Сыр в мышеловке

Глава 1

Главная проблема современного мира — не глобальное потепление, перенаселение, голод или экономические войны. Главная проблема, сводящая с ума, ломающая миллионы судеб – скука. Она заставляет совершать безрассудные поступки, принимать скоропалительные решения, изнывать от безделья, портить жизнь себе и окружающим. Подросток шестнадцати лет получает больше информации, впечатлений, испытывает чувств, чем наши предки за всю свою жизнь. И пусть в двадцать лет фигура стройная, волосы шелковистые, на лице ни одной морщинки, но в душе уставшие от жизни старик. Погоня за новыми впечатлениями, навязчивое желание продлить молодость, стало смыслом существования человечества.

Реклама открытия ночного клуба «Чеширский кот» взбудоражило всё население небольшого городка N, затерянного в лесу где-то между Москвой и Владивостоком. Расположенный в стороне от федеральных трасс, жил тихой размеренной жизнью, где самым скандальным происшествием был дебош на свадьбе мэрской дочки между иногородними гостями. Короткое видео о том, как родственник со стороны невесты елозит мэрским лицом по тарелке салата, побило число просмотра и стало рекордом по комментариям.

Весть о том, что в здании старого оптового склада открылось заведение столичного уровня, взбодрило население, активизировав сплетниц. Если раньше местами сосредоточения домыслов и проверенной информации были скамейки у подъездов, очереди на почте, в больницах и магазинах, то сейчас всё перекочевало в социальные сети, сопровождалось скабрёзными картинками. И, не дай боже, если застанут где-нибудь в непристойном или помятом виде. Камера в фотоаппарате используется не только для запечатления заката солнца, бутона цветка или домашнего любимца. Каждый знает, как выглядит на снимке, особенно если у снимающего руки растут из жопы.

Заведение работало уже несколько месяцев. За всё это время ни одного фото, ни одной сплетни или скандала. Население изнывало от любопытства, и информация о том, что Пашке Данилову удалось достать несколько пригласительных билетов на ближайшую субботу, сначала вызвало недоверие, а потом дикое возбуждение.

Я несколько дней перебирала содержимое шкафа, перемерила более или менее приличные платья в магазине. Хотела попросить у Лизки что-нибудь из её шмотья, но вспомнила о разнице в росте и объёме форм, успокоилась и остановила выбор на белом кружевном платье с широкой юбкой. Достала из шкатулки серёжки с жемчугом, и серебряную цепочку с кулоном в виде пёрышка. Чтобы не походить на брошенную невесту, дополнила образ красными туфлями на высоких каблуках и сочной помадой. Покрутилась у зеркала, рассматривая себя со всех сторон. Светлая кожа, голубые глаза, длинные чёрные волосы. Вылитая Белоснежка.

Звонок дверь.

- Добрый день, тётя Мара. Евгеша готова?

Что за дурная привычка называть детским прозвищем. Подавила вспыхнувшее недовольство, вышла в коридор. Лизка была чудо как хороша. Точёная фигура, короткое чёрное платье и распущенные волосы цвета белого золота. В таком виде в столичном клубе веселиться, а не в нашей дыре прозябать.

- Отпадно выглядишь, – вынуждена была признать я, на глаз прикидывая стоимость одежды. Видно, что вещи качественные, не в наших магазинах купленные. Возникло чувство зависти и ощущение собственной дешёвости. Подруга чуждо смотрелась посреди коридора с дешёвыми обоями, протёртым линолеумом и мебелью середины прошлого века, поэтому поспешила клюнуть маменьку в щёку, и выскочить на улицу. - Не ждите – буду поздно.

На улице было людно. Только лай выгуливающихся собак и звуки коротких видео на телефонах, нарушал царившее умиротворение. Даже видавшая виды иномарка, стоящая с работающим двигателем, не вызывала людского раздражения.

- Краснова, Полено, вы долго булки мять будете? – Возмутился Пашка, высовываясь из открытого окна автомобиля. По случаю торжественного выхода в свет, битый мерседес был помыт и обзавёлся новой «вонючкой».

В машине помимо Пашки и Вовы на заднем сиденье восседала Танюша. Молодая, красивая, и вкусно пахнущая.

Прошло сколько лет после окончания школы, но Таня и Лизка до сих пор общаются как кошка с собакой, рядом находиться спокойно не могут, а поодаль изнывают от скуки. Мы же держим вооружённый нейтралитет, и в случае чего снабжаем потерпевшую сторону зелёнкой, водкой и нервными клетками.

- «Морская волна», — Пашка попытался погасить искры намечающегося скандала, — Вован к отпуску готовится.

- Таиланд? Турция? – Заинтересованно спросила Лиза, поправляя подол платья.

Вова рассмеялся, пародировав известный акцент, заявил:

- Круче. Геленджик!

Получилось так уморительно, что мы заржали. Только смех у подруги вышел какой-то натянутый. Ну не любила она, когда её выставляли дурой.

- Паш, включи музыку. – Скомандовала Таня и достала из сумки бутылку тёмного холодного пива. – Будешь?

Пиво я не то чтобы любила, но пила без отвращения. Осторожно сделала глоток, и откинувшись на спинку сиденья, прикрыла глаза.

…Пыль на губах, ноги в крови. В крови.

В жизни или в снах хочешь найти

Страну алых роз, где нету угроз,

Где нет горьких слёз, обманчивых грёз.

В стране алых роз, там нету угроз,

Где нет горьких слёз, обманчивых грёз.

В стране алых роз.

(c) Группа «ABRA» — «В стране алых роз».

Солнце скрылось за горизонтом, и на улицы опустилась ночь. Вспыхнули тысячи огней, и роем проносились мимо окна, погружая в атмосферу волшебства и предвкушения приключения. Такое знакомое и обманчивое чувство, оставляющее в душе лишь чувство разочарования.

Покинув черту города, перед мостом свернули на просёлочную дорогу. Асфальт сменил грунт, который в свете фар казался разбомблённым. Скорость упала до десяти километров, машина ползла, объезжая ямы и кочки. Вова матерился, мы молчали, стараясь не нервировать водителя.

Сзади удар свет фар, раздались нервные гудки, заставившие нас прижаться к обочине. Мимо промчались несколько внедорожников, оставляя за собой шлейф пыли и затухающую музыку.

- Козлы, — прохрипела Таня, кашляя, и подняла стекло. – Чтоб у них колёса отвалились.

- Типун тебе на язык, ведьма. – Прошипела Лиза, рассматривая своё изображение в камеру телефона. – Как что ляпнешь, так обязательно сбудется.

- А что ты это за них распереживалась? – Вскинулась Таня, со злобной улыбкой. – Думаешь, что пару раз подолом взмахнёшь, и они тебя с собой заберут? Заберут, да только чтоб попользоваться, да выбросить. Хотя тебе не привыкать.

- Ты что мелишь коза драная? – Взъярилась Лиза. Вцепиться в волосы соперницы не дали парни. Пашка буквально лёг на меня, образовав преграду, а Вовка резко остановил машину,

- Думаешь, мы не знаем, почему ты приползла обратно, поджав хвост?

Лиза взвыла не хуже раненой собаки.

- Всё хватит! – Рявкнул Вова, впервые на моей памяти поднявший голос на нас. – Если кто-нибудь ещё из вас откроет рот, то тут же пойдёте домой, пешком на своих двоих. В кое-то веки собрались вместе, а вы снова сиськами меритесь.

- Вов, мерятся обычно другим? – Осторожно поправила я друга, одновременно спихивая с себя Пашку.

- «Другого» у вас нет, обходитесь тем что имеете. – Пробурчал Вова, заведя мотор.

Девушки замолкли, гордо выпрямив спину и чуть выпятив грудь. Не мне судить, но в этом споре между ними боевая ничья, но, судя по горящим глазам, в ближайшее время готовы перейти в горячую стадию.

- Ты ещё ответишь. – Услышала я шипение со стороны Лизы, а Таня только ухмыльнулась, и заправила рыжую прядь за ухо.

До клуба добрались спустя пятнадцать минут езды в полной тишине. Я с радостью вывалилась из машины, подтянулась, разминая мышцы. До открытия оставалось несколько минут, и как любому приличному человеку нужно было опоздать хотя бы на час-полтора, но парни решили выехать пораньше и занять самые лучшие места. Таких «неприличных людей» оказалось очень иного. Парковка была забита машинами, а от входа, протянулась длинная очередь. Кое-кто перепутал посещение ночного клуба с выходом в театр. Дежурного букета только не хватало. А кто-то забил на все условности, и явился в безмерных надорванных джинсах и в сетке-маечке.

Как только загорелась зелёным светом надпись «Вход», человеческая волна хлынула к двери, но была остановлена охраной. Досматривали всех: парней и девушек. Щупали, просили то приподнять, то припустить. Отбирали телефоны, диктофоны, фотоаппараты и передатчики. Что стало с выволоченным из очереди мужчиной в узких джинсах и волосами-одуванчиками, даже знать не хотелось. Отвернулась и постаралась отрешиться от криков и зова помощи.

Когда переступаешь порог клуба — попадаешь в темноту. Сначала не веришь своим глазам, пугаешься, делаешь инстинктивный шаг назад, и натыкаешься на дверь. Помимо твоего нервного дыхания не слышно ни одного звука. В голове пролетают сотни дурацких мыслей, одна истеричней другой, вспоминаются фильмы, разыгрывается воображение. И когда накручиваешь себя до предела, то вспыхивает огонь, который разбивает на сотни крохотных светлячков. Это похоже на чудо, высвобождение, и зарождение чего-то нового, волнительное. Огонь приближается и вырисовывается силуэт свечи, но ты не расстраиваешься, так как всё твоё внимание привлекает странный вид человека. Несуразно широкий бант на шее, театральный сюртук с широкими бортами и несуразного вида цилиндр, украшенный разноцветными перьями.

- Добрый вечер, миледи, добро пожаловать в наше прекрасное заведение, — голос был низким, бархатистым и тягучим. – Позвольте вас проводить до вашего места.

Словно в старинном фильме, мужчина повернулся и предложил взять его под руку. Вроде пустяк, а приятно. Наши местные мужчины никогда не дойдут до такой галантности. Сделала несколько шагов, краем глазом заметила расплывчатое движение сбоку. Ойкнула со страху и вцепилась в рукав сопровождающего. Тот тихо рассмеялся, и бодро тащил куда-то вперёд. Отодвинул тёмную штору, открыл дверь и втолкнул в сияющее безумие полное света, громкой музыки и расплывчатых очертаний. Потребовалась несколько мгновений, чтобы освоиться в пространстве, и понять, что оказалась в помещении увешанное кривыми зеркалами. Куда не смотрела, видела себя: с огромной головой и маленькими ногами, с большим носом и глазками-щёлочками, вытянутая как лапша, круглая как мяч. Сотни неповторяющихся отражений, от которых начала болеть голова. Даже пол, и тот отражал всё, что находится под юбкой. Идея с вечерним платьем в пол, над которым насмехалась на улице, теперь не казалась столь нелепой.

- Добрый вечер, — вынырнула из ниоткуда официантка с заячьими ушками, и пушистыми тапочками с помпонами, — ваш пригласительный билет. Будьте осторожны, пол скользкий.

И хрупкий, подумала я про себя, осторожно делая первые шаги. Было страшно, нет, не упасть самой, а разбить идею безумного дизайнера. Стоимость ущерба явно превысит месячную зарплату.

Зал был полон. В центре, осторожно переминаясь с ноги на ногу, танцевали несколько пар, остальные же, показалось, повисли в воздухе, словно безмолвные игрушки на нитках, в ожидании манипуляций кукольника. Приглядевшись повнимательнее рассмотрела, что вся мебель была из прозрачного пластика, который и создавал этот необычный эффект. Друзья были уже на месте, и успели сделать заказ: вино и фрукты, всё так же на прозрачной тарелке. И всё.

- Мальчики, а вы?

- Я за рулём. – Отозвался Вова, приглядываясь к брюнетке за соседним столом.

- Я пока тоже пас, крыша и так чуть не отъела, — Паша отсалютовала стаканам с водой, — интересно, как они тут развлекаются, не высиживают же яйца сиднем весь вечер?

Мне тоже было интересно, так как мебель была дизайнерская, но очень неудобная. Меняющиеся отражения людей немного нервировало, заставляя теряться в пространстве, и если честно уже было непонятно, где находился выход.

Чуть в стороне на возвышении находилось место для особо ценных клиентов. За одним столом собрались отпрыски всех власть имущих нашего города и окрестных поселений. Судя по расслабленным позам, они здесь находились не в первый раз. Среди них был и Николай Горелов, сын главы крупного агропромышленного холдинга. После окончания школы, под завывания местных красавиц, отчалил в столицу нашей страны необъятной для получения высшего образования и продвижения по жизни. Никто его обратно не ждал, и даже пересилили толи в Лондон «из кэпитал оф Грейтбритан», то ли в клятую Америку. А он спустя пять лет вернулся, и уже три года занят в семейном бизнесе. Поговаривают, что даже собрался баллотироваться в областную думу.

- Женя, закрой рот и вытри слюни, — прошипела Таня, проследив за моим взглядом. – Выглядишь глупо.

Но как же это сделать, если он был чертовски красив, и так непозволительно близко, что можно прикоснуться.

- Отстань, — попросила я, ревниво следя за кружащими вокруг него девицами, — не порть мне вечер.

- Не понимаю, что в нём нашла? – покачала она головой, окидывая его презрительным взглядом. – Обычный фигляр. Одно достоинство – деньги отца.

- Тань, ты везде видишь негатив. Если он был таким плохим, то не вернулся бы в город.

- Я назвала его притворщиком, а не дураком. В столице своих хватает, да и модно сейчас строить карьеру «от народа», не так затратно. Посидит пару лет в области, обзаведётся нужными связями и рванёт дальше. А ты как была кассиршей в магазине, так ею останешься.

- Почему кассиршей? – Возмутилась я, придя в ужас от перспективы. – Я то же в жизни хочу что-то добиться..

- Прости, — съязвила подруга, — старшей кассиршей.

- Да ну тебя.

Тоже мне подруга - змея подколодная. Да и вечер – тоска одна, музыка заунывная, на работе наслушалась, все сидят по столикам и чирикают словно воробьи, озираясь по сторонам. Парни погрузились в свои разговоры о машинах, а Лиза болтала в углу зала с каким-то незнакомым мужчиной.

- Не знаешь что за кошак?

Я сначала не поняла, как Танька не признала извечного гореловского прилипалу, Лешака — неприятного типа, с бегающими глазами, но присмотревшись, заприметила незнакомца. Не наш, иногородний. Симпатичный в меру, но пресный. Вот девушка, которая подошла к нему, и схватила за локоть, была с перчинкой. Высокая стройная, короткими светлыми волосами, уложенные голливудской волной. Сочно красное платье в стиле тридцатых годов с бахромой. Шепнув что-то на ухо, растворилась с ним между зеркалами.

- Наша принцесса снова не в духе? – Недовольно проворчала Таня и, перехватив официантку, попросила указать направление в дамскую комнату.

Лиза была зла, молчалива и о чём-то напряжённо думала, бросая в сторону стола с вип-приглашёнными задумчивый взгляд.

Тем временем приглушили громкость звука, и в центр зала выскочил разряженный мужчина, похожий на Вилли Вонка из детского фильма «Чарли и шоколадная фабрика». А слова тянул, будто бы комментировал бойцовский турнир.

- Добрый день, дамы и господа! Позвольте поприветствовать вас в клубе «Чеширский кот», где каждого встречают по одёжке, а провожают по уму и сообразительности. Вас ждут веселье, танцы, маленькие сюрпризы. Участвуем активно, не прикидываемся шлангом. Ну что поехал? Не слышу ответа!

Послышалось нестройное «Да!» и начался маленький ад на земле, что-то среднее между передачами «Кто хочет стать миллионером» и «Алло, мы ищем таланты». Чем, больше вливалось в горло спиртное, тем смешнее становились конкурсы и каверзнее вопросы.

- Внимание дамы, — паяц замахал руками, привлекая к себе внимание слабого пола. - Чего нет в женской сумочке?

Ответ нашёлся сразу.

- Денег!

Дамы смехом и криком поддержали ответ.

- Хорошие мои, зачем вам деньги, когда за всё платят мужчины.

- Для здоровья, – крикнула я, намекая о взаимосвязи занятия сексом и самочувствии, но мужчины, как всегда, поняли по-своему и поспешили вставить свои пять копеек.

- Сколько денег ни давай всё словно в чёрную дыру улетает.

- Так всё же чего нет в женской сумочке? – попытался погасить на корню разгорающуюся полемику между полами, и услышал длинный перечень, который прервался танцевальным конкурсом. Три девушки, скользя по полу, попытались станцевать «Цыганочку», размахивая краями простыней, повязанных на талии узлом. Девушки старались, трясли плечами, и получили жидкие аплодисменты.

Я была в недоумении. Происходящее напоминало свадебное пиршество, а не интересный вечер в заведении столичного уровня. Резко захотелось домой, лечь в тёплую кроватку и посмотреть какую-нибудь комедию, чтобы хоть как-то подсластить послевкусие испорченного вечера.

Встала бы и ушла, если снова не вынырнул конферансье, и не объявил о приятных изменениях в вечера. Каждый правильный ответ, каждое выполнение задание будет стоить денег. Чем сложнее, тем дороже. В этот момент открыла новую грань своей личности, оказывается — я меркантильная, жадная до денег дря…, девочка.

Вопросы посыпались один за другим. Это было уже не шуточные загадки на сообразительность, а касались серьёзных тем: математики, экономики, философии, истории, политологии. Оказалось, что население в нашем городе не очень-то и глупое, а картинки в социальных сетях с избитыми фразами знаменитых людей несут свет и знание в необразованные массы.

Я бережно спрятала в сумочку, честно заработанные три тысячи рублей, и дождавшись музыкальной паузы, сбежала в дамскую комнату. Обычно уборные в заведениях выполнены в сдержанном стиле, но и здесь отражения на стенах жили собственной жизнью. И очень активной, так как рядом с собой увидала то, что в комнате не находилось. То ли игра фантазии, то ли какие-то технологические штучки, но всё равно стало жутко.

Выйдя из туалета, застала начала розыгрыша нового конкурса. Ведущий предложил двум подвыпившим, едва стоящим на ногах, девушкам поцеловаться взасос, и получить за это пятьдесят тысяч рублей. Подумала что ослышалась, но нет. Условия были снова громко озвучены, но сдобрены колким юмором. Девушки недолго думая, хотела бы сказать отвесили пощёчину, но нет, принялись лобызаться. Часть гостей, видимо, как и мы в первый раз посетившее заведение, застыли в шоке, а вторая поддержала громким свистом и овацией, когда заполучив выигрыш, героини сегодняшнего вечера доковыляли до своих мест.

Сюрпризы на этом не закончились, так как хозяевами сегодняшнего вечера было решено повысить ставки. Под торжественные фанфары, официантка вынесла небольшую коробку.

- Все узнали, что я держу в руках?