Та, что всегда улыбалась

Глава 1. Друзья или больше?

Дверной звонок долбился в мозг уже минуту. Опять Ли пришел заранее! Нет, ну почему нельзя прийти вовремя? Ни на двадцать минут раньше, ни на десять, ни даже на пять! Просто. Вовремя! — Иду! — крикнула я, подхватила сумочку и поспешила в коридор. Квартирка у меня маленькая, и все равно больше похожа на лабиринт с препятствиями в виде коробок с оружием, свитками и другим барахлом для оружейного магазина. Моего собственного оружейного магазина! Перепрыгивая через препятствия, под дребезжание звонка я добежала до двери, наспех обулась и с силой дернула дверную ручку. — Какого черта ты звонишь, я же сказала, что иду?! — Н-Но... — промямлил Ли, краснея. — Кхм, отлично выглядишь, Тен-Тен. Я закатила глаза, заперла дверь и прошла мимо парня в вечно-зеленом костюме. — Пойдем уже. И спасибо! — я обернулась и улыбнулась. Ли покраснел еще и улыбнулся в ответ. Потом догнал меня и взял за руку.

Его ладонь была теплой, большой, жесткой от мозолей и шрамов — ладонь лучшего друга и верного товарища, а может и кого-то большего. Мы еще присматриваемся, но все может получиться. Ведь правда?

Ли спешил, как всегда боялся опоздать, хотя я была уверена, что на барбекю вовремя кроме нас не придет никто. И, естественно, мы пришли почти самые первые. — Тен-Тен! Ли-кун! — воскликнула Хината, приветствуя нас. Наруто смущенно чесал затылок. Такой непривычно-скромный, он настолько жарко смотрел на Хинату, что я почувствовала себя лишней. Интересно, когда они уже поженятся? Я села рядом с Хинатой, Ли — возле меня. Вскоре бар заполнился гостями, шумом и весельем. Ли подкладывал в мою тарелку закуски и подливал саке, не забывая и про себя. Я благодарила, а он так мило смущался от каждого моего взгляда, что сердце таяло. — Тен-Тен, у тебя сегодня особенно красивая улыбка, — сказал Ли, когда на его щеках уже появился пьяный румянец. Зато на моих щеках от его слов выступил настоящий. Он это серьезно? Сердце пропустило удар. А потом Ли наклонился к столу, придвинул к нам блюдо с вяленой рыбой. — Твоя любимая, да? — с улыбкой сказал он, и его ладонь легла на мою талию. Я улыбнулась и отпила саке. Горькая жидкость обожгла горло, но разум не вернула. Ли так близко, мой лучший друг, с которым мы прошли войну и смерть, всегда спина к спине. Неужели, мы и остаток жизни проведем вместе? Его лицо было близко, очень близко. Его большие глаза гипнотизировали. Он провел языком по своей нижней губе, и я отвернулась. Черт, я не готова, я не могу, еще рано... Неджи, что мне делать? Не могу же я не смотреть на него весь вечер! Меня спасла Темари: она села между мной и Ли и остаток вечера злобно пялилась на Шикамару. Я хотела даже пошутить над ней, но потом поняла, что для будущего посла тема более серьезная. М-да, кажется, одной свадьбой наша деревня в этом году не ограничится.

Гости напивались, выкрикивали тосты, веселились на грани дебоша. Сай метал горячие взгляды на Ино, Наруто и Хината вообще сбежали, а Сакура начала засматриваться в нашу сторону. Я проследила за ее пьяным взглядом: Ли, тоже совсем не трезвый, смотрел на нее, как на божество. Ну и ну. Вот уж точно, всю жизнь вместе проведем! Я вздохнула и налила себе саке, поминая свои девичьи надежды о чистой любви. Неджи, почему ты оставил нас?! Как же мне пережить этот вечер без тебя?.. Молча есть и тихо пить получалось еще долго. Но попытка Темари встать из-за стола вырвала меня из транса. — Давай помогу, — я вскочила и потянула Темари на себя. — Эт-то необязбзб... Нормально все! — гаркнула она и начала заваливаться на стол. Я крякнула, но удержала госпожу посла, хоть и с трудом. — Ли, помоги, пожалуйста! Ли? — я обернулась. Казалось, он только что сидел здесь. Нет, я уверена, что видела зеленый костюм! И вдруг услышала его пьяный голос. С улицы! — Черт! Я поволокла пьяную Темари к выходу.

Сакура держалась одной рукой за фонарный столб, другой сжимала футболку в районе груди. Очень трогательно, я щас расплачусь! И взгляд такой влажный, любящий. Вот только все знают, что она страдает только по одному мужчине, и Ли даже рядом не маячит. — Я не могу видеть, как ты проливаешь слезы из-за неразделенной любви! Позволь мне быть твоим рыцарем и убить дракона, заставившего тебя страдать! — рявкнул Ли. Боги, позор-то какой! Завтра он ведь на моем пороге будет рыдать от стыда. Вот идиот! — Ли, — проговорила я. Ноль эмоций. Он приближался к Сакуре неровным шагом. Но та, кажется, протрезвела. — Ли-кун. Спасибо, — Сакура сказала ровным голосом. — Но я не могу принять твоих чувств. Но куда там, наш герой-любовник вышел на тропу страсти! — Ты такая красивая! И нежная... — он приближался. Нет, это точно надо остановить! Сакура выставила вперед руку. Черт, она не может контролировать чакру в таком состоянии, если будет защищаться, Ли не поздоровится. — Ли-кун, — воскликнула Сакура. — Остановись. Я подволокла Темари к выходу. — Ли! — рявкнула я. — Совсем страх потерял?! — Тен-тен? — проговорил он, отступил на пару шагов и осел на ступени бара. — Тен-тен, прости... Прости. И что мне на это сказать? Идиот, ну форменный идиот же! Не дождавшись моего ответа, идиот прислонился к стене бара и захрапел. Темари отошла от меня, поблагодарила и важно сообщила, что дойдет одна. Сакура сбежала. А я осталась наедине с тишиной ночи, разбавляемой неровным храпом пьяного друга. Еще пару часов назад казалось, что между нами может быть что-то большее, чем дружба. — Но сердцу не прикажешь, да, Ли? — проговорила я, вздохнула и опустилась на ступеньки рядом.

И что мне с ним делать? Бросить не могу, дотащить до дома — тем более. Неджи, ты бы точно знал ответ... — Тен-тен! — громкий голос Кибы раздался над головой. — Ты чего тут? — А с ним что? — пробурчал Чоджи. — Все плохо, — я поднялась. — Идти он не сможет, а я его не дотащу. — Так мы дотащим, да жи... — Киба вовремя заткнулся. — Чего ты сказал? — взвыл Чоджи, краснея от ярости. — Жи... Жи... Жи... — заикался Киба. Плохо дело! — ЖИлезный человек! — крикнула я и хлопнула в ладоши. — А теперь хватайте тело!

Парни сурово дули щеки и сверкали друг на друга пьяными глазами, но водрузили паренька в зеленом костюме на свои плечи и потащили в дом Гая. Мы занесли пьянчугу в коридор, я прошла в гостиную, взяла с дивана подушку и плед. Ли мирно посапывал, свернувшись калачиком у порога. Его плечи стали шире, лицо более мужественным. Да если бы не зеленый костюм и дурацкая прическа, его можно было бы назвать красавчиком.

И, если бы он не был таким идиотом, у нас могло бы что-то получиться, наверное. Я вздохнула, положила под его голову подушку и накрыла пьяное тело пледом. Потом аккуратно закрыла за собой дверь и пошла домой, где меня никто не ждет, кроме пустоты полок магазина оружия и холода простыней в одинокой постели.

Глава 2. Две свадьбы и одно разбитое сердце

Конечно, на следующее утро он пришел: похмельный, еле живой, помятый и с поджатым хвостом. Ли сидел на моей кухне и сжимал ладонями-лопатами маленькую кофейную кружку. Кофе остывал, а Ли молчал. Я тоже молчала. Прислонилась боком к столешнице и разглядывала его виноватую физиономию. Ли вздыхал. Ждать, пока он родит какое-нибудь извинение или, еще хуже, душеизлияние, порядком надоело. Мне магазин надо открывать. — Тен-тен, прости меня, — наконец, выговорил он. — Отлично! Простила! Теперь допивай кофе и помоги мне с коробками! — я хлопнула в ладоши и направилась прочь из кухни. — Что? Тен-тен! — крикнул Ли. Я услышала, как отъехал по деревянному полу стул, а потом топот пяток Ли. — Ты правда не сердишься? Я развернулась. Он стоял напротив, почти плача. Ох, эмоциональный до чего! — Конечно! — я улыбнулась. — Ли, мы ведь друзья. — Да, конечно, — грустно проговорил он. Наверное, он думал, что я устрою сцену. Или утону в слезах от его поступка. Вот только давным-давно известно, что его сердце принадлежит одной женщине, и это совсем не я. Обиды в душе не осталось, только пощипывающее чувство зависти, желания, чтобы кто-то желал моей любви так же, как Ли жаждет внимания Сакуры. Зеленая зависть заставляла сердце ныть и предаваться мечтам о вечной любви, а на это у меня не было времени! Мне магазин открывать надо! А не дурью маяться.

Мы ловко перетаскали все нужные коробки вниз, на первый этаж, где размещался мой собственный магазин оружия. Аренда высокая, зато добираться удобно. Через два дня я официально открыла магазин оружия. Но через неделю поток посетителей иссяк. А через две совсем закончился. Мирное время влияло на всех.

Свадьба Наруто и Хинаты прошла великолепно: трогательно, весело, так, как надо. Сакура скакала счастливым розовым огоньком: получила письмо от Саске. Сай у всех на виду массировал ноги Ино, а потом они ушли вместе. Интересно, я одна это заметила? Кажется, да. Ведь все остальные упились до беспамятства. Интересно, с каких пор мои друзья стали такими пьянчугами? Ну, а я зато отдохнула, сделала кучу фоток, разрекламировала свой магазин и вдохновилась новыми идеями. Я ведь могу делать еще бижутерию, которая будет не только красивой, но еще и полезной в бою! После того, как на прилавках появились кунаи с веселыми брелоками и подвески-сюрикены, посетителей стало больше, и за аренду платить стало немного легче.

Ли и Гай постоянно заходили, старались вытаскивать меня на прогулки каждый день. Их счастливые лица делали мой день, заставляя улыбаться и чувствовать, что жизнь полна счастья и добра. И только приходя домой под вечер, я давала волю легкой грусти. Я запирала магазин, поднималась к себе, в пустую квартиру, сама себе говорила, что я дома. Разувалась, включала свет и шла на кухню, заваривала горячий чай, а потом шла на балкон: на темном небе как раз появлялись звезды. Я расплетала волосы и говорила с ним. С моим другом. С тем, кто был для меня поддержкой, радостью, кто был семьей. С тем, по кому сердце скучало так сильно, что хотелось кричать. Хотелось запустить этой чашкой с чаем с балкона и посмотреть, как осколки разлетятся во все стороны.

Потому что его не вернуть! Он ушел навсегда, он погиб... Погиб, как герой, защищая сестру и Наруто, того, без чьей силы мы все были бы мертвы. Герой... О нем все вспоминают с улыбкой, и я тоже улыбаюсь днем, когда мы говорим о нем. Говорим о том, как было бы здорово видеть его на свадьбе, с кем бы он танцевал, как бы поздравил Хинату. Интересно, а набил бы он морду Наруто за то, что он женился на его сестренке? Интересно, плакал бы он на свадьбе? Интересно, пригласил бы на танец меня?.. Я встряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли. Кажется, я снова дала волю слезам. Но больше не буду. Неджи не заслужил грусти и депрессии, он заслужил только хороших мыслей о себе! Ведь он был всем хорошим, он был семьей и даже больше...

Дни превращались в недели, весна сменилась летом, а лето плавно перетекло в осень. В один из особенно солнечных и теплых дней Ли появился на пороге магазина раньше обычного. — Тен-тен, пойдем! Нельзя сидеть в помещении в такой день! — Но у меня магазин! Кто-то должен тут остаться на случай, если придет клиент, — я обвела глазами пустой холл. — Тен-Тен! — взвыл Гай-сенсей, въезжая на инвалидном кресле в распахнутые двери магазина. — Твоя юность увядает в четырех стенах! Я даже не знала, что на это ответить. Просто терялась в терминах: юность увядает? Он намекает на то, что я старая?! — Все равно никого нет, — прошептал Ли. А этот намекает на то, что у меня бизнес неудачный?! Я схватила сумку и, громко топая, вышла на улицу. Распахнула двери, ожидая, пока эти гении словесности выволокутся из моего магазина. Они выволоклись. Я шваркнула дверьми, что эти двое в зеленых костюмах подпрыгнули. То-то же!

Несмотря на неловкие выражения, день прошел очень хорошо. Прекрасная погода, вкусное мороженое — мы гуляли до самого вечера и к закату вышли к набережной: у реки всегда так красиво. По персиковому закатному небу плыли розовато-белые перины облаков, теплый ветер шептал, что лето еще не готово оставить нас и хочет задержаться еще на чуть-чуть. Ли и Гай смешили меня до слез, живот болел от смеха, а щеки не могли больше улыбаться. — Ой, это Сакура? — проговорил Гай-сенсей. — Ли, тебе надо поздороваться с девушкой! — Мм, что-то в ней изменилось, — я всматривалась в тонкую фигурку, но никак не могла понять. — Давно ее не было видно, а, Ли? Сакура-чан! — крикнул учитель. — Гай-сенсей! — Ли вспыхнул, как свечка. А я вдруг увидела, что не так. Герб на ее спине! Кажется, или... Но рассмотреть я не успела. Сакура обернулась и поспешила к нам. Она рассказала, что недавно вернулась из страны Волн, там сейчас самый сезон, можно купаться, море теплое, солнце жаркое, а фруктов хоть в ванну закладывай. Сакура казалась счастливой, и только потускневшие глаза Ли говорили мне, что это не просто счастье. А потом я увидела кольцо на ее пальце. Когда она попрощалась, я смогла рассмотреть герб на ее спине: теперь это Учиха Сакура. — Ли, что я тебе говорил о женщинах? Ты должен быть смелее, должен идти в бой, так, как будто это твой последний бой! — Гай читал мораль, а я смотрела на друга и видела: он сейчас заплачет. — Гай-сенсей, кажется скоро дождь пойдет, давайте поедем домой! — спохватилась я, схватила ручки его коляски и подтолкнула к дому. Ли поплелся следом.Возле своего дома я остановила коляску. — Ли, принеси Гай-сенсею воды, — я протянула другу ключи. Он кивнул. — Но... — проговорил Гай, но я сурово взглянула на него. — Тен-Тен, что ты задумала? — проговорил он, когда за Ли закрылась дверь. — Вы видели герб на ее спине? — прошептала я. — На чьей? — тупил Гай. Понятно. Ему ничего не понятно. Что же придумать? — Гай-сенсей, а как ваша спина? — Как всегда, — грустно проговорил он. — А что вы думаете о том, чтобы подлечить ее на море? — я взмолилась мысленно всем богам, чтобы он понял мою мысль. — Хм, идея неплохая. Но один я не поеду, — сказал он. — Конечно, Ли поедет с вами! Его только надо убедить, чтобы он отложил тренировки, — я улыбалась во весь рот. — Хорошо, я попробую. Но ты тоже поедешь! — Я? — Это не обсуждается. Или едем втроем, или не едет никто! Я не позволю вашей юности угаснуть в этой осенней мгле!

Я вздохнула! Блин, только обрадовалась, что избавлюсь от них!

Глава 3. Страна у моря

Уговаривать Ли пришлось недолго. Как только он услышал, что сенсею нужна его помощь, бросился собирать чемоданы без лишних вопросов. Конечно, он собрался намного быстрее меня. А ведь я торопилась! Пусть ехать я не хотела, все равно торопилась. Ведь без меня не поедет Гай-сенсей, а без него не поедет Ли, и тогда мой друг будет умирать от разбитого сердца каждый раз при встрече с Сакурой и гербом Учиха на ее одежде. Пусть ехать я не хотела, но как только мы пришли на вокзал, как только сели в поезд, закинули чемоданы наверх и заказали горячий чай, настроение поползло вверх и достигло критической отметки, лишь за окнами замелькали новые пейзажи. Я прилипла к окну и радовалась каждому мигу, каждому новому виду, каждой остановке. А когда мы вышли на нужной станции, я чуть не потеряла способность дышать — настолько вкусным был воздух! Он пах морем, солью, йодом, водорослями и счастьем!

Вечер был теплым, закат насыщенно-алым, и счастье заполняло мое сердце. В отеле мы заняли три отдельные комнаты, и они оказались потрясающими! Я никогда не была в таком уютном месте: широкая кровать с мягким матрасом и четырьмя превосходными подушками, огромный шкаф с кучей вешалок, кресло, в котором можно читать сутками — что еще надо для счастья? Ах, да... Балкон! Чемоданы гулко рухнули на мягкий ковер, я скинула обувь и распахнула створчатые двери балкона. Широкий, как я люблю, с кованой оградой, он выходил на светлую улицу при отеле. Усталые прохожие мирно прогуливались по широкой, освещенной рыжими фонарями улице, слышались разговоры и смех, в воздухе витал дух удовлетворенного веселья. Последние лучи заката еще расчерчивали небо красными полосами, ветер стал прохладным, но все еще приносил соленый запах моря. Издалека слышался шум прибоя и прощальные крики чаек. Я облокотилась на кованый бортик и посмотрела в небо: а звезд-то сколько! Боги, какая красота! — Как жаль, что ты не видишь этого, Неджи... — прошептала я. — Наверняка, ты пришел бы в восторг от одного вида моря. Ну ладно, не в восторг, но ты бы точно улыбнулся. И сейчас Гай-сенсей и Ли зашли бы за нами, потому что не время сидеть в номере, нужно тренироваться, нельзя терять не минуты, да? Но ты бы был на моей стороне и избавил от этого абсурда. Ты был бы тем голосом здравого смысла, который позволил нам остаться в номере. Мы заперлись каждый в своей комнате и рухнули на кровати с книгами! Или нырнули в теплую ванну, заполненную пузырьками мягкой пены. Или просто спали, давая отдых мышцам и мыслям... Неджи, я так скучаю...

В дверь заколотили, и я утерла слезки. Потом поскучаю. — Тен-Тен, не время расслабляться! — гаркнул Гай-сенсей. — Нам следует тренироваться! Сила юности... — Да! — пробормотала я, выходя в коридор.

На следующее утро за мной никто не зашел. Я подождала примерно полчаса, а потом сорвалась. Мышцы без тренировки затекли, да и есть хотелось. Я барабанила в дверь добрых пять минут, и тогда Ли все-таки открыл, сонный, с припухшими глазами и хмурым взглядом. — Тренировка, Ли! — я сложила руки на груди. — А ты не одет! — Я не выспался, иди одна, — он начал закрывать дверь, но я остановила ее кулаком. — Знаешь, что говорят? Все можно вылечить соленой водой: потом, слезами или морем. И со слезами, как я вижу, у тебя все нормально! Он насупился. — И у тебя сейчас есть два варианта на выбор: ты или продолжаешь страдать и киснуть, или начинаешь выздоравливать! Что выберешь, Ли?! Хмурость прошла. Появились слезы воодушевления. Запыхтел, взял костюм, бросился в ванную. И через минуту уже бежал по коридору с воплями: «Тен-Тен, сколько можно тебя ждать?!» Классический Ли вернулся. Я усмехнулась и поспешила за другом.

Пробежка сменилась бодрым завтраком в компании сенсея. А потом мы поехали в местную школу, чтобы показать мастер-класс по управлению чакрой и управлением собственным телом, Ли показывал, каких невероятных успехов можно добиться даже не обладая каплей чакры. Потом — обед с Гаем, прогулки, новые впечатления, морской воздух, солнечные блики, пляшущие в волнах, горячий песок, соленая вода... Я думала, я разорвусь от счастья!

Вот бы и с Неджи им поделиться...

Глава 4. Кто ты?

Дни сменяли друг друга ярким калейдоскопом. Мы с Ли тренировались, а Гай-сенсей растил надежды. С каждым днем его желание свести нас с напарником росло с той же скоростью, с которой он забывал противников. Он делал все более жирные намеки, все больше подталкивал нас с Ли к совместным занятиям и все чаще старался оставить нас наедине. Мне это уже прилично надоело, и даже Ли закатывал глаза. Сегодняшний вечер Гай-сенсей решил провести в ресторане, и нам с Ли стоило небывалых усилий уговорить его пойти с нами, а не отправлять нас одних. Я надела бежевое платье с воротником-стойкой, заплела волосы в классическую прическу, накрасилась — все, чтобы Гай-сенсей отстал от меня. Но этого не хватило. В ресторане он расправил крылья купидона.

— Тен-Тен, я всегда знал, что вы с Ли будете друзьями даже после того, как наше существование как команды подойдет к концу. Вы идеально подходите друг другу, дополняете! И знаете, что? Я заметил это еще в академии! — важно рассказывал Гай. Я тянула сок через трубочку, уперев щеку в кулак. — Правда, Гай-сенсей? Это потрясающе! Вы такой умный! — восхищался Ли. — Угу, — буркнула я, но на меня никто не обратил внимания. — Тен-Тен прекрасно владеет дальним боем, а ты, Ли, — ближним. И это идеальное сочетание просто на уровне души, понимаешь? — Да, Гай-сенсей! — Конечно, ты понимаешь, ты ведь мой ученик! — Да, Гай-сеней! Боги, да им никто третий не нужен, когда они свою волынку заводят! — Тен-Тен, вот что ты скажешь о Ли? — А? — я оторвалась от сока и уставилась на близнецов в зеленых костюмах, только один из них был старше и в инвалидной коляске, а глаза второго блестели, как золотые монеты. — Ну... — Ведь ты заметила, что он изменился! — в словах сенсея было столько гордости. — Конечно, — проговорила я. — Он стал сильнее, мужественнее, у него даже щетина на лице начала расти! Ну, последнего я не заметила. Но допустим. — Конечно, Гай-сенсей. — Ты только посмотри на его развитую мускулатуру! — Гай поднял руку Ли, и тот покраснел от макушки до зеленой водолазки. Гай заговорил терминами из учебника. Если он скажет что-то про молочные железы, я не сдержусь, я покажу, что способна на успехи не только в дальнем, но и в ближнем бою. — Ли, а ты заметил, как изменилась Тен-Тен?! — Гая понесло. Я поднялась из-за стола, с грохотом отодвигая стул. — Прошу простить, я не надолго, — я вымученно улыбнулась и сбежала в уборную.

Нет, эти двое доведут меня до белой горячки или до убийства. И любой суд оправдает меня, это точно! Я умылась холодной водой, стараясь унять злой жар на щеках. Полегчало. Ох, теперь надо вернуться и постараться никого не убить по дороге. Похлопала себя по щекам ледяными от воды руками, кивнула себе, улыбнулась, и решительно вышла из туалета.

Он стоял напротив двери в женский туалет, в его руках была папка с меню. Это не был официант, скорее, повар: белая широкая рубашка с воротником-стойкой, черные широкие брюки. Его темные длинные волосы были перевязаны лентой почти у самых кончиков. Сердце пропустило удар. Во рту пересохло. Неджи... Он повернулся. Это он?! Это он! Точно он! Вот только глаза: никакого бьякугана, только темно-коричневые радужки с прожилками золотого. Неджи смерил меня равнодушным взглядом и пошел в сторону двери с надписью «Только для персонала». — Неджи! — прохрипела я. Он не оглянулся. Я сорвалась с места и схватила край его белой рубашки. — Неджи! — выпалила я. Казалось, сердце сейчас выпрыгнет из груди. Он повернулся. Удивленно посмотрел на меня. Я отпустила рубашку. — Простите, должно быть, вы обознались, — сказал он голосом Неджи. Я отступила на шаг. Не может быть! Как?.. — Да, наверное. Прошу извинить меня, — я улыбнулась, заправила за ухо выбившуюся прядь и поспешила к своему столу.

Гай-сенсей вещал какую-то чушь, но я не слышала. Это Неджи, это точно был Неджи! Я уверена! Он жив?.. Но почему он не узнал меня? Я оглянулась, но удивительно похожий на него парень уже ушел. Интересно, он повар? Неджи не умеет готовить. Наверное, я обозналась. Но его голос! Его волосы! Это точно был он! Но глаза... Совсем другие, холодные глаза, в которых не было ни капли узнавания. — Тен-Тен! — голос Ли вывел из транса. — А? — Вашу тарелку можно унести? — нежный голос официантки привлек мое внимание. Я повернулась и посмотрела на стройную девушку с милой улыбкой, светлыми волосами и сережками-веерами в ушах. Интересно, как давно она тут? — Да, конечно, — кивнула я на почти нетронутый ужин. Есть больше не могла.

Я не помню, как мы добрались до отеля. Вечернюю тренировку я пропустила. А выйдя вечером на балкон, я не смогла произнести ни звука. Почему-то казалось, что дух Неджи меня не услышит, ведь он не дух вовсе, а реальный живой человек!

Глава 5. Фейрверк чувств

— Тен-Тен! Ты готова? — орал Гай-сенсей под дверью. Нет, я конечно, была готова, но на зло опаздывала. Потому что надоели все!

Все началось неделю назад, когда Гай увидел брошюру о предстоящем фестивале. Осенний фестиваль в летнем приморском городе — что может быть лучше? Будут фейерверки, яркие огни, музыка, сладости и веселье до вечера. И именно поэтому он решил отправить нас с Ли вдвоем. Конечно, я начала упираться, и что удивительно, Ли тоже. Мы спорили до бесконечности, пока Гай-сенсей, наконец, не сдался под нашим напором. Сенсей согласился на компромисс: идем все вместе, втроем. Целую неделю он давал Ли советы о том, как лучше одеться, как себя вести и что купить мне в подарок, не всегда обращая внимания на то, слышу я его или нет. М-да, Гай — это символ тактичности, что уж скажешь?

Я нашла в одном из местных магазинов легкое белое кимоно, вышитое красными цветами, пояс в тон и заколки в волосы с красными цветами. Пусть я иду не на свидание, но я обязана порадовать своих мужчин. Ну, и немного себя. И теперь я стояла у зеркала бодрых пятнадцать минут, поправляя идеальный макияж, идеальную прическу и идеально сидящее кимоно. Потому что: нечего на меня давить! — Иду! — рявкнула я, взяла сумочку и поспешила к двери. — Тен-Тен, ты красавица! — воскликнул Ли. — Молодец, Ли! Тен-Тен, восхитительно выглядишь! — Вам нравится? — я улыбнулась и покружилась. Гай захлопал в ладоши. Ли присоединился к аплодисментам. Я смутилась, а Гай достал из сумки традиционные белые маски лисьих духов: куда на фестивале же без них? А потом Ли бодро схватился за коляску Гая, намекая, что мы можем идти.

Фестиваль оказался замечательным! Было много сладостей и вкусной еды, музыка, танцы, веселье. Ли по наставлению Гая покупал все, на что падали глаза, и в итоге я обзавелась брошкой, заколкой для волос и другими ненужными предметами. Когда сенсей изъявил желание поесть мороженого, я сказала «Стоп». — Ли, теперь пойду я, — твердо заявила, проверяя, на месте ли кошелек. — Но Тен-Тен, — промямлил Ли. Из-за маски его голос слышался приглушенно. Я подняла свою маску и сурово взглянула на него, потом на сенсея, и они оба притихли.

Довольная собой, я поспешила к лавке с мороженым, нужно занять очередь: вечер выдался теплым и приятным, и потому за мороженым, кажется, спешили все. Я купила три стаканчика, сложила их в пакет и уже спешила к Гаю и Ли, но взгляд зацепился за болезненно знакомое лицо. Снова. Мужчина в сером кимоно приподнял маску лисьего духа, чтобы было удобнее есть мороженое. Рядом с ним, тоже без маски, смеялась над чем-то официантка с сережками-веерами из того ресторана, где я увидела Неджи впервые. Точнее, не Неджи, а просто похожего на него... — Неджи-кун, это так смешно! — заливалась девица. — Неджи-к...кун... — проговорила я, и они оба оглянулись на меня. — Так... Это правда ты?! — выпалила я. — Эй, ты кто такая? Неджи-кун, чего ей от тебя надо? — обиженным голоском проговорила девица. Но Неджи ничего не говорил. Он с суровым лицом отдал мороженое своей спутнице, а потом схватил меня за локоть, отволок за стенку ларька, приложил спиной к стене и навис надо мной. — Какого черта ты следишь за мной? — прорычал он. — Так это правда ты?! — я задыхалась от счастья, оно просто не помещалось во мне. Казалось, еще чуть-чуть, и лопну! Он жив!.. Я хотела обнять его, но вовремя остановилась, наткнувшись на свирепый взгляд. — Если не перестанешь преследовать меня, будут последствия! — рыкнул он. Это угроза? Мне? Неджи... — Да кому ты нужен вообще? — я с силой толкнула его в грудь. — Какого черта ты соврал?! А, хотя, можешь не утруждаться ответом. Ты не тот Неджи, которого я знала. Я не знаю тебя, — холодно сказала я, толкнула его плечом и побежала к Ли и Гаю. — Придурок!

Я отдала друзьям мороженое, но свое есть уже не хотелось. Ли разделался со своим меньше чем за минуту и был рад добавке. А я хотела домой... Но впереди был фейерверк. Пока мы шли к набережной, я не могла сказать ни слова. Гай что-то вещал о романтике фестивалей, Ли поддакивал, но мне было все равно. В голове роились мысли, так быстро сменяя друг друга, что поймать хоть одну не удавалось. Казалось, еще чуть-чуть, и у меня начнется форменная истерика!

Фейерверк грохнул, освещая небо яркими красками. Ли и Гай восторгались и ахали. А я сжимала в руках сумку и смотрела в небо, радуясь, что все смотрят туда, а не на мое лицо. Потому что, кажется, в носу щиплет, и в глазах все расплывается. Потому что, кажется, мне очень плохо. Я не успела попрощаться с лучшим другом, и потому на каждом фестивале думала о нем, говорила с ним, радовалась с ним. Я не успела сказать ему невыносимо много, и потому говорила все-все, что было на душе, обращаясь к тому, кого больше нет. А теперь, выходит, он есть. И с кем мне говорить теперь, если он жив? Если он не просто жив, но и форменный придурок?!

Глава 6. Тренировки мужества

Спала я плохо. И как только солнце встало, не дождавшись будильника, побежала на пляж. Тренироваться. Никак не получалось уложить в голове вчерашний день. Я проматывала в мыслях диалог вновь и вновь, оттого в груди жгло и хотелось кого-нибудь прибить. Хотя, почему кого-нибудь? Ясно же, кого. Когда Ли с Гаем пришли на тренировку, Ли даже заметил, что я сегодня сама не своя. — Тренируешься как перед войной, Тен-Тен, — хмуро пробормотал Гай-сенсей. — Да? Не заметила, — я улыбнулась и рванула еще на один круг пробежки. В носу предательски щипало, но я была уверена: еще пара километров, и эмоции потухнут. Должны! Обязаны! Но почему в груди так больно?

Я ведь любила его. Всегда. Сначала как друга, но со временем он стал для меня семьей. Я не могла представить свою жизнь без него, Ли и Гай-сенсея. Мы сталкивались с кучей препятствий, врагов, страхов и страданий, но всегда держались за руки, поддерживая друг друга. Мы всегда были рядом перед лицом опасности. Идя на войну, я знала, что могу потерять кого-то, и я была готова умереть сама. Но я и подумать не могла, что потеряю его! Он же гений клана Хьюга! Он же сильнейший из всех нас, самый стойкий, самый лучший... И в миг, когда его не стало, я не могла даже плакать. Я просто смотрела перед собой, не веря, что его больше нет, что не услышу его голос, не возьму его за руку, не увижу его улыбки. Чуть позже меня накрыло. Я поняла, как бессмысленно прожила жизнь. Ведь я не проводила каждый миг рядом с ним. И я так и не сказала ему, что он... Что он был не просто другом. Не просто семьей. Он был воздухом, которого теперь не хватало. Он был жизнью, которая прервалась.

Но я научилась улыбаться. Сначала ради Ли и Гая. Потом ради Хинаты и Наруто. Ведь не только я потеряла близкого человека, он был для них не менее важен. Я поддерживала их, и это давало мне сил. Постепенно улыбка стала привычной, и я забыла, каково это, плакать.

А теперь и оплакивать некого! Потому что он жив и превратился в форменную сволочь! Я остановилась у самой кромки воды. Впереди, метрах в ста, красовался старый пирс. Ничего, когда-то я добегу до него. Скинула кроссовки. Морские волны ластились, словно кошки, нежно обнимая ступни. Легкие жгло от интенсивного бега. Я уперла ладони в колени, пытаясь отдышаться. Нет, сегодня я не дам себе раскваситься. Я должна собраться и снова улыбнуться новому дню. Я выпрямилась и посмотрела на голубой яркий горизонт. Как же все-таки море красиво! Темная насыщенная синева огромной воды переходит в туманную дымку на горизонте, а потом превращается в бескрайний голубой небосвод. Так бы и наслаждалась этим видом весь день, но надо вернуться к Ли и Гаю. И, кстати, вопрос: рассказать им о том, что случилось вчера?

Весь день мы посвятили рутинным занятиям. Снова провели мастер-класс в одной из школ, где-то поели, куда-то сходили. Я так и не решилась рассказать о Неджи, хотя очень хотелось. Но, скорее всего, они бы мне просто не поверили. А если бы и поверили... Я поняла, что неприятностей не хочу для него, пусть и повел он себя как мерзкая зараза. Ради нашего прошлого я решила оставить эту встречу в тайне от всех. Вечером Гай и Ли принялись спорить: Ли хотел тренироваться, а Гай — гулять. Это, конечно, странно для сенсея, но его мотив был ясен, как темный лес для бьякугана: он хотел свести нас с Ли и подстроить максимум романтичных ситуаций. И вот зря они дали мне право выбора, потому что я все еще злилась. В итоге мы снова пошли на пляж. И я отдалась пробежке почти как утром. Я далеко убежала от Ли, или он намеренно отстал, уловив мое настроение. В любом случае, я была рада одиночеству. Ярость отступала, и душа постепенно снова заполнялась спокойствием. Я все-таки добежала до пирса, поднялась на него по полуразрушенным ступенькам, дошла до последних досок. Подумалось тогда, что это мог быть мост в невероятное, светлое место, но его никто не смог построить, и со временем он забылся, сломался, и теперь им никто не пользуется. Хотя, глупости все это, просто рядом построили большой, красивый и из бетона, а не из хрупких деревяшек. Я уселась на доски, вдохнула соленый воздух. Впереди блестело бескрайнее море, раскрашенное закатом в оттенки рыжего. Красота! Можно бесконечно сидеть здесь! — Тен-Тен! Ты скоро? — голос Ли ворвался в трепетное спокойствие и заставил подскочить. — Беги вперед, я догоню! — крикнула я. — Как хочешь! Ли убежал, а я вслушивалась в шум прибоя. Так не хотелось оставлять этот тихий уголок одиночества, спокойствия, умиротворения. Но надо. Солнце скоро скроется, да и тренировок на сегодня достаточно. Я уже пришла в себя и теперь снова смогу нормально жить и забыть о нем. Я поднялась, попрощалась с чудесным видом и уже спустилась на песок, как услышала знакомый голос, от которого в сердце снова закололо. — Подожди, не убегай, — попросил Неджи. Я обернулась. Он стоял под пирсом, прятался за поддерживающей колонной. Лицо закрывал глубокий капюшон. Какая секретность! — Что нужно? — я сложила руки на груди. — Теперь ты меня преследуешь? От его усмешки словно молния по спине прошла. И почему я все еще так реагирую на него?! — Ты здесь с Гаем и Ли? — он снял капюшон. Я кивнула. — Не рассказала обо мне? — А надо было? — Тен-Тен, — он вздохнул и подошел ближе. — Хиаши-сама нарушил закон, спасая меня. Я очень прошу тебя, не говори никому, что видела меня здесь. — Почему? Неджи, я не понимаю... — Посмотри на меня, Тен-тен, — он поднял на меня глаза. Обычные карие глаза. — У меня больше нет бьякугана. Он отвернулся, прошелся, почесал затылок. Вздохнул. — Понимаешь, я умер, Тен-Тен, — он снова посмотрел на меня, улыбаясь. — Н-не понимаю... — Я был мертв несколько минут. Может, часов. Если бы не секретная техника Хиаши, спасти меня не получилось бы. Он... — Неджи снова вздохнул. Я поняла, что мне сейчас раскроют тайну, и этого совсем не хотелось. Но остановить его я не успела. — Он перенастроил каналы чакры, активировал все тенкецу и... Теперь у меня нет чакры. Хиаши-сама пожертвовал своей жизненной силой, он отдал часть себя, чтобы спасти меня. Это запретные знания, Тен-Тен. Я жив только благодаря этой технике, но применять ее запрещено, и если об этом узнают, не поздоровится ни Хинате, ни Ханаби... Да всем будет плохо. — Все захотят использовать клан Хьюга, чтобы вернуть своих близких, — проговорила я. Неджи кивнул и снова подошел ко мне. — Всем лучше, если так же будут думать, что я мертв, — бросил он. Я проглотила подступивший к горлу ком. Как он может так говорить? Как? Неужели не видит, что не всем будет от этого лучше? Мне от этого будет только хуже... Но если я скажу ему об этом, станет еще хуже. Я не могу быть эгоисткой и подвергать риску столько людей. Не могу, даже несмотря на то, как сильно люблю... В носу защипало и я отвернулась. — М-да, ситуация, — проговорила я. — Получается, раз у тебя теперь тоже нет чакры, Ли может накостылять тебе? — я лукаво посмотрела на Неджи, и он улыбнулся. — Он и раньше мог. Но теперь хватит и мизинца левой ноги, чтобы сбить меня с ног, — он сказал это так серьезно, что я не выдержала. Улыбка наползла на мое сурово-лукавое лицо, и через миг я заливалась смехом. Он смотрел на меня и тоже улыбался. — Я рад, что мы поняли друг друга. — Я тоже, — проговорила я в ответ.

Солнце садилось. Теплый вечерний бриз трепал волосы и холодил спину. Молчание нависло над нами, и я поняла, что мне пора. — Мне лучше вернуться, пока не начали искать. Я никому не скажу о тебе, Неджи. — Спасибо, Тен-Тен. — Ага, — я сделала шаг назад.

Потом еще. Один взгляд в его глаза. Прощай, Неджи...

Глава 7. Любовь, что была всегда рядом

Пока я бесилась и успокаивалась, страдала и радовалась, переживала такую палитру эмоций, что не чувствовала за все прошлые годы, Гай на месте не сидел. Наш сенсей-прохвост забронировал место в уютном и романтичном ресторане на крыше одного из домов. С видом на закат. И, естественно, с нами пойти он не смог никак, ведь столики только на две персоны. Пришлось сдаться. Чтобы потешить самолюбие сенсея, мы с Ли нарядились, как на настоящее свидание: он нацепил яркий шарф к своему зеленому костюму. А я достала из чемодана летнее белое в голубой цветочек платье до колен и белые босоножки с лентами на щиколотках и приличной высоты каблуком. Распустила волосы. И даже накрасилась. — Тен-Тен! — рот Ли то открывался, то закрывался, но членораздельных звуков выдать не мог. Зато сенсей сиял. Он был невероятно доволен мной и эффектом от моего вида. Ой, до чего смешные эти мужчины! — Пойдем уже, Ли! — засмеялась я и схватила его за руку. Ладонь оказалась потной и холодной, как лягушка. В лифте я ее отпустила. А на улице обеими руками схватилась за ремень сумки, только бы не повторить этот опыт.

Ресторан превзошел ожидания: вкусная еда, приятное вино, великолепный вид на залив. И еще только один столик на всей крыше был занят. «Не сезон!» — сказал официант, пожимая плечами. — Гай-сенсе-е-ей! — прорычал Ли и уставился в закат. — Ли, не переживай ты так. Он просто дурачится. Ли помолчал. — А ты? — А? — Ты тоже дурачишься, Тен-Тен? — серьезно спросил Ли. Я почувствовала, как на щеки наползает румянец. Что он спрашивает? О чем он? Что на это вообще можно ответить? — Ну... Я... — Тен-Тен, я должен сказать! — гаркнул Ли. Я сглотнула. Холодок пробежал по спине. — Может, не надо? — Надо! — он вздохнул, сурово глядя на меня. — Тен-Тен. Мы друзья! Всегда были друзьями! Ты — мой лучший друг, но не больше! Ты очень красивая, особенно когда улыбаешься. Я вздохнула. Боги, какое облегчение! Потянулась за бокалом с вином и осушила его в один глоток. — Я не могу разбивать тебе сердце, ты мне очень дорога, и я не понимаю, зачем Гай-сенсей делает это, — бурчал друг. — Успокойся, Ли! — я потянулась через стол и дотронулась его ладони. — Ты мой друг. Я всегда думала о тебе так, и не больше. — Правда? — Конечно, — я улыбнулась. Он тоже. — Знаешь, я ведь люблю только одну женщину. Это должно поменяться, ведь она замужем... Ты не против, если мы закажем еще вина? — Давай закажем, — проговорила я. Черт, вот не хотелось мне, чтобы в это русло зашел разговор. Вино тут вкусное, но что делать потом с пьяным Ли?

Но разговора я, конечно, не избежала. Он говорил о Сакуре. Говорил, говорил, говорил, словно не существовало больше ничего. И я поняла, как долго это копилось, как долго он молчал, как много хотел сказать, как сильно болело его сердце. И я понимала его боль. Я знала ее. Ли нужен был слушатель, отвечать ничего не было нужно. Со мной всегда так: все время кто-то рассказывает мне о своих чувствах. Темари, Сакура, Хината. Теперь Ли. Я слушала его, и думала о том, чьи непривычно-карие глаза так внимательно, так тепло смотрели на меня вчера. Я попрощалась с ним, я закрыла дверь. Но почему с каждым глотком вина, с каждой минутой все больше хотелось увидеть его? Снова поговорить с ним, хотя бы чуть-чуть? — Счет, пожалуйста! — гаркнул Ли. — Ты чего? — буркнула я. — Пойдем на пляж! — Топиться? — Может быть, — промычал Ли, широко улыбаясь. Ясно, топиться не будем. Будем дурачиться! — Отличный план!

На пляже людей почти не было. Редкие парочки прогуливались по берегу или сидели в обнимку у воды. Романтика витала в воздухе, хоть ложкой ешь! Но у нас было две бутылки вина и запас адреналина в горячей крови. Я стащила босоножки: на этих каблуках стоять ровно уже не получалось, а идти по песку совсем опасно. Кажется, я не переставала ржать с самого выхода из ресторана. — Ли, я не могу больше идти! — крикнула я. — А я могу! — он пошатнулся, — Хочешь, докажу? — Ой, и как ты это сделаешь? Будешь ходить? — Смотри внимательно! — Ли медленно расстегнул зеленую куртку и бросил мне ее. Потом вздернул руки и с серьезным лицом нагнулся, перенося вес на ладони. Классика. Надо отметить, что ходить на руках у него получалось намного лучше, чем у меня на ногах. И потому, пока он доказывал что-то кому-то, я нашла лежак и опустилась на него, обнимая бутылку вина. Ли подвалил ко мне на руках, оступился и рухнул на песок. Я умирала от смеха, а он внимательно смотрел на меня. — Тен-Тен, знаешь, у тебя замечательный смех, — проговорил он, облокачиваясь на мой лежак. Я почувствовала, что краснею. — Неджи всегда так говорил. Я поняла, что щеки стали пунцовыми, а в горле появился ком. — Неджи? — прошептала я. — Что он говорил? Но ответа не будет. Ли захрапел. Ох, опять мне его нести? Ну уж нет! Я закуталась в его куртку и откинулась на лежаке. Звездное небо так прекрасно! Интересно, что еще говорил обо мне Неджи?.. Я отпила вина. — У тебя, правда, замечательная улыбка, — теплый голос. Неджи. Неджи? Я подскочила. В темноте пляжа, рассекаемой только светом фонарей набережной, было видно одинокую фигуру. Неджи стоял рядом с лежаком. По-прежнему в капюшоне, руки в карманах светло-серой толстовки, но это точно был он! Но как это мог быть он? Он бы не пришел, зная, что рядом Ли. Тем более, он уже попрощался. — Ну и глюки! — буркнула я, откидываясь на лежак. Отпила вина. — Глюки? — переспросил теплый голос. — Ага. А как еще? — я поднялась и подошла к глюку по холодному песку. — Ты не можешь быть реальным, ты же умер! Глюк дернулся, но не растаял. — Знаешь, дух Неджи, я ведь скучала. И сейчас скучаю, каждый день. Мне не с кем обсудить этих балбесов в зеленых костюмах. — Я махнула бутылкой в сторону дрыхнущего Ли. — Не с кем тренироваться, не с кем грустить и смеяться. Не с кем, потому что тебя больше нет. — Но, — проговорил глюк. — Знаю, знаю, ты не умер. Ты живешь теперь тут, встречаешься с какой-то официанткой, хамишь и рычишь без повода. Но я все равно люблю тебя. Глюк снова дернулся. Даже шагнул ко мне. Но я не сдалась. Я приложилась к вину и пнула песок. — Я все равно буду любить тебя, потому что ты Неджи. Ты — семья, и даже больше, чем семья. Я так счастлива, Неджи, до седьмого неба счастлива, что ты жив. — Тен-Тен, — прошептал глюк. — Нет, не надо, дух Неджи. Иди, живи и больше никогда не приходи. Потому что мне надо тебя забыть, а тебе надо жить жизнью!

Я отвернулась и уставилась на море. В темноте было видно лишь белую пену волн, бьющих о берег. Ветер приносил запах соли, йода и водорослей. И несбывшихся надежд. А вдруг это не глюк? Я оглянулась, но рядом с лежаком был только Ли. Подошла к нему, растолкала. — Пора домой, Ли!

Кое-как мы добрели до отеля. В свою комнату Ли не пошел. Улегся в моей комнате прямо на полу. Я бросила ему подушку и простынь.

Глава 8. Есть разговор

Я проснулась от храпа. Села на кровати, посмотрела на пол. Ли свернулся в комок под тонкой простынкой и жутко храпел. Я рухнула на постель. Похмелья почему-то не было. Зато был стыд. Кошмар-то какой, я чего вчера наделала? Это ведь никакой не глюк был? Это Неджи был! Нет, конечно, он сам виноват, нечего было ходить за мной пьяной! Но что за рот у меня? Решето, а не рот! «Жить жизнью» — это мелочь! Я ведь сказала «я люблю тебя», вслух сказала! Я закрыла лицо ладонями и замычала. — Э-э-а! — Ли зевнул, да так громко, что я аж подскочила. — Нельзя столько пить! — Я с тобой больше пить не буду, Ли! — Не кричи, Тен-Тен! — захныкал Ли. И тут в дверь затарабанили. Я поднялась с кровати. Оказывается, я даже не переоделась. — Тен-Тен! Ты выглядишь помятой, — проговорил Гай-сенсей. — А где Ли? — Здесь, — буркнула я. Глухое мычание из-за кровати было мне подтверждением. — Вы провели вместе ночь! — Гай покраснел и схватился за лицо. — Тен-Тен, я поздравляю тебя! Ты стала настоящей женщиной! Он говорил что-то еще, но я не слышала из-за пара ярости, что шел из ушей. — Гай-сенсей, — суровый голос из-за спины заставил меня успокоиться. Ли встал рядом со мной, оперся на стену. — Мы с Тен-Тен просто друзья. Пожалуйста, не делайте больше таких намеков, это оскорбительно, невежливо и неуважительно к девушке. Я оторопела. — Жестокий Ли! — взвыл Гай. Но Ли не слушал. Держась за стену, он медленно шел в свою комнату. Гай поехал за ним, вымаливая прощение, а я захлопнула дверь. Душ, обед и кофе на балконе сделали меня снова человеком. Я смотрела на море и пыталась не думать ни о чем, но мысли о Неджи все равно лезли в голову. Зачем он пришел? И что будет теперь? Хотя, после того, что я наговорила ему, он не должен искать встречи со мной. У него есть девушка, потому мое нелепое пьяное признание должно быть для него обузой. Ну и зачем искать со мной встречи, если он так старался не видеться со мной? Если будет лучше, если все будут думать, что он мертв?

Ли проболел весь день. Он спал, блевал, снова спал, снова блевал. В перерывах воспитывал Гая. Я пыталась читать книгу, которую так мечтала закончить за этот отпуск, но ничего не получалось. Сосредоточиться не выходило, мысли лезли в голову. В итоге к вечеру я психанула, взяла сумку и вылезла из номера. Зашла к Ли и Гаю, крикнула им, что ухожу, и побрела к пляжу. Тренироваться сил не было, но воздух лечил истерзанную душу и воспаленный мозг. Скоро мы вернемся в Коноху, и все это будет забыто. Лишь знание, что Неджи жив и счастлив, будет греть мое сердце.

Я сняла кроссовки и ходила по краю берега уже битый час: организм проветривала. И мозг. Море легко касалось ног, на миг обнимало и сразу отскакивало, будто в страхе, что подарит слишком много своего времени. Я ходила туда-сюда, от стороны солнца до стороны пирса, где мы недавно столкнулись с Неджи. Интересно, если я дойду туда, я снова увижу его? Наверное... Тогда лучше не пойду! Только это решение осело в голове, как передо мной появился Неджи. Собственной персоной. Без капюшона. В свете солнца. Это вообще нормально? — Привет, — проговорил он. — Нам надо поговорить. Я почувствовала, как на щеки наполз румянец. Наверняка, он все помнит. Еще и серьезный такой! Он подошел ближе. Я почти чувствовала аромат его одеколона. Как неловко! Так, надо взять себя в руки! — Я одна, если что. Парни в отеле. Ли болеет, — залепетала я. — Это неважно! — рявкнул Неджи. — Но спасибо за информацию. Черт, он злой? Обиделся за то, что я вчера сказала? — Ты хочешь поговорить тут? — Лучше в более уединенном месте, — сказал он и прочистил горло. Я почувствовала дикий жар на щеках. Но мы дошли всего лишь до пирса. Оказалось, он заброшенный, и сюда никто не приходит, потому что скоро его снесут. Он небезопасен и вот-вот развалится. Эта байка ходит по городу уже несколько лет, но даже школьники обходят пирс стороной, предпочитая более живописные места для встреч. Там и правда никого не оказалось. Мы сели под пирсом прямо на песок и принялись молча глядеть в закат. Молчание висело над нами вместе с пирсом, поскрипывая от неловкости. Я вздохнула. Неджи встал. Прошелся. Снова сел. Я хихикнула. Нет, ну до чего забавный! Сам орал, чтобы я не ходила за ним, и сам же в третий раз является по мою душу. Сам привел, сам же молчит. — Неджи, ты слишком волнуешься! Он сурово посмотрел на меня, сверкая глазами. — Далеко отсюда живешь? — я решила сменить тему. — Моя квартира в одном квартале отсюда. А почему ты спрашиваешь? — холодно уточнил он. Я даже замерзла. Встала. — Слушай, я не имела в виду ничего такого. Я не собираюсь выяснять твой адрес или преследовать тебя. Просто так интересуюсь, — я отряхнула песок с шортов, поправила сумку на плече. — Я не хотел обижать тебя, Тен-Тен. Просто боюсь за родных, — проговорил он мягко и подошел ближе. — Ты последняя, кого я хотел бы обидеть. Я взглянула на него и потерялась. От теплого, мягкого взгляда, полного нежности, подогнулись колени. — Насчет того, что ты вчера сказала, — начал он. — Не бери в голову! — выпалила я и собралась уйти. Не туда что-то идет этот разговор. — Не могу! — рявкнул Неджи и схватил меня за руку. Я остановилась, не в силах справиться с сердцем. Оно вдруг начало так сильно стучать, так громко, так гулко. Неджи развернул меня. Провел рукой по моему лицу. Я вспыхнула. Губы пересохли. Пришлось облизнуть. Он глубоко вздохнул. И вдруг поцеловал меня.

До этого момента я только читала о том, что такое поцелуй. Везде было написано, что это самое приятное занятие на земле. Самое нежное, самое чувственное. И что это и есть выражение симпатии, любви. Но я не умела целоваться!!! Оказалось, это не важно. Губы Нежди провели по моим, так нежно, словно попробовали на вкус. Отстранились на миг, и снова вернулись. Но это было неприемлемо. Я решительно уперла ладони в его грудь. Он остановился. — Прости, — прошептал он и отошел на пару шагов. — Я понимаю, прошло много времени. Все, что ты говорила вчера, — это просто фантазия, да? — Нет! — выпалила я прежде, чем успела подумать. Он улыбнулся. А я поняла, что дура. Повелась. Он снова сделал шаг ближе, а я уставилась в песок. — Неджи, у тебя есть девушка, та, которая в ресторане, и потом, ты же не хочешь, чтобы тебя искали, так что я не понимаю, зачем... — Ты не права, Тен-Тен, — проговорил он, и снова обнял мое лицо. Его губы были так близко... Кто-то закашлял. — Ты же говорил, что тут никого не бывает, — проговорила я. — Я знаю место, где нас точно никто не найдет.

Глава 9. Последний миг

Квартира Неджи оказалась ровно в двух кварталах от пляжа, на последнем этаже пятиэтажного дома. Уютная, просторная, светлая, она была отделана со вкусом. Обычный повар не мог позволить себе такие хоромы. Неджи копался на кухне, а я не могла найти себе места. Зачем я здесь? Что он хотел сказать? Пока мы шли сюда, он не проронил ни слова, а я потеряла способность говорить. Да что там, я кажется, потеряла способность ясно мыслить, раз пришла сюда! В поисках выхода я заметила балкон: большой, уютный, со столиком и двумя стульями. И с этого балкона открывался чудесный вид! Море блестело и переливалось вдалеке, а солнце ласкало теплыми лучами. Крики чаек раздавались вокруг: эти птицы словно смеялись надо мной. Я бы и сама посмеялась, не будь мне сейчас так страшно. А отчего страшно, я и сама не понимала.

— Тен-Тен? — Неджи окликнул меня. — Что предпочитаешь: есть вода, вино и что-то крепче. — Вино подойдет, — проговорила я и вернулась в квартиру. — Неджи, а кем ты работаешь? — Повар в ресторане, — он открыл вино. — Шеф. — Да ты что?! — Уже два года, — он подал мне бокал и вернулся в кухню. Я отпила вино и подумала, что удивляться тут нечему. Он же гений. Если не может быть ниндзя, он должен был найти самую отдаленную от нашего мира профессию, и там, где его никто не увидит. Если бы не случайность, его тайна так и осталась бы тайной. — Кстати, моя коллега, Таюри, выбирала это вино, — Неджи поставил на стол нарезанный сыр и шоколад. Я чуть не подавилась. — Она не только официантка, но и одаренный сомелье. Вообще, благодаря ей я устроился на эту работу, — Неджи улыбнулся. Зачем он все это говорит? И вообще, нужно было привести меня сюда, чтобы сказать это? Можно было и на пирсе все выяснить! — Ей и ее мужу. Замечательный человек, — Неджи подошел ко мне. Забрал бокал из онемевшей руки. Кажется, происходит что-то серьезное. Но я не могу уловить. Я не понимаю...

Неджи вздохнул. Помолчал. Я тоже молчала. Он снова вздохнул. Отвернулся. Прошелся по комнате. Я неотрывно следила за ним, не уверенная, что все это значит. — Я всегда думал, что смогу жить без тебя. Но ты... Ты улыбнулась мне, и я понял, что пропал. Черт, лучше бы я умер. Уж лучше, чем жить и не видеть тебя каждый день, — прорычал он.

А я не могла дышать. Ком в горле мешал. Воздуха совсем не было. И в носу щипало. Неджи повернулся, и плотину прорвало. Я почувствовала, как по щекам бегут слезы. Черт, не хотела плакать! Не хотела! — Тен-Тен, — прошептал Неджи, и в два шага оказался рядом. Он обнял мое лицо. Смахнул слезинки, и я улыбнулась, глядя на его родное лицо. Лицо, что становилось все ближе. А потом его губы снова накрыли мои. Нежный поцелуй стал огнем. Неджи провел языком по моим губам, и от неожиданности я раскрыла их, позволяя ему проникнуть внутрь. Это было странно, но колени подогнулись, а внизу живота стало горячо. Я обняла Неджи, зарылась ладонями в его волосы, отвечая на ласку нежностью и страстью. Его рука забралась под футболку, погладила нежную кожу. Я вздрогнула. Он отстранился, нежно глядя мне в глаза. И я поняла: я не могу остановиться сейчас. И вообще, какая разница? Мы больше не увидим друг друга. И пусть так, но сейчас он рядом, он любит меня, а я люблю его. И это главное! Я кивнула сама себе, улыбнулась и потянулась за добавкой. Кажется, в этот момент в Неджи что-то изменилось, потому что поцелуи стали жарче, руки смелее.

И вот уже он ласкает губами мою шею, а футболка летит на пол. Мы двигаемся в спальню, и я чувствую спиной холод простыней. Зато живот согревает горячее дыхание любимого мужчины. Шорты тоже улетели. И стало страшно. А потом Неджи снял рубашку. И я потерялась. Этот железный торс, идеальное тело, темные волосы, ниспадающие на плечи. Боги, пожалуйста, позвольте мне запомнить этот момент навсегда. Неджи потянулся к поясу брюк, я закусила губу. Он улыбнулся и навис надо мной. — Не бойся, любимая, — прошептал он и накрыл мои губы поцелуем. Я и не боялась. Разве что чуть-чуть. Самую малость. Боялась того, как его рука пройдет от живота к трусикам, как отодвинет кружевную ткань, как он дотронется до меня там, где прежде никто и никогда. Я боялась, что будет больно потом, но зря боялась. Больно было всего миг, но потом я поняла, что мое тело было создано только для этого момента. Его движения становились быстрее, сильнее, интенсивнее. Его рука сжимала грудь, он тяжело дышал в мою шею, а я стонала, сгорала, сминала простыни. А когда все закончилось, Неджи сжал меня в объятьях, вдыхал мой запах, шептал нежности и не отпускал, пока не заснул. Я гладила его по голове, перебирая темные густые волосы. Всегда хотелось сделать это. Его рука даже во сне сжимала мою талию, а теплое дыхание обжигало шею. Я захотела выбраться, но он не дал. Сжал крепче, поцеловал и снова улегся рядом. Потом передумал, поцеловал еще раз. Потом еще. А потом снова заставил стонать, кричать и плавиться от удовольствия. В итоге, кажется, я все-таки уснула.

Я резко проснулась. Светлая спальня казалась в свете утра еще светлее. Выяснилось, что кровать на самом деле очень даже большая, особенно когда лежишь в ней одна. Шум воды доносился из ванной, и я поняла, что хозяин квартиры в душе. А мне пора, пусть и жаль, что все закончилось. Я прогнала грустные мысли с встала с кровати. Закуталась в простынь: отчего-то в свете утра стало неудобно ходить голой. Прошлась по комнате, собирая одежду, и вышла в гостиную. Футболка валялась на полу прямо в центре комнаты. Я вздохнула. Нет, я не пожалею об этом! Никогда! Я уже надевала футболку, когда Неджи вышел из ванной. Капли с мокрых волос стекали по сильной груди, каменному прессу и впитывались в белое полотенце на узких бедрах. — Уже уходишь? Хочешь вместе позавтракать? Что он хочет, чтобы я сказала? Что не ухожу, ему показалось? Что останусь с ним на завтрак, обед, ужин и другие прием пищи? Я вздохнула. Это следует закончить сразу, тогда будет не так больно. Наверное. — Неджи, ты ведь не вернешься в Коноху? — проговорила я. Его взгляд стал холодным. Ледяным. — Нет. Возможно, и отсюда придется переехать. Тен-Тен, что ты хочешь сказать? — в его взгляде было столько растерянности, столько смятения. Я закусила губу. Нет, я не могу ничего сказать. Боги, как больно! — Я понимаю, но отказываюсь верить. Тебе придется сказать это вслух, Тен-Тен, — с угрозой в голосе сказал Неджи. Я подошла к нему. Подняла руку, провела по его лицу. Он сбросил мою ладонь. Это конец. — Ты знал это еще вчера, Неджи, — мой голос надломился. — Я в Конохе, ты здесь. Неджи отвернулся. — Прости, — прошептала я. А потом взяла сумку и рванула к двери.

Глава 10. Жизнь после смерти

Самым сложным оказался вовсе не путь до отеля в слезах. И не встреча с Гаем и Ли, которые даже не поняли, кажется, что я не ночевала в отеле. Самым сложным было снова улыбаться.

И чем я думала, когда отвечала на его поцелуй? Чем я думала, когда перебирала его волосы? Когда гладила его лицо? Когда царапала его спину? Черт! Оставшиеся дни пролетели, как чайка над морем: быстро и бесцельно. Мы что-то делали, куда-то ходили, но я ничего не замечала. Неджи исчез из моей жизни, как будто никогда не появлялся в ней. Вот только говорить с ним на балконе я больше не могла. Теперь вечером я могла только плакать.

Мы вернулись в Коноху совсем другими. Гай — более здоровым. Ли — более веселым. А я оставила в двух кварталах от пляжа разбитое сердце, и теперь без него очень трудно жить. Но я улыбалась. Улыбалась, когда Шикамару вернулся в Коноху женатым мужчиной и привез с собой счастливую Темари. Я сияла, как полярная звезда, когда узнала, что Ино выходит замуж за Сая. Поздравляла ее горячо, от чистого сердца. Я улыбалась и смеялась вместе со всеми, когда Чоджи объявил о своей женитьбе. Я веселилась, когда Киба объявил, что женится. Поговаривали, что Казекаге намерен жениться. А потом и Ли стал подозрительно много улыбаться. Я все больше находила отговорок, чтобы не встречаться с друзьями, зависая в магазине, который даже прибыли не приносил! Клиентов не было, оружие никто покупать не хотел. И даже кунаи с сердечками и подвески-сюрикены не были нужны вообще никому.

Прошел еще месяц. За который в магазин зашло всего два покупателя, и те не купили ничего. Я вертела в руке кунай со звездочками. А потом размахнулась и швырнула его в стену напротив. Конечно, попала в самый центр нарисованной мишени. Я не умею промахиваться. — Задолбало! — рявкнула я и бросилась на второй этаж. Взяла большую сумку и принялась швырять в нее одежду. Все, что попадалось под руку. Набила сумку под завязку, взвалила ее на плечи и поняла: меня Хокаге никуда не отпускал. А вдруг не пустит? А, пофиг! Не узнаю, пока не спрошу!

Закрыла квартиру. Рванула вниз. Бросила сумку на асфальт. Закрыла магазин. И только тогда поняла, что не одна. — Тен-Тен? Куда собралась? — Ой, Ли... — я смутилась. — В страну волн, да? — задумчиво проговорил Ли. И когда только стал таким проницательным? — Я знал, что этот день придет. В тот день, когда мы напились, ты познакомилась с кем-то, да? — Ли подмигнул мне, и я почувствовала, что краснею как помидор. — Д-да, — выдавила я. — Удачи тебе! Только с Гай-сенсеем попрощайся. И давай ключи. Кто-то должен следить за твоим магазином. — Спасибо, Ли, — я кинулась на шею другу. Гай принял мое решение менее спокойно. Он рыдал, страдал, умолял, но потом решительно отпустил меня. И я побрела к офису каге. Хатаке Какаши скучал. Он почти спал, посматривая на меня из-за кипы документов. — Он шиноби? — спросил хокаге, когда я сказала о причине, по которой решила уехать в страну Волн. — Нет, — честно ответила я. Технически, он повар. И не важно, что фамилия у него Хьюга. Была когда-то. Какаши молчал. Я чувствовала, как по моему виску течет капля пота. Он откажет. Точно откажет. — Эх, дела! — вздохнул хокаге. — Мирное время всех меняет. Если обещаешь приезжать, я отпускаю тебя. — Спасибо, Какаши-сама! — я поклонилась. — Да что вы все с этим «сама»?! Иди уже!

Повторять не пришлось. Со всех ног я летела на вокзал, запрыгнула в последний поезд, уносящий меня к осколкам моего сердца.

P.S. Последний взгляд

«Что я тут делаю?» — этот вопрос я задавала себе с того момента, как сошла с поезда. Нет, серьезно, зачем я приехала? У меня здесь нет жилья, меня никто не ждет. Неджи мог уже переехать. Можно было бы проверить в ресторане, но я не решилась.

Вместо этого я пошла на пляж. До самого заката я шаталась по берегу моря. Пронизывающий ветер трепал волосы и полы куртки. Я дошла до пирса, но там не оказалось ни души. Посмотрела, как солнце окунается в море, как последние лучи гаснут, как на город опускается ночь. Оказалось, что поздней осенью море становится холодным, волны высокими, а брызги волн холодные до закоченевших пальцев. А ветер выдувает холодом душу. Я спустилась с пирса, прошла к дороге. И остановилась. Пойти искать отель? Или пойти к нему? А если он не ждет? А если он уехал? А если он уже не один? Нет, если не пойду сейчас, потом вообще не решусь.

Перекинула сумку на другое плечо и пошла вперед. Два квартала. Пятиэтажный дом. Последний этаж. Чем выше я поднималась, тем отчетливее слышался женский смех. Но ни на третьем, ни на четвертом этаже никого не было. Я до последнего надеялась, что это соседи.

Но поняла, что надежда — глупость наивных людей, когда переступила последнюю ступеньку. Дверь в квартиру Неджи была открыта, он стоял в проеме и мило улыбался двум девушкам. Они смеялись, на щеках играл румянец. Они были молоды, красивы, беззаботны. А потом увидели меня. — Неджи, ты ее знаешь? Он молчал. Я посмотрела на него и поняла: меня никто не ждал. Дура, чего приперлась?! Схватила сумку, рванула вниз. Он догнал, схватил меня за руку. Выхватил сумку. Потащил наверх. — Увидимся? — проговорила одна из девушек. — Что с ним такое? — буркнула другая. Но Неджи, кажется, было все равно. Он не обращал внимания ни на них, ни на меня и мои отчаянные попытки вырваться из захвата.

Он втащил меня в квартиру, швырнул сумку на пол, захлопнул дверь. Неджи Хьюга сурово смотрел на меня, тяжело дыша. Я тоже смотрела на него, не веря, что снова вижу любимое лицо. Прошла секунда, и все изменилось. Его губы сминали мои, руки сдирали одежду, а я улыбалась. — Что смешного? — буркнул он. — Не задавай глупых вопросов, Хьюга! — я отступила на шаг, потом еще на один, и потом меня втащили в спальню.

Утром болели все мышцы. Оказалось, Неджи умеет мстить, но месть его была такой сладкой, что очень не хотелось, чтобы наступило утро. Когда мы проснулись, время перевалило за обед. Неджи гладил меня по голове, и от этой нежности я таяла, как мороженое на солнце. — Ты надолго? — спросил он. — Не знаю, — честно ответила я. — Если удастся найти работу. — Тебя уволили? — он поцеловал мою ключицу, вызывая рой мурашек по телу. Я сгребла на груди простынь. — Не совсем. Но работы у меня больше нет, — проговорила я, отчаянно проигрывая борьбу за простынь. — А что ты умеешь? — спросил он, обдавая горячим дыханием мою грудь. — Ну, я неплохо управляюсь с ножами. Ох! — я застонала, потому что руки Неджи снова оказались не там, где я ожидала. — Возможно, я знаю ресторан, где могут пригодиться такие навыки, — он поцеловал мой живот. — Мне еще и жить негде, — проговорила я, срываясь на стон. Неджи вдруг навис надо мной. — Знаешь, я могу помочь и с этим, — его губы накрыли мои.

P.P.S. Cладкий кофе на балконе

Я всегда знала, что пить кофе на балконе — это то, что я хочу делать в выходной. Наступило долгожданное лето, чайки снова смеялись на крышах соседних домов, деревья шелестели листьями, а мы соорудили легкий завтрак и вылезли на балкон с книжками.

Я уже многому научилась в ресторане, Таюри, незаменимая сомелье, стала моей лучшей подругой. Она рассказала, как Неджи страдал, когда я уехала, хотя мне казалось, что она приукрашивала. Но иногда я ловила на себе задумчивый взгляд Неджи. После этого он часто подходил ко мне, обнимал и целовал в макушку прямо при всех, заставляя густо краснеть. В те мгновения я сжимала его ладонь, обещая, что больше не уйду.

Завтракать на балконе — самое приятное занятие, которое только можно представить. И выходные — время только нас двоих. Я забралась в плетеное кресло с ногами, укуталась в плед и открыла книжку на закладке. Оказалось, что Неджи нужны очки для чтения. Глаза без бьякугана теряли зрение от его любви к ночному чтению при свете тусклой лампы, но в очках он выглядел до одури соблазнительно. Так что теперь у него никогда не получалось читать вечером.

Мы попивали вкусный кофе, заедали домашними булочками и наслаждались утром, как в дверь позвонили. — Я открою, — проговорил Неджи. — Нет, я! — я бросилась к двери.

Мы неслись наперегонки, но я пришла первая. Потому что он дал мне победить. В дверях стоял почтальон. Он вручил мне конверт и коробку. Конверт для меня, а коробка для Неджи. — Интересно, я не давала никому свой адрес, — пробормотала я, разглядывая конверт. Неджи отобрал у меня коробку.

Я распечатала конверт: Ли! Он писал о том, как у него все хорошо. Как счастлив Гай, как он рад лету и тренировкам. Как много тренируется сам Ли и как он сам счастлив. Потому что сейчас удача улыбнулась ему, он встретил самую лучшую девушку в мире, и она согласилась выйти замуж. Он звал меня на свадьбу, расширяя приглашение на того, кто захватил мое сердце. — Что там? — крикнул Неджи. — Ты скоро? — Ли женится! — я засмеялась и залетела на балкон. Неджи сидел в плетеном кресле с коробкой в руках. И с очень серьезным лицом. — А тебе что прислали? — тихо спросила я. Что случилось?

Он помолчал. А потом достал из коробки еще одну, поменьше. Бархатную. Открыл, достал кольцо. — Оно принадлежало моей маме, — сказал он. Я вспыхнула. — Тен-Тен, ты согласна, — он не ждал ответа. Не спрашивал. Он утверждал. Встал, подошел ко мне. А потом просто взял руку и надел на нее кольцо. — Как скажешь, Неджи, — я улыбнулась. — Я безумно люблю твою улыбку! — А я люблю тебя!