Таинственные убийства в округе Джефферсон

Пролог. Таинственное убийство в лесу.

Артур готов был поклясться, что ещё утром эта тропинка не была так извилиста. Он насчитал уже десятый поворот. Или тринадцатый. Или двадцатый. У него всё плыло перед глазами. Чёрт бы побрал тот виски, который Джонни стащил у своего папаши. Ну и влетит ему, он явно стоил не меньше трех сотен. Жаль, так-то клёвый чувак этот Лэнгдон, вспомнить только, как на прошлогоднем осеннем балу он поджёг занавески в актовом зале. Нехорошо с ним поступила Линда. Какие у него глаза были, когда увидел её зажимающейся с новенькой в раздевалке. Неделю ходил как зомбак, лица на нём не было. До сих пор ни с кем так и не замутил. А ведь уже почти год прошел. Грёбаные девки…

Вынырнуть из омута беспорядочных пьяных мыслей Артуру помогло осознание того, что он уже довольно долго бредёт отнюдь не по тропинке. От неожиданности этого открытия он практически протрезвел, с первобытным ужасом в глазах завертел головой по сторонам, пытаясь отыскать спасительную дорожку. Это было бесполезно. Повсюду не было ни намека на то, что здесь когда-либо ступала нога человека. Со всех сторон чёрными стволами на него смотрели сосны, уходящие верхушками в небо. Всё ещё не до конца прояснившееся сознание никак не могло принять тот факт, что он заблудился. Спустя некоторое время это осознание пришло вместе с волной липкого удушающего страха, влившейся в Артура подобно цунами. Сердце будто кто-то перевязал канатом, и дал команду тянуть, что есть силы. Каждый ночной шорох обострял чувство страха до предела. Артур вдруг почувствовал присутствие незримого, пугающего до дрожи, словно кто-то сидел там, в тёмном углу леса и следил своими красными, как кровь, глазницами, тяжело дышал и мерзко, зловеще улыбался. Обернуться? Убедиться, что там нет никого, и это просто последствия просмотров ужастиков, дурацкого рассказа Адама про мертвого лесника, что до сих пор бродит по заповеднику?

Нервы сдали. Не выдержав чудовищ, созданных пьяным воображением, Артур побежал, поддавшись панике, не разбирая дороги, продираясь сквозь бурелом, кустарники. Куда? Ему неважно, лишь бы уйти от собственных мыслей, от чудовищ, которые смотрят на него из-за черных сосен. Ноги ватные, негнущиеся, словно пытаются запутать, сбить. Ускоряясь так, как гики не ускоряются на последнюю распродажу эксклюзивных комиксов, он со всей дури врезался в дерево. Тупая ноющая боль отозвалась в затылке. Всё вокруг стало пиксельным, смахивающим на картинку в низком разрешении. Шатаясь, он попытался отыскать какой-нибудь ориентир. В голове по-прежнему шумело. Впереди, примерно в ста футах, зрачки поймали какое-то слабое движение – то ли деревья поддались внезапному порыву ветра, то ли… Артур попытался сфокусироваться. Через просвет между веток проглядывался… Силуэт?

Артур попытался достать телефон и включить фонарик, но руки от алкоголя вперемешку со страхом так тряслись, что осуществить поздно пришедшее к нему здравое решение не удалось. Телефон выскользнул из рук, беззвучно стукнувшись о дёрн. Мысленно дав себе уже около сотни обещаний больше не пить, Артур наклонился, судорожно пытаясь поднять его. Тем временем нечёткий серый силуэт, оставшийся без внимания, покачнулся в сторону, завис на секунду, будто раздумывая, а затем стремительно ринулся вперёд.

И, если бы только Артур мог увидеть со стороны, собираясь сегодня на вечеринку, тот сокрушительный удар, который обрушится на его шею позднее, он бы не стал огорчать родителей, хотевших, чтобы он поехал с ними на вечернее богослужение.

Часть 1. Будни.

В целом ничем не примечательный округ Джефферсон, местоположение которого не назовет вам ни один среднестатистический американец, не попытавшись залезть при этом в Гугл карты, возможно, все же найдет, чем вас удивить. По крайней мере, сами жители округа свято в этом убеждены. Национальный природный памятник Лост-Крик, являющийся частью заповедника Пайк, главная его гордость. Он весьма популярен для отдыха на природе, как летом, так и зимой, благодаря близости к Денверу, и приносит в бюджет округа немалые деньги. Но все-таки основным источником дохода для жителей является пивоваренная компания «Coors». Это порой вызывает насмешки старожилов, помнящих времена золотой лихорадки, пика процветания Джефферсона, оставившей после себя лишь заброшенные рудники. Но это было в прошлом, а на сегодняшний день округ вполне себе пригоден для обычной, размеренной жизни. Разумеется, если ты не семнадцатилетний подросток.

Солнечные лучи уже довольно продолжительное время светили Гарри прямо в лицо, но он упорно не хотел просыпаться. Хотелось поваляться в кровати еще минут двадцать, поизучать потолок и плакаты на стенах, которые он, с огромным трудом, повесил так, чтобы сочетались цвета и персонажи на них. Казалось бы, обычное дело, которое не требует огромных усилий, но, почему-то, помогает расслабиться и собрать мысли в порядок. Когда же он, наконец, нашел в себе силы спустить одеяло хотя бы ниже плеч и приоткрыть глаза, первым, что он увидел, был темный силуэт, издававший непонятное кряхтение.

— Ты что, застрял? – недовольно прохрипел Гарри.

— Нет, не застрял. С чего ты вообще взял? Кстати, с каких пор твое окно стало таким маленьким? – Луи, как всегда, пребывал в хорошем расположении духа.

— С таких, как ты начал брать в столовой двойные порции.– Гарри сжалился над страданиями друга и, окончательно проснувшись, помог ему забраться внутрь. Ободряюще хлопнув по плечу неудачливого, но амбициозного альпиниста, Стайлс молча отправился в ванную.

— Эй, я вообще-то растущий организм! И да, мне нужно больше белка, потому что в отличие от тебя, дохляка, я смогу выжить в суровых условиях. Уверен, ты и дня не протянешь.– выпалив это без тени сомнения, Луи направился вниз с определенной целью: найти завтрак.

Гарри вздохнул. Кружок «Выживи или умри», основанный горящей нездоровым энтузиазмом миссис Бейкер, стал головной болью ровно в ту же минуту, когда Луи Томлинсон, его лучший друг уже как шесть лет, решил к нему присоединиться. Руководитель была под стать пафосному названию, считая, что каждый житель города обязан уметь лазить по скалам, разжигать костер с помощью двух камней и отличать как минимум пятьсот разновидностей птиц, обитающих в Джефферсоне. Но, так как жители не особо горели желанием проводить свои выходные, занимаясь подобными вещами, всю мощь убеждения Бейкер обрушила на юные неискушенные умы подростков, записавшихся в её кружок. Из-за этого Луи уже неделю заходил за Гарри по утрам, для того, чтобы вместе пойти в школу, не совсем стандартным путём, утверждая, что развивает навыки скалолазания. Гарри в целом был не против, хоть и не понимал, к преодолению каких смертельных опасностей готовится, таким образом, его друг. Дело в том, что в последний раз с дикой опасностью обитатели округа сталкивались лет так тридцать пять назад, когда старый гризли случайно набрел на кучку заплутавших туристов. Впрочем, от этой встречи, видимо, в большей мере пострадал гризли, так как те отделались легким испугом, а вот медведей по сей день никто из местных больше не видел.

Пока Гарри приводил себя в порядок, попутно прокручивая в голове список своих немногочисленных дел на сегодня, Луи вертелся на кухни и жалостливо выпрашивал у его старшего брата порцию блинчиков.

— Тебе жалко или да? Всего то делов сковородкой повертеть, а от этого, между прочем, моя жизнь зависит!

— Я тебе сковородкой по лицу поверчу. Мне вообще-то через полчаса на работу, а я еще и чашки чая не выпил,– терпеливо объяснил Зейн, пытаясь уследить, чтобы на сковороде ничего не пригорело и попутно заварить новый, недавно купленный Цейлонский чай. Удавалось это ему с трудом, так как старуха, у которой он эту сковороду купил, безбожно преувеличила ее достоинства, при этом содрав вдвое большую, чем обычно, цену.– А ведь клялась, хитрая бестия!– раздосадованный Зейн выбросил сгоревший за секунды блин.— Какая скидка? Этой сковороде цены нет, антипригарная…Где там Гарри?

Подавляя желание спуститься по лестнице одним прыжком, дабы уменьшить минуты нахождения рядом с разгорячённым Зейном, который не упустит возможность дать братское наставление, Гарри заставил себя спокойно добраться до стола и поцеловать бабушку, рассказывающую очередной анекдот своей молодости так и не выпросившему добавку Луи. Большую часть слов в этих анекдотах тот вообще не понимал, поэтому обрадовался появлению друга. Гарри меланхолично взял первый попавшийся блин и сжевал его. Пока Зейн смотрел на то, как его брат безразлично ест тот самый сгоревший блин и размышлял, зачем же он, собственно, старается и жарит их каждый день, Гарри кивнул ему, подхватил Луи, красочно расписывающего бабуле прелести «Выживи или умри», и потащил к выходу.

— Удачи на работе, Зейн. Надеюсь, сегодня жмурики будут симпатичные!– только и успел прокричать Луи перед тем, как захлопнулась дверь.

***

В школьном коридоре, как всегда, царил хаос. Кто-то копался в шкафчиках, выискивая нужный учебник (или, под предлогом, толкал наркоту), часть учеников, собравшись в кучки, что-то оживленно обсуждали. Местные задиры не упускали возможность дать пару оплеух тихоням и школьным изгоям. Гарри неизбежно попал под горячую руку Мэйсона Дюка, более известного как Кабан, благодаря его внушительным габаритам. Луи попытался было, как обычно он это делал, дать Гарри пару "ценных" советов о том, как давать отпор и уметь постоять за себя, чтобы привлечь внимание прелестных черлидерш. Но тот быстро его осадил, припомнив, что самому Луи эти советы до сих пор не особо помогали. Томлинсон возмутившись, заявил, что все эти оплеухи и пинки в его сторону являются ничем иным, как дружеским приветствием союзников по футбольной команде, в которой он уже не первый год. И это была самая большая ложь самому себе. Гарри прекрасно знал это, но сделал вид, что ни капли не сомневается в его словах. Звонок, призывающий всех учащихся школы Джефферсон проследовать на уроки в нужные кабинеты, как нельзя кстати прервал Луи, опять было пустившегося разглагольствовать о своем новом увлечении (кружке).

Пройдя в нужный класс, Гарри уселся на свое любимое место, позволяющее ему любоваться природой вместо скучных лекций. Достал потрепанный учебник, сменивший не одно поколение хозяев, бросил на стол с потрескавшейся краской непонятного цвета, и приготовился к погружению в собственные мысли. С задней парты несколько раз что-то настойчиво спросили. Гарри не сразу понял, что обращаются к нему.

— Эй, ты, Артура не видел?

— А? Да нет…– рассеянно отозвался Стайлс и отвернулся к окну.

После очередного нудного и ничем не примечательного учебного дня друзья отправились на поиски своего приятеля Найла. Найти его не составило труда, так как вот уже год тот после занятий вертелся в столовой, выпрашивая оставшиеся десерты. Обычно его прогоняли, но сегодня был один из счастливых дней, и ему удалось разживиться парой шоколадных батончиков с нугой и орешками. Вытащив Найла из столовой, компания в полном составе отправилась домой. За оживленными разговорами подростки и не заметили, как прошли больше половины пути, дойдя до развилки, где Найлу нужно было повернуть. Они остановились и хотели, было прощаться, как Найл вдруг кое-что вспомнил.

— Совсем забыл вам сказать! Сегодня вечером собираемся у Рейчел. Её родители смылись на пару дней в Денвер и она зовет всех к себе,– он небрежно поправил волосы рукой и усмехнулся.— Ваше благородие Гарольд Эдвард Стайлс сегодня в настроении? Соблаговолит ли почтить своим присутствием сие торжество? – шутливо раскланялся Найл, не сдержав смех от столь удачной, по его мнению, шутки.

— Хах-Ха, как смешно,– пробурчал Стайлс, пнув мешающийся под ногами камень.

— Он пойдет. Встретимся вечером!– Луи подхватил Гарри под локоть и потащил его в направлении дома, весело помахав на прощание Найлу. Возмущения Гарри до ушей того дойти не успели.

Под напором Луи, расписавшего тысячу и одну причину, почему вечеринки это круто и зачем на них стоит ходить, вместо того, чтобы сидеть дома и перечитывать полюбившийся комикс в сотый раз, Гарри сдался. Он никогда не был любителем вечеринок, шумной толпы под воздействием алкогольных коктейлей и чего похуже, и прочих прелестей жизни экстравертов, предпочитая проводить вечера в компании Зейна, пытающегося воссоздать очередной бабушкин рецепт. Саундтреком к этим неудачным, но усердным попыткам, обычно шли бабушкины возмущения о том, что над рецептами ее молодости проходят надругательства. Зейн же хоть и понимал, что до уровня Рамзи ему как до луны, но следовать принципу «Не умеешь – не берись», который пыталась внушить ему бабуля, он не собирался.

— Адьос, бесто френдо!– Луи дружески ударил его по плечу и, посвистывая, направился в сторону своего дома.– В пол восьмого жди меня в окне!

— Спасибо, что напомнил, я его закрою.

Гарри, полный сомнений по поводу сегодняшней "веселой" вечеринки, вошел в дом. Его встретила удушающая тишина, прерываемая лишь тиканьем часов, к которой тот, впрочем, уже привык. Несмотря на обилие мебели, картин, горшков с цветами, так обожаемых бабушкой, дом всегда казался пустым, словно ему чего-то не хватало. Дойдя до гостиной, Гарри обнаружил там бабушку, вяжущую очередной свитер. Зейн, как предупредила она, не отрывая взгляд от спиц, сегодня допоздна, а обед в холодильнике. Приняв информацию, Стайлс поднялся в свою комнату, сбросил рюкзак и, взяв любимую фигурку Черной Пантеры, плюхнулся на кровать. Может, ему и правда туда пойти? В конце концов, что он теряет? Ворчание бабули и запах гари конечно, неплохо, но вряд ли все 17-летние любят так "оттягиваться". Это даже развлечением не назовешь. Взгляд упал на фигурку с E-bay, которую в свое время ему удалось урвать за полцены. Т'чалла вряд ли бы вынес и часа такого времяпровождения, которым в будние дни, обычно, наслаждается Стайлс. Собственно, он и не Т'чалла, но и Луи вряд ли отстанет, если ему что-то взбрело в голову. Взвесив все "за" и "против", Гарри, страдальчески вздохнув, будто бы его отправляют работать на рудниках по собственной глупости, решил все-таки, что вечеринке – быть.

***

За окнами уже давно потемнело. Старые фонари слабо освещали длинные улицы, приобретающие с наступлением темноты особенно мрачную атмосферу. Казалось бы, мало кому известный город днем выглядит так, словно в нем можно снимать ситкомы про глупых подростков, которые, то и дело, веселятся и встревают в неприятности, связанные с любовными треугольниками и плохими отношениями с родителями. Но с наступлением сумрака город преображается. Шелковистая трава под напором ветра издает неприятный шелест, нагоняя легкое чувство беспокойства. Ровный, выложенный темным булыжником тротуар извилисто петляет меж улочек, будто хочет запутать. Небо, залитое серым звездным светом, больше напоминает купол, ограждающий большой мир от опасностей, находящихся здесь. Черная стена леса, кольцом сжимающая город, виднеется вдалеке. Манит к себе, в непроглядную тьму, просит узнать все её тайны. Какая-то неведомая сила опускается с темнотой, скребется в окна, надеясь напугать. Даже вой собак становится похожим на чудовищный рык, от которого по всему телу непроизвольно появляются мурашки. Атмосфера старых ужастиков Стивена Кинга, окутывает место плотным слоем пелены, спадающей лишь засветло.

Все эти пугающие факторы, которые раскрываются при наступлении темноты, способны разглядеть не все. В большой степени – молодежь. Весело переговариваясь, компания из трех парней, шла в сторону дома, из которого доносилась шумная музыка. Их совсем не заботило довольно позднее время и тьма, поглощающая каждый уголок Джефферсона. Миссис Бейкер, наблюдавшая картину ночного городка, вздохнула и, перекрестившись, плотно задвинула шторы.

Упорно цепляясь за карниз, Луи, пыхтя, наконец, добрался до желаемого окна. Осмотрев пустовавшую комнату, он, подтянувшись, завалился внутрь, громко стукнувшись о пол. Потирая пострадавшую коленку, он попытался было прикинуть вероятность образования синяка, но, так как на ногах и так было бесчисленное множество различных ссадин и ушибов, определить было сложно. Да и одним больше, одним меньше, как любит говорить миссис Бейкер.

— Ты что это тут делаешь? – в комнату вошел Гарри, одетый так, будто готовился к пижамной вечеринке, а не молодежной тусовке. Огромная серая толстовка, спортивные штаны, явно доставшиеся ему от Зейна, и, как завершающий штрих, – тарелка шоколадных хлопьев в руках. Он определенно точно не ожидал встречи с другом сейчас, поэтому растерянно хлопал ресницами, глядя на развалившегося на полу Луи.

— Гарри, какого черта? – Томлинсон не ожидал такого предательство.— Ты в этом собрался идти? К Рейчел?

Немного помявшись, Гарри почесал затылок ложкой, которой недавно уплетал ночной десерт, и, не отводя взгляда от Луи, сказал, что всего-то собирался перекусить, и что ровно через пять минут будет готов. Томлинсон, вскочив, принялся рыться у него в комоде, пытаясь отыскать что-то мало-мальски приличное. Но, кроме гиковских футболок, потрепанных джинсов и спортивок, он ничего не обнаружил. Гарри попытался оправдать это тем, что все нормальные вещи в стирке, и вообще, небрежность в одежде присуща крутым парням, но Луи уже направлялся в комнату Зейна с надеждой, что хотя бы у старшего из братьев есть что-то подходящее. Порыскав в шкафу, тот смог отыскать приличную черную рубашку и, позаимствовав, нацепил ее на Гарри.

— Вот, более менее джентльмен!– Томлинсон остался доволен результатом. Разгладив кое-какие мятые места на одежде, он подтолкнул друга к лестнице.

У выхода друзья наткнулись на бабулю Стайлс, щедро раздавшей комплименты обоим и напомнившей, что Зейн вернется в десять, и Гарри лучше прийти раньше. Поцеловав её на прощание, друзья наконец отправились проводить вечер, как самые настоящие подростки – просаживать печень и флиртовать.

Найти дом Рейчел не составило труда. Громкая музыка, веселые пьяные крики танцующих подростков и мигающий свет дискошара нельзя было не заметить. Подхватив под руку уже собирающегося разворачиваться Гарри, Луи стремительно увлек его в пучину нездорового веселья. Первым, на кого они наткнулись в толпе разгоряченных тел, был душа всех вечеринок, местная зажигалочка, без которой не обходилась еще ни одна тусовка – Найл Хоран. Радостно обняв и, чуть было не расцеловав появившихся друзей, он тут же увлек их в самый эпицентр вечеринки. Потные тела, двигающиеся в такт энергичной музыки, бесчисленное количество второсортного алкоголя и пива местного производства, хозяйка торжества, находящаяся под градусом, активно пристающая уже к пятому по счету футболисту школьной команды. Луи насторожился. Найл шутливо пихнул его локтем в бок, намекая на то, что тот, в скором времени, может стать очередной жертвой фетиша Рейчел на футболистов. Луи было не до смеха, так как буквально месяц назад Джексон Пирс, капитан их школьной команды, переехал в Канзас, исключительно из-за страха попасть в её цепкие лапы. Кажется, это вспомнил не он один, так как друзья синхронно переглянулись и поспешили убраться подальше от столь опасной роковой красотки.

Какой бы веселой не казалась вечеринка, и как много бы людей на ней не собралось, Гарри все равно оказался на ней в одиночестве. Сидя на желтом диване вместо того, чтобы пуститься в пляс с Найлом и Луи, Гарри Стайлс пил сок, с трудом найденный в этом доме, жевал чипсы, ничуть не беспокоясь о состоянии своей кожи, и размышлял. Уйти? Как-то неловко, да и оставлять пьяных друзей не очень красиво, тем более что он единственный непьющий в компании. Раздираемый сомнениями, Гарри не заметил присевшую рядом девушку.

— Вижу ты не любитель вечеринок.– улыбка незнакомки заставила Гарри встрепенуться. Длинные светлые волосы мягко спадали на её оголенные плечи, а зеленые кошачьи глаза с интересом разглядывали парня.

— А, да, нет…то есть,– запнулся тот. Хоть Гарри и не был обделен внешностью и вниманием противоположного пола, но в такие моменты обычно испытывал неловкость и робкость. Девушка звонко рассмеялась, прикрыв улыбку рукой. Она явно была заинтересована в дальнейшей беседе. Гарри поплохело. В последней раз он флиртовал в компьютерной игре, где это было очередной миссией, которую он в последствие успешно провалил. В голове перемешались советы вычитанные из «плей-боя» и советы полученные когда-либо от Луи. Послушав здравый смысл и вспомнив миссию, он решил ни те, ни другие не применять.– Ты знаешь Рейчел?

— Да, я её подруга. Или что-то вроде этого,– она снова обворожительно улыбнулась, стрельнув глазами.– А ты?

Гарри, осмелившись, наконец, полностью развернулся к собеседнице всем телом, облокотившись на спинку дивана, при этом, удивившись самому себе, ответил.

— Да нет, я тут с друзьями.

— И где же твои друзья?– игриво спросила девушка, подвинувшись поближе. Опешивший от такого напора, Гарри собирался, было что-то ответить, как совсем рядом послышалось нетрезвое, на грани мольбы: «Гаарри».

Это был никто иной, как Луи-надравшийся-Томлинсон. Гарри вздохнул и, обращаясь к девушке, сказал: — А вот и они!

Ванная комната, слава богам, была свободна. Свет в ней, что, казалось, светил ярче солнца, заставил ребят поморщиться. Затащив внутрь пьяного Луи, Гарри посадил его напротив туалета, убрал с глаз мокрую от пота челку, и, сказав, что это единственный способ почувствовать себя лучше, попросил проблеваться. Луи ненавидел это делать, он лучше будет неделю мучаться от бесконечного похмелья, чем засунет себе пальцы в рот, дабы выблювать последствия веселой ночи. Поэтому он жалобно мотал головой, в надежде на пощаду, но, к несчастью для него, Гарри настырный. Стайлс взял его за шею и приставил к его рту два пальца. Провел ими по нёбу и тело Томлинсона содрогнулось от рвотного позыва, пока Гарри, со страдальческим отвращением, тщательно промывал руки. Когда Луи полегчало, и он был в состоянии передвигаться с минимальной помощью, они, наконец, покинули помещение, в котором веселье, как казалось, только начиналось.

Дорога домой сопровождалась несвязным пением Луи, заставившего оскорблено замолкнуть местный хор сверчков. Крыльцо его дома оказалось последним испытанием для Гарри, и, вручив друга сестре, обычно прикрывающей подобные его выходки, он со спокойной совестью отправился к себе. Зейн был еще на работе, и это не могло не радовать. Бросив рубашку в стирку и пожелав спокойной ночи бабушке, пересматривающей очередной бразильский сериал, Гарри добрался до кровати и страдальчески упал лицом в подушку, раскинув руки по сторонам. В его голове вертелся рой мыслей, доминировала среди которых одна: вечеринкам больше не быть.

***

— Все же, куда вы так рано ушли? – Найл ковырял ложкой клубничное мороженое, которое ему принесли пару минут назад, и не отводил взгляда от друзей. Естественно, ему было интересно, почему они покинули его в ту минуту, когда вечеринка балансировала между "подростковой тусовкой" и "аномальным, нарушающим все законы, беспределом". Именно поэтому после очередного школьного дня они сидели в местном кафе, которое любили посещать ради того, чтобы набить свои животы сладкими гадостями, и, уминая мороженое с картошкой фри, обсуждали вчерашнюю ночь.— Серьезно, вы пропустили самое веселье. Правда, потом приехала шериф и разогнала нас, но было действительно весело.

Никто и не сомневался. Несмотря на то, что город маленький, и тут не так много мест для развлечения, дети здесь умеют отрываться. Вечеринки устраивались каждые выходные, регулярно и, лишь изредка, когда чьи-нибудь родители уезжали, по будням. Много выпивки, людей и музыки. Жители к этому привыкли, ведь большая их часть понимала, что подросткам нужно как-то справляться со стрессом, отдыхать и расслабляться. А помимо школьных кружков, заурядных кафешек и уроков выживания в природных условиях от миссис Бейкер, позариться больше не на что. Конечно, за всеми этими тусовками, под тщательным контролем, приглядывали местные полицейские, которым, кроме как сидеть в офисах и помогать бабушкам искать потерянных котов, делать было больше нечего. Но иногда удавалось проводить вечеринки без контроля старших. Обычно они устраивались в домах для отдыха в лесу. Тогда-то подростки чувствовали себя королями вселенной и позволяли себе больше, чем дозволено. Отрывались до утра, употребляли наркотики, если была возможность, и даже устраивали разборки на месте, обычно заканчивающиеся сломанными носами и заявлениями в полицию.

— Я напился, – наконец признал поражение Луи. Они сидели у окна, что позволяло не только наслаждаться свечением с улицы, но и наблюдать за прохожими, которые суетливо бегали туда сюда. — Гарри помог мне и отвел домой. Мой героой, – Томлинсон макнул картошку в мороженое Гарри и, без зазрения совести, съел её. Стайлс, корчась от негодования, уже было приготовился возмущаться из-за покушения на его ванильное мороженое, но его перебили.— Не могу поверить, что ты засунул мне пальцы в рот.

Найл подавился мороженым, параллельно взорвавшись оглушительным смехом, который просто невозможно не любить. Хоть Хорану и не всегда удавалось удачно шутить, но его смех - произведение искусство, из-за которого просто невозможно не заразиться оптимизмом. Поэтому этот парень всегда был в центре внимания и его звали на абсолютно каждую вечеринку, а он, в свою очередь, не был прочь притащить с собой Луи и Гарри.

— Это было всего один раз, Луи! Еще раз скажешь об этом, и я врежу тебе.

— Ладно, ладно, малыш Стайлс!– Луи выставил руки вперед в спасательном жесте и, как это бывает обычно в фильмах, ребята дружно смеялись, воровали друг у друга мороженое и обсуждали всевозможные вещи на этой планете, которые, так или иначе, связаны с ними.

Гарри вошел в дом, захлопнув дверь. Как всегда, при беглом осмотре помещения, он не увидел ни единой души. Заглянув в холодильник, он вытащил охлаженный лимонад и направился в гостиную, где застал Зейна с телефоном в руках. По телевизору фоном шли «Люди в черном». Гарри развалился рядом, отхлебнул из бутылки и принялся переключать каналы в поисках чего-нибудь новенького.

— Где был? – спросил Зейн, не отрываясь от ленты инстаграма. Гарри лихорадочно стал соображать, имеет ли тот в виду вчерашнюю вечеринку или же сегодняшний день.

— Да так, с друзьями был,– попытавшись придать голосу безразличный тон, ответил Стайлс.— Мы были у Ричарда в кафе. Как там на работе? Можешь рассказать, мы все равно не обедаем.

— Да кстати, работа… – Зейн выключил экран смартфона и развернулся к брату.— Сегодня женщину одну привезли, ну, точнее, не сразу определили, что женщина, но не суть. Полицейские грешат на гризли, — Зейн отобрал освежающий напиток у Гарри, немного отпил и продолжил.— Вы там осторожнее и в лес не суйтесь! – нагнал жути Малик и, вручив брату, пустую бутылку, снова включил телефон.

***

Присутствие Найла на уроке химии всегда нервировало учителя. Никогда не знаешь, что вытворит, этот безответственный весельчак на сей раз. На прошлом уроке он умудрился разбить склянку с серной кислотой, о чем всем напоминал прожжённый линолеум. Но сегодня, кажется, все шло гладко. Хоран рисовал каракули в тетради, не проявляя интереса к экспериментам, предоставив Луи спокойно работать самому. Гарри поставили в пару с парнем, с которым тот вряд ли бы нашел общий язык вне этих стен. Тот тоже не горел желанием сотрудничать, и молча было решено, что задание выполнит Стайлс. Напарник то и дело толкал впереди сидящих корешей и что-то оживленно обсуждал с ними шепотом. На минуту Гарри даже стало интересно, о чем таком они говорят не переставая, но единственное, что он смог услышать, были обрывки фраз: «Загулял, наверное. Школа - это не его»; «Ты был у него дома?»; «Эх, Артур…». Смешав нужные вещества и получив требуемый кирпичный осадок, Гарри, сдал работу как раз, когда прозвенел звонок.

Сняв лабораторный халат и повесив его на крючок, Стайлс направился к Луи и Найлу, которым сегодня явно светил неуд. Найл весь урок посвятил рисованию котенка, а теперь расписывал Луи божественный вкус хлопьев, купленных им по акции. Луи, в свою очередь, пытался вставить в его рассказ свой, про то, как на днях он забрался на дерево в считанные секунды, благодаря навыкам скалолазания, которые он отточил в совершенстве, забираясь к Гарри в окно. Скорее, это произошло благодаря отвязавшемуся соседскому ротвейлеру, но Луи об этом умолчал.

— Найл, можно спросить? – подошел Гарри, поправляя рюкзак.

— Можно, разрешаю!

— Не знаешь, что с Артуром? Ну, этим, Диккенсоном, который все время с футболистами тусил.

— Последней раз я видел его на вечеринки в доме для отдыха в лесу. Он тогда так надрался, что родители, наверное, в вытрезвитель его отвезли,– они дружно шли по коридору, направляясь к шкафчикам.— Нуу, я продолжу. Так, Луи, заходишь в супермаркет, сразу сворачиваешь налево мимо кассы, там еще тетка такая злая сидит, на мопса похожа, сразу узнаешь, и там отдел хлопьев будет.

Разговор прервал громкоговоритель: «ВСЕХ СТУДЕНТОВ ШКОЛЫ ДЖЕФФЕРСОН ПРОСИМ ПРОЙТИ В СПОРТИВНЫЙ ЗАЛ ДЛЯ СРОЧНОГО ОБЪЯВЛЕНИЯ». Друзья переглянулись и направились вслед остальным ученикам. В общей массе сложно было что-либо прояснить и понять причину неожиданного собрания. В спортивном зале в центре площадки, за школьной кафедрой, стоял директор, а рядом с ним чьи-то знакомые лица, супружеская пара, по всей видимости. Поначалу до учащихся по-прежнему не доходило, зачем их собрали практически в конце учебного дня, но слова директора быстро отрезвили толпу:

«Сегодня, 14 мая 2024 года, в пятницу текущей недели шериф округа, заведующая, в частности, центральным отделением полиции Джефферсона, сообщила о начале розыска Артура Диккенсона, пропавшего без вести ровно трое суток назад. До тех пор, пока он либо тело не будут найдены, просьба содействовать в розыске и предоставить нужную информацию, если вы таковой обладаете. Помощь волонтеров также приветствуется. Просим вас сохранять спокойствие и соблюдать необходимые меры осторожности, во избежание возможных несчастных случаев».

Гудящий, веселый до этого рой учащихся мгновенно затих, и в зале воцарилась мертвая тишина.