«Таинственный мир Эрлика»

Предисловие

«Что есть другие существа разумные, кроме нас и выше нас, – это истина, о которой свидетельствует нам самое древнее и всеобщее верование народов».

Tertull. Apolog.22 Cyprian. de .p 226

На самом краю Черного леса, в старом, давно заброшенном карьере, где когда-то добывали руду и кварцевый камень, можно было заметить подобие каменных ступеней, уходящих в темный раскол, напоминающий вход в пещеру. Сам вход в нее не был заметен ни с высоты края карьера, ни из глубины его. Лишь в полдень лучи солнца на несколько минут освещали небольшую черную дыру, которая и была входом в эту самую пещеру. До ближайшего аила было несколько десятков километров, а больше никаких поселений в округе не было. Как и когда обрабатывался карьер, кто и куда увозил все это, никто не знал.

Как и про вход в неизвестную пещеру…

Хотя был и тот, кто сейчас обитал в ней. И только он знал, как далеко уходила она, и на сколько рукавов разделялась. И можно ли было сгинуть в ней навек или выбраться на белый свет.

Солнечный луч, пронзив черную пустоту, остановился на седых спутавшихся волосах старика, сидящего на пологом камне у входа в пещеру. Голова его приподнялась, и глаза зажмурились от яркого света. Одного этого лучика хватило, чтобы вход и стены пещеры заиграли сверкающими, разноцветными огнями от вкрапленных в них аметистов. Старик улыбнулся, слегка крякнув, привстал с камня и исчез в глубине. Солнце не проникало в глубь пещеры, но он уверенно шел, пригнувшись по узкому проходу, не придерживаясь стен.

Наконец слегка светящийся таинственный сумрак указал резкий поворот. Пройдя еще несколько шагов, старик вошел в небольшой зал, освещенный все тем же светом, только более ярким. Здесь было уютно и чисто. От стен исходил мерцающий слабый свет, позволяющий видеть даже мелкие камешки на ровном песчаном полу.

Выдолбленный лежак в стене был покрыт вышитыми покрывалами алтайских рукодельниц. Небольшой очаг и кухонная утварь, состоящая из большого казана, кружки и ложки, да старого закопченного чайника, и были всем имуществом этого обитателя. Он налил воды в кружку и, сделав пару глотков, прилег на лежак. Скрестив морщинистые, натруженные руки на впалой груди, старик вздохнул и, прикрыв веки, погрузился в воспоминания, о которых не знал никто в округе. Да и некому их было рассказывать, даже при желании. Хотя несомненно было и то, о чем бы стоило послушать.

Вот только кто поверил бы всему услышанному?

Глава первая

Илис

Из вырытой в каменистой почве землянки, покрытой старыми шкурами, наброшенными на кривые жерди, донесся истошный, полный боли и горечи стон. То причитая навзрыд, то угасая в изнеможении, то вновь наполняя пространство плачем, из нее выползла через узкое отверстие молодая, но уже совсем седая женщина. В старом поношенном платье из грубого холста, с растрепанными волосами, она поползла на коленях к стоящим неподалеку людям, протягивая к ним свои руки. Они молча стояли и смотрели на нее, не проявляя никакого сочувствия.

– Как же нам жить теперь? Как же жить… Зачем он оставил нас? – причитала она. – Кто прокормит сыночка моего? Помогите…

От бессилия она уронила голову на грудь, затем без чувств повалилась на землю, неуклюже распластавшись всем телом. Грязные, спутавшиеся волосы раскинулись в стороны и скрыли ее вместе с руками. Никто из находящихся рядом не произнес ни слова. Внезапно женщина изогнулась, оторвала заляпанное в грязи лицо от земли и заплаканными глазами взглянула на небо. Тихий стон вырвался из груди и затих вместе с последним вздохом. Она лежала на спине и глаза ее были устремлены в небо. Один из стоящих неподалеку стариков подошел к ней и прикрыл грязной ладонью застывшие в вечности глаза.

– Меньше ртов, легче зиму переживем, – донесся из толпы чей-то голос. – Вишь как, в одно время ушли.

– Там еще пацан должен быть, если тоже не помер, – сказал кто-то еще. – Жрать всем нечего.

Из толпы вышла худая седая старуха и шатающейся походкой подошла к землянке. С трудом откинув полог, заглянула внутрь, затем почти влезла в нее и что-то стала вытаскивать наружу. Ей помог один из стоящих рядом стариков, и на свет они вытащили слабо упирающегося, худого, со всклоченными волосами и испуганными глазами мальчонку лет пяти. Еще не понимая того, что он остался сиротой, глядя на окруживших его соплеменников, он ощутил, что здесь он никому не нужен.

Холодный порывистый ветер, захватив с собой пепел с погребального костра, с силой бросил его в заплаканные глаза Илиса. Так звали мальчонку, оставшегося сиротой, которого держала за руку старая неопрятная алтайка. По древним законам тюркских народов отца и мать этого мальчонки сожгли в тот же день на прощальном костре, как души их ушли в царство великого Эрлика.

– Все Илис, теперь ты один, – обратилась старуха к озябшему на холодном ветру пацану.

– Сегодня ночуешь у меня, а потом ищи кормежку и ночлег сам, – прошамкала старуха беззубым ртом, раскуривая длинную трубку. Она повернулась и поплелась в свою нору, а Илис, боясь остаться один, голодный и замерзший, побежал вслед за ней.

Забравшиеся в теперь уже ничейную юрту, люди племени, обыскав ее и забрав жалкие пожитки умерших, разошлись по своим норам. Оставшаяся без присмотра хижина через день обретет нового хозяина, благо копать и строить в каменистой почве не придется. Племя вторую осень голодало. Охоты не было, люди вымирали от голода и болезней. Все больше и больше слышался ропот недовольных соплеменников, просящих шамана повлиять на духов, чтобы те, помогли и послали пищи.

Но прошла неделя, потом вторая, а мальчонка все еще жил со старухой, которой уже было жалко его.

– Пропадет один, – думала она. – Да и мне веселей, пусть пока живет со мной.

Но не просто она приютила его. Уже через несколько дней пятилетний Илис принес двух сусликов, которых поймал недалеко от стойбища.

– Ну вот, сейчас сварим похлебку с корешками, а завтра еще пойдешь на охоту, – прошамкала старуха.

С первых лет детства он умел уже многое. Его отец, до того дня, когда сорвался с кручи и перебил ноги и ребра, показывал ему, как ставить травяные петли на грызунов. Мальчонка же, с присущим ему азартом и ловкостью, добился в этом больших успехов. И сейчас он умело использовал свои навыки в добывании пищи. Благодаря ему, они уже не голодали, хотя о сытости и спокойствии говорить было еще рано.

***

Время шло. Минуло почти два года, но племя еще оставалось на старой стоянке. Охотники мужчины разошлись добывать пищу, кто-то ушел искать место для новой стоянки, так как еды не хватало, и племя вымирало. В стойбище оставались в основном дети, женщины, немощные и увечные. Горные селения Алтая были далеко от долин внизу. Племя теленгитов, где происходило все это, охотились в основном в горах, редко спускаясь вниз. Ниже были племена тубаларов и челканцев. Жили мирно, но стычки на охоте иногда происходили кровавые. Бывали случаи, когда загоняли добычу и те, и другие, не видя друг друга, а потом приходилось выяснять, кому она будет принадлежать. Но, в основном, соседствовали дружно. Благоприятствовали этому родственные связи. Мужчины часто приходили в другие племена искать себе невест.

Глава вторая

Переселение

Однажды, сидя на краю обрыва и смотря на вершины гор, куда садилось солнце, Илис вдруг услышал шум камней, падающих в ущелье. Обвалы случались часто. Но этот шум показался ему почему-то подозрительным. Повернув голову влево, он увидел выходящего из-за большого камня огромного медведя. Двигаясь на задних лапах, он задевал нависшие над ним куски острых камней и, негодуя от боли, громко рычал.

Илиса он еще не видел, не то мальчонке было бы несдобровать. Понимая, что шатун в это время года опасен и может задрать многих жителей стойбища, мальчонка, что есть силы, метнулся и исчез за выступом скалы. Он бежал к юртам и кричал, предупреждая всех о грозящей опасности. Его услышали, и почти сразу донесся ответный крик, показались женщины и дети.

Мужчин не было, был в стойбище лишь покалеченный старик, у которого было ружье. Он вылез из юрты, глядя на кричащего Илиса, который от волнения лишь показывал рукой в сторону обрыва. И когда старик увидел шедшего на задних лапах и ревущего медведя, то понял, что от его выстрела зависит очень многое. Тот же шел, не опускаясь на все четыре лапы, думая о легкой добыче. Секунды решали все.

Старик не мог встать на ноги, их по колено просто не было, поэтому, выбравшись на дорогу, он кое-как уселся прямо в дорожной пыли, всего в нескольких шагах от медведя, и быстро, но очень тщательно прицелился. Он знал, если промахнется, то разъяренный шатун разнесет полстойбища и многих покалечит. И вот, когда медведь, уже предвкушая деликатесы в виде ребятишек и женщин, стоящих за стариком, поднял лапы, старик выстрелил.

Шатун взревел, и кровь, хлынувшая из пасти и груди, показала, что стрелок не промахнулся. Но, уже упав на все четыре лапы, медведь еще прополз до старика и, махнув когтистой лапой, порвал ему плечо. Из горла медведя хлестала кровь, и, несколько раз содрогнувшись, он затих. Женщины тут же утащили старика в юрту, где быстро промыли и обработали раны, а затем уже перевязали своего спасителя.

Это был хороший подарок голодным и истощенным людям племени. Жизнь их была нелегкой. Постоянства не было ни в охоте, ни в сборе кореньев и другой пищи, и старейшина на совете племени наконец сказал, чтобы люди готовились к переселению. Разделав тушу медведя, повялив его на зябком солнце и разделив его между всеми, решили готовиться в путь.

После трех лет, «голодных и противных», как говорила старуха, у которой жил мальчонка, давно пора спуститься ниже, там и трава погуще и корней побольше.

***

После того, как Илис предупредил жителей стойбища от беды, неминуемо грозящей гибелью и разорением людей, к нему стали относиться мягче и относительно спокойней. Через два дня после события племя, собрав свои переносные дома и небольшой скарб, приготовилось к переходу на новую стоянку. Это была небольшая долина между ущельем и ледником, переходящим в снежную вершину горы. Ледник слегка подтаивал, и ручей, падающий с горы, стекал в долину, спокойно наполняя влагой зеленеющую траву. Чистая ледяная вода была нужна людям, а в долине могла быть дичь. Это место обнаружили охотники племени, когда спускались за уходившими от них горными козлами. Обследовав долину вдоль и поперек, узнав, что она не принадлежит другому племени, они доложили старейшине, и на общем сборе было решено начать переселение.

Племя насчитывало всего около ста с небольшим человек. Хотя, еще пару десятков лет назад, могло бы похвастаться почти пятьюстами поселенцами. А ведь начался уже девятнадцатый век. Прогресс в мире шагал могучими темпами. И далеко внизу, у подножия старых гор, в которых прозябало племя теленгитов, жизнь шла своим чередом. Алтай уже почти как сто лет входил в состав России. Часто охотники племени сталкивались и с русскими искателями приключений, и с другими людьми разных народностей. Но устои племени были незыблемы. И как бы тяжело людям не было, никто не ушел из стойбища в поисках лучшей жизни. Соплеменники Илиса и видели, и знали о нижних людях, но они были чужды для них. Внизу, у подножия гор и далее в долинах, люди строили деревянные и каменные дома. Топили печи и имели многие блага цивилизации, меняли ружья и водку на кварцевые камни. И постепенно блага цивилизации становились доступны для горцев. У них стали появляться в обиходе спички, посуда, ружья и многое другое.

Старик, убивший забредшего в стойбище медведя, также раздобыл ружье и патроны, отослав двух сыновей к «нижним людям», выменяв их на аметисты. Надо заметить, что кварцевые жилы, хоть и редко, но встречались на пути кочующего народа. И, зная, что «нижние» любят эти магические камни, кочевники меняли их со своей выгодой на эти самые блага.

Почти два года, которые Илис прожил после смерти родителей у приютившей его старухи, были крайне нелегкими в его жизни. Старая хоть и редко обижала сироту, но и не баловала его ничем. Хотя и баловать она могла его лишь тем, что давала ему поспать немного больше обычного, да и то, когда у нее было хорошее расположение духа. В эти минуты она могла погладить его по голове или даже тепло прижать к себе. И в такие редкие моменты, мальчонка испытывал неописуемую любовь и нежность, что даже плакал от чувств к ней. В основном же, суровое и голодное существование из жалости.

***

Стойбище готовилось к переселению и люди складывали свой скарб в тюки. В горной местности, где обитало племя, не было возможности переносить свои пожитки кроме как на себе. Илис, связав два тюка, вынес их из юрты и, вернувшись, захватил еще мешок из козьей шкуры. Затем вытащил жерди, скрепляющие остов юрты над яминой, и, связав их, крикнул старухе:

– Адаш дяэне, все готово, не забудь еще молока в дорогу.

Старуха что-то проворчала, закурила трубку с вонючим, противным дымом и уселась ждать всеобщей готовности. Илис, который с рождения был добрым и общительным пацаном, бегал по стойбищу, помогая то здесь, то там.

В центре аила, на небольшой площадке, с которой были убраны камни и прочий мусор, что-то готовил шаман. Ему помогали несколько человек, молча сглатывая его крики и приказы. Надо заметить, что вера поселенцев, или корневого племени, состояла на две трети из шаманизма и бурханизма. Хотя и о других религиях народ знал.

Иногда старуха, раскуривая трубку, ругалась, когда искры попадали ей в глаза, на каком-то другом языке. Илис не понимал его. Но сегодня он задал вопрос приютившей его старухе:

– Скажи мне, Адаш дяэне, что ты там бормочешь?

На что та ответила ему, поглаживая по голове.

– Это язык моих предков.

Илис удивленно взглянул на нее.

– А разве ты не из нашего племени? Разве это не твой народ?

– Нет, мальчик, – ответила Адаш.

– Я – потомок славных уйгуров. А вы – тюрки, а мои родители были из племени чудь. Про нас говорили, что мы рудознатцы. Мой дед был великим знатоком руды и камней. Но с приходом «нижних», тех, кто называл себя христианами, наша «чудь» ушла в землю.

– Как это? – переспросил мальчуган, заинтересовавшись рассказом старухи.

– Как-нибудь, я поведаю тебе о «чуди». Меня взял в жены парень из этого племени, когда мне было уже четырнадцать лет. Мы только успели сказать об этом старейшине и родителям, когда наши вдруг ушли в горы или в землю…

Внезапно зашумевший огромный бубен шамана и его камлания прервали ее рассказ, и они направились к центру стойбища, где уже почти все собрались.

В центре горел огромный костер, вокруг которого шаман уже созывал своих духов в дорогу, прося их помочь благополучно добраться и обжиться на новом месте. Все больше и больше распаляясь, он входил в экстаз и с выражением гнева и суеверного страха стал выкрикивать имена духов. Многие собравшиеся стали вторить ему, выкрикивая вслед за ним имена этих самых духов, и когда он, вдруг внезапно остановившись, замолчал и упал лицом в землю, все поняли, это пришел сам Эрлик. Бог нижнего мира мертвых.

Шаман поднял голову с земли, затем, заломив руки за голову, уставился в одну точку и тихо прошептал:

– О, Эрлик, о Владыка нижних миров…

Затем понеслась какая-то тарабарщина, и лицо его, исказившись в страшной гримасе, на миг застыло.

Столпившись вокруг, люди в ужасе наблюдали за всем происходящим, лишь безмолвно вращая по сторонам белками вытаращенных глаз. Семя страха перед неизведанным было глубоко посеяно в людях племени. Страха перед ужасным Эрликом. Ибо все знали, что обязательно придет время, когда все встретятся с ним.

Через некоторое время шаман, успокоившись и сняв с себя теперь ненужные уже побрякушки из костей животных, оглядел стоящий в ожидании народ и произнес:

– Духи великого Эрлика помогут нам. Новое место для нас уже приготовлено. В путь!

Таким образом начало было положено и племя продолжило сборы. Теленгиты были готовы выступить в путь.

Первыми, взвалив на себя тюки и что потяжелее, пошли мужчины. Четверо разведчиков уже спустились по тропе и исчезли где-то внизу. За ними шли остальные, с вождем и шаманом. Женщины и дети шли последними, не считая двух охотников, замыкающих переселенцев. Каждый, включая ребятишек, что-то нес. Спускались осторожно, не торопясь и не обгоняя друг друга. Крутой склон был скользким и опасным. Внизу, в глубоком ущелье, был слышен шум бурлящей реки. Это давала о себе знать талая вода ледника. Нависшие вершины гор пугали переселенцев своим мрачным видом, хотя люди всю свою жизнь проводили в этих самых горах.

Прошло много времени, пока откуда-то снизу не донесся крик. Это был знак к остановке на отдых. Люди присели, кто куда смог, а кто-то от бессилья просто повалился на землю, пытаясь хоть немного передохнуть и набраться сил. Внезапно раздался какой-то шум, переходящий в гром и земля содрогнулась. Люди запаниковали, а женщины закричали, созывая ребятишек, вскочили со своих мест и бросились их искать среди переселенцев. Но шум утих, и все успокоились. Обвалы в горах случались часто, хотя это был шум скорее небольшого землетрясения, и многие подумали об этом, посматривая по сторонам. Через некоторое время вновь раздался крик, и племя продолжило свой путь. Два раза они еще останавливались, на отдых и обед, но вот пришло время остановиться на ночлег. Кочевники привычны к переселениям и могут быстро и легко устроиться на отдых. Вот уже поставлены жерди, натянуты шкуры, зажжены костры и запахло едой.

Илис со старухой еще ковырялись с жердями и никак не могли их установить. Наконец подошел молодой парень и помог подержать их, пока старуха натягивала шкуры. Затем он незаметно удалился, не сказав ни слова.

Достав вяленое мясо какого-то зверька, старуха откусила половину его и остальное отдала пацану. Перебирая языком и жуя его, можно было некоторое время ощущать себя почти сытым. Люди племени давно мечтали наесться до отвала, до сытости, но это оставалось только несбыточной мечтой.

Наконец все угомонились. И только звезды на ясном прозрачном небе развлекались, угадывая сны усталых людей племени.

Глава третья

Исчезновение

Илис не спал. Усталость брала свое, но, только сомкнув глаза, он открывал их снова. Мысли его бродили вокруг небольшой тряски, случившейся днем. Он повернулся в сторону лежащей у входа старухи, чтобы посмотреть, спит ли она, но в темноте ничего не увидел. Ровное дыхание говорило о глубоком сне.

С самого раннего возраста он слышал от матери о духах населяющих этот мир. Были они и добрыми, помогающими в нуждах и делах. Были и такие, которые только вредили людям. Мать, как он помнил немного, часто просила о чем-то божество Ульгеня. Это был кто-то из небожителей. Были еще те, кого мать называла Кудаем, Бурханом и еще как-то, Илис не помнил всех.

В земной сфере, где обитал он сам и племя, были земные божества и духи, хозяева окружающего мира: духи огня, ветра, воды.

А в подземном мире обитали духи, враждебные человеку. Владыкой подземного мира был Эрлик, брат Кудая, бога. Именно ему, Эрлику, молился шаман племени, призывая страшного и непостижимого, помочь ему управлять племенем.

Илис откинул рогожу и вылез на свежий воздух из душной юрты. Небо было ясным и прозрачным и манило к себе мальчишку. Небосвод был усеян мириадами мерцающих звезд, которые невольно приковали его взгляд. Пар от дыхания и ночная прохлада поманили мальчика отойти от юрты, чтобы справить нужду. Он вздрогнул от остывшей одежки, прикоснувшейся к телу, и хотел уже вернуться в юрту, но вдруг увидел в стороне от стойбища какое-то движение. В голове промелькнула мысль, что это баран, козел или еще кто-нибудь вкусный.

Очень хотелось есть. И мясо не помешало бы. А Адаш приготовила бы вкусную похлебку. Он быстро, но очень тихо, боясь спугнуть животное, заглянул в юрту, натянул чарыки, схватил острый кол и метнулся в сторону, где он увидел тень.

Охраны стойбища не было видно. Хотя, как он знал, она была. Ее не могло не быть. Вот он подошел к камню, у которого увидел тень, и понюхал воздух. Обоняние не подвело его. У многих горских племен оно было развито очень сильно. Возможно, это было связано с тем, что воздух в горах был чист, и это отразилось на людях, столько лет живущих в этих условиях. Илис явственно ощущал запах козла. Скорее даже, молодого козленка, отбившегося от своих.

Тихо, почти вися в воздухе и не касаясь каменистой почвы, он заглянул за валун и вдруг увидел черный проем в скале. Еще немного и он уже почти рядом. Запах козленка щекотал ноздри мальчишки, и надо сказать, что он даже не ощущал страха в ночной темноте. Взяв кол поудобней в руку, он подошел ко входу и остановился. Из темноты пахнуло холодом и неизвестностью. Но Илис не боялся темноты. Он вдруг вспомнил про Кудая, которого призывала его мать, и, шепча его имя, медленно стал пробираться внутрь пещеры. Запах козленка усилился, и Илис, напрягшись, только крепче сжал кол. Было очень холодно, но голод был сильнее страха и боязни простыть, ведь совсем рядом была пища.

От вечного голода и темноты, от безумного напряжения в ходе непривычной охоты в пещере, от желания проявить себя перед приемной матерью - от всего этого ноги Илиса внезапно подкосились, и он упал на спину, ощутив под собой ледяную массу. Он попытался встать, упершись острием кола в лед, как вдруг его сшиб пробегающий между ним и опорой козленок. Пытаясь схватить его, он повернулся, но вновь поскользнулся и упал, сильно стукнувшись об ледяной пол. На миг он потерял сознание, а когда, очнулся и открыл глаза, козленка уже нигде не было. Проклятая темнота. Он был уверен: было бы хоть чуточку светлее, козленок точно бы не ушел...

Внезапно раздался гул переходящий в грохот. Все горы будто бы ответили ему, идущему откуда-то из-под земли, и раздался оглушительный треск. А потом он сменился на шуршащий и немного приглушенный звук. Илис не сразу понял, что произошло, как вдруг что-то сильно и тяжело прижало его воздушной силой и отбросило в глубь черной пустоты пещеры.

И хорошо, что мальчишка не видел, как спящее стойбище вмиг накрыл сошедший с гор огромный ледник. Ведь именно на него была надежда племени, как на источник воды. Землетрясение сдвинуло многотысячную массу льда, которая и похоронила под собой людей. Огромная масса льда упала на вход в пещеру и навсегда закрыла выход из нее.

Но это было еще не все. Отброшенный волной Илис, не видя ничего в кромешной тьме, внезапно стал сползать куда-то вниз. Пытаясь хоть за что-нибудь ухватиться, он испуганно закричал и растопырил руки в разные стороны, но это уже не помогало - он неуклонно и всё быстрее катился по ледяному спуску куда-то в неизвестность.

Он ясно осознавал, что скатывается в глубину черной, ужасно холодной и неизвестной пустоты. На миг он подумал, что как-то подозрительно мягко он катится вниз, словно с горки. Вдруг пришла мысль, что это вода за много лет сделала спуск таким гладким. Но ведь он должен когда-то кончиться. А что дальше? Черная, холодная утроба поглотит его? Что там внизу?

Для мальчишки это была неразрешимая страшная загадка. Он даже перестал обращать внимание на небольшие ушибы, когда вдруг встречался изгиб, и он по инерции задевал свод проема или стенки пещеры. Сколько времени он катился, Илис не знал, но окончательно промерзнуть уже успел. Внезапно спуск почти прекратился, ход замедлился и, почти остановившись, он вдруг ощутил под собой лишь пустоту и падение. На миг ему показалось, что стало светлее, но вдруг, упав на что-то мягкое, он ударился головой и потерял сознание.

Глава четвертая

Желтоглазый туман

Как долго он находился в таком состоянии, Илис не знал. Очнувшись, еще боясь открыть глаза, он попробовал пошевелить пальцами правой руки, и ему это удалось. Левую же руку он не ощущал, а проверить ее еще не было сил. Он лежал и боялся открыть глаза. Тишину вокруг нарушало лишь медленное и равномерное падение стекающих сверху капель воды. Илис вдруг почувствовал, что ему совсем не холодно. Наконец набравшись смелости, он приоткрыл глаза и вдруг ясно увидел, что вокруг него почти светло. Желтовато-зеленый сумеречный туман окутывал всё вокруг, включая и его самого. Бешено заколотилось сердце, он - жив! Осторожно приподнявшись на правой руке, он с большим трудом освободил левую, которая оказалась под ним и по-прежнему ничего не чувствовала.

– Как долго я лежал тут? Рука совсем затекла, – подумал он и начал усиленно растирать опухшие предплечье и кисть левой руки, пока не восстановил их чувствительность.

Оглядевшись, он поднял голову и попытался рассмотреть, откуда же он мог свалиться. Чуть выше и метрах в пяти он наконец смог разглядеть черный проем с нависшей снизу наледью, с которой срывались капли и падали в глубокую яму, разделявшую сейчас его и проем наверху. Лишь по счастливой случайности сила инерции перебросила его через эту яму. О том, что могло бы с ним произойти, он по малости лет даже не мог себе и представить. И теперь он стоял на поляне, поросшей мягким толстым мхом, который и спас его от ужасного удара.

Постепенно осознав это, Илис наконец решил хорошенько осмотреться вокруг. Освещённость подземелья исходила не сверху, как на земле, от звезд или солнца, а именно снизу, и кажется, что источником света был именно желтовато-зеленый сумеречный туман. Будто он сам светился и освещал все вокруг.

Илис наклонился, сорвал мшистую, нежную поросль, покрывавшую почву и, вдохнув, почувствовал приятный запах. Сделав несколько шагов, он ощутил, что опускается вниз, остановился и вернулся назад. Оглядевшись повнимательней, он заметил, что стоит на краю долины или большой поляны, окутанной и освещенной плотным желтовато-зеленым туманом. Вверху был ясно виден каменный свод, и ничего не мешало его разглядеть. Рискнув идти дальше, Илис начал спускаться вниз, постепенно погружаясь в этот туман, пока не скрылся в нём с головой. Чем глубже он спускался, тем плотнее становился туман. Однако дышать в нем было легко и приятно, воздух пах какими-то неизвестными травами. При этом туман совсем не мешал видеть. Мальчишка, как зачарованный, в полной тишине продвигался вперед, осторожно ступая по мягкому мху.

– Где я?

– Под землей, в царстве ужасного и великого Эрлика? – вдруг обожгла его мозг неизвестно откуда взявшаяся и пугающая мысль.

– Это значит, что я умер? Но ведь я – живой. Я вижу, двигаюсь, дышу и ощущаю запахи, я...

Внезапно Илис почувствовал, что почти не ощущает под ногами землю, как будто он парил в воздухе, совсем как птица. Взглянув себе под ноги, он увидел, что ноги его лишь слегка прикасались ко мху, покрывавшему всю поверхность подземелья. Какая-то неведомая сила будто приподнимала его, помогая передвигаться так легко и быстро.

– О Великий Ульгень, помоги мне. Скажи мне, где я? Я редко обращаюсь к тебе, и ты, бог Кудай, и вы все, духи добрые, не оставьте меня, – шептал он, вспоминая заклинания то ли умершей матери, то ли старухи, приютившей его.

Мальчонка вдруг почувствовал необъяснимый страх. Страх неизвестности. Ведь ему было всего восемь лет от роду. И оказаться совсем одному, глубоко под землёй, в незнакомом и необычном месте, для него было равносильно уходу в мир иной, мир теней и смерти. В ужасе он остановился и крикнул, но не услышал своего голоса. Он крикнул еще раз, но опять ничего не услышал. Тогда Илис резко оглянулся назад, потом медленно-медленно осмотрелся вокруг, и не увидел ничего, кроме небольшого участка мшистой поверхности и светящегося, совсем не злого тумана. Неизвестность, пугавшая его еще некоторое время назад, постепенно сошла на нет.

Сначала Илис услышал шум и плеск воды, а затем уже явственно различил впереди небольшой ручей. От неожиданности ощутив невиданный прилив жажды, он бросился к ручью и, набрав в ладошки немного холодной и прозрачной воды, стал жадно пить эту самую вкусную воду в его новой жизни.

– А ведь, если я пойду по ручью, то наверное, могу кого-нибудь и встретить из людей, – вдруг промелькнула мысль. – Только вот вниз по течению идти или направиться вверх?

Внезапно голову мальчонки повело, как будто кто-то сдавил ему виски, а туман вокруг вдруг стал быстро сгущаться. Илис вдруг увидел, как прямо из тумана сгустились глаза. Самые обычные человеческие глаза, но взгляд их словно пронизывал насквозь, до самых потаённых уголков души. И эти одновременно живые и суровые глаза светящегося тумана, теперь глядели прямо в душу мальчика.

– Иди вверх и отвечай, если я спрошу, – ясно услышал он в голове чужой и грозный голос.

Илис повернул влево и, дрожа от страха и неизвестности, направился вверх по течению ручья. Лишь после того, как он услышал голос в голове, слух вернулся к нему, и вновь стало слышно журчание ручья. Тишина, которая скрывала от него даже шаги, больше не давила на него. Тяжесть в голове ослабла, но ощущение того, что за ним следят, не покидало его, пока он шел. В нескольких метрах впереди показался небольшой пологий камень и, не успев подойти к нему, Илис вновь услышал в голове голос:

– Остановись. Поешь и расскажи, как ты здесь оказался, и кто привел тебя сюда?

Оглянувшись, Илис вновь увидел желтые глаза из тумана и, уже не боясь их, открыл было рот, чтобы рассказать о себе, но вдруг с ужасом обнаружил, что губы его словно склеились, и он не в силах их разжать.

– Не бойся, говори молча, – услышал он вновь.

– Но я не могу, – хотел было он сказать, как в голове уже вновь звучал голос:

– Думай.

– Я упал в яму. Когда я пошел за козленком, всё вдруг затряслось, раздался гул, потом грохот, а после меня сбросило в яму, и вот я здесь, – подумал он, вспоминая происшедшее, и вновь услышал голос в голове:

– Ты говоришь правду. Поешь, мальчик. Вот пища на камне. Когда отдохнешь, иди вверх по ручью, там тебя встретят. Не бойся, тебя никто не обидит.

Глаза растворились в тумане, и Илис увидел на камне лепешку с намазанной на ней зеленой кашицей. Голод не заставил себя долго ждать, и Илис быстро расправился с угощением и, попив чудесной холодной водицы, вдруг захотел спать. Незаметно для себя, безмерно уставший от всех переживаний и происшествий мальчонка сладко потянулся, а затем свернувшись калачиком, мгновенно уснул.

А желтый туман лишь ласково укутал его в своих объятиях и проник в его голову.

Глава пятая

Чудь белоглазая

Эва лежала на выдолбленном в скале лежаке, покрытом сплетенными из трав циновками, и дремала. За все время прошедшей накануне оргии, когда только и делаешь, что ешь и пьешь, ей не удалось даже немного поспать. Племя, зовущие себя «чудь», всегда было голодным. Исстари повелось, как гласила легенда и как велели боги, чудь жила почти впроголодь. Дабы люди были покорными и почтительными к богам. Когда-то, еще живя на поверхности земли, племя составляло почти тысячу человек. Это было племя знатоков руды и камнетесов. Вождь всякий раз упоминал при гульбе, что племя ушло от белых людей под землю, дабы укрыться на время. В некоторых преданиях, Эва не раз слышала, говорилось о том, что раньше чудь были высокими и красивыми людьми. Знали все секреты кузнечных дел. Их язык был непонятен другим племенам, встречаюшимся по земле, поэтому и звали их чудными. Еще Эва слышала и о том, что когда-то, пришедший от белого царя завоеватель, решил покорить таинственное чудное племя и собрал для этого огромное войско. Однако чудские не пожелали подчиняться царю и спустились глубоко под землю.

Племя было не одно, но места всем не хватило, и общины ушли в другие места подземелья, благо места было предостаточно. С тех пор и повелось в чудском народе жить лишь преданиями да пугать иногда людей, живущих под солнцем, внезапным появлением и также внезапным исчезновением. Наводить порчу, да красть маленьких детей для обновления крови людей племени.

Внезапно размышления Эвы были прерваны шумом и криками людей, исходящими из большой, главной пещеры вождя племени.

Как долго спали или просто отдыхали жители пещер, никто не знает. Для жителей подземелья время не имело значения. Для них его просто не было. И когда внезапно появился Сурр, девушка уже знала, о чем он ее спросит или расскажет. Она одна из племени осталась умеющей «видеть» мысли.

– Ну, что, красавица, проснулась? – с восхищением обратился юноша к девушке.

– Я не смогла уснуть, Сурр-а-лур. Боги не дали мне спать. Нас ждет, что-то. Они не говорят, но я думаю, вождь и шаман сейчас соберут всех.

– Это и мне понятно. Слышишь шум?

По всему подземелью прокатился необычайно низкий звук и растворился в тишине.

– Пошли, всех собирают в гроте аметистов.

Девушка встала и взяв за руку парня вышла в просторный проход.

Сумеречный свет, исходящий от стен, покрытых аметистами и другими кварцевыми вкраплениями, освещал черноту подземного мира. В большом зале, где по зову сигнала собралось племя, было немного тесновато. На камнях расселись, кто как мог, множество народа. Почти все люди племени, называющие себя «чудью», были маленького роста. Седые космы стариков украшали повязки, украшенные вшитыми в них разноцветными камушками. У женщин же в волосах не было ничего. Зато на груди висели медные полумесяцы. Ребятишек не было вовсе. Стены «грота аметистов» чернели множеством отверстий, способных пропустить туда взрослого человека. Видимо, это были входы в жилища пещерных людей. В середине зала, в высеченной в скале нише, сидел вождь. Рядом сидел, чуть ниже, шаман племени. Надо ли говорить о том, что племя были язычниками и поклонялось своим богам.

У всех людей племени кожа, от недостатка света, имела какой-то пурпурный оттенок, почти трупного цвета. Глаза же людей, почти у всех жителей племени, были белыми. Лишь зрачок указывал куда смотрит тот или иной человек. Рост взрослого человека не превышал полутора метров.

Внезапно, перекрывая звуки голосов, раздался знакомый звук большого горна, и наступила полная тишина.

– Я собрал вас, – обратился наконец вождь к соплеменникам, – простите, что потревожил вас после большого обеда, чтобы сказать вам, что духи предупредили шамана о пришельце сверху.

В зале поднялся шум, люди повскакивали с мест и что-то стали кричать и размахивать руками. Но вот шаман встал с места, и вновь воцарилась тишина

– Великий Эрлик поведал мне, что в Черном колодце образовалась ледяная капель, по которой из Внешнего мира пришел чужой человек. Как вы все знаете, это – запретная местность. Она находится во владениях Желтоглазого. Но он направил его к скиртам, повелев его встретить и приютить. Он должен пойти через Долину Теней. Как я уже сказал, рядом есть полоса и наших владений. И мы возьмем его там же. Никуда он от нас не денется.

Шаман повернулся к вождю, и что-то сказал ему, но так тихо, что даже сидящие рядом ничего не расслышали.

Вождь, поискав глазами среди людей «ту, что ведает», позвал Эву к себе. Девушка подошла, склонив голову, немного присела и обратила взор к вождю.

– Эва-а-лар, – вождь привстал, чтобы обратиться к стоящей перед ним. – Ты – «та, что ведает» мысли любого жителя нашей страны. Ты сможешь привести сюда чужака? Впрочем, зачем я спрашиваю? Это повелевает тебе сам Великий Эрлик. Нам нужен этот мальчик. Нам нужна его молодая кровь для выживания племени. С кем ты пойдешь? Я дам тебе воинов и людей шамана. Они призовут духов, и вы возьмете его, пока Желтоглазый не проник в него. Надо выступать немедленно. Ты готова?

– Как повелишь Шии-а-лур, – девушка поклонилась вождю и повернулась к людям племени. – Со мной пусть никто не идет. Я одна приведу его. Со мной – духи тьмы.

И Эва, «та, что ведает», направилась к выходу из главного зала. Ее догнал Сурр и, взяв за руку, остановил ее

– Ты хочешь идти одна? А как же я? В дороге всякое может случиться.

Девушка зло ухмыльнулась.

– Ты хочешь сказать, что я не смогу одна привести чужака? Ты забыл, что я могу сделать с кем бы то ни было? Оставь, Сурр-а-лур. Моя бабка была кем? А мать? Мы все – потомственные ведьмы Великого Эрлика.

Лицо ее вдруг исказилось и, страшно вращая своими белками глаз, она расхохоталась.

– Уж мужчину-то, хоть и чужака, сумею уболтать.

И, продолжая хохотать, она удалилась, не оглядываясь, по направлению к Долине Теней.

Вот уже около пяти поколений, с тех пор как племя ушло с поверхности земли под землю, род колдуний, по материнской линии Эвы, наводило страх на подземных жителей. Их боялись не только люди племени Шии-лура, но и жители соседствующих племен чуди. Когда-то, на поверхности, это были обыкновенные язычники, поклоняющиеся духам и богам. Но после ухода под землю, окончательно отрекшись от солнца и Внешнего мира, люди как-то изменились. Не только внешне, но и внутренний мир их стал бедным и неприглядным. Великий Эрлик, бог подземного нижнего мира, полностью подчинив их разум, сурово управлял ими через ведьм и шаманов. А может это только казалось?

Эва была исключением, как и мать ее, и бабка, и все ее прародители по женской линии. И, хоть ростом она, как и вся чудь, была невысока, но длинные русые волосы, красивые глаза, лишь немного светлее глаз обычного внешнего человека, да стройный стан – украшали ее, и заставляли биться сердца молодых парней племени. Но, если кто узнавал ее поближе, с ужасом убегали от нее. Эва была ведьмой, и этим все сказано. Хотя, где-то в глубине ее сердца, жила потребность в общении с людьми. Она часто, пообщавшись с духами и демонами, уходила в свою пещеру и лежала, глядя в темноту свода. О чем она думала, какие мысли будоражили ее голову, никто не знал.

Из преданий, передающихся из поколения в поколение, она знала, что, когда чудь пришла под своды Эрлика, здесь уже жили люди Желтоглазого. Кто был Он, никто не знал. Но Желтоглазый разрешил пришедшим жить здесь, строго определив место, куда им нельзя было даже показываться. Но постепенно чудь вымирала. Потому и решено было, отправить Эву, чтобы она, пока Желтоглазый не проник в сознание чужака, смогла очаровать его и привести в племя. Оставшись жить в нем, став равноправным, он смог бы разбавить старую кровь чуди.

Время текло здесь неопределенно, будто его здесь и не было. Не было закатов и рассветов, ибо и солнца здесь не было. Лишь иногда, когда была в том необходимость, шаман отправлял на поверхность людей. Да и то тайными тропами, известными лишь ему и вождю. После того, как люди приносили солнечную траву с поверхности, за которой и ходили они, их почему-то больше никто не видел. Пропадали неугодные часто, но их и не думали искать. Никто о них даже не помнил. И шаман, и вождь, и, конечно, Эва умели наводить тень на сознание. И сейчас, идя в сумеречном ущелье в сторону Долины Теней, Эва шла, читая заклинания, чтобы духи помогли околдовать чужака. Она торопилась, так как знала, что, если Желтоглазый туман проникнет в голову кого бы то ни было, чарами и колдовством его уже не одолеть. Чудные, им и в голову не могло прийти, что любовь и доброту не одолеть никакими заклинаниями.

Глава шестая

Скирты

Это было не солнце. Ибо глубоко под землей его не могло быть в том виде, в котором оно радовало все живое на поверхности Земли. Но оно светило и радовало, оно давало жизненную энергию пусть небольшим, но нужным людям растениям, злаковым и прочим, растущим в этом мире и живущим. Светило, находящееся под сводами этого подземного мира, освещало и согревало своими невидимыми лучиками все живое, что дышало прозрачным и ароматным воздухом этого мира. Где-то далеко вверху, были и гигантские горные вершины, с которых стекали прозрачные и холодные ручьи, и страшные горные ущелья, из которых тянуло ужасом и холодом. И все это было не на поверхности. Это был подземный мир Великого Эрлика. На многие тысячи километров растянувшийся под коркой планеты Земля.

Желтовато–зеленый туман, окутавший все вокруг, казалось, жил своей жизнью. Вот он захотел сгуститься, и все вокруг растаяло в нем. Вот он захотел растаять, и все вновь появлялось вокруг. Именно он управлял здесь всем и вся. Именно он давал жизнь здесь всем живущим. И имя его было – Эрлик.

Народ, живущий в нем, любил своего господина. Хоть иногда он бывал строг к провинившимся. Но это было так редко, что почти никто не помнил этого. А может люди не помнили плохого и жили в любви и сострадании к ближнему только потому, что даже мысли их были известны Великому Эрлику? Может он управлял ими как хотел? Может и было так. Только мир и спокойствие царило в этом странном мире.

А там, в холодном и мрачном мире, соседствующем со скиртами, жил народ, которого прозвали «чудь белоглазая». Ей было строго-настрого указано место обитания. После того, как этот народ, поклоняющийся демонам, спустился под землю, убегая от людей, зовущими себя христианами, им было отведено место в холодных и мрачных пещерах. Они находились в угрюмом ущелье, растянувшемся на сотни километров. Озлобленные и дерзкие, колдуны и ворожеи, вечно голодные и ненавидящие всех. Лишь иногда выползающие на поверхность земли, чтобы поохотиться ночью, собрать кореньев, или, если повезет, охмурить гипнотическими чарами встретившихся людей из Внешнего мира.

Чудь белоглазая. А ведь по преданиям, когда-то они были просто людьми. Высокие, стройные, красивые и умные, мастера рудных дел. И пряли, и ткали, и торговали с тюрками, индусами, хазарами и уйгурами. Поговаривали, что сами они произошли из уйгуров. И ведь могли они под землей жить как люди, и быть ими, и любить, и жить в мире. Если бы…

Если бы они, отрекшись от своих демонов, управляющими ими, поклонились Великому Желтоглазому Эрлику. Но этого пока не случилось. Чудь, наоборот, озлобилась еще больше. А насильно обратить их было нельзя. Человек сам должен был выбрать себе, кому поклоняться.

***

– Матушка, мне приснился сон, будто я встретилась с чужаком из Внешнего мира. И знаешь, он полюбил меня, – хорошенькая и совсем юная девушка с большими красивыми глазами и густыми длинными волосами, заплетенными в тугую косу, привстав с лежака, обратилась к женщине, сидящей напротив нее.

– Это не сон, Ия-а-лар. Это повелевает так Великий Эрлик. Ты же знаешь, все наши сны, это – повеления нашего...

Женщина не успела договорить. Все вокруг окутал внезапно появившийся желтый туман, и уста матери и ее дочери сомкнулись. Ибо все в этом странном, для внешних обитателей Земли, мире, делалось по повелению правившего в подземном царстве Эрлика. А когда он хотел, чтобы его слышали, он закрывал рты своим подданным.

– Он спит, я вошел в него. Он – ваш друг, встретьте его и приютите. А когда придет время, я скажу, что будет дальше. Он – гость. Любите его. Да будет так.

Туман рассеялся, но все услышали Всеведущего.

– Он пойдет через Долину Теней. А там Аруаки и Чудь правят. Как он перейдет ее? – девушка встала с кровати и вопросительно посмотрела на матушку.

– Не переживай. Все в Его власти. Ты же знаешь, Он укажет, что делать.

Все люди большого племени скиртов, живущего под сводами огромного подземного царства Желтоглазого, были мысленно осведомлены о появлении чужака из Внешнего мира. Это случалось крайне редко, когда появлялся кто-то чужой. И это было целое происшествие для небольшого города.

Ия-лар, так звали молодую княжну царства Желтоглазого, прошла под своды зала, увенчанного золотым полумесяцем из светящихся аметистов и других драгоценных камней, и вышла к собравшемуся народу. С возвышения подобия трона, где сидела ее матушка Тина-лар было хорошо видно всех. Тумана не было. И люди могли разговаривать и общаться друг с другом обычным для любого человека способом.

При появлении ее люди склонили головы в знак любви и уважения к юной княжне. Ибо в мире, где главным было уважение и любовь к ближнему, все было пронизано этим. Это может показаться странным, что рядом соседствовали те, кому это было чуждым. Но здесь, в этом мире, каждый был волен сам выбирать, любить или ненавидеть.

– Приветствую вас, мои дорогие подданные, – поклонилась в ответ княжна. Она показала на расставленные, украшенные драгоценными камнями и золотом скамьи и попросила всех присесть. И только, когда все разошлись по своим местам, юная княжна присела сама. Княгиня же, осмотрев всех присутствующих, привстала, поправила сползшую накидку из меха горностая и проговорила тихим приятным голосом.

– Великий и Всеведущий, как вы все знаете, сообщил нам, что у нас – гость. Это – мальчик, совсем юный и несведущий. Из племени внешних. Оно, к сожалению, перестало существовать на земле. Все погибли под толщей ледника, сползшего на него. Но мальчик уцелел. Великий Эрлик взял его под свою опеку. И наша задача – воспитать его в духе скиртов. Дать ему знания, умение и веру. Пока он находился в покое, Великий вошел в его сознание и многое внушил ему. Он вырос, возмужал и из мальчика превратился в юношу. Мы встретим его, полюбим и постараемся сделать его полноправным скиртом.

Княгиня закончила и присела. Под сводами зала стояла тишина. Все молчали. Но вот юная княжна, обведя всех присутствующих своими красивыми глазками, произнесла тихо, пожав немного плечиками:

– Как вы думаете? Кто встретит его в Долине Теней?

– Чудь может вмешаться. Хотя и Аруаки там хозяева. Там Желтоглазый не правит, – произнес старенький, но еще с отличной выправкой дворецкий. – Надо бы помочь. Великий же сказал – встретить и приютить. Кто может пойти? Более двух снов идти. Он уже проснулся или нет?

И вновь, внезапно окутавший всех желтый туман, сомкнул уста и все услышали голос: «Я буду с вами. Пусть пойдет одна княжна. Я так сказал! Пусть вас хранит любовь. Ибо только в любви побеждается зло».

Через мгновение туман рассеялся, и вновь все заговорили.

«Да будет так, Великий и Всеведущий», – Ия-лар поклонилась невидимому, и вслед за ней поклонились все присутствующие. Все знали и чувствовали, что Он рядом и везде.

Сборы были быстрыми, и княжна уже была почти готова отправиться в путь, когда вдруг услышала оклик: «Ия-а-лар, позволь мне подарить тебе немного радости».

Княжна оглянулась и увидела высокого юношу с темными вьющимися волосами, украшенными ободом с красивыми камнями. Она узнала его. Это был сын одного хорошего охотника, живущего недалеко от дворца. Все в этом мире было просто. Не было зависти и злобы. Не было деления на знатных и простых. И такое обращение к княжне не было зазорным.

– Тан-а-лур, это ты? Что ты хочешь мне сказать?

Княжна увидела красивого молодого жеребца, которого вел под уздцы Тан-лур.

В мире Желтоглазого существовал обычай, обращаться к друг другу с почтением. Приставка «-а-лур» употреблялась при обращении к лицу мужского пола, а приставка «-а-лар» – при обращении к лицу женского пола. Других различий не было. Какое бы положение человек не занимал. Что скирты, что чудь, что другие племена и княжества не нарушали этого обычая, это давно вошло в повседневный обиход.

– О княжна, тебе надо идти два сна до встречи с чужаком. И хотя я знаю, что под покровом Великого Эрлика с тобой ничего не случится, пусть это будет тебе подспорьем. Он поможет тебе сберечь силы. Доброго тебе пути, – юноша, встретившись глазами с княжной, смущенно опустил голову и улыбнулся.

– Спасибо тебе, Тан-а-лур, ты же знаешь, если тебе тяжело идти, Великий сам понесет тебя, – засмеялась она, – Но, все равно, мне будет веселей.

И княжна, быстро вскочив на коня, помахав всем присутствующим, ускакала в направлении Долины Теней.

Глава седьмая

Предчувствие

Где-то, совсем рядом, послышался хлопающий шум крыльев, и Илис, находящийся еще в сладкой истоме сна, окончательно пробудился и приоткрыл глаза. Не сразу поняв, где он находится, но сразу же ощутив, что на него что-то давит и ему больно, он оглядел себя и с удивлением обнаружил, что его одежка стала какой-то маленькой. Лямки дерюжки впились в грудь и не давали вздохнуть полной грудью. Его сапоги, чарыки, страшно давили, и Илису стоило больших усилий стащить их с ног. И, только сняв свою одежду и обувь, он вдруг понял, что все стало маленьким. Он же сам вдруг вырос и окреп. Окончательно освободившись от ненужной уже старой одежды, он встал и оглянулся вокруг. Моментально вспомнив, что произошло, и как он оказался в этом месте, Илис вдруг увидел сидящего на краю валуна, у которого он спал красивого почти белого сокола-балобана. Тот сидел, глядя на него, и не думал улетать. Илис еще раз оглядел себя, убрал длинные волосы со лба, потрогал свои мышцы, удивился внезапной силе и, оторвав от одежки кусок ткани, сделал себе набедренную повязку. Инстинктивно подняв левую руку, как будто он делал это много раз, он крикнул неожиданно произнесенное в голове слово, и сокол, послушно взлетев, уселся на его руке. Их взгляды встретились, и юноша, а это теперь и был юноша, стройный, сильный и очень привлекательный, подсознательно понял, что сокол навсегда останется с ним. Илис решил проверить, как он отнесется к его приказам, и мысленно велел ему переселиться на плечо. Один взмах крыльев, и сокол уже сидел у него на левом плече.

– Как тебя буду звать, друг ты мой? – обратился он к птице, осознав, что мысли его также изменились, и рассуждать он стал по–другому.

– Самал. Пойдет? Самал – значит Быстрый, – Илис сам не понял, почему он так сказал, но что-то подсказало ему, что именно так надо назвать своего друга. Он вытянул руку и только хотел сказать птице, чтобы она пересела на руку, как сокол, будто вновь прочитав его мысли, сам переместился на руку и взглянул на хозяина. Их глаза встретились, и оба поняли, что они понимают друг друга без слов.

– Ну, что Самал, в путь? Сам Желтоглазый сказал, что меня, – он взглянул на птицу, – теперь уже нас, примут и накормят.

– Ты знаешь, мне кажется, я не только вырос, не только возмужал и стал взрослым. Такое ощущение, что и думаю я по–другому. И мысли мои стали другими, многое, ранее неизвестное, стало понятным и обычным. Я помню и жизнь на земле, я помню даже, как умерли мои родители, как жил со старой Дяэне. Помню до мелочей, как попал сюда, скатившись, как по горе. Представляешь?

И еще долго они шли, а Илис все говорил и говорил…

Он плавно, почти не ощущая мягкого шелкового мха, шел вдоль ручья, разговаривая и любуясь окружающим его неизвестным таинственным миром, как вдруг сокол встрепенулся и, взлетев, мгновенно исчез где-то в высоте. Илис остановился и поднял голову, пытаясь проследить полет Самала. То, что юноша увидел, заворожило его своей необычностью. Где-то высоко, он даже не ожидал, что такое возможно, было небо. Не такое, как во внешнем мире, но небо. Светило солнце, но необычное солнце. Были облака, но другие, не такие, как привык видеть Илис. Все было необычным и таинственным.

Сокола не было видно, и юноша решил остановиться и передохнуть, пока тот не вернется. А в том, что он вернется, Илис даже не сомневался. Он прилег на землю и уставился в небо. Где-то далеко за облаками угадывался свод. Но явно он не проступал, и, если бы Илис не знал, где он находится, можно было подумать, что скоро наступит ночь, и небо усеется мириадами сверкающих звезд.

– Интересно, я не видел здесь ночи, она здесь вообще бывает? – поймал он себя на мысли, – И, что это за солнце такое? И разве может быть то, что со мной происходит?

И еще множество мыслей приходило ему в голову и он, лежа и глядя в неизвестный и такой необычный мир, вдруг вспомнил об Эрлике.

– О Великий Эрлик, если ты именно такой, каким мы тебя представляли на земле, – великий и страшный бог подземного мира мертвых, значит все же я умер и теперь нахожусь в твоих владениях? Но кто ты, Желтоглазый и добрый, спасший меня и велевший приютить. Ты, наделивший меня знаниями и силой? Кто ты? Ответь мне…

И ответ пришел незамедлительно.

– Я – тот, кому ты поклоняешься. Я – тот, чем ты дышишь и как думаешь. Я – отражение твоего сердца. Я все сказал!

Илис был явно озадачен, вдруг услышав в своей голове голос. Он явно его слышал. Где-то в голове. И не ушами. И голос был негромкий, приятный и пронизывающий до дрожи. Юноша даже привстал и огляделся. Вокруг были небольшие холмы, поросшие все тем же мягким мхом, и ручей, от которого он не посмел далеко отойти. Самала не было видно, и Илис подошел к ручью, чтобы напиться. Журчащий и прозрачный ручей манил прохладой, и он решил окунуться, чтобы освежиться. Он растянулся вдоль ручья и скатился в него. Холодная вода вмиг освежила его, и он с громким смехом выскочил из нее.

– Ты чего такая холодная?

Он вздрогнул, играя мышцами, и наклонился попить. Сделав несколько глотков и ощутив приятный вкус напоминающий запах какой-то знакомой травы, он вдруг услышал хлопанье крыльев и обернулся.

– Самал, ты где был? – спросил он, увидев своего друга. Тот держал в лапах гнездо какой-то большой птицы, судя по яйцам, в нем находящимся.

– Ты принес нам завтрак? Или обед? А может ужин? – он подошел и взял из гнезда яйцо, – Здесь их четыре, тебе два и мне два. Спасибо, друг.

Илис вновь поймал себя на мысли, что разговаривает с птицей, как с человеком.

– А может здесь все так делают? Если здесь вообще кто–нибудь есть? Самал, ты меня ведь понимаешь? – Илис взглянул на сокола, который проклюнув скорлупу яйца, пил содержимое. Самал, подняв голову, перестал пить, и Илис увидел, и это ему не могло показаться, как тот мотнул головой и опять начал возиться с яйцом.

Юноша пожал плечами, на миг остановился, затем, взяв яйцо и сделав в нем дырку, высосал содержимое. Второе было уже немного другое. В нем могла зародиться жизнь, но голод взял свое, и через некоторое время четыре опорожненных яйца лежали на земле.

– Ну, спасибо, накормил. Идем дальше?

Илис направился вдоль ручья, глядя себе под ноги, а Самал вновь взметнулся ввысь, и юноша интуитивно, а может и явно, услышал:

– Я скоро. Иди, догоню.

Все больше и больше Илиса обуревало предчувствие, что должно что-то произойти. Что это будет, он не знал. Но то, что это обязательно произойдет, уже знал точно.

Мох под ногами его как-то поредел и временами вообще стал пропадать. Идти стало немного труднее, и Илис ощутил, что начал подниматься в гору. Стали встречаться россыпи камней, и вскоре он уже тяжело дышал от крутого подъема. Он остановился передохнуть, оглядеться и напиться. Ручей превратился в небольшой, но бурлящий поток воды, падающий откуда-то сверху. Он прилег, чтобы сделать несколько глотков и вдруг услышал знакомый крик своего друга. Самал, круто спланировав, аккуратно сел на правую руку юноши и начал неспешно и грациозно, запрокидывая голову, утолять жажду. Потом он вдруг, резко повернув голову, пристально уставился на Илиса. Юноша замер, чтобы не спугнуть сокола, кроме того, он почувствовал, что Самал, что-то хочет сказать ему мысленно. Илис уже почти привык ничему не удивляться в этом мире.

– Недалеко отсюда я видел несколько коз, если хочешь, давай поймаем их…

– Но у меня даже палки никакой нет, я их голыми руками не смогу поймать.

– Но ты же человек, придумай, камней здесь много.

– Самал, ты молодец. Там есть какой–нибудь уступ или что–нибудь подобное? Пойдем, посмотрим. Я спрячусь за ним, прикатив к краю большой камень, ты погонишь коз на меня, когда они будут подо мной, я сброшу камень, вот тогда и пообедаем или поужинаем. Я вообще запутался, что сейчас, день или вечер?

– Недалеко отсюда есть то, о чем ты спрашиваешь. Идём за мной.

Самал, взмахнув крыльями, взлетел и завис над Илисом, ожидая пока тот встанет.

– Вперед, мой друг.

И сокол полетел вправо, а Илис побежал за ним. Бежать пришлось недолго, и вскоре он увидел ровную площадку перед входом в небольшую пещеру. Чуть выше, на краю выступа, его уже ожидал Самал. Как только Илис забрался к нему, сокол исчез в вышине.

Илис, запыхавшись после крутого подъёма, немного отдышался, обошел площадку и наконец рассмотрел место для охоты. Прямо под ним проходила узкая тропинка, очевидно, проторенная дикими козлами, баранами или другими животными. Место для охоты было подобрано как нельзя лучше. Да и камней не надо было искать, их вокруг было предостаточно. Оставалось лишь подкатить их к краю выступа и дожидаться сигнала от сокола.

Наконец, подготовив всё для охоты, Илис остановился передохнуть и, как завороженный, уставился вниз. Только сейчас он смог по достоинству оценить увиденное. Вокруг, на сколько мог разглядеть его взор, была видна уходящая вдаль долина, зажатая с двух сторон горными хребтами, прорезанная мелкой речушкой на небольшие изумрудные полянки. С высоты, на которой находился Илис, было очень хорошо видно раскинувшуюся внизу красоту. Он удивился, как высоко он смог забраться.

– И ведь это все находится под землей! Какие еще загадки скрываются здесь? Какой размах, целый внутренний мир. И, если меня должны встретить и приютить другие люди, то, что я еще смогу увидеть здесь?

Он посмотрел вниз на тропинку, но ничего не увидел. Сигнала от Самала не поступало, и Илис стал разглядывать раскинувшуюся внизу долину. Скалы, когда он пригляделся, оказались невысокими и утолщенными книзу. Что-то около пяти–семи метров в высоту. Трава или мох, покрывавшая дно долины, казалась почти зеленой. И ему нестерпимо захотелось спуститься вниз, чтобы обследовать ее. Внезапно, он увидел далеко внизу какую-то тень. Она быстро пронеслась из одной расщелины в другую и исчезла в каком-то гроте. Как будто какое-то животное, с большого марала, играло с ним в прятки. Солнце, или как окрестил его Илис, – Светило, не могло дать тени, оно стояло вверху по центру, и тени не могло быть. Да и яркости, как на поверхности Земли оно не давало, хотя еще пару снов назад он мог утверждать, что подземное Светило по яркости не уступало внешнему.

– Ладно, увидим. Сейчас бы только не упустить пищу, – он вновь подошел к краю, и вдруг услышал в голове:

– Приготовься, их четверо, не промахнись.

Илис увидел бегущих по тропинке трех коз и наседающего на них Самала, который умудрялся царапать их и клевать.

– Он же сказал четверых?..

Но приготовился и стал ждать, когда можно будет сбросить на них камни. Вот первая уже под ним, и камень полетел вниз, но, ударившись о нижний выступ, отскочил и сорвался вниз. Вторая коза, услышав шум, увернулась и прошмыгнула мимо. Илис, поднявшись во весь рост, прицельно бросил второй большой камень, и удача улыбнулась ему. Камень попал козе в спину, но она, вслед за камнем, по инерции устремилась вниз, оставив горе–охотников без обеда. Илис посмотрел по сторонам и, ничего больше не увидев, отошел от края выступа и присел возле входа в пещерку.

– Ну, что же. Нет, значит – нет! А где Самал?

Прошло некоторое время и юноша услышал тяжелый шум крыльев. Ему показалось, что какая-то большая птица сейчас появится и, увидев его, нападет. А он – без оружия, даже защититься не сможет. И, лишь увидев Самала, тяжело взмахивающего крыльями и несущего в лапах небольшого козленка, Илис успокоился и радостно подхватил его тяжелую ношу.

– Друг ты мой, наджы. Ты вновь спасаешь нас от голодной смерти, что бы я без тебя делал? Прости, я попал в козу, но она сорвалась в пропасть. Может потом мы спустимся и найдем ее? А сейчас давай поедим. Я страшно голоден.

Козленок был еще теплым и Илис, зубами надорвав кожу с помощью клюва и когтей Самала, добрался наконец до свежатины, и оба стали жадно поглощать сырое, молодое мясо. Наевшись досыта, оба ощутили жажду и, решив спуститься вниз и найти ручей, отправились туда, где Самал нашел Илиса в последний раз. Ручей радостно приветствовал путников своим веселым журчанием, и наконец утолив жажду, они обессиленные уселись около него немного отдохнуть.

– Великий Желтоглазый сказал идти вверх по течению, там должны встретить, но ручей не может идти снизу. А вон за тем уступом, обрыв. Кстати, а где берет начало ручей? Пошли посмотрим. Высоких вершин со снегом я не вижу. Что, наджы, пойдем?

Илис посмотрел в сторону сокола и, увидев его вопрошающий взгляд, юноша поймал себя на мысли, что разговаривает со своим другом мысленно, не открывая рта.

– Ты, что-то хочешь сказать мне? Или спросить?

– Почему ты называешь меня разными именами? Ты назвал меня – Самалом, объяснив, что я - быстрый. Потом назвал меня – Другом, и вот, уже второй раз, ты называешь меня – Наджы, кто я в твоем понимании?

Илис улыбнулся и, приблизив свое лицо к соколу, мысленно, не торопясь и глядя ему в глаза, произнес:

– Друг ты мой, Самал, я попытаюсь объяснить тебе, кто я, откуда, и почему я так называю тебя.

– Там где я жил, а жил я во Внешнем мире под живым ярким солнцем и голубыми небесами. Там где я жил, до того как попал сюда по воле богов и возможно самого Великого Эрлика, другом называли самого близкого человека, за которого ты мог отдать свою жизнь, чтобы спасти его от смерти. Друг, в моем понимании – самый близкий и дорогой. Я не могу объяснить всю глубину этого понятия, у меня не хватит слов. Просто друг, это тот, кто поднимет тебя, когда никто не заметит, что ты упал. А Наджы, это и есть – друг, только на языке нашего племени. Я заметил, что могу разговаривать с тобой мысленно и, в тоже время, могу и по нашему, и даже кричать.

Илис набрал полную грудь воздуха и громко протяжно крикнул. Эхо отразилось от гор, от скал, и еще долго было слышно этот необычный звук в мире Великого и таинственного Эрлика. Для кого-то – доброго и желанного Покровителя, для кого-то – злого, коварного и страшного повелителя мертвых, хозяина подземного мира.

Самал смотрел на Илиса долго и внимательно. Затем взмахнул крылом, уселся на его плечо и, потерев головой о щеку юноши, вдруг поцеловал его.

– Значит и ты мой друг, я верю тебе, Илис. Я все про тебя знаю, что знает про тебя Эрлик. Это он поручил следить за тобой и помогать тебе. Не бойся, я с тобой. Желтоглазый, это и есть Великий Эрлик. С этого момента, я постараюсь быть неотступно с тобой. По возможности. Ручей нам больше не нужен. Его нет!

Илис посмотрел в сторону ручья и не увидел ничего. Журчащий, радостно поющий ручей исчез.

– А как же люди, которые встретят нас? – хотел было он спросить у Самала, но друг опередил его и, взмахнув крыльями, крикнул сверху:

– Нам предстоят опасные и радостные времена. Чем могу, я помогу тебе. Надо тебе добыть оружие и одежду. Будет время, когда ты не услышишь меня, но не падай духом. Да, ты можешь и погибнуть. Все зависит от тебя, но я верю – ты справишься. Не теряй меня. Иди прямо и спускайся вниз. Это Долина Теней. Будь осторожен. Чувствуй всякие изменения. Это – зло! Но помни, добро и любовь спасут тебя. Не ожесточайся!

Самал перевернулся в воздухе и, громко крикнув на прощанье, стремительно исчез в вышине.

Илис поежился.

– Странная жизнь, странная страна. Я разговариваю с птицей и понимаю ее. Рот мой смыкается при появлении Желтоглазого, и я понимаю мысли его и слышу их. Странное предчувствие одолело меня. Я страшусь его и верю, однако, что все будет хорошо.

Он двинулся вперед, рассуждая об окружающем его мире, но предчувствие чего-то неведомого всё не отпускало. А наоборот, наполняло его. Он поднял голову, посмотрев в небо. Светило – светило. Он улыбнулся мысленному словосочетанию и подошел к краю пропасти. Перед ним, под ногами, разверзлась бездна под названием – Долина Теней.

Глава восьмая

Долина теней

Илис остановился и огляделся, поискав глазами, где можно спуститься. Нигде не было видно даже намека на тропинку или пологую поверхность. Он отошел от края и пошел вдоль обрыва, ища место, где бы он мог дерзнуть начать спуск. Идти пришлось недолго. Уже через пару десятков шагов он увидел подобие тропинки, спускающейся в долину. Он осторожно, одной ногой ступив на осыпающийся край выступа, проверил прочность и начал спуск.

– Если тропка есть, значит, по ней кто-то ходит. Значит, и я смогу, – подумал юноша и уже смелее продолжил спускаться в долину. Чем ниже он опускался, тем явственнее слышались необычные звуки, напоминающие то ли пение птицы, то ли вой «ветряной трубы», которые он часто слышал возле стойбища, когда еще жил на поверхности.

«Ветряной трубой» люди племени Илиса называли ветер, который, попадая между скал, завывал и пугал их ночами. Поговаривали, что это выли злые духи, пытающиеся выбраться из–под земли, чтобы украсть и утащить маленьких детей в царство Великого Эрлика. Понадобилось немало времени, когда Илис, уже порядочно выбившись из сил, увидел, что осталось совсем немного. Звуков уже не было. Наоборот, остановившись передохнуть, он ощутил какую-то зловещую тишину. Ни пения птиц, ни звука «ветряной трубы». Только холодная мрачная тишина. И все.

Юноша огляделся. Он был почти на дне. Вокруг небольшими нагромождениями стояли невысокие столбы скал. Вокруг них зеленела трава, местами проступал желто–зеленый мох. Казалось, что это была славная и благословенная долина, но Илис помнил, что могло его здесь ожидать. И, как бы, напоминая ему об опасности, мимо него вдруг промчалась огромная тень. Илис едва успел отпрянуть назад и немного увернуться, совсем оторопев от неожиданности. От тени повеяло каким-то пронизывающим холодом и леденящим страхом. Она скрылась за стоящим в нескольких метрах столбом, и внезапно оттуда раздался стон, напоминающий тот, который Илис уже слышал, когда еще спускался в долину.

– Мне нечего бояться, надо быть просто осторожным, – подумал он. – Надо сделать оружие на всякий случай.

Наконец Илис ощутил под ногами твердую, не осыпающуюся поверхность, мягко пружинящую под ногами из–за толстого покрова мха.

– Наконец-то.

Оглядевшись и пройдя немного, он прилег на мягкий ковер из мха и густой, приятно пахнущей, неизвестной травы. Затем взглянул туда, откуда начал спуск в долину.

– Высоко. А где же мой друг Самал? Он что, не прилетит ко мне? И куда мне теперь? – Илис, казалось, был немного растерян. Множество вопросов ему хотелось задать, но кому? Желтоглазого не было, Самала тоже нигде не было видно, и, немного отдохнув, юноша встал, оглядел себя, поправил повязку и пошел прямо. Ибо ему казалось, что нужно идти прямо, в том же направлении, в котором он шел до этого, спускаясь в долину. Но, в действительности, это было не так. Вместо того, чтобы пересечь долину, находящуюся в ущелье, он пошел вдоль нее, в ту сторону, где его ожидала «та, что ведает».

И, хотя, они были на расстоянии одного сна, Эва точно знала, что чужак, рано или поздно, встретится с ней.

Ведьма остановилась и огляделась. Нестерпимо хотелось пить, но поблизости не было даже малейшего намека на ручей или водоем, пусть даже совсем крошечный. Да и долгий переход, который она совершила из урочища, где в пещерах жило ее племя, порядком лишил ее сил. Поэтому она решила остановиться на отдых.

– Похоже, что скоро будет уже Долина Теней, мне надо немного отдохнуть, – подумала она. Увидев недалеко от себя небольшую полянку с мягким мхом, устало облизав сухие губы, Эва растянулась недалеко от столба из базальта и, сладко зевнув, тут же погрузилась в сон.

В это же время Илис уже отошел на некоторое расстояние от места спуска в долину и, следуя по мягкому мшистому дну, вдруг вновь увидел впереди себя небольшую тень. Он остановился, а потом, внимательно осмотревшись по сторонам, обратил внимание, что она, как бы приросла к тому месту, где находилась. Рядом не было никакого другого предмета, который бы мог дать тень. Да и «Светило» стояло прямо над головой. Было совершенно непонятно, что бы это могло быть? Тогда он решил подойти поближе и направился к тени, не сводя с нее глаз. Когда до неё оставалось совсем немного, она, словно живая, вдруг оторвалась от земли и медленно стала перемещаться в сторону. Затем, достигнув столба, просто исчезла за ним, оставив в недоумении юношу.

Илис решил рискнуть и посмотреть, куда же она исчезла, но, когда он быстро обежал каменный столб, то с удивлением ничего за ним не обнаружил. Тогда, рассматривая каждую пядь каменной поверхности более внимательно, он вновь обошел его, но так ничего и не нашел. В раздумье он сел, прислонившись спиной к столбу. Усталость взяла свое, и через некоторое время лишь ровное дыхание свидетельствовало о том, что Илис заснул.

Долина Теней в мире Великого Эрлика была местом покоя умерших. Это было своеобразным местом для захоронений. Долина Теней находилась в центре глубокого длинного ущелья, протянувшегося на сотни километров. С тех давних пор, как под землей появились первые люди, сюда постоянно сносили умерших. Сколько их всего снесли сюда за все это долгое время никто не ведал. Куда исчезали мертвые, почему не исходило зловоние от места их погребения, также никто не знал, да никому особо и не хотелось об этом знать. Аруаки, племя, которое здесь обитало, свято берегли свои тайны. Так было давно, и так повелел Великий Эрлик. И не надо много знать о планах своего Господина. Именно так думали все люди, живущие в подземном мире.

Глава девятая

Аруаки

Монотонные звуки, исходившие откуда-то сверху, неприятно прервали сон уставшего Илиса. Недовольный, почти не отдохнувший, он приоткрыл глаза, но так ничего и не разглядел. Немного привстав, он попытался на ощупь определить, где он находится, но в полной темноте сделать это оказалось невозможно. Илис протер глаза, ощупал себя с ног до головы и, не найдя каких-либо повреждений, немного успокоился. Подняв обе руки над головой, он попытался достать до верха, но его попытки оказались безрезультатны. Затем Илис прошел немного вперед, влево, вправо, но кроме пустоты так ничего и не нашел.

– Когда я прилег отдохнуть, был день или утро? Я совсем запутался в этом безвременье. Когда я остался совсем один, то меня просто окружили трудности и непонятности. Где я? Почему так темно? – поток мыслей и вопросов, остающихся пока без ответов, непрерывно заполнял голову юноши.

– Но, не будем отчаиваться. Все, что не делается – ведет к завершению. Жаль, что тебя рядом нет, друг мой белокрылый, – подумал он о Самале. – И ты, Великий Желтоглазый, обещал помогать мне, но тебя тоже нет. Ну, да ладно, попробуем разобраться как-нибудь сами.

Илис вновь прислушался к звуку. Казалось, что тот исходит откуда-то сверху, но когда он встал на ноги, то звук раздавался уже не сверху, а откуда-то со стороны. Тогда он решил идти на звук. Вытянув руки вперед, он начал двигаться мелкими шажками, осторожно ощупывая пространство перед собой. Хотя ни просвета, ни проблеска в глубокой тьме ему разглядеть так и не удалось, Илис упрямо двигался дальше.

***

Ия, натянув поводья, остановила коня и, спрыгнув на землю, сладко потянулась. Затем, освободив своего друга от узды и седла, отпустила его отдохнуть и пощипать травку и мох. Сама же, попив воды из прочного бурдюка, расшитого яркими узорами, перекусила. Затем, решив немного передохнуть, спросила мысленно Желтоглазого:

– О Великий мой Господин. Пришло время покоя. Я хочу отдохнуть. Позволь мне это. Будь со мной. Как долго еще мне добираться? Или мне продолжить свой путь?

– Ия, отдохни. Я укажу твоему быстрому другу, где он сможет утолить жажду. Отдохнув, ты продолжишь свой путь. Осталось немного. Но помни! В долине аруаков или, как вы ее называете Долиной Теней, на меня не рассчитывай. Это будет большое испытание не только для тебя, но и для чужака и для других людей. Но я думаю, что то, чего я хочу, непременно сбудется. Если пойдешь другим путем, обращайся, всегда помогу.

Юная княжна, бросив под голову попону с седла, внимательно осмотрелась и, убедившись, что вокруг все в порядке, наконец сомкнула уставшие веки и мгновенно погрузилась в сон.

***

Илис ощупью медленно продвигался вперед. Монотонный звук то приглушался, то вдруг вновь колотил по голове юноши.

– Может крикнуть? А вдруг? Нет, пока я не знаю, где я нахожусь. Как же мне тебя не хватает, друг мой Самал.

Внезапно он не ощутил опоры и, чуть не упав вперед, резко остановился. Илис опустился на колени и протянул руку вперед. Земля была под ногами, просто резкий уклон чуть испугал его.

– До чего же темно, хоть бы просвет какой.

Медленно, уже почти на коленях, он продвигался вперед. И вдруг впереди забрезжил свет. Или может показалось? Монотонный стук прекратился. Если бы это случилось в полной темноте, Илис бы не знал, куда идти. Но он интуитивно, выбрал правильный путь, так как совершенно явно различил далеко впереди слабый свет и, повеселев, более уверенно двинулся ему навстречу.

Находясь в чужой стране, в неизвестной местности и при таинственных обстоятельствах попавший сюда, юноша ощущал тревогу. Нет, страха, как такового, не было, но неизвестность настораживала его. Он уже более уверенно продвигался в пустоте. Ни стен, ни свода не было видно. Свет, который был впереди, казалось, исходил от самих стен, и Илис убедился в этом, когда наконец-то смог оглядеть все вокруг. Хоть было и не совсем светло, но он разглядел впереди высокое сооружение, состоящее, если не из бревен, то из чего-то искусственного. Он огляделся, прежде чем подойти к нему, и увидел невысокий узкий коридор, уходящий куда-то вдаль. Именно из него и проникал свет в огромную пещеру, где он и находился.

Остановившись и прислушавшись, он услышал негромкий гул, который шел как раз из этого рукава пещеры. Оглядевшись еще раз и поняв, что нигде не спрятаться, Илис приготовился к встрече. Ждать пришлось недолго.

Под гул и завывание из прохода выскочили два непонятных волосатых проворных человека. На то, что все-таки это были люди, указывало то, что у них были две ноги, две руки и обычная человеческая голова. Затем, вслед за ними, выскочило еще множество созданий. Они окружили его, и тогда Илис смог их разглядеть более тщательно. Если бы не шерсть, которая покрывала их, и не клыки, выступающие из огромных ртов, то они бы казались обычными людьми. Илис инстинктивно сжал кулаки и приготовился к худшему. Он так и не смог сделать себе хоть какое-нибудь оружие. Даже обычной палки у него не было. Но колья были у всех этих страшилищ. Не копья, а именно колья. И это вдруг воодушевило юношу, и он, умея еще с детства пользоваться кольями, решил отнять один у скачущих вокруг человекоподобных существ. Выбрав момент, когда один из них неосторожно приблизился, Илис резко обхватил кол и выдернул его из лап страшилища.

Он поднял его на уровень плеча и приготовился дать достойный отпор. Но, как только это произошло, сразу все стихло, и бешеная пляска прекратилась.

– Кто ты? И что ты делаешь в стране аруаков? – раздался громкий властный голос, и из толпы вышел огромного роста волосатый и безобразный человек.

Он говорил как внешние люди. Глаза его пристально смотрели на Илиса, как бы пронзая взглядом его насквозь. И казалось, что никуда не деться от этого взгляда, но юноша не отвел в сторону глаз, а, выдержав тяжелый взгляд, ответил:

– Я пришел из Внешнего мира, меня встретил Великий Желтоглазый и повелел мне идти к людям. Они должны меня встретить. Я никого не хочу убивать. Я иду с миром. Спустившись в Долину Теней, я хотел перейти ее и все. Прошу отпустить меня. Помогите мне выбраться отсюда. Я присел отдохнуть, но уснул, а потом оказался здесь. Я не знаю, как это произошло.

Илис замолчал и стал ждать ответа. Окружающие юношу страхолюдины вдруг зашумели, но вождь резко гаркнул, и вновь воцарилась тишина.

– Аруаки. Мы и есть тени. Тени предков. Это – наша вотчина. Мы называем наш дом – Долиной Аруаков. Нас никто не видел такими, как видишь ты. Мы появляемся в ней лишь тенями. Отчего и зовут наш дом – Долиной Теней. Мы здесь всем владеем, и никто не знает нашей тайны. Никто не узнает ее и от тебя, потому что ты не покинешь долину до своей кончины. А это, поверь, будет совсем скоро. Я все сказал.

Все вновь зашумели и задвигались. Илис хотел было ответить вождю, но тот уже развернулся и, махнув кому-то рукой в сторону прохода, направился к строению, которое уже Илис видел.

Из рукава прохода, неуклюже спотыкаясь, показались такие же страшные существа, только в два раза меньше первых. Они несли на своих плечах...

– О, Великий Эрлик, – вскрикнул изумленный Илис, увидев на плечах этих волосатых карликов трупы обычных людей.

Поднося к сооружению трупы, они складывали их полукругом, голова к голове, и когда круг замкнулся, мертвецы кончились, карлики отошли в сторону, но не разошлись, а остались стоять, как бы ожидая приказа.

Остальные аруаки, взяв в руки колья, стали вокруг строения и по команде начали монотонно раскачиваться из стороны в сторону. Один же стоял чуть поодаль, не подходя к своим соплеменникам, и лишь искоса поглядывал в сторону Илиса. Взгляд его упорно сверлил юношу, и Илис понял, что мешает ему подойти ко всем. У него не было кола. Или может это какое-то священное ритуальное оружие? Когда все по команде одновременно подняли эти самые колья и дружно выдохнули какое-то слово, юноша понял. Встретившись взглядом с отщепенцем, он посмотрел на кол и, показав взглядом, бросил ему. При всей видимой неуклюжести тот ловко подхватил его и, быстро подбежав к кольцу соплеменников, растворился среди них.

Все теснее и теснее сужалось кольцо аруаков, и вот они, вплотную приблизившись к мертвецам, резко остановились и замерли. Стояла полная тишина, и Илис предчувствуя, что сейчас произойдет, посмотрел на стоящих в стороне карликов. Они как-то внутренне сжались, огромными голодными глазами поглядывали на остальных и, нетрудно было догадаться, чего именно они так ждали.

Внезапно в тишине раздался голос вождя:

– О Великие наши предки, мы чтим вас и следуя вашим заветам, содержим нашу землю в чистоте и благолепии. Никто не скажет, что наша земля, ваша вотчина, не ухожена и безобразна. Мы благодарны вам и ждем к нам на пир. Этот пир, происходящий каждый раз после третьего сна, посвящен именно вам. Приступайте!

И тут юноша увидел то, на что далеко не каждый сможет спокойно смотреть. Все набросились на мертвецов, и стали пожирать их, отбирая друг у друга лакомые куски. Когда через некоторое время, насытившись, многие отошли в сторону, низкий гул наполнил пространство, и стая безобразных карликов набросилась на остатки пиршества. Илис стоял в стороне, не зная, что предпринять, и не зная, как выбраться отсюда. Ведь никто не обращал на него внимания. Он огляделся и, подумав, что до него нет никому дела, медленно двинулся в сторону прохода, допуская, что раз принесли мертвецов с долины, значит и выход там. Но, не тут-то было. Уже подходя к проходу, он увидел стоящих в нем двух огромных псов. А ведь он было подумал, что все сейчас разойдутся отдыхать, и он спокойно выйдет из пещеры.

– Даже не думай, – раздался вдруг совсем рядом голос.

Илис повернулся и увидел стоящего неподалеку парня, у которого он выхватил кол.

– Даже не думай выбраться отсюда. Ты – второй человек из внешних, кто попал сюда. Ты – из чуди, скиртов или вогулов? Какой-то ты не такой, как все. – Он посмотрел на свой священный кол и сказал без обиняков: – Ты чуть не оставил меня сегодня без пиршества. Ладно хоть отдал назад пакс.

Илис догадался, о чем он говорит, и, показав на кол, спросил: – Это и есть пакс?

–Да, им мы подбираем мертвецов, очищая долину от них. Я по неосторожности, случайно отдал его тебе.

Илис рассмеялся:

– Случайно? Ты просто не ожидал, что я смогу его выхватить. Кстати, я не из тех, кого ты назвал, я даже не видел ни разу. И почему ты говоришь а я, понимаю тебя?

Илис внимательно присмотрелся к нему.

– Ты ведь живешь здесь, это – твое поприще, и я не знаю твоего языка, но мы говорим и понимаем друг друга?

Глаза аруака вдруг забегали, рот приоткрылся, обнажив безобразные и страшные клыки, и он отпрянул в сторону.

- Ты много хочешь знать, пришелец. Молчи и доживешь до следующего сна.

Илис повернулся на голос и увидел подошедшего вождя.

– И помни, от аруаков не убежишь. Мы – здесь хозяева. И никто тебе не поможет. Если только... – он замолчал и, кому-то кивнув, отошел в сторону. К Илису подошли четверо страхолюдин и, приказав следовать с ними, взяли его в кольцо и повели к выходу, как раз туда, куда и хотел убежать юноша.

Глава десятая

В плену

Уже подойдя к выходу, Илис воочию убедился, что пройти мимо псов, охраняющих выход, было бы совершенно невозможно. Они были ростом с него самого, пучеглазые и с огромными клыками в страшных пастях. Но, когда его подвели к проходу, псы мирно отошли и уставились в сторону завершающегося пиршества. Идя по проходу в сопровождении стражников, Илис обратил внимание, что они, войдя в проход, недовольно заворчали. Присмотревшись, он заметил, что они жмурятся от света, исходящего от стен. Стены светились от аметистов и других вкраплений, россыпью украшавших проход.

– Вот бы мой народ увидел это, как много можно было бы интересного выменять у нижних.

Илис поймал себя на мысли, что скучает по своему племени. Как там они без него? И что ожидает его здесь? Идти пришлось недолго и, войдя еще в одно ответвление, они оказались в более темном помещении. Именно, в помещении, так как, когда его оставили одного почти в полной темноте, он с трудом, но рассмотрел, что вход за ним закрылся.

Когда глаза его привыкли к темноте, он смог различить в углу кучу каких-то шкур, подошел к ней и, ощупав, прилег на них. От шкур исходил неприятный запах, и Илис догадался, что это – одежда мертвецов, которых принесли на свое пиршество страхолюдины. Сами аруаки ее не носили, и лишь у вождя было подобие набедренной повязки. Ощупав себя, Илис усмехнулся, ведь он сам был голым и из всей одежды на нем также была лишь одна набедренная повязка. В помещении было не холодно, да и некого было стесняться, чтобы прятаться от их взглядов. Все-таки в племени, где мальчиком рос Илис, скромность и целомудрие преобладали.

От усталости и всего пережитого юноша захотел спать, но в животе урчало, и чувство голода давало о себе знать. С того времени, как он оказался в подземном мире, он ел и спал совсем немного. Однако через некоторое время он уже мирно посапывал, не ведая, что принесет ему будущее. А было ли оно у него?

Глава одиннадцатая

Встреча

Эва, ощутив прикосновение к себе, открыла глаза и чуть не вскрикнула от неожиданности. Какие-то неясные темные существа тащили ее куда-то по земле. Холодом и страхом веяло от них, и Эва, сразу сообразив, что это – аруаки, закричала громко и прерывисто, давая понять, что она не спит. Ибо все жители этого мира знали, если ты уснешь в Долине Теней, ты больше никогда не проснешься. Это сработало, ее отпустили, но выход в долину, увы, уже закрылся. Существа в темноте стали совсем невидимыми, и Эва явствено услышала удаляющийся топот двух аруаков. Девушка осталась одна в полной тишине и темноте. Она, как и все жители этого таинственного мира, никогда не видела живых аруаков. Теней видели многие, знали, что это – аруаки. Но на этом познания их кончались. Эва поняла, что чудом осталась жива, и, немного успокоившись, посмотрела в ту сторону, куда удалились аруаки.

– Ничего не понимаю, они что, стали осязаемыми? Это ведь тени!?

Понемногу освоившись, ощупав себя и убедившись, что с ней все в порядке, Эва привстала и ощупала пространство. Там, откуда ее затащили, а она точно это видела целое мгновение, перед тем, как вход закрылся, была стена. И как не старалась и не упиралась Эва, выхода не было. Она поднялась на ноги, вытащила большой нож, который был у каждого человека из ее племени, и, протянув руку, махнула им, убедившись, что рядом никого нет. Эва действительно была храброй девушкой, и это помогало ей в тех условиях, где она жила. И надо помнить, что она была ведьмой. А значит, она всегда надеялась на помощь своих демонов.

Вытянув вперед руку с ножом, ведьма медленно продвигалась в полной темноте. Шаги ее были совсем не слышны, и казалось, что она будто бы парит над землей. Губы ее шептали заклинания, и она очень надеялась на помощь тех, к кому обращалась.

***

Илис, проснувшись от чувства голода, открыл глаза и молча стал смотреть в темноту. Сколько же всего необычного произошло с ним за последнее время? Где же его друг, быстрый помощник Самал? Время – вот чего ему здесь не хватало. Странно, а как они здесь живут, без закатов и рассветов, без вчера и завтра

– Через несколько снов...

– Интересно, а что будет со мной, через несколько снов.

Сон! Вот чем отмеряли все жители этого подземного мира время. Но ведь Желтоглазый сказал, что меня встретят и примут как равного. Неужели это и есть те, кто должен меня встретить, размышлял юноша, копошась в груде одежды, на которой только что спал.

Под рукой что-то звякнуло. Пошарив в темноте, он нащупал необычный продолговатый предмет. Поискав глазами место, где свечение было ярче, он подошел и рассмотрел предмет. Им оказался нож, вдобавок он был вложен в кожаный чехол, украшенный драгоценными камнями. Илис вытащил нож и был приятно удивлен его остротой.

– Они даже не знают ножей? – сказал он вслух. – А ну-ка поищу еще чего.

Илис стал проворнее рыться в одежде и с облегчением вздохнул, лишь когда оказался полностью одетым и обутым, с луком и ножом. Осмотрел лук, это был тюркский лук с короткой средней частью, круто выгнутыми плечами и прямыми концами, расположенными к плечам под углом. Лук – это прекрасно. Но без стрел, это пустая игрушка. Вновь порывшись в вещах, для чего ему пришлось почти все перенести в другой угол, все-таки нашел то, чего так недоставало - целых семь стрел. И все семь с трехлопастными наконечниками. Именно такими пользовались охотники племени Илиса. Он задумался, вновь нахлынули воспоминания. Но уже через мгновение, нащупав на древке стрелы позади наконечников костяные свистунки, которые пронзительно свистели в полете, он повеселел и даже засмеялся.

– Как у нас, как у нас, – громко закричал он и даже притопнул от радости ногой.

Теперь Илис был готов дать отпор тем, кто мог бы посягнуть на него. Но никого не было. Лишь темнота и тишина. Он стал ощупывать стену в правом направлении, чтобы не потеряться в темноте, и, пройдя некоторое расстояние наступил на что-то. Нагнувшись, он убедился, что это та самая одежда, где он лежал, и понял, что выхода нет, и он вернулся туда, где был вначале. Тогда он стал тихонько простукивать стены ручкой ножа, надеясь обнаружить пустоту. Обойдя еще один круг и не найдя ничего, он прилег на кучу одежды и закрыл глаза.

– Если я в плену, почему меня не кормят? И вообще, с какой целью они меня здесь держат?

И вдруг ужасная мысль обожгла его. Вождь этих ублюдков сказал, что никто не уходил от аруаков, и ты не уйдешь. Каждые три сна у них знаменуются пиршеством, где они пожирают мертвецов. Значит и меня готовят к этому пиршеству?

У Илиса учащенно забилось сердце. Один сон прошел. Осталось два. Надо искать выход, пока не поздно. Зачем им меня кормить, если они все равно хотят меня сожрать? Если, как сказал их вождь, они сами едят раз в три сна? Он с удвоенным рвением вновь стал остукивать стены и...

Ему повезло. А может это было так задумано Желтоглазым? Илис никак не мог принять то, что сам Великий Эрлик и был Желтоглазым? Сомнения мучили его, но не теряя времени, он начал ковырять стену ножом и, надавливая на него, выскребал то, что из нее выпадало. Пустота, которую он обнаружил, могла остаться пустотой, а за ней мог быть и монолит. Но с упорством и с нежеланием быть съеденным, он долбил и ковырял, пока наконец нож чуть не провалился в пустоту. Илис лишь в последний момент успел ухватить его двумя пальцами. Слабая полумгла словно светящийся глаз какого-то неведомого существа отразилась на стене. Дав пыли немного осесть, юноша заглянул в отверстие. Узкий коридор, насколько мог видеть глаз, уходил немного в гору и исчезал за поворотом. Он был освещен теми же россыпями аметистов, что и коридор, по которому его сюда привели. Илис решил немного понаблюдать в щель за проходом. Ведь его не было видно из коридора, зато он полностью видел все.

***

Эва была немного напугана тем, что так неосторожно попалась аруакам.

– Надо же, – сокрушалась она, – я даже не думала, что уже пришла в Долину Теней. Если бы я знала, не развалилась бы спать на травке. А вы, духи, что не могли подсказать мне? Теперь давайте выводите меня отсюда. Мне надо чужака встретить, – рассуждала ведьма, двигаясь вперед, каким-то своим чутьем прокладывая правильный путь.

Она знала, что встретит чужака. Мальчонке немного лет. В отличие от своих соплеменников, Эва знала, что такое время. О, Время! Это то – что летит. Это то – что меняет. Жители мира Эрлика существовали, не зная времени. От сна – до сна. Так проходила вся их жизнь. А разве можно было назвать жизнью то, как они жили. Втайне от всех «Та, что ведает», много зная о внешнем мире, мечтала о том, чтобы попасть в него. И хоть ее положение в обществе, включая другие племена, было завидным для многих, девушка без сожаления бы бросила этот мир. Да, она знала, что на поверхности, во внешнем мире, время идет по другому, намного быстрее, но устои племени со всеми последствиями были сильнее. Она знала, что ее найдут, вернут или ...

Внезапно она уловила запах. Это был незнакомый запах. Эва обратилась к своим духам, спрашивая о нем, но духи молчали.

– О Великий Эрлик. Почему молчат твои духи, почему они не помогают в трудный час. Я чувствую запах, это запах внешнего человека. Я знаю, в Долине ты не помогаешь никому. Ты не хочешь слышать меня, но я найду его.

Продолжая двигаться в полной темноте, она ускорила шаг, неведомым образом находя правильный путь. Впереди забрезжил свет, и Эва увидела, что проход, по которому она шла, сузился и стал разделяться на несколько рукавов. Она остановилась в раздумье, обдумывая, куда ей теперь идти, и вновь каким-то чутьем она выбрала нужный рукав и пошла по нему более уверенно, чем шла до этого.

Рукав, то поднимаясь, то опускаясь, тянулся тонкой нитью по подземелью. Иногда, встречаясь с другими рукавами, иногда разделяясь или сужаясь, он тянулся неизвестно куда, и Эва не раз думала о том, кто вырыл эти ходы? Внезапно она поняла, что эти проемы могли быть протоками. Наверняка, что вода с ледников могла их промыть. Хорошо, что сейчас не то время, когда тают ледники.

Эва вновь подумала о времени. Она знала, что ледники тают поздней весной. Сейчас осень. Люди племени, кроме шамана и вождя, даже и не знали о временах года. И хотя здесь, под землей, проявление времен года было не так явственно, однако о том, что сейчас уже осень, ей говорило предчувствие и все ведомые знаки.

Внезапно Эва услышала шум, напоминающий человеческий голос. Она остановилась, огляделась, но, не найдя где спрятаться, просто прижалась к стене и замерла. Голоса приближались, и девушка, вспомнив заклинание, стала невидимой. А может она хотела думать, что стала невидимой?

Из соседнего коридора показались два страшных волосатых чудовища. Они щурились от света, хотя он был очень слабым, но они недовольно ворчали. Вот они повернули в сторону девушки, и она сжала нож сильней. Подойдя совсем близко, один вдруг остановился и присел почти рядом с Эвой.

– Опять ногу порвал чем-то, – пробурчал он. – кости везде. Надо будет убрать их до пиршества. Один сон остался. Как здесь ярко, невозможно смотреть, ничего не вижу.

Он встал и потер ступню.

– Потом уберем. Я слышал, что вождь сказал про чужака. На башне повесим. Повеселимся. Интересно, кто допрыгнет до его головы? – сказал второй.

Не замечая девушку, как будто ее и не было совсем, они прошли дальше, чуть не задев ее.

Эва с облегчением перевела дыхание, сердце бешенно колотилось. Нет, страха, как такового, не было совсем. Но ее ужасала мысль, что чужак, за которым она пошла в это путешествие, находится здесь, в плену. И как она должна найти его? И кто эти говорящие чудовища? Неужели это и есть аруаки?

Чутье ей подсказало, что она идет в верном направлении, и немного более осторожно, от встречи с незнакомцами, она продолжила путь.

Илис, припав глазом к отверстию, видел, как мимо прошли два аруака, но спокойно наблюдал за ними, не страшась, что они увидят его. Прошло некоторое время, и он, решив продолжить ковырять, уже совсем было отпрянул от глазка, как вдруг ему показалось, будто что-то промелькнуло. Он вновь прильнул к отверстию и увидел в коридоре девушку.

Она шла тихо и осторожно, оглядываясь по сторонам, и когда подошла к тому месту, где находился Илис, он окликнул ее.

Девушка остановилась, ноздри ее расширились, впитывая запах говорившего, она огляделась по сторонам и, подумав, что ей показалось, хотела уже продолжить свой путь, как юноша вновь окликнул ее.

– Постой, не уходи, остановись и выслушай меня. Я здесь, за стеной.

Он просунул нож в дыру и девушка, увидев нож, подошла поближе к дыре.

– Кто ты, разговор ведущий? – спросила Эва, хотя уже почти догадывалась, с кем разговаривает.

–Я – Илис. Я уснул в Долине Теней, а теперь оказался здесь. Я в плену, и меня хотят съесть эти проклятые чудища. Прошу, если можешь, помоги мне выбраться отсюда. У меня есть нож, я проковырял отверстие, его надо расширить, чтобы мне пролезть.

– Я обязательно попробую помочь тебе, но только что здесь прошли двое ужасных и волосатых. Будь осторожен.

– Мне нечего бояться, они меня за стеной не увидят, а вот ты будь по-осторожней. Тебя хорошо видно.

Эва улыбнулась.

– Не переживай за меня. Похоже они при свете плохо видят, прошли совсем рядом со мной, и не взглянули даже.

Разговаривая и подбадривая друг друга, они потихоньку расширили отверстие в стене так, что Илис смог просунуть в него голову.

– Голова прошла, теперь попробуй сам весь. – Эва приняла его лук, и, когда Илис, вытянув вперед руки, просунул и плечи, она, обхватив его за руки, изо всех сил потянула парня на себя. И когда у нее это получилось, Илис наконец освободился полностью и встал перед ней. Немного отряхнувшись и поправив свою одежку, он поклонился ей в знак признательности за помощь и сказал:

– Ну, вот. Будем знакомы. Назови себя, моя спасительница. Как я уже сказал, меня зовут – Илис.

– Меня зови – Эва. – Девушка вдруг неожиданно замолчала и пристально взглянула на юношу.

–Ты необычный какой-то. Кто ты и откуда, Илис-а-лур?

–Почему ты так зовешь меня? Зови меня просто Илис. – Он вопросительно посмотрел на нее.

– У нас так принято Илис-а-лур. Значит ты не из наших, если не знаешь наших устоев. Нам пора уходить, поговорим по дороге.

– Ты знаешь, куда идти? – спросил он.

– Нет, но разберемся. Пошли, только тише.

Эва была крайне довольна. Чутье ведьмы подсказывало ей, что это и есть тот чужак, из-за которого она здесь оказалась. Она благодарила духов, что они привели ее сюда. Оставалось только выбраться отсюда. Одно ей было непонятно. Она шла за мальчиком. А тот, кого она встретила был юношей, высоким, стройным и мужественным. Она невольно залюбовалась им, восхищаясь тем, как он играет при ходьбе мышцами. Это – хорошее продолжение рода для чуди, подумала она. Приведу его, раз мальчика нет. В том, что он пойдет с ней, Эва даже не сомневалась. Она умела обольщать. Ведь она была ведьмой.

Глава двеннадцатая

Побег

Они двинулись в путь, прислушиваясь и оглядываясь, чтобы вовремя увидеть тех, от кого они хотели убежать. Коридор, по которому пришла Эва, не подходил для побега. Почему? При всем желании она не смогла бы ответить на этот вопрос. Эва интуитивно вошла в другой, более светлый и уходящий вверх. Илис непрерывно следовал за ней, полностью превратившись в слух. Внезапно где-то в стороне раздался шум бегущих ног. Беглецы замерли и прислушались. Шум приближался, и парочка рванула вперед по коридору, уходя от погони. А то, что это была погоня, сомневаться не приходилось.

Эва обернулась к Илису и, схватив его за руки, прильнула к стене.

– Здесь довольно светло, они почти не видят при свете. Замри, прижмись к стене и молчи.

– Но у меня есть оружие, – воспротивился юноша и, быстро скинув с плеча лук, вставил стрелу в ложе и натянул тетиву.

– Только в крайнем случае. Они могут нас не увидеть. Все! Тихо. Вон они.

Из-за поворота показались первые страхолюдины. У всех в руках были паски, но бежали они совсем не за беглецами. Мимо прильнувших к стене Илиса и Эвы, тяжело переваливаясь, промчался огромный медведь. Он улепетывал от страшных чудовищ, называющих себя аруаками. Человек десять гнались за ним, увлеченно крича и гогоча. Они даже не задержались, пробегая мимо беглецов.

Когда все стихло, они наконец вздохнули полной грудью.

– Наверняка медведь побежал к выходу. – сказал Илис. – Последуем за ним?

Эва покачала головой.

– Я думаю, что нет. А вот откуда он проник в подземелье, это и есть выход.

Илис подумал о том, что девушка оказалась права, предположив, что аруаки почти не видят при свете.

– А ты, Эва, прости, как правильно – Эва-а-лур? Ты сама откуда здесь появилась?

Эва улыбнулась и тихо произнесла:

– Говори тише, здесь хорошая слышимость. Да, видно ты, действительно, не из нашего мира, если не знаешь обычных вещей. При обращении к мужчине к его имени добавляется приставка «-а-лур», а при обращении к женщине – «-а-лар».

– Прости, Эва-а-лар, я не знал. Я действительно из Внешнего мира. И Илис рассказал ей, как он попал в этот подземный мир, как встретил Желтоглазого, и как по его повелению он пошел через долину в ожидании встречи.

Эва заскрежетала зубами от того, что услышала. Но, так как она шла чуть впереди, то Илис не заметил ничего.

– Интересно, вошел ли Желтоглазый в его сознание?

Девушка не могла связаться со своими духами и вынуждена была бездействовать в сложившейся обстановке. Однако главное она узнала. Она нашла того, кого искала.

– Я и есть та, кого послали встретить тебя. Просто тебя угораздило уснуть в Долине Теней. Те кто уснет в ней, рискует навсегда исчезнуть. Теперь нам предстоит найти выход и выбраться из долины. Что ж тут неясного? Кстати, а ты узнал, кто эти волосатые чудища, неужели это и есть аруаки?

– Да, когда меня взяли в плен, вождь их говорил мне, что никто не видел их людьми, только тенями. И, что никто еще не уходил от них.

– Не уходил? Значит, мы будем первыми.

– Нам надо отсюда выбраться непременно.

Илис вдруг резко остановился и приложил палец к губам.

– Тихо. Пахнет свежим воздухом, у меня хороший нюх. Но есть и еще, что-то. Не пойму. Вот они повернули вправо и увидели вдали свет. Это был свет от солнца, а значит они вышли. Тихо, крадучись они пошли к выходу, и вдруг путь им перегородил огромный пес. Он страшно оскалил свою пасть и стал медленно двигаться прямо на них. Глаза его были странно выпучены, будто он их не видел. Но пес приближался, и надо было что-то делать. Девушка немного отошла в сторону и встала чуть позади Илиса.

Тихо сняв лук, юноша вложил стрелу и натянул тетиву. Тщательно прицелившись в область груди, он выжидательно следил за псом. Внезапно мелькнула тень, и девушка от увиденного тихо вскрикнула. В проходе, загораживая свет, стоял еще один пес. Он был намного крупнее первого и явно видел их. Если первый был ростом с человека, то тот, что стоял у выхода, был еще выше. Илис, боясь промахнуться, выжидал удобного случая. Эва же, напротив, вдруг вышла из-за его спины и тихо, глядя прямо в глаза псам и что-то нашептывая, направилась к ним. Погладив первого и потрепав его за ухом, направилась ко второму. Через некоторое время две милых гигантских собачки резвились на траве под солнцем, играя и заискивая перед своей новой хозяйкой.

– Как тебе это удалось? – спросил изумленный юноша. Они как дети с тобой. Безобидные и игривые?

– Обычно. Не знаю как, – отвела глаза Эва. – Пошли, надо уходить. И она быстро направилась в сторону большой скалы, возвышающейся над Долиной Теней. Пока они шли, псы сопровождали их до самой скалы. Но вот они остановились, потерлись о девушку, чуть не свалив ее, и, развернувшись, с виноватыми мордами повернули назад.

– Кажется все обошлось. Я ожидала больших препятствий. Но, будем надеяться, что все хорошо.

Эва выжидательно посмотрела на Илиса.

– Ты ничего не хочешь сказать, Илис-а-лур?

– Я очень благодарен тебе, ты спасла меня от смерти. Ведь если бы не ты, я может и не сумел бы выбраться от проклятых аруаков.

– Я шла за мальчиком, а ты уже юноша. Как могло такое случиться? Объясни.

– Я все расскажу тебе и другим, к кому ты меня приведешь. Но давай кого-нибудь поймаем. Я ужасно голоден и очень устал. Думаю и тебе надо отдохнуть. Мне тоже хотелось бы знать, как ты оказалась в подземелье Долины Теней.

– Мы находимся еще в Долине. Вот у этого камня я задремала, – показала Эва на большой камень, стоящий на живописной лужайке.

– Надо поскорей покинуть это место, чую я, за нами наблюдают.

И как бы в подтверждение ее слов, внезапно повеяло холодом и две тени пронеслись рядом со стоящими на лужайке. Эва отпрянула в сторону, а Илис, отмахнувшись луком, схватил ее за руку и побежал к скале, прочь из этой страшной и кровожадной Долины.

Отбежав на достаточное расстояние, Илис подстрелил какую-то большую птицу. И, наконец насытившись, после долгих и напряженных мытарств, они почти мгновенно уснули, распластавшись в куче листвы и травы.

Глава тринадцатая

Ты ведьма?

Эва проснулась первой и повернулась к крепко спавшему чужаку. Окинув его взглядом с ног до головы, оценив его как мужчину, она обратила внимание на одежду.

– Одежда наших подземных жителей, лук и нож – тоже наших. А сам он – внешний.

Она стала произносить заклинания, чтобы духи, которым она служила, сказали ей все про этого юношу. Но духи молчали.

– Не зря же меня зовут «Той, что ведает».

Эва попыталась проникнуть в голову к Илису и прочитать его мысли, но как она ни старалась, не смогла этого сделать.

– Ты что, зачарованный или заговоренный? Я про всех все знаю, и про тебя хочу узнать.

Она потихоньку начинала злиться от того, что не смогла преуспеть в задуманном. Достав из сумки, которая была у нее на поясе, большой аметист, ведьма положила его на камень и начала снова читать заклинания, все громче и громче призывая духов.

Илис проснулся от шума, доносившегося из-за большого камня, у которого они улеглись спать, но, повернув голову, не обнаружил Эву. Он встал, вытащил нож и заглянул за камень. То, что он увидел, нисколько его не удивило и не насторожило. Пляски шамана в стойбище, где они раньше жили, он видел довольно часто. Но шаман – женщина? Это было для него немного необычно. Он стоял и смотрел, как Эва, опустившись на колени, сорвав с себя верхнюю накидку и оставшись лишь в одной юбке, кружила своими распущенными длинными волосами, бормоча какие-то заклинания. То поднимая голос до высокого звука, то почти басом призывая кого-то.

Илис не стал ей мешать, оглядел местность, и, залюбовавшись высокими горами, снова прилег, уставившись в небо. Высоко наверху должен был быть свод. Он знал это, но не видел его. Зато горы, в направлении которых предстоял их путь, были, казалось, совсем рядом. Их вершины упирались в небо, и Илис снова вспомнил свою родину. Он любил горы. И он скучал по ним. Где-то высоко-высоко летали птицы, и, если бы он не знал где находится, то, наверное, подумал, что видит небо Внешнего мира...

Внезапно он увидел, как с высоты стрелой кинулась птица. Она направлялась прямо к тому месту, где находился юноша. Илис быстро вскочил, схватил лук и изготовился к стрельбе. Он лишь ждал, когда она спустится пониже. Вот белое пятно стало больше, и Илис опустил лук, узнав своего друга Самала.

Самал, подлетев ближе, не сразу сел на плечо Илису. Он несколько раз облетел ведьму, которая в исступлении чуть ли не рвала на себе волосы, и только потом сел на вытянутую руку своего друга.

– Друг ты мой, Самал, как же я рад тебя видеть. Как мне тебя не хватало. Я ведь чуть не сгинул, пока тебя не было. Ты знаешь, где я был? – Илис поднес руку, на которой сидел сокол к своим губам, и поцеловал его в голову. В ответ, тот потерся головой о щеку друга и посмотрел в его глаза.

– Скажи мне, где ты был? Где пропадал? А меня уже встретили, как и велел Великий Желтоглазый. Почему ты молчишь? Скажи мне, друг мой.

Но Самал лишь виновато смотрел ему в глаза и молчал. Внезапно резко взмахнув крыльями, он взлетел и завис над Илисом. Из-за камня вышла усталая, взлохмаченная Эва, пропустившая взлет Самала. Увидев, что Илис уже проснулся и стоит перед ней, улыбнулась ему и мило произнесла:

– Ну, что, Илис-а-лур, ты готов продолжить путь?

– Жду с нетерпением, Эва-а-лар. Сколько нам предстоит идти?

– Мы только проснулись, я уже попросила у духов спокойного пути, а значит после следующего сна мы уже будем дома.

– У духов?.. Разве женщины в царстве Великого Эрлика могут шаманить? – спросил удивленно Илис, делая вид, что не видел Эву до этого.

– У меня это получается, – уклончиво ответила она и, показав в сторону гор, кивнула и пошла, забыв надеть верхнюю накидку.

Илис, подняв голову, увидел Самала и, пригласив его следовать с ними, отправился вслед за девушкой. Затем вернулся, поднял забытую накидку Эвы и начал ее догонять.

Выйдя из Долины Теней, они продолжили свой путь, медленно поднимаясь в гору. Подъем был не слишком крутым, и Илис подумал о том, почему ему не попался такой спуск, когда он впервые увидел долину.

– Там, где я спускался в Долину, была очень крутая и опасная тропа. Это в какой стороне, ты сможешь показать? – спросил он угрюмо молчащую Эву.

Девушка шла немного впереди, и Илис не видел выражения ее лица, но, когда она повернулась, на лице ее снова играла улыбка, и она смущенно показала рукой куда-то назад.

– Где-то там, я сама первый раз в Долине.

Идя вслед за ней, он любовался девушкой, ее фигурой и красивыми длинными волосами. Он ведь был уже почти мужчиной, а мужчинам не запрещено любоваться красивыми девушками. Вдруг он услышал клекот своего друга и поднял голову. Самал, то падал вниз в пике, то резко взмывал вверх и явно о чем-то предупреждал. Он тихо окликнул Эву, и, когда она оглянулась, встретившись глазами с юношей, он показал ей, чтобы она остановилась и припала к земле. Она поняла и, спрятавшись за большим валуном, распласталась среди камней. Он тихо подполз к ней, услышав ее удивленный шепот:

– Что случилось?

– Я пока не знаю, но впереди опасность.

Она промолчала и лишь подумала, что парень умеет чуять опасность. Надо быть с ним поосторожней. Притаившись, они смотрели вперед и вдруг из маленького узкого входа в пещеру, в которую они уже собирались войти, чтобы немного передохнуть, показалось лицо воина. Он осмотрел местность и, повернувшись назад, что-то крикнул. На его зов вышло еще человек пять, затем, постояв немного, все они снова вернулись в пещеру.

Илис сплюнул и, осмотрев нож и лук, покачал головой.

– Один я с ними не справлюсь, нам придется обходить пещеру. Что ты думаешь, Эва-а-лар? Ты всю жизнь провела здесь и знаешь обычаи свой страны?

– Никуда не надо исчезать, это – люди моего племени. Охотники.

– Так, что ты молчишь, пошли к ним.

И он поднялся во весь рост, чтобы помочь и Эве. Но девушка сама грациозно поднялась и посмотрела на Илиса.

– Обещай мне, что бы ты не услышал и не увидел при встрече с ними и с другими моими соплеменниками, ничему не удивляться и все принимать как должное.

И на удивленный взгляд Илиса, она молча поднесла свою руку к его рту и, закрыв его вопрос, который он уже хотел ей задать, тихо произнесла:

– Так надо. Потом все поймешь.

Когда они входили в пещеру, Илису пришлось наклониться, чтобы не удариться. Там он увидел сидящих и лежащих охотников. Увидев их, они быстро вскочили с мест и, схватившись за оружие, уже было приготовились дать отпор, но, узнав Эву, с почтением поклонились ей и только потом обратили свой взор на чужака.

– Эва-а-лар, мы пошли к тебе навстречу, чтобы помочь в Долине Теней. Мы знаем твое могущество, но вождь велел нам помочь, если чужак взбрыкнет.

И они посмотрели снизу на груду мышц, стоящую перед ними. Все они своим ростом едва доходили Илису до груди. Юноша, немного удивившись сказанному, посмотрел на Эву, затем обвел взглядом оторопевших охотников и улыбнулся им.

– Что значит «взбрыкнется», я иду к вам добровольно. Так повелел мне сам Великий Эрлик. Или я что-то не понимаю?

Он посмотрел на Эву.

– Скажи, Эва-а-лар, разве не так?

Эва поспешила всех успокоить, тихо, но властно произнесла:

– Это – тот самый чужак, которого нам послал Великий Эрлик. Накормите нас, мы голодны.

Илис молча отметил, что Эву или боятся, или... А вот, что или?

Внезапно, один из охотников с восторженным криком припал к коленям Эвы и громко стал благодарить ее.

– О, Эва-а-лар, о великая колдунья всех времен и народов, я благодарю тебя за сына, он выздоровел благодаря твоим снадобьям. Моя женщина и я принесем тебе дар за это, когда вернемся в урочище.

Эва испуганно оттолкнула его и расхохотавшись быстро взглянула на Илиса:

– Он, что-то перепутал, я просто помогла им, дав травы от горячки.

Но Илис успел увидеть на лицах стоящих рядом охотников недоумение. Он взглянул на замешкавшуюся Эву и прямо спросил ее:

– Так ты ведьма?

Глава четырнадцатая

Урочище

Эва, подойдя к Илису, мягко взяла его за руку и отвела в сторону.

– Я же просила тебя, ничему не удивляться. Да, я немного помогаю травами и заговорами. Но ты меня не должен бояться. Не я ли помогла сбежать тебе, когда аруаки уже приготовили тебя на обед? Сейчас мы немного перекусим и будем возвращаться домой. Тебе у нас будет хорошо. Доверься мне.

И, оглянувшись на своих соплеменников добавила:

– А с этими будь наглее, иначе они заставят тебя жалеть их.

Затем сплюнула, повернулась к стоящим в недоумении охотникам и приказала:

– Ну что, давайте поедим, есть у вас что-нибудь? Мы с Илис-луром крайне голодны.

Охотники заметались по пещере, вытащили из глубины тушу небольшого оленя и уже через некоторое время он был освежеван и нарезан. Недалеко от входа на дне пещеры, у самого огня, в скальном грунте было выдолблено углубление. Один их охотников налил в него из бурдюка воды и бросил несколько нарезок мяса. Затем, достав из костра раскаленный камень, бросил и его в эту же ямку. Вода зашипела и обдала паром сидящего рядом Илиса. Он увернулся и, поморщившись, отсел подальше. Бросивший камень охотник заискивающе извинился. Через некоторое время он выудил камень и вновь положил его в костер. На замену первому камню он достал из костра еще один раскаленный камень, и снова бросил его в ямку с мясом. И так это повторялось до тех пор, пока вода в лунке не закипела. Чувствительный нос Илиса ощутил запах вареного мяса, память сразу напомнила родное стойбище и костры у каждой юрты с готовящимся ужином. Давно он уже не ел горячей пищи. Да и вообще, это был первый раз после того, как он здесь оказался.

Насытившись, Эва встала и велела собираться в путь. Ее повелительный тон уже не казался Илису чем-то удивительным. Ведь она была ведьмой. А значит – ее боялись. В племени теленгитов, где жил мальчиком Илис, руководили всем мужчины. Шаман – мужчина, вождь – мужчина. Женщины в дела мужчин не лезли. И Илис с интересом наблюдал, как мужчины-охотники заискивали перед Эвой. Он ее не страшился. Он интуитивно осознавал, что не подвластен ее чарам. Но скрывал это не только от нее самой, но и от посторонних. Он даже где-то восхищался ей. Ведь она была женщиной. И хорошенькой женщиной.

За всю дорогу к урочищу, где жили Эва и ее соплеменники, происшествий не случилось. И, еще не устав от дороги, Илис услышал предостерегающий оклик и разговор охранявших стойбище воинов.

– Это – мы. Возвращаемся с «Той-что ведает» и чужаком. Пропустите нас.

– Мы ждали вас не ранее, чем через два сна.

– Так получилось, что мы встретились на полпути.

Илис отметил про себя, что стойбище неплохо охраняется. Потому как до него было еще не так близко. И вот Илис, мальчик с нелегкой судьбой сироты, заброшенного в подземный мир Великого Эрлика, Властителя нижнего мира мертвых, живой и невредимый стоит перед стойбищем тех, кто исчез с лица земли.

Встречать их вышли почти все, кто находился в пещерах. Впереди всех стояли вождь племени и шаман. Илис оценил, как быстро донесли весть о возвращении Эвы, как быстро успели подготовиться к встрече.

Эва вышла вперед, слегка поклонилась вождю и шаману и, взяв за руку Илиса, подвела его к встречавшим.

– Позвольте мне познакомить вас с пришельцем из Внешнего мира – Илисом-луром. Не удивляйтесь тому, что это не мальчик. Непостижимым для нас образом он вырос и возмужал. Можете не сомневаться, это – oн.

– Илис-а-лур, перед тобой вождь славного народа чуди – Великий Шии-лур. А это – Великий Шаман.

Илис поклонился так, как было принято у теленгитов, и сказал:

– Я очень рад, что нашел друзей в мире, о котором даже не знал. В мире, где подстерегают опасности, и где запросто можно попасть на обед к прожорливым аруакам.

Стоящие рядом люди племени взволнованно загалдели. Но хватило лишь одного взгляда вождя, как наступила полная тишина.

– Мы приглашаем тебя, Илис-а-лур, быть нашим гостем. Впрочем почему гостем? Мы приглашаем тебя быть нашим соплеменником. Живи с нами, – вождь восхищенно оглядел великолепную фигуру юноши, – и будь полноправным чудью. Наш дом – твой дом.

Глава пятнадцатая

Опасность

Смахнув со щеки надоедливую букашку, Ия открыла глаза и долго смотрела в небо. Небо! Ия конечно знала о внешнем мире много. Великий Повелитель не скрывал от скиртов и других племен, населяющих этот мир, того, что это – подземный мир. Просвещая любящих его, он открывал им и тайны Внешнего мира. Ия, как княжна скиртов, часто спрашивала у старших своих соплеменников о солнце, которое садится, о луне которая освещает, когда оно уходит на покой и о звездах. Часто, глядя в небо, она пыталась их увидеть и конечно, зная, что это невозможно, все-таки мечтала об этом. Вот и сейчас, лежа на желто-зеленом мху, она думала о том, что когда-нибудь увидит звезды внешнего мира. Ия привстала и огляделась, надеясь увидеть жеребца. Поблизости его было не видать, и Ия, вскочив на ноги, оглядела местность. Его нигде не было и она обратилась к Великому.

– О Великий мой учитель и повелитель. Благодарю тебя за то, что дал мне спокойно отдохнуть. Что повелишь делать мне дальше? И где искать мне моего коня? – Она, обратив взор к небу, ждала ответа, но его не было. – Ответь мне, господин.

Подождав еще немного, пожав плечиками и улыбнувшись, она сказала вслух:

– Прости, что надоедаю. Я поищу его сама.

И, взяв небольшую котомку с бурдюком и всем необходимым, взвалив примитивное седло на плечи, она отправилась на поиски жеребца. С ним ей было и веселее, и легче в дороге. Да и путь, который ей предстоял в поисках пришельца, обещал быть нелегким. Искать коня пришлось довольно долго и, уже порядочно устав, Ия положила седло на землю, достала бурдюк и, сделав несколько глотков, присела и вновь, мысленно обратилась к Великому.

– Господин, прошу тебя, ответь мне, прости, что вновь беспокою тебя. Я не смогла найти моего четвероногого друга. Скажи мне, где искать его, и я постараюсь больше не надоедать тебе.

– Иди к могильнику авров. Будь осторожна. Ты можешь не успеть.

Услышала в голове Ия. И сразу вспомнила, что на расстоянии сна от владений скиртов, соседствовало небольшое племя, поклоняющееся аруакам. Это было совсем небольшое племя – человек сорок. И как оно еще совсем не сгинуло, оставалось загадкой для скиртов. Желтоглазый давал жизнь всем. И каждый, живущий в мире его, был волен сам выбирать, как жить. Князь скиртов и княгиня много раз призывали авров жить с ними, учиться ремеслам, научить ковать железо и многое другое. Но авры категорически не хотели понять и принять то, к чему их призывали. И когда скирты решили отстать от них, случилось то, чего никто не ожидал. Когда князь, отец Ии, охотился с друзьями недалеко от владений авров, один из дикарей, метнув копье, испугавшись, якобы, нападения, пронзил грудь молодого князя. Дикаря задержали и хотели наказать, но умирающий князь категорически запретил это.

– Они – лишь неразумные дети Великого Эрлика. Придет время, и он их вразумит. Живите с ними в дружбе и любви.

Эти слова стали его последними словами.

Юная княжна скиртов была далеко не из боязливых. Поправив лук и хорошо запомнив место, где оставит тяжелую ношу, она сняла с плеча седло, уздечку и, немного поколебавшись, спрятала все это за небольшой кучей камней. Оглядевшись и прикинув кратчайший путь до могильника авров, она, мысленно поблагодарив Великого, отправилась в путь.

Было немного прохладно, но жители этого мира даже не замечали этого. Она шла немного не понимая, почему нужно идти к могильнику. Это было небезопасно. На протяжении всего времени, пока существовал этот мир, все племена, княжества, общины и прочие поселения приносили своих умерших к могильникам. У каждого народа был свой вход в Долину Теней. Кто и когда сделал это место для ухода умерших, никто не знал. Приносили умерших, произносили напутственные слова и спускали умершего в шахту по гладкому желобу. А там его встречали тени умерших. Дальнейший путь их никто не знал. Хотя, двое убежавших из Долины знали. Но кто бы им поверил?

Ия медленно шла и внимательно смотрела и слушала. Никак не хотелось попасть в руки этих авров. Дикие, необразованные и поклоняющиеся Теням. Ия усмехнулась.

– Они ведь всего тени, а вы им жертвы приносите. Есть Верховный Владыка, почему вы его не любите? – рассуждала она.

Внезапно Ия резко остановилась и, немного отступив назад, присела. Она внимательно рассматривала мох недалеко от куста. И увидела то, что не каждый охотник смог бы увидеть – капли крови. Они ясно указывали, в каком направлении ушли те, кто оставил их. Следы вели в горы. Сердце девушки захлестнули жалость и сострадание к этому несчастному. И хотя она не знала этого человека, ей было искренне его жаль.

– А может это мой конь? – вдруг промелькнула мысль. Но следов от копыт не было. Ведь мох, покрывающий все пространство этого мира, за исключением гористой местности, умело скрывал своей упругостью все следы.

Ия сняла с плеча лук, вытащила из колчана стрелу, но не стала вставлять ее в ложе. Она, вся превратившись в слух, присела и огляделась. Ноздри учуяли воду, и ей сразу захотелось пить. Но не только воду. Еще был запах чужого человека. Пахло потом и чем-то еще. Она легла на землю и подползла к вершине небольшого холма. Осторожно высунув голову, она увидела небольшое озеро и копошившихся на берегу людей. Присмотревшись к ним, она интуитивно определила, что это и есть – Авры.

Одеты они были в шкуры травоядных зверей. И они во многом отличались от всех, кого ей доводилось встречать. Головы их были украшены рогами буйволов и антилоп. Оружие их не было похоже на знакомое. Каменные топоры, копья с каменными же наконечниками и запах. Ох, уж этот запах, но чем они занимались? Ей недолго оставалось быть несведущей. Какой-то парень с криком вытащил копье из воды, на котором была большая рыбина. Она слышала, что люди, живущие у воды занимались рыболовством. Во владениях скиртов тоже была река и озеро, и княжна сама иногда видела, как ловили рыбу, но рыбная ловля не считалась делом. Скорее это была забава. Поэтому она не могла знать, что копья этого племени служили для двух целей – быть и оружием, и гарпуном. Она с интересом наблюдала, как парень, поймавший рыбу, снял ее с гарпуна и, бросив на землю, вновь зашел в воду. А женщины с криком, начали хватать ее и рвать друг дружку за длинные спутавшиеся волосы.

Ия была настолько поглощена этим диким зрелищем, что совсем не заметила, как позади нее оказался молодой, довольно высокий воин. Он что-то пробурчал, и девушка, услышав его, оглянулась. На плечах его была накинута шкура, на голове каким-то образом разместился череп буйвола, имитируя шлем. Он стоял и нагло рассматривал горящими глазами ее личико и фигуру. Раньше, он никогда не видел такой красивой женщины. И он, глядя на нее, возжелал ее. Женщины его племени были очень непохожи на эту красавицу. Он захотел заполучить ее. Ведь это он увидел ее, когда она подсматривала за ними.

Ия, увидев громилу, вскочила, выхватив нож. Увидев железный нож в руках девушки, тот быстро отскочил в сторону и крикнул своим сородичам:

– Нет, вы гляньте, кого я нашел. Это наверное и есть хозяйка коня. Она пришла за ним. Значит и сама стала нашей добычей.

Он хотел схватить ее, пока Ия оглянулась на ответные крики сородичей, но та, увернувшись, проскочила мимо него и помчалась в противоположную от рыбаков сторону. Парень бросился за ней, призывая ее остановиться, но страх придал ей силы, и она прибавила ходу. Страх не плена, а страх того, что, не выполнив свою миссию, она может умереть. И тогда чужак из Внешнего мира может не попасть к скиртам. А значит, Великий Господин может огорчиться, и ее народ может впасть в немилость Эрлика. Однако мужчины везде были сильнее и выносливее женщин, и очень скоро, тот стал нагонять девушку.

– О Великий, помоги, не дай погибнуть.

Ия на ходу, воздавая молитву своему господину, попыталась достать свой нож, но с ужасом обнаружила, что обронила его. Внезапно что-то больно ударило ее по голове, и молодая княжна, потеряв сознание, упала на желтый мох.

Сколько времени прошло с тех пор, как Ия упала, знал лишь Великий и Всеведущий. Она открыла глаза и ничего не увидела. Лишь почувствовала, что кто-то несет ее. Дышать было тяжело, воздуха не хватало, вдобавок руки были связаны, и она не могла сорвать с головы то, что мешало ей видеть и дышать.

– Хоть бы глоток свежего воздуха, – подумала она и, собравшись, крикнула, – Снимите с меня это вонючее дерьмо.

И сама вдруг ужаснулась сказанному. Но ей хотелось жить, а так она могла задохнуться.

Несущий девушку остановился и скинул ее на землю. При этом она больно ударилась об острые камни, на которые упала. Стянувший с головы мешок, пропахший рыбой, оказался тем самым парнем, который обнаружил ее и поймал.

– Очухалась? Дальше иди сама. Ты баба справная. Хватит, я долго тащил тебя.

Ию ужаснули речь и повадки парня, и она, глубоко вдохнув свежего воздуха, оглядела себя и, поправив одежду, произнесла тихо, но твердо:

– Ты знаешь, с кем разговариваешь? Я – княжна скиртов, ваших соседей. Отпусти меня, и ты останешься жив. Отдай мне мое оружие, верни коня и я, может даже, награжу тебя и твоих сородичей.

В ответ дикарь расхохотался и, схватив ее за волосы, прижав к себе, начал бить. Он наносил удары так хлестко и умело, что очень скоро девушка уже просила, чтобы он перестал ее бить.

– Ты у меня будешь покорной и послушной женой. Княжна? Ой не могу. Скирты – далеко, и никогда не узнают о тебе. А уж княжны не ходят одни в чужих владениях.

Он еще долго хохотал и издевался над девушкой, тащил ее за волосы, пока они не пришли в маленькую деревушку среди низких холмов.

Несколько грязных, неухоженных, худых, как скелеты ребятишек, выползли из шалашей и с испугом наблюдали, как парень связал Ию и втолкнул в свою нору, приказав не выходить из нее, пока он не разрешит.

Когда он ушел, Ия попыталась встать, но ноги ее были стянуты ремнями. Тогда, поднеся с трудом связанные руки ко рту, она стала грызть веревку, и через некоторое время ей это удалось. С трудом развязав руки и ноги, Ия огляделась в полумраке хижины. Ничего из того, что могло бы ей пригодиться при самообороне, она не нашла. Девушка осторожно подползла к выходу и выглянула, отодвинув завесу.

В небольшой деревне находилось несколько хижин, подобных той, в которой находилась пленница. Недалеко от нее играли в пыли несколько истощенных маленьких существ с тонкими длинными ручками и огромными животами. Сказывалось скудное питание. Наверняка, голод здесь пытались утолить поедая все, что можно, траву, коренья и, если повезет, – рыбу.

Чуть вдали она увидела двух женщин, которые шли к деревне со стороны озера, о чем-то споря и размахивая руками. Ия, оглядев окрестности, увидела горы, к которым она направлялась. Там, у Долины Теней, и был могильник авров. Она так и не добралась до него. Мысли ее были перепутаны, ничего вразумительного она не смогла придумать, и девушка чуть было не запаниковала.

– Надо бежать, пока не пришел этот...

Она даже не смогла подобрать слова, чтобы обрисовать это жестокое чудовище.

– Где мой нож, лук и колчан со стрелами?

Голова и все тело болело от побоев, и на миг ей подумалось, а сможет ли она убежать из деревни? Наверняка те, кто ее увидят, тут же поднимут шум.

- Кто ты?

Вдруг услышала из–за спины девушка. Ия резко обернулась и увидела девочку, вылезшую из кучи разного хлама, разбросанного в хижине. И как она не увидела ее сразу?

– Кто ты, и что делаешь здесь?

– Меня взяли насильно, когда я проходила мимо. Я – княжна скиртов, но мне не поверили, и вот я здесь.

– А ты кто? – спросила Ия, немного привыкая к полумраку хижины.

– Я – Сагра, мы с братом живем здесь. Он ушел на охоту, и я давно не видела его. Я ужасно хочу есть.

От этих слов в животе Ии заурчало, и она сглотнула слюну.

– Почему твой брат такой жестокий, он очень сильно избил меня? – тихо спросила она девочку.

В ответ она удивленно посмотрела на Ию и улыбнулась.

– Мой брат – добрый. Он любит меня. Он уже больше двух снов, как ушел, и я боюсь, что он может не вернуться, – вздохнула она.

– Мы с ним хотим убежать к скиртам. Много снов назад наш отец убил вашего князя, но его не стали убивать за это. Мы поняли, что вы – добрые люди. А наше племя – нехорошее. Вечно голодное и злое.

– А кто же меня сюда принес и связал? Ты не знаешь? Ведь это ваш дом? – недоуменно спросила Ия.

– Это – Харб. Такой высокий, с черепом буйвола, да? Он – самый злой. Он хочет быть вождем. Его все боятся.

– Но ты сама сказала, что это – ваш дом. Почему он закинул меня сюда? А не в свой дом?

– Он хочет, чтобы у него было три жены. Пока в его хижине есть только одна. А дом маленький, всем не поместиться. Вот он и бросил тебя сюда. Придет и заберет тебя потом. У нас, если кто не может защитить свой дом, то его у него отберут. Харб знает, что брат уже два сна не приходит, и может забрать наш дом себе.

– А ты правда княжна скиртов? Ты такая красивая.

Ия улыбнулась, представив себя. Спутавшиеся волосы, перепачканные в крови, порванная одежда. Да, увидели бы ее дома...

Ия вдруг вспомнила, что ее миссия еще не окончена. За разговорами она совсем отвлеклась. А ведь скоро может появиться Харб. Тяжелое предчувствие неминуемой опасности угнетало ее. Надо бежать и как можно быстрее. Ия решила рискнуть и обратиться к своей собеседнице.

– Сагра, я – правда княжна скиртов. И мы с удовольствием примем тебя и брата в нашем городе. Это я тебе обещаю. Ты веришь мне? – она с надеждой посмотрела на девочку.

– Конечно верю, мой брат видел скиртов, и по его описанию ты похожа на них.

– Но мне надо бежать отсюда. У меня перед моим народом и Великим Господином долг. Как-нибудь ты узнаешь, что это. Ты сможешь помочь мне бежать?

– Но как? Ты скажи, что мне надо сделать?

– Харб сказал, что мой конь тоже у вас. Ты не знаешь где он?

– Нет, я даже не видела его. А ты уверена, что конь тоже здесь?

– Так сказал Харб.

Сагра вылезла из кучи тряпья и подползла к выходу.

– Сиди пока здесь и не выглядывай. Все закричат, если увидят тебя одну. Я пойду посмотрю.

И девчонка, выползши из норы, называемой домом, ушла в поисках коня и слухов.

***

Ия, оставшись одна, решила обратиться к Великому и, подняв свои изодранные в крови руки к лицу, спросила:

– О, мой Великий Господин, как мне быть? Я впервые оказалась в такой ситуации. Почему ты оставил меня? Ведь ты всегда помогал мне. Я жила под твоим кровом. Ты заботился обо мне и моем народе. Зачем ты оставил меня в трудный час? Прошу тебя, помоги мне. Скажи, что мне делать? Как быть?

Но Великий Эрлик молчал. И тогда, Ия мысленно обратилась к своей матушке:

– Милая моя матушка. Я обращаюсь и к тебе. Неужели ты не чувствуешь, что твоя дочь попала в беду? Милая матушка, прошу услышь меня.

По щеке ее скатилась слеза.

***

Тина-лар, вздрогнув, открыла глаза. Что-то тревожное сжало сердце. Предчувствие беды? Возможно. Сердце горячо любящей матери подсказывало, что с дочерью могло что-то случиться. Ведь в мире, где правит любовь, есть свои каналы, по которым волны сознания могут оказывать влияние на кровно близкого человека, родственника, даже находящегося вдали от него. Оно и понятно. Волны сознания, заряженного любовью, начинают распространяться в окружающем пространстве и оказывать влияние на отдаленные клетки крови близкого тебе человека. Следовательно, настроение дочери влияет на клетки крови матери, где бы она не находилась. Ей хорошо – и матери уютно, и наоборот. И сейчас, почуяв, что с дочерью возможно случилась беда, она быстро встала с ложа, накинула прозрачную накидку и обратила свой ум и взор к небу.

– О, Желтоглазый наш повелитель, Всеведущий и Всезнающий наш господин. Я встревожена, мое материнское сердце подсказывает мне, что с дочерью могла случиться беда. Скажи, что с ней? Где она? Я верю, что ты не дашь ей погибнуть. Ведь ты сам сказал, чтобы она шла одна. Скажи, ответь мне, прошу тебя.

Некоторое время она умоляюще смотрела в небо. Разные мысли кружили в голове. И наконец она дождалась ответа.

– Я – Всеведущий, и знаю про вас все. Ты знаешь, что говоришь. Я всегда с вами, но почему вы не всегда со мной. Когда вам плохо, вы просите помощи, и я помогаю вам. А когда вам хорошо, вы забываете даже благодарить меня. Но я – терпеливый, и в этот раз вновь помогу вам.

– Прости нас, Великий Эрлик. Такая наша человеческая натура. Скажи мне, господин, что с моей дочерью? Сердце мое изнывает от неведения, чует беду. Ты никогда не оставлял нас, помоги.

– Да, она в плену у авров. Я даю жизнь всем, и послал ей помощь в виде девочки из этого племени. Пошли людей к владениям авров, пусть встретят девочку. Ия же, пойдет искать Илиса.

– Прости, я не поняла? Какого Илиса? Какую девочку?

– Встретьте девочку и дайте ей знания скиртов. Может и брат ее придет. Илис – это и есть тот чужак из Внешнего мира. И помни, я не всегда могу помочь тому, кто не просит о помощи.

– Я поняла тебя, Великий, прости нас, что так редко вспоминаем тебя.

Внезапно появился желтый туман, и все видимое пропало. Из тумана образовались большие с добрым взглядом глаза. Уста княгини склеились, как это обычно происходило, и в голове ее прозвучал мягкий голос.

– Я помогу тебе и твоему народу. Вы почти одни живете по моим наказам. Но я желаю, чтобы и другие обратились ко мне. Я – есть отражение ваших сердец, ваших мыслей и настроений. Я – есть зло, для тех кто видит меня злым и страшным. Я – есть любовь, для тех кто любит и ценит прекрасное. И я хочу изменить тех, кто еще не дошел до этого. У меня свой замысел на вас. Храните то, что вам дано. И да будет мир в ваших сердцах.

Глаза исчезли, туман растворился, и Тина-лар, княгиня скиртов, присев в изнеможении, еще некоторое время находилась под впечатлением от услышанного. Никогда еще, за все время существования этого мира, Великий не говорил с людьми о главном.

Тина вышла из спальни и позвала дворецкого. Затем попросила его, оповестить всех и собраться в тронном зале. Переодевшись и дождавшись, когда все соберутся, она вышла к своим подданным.

– Люди племени скиртов. Всем вам добра и благоденствия. Я собрала вас, чтобы сказать неприятную весть для всех нас. Наша юная наследница попала в беду.

Люди взволнованно повскакивали с мест и засыпали вопросами княгиню. Но она подняла руку, и мгновенно наступила тишина. Княгиня, осмотрев всех присутствующих, произнесла, едва сдерживая слезы:

– Великий наш господин и помощник Эрлик, только что являлся мне.

И она рассказала им почти все, что услышала от него, скрыв до поры до времени лишь то, что посчитала нужным.

Глава шестнадцатая

Это конец?

После того, как Сагра покинула свою новоявленную подругу и ушла на поиски коня и слухов, Ия, тихо сидя у выхода, наблюдала в щель за происходящим в деревне. Страдающая и измученная от жестокого отношения Харба, голодная и жаждущая, она, однако, не переставала верить, что покинет эту деревню и убежит.

Сагра, проходя по деревушке, навострила свои ушки и ловила каждое услышанное слово. Вот она увидела женщину, которая несла несколько небольших рыбин. Вот услышала крики и рев соседки, опять у них бойня, муж часто бил ее просто так. Как она ненавидела их всех. И в тоже время ей было жалко их. Она часто спрашивала своего брата, почему люди их племени такие жестокие и тупые? Почему, когда их звали влиться в семью скиртов, они категорически отказались? Почему они поклоняются каким-то теням, когда есть тот, кому поклоняются скирты? И еще множество почему?

После того, как они проводили умершую мать в могильник и остались сиротами, они часто говорили об отсталости их племени, сравнивая себя со скиртами. А когда погиб и отец от лап медведя, стало совсем невыносимо.

– С тех пор, как мать родила тебя, у них с отцом были разговоры только о том, чтобы убежать к скиртам. Но они боялись мести людей племени, – говорил Турал, так звали брата Сагры.

– Но дальше разговоров это не шло. Я скажу тебе Сагра, что сказал мне перед смертью отец:

– Уходите к скиртам, я совершил большую ошибку, убив их князя. Несмотря на это, они не дадут вам пропасть, а авры уйдут к теням. Не медлите.

Сагра была уже большой девочкой, и память у нее была отменная. И сейчас, продвигаясь по деревне, она прислушивалась и приглядывалась, все запоминала и прокручивала в мыслях.

Девочка уже подходила к краю деревни. Ее путь лежал по направлению к могильнику, когда она вдруг услышала ржание и топот копыт. Затем до нее донеслись крики и шум толпы. Забравшись на невысокий скалистый выступ, она выглянула из-за него и увидела стреноженного коня в окружении авров.

– Что они хотят сделать с ним? Неужели убить и принести в жертву аруакам? А как же княжна? А как же я и брат? – Мысли девчушки путались, и она в растерянности не знала, что предпринять. С испуганным криком она выскочила из-за скалы и побежала к своим.

– Стойте, стойте! Куда вы хотите отвести коня?

На какое-то время шум затих, люди замолчали и уставились на девчонку.

– Я хочу есть, а в коне столько мяса. Вы что, хотите его в могильник спустить, как моих мать и отца?

Она подбежала к ним и с заплаканными глазами стала разглядывать их.

– Чья эта девчонка осмеливается перечить вождю? – спросил какой-то воин.

– Кто ты? – обратился к ней другой, державший за гриву коня.

– Я – Сагра, сестра Турала. Дочь Вита, убившего князя скиртов много снов назад. Я, ваши жены и дети хотим есть. Не отдавайте коня теням. Это сколько же мяса пропадет?

Люди зашумели, а некоторые стали поддерживать Сагру, соглашаясь с ее доводами. Наконец вождь, согласившись с голодными людьми его племени, принял решение не приносить коня в жертву аруакам, а оставить его в деревне, до подходящего случая.

Сагра, довольная тем, что конь княжны будет жить, поторопилась в свою хижину.

***

Скирты – на удивление дружный, сильный и благородный народ в царстве подземного владыки Эрлика. Еще не успев проголодаться после сна, княгиня Тина-лар уже стояла перед собравшимися в дорогу воинами и давала им напутственное слово.

– Друзья мои, верноподданные Великого Желтоглазого, нашего Повелителя. Я обращаюсь к вам от имени его и прошу встретить у границы авров нашу княжну, всеми любимую Ию-лар и девочку, из этого племени. Великий просил принять ее с братом, если он окажется рядом, в наш общий дом. А княжну проводить, куда она скажет. Ия-лар не будет возвращаться, пока не приведет чужака. В добрый путь.

Княгиня поклонилась в пояс своим воинам, своему народу, не уронив при этом своего достоинства, а еще больше приобретя уважение среди своих соплеменников. Ибо там, где правит любовь, там мир и уважение ко всем находятся в приоритете. Хотя, может они и не знали, что в повседневной жизни важность приоритета используется для градации ценностей, событий по степени важности. Просто так было всегда.

***

Сагра, незаметно растворившись в толпе, незаметно вынырнула из нее и, исчезнув за скалой, пустилась бегом к своей лачуге. Подбегая к деревне, она немного сбавила ход и, стараясь не привлекать внимания, пошла своим обычным шагом. Подойдя к своему жилищу, она увидела выглядывающую в щель девушку и, подойдя ближе, быстро нырнула в нее.

– Нашла твоего коня, он – здесь. Его хотели отвести к могильнику и принести в жертву теням.

Сагра, задохнувшись от быстрого бега, немного перевела дыхание, а затем все рассказала княжне.

– Так что думай дальше сама. Эх, брата нет рядом, он бы придумал.

Девочка грустно взглянула на Ию, и слезы покатились у нее из глаз.

– Я думаю, что Турал, если бы был жив, уже пришел бы. Так долго он не отсутствовал еще никогда. И Харб может в любой момент прийти и выгнать меня на улицу.

– Сагра, а ты не видела ни у кого моего лука и ножа, он металлический, в узорах?

– Чего нет, того нет. Я сразу же убежала, чтобы сообщить тебе все, что видела и слышала.

– Нет, нет. Спасибо тебе за все. Ты очень помогла мне. Теперь надо придумать, как нам убежать отсюда. У вас в племени есть еще у кого-нибудь лошади?

Княжна порылась в сумочке у себя на поясе и достала небольшой сверток. Развернув его, достала небольшой кусочек вяленого мяса и, откусив половину, вторую отдала Сагре. Та, кивнув головой в знак благодарности, с жадностью принялась обсасывать крошечный кусочек.

– У нас по повелению вождя еще много снов назад забили последнего оленя и отдали в жертву теням. Они просили аруаков, чтобы те послали им в ответ много пищи. Отдавать мясо, чтобы просить мясо. Глупость, ведь правда? – девочка засмеялась.

– А ты я смотрю повеселела, – улыбнулась в ответ Ия. – Так ты не поклоняешься теням, я правильно поняла? И кого ты сделала для себя кумиром?

– А я скажу тебе, княжна. Мы с братом часто говорили о Том, кого любят и кому поклоняются скирты. Я не знаю, как вы его зовете. Знаю только, что он не злой и помогает вам. Мне мать об этом говорила, когда была еще жива. Расскажи мне о нем.

– Прости, Сагра, я обязательно расскажу тебе о нем, да ты и сама его еще увидишь. Просто сейчас надо думать, как быстрей убежать отсюда.

– Сама увижу его? А разве он живой? – девочка недоверчиво посмотрела на княжну.

– Что ты хочешь этим сказать? – удивленно подняла брови Ия. – А как еще можно любить и поклоняться тому, кто не живой? Конечно, и ты сможешь говорить с ним, видеть и любить его.

Сагра, поджав губы, замолчала, затем взглянула на Ию, встала и порывисто обняла ее. Ия, расчувствовавшись, тоже обняла ее, и они некоторое время еще просидели так обнявшись.

– У меня никогда не было такой подруги, как ты. Да, надо бежать. Давай обдумаем, что нам делать? – тихо сказала Сагра.

На улице послышался шум и говор людей. Внезапно шкура у входа в лачугу откинулась, и в проёме показалось лицо Харба. Побег был сорван.

Увидев двух девушек в хижине, он не удивился, а, лишь схватив за волосы Сагру, вытащил ее из жилища и начал избивать, приговаривая:

– Зачем развязала пленницу? Кто позволил тебе это сделать. Я разве разрешил?

Ия, выскочив следом, набросилась на Харба, пытаясь защитить девочку от побоев, но тот, развернувшись, каменным топором ударил княжну по голове, даже не подумав, что может запросто убить ее, и продолжил избивать Сагру. В глазах Ии все померкло, розовый туман заполонил взор юной княжны и, теряя сознание, у нее мелькнула лишь одна мысль – неужели это конец?

Глава семнадцатая

Обман

Илис оглядел большой зал со множеством черных проемов, осмотрел свод пещеры и только потом оценил стоящих рядом людей.

– Скудновато у вас тут, – подумал он, но виду не подал и, улыбнувшись, обратился к вождю.

– Скажи, о Шии-а-лур, и ты, Великий шаман, как вы тут живете? Как вы узнали, что я ищу вас?

Шаман мельком оглядел свой народ, кивнул головой и стоящие рядом с ними люди молча растворились в полумраке. Вождь пригласил Илиса присесть, затем все оставшиеся расселись на высеченных из камня тумбах.

– Великий Эрлик сказал нам об этом. Он велел встретить тебя, дать тебе кров и принять в наше племя. И мы с радостью примем тебя. Девушки у нас есть, – он посмотрел на Эву, – Найдешь себе подругу без труда. Пещеры свободные у нас есть, подыщите подходящую, обустроите для себя и живите сколько душе угодно. – Вождь опустил голову, спрятав глаза.

– Скажи нам, Илис-а-лур, как ты оказался здесь, как попал к нам? Что случилось с твоим племенем там, наверху? – вмешался шаман.

Илис подробно все рассказал, как пошел за козленком, как услышал шум землетрясения, как стал проваливаться в неизвестность. Вплоть до того момента, как его нашла Эва. Одно только он не рассказал – про Самала. Что-то подсказывало ему, что не надо им обо всем говорить.

– Так ты говоришь, что аруаки – тени наших предков, совсем не те, как мы их представляем?

– Я говорю правду, если вы мне не верите, Эва-лар подтвердит мои слова, – и он взглянул на Эву, та в ответ лишь кивнула головой.

Все замолчали.

– Вы ведь голодны? – спохватился вождь.

– Эй, принесите нам поесть, да побольше, – крикнул он неизвестно кому. Но тут же им принесли мясо, лепешки и вино. Проголодавшиеся Илис и Эва с жадностью набросились на еду. Через некоторое время Илису отвели место в небольшой, вырытой в песчанике пещере, где он, растянувшись на мягкой, но немного прелой траве, сладко уснул после всех выпавших на его долю приключений.

– Совсем необязательно людям знать об аруаках. Как верили в Тени, так и пусть верят. Что скажешь Эва-а-лар? Возьмешь его в мужья? Нам нужны здоровые дети, мы практически вымираем.

В небольшом, вырытом в песчанике помещении, где лишь с одной стороны была сплошная скала, находились и вели тихий разговор трое. Это была верхушка племени чудь – шаман, вождь и ведьма.

– Почему я должна взять его в мужья? Он – мужчина, он должен предложить мне быть его женой. Но я не хочу замуж. Меня и так все устраивает. Хотя, конечно, он намного лучше и великолепнее наших красавцев, – ухмыльнулась Эва.

– Он не должен знать, что Эрлик послал его к скиртам. Он вообще не должен ничего знать, – шаман посмотрел на Эву, – Ты ведьма, очаруй его.

– А ты – шаман, ты тоже разговариваешь с духами, или они тебя не слышат? – ехидно улыбнулась ведьма.

– Перестаньте, оба. У нас в племени чуди всего около ста человек осталось. Если включить и другие общины, то всего – около тысячи. Мы – вымираем. А вы здесь лаетесь, – вождь прекратил разногласия, стукнув кулаком по тумбе.

– Я не могу подобраться к его мыслям. Я не могу узнать, о чем он думает. Он для меня – закрыт. Пока. Надо найти лазейку. Или они наверху другие? – Эва посмотрела на шамана, – постарайся спросить у духов, может тебе они помогут.

– Я отправлю ко владениям скиртов людей. Пусть все разнюхают, может узнают что-нибудь. Если Желтоглазый оповестил их о чужаке, они будут его искать, – сказал вождь, закрыв этим тему разговора.

– Иди Эва-а-лар, отдыхай. Там тебя Сурр-лур уже заждался.

Ведьма вздохнула и тихо побрела по сумеречному коридору к себе в пещеру.

***

Илис открыл глаза и уставился в потолок пещеры. Предчувствие чего-то нехорошего не отпускало его с тех пор, как он узнал, что Эва ведьма. И не только это. Где-то в глубине его сердца пробивалась наружу истина. Она внушала ему, что здесь совсем не то, что он ищет. Не бедное унылое существование в темных, холодных и сырых пещерах страшило его. Нет! Он верил и ждал чего-то более светлого. Когда с ним говорил Желтоглазый, на сердце было тепло и радостно. Сейчас этого чувства и в помине не было.

Как он мог оказаться здесь?

Почему Самал перестал говорить ему и помогать?

Разные мысли кружились в его голове. Он встал, взяв с собой из оружия лишь нож, и решил осмотреть урочище, где ему предложили жить.

Выходя из пещеры, он чуть не ударился головой о низкий свод. А потом он оказался в уже знакомом ему большом гроте. Илис решил потихоньку осмотреться и пошел вдоль стены, мимо проемов в другие жилища племени. Он заглядывал в них и видел, как в некоторых пещерах у огня сидели маленькие, чумазые ребятишки, худые и изможденные женщины и старики. Он заглянул в совсем маленькую пещерку, для чего ему даже пришлось встать на колени, и услышал тихое всхлипывание, доносившееся из темноты. То, что он дальше увидел, наполнило горечью и состраданием его сердце. У почти потухшего костра лежало тело молодой и очень худой женщины. Очевидно она была мертва, уже давно. А рядом с ней, прижавшись к ее груди, сидела дрожащая заплаканная девчушка. Своей большой, по меркам чуди, фигурой он почти полностью перекрыл вход в помещение и девчушка со страхом уставилась на него, даже перестав хлюпать носом.

– Не бойся. Я не причиню тебе зла, – Илис улыбнулся, – ты чего плачешь?

– Я не боюсь, – ответила она. – Я хочу есть, а мамка никак не проснется. Мне кажется, она ушла из этого мира. У нас закончился хворост, и мне холодно. Дай мне что-нибудь поесть.

– Сколько тебе лет и как тебя зовут, крошка? – спросил Илис и сам улыбнулся от того, что спросил. – Ну откуда же ей знать, сколько ей лет, в этом безвременье?

– Янака, – ответила она. – Мне уже пять лет.

– Ты знаешь сколько тебе лет? – изумился Илис. – Ты знаешь, что такое время?

– А что такое время? – девчушка взяла из почти потухшего костра головешку и показала ее Илису.

– Пока она теплится, она – жива. Как потухнет – жизнь окончена.

– Но ты же говоришь, что тебе пять лет. А что такое год, ты знаешь?

– Матушка говорила, но я забыла. Это она сказала, что мне пять лет, еще много снов назад.

Илис, поискав в поясной сумке еду, извлек из нее остаток какой-то лепешки и дал Янаке. Та с жадностью набросилась на нее и почти мгновенно проглотила.

– А ты, кто такой огромный? Ты – аруак, и ты пришел за мамкой?

– Нет, меня зовут – Илис-лур. Можешь звать меня просто – Илис. Я пришел из Внешнего мира, и меня пригласили жить в вашем племени.

– Уходи. – Отрезала девочка.

– Что-то я не понял, ты меня уже гонишь?

– Уходи, если хочешь жить. Тебя сюда заманили, чтобы ты стал нашим.

– Ну почему же заманили? Меня послал к вам сам Великий Эрлик.

– Кто? Бог мертвых? А почему ты тогда еще разговариваешь со мной? Ты должен быть уже мертвым, у аруаков, – испуганно отшатнулась от него Янака.

Илис, улыбнулся и вкратце рассказал о том, что с ним произошло, и как он здесь очутился. Девчушка его внимательно выслушала и, подсев к нему поближе, обняла своими маленькими ручками. Затем, прильнув к его уху, тихо шепнула:

– Уходи. Ты – добрый человек. Иди к скиртам. Там – твой дом. И бойся ведьмы.

Отстранившись от него, она посмотрела на мать, и слезы опять покатились из ее печальных глаз.

– Пойду к Шаману, надо проводить маму в Долину Теней.

Илис, вспомнив, что делают с мертвыми в подземелье долины, хотел было сказать, но промолчал, лишь спросив Янаку:

– А что отец твой, где он?

– Его давно уже нет. Не знаю, исчез и все, – пожала плечиками девчушка.

– А как же ты одна будешь жить, есть у тебя братья или сестры?

– Никого нет, мамку проводим, пойду из урочища куда-нибудь. Может до скиртов дойду.

– Одна пойдешь? Где эти скирты? Далеко наверное? Да и опасно, диких зверей

много.

Илис с чувством уважения посмотрел на Янаку.

– Ты голодна, пойдем ко мне, мне кажется, что там кое-что еще есть. Я немного захватил после встречи.

Он на коленях вылез из узкого прохода и, подняв голову, увидел стоящих рядом воинов. Те, недолго думая, набросили сеть на Илиса и, связав его, повели к пещере шамана. Илис оглянулся на пещеру, где он только что был, и увидел расширенные от страха глаза девчушки.

– Зачем вы меня связали? – спросил изумленный Илис у воинов.

– В целях безопасности, не переживай, – ответил ему один из них. – Ты слишком огромен, чтобы ходить одному по урочищу. Да и у шамана разговор к тебе есть.

Когда они подошли к пещере шамана, то тот уже ждал их у входа.

– Проведите его, – приказал он. Они вошли в жилище, украшенное человеческими черепами и разными побрякушками. Развязав Илиса, воины почтительно поклонились ему и шаману и вмиг исчезли.

– Это законы гостеприимства чуди? – спросил Илис, когда они остались одни. – Связывать и вести меня, как врага. Вы же сами сказали, чтобы я жил у вас наравне с другими. И что я желанный и полноправный… – Илис закашлялся, не зная как назвать себя, – чудь?

Шаман, показав на чурбан, покрытый какой-то шкурой, пригласил его присесть и, усевшись в мягкое подобие кресла, сказал:

– Да Илис-а-лур, прости, но люди пока боятся тебя, ты почти на две головы выше всех. Ты отдохнул, и, когда я увидел тебя, то приказал пригласить ко мне поговорить, но никто из моих помощников не захотел пойти один и сказать тебе об этом. Тогда я их послал всех вместе. Ты должен понять их. Совсем не часто здесь появляются люди из Внешнего мира.

– Я просто захотел поговорить с тобой.

Шаман хлопнул в ладоши и сказал появившемуся из ниоткуда мальчику:

– Принеси нам чая, настоянного на солнечной траве.

– Я хочу угостить тебя, Илис-а-лур. Будем друзьями. Это хорошо, что ты теперь здесь, с нами. У тебя есть хороший лук и нож, нам нужны воины. Кстати, откуда у тебя этот нож? Ты может расскажешь? Он украшен узорами людей не Внешнего мира. Ты отобрал его в честном бою уже здесь, под землей?

Илис, немного подумав, ответил ему. Но не все он решил открыть шаману. Чувство недоверия и предчувствие чего-то нехорошего все не отпускало его. Они проговорили долго, и юноша, выпив не одну чашку душистого чая, как в полудреме говорил и говорил шаману и о внешнем мире, и об аруаках, и о чем-то еще. Внезапно Илис, вспомнив о девочке, быстро заставил сбросить с себя явное помутнение сознания и спросил у шамана:

– Скажи, Великий Шаман, в пещере, откуда меня привели, живет девочка, она осталась совсем одна, мать ее умерла. Что будет с ней?

Шаман, видя, что голова у гостя протрезвела и глаза его смотрят осознанно и прямо, удивился, но виду не подал, и ответил:

– Когда вождь соберет племя, я спрошу, кто сможет приютить ее. И если кто-то возьмет ее, то там она и будет жить.

– А если все откажутся? Я вижу, что не сладко им здесь живется? Ведь с охотой здесь проблемы? Как я понял, надо далеко уходить искать зверя? Что тогда будет с Янакой? – Илис посмотрел на шамана.

– Отдадим Великому и Страшному Эрлику, – шаман метнул взгляд в сторону Илиса, – Принесем ее в жертву. Это будет счастьем для нее. Я знаю, что у нее умерла мать. Но люди у нас мрут. Надо обновлять кровь.

– Погоди, – перебил его Илис, – ты говоришь страшные вещи. Вы приносите в жертву Эрлику маленьких детей? Но ведь это… – Илис вновь не нашел слов, чтобы описать свой ужас.

– Ты перебил меня, ну, да ладно. Ты – новичок в нашем мире. У нас свой уклад, свои устои. Не тебе судить. Да, мы вымираем. И ты послан к нам, чтобы обновить кровь наших предков. Возьмешь себе жену, а хочешь и не одну, они нарожают детей. И племя чуди вновь воскреснет. Мы станем сильными и выйдем во Внешний мир. Он – наша родина. Мы призваны править им. Мы бросим вызов Желтоглазому и вырвемся из его плена.

Илис смотрел на шамана, на его горевшие глаза, на вздымавшуюся от волнения грудь и все больше понимал, как его коварно обманули. Не мог Желтоглазый, с его добрым взглядом и мягким голосом так обмануть его, послав к чуди. Он резко встал, немного покачнувшись от выпитого, поклонился шаману и сказал ему:

– Янаку я возьму к себе, она будет жить у меня. Никому ее не отдавай. Пойду я, что сказать ей? Когда провожать ее мать будем?

– Я скажу, – шаман привстал и проводил гостя.

Выйдя из пещеры в большой зал, Илис увидел у входа группу воинов, которые расступились перед ним и пропустили его в молчании. Он сразу направился в пещеру Янаки и, подойдя к ней увидел дрожащую чумазую от размазанных слез девчушку. Он молча подошел к ней, взял ее на руки, и она, доверчиво обняв и прижавшись к нему, прошептала:

– Я молилась за тебя. Не бросай меня больше. Забери меня отсюда.

***

Уже через некоторое время, вдоволь насытившись и согревшись у костра, Янака крепко спала в пещере Илиса, а он, глядя на ее улыбающееся во сне личико, обдумывал сказанное девочкой о побеге к скиртам.

Глава восемнадцатая

Веди наджы

Турал, сын Вита, убившего князя скиртов, стоял на скалистом утесе и смотрел на раскинувшуюся внизу лощину. Рядом лежала убитая им молодая лань. Несколько диких гусей были привязаны к ней и радовали взор юноши.

– Теперь у нас с Сагрой будет много еды, – думал Турал, глядя сверху на свою деревню. Он был рад возвращению. Большая охота была, ему далеко пришлось уйти от дома, а теперь он возвращался. – Как там моя сестренка? Изголодалась наверное?

Последнее время стало трудно охотиться. Дичь и зверье оставили местность, где обитало крохотное племя авров.

– Пойду, пожалуй, совсем немного осталось.

Внезапно внизу, за деревней, он увидел какое-то движение. Приглядевшись, Турал увидел небольшую кучку людей, ведущих коня. Процессия направлялась к могильнику авров.

– Опять жертвоприношение. Лучше бы поделили мясо среди своих же одноплеменников. Мужчин в племени итак осталось чуть больше, чем пальцев на руках.

Турал взвалил себе на плечи добычу и уже собрался начать спуск, когда заметил выбежавшую из-за холма девушку, которая подбежала к людям и начала размахивать руками и что-то им говорить. Люди начали что-то обсуждать, пока вождь племени не отправил всех назад. Затем девушка отделилась от толпы и скрытно побежала в деревню. Что-то знакомое уловил в ней Турал и, когда девочка подбежала к их дому, он узнал в ней Сагру. Нехорошее предчувствие сжало сердце юноши и он ускорил шаг домой.

Проходя мимо выступа осыпавшейся скалы, который еще мгновение назад был совершенно пустым, Турал вдруг увидел на нем белого сокола. Рука инстинктивно потянулась к луку, но так и замерла в этом положении. Сокол спокойно сидел, смотрел прямо в глаза юноши и даже не пытался улетать. Турал удивленно и медленно подошел ближе, протянул к нему руку. Сокол, взмахнув крыльями, грациозно спланировал вниз и уселся юноше на плечо. От неожиданности юноша замер и, не зная, как поступить дальше, больше не двигался и почти не дышал, боясь спугнуть неожиданного гостя.

– Твоя сестра и княжна скиртов в большой опасности! Поторопись. Я полечу к ним, а ты скорее догоняй, – вдруг услышал он голос в голове. – Не медли, это я тебе говорю. Поспеши.

Турал огляделся вокруг, пытаясь понять, кто же с ним разговаривает, как вдруг сокол аккуратно ущипнул его за ухо.

– Больно? Это – я, сокол. Беги уже!

Турал вздрогнул, повернул голову в сторону зудящего уха и только тогда, встретившись с соколом взглядами, он наконец-то понял, кто его собеседник. Сокол взлетел, еще раз оглянулся на юношу и, уже не оборачиваясь, взмыл ввысь и улетел по направлению к деревне.

– Говорящая птица?

Но, увидев внизу жителей деревни, возвращающихся к своим домам, Турал наконец бросил свою добычу и пустился бегом по склону вниз домой, предчувствуя опасность.

***

– Уходи из этого дома, дрянная девчонка, теперь я забираю его себе. Твой брат погиб. Он был плохим охотником, и его заклевали гуси. – кричал Харб, оттаскивая за волосы Сагру от землянки, и продолжал пинать ее ногами.

– А это тебе за девку, которую ты развязала. За княжну скиртов, как она себя назвала, – его глаза налились кровью, и он дико захохотал от ощущения полной вседозволенности.

Внезапно что-то больно ударило его в лоб. Харб выпустил волосы Сагры и настороженно огляделся по сторонам. Вокруг него уже столпились жители деревни и молча наблюдали за происходящим.

– Что такое? Кто посмел бросить в меня камень? Убью! Он подхватил валявшееся рядом копье, высоко поднял над головой и с яростью двинулся на людей. Все в страхе лишь молча расступались перед ним и отступали назад.

– Я – вождь!. Вы должны преклоняться передо мной! Как я скажу, так и будет. Хочу – убью, хочу…

Харб не успел договорить – неизвестно кем выпущенная стрела с глухим шлепком вонзилась ему в горло, и он, захрипев от хлынувшей из глотки крови, с вытаращенными от неожиданности и удивления глазами, кулем повалился наземь. Выгнувшись дугой, дернувшись еще раз-другой, а затем, с последним тяжким вздохом, несостоявшийся тиран вытянулся во весь рост и затих, превратив себя в новую жертву Теням.

Жители деревни, столпившиеся вокруг, начали удивленно оглядываться по сторонам, и не сразу увидели подходившего с луком в руке Турала. Он молча прошел в круг, а собравшиеся опять молча расступились, с опаской пятясь назад и освобождая место вокруг лежащих на земле девушек.

– Можете отправить этого выродка к своим Теням.

Турал показал на Харба.

– Вы все, стоящие сейчас передо мной мужчины, молча смотрели и трусливо наблюдали, как он избивает мою сестру. Вы – трусы, вы сами – выродки. Только и можете, что лаяться да бить своих жен. Вы – тупые и даже не хотите становиться лучше. Идите к своим аруакам. А мы с Сагрой уходим к скиртам. Княжну, если она еще жива, отправим, куда она скажет. Я все сказал. – Турал наклонился над сестрой и вытер кровь с ее лица. Затем потрепав княжну по щеке и, убедившись, что она жива, встал и хмуро огляделся.

Жители деревни взволнованно обступили Турала. Женщины склонились над лежащими княжной и Сагрой, стали приводить их в порядок, вытирая кровь и тихо причитая. Пять или шесть мужчин по-рабски склонившись перед Туралом, пытались оправдываться, заискивали и всячески прославляли «подвиг» Турала, предлагая ему стать новым вождем племени.

– Я не собираюсь быть вашим вождем. Мы с Сагрой и княжной уходим к скиртам. Оставайтесь со своими аруаками. Отнесите Харба в могильник и отправляйтесь вслед за ним.

Сокол подлетел к лежащей на земле княжне, распугав склонившихся над ней женщин, и уселся ей на грудь. Ия уже понемногу начала приходить в себя, но еще с трудом воспринимала окружающую действительность, а потому с большим удивлением уставилась на птицу. Сокол пристально посмотрел в глаза Ие, и вдруг она услышала голос. Этот голос не был голосом Великого Эрлика, это был совсем другой – незнакомый ей голос, но такой же приятный и добрый.

– Я знаю, кто – ты. Я знаю, кого ты ищешь. Я – друг того чужака, который сейчас находится у чуди. Его зовут – Илис. Его обманули, сказав, что Эрлик приказал именно им встретить его. Он, видимо, поверил им. Тебе надо идти. Я покажу тебе путь. А пока отдохни. Скоро придут твои люди. Отправь с ними Турала и Сагру. Есть другой путь, в обход Долины Теней. Я – скоро.

Сокол взлетел, плавно взмыв вверх, и исчез на глазах изумленной княжны и жителей деревни.

Турал, прощаясь с соколом, сказал:

– Спасибо тебе, говорящая птица, ты помог мне спасти обоих.

Когда девушка услышала голос, они с Туралом, не сразу поняли, что с ними говорит именно птица. Окружавшие их жители деревни вообще ничего не слышали, ведь голос звучал лишь в головах двух человек - Ии и Турала. Княжна с трудом поднялась с помощью Турала, поблагодарила его и, немного отведя в сторону, попросила, чтобы он приказал людям разойтись. Когда они остались совсем одни, Сагра, сияя от счастья, бросилась к брату на шею. Она была так счастлива, что брат наконец вернулся с охоты живой и невредимый, что чуть не задушила его в объятиях, потом обняла княжну и все щебетала и щебетала, как воробушек, рассказывая брату, что им пришлось пережить, пока он отсутствовал.

– Я очень признательна тебе, Турал-а-лур, что ты не дал этому зверю прикончить нас. Если бы не ты, возможно, нас бы уже не было в живых. Я – княжна скиртов. Меня зовут – Ия-лар.

– Ия-а-лар, я слышал как обращаются друг к другу скирты. Прости, что перебил тебя, княжна, но если бы не сокол, который умеет говорить. Я, правда, слышал у себя в голове его голос! Это он поторопил меня, когда вы оказались в беде, когда я возвращался с охоты.

– Я знаю про птицу, она тоже говорила со мной. Нам надо многое рассказать друг другу.

– О, княжна, прости, что опять перебиваю тебя, – он посмотрел и на Сагру, – но у меня совсем недалеко остались брошенными охотничьи трофеи, в общем, я сейчас сбегаю за ланью и гусями, а когда вернусь, мы славно пообедаем. Ждите меня. Сагра, приготовь все для снятия шкуры.

И Турал опрометью выскочил из дома. Ведь за то время, что он отсутствовал, их будущий обед мог съесть кто-нибудь другой.

Девочка племени авров еще с младых лет должна была уметь делать все по хозяйству, и Сагра – умела. Достав два каменных ножа, для себя и для брата, она схватила мешок из шкур и убежала на озеро за водой, на последок сказав княжне:

– Подожди меня, я очень скоро вернусь.

– Как хорошо, если бы у меня был мой нож.

Ия выглянула наружу и увидела, что Харба никто никуда не отнес, и что он продолжает лежать на том самом месте, где его пронзила стрела Турала.

С трудом выбравшись из землянки, называемой домом, она осторожно подошла к телу. Наклонившись, Ия обыскала его, и сердце ее радостно екнуло – потерявшийся нож был найден. Вытащив свое оружие, она внимательно осмотрела его, как вдруг обнаружила на нем следы запекшейся крови.

– О, Великий покровитель, неужели он убил моего скакуна? – мелькнула страшная мысль, – Надо быстрее найти моего помощника, если он еще жив, а то авры могут принести его в жертву после убийства Харба.

– А вот и водица, – услышала она радостный голос Сагры, – Сейчас брат вернется, и мы наконец утолим наш дикий голод. А что ты взяла у Харба?

– Это мой нож, – княжна показала девочке нож, – Только умоляю, будь осторожной, он – очень острый, и ты можешь пораниться.

Девочка осторожно взяла нож в руки, удивленно и очень внимательно осмотрела его, аккуратно проведя пальцем по лезвию, она тихо вскрикнула, а когда увидела кровь на пальце, то вдруг неожиданно рассмеялась.

– Мой отец говорил, что скирты – толковый народ! А мы сильно отстали от вас.

И она, опустив голову, молча, уже без улыбки, вернула нож княжне.

Ия улыбнулась, нежно прижала Сагру к груди и, поглаживая ее по голове, прошептала.

– И ты будешь такой же, как скирты. Очень скоро придут мои люди и возьмут вас с собой в наше княжество. Там вам будет хорошо.

Сагра подняла голову и взглянула на Ию.

– Правда? И там нас никто не будет бить и обижать, и мы всегда будем сытыми?

– Правда, Сагра, вы станете полноправными скиртами. Ты же хотела этого?

Княжна улыбнулась, от радости, что все складывается хорошо, они вновь обнялись и молча стояли так еще некоторое время, пока не услышали голос Турала.

– Я надеюсь, что у вас все готово, чтобы снять шкуру? Сагра, ты приготовила ножи?

Девушки повернулись на голос, затем взглянули друг другу в глаза и радостно заговорщицки рассмеялись.

Увидев Турала, несущего тушу и нескольких гусей, из своих нор повылезали голодные ребятишки и с тоской и надеждой уставились на обед, который проходил мимо них. Юноша подошел к девушкам и, обращаясь к княжне, сказал:

– Княжна Ия-а-лар, я видел всадников, и это – скирты, они, наверное, ищут тебя.

Потом обернулся назад. Вдали показалось несколько всадников.

– А вот и они. Надеюсь, они не обидят наше племя, мне все же жалко наших людей.

Всадники приблизились к деревне и увидев княжну, поскакали прямо к ней. Спешившись, они поклонились ей в пояс, и воевода начал разговор.

– О, княжна, мы рады, что нашли тебя. Что с твоим лицом и одеждой? Хотя, все разговоры – потом. Я вижу, что ты очень устала, голодна и едва держишься на ногах. Он повернулся к воинам, махнул рукой, и молодой парень, подаривший ей коня, подошел к ней и, поклонившись, вручил ей сверток.

– Здравствуй, Ия-а-лар. Возьми, здесь – чистое походное белье. Ты нуждаешься в нем.

– Тан-а-лур, ты вновь выручаешь меня. Спасибо. А вот твоего коня я, кажется, потеряла. Прости.

– Друзья, – обратилась она к соплеменникам, – Позвольте представить вам будущих скиртов. Это – доблестный охотник Турал-лур, именно ему я обязана жизнью, а это – его сестра Сагра.

***

За время приготовления еды, Турал и Сагра познакомились со всем отрядом скиртов, а за беседой очень скоро узнали многое друг о друге. Когда еда была готова, её разделили на всех присутствующих, а также жителей племени. Ия, как княжна, распорядилась созвать все племя авров на ужин, но те, похватав предложенное им, быстро исчезли в своих землянках.

Через некоторое время, а время в этом мире не имело значения, княжна собрала совет, и когда все собрались, поставила задачи своим воинам, приказав готовиться в путь.

– Турал и Сагра, вы отправитесь в наше княжество. Не переживайте. Вас примут как своих. Тем более, что вы уже познакомились, – она улыбнулась, увидев как переглядываются Сагра и Тан-лур.

– А мне надлежит идти своим путем. У меня – другая миссия, и я закончу ее. Со мной остается помощник,

Она подняла голову, услышав клекот сокола. Один из воинов хотел уже натянуть тетиву, но княжна положила ему на плечо свою руку, и он послушно опустил лук.

– А это – и есть мой помощник. Мы пойдем вместе.

– И когда это скирты стреляли в соколов? – немного с укоризной сказала она воину.

Воин опустился на колено и виновато произнес.

– Прости Ия-а-лар, я думал о твоей безопасности.

Ия улыбнулась.

– Встань, все хорошо.

– Подождите, – послышался голос, и собравшиеся уже было отправиться в путь, оглянулись на голос. Все увидели старого вождя племени авров, который вообще не имел права голоса при Харбе. Он вел коня, увидев которого, княжна, просияв от счастья, опрометью бросилась навстречу.

Старик остановился, поклонился ей в пояс и сказал:

– Теперь я вижу, что это – твой конь, бери его. Ты накормила нас, и еды теперь нам хватит. Скирты – доброе племя, а мы – совсем не такие. Аруаки ждут нас, и мы все принесем себя им в жертву. Через три сна все племя отправится к могильнику наших предков. Прощайте. Я все сказал.

Ия, ласково потрепала коня, прошептала свои извинения за то, что не углядела и подвергла опасности. Потом, взяв коня за шею, неспешно повела к своим людям. Увидев Тан-лура, она улыбнулась и сказала.

– Твой подарок нашелся. Теперь вы можете возвращаться. Передайте моей матушке поклон. И да поможет вам, Великий.

Она еще долго стояла, с грустью глядя им вслед. Потом собралась, подняла голову вверх и, увидев сокола, мысленно позвала своего нового друга.

– Как же мне назвать тебя, друг мой и помощник? Как зовут меня, ты уже знаешь. Или у тебя еще нет имени?

– Илис тоже называл меня другом, а потом – Самалом, что на языке его племени значит – «быстрый». А еще он звал меня – Наджы.

– Что значит «наджы», Самал? – спросила Ия.

– Наджы, значит – друг, тот, кто готов отдать за тебя жизнь. Это – тоже на языке племени Илиса.

– А я иду за Илис-луром. И я найду его. Так повелел Великий Эрлик. А потому, если и ты ему – Наджы, то и мне позволь быть твоим – Наджы?

– Договорились.

Княжне даже показалось, что сокол улыбнулся ей, и она ответила ему взаимностью. Она совсем не заметила мальчишек, притащивших седло и сбрую ее коня. Запыхавшиеся, они сложили все к ее ногам, а затем быстро скрылись в своих землянках.

Оседлав коня, княжна почти взлетела на него и, посмотрев на сокола, радостно воскликнула:

– Все плохое закончилось! С нами Эрлик.

– Тогда – вперед!

– Веди нас, Наджы!

Глава девятнадцатая

Говорящая торба

Глядя на милое личико спящей Янаки, Илис думал о том, сколько же ей пришлось всего пережить. Он сравнивал себя с ней. Так же, как и она, он рано лишился родителей, так же, их племена влачили жалкое полуголодное существование. Серая, унылая жизнь, была, есть и так будет.

Нет! Так не должно быть!

Он решительно встал и тут же замер, боясь разбудить заворочавшуюся во сне девчушку, затем тихо и осторожно вышел из своей пещеры. Оглядевшись по сторонам и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, он спокойно пошел осматривать окрестности урочища, будто бы знакомясь с окружающим миром. Двигаясь по длинным извилистым коридорам, он, с присущим ему вниманием, запоминал все входы и выходы, в надежде, что это ему пригодится. Причем – в самое ближайшее время. У него постепенно созревал план побега.

Проходя мимо некоторых пещер, он слышал доносившиеся оттуда разговоры поселенцев. Кто-то готовил обед, кто-то ругался, кто-то проклинал эту жизнь. Не было слышно песен или просто напевов, как это часто бывало в аиле теленгитов, и все это нагоняло на Илиса грусть и тоску. Однако, в одном месте коридоров Илис залюбовался игрой света от камней, россыпи которых были вкраплены в стены и потолок подземелья, от чего в этом месте создавалось изумительное и разноцветное свечение, совсем, как в сказке.

– О Великий Эрлик, как же ты богат! Если даже совсем небольшого количества этих камней хватило бы для того, чтобы выменять столько богатств у «нижних» людей, что после этого уже никогда и никому из его племени не пришлось бы голодать?

Вдруг его мысли о счастливом будущем для его бывшего племени прервал знакомый голос, доносившийся из одной из пещер. Остановившись, он огляделся и прислушался.

– Я же тебе говорю. Шаман с вождем хотят, чтобы он взял в жены меня или еще кого-нибудь. Что я зря, что ли, привела его сюда? Он – сильный и даже красивый, – девушка засмеялась, – Да не бойся, я буду с тобой. Ты же знаешь, что нам нужна свежая кровь. Племя вымирает. Как я хочу выйти наверх. Я хочу увидеть настоящее солнце. Говорят оно такое яркое, что можно ослепнуть.

– Я тоже хочу увидеть солнце. А давай убежим с тобой вместе? – раздался еще один голос, на этот раз уже мужской.

– Тише говори, у шамана везде уши, – тихо проговорила Эва.

То, что это был голос ведьмы, Илис уже не сомневался. Но кто был вторым собеседником?

Илис решил остаться и дослушать до конца весь разговор. Осторожно оглядевшись и увидев, что никого поблизости нет, он вновь обратился в слух.

– Мне надоело это жалкое существование. Вон скирты, живут себе и в ус не дуют. Желтоглазый их охраняет и любит. А мы?

– Я же предлагал тебе, все бросить и убежать к скиртам. Может и приняли бы нас?

– О чем ты говоришь? Кому мы там нужны? Да и чужака надо прибрать к рукам. Я до сих пор не могу войти в его голову. Не знаю, о чем он думает. У меня подозрение, что Желтоглазый уже вошел в него. Если бы Илис-лур знал, как я его... как мы его обманули. Я ведь ему сказала, что Великий Эрлик приказал нам, чтобы мы встретили его. И он поверил. А похоже, что его должны были скирты встретить. Я думаю, что скирты ушли на его поиски.

– А они могут прийти сюда за ним? – мужской голос закашлялся. – Не хотелось бы принять бой со скиртами. Я слышал, они отличные воины.

– Я не знаю. Правда, Сурр-а-лур. Я устала общаться с демонами. Я устала быть ведьмой. Я хочу быть просто женщиной.

Наступила тишина, и Илис поспешил удалиться. Он и так много узнал. Поняв, что глубоко ошибся поверив ведьме, он не спеша, направился к своей пещере. Хотя был готов бежать к ней, чтобы взять свое оружие и убежать из этого логова лжи и людских жертвоприношений.

Янака мирно спала, кому-то улыбаясь во сне. И юноша, тихо приблизившись к ней, поцеловал ее.

– Бедное дитя, как же я оставлю тебя здесь одну?

Он твердо решил уйти из этого племени.

– Уйти. Убежать. Пока они не догадались, что я все знаю.

Янака, словно почувствовав его взгляд, открыла глаза и, увидев Илиса, улыбнулась ему, вскочила и обняла крепко-крепко.

– Илис-а-лур, а можно я буду с тобой. С тобой мне так хорошо.

А потом вдруг, ни с того ни с сего, расплакалась.

– Да ты что расплакалась-то, Янака? А ну расскажи мне, как у вас зовут братьев: просто по имени?

– Да, просто по имени и все.

– Вот и ты зови меня просто Илис. А я буду тебе братом. Ты хочешь быть моей сестренкой?

– Да, да!

Янака снова крепко обняла его и стала целовать его, радостно смеясь.

– Братик мой, любимый братик.

Она радостно обнимала его, целовала и никак не могла остановиться.

– Ну все, сестренка.

Он оторвал ее от себя, поцеловал и, приложив палец к губам, тихо, почти шепотом, сказал:

– Ты говорила, что хочешь уйти к скиртам. Ты знаешь дорогу?

– Нет, – покачала она головой. – Но я бы шла и шла и наконец дошла бы, наверное.

Илис задумался. Уходить надо было быстрее. Он знал это. Но, что делать с телом матери Янаки? Ведь было бы неправильно уйти, просто оставив ее тут. Да и как увести девчушку? Ведь и ее он не сможет оставить здесь, зная, что с ней сделают, как только она останется одна.

Илис оглянулся и начал что-то искать.

– Что ты ищешь? – спросила Янака.

– Где мой лук? Ты не видела его?

– Конечно видела, ты оставил его у входа, когда мы пришли сюда. Вот он.

Она быстро вскочила и метнулась в темный угол пещеры.

– У нас так оружие не оставляют.

Достав лук, колчан со стрелами и какой-то мешок, она принесла все это Илису и положила перед ним.

– А это не мой мешок, что в нем, и чей он?

Девчушка пожала плечами.

– Наверное того, кто жил здесь до тебя.

– А кто жил здесь до меня? – спросил он осматривая оружие.

Девчушка пожала плечиками и улыбнулась:

– Откуда мне знать, у нас кто сильнее, тот и забирает себе самое лучшее.

– А что, вождь не распределяет, кому и где жить?

– Так вон сколько пустых пещер, – Янака обвела вокруг рукой, – выбирай любую. Мамка говорила, что раньше места не хватало, а сейчас его с избытком, ведь мрут все.

– А как вы с мертвыми? Куда относите?

Илис внимательно посмотрел на нее, вспомнив жуткие подземелья аруаков.

– Так – в могильник, в Долину Теней. К аруакам. А сейчас уже давно никто не ходит туда. В пещерах оставляют и все. Аруаки сами приходят. Потому что тела исчезают сами. Шаман говорит так.

– А как же матушка твоя, она же лежит в твоей пещере? – удивился Илис.

– Я думаю, что ее уже забрали. Ведь меня рядом с ней не было целый сон. Пойдем, поглядим?

Они вышли из пещеры пройдя немного, подошли к дому Янаки и заглянули в нее. Все было так же, как и тогда, когда они оставили ее. Вот только тела матери Янаки уже нигде не было.

– Они уже были и забрали ее в Долину Теней.

Янака зашептала какие-то молитвы или заклинания и, убежав в темный угол своей небольшой пещерки, вернулась с куклой.

– Это мне мамка сделала. Я еще совсем маленькой была. Ну что, пошли к тебе? Мне здесь больше не хочется быть.

И они пошли к пещере Илиса. Навстречу им попался охотник, несущий убитого зайца, но, увидев гиганта, отвернул в сторону и исчез в проеме.

– А как у вас ходят за пропитанием? Охотятся вместе или по одному? – спросил Илис у Янаки. – Или все питаются вместе, а вождь решает, кому и сколько надо?

Пожав плечами, девчушка сказала ему:

– Ты пойдешь, что найдешь, то и съешь. А если некому тебя накормить, то ты – умрешь. Отец был жив, приносил, мы ели. Отца не стало – еды не стало. Вот мамка и умерла от голода.

Посмотрев на Янаку, Илис вдруг улыбнулся.

– И чему ты смеешься? – спросила его сестренка.

– Я потом тебе скажу, – улыбнулся в ответ Илис.

Зайдя в пещеру, он в первую очередь подошел к мешку, который вынесла ему из угла Янака. Вытряхнув из него ненужную мелочь, он тщательно осмотрел его со всех сторон, проверил на прочность, несколько раз рванув его из стороны в сторону, довольный и загадочный радостно взглянул на девчушку.

Янака подошла вплотную к Илису и, глядя ему прямо в глаза, совсем по-взрослому спросила:

– Это для меня?

Илис, чуть не поперхнулся от неожиданности.

– Как ты догадалась?

Девочка, пожала плечиками.

– Я же – твоя сестра.

И они оба, не сговариваясь, вдруг задорно рассмеялись, а затем обнялись. Илис встав во весь свой огромный рост, поставил рядом с собой Янаку и, увидев, что она ему немного выше колена, присел, взял ее на руки и прошептал на ушко:

– Залезай и свернись калачиком. Обхвати коленки ручками, а я завяжу торбу.

Янака быстро залезла, присела, склонив чумазое личико к коленкам, и обхватила их руками. Илис завязал мешок и легко поднял почти невесомую ношу. Затем, несколько раз подняв и опустив мешок, он развязал его, и девчушка вылезла из него.

– Надеюсь, ты поняла, как мы уйдем отсюда? Скажи, где можно найти старую шкуру? Мне нужно сделать две лямки на плечи, и тогда у нас получится торба. У нас в племени у всех такие были.

Девочка опять исчезла в том же углу и вернулась обратно уже с кучей тряпья. Покопавшись немного в ней, она очень скоро извлекла на свет так необходимую торбу. Обычную кочевую торбу, с которой и на охоту можно пойти.

– У наших в племени тоже торба есть. Вот тебе хорошая, не надо даже лямки пришивать.

Илис проверил новую торбу на прочность, а затем, когда Янака разместилась в ней, он повесил ее за спину и тихо спросил Янаку:

– Тебе дышать не трудно? Воздуха хватает?

Из торбы раздался голос, совсем не похожий на звонкий голосок Янаки:

– Все хорошо. Вези меня далеко. Нигде не останавливайся.

– Ой, говорящая торба! О Великий Желтоглазый, спаси нас!

Илис рассмеялся, поставил торбу на пол и развязал, а Янака, довольная и счастливая, с радостной улыбкой выскочила из нее, и, бросившись на шею к брату, крепко обняла его, поцеловала и шепнула на ушко:

– Я так счастлива, что ты появился у нас. Ты – самый лучший.

И, прижавшись к нему, заплакала. От счастья.

Глава двадцатая

Подозрение

Сборы были недолгими. Взяв лук, проверив колчан и укрепив на поясе кинжал, Илис взял оставшуюся лепешку и положил ее в торбу. Затем посмотрел на Янаку, указал глазами на торбу и на выход.

– Ты готова?

Не раздумывая, девчушка мигом залезла в торбу и затаилась, как мышка.

Легко, словно пушинку, Илис поднял торбу с девчушкой, продел руки в ремни, взял лук и колчан со стрелами и уже навсегда покинул опостылевшую пещеру, унося на плечах бесценный груз. Он смело направился к выходу из большого зала по коридору, не вызывая ни у кого никаких подозрений.

И лишь зоркие глаза шамана проводили его до того момента, как он исчез в развалах урочища.

Через некоторое время коридор начал разветвляться на множество направлений, отчего Илису пришлось даже остановиться и немного призадуматься, по какому из них ему направиться дальше. Наконец, приняв решение, он решительно повернул в то разветвление, что вело в сторону дома Эвы.

– Если ведьма не может читать мои мысли, то все будет хорошо. Мы пройдем, и никто ничего не узнает. Ведь если бы я, не зная всей правды о чуди, захотел исчезнуть, то попытался бы идти окольными путями. Заодно и проверим ее.

Он шел, неторопливо разглядывая стены, и за одним из поворотов неожиданно увидел выходящих из своей пещеры Сурра и Эву. Встретившись, они кивнули головами друг другу.

– Ты уже отдохнул, Илис-а-лур? И куда это ты направляешься? – спросила ведьма, пристально разглядывая и чутко принюхиваясь к нему и к торбе.

– Да, Эва-а-лар. Я ценю ваше гостеприимство, но я и сам способен добывать себе пищу. С моей стороны было бы совсем неприлично сидеть на шее у голодающих соплеменников. Вдобавок у меня теперь появилась Янака и забота о ней, и пока она еще спит, пойду-ка я подстрелю кого-нибудь нам на обед.

– Да, мы слышали о том, что ты взял девчонку на попечение. Не дай ей умереть с голоду.

Она взглянула на стоящего рядом Сурра.

– Познакомьтесь. Это – Илис-а-лур, а это – Сурр-а-лур, мой ... – она вдруг немного замялась. – Мы вместе идем по жизни.

По обычаю юноши поклонились друг другу.

– Ну, ладно, пойду я, а то скоро проснется Янака и захочет есть. У меня к вам просьба. Если меня долго не будет, покормите ее, пожалуйста. Пусть не беспокоится и не теряет меня. Скажите ей, что я ушел на охоту. Хорошо?

– Конечно, конечно. Хорошей охоты, – пожелала ведьма и, странно посмотрев на него и его торбу, повернулась к Сурру и, взяв его за руку, направилась в обратную сторону.

Илис, посмотрев им вослед и поправив лямки торбы, быстрым шагом направился к выходу из урочища. Смутные подозрения терзали его. Ему казалось, что ведьма поняла или унюхала что-то, но что именно? Янака молча, как мышка, сидела в торбе, как и они договорились.

– Мысли мои она читать не может, но ноздри раздувала так, словно что-то вынюхивала, – напряженно раздумывал он, продолжая движение к ущелью, пока не подошел к дорожке, ведущей наверх. И тут его осенило.

– Мои-то она услышать не сможет, а вот о том, что ведьма может прочитать мысли Янаки, я совсем не подумал. Вдруг она и запах ее учуяла и мысли ее услышала?

Илис огляделся назад, в пределах видимости никого не было видно, осторожно сняв торбу, он поставил ее на землю и, не открывая, тихо спросил:

– Янака, сестренка, только – не вылезай. Ответь мне, – он еще раз огляделся. – Ты слышала наш разговор с ведьмой?

Ничего не услышав в ответ, он еще раз, уже громче, повторил свой вопрос. И вновь – тишина. Илис открыл крышку торбы и увидел спящую Янаку. Девчушка, свернувшись калачиком на дне торбы, мирно посапывала, чему-то сладко улыбаясь во сне.

Илис, добрая душа, залюбовался ею и, закрыв крышку, осторожно поднял торбу и надел на могучие плечи.

– Пусть спит, может и к лучшему, что уснула. Надеюсь, сны Эва читать не умеет, – улыбнулся юноша и взглянув вверх сказал:

– О великий Желтоглазый, Покровитель мой. Я давно не просил тебя ни о чем. Прошу, услышь меня. Я узнал правду. Меня настораживает то, что ни тебя, ни Самала – моего наджы, нет рядом. Но я не теряю надежды. Это хорошее испытание для проверки силы моего духа. Я знаю, придет время, и я вновь увижу вас.

Илис продолжил свой путь вверх по тропке на краю ущелья. По разговорам чуди, звери далеко отошли от обычных мест обитания, и приходилось искать их дальше обычного. Было уже не сумеречно, но «светило» еще не в полной мере освещало мрачное ущелье. Прошло еще немало времени, прежде чем юноша вступил на мягкий мох под тёплыми лучами «светила» внутреннего мира Эрлика.

– Как же я давно не видел тебя, мое подземное солнышко. И как можно жить без тебя?

Илис осторожно снял торбу, открыл крышку и заглянул в нее. Янака все еще продолжала спать. Не став ее будить, он присел рядом. Ноги и плечи гудели. Внимательно оглядевшись вокруг и не найдя ничего опасного, Илис откинулся на спину и в блаженной истоме уставился в небо.

***

Эва, пройдя немного по сумеречному коридору, вдруг остановилась и, провожая взглядом уходящего Илиса, сказала Сурру:

– Мне показалось, что Илис-лур, что-то замыслил.

– Почему ты так решила? – спросил он. – Ты что-то увидела?

– Не знаю, мне так показалось. Я думаю, что он решил уйти к скиртам.

– А разве он про них что-то знает? – поднял брови Сурр.

– Он провел достаточно времени, чтобы услышать о них. Думаю, что не только знает. И еще… Мне показалось, что он бежит не один. – Эва посмотрела на спутника. – Пошли в его пещеру. Мне кажется, там мы найдем ответ.

Эва рванулась было бежать, но вдруг резко остановилась и, глядя прямо в глаза Сурру, тихо сказала:

– Если я права, то девчонки в пещере – нет.

– Что ты хочешь этим сказать? – следуя за ней, удивленно спросил Сурр.

– А то, что она – у него в торбе, и он забрал ее с собой.

– Ты так думаешь?

– Я хорошо слышу запах чуди. От него пахло чудью, хотя он и чужак. Я провела с ним достаточно времени, и от него не такой запах. Только молчи, никому ни слова.

Когда они вошли в пещеру Илиса, в ней, разумеется, никого не оказалось. Осмотрев при помощи факела все потаенные места, они присели и Эва спросила Сурра:

– Ты говорил, что готов бежать за мной хоть на край, хоть за край света. Это правда?

Она испытующе уставилась в глаза юноши, как бы читая его потаенные мысли.

– Тебя все равно не обмануть, ты и так все знаешь, – он улыбнулся. – Говори, я готов слушать тебя вечность.

– Я хочу последовать за ними. Они приведут нас к скиртам. Больше такой возможности покинуть это урочище у нас может и не быть. Я устала, и уже говорила тебе об этом. Я чувствую, что там будет лучше. И возможно… если ты захочешь, мы постараемся покинуть этот мир. Я желаю видеть звезды Внешнего мира.

Юноша обнял Эву и нежно поцеловал ее в губы.

– Ведьмочка ты моя ненаглядная. Я много раз говорил тебе, что меня не пугает, что ты такая. Я тоже хочу увидеть Внешний мир. Но, надо уйти незаметно. Шаман просто так не отпустит нас. Ты знаешь, как его боится чудь. Он пошлет людей следом, если узнает, что мы убежали.

– Пусть сперва найдут нас. Иди, собери все, что тебе необходимо, и приходи ко мне. Приготовь все нужное для охоты, если вдруг, кто нас увидит. Я буду ждать тебя.

Они молча вышли из пещеры и разошлись в разные стороны.

Глава двадцать первая

Плен

Самал, кружась высоко под внутренними облаками, вдруг резко спикировал вниз. Ия от усталости уже была готова совсем вывалиться из седла. Слишком много времени она провела в дороге. Хотелось пить. Да и голод давал о себе знать. Услышав клекот сокола она немного приободрилась, подняла голову и, увидев его, подставила руку.

– Там, впереди люди. Их немного, но они вооружены. Тебе надо спрятаться. Мне кажется, что это – чудь. Но это не та чудь, где находится Илис. Направь коня вон к той скале, там есть что-то, похожее на пещеру.

Самал взмахнул крыльями и исчез в вышине, а Ия направила коня к тому месту, которое указал ей сокол, и проскакав немного, спешилась перед входом в небольшую пещерку. Взяв коня под уздцы, она спрятала его за выступом, вложила стрелу в ложе лука и приготовилась к встрече. Кто были эти люди, и чья это была земля, княжна не знала. Она находилась уже слишком далеко от земли скиртов.

Прошло совсем немного времени, когда Ия услышала голоса. Натянув тетиву, она с волнением ожидала первого, кто появится. Рука от напряжения занемела, но никого не было.

– Кажется, прошли мимо.

И только она опустила лук, чтобы немного передохнуть, как из-за угла вынырнула целая толпа маленьких и шумных человечков.

– О Великий, кто это?– только и успела подумать она.

Коренастые темноволосые воины в шкурах неизвестных девушке зверей быстро обступили и схватили княжну. Улюлюканье стихло. Связав девушку, они ловко погрузили ее на примитивную лошадку, ростом с большую собаку, и направились к виднеющемуся вдали горному хребту. Коня княжны, они или не увидели, или ... Во всяком случае, Ия его не видела на протяжении всего путешествия. Зато, она прекрасно видела кружащего в небе сокола, порывающегося подлететь к ней.

За все то время, пока ее, связанную, везли к пещере, где обитал этот удивительный малорослый народец, она не проронила ни звука. Потому как, ее никто не о чем и не спрашивал. Ия удивленно слушала какие-то непонятные слова, издаваемые карликами и удивлялась тому, что совсем не понимает их язык.

От усталости и голода она теряла силы, но больше всего ее мучила жажда.

– Я все время почему-то думала, что весь подземный мир говорит на одном языке. Кто они, неужели – чудь? Я ни разу их не видела, может это и правда они. Самал, наджы мой, где ты? – думала девушка, изнывая от неизвестности.

Наконец процессия остановилась, карлики незаметно исчезли и княжна осталась совсем одна. Недалеко виднелась черная дыра, которая, видимо, служила входом в разрушающуюся песчаную гору. Она продолжала лежать в неудобной позе на маленькой лошадке. Вдруг послышались взмахи крыльев и прямо на нее опустился Самал.

– Я попытаюсь развязать тебя. Прости, наджы, я не предусмотрел того, что у них впереди могут быть разведчики. Я не увидел их.

Разумеется, их разговор проходил мысленно, поэтому никто не мог их услышать. Самал клювом и когтями попытался порвать веревки. Но это были необычные веревки, это были жилы какого-то крупного животного.

– Я полечу позвать на помощь того, кого ты ищешь. Призывай Великого Эрлика. Почему, даже в этот трудный час, ты забываешь о том, кто правит этим миром? Самое главное – ничего не бойся. Великий Эрлик всегда с тобой.

– Да что-ты, наджы, я всегда только его и призываю. Правда, он пока молчит. Я всегда знала, что если он дал мне задание спасти чужака, прости, Илиса-лура, то он всегда мне поможет. Я не боюсь, что умру. Просто надо немного продержаться. Кто эти создания? Это – чудь? Что они хотят со мной сделать? – мысленно спросила у Самала княжна.

– Я не знаю, что это за народ. Прости. Крепись, я улетаю. Они возвращаются.

Сокол, взмахнув крыльями, быстро взлетел, но не вверх, а спикировал и, впившись когтями в голову самому дерзкому карлику, оставил глубокие раны на голове да еще и клюнул его в глаз. Дикарь, дико закричав, схватился за поврежденный глаз. Затем, подойдя к пленнице, они бесцеремонно сбросили ее на землю, и, схватив за длинную косу девушки, попытались поставить ее на ноги.

– Я сама пойду, отцепитесь от меня. Кто вы? Что плохого я вам сделала?

Ия попыталась объяснить, что просто хотела отдохнуть с дороги, но на нее никто не обращал внимания и лишь подталкивали к проему в пещеру. Внезапно тот, кто держал ее за волосы, остановился и, повернувшись к ней, сказал тихо, но внятно:

– Ты не из наших. И ты – девица. Мы принесем тебя в жертву. Через два сна ты уйдешь туда, откуда не возвращаются. Тебя накормят, напоят и ты отдохнешь. А пока иди молча и не раздражай никого.

Он что-то рявкнул на своем непонятном языке и повел ее дальше в черную и холодную пустоту.

***

Янака, проснувшись от необычной тишины, высунула чумазую мордашку из торбы и, оглядевшись, увидела рядом спящего Илиса. Вылезая из торбы, она зацепилась волосами за какую-то неровность на крышке и непроизвольно вскрикнула, разбудив при этом чутко спавшего брата. Илис встревоженно вскочил, но, увидев, что с Янакой все в порядке, улыбнулся и протянул к ней руки. Янака с радостью бросилась в объятия брата и крепко прижалась к нему.

– Мы уже далеко ушли? Теперь нас точно не догонят? – затараторила она.

– Ну что-ты, нам еще идти и идти. Просто засмотревшись на то, как ты беспробудно и сладко спишь, я тоже решил отдохнуть.

– Постой, посмотри на меня, – вдруг попросил Илис девчушку.

Янака удивленно уставилась на брата:

– Ты чего?

Илис улыбнулся.

– Представляешь, у тебя глаза изменили цвет. Была ты – чудь белоглазая, а стала – сестренка моя голубоглазая! У нас, во внешнем мире, это был цвет неба.

Внезапно, весь обратившись в слух, он подал знак молчать. Быстро и бесшумно схватив лук и стрелу, Илис начал во что-то метиться, а затем выстрелил. К ногам Янаки упал молодой гусь, пронзенный стрелой. Долгожданная еда! Спичек, которыми пользовались теленгиты на поверхности, у него не было, но был лук. И была Янака.

– У меня есть отцовское сверло.

Она порылась в своей сумке, достала куклу, какую-то непонятную для Илиса плетеную косичку и дощечку.

– Я покажу, как добывать огонь. Давай свой лук.

Он протянул ей лук и с интересом стал наблюдать, что же она будет с ним делать.

– Отец называл ее «брелью» или «дрелью», не помню точно как. Смотри.

Она взяла сверло, вставила его в углубление в дощечке, обернула тетиву лука вокруг сверла и начала быстро вращать его, пока не показался дымок.

– Подавай немного сухого мха или травы и приготовь мелких веточек и палочек.

Вот так он и разожгли костер. Вкусный запах жареного мяса наполнил пространство.

– Янака, я старше тебя, но есть то, чему я еще должен поучиться у тебя. Теперь, благодаря тебе, у нас всегда будет огонь, – сказал Илис, растянувшись на траве.

– А что, там, откуда ты пришел, вы не так разводите огонь? – спросила она.

– Нет, возможно, так и было раньше, но сейчас уже есть спички.

Он подробно рассказал ей о спичках, о ружьях и обо всех причудах верхнего мира, о которых засыпала его вопросами Янака. Наконец, отдохнув и насытившись, Илис спросил сестренку:

– Ну, что? В торбе поедешь, или сама пешком пойдешь?

– А тебе не тяжело будет, братик? – в ответ спросила улыбающегося брата Янака.

– Ты легкая, как пушинка, конечно, мне – не тяжело. Давай, залезай и будешь смотреть, вдруг кого увидишь. Тебе сверху лучше будет видно, чем мне.

Он помог ей забраться в торбу, подпоясался, чтоб не свалилась, легко взвалил на себя, взял оружие и, подняв голову к небу, сказал:

– О Великий Желтоглазый, я знаю, ты слышишь меня. Прошу, помоги нам дойти до скиртов. И да будет так. Мне нравится, что ты иногда говоришь со мной. Я раньше, на поверхности, о таком никогда и не слышал, чтобы со мной разговаривал бог. Спасибо тебе, что помог спасти эту девочку. Я верю, что ты не одобряешь человеческих жертвоприношений.

– Ты с кем разговариваешь, братик? – высунулась из торбы Янака.

– Я говорю с тем, кто повелевает этим миром. Мы – в его власти. Если мы будем любить его и принимать все, задуманное им, как должное, то с нами ничего плохого не произойдет. Ты услышала меня?

– Ты разговариваешь с самим Эрликом? – испуганно спросила девчушка.

– Да. И ты сможешь. Если поверишь, что он и есть тот, кто правит этим миром. Пока я был в покое, как у вас здесь говорят, мне был сон, а, может, совсем и не сон. Но я многое понял. Ты хочешь услышать то, что я понял? – он повернул голову к торбе.

– Я с удовольствием послушаю мудрость, сказанную моим любимым братиком Илисом, – услышал он в ответ. Он улыбнулся и сказал:

– Возможно ты и права. Ты заметила, что взор человека невольно обращается к солнцу? Магнит притягивает железо собственною силою.

– Да, наши предки были знатными рудознатцами, я много раз слышала об этом.

– Не перебивай, а то я потеряю мысль. Слушай дальше. Сердце друга увлекается любовью к другу и прилепляется к нему. Верный друг дороже всех сокровищ на свете.

– А у тебя есть друг? – опять перебила его Янака. – Здесь, у нас, в этом мире. Или там, откуда ты пришел?

–Я же просил не перебивать, Янака, просто слушай, потом спросишь. Да – есть, я думаю, что скоро познакомлю тебя с ним. Так вот, счастлив тот, кто нашел себе друга: он всегда сможет жить с ним душа в душу, делиться с ним сокровенным, наслаждаться беседой с ним, согревать свое сердце его любовью, опираться на него в случае падения и его силою укреплять себя. Я думаю, что настоящая дружба основывается на уважении. Орел, когда побуждает своих птенцов к полету, то расправляет свои крылья, взлетает и парит над ними. Так и Эрлик простирает покров над тобою и над каждым из нас. Во всякой случившейся с тобой скорби он утешает тебя, всякое зло врачует, всякую радость делит с тобою. Своей силою он поразит всех врагов, если ты искренне попросишь его об этом.

– Вот такого друга я тоже хочу иметь, – мечтательно сказала Янака.

– У меня есть друг Самал. Он – птица, сокол-балобан. Великий Эрлик, когда я попал в этот мир, дал мне его в помощь. И мы с ним стали друзьями. И сам Великий тоже мой друг.

– А разве Эрлик не злой? Великий Шаман говорит, что он злой и могучий, – снова высунулась из торбы Янака.

– Великий Эрлик, он же – Желтоглазый, сказал мне, когда мы с ним говорили, что он – отражение наших сердец. Он – тот, кем его видят. Если шаман видит его злым и могучим, значит таким он и будет для него.

– А если для тебя братик он добрый и хороший, значит и ты, Илис, – добрый и хороший. Так?

– Ну, наверное так, – рассмеялся Илис. – Ох ты и хитрюга. Ты тоже для меня, Янака, и сестренка, и друг. Я люблю тебя, свет моих очей.

– А ты и жизнь за меня отдашь?

Илис даже остановился, посерьезнел и обернувшись к Янаке, твердо сказал:

– Если понадобится, даже и не сомневайся, сестренка.

Янака, наполовину высунувшись из торбы, обхватила шею Илиса и, прижавшись к его голове, вытерла слезы о его волосы. – Я очень люблю тебя, Илис. Очень. И я тоже отдам за тебя жизнь. Правда, правда.

– Надеюсь, малышка, что этого не понадобится. Будем живы. Ведь с нами – Великий Эрлик, – улыбнулся ей в ответ Илис. – Спасибо тебе, Янака.

И так они, неспешно переговариваясь, все шли и шли, пока, не устав от горных перевалов и переправ через бурные горные ручьи, не набрели на красивую зеленую полянку, спрятавшуюся средь скалистых утесов. Янака, отлучившись по надобности на некоторое расстояние, вернулась с гнездом, в котором шевелилось целых семь неуклюжих, пищащих, но уже довольно больших птенцов.

– Тяжелые какие,– выдохнула она, положив гнездо к ногам Илиса. – Это будет вкусно.

Они вновь развели костер и поели, как-бы не жалко им было этих птах. Но голод – не тетка. А жизнь должна продолжаться.

– Илис, а вот мы идем и идем. А ты уверен, что мы правильно идем? – спросила Янака.

– Думаю, что правильно. – он внимательно посмотрел на нее. – Я не могу сказать почему, но видно Эрлик мне подсказывает. Последнее время у меня предчувствие, что должно произойти что-то важное.

Илис посмотрел на небо и вдруг резко вскочил и распростер руки. На губах его играла улыбка и он радостно закричал:

– Друг мой Самал, наджы мой, наконец ты нашел нас.

Он бегал по поляне и радостно смеялся. Янака удивленно смотрела на Илиса и морщила свой лобик. Наконец, увидев сокола, она поняла, чему тот радуется и вместе с братом стала приплясывать, пока сокол не сел на руку Илису.

Илис целовал своего друга, приговаривая, а Самал терся об его щеку и только взмахивал крыльями, стараясь удержаться на руке друга.

– Я очень долго искал тебя, Илис. Потеряв тебя, мне пришлось обратиться к Великому Эрлику. Он немного пожурил меня, но сказал, в каком направлении ты ушел. Я рад, что нашел тебя и твою названную сестренку.-услышал в голове Илис. Он так давно не слышал Самала и так давно не разговаривал мысленно. Ведь чудь говорила с помощью обычного для человека языка.

– Я очень рад, друг мой. Познакомься с Янакой, она – дивная девчушка. И, обрати внимание, у нее изменился цвет глаз, – мысленно сказал Самалу юноша. А вслух сказал Янаке:

– Познакомься с моим другом. Это – Самал. Протяни руку, он сядет к тебе. Не бойся.

– А я и не боюсь, – ответила она. – Это ведь твой друг, а значит и мой.

– Ведь так, Самал? – она протянула руку и сокол аккуратно перебрался к ней на детскую ручку.

– Какой ты красивый и большой. – Девочка восторженно смотрела на Самала.

– И ты тоже! – внезапно услышала в голове Янака и резко оглянулась в поисках говорившего.

– Илис, здесь еще кто-то есть! Я только что слышала чей-то голос.

Илис посмотрел на Самала:

– Это ты? – спросил он мысленно.

– Да, я сказал ей, что она красивая.

– Это Самал сказал тебе, что ты красивая, – повторил он Янаке слова сокола.

– А разве птицы говорят? – удивленно спросила она.

– Самал – да! Ведь он, как и я, друг Великого Эрлика.

Янака замолчала. Она размышляла о чем-то важном, хмурила брови, водила глазами, поднимала голову к небу и наконец выдала:

– С тех пор, как у меня появился самый настоящий, сильный и красивый братик, – девчушка посмотрела на Илиса, затем перевела взгляд на Самала, – и самый настоящий говорящий сокол, я больше уже ничему не удивляюсь!

Она прижалась к Илису, поглядывая на сокола у себя на руке. Илис чуть отстранил ее, затем, встав на колени, обнял и подставил плечо Самалу, на которое тот незамедлительно перебрался. Они еще постояли некоторое время втроем. Затем Илис спохватился:

– Ты не голоден, Самал? У нас осталось немного пищи.

Но Самал отказался и спросил мысленно друга:

– Я должен сказать тебе, Илис, что у нас мало времени. Хороший человек попал в беду и теперь от нас зависит, будет он жить или нет. Ты готов помочь ему?

– Если это в наших силах, то мы обязательно поможем ему, зачем ты спрашиваешь? Кто это? И как и чем мы можем помочь ему?

– Совсем недалеко, вон в той песчанистой горе, обитают остатки племени карлуков. Это – предки народа, населявших когда-то во внешнем мире Каганат. Они совсем одичали, когда ушли от набегов киргизов под землю. Ну, да ладно. Историю своих предков надо помнить. Не суть. Суть в том, что они взяли в плен девушку. И хотят принести ее в жертву. Нельзя этого допустить.

– Чем мы можем помочь? Сколько их? И где она? – Илис глубоко вздохнул. – Янака, ты все слышала?

– Я только поняла, что кто-то попал в беду и что его надо спасти. Правильно?

– Ты все поняла правильно, Янака. – Вновь услышала в голове девочка. – Это – тоже наш друг. А друзей, как ты знаешь, не бросают.

– Давайте быстрей пойдем спасать нашего друга! – загорелась Янака.

– Подожди! Здесь суета совсем ни к чему, – остудил ее Илис. Мы даже не знаем, где она. Надо все обсудить. У меня есть лук, колчан со стрелами и нож.

Он замолчал и задумался. Молчание прервал Самал:

– Здесь недалеко, за речкой, несколько человек охраняют вход в обитель карлуков. Они уже не те, что были раньше. Думаю, что ты Илис сможешь с ними справиться и спасти девушку. Когда Ия, так зовут девушку, попалась им, я был с ней. Но не смог помочь ей. Великий Эрлик рассказал мне, что это за люди и направил меня к тебе. Теперь и ты знаешь все. Действуй. Да, еще. У нее был молодой жеребец. И его случайно не обнаружили. Великий Эрлик отвел его в пещеру, когда ее взяли. Я смогу помочь вам только разведать. А от тебя зависит очень многое. Кстати, мне кажется, они боятся огня. Ты умеешь разводить огонь?

– Да, Янака быстро умеет разводить огонь. Мы можем этим воспользоваться. Ты говоришь, Эрлик отвел коня в пещеру? А почему он позволил карлукам взять в плен девушку? Ведь он мог не допустить этого?

– Давай не будем вдаваться в планы Великого. Возможно, они у него на каждого – свои. И, если уж ты согласился помочь вызволить девушку из плена, действуй, друг мой.

Самал взлетел и оглядел местность.

– Вы готовы, друзья?

– Янака, ты должна знать их язык, твой отец часто говорил на нем. Вспомни язык и узнай их планы. Они не отличат тебя от своих. Ты согласна? – услышала в голове Янака.

– Я постараюсь. Я нисколько их не боюсь. Ждите меня у речки.

Девчушка, вооружившись небольшой палкой, стала спускаться к речке в указанном Самалом направлении. Приблизившись к ней, она остановилась у бурлящего потока. Внимательно оглядевшись по сторонам и, увидев невдалеке более-менее спокойное место для переправы, она направилась к нему. Несмотря на то, что дно было каменистым, справиться с бурным потоком маленькой девочке было не так-то легко, но она, даже несколько раз упав в холодную воду, все же преодолела водную преграду и выбралась на противоположный берег, утоптанный и пологий.

Выжав одежку, Янака спокойно пошла прямо к черной скале, нависшей над более маленькой скалой из песчаника. Навстречу ей вышел маленький, чуть выше ее роста старичок и что-то спросил ее.

Девчушка уловила знакомые звуки, но смысл не поняла. Однако ответила ему, выплеснув из детской памяти отцовский говор.

– Рыбу ловила, – сказала она и поняла, что и старик понял ее.

– Тебя искали, – сказал он. И тут Янака вспомнила многое из того, что говорил ей раньше отец.

– Он меня перепутал, наверное, с кем-то, – подумала она. – Интересно, а отец почему их язык знал?

Она вошла в пещеру и, рассуждая об отце, прошла в большой грот. В полумраке сидели, лежали или просто чем-то занимались несколько человек. На нее никто не обращал внимания, и это позволило ей многое разглядеть и услышать. Янака тихо подошла к группе мужчин, что-то громко обсуждавших и размахивающих руками, и встав неподалеку, начала внимательно вслушиваться, впитывая все, что долетало до ее ушей. Не привлекая при этом посторонних взглядов и выведав самое важное, она незаметно подошла к выходу и неспешно направилась к речке. Услышав клекот сокола, подняла голову, и, увидев Самала, мысленно сказала ему, что уже возвращается.

У самой воды, когда она уже была готова к переправе, ей вдруг стало страшно. Река забурлила и заворчала. Холодные брызги летели ей прямо в лицо, медленно стекали, норовя отпугнуть ребенка от реки. Янака все стояла в нерешительности и никак не осмеливалась ступить в воду. Что-то мешало ей сделать первый шаг. Она обернулась и обомлела... Ведьма и Сурр высматривали что-то у входа в пещеру карлуков. Они не видели ее. Тогда Янака, победив свои страхи, смело зашла в реку и быстро преодолела ее, устремившись к уже заждавшемуся ее Илису.

***

Ия, княжна скиртов, еще никогда не отходила ото сна с такой мучительной головной болью. Что ждало ее? Этот день мог принести ей погибель, она могла стать жертвой или...

Веревки, а может и жилы, цепко впились в ее тело, было больно. Мускулы ныли от неподвижности и неимоверно мучительно хотелось пить. Никто ее не накормил, ее даже не развязали. Все время, пока карликов не было рядом, она лежала на полу холодной и мрачной пещеры. Ее физические и моральные силы были почти на исходе. Крики, от которых Ия проснулась, назойливые насекомые и шум празднования лишили ее сна.

Дикари, взявшие ее в плен, как бы забыли о ней. Она огляделась и попыталась освободиться от связывающих ее веревок. И ей это почти удалось, но в это время в просвете показалась фигура дикаря.

Подойдя к ней, он посмотрел на нее и, ухмыльнувшись, произнес что-то на незнакомом языке. В проеме пещеры показалось еще несколько человек и, обступив девушку, они подняли ее на ноги, сняли веревки, что-то приговаривая между собой, и показали на выход.

Сопровождая девушку, они вели ее по извилистому тоннелю. Княжна шла почти на ощупь. Темнота мешала только ей. Эти маленькие человечки, казалось, совсем не нуждались в свете. Процессия наконец подошла к светлому месту, и Ия, с удивлением и восторгом, оценила место, куда ее привели.

Свет исходил из огромного провала в земле. Круглое, будто искусственное, отверстие светилось ярко оранжевым мерцающим и колышущимся огнем. Было немного душно и даже жарко.

– О, Великий Эрлик! Это же – вулкан, а там внизу – раскаленная лава. Они что, хотят меня сбросить в него? Смилуйся, Владыка. Ты же знаешь, что я жила по твоим заветам. Я не исполнила твоего указания по отношении к чужаку. Но я искала его. Помоги мне, прошу тебя, – на глазах девушки выступили слезы.

Зала заполнилась людьми, и они стали кругами ходить вокруг нее и держащих ее карликов, что-то уныло напевая и раскачиваясь. Все они были маленькими, словно дети ее княжества. Но милых добрых улыбок она, увы, не видела. Черные спутанные волосы, грязные шкуры и злые, как ей показалось, взгляды исподлобья.

Вдруг на нее набросили сеть. Она видела, как ее применяли скирты, когда развлекались ловлей мелкой дичи. Четверо маленьких мужчин подняли сеть и привязали к выдвинутой длинной остроге. Ия повисла в воздухе. Внезапно танцы хороводящих вокруг нее людей стихли, и воцарилась полная тишина. Четверо держащих ее начали раскачивать тело девушки как маятник, и Ия, не выдержав, закричала. Ее крики и мольбы о помощи отдавались далеко по подземным коридорам.

– Молчи, женщина, – раздался голос вождя.

– Мы приносим тебя в жертву нашим предкам, великим аруакам. Это – честь для тебя. Молчи и благодари, что мы не отдали тебя в жертву злому и страшному Эрлику.

Он махнул рукой, и четверо держащих ее, привязав концы сети к выступающей над жерлом остроге, отпустили ее, толкнув крутящуюся сеть в отверстие. Девушка повисла над жерлом. Задыхаясь от нахлынувшего жара и почти теряя сознание, она вдруг услышала:

– Держись... Я сейчас тебя развяжу.

Ия очнулась в холодном поту от того, что кто-то пытался повернуть ее на бок. Наконец, осознав, что это был лишь сон, она попыталась разглядеть, кто же разрезает стягивающие ее веревки.

– Тсс, только тише, – раздался шепот.

Ия, ощутив себя свободною, онемевшими руками убрала спутавшиеся волосы с глаз и увидела рядом маленькую девочку. Та, деловито убирая железный нож в ножны, тихо прошептала:

– Он сейчас придет и освободит тебя.

– Кто он? И кто ты, малышка? – спросила ее Ия.

– Он, это – мой братик. А я – Янака, его сестра.

– А братик освободит меня от кого? – привстав и разминая мышцы, спросила девушка. – Ты из этого племени?

– Нет! И братик мой, не из этого. Просто мы хотим тебя спасти.

– Я благодарна тебе и братику, что хотите меня спасти. Но сможете ли? Ты такая маленькая еще.

– Ну и что. Зато мой братик большой.

Янака помогла встать на ноги княжне и отвела ее в сторону от прохода. Затем приложив палец к губам, посмотрела снизу на Ию и выглянула из пещеры. Махнув ей рукой, она позвала ее за собой и прошептала:

– Меня здесь принимают за свою. Они все чуть выше меня. Пошли, я уведу тебя в другое место, там никого нет и тебя не найдут.

Ия, посмотрев сверху на малышку и подумав, что другого выхода все равно нет, молча кивнула и, с трудом перебирая затекшими от связывавших ранее ее жил ногами, поспешила за ней.

***

После того, как Янака рассказала все, что увидела и услышала Илису и Самалу, друзья решили действовать незамедлительно. Было решено, что Янака, уже побывав в пещерах и не вызвав подозрений у карлуков, пойдет и попытается найти девушку.

– Если тебе удастся найти ее, попробуй освободить ее от веревок. Найди место, где можно спрятаться и ждите меня. Если увидишь,что я приму бой, бегите из пещеры и перебирайтесь через речку. Я догоню вас. Илис посоветовавшись с Самалом, пошел искать увесистую дубину. В темных пещерах стрельба из лука – пустое занятие. Самал, поднявшись в воздух, улетел в направлении пещер.

Глава двадцать вторая

Противостояние

Твердо решив навсегда уйти из племени, Эва и Сурр, собрав скудные пожитки, приготовились к побегу.

– Ты твердо решил следовать со мной? – Эва внимательно посмотрела в глаза Сурру. – Ты говорил мне в порыве страсти, что готов следовать за мной хоть на край света. Это так?

– Хоть во Внешний мир, лишь бы быть с тобой, – ответил юноша.

– Ты и сама видишь, что это так. Ведь ты – «Та, что ведает». Мои мысли – все пред твоим взором. Пошли, мы можем их потерять, а до скиртов идти не один сон.

– У меня вопрос: -

Скажи, Эва-а-лар, Великий Желтоглазый, тот, что помогает скиртам и некоторым другим, строго определил границы проживания для чуди. Да и для других племен. Сможем ли мы с тобой, выбравшись за пределы наших владений, существовать и просто жить за пределами этих границ?

Эва, замедлив шаг и посмотрев по сторонам, тихо ответила:

– Я не знаю. Я не хочу больше быть ведьмой. Я хочу... – она обняла и поцеловала Сурра. – Я хочу быть любимой. Ты знаешь, что такое любовь?

– Я слышал от тебя это слово. Я не знаю, что оно обозначает, но я не хочу жить без тебя. Я хочу видеть тебя, говорить с тобой, приносить тебе пищу. Может быть, потом я узнаю, что это такое?

Навстречу им попалось несколько человек из племени. Они быстро прошли мимо, испуганно поклонившись Эве, и вскоре исчезли за поворотом темного коридора.

– Все боятся меня и шарахаются, как от волка. Я устала, Сурр-а-лур. Я готова любить Желтоглазого и поклоняться ему. Не знаю, захочет ли он принять меня под свои крылья?

– Ты готова служить Великому Желтоглазому? – с удивлением поднял брови Сурр.– А как же демоны? Отпустят ли они тебя?

– Ты знаешь, чужак рассказывал мне, что Он добрый. Что Он – отражение наших сердец. Я пока плохо в этом разбираюсь, но, думаю, скоро все прояснится.

Они поднялись по тропинке, по которой недавно прошли Илис с Янакой, и наконец выбрались на место, где была трава и светло.

Немного отдохнув и перекусив, они решили идти по направлению к дальнему хребту, виднеющемуся вдали. Сурр, как отличный следопыт и охотник, понюхав мох и, увидев то, что не каждый смог бы увидеть, указал направление.

Шли они достаточно долго, то поднимаясь, то опускаясь среди холмистой местности. Им хотелось пить, но воды в бурдюке было так мало, что юноша даже и не думал, чтобы самому сделать хотя бы глоток.

Наконец они подошли к расщелине, где Сурр, прочитав след, понял, что Илис с девчонкой вошли в нее.

– Они – здесь, нам надо быть осторожней, – сказал он девушке. – Они могут нас увидеть.

– Нас они все равно увидят. Главное, чтобы нас не увидели наши. Шаман с вождем уже, наверное, послали нам на перехват своих людей. Им – все известно. Они хотят вернуть Илиса-лура и не допустить встречи со скиртами.

Подняв глаза к небу, в надежде подстрелить хоть какую-нибудь дичь, Сурр увидел только пролетающего сокола-балобана. Но сокол – совсем не та птица, на которую стоит охотиться. Однако, через некоторое время, ему удалось убить зайца. Насытившись в укромном месте, они очень быстро погрузились в сон.

***

Проснувшись, Эва блаженно потянулась во весь рост. Они с Сурром проделали немалый путь, прежде чем смогли отдохнуть. Посмотрев на спящего юношу, Эва улыбнулась, ведь они еще с детства знали друг друга, вместе росли и взрослели. Но чувств привязанности и дружбы, как таковых, она не знала до встречи с чужаком. Чужак был совсем другой. И, возможно, его другая внешность, другое мировоззрение и другие понятия о добре и зле побудили девушку однажды задуматься о том, что вообще, она и ей подобные, представляют из себя.

С детства она только видела и слышала скудные враждебно-заискивающие речи соплеменников. Их с матерью – терпели. Это она поняла только сейчас. Боялись и терпели. Как и шамана, и всю эту несчастную подземную жизнь.

После того, как племя ушло под землю, люди забыли про добро и зло, про любовь и ненависть. Хотя – нет! Ненависти – вполне хватало. И даже сама Эва была ей наполнена до предела. Злые духи, с которыми она общалась, помогали и поддерживали эту ненависть в ней постоянно.

Мысли ее прервал проснувшийся Сурр:

– Ты уже не спишь, Эва-а-лар? Я с удовольствием бы попил водички. Мне кажется, что пахнет холодной и свежей водичкой. Ты не чувствуешь?

– Чувствую, и мне даже показалось, что я слышу шум водопада. Пойдем посмотрим? Она легко поднялась и еще раз грациозно потянулась. Сурр поднялся и, не обнаружив своего оружия сразу, начал поиски. Увидев его немного в стороне, он спросил Эву:

– Это ты переложила лук? Он вроде всегда был рядом со мной.

– Я ничего не трогала. Возможно, ты сам оставил его там, – она посмотрела по сторонам.

– Ну, двинулись?

Ей не терпелось увидеть, что откроется за холмом, преградившим их путь. Подъем оказался более крутым, чем она ожидала, и с облегчением подала руку идущему впереди Сурру. Добравшись до вершины, они увидели черную мрачную скалу, нависшую над песчанистой горой меньшей размером. Потом увидели и Илиса, разговаривающего с девочкой. Но до них было еще довольно далеко. Немного в стороне была обнаружена река, небольшая, но довольно живая и бурлящая.

– Обойдем вон с той стороны, – сказал юноша Эве и протянул руку спутнице.

Не выпуская из виду беглецов, они осторожно спустились к реке и, утолив жажду и набрав полный бурдюк холодной и чистой воды, спрятались за выступом.

– Знакомое место, – сказала Эва, – мне кажется, мы здесь уже бывали с матерью. Вождь посылал ее успокоить карлуков. Они пытались противиться ему. Да, именно карлуков. Я вспомнила этих карликов. Они даже меньше чуди по росту. Они приносят жертвы аруакам.

Эва уселась поудобней и выглянула из–за выступа.

– Мне интересно, почему они пошли этим путем. Мать говорила, что скирты живут немного ближе к Долине Теней. А может, я ошибаюсь? Я могу управлять этими карликами. Даже когда я была совсем девчонкой, я могла заставить их делать то, что нужно. И я даже попробовала, но мать, узнав об этом, запретила мне больше так делать.

– Смотри, видишь вход в пещеру в песчанике? – Эва показала рукой в сторону черной скалы.

– Я вижу девчонку, которая ушла с чужаком, – показал Сурр в сторону реки. – Она, похоже, уже побывала там, в пещерах карлуков.

– Зачем они здесь, и что им надо от этих карликов? – задумалась Эва и посмотрела в указанную сторону.

– Похоже, это – Янака. Ведь так зовут девчонку? Похоже она видела нас и сейчас расскажет об этом Илис-луру. Но это нам даже на руку.

– Что ты хочешь этим сказать, Эва-а-лар? – удивленно спросил он.

– А то, что они, не зная этих карлуков, могут подумать, что легко справятся с ними, но они ошибаются. А вот мы сможем помочь им и завоюем их доверие. Ведь мы идем к скиртам, так?

– Так, но Илис-лур ведь такой большой, он одним ударом сможет легко раскидать их.

– Ты – ошибаешься. Они, как мураши, набросятся все сразу, накроют его сетями, и он даже не успеет ничего сделать в ответ.

– А чем мы сможем помочь им? – вновь спросил юноша.

– Ты – невнимателен, я же сказала, что могу управлять карлуками. Что скажу – то и сделают. Надеюсь.

– Надеешься или уверена?

– Посмотрим. Мне кажется, что я стала слабее вдали от урочища.

***

Илис, тихо озираясь по сторонам, подошел к речке. Шум бурлящей и брызгающейся пеной воды заставил его оглядеться. Он, как и Янака, увидел более спокойное место и направился к нему, чтобы переправиться на тот берег. Подняв голову, он увидел кружащего над ним Самала.

– Пока все спокойно. Можешь переправляться. Приготовь лук, – услышал Илис и, кивнув головой, вошел в воду.

Вода была холодной. И – живой. Течение упорно смывало его на скользких камнях, и раза два он упал, основательно промокнув.

– А как же Янака смогла здесь переправиться? Ведь течение, даже здесь, очень сильное, – недоумевая, рассуждал он.

Наконец он ступил на твердую землю и приготовил лук. Дубинку он закрепил сбоку, закрепив ее поясом, который не снимал никогда. Осмотревшись и услышав сверху одобрение Самала, он осторожно направился ко входу в пещеру.

По рассказам Янаки он уже знал, что рукавов в пещере два. Но, в каком из них находится пленница, надо было еще узнать. По их договоренности, сестренка должна была развязать девушку, если та не была под стражей, отвести ее и спрятаться вместе с ней. Если Илис не встретит никого из карлуков, то они, перейдя реку, могут быть спокойны. Если же его увидят, и завяжется бой, то они должны будут незаметно уйти и спрятаться там, где укажет Самал.

Подняв глаза к небу, Илис обратился к Желтоглазому и попросил о помощи и, только после этого направился к пещере.

– Странно. Вход не охраняется, хотя должен бы. Тем более, что у них – пленница. Что-то здесь не так, – мелькнула мысль, но, не смотря на это, Илис вошел в черную дыру. Пещера начиналась не сразу. Впереди он увидел темный коридор и остановился, чтобы зажечь факел. Благо палку, обмотанную какой-то травой, Янака приготовила заранее и оставила ее у входа. Как зажечь огонь, он знал, и через некоторое время факел осветил коридор. Пройдя немного по нему и, не встретив ответвлений, он направился к большому залу.

– Где все? Почему никого нет? – тревога не оставляла его, но он все равно двинулся дальше.

И стоило ему сделать шаг, как что-то упругое и стягивающее упало на него сверху. Огонь факела потух. На него набросилось множество карликов, и спустя всего мгновение он уже лежал на земле, связанный по рукам и ногам. Внезапно шум и возня стихли, и над головой Илиса раздался голос.

– Ты все таки осмелился прийти за своей девчонкой? Как посмел ты даже подумать, что тебе удастся увести ее с жертвенника? Теперь вы все трое будете принесены в жертву. Да будет так!

Глаза постепенно привыкли к темноте, и Илис разглядел чуть вдали фигуру девушки. Рядом, с большим трудом, он смог различить Янаку. Его поставили на ноги и повели к ним. С трудом передвигаясь, почти вприпрыжку, из-за связанных ног, он едва не упал к ногам девушки. Их оставили стоять у стены, тогда как все карлики расселись вокруг и стали покачиваясь из стороны в сторону и что-то напевать.

– Янака, сестренка, – он захотел встать на колени, чтобы лучше разглядеть испуганное лицо девчушки, но не смог. Едва не упав, он вынужденно коснулся стоящей девушки. - Прости, ты и есть та, за которой я пришел? – спросил он тихо.

– А ты и есть тот, за которым я пошла по повелению Великого Эрлика? – прошептала она в ответ.

– Прости, не понял? – Илис почти шептал ей в ухо – так близко они стояли.

– Великий Желтоглазый просил встретить чужака из Внешнего мира и привести к скиртам. Ты и есть тот самый чужак?

– Да, я и есть тот чужак, о котором ты говоришь. Меня тоже Великий Желтоглазый направил сюда, чтобы вызволить тебя из плена этих карликов – карлуков. А видишь, как все обернулось. Сейчас нас принесут в жертву и все.

– Янака, сестренка, что случилось?

В ответ он услышал лишь тихое всхлипывание.

– Она развязала меня, попыталась вывести и спрятать. Но нас увидели, и теперь мы здесь, – ответила за нее девушка.

– А я, как лопух, все никак не реагировал на тревожное чувство внутри, на то, что все вокруг слишком спокойно и тихо. Похоже, что нас ждали, – буркнул Илис.

– Да, они везде расставили своих карликов. Меня тоже взяли недалеко отсюда, – прошептала девушка.

– Твоего жеребца они не нашли, он спрятан недалеко. Если вдруг удастся бежать, ты можешь быстро от них ускакать.

– Откуда ты про него знаешь? – удивленно спросила она.

– Мне Самал, мой наджы, сказал. Ведь именно он мне про тебя рассказал. Только у меня вопрос, почему ты одна пошла меня встречать? Разве у скиртов нет мужчин?

Девушка, немного помолчав, наконец тихо шепнула ему:

– Теперь я точно знаю, кто ты. Потому что Самал и мой наджы. А пошла я тебя встречать одна потому, что так мне повелел сам Желтоглазый. И, если наша встреча состоялась, то давай поблагодарим Эрлика за это. Я верю, что мы благополучно выберемся из этой переделки. Девушка улыбнулась, опустив голову вниз.

– Янака сказала, что придет братик и освободит нас. Я тогда удивилась, если ее братик будет такого же маленького роста, то как он нам поможет? А ты – вон какой огромный.

Она подняла голову и, встретившись глазами с Илисом, смущенно отвела глаза.

– Янака – моя названная сестра. Я увел ее из племени чудь. Ее хотели принести в жертву аруакам или, даже не знаю, кому еще. Пришлось бежать от них. Если нам удастся вырваться отсюда, то я все тебе подробно расскажу. А теперь давайте думать, как бежать. Время на раздумья у нас совсем нет.

Илис посмотрел на карликов и удивленно спросил девушку:

– Ты не находишь, что они какие-то странные? Сидят, как сонные, и совсем даже не смотрят на нас. Девушка посмотрела по сторонам и кивнула ему.

– Похоже они даже не видят нас.

– Янака, девочка, попробуй развязать мне руки. Или перегрызи жилы, – тихо попросила ее Ия. – А я попробую развязать Илис-лура.

Пока Янака пыталась справиться с путами Ии, Илис наблюдал за карликами и сам пытался порвать свои веревки. Лук у него отняли, ножа тоже не было, дубина осталась лежать у входа. Обезоруженный и связанный, он не мог постоять даже за себя. Как бы он смог бороться с карликами? Бороться и защищать тех, за кем пришел.

Внезапно наступила полная тишина. Сидящие перестали монотонно раскачиваться и пение прекратилось.

– Карлуки! – раздался вдруг тихий, но властный голос.

– Презренные изгои Внешнего мира. Вы, чья черная кровь гноем изливается на ваших предков аруаков. Как смели вы, черви земные, помыслить, что ваши предки примут от вас в жертву Великих Скиртских князей. Как смели вы подумать о том, что им будет угодна жертва, от семени самого Великого Эрлика – Желтоглазого повелителя подземного мира?

– Развяжите, и упадите на колени перед детьми Великого. И просите пощады, и может они простят вас.

Илис в недоумении разглядывал все вокруг, но никого не видел. Хотя голос ведьмы он сразу узнал.

Она испустила негромкий вой, похожий на вой волчицы. Несколько карликов, как под гипнозом, дрожащими от страха руками стали развязывать всех троих. При этом раболепно кланяясь им.

По спине у Илиса пробежали мурашки. Эва – все-таки настоящая ведьма. Но, что она задумала? Как оказалась здесь? С какой целью она заставила своей колдовской властью освободить их?

Много вопросов возникло в голове у юноши. И он ждал ответа на них.

Внезапно сидящие вокруг них карлики расступились и Илис увидел подходившего к ним Сурра. Подойдя ближе он почти прошептал:

– Вы – свободны. Только поторопитесь, у Эвы-лар очень мало сил. Карлуки могут очнуться в любой момент.

Сурр протянул руку к Янаке и захотел взять ее на руки. Испуганная девчушка отпрянула от него, но получив одобрение Илиса, приняла предложение. Илис, взглянув на изможденную девушку, молча взял ее за руки, и они вчетвером направились к выходу.

– Вы будете еще долго сидеть и каяться в содеянном. Вы более никогда не будете хватать чужаков и предавать в жертву... – разносилось под сводами пещеры.

Эва, ведьма племени- Чудь, еще что-то внушала карлукам, но четверка беглецов уже почти не слышали ее.

– Ты знаешь куда идти, – обратился Сурр к Илису, – а мне надо спешить к Эве-лар. Она – одна, и я не могу оставить ее.

– Давай пойдем вместе. Я сейчас заберу оружие.

Илис наклонился и подобрал лежащий у входа лук с колчаном, затем нашел и нож.

– Уходите сами, спасайтесь. Встретимся позже, если все получится. У Эвы-лар сейчас идет борьба – ее не отпускают демоны.

Илис обнял Сурра и сказал ему.

– Мы благодарны вам, теперь вы – наши друзья. И пусть у вас все получится. До встречи.

Он посадил Янаку на шею, взял Ию за руку, и они быстрым шагом направились к реке. Вдруг Илис остановился, снял Янаку и вернулся к пещере. Отыскав торбу, он попросил Янаку запрыгнуть в неё , затем, взвалил ношу на плечи, вновь подхватил слабеющую княжну и быстрым шагом направился к реке.

Эва из последних сил удерживала карлуков. Она лишь ждала, когда беглецы уйдут подальше. Увидев возвращающегося Сурра, она немного воспряла духом и глазами указала ему на выход из пещеры. Продолжая что-то внушать карлукам, Эва начала медленно продвигаться к выходу. Пот, казалось, уже не стекал с нее капельками, а бежал полноводными ручьями, голова нестерпимо болела, и казалось, что она сейчас упадет. Но Сурр был рядом, стоял и ждал ее.

Демоны цепко держали ту, которой они столько времени управляли, давали ей силу и власть. Но сейчас, осознавая, что ведьма хочет оставить их навсегда, они начали действовать и сопротивляться, уменьшая силы и возможности ведьмы. Сидящие в оцепенении карлики, почувствовав ослабевающую хватку, потихоньку начали выходить из под гипноза, переглядываться и что-то осознанно бормотать.

Внезапно Эву озарило. Почему она не обратится к самому Желтоглазому? Столько лет, она считала его своим врагом. Но сейчас, когда она направилась к племени скиртов, которым руководил сам Великий Эрлик, совсем не злой, как сказал ей Илис, то почему бы и нет?

– О Великий Желтоглазый, помоги! Я нуждаюсь в тебе, – она в изнеможении чуть не упала на колени, но Сурр успел ее подхватить.

– Прости меня, я желаю служить тебе и обещаю... Да, я обещаю быть верной тебе.

– Я помогу тебе, заблудшее дитя, – вдруг услышала она у себя в голове, не поверила, обессиленно оглянулась вокруг, но никого не увидела рядом, кроме Сурра.

– Я ждал твоего обращения, Эва! Следуйте за Илис-луром и Ией-лар и ничего не бойтесь. Я помогу вам.

– Сурр-а-лур, ты слышал? Сам Желтоглазый сказал мне, чтобы мы шли к скиртам. – Эва посмотрела на него и, внезапно почувствовав прилив сил, устало улыбнулась.

– Благодарю тебя, Великий! Я всегда буду теперь только с тобой!

Сурр неожиданно вздрогнул, увидев, как Эва изогнулась, страшно закатила глаза, упала на землю и замерла. Черная воздушная субстанция вышла из ее открытого рта и, немного покружив над телом, бесследно исчезла.

–Ты в порядке, Эва-а-лар? – встревоженно спросил он, наклонившись над ней. Затем поднял на руки и прижал к себе.

– Да, любимый, теперь я

в полном порядке. – слабо улыбнулась она и поцеловала Сурра в губы.

– Теперь я – свободна!

Глава двадцать третья

Засада

Уже отойдя на порядочное расстояние от пещер карлуков, Илис почувствовал усталость и остановился. Осторожно положив княжну на землю, затем сняв торбу с Янакой и аккуратно поставив ее рядом, он устало поднял глаза и увидев Самала, слегка улыбнулся и из последних сил помахав ему рукой. Все это время он нес на руках их обеих, так как Ия, с трудом перейдя реку, уже на берегу, потеряла сознание, и Илису пришлось приложить немалые усилия и сноровку, чтобы успеть подхватить ее, когда за плечами у него уже была сестренка.

Сев в изнеможении и кое -как утерев пот с лица, он ожидал лишь Самала. А пока тот не спустился, юноша наклонился над девушкой и тыльной стороной ладони провел по ее щеке. Ресницы ее слегка дрогнули, и она, открыв глаза и увидев склонившегося над ней Илиса, тут же попыталась вскочить, но Илис удержал ее порыв.

– Что со мной? Где мы? Мы спасены? – спросила она едва слышно.

– Все хорошо, мы – свободны!

Илис убрав прядь волос с глаз Ии, осторожно положил ее голову на землю.

– А где твоя сестренка? – Ия еще раз попыталась приподнять голову, но уже не смогла.

– Прости меня. Совсем нет сил, – извиняющимся тоном сказала она.

Илис, достав из торбы бурдюк, поднес его ко рту Ии и подождав, пока девушка с наслаждением сделает несколько глотков, затем напоил уже самостоятельно вылезшую из торбы сестренку.

– Сам не ожидал, что Илис найдет торбу и оружие, наберет воды и сможет донести тебя и Янаку, -

услышала в голове Ия и, поискав взглядом, наконец увидела рядом с собой на камне Самала.

– Я слышу тебя, наджы, здравствуй, ты вновь со мной. Спасибо и тебе, Илис-а-лур. Прости, за мою беспомощность, – девушка с трудом перевела дыхание. – Это все – от голода.

– Друзья, как я рад, что мы опять все вместе. Вы сейчас все одинаково слышите меня? Ведь так? – услышали все.

Илис взглянул на княжну, на Янаку и на Самала, и все, не сговариваясь, радостно и задорно рассмеялись.

– Ия, за камнем стоит твой жеребец. У него к седлу привязан мешок. Там ты найдешь еду и кое-что из одежды. Только не спрашивай, откуда все это.

– А ты, Илис, уже знаешь, что перед тобой сама княжна скиртов Ия-лар, или вы еще не познакомились как следует?

Илис и Ия, встретившись взглядами, почему-то не смогли отвести глаз друг от друга. Так они бы стояли и смотрели, не отрывая взглядов друг от друга, пока Янака не прервала их идиллию с детской прямотой:

– Я думаю, что это – любовь!

Молодые люди, одновременно смущенно покраснели и отвели глаза. Илис, потрепал сестру и, улыбнувшись сказал:

– А ты знаешь, что такое любовь? Разве чудь знает что-то про любовь и дружбу? Ты – не по годам развита, сестренка. Я думаю, ты слукавила, сказав мне, что тебе всего лишь пять лет?

Он по-медвежьи сгреб ее в охапку, поцеловал, затем оглянувшись к княжне, сказал:

– Я сейчас приведу твоего скакуна, Ия-а-лар. И мы все вместе поедим.

– Самал, как далеко мы отошли от пещер?

– Недостаточно далеко, но времени хватит на то, чтобы поесть.

Через некоторое время, все четверо, перекусив и немного передохнув, были готовы продолжить свой путь.

– Как-то нехорошо получается, – посетовал Илис. – Нам помогли бежать, а сами они, Эва-лар и Сурр-лур, остались совсем одни. Что это, о Великий? Это – твой замысел? Может мне стоит вернуться и помочь им?

– Следуйте своим путем. Им ничего не угрожает. Они следуют за вами. Придет время, и вы с ними встретитесь. И будьте бдительны.-

Услышал Илис, а по реакции остальных понял, что все услышали то-же самое. Поблагодарив Желтоглазого за спасение от явной смерти, друзья приготовились в путь. Илис, видя как Янака сторонится коня, спросил:

– Сестренка, ты раньше видела коней, или для тебя он – большое чудовище? Не бойся его.

– Я никого не боюсь. – Девчушка, поджав губы, подняла подбородок и скрестила на груди руки. – Просто он такой огромный. У нас таких я не видела никогда.

– А хочешь на нем поехать, вместе с Ией-лар?

– Только, если с ней. Одна я на нем не поеду.

Янака посмотрела на княжну.

– Поедешь со мной?

Девушка рассмеялась веселым, добрым смехом.

– С удовольствием поеду, малышка. Только ты – спереди, будешь управлять им. Согласна?

– Согласна, – ответила Янака. – А как зовут его?

Девушка растерянно посмотрела на жеребца, обвела глазами Илиса и Янаку и пожала своими плечиками.

– Я даже и не знаю. Мне подарил его добрый охотник, когда я отправилась на поиски Илис-лура...

– А давай ты сама назовешь нашего доброго друга. Он ведь – наш друг, ты согласна?

Янака засмеялась и попросила братика помочь забраться на скакуна. Ия уже была в седле и легко приняла Янаку, усадив ее впереди себя.

– Ну что? – Девчушка уцепилась двумя руками за гриву, какое имя тебе нравится? – спросила она опустив голову к уху коня. – Найман?

Затем, посмотрев на Илиса и обернувшись к княжне, заявила:

– Он говорит, что его уже давно так зовут – Найман.

– Он сам тебе это сказал? – спросила удивленно Ия.

– Сам, – ответила девчушка. – Найман, подтверди мои слова княжне.

Жеребец встрепенулся, закивал головой, постучал копытами передних ног по земле и громко заржал.

– Слышали? – Янака удовлетворенно хмыкнула.

– А еще он говорит, что ты даже и не спрашивала его об этом.

– Что ты имеешь ввиду? – спросила княжна. – Ты что, понимаешь его язык?

– А чему тут удивляться? Я, с тех пор как узнала братика, уже ничему в этой жизни не удивляюсь. Ты же разговариваешь с птицей? А я, как оказалось, еще и понимаю коня Наймана, – засмеялась Янака.

– Таинственный мир Великого Эрлика полон загадок и чудес, – легко взваливая пустую торбу с остатками пищи себе на могучие плечи, сказал Илис. – Ну что, друзья, в путь! Нас ждут великие дела.

Все дружно подняли головы, услышав в вышине клекот сокола, и, помахав ему, отправились на поиски приключений. С самого начала, может интуитивно, а может и с помощью Великого, они взяли верное направление. Илис шел рядом с Найманом, придерживая его за уздечку, иногда оглядываясь назад. Он переживал за их нежданных спасителей, хотя и немного недоумевал:.

– Как они оказались здесь? Почему ведьма, обманувшая меня, вдруг пришла на помощь и освободила их от верной гибели? Может это – замысел Великого Желтоглазого? Получается, что она спасла его уже дважды: первый раз – от кровожадных аруаков, а второй раз – от не менее жестоких карлуков. И где же они сейчас?

Посмотрев на всадниц и увидев, что Янака спит, прислонившись к княжне, он невольно засмотрелся на хорошенькую Ию-лар. Девушка от всего пережитого тоже тихонько дремала, а может быть, просто прикрыла глаза от усталости.

– Значит, ты – княжна скиртов. И такая красивая! – думал юноша, все больше понимая, что девушка навсегда поселилась в его сердце.

Гористая местность постепенно сменялась перелесками и Илис все больше восторгался огромным подземным миром, раскинувшимся под его бывшим Внешним. Целый мир, множество племен и народов, со своими обычаями и устоями, реки, горы и наконец – свое светило. Разве он мог это все предвидеть? Он наслаждался этим таинственным миром, любовался и жил им. Именно здесь, он встретил ту, что вскружила ему голову. Заставила его сердце выскакивать из груди лишь от одного ее взгляда.

Наконец они вошли в небольшой лесок и дорогу им перегородил большой, поросший небольшими, чахлыми деревьями овраг. Илис посмотрел на княжну – та дремала. Тогда он остановил коня и слегка коснулся ее руки, отчего Ия мгновенно проснулась.

– Давайте отдохнем немного, а потом уже продолжим путь дальше.

Он осторожно принял у княжны спавшую Янаку и положил ее на мягкий мох, затем помог Ие слезть с коня.

– Присядь и ты княжна, или даже поспи. Я буду охранять ваш сон, – предложил он.

– Спасибо, Илис-а-лур. Ты сам очень устал. Мы хоть двигались верхом на коне, а ты весь этот путь прошел на ногах. Тебе отдых нужен больше, чем нам. Теперь я буду вас охранять. – ответила ему княжна. Их взгляды вновь встретились, заставив учащенно забиться сердца.

***

Засада ждала их на вершине холма, соседствующего с оврагом, у которого они остановились на покой. Но она была такая поспешная, что любой военный стратег наверняка схватился бы за голову. Это были люди племени чудь, посланные шаманом. Они должны были помешать беглецам соединиться со скиртами. Не зная, какой дорогой те пойдут, люди шамана были вынуждены всю дорогу лишь незаметно преследовать их, выжидая удобный момент для нападения. Арват, или десяток человек под командой десятника, догонял их от пещеры карлуков. Они увидели беглецов лишь тогда, когда те перебирались через реку.

– Миха-а-лур,– обратился к десятнику один из охотников, – когда мы будем их брать? По моему, девчонка уснула. Та, что с косой, тоже скоро уснет. Одного гиганта мы всем арватом сможем связать. Я думаю, он сам добровольно не пойдет, что скажешь?

– Сиди и молчи, я сам вижу. Эй вы, – обратился десятник к находящимся неподалеку охотникам, – обойдите их с подветренной стороны. Ведьма как-то говорила, что у чужака хороший нюх. Как махну рукой – сразу нападайте на него и вяжите его.

Десятник, отдав распоряжение, выглянул из засады, чтобы лично убедиться, что все в порядке.

***

Кружащий высоко над ними сокол не привлекал их внимания, но видел все и всех. Наконец он спустился на землю и присел на небольшой камень у места привала беглецов. Сидящие рядом молодые, увидев Самала, захотели поприветствовать его, но предостерегающий клекот остановил их.

– Простите, что помешал вам, но за вами наблюдают. Арват во главе с десятником уже давно ищет повода напасть на вас и взять в плен.

– Арват? Целый десяток? Кто они? – встрепенулся Илис.

– Чудь. Я не беспокоил вас, пока вам ничего не угрожало. Но сейчас они настроены решительно, послали часть людей в обход. Похоже, шаман не хочет, чтобы ты покинул их племя и дошел до скиртов.

– Так значит ведьма с Сурром специально втерлись к нам в доверие? Все было продумано? – возмущенно спросил Илис.

– Не думаю. Похоже, что они с Сурром тоже убегают к скиртам. Вслед за вами. И, кстати, они скоро появятся из-за холма к которому я сейчас полечу.

Самал взлетел и направился в сторону одного из ближайших холмов, из-за которого тут же показались Эва и Сурр. Увидев Илиса и всех остальных, они радостно побежали им на встречу, как к старым друзьям. Подбежав, остановились, как будто в нерешительности, и Эва смущенно произнесла:

– Мы хотим быть с вами. Илис-а-лур, прости меня, что обманом привела тебя к чуди. Я виновата пред тобой, но мы с Сурр-луром решили идти с вами. К скиртам. Возьмите нас с собой. Нам всем вместе будет легче в дороге.

Вперед выступил Сурр и сказал:

– Эва-лар больше не ведьма. Она теперь служит Великому Желтоглазому.

– Даже так? – удивленно произнес Илис.

– Да, Илис-а-лур. Это – правда. Великий Желтоглазый помог мне избавиться от демонов. Теперь я – свободна. У меня открылись глаза. Простите нас.

– Что вы? Мы бесконечно благодарны вам за то, что помогли нам сбежать от карлуков. Кстати, пред вами – княжна скиртов Ия-лар. Познакомьтесь.

Илис подал руку княжне и она поклонилась Эве и Сурру. В ответ, как и подобало у чуди, они поклонились в пояс княжне.

– Хочу предупредить вас, – сказал Илис, – за нами наблюдают ваши охотники.

– Они уже обнаружили себя? – спросила Эва. – Я знала, что вождь и шаман обязательно пошлют людей, чтобы вернуть вас и не дать вам уйти к скиртам. Сколько их?

– Нам известно, что их целый арват. И десятник.

– Арват, а нас – всего четверо. Убивать нас им нельзя, значит постараются нас обезоружить и связать. Ну, что ж, пусть попробуют. Они знают, что мы знаем об их присутствии? – спросил Сурр.

– Не знаю. Посмотрим. Будьте все готовы, но виду не подавайте.

Тогда все встали около жеребца и продолжили мирно разговаривать. Со стороны можно было удивляться их беспечности, ведь они находились в незнакомой местности, где всякое могло случиться.

***

Десятник арвата, увидев Эву и Сурра, немного удивился, но когда он увидел своих соплеменников и беглецов улыбающимися и обнимающимися, то впал в ступор.

– Ничего не понимаю! Они что, вместе? Что-же мне теперь делать, и как быть с поручением шамана?

– Миха-а-лур, – услышал он рядом, – а что, и ведьма тоже с ними? И Сурр-лур? Я не хочу связываться с ними.

– И я, – раздалось в стороне.

Все кто находился рядом занервничали и загалдели.

–Тихо! – Зашипел на них десятник. Дайте подумать.

– Давайте вернёмся и скажем, что не нашли их. Так будет лучше. Я хочу еще пожить, – послышался чей-то жалостный вздох.

Десятник обвел всех глазами и предложил:

– Если вы все поклянетесь, что никого не видели, и не скажете никому, что мы сейчас увидели…

– Да, да, клянемся... – послышался гомон голосов.

– Тогда тихо расходимся и встречаемся вон у того холма.

Десятник показал в сторону виднеющихся гор. Но в это время раздался голос Эвы:

– Эй, чудь белоглазая. Что попрятались? Выходите, будем говорить с вами. Не бойтесь. Все будете живы.

– Миха-а-лур, ведьма все знает. Она про нас все знает.

И охотники, которые пытались организовать засаду, теперь поняв, что сами попали в нее, стали со страхом выходить из-за укрытий. Когда весь арват во главе с десятником со страхом собрался на полянке, Ия с удивлением посмотрела на них. Все они тряслись от страха перед ведьмой и гигантом. Весь многолетний опыт пресмыкания перед сильными членами племени, не делал их в этот момент храбрыми воинами, посланными взять их силой.

Эва обратилась к бывшим соплеменникам и к десятнику:

– Можете ничего не говорить. Миха-а-лур, ты и вы все знаете меня много лет. Знаете, что я могу вас всех отправить к аруакам.

– Да, да, Эва-а-лар, «Та, что ведает», – закивал десятник и все закивали вслед за ним.

– Возвращайтесь в племя и доложите, что все были принесены в жертву карлуками. Скажете, что ничего не смогли сделать. Я наложу на всех вас заклятие. Если кто-то из вас проговорится, тот сразу же в мучениях умрет. Вы хотите так умереть? – грозно посмотрела на них ведьма.

– Нет, нет. Никто никогда не узнает об этом. Мы возвращаемся. – За всех ответил десятник и, махнув рукой своим незадачливым охотникам, они быстро исчезли за холмом.

– Ты и вправду наложишь на них заклятие? – спросил Илис у Эвы, как только охотники исчезли.

– Что ты, Илис-а-лур, – улыбнулась она. – Я же сказала, что больше – не ведьма. Теперь я служу Великому Желтоглазому. Это я так, – она смущенно опустила взгляд вниз, – чтобы они не проболтались.

– Простите, что вмешиваюсь, – раздался тонкий голосок проснувшейся Янаки, – Но, мне кажется, или, пока я спала, мы все стали друзьями?

– Тебе не кажется, Янака. Теперь мы все – друзья, – улыбнулась княжна и обвела всех взглядом. – И что это значит?

– А это значит, что, как друзья, каждый из нас отдаст жизнь за друга, если это будет нужно, – вставила Янака. – Так говорят мой братик и Самал.

Все рассмеялись, лишь Эва и Сурр спросили немного удивленно:

– Самал? Кто это? Тоже друг?

– Да, это тоже наш друг. Сейчас он спустится с небес. – проговорил Илис, подняв голову вверх и выставил руку, на которую уселся сокол.

Эва и Сурр потрясенно смотрели на сокола.

– Ручной сокол? Как вам это удалось?

– Спросите Великого Эрлика, – послышалось в головах Эвы и Сурра. Они оглянулись в недоумении и увидев, что все вокруг улыбаются, немного растерялись.

– Посмотрите на меня, это говорю вам я, Самал, сокол-балабан, друг ваших друзей, а теперь и ваш друг.

Эва и Сурр во все глаза глядели на сокола, пока до них наконец не дошло, что это именно птица мысленно разговаривает с ними.

– Не удивляйтесь. И Самал умеет говорить, и Найман, – засмеялась Янака.

– Найман? А это еще кто? – Спросил Сурр, оглядываясь.

– А Найман, тоже наш друг, – вставила девочка.

– Это – он, – и она показала на коня.

Ошарашенные Эва и Сурр лишь молча сглотнули.

– Да друзья. Это – мир Великого Эрлика. Он полон чудес и загадок, – улыбаясь сказал Илис.

– Мир Эрлика? – сморщила брови Эва.

– Да, Эва-а-лар, мир Великого Желтоглазого, мир Эрлика. Я ведь тебе уже говорил об этом.

А после все они еще долго сидели у костра. Ели подстреленную Сурром перепелку и наслаждались отдыхом и мирной беседой. Много нового узнали все о каждом из них в этот вечер, много нового рассказал им Илис о Внешнем мире, и очень многое узнал сам о мире Великого Эрлика.

Глава двадцать четвертая

Возвращение

Хорошо отдохнув и подкрепившись, друзья собрались в путь. А путь им предстоял совсем неблизкий. И как выяснилось в дальнейшем, весьма неожиданный на разные приключения.

Найман, жеребец Ии, стучал копытами от нетерпения. Янака облюбовав себе место в седле, сказала всем, что дальше поедет на коне одна. Великодушно разрешив девушкам присесть с ней рядом, если они устанут идти.

Илис и Сурр, собираясь в дорогу, проверили оружие, сложили в торбу вещи и привязав все к седлу, наконец водрузили на него Янаку. Сияя от счастья, она немного свысока посмотрела на стоящих рядом взрослых друзей, затем таинственно нагнулась к Найману и, что-то шепнув ему на ухо, натянула уздечку.

Гористая местность, начавшаяся сразу как только отряд, а теперь это и был именно отряд, перешел большой овраг, принесла сразу несколько проблем для путешественников. Чарыки Илиса пришли в полную негодность, а идти босым дальше ему стало крайне проблематично – ведь острые камни впивались в ступни, и вскоре он уже не мог ступать.

На помощь пришла Ия. Она попросила мужчин отвернуться, подозвала Эву на помощь и, скинув верхнюю накидку из шкуры марала, сняла нижнюю рубаху из грубого сукна и отдала ее Илису, который разделил сукно на две ровные портянки, обмотал ноги и, пройдясь немного по камням, остался доволен новой обувкой.

– Благодарю тебя, Ия-а-лар. Теперь некоторое время я смогу спокойно идти и даже немного бежать, – засмеялся он и, немного пробежав вперед, вдруг остановился и замер. Поднеся палец к губам, он дал понять, чтобы все замолчали, присел и показал рукой в сторону. Сурр тихо подкрался к нему и посмотрел, куда указывал Илис.

Красивый, сильный и гордый олень, величаво откинув назад голову с могучими ветвистыми рогами, трубил всем голосом, призывая самку на встречу. И вскоре она отозвалась, издав ответный рев.

– Гон у оленей начинается, брачный период, – прошептал Сурр, – давайте не будем их разлучать, уйдем тихо, пусть живут.

– Да я и не против. Хотя мяса нам хватило бы надолго. Ну, да ладно, может, заяц попадется, – также тихо ответил ему Илис и махнул остальным, давая знак продолжить путь.

– Мы сейчас идем вдоль Долины Теней, она – справа от нас, – сказала молчавшая всю дорогу Эва.

– Вон там, Илис-а-лур, – и она показала рукой на нависшую над пропастью скалу, – мы вышли с тобой из подземелья. Хотя я могу и ошибаться.

Илис остановился, внимательно и долго осматривая раскинувшуюся внизу долину, потом, пожав плечами посмотрел на княжну, перевел взгляд на Эву и улыбнулся.

– Я благодарен тебе, Эва-а-лар. Если бы не ты, меня может и не было бы с вами сейчас.

– А я, Илис-а-лур, благодарна тебе. Ведь если бы ты не попал к нам из Внешнего мира, я бы никогда не узнала, что такое любовь. И никогда бы не узнала заботу о нас Великого Желтоглазого. И Эва ласково улыбнувшись в лицо Сурру, положила руку ему на плечо.

Илис кивнул ей в ответ и посмотрел на Ию. Затем наклонился к ней и сжал пальчики той, которую он любил. Он знал это. И в ответ почувствовал ответное сжатие. В полном молчании они шли и шли по желтому мху, наслаждаясь присутствием друг друга.

Янака мирно спала на спине своего нового друга, и лишь Самал где-то в вышине следил за счастливыми, но уже порядочно уставшими от всех, выпавших на их долю приключений, друзьями. Вода в бурдюке давно уже закончилась, и всем так хотелось пить, что все сосредоточились на её поиске.

С трудом взобравшись на вершину холма, они различили лишь очертания невысоких гор и решили, что по достижении их вероятность обнаружить реку или озеро будет выше. Как долго они шли, никто не знает, но в этот день так и не достигнув цели, они остановились на отдых. Сил не осталось совсем и, почти в полуобморочном от усталости состоянии, они повалились на желтый мох и тут же уснули. Лишь Ия успела попросить Великого, разбудить их в случае опасности.

***

В тронном зале Скиртских князей было довольно шумно. Но не было излишней суеты, не было шумных застолий. Только вокруг княгини Тины-лар немного в возбужденно-радостном настроении стояли несколько человек и довольно громко обсуждали новость. А новость принес им сокол-балобан. Влетев в открытое окно спальни княгини, он уселся на высокий балдахин кровати и молча стал смотреть на читавшую какую-то рукопись Тину-лар.

– Радуйся, Великая Княгиня, твоя дочь возвращается, – вдруг услышала она. – И возвращается она не одна.

Тина-лар подняла голову, оторвавшись от чтения, и осмотрелась вокруг. Увидев птицу у изголовья, она внимательно посмотрела ей в глаза.

– Ты ли говоришь со мной, птица? Ты ли вещаешь мне долгожданную весть? – лишь подумала она и Самал, а это был несомненно он, ответил ей прямо:

– Я, княгиня, не удивляйся. Мои друзья возвращаются. Но они еще далеко. Пошли людей им навстречу, они очень устали. И им потребуется ваша помощь. Их пятеро. Это – бывшая чудь. Но Великий Эрлик принял их и благословил идти к скиртам.

– Кто ты, ведущий разговор, и как зовут тебя? – спросила княгиня. – Могу ли я сказать всем, что это ты, принес нам счастливую весть?

– Да, княгиня. Твои люди видели меня. Турал и Сагра, ставшие полноправными скиртами, знают меня. Я – Самал. Этим именем меня нарек Илис-лур. Иди и обрадуй всех. А я полечу к Ие-лар и ее друзьям. Пусть твои люди встречают их бывшем доме Авров, – и Самал, быстро вылетев из спальни, взмыл вверх и исчез в облаках.

***

Илис проснулся первым, осмотрелся и, убедившись, что все в порядке, посмотрел на свернувшуюся калачиком княжну. Он смотрел на ее полуоткрывшийся ротик, на ее милое личико и ему нестерпимо захотелось поцеловать девушку. Илис подвинулся ближе, наклонился над ней и прикоснулся губами к ее губам. Ресницы княжны вздрогнули, она открыла глаза и нежно ответила ему. Губы их слились в поцелуе.

– Я же говорила, что у вас – любовь, – раздался откуда-то нежный голосок сестренки.

Влюбленные от смущения прервались и, помотрев на Янаку, Илис сказал ей, шутя:

– Ах ты, проказница. Подглядывать – нехорошо. Ты когда проснулась?

– А я, между прочим, уже давно проснулась. Просто лежу и думаю.

– И о чем же ты думаешь, малышка? – спросила ее Ия

– Как же я рада, что Великий и добрый Эрлик дал мне братика, дал мне тебя и новых друзей. Как же хорошо под солнышком, а не в сумеречном урочище. Даже ведьма, которую я всегда боялась, теперь – наш друг. Великий и добрый Эрлик, сделал и ее доброй.

– Я слышу тебя, девочка, – сказала Эва и, открыв глаза приподнялась на локте. – Да, ты – права. Я всю жизнь находилась в тени. И вот, так случилось, что именно чужаку из Внешнего мира удалось вывести меня из власти демонов и обратить свой взор, свои чувства и стремления к Великому Эрлику, которого раньше я считала злым и страшным богом подземного мира мертвых. О, Великий Эрлик, Желтоглазый повелитель, я благодарю тебя за то, что позволяешь мне, злой и коварной ведьме в прошлом, жить в тебе, дышать тобой и любить тебя.

Каждый, кто сейчас находился рядом с Эвой, молчал, но какие на самом деле мысли обуревали ими в это время, знал лишь тот, о ком велся разговор.

Послышался легкий шелест крыльев и Янака, радостно подняв руки, почти закричала:

– Самал вернулся! Ты где так долго летал? Что видел?

Все повскакивали с мест и радостно приветствовали друга.

– Друзья мои, я был в княжестве скиртов. Ия-а-лар, твоя матушка шлет тебе поклон и приветствует всех твоих друзей. Они ждут вашего скорейшего возвращения.

После они еще долго обсуждали все новости, а Самал рассказал всем, что видел и слышал. Наконец они собрались в путь, и Илис спросил Самала:

– А речку или озеро, ты не видел поблизости? У нас совсем закончилась вода. Да и подстрелить кого-нибудь не мешало бы, мы – так голодны.

– Как же плохо, что у вас нет крыльев, Ия-а-лар, – обратился Самал к княжне, – посмотри вон на ту сопку в форме медведя, неужели ты не узнаешь ее?

Княжна внимательно присмотрелась, но в ответ лишь пожала плечиками. Затем, взобравшись немного повыше она радостно воскликнула:

– Самал, ты – умница. Если бы не ты, мы бы прошли мимо этого озера.

– Друзья мои. Это озеро у деревни авров. Здесь я впервые увидела и узнала Самала. Здесь, мне спас жизнь Турал, охотник этого племени, и здесь, я обрела новую подругу – Сагру. Друзья, давайте поспешим к озеру и деревне. А там…

– А там и подойдет дружина скиртов. Великая княгиня Тина-лар послала их встретить вас и помочь добраться до княжества, – услышали все. Самал взлетел, стал набирать высоту, но неожиданно опустился и сел на плечо Илису.

– Тихо! Прямо за холмом – стадо оленей.

Илис переглянулся с Сурром и оба, молча приготовив луки, поползли на вершину холма.

Охота оказалась удачной. Через некоторое время легкий ветерок приятно щекотал ноздри запахом жареного мяса. Насытившись, они приготовились спуститься к озеру и, немного обойдя его, войти в деревню авров.

– Интересно, вождь авров сказал мне перед дорогой, что все они уйдут в могильник и принесут себя в жертву аруакам. Случилось ли это на самом деле или это был лишь разговор? – думала княжна, спускаясь по склону.

Путь оказался неблизким и друзьям пришлось даже один раз остановиться на отдых. С возвышенности было хорошо видно зеркало воды. И это еще больше усиливало жажду.

Наконец они подошли к озеру. И все, припав к воде, долго не могли утолить жажду. Освободив Наймана от поклажи, сняв с него сбрую и седло, они отпустили его пастись.

Сами же, разделившись на два лагеря с удовольствием плескались в чистой и прохладной воде озера. А жеребец радостно фыркал и плескался недалеко от них.

Когда отряд вошел в деревню авров, их встретила тишина. Не было дыма от костров, не было ребятни у примитивных домов-шалашей. Напряженная тишина и все.

– Похоже авры сдержали слово. Ушли к предкам. Племя прекратило свое существование. – Ия-лар вздохнула и посмотрела на Илиса и Эву.

– Вы говорили, что аруаки, тени Долины, на самом деле простые люди, которые пожирают мертвецов. Вождь Авров сказал мне на прощание, что его племя добровольно принесет себя им в жертву. Давайте обойдем их дома, может кто остался живой? – предложила княжна и хотела уже сама заглянуть в один из домов, но Илис остановил ее.

– Подожди, Ия-а-лар. А вдруг это – засада? Сурр-а-лур, сопровождай Эву, а Янака пойдет с нами. Встретимся в конце деревни.

Они тихо стали обходить жилища, осторожно осматривая все залежи хлама в них, надеясь найти хоть кого-нибудь.

Самал появился неожиданно. Он приземлился прямо на плечо Илиса и сказал как обычно мысленно:

– Я думаю, в деревне никого нет, а вот за тем холмом за вами наблюдают двое. Я не знаю, кто они. Но когда вы плескались в озере, они были в деревне. А потом незаметно ушли. Вы были невнимательны.

– Прости, наджы, ты прав. Мы были неосмотрительны. Где они? – Илис сконфуженно поморщил нос и улыбнувшись, ласково потрепал спинку сокола.

– Ия-а-лар, и ты Янака, оставайтесь с Эвой-лар здесь, а мы с Сурр-луром пойдем глянем на них.

Он поискал глазами Сурра и увидев его выползающего из низкого подобия дома, махнул ему рукой призывая к себе. Объяснив подошедшим суть разговора с Самалом, мужчины приготовив оружие, направились в обход, желая обойти спрятавшихся с тылу.

Девушки оставшись одни, влезли в низкий вонючий домик и приготовились дать отпор, если понадобится. Как уже было ранее сказано, храбрости им было не занимать, но если мужина сказал спрятаться, значит – надо спрятаться.

***

Илис с Сурром тем временем, обойдя холм, увидели двух незадачливых авров, которые лежали на вершине холма и наблюдали за деревней. Тихо подойдя к ним и натянув тетиву они окликнули авров. Испуганно оглянувшись и увидев нацеленные на них стрелы, авры встали и бросив каменные топоры на землю, развели руки в разные стороны. Очевидно это означало, что они сдаются.

– Кто вы и что здесь делаете? – спросил Илис, глядя им в глаза.

– Мы живем здесь. А кто вы? – спросил в свою очередь один из них.

– В деревне никого нет. Вождь и все племя обещали принести себя в жертву аруакам. Почему вы не с ними?

– Мы только два сна назад вернулись с охоты. И были мы очень далеко, почти у земель Вогулов. Охота не задалась. А когда вернулись, то обнаружили нашу деревню совсем пустой. Это правда, поверьте нам. Не убивайте нас.

Илис с Сурром опустили луки, однако соблюдая осторожность, повели пленников в деревню. Каменные топоры авров остались лежать на склоне холма. Луков у них не было, но Сурр, увидев у одного из них каменный нож, отобрал и его.

***

Все обошлось, и через некоторое время все дружно ели принесенную добычу авров у большого костра. Узнав историю ухода племени, авры были огорчены. Их жены и дети были принесены в жертву без их согласия. И что станет с ними самими дальше, они не знали.

– А сами, что думаете? Как будете жить дальше? – спросила княжна.

– Наверняка вы знали Турала охотника, брата Сагры?

Охотники переглянулись:

– Как ты, женщина, можешь знать нашего брата и сестру? Хоть и не родных, но наши отцы были братьями.

– Вы – братья великого охотника Турала? Очень интересно, – улыбнулась княжна, на мгновение задумавшись.

– Ваш брат и сестра сейчас находятся у скиртов.

– У скиртов? В плену? – встревоженно спросили они.

– Нет, конечно. Они добровольно ушли к нам. И стали полноправными скиртами. И Турал и Сагра, – ответила Ия и улыбнулась.

– Когда их отец убил на охоте вашего князя, то потом долго переживал. А Турал с Сагрой давно хотели покинуть племя и убежать к скиртам. Так вы – скирты? Значит вы нас не убьете? – повеселели авры.

– Мы – мирные люди, и хотим жить со всеми в мире. А я – княжна скиртов.

Оба авра одновременно вскочили и припали к ногам княжны.

– Прости нас, Ия-а-лар. Прости нас и прими в свое племя. Мы остались совсем одни и мы будем хорошими охотниками. – Они подняли головы и умоляюще посмотрели на княжну и всех остальных.

– Вы даже знаете мое имя? – удивленно спросила она.

– Мы знаем как зовут и твою матушку, Великую княгиню Тину-лар,– подобострастно ответили они, преданно глядя в глаза княжне.

Ие стало неловко и она поспешила ответить им:

– Встаньте, у нас не принято преклонение. Мы живем просто с нашим народом. У нас нет голодных, все просты в обращении. Если хотите стать скиртами, то мы примем вас. При условии, что вы будете выполнять наши законы. А наш главный закон – Великий Эрлик. Слышали о нем? Или вы тоже служите теням предков?

Они молча сглотнули и опустили головы.

– Смотрите, вам решать! – Княжна встала и, взяв бурдюк сделала несколько глотков. Затем посмотрела по сторонам, увидела спящую Янаку и улыбнулась. Илис с Сурром и Эвой сидели и молча слушали весь разговор, не вмешиваясь.

Откуда-то издалека послышался приближающийся топот копыт. Мужчины, вскочив и приготовив оружие, попытались определить источник опасности, но увидев приближающихся облегченно вздохнули. Это – была дружина скиртов во главе с воеводой.

Встреча была радостной и простой. В дружине находился и Турал из племени авров. Увидев братьев, он обрадовался и долго обнимался с ними. Познакомившись и немного отдохнув, дружина, теперь уже во главе с княжной, отправилась в обратный путь. Переодевшись в вещи, привезенные скиртами, Илис в новых чарыках и княжна в новом походном одеянии ехали на конях недалеко друг от друга. Они постоянно переглядывались и это было заметно многим. Но все молчали, незаметно улыбались и были счастливы, что юная княжна возвращается домой. Да не одна, а с новыми друзьями.

Глава двадцать пятая

Радостная встреча

Лишь один сон, как привыкли говорить в мире Великого Желтоглазого, понадобилось провести в покое, прежде чем друзья увидели стены княжества скиртов. Величественные, украшенные позолотой бойницы, зубчатые переходы башенок и другие неизвестные Илису и его друзьям типы строений заворожили взгляды прибывших.

Над городом пронесся сигнал горна, ворота открылись и юная княжна Ия со своим отрядом вошли в город. Широкие улицы были запружены ликующими людьми. Их встречали радостными приветствующими криками и бросали на них золотые украшения и разноцветные маленькие камушки. Один камушек попал в улыбающийся, полуоткрытый рот Сурра и, вытащив его, он с удивлением обнаружил, что это был настоящий алмаз. Удивляясь богатству города, он с сожалением вспомнил свое родное урочище. Хотя и там этого добра хватало.

С некоторым удивлением горожане рассматривали друзей княжны. Многие знали, что с ними должны были быть люди из племени чудь. А в княжестве отродясь не было никого из этого племени. Весть о том, что «Чужак», рискуя своей жизнью, спас юную княжну от жертвоприношения, знал весь город. Может, это рассказал Самал, а, может, и нет, но то, что Ия и Илис влюблены в друг друга, это было видно всем и без объяснений. Руки влюбленных были крепко сжаты рука в руке. Подойдя ко дворцу, они увидели выходящую из него княгиню и группу радостно улыбающихся придворных.

Друзья направились к лестнице, которая вела к главному входу во дворец, чтобы предстать перед княгиней, но она сама сбежала по ступеням и, не соблюдая никаких условностей, раскрыла объятия дочери.

Затем, нисколько не смущаясь и не боясь упасть в глазах гостей, она поочередно обняла всех прибывших с княжной и поцеловала малышку Янаку.

– Я – княгиня скиртов, доброго народа, живущего под покровом Великого Желтоглазого Эрлика, при всех объявляю вас принятыми в наше княжество. Так повелел Великий. И мы с удовольствием выполняем это.

– Илис-а-лур, – она перевела взгляд на Илиса, – моя дочь, княжна Ия-лар, по просьбе Великого отправилась в нелегкий путь, чтобы найти тебя и привести тебя к нам. Будь с нами, оставайся и живи с нами. Ты стал скиртом. Я верю, что ты достоин этого. – Княгиня поклонилась ему в пояс, – благодарю тебя за дочь.

– Княгиня, я один ничего бы не смог сделать без помощи моих друзей. Ия-лар подтвердит, что если бы не Эва-лар и ее друг Сурр-лур, то нас, возможно, уже и не было бы. Самал, с которым Вы также знакомы, – тоже наш друг. И его помощь всегда была кстати.

Княгиня молча поклонилась Эве и Сурру и поцеловала обоих.

Они же молча стояли в каком-то оцепенении и не могли ничего сказать. Оба были потрясены встречей и отношением нового племени к ним. Затем к ним подошли спустившиеся со ступеней придворные, и княжна по очереди представила им своих друзей.

– Княжна Ия-а-лар, – послышался нежный голосок, и, обернувшись, Ия увидела Сагру из племени авров.

– Сагра, – радостно воскликнула княжна, бросилась к своей подруге и они нежно обнялись.

Подошел поприветствовать княгиню и Турал, брат Сагры.

Маленькую Янаку затаскали по рукам, всячески потчуя и одаривая ее.

И еще долго были слышны в городе скиртов радостные возгласы – народ гулял. Дружинники и встречающие постепенно разошлись праздновать по домам, но в большом зале дворца пир все продолжался. Эва и Сурр наконец немного освоились и вышли из оцепенения, и тогда Эва попросила слова.

– О, княгиня, и весь дружественный народ племени скиртов. Мы с Сурр-луром и Янакой – из племени чудь. И, скажу откровенно, мы совсем не ожидали, что нас встретят с такой теплотой и радостью. Многие года нам говорили, что вы – наши враги. Теперь мы увидели своими глазами и убедились совершенно в обратном. Я честно признаюсь, что долгое время была ведьмой в племени чуди

. Но сейчас, многое переосмыслив, я наконец поняла, что Великий Желтоглазый, это – отражение наших сердец. Так сказал мне Илис-лур, когда мы сбежали из Долины Теней, а я обманула его и повела к чуди. И сейчас, когда нас приняли в доброе племя скиртов, обещаем перед всеми вами быть достойными соплеменниками. Ведь мы не раз хотели убежать к вам, но не знали, где вас искать.

Все громко и одобряюще заговорили и подняли кубки с легким вином. Янака, сидя на коленях Илиса, большими голубыми глазами смотрела на всех и крепко обнимала своего брата.

– Братик, смотри, а у Эвы-лар и Сурр-лура глаза тоже уже не белые, – шепнула на ушко счастливая девчушка.

Желтый туман начал сгущаться постепенно. Начали пропадать стены дворца, затем исчез потолок залы и, как обычно бывает при его появлении, уста у всех сомкнулись. В тишине лишь раздался звонкий стук бокала, который от неожиданности уронила Эва.

– Всем – добра! – услышали все в своих головах. – Я доволен, что вы все наконец собрались здесь. И вижу я среди вас и чудь, и скиртов, и карлуков, и авров, но теперь вы все – скирты. Вы – мои дети, и я буду оберегать вас. Скоро вы услышите и ощутите, как земля уйдет из под ваших ног. Не бойтесь – все будет хорошо. Но из бытия исчезнут те, кто не хочет жить в мире добра и любви. Храните любовь, и я всегда буду с вами.

Желтый туман неспешно рассеялся, и все собравшиеся встали. С ними встали и Эва с Сурром. Удивленно всех оглядывая, они увидели, как все поклонились. Не зная обычаев скиртов, они вместе со всеми сделали поклон и посмотрели на княжну и Илиса.

– Прости, Ия-а-лар, но, что это было? – спросила Эва.

– Это – был наш Великий Учитель и покровитель, Эрлик Желтоглазый, – просто ответила княжна и улыбнулась. – Вы же хотели познакомиться с ним?

– Так вот он какой? Но я слышала его в голове, – изумленно заметила Эва.

– И я, как будто он был где-то совсем рядом и говорил, – вмешался в разговор Сурр.

– Великий всегда рядом, он и сейчас с нами. – Ия посмотрела на Янаку. – Кстати, а ты, воробышек, слышала Великого?

Девчушка сидела вся взъерошенная, стреляя своими огромными глазищами то на княжну, то на Илиса, то на Эву и Сурра.

– Это – был сам Эрлик? – наконец с трудом выдавила Янака, и в подтверждение этого услышала в голове:

– Да, Янака, это – я. Ты же хотела меня и увидеть, и услышать? И вот я сейчас с тобой говорю. Если будешь жить по законам добра, я с тобой буду часто говорить. Будь умницей.

Янака, озираясь во все стороны, ошарашенно оглядела всех, затем обняла Илиса и заплакала.

– Братик мой Илис, как же я счастлива. Я думала, что меня убьют после смерти матушки, но пришел ты и спас меня. Я очень, очень люблю тебя. – Она снова посмотрела на княжну, на Эву и остальных. – Как же я вас всех люблю.

И глядя на нее с умилением, у многих на глазах выступили слезы.

– Я бы присел к тебе на плечо и попил водицы, – вдруг услышал в голове Илис и, радостно оглядевшись по сторонам, он увидел влетающего в раскрытое окно Самала. Илис встал и протянул руку, на которую сокол осторожно опустился. Друзья, увидев его, радостно обступили и приветствовали своего друга.

Сидящие за столом с удивлением смотрели на Илиса и Самала. Илис взглянул на княгиню и, видя ее одобряющий взгляд, попросил тишины:

– Друзья мои. Позвольте представить вам моего друга, моего наджы – Самала. Когда я попал в этот чудный и прекрасный мир Великого Желтоглазого, то был испуган и удивлен. Когда для меня, маленького мальчика из Внешнего мира, все здесь казалось таким непонятным и страшным, Великий Эрлик послал мне друга – этого сокола. Он помогал мне. И не один раз. Это он попросил меня спасти друга, и мы пошли с Янакой на его поиски. А этим другом нежданно-негаданно оказалась княжна Ия-лар, та, что околдовала меня, и без которой я уже не смогу жить.

Илис обвел глазами присутствующих и, остановив взгляд на княжне, улыбнулся. Он протянул ей руку и она, приняв ее, вышла из-за стола. Янака, оставшись сидеть на его стуле, взволнованно смотрела на него и ждала, что же будет дальше. Пара подошла и поклонилась вышедшей из-за стола княгине.

– О Великая княгиня Тина-а-лар. При всех здесь присутствующих, при покровительстве Великого Эрлика, я прошу руки Вашей дочери, несравненной Ии-лар. Обещаю любить и беречь ее и быть с ней всегда рядом.

Зал восторженно захлопал в ладоши от услышанного. Но княгиня подняла руку, и мгновенно наступила тишина.

– Я знала, что так должно случиться. Но, что скажет моя дочь?

– Я тоже люблю его, матушка. Я любила его еще до встречи с ним наяву. – Ия посмотрела на Илиса. – Не удивляйся, я видела тебя во сне. Великий показал мне тебя, Илис-а-лур, – смутилась девушка.

– Тогда я буду только счастлива. – Растроганная княгиня вытерла скатившуюся слезу.

– Я думаю, Великий не будет против и благословит вас.

Внезапно сгустившийся желтый туман окутал все и присутствующие услышали:

– Да будет мир и любовь между вами. Я благословляю вас, дети мои!

Глава двадцать шестая

Луч света

Для Илиса Ия была самим совершенством одухотворенности и красоты, доброты и благородства. И он верил этому, как самому себе, а сердце сгорало от переполнявших душу чувств. Так вот какая она – любовь!

Он слишком быстро повзрослел, и как это произошло, до сих пор оставалось для него загадкой. Однако весь приобретенный опыт выживания и в том, и в этом мире, говорил ему совсем о другом. Не смог бы он, без покровительства Великого, так набраться его, этого опыта, и в делах, и мыслях. Он помнил даже то, чего не должен был бы помнить. Потому как с ним этого не происходило наяву. По земному возрасту он был бы еще совсем ребенком, но здесь, в подземном мире Великого Эрлика, он – уже взрослый и влюбленный юноша.

***

Свадебную церемонию решили устроить через пять снов. Ожидая друзей из других княжеств и племен, Ия, воодушевленная предстоящим торжеством, что-то напевала и вышивала в своей спальне.

Внезапно она ощутила толчок и услышала глухой звук. Кубок с настоянной на душистых травах водой, стоящий на столике возле кровати под балдахином, упал и покатился, разлив содержимое. Послышался грохот, земля вновь содрогнулась еще сильнее.

– Это должно было произойти, – вспомнила княжна, – Великий предупреждал нас.

За окном послышались крики. Это женщины звали своих ребятишек с улицы. Во дворце суеты не было. Однако все, кто был свободен, приступили к устранению последствий землетрясения. Послышался еще более громкий отдаленный гул, почва под ногами заходила, толчки хоть и ощущались, но были они относительно безопасными. Наконец, хорошо тряхнув напоследок, все смолкло. По сути, все было так скоротечно, что те, кто крепко спал мог даже не услышать и не почувствовать происшедшего

Но...

Урочище, где жила чудь, оказалось полностью завалено обрушившейся на него скалой. Последними, полными гнева и злости словами шамана были увы, не:

– Прости нас, Великий.

а:

– Будь ты проклят, Желтоглазый!

А все оттого, что до начала светопреставления в урочище чуди ,сам Великий посетил это логово демонов и зла. Он обратился к народу и предложил жить под его покровительством. Но шаман и вождь племени отвергли его предложение и запретили народу сделать свой выбор. Никто не покинул урочище, боясь вождя и мести шамана. И это было их роковой ошибкой. Мечты вождя с шаманом об их величии во Внешнем мире, так и остались мечтами.

Жерло огнедышащего вулкана в пещерах карлуков, выплеснув свой гнев, навсегда похоронило кровожадных карликов.

И лишь один Великий знал, сколько еще противящихся добру и любви жителей подземного мира навсегда исчезли из благословенного бытия.

***

Из дальних уголков таинственного мира Великого Эрлика стекались приглашенные на свадьбу княжны и Илиса гости. Это были и скирты дальних земель княжества, и вогулы из далекого Хурала, исседоны, покинувшие Внешний мир, и русины, исчезнувшие с земли и основавшие селения под землей.

Предварительно рассказав о том, кто прибудет на свадебный пир, великая княгиня Тина показала Илису древние священные рукописи.

– Это – История скиртов и всех племен, живущих под покровом Желтоглазого. Ты, как будущий князь скиртов, должен изучить все эти документы. Мы научим тебя грамоте, ты сможешь сам все это узнать. Не теряй времени.

– Я изучу все и буду править достойно, княгиня. Народ не будет выражать недовольство моим правлением, и да поможет нам Великий.

– Хочу еще рассказать тебе об ариях. Их здесь немного, но с ними будь осторожен. Это – солнцепоклонники. Не нашего, а внешнего солнца. Один раз в год, в день летнего солнцестояния, они выходят во Внешний мир для своих обрядов.

– Но, княгиня, а почему ты говоришь, что с ними надо быть осторожней? – заинтересовался Илис. – Я думал, о внешнем мире здесь мало кому известно, а вы и про время знаете, и про многое другое из Внешнего мира.

Княгиня улыбнулась и, немного отойдя в сторону, достала из шкафа, отделанного позолотой, толстую книгу. Илис видел подобную у вождя теленгитов, когда упаковывал ее перед переселением.

– Здесь мы записываем все, что повелит Великий. Это – история подземного мира Великого Эрлика. И ты будешь в нее вписан. Как чужак, перевернувший этот мир и ставший князем Великих скиртов.

– Я без преувеличения говорю «Великих», потому как на скиртов возложена миссия быть примером для других племен, показывая своей жизнью, как надо жить в этом мире. Так повелел Великий. Ну, я думаю, ты все это еще узнаешь.

Княгиня поклонилась Илису и величественно удалилась. Илис вышел из комнаты и направился к княжне.

– Илис-а-лур, – встретила его Ия, – я как раз хотела увидеть тебя. – Они обнялись и их губы слились в поцелуе.

Влюбленные присели на скамью, руки их коснулись друг друга и больше не разжимались. Им было о чем поговорить. Ибо сердца их бились в унисон, как это всегда бывает, если люди по-настоящему любят друг друга.

***

В небольшом саду, находящемся совсем недалеко от дворца на скамье сидели двое. Их руки также были сплетены и сидели они друг к другу так близко, что со стороны могло показаться будто это один человек. Голова девушки лежала на плече юноши.

– Любимая, давай и мы скажем княгине о нашей любви. И, возможно, она благословит нас, и мы сыграем две свадьбы. И, если Великий не будет против, то я буду вдвойне счастлив.

– Я рада услышать от тебя, Сурр-а-лур, слова признания в твоей любви. Ведь мы теперь – скирты. Это у нас в урочище не спрашивали ни у кого разрешения, мужчина брал женщину и приводил в свою пещеру. А здесь это – целый праздник. И мне это нравится. Давай вместе принесем благодарность Великому.

Влюбленные вознесли очи вверх, и Великий услышал обращенную к нему молитву сердца:

– Прими благодарение от нас, Великий Желтоглазый Эрлик. Для чего мы безумные не знали тебя раньше? Для чего мы в искушениях не обратились к тебе, а стали рабами демонов, страшных существ, отверженных тобой? Мы предавали свои души им за суетные наслаждения, за власть и мнимые удовольствия. Прости нас неблагодарных. Это ты оказал нам многие благодеяния, открыл глаза и стал лучиком света в царстве тьмы. В том мрачном царстве, куда мы сами пришли, отвергнув тебя. И сейчас, узнав тебя, научившего нас любить, и почувствовав твою любовь, мы просим твоего благословения на наш брак, по твоим законам – законам любви!

Кто из них говорил сам, а кто вторил сказанному уже не имело значения. Ибо это было сказано искренне, от избытка влюбленных сердец. И Великий услышал их:

– Дети мои! Я рад, что вы узнали настоящую любовь. Эва, для тебя это было намного сложней. Но ты справилась. Я благословляю вашу любовь.

Влюбленные переглянулись и губы их слились в едином поцелуе.

***

Спустя пять снов в Великом княжестве состоялось две свадьбы. Народу собралось столько, что Янака, названная сестра Илиса, увидев такое невиданное скопление людей, назвала все это муравейником. Илис многое узнал о племенах, дружественных скиртам, об их обрядах и одеждах. Великое множество подарков и добрых напутствий приняли молодые. И после трех снов празднований две пары молодых с грустью провожали своих гостей. Илис много общался с ариями, о чем позднее рассказал своим друзьям и любимой.

Глава двадцать седьмая

Великая тьма

Как-то после времени покоя князь Илис, просматривая книгу скиртов с молодой женой, обратил внимание на прочитанное ей место, в котором говорилось о Великой Тьме

– Любимая, что значит – Великая Тьма? Ты прочитала, что она бывает здесь, в этом мире. Но я никогда не видел, чтобы здесь так было. Расскажи мне об этом. – Он остановил ее, положив свою руку на ее пальчики, когда она уже хотела перевернуть страницу.

Ия подняла голову и посмотрела на Илиса.

– Великая Тьма бывает здесь один раз в десять лет. Мы знаем, когда она должна быть, но Великий все равно каждый раз предупреждает нас.

– Погоди, если вы ведете отчет годам, знаете о времени, то почему здесь все говорят – «от сна до сна». Ведь можно говорить, завтра, через месяц или через год?

– Так повелось, народ не знает о времени, лишь немногие живут по календарю. Вот сейчас, во внешнем мире – осень. А потом придет...

– Скоро там будет холодно и полетят белые мухи. Как это у вас зовется, зима?

Илис нежно отстранил Ию и удивленно посмотрел на нее:

– Ты и про это знаешь? А что еще?

– Любимый, говорят во время тьмы на небе Внешнего мира видны звезды. Это – красиво? У нас их нет. Я всю свою жизнь мечтаю их увидеть. И солнце. Говорят оно такое яркое, что если на него долго смотреть, можно ослепнуть. Это так?

Илис улыбнулся.

– Так любимая.

И еще долго он рассказывал ей о красоте гор, о зиме и лете. И о многом другом, в душе скучая о том мире, из которого он ушел не по своей воле. Откуда забросила его в этот подземный мир судьба.

– А ты хотел бы вернуться во Внешний мир? В свой мир? – вдруг спросила его княжна.

Илис внимательно посмотрел на нее и, немного промолчав, ответил:

– Если только с тобой. И то, лишь на время, только, чтобы показать его тебе. А потом вернуться и остаток жизни провести среди тех, кто тебя любит. Да и народом управлять надо, ведь мы же – князья, – засмеялся Илис.

– А давай попробуем? – вдруг оживилась Ия. – Я думаю, Великий Эрлик позволит нам сделать это. Только надо все хорошо продумать и взвесить. Кстати, – она открыла книгу и, перелистнув несколько страниц, показала пальцем в какие-то таблицы. Илис, конечно, ничего в них пока не понял, но внимательно следил, как Ия водит пальчиком по черточкам.

– Вот, смотри, через семь дней будет Великая Тьма. Это ненадолго. Но будет так темно, что руки своей не увидишь. Поэтому, скоро начнут смолить факелы и зажгут Огни Эрлика. Будет так красиво, – засмеялась она. – Но ты сам все увидишь.

– Постой. А почему будет темно? А солнце, я имею ввиду ваше светило, оно что потухнет? – заинтересовался Илис.

– Да, Великий опустит его в ад. Оно там возьмет энергию и вновь будет светить десять лет.

Княжна посмотрела на юношу и улыбнулась:

– Нам не надо знать планов Великого. Он дает нам жизнь и мы должны быть благодарны ему за это.

– Ты знаешь, что такое ад? – спросил Илис, глядя ей в глаза.

– Нет, здесь так написано. А ты знаешь?

– Знаю. Но тебе не скажу. Может быть потом. Хорошо? – он наклонился и нежно поцеловал ее.

– Ну так что? Может позовем с собой в путешествие Сурр-лура и Эву-лар? – предложила Ия. – Я слышала, что они вообще мечтали уйти во Внешний мир.

– Конечно скажем, надо поговорить с княгиней и спросить разрешения Великого.

Илис улыбнулся, затем, осторожно отстранив княжну, встал и отошел к окну. За окнами стояло лето. Зеленели деревья и трава, было тепло и уютно. Но предложенная любимой мысль о прогулке во Внешний мир болью отозвалась в груди юноши.

– Как там мое племя, где оно? Жаль, что не смогу рассказать им обо всем. Да и кто мне поверит?

***

Сурр и Эва были взволнованы и обрадованы, когда Илис и Ия предложили им то, о чем они так мечтали. Княгиня, напротив, была удручена. Но когда ей сказали, что Великий совсем не против «прогулки», она успокоилась и только пожелала скорейшего возвращения.

До начала Великой тьмы оставалось совсем немного времени. Уже почти собравшиеся в путь и отдающие последние распоряжения путешественники, решили задержаться и встретить тьму в княжестве.

Илис и друзья, все те, кто никогда не видел огней Эрлика, с нетерпением ждали этого события. Янака, как сестра князя, жила во дворце. У нее была отдельная спальня, рядом были апартаменты Эвы и Сурра. Девчушка не могла нарадоваться тому, что с ней происходило. Все это казалось ей лишь чудным сном, который вот-вот растает. После жалкого существования в холодном и сыром урочище, все происходящее вокруг и вправду казалось сном маленькой девочке, потерявшей родителей, но обретшей брата.

И вот, во время обеда, когда кубки уже были наполнены нектаром из пахучих трав, начало смеркаться и желтый туман опустился на сидящих.

– Зажгите огни, дети мои. Я забираю свет.

Это услышали все, хотя была полная тишина. Низкий и протяжный звук трубы подал сигнал. Специально обученные люди, уже подготовленными осмоленными факелами зажгли чаши, наполненные маслом.

Все сидящие вышли на улицу полюбоваться огнями Эрлика. Янака, подбежав к Илису, попросила, чтобы он взял ее на руки. И вот, когда море огней осветило княжество, наступила полная тьма. Это было потрясающее зрелище.

Ия и Илис, с сестренкой на руках, взяв друг друга за руки, стояли у огромной чаши на дворцовой площади. Наполненная маслом она горела и давала столько света, что были видны ближайшие дворцовые постройки. Почти весь народ вышел из домов на улицу полюбоваться этим чудом. И это, действительно, было чудом. Для многих отсталых племен подземного мира Великая тьма наступала внезапно и, наверное, это было страшно. Ни луны, ни звезд на небе в подземном мире не было, и, если не было рядом никакого огня, то было так темно, что руки своей можно было не увидеть.

– А когда звезды на небе горят, бывает светлее? – Ия прижимаясь к Илису и, встав на носочки, прошептала ему на ухо.

– Не очень, но красиво. А вот, когда луна светит, то намного светлее, – ответил Илис, целуя ее и склонившуюся к ним Янаку.

– Это называется – «ночь», а ночью люди спят. Ночь – время покоя.

Еще некоторое время Великая Тьма, окутавшая подземный мир, сохраняла свою власть, но вот стало светлее, и внезапно светило, вновь встав на свое место, осветило все вокруг. Люди постепенно стали расходиться по домам и возвращаться к обыденным делам. Илис, оглядевшись, увидел стоящих недалеко Эву и Сурра. Взяв за руку молодую жену, они подошли к ним и, улыбнувшись, поинтересовались впечатлениями от увиденного.

– Это было волшебно. Очень красиво, – чуть не взахлеб делились впечатлениями Эва с Сурром.

– У нас, в урочище, такого никогда не было. Тьма наступала для всех внезапно. Кто уходил на охоту, могли не вернуться. Кто-то в пещерах даже и не видел Великой тьмы. А здесь – огни и радостный народ. Я – просто счастлива!

Эва обняла и поцеловала Илиса:

– Спасибо тебе Илис-а-лур. Если бы ты не пришел к нам...

Затем Эва отошла и прижалась к своему возлюбленному. Сурр нежно обнял ее и смахнул слезинку, скатившуюся из глаз Эвы.

Глава двадцать восьмая

Вперед к звездам

Наконец сборы были завершены, и отряд из двенадцати человек приготовился покинуть княжество. Четверо путешественников и восемь воинов сопровождающих. Все были на лошадях. Тюки с поклажей навьючены, запасы пищи и воды приготовлены. Настало время прощания.

Янака с мокрыми от слез глазами сидела на руках Илиса и никак не могла от него оторваться. Затем перебралась к княжне и, обнимая ее, что-то шептала ей на ушко, целуя.

Наконец все встали перед княгиней и молча поклонились ей и стоящему рядом народу.

– Да благословит вас Великий, – княгиня поцеловала детей, Эву с Сурром и махнула им рукой. – Возвращайтесь, мы будем вас ждать.

Стоящий вокруг народ и придворные поклонились путешественникам и произнесли слова напутствия.

Отряд выдвинулся за ворота города и, пыля по дороге, направился в сторону высоких заснеженных гор.

По замыслу путешественников, пройдя мимо Долины Теней и обойдя урочище чуди, они должны были выйти на склон горы, в которой и был выход наверх. О нем рассказала Эва. Ведь когда-то она была не последним человеком племени, который не раз посылал людей во Внешний мир за солнечной травой. Зная тайные тропы, она ни разу не бывала там, куда так стремилась всю жизнь. Шаман и вождь, также ни разу не были наверху. Просто, посылая людей, они подробно объясняли им путь, который втайне передавался их правящими предками. И тех людей больше никто уже не видел. Ибо путь наверх был для всех – табу.

– Когда ты намереваешься отпустить назад воинов? – спросила Ия у мужа. – Или хочешь, чтобы они поднялись с нами? Ты с ними говорил?

– Да Ирма-лур знает, что как только Эва-лар сообщит о том, что мы подошли к пещерам, мы их сразу отпустим. Они спустятся вниз, в долину, и будут нас ждать.

– А ты спрашивал, может они хотят увидеть Внешний мир? Это же сколько можно будет рассказать потом о нем своим близким.

– Конечно, и спрашивал, и звал, и рассказывал. Но никто не захотел. Боятся, что не вернутся. – Илис посмотрел по сторонам и крикнул старшему:

– Ирма-а-лур, давай остановимся на отдых вон у того лесочка, – он показал рукой на ближайший березовый околок. Тот кивнул в ответ и направил коня к месту стоянки.

– Илис-а-лур, – послышался голос подъезжающей Эвы. – Ты хочешь спешиться на отдых в этом лесочке? Но ведь это – березы.

– Что ты хочешь этим сказать, Эва-а-лар? Возможно эти белоствольные красавицы так и зовутся, я ни разу не видел раньше берез. А в чем дело?

– Чудь по преданиям ушла от белой березы под землю, почему не знаю. Но мне как-то боязно. – Эва передернула плечиками и посмотрела на Сурра. Он улыбнулся и заговорщически подмигнул Эве:

– Так это чудь ее боится, а мы теперь скирты.

Все, слышавшие их разговор, заулыбались, и Эва махнула рукой:

– Тогда – вперед, ведь с нами Великий, так кого нам теперь бояться?

Зайдя в околок, отряд спешился. Пока готовили обед, друзья прикасались к тонким белым стволам берез, и наслаждаясь пеним спрятавшихся в листве птиц, прогуливались по леску.

– Я не понимаю, что заставило чудь бежать от этих красавиц под землю? – удивлялась Эва. – Какая красота, какой аромат!

***

Вкусно отобедав и немного отдохнув, отряд продолжил восхождение.

Подъем стал круче. Заметно похолодало. Пришлось достать теплые вещи. Почти все путешественники были одеты в алтайские или чукотские кухлянки. Как и когда они появились у скиртов, никто не знал. В книге скиртов об этом не упоминалось. Меховая рубашка, мехом внутрь, с капором для головы. Ноги же были одеты в меховые шаровары, также мехом внутрь и меховые мягкие сапоги. Появился снег, и Ия радостно бегала и, собирая в комочек, игриво бросала его в кого попадет.

– Это же снег, самый настоящий снег, – радовалась она, словно ребенок новой игрушке. Солнце подземелья осталось где-то в стороне, и не радовало уже своим теплом и светом. Густые тучи, скрывавшие свод, почти задевали головы путешественников.

– Скоро должен быть полумесяц. Он расположен над входом в пещеру. Она разделяется на множество рукавов и там очень легко заблудиться и сгинуть. Многие из чуди не возвращались, очевидно терялись в них. – Эва обращалась ко всем, кто ее слышал, и ничего не скрывала.

Тучи внезапно рассеялись и перед глазами путешественников показался большой разлом, поверх которого, явно был виден слой белого известняка, огибающий дугой сам вход в него.

– Вот мы и пришли, надо зайти внутрь, жутко холодно здесь на ветру, – предложила Эва, обращаясь скорее ко всем, чем к кому-либо.

Поспешив зайти внутрь пещеры, они увидели большой проем и решили пройти дальше, в глубь его. Высокий свод позволял всадникам, не слезая с лошадей, продвигаться внутрь, и, пройдя немного, они спешились и разожгли огонь.

– Ирма-а-лур и вы друзья, – вновь обратился к ним князь Илис. – Я еще раз предлагаю вам пойти с нами. Неужели вам неинтересно все самим увидеть? Обещаю, вам это понравится, а потом мы все вместе вернемся и поедем в княжество. Решайте.

Друзья стали все вместе просить их. Но, то ли страх перед Внешним миром был столь ужасен, то ли люди просто не понимали, зачем им вообще покидать свои родные просторы. Все лишь отрицательно кивали головами, отказываясь от предложения.

– Великий княже, и ты, Великая княжна, – обратился к ним старший. – Простите нас, но мы будем ждать вас здесь. В нашем мире. Только мы спустимся ниже, к светилу. Здесь очень холодно. А когда скажете, мы поднимемся и встретим вас. Простите нас.

– А как мы скажем вам, что мы возвращаемся? – задумался Илис. Вот если бы Самал, наджы наш, здесь был. Давненько что-то я его не видел.

А вслух спросил Ирму-лура:

– Как сообщить вам, что мы возвращаемся?

Ирма-лур повернулся к стоящему рядом воину:

– Амнун-а-лур, доставай, – тот быстро полез в торбу и извлек большой сверток. Все с нетерпением ждали, что же там спрятано. Сняв тонкую ткань, он показал большой моток тонкой веревки.

– Вот, княже, здесь ровно столько, что хватит, если идти от сна до сна. Ты – новый человек у нас, а мы пользуемся этим всегда, если охотимся в горах. В пещерах, где прячутся бараны, легко заблудиться, поэтому мы пользуемся этим способом. Мы возьмем моток, а вы –конец, вы пойдете вверх, а мы – вниз. Как только решите возвращаться, тяните за веревку, и мы пойдем навстречу вам, – воодушевленно предложил Ирма-лур, – ну как, подойдет?

Илис улыбнулся.

– Ловко придумано, так и порешим. Не хотите идти с нами, идите вниз. А вдруг не хватит веревки?

– Как только мы увидим, что она больше не разматывается и не тянется, значит она у вас закончилась. В пещерах можно заплутать. А чтобы этого не произошло, мы поднимемся к вам, чтобы она у вас не кончалась. Все продумано, княже. Идите смело, доброго вам пути.

***

Рукава или тоннели, расходящиеся из главной пещеры, где находились друзья, были довольно узкие и низкие, чтобы передвигаться верхом. Поэтому они отпустили коней с воинами, сами же зажгли по факелу и приготовились в путь.

– Постойте! – внезапно что-то вспомнив, воскликнула Эва:

– Я совсем забыла, – она достала из поясной сумки большой аметист.

– А каким путем пойдем, мы даже не подумали об этом. – Эва повернула камень и посветила факелом. Все подошли к ней и увидели какие-то царапины на нем.

– Что это? – спросила княжна, внимательно рассматривая начертания.

– Здесь – тайные тропы, по которым мы пойдем. Слава Великому, сейчас мы знаем путь наверх. – Эва оглядела присутствующих. – Здесь указаны рукава, по которым следует идти. Мы давали их тем, кого посылали во Внешний мир.

– Вот видите, – она показала на одну из царапин, – сейчас мы пойдем, – она посмотрела вперед, – вот сюда, – и уверенно направилась к крайнему проходу.

Все четверо подняли факелы и пошли вслед за ней.

Пока они постепенно удалялись вглубь, становилось заметно теплее. С чем это было связано, было неизвестно. Но верхние куртки почти все расстегнули. Эва уверенно, хоть и не быстро, вела друзей по одному ей известному пути, не переставая смотреть на светящийся в полумраке аметист Они прошли уже немалое расстояние, когда Эва вдруг остановилась и негромко вскрикнула. Подойдя к ней ближе, все увидели, что она остановилась у сидящей на корточках мумии человека. Илис поднес факел ближе, и Эва еще раз вскрикнула, увидев на шее мертвеца, на почти полуистлевшей веревке амулет.

Она взяла его в ладонь, и веревка рассыпалась.

– Это – Кар-лур, отец Янаки, твоей названной сестры. – Эва посмотрела на Илиса.

– Шаман с вождем послали его за солнечной травой на поверхность, когда он стал задавать слишком много неудобных вопросов. Они касались его племени. Он был из карлуков. Помните их? – Эва обвела всех взглядом полным слез:

– И я была в тот момент с ними. Я знала, что он может не вернуться, но даже не жалела его. Я была ведьмой...

Эва вытерла слезы:

– Простите меня. Прости меня девочка. Прости и ты меня, Кар-а-лур. Я отдам амулет отца Янаке.

– Ты говоришь, что он был карлуком? – Так вот почему Самал сказал ей, чтобы она послушала, о чем говорят карлуки, так как знает язык отца. Я тогда не придал значения его словам, а оказывается, он все знал. Помните, у пещеры карлуков?

Он обвел всех глазами и спросил Эву:

– Но ведь он – карлук! А вы – чудь! Вы же враждовали между собой? Как могло случиться, что он жил у вас, и был отцом Янаки?

– Это долгая история противостояния. Тебе незачем знать историю ушедших в небытие племен. Однако то, что я тебе сказала насчет Янаки, это – правда. Что будем делать с телом Кар-лура?

– Оставим его здесь, в назидание потомкам. Прошло много снов, а он здесь, как живой сидит. Вот и пусть остается, как страж Внешнего мира, – предложил Сурр.

Все молча согласились с этим и продолжили свой путь.

***

На удивление скоро потянуло свежим прохладным воздухом, и Илис уловил в нем запахи давно забытого аромата внешнего мира.

– Друзья мои, – он нежно обнял свою жену и посмотрел на Эву и Сурра. – Я чую запах внешнего мира. Я его чую! Мы отдыхали лишь один раз и уже почти пришли. Как же он близко. Я, признаться, думал, что мы еще долго будем идти в этих ужасных коридорах смерти. Если бы не ты, Эва-а-лар, мы никогда бы не вышли на белый свет.

Все воодушевленно заулыбались и с новыми силами продолжили путь. Вот небольшой подъем и перед глазами друзей показался проем, в котором явно виднелось звездное небо Внешнего мира.

Илис вышел вперед, вздохнул всей грудью чистый земной воздух и раскинул руки от избытка чувств. К нему медлено и осторожно подошли остальные и молча взирали на увиденное.

– Друзья, это – небо, а на нем – звезды, это – ночь моей родины. Теперь вы сами можете видеть Внешний мир своими глазами.

Он осторожно обнял Ию, затем Сурра и Эву. И так они, обнявшись, молча стояли и любовались тем, что для них было ранее закрыто.

– Как давно я мечтала увидеть звезды Внешнего мира, – тихо прошептала Ия.

– И я, – вторила ей Эва.

– Здравствуй, Внешний незнакомый мир, родина нашего князя Илиса-лура. Хвала тебе, Великий, что дал нам прикоснуться к нему. – Воодушевившись, почти прокричал Сурр.

Они стояли на краю высокого уступа, внизу в темноте ночи еще не было видно ничего. Но взошла полная луна и осветила все окрестности. Вершины гор, покрытые снегом, серебрились под ее желтым светом, красота была неописуемая. Внизу протекала небольшая река, а тени от небольших скал красиво вписывались в сказочный пейзаж.

Глава двадцать девятая

Мы остаемся

– Давайте отойдем от края, внизу, по моему, пропасть, можно поскользнуться и упасть. Сурр-а-лур собери, пожалуйста, очаг и разведи огонь, все остальные доставайте провиант, и сейчас мы устроим настоящий праздничный ужин во Внешнем мире. – Илис достал торбу и передал ее девушкам в распоряжение, а сам пошел помогать Сурру.

– А что такое «ужин»? – спросила между дел Эва, разворачивая тонкую ткань с мясом птицы.

– Ужин – это вкушение пищи вечером или ночью, как сейчас. Есть еще обед, но это – днем, когда светит солнце и до сна еще далеко. А есть завтрак, это – когда ты просыпаешься после сна и жутко голоден, а на небе только-только восходит солнце.

– Друзья мои, вам еще много предстоит узнать о Внешнем мире. Давайте подкрепимся, отдохнем и встретим утро нового дня в этом мире. Не так уж и холодно здесь, думаю, не замерзнем.

Друзья с интересом еще долго слушали рассказы Илиса, не забывая при этом, поглощать пищу. Все очень устали и проголодались. Распределив ночное дежурство, все свободные скрестили факелы в одном месте, прижались потеснее друг к другу и почти мгновенно уснули. Хотя, наверное, если бы даже суслик пробежал мимо них, все мгновенно проснулись и встретили его во всеоружии. Такая интуиция была у всех детей Великого Эрлика. А ведь Илис был теперь одним из них. Да и опыта земной жизни у него было вполне достаточно, ведь он был горцем.

***

Рано утром первой проснулась княжна. Лучик солнца разбудил ее, ласково тронув веки. Она открыла глаза и, зажмурившись, рассмеялась. От ее радостного пробуждения заворочался Илис. И вскоре все четверо стояли у выхода пещеры и любовались открывшейся панорамой.

– Какая красотища! Почти как у нас, но только все необычно как-то. – Ия посмотрела на мужа. – А вон там виднеется лес, видишь? Может спустимся и поваляемся на травке?

– Конечно спустимся. Ведь не здесь же стоять. Пойдем, сейчас надо будет тропу найти. – Илис наклонился, взял торбу и взглянул на товарищей:

– Ну, берите свои вещи и начнем спускаться. Там в лесу и позавтракаем.

Быстро натаскав хвороста и разведя огонь, друзья достали остатки провианта и крепко позавтракали. Лес немного пугал своим густым и мрачным видом. Илис, пытаясь разглядеть сквозь лапы елей хоть какой-то свет произнес:

– Темный какой-то лес, совсем черный. Наверное, и зверья здесь много, поэтому будьте осторожны. Здесь некому будет вас предупредить, теперь вся надежда лишь на самих себя.

– Тогда мы и назовем его – Черный лес. Ведь в Книге скиртов надо отметить наше путешествие, – предложила княжна, и все одобрили ее выбор.

После завтрака друзья решили осмотреть окрестности. Сурр и Эва пошли к краю Черного леса, о чем-то беседуя, а Илис с женой направились к скалам, чтобы еще раз полюбоваться видом сверху на раскинувшуюся внизу местность.

Внезапно раздался вскрик, и, обернувшись, Илис увидел опускавшего лук Сурра. Но опасности не было. Устремившаяся к кустам Эва уже держала за уши зайца, из которого торчала стрела.

– С первой охотой, – поздравил Илис друга, и они продолжили исследование Внешнего мира.

Незаметно прошел день, и солнце уже готовилось уйти на покой. Стало смеркаться, и Илис подметил тревогу в глазах друзей.

– Друзья мои, ничего не бойтесь. Это – внешнее солнце, и оно, каждый раз уходя на покой, дарит нам долгожданный вечер и ночь. Люди ночью отдыхают и любуются звездами.

Ночью, сидя у костра и мирно беседуя, Эва подняла голову к звездам и надолго засмотрелась. Губы ее что-то шептали, и Ия заинтересованно спросила ее:

– Эва-а-лар, расскажи нам, что ты шепчешь, глядя на небо, если это, конечно, не секрет?

Эва смущенно улыбнулась и неуверенно произнесла:

– Вот есть наш мир – подземный, я говорю «наш» потому, что родилась в нем. Хотя все мы и пришли отсюда, из Внешнего мира. А вдруг и там, на каждой звезде, есть свой мир? Есть свой повелитель и творец? Может ли такое быть?

– Все может быть, мы точно не знаем. У нас в племени часто велись об этом разговоры, возможно, что Творец – один. А миров – много. – Сказал Илис, подбрасывая хворост в костер. Шум крыльев на миг нарушил тишину и, ко всеобщему удивлению, на плечо Илиса опустился белый сокол. Это было действительно неожиданно. Все радостно закричали почти одновременно:

– Самал, Самал...

Самал, перелетая от одного плеча к другому, всех почтил своим вниманием и окончательно утвердился на плече Илиса.

– Как ты нас нашел, наджы? Я только сегодня вспоминал о тебе. Где ты был? – забросал Самала вопросами Илис. Но сокол только что-то клекотал, и никто не мог его понять.

– Жаль, что мы не можем понять тебя, ведь мы – в другом мире. Но, все равно, хорошо, что ты – с нами. Надеюсь, что хотя бы ты нас понимаешь? – спросил Илис глядя ему в глаза. В ответ, Самал лишь потерся клювом о щеку наджы. Все засмеялись:

– Значит, ты все понимаешь! – радостно улыбнулся другу Илис.

***

С тех пор прошло четыре дня, и наступила пора собираться в обратный путь. Когда вещи были уже собраны, Эва с Сурром, взвалив торбы на плечи, неожиданно преподнесли сюрприз друзьям:

– Милые наши друзья, – начали они, и Илис с Ией, почувствовав неладное, настороженно уставились на друзей, чтобы выслушать их.

– Милые наши, князь Илис-а-лур и княжна Ия-а-лар. Мы очень признательны вам, что вы вытащили нас из плена демонов и страстей. Мы рады, что вы показали нам наш долгожданный Внешний мир. Мы не знаем, как он примет нас, но мы твердо решили остаться здесь. Мы проводим вас и начнем обживаться здесь. Мы остались одни, родных в подземном мире у нас нет. Простите нас и примите благодарность за вашу дружбу с нами.

Эва и Сурр, подойдя к друзьям, крепко обняли их. И они еще долго стояли обнявшись, не говоря ни слова.

– Это совсем неожиданно, друзья, – первым прервал молчание Илис. – Я все понимаю, но где вы будете жить? У вас здесь ничего нет.

– Мы все решили, князь. Обживемся как нибудь, ведь я – хороший охотник. Может потом пойдем, поищем людей. А там видно будет, – ответил Сурр, с любовью посмотрев на Эву. Та лишь мило улыбнулась и сказала:

– Мы давно с Сурром говорили о том, чтобы уйти во Внешний мир. Это – наша заветная мечта, и вот она наконец сбылась. Не судите нас строго, друзья.

– Ну что вы! Мечты надо воплощать. Мы будем вспоминать вас. И, кто знает, может еще увидимся.

– А еще, – тихо произнесла Ия. – Мы обо всем об этом хотим написать в Книге скиртов. Вы не будете против? Пусть все знают о вас, друзья.

Они вновь крепко обнялись и, взвалив торбы на плечи побрели к пещере. Белый сокол еще долго кружился над ними и что-то клекотал на своем, соколином. Может он хотел что-то сказать друзьям, только Внешний мир не позволял им услышать сокола.

***

Проводив друзей и, смахнув слезу, Эва посмотрела на мужа и, крепко прижавшись к нему, тихо прошептала:

– Вот мы и остались совсем одни. Что принесет нам этот мир? Как мы будем в нем жить? Все зависит только от нас самих. Здесь нет Великого Эрлика. И некому будет помочь нам, но, если мы обратимся с просьбой ко Творцу, то, может, Он нас и услышит. Может и под землей, и во внешнем мире Творец один? – она подняла глаза к небу.

Они опустились на колени и молитва устремилась ко Творцу:

– Не оставь нас, Великий Творец всех миров. Не помяни заблуждений нашей юности и прежних порочных дел. Мы возлагаем на тебя нашу надежду, Ты – наша крепость и наше прибежище. Рассей врагов, если они будут нам досаждать, просвети ум наш блуждающий во мраке. Донеси свой голос до нас, как ты это уже не раз делал раньше. Мы хотим слышать тебя, жить тобой и любить тебя...

Внезапно, словно ветерок, пронесся мимо взлохматив волосы и они ясно, как и прежде, услышали в своих головах:

– Вы принадлежите мне, дети мои. Верьте мне, я всегда буду с вами. Обращайтесь ко мне, и я всегда помогу вам. Вы справитесь, ваша любовь поможет вам преодолеть трудности жития в этом мире...

Эва радостно повернула голову к Сурру.

– Я услышал, Эва! Великий не оставит нас, так кого нам бояться? – сказал Сурр и, прижав к себе Эву, нежно поцеловал ее.

Послесловие

Словно сказочный сон пронеслась в мыслях старика вся его жизнь. Как же она коротка. Он помнил свое детство в темном урочище, помнил первое осознание того, что есть и другая жизнь, совсем не такая, какой жили он и его племя. Он помнил как сжалось от горечи его сердце, когда понял, что влюбился в ведьму.

Помнил и юношу гиганта из Внешнего мира, который волей судьбы попал в его подземный мир. Как этот чужак своим появлением буквально перевернул весь подземный мир, в котором он так долго существовал раньше, сделав только его намного лучше и светлее. Как тот вывел их с Эвой в этот такой долгожданный Внешний мир.

Он помнил все, как они вдвоем с его любимой и нежной Эвой остались совсем одни в этом новом и чужом мире, жизнь в котором принесла им и много радости, и много горя. Вспоминалась их радостная уверенность в том, что они смогут здесь освоиться, обустроить свой быт, и начать свою жизнь с чистого листа. И поначалу им все удавалось, и, казалось, что так будет всегда. Они с радостью и счастьем ждали своего первенца...

Потом началась черная полоса.

Сначала они потеряли своего первого ребеночка, который умер, едва появившись на свет. Были их слезы и упреки к Великому. Безрадостные серые будни вмиг осиротевших родителей. И еще он помнил, как похоронил свою Эву, так и не оставившую после себя надежду на дитя.

А теперь он остался совсем один.

Последние тридцать три года доживает свой век в этой выдолбленной в скале пещерке. А ведь он еще мог вернуться в подземный мир. Как-то князь с женой и дружиной, навестили его. И очень долго убеждали и звали вернуться в добрый и таинственный мир Великого Эрлика.

Но как он оставит здесь совсем одну свою Эву?

Как бросит ее?

***

Старик встал, налил воды в кружку и, сделав последний глоток, воскликнул:

– Прости меня, Великий. Я во многом был не прав. Отпусти меня.

Он лег на одр и, скрестив на груди морщинистые натруженные руки, тихо произнес:

– Любимая, я иду к тебе. Скоро мы увидимся.

***

Земля вздрогнула, раздался грохот горного обвала, похоронившего под собой и пещерку одинокого отшельника и единственный выход из пещеры подземного мира, навсегда скрыв от людей таинственный и прекрасный мир Великого Эрлика.