Тактик.14

Глава 1. Нам сверху видно всё

Закрытый зал для совещаний на верхнем ярусе Столбовой башни благоухал свежей штукатуркой.

Башня, построенная при помощи магии, но только не когда маг взмахивает рукой и возникает строение. Нет, тут всё было более кропотливо, когда десяток магов Штатгаля и ещё столько же мобилизованных, матерясь (думаю, что в ругани бывших гражданских магов нашлось место и мне, и Муррангу, который был идейным вдохновителем этого циклопического сооружения), перемещают камни и устанавливают их друг на друга, игнорируя их весьма приличный вес.

Таким вот крупноблочным способом был построен этот архитектурный шедевр. Строение изначально утилитарное, скромное, но в итоге стало самым высоким сооружением не только в Порт-Арми, но и во всей Газарии. Семьдесят метров чистого, почти аскетичного величия, плюс ещё двадцать метров за счёт того, что башня выстроена по центру Цитадели, то есть географически это был Шаманский стол — небольшое плато на краю прежнего города.

Таким образом, Столбовая башня в общей сложности имела высоту порядка девяносто метров над уровнем моря.

Когда я смотрел на неё, то радовался, что жители мира Гинн знать не знали ни про Фрейда, ни про его идеи гиперкомпенсации, иначе бы они меня кое в чём заподозрили.

А так – всего лишь странная башня светло-серого камня. Высокая, чуть сужающаяся кверху.

Строение предельно простое: три яруса, минимум декора, максимум функциональности. Здесь располагались одновременно смотровая площадка (для тех, кто любит смотреть вдаль с высоты птичьего полёта), запасной магический узел-башня (на случай, если основную башню взорвут или захватят враги), штаб для тех, кто любит, как Саруман, смотреть на войска сверху, он же автономный центр управления Штатгалем — на случай, если всё остальное будет охвачено сражением.

Вокруг, у подножия башни, раскинулась Цитадель — район, построенный на идеях геометрии и военной функциональности.

Общевойсковой центр, который в народе уже прозвали попросту «Каска», был сердцем этой машины: тут хранились учебники для солдат (чтобы знали, в какую сторону держать меч), оружейка (чтобы было, чем махать), стратегические склады (чтобы было, чем прикрыть пузо и набить его).

На территории Цитадели можно было найти всё необходимое для автономного выживания и ведения боевых действий. Оборонительная стена во всех направлениях. В дополнении к тому, что Цитадель была построена на Шаманском столе, уже были выстроены шестнадцать двухэтажных казарм. Семь складов. П-образная конюшня. Мастерская баллист (куда Мурранг и Хрегонн стащили все свои игрушки). Рядом с ней - сапёрный центр. Уже были оборудованы три плаца. На краю Цитадели - смотровая площадка для наблюдения за морем. Учебное стрельбище для лучников, которое по большей части пустовало. Ну и медицинский центр, одна из двух вотчин Зульгена (вторая – гражданский медицинский центр и там он проводил куда больше времени).

Всё это было построено читерским способом, то есть магией. Мобилизованным магам я щедро платил из своего кармана, были разрешены некоторые запрещённые виды магии и артефакты, так что за пару месяцев сделали то, на что обычно уходят долгие годы.

Теперь, по остаточному принципу работы велись в остальном городе, который преображался стахановскими темпами.

Сейчас я был в сердце этого великолепия, на третьем ярусе башни и собрал в новом помещении основной командный состав.

Мурранг тяжело опирался локтями на столешницу. Фомир монотонно постукивал пальцами по дереву, Новак стоял, зевал в кулак и изучал разложенную карту Газарии. Рядом с ним устроились Орофин и Деций. Марк делал короткие пометки в новеньком кожаном блокноте. Рядом с ним как изваяние сидел неподвижный Шпренгер. Отдельно от всех сидел Леголас в своей неприметной одежде.

Несмотря на то, что победа при обороне Порта-Арми от армии королевства Кольдер даровала Газарии не только победу, но и мир (а так бывает не всегда), я распустил по домам только ополчение и то не всё. Было сформировало пять добровольческих батальонов, из тех, кому понравилось в строю. Почти во всех случаях бойцы были безработными и возможность получать казённые харчи и щедрое жалование их прельстили.

Назвать их ординарными воинами я никак не мог и, хотя командовали ими бойцы Штатгаля, выполняли эти батальоны второстепенные функции. В основном – конвойные, сопровождение пленных при проведении каторжных работ.

Несмотря на то что к пленным априори не может быть особо тёплого отношения, у нас не практиковалось ни издевательство, ни голод. Сравнительно тяжёлый труд, работа на свежем воздухе, однако – медицинское сопровождение, высококалорийное питание, тёплые бараки, раз в неделю выходной, он же санитарный день.

Шпренгер плотно общался с пленными и часть из них по его рекомендации я уже отправил домой. В основном это были представители кланов, которые объявили войну тем, кто поддерживал Истерлингов. Кстати, именно что поддерживал, ни одного представителя собственно правящего семейства не было, Фрей на своей родине так и не появился.

Так что на Собачьих островах сейчас была лёгкая гражданская война.

Формально мы приняли капитуляцию у семи глав кланов, попавших к нам в плен. Легитимность такой капитуляции вызывала сомнения, но трое из них были членами какого-то там Совета Кланов, так что за неимением Фрея или кого-то подобного, я решил поставить точку в войне таким образом. Также заодно объявил о своей победе публично, поместив акт о капитуляции в государственный архив.

Меня больше интересовала война, о которой мне сказала Аная.

Я не забыл, что она предвидела события при свержении (считай, убийстве) короля Коннэбля в Лемезе, а предвидела она их практически как в кино, точно, безошибочно и без прикрас. А значит, полагал я, и тут не ошибается, говоря про восстание Мёртвых богов.

Дык ведь оно и раньше были звоночки…

Поэтому тренировки армии не были изматывающими, но они были, как и несение службы, ремонт оружия и доспехов, подготовка материальной базы.

Вообще-то, у Штатгаля впервые «стационарная» база, казармы. Всё время на бегу, в состоянии «это временно», а тут что-то капитальное.

Я тратил золото со счетов, закупая провизию, соль, специи, зерно… Запуская местное сельское хозяйство, щедро субсидируя фермеров, передавая прибывшим брошенные поля, продолжая создавать леса, между которыми теперь возникали многочисленные пастбища.

Ворчливый Мурранг считал, что из этих фермеров половина через год покажет банкротство, то есть вылетит в трубу. Квиз угрюмо бурчал про потраченные деньги, а я упрямо гнул линию. О том, что и оставшихся половины нам хватит, чтобы уже к осени вовсю экспортировать продовольствие. Конкретно – зерно, а также продавать проходящим кораблям (что представляло собой колоссальный рынок сбыта) солонину и сушёное на огне мясо – букан.

Сейчас я собрал совещания по случаю прибытия Леголаса и возможности подвести какие-то итоги по подготовке к войне.

- Итак, - я откашлялся, прочищая горло от налёта строительной пыли. Каменная пыль была вездесущей и обитала в каждом углу Цитадели. – Два месяца назад, когда отгремели последние вспышки ярости у убегающей армии королевства Кольдер, наших друзей с Собачьих островов, я взял на себя смелость силами контрабандистов разослать короткие сообщения о предстоящем большом божественном махаче тем королям и правителям, которых считаю союзниками. А конкретно это король гор Оша Фольктрим Молчаливый, король Оливер Рэд, принц Ги, сообщество – Орден сияющего Орлана, руководство Гномьего международного банка, а кроме того, по просьбе Мурранга и десятку правителей-гномов, чтобы, так сказать, соответствовать статусу «Гве-дхай-бригитт», чтобы оправдать, так сказать… высокое доверие.

- И все они эти сообщения получили, - согласился Леголас. – С двумя королевствами гномов мы заодно заключили нечто вроде торгового соглашения.

- Ну, эльфы, я посмотрю, своего не упустят. Кхе. Друг-эльф, скажи, пожалуйста, какие новости от наших венценосных и не очень соседей? — я откинулся на спинку стула. — Как они отреагировали на рассылку о грядущем божественном катаклизме?

Леголас облокотился на стол и убрал с лица спавшую прядь волос:

- Орден Сияющего Орлана благодарит за полученную информацию, даже если она впоследствии не подтвердится. Это рассматривается как жест доброй воли и лояльности.

- Чистая правда. Но как они восприняли эту информацию? Готовятся к войне?

- Вообще-то, мы… То есть, они, я хотел сказать, и так сотнями лет готовятся. Однако сейчас разосланы приказы всегда быть при оружии. Вскрыты резервные арсеналы. Магистры перевели все гарнизоны на военное положение. Всем подразделениям разосланы инструкции. И, кроме того, мы… то есть, Орден, конечно же, собирается впервые в своей истории вооружить человеческое население. Если катаклизм начнётся, само собой.

- Само собой, - кивнул я, не упуская того факта, что эльф временами персонифицирует себя как часть Ордена. Значит, моё предположение о том, что именно Орден «крышует» контрабандистов, верно. Деталь была мелкой, но отлично ложилась в общую мозаику.

- Жаль, что нам не известно, кто будет врагом. Приготовления несколько абстрактны, - пожал плечами эльф.

- Принято, — ровным тоном ответил я, игнорируя его прокол. — Что с королем Фольктримом? Как отреагировали гномы Туманных гор?

- Гномы подошли к вопросу с привычной основательностью. Шахтёры возводят гранитные перемычки в основных туннелях. Мастера формируют изолированные укрепрайоны глубоко под землёй. Идут массовые закупки зерна, дров, соли и вяленого мяса.

- Отлично, — я одобрительно кивнул. Подгорный народ мыслил правильными категориями камня и стали. — А что скажешь про Оливера Рэда?

Леголас достал из-под полы плаща сложенный пергамент.

- Король Оливер сейчас ведёт масштабное строительство нового дворца. И под влиянием этой новости базовый проект теперь включает вместо сада вокруг комплекса - неприступные стены и широкие рвы. Проблема кроется в деталях реализации. Оливер не осознает реальной опасности. Толстая каменная кладка обильно декорируется цветной лепниной и вазонами с цветами. В защитные рвы планируется запустить декоративных карпов.

- Слушай, ну, ему с народом жить, он хочет сгладить углы, чтобы горожане не считали, что он от них «отгородился». Политика - дело тонкое, — я перевёл взгляд на своего зама по магии, Верховного мага и заодно Главу одноимённой с армией магической гильдии. — Фомир, что говорят академические архивы о прошлой Войне Богов? Есть какие-то факты?

Фомир задумчиво почесал подбородок:

- Адекватных сведений, фактов, названий участников, статистики - нет, командор. Точные хроники уничтожены ещё в Эпоху Магов или утеряны в веках. Остались лишь сильно мифологизированные эпосы о битвах героев, богов и всякого рода огненных дождях. Вся информация обросла религиозными сказками.

- Оставь сказки храмовым жрецам, — вздохнул я. — Мне бы данные с ТТХ, данными по физическому урону. Как прошлый катаклизм затронул инфраструктуру и обычное население?

В разговор вступил Деций. Главный писарь всё это время занимался вопросами тех событий и изучением многочисленных книг, добытых нами в ходе войны в Бруосаксе.

- Командор, даже примерных цифр потерь не существует. Зато есть косвенные свидетельства. Карты древних эпох кардинально отличаются от современных метрик. Форма континентов была физически изменена. Целые горные хребты сровняли с землей. Крупнейшие города первой эпохи просто стёрты с лица Гинна. На их месте остались лишь оплавленные кратеры или аномальные пустоши вроде Газарии или Кмабирийских болот.

- Каков механизм этих разрушений? — я быстро прикинул масштаб необходимой энергии для изменения континентов. — Это результат ковровых бомбардировок сверхмощными заклинаниями?

Фомир утвердительно кивнул:

- Божественное влияние имеет совершенно иную природу. Они не плетут заклинания в нашем академическом понимании. Они напрямую деформируют реальность.

- Объясни на пальцах фундаментальную разницу в работе с энергией между сильным магом и богом, — попросил я, потому что меня мало убеждали абстрактные рассуждения.

Глава магической гильдии крепко задумался, поэтому я поспешил направить его мысли.

- Давай без лишней религиозной мишуры, Фомир, - я постучал костяшками пальцев по столу, призывая к конкретике. - Объясни мне фундамент этого божественного величия с чисто технической точки зрения. В чем физическая разница?

Маг надул щёки и потер переносицу, подбирая правильную аналогию.

- Разница в самой физике процесса. Боги используют разветвлённую сеть алтарей и массовые жертвоприношения как гигантские фокусирующие линзы. Они аккумулируют колоссальные объёмы первозданной энергии, которая превышает доступную магам ману в миллионы раз. Представь огромный богатый город. Обычный маг, даже очень сильный, построивший магический контур и обвешанный артефактами, похож на ловкого уличного воришку. Он незаметно крадёт один медяк из кармана прохожего и тратит его на кусок хлеба и кружку прокисшего пива. Это наше колдовство. Мы черпаем крохи рассеянной маны и создаём локальный эффект.

Фомир обвел тяжёлым взглядом присутствующих за столом офицеров:

- Бог же в этой аналогии выступает абсолютным владельцем этого самого города. Ему не нужно красть медяки. Он просто отдаёт приказ снести целый квартал и построить на его месте озеро кипящей лавы. Качественный и количественный разрыв колоссален. Мы оперируем ручейками силы. Они управляют океанами первозданной энергии.

- И всё же бог своего рода маг? – не успокаивался я.

- Ты зачем спрашиваешь, босс? – ответил вопросом на вопрос Фомир. – Ну да, такая аналогия лестна магам. Но сама постановка вопроса… Ты рассматриваешь богов как врагов?

- Как говорил один почти философ, враг на войне - это тот, кто в тебя стреляет. На самом деле всё сложнее, однако если на Порт-Арми с небес спуститься какой-нибудь напыщенный ублюдок и станет его разносить, мы не станем молить о пощаде и приносить дары. Мы должны ему надрать задницу.

- Богохульные рассуждения, - осторожно прокомментировал Шпренгер, без тени осуждения.

- А то, — констатировал я. — Получается, вся их пресловутая «божественность» — это лишь количественно-качественное отличие в объёме прогоняемой энергии? У них просто толще морды и прочность энергетических каналов связи.

- Именно так, — осторожно подтвердил Фомир. — Ни один маг, будь он хоть трижды гением, физически не способен пропустить через своё тело такой объём силы даже на долю секунды. Даже Великие маги Эпохи Магов. Его магические каналы просто выгорят, а плоть превратится в пепел за одно мгновение.

- Хорошо, — я подался вперёд, уловив явную физическую несостыковку. - Тогда за счёт чего сами боги способны выдерживать такие пиковые нагрузки? Из чего состоят их каналы?

Маг развёл руками:

- В этом и заключается их божественная природа, командор. Они - высшие сущности. Их тела сотканы из материи иного порядка.

- «Иного порядка», Фомир? Это не ответ, а отписка для храмовых послушников, — я с шумом выдохнул воздух.

- Про такое не принято рассуждать в академической среде.

- А мы с тобой не в академической среде, Фомир. Мы на пороге кабздеца, а если точнее, то Конца Эпохи. И судя по словам Деция про перекроенные карты, пересечение границы будет очень для нас болезненным. Так что забудьте про религиозные табу и страхи перед Мёртвыми богами. Если у них есть физическое воплощение и они потребляют энергию, значит, у них есть предел прочности и уязвимые узлы.

Деций, чувствуя нарастающее напряжение, тактично вмешался в разговор:

- Командор, позвольте добавить?

- Конечно, Деций, твои знания сейчас ценнее самого острого клинка.

- Если сами боги пока остаются для нас слепым пятном, то информацию об их армиях мы нашли.

Писарь потянулся к своей походной сумке и выложил на стол две массивные, обтянутые потрескавшейся кожей книги. Он раскрыл их на заложенных страницах и развернул ко мне.

Я склонился над пожелтевшим пергаментом, вглядываясь в выцветшие от времени чернила. На первой иллюстрации были подробно прорисованы массивные двуногие фигуры с крокодильими головами и плотной чешуйчатой броней.

- Это слуги Соббека, — пояснил Деций, указывая на рисунок. — Боевые единицы, превосходящие обычного взрослого орка в габаритах и физической силе.

Вторая страница демонстрировала жутковатый механизм. Огромный многолапый паук, собранный из золотых пластин. Из шарнирных сочленений монстра на рисунке капала тёмная густая кровь. Или это была смазка, которую древние неверно интерпретировали?

- Золотые пауки-конструкты, — продолжил Деций. — Согласно расшифрованным текстам, они использовались как прорывная ударная сила и автономные боевые машины, населённые душами принесённых в жертву слуг.

Я посмотрел пропорции, элементы брони и анатомию тварей на картинках, перенося их в понятные категории.

- Выходит, у врага на вооружении стоят суб-расы и тяжёлые биомеханические солдаты, — резюмировал я. Абстрактная религиозная угроза наконец-то обрела физическую плоть. — Это уже не божественные материи. Это логистика, снабжение, производство и тактика пехотного боя. С этим можно воевать. Ладно, уже хлеб. Мы вложили в подготовку Газарии полтора миллиона золотых марок. Построили лучшую военную и промышленную инфраструктуру в мире Гинн. Подготовили армию, наш скромный флот и систему обороны. Теперь нам предстоит встретить сильных мира сего.

Новак скептически почесал неровно побритую щёку:

- Командор, при всем уважении к твоему стратегическому планированию… Мы готовимся к тому, чего никто не видел тысячелетиями. Ты действительно уверен, что эта мифическая Война Богов вообще начнётся?

- Я был бы рад ошибиться, но… вероятность тяготеет к девяносто трём процентам, — вздохнув, отрезал я. — Мёртвый бог Тейл уже проснулся и физически уничтожил остров. Вопрос лишь во врем...

Слова застряли в горле. Резкий подземный толчок ударил снизу вверх. Массивное здание Столбовой башни слегка качнулось.

На долю секунды пол ушёл из-под ног.

Тяжёлый дубовый стол скрежетнул ножками по камню. Чернильница Деция опрокинулась. Тёмная жидкость начала медленно заливать разложенную карту Газарии. Стены издали низкий гудящий звук трения каменных блоков.

Я удержал равновесие и немедленно перевёл взгляд на Главу магической гильдии.

Фомир вцепился побелевшими пальцами в край столешницы.

Лицо мага побледнело.

- Это не тектонический сдвиг плит, — хрипло выдавил маг, перехватывая мой взгляд. — Это колоссальное магическое возмущение. Плотность энергии просто зашкаливает. Мои маги даже всей толпой и при поддержке Тайфуна на такое физически не способны. Нам не хватит мощности, даже если мы соберём в единый контур всех магов Газарии.

- Совещание закрыто, — я резко поднялся со стула. — Все по боевым постам. Леголас, за мной.

Я развернулся и быстрым шагом направился к тяжёлым створкам, ведущим на открытый круговой балкон Столбовой башни. Следовало лично оценить визуальные эффекты начавшегося катаклизма.

Конечно, быть на балконе в момент землетрясения опасно. Но в здании в целом опасно, так какая разница? Мне остаётся надеяться на гномий инженерный расчёт и качество магической сборки камней. Башня выстоит. Ну или я помру, тут уж как повезёт.

Глава 2. Не желают лежать

Мы с Леголасом вышли на открытый балкон Столбовой башни. Прохладный ветер на высоте сразу ударил в лицо, принося запахи моря и, почему-то, гари.

Внизу, как на подробной тактической карте, раскинулся обновленный Порт-Арми.

Я опёрся ладонями о шершавый каменный парапет и окинул взглядом плоды наших трудов. Строительные леса исчезли, уступив место ровным рядам новых жилых кварталов с крышами из красной черепицы. В северной части предместий густо дымили трубы кирпичных заводов, выдавая норму для новых укреплений. За крепостными стенами простирались обширные прямоугольники засеянных полей, где копошились крошечные фигурки крестьян. Экономический маховик Газарии набирал обороты, трансформируя награбленное золото в реальный промышленный и продовольственный ресурс.

Леголас встал рядом, потрогал стену, чтобы убедиться, что подземные толчки землетрясения, природного или магического – завершились.

- Ты что-то хотел рассказать мне один на один? – негромко спросил я эльфа.

- Да. Это касается политической ситуации в Маэне и Вашего приятеля Эрика, — голос эльфа звучал ровно, хотя он и говорил весьма важные вещи. — Некий бродячий маг по имени Крыксагон устроил знатную бучу в столице Маэна. Он публично объявил короля Назира незаконнорожденным бастардом, предъявив какие-то древние хроники и родословные книги, а также результаты своих магических исследований и проверок.

Я усмехнулся. Всегда были и будут случайные факторы, влияющие на развитие событий: смерти, войны, несчастные случаи, кто-то стрельнул в кронпринца, кто-то сожрал летучую мышь, кому-то в голову взбрела забавная идея и вот уже история летит вперёд, как машина без тормозов по горной дороге.

Но в общей картине мира это событие не столь существенно.

- И как отреагировало Его оскорбленное величество?

- Предсказуемо. Мага поймали, пытали и сожгли. Но слово сказанное уже разлетелось по белу свету.

- Да? А как это слово восприняли благородные лорды Маэна? — спросил я, не отрывая взгляда от телег с брёвнами, медленно ползущих по новенькому мосту через Швырицу.

- Предсказуемо, — Леголас достал из кармана сложенный лист бумаги и покрутил его в длинных пальцах. — Они раскололись на два лагеря. Половина провинций отказалась платить налоги в королевскую казну и подняла знамёна мятежа. В Маэне началась полномасштабная гражданская война. Улицы Пьённистара залиты кровью, а армия перерезает коммуникации собственным гражданам.

Я отвернулся от города и посмотрел на эльфа. В его глазах читался немой вопрос о моём отношении к этой ситуации.

- Да я только «за», Леголас. Пусть перережут друг другу глотки, — я пожал плечами, констатируя своё отношение. — Назир всегда считал меня удобным пушечным мясом и пытался взгреть.

- А лорд-советник Эрик? – буднично спросил эльф. Несмотря на показное равнодушие ему был важен этот вопрос. – Говорят, вы вместе служили в Кайенне?

- Говорят, что кур доят… А что Эрик? Надо полагать, он от Назира не отвернулся?

- Нет, он его яростный сторонник и больше других проливает кровь лордов, пытаясь удержать шатающийся трон. Однако его служба «Пауки» тоже оказалась под ударом, многие воспользовались ситуацией, чтобы навредить им. Некоторые агенты «Пауков» вспомнили о своих принадлежностях к знатным родам и сбежали, а одно из боевых подразделений Секретной службы было перебито в пригородах Пьённистара.

- Эрик, чтобы ты понимал, друг-эльф, меня не раз подставлял и в какой-то момент даже хотел скормить военному трибуналу. Я чудом извернулся и сейчас у меня нет ни единой причины тратить ресурсы Штатгаля на спасение его трона. Больше скажу, у меня закономерный встречный вопрос, а что там принц, в чьей крови течёт эльфийская кровь, то есть – Гизак?

Леголас усмехнулся:

- Его высочество возглавляет восставших. Он-то теперь оказывается законным наследником престола.

- Как удобно. Но видишь ли, с Гизаком я не то, чтобы дрался в одном строю, но… Мы находили точки соприкосновения и заключали ограниченные союзы, в которых не подводили друг друга. То есть, не сказать, чтобы мы с ним лучшие друзья и всё такое. Но в этой истории я, конечно же, делаю ставку на Гизака.

- А могу ли я считать это официальной точкой зрения?

- Можешь, но неофициальной. Если с армией Гизака поддерживается связь, привет ему передавай. Ему и Мейнарду, который, кстати, пытается вскарабкаться на эльфийское генеалогическое древо.

Я запнулся, потому что увидал на горизонте тонкую струйку чёрного дыма. Где-то на востоке.

Ладно, хватит.

- Мой остроглазый друг, — я указал рукой в сторону чёрной черты. — Что скажешь?

Эльф проследил за моим жестом. Его острое зрение сработало безотказно, фиксируя аномалию.

- Дым, сэр Рос, довольно густой. Не похоже на лесной пожар, скорее взрыв на производстве или пожар на складе.

- В том месте и нет лесов, - беспокойно констатировал я, — А так же и поселений, все они южнее, на берегу. Это кто же там у меня костры разводит такие, что до неба?

Леголас легонько постучал по моему плечу, привлекая внимание.

- Рос, — его голос утратил привычную бархатную плавность, сорвавшись на хрип. — Забудь про горизонт. Настоящая проблема прямо у нас под ногами.

Я перевалился через парапет, фокусируя взгляд на территории старого городского кладбища, примыкающего к Цитадели, но за её пределами.

И да, эльф был прав. В топку дымы, у нас тут проблема похлеще.

С высоты Столбовой башни погост напоминал перекопанный огород. Ровная ранее земля сейчас вздымалась уродливыми буграми. Известняковые надгробия и тяжёлые каменные плиты кренились в стороны, с глухим стуком заваливаясь на пожелтевшую траву. Почва буквально кипела, выталкивая на поверхность свое содержимое.

Из разрытых могил вовсю лезли обитатели кладбища.

Оно же как? Мы хороним умерших, упокаиваем их, чтобы они были в спокойствии, верно?

Но прямо сейчас мёртвые отказывались лежать в могилах, как положено.

Гнилые доски старых гробов трещали под напором мёртвой плоти. Костяные руки, обтянутые истлевшими лохмотьями, цеплялись за края ям, вытягивая наружу деформированные тела. Десятки, а затем и сотни оживших мертвецов неуклюже, но стремительно выбирались на поверхность.

По центральной аллее кладбища, спотыкаясь о вывороченные корни, бежала пожилая женщина. Её ярко-зелёный в горошек платок слетел с седой головы. За ней по пятам, ломая кусты шиповника, двигалась толпа мертвецов. Их движения были дёргаными, лишёнными привычной человеческой моторики, но их намерения были весьма очевидны.

Несмотря на подскочивший по случаю восстания мертвецов адреналин, я сохранил ясность рассудка.

И само собой, мне не показалось, что толчок, магическое возмущение и скелеты, которые вели себя неподобающим образом – случайное совпадение.

Что там Фомир говорил? Переписывают правила игры? Долбанные хакеры.

Вот этот не до конца мёртвый бог Тейл или кто-то из его союзников нажал кнопку перезапуска.

Война Богов, кажется, началась с подозрительного дыма на горизонте и кучки скелетов.

Я закрыл глаза, отсекая визуальный шум, и погрузился в жёсткую концентрацию. Дыхание выровнялось. Мир вокруг сжался до потоков информации.

Рой. Активация.

Привычный холодок скользнул по затылку. Ментальный интерфейс развернулся перед внутренним взором, выстраивая над Порт-Арми сложную тактическую сеть.

Я мгновенно просканировал диспозицию своих войск, отсеивая гарнизоны дальних фортов и патрули на стенах. Система выдала оптимальное решение. Ближе всего к развороченному кладбищу находилась дежурная рота лёгкой пехоты Третьего полка под командованием молодого лейтенанта Хоттерна.

Они как раз возвращались со стены обратно в Цитадель.

«Хоттерн, это командор Рос, — мой приказ ударил по ментальному каналу безапелляционной сталью. — Отставить отдых. К оружию! По улице налево!»

«Там ничего нет, босс, там только кладбище? Или я неправильно понял приказ?»

«Правильно ты всё понял. Гони прочь мечты об отдыхе и сытной мясной каше мастера Шуошана. Бегом марш на старое городское кладбище. У нас массовый прорыв нежити. Ваша задача заблокировать выход с погоста и держать строй. Ты помнишь опыт борьбы в Кмабирийских болотах?»

«Да, командор!»

«Ну, вот так и действуй. Работай от обороны. Беречь силы, держать удар. Они сагрятся на вас, как тогда болотная нечисть».

Я стоял на балконе, вцепившись в парапет, но сознанием был внизу.

Пространство старого кладбища предстало передо мной в мельчайших деталях. Деревянные ворота погоста были выломаны с корнем. Мимо солдат роты, отталкивая друг друга локтями, протискивались обезумевшие от ужаса горожане. Резкий запах свежевырытой земли, гнилой древесины бил по обонятельным рецепторам офицера.

Территория погоста напоминала перепаханное поле после плотного артиллерийского обстрела. Мраморные надгробия и покосившиеся каменные кресты валялись в грязи. Десятки разрытых ям зияли провалами в сырой почве, образуя неровный, изломанный ландшафт.

Дежурная рота уже втянулась за ограду, но не спешила внутрь.

Солдаты в лёгкой кожаной броне с металлическими накладками разворачивались в стандартную линию цепи, перекрывая ширину главной аллеи. Движения бойцов были отработанными за счёт уникального боевого опыта противодействия нежити на болотах.

Да, с тех пор прошло много времени, много событий, но риск помереть здорово стимулировал память.

- Молодцами у меня! Зубы стиснуть, держать строй! — заорал Хоттерн, выхватывая из ножен широкий клинок. — Сомкнуть ряды! Правый фланг, что вы там бродите, как стадо бизонов, три шага назад, теснее, теснее! Оружие к бою!

Его голос хрипел и срывался, но приказ возымел действие. Линия выровнялась, ощетинившись стальными наконечниками.

Кмабирийские болота научили, что выживают только те, кто выполняют приказ. Таких как Кайденнис, который когда-то пытался бежать с поля боя на болотах, сжирали скелеты. Без вариантов. Ты либо дерёшься, либо становишься трупом.

Скелеты действовали, как положено восставшим, увидели живых и атаковали, не особенно раздумывая над тактикой.

Первая линия мертвецов с грохотом врезалась в центральную часть строя.

Деревянные древки копий жалобно затрещали под напором слепой массы. Пехота приняла удар, упираясь коваными сапогами в кладбищенскую землю. Солдаты кололи и били наотмашь, дробя черепа и ключицы, ломали конечности, старались отбить черепа, но враг не чувствовал боли и не знал усталости.

Сильной стороной Штатгаля было плотное знакомство с нежитью. Нежить невозможно ранить, нельзя напугать и она не стонет от ран. Скелеты не уходят в оборону и большая часть обычных боевых приёмов против них не работает или работает, но не так как с живыми.

Скелетов надо бить только на поражение и никогда не забывать про защиту, любой мертвяк будет пытаться убить, даже когда погибает сам.

На краях строя ситуация развивалась по худшему сценарию. Фланги роты начали стремительно прогибаться внутрь и терять плотность построения. Нежить навалилась по всей ширине и в этом месте смогла использовать подавляющее численное превосходство.

Я расширил угол обзора, захватывая то, что видят мои солдаты и складывая в общую картину. Ровная поверхность этой части кладбища являлась гибельным местом для легковооружённой пехоты. Взгляд зацепился за восточный край погоста. Там возвышались кучи строительного мусора, плотные штабеля обожжённых кирпичей и сваленные в кучу гранитные блоки, приготовленные для реставрации старых склепов. Готовый естественный редут.

Ждать, пока Хоттерн осознает тактический тупик и перестроит роту голосом, не было.

Я вмешался самым грубым образом, командуя всей роте одновременно.

Буст!

Буст моего Роя - штука капризная, он нарушает естественный баланс поведения воинов, делая их слишком дёрганными и смелыми. Но так как мои войска прибыли после двенадцати часов вахты на городской стене, то есть в значительной степени устали, это было необходимо.

Ментальная сеть накрыла всех солдат дежурной роты одновременно, подавляя их животную панику холодным административным давлением.

«Внимание всем. Одновременное перестроение. Следите за бойцами справа и слева. Центр — три шага назад, держать интервал. Левый фланг — пятнадцать назад, прикрыть тылы. Выполнять».

Мой ментальный приказ ударил по их сознанию стальным хлыстом. Я выстроил перед внутренним взором каждого бойца чёткие светящиеся маркеры новых позиций, прокладывая оптимальные траектории отхода.

- Выполняем, работает, работаем! — Хоттерн сорвал голос, пытаясь перекричать лязг железа и хруст костей.

По общему правилу удержание ворот или, допустим, выхода из какой-то локации - это само по себе важная цель и оставлять выход из кладбища нельзя, враг сбежит.

Но с нежитью обычные методы и не работали. Они почуяли роту, они будут атаковать роту, потому что она состоит из живых. Они просто хотели её сожрать. А на выходы, пути отступления – им было наплевать. Пока у нежити не завелись командиры, которые смогли бы действовать сложнее, рота смело может играть от обороны.

Пехотинцы шагнули назад, отбиваясь короткими выпадами, перестраивались, били щитами и быстро сместились к указанным координатам. В бою многие из них захватили подручные предметы, деревянные щиты, тачки, короба и теперь использовали их как прикрытие для флангов, своего рода баррикаду. Щиты у них были не ростовые, а обычные, круглые, для активного маневрирования, в этой ситуации такие подходили плохо. Однако на войне часто так, играешь теми картами, которые тебе раздала судьба.

Дежурная рота организованно отступила к гранитным блокам. Бойцы упёрлись в груды битого камня и тяжёлые поддоны с кирпичом. Искусственный рельеф перекрыл им тыл и правый фланг, сократив пространство для драки. Солдаты быстро сбили плотный оборонительный полукруг, выставляя вперёд лес коротких копий.

Новая волна скелетов, лишённая тактического преимущества широкого охвата, с размаху ударилась о выстроенную живую баррикаду. Обойти строй сбоку теперь физически не представлялось возможным.

Костяная масса спрессовалась перед солдатами в узком коридоре между кучами строительного мусора.

Началась потасовка, в ходе которой решала физическая сила, организованность и мастерство. Передняя шеренга пехотинцев выдерживала основной натиск, а били в основном вторая и третья шеренга, из-за спин первой. Бойцы наносили короткие, скупые колющие удары прямо сквозь напирающие ряды нежити. Стальные наконечники с сухим хрустом крошили грудные клетки и выбивали шейные позвонки, отделяя черепа от туловищ.

Нежить восставала и восставала. И всё же их мобилизационный ресурс был не бесконечен.

В короткий момент против роты дралось порядка четырёх сотен скелетов, но так как рота ушла в оборону, они не могли навалиться всей толпой.

Скелеты спотыкались, теряли баланс и падали под ноги напирающим сзади сородичам. Задние ряды солдат Штатгаля тоже не простаивали. Пехотинцы перехватывали копья обратным хватом и тяжелыми древками методично дробили черепа упавших тварей из-за спин первых рядов.

Некоторые брали камни и прицельно бросали в головы скелетов.

Спустя несколько минут интенсивной работы копьями и мечами первоначальный навал иссяк. Основная масса агрессивных скелетов перед нашей позицией была перемолота в неоднородную груду битых костей и гнилого тряпья.

И всё же постоянно встающие новые мертвяки не давали расслабиться.

«Хоттерн, удерживай позицию. Из-за периметра баррикады не выходи. Батальон Хайцгруга уже выдвинулся к вам из Цитадели. Как состояние роты?»

«Держимся. Потери – трое. Их просто разорвали на куски в самом начале, когда строй прогнулся. Ещё двое бойцов получили глубокие рваные укусы через кожаную броню во время отступления».

«Укушенных изолировать в центре коробки».

Скелеты полностью сосредоточились на прорыве живого щита лёгкой пехоты. Твари напирали друг на друга, скользили в жидкой грязи пополам с битым кирпичом и абсолютно игнорировали открытое пространство по направлению к выходу из кладбища.

И всё же нельзя упускать риск, что какая-то часть мертвяков уйдёт гулять по городу. А это не дело, положено быть на кладбище, нечего шастать по улицам.

Мертвецы вставали из разных частей кладбища, но уверенно пёрли на роту, переступая через павших товарищей и не пытаясь проанализировать ситуацию в целом.

Ожившие мертвецы не обладали тактическим мышлением, они руководствовались только примитивным инстинктом уничтожения живой плоти.

Тем временем у границ погоста появился, бряцая броней, Первый батальон Первого полка под командованием Хайцгруга. Майор привёл своих бойцов на позицию без суеты и лишнего шума.

Он даже дал команду троим выйти вперёд и изучить возможность преодолеть стену. Однако пришёл к выводу, что карабкаться через кирпичную ограду кладбища ничего воинам не даёт и повёл батальон к центральному выходу.

Глава 3. Странные времена

Я попробовал для Роя нечто новое – делегирование.

Последние пару месяцев уделяю время прокачке своей магии. Опять-таки, когда создаёшь огненное заклинание, его можно измерить физическими характеристиками, всякого рода джоулями.

А навык Рой включал в себя управление, контроль, организацию взаимодействия разумных существ. Как его измерить? Опять-таки Рой нельзя было прокачать в классическом смысле этого слова, он был божественным навыком, ввинченным в мою голову Дикаисом, богом математики и порядка, одним из покровителей гномов.

Он был как операционная система без апгрейда. Однако же я стал экспериментировать с разного рода фокусами, в том числе и тем, что задействовал сейчас.

Хайцгруг получал мои полномочия в несколько урезанном виде, я включил ему возможности контроля и взаимодействия в миниатюре, локальное управление своим батальоном.

По традиции, которую ввёл собственно Хайцгруг, в случае, если он переключался с управления полка на уровень ниже до батальона или на два – до роты, то он командовал первым батальоном. В принципе, самым матёрым и хорошо подготовленным, как это происходило и сейчас.

Аналогично поступал Новак, Марк и Ройнгард.

Сейчас Хайцгруг получил такой большой бонус как «ощущение» своего подразделения, возможности бессловесного приказа и трёхмерное восприятие, где его подразделение и где его враг.

Батальон пришёл в движение, быстро разбиваясь на три ударные группы поротно. Ветераны Кмабирийских болот прекрасно представляли, с кем им предстоит столкнуться. Никакой суеты или лишних разговоров в строю не наблюдалось.

Пехотинцы перестроились в три боевые коробки. В отличие от дежурной роты, бойцы которой были вооружены круглыми щитами, Хайцгруг притащил средние щиты. Они закрывали две трети тела, а если очень хочется жить (ведь в бою подчас накатывает подобное желание), то можно уместиться за щитом и полностью. Часть рот пёрли ростовые прямоугольные щиты с ремнями для поддержки тела. Эти щиты вообще не предполагали ни маневрирования, ни особенной прыти пользователя, ни какой-то сложной схватки. Эти были щиты фалангитов, таких, при использовании которых выражение «стена щитов» заиграла бы новыми красками и была бы сплошной стеной.

В руках у бойцов Первого батальона вместо привычных колющих копий были средние и длинные топоры, а также и долгие молоты. Подобные тому оружию, которое мне выдал когда-то в боевом ордене Ре Бахтал хмурый интендант-ветеран.

Методом проб и ошибок было подобрано наиболее эффективное оружие против существ, лишенных болевых рецепторов и уязвимых внутренних органов.

Роты Хайцгруга заняли позиции в западной части кладбища, став для удобства тремя коробками-построениями. Тяжёлые ростовые щиты лязгнули краями, плотно смыкаясь в единую непроницаемую стену.

Бойцы первой шеренги синхронно опустили глухие забрала шлемов. Композитная сталь скрыла лица солдат, оставляя только узкие смотровые щели. Живой строй визуально превратился в монолитную бронированную машину.

Хайцгруг поднял свой массивный боевой топор, задрал голову, зарычал орочим боевым криком:

- Яах-Яйаа!

Сотни тяжёлых кованых сапог перешли на шаг, причём шли медленно, но в ногу.

Солдаты неспешно двигались, сохраняя равнение шеренг. Тяжёлая пехота неотвратимо приближалась к открытому правому флангу беснующейся толпы мертвецов.

В некоторых случаях мои роты разгонялись, чтобы «снести» врага, применив кинетическую энергию для первого сокрушительного удара.

Это было наиболее распространённым у конницы приёмом и вполне себе рабочим. Однако в отличие от рыцарей, я не использовал коней, а живой пехоте такие фокусы давались с трудом. Да и могли дорого стоить, если какие-то части шеренги споткнутся или угодят в ямы на поле боя.

Поэтому такую показуху я приберёг для живых, которых ими можно напугать.

Мертвякам было наплевать.

Бронированная линия второй и третьей роты врезалась в увлечённую штурмом толпу нежити.

Солдаты Штатгаля перешли в режим методичной промышленной мясорубки.

Работа.

Пехота работала по вколоченному в многочисленных боях на болотах алгоритму. Бойцы первой линии держали удар и только лишь отбивались, если мертвяки пытались раздвинуть щиты, отклонить их или уцепиться и уронить бойца.

Вторая шеренга била в щели между щитами, удары как правило вертикальные, на уровне груди и рук.

Третья и четвёртая шеренга били поверх голов и в отличие от первых, они лупили прицельно.

Зато если попадали, разносили черепа врагов в крошево.

Тем временем если первый строй сбивал кого-то с ног, его зачастую добивали щитами, ногами в бронированных ботинках, или оружием на коротком замахе.

Часть скелетов попыталась переключить внимание на новую угрозу. Твари неловко поворачивались, вытягивая костяные руки в сторону Первого батальона. Но плотность щитового строя попросту не оставила им пространства для маневра. Скелеты вязли в монолитной стене щитов и тут же получали сокрушительные удары шестопёрами прямо в высохшие черепа.

Одновременно с этим ожила дежурная рота Хоттерна. Офицер верно оценил изменение тактической обстановки и перевёл своих людей от глухой обороны к активной контратаке.

Однако я остудил их пыл, велел не размыкать строй. У нас тут не балет, каждый играет свою роль и вся эта показуха ни к чему.

Первая рота Первого батальона тем временем обошла мертвецов по большой дуге и ударила по скелетам со спины.

Таким образом в короткий момент дежурной роте даже пришлось труднее, чем до этого.

Мертвецы оказались надёжно заперты в классических тактических клещах между двумя организованными боевыми единицами.

Хайцгруг держался вне строя, время от времени позволяя себе помахать топором.

В некоторые моменты огромный орк возвышался над кипящей схваткой, прокладывая широкую кровавую просеку своим тяжёлым двуручным топором. Щит у него был, но закинут за спину. Каждый размашистый удар его оружия крошил сразу трёх-четырёх скелетов, разбрасывая по сторонам мелкую костяную пыль и ошмётки гнилой ткани.

Активная фаза боевого столкновения завершилась за считанные минуты. Масса агрессивных скелетов превратилась в хрустящий ковёр из раздробленных костей и прогнившего тряпья. Тяжёлые сапоги наступающих пехотинцев с глухим хрустом втаптывали останки обратно в раскисшую землю.

Хайцгруг вытер лезвие топора о кусок чьего-то истлевшего савана и начал отдавать короткие рубленые команды. Монолитная коробка первого батальона плавно распалась на мобильные тактические пятёрки. Орк грамотно распределил бойцов для прочесывания всей площади городского кладбища.

Дежурная рота выдохнула, но осталась на своих позициях, Хоттерн и Хайцгруг пожали друг другу руки. В этом рукопожатии командиров на поле боя, сделанном без единого слова, было больше красноречия, чем в любой пламенной речи, сказанной в спокойной обстановке в тылу.

Небольшие группы солдат разошлись по извилистым тропинкам между покосившимися мраморными памятниками. Пехотинцы методично выискивали застрявших в кустах или заблудившихся среди могил одиночных мертвецов. Короткие экономные взмахи молотов и топоров окончательно завершали существование бродячих скелетов. Зачистка периметра велась тщательно и без малейшей спешки.

Поняв, что больше дежурная рота не нужна, я велел подхватить раненых и укушенных и возвращаться в Цитадель.

«В игре» оставался только Первый батальон.

Локальное боевое столкновение завершилось безоговорочной победой Штатгаля. Очаг прорыва нежити на старом кладбище был полностью локализован и зачищен без лишних потерь. Только мне что-то подсказывало что он, то есть некротический прорыв – такой не один.

Мой внутренний аналитик не спешил праздновать окончательный триумф.

- Орк молодец, - проговорил Леголас рядом со мной.

Я открыл плотно сжатые глаза. Вообще-то при пользовании Роем, равно как и Птичьим пастухом это не обязательно, но мне сейчас была нужна предельная концентрация.

- Странно слышать такое от эльфа, - многозначительно ответил я Леголасу.

- Начались странные времена.

Вернувшись в штаб, я с удовлетворением отметил, что все разбежались по своим местам, вместо того, чтобы с умным видом протирать штаны в штабе.

Промочив горло, я стал спускаться вниз.

Чего-чего, а лифта в Столбовой башне не было, я просто спускался по гигантской винтовой лестнице. Направлялся я, для начала - в Госпиталь, который теперь гудел как растревоженный улей.

Обычно здание пустовало и построено было в расчёте на «пиковые нагрузки», то есть, чтобы разместить пять сотен раненых в шестнадцати палатах. До этих неожиданных событий их использовались две, сейчас, по случаю новых ранений была открыта ещё одна.

Я прошёл по коридору в ту самую «расконсервированную палату».

На двух соседних кроватях лежали те самые бойцы из дежурной роты Хоттерна. Их лица приобрели землистый оттенок. Груди вздымались часто и прерывисто.

Зульген стоял между койками. Крупный орк хмуро протирал влажной тряпкой лоб одного из пациентов. Рядом переминался с ноги на ногу Ластрион, держа наготове сумку с магическими реагентами.

Подойдя ближе, я осмотрел рваные раны на предплечьях солдат. Края укусов не кровоточили, но плоть вокруг них стала серой и вздулась.

- Что скажешь, друг-орк? — я посмотрел на главного врача, ожидая конкретных медицинских фактов.

Зульген отбросил тряпку в таз и тяжело вздохнул:

- Состояние стремительно ухудшается, командор. У обоих сильнейшая лихорадка. Температура тела запредельная, мы не можем её сбить ни зельями, ни артефактами.

Орк указал массивным пальцем на потемневшие укусы:

- Мы много раз сталкивались с укусами. Но к таким последствиям они никогда не приводили. Я применил базовое лечебное плетение и использовал шестикомпонентную настойку для разгона регенерации. Обычно это затягивает такие раны за пару часов. Здесь же магия… она просто не работает. Будто… Не знаю. Кто-то подменил мою магию.

- Подменил… Ну да, прохвосты подменили нам правила игры… Точно… Так что, какие перспективы?

- Нерадостные, - вздохнул Зульген.

Я перевел взгляд на полуэльфа.

- Ластрион, дай глубокую диагностику. Мне нужно понимать, что происходит с их энергетикой.

Маг кивнул и шагнул к первой койке. Он вытащил из сумки небольшой кристалл, зажал его в ладони и начал вычерчивать свободной рукой сложный узор прямо над грудью пациента. Воздух слабо засветился голубым светом.

Ластрион нахмурился, вглядываясь в мерцающие линии заклинания.

- Структура ауры разрушается, командор. Они ходячие аномалии, магический фон меняется, это очень странно и ни на что не похоже.

- Ладно. Продолжай наблюдение.

Поскольку ситуация касалась города, а непосредственная опасность миновала (хотя ворота я приказал перекрыть и всем объявить боевую готовность), то я связался с гражданским руководством Порта-Арми.

…

Я шёл, за мной пыхтел Иртык.

Я ворвался в Дом Правительства как ветер, лишь кивнув бойцам на входе.

Не то чтобы я всерьёз опасался военного переворота, но все важные здания в города охраняли солдаты Штатгаля, так что на крыльце были мои ребята.

В первый момент ноги сами собой понесли меня в кабинет на втором этаже, но я притормозил и использовал Рой, чтобы понять, где меня ждёт Альд.

Тут имела значение моя «многоликость». Я был генералом Штатгаля и у меня были личные апартаменты в одной из казарм. Причём в угоду утилитарности и секретности все казармы были одинаковыми. Казарма, в которой должен был бы обитать я, внешне одна из всех, но у меня пятиместный «номер», с канализацией, круглой каменной ванной (подарок гномов), спальней, гардеробом, личным кабинетом и парой гостиных. Моими соседями были командиры полков, через стенку Мурранг и Хрегонн. То есть, конечно, у них в кои-то веки отдельные апартаменты, а подо мной – покои Фомира.

Личный дворец я решил не строить. Может быть, пока что я до него просто не дорос? Хотя гномы намекали, что – несолидно.

У меня был кабинет в Каске и Столбовой башне. Поскольку я гражданский правитель, у меня был кабинет в Доме Правительства. Так же формальным главой Пантеона я, по традициям восточных деспотий назначил сам себя, то есть жрецы, конечно назначаются богами, кто ж против. Но босс здоровенной хреновины в новой части города – я, мой зам Шпренгер, у нас там тоже есть личные покои.

И вот теперь я хотел было потащить гражданских к себе в кабинет, но Рой показал мне, что они в Зале совещаний, где у меня тоже было почётное кресло. Не трон, конечно, я не стремлюсь, но тоже здоровое, большое, с вензелями (мне они не нравились, сидел из уважения к властям города).

Я вошёл, широко распахнув двери и огляделся.

Альд поспешил встать, а я убедился, что народу у нас сегодня не особенно много, закрыл за собой двери и попросил всех присутствующих садиться.

Всех было – только сам Альд Дерш, Первый советник, то есть по сути – Премьер-Министр и его зам, Майклиф, тучный мужчина с одышкой и вечно потными ладонями.

Этот факт напомнил о себе, когда я с ними поздоровался. Кроме того, в Дом Правительства раньше меня успел Новак и Мурранг.

Новак был министром обороны, что соответствовало его статусу моего зама по боевым действия, а Мурранг министром строительства.

Тут пустовали места министров (ими были знакомые мне мои соратники), которых ввиду военной тревоги я разослал по местам, быть со своими полками. Из-за нападения скелетов в городе случилась лёгкая паника и мои министры попрятались. Времени ждать их не было.

- Совет объявляется открытым, — я обвел взглядом присутствующих чиновников.

Альд сидел спокойно, он привык к моим «закидонам», а вот Майклиф стал крутить головой.

- Так почти никого же нет. Ваша светлость, я…

- Обойдёмся без протокольных прелюдий, - отмахнулся я. – Итак, что мы имеем? Час назад зафиксирован первый глобальный удар. Нас это коснулось лишь малым краем, но… Война Богов официально вступила в свои права. Теперь… К конкретике. На нашем городском кладбище зафиксировано массовое поднятие нежити.

Альд Дерш поёжился. Его пальцы замерли на краю пергамента. Гильдмастер медленно повернул голову и обменялся с Майклифом быстрым, многозначительным взглядом.

- Их перебили? Восставших?

- Если коротко, то да. Но это только начало.

- Правитель, при всём моём глубоком уважении к Вашему военному опыту, — голос Альда Дерша звучал ровно, с лёгкими модуляциями профессионального переговорщика. Он аккуратно сдвинул стопку смет в сторону. — На нас напала нежить, мы победили. Я в восторге, мы же даже испугаться не успели. Но такие громкие слова из старых легенд, как Война Богов. Ну, где мы и где боги?

- А что, у вас бывали восстания скелетов в прошлом? – я хотел было брякнуть в мире Гинн, но остановился. Таким образом прозвучало это так словно касалось только Газарии.

- Ну… Примерно семьдесят лет назад, во времена моего дедушки, когда были попытки… Робкие, прямо скажем, попытки, сопротивляться власти Бруосакса, некроманты поднимали скелетов. Использовали их против гарнизона… Ничего не вышло. Но это классический почерк сильного мага-некроманта. Локальная диверсия с целью дестабилизации городского населения. Быть может, сейчас обратный случай, бруосаксы пытаются гадость сделать, прощупать слабости Вас как правителя.

Я молча разглядывал гильдмастера, анализируя его поведение. Инерция. Инерция мышления. Что-то сродни стадии отрицания.

Чиновники не хотели выходить из зоны комфорта и принимать реальность надвигающегося катаклизма. Признание Войны Богов означало бы полную остановку торговли, заморозку контрактов и перевод экономики на жёсткие военные рельсы. Для таких людей, как Альд, это было равносильно финансовой смерти. Они предпочитали рационализировать угрозу до привычных, управляемых масштабов.

- Полностью согласен с господином Дершем, — спешно подхватил Майклиф, вытирая блестящий от пота лоб шёлковым платком. — К тому же, по моим данным, инцидент уже исчерпан. Батальон господина Хайцгруга оперативно оцепил периметр и зачистил территорию погоста. А сейчас проводит зачистку города. У нас нет объективных причин объявлять чрезвычайное положение и останавливать работу портовых доков.

- Погодите вы, — я оборвал поток чиновничьего самоуспокоения одним коротким словом. Новак и Мурранг, погружённые в свои мысли, вздрогнули. — Мне нужны точные координаты крупнейшего захоронения за пределами городских стен. Прямо сейчас.

Альд Дерш сглотнул и вяло попытался улыбнуться. В его глазах мелькнул страх за то, что в других местах тоже могут восстать скелеты.

- Крупнейший погост находится в шести милях от города, возле юго-восточного торгового тракта, — неохотно ответил гильдмастер, нервно барабаня пальцами по столешнице. — Там хоронят жителей предместий, крестьян из ближайших деревень и умерших в пути.

Я не стал дослушивать. Сказанного было достаточно.

Я активировал навык Птичьего Пастуха.

Сознание привычно скользнуло ввысь, перехватывая контроль над крупным морским бакланом, кружившим над шпилями столицы. Птица послушно легла на крыло и мощными взмахами устремилась на юго-восток, стремительно набирая высоту.

Спустя пару минут полета на крейсерской скорости баклан достиг нужных координат. Я сфокусировал «оптику» птицы, направляя взгляд вниз.

Земля в районе старого деревенского погоста шевелилась. Сотни, если не тысячи ям зияли на растревоженной почве. Отсюда, с высоты полета, восстание нежити выглядело как хаотичное копошение насекомых в развороченном муравейнике. Серая костяная масса выплескивалась за пределы покосившихся оград и сплошным потоком стекала к проходящему мимо торговому тракту.

На самой дороге уже разворачивалась кровавая бойня. Крупный транспортный караван оказался зажат в клещи между двумя плотными волнами мертвецов.

Я заговорил вслух, не открывая глаз и не отключаясь от канала связи с птицей. Мой голос звучал в зале заседаний монотонно и сухо, как зачитываемый армейский приговор.

- Юго-восточный тракт. Массовый прорыв нежити, — чеканил я каждое слово, транслируя картинку в реальном времени. — Около полутора тысяч существ. В эпицентре прорыва торговый караван. Шесть тяжёлых фургонов с крытыми брезентовыми верхами. Караванщики разбежались.

Глава 4. Много работы для Хайцгруга

Звук нервно барабанящих пальцев Альда Дерша резко оборвался.

- Охрана каравана смята, — продолжал я бесстрастно фиксировать события. — Караванщики разбежались и это был правильный выбор. К сожалению, лошадей они не распрягли, поэтому бедные животные обречены.

- Это... это невозможно, — хрипло выдавил Альд Дерш. – Этот погост довольно-таки далеко от нашего городского. Неизвестный враждебно настроенный некромант организовал два восстания мертвецов?

Я проигнорировал панику гильдмастера и попытку как-то объяснить ситуацию.

«Хайцгруг, ты как?», — я активировал Рой, обращаясь к тем, кто уже в строю и больше всего подходит для новой драки.

«Нормально, босс. Мы обошли город, разнесли ещё с дюжину скелетов».

«Думаешь, с кладбища разбежались?»

«Нет, это те, кто восстал прямо там, на месте. Наверное, старые забытые могилы».

«А укушенные есть?»

«Ну да, есть парочка».

«Они с тобой?»

«Отправил их в Цитадель, к Зульгену».

«Всё верно. Слушай, сворачивай патрулирование, сейчас я выгоню на улицы стражу, пусть прочешут всё, а твой батальон нужен за городом».

«Что делать, босс?»

«Выходи из города и направо по тракту. В предместье есть кладбище, там тоже восстали скелеты и их много. Цель – тотальное уничтожение и зачистка».

«Гражданские там есть?» - уточнил орк.

«Нет там никого. Кто смог - сбежал, кто остался - уже убит».

Отстав от Хайцгруга, я потянулся ко всем гарнизонам всех поселений и приграничным фортам.

«Всем! У нас восстание нежити. Переходите в полуосадное положение! Повысить боеготовность, быть готовыми к нападению групп нежити. Подготовиться к осаде, проверить известные вам захоронения усиленными группами. Если это рискованно, то вылазок не совершать. Предупредить мирное население, принять внутрь стен жителей сёл».

Я деактивировал оба навыка и открыл глаза.

- Что там, босс? – пробасил Мурранг.

- Ещё один погост, в предместьях.

- Восстали? Все? – нахмурился гном.

Я кивнул.

Иллюзия мира, спокойствия и контроля, так старательно выстраиваемая гражданской администрацией, разлетелась вдребезги.

Майклиф сидел белый как мел, желваки на скулах ходили ходуном.

Альд Дерш протяжно вздыхал.

Управленцы столкнулись с суровой реальностью, которую больше нельзя было списать на случайную диверсию залётного мага.

- Время пустых дебатов вышло, господа, — я перевёл взгляд на побледневшего гильдмастера. — Сейчас я отправлю стражу проверить улицы, но… Ситуация в Гинн изменилась. Поскольку меня мало волнуют глобальные проблемы, займёмся нашим молодым герцогством. Итак, Газария переходит на осадное положение, а Порт-Арми - в полуосадное.

- Опять ополчение? – осторожно спросил Альд, - Или повышение налогов?

Я криво усмехнулся:

- Нет, налоги остаются как есть. Я вас прошу сейчас выполнить не особенно привычную задачу. Зато очень срочную. В течение часа предоставить в Генеральный штаб полную топографическую карту абсолютно всех захоронений Газарии, о которых вам известно. Что-то мне подсказывает, что у нас всеобщее восстание. Всё, включая поселения нелюдей, брошенные погосты, старые курганы, заброшенные могильники и безымянные братские могилы времён потери независимости.

Дерш торопливо кивнул, подтягивая к себе чистый лист пергамента и обмакивая перо в чернильницу.

Я повернулся налево, переключая внимание на моих вояк:

- Новак, задействуй конницу, формируй мобильные эстафетные группы. Усиленные, готовые отбиваться от орды нежити. Просто одинокого конника не пошлёшь, вручную через магию со всеми общаться я тоже заманаюсь.

- Какой приказ?

- Уход в оборону, защита гражданских. Контратаки на нежить только в случае отсутствия риска. А лучше пусть гарнизоны вообще не лезут на рожон. У нас основные части Штатгаля в столице, мы и проведём зачистки.

- Сделаю, командор, — кивнул Новак.

- Какие приказы для сапёров? – обратил на себя внимание Мурранг.

- Проверь, что у нас по складам, по запасам. Мало ли, как обернётся, может, тут под стенами нарисуются полмиллиона скелетов. Маловероятно, но с тебя данные по еде-воде. Приказ всем: по одиночке не ходить! Только группами. Гражданскому населению рекомендовано таскать с собой оружие – ударно-раздробляющее… Мурранг, как гном и ветеран сражений на болотах, ты бы что для населения рекомендовал?

- Ну, без навыков трудно судить… Мечи дорого, да и не совсем то. Оркам – топоры, у них что дети, что женщины умеют ими пользоваться. А остальным… Пожалуй, что лучше, чем простенький клевец-трость или дубину с утяжелением - ничего не придумать.

- А смогут кузнецы-гномы и другие народы в кратчайшие сроки наладить производство этого дела?

- Пожалуй, что так.

- Тогда после ревизии, пни общину гномов и прочих. А так же пусть озадачатся доспехами, даже простые кожаные наручи и рубахи будут полезны.

Я свернул совещание, оповестил Зойда, чтобы он усилил бдительность и направился в Пантеон. Не то чтобы я хотел побеседовать с богами… Для начала у меня был совершенно другой неожиданный собеседник.

Время от времени через Рой проверял, как там дела у Хайцгруга.

Батальон Хайцгруга вывалился на тракт, как деревенская братва, которую позвали на драку с соседней деревней. Бойцы были полны негодования (ненавидеть нежить легко, особенно, пока она неразумная) и решимости.

Я координировал их перемещение, подсказывая, как быстро они дойдут до врага. Пехотинцы с ходу начали разворачиваться в боевые порядки. Кованые щиты с глухим стуком смыкались в сплошную стальную стену. Лес копий и тяжёлых шестоперов поднялся над головами солдат.

Нежить, восставшая, вечно голодная и злобная, немедленно и предсказуемо среагировала на появление живых.

Скелеты были слишком тупыми, чтобы оценить, что еда явилась к ним с гарниром - в тотальном доспехе и с оружием. Они просто бездумно рванули к батальону с отвратительным шелестом двигающихся при помощи магии костяных ног.

- Остановиться! - пророкотал Хайцгруг. – Сомкнуться, в оборону!

Сомкнутый строй тяжёлой пехоты замер и даже успел отдышаться прежде, чем на него налетели скелеты.

Вообще, бегать в бою нужно не всегда. Так можно и помереть уставшим. Если враг тратит силы, чтобы надрать тебе задницу, то пусть побегает. Тем большая редкость - это то, что показывают в кино, когда толпа бежит навстречу толпе. Как правило, это не так, одна из сторон стоит, держит строй и надеется на длину своих копий.

Скелеты с разбегу врезались в сплошную стену окованных сталью щитов. Мертвяки пытались продавить преграду своим весом. Твари царапали металл и били руками по щитам и глухим забралам.

Первая шеренга солдат Штатгаля приняла кинетический удар без единого шага назад. Бойцы упёрлись коваными сапогами в грязь и намертво зафиксировали позицию. Вторая линия пехотинцев незамедлительно приступила к работе. Длинные молоты, алебарды и топоры вылетали из-за спин товарищей, чтобы начать симфонию уничтожения.

Штатгаль имел с нежитью давние отношения и за последний час доказал, что ничего не забыл.

Сталь глухо разбивала грудные клетки и дробили черепа напирающих мертвецов. Задние ряды нежити слепо толкали передних прямо навстречу уничтожению. Хайцгруг ревностно следил за флангами.

Построение батальона – шеренга, то есть щиты выставлены в одном направлении, а не квадрат. Теоретически враг мог обойти батальон и напасть с тыла.

Но тут нежить пока что была исключительно неразумной, вот орк этим и пользовался. А вообще мы в курсе, что среди нежити не сегодня, так через пару недель, появятся всякого рода высокоуровневые твари, которые станут командовать легионами скелетов и тогда нам несдобровать.

Поэтому мы не ждали, пока скелеты сожрут всех, кого догонят, а давили проблему в зародыше.

Я давал возможность Хайцгругу использовать Рой, настраивая общую тактическую сетку. Ментальный интерфейс транслировал распределение плотности вражеских сил в реальном времени. В центре напор на батальон был максимальным и центральные щитовики постепенно прогнулись, чуть пятясь под напором врага.

Хайцгруг мог поступить просто, перебросить часть солдат с флангов и усилить центр. И это было бы классическим решением проблемы, однако орк, используя приказы, передаваемые через Рой, позволил батальону изогнуться в полумесяц. Таким образом, чтобы максимальное количество бойцов, в том числе и во флангах, принимали участие в аннигиляции скелетов, которые собрались в здоровенную толпу.

Более того, он даже дважды использовал магические артефакты для ударов по плотным скоплениям нежити, как миномётами.

Работа.

Орк заменил часть уставших или раненых щитовиков, но в целом батальон держался молодцом. Тем более, отличные доспехи (которые, кстати, стоили кучу денег) защищали солдат от ран, потому что скелеты не были безобидными овечками, покорно шагавшими на убой.

Дробящее оружие ломало хрупкие позвоночники и крошило берцовые кости. Хайцгруг стал в месте, где щитовики чуть раздвинулись и дал себе возможность проявить свою «силушку» богатырскую.

Активная фаза боя заняла не больше четверти часа. Солдаты перешли к планомерной зачистке территории.

После того, как толпа пала под ударами, Хайцгруг перевёл раненых в тыл (ни одного укушенного, зато три десятка с ушибами от ударов). Проверил состояние бойцов, дал короткую передышку и приказал боевым тройкам (контроль/защита/дробление) прочёсывать вокруг раскисшую землю, нанося короткие удары дубинами по шевелящимся останкам.

Хруст крошащихся черепов сливался с тяжёлым дыханием уставших воинов.

На всякий случай были пробиты черепа и погибшим лошадям. Орк научился у меня перестраховке.

После того, как проверили территорию кладбища и места столкновения, Хайцгруг дал батальону ещё одну передышку. Разделил на взводы и стал прочёсывать окрестности, в том числе, чтобы найти разбежавшихся торговцев. Вернуть их к каравану и погнать караван обратно в город, под защиту безопасных стен. Вместо лошадей тянуть его будут сами торговцы и, за некоторую мзду, солдаты.

Тем временем я был в опустевшем по случаю общегородской паники Пантеоне. Охрана роты Зойда была на месте, я прошёл в здание, но не в основной зал Богов, а спустился в подвал. Там были мои личные покои, хотя и пользовался я ими редко.

Я взял за спинку простой деревянный стул, стоявший возле массивного рабочего стола в моём кабинете.

Тяжёлое дубовое сиденье и потёртые подлокотники казались самыми уместными вещами для предстоящего разговора. Никаких церемониальных кресел или золочёной мебели. Только голая утилитарность и прагматизм.

Я тащил на себе стул, оставив Иртыка стеречь вход в покои, прошёл в дальнюю их часть и нашёл тайный ход, ведущий в усыпальницу.

Вообще-то её не принято открывать. Дверь была закрыта шкафом, который я отодвинул, но даже и так гномы сделали её похожей на участок стены. Только лишь зная, где она, я без труда отодвинул крошечный кусочек камня, чтобы открыть паз для ключа.

Ключ был при мне (ещё один у Шпренгера и один у Мурранга), хотя сплав и покрылся налётом, потому что им никогда не пользовались.

Я открыл встроенный замок и потянул за сам ключ, потому что ручки у двери не было.

Всё ещё волоча за собой стул, я спускался в нижние, тайные для простых горожан ярусы храма, где был спёртый воздух и тьма, которую я разгонял магическим фонариком.

Я спускался по стёртым каменным ступеням, крепко сжимая спинку стула правой рукой.

Внизу была ещё одна дверь, но она не имела запора. Я толкнул неподатливую створку плечом и шагнул в здоровенное помещение склепа.

Тут пахло сухой каменной крошкой и железом. Склеп был новым, тут было тихо, а ещё в нём весьма слабая вентиляция, так что тут тоже спёртый воздух, от которого хотелось кашлять.

Вдоль стен ровным полукругом тянулись глубокие ниши. В них покоились закованные в реликтовые доспехи останки Мёртвых рыцарей. Ну, как останки…

Ситуация с Фанделлеровскими холмами показывала, что эти кости, будучи наполненными силой их владельцев, могут такой рок-н-ролл сыграть, мало не покажется!

Как это ни странно, сейчас их боевые навыки меня интересовали мало.

Древние стражи хранили знания Эпохи Магов.

Я прошёл к центральной, самой крупной нише. Здесь восседал тот, кого остальные рыцари признавали если не старшим, то первым среди равных.

Я опустил деревянный стул на каменный пол ровно напротив его плиты и отдышался.

Ножки с шуршанием стали на неровный пол, покрытый каменной крошкой, как песком. Я присел, пристроил светильник в стеновую полку, опёрся ладонями о колени и медленно выровнял дыхание, готовясь нарушить данное мной же слово не беспокоить рыцарей.

В первые месяцы пребывания в мире Гинн я получил магическую искру. Вместе со статусом рыцаря. Ещё в Кайеннских горах. В отличие от магов, я её не особенно развивал, а потом, когда столкнулся с Дикаисом, он по сути интегрировал в неё навык Рой.

Абстрактная, требующая десятилетия развития, магия стала для меня простым и удобным тактическим интерфейсом для раздачи приказов и сбора статистики по подконтрольным юнитам.

После этого судьба гнала меня, как машину с пьяным водителем по ухабам, не давая опомниться.

Но за последние пару месяцев, с тех пор, как Аная недвусмысленно сказала о предстоящих испытаниях (читается как «у тебя большие проблемы»), я стал экспериментировать с Роем. Вскоре нащупал в нём скрытые алгоритмы, недокументированные эксплойты божественного дара, позволявшие выходить далеко за пределы заложенного базового функционала.

Это было как театр, который нельзя перестроить или поменять, нельзя выключить, но можно заглянуть за кулисы, посмотреть на неочевидные трещины и щели в этой ментальной конструкции.

Я закрыл глаза. Тишина склепа отдалились, уступая место концентрированной, внутренней тишине моего собственного сознания.

Рой. Активация.

Привычная зеленоватая сетка тактических данных привычно развернулась перед внутренним взором. Локальное пространство пестрело маркерами подразделений и свёрнутыми системными логами.

Обычно я использовал исключительно этот верхний слой для оперативного контроля, скользя по поверхности информационного потока.

Сейчас же мне требовалось пробить эту визуальную оболочку и спуститься за пределы обычного использования Роя.

Я целенаправленно сместил фокус восприятия. Ментальное усилие грубо надавило на интерфейс, словно пальцы плотника, который отодвигает неплотно прибитые доски забора.

Привычная физическая реальность окончательно растворилась. Стены подвального склепа, жёсткое сиденье дубового стула и пронизывающий холод каменных плит исчезли из моего спектра ощущений.

На смену обычной гравитации пришло иное, совершенно чужеродное давление. Оно казалось невесомым, но предельно плотным, словно моё сознание погрузилось на дно глубоководной впадины, состоящей из чистого вакуума.

Я перешёл невидимую границу, оставляя физическую оболочку в Пантеоне и прорываясь в закрытую локацию мёртвых.

Резкий рывок выдернул моё восприятие из вакуумного транса. Я ощутил твёрдую опору под ногами, хотя физическое тело продолжало неподвижно сидеть в подземелье Пантеона.

Моё сознание вывалилось в совершенно иную локацию. Окружающее пространство представляло собой исполинскую пещеру, сотканную из матово-белого камня. Гигантские вертикальные своды терялись в туманной дымке далеко наверху. Строгая, почти математически выверенная геометрия пространства создавала стойкий сюрреалистичный эффект. Никаких неровностей, природных сколов или хаотичных нагромождений сталактитов.

Это место называлось Калиновая пещера, упоминания о ней нашёл Деций и передал мне в виде перевода. А теперь я проник сюда из самого подходящего места – Пантеона.

Я поднял руки и посмотрел на собственные ладони. Плоть казалась слегка полупрозрачной, по краям излучая тусклое голубоватое свечение.

Из белёсого тумана начал плавно формироваться высокий силуэт. Передо мной материализовался мужчина с прямыми волосами цвета только что выплавленного, почти что светящегося серебра. На нём не было привычного реликтового доспеха, только простая серая туника сложного кроя.

Но это был он – старший из Мёртвых рыцарей.

Глава 5. Тот, у кого есть имя

Я спокойно встретил его тяжёлый, оценивающий взгляд.

- Приветствую, Мёртвый рыцарь, — мой голос прозвучал сухо, без малейших искажений или эха.

Мужчина медленно склонил голову набок. Его лицо оставалось неподвижным, словно вырубленным из белого мрамора пещеры.

- Моё имя Арктеррион, — ровно и властно произнес Мёртвый рыцарь, — последний король из древнего рода высоких людей. В своём нынешнем состоянии я предпочту своё истинное имя, а не те обращения, которыми ты пользовался ранее. И ты нарушил данное слово, живой Правитель, — недовольно продолжил Арктеррион. От его фигуры повеяло холодом. — Наш прошлый договор предполагал абсолютный покой.

Я скрестил руки на груди, полностью игнорируя угрожающие интонации древнего духа.

- Договор исполнен, вы упокоены, вокруг Пантеон, но ситуация изменилась.

- Ты хочешь пробудить меня, герцог Рос? Или принудить меня и моих товарищей на новые действия в мире людей? Это очень опасно и весьма нежелательно.

- У нас проблемы, король Арктеррион.

Древний король презрительно искривил тонкие губы.

- Живые снова делят куски грязной земли и крохи золота? Неужели ты совершенно не способен без нашего вмешательства расправиться с зарвавшимися соседями без прямого вмешательства мёртвых?

- Ну, вообще-то не так давно я надавал по сусалам этим соседям и не бегал за помощью, - отрицательно покачал головой я. – Так что практика показывает, что защитить границы мы в состоянии.

- Тогда тем более. Что бы там не случилось, мелкие неурядицы меня не касаются.

- Эти проблемы теперь касаются всех, — я ровным, лишённым эмоций голосом прервал его надменную тираду. — Мёртвые боги проснулись. На континенте началась новая божественная война. Прямо сейчас тысячи свежих мертвецов синхронно выкапываются из могил по всей Газарии и организованно атакуют живых. Подозреваю, что ситуация в остальном Гинн плюс-минус такая же.

Выданная информация заставила Арктерриона замолчать и задуматься.

- Мои советники считают, что это дело рук некромантов, не более того. Вот я и пришёл к Вам… к тебе, король Арктеррион. Не для того, чтобы ты и твои товарищи делали грязную работу. Я пришёл спросить совета. Знаешь, насколько много людей и нелюдей, у кого я могу спросить совет?

- И сколько же? – не стал гадать Арктеррион.

- Нисколько. Я не склонен спрашивать совета даже у богов.

- Само собой, они будут просто дёргать тебя за ниточки, как деревянную куклу на ярмарке.

- Вот и я так думаю. Нет, это не значит, что я не спрашиваю совета у специалистов и профессионалов там, где моих познаний недостаточно. Но тут ситуация глобальная, а у меня… Как бы так выразиться, Арктеррион… У меня острый дефицит старших товарищей.

- Ну, спасибо хотя бы за лесть, - древний дух позволил себе подобие улыбки.

- И всё же, как ты считаешь, король Арктеррион, я ошибся и это всего лишь магическая диверсия некромантов? Или в игру вступили Мёртвые боги?

- Некроманты, — Арктеррион произнес это слово с бесконечным презрением. — Ваши нынешние маги Смерти просто дети, играющие с грязным песком на берегу океана. Они способны поднять десяток скелетов, привязав их к собственной жалкой ауре. То, что происходит за пределами нашего упокоения, имеет совершенно иную природу.

Дух покачал головой влево, вправо – как рыба, которая выбирает течение.

- Да, смертный. Ответ на твой вопрос – «да». Это почерк богов. Мёртвые боги начали свою игру с вот такого вот хода. Они не тратят энергию на прямой контроль каждого восставшего. Божественная воля просто поменяла базовые законы мироздания и запустила массовое восстание нежити.

- Массовое - это насколько?

- Беспредельно. Без границ. Видишь мир Гинн? Вот в нём, везде. Так понятнее? Теперь сама земля отторгает мёртвую плоть, наделяя её единственным инстинктом: убивать и множиться.

Я моментально напрягся и не по поводу скелетов на кладбище. Нет… Это мелкие, не особенно влиятельные существа. Но у меня было семь совершенного иного уровня скелетов в Пантеоне. Мёртвые рыцари, с одним из которых я сейчас беседовал.

- Не постесняюсь спросить, Твоё величество… А как насчёт тебя и твоих высокородных товарищей? Не пробуждается ли у вас всех желание превратить мой город в братскую могилу?

- Твоя столица может спать спокойно, — отмахнулся Арктеррион. — Мои братья в нишах Пантеона не пополнят ряды этой безмозглой орды. Стены храма, тем более такого могущественного, надежно экранируют нас от тупого примитивного зова, наше желание спать превыше жалких изменений погоды за окном. К тому же не стоит забывать, мы не просто нежить, мы созданы в Эпоху Магов, во времена, когда смертные бросали вызов богам и их творениям.

- Это я рад услышать. А в твою эпоху кто-то что-то знал про Войну Богов? Какие есть методы противодействия, последствия, оружие. Это же не в первый раз.

- В прошлый раз массового восстания нежити не было. Кто-то или что-то обучило восставших богов на такую подлость.

- А что было?

Древний дух ответил не сразу. Для начала Арктеррион пытался понять для себя, надо ли ему вообще мне помогать? Скорее всего, он пришёл к выводу что, если Газария и Порт-Арми падут, Пантеон в конечном итоге тоже превратится в груду щебня. То есть, в каком-то смысле мы все нужны ему, как обслуживающий персонал для ухода за его могилой. Придя к такому выводу, он задумался над тем, как мне помочь.

- Слушай, герцог, - начал он. – Врать и напускать на себя умный вид я не стану. Да, королю положено быть самым умным, быстрым, сильным и всё такое… Однако я не силён в истории. Кто там с кем дрался и зачем. Ты пойми, в наше время одних богов загнали в могилы, другие перенапряглись настолько, что прилегли спатки на тысячи лет. А правили не короли, а Великие маги. Короли, конечно, тоже высоко стояли, но не на первом месте. Я правил, даже когда умер – правил. Мёртвый король у власти. Потом мёртвый король на войне. Потом из одной войны в другую и для всех я просто безумно могущественная нежить, не более того. Другое дело, что в результате интриг попал в магическую зависимость к этому глиномесу Кэйррату. Тоже, кстати, ситуация неприятная.

Я не мешал его рассуждениям и воспоминаниям, хотя в них для меня не было ничего ценного.

- Значит, так… Во времена Эпохи Магов свидетельства памяти войны Богов не то, чтобы целенаправленно уничтожались, но их не особенно берегли. Маги писали историю собственного мира, ослеплённые своим величием. Чего там греха таить, я делал примерно то же самое, но как полководец и правитель. Я ни разу не историк, прошлым не больно-то интересовался. Но кое-что тебе подскажу, герцог.

- Я весь внимание.

- Тебе нужен город Мистрас. Это поселение находится глубоко в Карманных горах, его точное местоположение мне не известно. Он был заброшен ещё до Первой Магической войны, но это его и спасает. Брошенный город был резиденцией одного могущественного мага по имени Раккот, которого прирезали другие маги. И там осталось много свидетельств памяти Войны Богов. Он, хозяин этого места, был одним из тех, кто готовился к войне магов и хотел выискать какие есть артефакты и знания, приёмчики, оружие – использованные богами. Чтобы, так сказать, оказаться на коне. Жаль, не успел. Или не жаль. В общем, это место забыто, зато его не разграбили.

- Целый город? Как о нём можно забыть.

- Ты забываешь, что речь идёт об Эпохе Магов. Где сейчас строят города? Там, где тебе позволила природа, чтобы речка рядом, поля, дороги и так далее. А в те времена ты мог сам создать себе какую хочешь воду, оранжереи, казармы, склады, тысячи домов в скалах, под водой, на отдалённых островах. Конечно, когда поддерживающая это магия иссякла, таким поселениям пришёл конец, однако, если всё построено прочно, да ещё и внутри гор, то это просто большие пустующие залы. Много залов в недрах гор.

От его слов я вспомнил про Ущелье Двойной Луны и то, что в его недрах жили странные твари и было много жутких туннелей. Тогда весь мой ресурс, это возможность взять пару лепёшек, несколько фляг воды и парочку солдат с крепкими нервами и без клаустрофобии. Сейчас у меня есть маги, ведьмы и солдаты.

- Да, вот ещё что… Я говорил, что старина Раккот любил оружие?

- Да, король.

- Так вот. У него среди прочего был артефакт. Не особенно ценный в те времена, но теперь мне он кажется весьма и весьма…

Арктеррион задумался и замолчал.

Я откашлялся, хотя место, в котором я находился не имело проблем с дыханием. Формально это нечто вроде виртуальной проекции, вроде матрицы, где моё виртуальное отражение может встретиться с Арктеррионом. Какие уж тут проблемы с горлом.

От моего «кашля» король пришёл в себя.

- О чём речь? – спросил я.

- Есть там забавная такая штука. Называется доспехи Ньёрва, — задумчиво произнес Арктеррион, и в его голосе проскользнули нотки религиозного благоговения. — Ньёрв был Первым из Мёртвых рыцарей и было это в Эпоху Богов. Формально, он был полубогом и доспехи хранят его силу. Его броня выкована из сплава метеоритного железа, чёрной брони антрацитовых драконов и божественной крови, которую Ньёрв добыл помимо желания доноров. И выковали её на кузне Титанов, поэтому она вбирает в себя сразу многое. И главное, это статус Владыки нежити.

Глаза духа вспыхнули внутренним светом:

- Этот артефакт не просто защищает тело. Доспехи Ньёрва даруют носителю неоспоримую власть над любым существом, лишённым искры жизни. Надев их, ты не отключишь сигнал Мёртвых богов. Но любая нежить почувствует твою власть, попробует тебя убить или покориться, как самый верный вассал. То есть, если враги приведут к тебе легионы нежити, а ты опасаешься чего-то такого, то ты просто щёлкнешь пальцами и большинство станет твоими верными псами.

- А меньшинство?

- Ты просто убьёшь их, шевельнув пальцем, приказав новым слугам. Они ведь ещё и защищать тебя будут. То есть, это как корона на голове. Доспех делает тебя Королём мертвых. Чем-то вроде полубога. Наверняка там есть свои условности, но главное, что носить доспех может и живой, если сможет убить Ньёрва.

- Нужно убить Ньёрва? – я всё ждал, когда в этом крутом торговом предложении появится большущее «но». И вот оно, кажется, проявилось.

- Нет, к сожалению, - вздохнул Арктеррион. – древний рыцарь давно исчез, его энергия развеяна, как и кости. Причём, это было даже до Раккота.

- А почему же Раккот сам не использовал доспех?

- С какой целью? Я тебе говорю, ни в эпоху войны Богов, а теперь её, наверное, стоит называть «Первая война Богов», ни в эпоху Магических войн никто не менял магический фон Гинн так, чтобы мёртвые по всему миру вставали из могил. Зачем тебе специфический доспех, если нежить - штука не особо массовая и для этого у меня есть Мёртвые рыцари, есть архиличи, есть Великие маги, которые по щелчку управляли армиями скелетов?

- То есть, ввиду отсутствия конкуренции ценность доспеха заиграла новыми красками?

- Любишь ты творческие образы, герцог. Ты же не некромант? В твоём крошечном войске некромантов нет. Великих магов в мире тоже больше нет и не может родиться. Мертвые рыцари, то есть я и мои товарищи, склонны продолжать спать дальше… И поверь мне, так будет лучше для всех. Вот и получается, что специфический артефакт может тебе здорово помочь. Однако ты должен помнить, что артефакт сводит своего владельца с ума. Он выжигает человечность, заменяя её единственным желанием: захватывать всё новые и новые царства, пока весь мир не превратится в один гигантский некрополь. Поэтому носить его, не снимая, нельзя. И, опять-же, он ценен, пока в игре только нежить. А поверь мне, это быстро изменится. Представь, что ты играешь в игорном доме, а один из игроков всё время меняет правила, придумывает новые игры, ещё и имеет возможность рисовать нужные ему карты, кости, игровые фишки? Вот что такое война богов.

- Да я и не сомневался, что всё хреново, Твоё величество.

- Не берусь пророчить, герцог, - вздохнул король Арктеррион, но когда начинается война, ей сопутствуют три вещи – голод, чума и крысы. Если говорить про такую глобальную заварушку, то вместо крыс у тебя драконы.

- Драконы? Драконы существуют?

- А чему ты радуешься, герцог? Лучше бы их не было. Хвостатые полуразумные твари наверняка используют эту ситуацию, чтобы сожрать всех и выйти в этой гонке в лидеры. Дело в том, что дракон вообще не имеет пределов в развитии силы, магии, скорости, живучести и власти.

- Но о драконах никто не слышал сотни лет, - попытался возразить я, хотя и понимал, что веду себя точь-в-точь как Альд Дэрш, который цепляется за привычный образ мира. - Они прочно переселились в сказки, мифы и рисунку на страницах старых книг.

- А крысы откуда берутся? – хмыкнул мёртвый король. – Только что не было и вот у тебя полный подвал. Аналогия не особенно точная, даже миллион крыс не создадут тебе такие проблемы, как один дракон.

- Получается, что возврат Мёртвых богов запускает цепную реакцию? – спросил я.

- Ну, да. Был баланс, спокойствие, на спине которого Бруосакс и Маэн, ослеплённые своим самолюбием, могли играть в войнушку. А теперь проснулись те, что будут разбивать на куски горы и сжигать города.

Пространство Калиновой пещеры подёрнулось рябью.

Арктеррион поднял голову и осмотрелся.

- Тебя зовут в мире живых, герцог. В общем, если тебе нужно больше ответов, ищи Мистрас. Забирай доспехи. И постарайся не сдохнуть до нашей следующей встречи.

Резкий рывок вышвырнул моё сознание из магического транса.

Воздух вокруг всё так же пах каменной пылью. Мои побелевшие пальцы мёртвой хваткой сжимали деревянные подлокотники стула.

Рядом со мной нависал массивный силуэт Мурранга. Хмурый гном-квиз тяжело дышал. В его мозолистых руках была зажата открытая армейская фляга, оттуда он лил воду в другую руку и мыл ею мне лицо.

- Дохлые огненные черви подземных пределов! Босс! Ты шибанулся? Командор, — выдохнул Мурранг, уловив осмысленный взгляд в моих глазах. Его обычно спокойный голос выдавал крайнюю степень нервного напряжения. — Тебя не было, ты пропал, мы пытались достучаться до тебя через Рой. Я, Фомир, Орофин. Хрен на рыло. Ты пропал. Хорошо, мы Иртыка нашли.

Я с трудом подвигал головой. Ощущение было такое, словно я разгрузил вагон угля. Но время, время? Мне казалось, что разговор занял от силы десять минут. Ну, пятнадцать. Но Мурранг не шутил и не ошибался, я выпал из реальности на три часа.

Я отнял у него флягу и допил остатки воды.

- Давай не грузи меня нотациями, брат-гном. Скажи лучше, в двух словах, как у нас дела? Так сказать – доклад.

- Зачистка юго-восточного тракта завершена, — Мурранг моментально переключился на сухой язык военных рапортов. — Батальон Хайцгруга перебил всех до единого скелетов и сопроводил выживших в столицу. Потерь среди личного состава нет. Но это только один очаг. Новак послал гонцов по тракту, и они почти сразу же столкнулись с поднятыми мертвяками. Вообще, по рапортам мне показалось, что чем древнее захоронение, тем более вялые там трупы.

- Да, брат-гном, но и выше вероятность появления там высокоуровневой нежити. По крайней мере, судя по тому, что мы знаем про магию проклятия на примере Кмабирийских болот. Пошли на поверхность, брат-гном? А то я себе все корпуса отсидел, кажется.

- Но хоть не порожняком в магический транс летал? – осведомился гном. – Стул прихватить наверх?

- Пусть тут побудет. Понадобится ещё.

- О, как. Выходит, удалось поговорить с кем-то из рыцарей?

- Да и весьма плодотворно.

Мы вышли наружу я задействовал Рой и узнал, кто где находится, тут же всех успокоил, что я жив, цел, орёл. Потом деактивировал Рой и направился, внезапно, в библиотеку.

«Как пройти в библиотеку?» - спрашивал бессмертный персонаж в классике.

Меня вот после всего сказанного тоже потянуло к знаниям. А ещё я порадовался, что всё это время мы маниакально тянули все, какие были, письменные источники.

- Нам обязательно в библиотеку? – уточнил гном.

- Да.

- Ладно. Только что-то ты бледный, босс, - пожурил меня Мурранг. – Ты хоть ел сегодня?

- Да… Что-то случай не представился.

Мурранг хмыкнул, поймал кого-то из молодых гномов, спешащих по своим делам и велел принести в библиотеку порцию мяса и пива, для герцога.

Гном, кстати это был гном из гражданских, кивнул и убежал исполнять приказание.

Я улыбнулся. Интересно мир повернулся. Мурранг и Хрегонн перебивались случайными заработками и были на отшибе гномьей жизни, потому что квизы (то есть грязнокровки) и потому что вне официальных кланов.

А теперь они достигли таких высот, что они сами по себе превыше кланов, их происхождение не имеет никакого значения и все окрестные гномы стремятся с ними поручкаться. Насколько мне рассказывал Шпренгер, они являются неофициальными покровителями двух десятков новых кланов, которые добывают металлы в горах, а предложение о помолвке к ним засылают даже из-за моря. Настолько их положение высоко, что даже гномам стало наплевать на то, что они квизы.

И даже этот парень-гном, он ведь даже не спросил, кто ему отдаёт приказ, видимо, знает Мурранга в лицо.

Глава 6. Задачи и решения

Деций был отцом, хранителем и начальником библиотеки.

Вообще, она называлась пафосно – Главная Государственная Газарийская Библиотека. Или сокращённо ГГГБ.

Но звучало это так, словно у нас тут дофига библиотек и эта самая главная.

Фактически всё было не так. Да, в парочке городов были свои небольшие библиотеки, плюс два десятка частных и оттого закрытых библиотек. Государственная была одна, она же герцогская, то есть моя, она же центральная.

Когда мы, то есть Штатгаль, гремя огнём, сверкая блеском стали и поражая воображение местной власти, вторглись в Порт-Арми, потом раздали по щам Ирзифу, то многие государственные конторы «осиротели». Их начальники, ставленники вражеского герцога, наверняка повинные в казнокрадстве, свинтили всеми возможными путями, чтобы избежать тюрьмы и виселицы.

То же самое касается и прошлого «библиотекаря», так что организация, в сущности, осиротела, пока её не взял под крыло Деций.

И теперь он создал систему каталогизации, он установил магические средства пожаротушения (я знал это потому, что оплатил из своего кармана) и стеллажи, мебель, а кроме того, многие из книг Деций прочёл.

Кроме того, библиотекарей – мальчиков и девочек (все, как один, тихони) нанял он, книги расставлял тоже он, разнообразные реестры и летописи вёл так же Деций.

Не удивлюсь, если через три сотни лет про нас будут помнить только потому, что Деций перечислил и по возможности бессовестно преувеличил наши подвиги.

В общем, Деций был тут, в библиотеке - главным.

И тем не менее, сейчас старый пьющий писарь сидел на краешке табурета, ссутулившись над очередной стопкой ветхих документов.

Его пальцы, перепачканные чернилами, бережно переворачивали ломкие страницы.

Я не вмешивался в крайне важный интеллектуальной процесс. Деций тут в одного заменял гугл.

- Так что ты мне скажешь, друг-человек? – спросил я, присаживаясь на край стола и подхватывая падающий толстый фолиант.

Деций вскочил и забрал у меня книгу, чтобы поставить на полку.

- Да, вопрос интересный. Однако не припомню, чтобы мне встречалось такое обозначение, — голос Деция звучал хрипло и устало. Он потёр переносицу костяшками пальцев. — Храмовые летописи, династические списки, дневники древних путешественников. Я просмотрел документы, связанные с путешествиями по Карманным горам. В источниках Эпохи Королей такое название не встречается.

Я скрестил руки на груди, не торопясь комментировать. Этот ответ меня не устраивал.

Я допускал, что сведения о заброшенном городе не особенно растиражированы, но чтобы «ноль»?

Целый город внутри гор, столица региона, место, где тренировались герои и хранились сокровища, такое не могло просто раствориться в воздухе без следа в исторической памяти.

- В пекло эпосы, Деций, — ровным тоном произнёс я, встав и подходя ближе к столу. — Летописи Эпохи Королей пишут люди, а людям свойственно лгать, ошибаться и пребывать в неведении. Мне сказали, что город был заброшен ещё до Первой Магической войны. Значит, Мистрас должен упоминаться в источниках Эпохи Магов. Да, их мало, и они требуют перевода.

- Может быть, город был ещё в эпоху Богов? – предположил писарь.

- Нет. Скорее всего – нет. Раз он зачах с исчезновением Раккота, то… скорее всего, он им и построен. Кстати, вот тебе критерий для поиска, Великий маг Раккот. Ну или в другом статусе. Этот город был его резиденцией и гибель своего патриарха не пережил.

Архивариус с сомнением посмотрел на меня, часто моргая воспаленными глазами.

Спустя несколько минут лучший знаток содержимого этой библиотеки вытащил массивный, окованный почерневшей медью гроссбух. Толстая кожаная обложка потемнела от времени до нечитаемости. Деций с натугой притащил фолиант к центральному столу и уронил его на свободный край.

Тяжёлая книга с глухим звуком ударилась о столешницу. В воздух мгновенно поднялось густое облако вековой серой пыли.

- Тут у меня учётный реестр Интендантского корпуса Северного легиона, — прохрипел Деций, смахивая грязь с бронзовых застежек. — Чудом уцелел при пожаре храмовой библиотеки в городе Эклатий. Это хроники эпохи Магов и относятся к западной части… Того места, где сейчас Маэн, в том числе и Карманные горы.

Я потёр виски, припоминая карту.

Западное побережье континента окаймляли Карманные горы. Это как Анды, только не такие большие. Местами они освоены и заселены. Половина Карманных гор контролируется Маэном. Половина – Бруосаксом, в том числе та часть, где начинается Газария и где горы именуются Быками. В геологическом смысле Быки были частью Карманных гор. Но в политическом – они наши, Газарийские. И где бы ни находился этот мифический город, скорее всего, он на территории моих «друзей». Правда, зомби-апокалипсис внёс свои коррективы, и я найду способ как-то проникнуть в нужное место.

Да и был крошечный шанс, что местоположение нашего ископаемого города где-то в недрах Быков.

Деций откинул тяжёлую обложку. Мы склонились над пожелтевшими страницами, исписанными ровными столбцами убористых цифр.

Работа оказалась кропотливой.

В библиотеке появился молодой гном, который принёс мне миску, на которой дымилась каша, здоровенный кусок пропечённого мяса и пышный кусок хлеба. Неплохо знающий предпочтения Правителя, он на свой страх и риск, проигнорировав распоряжение квиза, поставил на стол большую кружку кипячёной воды.

Я поблагодарил его и спешно поел, одновременно с этим, занимаясь анализом древних (и весьма скучных) текстов.

Мой мозг перешёл в режим системного фильтра, отбрасывая стандартные поставки муки и досок в обычные гарнизоны. Пальцы архивариуса методично скользили по строкам, вслух переводя древние выражения в привычные величины.

Мы искали незримые следы колоссальной инфраструктуры, обслуживавшей город-призрак.

Молодой гном ушёл, Иртык, решив, что его подопечный в безопасности, дремал у входа, Мурранг занялся своими делами, пробурчав что-то нелестное про книжных червей.

Прошло два часа удушливой тишины, прерываемой лишь сухим шорохом страниц и редкими глотками остывшей воды.

- Стоп. Две колонки назад что-то такое было, - Деций вернулся по тексту — Тридцатый год Шестого столетия. Поставщики отгружают по сорок подвод с серной кислотой, солью, вяленым мясом и зерном. Пункт назначения обозначен просто как «Сектор Четыре». Никаких названий крепостей или имён командующих. Вот только там, куда они отправляют грузы, нет никаких городов.

Архивариус нахмурился, вчитываясь в мелкий угловатый почерк древнего счетовода.

- Ну, тут описаны названия маршрута тех лет. Слезящийся перевал, тракт Духовища, Владения Крейтора Четвёртого, — усталый Деций напряжённо потёр слезящиеся глаза.

- Скажи, мы хоть что-то оттуда узнаём, Деций?

- Ну, был такой Крейтор Второй, правил в предгорьях Манцерского хребта в системе Карманных гор. Теоретически Крейтор Четвёртый - его внук и правил там же.

Я поджал губы. Если это так и не просто совпадение, то уже что-то. Это территория севернее нашего участка Карманных гор, севернее Бесплодных земель. Ну, информация, само собой не точная, да и по таким координатам ничего не найти, там сотни квадратных километров гор, хребтов, долин. И всё же это уже что-то.

- Спасибо, Деций. Спасибо, но – это не всё. Продолжай искать Раккота и Мистрас.

Выйдя от библиотеки и пока что не имея чёткого представления о том, где искать Мистрас, я направился в Цитадель. По дороге использовал Рой и коротко пообщался с Новаком, Хайцгругом, Альдом и, в какой-то момент – Зульгеном.

«Они умерли, босс», - сообщил мне Зульген.

«Кто «они»? Укушенные?»

«Да, все четверо, двое наших, двое гражданских. Все мои средства не помогли».

«Скверно, конечно. Но ты не вини себя, это зараза магического характера», - попытался успокоить я медика.

«Хуже то, что они обратились в нежить, все четверо и это несмотря на применяемую нами магию и лекарства. Обратились и попытались атаковать медицинский персонал. На наше счастье, сейчас в соседней палате проходят лечение два солдата Зойда, которые их упокоили, помогли. Но главное, они восстали быстро и вели себя не как скелеты, они быстрые, сильные, голодные. Они отличаются».

«Ну, это вы открыли для себя новый класс нежити – зомби. А какова скорость обращения?»

«От сорока минут до двух часов. И это при том, что их раны были обработаны и применены препараты и магия».

«Вот ведь скверно-то как… Эдак может начаться волнообразное обращение, целый зомби-апокалипсис. Понял тебя. Прошу тела изучить, составить отчёт, зарисовки, после чего останки сжечь».

Оставив в покое Зульгена, я стал проверять стену, охрану порта, работу стражи.

Стража бродила патрулями, выискивая мёртвых. Хорошей новостью стало то, что кто-то всё время умирал или рождался. И за сегодня от вполне естественных причин умерли две старушки и один желтушный пьянчуга.

И всё они в функциональную нежить не обратились.

Правда, мы всё равно перестраховались и силами сапёрной роты был запущен крематорий, обращающий покойников и потенциальных зомби в золу, которую хоронили в обычных могилах.

Альд так же занялся приведением в порядок кладбищ, а народу разрешили выйти из домов. Хотя откровенно говоря, я им гулять и не запрещал и комендантский час не объявлял.

Постепенно город стал оживать, а я вошёл по мосту на территорию Цитадели. Меня всё ещё интересовал Мистрас.

Следующий, к кому я припёрся с вопросом про Мистрас, был Фомир. Он находился в основной магической башне, там мы и поговорили.

- Босс, ты прости, но чего сразу я? – взмолился маг.

- А кто?

- Давай по-другому. Мне надо найти лекарство от быстрого обращения в нежить. Раз? – Фомир загнул палец. – Как творить заклинания против нежити, два? Артефакты поднять антинекротические, прочесав весь склад. Три. А ты теперь – найди то, не знаю что. Так? И всё на мою лысеющую не по дням, а по часам голову. Так?

- Очень даже я знаю, чего искать, Фомир. И да, задач чрезвычайно дохрена.

- Так чего мы ищем?

- Ответы на вопросы. Что такое война Богов, как она ведётся… Ты понимаешь, что большинство войн проигрываются, потому что противник не изучен. Не знаешь численность войск, оружие, доспех, вражескую тактику. Фомир, мы знаем о том, как боги будут вести войну, примерно – нихрена. А как ему, этому кому-то противостоять?

Фомир закряхтел. Он понимал причину моей страсти к оперативной разведке, анализу численности, промышленности, типу доспеха, виду ударов и главное – тактике.

Мои привычки приводили к победе.

- Так что у меня в приоритете, антинекротическая магия или поиск этого мифического города?

- Антидот, - нехотя сказал я. – С учётом происшествия в госпитале, антидот важней всего.

- Вообще-то рецепт есть, надежный, простой, на дешёвых ингредиентах и без побочек. Рецепт описан в старых книгах и особенным секретом не является, но реально его не готовят. Рецепт «Панацеи от Гнили». Базовый антидот против некротического заражения, известный со времён Эпохи Богов. Сушёная белая роза, костная овечья мука, чёрная соль как стабилизатор, вытяжка из серебрянки, пыль цетрарии. Ингредиенты продаются на рынке в любом регионе Гинн, включая наш, при желании можно закупить в промышленных масштабах. Хранится в обычных условиях, разливается по склянкам. В книгах написано так: если тебя укусили, выпей, тебя будет пробивать озноб, возможно стошнит, покроешься тёмными пятнами, но нежитью не станешь, через двое суток укушенный может возвращаться обратно в строй. Доза – буквально несколько глотков этой дряни… Вроде как она отвратительная на вкус.

- Вкус мало кого отпугнёт по сравнению с перспективной стать зомбарём. А что тогда не так? Спрашиваю, потому что ты говоришь так, словно есть какое-то весомое «но».

- Есть. Жирное такое. Размером с кита. Нет недостатка в знаниях или компонентах, Рос, — Фомир покачал головой и достал из сумки потрёпанный чёрный фолиант, открыл, провёл пальцем в самый конец какой-то мудрёной строки, указывая на одиночный, сложный рунический символ, перечёркнутый двумя волнистыми линиями. — Взгляни сюда. Это финальный элемент уравнения. Последний штрих, запускающий каталитическую реакцию внутри зелья.

Я всмотрелся в выцветший символ. Само собой, мне это ни о чём не говорило.

- Ты можешь на человечьем объяснить, что это? – заворчал я. - Или надо подтянуть переводчиков?

- Да не нужен переводчик. Всё ж просто и трудно одновременно. Требование к пропускной способности энергоканала создателя зелья, — Фомир погладил символ кончиком пальца. — Чтобы сварить рабочий антидот, требуется Высший маг, — продолжил Фомир глухим, бесцветным голосом. — Моего текущего ранга недостаточно. Я физически не способен выдать нужную плотность энергетического потока. Качественно-количественный показатель несопоставимо слаб.

- Значит, мы найдем подходящего специалиста, — я сразу отбросил пораженческие настроения, переключаясь в режим ресурсного менеджера. — Наймём, убедим, задействуем эльфийских контрабандистов Леголаса. Заплатим золотом, артефактами с болот или прольём чужую кровь. Нужно только конкретное имя.

- Ты не найдёшь такое имя, Рос, — Фомир с горечью усмехнулся. В этой кривой улыбке ясно отразилась копившаяся веками усталость целого поколения магов, годами бившихся лбом в невидимую бетонную стену. — Ты зри в корень. Боги запретили появление Высших магов, когда закрыли эпоху Магов. Их больше не существует. Нигде в этом мире.

Я недоверчиво прищурился, моментально фиксируя базовую логическую нестыковку.

- Формула зелья существует?

- Ну да, в Эпоху Богов и Эпоху Магов время от времени появлялась нежить и, соответственно, средства борьбы с ней.

- Логично. Значит, нам нужно сотня магов уровнем поменьше, - предложил я.

- Нет, это так не работает, Рос. Сейчас максимальный уровень, доступный магистрам, примерно соответствует рангу «барона», — маг нарисовал на столе черту, сделал он это магией, черта получилась белой. - Прыгнуть выше этого предела невозможно чисто физически. Магическая искра просто выгорит, потому что таковы божественные правила. А Высшие маги - это примерно, как «принц» или «король». Аналогия уровней такая. Сотня баронов не может заменить одного короля, как сто кроликов никогда не заменят слона.

- Бляха. Но мне не нравится ответ «нет». Фомир, значит нужно другое заклинание, другой метод.

- Другой метод - это только Высшая ведьма. Теоретически она равна в инициативной магии и варке зелий Высшему Магу. Мне неприятно это говорить, но ведьмы могут в чём-то превосходить магов.

- Здорово, поговорим с Бреггонидой, попробуем задействовать её! – обрадовался я.

Фомир изобразил нечто среднее между вымученный улыбкой и сарказмом.

- Не выйдет. Она тот же «барон». А нужен «король». Даже будучи матёрой ведьмой и главой ковена, она не может перепрыгнуть выше головы.

- Погоди, ты сейчас дал мне надежду, потом сразу её отнял??!

- Не кипятись, Рос. Ведьм боги не запрещали, теоретически они могут рождаться и существовать. Но на практике… Понимаешь, маги - это не только мантии и магические посохи. Маги - это школы, ордена и учебники.

- Индустриальный подход? – переспросил я.

- Ну, да. А ведьмы они как кустари, любители. Они скрывают друг от друга знания, у них нет базовой теории, учения и всего такого. То есть даже системы выявления талантов, чтобы их обучить – не существует. То есть, родись Высшая ведьма, она так всю жизнь и проживёт обычным смертным. Это как музыкальный талант. Допустим рождается ребёнок, способный взять самые высокие ноты в театре и переорать толпу орков, но от рождения и до смерти будет в кабаке пиво разносить.

- Хм. А как понять, что кто-то является Высшей ведьмой?

- Ну… Наверное, есть какой-то тест, метод, - Фомир внезапно забуксовал, он стушевался, не зная, что сказать.

- Отлично. Добудь мне такой метод, лакмусовую бумажку или что там у тебя?

- Что? – вскричал Фомир. - Мы только что говорили, что у меня слишком много задач. А ты только что нагрузил на меня ещё одну?

- Да, Мистрас нужно найти. Придумай как. Подключи Ластриона. И методику определения Высшей ведьмы. Мы протестирует всю ведьминскую роту.

- Пф, там нет Высшей. Я с ними общался. Высшая будет отличаться как прекрасный жеребец среди стада грязных вонючих свиней. Можешь даже не стараться, там её нет.

- А вообще в городе? Не знаешь? Это вопрос статистики, если идеальный кандидат один из ста тысяч, то у нас есть столько, проверим всех. К тому же у меня есть потенциальный кандидат.

Глава 7. Центр управления полётами

Пока те, кто умели думать, этим и занялись, я задействовал Птичий пастух и вёл аэроразведку.

В пределах двенадцати-пятнадцати километров от города нежити больше не было, как и иных признаков глобального катаклизма.

Если подумать, то Фрей, пытаясь завоевать Газарию, оказал нам услугу. Большая часть населения жила вдоль береговой линии, где влажный воздух питал поля, виноградники и сады. Во всех крупных населённых пунктах были организованы крепостные стены, ворота, система наблюдения, оповещения и прочее сопутствующее… Словом, они были готовы к осаде, а окрестные сёла научены бежать или в лес, или под защиту стен и этот навык не успел забыться.

Теперь я исходил из того, что мертвяки не успели бы сбиться в крупные орды. Все прибрежные поселения, шахтёрские лагеря гномов, горные орочьи стойбища, гоблинские лесные поселения – все должны уйти в режим обороны.

А нежить нужно найти и перебить.

Альд, который привлёк к работе множество своих подчинённых, создал нечто вроде карты кладбищ. В итоге получилось двести тридцать девять погостов разной степени свежести.

Наверняка ещё какое-то количество было забыто, а часть указаны с неверными координатами. И всё же это были исходные данные, с которыми можно было работать.

Ластрион (само собой, Фомир спихнул эту работу на своего зама) перебрал хранилища артефактов и поднял, какие были антинекротические приблуды, то, что отпугивает, причиняет урон или уничтожает нежить.

Полуэльф, бесценный мой специалист - собрал в кучу артефакты связи. В обычных условиях система связи мне не требовалась, потому что я сам себе радиостанция. Кроме того, Штатгаль как правило не разделялся и действовал в большинстве случаем на одном поле боя, даже если и выполнял какие-то хитрые взаимосвязанные манёвры.

Но теперь я не мог заниматься всеми вопросами и держать связь с четырьмя десятками мест.

А именно это и требовалось. Поэтому у нас завёлся ЦУП. Никто, кроме меня, не понимал, почему именно центр управления полётами, я, как водится, не спешил ничего объяснять. Такая вот моя генеральско-герцогская привилегия.

В крупные поселения на берегу, в лес в центре Газарии и в горы на разных участках были доставлены артефакты связи и назначены «связисты», то есть те, кто хранит, настраивает и вообще ответственен за артефакты связи.

В ЦУПе сидело восемь бойцов у которых не было проблем с дисциплиной и интеллектом – четыре гнома, эльф-полукровка, один орк и два человека. У каждого свой рабочий стол, журнал записей и дежурный старшина Хлергоц, который ими командовал.

Столы стояли полукругом, так чтобы находящийся в центре (у него тоже был стол) старшина мог видеть одновременно всех.

Кроме того, мы придали три артефакта связи нашему флоту, который лениво передавал раз за разом, что при патрулировании берегов Газарии всё скучно и никаких происшествий.

ЦУПу был придан маг Присцио, по прозвищу Чесотка, который настраивал артефакты и бодался с неполадками капризных старых магических контуров.

Сидел ЦУП, само собой, на третьем верхнем ярусе в Столбовой башне. Не потому, что это верхняя точка, а потому, что они теперь занимали четверть штабных помещений, зато были под рукой в процессе командования.

У нас в армии был один артефактор, на эту роль вполне официально и как мне кажется, не без коррупционной составляющей, стал Шот. Маг-поисковик в какой-то момент сообразил, что искать больше нечего и негде. Дал пару взяток, получил книги по заклятиям, быстро понял, что не хочет тратить годы на ценные, но редкие магические навыки. Даже такие, как чтение чужих воспоминаний (Шпренгеру такое было надо, но никто не умел), нанесение рун, магические прослушивание.

Шот выбрал артефакторику. Эту специализацию традиционно любили гномы, но базовый навык у них был маловат. За счёт использования «плаща новичка» у Шота был хороший стартовый уровень, плюс он применил на себе несколько найденных артефактов, с целью личностного роста. Ну да, в мире Гинн обходились без коучей. Артефакты его едва не убили, но кое-какие навыки у него помимо собственно «поиска» проросли.

Теперь он мог создавать простенькие маломощные артефакты и вместе с четырьмя мастеровыми гномами создавал слабенькие магические щиты, сапоги подавления звука для разведки, наконечник с двухпроцентной вероятностью мгновенной смерти даже при несмертельном ранении и прочие штуки.

Теперь я загрузил Шота, который, даром что имел жалование от армии, был ещё и материально стимулирован. За каждый артефакт второго-третьего уровня он получал премию в пятьдесят медных дукатов, честно делился с мастеровыми, а за артефакт четвёртого уровня – половину серебряной марки.

За артефакт первого уровня его просто не ругали, премия ему не была положена, такой «арт» выдерживал пяток применений и разваливался.

Учитывая, что он мог создавать по семь-десять артефактов в сутки, в зависимости от работы мастеровых, получался весьма солидный доход.

Мастеровые делали собственно заготовку, выполненную по магической схеме деталь определённой формы и из нужных материалов. Качество их работы тоже было чрезвычайно важно. Сырьё они брали у Мурранга, артефакты сдавали ему же, зарабатывая, не отходя от кассы.

Теперь Шоту было поручено изготовить сотню примитивных артефактов связи модели «Голос Куба», который мог говорить и принимать речь на дальности в семьдесят километров, однако, к сожалению, на третьем уровне качества, работал всего-то около двадцати дней.

Двадцать не двадцать, а артефакты были нужны и Шот принялся за работу. К нему был приставлен Ластрион с артефактами-накопителями и за сутки они сваяли нам пять десятков артефактов. Часть из них придирчивый Ластрион забраковал, остальные пошли в дело.

А я вместе с Новаком стали формировать штурмовые группы.

Для начала Сводную роту и Первую разведроту в бой я не пустил, они остались в качестве штабного резерва. Первый батальон Хайцгруга и Первый батальон Новака были на особом счету, а в целом получилось тридцать две боевые группы по роте или по батальону.

С учётом того, что у меня было условно двести сорок целей зачистки, теоретически выполнить задачу по истреблению нежити такими мощными силами было просто.

Теоретически, мать его!

На практике я придал всех группам связиста со свежеизготовленным или взятым из запасов артефактом связи, боевого мага, двух разведчиков, одного сурового медика, кузнеца-ремонтника и повара.

Группа действовала автономно и имела свои задачи по зачистке.

Как только роты были сформированы, они отправились на подавление назначенных целей. Само собой, всё тут же пошло наперекосяк. Дело в том, что скелеты восстали, сделали они это синхронно, а на создание боевых групп у нас ушло два с половиной дня, карта боевых действия менялась стремительно.

В ЦУП был приглашён Фомир вместе с его библиотекой и Ластрион, которые должны были помогать боевым магам «в поле», если не прямым магическим воздействием, то хотя бы советом.

Тут же был Мурранг и Хрегонн, я и Новак. Хайцгруг ушёл штурмовать матёрое захоронение.

Использовать Рой для координации такого количество подразделений было невозможно даже физически.

Каждые два часа, а при необходимости и раньше, роты выходили на связь и докладывали, кто где находится и что у него происходит.

Иногда, причём такое было не раз или два, а с пугающей регулярностью, связисты выходили на связи прямо в процессе боя.

Новак, у которого от того, что вокруг происходило, стал дёргаться глаз, тщательно фиксировал, где произошло столкновение.

Нам оставалось только гадать, что за мертвяки, то есть, из какого кладбища попались бойцам.

В первый же день рейда произошло пятьдесят девять столкновений. Да, бывало, что роты справлялись, перебив нежить – даже не вспотев. Однако чаще всего работать приходилось по классической тактике – круговая оборона щитами, отработка арбалетами и боевой магией, перемалывание вручную.

Роты работали осторожно, были защищены от макушки и до пят, так что мы обходились без укусов и обращений. Но если прибавить к тяжёлым доспехам то, что некоторая часть роты ещё и пёрла на себе ростовые щиты, роты двигались медленно.

Единственным исключением были три конные роты, но конница не получала отдельных приказов на зачистку. Они были мобильными группами поддержки, которые били в спину нежити уже в середине драки, появляясь неожиданно и всегда с нужного, выбранного мной направления.

В остальном у конницы было много работы, в том числе они били одиночных бродяг-скелетов. Их существование, как и тот факт, что нежить могла бродить по одиночке, доставляло мне беспокойство. Моя тактика не предполагала ни патрулирования, ни ловли таких вот «потеряшек».

Плюсом координации действия подразделений было то, что роты приходили на помощь друг другу и все бои велись с уверенностью в победе. Никакого превозмогания и драмы, только точный расчёт.

За сутки мы охватили пространство в двадцать миль и пришли к выводу, что почти ни одна группа скелетов не осталась на месте. Они бродили, соединялись, реже – разъединялись и пока что двигались хаотично.

Все деревеньки были эвакуированы, так что нападали они только на диких зверей и заблудившийся скот, в том числе нередко – на собак.

Как результат и весьма неприятный, уже на следующий день мы получили новый класс противника – зомби-собаки. По одиночке они не представляли опасности, но пытались накинуться толпой. Поскольку мои ребята тоже ходили приличной шоблой, то они всегда раздавали люлей клыкастым тварям, но вид облезлых зомбированных тварей, безусловно, нервировал.

Ночевали они во всех случаях – под прикрытием стен, внутри городков. Жители были несказанно рады защитникам, им даже устраивали пиры.

На следующий день всё продолжилось, наши роты расползались, драки шли одна за одной, скелеты словно не кончались.

Рота Хайцгруга вернулась назад и как оказалось – не зря. Какая-то орда скелетов обошла мимо всех шастающих по округе рот и попыталась напасть на стены Порт-Арми. Понятно, что с крепостной стеной толпа мертвяков ничего сделать не могла, но эти крики и вой пугали нам мирное население. Хайцгруг был в предместьях, он дошёл до толпы в четыре сотни скелетов и за какие-то десять минут разгромил их.

Карты Газарии была истыкана иголочками с обозначением боевого флага и точками сражений.

Даже с учётом того, что командиры рот преувеличивали свои заслуги и численность врага, прибрёхивали, набивая себе цену и потенциальные размеры премии за успешные рейды, всё шло неплохо. Штатгаль за четыре дня уже уничтожил почти сто тысяч скелетов.

Что закономерно, на пятый день их численность резко пошла вниз и столкновения почти прекратились. Мертвецы «заканчивались».

На глобальной карте Газарии багровые очаги заражения начали постепенно гаснуть.

Мёртвая плоть перемалывалась в костную муку под слаженными ударами военной машины. Красные знаки один за другим сменялись ровным зелёным цветом спокойствия и условно-безопасных зон.

Мы с Новаком даже выпили по этому поводу вина, зафиксировав успешное прохождение пиковой фазы кризиса.

Угроза нежити на территории Газарии стала уменьшаться.

Наиболее уставшие от боёв роты остались в городках в качестве гарнизонов, другие продолжили движение на запад и восток по отношению к Порту-Арми.

Те роты, которые вышли в предгорья столкнулись со скелетами, но там им помогли местные. Гномы из новых кланов, облачённые в тяжёлую броню по нашей просьбе, выдвинулись на подмогу и громили орды скелетов.

Орки так вообще никого не ждали. Поскольку они были полувоенными жителями, то рыскали по горам и били нежить, где бы её ни встретят. Кладбища в горах были не особенно «многолюдными», так что орки зачистили горы за четыре дня, а рейд-роты добрались до погранзастав высоко в горах, принеся хорошие вести пограничникам.

На шестой день, когда я уже стал соединять роты в батальоны и медленно гонять по непроверенным зонам полуострова, на связь вышел орк Мата Галл, один из вождей орков, знакомый мне ещё по Лесу Шершней.

«Владыка Орды, это Мата Галл», - каким-то образом даже используя Роя он ухитрялся реветь и ощущаться громогласным и басовитым.

«Да, великий вождь», - ответил я.

«Мы тут на Звенящем перевале», - сообщил он, а я жестом попросил Мурранга развернуть на столе карту Быков.

«Да, что там у вас? Очередные восставшие?»

«Как бы не так, Владыка. То есть, наших-то местных покойничков мы всех перебили. Ну, там может какие бедолаги ещё бродят по кустам, но мы и их найдём, и затопчем. А тут с утра пораньше ко мне прибежал охотник, из новеньких… Он сказал, к нам прёт орда нежити. Я подумал, мол, болван, струсил, шептуна напустил с перепугу. Пошёл лично проверять…»

«Ну и как?» - спросил я, уже зная ответ, подсел к столу и нашёл на карте Звенящий перевал.

Ой, как скверно. Этот перевал был частью пути Лукового тракта, то есть торгового пути, который вёл из центральных провинций Бруосакса, через все Бесплодные земли, через горы Быки и к Порту-Арми. Торговый или нет, но он подходил и для переброски войск. Более того, когда-то основная часть Штатгаля тоже ходила по нему, я тоже знал этот тракт, отличное место. Отличное, чтобы провести по нему орду нежити и не заблудиться. Звенящий перевал - это достаточно далеко от горных застав. Вообще, против традиций Нового времени матушки-Земли я погранзаставы поставил не на границе, а в том месте в горах, где они могут эффективнее всего перекрыть Луковый тракт и удерживать оборону.

«Короче… Ну, зря я так на парня. Прав он. Во-первых, это не местные восставшие. Во-вторых, я первый раз вижу, чтобы скелеты шли строем. Это грёбанная дисциплинированная армия! И их тысячи. Я кинул клич среди ближайших кланов, мы можем выставить четыреста пятьдесят топоров, но… маловато, Владыка. Мы готовы дорого продать свои жизни».

Я нахмурился. Мне такой героизм сейчас был не нужен.

«Мы можем выстроить баррикады в долине Чертополоха, в южной части, где дорога ныряет в лес и к перевалу Каменных воронов и там дать бой».

«Мата Галл, первое… Не надо героической гибели. Ты моя элита, ты должен вести разведку. Следи за врагами, сколько их и как они идут. Второе… Забудь про Долину Чертополоха, мертвяки не станут на ночлег. Они дохлые, они будут переть дальше. Собирайтесь все… Знаешь, где… У Комариных скал».

«А! Будем кидаться камнями на тварей со скалы? Отличный план, Влыдыка!»

«План будет несколько иной, но ты, главное, не лезь на рожон, дай мне прийти на помощь… Знать бы только, как. Ладно, ты меня услышал Великий вождь? Чтобы род твой был долог, а список твоих побед велик, ты не должен помереть, завтра бросившись в толпу тупых умертвий».

«Понял, понял, Владыка. Мата Галл различает геройство от глупости».

…

- Что там, Рос? – спросил Фомир, глядя на меня и на карту. – Чего ты всполошился и карту Быков достал. Что там, много восстало?

- Нет, у нас вторжение.

- Ого! – оживился Новак. – Это кто такой смелый? Бруосакс решил ударить нам в спину прикрывшись восстанием мертвецов? А потом спихнуть на нежить? Хитрые подлые ублюдки.

- Не гони лошадей, друг-человек. То есть, я не отрицаю, что бруосакцы те ещё черти пучеглазые, но у нас вторжение нежити.

- Мёртвые? – хором спросили Мурранг и Хрегонн.

- Да.

- А как это возможно? – потряс головой Мурранг. – Они же тупые. Это надо целенаправленно переть по тракту… Не может такого быть.

- И тем не менее, друзья мои, наш общий друг, Мата Галл, помните такого дружелюбного орка из леса, прямо сейчас лицезрит толпу мёртвых и враждебно настроенных. Официального объявления войны они нам не присылали, но ёжику понятно, что это нападение. И за ним стоит кто-то разумный, кто целенаправленно тащит по тракту остальных.

- Где они? – Новак навис над столом. – Ага, вижу, Звенящий перевал. Оттуда три дня до наших застав.

- Полтора, полковник, мёртвым не нужен привал.

- Точно. И что будем делать? У нас там есть одна рота, они конечно устали после перехода, но ничего. У заставы крепкие стены, должны продержаться. Мы можем бросить туда конницу.

- Нет, не станем мы гонять конницу, да и что она будет делать потом в горах? Кормить собой врагов? Нет, вопрос к тебе, Фомир. Задачка такая, надо перебросить колечко в горы.

- Есть транспортная магия, надеваешь на палец, перебрасываешь носителя куда нужно. Если напряжёмся, может два десятка бойцов перебросить, можно даже и больше.

- Погоди. А если колечко весит две с половиной тонны?

- Что? Рос, у меня и так голова кругом. Долбанные ведьмы, антидот, сокрытый в заднице гор тайный город, магия против нежити, а теперь ещё и переброска чего-то хрен знает куда? Ты меня совсем не жалеешь.

- Фомир, если получится победить в войне, я тебе… Проси, чего хочешь.

- Винный погреб, - выпалил маг. – Мне для некоторых алхимических опытов нужно большое влажное подвальное помещение.

- Будете тебе погреб и даже небольшой служебный особняк к нему, с каменной стеной два метра, чтобы собутыльники не пролезли без приглашения.

- Гм… Какое, ты говоришь, колечко надо перебросить?

Глава 8. Вспомни, товарищ, белые снега

Горы. Тяжелое портальное кольцо было зафиксировано вертикально при помощи камней, брёвнышек и такой-то матери.

Вертикальность - важное условие. Если его поместить так, чтобы выход смотрел вниз, в грунт, то те, кто попрут из портала просто уткнутся в эту стену из мёрзлой горной земли и всё, уже никто никуда не идёт.

Перебросить меня, Ластриона и трех бойцов Сводной роты в качестве прикрытия было не особенно сложно. А вот портальное кольцо – целая история.

Но, как показывает практика войны с королевством Кольдер, вопрос логистики может оказывать на войну огромное влияние, так что эти усилия должны себя окупить.

К сожалению, вопрос пропускной способности самого по себе портального кольца никуда не делся. Что ещё важнее, не так много подразделений было натренировано на быструю переброску через врата. Времени на раскачку не было. Перебросить всю армию Штатгаля не было возможным, хотя именно это представлялось мне самым лучшим решением – расставить войска, занять выгодные позиции и дать бой, в котором разделать армию нежити, не оставив им не единого шанса.

Но у меня такой возможности не было, поэтому я поступил нетипичным для себя образом. Я положился на магов.

- Командор, мы готовы, - сказал Ластрион, придерживая шапку, чтобы её не сдуло порывами горного ветра.

Я окинул взглядом небольшое пространство, на котором мы оказались. Ну что сказать, не хуже и не лучше остальных. Просто небольшая долина, наполовину заросшая лесом и со следами орочьих кострищ. Вероятно, тут время от времени останавливались пастухи и охотники, а значит перебраться на плато ближе к Луковому тракту не представляло сложности.

Во всяком случае «туристы» сюда поместятся.

Я запустил Птичий пастух и на всякий случай убедился, что наша цель – Комариные скалы, не особенно далеко. Ну, для птицы, конечно же. А нам предстояло топать по горным тропам, зато почти напрямую.

- Начинай по готовности. Сначала Сводная, потом товарищи чернокнижники.

Ластриону явно не нравилось слово «чернокнижник», равно как и «колдун», но сейчас он пропустил это мимо ушей.

Портальное кольцо загорелось неестественно-ярким зелёным цветом и стало издавать звук наподобие треска электроприбора.

Кто мне скажет, где граница между наукой и магией? Я видел, как работают магические светильники, у меня даже в рюкзаке таких парочка лежит. Однако на Земле я видел, как работают фонарики на аккумуляторах, так что наверняка истинным учёным из моего мира было бы интересно пощупать на предмет изучения эти магические штуки.

Однако, так уж вышло, я - геймер и студент, Эрик - шпион, Мейнард - инженер вентиляционных систем и спортсмен. А, ещё же этот говнюк Фрей… Но тоже, к гадалке не ходи, не учёный.

Внутри кольца возникла тёмная как смоль чуть пульсирующая поверхность и оттуда как советские граждане за дефицитным товаром, попёрли бойцы Сводной роты. Сотня воинов прошли кольцо за какие-то двадцать с небольшим секунд, а остальное время из кольца как стадо баранов вываливались маги.

Надо отдать должное Лиандиру. Сводная рота выстроилась по обе стороны от выхода из портального кольца, сформировав коридор и вовсе не для того, чтобы магам было психологически легче. Просто, когда дезориентированные маги выпадали из портала, они не двигались прямо, а всегда куда-то вбок, где их «ловили» и утаскивали в сторону.

Сводная рота, которая не только тренировалась на скоростное прохождение врат, но и переживала это в качестве боевого инструмента десантирования, понимала главные сложности. Что основная проблема при прохождении портала не магия, как таковая, а риск затора на стороне «приёма» и то, что бегущие через портал наткнутся на свалку из тел. Все, конечно, потом благополучно встанут и штанишки отряхнут, но время-то будет упущено, кольцо уйдёт на перезапуск.

А так – бойцы вылавливали магов как рыбку из пруда и уводили в сторону.

Так, за ещё полторы минуты в горах Быки, где вовсю расцветала поздняя весна, оказалась целая магическая рота. Одним из последних был Фомир. К его чести будет сказать, что он бежал шустро, придерживая походный рюкзак и от протянутых к нему рук отмахнулся.

Он вообще выглядел как слегка пьющий бывший спортсмен-лыжник, которого пригласили дёрнуть коньячка и прокатиться пару раз для поддержания коллег и фотоотчёта перед журналистами.

…

- Итак, Фомир, то есть, майор Фомир, я хотел сказать… а также капитан Ластрион, маги, Сводная рота и товарищи орки, которые бродят как призрак коммунизма по округе, это вся наша несокрушимая боевая мощь, - поведал я двух офицерам, один из которых во время моей короткой речи чесал в ухе.

- Рос, ты просто скажи, что мы делаем и всё, - упростил мне всё архимаг. – Кстати сказать, я пока не готов делать каких-то глобальных выводов, но мои ребятки они… пышут здоровьем и магией. Словно эта вся история со скелетами придала им сил.

Я запомнил про себя, что надо бы его, а даже лучше будет, если Ластриона, расспросить поподробнее о внезапно возросшем магическом состоянии, но не сейчас.

- Короче… Сейчас мы натягиваем на наши пока ещё живые черепа радостные лица и со всем присущим Штатгалю оптимизмом топаем к Комариным скалам. А там будем сеять великое доброе и вечное среди вовсю прущейся к нам нежити. Поэтому… Рюкзаки собраны? Погнали наших городских.

- Сейчас? – слегка растерянно спросил Фомир.

- Нет, Фомир, завтра… Ну, конечно, блин, сейчас! Всё, что происходит на войне, происходит в режиме «сейчас» и хрен выспишься перед смертью.

И мы пошли. В процессе, где-то уже через час нашего марша маги стали очень вдумчиво рассуждать о том, что было бы недурно сделать определение точки перемещения портального кольца более точным. Чтобы не шлифовать потом эту погрешность вручную. Не доходить нужные двадцать миль пешком. Потому что то, что для мага - пара лишних взмахов руками, для пехоты потом - вёдра пота и километры матюков.

Ну, значит, есть определённая польза от того, что маги не особенно точно нас десантировали.

Впрочем, насчёт двадцати миль - это они немного преувеличили. За два с половиной часа мы проделали пять миль по горным тропам и дошли до края Комариных скал, которые возвышались над долиной, куда вступали долбаные мертвяки.

Там нас уже ждала толпа орков, в том числе Мата Галл.

Место было удобное, Комариные скалы что-то вроде плато. Плоскогорье, которое было на двадцать пять-сорок метров выше, чем долина и позволяло атаковать врага, пользуясь преимуществом высоты. К счастью для меня, нежить не умела пользоваться такими странными категориями.

Это хорошие новости. Плохие – численность врага.

Мата Галл сказал, что к нам в гости припёрлось не менее четырёх тысяч активных боевых единиц противника. Лиандир при поверхностном осмотре не стал опровергать эти слова.

И что хуже, они не были толпой. Скелеты пёрлись ровно построенными коробками и строем, многие из тварей было вооружены и в доспехах.

Стоя на краю скалы, мы с неудовольствием смотрели ряды противника. Времени для подготовки к атаке оставалось всё меньше. Взгляд выхватил аномально крупные фигуры в первых рядах этой мёртвой орды. Перед основной массой дурно пахнущей пехоты возвышались массивные силуэты зверей.

- Знатоки, кто-то может мне пояснить, что это за хрени там шагают? – спросил я сразу трёх орочьих вождей, а также Фомира, Ластриона и Лиандира.

Ответил за всех Ластрион. Оно и не удивительно, хорошая теория и изучение книг давала ему некоторое преимущество в ситуациях, когда мир всё время менялся. Пока мы тупили, он искал аналогии, вспоминал теорию и находил ответы.

- Это псы-мегисты, командор, - сказал Ластрион. – Твари эпохи Богов, только мёртвые и… очень большие. Гигантские. Намного больше чем те, кто жил когда-то.

- Кхе. На что похожи твои эти… мегалиты?

- Мегисты! Мегисты - это нечто среднее между медведем, волком и тигром, хищные неразумные твари, быстрые, ненасытные и смертельно опасные.

- Вот радость-то. И куда они в прошлый раз делись? – спросил я.

- Вымерли, наверное, - пожал плечами маг.

- Что-то я гляжу, не до конца. Остатки в дохлом виде к нам пришли.

Гигантские псы-мегисты скалили перекошенные челюсти. Их деформированные мышцы угрожающе бугрились под обрывками жёстких шкур. Они являлись элитной нежитью, которая представляла опасность больше, чем десятки скелетов. То есть, простая математика, когда я считал врагов и союзников по головам, в штуках, хотя и это не было до конца справедливым и точным, уже больше не работала.

Грёбанного мегиста нельзя считать за одного. Кого мне ещё подкинут изменившиеся правила войны?

Лето в Газарии наступило, но Быки это всё-таки горы. Тут было холодно, стылый ветер выл в каменную трубу перевала, вытаскивая за собой рваные куски облаков, но этот звук легко тонул в равномерном, сухом шорохе.

Тысячи костяных окоченевших ног монотонно били о скалистый грунт ущелья. Сплошной поток мёртвой плоти медленно, но неотвратимо заполнял всё видимое пространство внизу. Они двигались не как хаотичная толпа обезумевших крестьян, а как организованная группа, как армия, система, запрограммированная на убийство и поглощение любой формы жизни.

Я стоял на самом краю отвесного скального выступа, возвышающегося над основным рубежами моих войск.

Встроенный тактический интерфейс Роя методично обрисовывал багровые сигнатуры, плотным ковром устилавшие дно каменного мешка. Дистанция стремительно сокращалась. Вражеский авангард, состоящий из тяжёлых костяных конструктов и изуродованных тварей-мегистов, уже миновал первую естественную узость долины.

Теоретически, оборонительный вал нужно было создавать где-то там. Ну, чтобы на этом месте геройски помереть.

В пятидесяти шагах правее от меня, на специально расчищенной плоской площадке, развернулось шальное крыло (я бы назвал его ударным, но это не всегда так) нашей магической роты.

Фомир занял место в центре. Решил принять деятельное участие. Ну, я не смею мешать, пусть покажет дохлым тварям, почём у нас в Порт-Арми метр рубероида.

Главный маг Штатгаля стоял с театрально закатанными глазами, широко расставив ноги и приподняв руки. Полсотни магов поддержки оперативно создали вокруг него могучий магический круг, выстроились близ нанесённой Ластрионом разметки. Их лица побледнели от напряжения, а пальцы начали тянуться к артефактам-накопителям.

Ластрион сформировал некий четырёхугольный и весьма странный контур, который засветился красным.

Фомир в ожидании ворчал, Ластрион расставлял магов поддержки так, чтобы они заняли какую-то сбалансированную позицию. Что немного радовало, выставили они не всех, а пока лишь двадцать трёх магов, большая часть магической роты осталась стоять, ждать приказа.

Я задействовал Рой схожим образом с коммуникацией в случае Хайцгруга, соединив зрение Валассинира, остроглазого бойца Сводной роты и сознание Фомира, таким образом, что он стал видеть, что происходит за изгибом скалы (маги стояли на не самом краю, а чуть внутрь).

Теперь, когда Фомир «видел» врага, он решился начать наносить удары.

Собственно, моя тактика строилась на применении артиллерии, то есть магии, в тесном пространстве, где скелетам некуда бежать. Ну и надеяться, что это не вызовет локальное землетрясение. Про снежные лавины я не боялся, Быки были довольно-таки невысокими горами, сейчас все снежные шапки уже сошли, обнажив покатые вершины.

- Ластрион, давай раскачку! – скомандовал Фомир.

Я стоял и наблюдал.

Маги, окружившие Фомира, мгновенно отреагировали на приказ. Двадцать три мага одновременно вскинули руки, завершая плетение начальных рун. Пространство над скальной площадкой дрогнуло. Я физически ощутил резкий скачок атмосферного давления.

Между ладонями заклинателей вспыхнули переплетения магических нитей такой плотности, что их было видно невооружённым взглядом. И это множество нитей стремительно сплелось в единую, пульсирующую энергетическую сеть, которая плотно окружила стоящего в центре Фомира.

Маг резко запрокинул голову. Его спина выгнулась дугой под невыносимой тяжестью вливающейся чужой энергии. Пространство вокруг Фомира пошло густой, полупрозрачной рябью, словно над раскалённой кузнечной жаровней. Воздух завибрировал с низким, утробным гулом, закладывающим уши.

Температура на скальном выступе стремительно поползла вверх, а волосы мага стали скручиваться, как при завивке.

Концентрация стихийной энергии достигла критических, почти нестабильных значений.

Авангард мертвецов тем временем миновал самую узкую часть каменного мешка. Гигантские костяные псы ускорили шаг, переходя на размашистую рысь.

В ущелье нависла тяжёлая, неестественная пауза. Гул концентрируемой магии достиг своего пика и внезапно оборвался, сменившись абсолютной, звенящей тишиной за секунду до неизбежного выброса. Пружина готова была разжаться.

Я не давал команд, магу самому было виднее, когда наилучшее время для запуска его мегазаклятия.

Фомир с хриплым выдохом выбросил обе руки вперёд и вверх. Скальная площадка под его ногами просела на несколько сантиметров. Прямо над головой мага родился даже не вихрь, это было скорее похоже на крошечную чёрную дыру с огненными краями, которая без всякого разгона двинулась вверх и вперёд, по баллистической траектории.

Надеюсь, Фомир научился целиться. Помнится, Тиль, первый наш маг пирокинетик, почти без всяких усилий создавал огненные шары – файерболы, но только почти никогда не попадал ими в цель. Я, конечно, решил эту задачу, придав ему столько целей, что точность была ему уже не нужна, скелеты пёрли толпой.

Но Фомир стрелял с большого расстояния, так что, если он просто грохнет о противоположный склон, это никого не впечатлит.

Огненный шар, который за время полёта раздулся до размера воздушного шара, сорвался с небес и всей своей разрушительной энергетикой обрушился прямо в центр вражеского строя.

Удар был чудовищным. Те скелеты, которые оказались в эпицентре, попросту испарилась, не успев даже догореть до состояния пепла. Белое пламя с оглушительным рёвом хлынуло по дну ущелья, заполняя каменный мешок от стены до стены. Гигантские костяные псы лопались от запредельной температуры, их деформированные черепа разлетались шрапнелью, мгновенно сгорая в полёте. Огонь жадно проплавлял глубокие, дымящиеся борозды в монолитном строю мертвецов.

Я задействовал навык Птичий пастух.

Мое сознание привычно раздвоилось. Часть восприятия взмыла в серое небо над перевалом, глядя на поле боя острым зрением орла-разведчика. С высоты ущелье напоминало жерло работающей доменной печи.

Мне стоило некоторых усилий подключить к Птичьему пастуху сознание Фомира, одновременно с этим давая ему возможность без слов координировать действия своей роты. Потому что они уже наполняли пространство для нанесения нового удара.

Новый шар, уже не такой большой, родился над головой Фомира и отправился в свой убийственный полёт.

Поток чёрно-красного пламени с размаху врезался в правый фланг орды. Горящие мертвецы вспыхивали как сухой хворост и с тихим шелестом осыпались на почерневшие камни. Вражеское наступление остановилось.

За вторым залпом последовал третий, четвёртый, пятый. На шестом возникла заминка, Ластрион проводил замену части магов поддержки, чтобы они не словили малое магическое истощение.

Фомир, усиленный магами, выдавал огневую мощь, сопоставимую с залпом десятка крупнокалиберных орудий. Передовые силы врага несли чудовищный урон.

И, за что похвалил бы меня Сунь-Цзы, враг мне ничем не мог на это ответить. Мы перемалывали их в шлак быстрее, чем они успевали преодолеть зону поражения, а сами сидели за изгибом скалы.

Мой орел-разведчик заложил широкий круг над ущельем, транслируя мне картину расстрела вражеской колонны.

Огненные шары уверенно били по скелетам, превращая узкий перевал в доменную печь.

Ситуация изменилась в одно короткое мгновение.

С окраин остановившейся орды нежити некоторые её представители начали взлетать.

Что, твою мать? Лететь?

- Сводная рота, к оружию, атака с воздуха! – мой голос хрипел, однако бойцы его услышали. Я дал команду раньше, чем смог проанализировать, что, собственно, происходит.

Глава 9. Язык

На нас летело по меньшей мере три сотни существ. Кажется, мои познания взаимодействия с нежитью имели некоторые пробелы. Кто-то из них на полном серьёзе умеет летать. Шайсе.

В то же время, когда стая неизвестных неживых, но каким-то образом летающих тварей стала заходить к нам с двух сторон, словно беря в клещи, случилось нечто неожиданное. Из глубины ущелья навстречу очередному огненному шару Фомира вырвался массивный сгусток чёрного дыма, густо пропитанный ядовитой некротической энергией.

Дымовой конструкт не имел чёткой формы, он напоминал гигантский трепещущий плащ, однако он смог остановить и полностью поглотить шар.

Одновременно с этим из дыма к нам ринулись сразу несколько исполинских ледяных шипов, как сосульки, только каждая весом в несколько тонн и лёд был совершенно чёрным.

- Защитный контур! — заорал Фомир, — Блокировать атаку. В щиты!

Вот он и плюс подключения Фомира к Рою. Десяток магов одновременно сформировали плотный щит, о который ледяные копья разбились на куски.

В то же время стая летающих неживых тварей достигла нас.

Лиандиру не нужны были команды. И то что враг умеет летать, ни его, ни его бойцов не смутило.

Они окружили плотным кольцом скопление магов и принялись стрелять из луков и арбалетов.

Я обнажил меч, перехватил поудобнее щит и тоже бросился навстречу тварям.

Наш противник представлял собой какую-то достаточно странную разновидность умертвия. Словно скелет уменьшился до размера самого легковесного гоблина ростом чуть более метра и с тонкими костями. Зато из спины такой твари росли два крыла, наполненных кожаной перепонкой, как у летучей мыши, но только если бы эта мышь была дохлой.

Омерзительности прибавлял тот факт, что всё это существо в целом было скелетом, то есть не имело кожи, а кожа на крыльях была, к тому же покрыта неприятным чёрным пушком.

Эльфы на пробу стали простреливать летунам крылья, но эффект это давало слабый, стрелы прошивали перепонки насквозь, хотя это явно ухудшало аэродинамику, но лететь твари не перестали.

Три наиболее шустрые твари нацелились на меня. Первую я сбил мечом, который неприятно звякнул о мёртвые кости, второго я принял на щит и оттолкнул.

- Не такой уж ты и крутой, бэтмен! – весело выкрикнул, взмахом меча срубая у третьей твари крыло.

Первому упавшему я проломил череп ударом щита сверху вниз. Неблагородно, зато удар отработанный, классический.

Лишённый крыла монстр кинулся мне под ноги и попытался прокусить доспех в районе икры. Не тут-то было, я разнёс его ударом меча.

На этой стадии я понял, что летающие скелеты не особенно серьёзные противники. Ну да, против не бронированной пехоты, против мирного населения, наверное, они могут наделать дел, но прокусить броню он попросту не в силах. Да и вес маленький, удар не держит, словом, это не орлы, а воробушки.

Сводная рота стреляла прицельно, выбивая головы и туловища, орудуя клинками, скупыми ударами истребляя нежить.

Но это как раз то, чего я вполне себе ожидал. А вот маги…

Чёртовы маги меня удивили. Трое из них внезапно воспарили, взлетели над полем боя, как один бронированный марвеловский герой.

Одним из троих был наш пиромант Тиль. Тиль, на моих удивлённых глазах поднял руки и перед ним возникла широкая как киноэкран стена огня. Повинуясь взмаху его рук, стена резко двинулась вперёд, а поскольку он создал её в небе над нашими позициями то, пронесясь сорок-пятьдесят метров, она сожгла значительную часть стаи.

Потом он сделал сложные пассы руками и неподалёку от всё ещё колдующего Фомира возникли два круглых огненных щита, которыми он стал искусно манипулировать, сбивая летающих тварей.

Ещё два левитирующих мага активно пуляли фаерболами, а один из них даже в какой-то момент сформирован в воздухе огненную плеть. Извивающийся поток огня, который двигался так, как приказывает ему его создатель. Этой плетью он за несколько секунд сжёг два десятка летающих скелетов.

Вместе с массированным обстрелом Сводной роты вся вражеская «эскадрилья» была перебита примерно за полторы минуты.

И хотя это была хорошая новость, было в тут и то, что меня удивило.

Как?!

Никто из моих парней не умел левитировать. Это доступное, но очень сложное заклинание, до которого дорос только Фомир (но он ни разу этого не делал, поскольку слегка боялся высоты, а подобная фобия может быть губительной). Тиль никак не мог освоить заклинание стена огня, а тем более двигать такую стену. Один из стрелков огнём не был огненным магом, то есть не был бы способен применять магию чужой себе школы.

А они сделали это на моих глазах. Это крайне важный факт и поговорить об этом мне мешал только другой факт – мы всё еще находились в бою.

И в бою началась какая-то неприятная заминка, мы остановились в прогрессе истребления нежити. Магический дымовой плащ мешал моим магам причинять добро. Часть магов уже валились с ног. Надо было срочно что-то делать. В бою, в отличие от шахмат, пата не бывает.

- Ластрион!

- Я! – маг был покрыт копотью, крупными каплями пота, пылью и, несмотря на это улыбался.

- Ты встречал подобных летающих скелетов? Ну, в смысле в книгах каких-то, хрониках?

Он отрицательно покачал головой.

Тем временем я задействовал Птичий пастух. Пока Фомир раз за разом пытался пробить дымовой плащ, моя птица перелетела его и обнаружила, что половина вражеской армии ещё жива и топчется по ту сторону этой магической защиты. А чуть в стороне, на пригорке стояла, высокая чуть сгорбленная фигура. И эта долбаная фигура явно колдовала.

Ублюдок сжимал в костяных пальцах длинный посох, увенчанный пульсирующим ледяным кристаллом. А раз колдует и нежить, то это, наверное – лич.

Около лича было трое скелетов-охранников. И всё. Вот оно.

Внезапно лич медленно поднял голову. Под истлевшим капюшоном хищно вспыхнули два ледяных синих провала. Существо посмотрело прямо вверх, безошибочно фиксируясь на птице.

Ну, на то он и орёл, я заложил крутой маневр, отошёл в сторону, взмыл повыше и всё равно зашёл над личем.

Не отпуская птицу, я возобновил разговор с Ластрионом:

- Потом надо будет взять парочку образцов. А теперь я хочу, чтобы ты меня телепортировал в стан врага, только предварительно дал артефакт возвращения.

- Командор, что Вы удумали? Куда телепортировать, зачем?

- Не спорь, а пошарь у себя в кубышке и найди артефакт быстрого возврата, я знаю у тебя есть парочка таких.

Подготовка к моей переброске заняли от силы пару минут. За это время Фомир, мокрый как мышь, перестал вести обстрел и вышел за пределы магического контура и тут же приложился к фляжке.

- Что? – буркнул он. – Это для восстановления водного баланса и… это…

- Да понял я, понял, для магических каналов и всё такое. Щас мы применим ход конём, Фомир. Не дрейфь.

Фомир кивнул и вышел на самый края скального выступа, тяжело опираясь на посох. Маг глубоко и часто дышал после сорванной атаки, но глаза его блестели озорным огнём, а магическая концентрация никуда не делась.

Поле боя представляло собой оплавленные камни и громадное пространство, усеянное дымящимися костями. Да, надо сказать, что отдельные скелеты как целые, так и подраненные, бродили бесцельно туда-сюда, но глобально это картину не меняло. Обстрел дал результат. Осталось только дожать.

- Мы выдыхаем и готовы продолжить. Но твоя вылазка, это чистой воды афера, — хрипло доложил Фомир, не сводя напряжённого взгляда с глубины ущелья, где возвышался магический дымовой щит. — Я не понимаю, что ты творишь. У тебя же есть парни из Сводной роты…

Лиандир был рядом и что характерно, помалкивал.

Я коротко кивнул, переключая внимание на Ластриона. Молодой полуэльф расположился в двух шагах от меня. Его руки держали артефакт, который он извлёк из специального мешочка. У Ластриона был порядок, мешочки подписаны мелким, но хорошо читаемым почерком несмываемыми чернилами и снабжены какой-то мудрёной маркировкой, которая была понятна только ему и инвентаризировавшим гномам.

- Артефакт возврата, мы сейчас нанесём руну возврата, то есть место…, - начал рассказывать он.

- Ты мне лучше скажи, сколько времени и что по весу?

- На срабатывание уйдет секунды полторы, вес… Пять взрослых мужчин в броне, но это предел. Б-босс, Фомир прав, зачем Вы собрались? …

- Ты видел место переброски? Я тебе сейчас его орлом покажу. Туда силами твоей магии, обратно на артефакте. Ты готов?

Ластрион недовольно вздохнул, буравя меня взглядом и кивнул.

Я нацепил артефакт возврата на грудь в районе сердца, задействовал Птичий пастух.

- Давай. Прямо сейчас, пока ситуация не изменилась.

Ластрион сплетал пространственный контур, отсекая все лишние векторы.

- Контур сфокусирован на Вашей сигнатуре, босс, — голос полуэльфа звучал напряжённо, словно натянутая тетива арбалета. — Я не смогу держать прокол долго. Магический фон в место переброски слишком агрессивен.

- Ну, так давай, жги, то есть… давай, — скомандовал я.

Ластрион резко свел ладони вместе. Пространство передо мной с оглушительным треском разорвалось пополам. В лицо ударил плотный запах палёной шерсти. Я сделал резкий рывок вперёд, проваливаясь в образовавшуюся воронку.

Серая пелена перехода рассеялась за доли секунды. Подошвы моих сапог жёстко ударились о камни. Я материализовался прямо за спиной Лича.

Тот факт, что рядом с ним боевики-охранники, меня не смутил.

Лич был занят, отвлечён, а вот охранники немедленно атаковали меня, сагрились.

Я сместился чуть вправо, чтобы они не атаковали одновременно. Так – на меня первым накинулся правый. Скелеты были вооружены, правый попытался ударить меня сверху-справа, я отклонил его выпад и ловко пробил череп.

Второго я оттолкнул щитом, он кинулся снова, и я снова ударил его, одновременно уклоняясь от попытки напасть на меня со стороны третьего.

И в третий раз я оттолкнул его, а на четвёртый смог ударить его по башке углом щита и проломил его.

Плясать против двух противников одновременно трудно, но выбив одного, мне стало кратно легче, вот только…

Это всё заняло какое-то время и нежить, стоящая в стороне заметила меня, побежала. Заметил и лич.

Чёртов лич повернулся ко мне и противно завизжал. Он поднял свой посох, кристалл вспыхнул огнём, лич что есть сил шарахнул в мою сторону какой-то ядрёной некротической магией. Третий скелет-охранник в этот момент стоял рядом со мной.

Само собой, я сместился так, чтобы удар магией пришёлся по нему. Рефлекторно, конечно. Вот только удар был такой силы, что скелета испепелило, но когда волна некротической магии дошла до меня, то рассеялась как туман около пионерского костра.

Лич такого явно не ожидал, секунду назад он направил на меня целую волну разрушительной энергии, а ещё через секунду из этой волны вынырнул я и от души врезал ему по морде.

Лича развернуло, он упал и уронил посох. Я сцапал посох, схватил лича за шкирку, как кота и ударил по артефакту возврата.

Вспышка прорываемой ткани мироздания и вот я уже, опираясь на одно колено, прижимаю лича к камням на Комариной скале.

- Блокирование! – надсадно заорал Фомир, первым применяя против лича какую-то магию. Лиандир сделал кувырок по камням, ловко подхватив выпавший магической посох. Потому что лич, несмотря на то, что события менялись с частотой кадров киношной рекламы, попытался до него дотянуться.

Но – не смог.

Десятки тёмных магических нитей окутали его, лишая сил, очень скоро бойцы Сводной роты ещё и физически спеленали его, а Ластрион нацепил на него какую-то артефактную цепь, и похлопал по плечу, как похищенную на деревенской свадьбе невесту.

- Он же разумный, босс?

- Конечно, блин, разумный. Хомо мать его, сапиенс, трупус личус обыкновеннус. Тьфу. Фомир, посмотри назад.

Архимаг развернулся и его лицо приобрело хищное выражение.

Дымовой плащ, защита от магии, истаивал прямо на глазах потому, что поддерживающий его маг, а если точнее, то лич – находился у нас в плену и ничего кроме мерцания синих разгневанных глаз-провалов не мог сделать.

- Коллеги! – торжественно объявил Фомир. - Нам предстоит ещё какое-то время пострелять и добить эту гадину.

Тем временем Лиандир повернулся к Ластриону и негромко сказал:

- Командор пошёл на вылазку сам, потому что у него абсолютная магическая защита, он знал, что лич вдарит по нему магией. Кто угодно другой на его месте бы погиб.

- Да, - согласился маг, - но его могли зарезать.

- Не могли, он неплохо дерётся.

- Всё равно это риск, - стоял на своём Ластрион. – Он же мог погибнуть.

- Нет смысла дрожать над своей жизнью, друг-полуэльф.

…

Орки всё это время находились чуть ниже нас, блокируя проход, путь по которому из долины можно было подняться к нам. Их боевая задача была сдерживать натиск если враг попрёт волной. На практике всё время сражения они скучали и только когда я дал им отмашку, пошли на поле – добивать отдельных скелетов и искать на этом пепелище, чем можно поживиться. Орки верны себе даже перед лицом легиона нежити.

Фомиру потребовалось ещё полтора часа ленивого методичного обстрела, чтобы истребить почти всех мертвяков, после чего он сел на камень и допил свою фляжку длинным глотком.

Бой был окончен, армия нежити перестала существовать в битве при Комариных скалах.

Ластрион собирал образцы, маги зализывали раны, в основном от магического перегруза, лича спеленали и оставили лежать под присмотром четырёх магов.

Это была скорее перестраховка, потому что Ластрион повесил на него два артефакта магического бессилия (два, потому что тоже перестраховка).

По долине шастали орки, добивавшие нежить и раскапывающие из нагромождений костей черепа мегистов. Очень их этот монстр впечатлил.

Я прикинул, что проще: нам дойти до портального кольца или же притащить его сюда? Пришёл к выводу, что проще всё же вернуться к нему, решил, что здесь, в одной из низинок Комариных скал, там, где дождевая вода собиралась в чистейшее озеро, разобьём лагерь.

Туда мы и переместились.

Пока Сводная рота собирала походные шалаши я подошёл к личу.

- Привет, нежить, - присел я рядом с ним.

- Ррррр…

- Я знаю, что ты разумен и умеешь говорить.

- Я не чувствую боли, ничтожный живой, никакие пытки не развяжут мне язык! А против извращённой магии некромантов я всегда найду блокировки и обманки на энергетическом уровне.

- Слушай, приятель, ты и так уже говоришь со мной. Да и нет у меня в армии некромантов.

- Как же ты смог удержать мою магию, живой?

- Давай начнём с начала. Как тебя зовут, приятель? Меня, например, Рос. Герцог Рос или сэр Рос. Мои подчинённые зовут командор, ты так не зови, ты же не мой подчинённый, верно?

Лич на какое-то время замолчал. Тут материя тонкая. У нежити нет инстинкта самосохранения. Его бессмысленно пугать, как, собственно, и пытать. Его чувствительность исчезла вместе со статусом живого. Однако он хочет существовать. И тот факт, что я смог похитить его из тылов его же армии, убедил его в том, что со мной шутки плохи, мне не составит труда его прибить. Поэтому он колебался, продолжать ли общаться со мной или играть в молчанку, надеясь на неизвестно что.

- Слушай, лич, я читал, что личами становятся только мёртвые маги, то есть маг умирает, но если воскреснет, то станет личем. Это правда, ты мёртвый маг? Давно умер?

- Нет, - нахмурился лич, – то есть, да, я маг. Но личем можно стать, когда развиваешь магию… Это становится просто эволюционной ступенью. Чтобы не умереть от старости, развиваешь магию настолько, что тело переходит в состояния нежити, но сознание и могущество остаются. Таков мой путь, сэр Рос!

- Круто. Так как тебя всё-таки зовут?

- Бисс Урай меня звать, я командовал тремя сотнями железных на границе Умара, воевал под командованием Чикеллони.

- Умар? Так это по ту сторону Зелёного океана. А как ты сюда попал?

Договорить нам не дали, мой навык Рой сам собой активировался, ко мне «постучался» Новак.

«Командор... Это столица... Мы под атакой!»

Я замер.

- Бисс, мы потом договорим, - буркнул я и отошёл в сторону, чтобы принять сообщение от Новака, потому что оно было несколько нервным.

«Новак, что случилось? Кто напал? Какая численность противника? Откуда прорыв?»

«Это не прорыв, не десант, не конница и не пехота... Долбанный червяк… Небо! Он спускается с неба, в район Пантеона».

«Новак, соберись, что случилось, кто напал?»

«Босс, на нас напал дракон. Дракон!»

- Вот, мля… Не было печали, - вырвалось у меня.