Тактик.5

Глава 1. Не пленник

Я до последнего надеялся что у магов ничего не получится, что сработает защита Анаи, но...

Всё что перед "но" может не иметь значение. Маги сделали своё дело.

Мир сначала схлопнулся в ослепительную точку, а потом взорвался калейдоскопом боли и тошноты. Секунду назад я стоял на истерзанных улицах города Каптье, вдыхая густой, пьянящий воздух победы, смешанный с дымом, гарью, горелым железом и кровью. А через короткую вечность гигантский пёс смерти выплюнул меня, как надоевшую кость, на идеально ровные плиты незнакомого двора.

Здесь не пахло гарью. Воздух был чистым, прохладным и пах озоном, как после грозы, и ещё чем-то сладким, цветочным, словно в чудесном саду цвели ядовитые растения. Вместо обгорелых стен и искалеченных тел на улицах — безупречный мрамор, идеально ровный и отполированный до зеркального блеска.

Вместо криков раненых и ликующего рёва моих бойцов — оглушающая, напряжённая, торжественная тишина.

Единственным грязным, потным и неароматным «предметом» в этой чистоте и красоте был я сам.

Рядом со мной на плиты рухнул, материализовавшись из ничего в лёгкой вспышке, как бронированный мешок с костями, закованный в свой великолепный, но уже изрядно помятый доспех лорд Альшерио. Его шлем громко ударился о мрамор, слетел с головы и покатился по полу, как крышка от кастрюли.

Эта прозаичная деталь почему-то отрезвила меня лучше ледяной воды, вылитой на голову.

Четыре фигуры в синих плащах стояли вокруг нас, незыблемые, как статуи. Одним из стоящих, без капюшона, был Эрик.

- Эрик! — мой голос прозвучал хрипло и чужеродно в этой стерильной чистоте. — Какого чёрта здесь происходит?

Англичанин, мой сослуживец и «земляк» в самом странном смысле этого слова (мы оба с Земли), даже не дрогнул. Его лицо, как всегда, оставалось непроницаемой маской вежливого спокойствия. Он окинул меня взглядом, в котором не было ни капли дружеского участия, лишь холодный, оценивающий интерес аналитика.

- Прости, сэр Рос, но сейчас не время для бесед, — его тон был ровным, как поверхность замёрзшего озера. — Мне нужно проанализировать полученные от изучающих заклятий данные и составить отчёт. События в Каптье… вышли за рамки магических прогнозов.

Он кивнул трём другим магам, и те, не говоря ни слова, подошли к Альшерио. Пленный лорд, всё ещё лёжа, поднял голову. Его лицо было искажено маской бессильной ярости.

- ТЫ ЗАПЛАТИШЬ ЗА ВСЁ, САМОЗВАНЕЦ! — взревел он, обращаясь ко мне. — Ты и твои горожане! Мой род этого не простит!

- Ой, да кому интересны твои причитания, приятель? — бросил я устало. — Тебя зовут никто и фамилия твоя никак.

Маги скрутили его без особых церемоний, хотя он был уже стянут грязными верёвками, они дополнительно наложили на него какие-то призрачные светящиеся путы. Альшерио дёрнулся, но тут же обмяк, открыл рот, но, вероятно, лишился возможности говорить и лишь его глаза продолжали метать в меня молнии.

Я снова повернулся к Эрику, намереваясь потребовать более внятных объяснений, однако мой английский «приятель» улизнул в то мгновение, когда я отвлёкся на магов.

В этот момент со стороны величественного здания, к которому примыкал двор, донёсся периодический лязг металла и тяжёлая, размеренная поступь. В арке показался отряд гвардейцев. Построенные в колонну по два, они шли строем и в ногу (и это было очень редкое проявление шага в ногу в мире Гинн). Их доспехи сверкали так, словно их круглосуточно полировали легионы слуг. Чуть впереди шагал капитан — сухой, суровый мужчина с короткой стрижкой и залысинами, сплошь украшенный шрамами.

Его лицо, пересечённое парой старых отметин, было невесёлым и слегка надменным, а маленькие глазки-буравчики впились в меня с откровенным недружелюбием.

- Уважаемая коллегия, уважаемый магистр Тарольд, — пророкотал капитан, отсалютовав одному из магов ему едва заметным кивком. — В назначенное время прибыли.

- Капитан Мирран, — старым, но крепким голосом ответил маг, большую часть лица которого скрывал капюшон, - Передаём Вам пленника лорда Альшерио Гроцци. А ещё просим забрать у нас сэра Роса, лорда-защитника Каптье.

Капитан перевёл свой тяжёлый взгляд на меня.

Он не разглядывал, а взвешивал, оценивал, как мясник тушу на рынке. В его взгляде читалось неприкрытая готовность пустить меня в «расход».

Я незаметно проверил, легко ли вынимается меч. Надо сказать, что это мимолётное движение не укрылось от цепкого взгляда Миррана.

- Забрать пленника! – пророкотал он и четверо его воинов подхватили ценный груз. Капитан проследил за их телодвижениями цепким взглядом. - Лорда Альшерио препроводить в Белую Башню. Усиленная охрана. Никаких контактов без личного разрешения управляющего Башней лорда Бэцци, короля или премьер-министра.

Один из его подручных сделал пометки в блокноте и они ушли, гвардейцы подхватили пленника под руки и поволокли прочь. Альшерио молчал, но перед тем, как скрыться в арке, он обернулся и бросил на меня взгляд, полный такого яда, что им можно было бы отравить целый город.

- Сэр Рос Голицын, — слегка скривившись, протянул капитан Мирран, когда пленника утащили, словно пробуя моё имя на вкус и находя его пресным. — У меня приказ о Вашем перемещении в гостевой дом Шиффиск.

- Перемещении. А в качестве кого, стесняюсь спросить?

- Гостя…

Через силу выплюнутое слово «гость» в его устах прозвучало как «заключённый».

Я огляделся, окончательно убедившись, что Эрик исчез, пренебрежительно оставив меня одного и ничего не объяснив.

Ну, допустим.

Одновременно с этим я размышлял о том, стоит ли попробовать отсюда драпануть. Анализ.

Попытка убежать.

Противники – маги и гвардейцы короля.

Я в хорошей спортивной форме, но устал после боя, отягощён броней.

Явный минус – незнание местности.

Маги – способны применять магию, блокирующую движение.

Гвардейцы тоже в хорошей спортивной форме, вероятно хорошо знают местность.

Прогноз – неблагоприятный, рекомендовано воздержаться от такой попытки и искать дополнительные данные для анализа.

- Я не арестован? — уточнил у капитана, просто, чтобы прояснить правила игры. – Могу я оставить оружие?

Мирран криво усмехнулся.

- Вы — гость его величества, — повторил он с нажимом. — Однако, согласно протоколу, гости, входящие в королевский квартал, обязаны сдать оружие. А для аудиенции Вы, несомненно, попадёте в квартал… Поэтому, прошу…

Он протянул руку в латной перчатке. Я ощутил, как внутри всё сжалось в холодный комок. Большую часть жизни я прожил, вообще не притрагиваясь к оружию, однако сейчас, будучи рыцарем мира Гинн, отдать оружие — значит признать чужую власть и их правила. Значит стать беззащитным в этом змеином гнезде. Однако, тут и анализ не нужен, выбора у меня не было. Драка с капитаном и его отрядом — верный и быстрый способ превратиться из «гостя» в хладный труп.

Медленно, под его немигающим взглядом, я расстегнул перевязь и протянул ему свой меч с ножнами. Затем вытащил из-за пояса тяжёлый гномий тесак, приобретённый в Лемезе, крепкий и острый как бритва, потом снял открытый боевой чехол с метательными ножами, который носил на груди.

Капитан принял оружие, даже не моргнув.

- Всё? — его голос был серьёзен, возможно, что капитан в принципе никогда не шутил.

Я молча кивнул, прямо и не мигая смотря ему в глаза, хотя в утолщениях на ремне и в складках моей композитной брони было в общей сложности четыре ножа скрытого ношения, приобретённых у гнома-кузнеца в Алаторе.

Не люблю совсем уж оставаться безоружным, да и в гости меня «пригласили» достаточно своеобразно.

Прагматизм — великая вещь, а мне нужны запасные козыри.

- Отлично, — кивнул Мирран. — Тогда прошу в карету.

Карета, ожидавшая у выхода со двора, была под стать всему остальному: чёрная, лакированная, с гербом короля на дверце, под которой была помещена серебряная собачья лапа.

Ну, по крайней мере, меня конвоируют на уровне VIP.

Внутри карета была обита бархатом, но конструкция прочная, делали для армейцев, людей военных. Не удивлюсь, если она даже в некоторой степени бронирована.

Я сел на одно сиденье, капитан легко уселся напротив, и тут же постучал на стенке кареты тройным стуком. Дверца захлопнулась, отрезая меня от мира, и карета тронулась.

Некоторое время мы ехали в молчании, нарушаемом лишь скрипом кованых рессор и цокотом копыт по брусчатке.

- Итак, сэр Рос, кем бы Вы ни были, — нарушил тишину капитан, — Добро пожаловать в Пьённистар, столицу королевства Маэн. Мне доложили, что Вас эвакуировали с диких приграничных земель.

- Я полководец, выигравший битву, защищающий пограничные земли Маэн, в которой мне совершенно не помогали люди короля. Затем меня бесцеремонно выкрали, а не эвакуировали - после того, как я уже победил.

- Магики дали Вам закончить дело, не больше, не меньше. Звездочёты наверняка следили за Вами через свои волшебные шары.

- А Вы их не больно-то уважаете?

- Я служу его величеству, а не магам, мне приказали выполнить миссию по конвоированию, - округло ответил он.

Я кивнул, принимая такой ответ.

Он продолжил.

- Если бы я знал, насколько честно Вы выиграли и победили ли Вы, то поздравил бы, - он хмыкнул. — Но не буду спешить. В любом случае, у нас здесь, в столице одного из самых больших человеческих государств, ценят этикет, красивые поединки и благородство. Судя по словам магов, в Вашей победе не много благородства. Обращаю внимание, сэр Рос, Вы больше не в диких местах.

- Я заметил… Меньше грязи и честных людей. А благородство — это роскошь, которую могут позволить себе те, кому не грозит вымирание, — саркастически парировал я.

Капитан нахмурился, явно не привыкший к тому, что ему отвечают так резко.

- Я не знаю зачем Вы понадобились его величеству, но не спешите дерзить, так Вы увеличите количество врагов, а они могут оказаться весьма могущественны, — недовольно процедил он. — В любом случае, не думайте, что победа над одним зарвавшимся лордом где-то в захолустье делает Вас ровней настоящим аристократам.

Мы въехали на охраняемую территорию, карета остановилась.

- Приехали, — бросил Мирран, открывая дверцу. — Располагайтесь с комфортом, как королевский гость. В ближайшее время Вас вызовут на аудиенцию, но я к этому не буду иметь отношение. И мой Вам совет, сэр Рос, — он наклонился ко мне, и я почувствовал неприятный запах пота, — думайте, ЧТО говорите и КОМУ. Король Назир Четвёртый бывает не только «Великолепным», но и «Суровым» с грубиянами и выскочками.

Я вышел, не прощаясь. Карета стояла перед красивым двухэтажным особняком, окружённым небольшим садом. У входа застыли два гвардейца.

Моя комфортабельная тюрьма с цветочками.

Прежде чем идти, я огляделся по сторонам и устало прикрыл глаза.

Победа в Каптье казалась событием из другой жизни. Там я был мозгом, нервным центром обороны, лордом-защитником. Здесь я был никем. Пленником в золотой клетке, которого притащили насильно на потеху местной знати.

Добро пожаловать в столицу, лорд-защитник. В змеиное гнездо. Игра начинается заново.

Навстречу вышел слуга в ливрее, со обветренным и волевым лицом. Вообще он больше напоминал побритого разбойника, чем слугу и это, вероятно, не случайно.

- Здравствуйте, сэр…. Эээ…. Не имею честь знать Вашего имени…

- Сэр Рос.

- А где Ваш багаж, сэр Рос?

- В Караганде.

- Эээээ… Виноват, не разобрал.

- В Каптье, говорю, прибыл в столицу налегке.

- Как скажете. Я Вас провожу в Вашу комнату и расскажу про местные порядки.

- Валяй. Врать не буду, «на чай» у меня нет, ничего не дам. Можешь во всем винить колдунов, они меня оставили без гроша.

…

Комната, в которой я очутился, меньше всего походила на тюремную камеру. Скорее, на апартаменты какого-нибудь заезжего вельможи. Высокий потолок с лепниной, кровать с балдахином, на которой могла бы с комфортом разместиться целая орочья семья, резной письменный стол из тёмного дерева, обеденный стол и мягкие кресла у потухшего камина.

Гостевой дом «Шиффиск» был специфическим заведением для помещения сюда добровольно-принудительных гостей короля.

Вроде как гостиница, но под государственным контролем и заодно комфортабельная тюрьма.

Я подошёл к двери. Массивная, из цельного дуба, с витой бронзовой ручкой. Открыта и ведёт в коридор. А вот за пределы территории уходить нельзя. Нельзя и всё. И чтобы «нельзя» стало более весомым, на территории полно вооружённых гвардейцев. Я не был тут единственным «постояльцем», видимо, его величество ведёт активную светскую жизнь, однако с другими я не пересекался.

Я не стал выходить в коридор и проверил окно. Оно было огромным, от пола до потолка, и выходило на ухоженный сад с клумбами.

Никаких решёток. Формально.

Я распахнул створки, впуская в комнату прохладный воздух.

Мои апартаменты находились на втором этаже, высота приличная, но не смертельная для тренированного человека. Вот только внизу, по аккуратно подстриженным дорожкам, неспешно прогуливались гвардейцы в парадных доспехах. Они не смотрели вверх, но я нутром чуял, что каждый мой шаг, каждый вздох находится под наблюдением.

Два дня.

Два долбаных дня я провёл в этой золотой клетке. Два дня информационного вакуума, который сводил с ума похлеще любой пытки. Меня кормили три раза в день, и я выспался за все эти дни и с запасом.

Еду приносили прямо в «номер», делал это высокий, суровый мужчина с лицом ветерана и руками дровосека, который двигался с бесшумной эффективностью профессионального убийцы. Он не говорил ни слова. Просто ставил поднос на стол, молча кланялся и так же молча уходил, аккуратно прикрывая за собой дверь.

Вся прислуга, которую я мельком видел в коридоре, состояла из таких же молчаливых, крепких мужчин. Ни одной горничной, ни одного улыбчивого лакея. Только эти ходячие статуи, наблюдавшие за каждым моим движением.

Конечно же, от пребывания в этой люксовой тюрьме я был дьявольски зол.

Меня выдернули с поля боя в момент триумфа. Я не успел закрепить победу. Не успел поговорить с Гаскером и Тибо, не успел пожать руки оркам и гномам, которые сражались со мной за их общий дом.

Что там сейчас, в Каптье? Кто делит трофеи? Кто следит за тем, чтобы мои союзники получили то, что им было обещано? Гномы, орки… я дал им слово. Слово лорда-защитника провести на уровне местных законов равноправие, и чтобы их заслуги были закреплены документально, а не растаяли со временем как туман.

А теперь какой-то хренов король и чёртов англичанин в балахоне, превратили мои обещания в пустой звук.

Я сел на кровать, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Нужно было успокоиться. Взять себя в руки. Проанализировать ситуацию. Первым делом — связь.

Я закрыл глаза, откинулся на подушки и воззвал к своей силе. К Рою.

Обычно это было похоже на погружение в тёплую воду. Сознание расширялось, касаясь сотен других разумов, сплетаясь с ними в единую, живую сеть. Я чувствовал каждого своего солдата, его усталость, его страх, его решимость. Это была моя армия, мой единый организм.

Но сейчас…

Я протянул ментальные щупальца, посылая беззвучный зов. Гаскер? Гришейк? Хюнтор? Тишина…

Я напрягся сильнее, вкладывая в попытку всю свою волю. Я тянулся, тянулся изо всех сил, пытаясь нащупать хоть одну знакомую искорку сознания в пустоте.

Ничего.

Пустота. Глухая, вязкая, абсолютная пустота. Словно мне отрубили конечность, о существовании которой я даже не задумывался, пока она была на месте. Я был слишком далеко. Слишком. Меня оторвали от моей силы, от моей армии, от всего, что делало меня не просто очередным попаданцем, а бароном Росом, лордом-защитником Каптье.

Конечно, я понимал, что у навыка есть дальность, а я находился слишком далеко.

Со скуки и чтобы не чувствовать бессилье я активировал Птичий пастух.

Хотя бы так…

Навык словно преодолевал сопротивление, однако сработал и мне удалось какое-то время парить над кривыми улочками бескрайнего города, столицы Маэн.

Всё, что я понял – я ни в каком не дворцовом комплексе, хотя и не на окраине, просто квартал, наглухо перегороженный стенами, за которыми неровными рядами стояли армейские казармы. Гостевой дом был отделён от города и сбежать было намного труднее, чем мне показалось на первый взгляд.

Промежуточный вывод: эти черти королевские ещё хитрее, чем я решил в первый момент. Меня тут крепко спутали.

На третий день, когда молчаливый «дворецкий» принёс завтрак, я решил нарушить ритуал.

- Доброе утро, — сказал я, когда он ставил поднос. — Не подскажете, как Вас зовут?

Мужчина замер на долю секунды, затем выпрямился и посмотрел на меня. Его глаза были серыми и абсолютно пустыми.

- Мои обязанности не включают в себя светские беседы, милорд, — отчеканил он безликим голосом.

- А что они включают? Следить, чтобы я не выпрыгнул в окно и не испортил королевский газон?

На его лице не дрогнул ни один мускул.

- Я должен обеспечивать Ваши комфорт и безопасность.

- Мою безопасность или безопасность окружающих от меня? — усмехнулся я.

Он проигнорировал вопрос. Склонил голову в формальном поклоне и направился к двери.

- Постойте, — остановил я его. — Передайте своему хозяину, что я оценил его гостеприимство. Но сидеть без дела я не привык. Если меня не собираются казнить в ближайшее время, я хотел бы получить книги. По истории и географии Маэна. И свежие карты.

Он снова замер у двери, не оборачиваясь.

- Я передам Вашу просьбу, милорд.

Дверь закрылась, я снова остался один.

Глава 2. Чужой секрет

Я сел за стол и посмотрел на завтрак. Яйца, жареный бекон, свежий хлеб, варёная крупа, кувшин с соком. Пища лорда.

Злость никуда не делась. Она просто остыла, сжалась в тугой, холодный комок в груди, превращаясь из ярости в топливо.

На третий день моего добровольно-принудительного заключения дверь наконец-то открылась без стука. Я не обернулся, продолжая смотреть в высокое стрельчатое окно на сад, за которым ухаживал слуга. Слуга работал, а у стены как статуя стоял гвардеец.

- Надеюсь, ты тут не скучал? — раздался за спиной до боли знакомый спокойный голос с лёгким протяжным английским акцентом, который был различим даже в словах местного языка.

Впрочем, в Гинн столько наречий и выговоров, что этого никто не замечает, а для него это просто способ проявить характер, свою личность.

Я медленно обернулся. Эрик.

Он не изменился внешне, всё та же причёска и бритые щёки, но что-то в нём стало другим. Исчезла даже тень той походной простоты, которая была у него, когда мы делили котелок и отбивались от республиканских наёмников в долине Двух Лун.

Теперь он был одет в строгий, идеально подогнанный камзол тёмно-синего цвета, на груди серебряная брошь в виде стилизованного паука. Он двигался бесшумно, а его взгляд… это был взгляд оценщика, математика, аналитика, да того же паука с брошки, рассматривающего муху, запутавшуюся в его паутине.

- Да, конечно, мля, не скучал, — мой голос прозвучал глухо и чуждо в этой тишине. — Три дня я сижу здесь и разглядываю в окне долбаные лилии.

- Это грициндии, очень красивый местный цветок, - поправил меня Эрик.

- В задницу цветочки. Последнее, что я помню — это победа. А потом ты и твои клоуны в синих плащах. Это теперь так называется подкрепление? Опаздывать на войну и забирать победителя с поля боя?

Он позволил себе лёгкую, едва заметную усмешку, проходя вглубь комнаты и садясь в кресло у стены.

— Твоё участие там больше не требовалось, а тебе уготована куда более существенная роль.

- Может, я сам свою роль определю и не надо ко мне лезть?

- Ты выиграл битву, Рос. Я пытаюсь помочь тебе не проиграть войну, о которой ты, как я погляжу, даже не подозревал.

- Войну? — я скрестил руки на груди. — Та, что я только что закончил, не в счёт?

- То, что было в Каптье, — Эрик подался вперёд, и его голос стал тише, доверительнее, — было лишь частью общей картины. Одной из пяти пограничных провокаций, которые Бруосакское королевство устраивает по всей нашей границе. Они проверяли нашу реакцию, время подхода резервов, боевой дух гарнизонов, настрой герцогов и губернаторов. Альшерио был просто одной из фигур, которую они двинули вперёд. Фигурой, которую ты блестяще смёл с доски.

Этого я, само собой не знал, но не спешил спорить или соглашаться. Определённо мне было неприятно слышать, что моя маленькая, но такая важная оборона города и живых людей, орков и гномов оказалась для властей королевства всего лишь строчкой в отчёте.

- И магистры Королевской гильдии, которые прибыли за мной, — это тоже часть твоей «помощи»?

- Безусловно, — кивнул он без тени смущения. — Они собирали информацию. Каждое твоё действие и приказ — всё было зафиксировано. Я два дня писал самый подробный отчёт о действиях полевого командира – тебя, за всю историю Маэна. И я использовал его в твоих интересах.

- Как говорил архитектор Перцев, один умнейший человек: «Не делай добра, если тебя не просят», — повторил я, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. — Что за отчёт и при чём тут я?

- Правильнее было бы спросить, кому я его подавал?

- И кому же?

- На самый верх! – Эрик показал на безупречно белый потолок с лепниной. – Его величеству.

- Ооооо…. я безмерно горд! Так значит, ты представил меня королю? Продал, как призового жеребца на ярмарке? Смотрите, Ваше Величество, какой диковинный экземпляр! Не бит, не крашен, на автомойке отпидо… короче, города в одиночку защищает!

Эрик даже не моргнул. Его спокойствие было непробиваемым.

- Я не должен тебе этого рассказывать, но расскажу. Я представил ему твой талант, Рос. Твой уникальный, чёрт возьми, гений. В мире, где генералы мыслят уставами столетней давности и рыцарскими кодексами, ты — аномалия. Ты мыслишь категориями эффективности. Ты использовал орков, гномов, сектантов, уличных воришек… Ты превращаешь мусор в баррикады и поджигаешь элитную пехоту врага в масле. Ты — это то, что нужно Маэну на пороге полномасштабной войны. Ты не знал про войну? Ну, так мало кто знает. А аномалии, Рос, либо используют, либо устраняют из-за страха. Я позаботился, чтобы тебя использовали.

Он откинулся на спинку кресла, давая мне время переварить сказанное.

Паук. В чём-то он не изменился. Просто теперь его паутина стала больше, а интересы и цели стали отличаться от моих. Его паутина оплела целый замок. И я, как жирная, довольная победой муха, втянута прямо в её центр.

- И что теперь? Раз я гость его Величества, то меня ждёт аудиенция у Назира Четвёртого Великолепного? — сарказм так и сочился из моих слов. — Я должен пасть ниц и благодарить за то, что меня выдернули с поля боя?

- Именно, — торжественно кивнул Эрик с убийственной серьёзностью. — Именно это ты и должен сделать. Послушай меня, Рос. Встреча с королём — это не формальность. Это важное сражение на дипломатическом поприще. Король Назир… он действительно Великолепный. В своих глазах. Он любит героев, особенно тех, кто помнит, кому они обязаны своим геройством. Он любит лесть, поклоны и благодарность.

- В задницу поклоны, рассказывай мне конкретно. Кто были эти люди в синих плащах? И почему мой бывший товарищ вдруг оказался среди них, командуя парадом?

Эрик позволил себе лёгкую, едва заметную усмешку. Это была усмешка игрока, который предвидел все ходы противника и теперь наслаждался моментом.

— Всё по порядку, Рос. Это магистры Королевской гильдии Маэна. Самые могущественные волшебники королевства. А я… скажем так, я воспользовался их услугами, чтобы обеспечить твоё безопасное и, главное, быстрое перемещение сюда, в столицу.

- О чём я не просил.

- Ты писал письмо, его передали мне.

- Я просил войска, защиту королевских земель, а не телепортацию. У меня и так всё было хорошо.

- Рос, ты одержал невероятную победу. Ты не просто отстоял Каптье. Ты уничтожил армию одного из самых влиятельных лордов Бруосакского королевства и взял его в плен. Ты теперь стал политической фигурой. Очень важной фигурой. Логично, что король желает видеть тебя. Моя работа только в том, в каком свете он тебя увидит.

- Скажи, - я сел напротив него. – Мы с тобой… мы союзники?

- Да, безусловно, мы союзники, Рос! – он налил из графина вина себе и мне и подал мой бокал, чтобы чокнуться, - И все слова, сказанные на перекрёстке у границ Кайенна… Не знаю, уж чем ты был занят это время, но ты можешь те резкие и сказанные мной в порыве гнева слова, забыть.

- Уже, у меня было дохрена дел, чтобы их вспоминать, - честно сказал я.

- О, ты как-нибудь обязательно расскажи, - сказал Эрик тоном человека, которому заведомо плевать на мои рассказы и в действительности он ничего такого не желает слышать.

…

Союзники, он сказал это.

Слово-триггер. Ключ, провернувшийся в замке моего сознания.

- Слова сказанные, они очень важны, - пробормотал я.

Рой.

Моя божественная способность, подарок богов Анаи и Дикаиса (будем честны, они дали мне её в своих интересах) откликнулась на слово, произнесённое человеком, которого я считал своим товарищем, но в действительности его статус вызывает большие сомнения.

Мир на долю секунды померк, навык включился, теперь мой Рой имел доступ ко всего одному человеку. Больше союзников тут у меня не было. Да и тот…

Но доступ был, и он включал в себя краткое досье, сводку на юнита, в которую я немедленно окунулся.

ДОСЬЕ:

Имя (полное): Эрик Гордон Мэнсфилд (позывной «Фартинг») из Ноттингема.

Статус: Агент Ми-6 (не действующий). Гражданин Соединённого королевства (Великобритании). Перемещён в мир Гинн (было получено условное согласие).

Текущая Позиция: Глава создаваемой разведывательной службы королевства Маэн. Кодовое название организации: «Секретная королевская служба (СКС)» Негласное наименование: «Пауки». Лично подотчётен королю Назиру IV. Статус организации - формируется. Личный статус - приблизительно равен герцогскому/генеральскому в структуре власти королевства.

Ключевые Навыки: Манипуляция, стратегический анализ, вербовка, создание агентурных сетей, химия (специализация — яды и взрывчатые вещества), допрос, скрытное проникновение.

Магические Навыки: Скрытое виденье, раскрытие тайн, провидец, начато магическое развитие по классу «Магистр», получен 1 уровень.

Боевые навыки: Стрельба из лука, обучается ножевому бою.

Долгосрочные Цели: Укрепление королевства Маэн как доминирующей силы на континенте. Создание централизованной и всепроникающей спецслужбы, исходя из профессиональных познаний, по образцу земных. Нейтрализация внешних и внутренних угроз королевства.

…

Я моргнул, возвращаясь в реальность. Вся сцена заняла не больше секунды, но для меня прошли минуты. Я смотрел на Эрика новыми глазами. Не на товарища-попаданца, а на главу спецслужбы.

На моём лице, должно быть, что-то отразилось, потому что Эрик слегка нахмурился.

- Рос?

Я криво усмехнулся. Вся злость ушла, сменившись холодным логическим настроем и толикой восхищения его наглостью.

- Не знаю, когда ты всё успел, агент Ми-Шесть Фартинг… стать главой разведки и взобраться на маковку местной власти…

Маска спокойствия и самоуверенности Эрика треснула. Его глаза сузились, а желваки дёрнулись на скулах. Вино в его кубке пошло рябью от дрогнувшей руки. Он поставил его на стол с глухим стуком.

- Не. Смей. Называть. Меня. Этим. Именем, — прошипел он, и в его голосе прорезалась настоящая, неприкрытая сталь. Не вежливый сарказм, а холодная угроза профессионального разведчика.

- А почему нет? — я развёл руками. — Мы же союзники? А союзники должны знать друг о друге всё, не так ли? Или твоя концепция союза подразумевает, что я должен вслепую таскать для тебя и твоего короля каштаны из огня, пока ты в тени строишь своё местное Ми-6?

Он молчал, но я видел, как бешено работает его мозг, анализируя ситуацию, просчитывая, откуда могла произойти утечка. Он не мог понять, как я узнал. И это лишало его главного оружия, контроля над информацией.

- Между Маэном и Бруосаксом неминуема война, - начал говорить он, следя за моей реакцией, и чтобы не молчать. - Фактически она уже идёт. Ситуация в Каптье только часть общей мозаики. Бруосакское королевство, непосредственный сосед Маэна, такое же крупное и могущественное, совершило за последние месяцы несколько пограничных конфликтов. Одно массовое нападение на купцов в герцогстве Прийгес, нападение на замки в провинции Южные Ворота Эрс, два сожжённых города в провинции Патасион, а это личный домен брата короля Льерна Златогривого. И каждый раз бруосаксы действуют или через наёмников, или через разбойников или через войска без флагов, а в случае с Каптье они прикрываются якобы правами наследования.

- Всё так, были заявлены права наследования, - подтвердил я.

- Если копнуть глубже, то есть, о причинах такого поведения «соседа», то причина такова - в Бруосаксе пришёл к власти король Вейран Милостивый из династии Анхальтов. Кстати, что хуже, он вступил в брак с герцогиней Мийей Ласси, наследной герцогиней Эбилога. Исторически короли Бруосакса всегда враждовали с Эбилогом. Это были внутренние конфликты государства, с сепаратизмом и антикоролевской деятельностью. Фактически теперь могущественные и воинственные кланы Эбилога и собственно семья-клан Ласси, герцоги Эбилога укрепили своё влияние. Спелись с правящей династией Анхальтов на ниве рождения совместных и любимых обеими семействами кудрявых детей. Решили все внутренние проблемы и явно нацелились на войну с соседом Маэн. С нами. И сейчас они поджигают приграничные территории, чтобы спровоцировать Маэн на нападение, дабы мобилизовать рыцарство Бруосакса на войну. И они рассчитывают эту войну выиграть.

- Так… Я, конечно, понимаю, что война за Каптье, в которую меня втянули против моей воли - это часть общей картины. Но зачем ты мне в целом это всё вываливаешь, Эрик?

- Почему ты решил, что я агент Ми-Шесть, русский? – вдруг он сменил тему.

- Догадался, по многим косвенным признакам, мы вместе баланду жрали несколько месяцев, а ты теперь как появился, вот паззл и сложился. Я, если ты забыл, крутой аналитик, а только уже потом мечом машу.

- Ну, это да, - кивнул Эрик.

- К тому же похищение. Помнишь тех славных бразильских мучачос?

- Мучачос это на испанском, а в Бразилии партуглэ...

- Словом, их целью был ты, именно ты.

- Не стану ни спорить, ни подтверждать. Скажу только что я в первый момент тебя подозревал, да и Мейнарда тоже, что вы подсадные, - задумчиво протянул Эрик, барабаня жилистыми пальцами по столу. - Что тоже агенты.

- И как понял что мы... Нет?

- Ты тогда за автомат схватился, глупость несусветная, оперативники за оружие берутся только чтобы применить, а не для красоты.

- Ну извини, это культурный код, не бросать автомат. Ну а наш немецкий друг?

- Тоже гражданский. Не спрашивай, откуда знаю, просто вы... Нет, не стану говорить, это профессиональные секреты. Вы случайные участники, просто под руку попались. Однако я своей вины в нашем попадании в мир Гинн не ощущаю, из автобуса я помог сбежать, если ты помнишь, а дальше мы сами вляпались.

- Я без претензий, Эрик. Кто ж знал, - выдохнул я и скривился.

– А как ты намерен поступить со своей… догадкой?

- Никак. Нет смысла рассказывать про наше попаданство, ещё спалят на костре как шашлык. Я знаю дохрена тайн и не треплюсь о них, вот и всё. Никакого шантажа или манипуляций. Я даже не буду просить меня отсюда выпустить, думаю, это уже не совсем в твоей власти.

Он кивнул.

Мы оба понимали, что он запустил очень сложную цепочку событий, чтобы можно было всё просто притормозить.

- На чём я остановился? – спросил Эрик.

- Ты хотел пояснить, на кой хрен рассказываешь мне всю эту политику? Ну, то есть, я не дурак, понятно, что Альшерио воспользовался поддержкой своего отца и в целом короля Вейрана, раз уж в войне участвовал один из королевских магов, Ронкан Чернобород. Допустим. Я всего лишь хотел защитить Каптье. Я его защитил. Как это теперь касается меня?

– Король кое-что от тебя хочет, - ответил Эрик.

– Какой король?

– Как какой? – не понял меня он.

– Ну, за последний год я общался с четырьмя королями, если считать одного убитого на моих глазах. Ну, или тремя, если всё-таки не считать, два короля Туманных гор, отец и сын, плюс один король Южного Инзера Оливер Рэд.

Я стал демонстративно загибать пальцы.

– Это все не важные короли, Рос. Мелочь. Речь идёт о моём короле, конечно, о Назире.

– И чего же от меня хочет ТВОЙ король? - своим тоном я постарался толсто намекнуть, что Назир мне не правитель, пусть я и нахожусь у него в плену.

– Его величество король Назир и не только он, хочет, чтобы ты создал армию.

– У него что, нет армии? Что же он тогда за король?

– Есть у него армия, Рос, не валяй дурака. Не такая армия. Он хочет, чтобы ты создал армию из наёмников, бандитов, бродяг, на худой конец из заключённых. В Маэн, если хочешь знать, двести тридцать одно учреждение наказания, где заключённые или трудятся на благо Маэн или жрут баланду за счёт Маэн. Король прикажет тебе собрать армию, обучить и возглавить в будущей войне с Бруосакским королевством, поскольку ты с ними уже воевал. Да и раз уж ты такой талантливый организатор, что смог обучить провинциальное отребье из Каптье, чтобы те смогли отбиться от элитной армии Альшерио. Но в разговоре с королём делай вид, что впервые слышишь, соглашайся и говори, что польщён такой милостью короля.

- Не гони лошадей, Эрик, с чего бы мне так перед ним стелиться?

- Да чёрт подери! - нахмурился Эрик, - Что за вопрос! Да потому, что он - король!

- Не мой король, - непонимающе развёл руками я.

- Не вздумай ему об этом сказать.

Я не стал на это отвечать, ибо мы начали бы ходить по кругу.

Разговор был окончен. Воздух в комнате был наэлектризован невысказанными угрозами и нарушенным доверием. Мы оба понимали, что наш прежний, пусть и шаткий, союз, основанный на общем прошлом, разрушен. На его месте возникло нечто иное: вынужденное партнёрство двух хищников, которые теперь будут внимательно следить за каждым движением друг друга, ожидая удара в спину.

И я прекрасно понимал, что первый ход в этой новой, куда более опасной игре, был за мной.

- Знаешь, что там Мейнард? – спросил я, решив снизить градус напряжения.

- Знаю, он тоже в Маэне, он поступил на службу принца Гизака, то есть принц ненавидит, когда его так зовут, но… Словом, он тоже тут, но там так всё сложно, как и в отношениях с девушкой, так и в воинских достижениях. В этой войне ты наверняка встретишь его.

- Хорошо хоть, на своей стороне…

Он кивнул.

- Ладно. Мы поговорили, мне пора идти. Будь готов предстать перед королём.

- Я, как пионер, всегда готов, - буркнул я в ответ.

Мы пожали друг другу руки, что-то в этом рукопожатии было отстранённое, сухое и он ушёл, снова оставив меня одного.

Я с тоской оглядел шикарную комнату, в которой чувствовал себя неуютно, как рыба на золочёной тарелке. Рыбу на тарелке едят, её природное место - в водоёме.

Как же меня достали все эти столичная красота и комфорт!

Глава 3. Надменность

Карета, в которой меня везли, была воплощением безвкусицы и пафоса. Чёрный лак, отполированный до зеркального блеска, позолоченные вензеля на дверцах, изображающие не то льва, не то взбесившегося кота, и обитый алым бархатом салон. Потёртый, что характерно. Пахло терпкими духами, вековой пылью и застарелым высокомерием. Подпрыгивая на брусчатке, эта лакированная коробка тащила меня в самое сердце королевства – дворец его величества Назира Четвёртого Великолепного.

Опять-таки, прозвище себе короли придумывают сами (реальное прозвище у короля было «Кудрявый»), так что и это – пафос и безвкусица.

Я смотрел в окно без удивления, но и без удовольствия.

Величественные фасады домов, украшенные лепниной и статуями, соседствовали с заваленными мусором переулками. По широким проспектам, где с трудом разъезжались кареты знати, шныряли оборванные грязные с голодными лицами дети и нищие с пустыми глазами. Контраст был настолько разительным, что резал глаз сильнее клинка. Это был город-обманка, город-фасад, за которым скрывалась гниль. Каптье, провинциальный, небогатый, со всеми его проблемами, был честнее и куда более «здоровым».

Наконец, карета, проскрипев, остановилась перед исполинскими воротами, окованными железом. Гвардейцы в сияющих доспехах, больше похожих на парадные, чем на боевые, лениво отсалютовали друг другу. Обменялись документами и несколькими дежурными фразами, после чего мы въехали во внутренний двор дворца. Здесь всё было вылизано до блеска. Мраморные плиты, фонтаны, идеально подстриженные кусты, типичный островок стерильного порядка посреди городского хаоса.

Меня сопровождал молчаливый немолодой поджарый сержант, который как «трансфер» уверенно вёл меня по лабиринтами помещений.

И снова этот диссонанс. Огромные залы с высоченными потолками, стены, увешанные гобеленами, изображавшими победы, которых, возможно, никогда и не было. Но в углах я видел паутину, а в воздухе витал тонкий запах плесени и запустения. Позолота на рамах картин местами облупилась, а по мраморным полам гуляли сквозняки. Дворец жил своей жизнью, величественной и одновременно убогой, как стареющая куртизанка, пытающаяся скрыть морщины под толстым слоем пудры.

Сержант привёл меня в просторную комнату перед тронным залом и оставил ждать. Без объяснений.

Я прикинул что это, среди прочего, хороший вариант драпануть, во дворце явно не было пропускного режима, а если кого-то проверяли на предмет оружия перед входом, то на выходе явно нет. Почти как Кайенн, всем на всех плевать.

Однако раз уж вся эта каша заварилась, было любопытно куда она проведёт меня и что, собственно, будет.

Я стоял, скрестив руки на груди, и ощущал на себе тяжесть своего составного доспеха. Гостевой дом дал мне возможности помыться, привести доспех и одежду в порядок, постираться, так что я имел сравнительно чистый и парадный вид.

Сравнительно – потому доспех у меня был боевым, с отметинами и вмятинами, так что по сравнению со снующими во дворце дамами и кавалерами я был как колхозник на областном симфоническом концерте среди провинциальной светской элиты.

Компанию мне составляли только каменные грифоны у стены, зато мимо проносились напыщенные дамы и господа, некоторые из которых бросали на меня короткий любопытный взгляд, но не более того.

Прошло не меньше получаса и это меня порядком утомило, прежде чем одна из створок массивной двери в тронный зал бесшумно отворилась, и из неё выплыла фигура. Именно выплыла, потому что двигался этот человек с такой величавой манерной плавностью, словно катился на невидимых колёсиках.

Он был высок, худ и одет в ливрейный камзол из фиолетового бархата с золотым шитьём. Напудренный парик, белоснежные перчатки и лицо, на котором застыло выражение брезгливого превосходства. Он окинул меня взглядом с головы до ног, и в его глазах я прочёл целую гамму эмоций: от любопытства к диковинному зверю до откровенного презрения к моим побитым жизнью сапогам.

— Барон сэр Рос Голицын, я полагаю? — его голос был таким же напудренным и фальшивым, как и его парик.

— Он самый, — коротко ответил я.

— Позвольте представится, я — Вденио, мажордом Его Величества Короля Назира Четвёртого Великолепного, — представился он, делая особый акцент на слове «мажордом». — Его Величество милостиво согласился даровать Вам аудиенцию.

— Очень любезно с его стороны, — в моём голосе прозвучал неприкрытый сарказм, но Вденио, кажется, его не заметил.

— Прежде чем Вы предстанете перед светлым ликом монарха, я должен просветить Вас касательно протокола, — продолжил он менторским тоном, словно объяснял неразумному дитятку, как пользоваться ложкой. — Войдя в тронный зал, Вы проследуете до центрального ковра. Там Вы остановитесь и совершите глубокий поклон в направлении пустого трона. Затем, когда Его Величество войдёт, Вы обязаны преклонить колени. Вы останетесь в этом положении до тех пор, пока монарх милостиво не позволит Вам встать. После встречи в Большом тронном зале его Величество примет Вас в Лазурном зале для обсуждения дел государственной важности. Вам всё ясно?

Я смотрел на него и чувствовал, как внутри закипает холодное раздражение. Я не для того вёл в бой людей, гномов и орков, не для того жёг врагов маслом и нефтью, чтобы теперь унижаться перед напыщенным аристократом и его ручным чиновником.

— Всё, кроме одного пункта, — спокойно ответил я.

Бровь Вденио медленно поползла вверх.

— И какого же, позвольте полюбопытствовать?

— Я не преклоняю колени.

В комнате повисла тишина. Даже каменные грифоны, у стены, казалось, затаили дыхание. Лицо мажордома медленно наливалось краской, переходя от аристократической бледности к цвету перезрелой сливы.

— Что… что Вы сказали? — прошипел он, не веря своим ушам.

— Я сказал, что не преклоняю колени, — повторил я, чеканя каждое слово. — Как рыцарь я не обязан кланяться чужому королю, а я не маэнец, если Вы не в курсе. Кроме того, моя национальная традиция не предполагает преклонения колена, кроме как перед воинским стягом, причем своим собственным. А для Вашего короля я отстоял целый город. Думаю, это весомее, чем согнутая нога или две.

Вденио задохнулся от возмущения. Он открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег.

— Да как Вы смеете! — наконец взорвался он. — Это не просьба, мужлан, это — закон! Это — вековая традиция! Это — знак почтения и верности короне! Без этого ритуала Вы не будете допущены к монарху! Никто не будет!

— Вот горе-то какое, пойду поплачу в одиночестве, — я пожал плечами с самым безразличным видом, на какой был способен. — Ну, значит, аудиенция отменяется. Я тогда пошёл?

Я демонстративно развернулся, намереваясь уйти в недра дворца.

— Куда?! Стоять! — взвизгнул Вденио, теряя последние остатки своего напускного достоинства. — Вы не смеете просто так уйти!

Мажордом смотрел на меня, и в его глазах боролись ярость, растерянность и крупица страха. Он, представитель незыблемой власти, столкнулся с чем-то, что не укладывалось в его картину мира. С варваром, который не понимал и, что самое страшное, не хотел понимать священных правил их игры. Он привык, что все лебезят, прогибаются и боятся его недовольства. А я просто предпочёл уйти.

И этим простым предложением сломал всю его программу.

— Я… я доложу Его Величеству о Вашей неслыханной дерзости! — выдавил он наконец.

…

Тронный зал пах лицемерием, едкими духами и мышами.

Я стоял, как истукан, посреди моря шёлка, бархата и драгоценных камней, чувствуя себя чужеродным элементом, грубым булыжником среди ювелирного салона с огранёнными бриллиантами.

Вокруг меня колыхалось и перешёптывалось придворное змеиное гнездо. Мужчины в камзолах, расшитых золотом, женщины с причёсками, напоминавшими осадные башни. Они бросали на меня косые, любопытно-презрительные взгляды, в которых читалось всё, от «Что это за выскочка» до «Надо же, он даже мытый».

Я игнорировал их, изучая гобелены на стенах. На них были изображены сцены охоты, где отважные рыцари с одинаково благородными лицами бесстрашно пронзали копьями кабанов и оленей. И ни одной сцены, где эти же рыцари чистят после себя конюшни или хотя бы точат собственные мечи.

Внезапно шёпот стих. По залу, от самых дверей, прокатилась волна, заставившая всех замереть. В дальнем конце зала герольд в ливрее, синей с золотом, ударил своим жезлом об пол. Удар гулко разнёсся под высокими сводами.

— Его Величество, Король Назир Четвёртый Великолепный, Свет Маэна, Защитник богов и оплот Королевства!

Зал зашелестел, как осенний лес под порывом ветра. Сотни придворных, как по команде, согнулись в низких поклонах, а самые ретивые и вовсе опустились на одно или два колена, уткнув носы в полированный мрамор. Движение было настолько слаженным, что казалось, они отрабатывали их годами.

Я остался стоять, просто склонив голову, словно задумавшись, от чего же защищает Богов этот ослепительный самодержец.

Появилась процессия. Впереди шли гвардейцы в сияющих доспехах, с алебардами наперевес. Их лица были непроницаемы, как забрала шлемов. А за ними, неспешной, вальяжной походкой, шкандыбал король.

Надо отдать ему должное, своему прозвищу «Великолепный» он старался соответствовать. Он был высок, кудряв и одет в камзол из белоснежного бархата, расшитый таким количеством золота и драгоценных камней, что если короля с одеждой продать, то можно купить корабль класса галеон и возможно, что даже не один.

На его тёмных, уложенных в идеальные локоны волосах покоилась тонкая золотая корона. Лицо его было красивым, но той холодной, надменной красотой, какая бывает у статуй. Он шёл, не глядя по сторонам, словно ковровая дорожка и склонившиеся по обе стороны от неё люди были лишь досадной необходимостью, частью пейзажа.

Король дошёл до пустующего трона и привычным жестом плюхнулся в него. Подняв глаза, он впервые заметил (или сделал вид что впервые) меня.

Его сопровождение – гвардейцы, расступились и стали за троном.

Высокомерно вздёрнув губу, при гробовой, надо сказать, тишине, он некоторое время отстранённо осматривал меня.

— А, — его голос прозвучал негромко, но в мёртвой тишине его услышал каждый. — Так вот он, наш… герой из деревни… как там её, Купулуё? А, нет, Каптье.

— Ростислав Голицын, лорд-защитник Каптье, прибыл по Вашему… приглашению, Ваше Величество, — произнёс я ровным и спокойным голосом, глядя ему прямо в глаза.

Король ещё некоторое время смотрел на меня, презрительно вздохнул и, легко поднявшись из трона, и, не сказав ни слова ушёл, причём из его «сопровождения» за ним последовал только один гвардеец.

Монарх просто ушёл из тронного зала никому ничего не сказав.

Выглядело это так, что аудиенция, так и не начавшись, была окончена.

За спиной короля зал выдохнул. По толпе прокатился злорадный шёпот. Я стал парией, изгоем, человеком, публично униженным самим монархом. Я не чувствовал себя оскорблённым, потому что мне больше всего хотелось убраться отсюда к едрене фене и мнение короля Маэн меня волновало мало.

В этот момент из толпы, расталкивая придворных, вынырнул запыхавшийся Эрик. Его лицо было красным, а в глазах горел холодный огонь. Он не сказал ни слова. Просто схватил меня за локоть железной хваткой и потащил к боковому ходу, следом за его величеством.

— Ты меня в могилу сведёшь, Рос. Что это был за цирк? Почему не стал на колени? — прошипел он мне на ухо.

- По кочану папайя.

…

Лазурный зал.

Эрик притащил меня в какой-то особенный зал, который был много меньше первого и тут явно не было посторонних. Эдакий королевский зал для совещаний.

Высокие стрельчатые окна заливали пространство прохладным, рассеянным светом, который отражался от полированного до блеска голубого мраморного пола, создавая ощущение, будто мы стоим на поверхности замёрзшего озера. Стена были затянута гобеленом, изображавшими великую победу кого-то из предков Назира — сплошь благородные рыцари на белых конях, пронзающие копьями уродливых, карикатурных монстров. Никакого масла, никаких засад, никакой грязи и крови. Чистая, стерильная, лживая война для аристократов.

В дальнем конце зала, на возвышении и в троне, точной копии трона из Большого зала сидел и небрежно покачивал ножкой король Назир.

- Это Кориан, он премьер королевства, - шепнул мне Эрик, когда мы зашли, указав на мужичка рядом с королём, - Второе лицо страны. А это Верховный маг-магистр Тайсао, он шестой магистерский уровень и много лет конкурирует с Тарольдом, которого ты уже видел. А это генералы, можешь их пока не запоминать.

Эрик явно боялся перегрузить мои мозги и вообще дофига нервничал.

Все, кроме короля – стояли, хотя в углу был стол и пара стульев к нему, там были даже писчие принадлежности и кипа гербовой королевской бумаги.

Эрик вывел меня в центр зала и остановив так прямо перед монархом, переместился и стал рядом с Корианом, причём они непринуждённо пожали друг другу руки.

- Я отмечаю, что Вы, рыцарь Рос, продемонстрировали пренебрежение к манерам при выражении почтения, - недовольно проговорил король.

- Я не являюсь подданным королевства Маэн. Я — барон Рос Голицын, кайеннский рыцарь, а в Каптье я действовал как союзник, а не как вассал.

По залу пронёсся приглушённый шёпот.

Я не был силён в этикете, но знал устоявшиеся рыцарские правила, по древнейшим из которых короли считались «первыми среди равных» и рыцари не должны были бить поклоны перед королями. С годами мир изменился и рыцари, кроме герцогов, должны были становится на колени и всячески демонстрировать подобострастие, но это было правило для подданных короля, а я таковым не был и сейчас толсто на это намекал.

— Союзник, — протянул он, словно пробуя слово на вкус. — Любопытная трактовка. Что ж, оставим пока вопросы этикета. Мы наслышаны о Ваших… талантах. Вы смогли победить в сложным условиях, хотя и против слабенького противника, защитить ту деревеньку от вооружённого сброда, банды бездарных головорезов, собранных тем выскочкой Альшерио. Это похвально, хотя как король я не оправдываю таких подлых методов ведения войны. Войны ведутся так!

Он с назиданием показал мне на гобелен, но я не стал оборачиваться.

- Нам и нашему королевству, - мелодично продолжил король, Сейчас нужны такие люди. Поэтому мы, в своей безграничной милости, решили даровать Вам возможность послужить Маэну ещё раз.

Он сделал паузу, явно ожидая от меня выражения бурного восторга.

Я молчал.

— Мы приказываем Вам, сэр Рос, — продолжил король, делая ударение на последнем слове, — Собрать армию из наёмников, бандитов, сброда и из заключённых, что отбывают наказание в тюрьмах королевства, превратить это отребье в некое подобие войска, способное к решению второстепенных задач на войне, такие как осады, засады… Что там ещё бывает? Словом, Вы послужите мне создателем и главарём этого… полчища, станете грязной карающей дубиной в грядущей войне.

Он величаво откинулся на спинку трона, глядя на меня свысока, как щедрое божество, одарившее смертного немыслимой честью.

— Интересное предложение, — произнёс я после паузы.

Тишина возникла такая, что, если бы в зале был комар, все бы услышали его писк.

— Предложение? Не совсем понимаю этого слова. Я осеняю Вас своей волей и отдаю приказ, который ты, барон, будешь счастлив выполнить.

- Нет. Не буду счастлив и Вы не вправе отдавать мне приказ.

— Щенок! — взревел гвардеец у трона со знаками различия капитана. Капитан, по идее, должен руководить войсками, а не охранять лощёного молодого нарцисса, но при дворе видимо, считалось что короля не будут охранять рядовые. Капитан двинулся вперёд около трона. — Ты смеешь так говорить с королём?! Я научу тебя манерам!

— Мзгени, на место! — холодно бросил Назир, но в его голосе не было настоящей строгости.

Мне это показалось дешёвым спектаклем.

- Вашему величеству, - продолжил я, - наверное, забыли донести мысль, что я не являюсь его подданным и не в его власти. Но я готов рассмотреть это всё как деловое предложение на выполнение работ для короля, предполагающее моё вознаграждение, выгоду. Рассмотреть, не обещаю дать согласие.

Если бы эмоции могли убивать, я бы уже лежал на этом лазурном полу, испепелённый взглядом короля.

— Рассмотреть? Выгода? Эти слова не должно произносить при монархе, тем более в таком тоне.

— Вы не мой король, — спокойно повторил я. — Формально моим правителем является президент и, вероятно, с ним я бы разговаривал иначе. Как и он со мной. Я не выполнял приказы богов, не стану и приказы королей. Я способен заключить и исполнить контракт. Но приказ, отданный в таком тоне, я выполнять не буду. Понятна моя мысль?

Это была последняя капля. Лицо короля Назира исказилось гневом.

— Мзгени! — взвизгнул король и указывал на меня дрожащим пальцем. — Этот мужлан забыл, где находится! Преподай ему урок!

Стражник со знаками различия капитана двинулся вперёд из-за трона бесшумно и резко.

На его лице расплылась хищная, жестокая ухмылка. Эрик оставался недвижим, его лицо было непроницаемо. Лишь лорд-советник Кориан едва заметно покачал головой, словно сожалея о предсказуемой глупости своего монарха.

Мзгени остановился в паре шагов от меня, и медленно вытащил из ножен свой меч. Это был длинный классический полуторный меч, острый и явно дорогой, из качественной стали.

Я стоял неподвижно, чувствуя, как адреналин снова наполняет тело, но мозг оставлял холодным и ясным. Я не смотрел на меч, а только на своего противника и его стойку. На то, как он распределяет вес. На его слишком широкую ухмылку, выдающую самоуверенность.

Он видел перед собой всего лишь глупого провинциального рыцаря в потрёпанном доспехе, не задумываясь над тем, как этот доспех пришёл к такому состоянию.

Глава 4. Добровольное согласие

Мзгени был левшой, что ему совершенно не мешало, оружие и техника боя были универсальными для левшей и правшей.

Внезапно движения капитана утратили плавность и неторопливость. С рёвом, от которого задрожали бы стены менее прочного здания, он двинулся вперёд, атакуя меня сбоку как разъярённый бык, таран из мускулов и стали. Его полуторный меч, который он с лёгкостью держал одной левой, взлетел вверх, готовый обрушиться на меня и разрубить прямо на плитах этого мраморного пола.

Придворные ахнули. Эрик замер, его лицо превратилось в бесстрастную маску. А я, ещё на долю секунды оставался недвижим.

Мой затылок почувствовал знакомое холодное касание затылка. Время замедлилось.

- Тебе нужна моя помощь, избранный герой? – промурлыкал в моей голове голос Анаи.

- Попробую сам разрулить, но ты далеко не уходи, мало ли, вдруг что-то ещё пойдёт не так, - ответил я мысленно.

Моё сознание, но не уши, услышало звонкий смех Анаи, красивый и яркий, как звон колокольчика. У богини сегодня хорошее настроение.

Я видел траекторию удара Мзгени, видел, как напряглись мышцы на его плече, как расширились от предвкушения его ноздри. Он был силён, ловок и быстр. И невероятно предсказуем. Причем Мзгени был намерен в последний момент изменить направление удара и вместо того, чтобы срубить мне голову, ударить меня рукоятью по спине, но удар будет такой силы, что меня повалит на пол, как мешок с картошкой, обрушив и мою харизму, и само тело чтобы я буквально стал валяться у ног короля.

Заодно такой приём собьет с меня гонор.

Но я отдал дань уважения тому факту что он, по крайней мере не собирался убить меня.

За это я не убью его. Лёгкая взаимность воинов.

В последнее мгновение, когда тень от его меча уже накрыла меня, я сделал то, чего он никак не ожидал. Я не отпрыгнул назад, а шагнул навстречу ему, поднырнув под меч и оказался вне линии его атаки и слишком близко к своему противнику.

Причём я отдавал дань тому факту что он сильнее, тяжелее, выше меня и способен смять меня, если я буду недостаточно ловок и хитёр. И на его резкость я отвечал плавностью, как в танце, хотя, что самое поразительное, несмотря на пластику при ведении боя – танцевать я не умел совершенно.

Его силе я противопоставил куда больший, чем у него, опыт реальных драк, а не тренировок.

Огромный клинок со свистом рассёк воздух там, где я только что стоял. Мзгени пришлось потратить силы и даже отчасти потерять равновесие чтобы меч не увёл его в сторону, и он не упал.

Этого мгновения мне хватило.

Поскольку он подошёл ко мне справа – я стоял перед троном, а он со мной на одной линии от трона (гвардеец красовался перед королём и делал всё так, чтобы его величеству было прекрасно видно, что происходит), то мне удалось скользнуть так что я оказался у него за спиной. Буквально на долю секунду.

Моя левая рука метнулась к его запястью, пальцы впились в щель между латной перчаткой и наручем. Одновременно я сжал кулак правой руки и ударил его прямым «джебом» в затылок (во дворце никто не носил шлемов) отчего Мзгени качнулся и немного обмяк.

Я дернул его назад, на себя, ударил коленом ему в зону под его коленями, сцапал правой рукой за металлический воротник-горжет и тряхнул тело и руку так, что он выронил меч. Однако Мзгени качнулся и наклонился вперёд, попытавшись вырваться из моей хватки или даже перекинуть меня через себя.

Я сделал ему (опять скажут, что неблагородно) подсечку, отчего капитан, который слишком сильно отклонился вперёд, неэстетично распластался на голубом мраморе. Как бронированная жаба, хватая ртом воздух, а я сел на него сверху и приставил к его пульсирующей на шее артерии бритвенно-острый нож, один из моих клинков скрытого ношения.

Всё это произошло меньше чем за две секунды. Хоп и королевский пёс, проводник воли и в некоторой степени палач, оказался низвержен вместе с локальный проявлением королевской власти.

В тронном зале повисла мёртвая, звенящая тишина. Было слышно, как где-то под потолком треснула от жара свеча. Придворные застыли, как соляные столпы, с открытыми ртами. Король Назир привстал с трона, его лицо выражало смесь шока, ярости и… неверия в то, что он сейчас видит.

К счастью для меня, Мзгени был единственным охранником в зале, иначе мне пришлось бы непросто, однако сейчас я мог на короткое время зафиксировать ситуацию и обратить внимание на свою точку зрения.

— Как мой друг Назир возможно не понял, — мой голос прозвучал спокойно, но в этой тишине он был подобен грому, — со мной нельзя говорить с позиции силы. Потому что… Начнём с того, что я не исполнял приказы даже богов. Вместо этого мы заключали сделки.

Это было не совсем правда, Дикаис меня просил, это была просьба, обращение божества, но не сделка. Однако знать об этом местным напыщенным индюкам было не обязательно.

Сидя верхом на капитане, я посмотрел на короля.

— А теперь, Ваше Величество, мы можем вернуться к переговорам? Потому что вторая моя мысль, после того что я даже с богами заключал сделки, заключается в том, что вы даже убить меня не можете. При попытке меня убить мой бог-куратор вытащит меня отсюда. К гадалке не ходи, я окажусь богу должен и мне придётся тяжко отрабатывать свой долг. Однако это не меняет того факта, что у короля нет надо мной никакой власти. Если не верите, можете спросить у вашего мага.

Король задумчиво повернулся к магистру, словно только что узнал про его существование.

- А и правда, Тайсао, заколдуй его, - сдвинул брови монарх.

- Не могу, Ваше Величество, — произнёс магистр медленно, и в его голосе слышалась внутренняя борьба от того, что он помимо своего желания делает это признание. – Я уже попробовал. Не знаю, является ли он божественным героем, но защита у него высшего порядка. Она не похожа ни на один известный мне артефакт или защитное плетение. Любая попытка магического изучения или воздействия просто гаснет, поглощается ею. Это может означать только одно.

— Говори же! — нетерпеливо рявкнул Назир.

— Божественное вмешательство, — закончил маг. — Сэр Рос находится под покровительством одной из высших сил. Атаковать его магией — всё равно что пытаться вычерпать море ведром.

Снова тишина. Но теперь она была другой. В ней не было шока, в ней был трепет. Суеверный ужас. Одно дело — быть умелым воином, другое — быть отмеченным богами.

Король медленно опустился на трон. Его спесь испарилась, сменившись задумчивостью и растерянностью.

- Ну и зачем я вас всех держу и кормлю? Дармоеды? Даже приструнить простого мужлана не можете, ублюдки.

Он посмотрел на Эрика, ища поддержки, но тот лишь едва заметно пожал плечами, мол, я предупреждал.

И тут в игру вступил премьер-министр.

Кориан сделал шаг вперёд, его лицо, оставалось спокойным и непроницаемым.

— Что ж, — его голос был тихим, но приковал к себе всеобщее внимание. — Полагаю, что статус божественного героя многое объясняет. И, если позволите, Ваше Величество, это делает ситуацию не более сложной, а наоборот, предельно ясной.

— Позволяю… Говори уже, — хмуро бросил король.

Я тем временем поднял с пола меч гвардейца, осторожно ухватив за середину полотна, с неудовольствием отметил, что несмотря на красоту меча, точат тут клинки паскудно, заточено только остриё, им полагалось наносить только колющие удары, но не рубящие, что существенно снижало боевые возможности оружия.

После этого я встал, рывком поднял с пола Мзгени, который пришёл в себя, ещё пара секунд и мне пришлось бы снова с ним драться и, вероятно, заколоть, потому что в рукопашной борьбе этот кабан бы меня уделал.

А я проигрывать не намерен.

Встав, он потянулся к своему мечу, который я уже держал в руке на середину полотна, но я отодвинул оружие, зло бросив ему, что меч теперь мой трофей.

Растерянный и даже немного жалкий, Мзгени поплёлся к своему месту у трона, по пути растолкав немолодых и встревоженных происходящим королевских генералов. Его немного утешал тот факт, что уделал его не совсем чтобы провинциальный рыцарь, а боевой божественный герой.

— Мы стоим на пороге войны, — продолжил премьер-министр, обращаясь к королю, но поглядывая на меня. — Нам нужен герой. Символ. Тот, кто поведёт за собой людей. Тот, чья победа будет казаться не случайностью, а волей небес. И вот он, перед нами. Не просто умелый тактик, а ещё и избранник богов. Разве можно представить лучшего кандидата для выполнения такой сложной миссии. Тем более политически будет понятно, отчего мы избрали его, потому что мы ничем не хуже богов?!

На этом месте я саркастически хмыкнул, но все этот звук проигнорировали, только лишь Эрик бросил полный злобы взгляд.

- … Мы можем использовать его на благо королевства, - продолжал Кориан, который откровенно прибалтывал короля, чтобы тот успокоился.

Премьер-министр или как тут его должность звучит: лорд-советник, говорил плавно, дипломатично, превращая мой акт неповиновения в убедительную демонстрацию силы, а моё богохульство — в божественный мандат.

С талантом матёрого адвоката он спасал лицо короля, саму ситуацию и меня, одновременно подталкивая его к единственно верному решению.

Я смотрел на этого хитрого лиса и мысленно аплодировал. Эрик был пауком, плетущим сети в тени. Кориан же был ткачом, который работал на виду у всех, создавая из хаоса и противоречий нужный ему узор.

Король Назир помолчал, обдумывая слова министра. Затем он посмотрел на меня, и в его взгляде уже не было презрения. Была настороженность, интерес и холодный расчёт.

— Хорошо, — наконец произнёс он, делая неопределённый жест рукой, - Поговорите с ним, договоритесь, всё такое, раз уж он у нас всяческий герой.

Аудиенция у Его Величества Назира Четвёртого Великолепного закончилась так же, как и началась — фарсом.

Король, утомившись от моего недостаточно радостного и рьяного вида и отсутствия витиеватых благодарностей, лениво махнул рукой, прогоняя меня и Кориана, как назойливых мух.

Премьер ухватил меня за локоть и вытащил в коридор, отсекая заодно и от Эрика, чья роль в этом шоу осталась для меня не до конца понятной.

Дверь захлопнулась.

Мы остались в пустом, гулком коридоре, а я почувствовал навалившуюся усталость, причем утомила меня не драка, а весь этот пафос.

— Ну, Вы и задали мне задачку, — раздался рядом спокойный, взвешенный голос.

Премьер-министр Кориан вытирал испарину со лба. Его лицо, как и в тронном зале, оставалось непроницаемой маской вежливого чиновника. Он не выказывал ни презрения, ни симпатии, а только усталую готовность работать.

Он повёл меня по лабиринту коридоров, отделанных тёмным деревом, картинами и гобеленами, изображавшими славные, но, скорее всего, выдуманные победы рыцарей Маэна, причем в половину случае в атаку их водил очередной король, судя по короне на голове самого крупного и геройского конника.

Мы вошли в небольшой, строгий кабинет, где пахло старыми книгами, гарью свечей и маслом от масляных ламп. Здесь не было позолоты, лишь огромная карта королевства на стене и массивный дубовый стол. Кориан жестом указал мне на одно из двух кресел, а сам сел напротив.

— Итак, — начал он без предисловий, сцепив тонкие пальцы в замок. — Начнём с начала. Сможем мы с вами как взрослые люди, забыть все эти выпады и крики, начать договариваться с чистого листа?

- Без проблем, лорд Кориан.

- Славно. Начнём… Корона, не смотрите на то, что было только что, впечатлены Вашими действиями в Каптье. Вы продемонстрировали… неортодоксальный, но чрезвычайно эффективный подход к военному делу.

— Знаю, умею, практикую, — пожал я плечами. — Я просто хотел спасти людей, ну и не-людей. Это отличная мотивация для неортодоксальных подходов.

Кориан позволил себе тень улыбки.

— Именно эти навыки жизненно необходимы сейчас Маэну. Если придворные и наше Величество…

- ВАШЕ величество, - поправил его я, - В том смысле что я в это радостные «мы» в подчинении короля не вхожу. Зафиксируем этого момент.

- Король Назир, - с нажимом продолжил Кориан, - ценит форму и красоту. Но я — прагматик. И я готов предложить Вам сделку, которая нас обоих устроит. Компромисс и взаимная выгода.

Он сделал паузу, оценивая мою реакцию.

- Предлагайте, лорд Кориан, что корона может дать скромному и, главное, не желающему ввязываться в эту всю историю сэру рыцарю Росу?

— Корона готова даровать Вам титул герцога, — произнёс он ровным тоном.

Я задумался. В принципе я и рыцарем-то стал случайно, но статус в феодальном мире удобный и решающий массу проблем (но создающий новые).

С другой стороны, это был прыжок через несколько ступеней феодальной лестницы. Герцоги, князья, курфюрсты и принцы — это «топ», это высшая ступень феодальной лестницы. Выше них были только короли и то, герцог мог быть самостоятельным правителем, если его государство – герцогство и тогда, даже при формально более низком статусе чем король, фактически герцог будет равен королю.

И в то же время властолюбие не входило в число моих пороков.

— Вместе с титулом Вы получаете пожизненное звание генерала и официальное право на командование создаваемой Вами армией, — продолжил Кориан, не давая мне опомниться. — И, что самое важное, учитывая специфику Ваших методов, Вам даруется полный юридический иммунитет. Ни один лорд, ни один судья в Маэне не сможет оспорить Ваши приказы или судить Вас за действия, предпринятые во благо королевства. Этот иммунитет Вы можете распространять и на других, освобождая от наказания воров, убийц и прочий опасный, но полезный в некоторых случаях сброд независимо от того находится ли этот сброд в тюрьме.

Интересно девки пляшут.

С Корианом определённо было выгоднее разговаривать, чем с королём, который, судя по его наглой роже считал, что я должен надрываться на его Маэн из голого оптимизма.

- Я всё ещё не дал согласия, но хотел бы услышать все условия предлагаемой сделки, лорд Кориан, - осторожно подбирая слова, сказал я.

- Вы собираете наёмников, преступников, бродяг и прочий не очень ценный в мирное время народец и формируете из них армию.

- А почему именно преступников? – прямо спросил я Кориана. – Что, в казне нет денег на то, чтобы обучить обычных горожан и наёмников?

Премьер-министр от моего вопроса заёрзал и отвел взгляд.

- Ну конечно, сэр Рос, есть некоторые проблемы. У нас на носу война, так считают генералы и так считает сэр Эрик, значит я принимаю этот факт и провожу подготовку, но у нас в казне мышь повесилась. Сборы скудны, мытари утаивают поступления, герцоги не делают перечисления в казну, гномий банк предварительно отказал нам в кредите.

- Значит речь идёт только про экономию средств, оттого Вы мне предлагаете возглавить такой контингент?

- Да, - Кориан снова увёл глаза в сторону, и я решил для себя что это явно не все причины, но дальше давить не стал.

- Мне нужно больше вводных, лорд Кориан. Какую штатную численность армии Вы себе представляете?

- Чем больше, тем лучше.

- Это не математическое выражение, - я отрицательно покачал головой.

- Ну смотрите, - он сложил руки пирамидкой, - У нас в королевстве более двухсот учреждений наказания. Часть из них находятся в северной части страны, ещё группа находятся в Приталийских холмах, это восток, там оловянные, медные и золотые рудники. И довольно много тюрем у нас в провинции Мизатерри. Убийцы, разбойники, мятежники. Преступников из центральных регионов столетиями направляют туда. С другой стороны, это превратило регион в сточную канаву, у меня даже желающих на пост губернатора тамошнего найти не всегда получается, а уж о налоговых сборах я молчу.

- Две сотни тюрем и каторг. А сколько там народу?

- Почти сто тысяч. Если Вы выберете четверть или половину, то получится армия до пятидесяти тысяч. Я не силён в военных планах, но расклад сил и причина для формирования армии такова – его величество король Маэна Назир в величии своём может собрать армию в сто тысяч. Но и подлый король Бруосакса Вейран соберёт столько же. А если наша сторона положит на чашу весов ещё пятьдесят тысяч воинов, даже дрянного качества, это перевесит чаши в нашу пользу.

- Лорд Кориан, Вы тут единственный, по моим ощущениям, адекватный человек, поэтому давайте на чистоту. Без лицемерия и лжи. Ваш король соберёт не сто, а сорок пять. Потому что надувать щёки это одно, а по факту все феодалы зажилят войск. Вот увидите. Хотите поспорим на деньги? Но у Вейрана будет такая же петрушка. Тоже меньше полтинника. Другое дело, Ваш король, он собрался вести завоевательную войну?

- Не понял вопроса.

- Ну, он намерен вести войну на чужой территории?

- Да, что-то такое говорили его генералы и сэр Эрик.

- Эрик, значит, тоже пробрался в штаб… я нихрена не удивлён.

- Ну, они же захотят грабить, а грабить удобнее чужие города и территории.

- Охрененная логика. Словом, так Вейран сможет сформировать ополчение против вас, у него будет возможность воззвать к оборонительным мотивам населения, так что чаша весов по-прежнему равна.

- Но пятьдесят тысяч!

- Ой, да не будет там пятидесяти тысяч, Кориан! – воскликнул я. – Вы и сами это знаете. Все тюрьмы завышают численность чтобы получить больше финансирования и продовольствия на прокорм зэков, а кормят впроголодь, разницу воруют. А проведи ревизию, там будет на треть меньше народу. В лучшем случае.

Кориан закряхтел, но спорить не стал.

- К тому же вы все такие простые, вроде – Рос заезжает в тюрьму, щёлкает пальцами и заключённые радостной толпой бегут за мной как пьяницы за бочкой с пивом? Не будет этого.

- Но ведь отребье достаточно поманить куском хлеба.

- Перестаньте называть заключённых и бродяг отребьем, это для начала. И потом – не побегут. Большинство из них сидят по своим камерам, баланду жрут, а вербовщики… Кстати, собирать войска тоже надо мне?

- По северных тюрьмам я пошлю своих людей, но центральные регионы и восток – да, вы сами. Ну или я займусь.

- Я просто уточняю. Так вот, заключённые не побегут на войну, это же большой риск помереть, вместо того чтобы просто отбыть свой срок. Только незначительная часть, и их будет больше на каторгах, где труд слишком тяжелый, вызовутся добровольцами.

- Им можно приказать, - осторожно предложил Кориан.

- Вы сами-то в это верите? А копьё за них я буду держать или может быть ваш сиятельный монарх? Нет, для любого дела нужна мотивация. Поэтому в войско я наберу только добровольцев, при условии, что здоровье им позволяет стать солдатами, потому что тюрьмы не курорт, там больше половины это доходяги и чахоточные.

Кориан кивнул, скорее всего он и сам это понимал.

- А наёмники? – осторожно спросил лорд-советник.

- А денег на наёмников Вы мне дадите?

- Ну, казна оскудела…

- Понятно всё, денег на наёмников нет. Тогда зачем про них вести речь? Кстати, про деньги, что с моим вознаграждением за всю эту работу?

- Ээээээ…. Мы готовы вам предложить сто тысяч марок, но после войны.

- Сто тысяч, но половина до начала боевых действий, потому что она мне понадобится в том числе на войска.

- То есть, Вы согласны! – ухватился за мои слова Кориан.

Я задумался…

В действительности, судя по порыву с Мзгени, выбора у меня нет, король хочет заставить меня тащить эту роль и если я слишком сильно буду возражать, то меня схватят и станут пытать, буквально, пока я не соглашусь.

Анализ.

Плюсы принятия предложения: статус герцога и генерала, карт-бланш в вопросах власти, высокий статус в королевстве и за её пределами, возможность реализации своих навыков.

Минус – это бесконечно отдаляет меня от Пинаэрри, моего домена (доеду я уже когда-нибудь до него или нет?).

Минус – меня втягивают в эту ситуацию насильно, против моей воли.

Минус – если я откажусь или сбегу, они найдут на эту роль кого-то тупее и более жестокого и люди пострадают.

Плюс – денежное вознаграждение (вероятность его реального получения далека от 100%).

Скрытый плюс – судя по постановке вопроса «Армия воров» будет подчинятся лично мне и не будет интегрирована в вооружённые силы Маэна. А это значит, что я в какой-то момент могу перехватить управление этой армией в своих интересах, то есть у меня появится личная армия для проведения личной политической игры, если я этого захочу.

Скрытый плюс – с высокой вероятностью я могу в любой момент сбежать (возможность отказа от миссии).

Рекомендация – принять миссию к выполнению, получить статусы герцога и генерала сразу, как и часть оплаты.

…

- Я согласен, лорд-советник.

- Вот так запросто?

- Нет, всё, как учил Мейнард. Письменный договор с подписью короля, предоплата хотя бы в какой-то части, указы на герцога, на генерала, на этот ваш иммунитет.

Глава 5. С такими друзьями и враги не нужны

Итак, я получил формальный титул герцога Кмабирии, то есть - проклятых земель.

В действительности такого герцогства, как Кмабирия не существовало. Обширные, необитаемые и проклятые в буквальном смысле этого слова Кмабирийские болота входили в состав бедного и неблагополучного региона – Мизатерри. Но ради меня, ради придания мне статуса герцога, лорд-советник волевой рукой внёс небольшие изменения административно-территориальное деление королевства.

И эта гибкость при достижении цели в действиях Кориана мне понравилась.

Так же я получил звание генерала, об этом был ещё один указ. Никакого роста или повышения в звании, написано буквально: «присвоить сэру Росу Голицыну звание генерала».

А ещё король Назир своим указом и это выглядело именно как королевская воля, а не часть сделки, учредил Первую Добровольческую армия Маэна и мне по такому случаю выдали флаг, сложенный в несколько раз и без древка.

Но это всё не так важно, как договор с размашистой подписью короля.

В текст договора на стадии его согласования я смог внести правки. Пусть я и не юрист, но там были такие слова как «обязан оплатить» (это про короля) и вместо условия «победа» (это про меня и про общий результат), появилось - «принять участие в войне и приложить все усилия, без права выйти из войны, кроме как по воле короля».

Момент важный. Я не хочу, чтобы все мои достижения слетели в случае, если сторона Маэн проиграет свою войну.

Опять-таки эти напыщенные индюки меня к руководству военной компанией от всего Маэна не допустят.

Опять-таки, я подозревал что в отличие от Каптье, где я защищал хороших людей от плохого агрессора, тут по обе стороны будут участвовать подонки и хороших в этой истории не будет.

Да и деньги мне, скорее всего и так, и так не заплатят. Даже остаток финансирования на создание армии мне положен не в серебре, а в королевских векселях, которые никто не захочет принимать.

Тут, в столице, меня держали за дурака, причём опасного, никто не собирался вести со мной честную игру. Не собирался делать этого и я с ними.

Прошло два дня с момента веселенького разговора с королём и на третий наконец-то пришло и финансирование и документы.

К сожалению, как часть договорённости, пусть и не указанной в договоре – мне придали свиту.

Ну оно хорошо, когда свою свиту ты набираешь сам и представляешь из кого. Ещё лучше, когда твои спутники не прислуга и не рабы, а друзья, единомышленники.

Короче, это всё не моя история.

Пока шла подготовка документов и расставание Кориана со своими серебряными марками, я узнавал про те самые проклятые болота (и чем больше я узнавал, тем меньше мне это место нравилось) и подводил итоги.

Анализ.

Минусы:

1. Локация: Проклятая земля, кишащая неизвестными монстрами. Строительство и снабжение — логистический ад.

2. Армия: Сброд, который скорее перережет друг другу глотки, чем пойдёт в бой. Дисциплина на нуле, мотивация — отрицательная.

3. Финансирование: Одиннадцать тысяч марок серебром — это пыль. Этой суммы не хватит даже на то, чтобы выкупить у стражи ключи от всех камер. Королевские векселя — это филькина грамота, пока у меня не будет реальной силы, чтобы заставить лордов и губернаторов их принимать.

4. Навязанные компаньоны в количестве четыре единицы сомнительного качества и с неясным статусом.

Плюсы:

5. Статус: Титул герцога и звание генерала — это не просто слова. Это юридический вес. Это право отдавать приказы, реквизировать, судить и миловать. Это власть, пусть пока и бумажная.

6. Автономия: Меня ссылают в захолустье, которое хотя и было географически ближе к центру, ведь Пьённистар находится в западной части Маэна, в 56 километрах от края, фактически регион, куда я отправляюсь, удалён от торговых путей и является «дырой», то есть неблагополучным, бедным и малонаселённым регионом Маэна. Это значит, я буду избавлен от ежедневных интриг и надзора. Я смогу действовать так, как считаю нужным.

7. Армия: Да, это отбросы. Но это будут «мои» отбросы. Люди, которым нечего терять. Если я смогу дать им цель, надежду и шанс на новую жизнь, их преданность будет стоить больше, чем верность любого наёмника. Это чистый лист. Ну как чистый… грязный, конечно, но хоть какой-то потенциал.

8. Юридический иммунитет: интересный фактор. Я могу делать всё, что угодно, и никто не посмеет меня судить. Я могу вешать, миловать, заключать союзы с орками, торговать с гоблинами, использовать запрещённую магию — и всё это будет «во благо королевства».

Вывода нет, пока только факты.

Я криво усмехнулся. Игра началась.

…

На третий день с утра пораньше в Гостевой дом Шиффиск прибыл капрал из гвардейцев и с достоинством выдал мне под расписку мой гномий меч, который в своё время забрал капитан Мирран.

Выдача меча означала что я больше не попаду во дворец, во всяком случае меня там не ждут.

Ну и зашибись, в гробу я видал этот вшивый пафос и счастье общаться с его Надменным Величеством.

У меня теперь два меча, потому что гвардейский я оставил как трофей и на робкие просьбы Кориана выторговать его обратно заявил, что это рыцарский трофей и он не подлежит возврату.

Ещё, пока я торчал во дворце и согласовывал документы, я стырил (взял безвозмездно, поскольку мне нужнее) стопку толстую плотной гербовой бумаги с водяными знаками королевской канцелярии.

Просто прихватил и всё. Пригодится.

Через какое-то время в Гостевой дом прикатилась безликая карета с суровой разбойного вида охраной. Представитель казначейства зашёл в мою комнату в сопровождении двух громил и выдал мне под роспись сундучок со здоровенными монетами номиналом в десять марок, причём заставил их пересчитать. Деньги передал, а сундучок – нет, его забрал. На мою робкую просьбу дать мне «тару» ответил безапелляционно, что за финансирование армии и оплату я отчитываюсь перед Корианом и казначею на эту сумму плевать, а вот прочные казённые сундуки с магической защитой - штука подотчётная.

Когда он, не прощаясь, ушёл, я упрятал всю сумму в свою наплечную сумку.

Как раз когда я закончил слуга гостевого дома сообщил: «К Вам пришли, ожидают у коновязи».

Документы, деньги – всё по плану. А это кого ко мне нелёгкая принесла?

Но раз их пустили на территорию гостевого дома, значит не совсем посторонние.

Четверо мужчин стояли у коновязи гостевого дома рядом с пятью навьюченными лошадьми, и каждый из них выглядел так, будто его только что подобрали со дна столичной жизни или вытащили из королевского наркоманского рехаба.

Первым был тщедушный, сутулый человечек с бегающими глазками и пальцами, перепачканными чернилами. От него пахло пылью и дешёвым вином. Он беспричинно улыбался и нервно теребил рукав своего поношенного камзола.

Второй — полная его противоположность. Гора мускулов с тупым, бычьим лицом, бритым наголо черепом и пустыми глазами. На его бритой голове виднелся шрам от дубинки, а костяшки на кулаках были сбиты в кровь. Он стоял неподвижно, уставившись в одну точку.

Третий был стар. Седой, с бельмом на глазу, с лицом, похожим на старую карту, испещрённую морщинами-дорогами. Он опирался на корявую палку и жевал какую-то вонючую траву, сплёвывая под ноги. От него несло застарелым потом и ведьминскими травками, которые те применяют для отправки в астрал (по сути – растительный наркотик).

Четвёртый был молод, но выглядел хуже всех. Длинные, сальные волосы, безумный блеск в глазах и тонкие, подрагивающие пальцы. Его одежда была покрыта пятнами неизвестного происхождения, а от него самого исходил слабый, но отчётливый запах серы и озона.

Эти чудесные люди уставились на меня, кто с опаской, кто с вызовом, кто с полным безразличием.

- Здравствуйте, герцог Рос, - протянул «Сутулый» который почему-то смотрел не на меня, а куда-то левее, словно у него был сбит прицел на оба глаза. – Мы Ваш штат, приданы Вам по приказу господина Кориана. А вот, собственно, и королевские кони. Что прикажете, господин герцог?

Вообще-то лорд Кориан что-то такое говорил, про то, что придаст мне помощников, но я пропустил его слова мимо ушей. А теперь смотрю и понимаю, что он, как оказывается, не шутил. Или, наоборот, шутил, но не смешно.

Это была не свита, а паноптикум.

Сутулый протянул мне сложенный вдвое приказ о назначении четырех отменных королевских чиновников и специалистов в штаб «Первой добровольческой армии».

Телохранитель, доктор, писарь и квартирмейстер. Я не стал вчитываться. Сейчас разберёмся.

Для начала я посмотрел животных и мне показалось что их давно следует отправить на вольные пастбища, на годик, уж больно несчастный вид был у животины.

Коней мне было жалко. Коней, но не людей.

…

— Итак, — начал я, обводя их взглядом. — Лорд-советник Кориан решил, что мне нужны помощники. Видимо, вы и есть лучшие кадры, которые он смог найти. Давайте знакомиться. Ты, — я ткнул пальцем в чернильного человечка.

— Ло… Лорик, Ваша светлость, — пролепетал он, кланяясь. — Писарь. Бывший писарь королевского архива.

— Бывший? За что уволили? — спросил я в лоб.

Лорик побледнел.

— Небольшое… недоразумение с долговыми расписками, Ваша светлость. Я лишь… творчески подошёл к каллиграфии.

— Ясно. Горе-мошенник, — констатировал я. — Дальше. Ты, — я кивнул на гору мышц.

Тот молчал, продолжая смотреть в пустоту.

— Его зовут Безольс, — проскрипел старик. — Он не говорит. Совсем. Служил в Первом корпусе столичной городской стражи. Вышибли за то, что он «преподал урок вежливости» сыну гильдмастера. А перед этим дружки гильдмастера его этим сильно побили. Видать, попали по голове. Но доктора говорят, что он всё понимает и вообще годен к строевой службе.

— Понятно. Глухая ярость и наша доблестная охрана от врагов, — я перевёл взгляд на старика. — А ты у нас кто?

— Борг, — снова сплюнул тот. — Интендант. В отставке. То есть сейчас я, конечно, восстановлен в звании для того, чтобы служить Вам, господин…

- Причина отставки?

- Это всё ошибка и поклёп.

- А по фактам?

- Ну…. Ревизия недосчитались пары бочек вина.

- Пары? Говори, как есть, Брог, у меня нет вина.

- Сто двадцати шести бочек. Ну и там по мелочи, ящика копчёных окороков, крупа, сахар, соль, специи. Я считаю это всё несправедливо, были ошибки в документах, к тому же утруска, усушка.

— Ворующий снабженец. Зашибись, дайте два, — я повернулся к последнему, дёрганому юнцу. — А ты у нас кто, медик?

— Фенвик меня зовут! — выпалил тот, и его глаза загорелись безумным огнём. — Я не доктор, не алхимик, а — натурфилософ! Я почти открыл состав эликсира вечной молодости! Но эти ретрограды из гильдии… они назвали это «незаконным экспериментом над людьми» только из-за пары незначительных побочных эффектов!

— Каких?

— Ну… Один из солдат которого я лечил, он немного… расплавился. Но я был так близок!

Я молча смотрел на них. Мошенник, дебил с психическими отклонениями и черепно-мозговой травмой, вор-интендант и сумасшедший алхимик. Чудесно, мля. Вот это я навоюю. В принципе мне можно не нанимать остальное войско, этих вполне достаточно для самых смелых боевых операций.

Кориан, к гадалке не ходи, провёл по бумагам их назначение в мой несуществующий штаб как перевод. Не удивлюсь если Брог и Лорик ещё и информаторы что Кориана, что Эрика и станут доносить о каждом моем шаге.

Вот такой вот кадровое усиление… Штат!

— Ну что, герои обороны Маэна, по коням, — бросил я, запрыгивая в седло. — Нас ждёт наше болотное герцогство.

«Казна была при мне», этим калекам я такой вопрос не доверил.

Мы выехали из ворот Пьённистара без всяких проводов и фанфар. Пятеро всадников: сомнительный генерал и его свита из отбросов, направляющихся в самую мрачную дыру королевства.

А я был рад, столица Маэна вызывала у меня неприязнь и ощущение не иллюзорной опасности.

* * *

Во время путешествия к Мизатерри я зашёл в гномий банк, убедился, что неподалёку от конечного пункта моего путешествия есть гномий банк и положил всю казну армии на личный счёт, чтобы путешествовать налегке, оставил себе только на дорогу.

Деньги я положил тайком от своих подчинённых, пока мой штат ругался при выборе между двумя средней паршивости постоялыми дворами.

Эти расходы, дорожные, меня порядком подбешивали. Всю эту шайку-лейку надо было селить и кормить, а жрали за чужой счёт они как танк солярку.

Через двое суток пути, двигаясь уже по разбитым и пустынным (тут даже разбойников не было) дорогам Мизатерри мы добрались до городка со странным названием Бинндаль. По-гоблински такое название можно было бы перевести как «место, где корова умерла». Может быть, просто созвучно, совпадение.

Бинндаль встретил нас запахом гнили, дешёвого пива и безнадёги. Ещё и погода была мерзкой. Городок, если это недоразумение из кривых хибар и утопающих в грязи улиц можно было так назвать, прилепился к самому краю Кмабирийских болот, как бородавка к лицу королевского повара.

Вообще Кориан написал мне инструкцию как мне действовать и что моей резиденцией станет некий остров Штатгаль.

Причем остров слово странное, это же обычно означает кусок суши посреди моря или там, океана?

Остров Штатгаль торчал как сравнительно безопасное место среди Кмабирийских болот и туда вела всего одна дорога.

Мне Кориан предписывал для начала топать в столицу региона и знакомится с губернатором про которого даже он писал, что тот является пройдохой и казнокрадом, получить от него денег и набрать людей для строительства тренировочного лагеря в Штатгале. И вообще во всём полагаться на этого славного парня.

Совпадение или нет, но уже на границе провинции Мизатерри я услышал от купцов что губернатор срочно отбыл в столицу.

То есть даже если бы я захотел, дёргать тут мне было бы некого. Ну, я не чиновник, в эти игры играть не хочу, обойдусь без сопливых.

Ну и само собой, никакую инструкцию выполнять я не намерен.

Поэтому я направился поближе к месту, где мне приказано тренировать и обучать свою армию… Кстати, я заведомо называю её своей, а не королевской.

Любой город неодинаков по уровню чистоты и опасности. Я, несмотря на вялые возражения своих спутников – «штата» направил лошадей в самый некрасивый и опасный даже на вид район, где прямо у входа в кабак столкнулся со стайкой гоблинов-подростков.

Подростки они в любом мире подростки. Они смотрел враждебно, а потом, обменявшись несколькими фразами на гоблинском стали нас медленно обступать. Парочка из них достали из складок одежды массивные тесаки.

- Герцог! Босс! – с драматизмом в голосе обратился ко мне старик-Борг. – Нам срочно надо бежать, они же на нас напасть хотят, босс!

- Да ну, с чего ты решил? К тому же у нас же есть Безольс, чего нам боятся?

Борг повернул голову чтобы заручится поддержкой молчаливого здоровяка Безольса, но у того, вероятно, были свои представления о прекрасном и жизненная стратегия. И она не включала в себя драку с десятком подростков за жизнь постороннего герцога.

Может это и не так, и в душе Безольс был храбр, однако сейчас он улепётывал, причём он сбежал самым первым. Бегство здоровяка вызвало у гоблинов смех, а у моего «штата» – панику.

И они, мой штат, тоже побежали. Они бежали так быстро, что даже не заметили, что вместе с гоблинами смеялся и я сам.

Нет, я не знал гоблинов, но мне было весело, я почти ничем не рисковал, а также потому что только что волею случая избавился от своей неприятной даже на вид свиты.

Вообще-то попадание в рискованную ситуацию не было случайным, я что-то такое искал, можно сказать, нарывался.

Но то, как поведёт себя моё войско было тестом, проверкой. Я решил для себя что если они будут готовы драться, защищая меня, то так и быть, я стану пытаться перевоспитывать и находить применение такому штату. Ну а если нет, значит буду от них избавляться.

…

- Эй, чужак, чего смеешься? – нахмурился один из гоблинов.

Я медленно поднял голову и посмотрел ему прямо в глаза. И заговорил. Но не на всеобщем, а на их родном, гортанном, щёлкающем языке.

- Старший кто? – спросил я спокойно, чеканя каждое слово.

Глава 6. Суд

Эффект был ошеломляющим. Гоблины замерли. Их наглые ухмылки сползли с морд, сменившись откровенным изумлением.

Один из них нахмурился и вышел вперёд.

- Ну я… Так ты, говоришь на Истинном языке, чужак?

- Меня зовут Рос. Говорю. И имею сказать следующее. Мы можем с вами помахать железками, у кого из вас они есть, - ловким движением я извлёк гномий меч, который, казалось, светился среди всей этой грязи и серости. – И тогда будь что будет. Ну а можем познакомится. Только я знакомлюсь за кружкой пива, причем угощаю до уровня столько, сколько ты можешь выпить за вечер. За мой счёт, само собой… Так что, продают в этом заведении пиво? Или подерёмся?

Гоблин кивал головой, некоторое время рассматривая меня и прикидывая, стоит ли всё же рискнуть.

Моя броня, оружие, уверенная в себе манера и тот факт, что я говорил на гоблинском (он входил в мой языковой пакет попаданства как и среднеэльфийский) убедил его в рациональности мирного пути общения.

Я подвязал лошадь и толкнул дверь в кабак, ведя за собой гоблинов-подростков. В нос ударил густой, удушливый смрад из пота, прокисшего эля, табачного дыма и дешёвых специй.

За грубо сколоченными столами сидела разношёрстная публика: угрюмые люди с лицами каторжников, несколько орков, играющих в кости, кто-то старше, кто-то младше.

Мы сели за крепкий сосновый стол у стены зала. Трактирщик, одноглазый орк с перебитым носом, нехотя подошёл к нашему столу, вытирая руки о грязный фартук.

— Чего надо господину? — прохрипел он.

— Лучшего пива на всех, самого дорогого, сразу по две кружки.

- Две?

- По две на каждого.

Орк многозначительно посмотрел на стайку гоблинов, явно зная их, но поскольку в заведении вели себя более сдержанно чем на улице, то ничего не сказал и пошёл выполнять заказ.

— Меня Грузнем звать, — представился вожак. — А это наша банда: Брэбель, Кайсей, Тха Тихая стопа, Гаракас Пришлый и Пагессай, Синеклювый Бабан, Рхойнаг, Кшису Сопляк, Врег Птицелов.

- А я Рос!

- Привет, Рос.

- Я герцог.

- Да ты гонишь, - искренне не поверил мне один из гоблинов.

- Неее… К сожалению, нет, натуральный герцог. Но что мы всё обо мне, расскажите про местные порядки.

Молчаливый орк-трактирщик, наблюдавший за наши общением на гоблинском с немалым удивлением, притащил наш заказ.

— Ты странный человек, Рос, — сказал самый молодой из гоблинов, с неожиданно рыжими волосами. — Большинство длинных, завидев нас, хватаются за меч. А ты предлагаешь выпивку.

— Большинство длинных — идиоты, — ответил я, поднимая свою кружку. — Они видят только гоблинов с тесаками. А я вижу парней, которые знают этот город лучше, чем кто-либо другой. За знакомство.

- Клянусь не обнажать против тебя меч, Рос! – поднял кружку Грузень, а потом тот же словесный ритуал повторил каждый из гоблинов.

Внезапно во мне шевельнулся навык Рой. Я активировал навык и с удивлением обнаружил что Рой трактовал слова гоблинов, как союзничество и я смог проверить их. Анкетные данные меня не интересовали, но, главное, у них был осторожно-дружеский настрой и никакой гнильцы вроде намерения напоить и ограбить.

- Обещаю не обнажать против вас меч, братцы-гоблины!

Мы чокнулись. Пиво, даже самое дорогое, было отвратительным, но в этот момент оно казалось мне вкуснее королевского вина. Я сидел в самой грязной таверне самого захудалого городка на краю света, в компании гоблинов-гопников, и наконец-то чувствовал себя в безопасности.

* * *

Утро в Бинндале пахло дымом и туманом, сырой вспаханной землей с полей и мокрой овечьей шерстью.

И эти запахи нравились мне куда больше, чем весь парфюм и замаскированная вонь столичного дворца.

Вечером к нам в кабак пришёл войт, местный выборный старейшина городка и, строго спросил гоблинов, не хулиганят ли они, предложил мне заночевать у него.

Поэтому моё утро началось в доме войта, глядя в окно на хмурое, затянутое серыми тучами небо.

Моё новое герцогство - Кмабирийские болота начиналось в одиннадцати лигах от Бинндаля и скрывать этот факт, свой статус, как и создание армии по приказу короля, от войта, звали его Юрбан, я не стал.

Выйдя из комнаты на кухню, я встретил войта и его супругу, Марту, которая попыталась мне поклонится.

- Прошу Вас так не делать, я этого всего не люблю. Это Ваш дом, я тут гость, никаких преклонённых колен. Юрбан, можно Вам вопрос?

- Да, Ваша светлость Рос.

- Там в окрестностях города случайно не находились мои слуги, подчинённые… Такие четверо чужаков-бедолаг.

- Да, - кивнул он, - У нас тут городок тихий, стражи как таковой нет, но есть жандармы-дружинники. Ночью мои парни поймали четверых Ваших, они пытались украсть телегу, чтобы сбежать из города… Нам такое обидно слышать, мы же не тюрьма, чтобы от нас сбегать! У нас ворота в частоколе запираются от волков, а не потому, что мы никого не выпускаем. А они… Они Вашим именем прикрывались, кстати!

- И где эти герои ночных странствий?

- Дык в подвале ратуши, под замком, — буднично ответил войт. — Стражи-то нет, каземата тоже нет. В подвале и держим, если кто перепил и буянит. Я Вам собирался рассказать, когда Вы опохмели… то есть, здоровье поправите, вот…

Он протянул мне кружку с пивом, но я не стал пить, попросив вместо этого у хозяйки дома чистой колодезной воды.

- Друг мой Юрбан, а собери-ка мне народ на площади и выведи потом этих нерадивых чертей? Объяви, что герцог будет вершить свой первый суд.

- Суд? Суд это у нас любят, суд - это весело, когда не над тобой. Народу страсть как развлечений не хватает. А палач вам нужен?

- У вас тут нет стражи, но есть палач? – удивился я.

- Ну как палач… Мясник наш подрабатывает… Олли, палачом и дантистом, всё больше задницы порет, казнить-то он не умеет, не доводилось. Вы же не будете их смертной казнью наказывать, ваша светлость?

- Не буду. Давай Олли, только пусть он колпак свой наденет с дырками, если есть, и вообще вид, чтобы наиболее зверский.

- Сделаем.

- А писарь есть? – спросил я, коль скоро войт, как местная власть, так мне помогает.

- Есть и писарь, наш школьный учитель Юбэг.

- Вот его тоже притащи на суд, пусть ведёт протокол.

Войт, взрослый, но не старый, крепкий, пузатый, мощный, с короткой жёсткой бородой на огромной челюсти, понимающе кивал и помалкивал.

Герцога он принимал в гостях впервые и старался ничему не удивляться, например тому, что я в первый же день затеял какой-то суд.

Что меня порадовало, он не стал оспаривать мою власть, хотя он и его городок в состав моего проклятого герцогства не входил.

Просто войт отдавал дань тому факту, что я выше него по феодальной лестнице власти на несколько ступеней и всё.

Через час тесноватая городская площадь гудела, как растревоженный улей. Собралась разношёрстная толпа: хмурые бородатые мужики-дровосеки, фермеры, юркие гоблины, несколько орков-охотников, ремесленники, женщины с детьми.

Все они смотрели на импровизированное судилище — стол и два стула, вынесенные из ратуши, с любопытством и опаской. Я сел за стол, положив рядом свой меч. Рядом посадил Юрбена, он местная власть, хотя его роль как у мебели, сидеть, да помалкивать.

Палач был уже тут, и даже помахал кому-то из толпы и на неясный вопрос ответил неопределённое «после казни». Видимо у него хотели приобрести мясо. В целом его поведение добавляло колорита, если не сказать, что жути.

— Ввести обвиняемых! — приказал я.

Два дружинника, безмерно гордые своей ролью в «шоу», вытащили на площадь моих «слуг». Зрелище было жалким. Их бархатные камзолы были измазаны в грязи, причёски истрёпаны, а на холёных столичных лицах застыла смесь страха и непонимания.

— Итак… суд ведёт герцог Рос Голицын, — начал я громко, чтобы слышал каждый, — Эти люди, а именно Лорик Сутулый, Безольс Ушибленный, Борг Ошибка, Фенвик Алхимик являются моими слугами. Подсудимые, скажите, вы мои слуги?

- Да, господин! – первым сообразил Лорик и бухнулся на колени.

Безольс сделал зверское лицо, но, как обычно, промолчал.

Я поморщился от этой реакции, но продолжил.

- Вчера вечером у кабака «Дымная пещера» принадлежащей орку Мастегу из рода Болотников к нам подошла группа свидетелей. Свидетели, выйдите, покажитесь народу.

Писарь старательно водил пером, записывая процесс судопроизводства.

Гоблины вышли, но не все, видимо, с похмелья не все смогли прийти и молча стали на всеобщее обозрение.

- Так… свидетели стали обступать меня и слуг, которые, вероятно, решили, что на нас совершается криминальное покушение. Решили они там, потому что свидетели достали свои тесаки. Но это милые ребята и ничего плохого они не задумали. Достали, чтобы показать, похвастаться. Но, будем откровенны, слуги мои решили, что ваши гоблины собрались на меня напасть.

Толпа напряглась и замолчала. Местные знали гоблинов и знали, что те и правда представляют собой опасность, однако им не хотелось, чтобы подростки, всё-таки это были свои хулиганы, не чужие, нарвались на наказание герцога, то есть моё.

- И вот подсудимые, без объективных причин бросили своего господина в беде… Ну, как они думали, в беде и сбежали. Между тем мы с парнями поговорили и никакого конфликта у нас, само собой, не возникло. В итоге, я имею прескверную ситуацию. С одной стороны, ваши ребята… к ним никаких претензий, славные парни, будущая опора города. А с другой стороны, мои слуги совершили акт предательства по отношению к своему начальнику и господину. Некрасиво получается.

Самый молодой из моего «штата» – шальной Фенвик поднял руку чтобы что-то сказать, но я его проигнорировал.

- Итак они виновны в измене. Так вот, народ Бинндаля, спрашиваю вашего совета. Как мне, герцогу Росу поступить с этими бедолагами? Повесить их? Или может выпороть и выгнать взашей?

Пару человек выкрикнули варианты про смертную казнь, но бабы быстро зашикали их и стали голосить за вариант публичной порки.

- Ну что сказать, - с деланной покорностью подвёл итог я, - Тогда с учётом мнения честного народа Бинндаля, я, Герцог Кмабирийских болот постановляю слуг Лорика Сутулого, Безольса Ушибленного, Борга Невиновного, Фенвика Алхимика уволить из моих слуг с позором, выгнать из города, а перед этим всыпать по дюжине плетей по жопе. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Палач, приведите, пожалуйста, в исполнение.

Приговор был встречен одобрительным гулом толпы. Это было понятно и справедливо в их глазах. Не беспричинная жестокость, но и не слабость.

Писарь дал мне протокол, в котором я расписался и ушёл, не желая видеть экзекуцию.

А народ остался. Ещё бы, при отсутствии других реалити шоу – это целое зрелище и развлечение.

Порка была недолгой, но унизительной. Мои бывшие слуги визжали и извивались под ударами, вызывая у суровых местных жителей лишь презрительные усмешки. После экзекуции их, всхлипывающих и униженных, вытолкали за городские ворота. Им дали по котомке с продуктами, хлеба, воды и выпроводили с фермерским караваном, который вёз хлеб в столицу провинции.

Их коней, а если быть точнее, то моих, перегнали к войту.

Я этого всего не видел, поскольку неспешно пошёл на рынок и купил у тех немногих бабок, что не ушли на «суд» разного рода провизии и потащил её к войту.

…

Завтрак у войта Юрбана был полной противоположностью трапезам в королевском гостевом доме.

Вместо безликих блюд на серебре — простая глиняная посуда на простом дубовом столе.

Вместо выпечки и фруктов — каша, дымящаяся яичница с кусками поджаренного сала, толстые ломти свежеиспечённого хлеба, от которого шёл умопомрачительный дух, и кружка с чем-то вроде травяного отвара, терпкого и бодрящего.

И это было великолепно.

Юрбан, потрёпанный жизнью, но сильный и кряжистый, обветренный мужчина с мозолистыми руками и честными глазами, ел с аппетитом, не отвлекаясь на светские беседы. Он был человеком дела, и я ценил это. После дворца и тесноты «гостевого дома», прямота этого человека была как глоток свежего воздуха.

— Значит, болота, — произнёс он, наконец, отодвинув пустую тарелку и вытирая губы тыльной стороной ладони. — Кмабирийские болота. Его Величество, да хранят его боги, не иначе как в скверном настроении был, когда подписывал этот указ.

- Друг мой Юрбан, а что сказывают про эти самые болота?

- Ну… Кмабирийские топи — это не армия, не враг. Их нельзя поджечь или обмануть. Это проклятая земля, древняя, злая. Там не то что армию тренировать, там пару дней выжить — уже подвиг. Старики говорят, что после Второй магической войны земля там так напиталась кровью и тёмным колдовством, что до сих пор рожает мертвецов. Кости сами из трясины лезут, стоит только солнцу сесть.

- О как… Вторая косми… магическая. А что насчет первой?

- Ой, ваша светлость, я в истории не силён, не берусь рассказывать.

- Ладно, спасибо и на этом, уже помог, друг Юрбан. А что у нас в окрестностях, нет ли почтовых воронов?

— Вороны-то есть. Только почта у нас не королевская. Держит её старый Хрокк. Своеобразный тип, но вороны у него лучшие в округе. Быстрые и умные. Если кто и доставит весть в Каптье, так это его птицы. Живёт на окраине, у самого болота. Его хибару ни с чем не спутаете — вся крыша в гнёздах.

— Отлично. А найдутся для меня чернила?

- И бумага?

- Бумага есть, нужны чернила и перо.

Через полчаса я уже шагал по раскисшей от грязи улице на окраину Бинндаля.

Хибара Хрокка и впрямь была примечательной. Приземистое, вросшее в землю строение, над которым вился дымок, а на крыше и на специально устроенных жёрдочках сидели десятки чёрных, как сама ночь, воронов. Они молча провожали меня своими умными глазами-бусинками.

Дверь мне открыл высокий, иссохший старик с носом, похожим на вороний. Длинная седая борода, перехваченная кожаным шнурком, и пронзительные, выцветшие от времени глаза, которые, казалось, видели меня насквозь.

— Вы же герцог, который сегодня на площади? – он ткнул в меня пальцем, который тоже похож на птичий, а его голос, на карканье его же питомцев.

- Герцог Рос. Мне нужно отправить письмо в Каптье, — сказал я, протягивая ему серебряную монету.

— Каптье — это далеко. Птице лететь несколько дней. Через горы. Опасно… Дорого.

— Я заплачу, — согласился я и старик заметно повеселел. Вероятно, он боялся, что я захочу бесплатных услуг на основании своей власти, хотя опять-таки, городок в мою юрисдикцию не входил.

- Сколько будет стоить отправить письмо?

- Полмарки.

- Я заплачу вам марку. Выберете лучшего ворона, быстрого и надёжного.

- О, господин герцог, Вы очень щедры. Впервые встречаю щедрого рыцаря, простите если сочтёте мои слова дерзкими.

- Не сочту. Я недавно был в столице и любые колкие слова в адрес дворян сочту слишком вежливыми и мягкими. Запакуем письмо? Я постарался написать и свернуть, не знаю насколько правильно.

Мурранг, Хрегонн, други мои.

Пишу вам из городка под названием Бинндаль в провинции Мизатерри. Надеюсь, это письмо вас застанет в Каптье. Наш с вами договор выполнен, и вы свободны, как ветер в горах. Вы честно отработали каждый грош и даже больше.

Я перед вами в неоплатном долгу и рад, что судьба свела нас вместе.

Со мной всё нормально, король Маэна назначил меня герцогом проклятых болот и поручили собрать армию из убийц и воров.

Я не вправе приказывать вам, но прошу.

Если я вам не надоел, если вам не хватает хорошей драки и тяжёлой работы, буду рад встретиться с вами здесь, в Бинндале, увидеть вас в качестве друзей и союзников.

Ваш друг, Рос.

К полудню письмо было отправлено в старым друзьям, а мои новоприобретённые слуги перестали быть таковыми, их изгнали из города, отняв лошадей (они же служебные), которых я определил на конюшню, которой владел брат войта и поставил ему единственную задачу – кормить, поить и выгуливать, чтобы животные приобрели откормленный и здоровый вид.

Глава 7. Старые истории и запахи болот

Одно из главных правил выживания – найди и задействуй все потенциально ценные ресурсы.

Моя инвестиция в подростковый гоблинский алкоголизм окупилась с первого же вечера, когда они за кружкой пива рассказали мне про порядки в городе и его потенциал.

Надо сказать, что потенциал был невелик, городишко настолько мал, что тут не было даже общины гномов, которая, как мне казалось, была везде. Однако в этом городе её не было.

Кузнечным ремеслом занималось всего три кузнеца, но ни один не дотягивал до кузнеца-оружейника, они ковали подковы, ремонтировали телеги, но звёзд с неба не хватали.

Город был всё больше фермерским и человеческим, но присутствовало и достаточно большое количество гоблинов, которые жили тут с незапамятных времён, но в какую-то там общину не сбивались. Они просто жили вперемешку с людьми и даже как-то ладили между собой.

Торгового тракта у города не было, производство кустарное, торговля - только то, что производилось и потреблялось внутри городка и окрестностей. Ремёсел или добычи полезных ископаемых тоже нет, рынок торговал в основном продуктами питания. Религиозных конфликтов тут тоже не было, как и политических течений.

Бинндаль жил максимально просто и без особых событий. Единственной особенностью были Кмабирийские болота, но и те существовали спокойно и статично, не создавая проблем.

Гоблины подсказали мне нескольких охотников, которые углубляются на минимальное расстояние внутрь болот и были способны рассказать хотя бы что-то про моё «герцогство».

Сейчас я ходил по рынку и общался с фермерами, осторожно расспрашивая их про цены на продовольствие и объёмы коммерческих запасов, в случае если я решу их у них выкупить. А выкупить, чтобы кормить ораву будущих солдат, придётся.

…

В какой-то момент пред мои ясные очи возник юный гоблин Грузень и, потупив глаза, попросил подбросить мелочи на опохмел для себя и для своих товарищей.

Я дал ему несколько пенсов, а он, обрадованный моей щедростью рассказал, что в трактире «Зеленый дракон» уже вторую неделю торчит маг или алхимик, одинокий и пьющий, а за ещё неделю до этого он останавливался там же, направляясь на болота, но в первый раз ему компанию составляли ещё два странника.

- А те странники тоже были маги или алхимики? Где они теперь?

- Те странники, герцог Рос, наверняка покойники. Мы такую братию постоянно видим, искатели сокровищ, колдуны, алхимики и прочий нетрудовой сброд. И все они прутся на Кмабирийские болота.

- Ээээ…. Зачем? Это же гиблое место?

- Мы, тутошний народ, это знаем, а придурки со всего света хотят проверить это на практике и своей шкуре. Они ищут сокровища, но находят там погибель.

- Откуда знаешь?

- Логика, сэр герцог! Они не возвращаются с кладами и артефактами с болот, а пропадают там. Ну или реже сбегают, поджав хвосты и рассказывают небылицы. Знамо дело, померли и эти. Оттого ведь и говорят, что место гиблое.

- Любопытно. Ещё раз, где тот пьянчуга сидит?

– В самом дальнем и тёмном углу зала, а звать его, вроде, Фомир…

* * *

После того шоу, что я устроил на площади с судом и поркой изгнанных слуг (то, что мне удалось избавиться от этих «ценных кадров», до сих пор грело мне сердце), стал локальной знаменитостью. Поэтому хозяин таверны встретил меня в середине зала, заулыбался и сказал, что я могу выбрать любое место, какое мне понравится.

А мне понравилось место в дальнем углу возле хмурого, кудрявого, одетого как смесь цыгана и театрально-циркового артиста, колдуна неопределённого возраста.

Возраст был неопределённым, а состояние очень даже определённым, он был пьяным.

Я попросил хозяина заведения подать мне травяной чай с мёдом и уселся перед ним, давая возможность ему сфокусировать на мне слегка спутанное сознание.

Столик был липким от пролитого эля.

Маг сидел, ссутулившись, и тупо смотрел в свою пустую кружку, словно пытался разглядеть в ней ответы на все вопросы мироздания. Длинные, вьющиеся, тёмно-каштановые волосы свисали на его лицо. Одежда была потрёпанной и давно нестиранной, а от него самого на расстоянии в три шага несло кислым перегаром и отчаянием.

— Фомир? — не дождавшись, когда он поднимет голову и заметит меня, обратился я.

…

Фигура вздрогнула. Он медленно, с усилием, оторвал взгляд от кружки и посмотрел на меня. Его глаза были красными, не выспавшимися, но в их глубине, под пеленой пьянства и апатии, плясали черти веселья и лёгкого безумия.

Он причмокнул, после чего несколько секунд рассматривая меня.

— Зависит от того, кто спрашивает, — прохрипел он, и его голос был похож на скрежет ржавого железа. — Если ты из жандармерии или охотник за головами от Красной гильдии магов, то я просто старый пьяница, который развлекает людей на ярмарках и площадях за малую монету. Если ты из Королевской Стражи, то я вообще не здесь, тебе показалось

— Я — Рос Голицын, — представился я. — Кмабирийский герцог. Можно сказать, владыка Кмабирийских болот.

Фомир уставился на меня, а потом расхохотался. Это был не весёлый смех, а сухой, дребезжащий кашель, полный горечи и сарказма.

— Герцог? — он вытер слезящиеся глаза тыльной стороной ладони. — Герцог Болотной Жижи и Повелитель Комаров? Ну, парень, у тебя либо очень специфическое чувство юмора, либо ты самый невезучий бедолага во всём центральном Маэне. Впрочем, одно другому не мешает. Чего тебе надо, Ваша Светлость? Хочешь обложить данью местных пиявок?

— У меня есть определённая миссия, задача и с болотами она связана только косвенно. И для моих целей мне не помешает колдовских дел мастер, — сказал я, игнорируя его сарказм. — И так уж вышло, что единственный и ничем особенно не занятый колдун в окрестностях - это ты.

Смех оборвался. Фомир снова вперился в меня взглядом, на этот раз долгим, изучающим. Он скользнул глазами по моему доспеху, задержался на рукояти меча, даже вдохнул воздух широкими ноздрями.

— Я больше не маг, — наконец произнёс он словно преодолевая сопротивление. – Во-первых, я лишен права заниматься магической деятельностью решением гильдии, во-вторых, у меня нет охоты им быть. Я просто законченный пьяница и экспонат этого трактира, вроде головы лесного кабана на стене. Прости, друг, но поищи себе другого придворного фокусника.

— У меня нет двора и мне не нужен фокусник, — я подался вперёд, понизив голос. — Мне нужен эксперт. Человек, который знает, что такое остаточная магия, элементальные аномалии и некротические эманации. Человек, который сможет отличить проклятие от простого болотного газа. А ещё будет здорово, чтобы он имел опыт общения с Кмабирийскими болотами.

При слове «общение» маг вздрогнул.

— Зачем? — он прищурился. — Собираешься устроить пикник на острове Штатгаль? Не советую. Тамошняя нежить не ценит гостей. Особенно живых.

— Давай по шагам, по кирпичикам соберём ситуацию. А она такова, что мне нужно собрать и обучить армию. Информации пока что секретная, но быстро перестанет быть таковой. Кроме того, ты должен понимать, что хотя и я герцог, но видал власти и стражу Маэна в гробу в белых тапках. То есть на твоё мрачное прошлое и преступления мне наплевать.

Фомир снова улыбнулся, но быстро поменял своё веселое выражение лица на серьёзное.

Вообще мне показалось что он человек от природы оптимистичный, весёлый, даже отчасти шальной.

- Расскажи мне о водах твоей родины, Муад-Диб, - сказал я после некоторой паузы.

- Чего? - тряхнул кудрявой гривой маг.

- Я говорю, историю свою расскажи, приятель, если не вознамерился держать её в секрете. Так мы сможем понять друг друга.

- Ну… Да чего уж там, тут нет большого секрета, хотя, пожалуй, некоторые деликатные детали я опущу.

- Валяй.

- Ну слушай, тут особенно нечем гордиться. Случилась бухгалтерская ошибка и на меня повесили растрату средств из казны своего магического конклава, Красной гильдии магов, союзников Синей гильдии, отделения в Миндальном порту Риакиа. А когда это случилось, то меня пытались арестовать, я шарахнул по ним магией. Прямо по отряду стражников.

- Получается, ты применил магию против представителей власти, то есть оказал сопротивление аресту?

- Демоны третьего круга, так и получается, - он посмотрел на свою кружку, но обнаружил там только пустоту. – Если меня поймают, то наверняка показательно казнят, причём магов казнят магическими способами, а это в сто раз больнее, потому что его объявили вне закона не только власти, но и маги. К счастью для меня, Бинндаль - это такая дыра, что тут меня никто не ищет. Тут вообще нет бюро стражников.

- А чего приехал? Скрываться от властей за кружкой с пивом или дело какое?

- Из-за твоих болот, герцог Рос, только из-за них.

- А чего в них такого интересного?

- Мы с приятелями искали артефакты, которые позволили бы усилить нашу магию и послать куда подальше все гильдии и представителей властей, перебраться в порты Зелёного океана и спокойно зарабатывать в торговых республиках. Например, защищая суда от пиратов или излечивая пузатых купчин за звонкую монету.

- Не получилось, не срослось?

- Странный у тебя язык, герцог, акцента нет, но выражения странные.

- Я из Кайенна.

- Это многое объясняет. В общем да, то есть – нет. Попали мы с компаньонами под раздачу и… В общем, они так и остались в болотах, там, где не только топи, но и кое-какие магические создания, которые готовы жрать всё живое, а маги для них особенный деликатес.

- Любопытно.

Я достал из поясной сумки указы, извлёк из них тот, который касался иммунитета и, подстелив на стол полотенце, положил перед магов документ.

- Читай.

Он достаточно быстро прочитал и задумчиво почесал висок.

- Интересная у тебя власть и полномочия, герцог.

- И не говори. Я могу тебя амнистировать. Скажу тебе так, я предлагаю тебе сделку, Фомир. Ты поступаешь ко мне на службу, помогаешь с болотами и по мелочи. А я, властью, данной мне королём, снимаю с тебя все обвинения. Полная амнистия.

В его глазах боролись недоверие, надежда и застарелый цинизм.

— Врёшь? Твой этот иммунитет работает только пока ты рядом, власти порта моё освобождение не признают и мне грозит магический огонь на каменной плахе.

- Признают. Да и зачем тебе быть не рядом со мной? Вот я, вот моя домен, кто против меня попрёт? Никакой опасности для тебя, пока ты рядом, а я направлю в стражу и гильдию твоего городка Миндальном порту Риакиа официальные документы об амнистировании.

Он молчал долго. Так долго, что я успел изучить все трещины на его столе. Он смотрел на пергамент, и я видел, как в его голове идёт отчаянная борьба.

— Ты не понимаешь, — наконец заговорил он, и его голос был глухим и надтреснутым. Он поднял на меня глаза, и в них была такая мука, что мне стало не по себе. — Дело не только в розыске. Я… я не могу. Мои силы… они нестабильны. После всего, что произошло в аномалиях, мне нужна магическая реабилитация, а где её взять? Сейчас я не могу сотворить даже простейшее боевое заклинание. Руки дрожат, концентрация плывёт, символы наслаиваются. Всё, что я могу — это чувствовать магию. Я — сломанный инструмент, герцог, бесполезный!

Это было откровенно, но к его удивлению, меня это не особенно напугало. Он вскрыл свою главную рану, ожидая, что я сейчас усмехнусь и уйду, оставив его наедине с его ничтожеством.

— Знания и навыки лучше, чем у меня, а твоё состояние меня устраивает, — сказал я. – Только помыть надо.

Фомир ошарашенно моргнул. — Чего?

— Сейчас не такая ситуация, чтобы мне был нужен боевой маг с файерболами. Я и сам умею за себя постоять. Мне нужен диагност и учёный, нужны твои знания, а не сила. Мне нужен человек, который скажет мне, куда можно совать нос, а куда — не стоит, потому что там из-под земли лезет какая-то магическая дрянь. Грубо говоря сейчас мне хватит и твоего мозга, Фомир, а не твоих рук. А там и реабилитация подтянется. Ну и само собой, работая на меня, у тебя есть здоровенный шанс помереть, но я обещаю никогда не использовать тебя в качестве живого щита, опасности и риски я принимаю вместе со всеми, в первых рядах.

Я замолчал, давая ему время подумать. Я видел, как в его глазах что-то меняется. Искорка, которую я заметил в самом начале, начала разгораться.

— Ты тоже слегка тю-тю, герцог, — тихо сказал он, но уже без сарказма.

Я продолжал молчать, давая возможность ему продолжить свою мысль.

— Хорошо, — выдохнул он. — Я согласен. Но при одном условии, твоя светлость.

— Каком?

Фомир криво усмехнулся, и в этой усмешке впервые за весь наш разговор промелькнуло что-то живое.

— Если я подохну в этих проклятых болотах, на моём надгробье ты напишешь: «Здесь лежит Фомир. Он был бесполезным магом, но чертовски хорошим собутыльником». Идёт?

— Идёт, — кивнул я, вставая. — Но для начала тебе надо принять ванну, помыться и прийти в себя.

* * *

Кмабирийские болота встретили нас зловонным дыханием. Это была не просто вонь стоячей воды и гниющих растений. Воздух был густым, тяжёлым, пропитанным запахом старой, въевшейся в саму землю магии, и процесса гниения. Каждый вдох казался осязаемым, липкий и густым.

— Проклятое место… — прохрипел рядом Фомир, спотыкаясь о корягу и едва не ухнув в мутную, пузырящуюся жижу. — Выражение буквальное.

- Поясни, - я брёл за ним и как уже говорил ему раньше, мы никуда не торопились.

- Ну как, была Вторая магическая война.

- Давай сделаем привал, и ты расскажешь толком про войну и проклятия.

- А сможешь развести огонь, герцог?

- Смогу, гномы научили. А ты рассказывай.

Мы выбрали сравнительно сухой участок с несколькими чахлыми деревцами, я наломал и собрал веток и жестом велел колдуну рассказывать.

- Ну как… В начале времён в Гинн была Дикая эпоха, - Он хмуро оглядел болота вокруг и стал выдавать информацию.

- О! Ну хоть кто-то мне толком расскажет.

- Ты странный, герцог. Те, кому интересна история, знают её с детства, а те, кому плевать, так плевать всегда. А ты местами грамотный, а местами как вчера родился.

- Кайенн. Просто напоминаю. У нас там учили только воевать.

- А, ну да. Так вот, была Дикая эпоха, доисторическая. Про неё мало кто знает, хотя легенды ходят интересные. Тогда правили Титаны.

- Понял.

- А потом была Эпоха богов. То есть, в Гинн пришли или тут зародились, есть разные версии, боги и герои. Ну они всех титанов, а было их всего девять, перебили. Тогда боги ходили среди людей и правили ими напрямую. Это эпоха, когда боги раскрыли врата Гинн во многие миры и свободно торговали, обменивались знаниями, процветали. Это самая светлая из эпох, века богатства, знаний и силы, когда представители всех разумных рас заселили Гинн и жили в мире.

- А потом?

- А потом боги, причём я говорю про всех богов, а не только про тех, о ком ты слышал, поругались, слово за слово, мордой по столу… Они устроили между собой войнушку и случился такой ад в Гинн, что большая часть живых существ погибла. Тогда боги погасили порталы между мирами, тогда Гинн стал закрытым миром. Погибла и часть богов. Ты знаешь, что есть те боги, о которых ты слышал, и те, о ком мало что знает – Мёртвые боги?

- Боги мёртвых? – я сложил костёр и стал расщеплять сухую ветку, чтобы сделать маленькие щепочки для разведения костра.

- Нет, не так, не боги мёртвых, а те боги, которые проиграли. Они умерли, хотя боги не могут умереть до конца. Там какая-то тёмная история. А есть те, кто выиграл, но они попутно погубили почти всё живое. Это боги, которые уснули.

- Случился апокалипсис?

- Чего? Не знаю такого слова. В общем, случился какой-то кризис, и боги уснули. И тогда случилась Эпоха магов.

- И что там маги?

- Маги черпали энергию океанами, пользовали громадные силы, те маги были не чета нынешним, вроде меня. Я могу сдвинуть камушек, а они двигали горы.

- Как боги?

- Помельче, конечно. Маги спасли мир, изгнали беды и катаклизмы, наведённые богами. Не до конца, быть может, но в целом из нор повылазили представители всех рас.

- А чьи были те маги? Какой расы? Всех?

- Это хороший вопрос. Они были крайонсы.

- Это кто?

- Нечто сродни людям и эльфам. Но обособленные, закрытые. Сейчас их нет, они погубили себя, точнее, их прихлопнули боги.

- Те, которые спят?

- Всё по порядку, Первая и Вторая войны были сильными, разрушительными, много народа полегло, но маги разделились на фракции, и никто не победил окончательно. Маги собрались с силами и устроили Третью магическую войну. А заодно они доказали, что маги не могут править миром, не должны находится у власти. В ходе Третьей войны пробудились боги, спящие боги, те кого мы сейчас называем богами мира Гинн. Они и убили всех магов. Для начала разговора взяли и уничтожили всех крайонсов. Они провозгласили Эпоху королей, в которой мы находимся сейчас. Боги постановили что маги больше не должны править, а править будут вожди разумных. Боги больше не будут править сами, будут только богами.

- Слушай, ну история – огонь. Серьёзно, мне в целом очень интересно, но позволь уточнить, причём тут ты и поход в Кмабирийские болота? Это же явно связано?

- Да, напрямую.

Глава 8. Обитатели болот

- Да, напрямую. Здесь была ключевая битва Второй магической войны, тут пролилось столько магии, что она прокляла саму землю и сделала её непригодной для большинства живых существ.

- То есть, проклятие - это негативная магия, как отравление?

- Аналогия не особенно точная, но да, проклятие - побочный эффект мощного убийственного заклинания, остаточный эффект, но такого масштаба, что он уже никуда не может деться. Это как отравление и яд сам по себе никуда не исчезает, а раз уж если его пролили целые моря, то он останется тут, никуда не денется. Кстати, раньше тут было вполне цветущее место, никаких болот.

- И зачем тогда сюда приходить магам в этот магический Чернобыль?

- Что за Чернобыль? А затем, что маги ищут и способны найти артефакты прошлого, которые в изобилии разбросаны по болотам.

- Но они же утоплены, погребены?

- Ой, да велика ли сложность поднять боевой посох, клинок, артефакт силы или, лучше всего – знаний из жижи или грунта? К сожалению, по краям Кмабирийских болот их собрали уже сотни лет назад. Что ещё хуже, большинство артефактов, несмотря на своё могущество, пришли в негодность.

- Но вы всё равно их искали, как чёрные копатели?

- Что за чёрные копатели? Это какой-то клан, гильдия?

- Нет, это просто термин такой. Чёрный копатель - он как археолог, только не вполне законный, ищет оружие, ценности старины, но оставляет их себе.

- Ну конечно себе, герцог. А кому? А почему чёрные? Они носят чёрные одежды или у них кожа тёмная, как у нэби?

- Хрен его знает, почему. Ты мне лучше расскажи, что за кракозябра твоих товарищей порешила?

- А ты скоро увидишь… Дело в том, что враждебная магия поднимает из болот магические конструкты.

- Что за конструкты?

- Говорю же, сам увидишь.

В целом говоря про проклятие маг, конечно же, не врал.

Даже я, не обладая особенной чувствительностью, ощущал это. Невидимое давление, гнетущую тишину, которая была громче любого крика. Деревья здесь росли уродливыми, скрюченными, их ветви тянулись к свинцовому небу, как руки утопленников.

Туман, цеплявшийся за стволы, казался не просто испарением, а мыслящим, хищным существом, выжидающим своего часа.

Большая часть местности – без топей, просто кочки и чёрная водичка между ними, колючки, серая трава, редкие насекомые, а местами – кусты и деревца. Попадались и пугающе круглые дыры в земле, наполненные чёрной водой. И если по краю болот водились лягушки, ящерицы, тритоны, длинноногие птицы, то в глубине болот их уже не водилось. Место было преимущественно мёртвым.

Мы шли уже несколько часов, причём карта была какой-то странной, схематичной, купленной Фомиром на чёрном рынке пару месяцев назад и не факт, что достоверной.

Птиц, чтобы задействовать Птичьего пастуха, в округе не было, приходилось довольствоваться только собственными глазами и чутью мага, которые время от времени обходил совершенно ничем не примечательные участки унылых болот.

Нашей целью были руины древней крепости, отмеченные на карте как «Форт Смелых». По словам колдуна, это далеко не сердце болот. Однако одно из ключевых мест сражений, которой привело к гибели большей части как магов, так и простых смертных, которые приняли в нём участие, поэтому там наверняка должны были быть артефакты.

Ну а ещё я понимал, что не всё так радужно, приди, поищи и собери.

— Вот сюда мы тогда дошли… — прошептал Фомир, останавливаясь так резко, что я едва не налетел на него сзади. Он указывал дрожащим пальцем вперёд.

Сквозь пелену тумана проступили тёмные, щербатые силуэты стен. Каменные нагромождения, почерневшие от времени и покрытые серым мхом, торчали прямо из трясины. Разрушенная сторожевая башня, похожая на гнилой зуб, криво смотрела в небо. Это и был Форт Смелых.

При этом крепость стояла на крупном участке твёрдой земли посреди топей, то есть любые артефакты целы и прекрасно себя чувствуют, если не сгнили от влаги из воздуха, хотя, по идее, напитавшая их магия одновременно защищала от разрушений.

Болота тут тоже не были такими уж непроходимыми, полно поросших травой и деревцами участков.

Но Фомир не шёл вперёд. Его лицо исказилось от ужаса.

- Нет… нет, нет, нет… Мы должны уходить. Прямо сейчас! — забормотал он, пятясь назад. — Здесь… здесь слишком много их. Слишком сильный фон. Мы условились с тобой, герцог, что сходим на разведку, чтобы ты своими глазами увидел, а то ты не поверишь мне.

- Кого увидел? — я шагнул вперёд, выходя на небольшую поляну.

И я увидел, мне не потребовались объяснения.

Сначала это показалось игрой света и тени. Но потом одна из теней шевельнулась. Потом другая. Из-за полуразрушенных стен, изгибов уродливых деревьев и кустов, из-за груд камней выходили существа… конструкты… твари... скелеты.

Их были десятки. Они не были похожи на киношные скелеты, как в фильме «Зловещие мертвецы 3».

Их кости были толстыми, прочными на вид, имели желтоватый, светящийся и налитый мощью оттенок, а в пустых глазницах горел тусклый, мертвенный огонёк. Большая часть скелетов была одета в истлевшие остатки доспехов. В костяных руках сжимали ржавое, но всё ещё представляющие не иллюзорную опасность оружие, чаще всего мечи и копья. Они двигались не хаотичной толпой, а слаженно, поднимаясь и двигаясь в нашу сторону, потому что, к гадалке не ходить, они нас чувствовали.

Фомир пятился и оказался за моей спиной. Я не могу обвинить его в трусости, более того, трусость спасла его в прошлый раз, сейчас он тоже не был настроен меряться силами с теми, кого он называл магическими конструктами.

…

Маг издал звук, похожий на предсмертный хрип, и я услышал, как он лихорадочно бормочет какое-то защитное заклинание.

- Не паникуй! — рявкнул я шёпотом, затаскивая его за огромный, поросший мхом валун. — Давай хотя бы посмотрим на них.

- Тебе что, это всё любопытно? – выпучил глаза он.

Мы замерли. Скелеты отошли на двадцать шагов от крепости, на сорок, но потом замедлились примерно на дистанции в шестьдесят и остановились.

Они двигались бесшумно, и лишь тихое пощёлкивание костей нарушало мёртвую тишину. Бледные огоньки в их глазницах безразлично скользили по окрестностям. Они не показались мне особенно агрессивными.

Я смотрел на них, и первоначальный шок сменился холодным, аналитическим любопытством. Это нежить. В принципе, приняв существование эльфов и орков в мире Гинн, а также магии, я должен был быть готов и к тому, что существует всякая нездоровая фигня вроде нежити.

А эти вообще торчат тут не случайно. Это гарнизон. Дисциплинированный, неутомимый, вечный гарнизон, скорее всего они погибли тут и по остаточному принципу охраняют крепость. И если зайти в неё, они атакуют. С другой стороны, Фомир что-то там сказал про «фон». Нужно больше информации.

- Хватит дрожать, как осиновый лист! — прошипел я, тряхнув Фомира за плечо. — Ты маг или кто? Думай! Что их оживляет?

- Э-э-эхо… — заикаясь, выдавил он, не отрывая полного ужаса взгляда от костяных воинов. — Эхо великой бойни! Магия… она впиталась в кости, в землю… Она не успокоится никогда! Трупы тоже стали прокляты и это проклятие держит кости вместе, как магический конструкт, только чрезвычайно прочный.

- Не особенно понятно, если скелет меня укусит, я тоже стану скелетом как зомби?

- Что такое зомби?

- Не отвлекайся, давай по существу.

- Если он тебя схватит, укусит, то удавит, загрызёт. Нет никакого превращения или там, заражения. Это тебе не болезнь какая, иначе маги бы не боялись. Твой труп пролежит тут какое-то время на болотах и восстанет как конструкт, потому что проклятие разлито в воздухе. Потребуется несколько месяцев на напитку, но поднимется. Больше скажу, живой, даже маг – не может находиться на болотах бесконечно долго.

- А Штатгаль? Остров Штатгаль?

- А что тебе тот остров? Он не отравлен, там даже жили гоблины до недавних пор. Там нет проклятия. Грубо говоря, во время сражения там не было никого, вот он и не пострадал. Но и артефактов там нет, мне он не интересен.

- А туда ведёт дорога?

- Не знаю, я не краевед, вроде бы ведёт, вроде сравнительно безопасная, но одна. И на острове водятся болотные кабаны, которые чуют магию и в глубину топей не забредают.

- Получается остров «экологически» безопасен. Чёртовы болота из Собаки Баскервилей. Значит, король Назир и советник Кориан меня хотели засунуть в Штатгаль вполне себе осознанно. Это место - природная тюрьма, оттуда заключённые не сбегут, а если сбегут, их пожрут скелеты и сами трясины. Ладно, это я понял, но мне не показались особенно безопасными даже окраины болот.

Маг неопределённо пожал плечами, поглядывая в стороны скелетов, который потоптавшись в болотной жиже развернулись и стали возвращаться обратно к своим лёжкам.

- Давай вернёмся к скелетам. Фомир, почему они не выходят из болот?

- Как почему? Тут нет фона, проклятие только там, в болотах и даже там оно неравномерно.

- То есть большая часть болот не населена скелетами?

- Почём я знаю, я тут не ходил, как королевский лесник? Значит, фон ниже. И вообще, магия повышена отдельными участками, но там магию применяли сильнее, там же и артефакты.

- Но фон выше как раз там, где артефакты? Такая для вас, копателей, засада. А природа конструктов?

- Ну… Я не некромант. У меня общие теоретические знания, - протянул Фомир. – Кости удерживаются магией, но в данном случае она не закреплена на скелетах, они питаются той магией, что вокруг них.

- Не душа, не кости, а по сути, превышение ПДК враждебной магии поднимает скелетов.

- Ты говоришь много странных слов, кайеннец.

- Я такой, со мной сложно. Ничего, привыкнешь, если не помрёшь. Выходит, кости — это механизм, а магия — энергия, которое его питает. Правильно я понимаю?

- Тут магия, герцог! Тёмная, древняя, нестабильная! Она пронизывает здесь всё! Она ищет сосуд, любой сосуд, чтобы проявить себя! А кости павших воинов — идеальный сосуд! Они помнят битву, помнят приказы! Магия просто заставляет их повторять одно и то же снова и снова, веками!

- А если убрать магию? Механизм остановится? — допытывался я.

- А как ты её уберёшь? — Фомир истерически хихикнул. — Как ты собираешься убрать магию, разлитую по всему болоту, как вино из пробитой бочки? Чтобы это сделать, понадобится артефакт божественной силы или тысячи магистров с могущественными заклинаниями! У нас нет ни того, ни другого! У нас есть только ты, я и почти пустая фляжка из-под самогона! Мы покойники, герцог, нам надо бежать!

- Тебе бы лишь бы побегать, спортсмен-литроболец. А если локально убрать магию, поглотить?

- Ну, некоторые шаманы и ведьмы могут поглощать магию, артефакты могут… Но магия просто перераспределится и восстановит. Допустим если ты вычерпаешь в луже воду, вода из других мест заполнит пустоту. Только в нашем случае лужа размером с небольшое море.

- Не гони лошадей. А быстро магия «перетекает» в пустоты? Воде потребуется меньше секунды, например.

Фомир задумался, на некоторое время он даже перестал бояться. Я не спешил уходить от Форта Смелых, хотя этим самые смелые и внушали мне определённые опасения.

Я осознанно не спрашивал про боевые характеристики скелетов, потому что понимал, если Фомир пришёл сюда с двумя другими магами и скелеты их положили, то я драться не спешил. Скелеты не чувствительны к боли, не истекают кровью, а их физическая прочность зависела от магии, которой тут полно. К тому же у них численное преимущество. Способ пободаться со скелетами должен быть другой.

- Ну, магии нужно время, это тебе не вода. Надо пробовать, как быстро она заполнит опустевшее пространство.

- Уже что-то. Я так понял, есть артефакты, поглощающие магию?

- Ну, - почесал подбородок Фомир, - Давай мы отсюда пойдём? Я лучше буду думать.

- Ладно, пошли.

И мы пошли обратно, неспешно, но теперь я требовал с него пояснений и задавал вопросы касательно магии.

- Рассказывай самый дешёвый способ поглотить магию, - напирал я.

- Ну смотри, герцог. Если у тебя есть место силы, откуда магия плещет, как водичка из ключа, ты приходишь туда с напитываемым артефактом, на худой конец, с загутай-камнем. И напитываешь их.

- Что за «камень»?

- Это просто минерал, не особенно прочный и не красивый, но он впитывает магию, как губка воду, — машинально ответил он. — Но, чтобы осушить болота его понадобилась бы целая гора, буквально. И притом, загутай-камень не меняет природу магии, у тебя будет гора камней, напитанных магией ненависти и смерти. Что ты с ней будешь делать?

- Гора мне не нужна. Где взять такой камень?

- Купить, само собой, он не является чем-то редким или ценным.

- Что нужно, чтобы он начал напитываться?

- Просто положи его и он сам впитает магию.

- И быстро?

- Пара дней.

- Херня идея. Надо быстрее.

- Ну, блин, тогда тебе надо начертить пентаграмму, или иную напитывающую звезду, созданную магом, ведьмой или каллиграфом. Есть звёзды, которые тянут энергию, как клещ кровь.

- Допустим. Ты умеешь такую штуку чертить?

Фомир выставил вперёд руки и показал, что они у него дрожат, то есть ровные линии - это вообще не его сильная сторона.

- Алкаш, - проворчал я.

- Но-но, это у меня с детства, семейная особенность!

- А какая нужна фигура? У тебя есть книги по магии?

- Нет у меня книг. Книги мы тут, кстати тоже искали. Знания бесценны.

- Согласен, бесценны. Значит, если начертить магическую звезду и положить в центр загутай-камень, он напитается. Большой камень?

- Не особенно, камушек размером с фалангу пальца может впитать гору энергии, но загутай-камень - штука нестабильная и одноразовая, поэтому он не особенно ценится. Но для разовых ритуалов так и делают. Делаешь пентаграмму, помещаешь в ней предмет воздействия и колдуешь. Или поглотитель, он напитывается. Ритуалом можно попробовать поменять природу магии.

- Что такое «природа магии»?

- Ну, магия - это тебе не вода, вернее, вода тоже разная. Магия заведомо напитана своей школой магии, как след от зверя, как стиль художника.

- В этом месте поподробнее, какие есть школы магии?

- Зачем тебе? Их много, самые распространённые - это по стихиям, вода, огонь, земля, воздух. Есть ментальная магия, некротическая школа, магия жизни и противовес её – магия смерти, магия иллюзий, это кстати моя специализация, пространственная, символьная вроде гномьей рунической.

- Не пойму, ты так рассуждаешь, будто определённой классификации нет?

- Нет, ты можешь хоть свою школу магии создать. Наполнение и методика будет разной.

- Понял. Но магия как эмоция, если она злая, то загутай-камень будет злым?

- Да, злым, на благое дело ты его не пустишь, это точно. Если истолчёшь такой камень и посыплешь порошком соседский огород, там сто лет не будет расти пшеница. Потому что зло не будет её пускать.

- Любопытно. А кто может управлять магией?

- Есть большое различие между магами, жрецами, ведьмами и шаманами.

- Можешь не объяснять, мне один знакомый в замке Берден Кош раскладывал на пальцах.

- Да? Ну хоть что-то ты знаешь.

- Я не маг, Фомир, я рыцарь, меня всё это интересует с практической точки зрения. А можешь ты набрать учеников и обучить?

- Книги нужны, ритуал посвящения нужен.

- Что такое посвящение?

- Блин, всё тебе интересно!

- Я создаю армию, маг, поэтому да, мне всё интересно. Рассказывай, как штампуют магов.

- Ну, видишь ли, у многих представителей благородных семей есть магическое зерно с рождения. Однако после того, как боги решили, что маги не могут править, магию в классическом смысле не развивают. Можно посвятить себя богам и тогда ты дворянин-жрец. Можно магию контроля, чтобы править, но всё чаще рыцари развивают природную силу, скорость, точность. Это усиливает их как воинов.

- Знаю такое, - я вспомнил про Мейнарда.

- Дворянин может даже стать героем, на которого обратят внимание боги.

- И про такое слышал, - неопределённо ответил я.

- Но нам, магам, - продолжил он, - Приходится питаться объедками. Маги-вербовщики странствуют и высматривают среди крестьян и бедноты тех, у кого есть скромные ничтожные задатки. Они покупают таких детей у родителей и везут в школы орденов. Там таких детей учат.

- И они становятся магами?

- Вообще-то одна десятая их часть. Чтобы проявить в них магию их подвергают испытаниям, от которых они либо становятся сильнее, либо умирают, причём чаще второе. Учёба требует кучу сил, денег, плюс питание, зарплата педагогам, дорогие артефакты и сырье, поэтому любой маг должен своему клану до гробовой доски.

- Поэтому твой клан на тебя зол?

- Из-за этого тоже. Ты вкладываешь в дарование силы, деньги, артефакты, проводишь ритуалы…

- Которые его могут убить.

- А он сбегает от тебя, - проигноривал колкость он. - Обидно.

- Значит, за тобой будут гоняться? – я прикинул, что проблемы в лице мстящих колдунов - это плохо.

- Не будут, я слабый маг и ценности для них не представляю. Гордыня требует, чтобы я сказал иначе, но это именно так. Я не ценен, а моя специализация – иллюзии, тоже больше подходят для зарабатывания денег на праздниках, чем для чего-то серьёзного. Но я тебя предупреждал.

- А артефакты… Ты же за ними гоняешься? Как они сочетаются с твоей магией?

- Никак. Это ведьминский метод. Я же маг? Я способен чувствовать артефакт и управлять им, если только он не слишком для меня силён. Я буду применять магию артефакта, считай, чужую.

- Как ведьмы, которые пользуются силой ритуалов и артефактов? – блеснул знаниями я.

- Да. Такое среди магов считается позорным, надо десятилетиями развивать собственную силу, каналы и прочее. Тренироваться, наращивать запасы маны в каналах. А просто схватить посох и кидать молнии — это стыдно. Но я-то уже и так изгнанник. К тому же, это крупные королевства такие щепетильные, а всякие вольные приморские города, орочьи торговые республики – тем плевать, умеешь геморрой лечить, проживёшь в сытости. А на то, что твои коллеги будут в твою сторону плевать, можно не обращать внимание.

- Понял. Вернёмся к вопросу о Фомире-педагоге. Ты можешь набрать учеников?

- Нужны деньги на выкуп детей. Где их взять? Опять-таки дети с магическим зерном штука редкая.

- А если не дети, а подростки?

- Они не будут пластичны, плохо обучаемы.

- Но пару фокусов навесить на них можно?

- Герцог Рос, куда ты клонишь?

- Мне нужны боевые маги. Мне нужна армия. Вот я и перебираю варианты.

Глава 9. Иной метод

До темноты мы не смогли покинуть пределы болот, но Фомир уверил меня, что тут, на окраине топей, вполне безопасно.

Мы заночевали в руинах квадратного каменного строения без крыши, где за стенами вовсю надрывались в кваканьи лягушки.

Несмотря на то, что Фомир плохо контролировал свою магию, он смог прогнать комаров, пока я развёл костёр.

Утром, плохо выспавшись и наспех позавтракав подогретыми на углях лепёшками и водой из моей фляги (фляга Фомира была пуста и там явно была не вода), мы вышли из болот и добрались до фермы. Расположенной на краю владений Бинндаль, хозяин которой согласился за небольшую оплату довезти нас до города, чтобы не топать несколько лиг по дорогам.

Но в городе я не дал магу отдохнуть, хотя он ныл и просился в таверну.

…

- На кой чёрт мы лезем в эту дыру? — проворчал Фомир, ёжась и глубже запахивая свой потрёпанный плащ. — Я, конечно, не ценитель свежего воздуха и солнечного света, но даже для меня это перебор. Здесь пахнет так, будто кто-то умер, а потом его стошнило.

Я проигнорировал его нытьё, продолжая пробираться по узкому, заваленному мусором переулку. Бинндаль и в лучших своих проявлениях не походил на курорт, но этот его район, известный как «Гоблинская яма», был настоящей клоакой. Кривые, вросшие в землю хибары, казалось, поддерживали друг друга, чтобы окончательно не рухнуть в грязь. Воздух был густым, пропитанным запахами гнили, дешёвого пойла и чего-то неуловимо-кислого, что я предпочитал не идентифицировать.

- Мы ищем эльфов, — коротко бросил я в ответ, перешагивая через дохлую крысу размером с небольшую кошку.

- Эльфов? — Фомир издал звук, похожий на сдавленный смешок, переходящий в икоту. — Здесь? Герцог, Вы в своём уме? Эльфы в такой грязи не водятся. Они слишком брезгливы. Сюда даже орки заходят, только чтобы справить нужду.

- Обычные эльфы — не водятся, — поправил я. — А вот эльфы-контрабандисты, которым нужно провезти кое-что не совсем легальное, выберут именно такое место.

- Но ведь гоблины не любят эльфов?

- А эти любят. Эльфы им платят, и они укрываются тут от глаз войта. И они таскают караваны по краю Кмабирийских болот.

- Откуда ты всё это знаешь? – с подозрением спросил маг.

- От верблюда. Я дружу с местными подростковыми бандами из гоблинов. Кстати, я хочу, чтобы ты проверил их на наличие магических задатков.

- Проверю, когда высплюсь и помоюсь, - проворчал Фомир.

Мы остановились у неприметной двери, обитой ржавыми полосами железа. Никакой вывески, никаких опознавательных знаков. Грызь сказал, что стучать нужно три раза, потом пауза и ещё два. Я так и сделал.

Дверь приоткрылась ровно на ширину ладони, и на нас уставился холодный равнодушный глаз.

- Пароль? — прошипел из-за двери голос, лишённый всяких эмоций.

- «Вечер листопадного леса», — произнёс я фразу, которую мне сообщил гоблин и которая показалась мне попахивающей идиотизмом.

Пауза. Глаз в щели моргнул.

- Проходите.

Дверь отворилась, и мы шагнули внутрь. Помещение оказалось на удивление чистым и почти лишённым запахов, царивших снаружи. Это был небольшой склад, заставленный ящиками и тюками. В центре, за столом, сидели двое. Эльфы.

Но эти не имели ничего общего с теми грациозными и светлыми созданиями, которых описывали в книгах. Эти были высокими, жилистыми, с острыми, хищными чертами лиц и холодными, как зимнее небо, глазами. Их движения были плавными, но в них чувствовалась смертельная опасность, как в движениях змеи. Одеты они были в тёмную, не стесняющую движений кожаную одежду, а на поясе у каждого висел короткий, изогнутый клинок.

- Человек, который знает пароли гоблинов, — произнёс один из них, тот, что был постарше, с тонким шрамом на скуле. Его голос был тихим, но проникал под кожу. — Редкое явление. Что вам нужно? И для начала скажите вслух, что вы не стража или мытари.

Я прижал руку к груди и сказал.

- Мы не мытари, не стража, хотя я герцог.

Эльф достал медную штуковину похожую на сквадраченные часы и посмотрел на неё. Штука горела едва различимым белым огоньком. Вероятно, это был портативный детектор лжи.

- Что за герцог? – уточнил эльф озадаченно.

- Кмабиррийский герцог.

- Такого нет. Ты шутишь человек, причём не смешно. А мы не особенно любим шутки.

- Не шучу. Можешь проверить.

Эльфы вдвоём посмотрели на артефакт. Огонёк был белым.

- Это странно, у болот не было владыки, они были никому не нужны, как и весь этот регион. Что-то изменилось и нам надо менять схему ведения нашего бизнеса?

- Ни в коей мере, эльф. Я официально заявляю, что у моего герцогства нет и не планируется таможенной системы, контроля торговли, пошлин и вообще у нас там свобода, комары и монстры. Делайте что хотите, мне нет до вас дела.

- Две новости за минуту. Герцог и отсутствие запрета. Ну, допустим, - они переглянулись, - мы рады… Но не настолько рады, чтобы платить за эту радость.

- Свободная торговля - это подарок, - отмахнулся я.

- Тогда чего от нас хочет уважаемый болотный герцог?

- Дружбы, возможности покупать товары, которые вы возите.

- Такое возможно. Мы стараемся не торговать в Бинндале, почти все местные даже не знают о нашем существовании, но принципиальных возражений у нас нет. А что за товар? Сонная трава? Капли солнечной радости? Оружие? Бесцветные смертельные яды для политических врагов?

- А вы серьёзные ребята. Нет, Ничего такого. Мне нужен загутай-камень, — сказал я прямо. — И чем больше, тем лучше.

Эльфы переглянулись.

— Штука не особенно ходовая в этих местах, но у нас есть, правда, для собственного пользования, — медленно проговорил второй, более молодой эльф. — Зачем он тебе, человек-герцог, чьего имени мы не спрашиваем?

— Как вы могли заметить, пока бродили по болотам с товаром, у меня в герцогстве лёгкие проблемы с магическим фоном смертельно опасной магии, — я пожал плечами. — Хочу провести генеральную уборку.

Эльфы впервые позволили себе эмоции и это был короткий смех.

— Дорогое удовольствие для простого наведения порядка, — усмехнулся старший. — Вам понадобится… Я даже не представляю сколько. Тысячи и тысячи мешков. Врать не будем, у нас столько нет.

- А сколько есть на продажу?

- Ну, учитывая, как добр и не жаден новый герцог… можем продать четверть мешка.

- Этого ни на что не хватит! – возмутился Фомир. – Так можно очистить всего десяток акров болот, да и то, временно. Герцог, они и их детские запасы нам ничем не помогут. Пойдём отсюда!

- Нет, мы не пойдём. Сколько стоит эта четверть мешка?

- Сорок пять серебряных марок, - по лицу эльфа было видно, что он завысил цены как мнимом в десять раз.

— Да вы с ума сошли! – кипятился маг - За эти деньги можно купить весь этот город вместе с жителями и их блохами! На рынке в порту Риакиа они стоят по двадцать пенни за мешок. Это в сто раз дешевле.

- Не в сто, в марке шестьдесят четыре пенни, - поправил его тот эльф что старше. – Вы плохо считаете, маг-человек, имени которого мы не спрашиваем. И мы не навязываем сделку, вы можете спокойно съездить в ваш этот порт Риакиа и купить минерал.

Эльфы умели иронизировать, я не знал точного расположения порта, но это было в нескольких сотнях лиг.

Я усмехнулся. Мне нравился подход эльфов, они в первую очередь были бизнесменами. С такими сваришь кашу.

- Я беру партию и заплачу сейчас же, если товар тут, - решительно сказал я.

Эльфы едва заметно кивнули.

Молодой эльф молча поднялся, подошёл к одному из ящиков и достал из него тяжёлый мешок из плотной ткани. Он положил его на стол.

Я развязал его и заглянул внутрь. На дне лежали несколько невзрачных, тёмно-серых камней, похожих на куски застывшей лавы. Они были холодными на ощупь, и от них исходило странное ощущение… пустоты. Словно они вытягивали тепло и свет из окружающего пространства.

Я отсчитал деньги и положил их на стол. Эльфы молча сгребли монеты. Сделка была завершена.

- С вами приятно иметь дело, эльфы, имён которых я не спрашиваю.

- Вот как? А вашему другу эта сделка не по нутру.

- Мы с вами не золотые марки, чтобы всем нравиться, верно?

Эльфы синхронно кивнули.

- Если вам что-то ещё понадобится, эти дверь открыты для вас, герцог.

- Понадобится. Я тут такие дела творю, что мне не раз понадобятся поставки от вас.

* * *

- Теперь вторая часть плана, — сказал я Фомиру, когда мы снова оказались на грязных улицах Бинндаля. — Нам нужен человек с навыками в сфере геометрии.

- Кто? Зачем? — маг посмотрел на меня так, будто я предложил ему найти русалку в луже. — Ты издеваешься? Что ты собрался чертить?

- Портрет твой закажу, любоваться буду. Фомир, соберись! Ты же сам среди прочего говорил, что, допустим, семилучевая звезда - мощный собиратель магической энергии?

- Да, это правда, хотя сильнее всего тридцатитрёхлучевая.

- Давай не будем хватать с неба звезды. Компромисс. Что-то достаточно сильное, но то, что мы сможем создать. Чем рисуют звезду?

- Как ни странно, чем угодно. Углём, кейнской солью, порошковым железом, хоть карандашом. Тебе нужен человек, который сможет начертить идеальную семилучевую звезду. Прямо на земле, на досках, на камне, словом, на любой поверхности.

- Я так и понял. Но чем ровнее она, тем сильнее.

- Да, это важнее всего. Это ведь не просто рисунок, герцог, а математически выверенная фигура, где каждый угол и каждая линия будут безупречны. Для ритуала это критически важно.

- Ну вот. Поехали на тракт.

Мы сначала зашли в лавку, и я купил там два здоровенных куска пергамента.

Потом я взял лошадей у брата войта, коротко с ним пообщался и мы с Фомиром поехали прочь из города, чтобы попасть на тракт, который находился в девяти милях от города, а оттуда вела кривая грунтовая дорожка.

Сам Бинндаль на тракте не находился, что плохо сказывалось на его экономике. Собственно, создатели тракта просто хотели держаться подальше от вонючих и опасных болот, да и тракт был не ахти какой важный.

Тем не менее, на тракте был трактир (собственно, это слово и означало первоначально – находящийся на тракте) под названием «Пьяная цапля», место, где обретались путешественники и торговцы.

Прибыв в трактир, я заплатил пять пенни трактирщику Огостону и тот подсказал, что хотя странствующих магов в таверне нет, инженеров нет, зато есть звездочёт.

Звездочёт этот подвернул ногу, когда впотьмах любовался своими звёздами и в результате застрял в трактире на пару дней. Звали его Астерион.

Трактирщик, который сам по себе выглядел, как старый жулик и человек странный, охарактеризовал звездочёта как чудика.

- Вечно Астерион бродит по округе, бормочет что-то про гармонию сфер и выпрашивает у других постояльцев выпивку в обмен на предсказание судьбы по звёздам. Другие считают его безобидным психом. Но за постой заплатил на неделю вперёд.

- На безрыбье и звездочёт будет чертёжником, - усмехнулся я, пока Фомир радовался отсутствию магов в округе, одновременно не понимая, какого лешего мы тут делаем.

Звездочёт никаких выводов из подвернутой ноги не сделал и сейчас снова бродил по окрестностям.

Мы нашли его за пределами территории трактира на краю зарослей кустарника. Он сидел на поваленном дереве, положив рядом посох и смотрел на хмурое дневное небо так, словно видел на нём россыпи звёзд. Он был худ, как скелет, а его борода, спутанная и седая, доставала почти до пояса. Но глаза… его глаза были ясными и на удивление осмысленными.

— Добрый день, мастер Астерион, — обратился я к нему.

— Звёзды сегодня молчат, — проскрипел он. — Скрылись за серой пеленой. Они не любят, когда земля больна.

— Именно поэтому я к Вам, — сказал я. — Мне нужна Ваша помощь, чтобы её вылечить. Мне нужна идеальная семилучевая звезда. Вернее, её рисунок.

- Ты с ума сошёл, герцог? – потянул меня за рукав Фомир, который окончательно осмелел, когда понял, что это звездочёт и философ, но не маг, который может сдать его властям. – Как мы этого старого пердуна потащим в болота?

- Никак, - огрызнулся я и освободил руку, возвращаясь к разговору с Астерионом.

- Геометрия небес… — прошептал он. — Чистая форма. Порядок среди Хаоса. Зачем она тебе, дитя Войны?

- Чтобы вернуть Порядок, — ответил я. — Я заплачу.

- Некоторое количество монет мне не помешает. К тому же я ясно вижу, что твои намерения чисты, хоть и окутаны тенью. Давай я предскажу тебе судьбу, странник?

- Не надо. Мне нужна звезда, а лучше сразу две. Вы умеете чертить?

- Умею, я рисую карты звёзд, а нарисовать геометрическую фигуру не особенно сложно… Но у меня нет пергамента.

- У меня есть. Пойдёмте в трактир?

- Да, мне для работы понадобится бутылка «Солнечного нектара» из южных провинций... Чтобы линии были ровнее.

- Что ж вы все бухаете–то, а? В трактире такой продают?

- О да!

…

Вообще, на расчищенном и чисто вытертом столе звездочёт показал нам мастер-класс.

Его руки, казавшиеся слабыми и дрожащими, двигались с невероятной точностью и уверенностью. Он использовал массивную деревянную линейку, но циркуля у него не было и тем не менее, он поделил окружность на точки и стал чертить без единой ошибки, попросив нас с Фомиром только лишь молчать.

Мой маг закатил глаза, но промолчал. По его морде было видно, что он считал звездочётов бессмысленными и ни на что не годными людьми, как и их сферу деятельности.

Линии ложились на кожу с математической безупречностью. Это был не просто рисунок. Это был танец. Танец геометрии и вдохновения.

Когда он закончил, я не мог отвести глаз. На пергаменте была изображена идеальная семилучевая звезда, каждый её луч, каждый угол был совершенен. Она казалась живой, вибрирующей.

- Мне бы ещё один. Запасной, - я протянул ему второй кусок пергамента.

- Давайте, - вздохнул Астерион, снова принимаясь за работу.

* * *

Рано утром я, а также злой от отсутствия отдыха и алкоголя в крови (я не дал ему бухать вечером и поднял ещё до рассвета) маг Фомир, уже были у крепости каких-то там Смелых.

Как говорится, попытка номер два.

Мы дошли до знакомого камня, за которым прятались от скелетов. Прятались очень условно, твари не имели глаз в обычном смысле этого слова, они нас чувствовали, просто камень был за пределами сферы их интересов.

Место было всё таким же мрачным и гнетущим.

Фомир, несмотря на своё вечное ворчание, вёл себя куда увереннее и не пытался драпануть.

- Итак, я не до конца понимаю твой план, герцог, но… Ты хочешь уменьшить уровень магии вокруг настолько, что скелеты потеряют структурную целостность?

- Типа того. Откачать магию в загутай-камень.

- Но камень от этого станет очень злым. Концентратом зла. Если его съесть, можно превратиться в гуля.

- Тогда, может не стоит его жрать, а? – заворчал я, недовольный критикой.

Мы расстелили пергамент со звездой на травке, с некоторым трудом добившись, чтобы получилось максимально ровно.

— Кладём минерал в центр, — командовал маг, хотя всю концепцию придумал я. — Камень — точно в пересечение центральных линий. Важна симметрия. Ритуал основан на гармонии, он должен тянуть в себя хаотичную магию Смерти, что пропитала эту землю. Загутай-камень, как губка, впитает её, а звезда создаст силовой контур, который притягивает и концентрирует эту дрянь в себе, удерживая её внутри.

Я аккуратно положил кожу со звездой на землю, а в её центр водрузил самый большой из купленных камней.

— Теперь засекаем время? — сказал я.

Фомир с тоской выпил здоровенный глоток воды из фляги и поморщился от её вкуса.

— Помолимся всем богам, чтобы эта штука сработала. И чтобы нас не сожрали в процессе. Теперь герцог, коснись камня и пожелай, чтобы он начал работать. Активируй. Твоя связь с… высшими силами должна послужить катализатором.

Сначала ничего не произошло. А потом…

Загутай-камень постепенно отчётливо завибрировал. Сначала едва заметно, потом всё сильнее и сильнее. Он начал тускло светиться изнутри багровым, нездоровым светом. Линии звезды на коже вспыхнули и погасли, словно создавая невидимый контур. При этом сам воздух вокруг нас стал чище. Гнетущее чувство, давившее на плечи, начало ослабевать.

По ощущениям это было быстро.

— Работает! — выдохнул Фомир с неподдельным изумлением в голосе. — Клянусь своей печенью, оно работает!

- Это только первая часть идеи.

Я направился в сторону крепости и скелеты моментально встали, чтобы выйти мне навстречу. Приветственная группа.

Раздался скрежет, словно кто-то провёл костью по камню.

Я покрутил головой. Фомир тоже замер, прислушиваясь.

Скрежет повторился. Уже ближе. А потом ещё. И ещё, со всех сторон. Из серого, неподвижного тумана, окутывавшего болота, на полянку у камня выступила первая фигура. Высокий, иссохший скелет в остатках ржавой кольчуги. Пустые глазницы его черепа были устремлены мимо нас. Он смотрел на светящийся камень. Он не был агрессивен. Он просто шёл. Медленно, неотвратимо, как маятник.

Следом за ним из тумана показался второй. Потом третий. Десятки. А затем и сотни. Ах ты ж, мать твою! Существа реагировали на звезду и камушек.

Я прикинул, куда бежать и как вытаскивать за собой оцепеневшего колдуна.

Глава 10. Землевладелец

Они появлялись из трясины, поднимались из-под мха, выходили из-за чахлых деревьев. Целая армия мертвецов, безмолвная и целеустремлённая. Их всех, как мотыльков на пламя, притягивал свет нашего ритуала.

Процесс очищения, вытягивающий из земли магию Смерти, стал для них маяком.

- Рос… — шептал Фомир, его лицо стало белым, как мел. — Кажется, я того, скоро уволюсь… посмертно. С приятелями встречусь…

Глаза его блеснули слезами.

Твари не бежали. Они просто шли. Окружая нас плотным, сжимающимся кольцом. Десятки, сотни костяных воинов, и все они двигались к двум беззащитным фигурам в центре светящегося круга, который мы не смели покинуть.

План работал, но пока что не идеально. В науке это называется неудачный эксперимент.

Причём, на нас двоих не работало что-нибудь абстрактно-утешительное для кого-то типа Эдисона, что отрицательный результат – тоже результат. Ну, Эдисона-то его лампочки не собирались сожрать с потрохами.

Древние, пожелтевшие от времени, в истлевших ошмётках доспехов скелеты. Они окружили нас здоровенным кольцом и я, достав своё гномий меч, уже прикинул что сейчас мы побежим, Фомир за мной. Тут главное, чтобы не отстал, но страх заставит его держаться близко.

Скелеты просто шли. И в этом их безмолвном, методичном движении было больше ужаса, чем в рёве любой армии живых. Их всех, как мотыльков на пламя, притягивал свет нашего ритуала. Процесс очищения, который должен был стать нашим спасением, превратился в смертельный маяк.

- Они злятся на нас. Я же говорил, что это плохая идея! – верещал Фомир.

- Ой, не паникуй, полевая магия. Они не злятся. У них нет мозгов, чтобы злиться. И идут они не совсем за нами.

Я кивнул ему на загутай-камень в центре звезды. Он вибрировал, впитывая в себя тёмную энергию, и светился нездоровым, багровым светом, словно больное, гниющее сердце.

- Они идут за ним, за энергией, они её чувствуют сильнее, чем нас. Как мотыльки.

- Какие к лешему мотыльки! – севшим голосом взвыл маг. — Рос! Мы сейчас сдохнем! Они разорвут нас на куски!

- Не разорвут, если мы будем делать всё правильно, — я опустился на колено рядом с камнем, игнорируя приближающийся стук костей. — Ты видишь? Скажи, камень заполнился?

Маг неуверенно кивнул. Багровое свечение внутри камня действительно стало плотнее, насыщеннее, потеряв свою первоначальную прозрачность.

Я нацепил гномью боевую перчатку, чтобы не касаться камня голыми руками.

- Я сейчас убираю этот камень. В тот же миг, как я его подниму, ты ставишь на его место новый. Быстро, чётко, без истерик. Понял меня?

Фомир судорожно сглотнул.

- Ты псих, Рос. Контур может разорвать от нагрузки.

- Не бзди, пехота. Готов?

Он кивнул, его движения были резкими и дёргаными, как у марионетки. Он дрожащими руками вытащил из мешка следующий камень.

- Давай! — скомандовал я.

Я схватил светящийся, горячий, как печка, загутай-камень и рывком убрал его с пергамента. В ту же секунду Фомир, проявив несвойственные ему прыть и точность, водрузил на его место новый, холодный и тёмный.

Мир на мгновение замер.

Кольцо скелетов остановилось, словно их невидимый поводырь натянул поводья. Лунного свечения огоньки в их глазницах на миг потускнели. Я почувствовал, как гнетущее давление, на секунду ослабевшее, снова начало нарастать. Но новый камень уже начал работать. Он завибрировал, и внутри него зажглась первая багровая искорка. Поток энергии был восстановлен.

Скелеты снова двинулись вперёд.

- Сработало! — выдохнул Фомир, оседая на землю. — Клянусь печенью моего деда, сработало!

Скелеты остановились и закачались в каком-то групповом трансе.

Они замерли, когда до нас оставалось не больше десяти шагов. Вся армия, как по команде, застыла на месте. Огоньки в их глазницах начали меркнуть. Сначала медленно, потом всё быстрее, словно кто-то выкручивал невидимый регулятор яркости.

А потом первый из них рассыпался.

Это произошло почти что беззвучно, кости падали на мягкую мокрую траву и грязь. Просто воин в ржавом шлеме, стоявший в первом ряду, на мгновение замер, а потом его кости потеряли свою целостность и с сухим шелестом обратились в горстку жёлтой пыли. Следом за ним посыпался второй. Третий. По всей армии мертвецов прошла цепная реакция. Они осыпались, как песчаные замки под прибоем, превращаясь в прах. Причём разрушались не только они, но и их доспехи, оружие, куски одежды.

Через десять секунд всё было кончено.

Вокруг нас, на почтительном расстоянии, остались лишь кучки обломков костей и кусков ржавого металла там, где только что стояла внушительная армия. Воздух стал другим. Чистым. Лёгким. Гнетущее, давящее чувство, которое преследовало нас с самого входа в болота, исчезло.

Словно с души сняли тяжёлый камень.

При этом второй камушек продолжал работать, хотя и не так шустро, как первый, видимо, было уже особенно нечего собирать.

Фомир сидел на земле, обхватив голову руками, и смеялся. Тихим, истеричным смехом человека, который заглянул в лицо смерти и обнаружил, что она просто отвернулась и ушла.

- Вот так просто? Ты даже практически не маг, герцог. Твоя идея была тупой…

Он сидел на корточках и раскачивался как безумный.

- Тупо, но эффективно, - возразил я, характеризуя большую часть тактических решений воюющих армий.

- Ты знал, что в Кмабирийские болота заходили закованные в броню отряды, обвешанные защитными амулетами, и они, обломав зубы о злую магию и не знающих страха монстров, уходили или же вовсе лежат тут? – выдохнул он. - Ни у кого не получалось победить монстров, их тут слишком много!

- Мне бы координаты этих рейдов, а то доспехов нужна тьма. Ты лучше прийди в себя и скажи, как быстро тёмная магия возвращается?

- Пока что не возвращается, - он показал на пергамент, где второй камень пульсировал, но был бесконечно далёк от заполнения. – Её же снова отбирает загутай-камень. Но - процесс небыстрый. Думаю, если убрать камень и свернуть звезду… Ну два дня, максимум четыре.

- То есть сейчас ты можешь запросто поискать артефакты?

Этот вопрос сделал его серьёзным.

- Главное, что мы сделали это… — пробормотал он, обхватив голову руками. — Мы победили их! Не сделали ни одного выстрела файерболами, не взмахнули мечом… Мы просто… починили это место!

Я подошёл к нему и протянул руку. Он с благодарностью ухватился за неё, и я помог ему подняться на ноги.

- Мы не победили скелетов, Фомир. У них не было воли, чтобы проиграть, не было зла на нас, они же как ветер, дождик, — сказал я, глядя на кучки праха. — Мы просто выключили рубильник.

Он непонимающе посмотрел на меня.

- Снова твои кайеннские словечки!

- Пойми, для меня, Фомир, магия — это не добро и не зло. Это просто энергия и её воплощение. Как молния в грозу или жар от солнца. Для меня она просто существует. Ты их боялся и ненавидел. А для меня даже живые противники не являются злом. Не скрою, пока мы тут ходили, меня посетила надежда стать полководцем армии скелетов.

- Ты был готов возглавить армию Тьмы? – ужаснулся он.

- Да брось! Мне пофигу их цвет, они просто юниты. К сожалению, по мере получения твоих ответов я понял, что утащить такую банду отсюда никуда нельзя, потому что они питаются здешней энергией и вне болот не могут существовать. Ну, то есть, может быть есть методика их закрепить, но в целом это технически сложно или невозможно.

- И хвала богине Индо и её женственности, иначе марширующие скелеты заполонили бы весь мир.

- Зато вот это, - я потряс заряженным так, что он аж пульсировал, загутай-камнем, - Тоже энергия, которой можно найти применение. Само собой, не посыпать ею огороды соседей.

Взгляд Фомира, обычно затуманенный алкоголем и цинизмом, был на удивление ясным. Он смотрел на руины, на очищенную землю, на меня.

- Инженерный подход к магии… — пробормотал он, словно пробуя фразу на вкус. — У тебя интересный взгляд на мир, герцог. Я не силён в предсказаниях, но у тебя большое будущее.

- И у тебя, если не подохнешь по дороге или не сбежишь от страха. Ладно, предлагаю осмотреть руины, может ты чего-то ценного для себя найдёшь.

Фомир, которого немного потряхивало от всего пережитого и предвкушения находки, устремился к форту.

Обшарив строение, мы (в основном, взъерошенный маг) пришли к выводу, что в подвале, запертом на всё ещё целый замок, были магические предметы, некий клад.

Замок был магический и удерживал напитанную магией перегораживающую металлическую полосу.

- Справишься, Фомир? А то я умею ворота только выбивать или защищать, но не вскрывать.

Маг решил попробовать. Он возился с замком минут двадцать, бормоча под нос древние формулы и ругательства на разных языках, в том числе на древних.

Наконец, с тихим щелчком, замок открылся и руны на полосе погасли, позволяя себя скинуть.

Запах, ударивший нам в нос, был запахом старого металла, оружейного масла и подвальной плесени. Это была сокровищница, но не с золотом и драгоценностями.

Для колдуна, а значит и для меня, там было что-то более ценное.

Во-первых, тут когда-то была оружейка, что заставило меня подпрыгнуть от радости. Во-вторых, оружие было не только холодным, но и магическим.

Огромный зал был доверху забит стойками с оружием и доспехами. Десятки, если не сотни, полных комплектов лат, тускло поблёскивающих в свете нашего единственного факела. Это были не массивные доспехи королевской армии. Они были легче, изящнее, выкованные из какого-то тёмного, матового металла.

На каждом нагруднике был выгравирован герб — голова грифона.

- Гвардия Великого Мага Грифона… — благоговейно прошептал Фомир, касаясь пальцами холодного металла. — Я про него читал когда-то. Они удерживали северные холмы, а тут, получается, у них были «тылы». Отряд в полном составе пропал без вести после сражения. Насколько я понимаю, их доспехи были выкованы с применением алхимии, они легче, лёгкие как дерево, но довольно прочные, к тому же дают носителю иммунитет к ядам.

- Значит у меня есть полевая форма для РХБЗ.

Я взял в руки один из шлемов. Он был почти невесом. Идеальная работа. Никогда такое не видел.

Рядом стояли пирамиды из щитов, арбалетов и мечей. В дальнем углу мы обнаружили несколько больших, окованных железом сундуков. В них оказались артефакты. Кольца, амулеты, браслеты, покрытые рунами.

- Что это? — спросил я, поднимая на свет тяжёлый серебряный перстень с тёмным камнем.

- Накопители, — Фомир взял его у меня с осторожностью ювелира. — Простейшие магические артефакты. Каждый может впитать в себя одно-два заклинания низкого уровня.

- А кто использовать может? Обычный воин может?

- Нет, - потупил глаза Фомир, - нужна инициация. Но после – почти нулевой уровень магии, новички.

- Что там у тебя за инициация, не пойму.

Я смотрел на это великолепие, и в моей голове уже выстраивался план. У меня не было особенно много денег, чтобы вооружить несколько тысяч человек.

Но мне они и не были нужны.

Тут было оружия на четыре-пять сотен воинов, причём чтобы снарядить их до уровня «гвардеец», что конечно же, не означает наличия навыков. Это уже моя проблема.

И это один из схронов. А что, если при помощи пьющего мага и моей примитивной, но действенной технологии вскрыть все тайники и запасы по болотам?

Король, сослав меня сюда, и не подозревал, какой подарок он мне сделал. Меня послали в гадюшник, а я стырил у змей яд, который стоит кучу золота.

- Так, Фомир, нам резко нужна база. А ещё ты только что здорово разбогател.

— Это я рад слышать, это нам только наливай, - заулыбался Фомир. – Кстати об этом, то, что мы выжили, нужно обмыть.

- Нам надо это всё стащить отсюда, Фомир. Тогда и выпьем.

Он облизнул губы.

- Забрать? — Фомир посмотрел на меня, как на идиота. — Как? На себе потащим? Здесь несколько на десятки телег снаряжения! Нам нужен караван, но лошади в болота не пойдут.

Я улыбнулся.

- У нас нет каравана и времени. Зато есть смекалка и один маг, который прямо сейчас придумает, как зачаровать пару брёвен, чтобы они левитировали и следовали за нами, как верные собачки.

Фомир хотел было снова начать причитать, но я остановил его, положив руку ему на плечо.

- Послушай. Ты помог мне открыть эту дверь. Ты опознал доспехи и артефакты. И скелетов победил. Ты снова стал магом, Фомир. Не бойцом, а учёным, экспертом. Причём у нас есть хороший шанс утереть нос тем уродам из твоей бывшей гильдии, что выкинули тебя, словно старый башмак. Просто соберись, уверен, что ты всё умеешь. К тому же это место полно магии.

Он посмотрел на меня, потом на ряды доспехов, и в его глазах я впервые увидел не страх и не цинизм, а азарт. Азарт исследователя, наткнувшегося на затерянный город.

- Ладно, — проворчал он. — Бревён тут нет, но надо покопаться, кажется, тут найдётся что-то полезное.

* * *

Фомир, к моему удивлению, действительно смог сотворить какое-то подобие транспортной магии.

Громадная сеть, сплетённая из древних металлических нитей, куда вручную мы погрузили барахло. Сеть парила в метре над землей, но было видно, что Фомиру приходится тратить силы на её удержание. Тем не менее мы вышли из болот к закату и оккупировав ферму, спрятали барахло в громадном покосившемся сарае.

Мы не вернулись в Бинндаль, вместо этого заняли брошенную ферму на краю пригородов города и болот. Место было неприятным, тут даже контрабандисты не оставили следов, а последний хозяин места умер лет десять назад, так что это место было ничейным.

Я развесил по забору несколько загутай-камней на верёвочках, чтобы поглощали магию проклятий. Но маг сказал, что мне потребуется месяцы, чтобы их заполнить. Плевать, мне же главное, чтобы место очистить.

Маг сказал, что он устал просто смертельно и сейчас же ляжет спать в спальне хозяина на втором этаже (здание он проверил магией и спальню тоже). Но готов проснуться, если я притащу из города вина или чего покрепче.

Я оставил его спать и действительно отправился в город.

Там, отыскав Войта, я пожелал официально купить брошенную ферму.

Войт сначала удивился моей просьбе и даже предложил забрать ферму бесплатно.

- Мне просто нужна база для проверки моих болот, - пояснил я.

- Вам, господин, надо расчистить дорогу к Штатгалю и тогда можно спокойно разместиться там, - посоветовал он.

- Да, только найму людей. Но для начала я должен быть уверен, что и дорога, и сам остров безопасны. Так что насчёт фермы?

Войт почесал голову.

- Ферма и земля к ней - ничейные. Там Хегган жил, странный был человек, да помер. Пастухи на тех землях пасут овец, но только весной, но не более того. Я продам Вам её за одну серебряную марку.

- Недорого.

- Да, порядок с брошенным имуществом такой, если желающий только один. Но если случись такое, что вдруг Вы, герцог, займётесь сельским хозяйством, то поставите меня в затруднительное положение. Как фермер, Вы обязаны платить подати, а как герцог, освобождены от них. Но герцог не сажает брюкву вне своих земель, в общем…

- Юрбан, если я начну сажать горох и ячмень, то налоги мы урегулируем, я тебе обещаю. Делай купчую, вот тебе марка. А я закуплюсь, пока что по мелочи.

Пока войт составлял документы на покупку, прямо так, вечером, я купил телегу, в которую запряг одну из королевских лошадей и купил в лавке бочонок вина, крупы и провизии на некоторое время, чтобы можно было жить на ферме.

Так, до конца суток я стал обладателем заброшенной и никому не нужной фермы на границе болот.

Когда я вернулся на ферму, было уже темно и дорогу я искал наощупь.

Во тьме и под богатырский храп мага со второго этажа, я вступил в свои владения. Каменный дом, хоть и запущенный, мог выдержать небольшую осаду. Огромный покосившийся амбар идеально подходил под склад и казарму.

А с холма открывался прекрасный вид на окрестности и подходы к городу.