущенной таким отношением к себе... Второй, заметив, как первый орет, пробегая мимо и держась за задницу, не придумал ничего лучше, чем шарахнуть по змее палкой. Попал... А когда замахивался для второго удара, змейка, обвившаяся вокруг палки, упала прямо на него и, разумеется, цапнула незадачливого змеелова...

К счастью, в моей группе несчастных случаев пока не было, но вот тут я был уверен, что это ненадолго. Просто потому, что Антон уже растрепал своим о том, что научился запускать с руки волшебные диски, и теперь оболтусы все свободное время посвящали тому, чтобы перенять у товарища это умение. Но, к счастью, пока больше ни у кого не получалось...

В кабинет командира заставы я буквально вбежал, пользуясь тем, что в штабе никого не было, а сам майор стоял у окна, погруженный в свои думы. Наверное, глобальные планы строил... Но у меня были свои глобальные планы, и как раз сейчас они накрывались известным органом...

— Нам нужны учителя! — с порога заявил я, заставив майора поморщиться. Но возмущаться таким пренебрежением к уставу командир не стал, все же что взять с партизан, которые эти уставы полжизни назад забыли? Вместо этого он сел в кресло и, подперев ладонью подбородок, с преувеличенным вниманием уставился на меня.

— Излагай свои «гениальные» идеи! С удовольствием послушаю.

— Да нет никаких идей, — поморщился я, усаживаясь за стол напротив командира. — Но и так тоже нельзя. Может, они и не убьются все, но и толку от наших занятий...

— Слушай, Сережа, — почти ласково проговорил майор, — ты в армии служил?

— Сержант, — кивнул я. — Да и потом повоевать пришлось, сами же знаете.

— Да я не о том, — отмахнулся уставший вояка, только недавно закончивший эпопею с проверкой. — Ты чего, не знаешь, как из молодежи людей сделать за месяц? Какие тебе учителя нужны?

— Да задрочить-то я их могу... — поморщился я. — И физухой, и уставом... А толку? Нам совсем не это нужно. Я даже письменность местную в них вдолблю, но вот остальное... Как научить тому, в чем не разбираешься? Опять же, носитель языка нужен позарез...

— Это да... — поморщился майор. — С комиссией этой было сложно общаться. Хорошо, что Мороз более-менее освоил язык. А то как клоуны...

— А нам с такими знаниями учиться! — буркнул я. — Опять же, непонятно, что у них в школе преподают...

— Короче! — поторопил меня командир. — Что предлагаешь?

— Отправлять людей в ближайший город. По очереди, партиями, — выдал я первое, что пришло в голову. — Пусть пообщаются с местными, освоят язык. Заодно разберемся с литературой. Деньги же у нас найдутся?

— Деньги найдутся, — скривился майор. — Только ничего не выйдет. Декада вне охраняемой территории — и ваши жетоны аннулируются. Исключения только для посещения магистрата. Туда неделя пути, там жетоны обновляют, и... Ну а ближайший городок от нас в трех с половиной днях пути. Примерно.

— Аэростат? — продолжал я перечислять варианты. — За ночь можно добраться...

— Нет.

В принципе, я и сам понял, что ерунду сморозил. Наши даже ночью над заставой не пролетают, держась безлюдных мест, а уж над территорией империи летать... Спалимся, огребем дружно. Никто нам бойню на островах не простил. Пусть там воевали наемники местных аристократов, но...

— Думать пойду... — вздохнув, поднялся я со стула и зашагал к выходу, прикидывая, где мне отловить Морозова. Как я понял, старший нашей разведки в городе уже бывал и наверняка посоветует что-то умное.

— Иди, мыслитель фигов... — напутствовал меня вдогонку майор, но при этом явно и сам озадачился проблемой.

Выйдя из штаба, я задумчиво огляделся и, заметив суету рядом с медпунктом, направился туда, решив заодно проведать супругу. Нет, понятно, что ее обидеть вряд ли у кого-то получится, но... Короче, соскучился я, вот и все объяснения.

А в санчасти царил аншлаг! Второй раз за день. И в этот раз отличились ребята Миши. И снова вне крепости... Но узнал я это не сразу. И даже не тогда, когда увидел группу взмыленных студентов, хором рассказывающих тактико-технические характеристики оружия, отжимаясь при этом.

— Что за шум, а драки нет? — подойдя к зданию, поинтересовался я у угрюмого Михи, нервно курившего у крыльца. — Что у вас опять?

— Одного придурка орел поймал... — проворчал Миха. — Сейчас его Кайя оперирует...

— В смысле? — удивился я. — Разбился, что ли? А эти?

— А эти... — Михаил покосился на студентов. — Эти... Стрелять начали. Из револьверов. Теперь вот пулю из ноги у летчика выковыривают...

— Рано им еще на выходы, — поморщившись, признал я. — Погорячились.

— Им вообще там делать нечего! — отрезал Михаил. — Все городские, кроме компьютера да смартфона толком ничего не видели, а тут... Короче, надо что-то менять!

— Все группы сможешь неделю гонять, чтобы у них сил только на сон оставалось?

— Что, и девок?

— Нет, с девками Кайя пока справляется вроде, — покачал головой я. — Короче, делай что хочешь, но на неделю их займи. Да так, чтобы им после этого учеба раем казалась. А я попробую найти для них учителей...

Мороз нашелся в самом медпункте. Чему я, впрочем, не сильно-то и удивился, если учесть, что сегодняшним выходом руководил именно он.

— Страдаешь? — хмыкнул я, подойдя к разведчику, который удивленно наблюдал, как Кайя с помощью магии лечит раненого, при этом объясняя свои действия группе молодых девушек. — Не уследил?

— Да пошел ты... — огрызнулся разведчик, пожав протянутую руку. — Хрен я кого из вас больше с собой возьму! Детский сад!

— Я, кстати, об этом и пришел поговорить, — успокоил я Морозова, стараясь говорить тихо, чтобы не отвлекать супругу, которая, сняв артефакт, колдовала на полную катушку. — Нам надо в город.

— Кому «вам»? — мрачно уточнил разведчик. — Чтобы и там накосячить?

— Нам — это мне и Феде, — успокоил я Морозова. — Ну и тебе, конечно. Дороги-то мы не знаем.

— Ну... — покачав головой, задумался Мороз. — Пошли в столовую, поговорим в теньке. Ты ужинал?

— Не успел еще...

— Так пошли!

На выходе из санчасти ни Михи, ни его отделения уже не было. Зато вся компания обнаружилась на плацу, нарезая круги вокруг площадки, под окрики моего друга. А у казармы я заметил Федора, с интересом присматривающегося к происходящему и явно подумывавшего над тем, чтобы присоединиться к воспитательному процессу. Не самому, понятно. Студентов присоединить. Но, видимо, пока не нашел повод, а потому, вздохнув, повел школяров к столовой, учиться.

— Блин... — Я остановился на половине пути. — Там сейчас гвалт будет, хрен поговоришь...

— Да ладно тебе! — отмахнулся Мороз. — Сядем в углу, ничего страшного!

— Ты на занятиях был хоть раз? — скривился я, вспомнив, как происходит обучение. — Федя будет орать, как... Короче, пошли вон на лавку, посидим.

— Тогда уж в штаб, — пожал плечами Мороз. — У меня кофе есть и печенье.

— Откуда такое богатство? — удивился я, прекрасно зная, что в столовой ни то, ни другое добыть было нереально. — Вы же тут уже больше месяца?

— Ты и привез, — пожал плечами разведчик. — Пакет с дирижабля передавал?

— Ну, — кивнул я. — Какие-то секретные документы из серии «перед прочтением сжечь»...

— Серьезно? — удивился Мороз. — Ну это тебя немного развели, извини.

— Вот уроды! — Я вспомнил экипаж дирижабля и покрутил головой, не зная, злиться или смеяться. — Я бы и так в чужую посылку не полез!

Кабинет у Мороза напоминал небольшую каморку для хранения инвентаря, и полки на стенах говорили о том, что в прошлом он, возможно, так и использовался. Впрочем, разведчик, в крепости практически не бывающий, на эту тему и не заморачивался. Есть стол, на который можно поставить поднос? Уже хорошо. А если есть полки, на которые можно сложить снаряжение, то и вовсе прекрасно.

— Рассказывай давай, а я пока кипяток организую. — Мороз поднял с пола кирпич и, бросив на него две таблетки сухого спирта, поставил кипятиться кружку. — Что задумал? Выкладывай уже...

Ну я и рассказал. Долго говорил, Мороз успел вторую кружку вскипятить да заварить ароматный кофе, а я еще изливал на него все, что накопилось за неделю, иногда срываясь на повышенные тона или переходя на нецензурную лексику, благо девушек рядом не наблюдалось.

— Короче, — подвел я итог, заметив, что начинаю некоторые вещи повторять по два раза. — Мне нужны местные.

— Да я понял... — начал было Мороз, но я его опять перебил.

— Ты пойми, мне не нужно, чтобы из этих ребят получились дисциплинированные солдаты или повзрослевшие бойцы, — по новому кругу начал я. — Мне надо, чтобы они остались раздолбаями и не выделялись потом среди других школяров. И надо, чтобы на местном могли трещать уверенно, а еще знать местную школьную программу так, чтобы от зубов отскакивало...

— Толку, если их при первом же конфликте на ринге закабанят? — пожал плечами Мороз. — Не забывай про дуэли!

— Я помню... Но там нюанс, у школяров есть выбор: драться на мечах или с помощью магии. И уж парочке заклинаний-то мы их за год обучим, будь уверен. А если нет, значит нехрен им в универе делать, пусть сапоги примеряют.

— Ну... — Мороз задумался, осмысливая мой монолог, и кивнул: — Да, в этом есть смысл. Берем несколько носителей языка и кого-то грамотного, значит.

— А есть где взять? — с надеждой глянул я на разведчика. — Так, чтобы потом не утекли отсюда и не растрезвонили повсюду про наше оружие. Даже если светить не будем, все равно где-то протечет.

— На эту тему мы уже думали, — поморщился Мороз. — Если про оружие узнают, попробуем отбрехаться, что контрабанда от ордена. Купили, мол, артефакты. Но лучше не надо. Штрафы за контрабанду такие, что вас всех обучить дешевле выйдет.

— Так что с людьми? — нетерпеливо уточнил я. — Есть идеи? Колись давай!

— Можно попробовать с рабами... — пожал плечами Мороз. — Глядишь, к тому времени, как все закончится, оставим их здесь или обнулим. В зависимости от людей.

— Погоди... — нахмурился я. — В империи же нет рабства?

— Да ладно! — приподнял брови Мороз. — Ты бумаги внимательно читал?

— Ага! — кивнул я. — И не по одному разу. Ты думаешь, я как занятия с оболтусами провожу? Нет там ничего про рабство!

— Да как нет? — поморщился Мороз. — А что происходит с теми, кто штраф не смог оплатить?

— Так общественные работы же? — слегка растерялся я.

— Долговая яма, ага, — кивнул Мороз. — А что такое общественные работы? То же рабство по сути, пусть и временное.

— Ну а мы тут каким боком? — не понял я. — Они же на государство работают? Или...

— Или, Серега, или! — поднял палец Мороз. — Как всегда, дьявол кроется в деталях! Если занести сумму долга чиновникам и добавить немного, объясняя, что работа на тебя тоже общественно полезная, то...

— Коррупция, — понимающе кивнул я. — Когда выходим?

— Утром. Решу вопрос с командиром, и рванем, — пожал плечами Мороз. — А пока пойдем пожрем уже, а? А то кишка кишке колотит по башке!

— Ну пошли. Заодно Феде скажу, чтобы собирался...

Вот только стоило нам выйти из штаба, как нас остановила воинственно настроенная Кайя, уже одетая по-походному, с мечом на левом бедре и револьвером на правом.

— Вы куда собрались? — грозно спросила у меня девушка, игнорируя Морозова. — Я с вами!

— Там опасно! — не разобравшись в ситуации, брякнул разведчик и, наткнувшись на насмешливый взгляд волшебницы, озадаченно продолжил: — Нас трое пойдет, не хватало еще отвлекаться на защиту девушки от...

— Мороз, лучше молчи... — вздохнул я, но Кайя уже услышала главное и, мотнув головой в сторону плаца, предложила:

— Кто на мечах со мной справится, тот пойдет вместо меня.

— Ну, знаете... — возмутился было Мороз, покосившись на меня, но потом ухмыльнулся и зашагал в сторону стойки с деревянными мечами. — Разомнусь, значит!

— Угу... — поморщился я и, повернувшись к Кайе, попросил: — Только не покалечь, ладно? Нам еще идти завтра.

— Сама и вылечу, если что, — подмигнула мне эта потрясающая девушка и легким шагом отправилась к площадке для тренировок. А я отправился искать Федю. К походу в город требовалось подготовиться.

Глава 8

Когда командир говорил, что до города три с половиной дня пути, я про себя считал, что уж мы-то потратим на сутки меньше. Мы же самые умные, да? Стартуем налегке, взяв с собой только еду и оружие, и как вдарим пятками по асфальту! Хм... По грунтовке в смысле.

Но, как оказалось, мыслил я не стратегически, учитывая только свои интересы. А между тем в крепость требуются повозки для обоза вместе с тягловыми животными, да и запас продовольствия не помешал бы на всякий случай. А значит, обоз охранять нужно...

И в итоге в путь отправился полноценный десяток, не считая нас. В доспехах, с грузом казенного золота, вооруженный до зубов...

Впрочем, Мороз оказался нормальным, понимающим командиром, прекрасно понимающим реалии пеших походов, и стоило нам отойти от крепости, доспехи перекочевали в рюкзаки, и от жары мы страдали в облегченном варианте, а не пропитывая потом железо, как я опасался. Но шли все равно груженые.

В принципе, если по прямой, то нужное нам поселение находилось довольно близко, но где мы и где прямые дороги? Горы вообще обычно не балуют прямыми дорогами, а иногда и дорогами вообще.

Но, как бы то ни было, вечер второго дня мы встречали пусть в чахлом, реденьком, но лесу, на обратном склоне хребта, уже совсем недалеко от обжитых мест. А потому, с одной стороны, смотрели на жизнь с оптимизмом, а с другой стороны, пришлось выставлять полноценную пару часовых, вооруженных, по случаю темного времени суток, револьверами, которые мы днем прятали от чужих глаз.

А на третий день и дорога вдруг сменилась с обычной грунтовки на ухоженную, выложенную камнем, и попутчики у нас появились, причем как всадники на нормальных лошадях, так и на повозках, которые тянули местные быки, здоровые, как... Честно говоря, я даже не нашел с чем сравнить тягловых животных. Скажу только, что ростом они были с меня, в холке, и тяжелогруженую повозку с сеном такая скотина легко везла в одиночку.

Пару раз нас любезно предлагали подвезти, но скорость у крестьянской повозки была даже медленнее, чем у нас, да и не влезли бы мы все в такой транспорт, а потому шагали своим ходом, благо Мороз обещал, что к вечеру нас ждет отдых в помещении и возможность помыться.

Почему-то после слов о помывке сам Мороз хохотнул ехидно, но я не обратил внимания, а зря...

Ближе к вечеру, когда на горизонте появилась очередная деревня, Мороз решительно свернул с тракта и повел нас куда-то в сторону, сквозь придорожный кустарник. И уже спустя пару сотен метров я четко услышал звонкое журчание воды.

— Погоди, мы куда сейчас ломимся? — дернув за рукав разведчика, уточнил я. — Путь сокращаем или...

— Или! — бодро заявил Мороз и, отодвинув ветку, махнул рукой. — Пожалуйте мыться, ваше благородие!

— Блин...

Что такое горные речки, я знал не понаслышке, и стоило сунуться в быстрый поток, как у меня даже дыхание перехватило от холода. Но с другой стороны, выбирать не приходилось, а за время пути мы все пропахли потом и изрядно покрылись пылью.

— Как заново родился! — ополоснувшись, я выскочил на берег, чувствуя, что не так уж и жарко уже. — Но блин, а как же горячая... Ну, не горячая, ладно, теплая ванна?

— Угу! — ухмыльнулся Мороз, с удовольствием смывая с себя пот. — Запомни, Серега! В этих краях ванну летом принимают или аристократы, или девушки. А вот наемники предпочитают не тратить то, что можно потратить на бухло, и купаются в реке, если есть возможность. Так что не стоит выделяться.

— Пойду Кайю обрадую, — одевшись и накинув на себя свежую рубашку, кивнул я и отправился назад по своим следам, туда, где осталась дежурить девушка, на случай если за нами кто-то последует. Нападения мы не опасались, но нужен же был повод устроить раздельное купание?

В итоге Кайя, выслушав меня, приняла довольно странное решение. Сначала пошла купаться в речке, попросив меня покараулить, а когда, изрядно посвежевшая, вернулась из воды, радостно сообщила, что теперь можно будет и в ванне спокойно полежать...

Деревня при тракте мало напоминала такие же на островах и уж подавно была непохожа на деревни нашего мира. Разве что дома, но тут особо нового не придумаешь. Все по-другому, деревянные стены, заборы из бревен, больше напоминающие частокол, да массивные ворота с прорезью для стрелка. Крыши были покрыты соломой, но как я понял, этого добра тут хватало с избытком. Вон после каждого дома тянутся поля, засеянные местными культурами.

— Мой дом — моя крепость! — уважительно покачал я головой, проходя мимо очередного дома. — Только вот одной стрелой все сжечь можно...

Говорили мы даже между собой исключительно на имперском, дабы не плодить лишних проблем, и потому неудивительно, что очередной местный житель, с явной неприязнью глянув на меня, пояснил:

— Степняки не устраивают пожаров. У них с детства боязнь пожара в голову вбита.

— О как... Спасибо за объяснения... — смутился я и заткнулся, благо впереди уже показалось монументальное здание таверны. По сути, такой же сруб, но частокол повыше, да и само здание в два этажа, с узкими окнами-бойницами.

Ворота в таверну были еще открыты, благо солнце только коснулось горизонта и день еще не закончился, а потому мы решительно прошли сквозь довольно большой двор и, толкнув массивную дверь, оказались в зале, заставленном столами.

— А ничего так, уютно! — выдал Федя, первым войдя внутрь, и прямой наводкой отправился к стойке.

— Кстати, да, — согласился я, оглядывая зал в поисках средневекового колорита. Но вместо этого видел вполне себе нормальное заведение, в стиле натурализма разве что.

Деревянные столы, без всяких ДСП или фанеры, здесь сочетались с прозрачными стеклами в окнах, а артефактные светильники на потолке, вполне справляющиеся с освещением зала, — со стеклянными же стаканами и тарелками.

— Рот закрой, муха залетит, — шепнул мне Мороз и, подтолкнув в сторону лестницы на второй этаж, скомандовал: — Сейчас все заселимся, потом спустимся ужинать.

Сам Мороз отправился к стойке, где уже расположился Федя со стаканом чего-то холодного в руках, договариваться о номерах, а я снова принялся осматривать зал.

Судя по посетителям, заведение пользовалось успехом у наемников, идущих к границе или, наоборот, оттуда. Впрочем, местные крестьяне тут тоже были представлены в виде компании, занявшей один из столов, и судя по всему, что-то отмечающей обильным распитием алкоголя и скромной закуской...

— Свободны два номера, так что придется потесниться. — Хмурый Мороз присоединился к нам минут через пять и, с сомнением поглядывая на Кайю, объяснил: — кровать в каждой комнате одна, остальные, кроме часовых, спят на полу. Шкуры нам постелют, одеяла дадут, но...

— А чего не так-то? — сразу же ухватила суть Кайя. — Значит, как у костра сидя спать, так нормально, а как в одной комнате толпой, так все сложно?

— В двух, — поскреб затылок Мороз. — Только я подумал, что...

— Что я отожму себе одну из комнат? — округлила глаза Кайя. — Конечно отожму! На время вашего ужина, чтобы принять ванну... А потом — наплевать, если вас смущаю, могу и во дворе поспать, на сене.

— Не, ну не так радикально же...

— Ой, все! — махнул рукой я и, повернувшись к Кайе, подтолкнул ее к лестнице. — Иди, солнце мое, купайся, как закончишь, спустишься. А мы пока ужин закажем.

Девушка, кивнув, убежала наверх, вслед за работником, у которого в руке болталась связка ключей, а мы отнесли вещи в комнату, а потом сели в зале, заняв сразу два стола.

— Ты чему девушку учишь? — укоризненно посмотрев на меня, выдал Мороз. — Что за лексика такая — «отожму»?

— Это не я, это современный кинематограф, — ухмыльнувшись, признался я. — Слава, гад, припер несколько флешек с современными фильмами, ну а девушки и знакомились с нашим миром по этим фильмам. А там...

Махнув рукой, я вздохнул, не став продолжать тему современного искусства, и вместо этого отправился к стойке заказать еду на всех. Благо никакого меню здесь, как я понял, и в помине не было, и самой распространенной была кавказская кухня, с коронным блюдом «жричедали»...

Трактирщик, а скорее всего, и хозяин заведения, чем-то напоминал мне наших барменов, но в то же время протиранию посуды предпочитал неспешно цедить пиво из высокого стакана, с интересом следя за посетителями. И, судя по массивной дубинке, лежащей рядом с бутылками, интерес этот был вполне определенный. Опять же, никаких вышибал я тут не заметил, а в качестве работников трудились либо его дети, либо дети соседей. Подростки, с едва проклюнувшимися усиками под носом. И никаких симпатичных подавальщиц, так любимых авторами фэнтези. Ну, которые должны сразу в койку к герою прыгать...

— Добрый вечер! — поздоровался я, усевшись на табурет рядом с Федей. — Можно заказать ужин на всю компанию?

— Обычный вечер! — буркнул трактирщик, даже не повернув голову в мою сторону, вместо этого наблюдая за двумя работниками, быстро поднимающимися по лестнице с ведрами парящей воды в руках. — Можно заказать, я не против.

— Нам пожрать и пива, — ухмыльнувшись, опередил меня Федя, стукнув пустым стаканом по стойке. — Каждому!

— Ждите, сейчас все сделаем, — кивнул трактирщик, при этом даже не пошевелившись.

— Как-то...

— Пошли, — хлопнул меня по плечу Федор и, стоило нам отойти от стойки, пояснил: — Не докапывайся до обслуживания, тут не то что не Земля, тут даже еще не империя... Фронтир типа... Основные посетители либо наглые, как три танка, маги, либо вот эти вот.

Федор кивнул на занятые столы, где сидели наемники, поглощающие пиво и вполголоса обсуждающие свои дела.

— Он даже не почесался! — буркнул я. — Мы до ночи заказ будем ждать?

— А чего его ждать? — хмыкнул Федя. — Вон у него дверь за спиной, оттуда несли тарелки. На всех тарелках одинаковое жаркое. Сейчас из общего котла набулькают, и все, кушать подано, можете жрать. Или ты хотел заказать фуа-гра и этот, как его... смузи?

— Ой, иди в задницу! — отмахнулся я, усмехнувшись. — Не умничай! Откуда все это узнал? Вроде бы молча сидел?

— Смотрел по сторонам, пока вы там комнаты делили.

Ужин нам, действительно, принесли довольно скоро, сразу после того, как по лестнице перестали бегать работники с ведрами горячей воды. И надо сказать, за ужин мы заплатили не намного больше, чем за ванну.

Немного напрягал пьяный шум в зале, но при этом драки так и не случилось, а уж когда вниз спустилась Кайя, то и вовсе воцарилась тишина...

Честно говоря, когда сразу двое наемников за разными столами начали вставать, я вскочил и, подхватив табуретку, на которой сидел, приготовился метнуть ее в того, кто первый дернется, но Кайя лишь зажгла волшебный фонарь на ладони, и через секунду, потушив его, спокойно прошла к нам. И на этом так и не начавшиеся проблемы исчезли сами собой. Даже трактирщик стал менее настороженным и спокойно сел за стойкой ужинать...

— А нас не ограбят, пока мы тут заседаем? — перед тем как приступить к еде, поинтересовалась девушка. — Сумки в пустой комнате лежат.

— Не ограбят, — поморщился Мороз, машинально погладив сумку на поясе. — Здесь с этим строго. Никаких штрафов, сразу секир-башка. А вот в городе да. Там всякое может быть. Ладно, пойдемте укладываться да дежурства распределим.

— Нас вместе поставишь? — попросил я, кивнув на девушку, с удовольствием уплетающую жаркое деревянной ложкой.

— Да не вопрос, — пожал плечами разведчик и, собрав своих, погнал всех наверх обживать комнату. Остались только мы втроем.

Кайя ужинала, а мы с Федей, заказав еще по бокалу пива, оказавшегося на удивление вкусным, сидели за столом, наслаждаясь отдыхом.

— Вы до города не дойдете. — За стол, не спрашивая разрешения, сел трактирщик. — Если и дальше будете дурью маяться.

— Это еще почему? — напрягся я, краем глаза наблюдая, как сразу три стола освободилось и посетители спешно покинули заведение.

— Ну, по-разному бывает... — сделал вид, что задумался, трактирщик. — Тут ведь как? Щедрому удача помогает, скупому никто не поможет...

— Чаевые нужны? — первым сообразил Федя и, положив монету на стол, толкнул ее по столу. — Хватит?

— Нет, конечно! — тут же ответил на глупый вопрос хозяин заведения, спрятав в бороду усмешку.

— Ну, так-то да, мало кто ответил бы утвердительно... — проворчал Федя, достав еще одну монету, но отдавать ее пока не стал. — И что же с нами не так? Почему мы не дойдем до города? Потому что не местные?

— Тут почти все не местные, — усмехнулся трактирщик, задумчиво рассматривая ладони. — И каждый второй — вор или убийца, сваливший из своих краев в империю в поисках лучшей доли. Здесь их перемалывает война, и кто-то остается, кто-то бежит дальше... Но, скажем так, дополнительными заработками не гнушается никто.

— И что? — начиная понимать, что имеет в виду хозяин заведения, напрягся я. — На нас написано «ограбь меня, я богат»?

— Вообще-то да! — ухмыльнулся трактирщик. — Ну, для тех, кто умеет читать, конечно... Все знают, что на перевале встал новый отряд. И никто не видел, чтобы туда отправляли обоз хоть раз. Вы же не на подножном корме сидите? Еще ни разу не видел, чтобы наемники жрали траву.

— А мы здесь при чем?

— Здесь все друг друга знают, — отмахнулся трактирщик. — Так что откуда вы — и так понятно. И зачем идете, тоже не сложно догадаться. Идете закупаться необходимым.

— А может, у нас увольнение? — скривился Федя. — Ну, командир добрый, погулять отпустил, развеяться?

— Честно признаться, я сначала так и подумал... Здесь часто ходят группы бойцов отдохнуть, потратить жалование... Дезертиры, опять же, не редкость,— кивнул трактирщик. — Но если с группой идет маг, да еще и стараясь не выделяться, это все меняет. Значит, охрана. А что можно охранять, если у вас ни повозки, ни лошадей?

— Опа-а... — протянул Федя.

— А что с магом не так? — прожевав, уточнила Кайя, совершенно не чувствуя за собой вины. — Что я-то не так сделала?

— Ну как же? — явно удивился трактирщик. — Маги — элита! Где они и где наемный сброд?

— Короче, ты была недостаточно высокомерна, — ухмыльнулся я и кивнул трактирщику. — Спасибо. Выходить прямо сейчас, думаю, бессмысленно, да?

— А зачем? — пожал плечами тот. — Денег за комнату я вам все равно не верну, а посыльный уже наверняка побежал куда надо. Так что спите, хоть отдохнете перед боем.

— Погоди! — перехватил уже встававшего трактирщика Федя, отдав ему монету. — А если все всё знают, почему тогда разбойников не вырежут?

— Потому что сегодня он разбойник, а завтра наемник, и наоборот, — усмехнулся трактирщик. — Да и наплевать всем. Местных они не трогают, а пришлые... Пришлые пусть сами между собой разбираются.

— Весело у них тут... — проворчал я, глядя, как трактирщик садится на свое место. — И выгода сплошная... Кто бы ни победил, пропивать нетрудовые доходы все равно сюда придет...

Некоторое время мы сидели, задумчиво поглядывая на оставшихся посетителей и потягивая из стаканов слабый алкоголь. Честно говоря, во всей этой ситуации меня напрягало только то, что у нас с собой нет винтовок, да и вообще, использовать огнестрельное оружие там, где это могут заметить, так себе идея... Хотя, конечно, если прямо прижмет, то и за револьверы схватимся, чего уж тут. Не пожалеть бы потом об этом...

— Хочу! — неожиданно заявил Федя, громыхнув пустым стаканом по столу. — Не знаю, как вам, а мне здешнее пиво понравилось... Хочу нетрудовые доходы!

— А мне в магии тренироваться надо... — буркнула Кайя, потеребив артефакт на шее.

— А я... А мне... — Я задумался, что бы такого сказать пафосного, чтобы переплюнуть товарищей, а потом махнул рукой и признался: — А я спать хочу! А с разбойниками завтра разберемся. Что, в первый раз, что ли?

Глава 9

Утро красит нежным светом... Наверное, тот, кто придумал эти строки, был прав, но красит оно, это утро, только когда выспался. А когда всю ночь, как дурак, просидел в комнате, бдительно охраняя и стойко обороняя... Короче, утром я был злым как собака и мечтал дать кому-нибудь в морду! Не то трактирщику, который понятия не имел о том, что такое кофе, не то Морозу, который, забрав своих разведчиков, усвистал еще ночью в сторону города, десантировавшись через узкое окно, наказав нам бдеть. И по возможности с утра изобразить из себя полноценный отряд. Втроем, ага... Хорошо хоть денег оставил...

— Смотри, что я купил! — Довольный Федя вел на поводу здоровенного быка, запряженного в массивную телегу. — Самое то для обоза, да?

— Угу... — вздохнул я, закончив умываться из деревянной бочки. — Ты телегой управлять умеешь? Я что-то руль ни разу не вижу...

— Ой, да ладно тебе! — махнул рукой будущий кучер и погладил по носу покосившуюся на него скотину. — Ничего сложного! Я по телику видел. Да и ты видел, сто пудов! В любом вестерне.

— А, ну тогда, конечно...

— А давайте и вправду сделаем как в вестерне? — вмешалась в разговор Кайя, до того молча уплетающая что-то из выпечки и с любопытством посматривающая на работников в поле. По сути, ранний подъем был лишь у местных фермеров да у нас. Ну а постояльцы, нарезавшись вчера алкоголя, сейчас бессовестно дрыхли. — Ну, тканью обтянем! Будет фургон. И от солнца спрячемся, и непонятно будет, сколько нас едет.

— Подержи! — Федя насильно сунул мне в руку повод и буквально умчался обратно за ворота, окликая какую-то красавицу.

— И как его Мора терпит? — проворчала Кайя, проследив взглядом за другом. — Бабник же!

— Да он только дурачится, — отмахнулся я. — Федя парень, может, и отмороженный на всю голову и раздолбай, но раздолбай честный.

К моменту, когда трактир проснулся и посетители спустились на завтрак, мы уже успели соорудить что-то типа фургона из телеги, потратив немалую сумму на парусину, которую каким-то чудом добыл Федя, оббежав полдеревни. И надо сказать, получилось у нас на удивление хорошо.

Нет, разумеется, конструкцию придется переделывать, да и в случае сильного дождя мы получим пузырь над головой... Но все же для нашей задумки фургон подошел как нельзя лучше.

— А остальные где? — поинтересовался у меня трактирщик, когда я объявил, что мы освободили комнаты и отбываем. Сам он спустился вниз недавно, а до того за стойкой сидели его сыновья, по очереди сменяя друг друга.

— Так в деревне, купить кое-что отправились, — громко ответил я, так, чтобы слышало побольше народу. — Сейчас по дороге и подберем.

Грузились в фургон за воротами и телегу вывели туда, ведя животное на поводу, поскольку не были уверены, что получится маневрировать во дворе без опыта.

— Ну что, погнали? — Федя сел на место возницы, мы погрузились в фургон и приготовились к неспешному путешествию. Что от нас, собственно, и требовалось...

Вот только местное животное не то застоялось и решило размяться, не то обиделось на иномирные способы управления... Но стоило Феде хлестнуть животное по мясистому крупу вожжами, как это рогатое чудовище рвануло вперед, едва не вырвав оглобли из телеги.

— В рот тебя колотить! — орал я, чудом зацепившись за заднюю стенку телеги и волочась ботинками по дорожной пыли. — Ты что творишь, гад?

Рядом со мной Кайя пыталась схватить меня за пояс и помочь забраться внутрь, но вместо этого чуть не вывалилась сама, когда телега подскочила на кочке.

— Тормози, м-мать... — начал я, но закашлялся от пыли, щедро забившейся в разинутый в крике рот.

Мимо промелькнуло удивленное лицо кого-то из крестьян, с визгом отскочила с дороги девушка с ведрами в руках, а потом и деревня кончилась, и мы помчались вдоль поля, поднимая за собой клубы пыли...

Выезд на имперский тракт сопровождался такой тряской, что я вылетел на камни с доской от заднего борта в руке, а сам фургон остановился метров через двести от места моего приземления, словно нарочно.

— Прибью придурка! — выдохнул я и закашлялся, выплевывая осевшую в горле и на зубах пыль.

Потом встал, отряхнулся, проверил, не отвалилась ли подошва у ботинок, и заковылял к фургону, радуясь, что авария случилась не у таверны. Вот бы опозорились!

— Серый, я разобрался, как тормозить! — радостно ухмылялся со своего места покрытый пылью Федя. — Тут несложно было!

— Да ты по жизни тормоз... — буркнул я, а потом, обнаружив у себя в руках доску, хотел было огреть ей друга, но не стал и отшвырнул деревяшку на обочину. Потом забрался в фургон... И вылез обратно — подобрать доску. Потому что это в нашем мире можно разбрасываться такими вещами. А здесь никаких пилорам рядом не наблюдается, и значит...

— И это я после этого тормоз? — ехидно осведомился Федя, увернулся от подзатыльника и предложил: — Залазь давай! Броню надо одевать. Потом не до того будет.

Броню надели все трое, даже Кайя, хоть и ворчала тихонько, но кирасу на себя нацепила сразу, и шлем, несмотря на жару, тоже надела. А вот кольчуги остались лежать в сумках. Просто потому, что от стрелы они не помогут, а двигаться будут мешать. Нет у нас привычки к таким вещам, а в бою это может обернуться проблемами, вплоть до летального исхода. Особенно в бою с опытными вояками.

— Ну что, поехали? — В этот раз я уселся поудобнее, уперевшись ногами в поперечину на дне телеги. — Давай, медленно и печально!

— А я это... — растерянно пробормотал Федя, повернувшись к нам. — Не знаю, как медленно. Я думал, надо вот этими штуками хлестнуть и рулить...

— Команды же есть... — сообразил я. — Голосом!

— Точно! — повеселевший Федя развернулся обратно и скомандовал: — Но! Но, пошла!

— Федя... — окликнул я друга. — Ты на русском командуешь...

— Да? — растерянно пробормотал он. — А как будет «но» по-имперски?

— А я знаю? Кто покупал скотину? Спросить не мог?

— А, ну и хер с ним! — рявкнул Федя и, хлестнув быка по боку, скомандовал: — Пошла!

Первое время бык снова несся вперед, как дурной, не зная усталости и страха. Я даже заподозрил, что в предках у этой скотины наверняка затесался лось как минимум. Видел я однажды, как царь тайги несется не разбирая дороги, так вот — бык от него не сильно отставал.

Но через некоторое время, не получая дополнительных команд, скотина перешла на легкую рысь, а потом и вовсе на шаг, что нас вполне устраивало.

— Фух, меня, кажется, укачало... — простонал я, стараясь дышать глубоко и часто, чтобы успокоить бунтующий желудок. — Может, его потому тебе и продали, что он дикий?

— Был бы дикий, не по дороге бы бежал, а в поле, — справедливо рассудила Кайя и, держась за поясницу, добавила: — Но пешком было удобнее...

Остаток пути до леса мы проделали со скоростью пешехода и даже со встречными повозками удачно разминулись, а когда до опушки оставалось не больше километра, Федя остановил фургон и, обернувшись, предложил позавтракать.

— Мороз же сказал в лес в полдень въехать, — объяснил он остановку. — Вдруг они этих разбойников не нашли еще? Нас тогда стрелами нашпигуют, как ежей...

— Как вариант, — кивнул я, а Кайя, недолго думая, полезла в рюкзак и вынула из него кулек со свежей выпечкой.

Хворост для небольшого костерка нашли прямо на обочине, и там же припарковали фургон, оставив скотину пастись.

— А что, неплохо время сократили, — прикинув, похвастался Федя. — Часа на два, не меньше.

— Да ну тебя... — Пока ждали закипающий чайник, я успел отойти за фургон, посмотреть на ноги, ноющие так, словно на них ожоги, и убедился в наличии асфальтной болезни. Кожа на некоторых участках была стерта до крови и теперь саднила, изрядно раздражая. — Еще боя не было, а у нас уже раненые.

— Ну... — Федя отвел глаза. — Сами бы тогда за руль садились, раз такие умные. Ну, за... За вожжи, вот!

— Ладно, забей... — махнул рукой я и с удовольствием цапнул из кулька последнюю булочку, ответив на возмущенные взгляды спутников привычной отговоркой. — Что? У меня молодой растущий организм!

— Поехали, молодой растущий... — Федя глянул на небо, прикидывая. — Вроде похоже на полдень. Часы бы нам...

Собрались мы шустро. Да и что там собирать? Убрать чайник, засыпать угли от прогоревшего костерка землей, вот и все сборы. Готовы были уже через пару минут.

А вот бык оказался не готов. Эта скотина поела всю траву, до которой дотянулась, а потом спокойно легла, подогнув под себя ноги, и не хотела вставать ни за какие коврижки. Хотя за коврижки-то она, наверное, встала бы... Но всю выпечку мы съели сами.

— Вставай, ленивая скотина! — орал дурниной Федя, тяня быка за повод, а я пытался сдвинуть с места наш транспорт, стуча ему по бокам хворостиной, но быку было пофиг на все наши потуги. Он уже приехал, а остальное наши проблемы...

Не помогало ничего. Ни уговоры, ни пинки и удары меча в ножнах. Бык был упрям как осел... И силен, как лось. И на все наши пляски вокруг его персоны реагировал предельно безразлично.

— Давайте я попробую? — Пока мы суетились вокруг животного, Кайя нарвала солидный пучок травы и принялась медленно подманивать рогатого гада, надеясь, что он встанет и сам подойдет угоститься вкусняшкой. Девушка подходила все ближе и ближе... А когда трава оказалась недалеко от носа быка, то стремительно высунул длинный язык, и выдернув траву из рук девушки, отправил ее в рот. И принялся не спеша пережевывать угощение.

— Вот урод... — Федя оглянулся по сторонам и, убедившись, что на дороге никого нет, вынул из-за пазухи револьвер.

— Федя, хорош, дурак, что ли? — рявкнул я, собираясь остановить друга от поспешных решений.

— Садитесь! — рявкнул этот отморозок, запрыгивая на спину упрямого животного. — Сейчас, сука, поедем!

А едва мы запрыгнули в фургон, как этот раздолбай поднес к уху быка ствол и спустил курок.

Наверное, эти края еще не видели таких скоростей! Обезумевшее от неожиданности животное, вскочив на ноги, помчалось по полю вдоль дороги, не чуя ног, ревя в голос что-то на своем коровьем языке. Наверняка матерное! Ну, потому что мы, мотыляясь по всему фургону, уж точно свою речь не сдерживали. Даже Кайя, узнавшая нецензурную лексику совсем недавно, в основном от армейцев...

— Ага! Юху-у! — радостно орал Федя, размахивая револьвером над головой. Другой рукой этот недоковбой держался за хомут, и держался, надо сказать, крепко... Во всяком случае, я лично видел, как пару раз его ноги взлетали выше головы, это точно!

Честно признаться, я думал, что наш фургон врежется в деревья на опушке, но даже испуганное животное соображало неплохо и в последний момент свернуло на дорогу, лишь с треском ударив борт фургона об дерево. Отчего мы внутри дружно отлетели к противоположному борту, а Федя рухнул на нас, не удержавшись на спине быка.

— Уй, блин... — Мне знатно прилетело по макушке револьвером, а в бедро воткнулось что-то острое, хоть и неглубоко. — Федя, м-мать... Я тебя убью!

Надо отдать должное моему другу, он даже не пытался огрызаться, а вместо этого, протоптавшись коленями по моему телу, рванул к поводьям, которые остались закрепленными на передней стенке телеги. И спустя несколько километров все-таки остановил телегу, натянув эти самые поводья так, что мне даже жалко стало животное.

— Федя, ты... — начал было я, но заткнулся, растерянно глядя на наконечник стрелы, торчащий из борта повозки. О который я и порезался, пока летал по фургону. — Трындец... Мы все пропустили...

Впрочем, уже спустя минуту сзади нас послышался хруст веток и на дорогу выскочил разбойник с дикими глазами и с мечом в руках.

Я дернулся было достать топор, но Кайя успела раньше, и привычный волшебный снежок врезался агрессору в грудь, отбросив того назад в заросли.

Ну а следующего нападающего уже я встретил во всеоружии, с размаху саданув выскочившему из кустов гаду доской в шлем. А потом от души добавил ногами, вымещая все раздражение и злобу, накопившиеся за утро...

А рядом со мной Федя, размахивая моим топором, гонял по дороге лучника, у которого за спиной висел колчан со стрелами, а правая рука висела плетью.

Лучник был явно не дурак и на мечах подраться, но раненое плечо не позволяло драться правой рукой, а левая его подводила. Ну или рана лишила былой сноровки и сил...

Как бы то ни было, но с разбойниками мы справились. Пока мы с Федей добивали своих противников, Кайя работала в качестве прикрытия, хладнокровно расстреливая магией кусты, порой швыряя заклинания на слух, или даже, на всякий случай, для профилактики. Не знаю, как разбойники, и от чего они убегали, но сам я на их месте соваться к нам не стал бы...

— Эй, отставить, свои! — после очередного волшебного залпа заорали в лесу, и спустя несколько минут на дорогу вывалился Мороз с небольшим арбалетом в руке. — Все, успокойтесь, все кончилось!

— Вы... Блин, психи! — Следом за Морозом из кустов вывалился один из разведчиков с обломком меча в руке и, швырнув рукоять меча под ноги, рявкнул: — Какого хера!

Еще раз пнув труп разбойника, я злобно глянул на бойца, потом шагнул к Феде и, выдернув у того из рук свое оружие, огляделся по сторонам.

Из леса на дорогу по очереди выбирались разведчики, настороженно глядя на нас. Кайя, злобно поглядывая на лес, не спеша застегивала цепочку с артефактом на шее. Федя... Мудак... И бык, который стоял запряженный в фургон и с укором смотрел на нас, примерно с тем же выражением на морде, что и у Мороза. То есть с немым вопросом «Это что было?».

— Вы че, блин? — задал я многозначительный вопрос Морозу, кивнув на торчащие из борта фургона стрелы и на порванную парусину.

— А вы че? — не растерялся Мороз. — Я же сказал, в полдень входите в лес, мы к тому времени приготовимся, займем позиции...

— Мы вошли! — фыркнул Федя, потом пожал плечами и поправился: — Ну, въехали...

— Да ни хрена себе! — рявкнул оставшийся без оружия разведчик. — Влетели, как черти, с воплями, пролетели мимо... Да тут не только разбойники охренели, мы сами ничего сделать не успели. Начали стрелять, а эти... А потом... Черт, кто в меня магией стрельнул? Я еле успел мечом закрыться, чуть башку не отхреначило!

— Ладно, проехали... — Мороз подобрал меч лучника и сунул его в руки разведчику. — Пошли трофеи собирать, пока никого на дороге нет.

Разбойников оказалось почти два десятка, и из них половина была вооружена луками. Эти уроды заняли удобную позицию и наверняка рассчитывали расстрелять нас на расстоянии, сперва мага, потом и остальных. А Мороз со своими рассчитывали расстрелять лучников, как только они встанут для того, чтобы стрелять. Лук в этом отношении не слишком хорош для засады, лежа не постреляешь, в отличие от арбалета.

— Кстати, Мороз, — задумчиво поинтересовался я, сгружая добычу в фургон. — А когда ты собирался поделиться с нами оружием? Это же не местная поделка, да? Это с родины привет?

— Да вот еще! — возмутился разведчик, машинально убирая стреляющую игрушку за спину. — Штучная работа, на заказ делали! Только для разведки.

— Жмот... — буркнул я, про себя решив, что обязательно раскручу Мороза на такие же арбалеты для всей нашей компании. Вроде игрушка игрушкой, а стрелка входит в тело так, что даже хвостовика не видно. Вещь!

Трупы разбойников с дороги отнесли в лес, предварительно сняв с них доспехи и оружие. Ну и деньги, конечно, у кого нашли. Добычу сложили в фургон и, поправив на себе амуницию, собрались в путь. До города оставалось не больше двух часов ходьбы, и стоило поторопиться, если мы хотели успеть сегодня хоть что-то.

— Пошел! — Федя дернул повод, заставляя быка тронуться в путь, но в это время раздался треск, и одна из осей фургона лопнула, заставив транспорт перекоситься набок. — Ну екарный бабай... Чего все через жопу-то, а?

Глава 10

Наверное, этот город видел на своем веку и более странных путешественников, во всяком случае, стражники у ворот смотрели на нашу конструкцию на бычьем ходу практически равнодушно. Лишь один усмехнулся в усы да предупредил, что ночевать на улице строго запрещено, и если патруль наткнется на бомжей, то всех оштрафуют, и штраф этот будет больше, чем стоимость комнаты даже в лучшем трактире города.

На что мы только кивнули и продолжили свой путь. Разве что уточнили, где в этом городе можно купить или починить транспорт...

В итоге мы втроем отправились сразу на рынок, где торговал мастер, который сможет нам помочь, а разведчики отправились искать нормальную таверну, где можно снять несколько номеров сразу.

— А чего мы сразу работать, а вы по тавернам? — возмутился было Федя, но в ответ получил только фырканье.

— А кто сломал телегу?

— А кто ее купил? — не сдавался Федя.

— Вдвое дороже, а потом сломал! — ухмыльнулся Мороз. — Инициатива имеет инициатора, ты же в курсе?

Федя с тоской обернулся на телегу без задних колес, на оглобли которой для баланса были навешаны самые тяжелые доспехи, потом прислушался к возмущенному бурчанию желудка и кивнул, даже не оставив за собой последнего слова, что было совсем на него непохоже...

— Даже скандалить не стал? — тихонько удивилась Кайя, разглядывая каменные и деревянные дома по обеим сторонам улицы, рядом с которыми весело бесилась ребятня, играя во что-то местное. — Устал, наверное...

— Ага, конечно! — Я аж с шага сбился. — Скорее понял, что пока они там будут бегать между заведениями, мы уже освободимся. Опять же, по рынку побродить можно будет спокойно, не оглядываясь на командование.

— Вы чего там шепчетесь? — Федор шел впереди, ведя за повод уставшую от сегодняшний приключений скотину, и потому не слышал, о чем мы говорили. — Идите лучше вперед, не буду же я через толпу телегу гнать?

Рынок в приграничном городе оказался совсем недалеко от ворот и расположен был вдоль стены, что неудивительно, наверняка специально для пришлых все организовали, чтобы не шлялись по городу наемники, безобразия не устраивали и к девкам не приставали.

Даже парковка для телеги нашлась сразу, с коновязью, конюхом и огромной бадьей воды. Причем нам пообещали, что за денежку малую быка оботрут, накормят, напоят и за вещами присмотрят, теми, что в телеге.

— Ну что, куда теперь? — Я хмуро смотрел на ряды прилавков, между которыми сновали люди. — Пойдем искать тележника? Или как его там?

— Так вон же! — Молодой парнишка, распрягающий нашего быка, указал рукой себе за спину, туда, где огороженный каменным забором стоял одинокий дом, в отличие от соседей, приземистый, но широкий.

— А вывеска где? — уточнил я, удивившись.

— А зачем? — не понял пацан. — Там же мастерская.

— Ну... Тогда мы рано быка освободили. — Я поскреб затылок, прикидывая, как удобнее будет подъехать к мастерской.

— Сейчас я дядьку Кныша позову, он посмотрит. — Пацан кинул быку охапку сена и стартовал к нужному двору бегом. Либо монета, которую мы ему отдали заранее, так подействовала, либо, и скорее всего, дядька, за которым он побежал, тоже в долгу не останется и за наводку на клиентов чем-то отдарится. Ну или они и вправду родственники.

Надо сказать, мелкий бизнес в этом городке работал как надо, потому что не прошло и пяти минут, как вокруг нашей телеги бродил здоровый мужик со стружкой в кудрявой шевелюре и, укоризненно качая головой, бормотал что-то, поглядывая на нас с осуждением.

А потом кивнул своим мыслям и, назначив цену, ушел, сказав, что завтра утром все будет готово. А пацан заодно пообещал показать нам, где в этом городе можно разжиться транспортом, не слишком дорогим, но качественным. Но опять же завтра, когда у него будет выходной.

— Ну что, прогуляемся? — Едва мы разобрались с заботами, как Федя, подхватив свои трофеи, обратил свой взгляд на торговые ряды. — Перекусим да посмотрим, что здесь почем. Может, и себе арбалеты приобретем.

— Зависть — плохое чувство! — ухмыльнулся я, но пару кольчуг подхватил и, кивнув Кайе на мечи, потопал следом за другом.

— Плохое чувство — это когда на тебя несется здоровяк с железкой, а тебе стрелять нечем, — отмахнулся от несправедливых обвинений Федя. — Опять же, нам еще обратно ехать через тот же лес.

— Ты что, думаешь, там по разбойнику на квадратный метр? — усмехнулся я, но идея приобрести что-то стреляющее пришлась по душе и мне.

— А я бы нормальную обувь купила, — внесла свой вклад в список покупок Кайя. — По жаре в ботинках — это же ужас! Ноги болят вечером...

Рынок, несмотря на другой мир, не слишком отличался от земного. Разве что прилавки были деревянными, а навесы над ними не из пластика, а из парусины. Вот, собственно, и все отличия.

Покупатели тоже не слишком отличались. Разве что внешне, одеждой да корзинами вместо пакетов. А в остальном... Были и те, кто просто бродил между рядами, глазея на товары, и те, кто торговался за каждую монету. Ну и, разумеется, ругань торговцев активно разбавляла какофонию звуков.

— Ненавижу толпу! — пожаловался я Кайе уже через несколько минут после того, как пришлось встроиться в неспешно бредущую толпу. Если честно, то меня просто распирало от желания толкнуть дородного пузана впереди, перегородившего весь проход своими телесами и вальяжно шагающего точно передо мной, и, обойдя его, ускорить шаг. Но увы, плодить проблемы в чужом городе не стоило.

— Глянь, доспехи! — Федя, умудрившийся проскочить вперед, обернулся и гаркнул прямо в лицо пузану, уверенный, что мы идем следом. И в этот момент толстяк отшатнулся, сминая прилавок тушей, а я, стараясь скрыть злобную ухмылку, проскочил вперед, потянув за руку Кайю.

Сзади послышалась ругань, но мы уже скользнули к прилавку с доспехами и, сгрузив свою ношу на прилавок, выдохнули с облегчением. Как оказалось, зря.

— Чего вы мне этот хлам тут бросили? — хмуро поинтересовался продавец доспехов и, двумя пальцами приподняв край кольчуги, брезгливо посмотрел на пятно крови. — Здесь продаются качественные вещи. Продаются, а не покупаются!

Пришлось снова нагружаться трофеями и шагать дальше, в поисках более сговорчивого торговца.

— Как так-то? — возмущался Федя. — Раз торгует доспехами, значит, и купить должен был!

— Угу... В играх, наверное, так, — пояснил я, сообразив, в чем наша ошибка. — А ты попробуй у нас на центральном рынке продать торгашам ту же картошку. Тебя отправят в пешее эротическое путешествие!

— Ну... — задумался Федя и нехотя кивнул. — Может, и так. Нужен скупщик!

Однако сколько мы ни бродили по рядам, расспрашивая местных о том, кому тут можно продать наши трофеи, никто внятно так и не ответил. Все делали вид, что не понимают, о чем речь. Не то из вредности, не то мы просто что-то не понимали...

— Так! — В какой-то момент Кайя вручила мне связку мечей и, взяв в руку кошель с монетами, огляделась по сторонам. — Стойте здесь, я сейчас!

Оставив нас ждать немного в стороне от торговых рядов, девушка решительно прошла вдоль прилавков, возвращаясь немного назад, и уже через несколько минут стояла, выбирая себе легкие туфли, при этом непринужденно беседуя с продавцом, массивной женщиной средних лет.

— Нам нужно к кузнецу! — высказалась Кайя, вернувшись, и крутанулась вокруг своей оси, демонстрируя легкие туфли и цветное платье чуть ниже колена. — Красиво, да?

— Гениально! — фыркнул Федя, опередив мою похвалу. — А мы-то и не догадывались!

— Будешь ворчать, не скажу, где найти этого кузнеца! — хмуро посмотрела на Федю Кайя и, повернувшись ко мне, приподняла бровь, всем своим видом показывая, что ждет реакции на обновки.

— Красиво, солнышко! — тут же поспешил реабилитироваться я. — Ты и так самая красивая в городе, а уж с этим платьем и вовсе...

— То-то же! — улыбнулась волшебница и, подмигнув, пошла вперед. — Идемте, мне подсказали, где найти кузнеца, где тут можно перекусить и где можно заработать, отправив слуг на ринг.

— Погоди! — нахмурился я. — Это мы, что ли, слуги?

— Ну... — немного растерялась девушка. — Я маг, вы моя охрана... И сразу же все становятся вежливыми и благожелательными!

— Могла бы сказать, что мы тоже маги... — проворчал я, поморщившись, но развивать тему не стал.

Кузнеца мы нашли на самом краю рынка, и надо сказать, я никогда бы не додумался, что человеку, занимающемуся заточкой ножей, можно продать доспехи и оружие. Хотя... Если честно, к тому моменту мне уже было наплевать.

Торговлей с нашей стороны занимался Федя, который о чем-то яростно спорил с флегматичным мужиком, а потом просто скинул под прилавок все наше железо и, ссыпав монеты в кошель, вернулся к нам.

— Антимонопольной службы на них нет! — ворчал он, шагая назад. — Прикинь, за полцены продал. И ни копейкой больше. Мол, не нравится — ищите другого... Пошли уже жрать, а?

Мест, где уставшие посетители рынка могли перекусить, было два. И как я понял, различались они по ценам и качеству продуктов. Ну и по категории посетителей, разумеется... Если в одном питались, стоя чуть в стороне от прилавка, а потом сдавали посуду назад и шли дальше, то в другом все было более удобно и привлекательно. Надо ли говорить, что мы пошли туда, где можно было посидеть и вытянуть уставшие ноги?

Кафе или трактир, не знаю, как правильно переводилось название, оказалось довольно уютным, и уже через несколько минут у нас на столе стояли подносы с прохладным компотом и чем-то вроде пирожков. И все было бы отлично, если бы не жирная морда того самого толстяка, которого мы «обидели» на рынке.

Этот нехороший человек изо всех сил старался испортить нам аппетит, злобно зыркая в нашу сторону и нашептывая что-то своему собеседнику, худощавому парню с острым взглядом и лицом уголовника.

— Гадости, наверное, говорит! — Федя нагло подмигнул жирному, отчего тот закашлялся. — Надо же было ему и тут рядом оказаться...

— Да пошел он! — Я передвинул стул, чтобы не портить себе аппетит, и расположился спиной к толстяку. — Где будем искать учителей? Кайя?

— Да я как-то забыла спросить... — растерянно призналась девушка. — Можно вернуться и...

— Ну уж нет! — дружно запротестовали мы с Федей. — Хватит на сегодня! Надо еще наших найти.

— Так договорились же к вечеру у ворот встретиться? — пожала плечами Кайя. — А до вечера еще несколько часов.

— Вот за эти несколько часов лучше нормального оружейника поищем...

Договорить я не успел из-за того, что мне за шиворот полилась струя холодной воды, и вскочив, я обнаружил перед собой того самого уголовника, еще недавно беседовавшего с жирным. На худощавой роже уголовника промелькнуло удовлетворение, какое бывает после качественно проделанной работы, и он явно готовился сказать что-то, но...

В этот удар я вложил всю злость и раздражение, которые накопились за день, после путешествия по жаре, дурацких проблем со скотиной, толчеи на рынке... Короче, мой стакан разбился о морду худого уже через мгновение, а потом туда же ударил и табурет, на котором я только что сидел.

— А как же дуэль... — услышал я растерянный возглас жирного и, не особо размышляя, отправил табурет в противную рожу, прямой наводкой.

Бум! Гулкий удар, последовавший за этим, был самой лучшей музыкой для моих ушей... А грохот опрокинутого стола, за который пытался цепляться контуженный броском жирдяй, и вовсе вознес мое настроение на недостижимую высоту.

— Валим? — Федя цапнул со стола последний пирожок и вскочил, готовый бежать, как в юности, во время очередных хулиганских выходок, но я только покачал головой и, забрав от соседнего стола новую табуретку, сел обратно.

— Останемся, заплатим штраф, — пояснил я, вспоминая, что там было про имперские законы. — Сбежим — штраф будет в несколько раз больше...

— Гадство... — проворчал Федя и... пошел за новой порцией пирожков.

— Жирного-то зачем приложил? — тихонько спросила Кайя. — Он-то сидел спокойно.

Пожав плечами, я хмуро наблюдал, как пострадавших приводят в чувство работники кафе, и радовался тому, что никого не убил... А заодно пытался понять, чего так взбеленился на ровном месте. Подростковый максимализм сработал? Так вроде бы не подросток давно. И если уголовник свое заслужил, то в том, что жирный сам виноват, убедить никого не удастся.

— Чего молчишь? — Кайя, как выяснилось, говорила еще что-то, но я прослушал, погрузившись в свои мысли. — Ты меня слушаешь вообще?

— Слушаю... — вздохнул я и признался: — Думаю, что это все магия виновата. Ну, которая на нас влияет и все такое... Гормоны там...

— Ой, да ладно! — жизнерадостно заявил Федя и поставил на стол новое блюдо с выпечкой. — Просто ты раздолбай, вот и все!

Несмотря на происшествие, в кафе практически ничего не изменилось, чему я, если честно, изрядно удивился. Посетители, замолчавшие на несколько минут, пока из зала выводили пострадавших, вскоре снова разговаривали о чем-то своем, весело смеялись над чем-то и ели, как будто ничего не произошло. Хотя, может быть, это и было обычным делом и здесь регулярно кто-то получает по морде?

Стража, явившаяся на вызов вскоре, тоже не суетилась, спокойно пришли, поинтересовались, в чем дело, и начали опрашивать свидетелей, не обращая внимания на вопли толстяка, который вился вокруг стражников, убеждая их в чем-то. В чем он их пытался убедить, я так и не понял, уж больно он тараторил, выплевывая слова и брызгая слюной на доспехи стражи.

Нас доблестная троица в начищенных кирасах принципиально игнорировала до последнего момента, чтобы в итоге, предъявив лист бумаги с подсчетами цены, застыть над нашим столом.

— С вас пятьдесят монет, — лениво выдал старший патруля, когда подсчеты были окончены. — Десять за убытки заведению, два десятка за уклонение от дуэли и еще два десятка за того торгаша, в которого вы бросили стулом. Платить будете или предпочтете отработать? Нам как раз нужны лесорубы...

— Погодите! — возмутился я, машинально поправив топор за спиной. — Какое уклонение от дуэли? На меня вылили стакан компота, я вколотил этот стакан ему в морду. При чем здесь дуэль?

— И табурет, — хохотнул самый молодой из стражников.

— А? — обернулся я к нему.

— Табурет, говорю, тоже вколотил! — охотно пояснил стражник и добавил: — Вас оскорбили действием, и за это вы должны были вызвать негодяя на дуэль и там уже бить, убивать, делать все что угодно...

— А зачем? — искренне удивился я. — Про дуэль он не сказал ни слова. Проявил неуважение, получил в морду, в чем проблема-то?

— Таковы правила, — пожал плечами старший патруля. — Нельзя ходить по городу и бить всех, кто вам не понравится. И да, если вы против, повторяю, нам пригодятся лесорубы. У тебя и топор есть...

— Я этот топор сейчас засуну в... — Разумеется, никакого тощего с уголовной рожей я не обнаружил, сколько бы ни высматривал. Он свалил, только дав показания, а потому пришлось раскошелиться и заплатить штраф, отдав все, что удалось выручить за продажу доспехов и мечей из нашей доли трофеев. И сумма эта, признаться, была отнюдь не маленькой...

— В следующий раз смело вызывайте хулигана на поединок и смело бейте сколько захотите, — напоследок посоветовал молодой стражник, снова переходя на уважительную форму речи. — Так удобнее, поверьте. Все, что будет использоваться в дуэли, достается победителю, еще и заработаете.

—Угу... — пробормотал я, безуспешно пытаясь найти взглядом жирного купца. — Так и сделаю, обязательно!

А в это время Кайя о чем-то беседовала со старшим патруля в дверях кафе, расспрашивая бравого стражника, распушившего хвост перед красивой девушкой.

— Сдается мне, дуэль скоро будет, да? — хмыкнул Федя, проследив за моим взглядом.

— Стражников вызывать нельзя, — буркнул я и, заставив себя успокоиться, хмуро наблюдал за переговорами, сообразив, о чем там идет речь.

— Готово! — Явно довольная собой девушка легко порхнула ко мне и, приобняв, чмокнула в нос. — Я знаю, где нам найти людей!

Глава 11

Как выяснилось, с выкупом долга здесь все обстояло даже проще, чем мы думали. Вот только ничего хорошего из этого не вышло...

— И что, это все? — хмуро оглядев неровный строй душегубов, уточнила у стражника Кайя, которую мы опять выдали за мага, благо к ним в империи было особое отношение. Если не как к благородным, то около того. Во всяком случае, через губу с нами не разговаривали и воспринимали серьезно.

Только помогло ли это нам? Да ничем не помогло, если честно. Потому что все, чей долг можно было выкупить, нам совершенно не подходили. Нет, среди шестерых убийц, осужденных на каторжные работы, было два человека, которые могли бы нам пригодиться. Ну, чисто в теории. А на практике доигравшийся бретер с пустыми глазами убийцы мог бы нас научить фехтованию... А мог и убить, не особо напрягаясь. Вырезать часовых и свалить на все четыре стороны.

Ну а второй вариант... Девушку лет тридцати, с явно ограниченной социальной ответственностью, можно было бы нанять учителем имперского, благо местную школу она закончила, если бы не одно но... И дело было даже не в том, что Кайя прибила бы ее сразу при входе из тюрьмы, нет. Просто эта хрупкая девушка оказалась за решеткой, после того как отравила целую семью, родственников своего жениха, да и его самого заодно. С меркантильными целями, разумеется. И получив наследство, тут же принялась кутить и транжирить, на чем и погорела.

— Это все, кто у нас есть, — пожал плечами стражник и, звякнув ключами, задумчиво пояснил: — Всех полезных разбирают раньше, чем они попадают к нам. Дураков нет гнобить на каторге, к примеру, толкового кузнеца или учителя.

— Вот же...

По сути, в городе нам делать было нечего, благо с транспортом мы разобрались еще вчера, и как раз сейчас Мороз со своими людьми закупал припасы, причем даже не на рынке, а на каком-то складе для местных вояк. Не знаю, была ли такая возможность предоставлена для всех наемников, или сделала свое дело коррупция, да и знать не хочу, если честно. У них свои дела, у нас свои, которые мы так и не решили.

— Что делать будем? — Федя оглянулся на расстроенную неудачей Кайю и незаметно для нее пожал плечами, показывая, мол, успокаивай сам.

— Попробуем в следующий раз, делов-то! — преувеличенно бодро хмыкнул я и, приобняв супругу, успокоил: — Не расстраивайся, ты молодец! Просто понадобится больше денег, ну и... Думаю, придется в следующий раз не в тюрьму идти за людьми, а в суде договариваться.

— А что, так можно было? — удивилась Кайя, не испорченная замашками развитых цивилизаций.

— Выходит, что можно, — пожал плечами я. — Сама же стражника слышала. Но для этого нам надо раздобыть местные деньги.

— Как всегда... — многозначительно хмыкнул Федя. — Не в деньгах счастье, а в их количестве, да?

С финансами на самом деле все было неплохо, во всяком случае, на то, чтобы развернуться, отряду их хватило, но и только. Нет, родное государство грозилось предоставить самое полное финансирование, но тут вмешалась суровая правда жизни. Золото через портал не проходило, так же как железо, и пришлось идти другим путем... И когда этот другой путь принесет результаты — было неясно.

— Ламар сколько смог выдал, — пожал плечами я. — Дальше сами.

— Займемся дуэлями или пойдем на большую дорогу? — Вот что мне нравилось в Феде — это то, что он всегда был полон энтузиазма. А не нравилось то, что энтузиазм этот не всегда совпадал с нашими возможностями. Впрочем, судьба напомнила об этом факте почти мгновенно, стоило лишь вернуться в таверну, где нас должны были ждать остальные.

— Вы где ходите? — рыкнул Мороз, едва мы переступили порог комнаты. — Андрюха ранен, помощь нужна...

Собственно, помощь была нужна только от Кайи, мы же с Федей оказались не у дел и бесполезно мялись у входа, пока нас не выгнали вниз, ждать в зале. И то, что я увидел, пока был в комнате, мне сильно не понравилось...

Андрюха, тот самый боец, кому Кайя ударом магии сломала меч, лежал на окровавленной кровати и едва дышал. Что неудивительно, учитывая пробитое легкое и перетянутую жгутом ногу.

— Что у вас случилось, опять разбойники?

Ребята Мороза сидели в зале, заказав чего-то из еды, но так и не прикоснувшись к ложкам. Неудивительно в общем-то, учитывая, что их товарищ лежал при смерти и было не ясно, выживет ли.

— Поединок, — сказал, словно выплюнул, молодой парень, бритый налысо, но с таким количеством веснушек, что не опознать рыжего было невозможно. — Пьяный в хлам наемник доколупался, а когда получил в морду, вызвал... Мол, оскорбление действием...

— Что ж все так сложно-то? — вздохнул я. — Ну подрались бы, разбили друг другу морды и разошлись...

— Мордобой — это, конечно, хорошо... — покачал головой Федя. — Только он пьянку продолжить не поможет...

— В смысле? — не понял я, но почти сразу же сообразил, вспомнив богатый доспех Андрея и не самый плохой меч в придачу. Он же самое лучшее из трофеев себе выбрал... — Сообразил... Понты наше все, да? Мы вон в рубахах пошли, так никто не докопался. Взять-то с нас, кроме топоров, нечего.

— Не капай на мозги, — попросил один из бойцов, который во время знакомства представлялся, но, если честно, его имя вылетело из головы почти сразу. — Сами уже сообразили, что к чему.

— А чего за лекарем не послали? — сменил тему я, не став раздражать переживающих людей.

— Маг-лекарь в отъезде, а прибывший из местной больницы коновал только руками развел, — поморщился рыжий.

Мороз спустился в зал через полчаса, с таким уставшим видом, словно он сам занимался лечением подчиненного. Хотя... Судя по пятнышкам крови на одежде, может, и поучаствовал...

— Жить будет! — обрадовал он группу и, усевшись за стол, некоторое время молчал, обдумывая что-то. — Вечером выдвигаемся на заставу.

— Почему вечером? — В отличие от разведчиков я решил уточнить. — И почему сегодня? Раненому отлежаться бы...

— Потому что к вечеру каждый алкаш в этом гребаном городе будет знать, что мы легкая добыча! — зыркнул на меня Мороз и, поморщившись, добавил: — Тот хмырь, даже в хлам пьяный, уделал Андрюху легко и непринужденно, играючи. Понимаешь?

— При этом вы все с ног до головы в железе и даже с виду не бедные... — кивнул я. — Логично. А почему вечером?

— Лес лучше бы пройти по темноте, — вместо командира ответил рыжий. — Хорошо бы вообще ночью выйти, так чтобы никто не прочухал... А уж в степи от любого отобьемся.

Рыжий хлопнул себя по бедру, где в кармане угадывались очертания револьвера.

— Ночью не получится, — поморщился Мороз. — Ворота на закате закроют. А утром может быть поздно. Ешьте давайте, и по комнатам. Носу из номеров не показывать до моей команды, ясно?

Видимо, новость о том, что товарищ выкарабкается, улучшила аппетит ребят, и вскоре за столом остались только мы с Федей да сам Мороз, с явным раздражением поглядывающий на нас. А мы что? Сидели, трепались о разном да ждали, пока нам принесут еду, которую как раз готовили к ужину. Может быть, где-то в столице империи или в крупных городах и существовали рестораны, где каждую порцию готовили отдельно, но здесь, в приграничном городе, да еще и в не самой дорогой таверне, об этом можно было и не мечтать. Есть несколько готовых блюд в здоровенных котлах, покупай и ешь. А не устраивает — вали в другое место.

— Странно здесь все с дуэлями этими... — глубокомысленно вещал Федя. — Почему, например, это не запретили, а, наоборот, поощряют? Это ж какая убыль населения?

— Империя, как я понял, постоянно воюет, — пожал плечами я. — Вспомни, сколько их было на островах? А тут еще степь, и еще где-то прямо сейчас бодаются... Вот и растят боеспособное население.

— Да ну, бред же? — скривился Федор в скептической усмешке.

— А ты посчитай, сколько наемников сейчас на границе за гражданство бьются? — прервал свое молчание Мороз. — Выживут — вольются в империю. И так каждый год. По сути, среди них дуэли и происходят по большому счету.

— Угу, конечно! — поморщился Федя. — И вот такой вот выживший отморозок пойдет драконить гражданских и жить за счет этого. Нормально? Что-то не сходится.

— Слушай, вот чего ты доколупался? — буркнул я. — Я-то откуда знаю?

— А знать надо! — покачал головой Федя. — Нам в этой стране несколько лет жить. Пусть и в роли Штирлицев...

Федя отодвинул недопитый стакан с компотом и, резко поднявшись, ушел к барной стойке. В этом здешнее заведение не сильно отличалось от наших, и посидеть потрепаться с трактирщиком или с другими посетителями возможность была.

— Так-то пацан прав. — Мороз проводил Федю взглядом и, покачав головой, пояснил: — Нет, конкретно сейчас это нам никак не поможет, но в будущем пригодится. Стратегически мыслит парень...

— Пацану сорок с копейками, — ухмыльнулся я. — И ни фига он не стратег. Просто его бесит, когда что-то нелогично. Вот прям до офигевания раздражает. Потому и женился только сейчас... Где бабы, а где логика?

— Ну не скажи! — Мороз хмыкнул, но тему развивать не стал, вместо этого спросив про то, что его давно интересовало: — Кстати, про возраст. Как вас угораздило-то? Выглядите же как шпана, студенты и есть...

— А что, в личном деле не написано? — вопросом на вопрос ответил я. — Только не говори, что вас не ознакомили.

— Ознакомили, но там в общих чертах, — пожал плечами разведчик. — Попали, мол, в магическую аномалию и скоро скопытятся...

— Что, так и написано?

— Ну... — вздохнул Мороз. — Нет, конечно. Это я своими словами, сократил немного. А что, неправда?

— Правда, наверное... — вздохнул я. — Начальству виднее. А как угораздило...

К тому моменту, как нам принесли ужин, я успел пересказать Морозу часть наших приключений в другом мире и в общих чертах обрисовал проблему с заражением магией. А там и Кайя спустилась, уставшая, но довольная выполненной работой. Да и Федя вернулся к столу, не иначе на запах жаркого, щедро сдобренного мясом.

— Все, выяснил! — довольный собой Федя плюхнулся за стол и, придвинув к себе тарелку, приготовился есть, но я успел выхватить ложку прямо из-под руки у друга.

— Рассказывай давай! — не обращая внимания на возмущенный взгляд, потребовал я. — Не надо нам тут театральных пауз на перекус!

— Взяли бы и сами все разузнали... — проворчал Федя, но, вздохнув, начал объяснять. — Короче, тут все проще некуда, просто мы не врубились сразу. Есть два вида оскорблений, словом и делом. Ну, это если тебя обматерили или в морду...

— Да поняли мы! — прервал я разжевывания. — Не отвлекайся, а то остынет все.

— Ну так вот, — смерив меня негодующим взглядом, продолжил Федя. — Поединки, соответственно, тоже двух видов: кулачные и с оружием. И выбор за тем, кто вызывает на поединок. Выбрать можно любой вариант, но за слова принято выбирать мордобой, а уже за действия — полноценную дуэль. Можно, конечно, и не так, но общество не поймет...

— И что? — удивилась Кайя. — Ну не поймут, и что?

— Люди стадные животные, — пожал плечами Мороз, опередив Федю. — С хреновой репутацией можно жить, но не там, где каждый второй вооружен и готов тебя прирезать за косой взгляд.

— Примерно так, ага, — подтвердил Федя. — Что еще... А, да! Короче, победитель вправе снять с проигравшего все, хоть до исподнего. Потому до вас и докопались. Броня, она, знаешь ли, дорого стоит. Ну и меч опять же...

— А мы как вчера проскочили? — задумался я. — По-хорошему, меня можно было бы смело на дуэль вызывать?

— Так ты тому ушлепку сотрясение как минимум обеспечил, — хмыкнул Федя. — Какой из него боец после этого?

— А, ну да... — кивнул я. — Ладно, выяснять-то ты ходил не это?

— Про гражданских я тоже выяснил, — пожал плечами Федя. — И там все банально и просто. Не умеешь драться — осваивай профессию, вступай в гильдию и живи себе спокойно. Ну, в профсоюз, по-нашему.

— И что, членов профсоюза нельзя вызывать? — удивился Мороз. — А если такой вот работяга сильно борзый?

— Можно, — мотнул головой Федя. — Но там уже гильдия будет разбираться, и если что не так, то обидчика угробят, не считаясь с затратами. Найдут способ.

— Умно... — покачал головой Мороз. — Но в целом не размахивать по пустякам руками — и можно обойтись простой дракой...

— В целом да, — кивнул Федя. — Кто молодец?

— Где ж ты раньше был, молодец? — буркнул Мороз и, внезапно стиснув зубы, уставился в сторону дверей с нескрываемой ненавистью.

— Что? — Я обернулся, как раз успев увидеть, как в двери ввалилась откровенно нетрезвая компания во главе с наемником в подозрительно знакомом доспехе. — Этот, что ли?

Не ответив, Мороз вдруг злобно ухмыльнулся и, схватив ложку, зачерпнул из тарелки жаркое и, словно школьник в столовой, отправил еду в полет, прямиком в голову наемника. Реакция не заставила себя ждать. Ругаясь на смеси имперского и какого-то неизвестного языка, наемник стремительно развернулся, отыскивая взглядом того, кто посмел учудить такую шутку. И долго искать ему не пришлось...

— Ты это мне? — рявкнул Мороз, вскакивая на ноги. — Поединок без оружия, прямо сейчас!

— Блин... — только и успел выдохнуть я, выскакивая из-за стола следом за разведчиком. — Екарный бабай...

— Да ладно, Серый, все правильно! — В отличие от меня, Федя был откровенно доволен ситуацией и, хищно поглядывая на спутников наемника, разминал руки. — Нашего ранили, надо ответить!

— Как бы потом двоих не пришлось лечить... — поддержала меня Кайя, но за столом не осталась.

Площадка для поединков обнаружилась на заднем дворе таверны и особо ничего сложного из себя не представляла. Просто пятачок земли, щедро засыпанный песком.

Наемник, ранивший утром Андрея, поглядывал на нас с явным превосходством, но к поединку отнесся серьезно. Даже латные рукавицы откуда-то взял... И вышел в круг ровным, почти трезвым шагом.

— Справишься? — с сомнением глядя на закованного в железо бойца, спросил я Мороза, на что тот только кивнул и, не задерживаясь, отправился на арену.

Выглядело все это странно... Мягко говоря. С одной стороны боец в кольчуге, усиленной стальными нашивками, с другой Мороз в одной рубахе и с голыми руками.

— Блин... — повторил я, присматриваясь к наемнику и лихорадочно придумывая повод вызвать его, когда он расправится с разведчиком. Всегда же думаешь, что с любой задачей справишься лучше других...

Бой начался по отмашке тавернщика, покинувшего свой пост ради зрелища, и практически сразу же закончился, к неудовольствию толпы зрителей. Первый же удар наемника Мороз пропустил мимо себя и, схватив нетрезвого противника за руку, швырнул на песок так, что железо лязгнуло. А потом один раз ударил в горло и, поднявшись, уставился на тавернщика, выполнявшего роль судьи, требовательным взглядом.

— Поединок окончен... — вздохнул тот и, сплюнув на песок, ушел обратно в здание.

Толпа, недовольно гудя, двинулась следом, и внезапно мы остались одни посреди двора. Мы и поверженный наемник в Андрюхиных доспехах...

— Ты прикинь, дышит! — удивился Федя, помогая Морозу стаскивать снаряжение с проигравшего.

— Кулачный бой, убивать нельзя... — поморщился Мороз. — Да и Андрея он не стал добивать, хоть и мог. Так что... Но на лекарей ему все равно придется потратиться.

Из города мы выдвинулись уже в сумерках, на двух повозках, из которых тележник соорудил уже опробованные нами фургоны. По сути, ничего сложного или дорогого, просто ребра жесткости и парусина, но с учетом жары, стоящей в степи, все равно получалась неплохая защита от солнца.

Андрюху, которого подлатала Кайя, немного заживив раны и напоив зельями по рецепту островитян, погрузили в одну из телег, перегрузив оттуда продовольствие, сами же шли пешком, перевесив револьверы на пояс. Рискованное, конечно, решение, но в темноте, в лесу... Опять же, по плану на рассвете мы планировали уже быть у подножия гор, а там встретить случайных путников сложно. Зона ответственности нашей заставы. Ну и степняков, чего уж там... Они-то считают эти земли своими охотничьими угодьями.

Впрочем, нам на это было плевать. Лишь бы не лезли в течение года, а уж там сами разберутся.

Надо ли говорить, что я ошибся в своих рассуждениях?

Глава 12

Рев командира части было слышно от самых ворот крепости... А если прислушаться, то можно было разобрать что-то про малолеток, которые много о себе возомнили, и вообще...

Но, честно говоря, лично я не прислушивался. Потому что все мое внимание приковал к себе воздушный шар, раскрашенный в бело-голубой цвет. Причем я был больше чем уверен, что этот шар уже видел, и даже более того, его лично клеил из шкуры летающих хищников!

— Леха прилетел! — воскликнул Федя, опередив меня на пару мгновений, и, остановив фургон, побежал к воздушному шару, как мальчишка.

Впрочем, не он один... Вот только добежав, мы обнаружили пустую корзину, в которой сиротливо лежали два рюкзака и винтовка... Между тем рев из окна штаба приобрел новую тональность и внезапно оборвался, а после этого, хлопнув дверью, на крыльцо здания вышел наш друг, помолодевший лет на десять, не меньше.

— О! — Хмурое лицо Алексея разгладилось, а потом и вовсе озарилось ехидной улыбкой. — Привет, школотроны! Скучали по мне?

— Пошел на фиг! — дружно рявкнули мы и синхронно хлопнули друга по плечу, выбивая пыль из маскхалата.

— Полегче, ироды, покалечите! — жалобно попросил Леха, улыбаясь при этом от души. — Ну как вы здесь?

— Плохо... — К нам незаметно подошли Кайя с Морой, и моя супруга коварно сдала нас с потрохами. — Ругаются, злятся, какую-то срочку вспоминают и студентов ко мне таскают на лечение каждый день. То с пулей в... ноге, то с переломом, а то и с башкой разбитой!

— Даже с пулей? — Леха натурально округлил глаза. — Вот это у вас тут дедовщина... В наше время такого не было!

— Ой, все! — махнул рукой я. — Ты сам как? А то нам сказали, что ты уже в степи, мы прилетели, и тебя нет. И главное, никто толком не знает ничего...

— Все они знают! — ухмыльнулся Леха. — Просто злятся немного на меня. Даже не так... Я их немного сильно раздражаю, вот!

— Ну, ты как всегда, — ухмыльнулся Федя. — Так чем занимаешься?

— Воздушной разведкой! — важно заявил Леха и показал на карандаш за ухом. — Вот, карты рисую. Вместе с напарником... Круглые сутки висим над землей и изображаем облачко. Ну, как в песенке Винни Пуха...

— А карандаш тебе зачем? — с сомнением посмотрев на друга, не понял я. — Ты же рисуешь, как я лет сорок назад, когда мне два годика было?

— Обидеть хочешь? А вот фиг тебе! — ухмыльнулся Леха и, порывшись в корзине шара, достал оттуда ящик с накидкой размером с дореволюционный фотоаппарат. — Во! Камера-обскура называется! Ну, немного доработанная нашими светилами науки, из подножных материалов.

— О, фотик! — воодушевился Федя. — Можно портрет забабахать? У тебя же пленка есть?

— Сам ты фотик, неуч! — покачал головой Леха. — Это такая штука... Короче, ты чертежи стеклил когда-нибудь?

— Как это? — не понял сначала Федя, а потом, сообразив, помотал головой. — Не, у меня по черчению отлично было! Сам рисовал.

— Ботаник! — фыркнул Леха. — А я стеклил. И вот сейчас стеклю. Направляешь камеру на то, что надо нарисовать, — и вуаля! Ну, в смысле, зарисовываешь карандашом то, что видишь. Даже не зарисовываешь, а обводишь. Муторно, конечно, но... Обещали, что скоро и фотографии можно будет делать, но пока только обещают.

— Здорово! — покачал головой я. — Хорошо придумали. Ладно, пошли кофейку тяпнем за встречу да посидим немного. Ноги отваливаются. Мы-то, в отличие от тебя, все пешком да пешком!

— Кто на что учился!

Стоило нам дойти до казармы, как к дружной компании присоединился и Миха, оставивший студентов заниматься самоподготовкой. И первым делом, конечно же, уточнил про учителей, которых мы должны были найти в городе.

— Ну вы... — услышав ответ, пробурчал Михаил и тяжело вздохнул, словно все время, пока мы были в отъезде, разгружал вагоны. — Что, совсем никак?

— Может, и есть варианты, но не по нашим финансам, — поморщился я. — Мороз говорит, наши работают над вопросом денег, но меня терзают смутные сомнения... Золото не проходит через портал, остается вариант с торговлей. И что они наторгуют? И когда?

— Угу... — Миха скривился, обернувшись на студентов, копошащихся на спортплощадке. — Нам еще на четыре десятка человек учебу оплачивать через год. Понятно, что все разъедутся по разным концам империи, где-то обучение стоит дешевле, где-то дороже... Но на сорок человек?

— Казалось, нам хана... — многозначительно пробормотал Леха старую присказку. — Оказалось, не казалось...

— Вот и я говорю, что-то у нас все через задницу с этой эпопеей, — буркнул Федя. — Сами бы справились лучше, и без всяких контрактов. А потом и воякам бы помогли безвозмездно. Что мы, не люди, что ли?

— Ладно, вы пока потрындите, а я сбегаю к Морозу, кофе одолжу. — Я поднялся с кровати и поморщился, ощутив, как гудят уставшие ноги. — Скоро буду.

— А он даст? — усомнился Федя.

— А куда он денется? — ухмыльнулся Леха. — Серый за кофе глотку перегрызет! Даже странно, что это не у него здесь запасы волшебного порошка.

— Сам наркоман! — ухмыльнулся я и ушел в штаб клянчить страшное зелье.

Обстановка в штабе царила нервная, бойцы суетились, явно выдвигаясь на усиление, но на вопрос, что случилось, меня откровенно попросили не лезть не в свое дело. Мол, без сопливых скользко... Ну а я что? Пошел сразу к Морозу — отвлекать его от дел важных и неотложных...

— Не дам! — буркнул разведчик, стоило мне открыть дверь. — Ты у меня уже половину запасов употребил!

— Тебе же еще привезут? — Я нагло уселся на подоконник и ненароком заглянул на полку, высматривая вожделенный сверток.

— А если нет? — резонно возразил Мороз.

— Жмот! — буркнул я, но уходить не спешил. — А если я с супругой приду?

— И что?

— Ты откажешь волшебнице? — изобразил удивление я. — Которая спасла Андрюху, да и тебя рано или поздно спасать будет...

— Типун тебе на язык! — возмутился разведчик и нехотя полез в стол, за газетой. — Но много не дам!

— Нас шесть человек! — поспешил предупредить я, высматривая дату на газете. — У тебя еще и пресса свежая?

— Забирай! — поморщился Мороз. — И сгинь отсюда, пока папа не увидел. Злой как собака опять...

— А что случилось? — поспешил удовлетворить свое любопытство я. — У нас проблемы?

— У нас нет. А у империи — возможно... — неопределенно ответил разведчик и совершенно невежливо вытолкал меня за дверь.

— Ну и ладно! — высказался я уже в закрытую дверь. Потом сунул в карман драгоценный сверток и, тихо насвистывая незатейливую мелодию, ушел в казарму.

А наши уже обсудили поход в город и сейчас трепались о местной географии, сравнивая ее с земной.

— Замки, прикиньте? — вещал Леха, пользуясь вниманием компании. — Везде замки. Даже деревни огорожены частоколом... А уж города... При этом ни хрена здесь не средневековье. Чуть глубже в империю, и уже встречаются натуральные промзоны, с заводами. Каменные многоэтажки в городах, водонапорные башни...

— А водонапорки тут при чем? — уточнил Федя.

— Как при чем? — натурально возмутился рассказчик. — Это же значит, что у них водопровод в городах есть!

В общем, народ общался, а я, вытянув ноги, колдовал с кружками, заваривая страшную редкость в этих краях. Которую ценители купили бы на вес золота, но только этих ценителей здесь... Только мы. А вот людям непривычным такой напиток будет отвратителен и непонятен.

— Ух, как пахнет! — Леха первым схватил одну из кружек и, обхватив ее ладонями, втянул носом воздух. — Вот по чему я скучал... больше, чем по пиву! Хотя со здешней жарой...

— А напарник-то твой где? — уточнил я, прикидывая, как делить напиток, на сколько кружек. — Придет?

— Не-а... — скривился Леха. — Мы за эти недели надоели друг другу чуть ли не до драки! Так что он от меня отдыхает. Ну и впечатлениями делится, конечно.

— Если есть с кем делиться, — усмехнулся я. — Там все носятся, как наскипидаренные. Ты-то в курсе, что случилось?

— Да ничего такого... — поморщился Леха. — Степняки границу прорвали и сейчас как раз грабят прифронтовые города. Но отсюда далеко, да и незачем им в эту сторону идти, проще обратно выйти той же дорогой. Заставу-то сожгли...

— А орал он чего тогда? — уточнил Федя. — На тебя же орал?

— Да тут... Короче, вопрос подчиненности и правильной расстановки приоритетов...

— Что?

— Начальство мое, говорю, на земле осталось, а здесь я прикомандированный. Так же, как и вы, кстати, — пояснил Леха. — А местным это не нравится. Им бы вообще хотелось, чтобы я висел над степью в режиме нон-стоп и отслеживал ситуацию с противником. При этом орали на меня как раз за то, что я якобы демаскирую заставу... Хотя прилетел я ночью, и никто меня не видел. У нас даже открытого пламени на горелках нет. Все на магии...

— Бывает, — покачал головой Миха. — Раньше проще было. На Земле в смысле. Командование сидело себе в тылу и не мешало работать.

— Да ладно! — легкомысленно отмахнулся Леха. — Ночью обратно улетим. Мы и сели только для того, чтобы воды набрать да продуктами затариться.

— Хорошо тебе... А тут одни сплошные проблемы, — вздохнул я. — Сейчас еще про оплату обучения напомнили, теперь и с этим голову ломать.

— Так и шли бы к степнякам в орду или что у них там! — ухмыльнулся наш пилот. — Пришел, награбил сколько надо и ушел... Не жизнь, а сказка!

— Да как-то не наш метод, — улыбнулся я. — Максимум экспроприация нетрудовых доходов с врагов народа. Но сейчас нельзя, мы к этим врагам, вообще-то, внедряемся.

— А ведь это мысль... — задумчиво пробормотал Леха и, поставив на стол пустую кружку, стремительно умчался.

— Куда это он? — Федя проводил взглядом друга. — Опять идея фикс?

Вернулся наш авиатор быстро, с несколькими листами бумаги в руках и, сноровисто разложив их на столе, позвал нас к себе.

— Вот! Карта нашего хребта. Или как там эти горы называются? Не суть, короче! Видите, здесь горы полукругом идут?

— Угу... — Мы склонились над рисунками, разглядывая самодельный план местности. — А это что за закорючки?

— Сам ты закорючка! — почти натурально обиделся Леха. — Это лес! Ну как лес... Так, жиденькая рощица... Но подходит вплотную к перевалу, на котором степняки сожгли заставу. И сами кочевники сейчас примерно тут. Их гонит местное ополчение, но по факту, как я понимаю, боя не будет. Выдавят за границу, и все. Уж больно жиденькие силы собрали.

Леха показывал карандашом ключевые точки на карте, рассказывая разведданные, и то, что он хотел нам предложить, вырисовывалось как наяву.

— Если пройти через степь, то выходит намного короче, чем с нашей стороны... — тоже сообразил Миха. — Но мы пешком, а степняки...

— А противник прет на себе награбленное и пленников, — перебил Леха. — И как раз пленники тоже идут пешком. Уже не первый день, между прочим. Бабы, подростки, старики.

— Значит, идут медленно, — кивнул я, прикидывая по карте расстояние. — И много их?

— Пленников? — уточнил Леха. — Или степняков? Хотя да... Воинов у них около сотни, не больше. Но все верхом, и с луками.

— А маги? — тут же подключилась к обсуждению Кайя. — Не может магов не быть!

— Вот про это ничего не скажу... — озадачился Леха. — Но тут как подойти к вопросу. Пара дней у вас точно есть, можно ведь как следует закрепиться. Бывал и хуже расклад...

— Бывал, но не ради денег же... — засомневался я, прикидывая и так и эдак...

— Ну... Можешь считать, что спасаешь людей, а трофеи — это сопутствующее.

— Эти люди — враги, — поморщилась Кайя.

— Ой, да брось! — усмехнулся Леха, оглядываясь на девушек. — Кто враги? Бабы да дети? Перебьете степняков, да пусть валят обратно в империю!

— Или остаются с нами, учить нас языку, — предположил Миха, уже готовый на что угодно, лишь бы с него сняли ответственность за подготовку студентов. — Ну, вдруг найдутся желающие?

— Так, Леха, собирай бумаги, пошли опять к Морозу, — решительно предложил я, вняв голосу разума.

— Не, я туда больше не сунусь. Ну его на фиг! — возмутился Леха. — Опять Егоров орать будет, как потерпевший...

— Мы же не к командиру?

— Да какая разница? Там слышимость между кабинетами знаешь какая?

В итоге командира разведчиков пришлось звать в казарму, уговаривая его выкроить время для важного разговора. Притом, что командир как раз собирался отправить его с бойцами на усиление постов, задача оказалась нелегкая. Но выполнимая. Вот только...

— Шикарная идея! — выслушав наш план, кивнул Мороз, разглядывая карту. — Но нет!

— Да почему? — возмутился Миха, мысленно уже уговоривший освобожденных пленников пойти к нам на службу. — Что не так-то? Если подготовиться, то справимся же!

— И что? — насмешливо переспросил Мороз. — А кто будет пускать под нож освобожденных имперцев? Ты?

— Зачем? — вскинулся Миха. — Их-то за что?

— Для конспирации, мать вашу! — рявкнул Мороз. — Или вы с мечами и топорами степняков грабить отправитесь? Без нормального оружия?

— Вот же...

— Погодите! — поднял руки вверх Леха, прерывая спор. — Не суетитесь! Дайте подумать...

Некоторое время Леха сидел над картой, прикрыв глаза, очевидно, вспоминая подробности местности, а потом, откинувшись на табуретке, смерил нас с Кайей взглядом.

— Можно попробовать сделать все аккуратно, но... Рискованно, — покачал головой он. — Хотя, с другой стороны, вам-то сейчас без риска никак. Это остальные, если не срастется с финансами, могут год перекантоваться, а у вас все на кону, так что решайте сами.

— Чего решать? — нахмурился я, не оценив глубокомысленных рассуждений друга. — Что ты предлагаешь?

— Вот смотри. — Леха придвинул к себе чистый листок бумаги и принялся рисовать, криво, косо, но вполне понятно. — Вот тут сожженная крепость... Дальше идет ущелье, и в одном месте оно проходит вдоль отвесной скалы. Если устроить засаду здесь, то можно и без ружей обойтись. Устроить камнепад, а оставшихся сверху добить из арбалетов. Найдется же десяток арбалетов у вас?

— Найдется, — кивнул Мороз. — Только если бы я вел отряд, то ключевые высоты занял бы заранее, как раз на случай засады. С чего ты взял, что степняки дурнее?

— Вот на этот случай у нас с собой два мага. Ну, маг и Серега, который тоже немного может колдануть... — терпеливо пояснил Леха. — Устроить наверху две засады. Одну на разведку, другую на основной отряд.

— Как-то это все мутно... — пробормотал Мороз. Да и я был с этим согласен, если честно. Нет, идея заманчивая, вот только, как обычно, гладко было на бумаге. А как все пойдет на самом деле...

— Да ладно вам! — ухмыльнулся Леха, разглядывая наши хмурые лица. — Что, в первый раз рисковать будем, что ли? Я с вами пойду, арбалет у меня есть. Ну а не справимся, так отступим, зато с чистой совестью!

— Куда ты с нами? — не понял я. — А полетит кто?

— Да фигня вопрос! — самоуверенно заявил Леха. — Буду сверху отслеживать степняков, а накануне высажусь сразу на место. Уж за сутки Саня не опухнет сам летать. Наоборот, только рад будет!

— Винтовки все равно берем с собой, — внес свою лепту в план Миха. — В крайнем случае решим вопрос со свидетелями. До места еще добраться надо, да и потом... Лучше после решать проблемы, чем лежать в земле из-за того, что не хотел создавать проблем.

— Вы что, уже собрались, что ли? — удивленно поднял брови Мороз. — А одобрение командира?

— А мы зачем, по-твоему, здесь собрались? — ухмыльнулся я и с намеком мотнул головой в сторону штаба.

— Вот же... — отзеркалил мою ухмылку Мороз и, еще раз осмотрев рисунок на столе, кивнул своим мыслям. — Выходим на рассвете, отдыхайте пока. И ни слова никому! Официально мы идем разведать подступы к заставе, ясно? Вы вместе с моими ребятами, на стажировку. Ну или для усиления.

— Само собой! — усмехнулся я, остальные же молча кивнули, улыбаясь в предвкушении приключений.

Мороз ушел, а мы еще некоторое время сидели молча, думая о своем. И если честно, чем дальше я обдумывал предстоящий поход, тем меньше сомнений у меня было. На месте, конечно, будет виднее, но Леха прав. Бывали у нас задачи и посложнее, но справлялись. И сейчас справимся!

— Вот! — улыбнулся вдруг Леха, обводя взглядом всю группу. — Вот теперь это мои друзья! Отмороженные авантюристы, а не какие-то там... А то сидят тут за стенами, киснут да страдают! Жить надо так, чтобы черти в аду забывали подбросить уголек в топку, слушая про нашу жизнь!

— Леха, ты в каких соцсетях такой пурги набрался? — покачал головой я. — Признавайся.

— Да это я так... — смутился мой друг и резко сменил тему: — А давайте я вас со своим напарником познакомлю? А то он задолбал уже кукситься и ворчать... А так — пусть увидит, что ему достался вполне себе вменяемый напарник. Практически золотой! Пусть ему будет с чем сравнить, так сказать!