Сын забытых легенд

Глава 1. Жар во льдах

Снаружи было невыносимо холодно. Метель и вьюга бушевали так, будто сама природа хотела стереть мир в порошок. В один из сиротских приютов, где в тепле бегали и шумели дети, зашел уставший странник. Глава приюта узнал его сразу. Он бросился было помочь, но гость остановил его взмахом руки.

— Я еще не настолько стар, чтобы меня держать, — прозвучал звучный, глубокий голос.

Глава накрыл стол и пригласил странника к камину. Не прошло и нескольких минут, как к гостю подбежал один из мальчишек. — Старик! — Я еще не стар, — добродушно отозвался тот. — Прости... Но раз ты путешествуешь, у тебя наверняка есть истории? На улице холодно, не поиграешь. Расскажи нам сказку, а мы тебе сладостей подарим!

Дети обступили его, хором выкрикивая: «Сказку! Сказку!». Странник горько усмехнулся и принял из рук ребенка конфеты. — Ну, раз делать всё равно нечего... Слушайте.

Давным-давно наш Гласиархельм не был таким открытым миром. Сладости тогда видели только аристократы, а правили нами ледяные короли. В те времена на троне сидел Трюмр. — О! — перебил один из сирот. — Тот самый хладнокровный Трюмр? Один из первых королей? — Да, он самый. Не перебивай.

Тогда наши земли терроризировали соседи, управлявшие землей и песком, и великий ледяной дракон — чудовище, чье дыхание возводило горы льда. От безнадежности король отправил гонцов во все края. На зов откликнулась Гильдия Приключенцев. Они обещали помощь в обмен на право открыть филиал в Гласиархельме.

Через несколько недель к границе прибыли караваны. Люди кутались в шкуры, едва их начинал жалить мороз, и лишь один шел налегке. Южанин с волосами, рыжими, как само пламя, и горящими глазами. От него пахло специями и теплым домом.

Когда они вошли в замок, огромный зал был полон хмурых чиновников. В центре, на троне, восседал король Трюмр, а рядом — его дочь. Юнец, никого не боясь, начал веселиться, дурачиться и показывать фокусы. Принцесса, никогда не покидавшая замка, смотрела на него с удивлением и легкой улыбкой. Король же лишь пробормотал сквозь зубы: — Идиот... Кого вы привели?

Услышав это, южанин мгновенно изменился. Дурашливая маска сползла, взгляд стал серьезным: — Вы позвали нас убить дракона. Вы не справились, потому что лед не пробьет шкуру ледяного дракона. Я справлюсь. Или, может, у вас просто солдаты слишком слабы?

Оскорбленный король ухмыльнулся и поднялся с трона. С каждым его шагом свечи на столах начинали затухать, а зал погружался в тень. — Победишь дракона в одиночку — исполню любое твое желание. Но если проиграешь... — Трюмр навис над юнцом устрашающей глыбой. — Станешь моим рабом и будешь служить этому замку вечно.

Юноша лишь усмехнулся в ответ: — По рукам, старик.

В ту же секунду свечи вспыхнули ярче прежнего. Аристократы и принцесса замерли, едва сдерживая смех и страх от такой дерзости.

Маги Гласиархельма вышли вперед, неся в руках хрустальный шар. Внутри него клубился морозный туман. — Назовите свои имена для вечного контракта, — прошелестел старший маг. — Трюмр, король Гласиархельма. — Воин, не знавший поражений — Ардор.

Как только имена были произнесены, из шара вырвались призрачные ледяные цепи. Они с сухим треском обвили запястья короля и юнца и тут же исчезли. Ардор потряс рукой, дар речи на мгновение покинул его от странного ощущения холода в жилах — раньше он такой магии никогда не видел.

— Струсил? — усмехнулся Трюмр, глядя на него сверху вниз. — Ни за что, — ответил южанин.

Логово дракона находилось в сердце ледяных скал. Король, Ардор и небольшой отряд во главе с командиром Десером приближались к подножию. — Зачем мы идем за ним, мой король? — шепотом спросил Десер. — Тише, этот бездарь услышит, — прервал его Трюмр. — Если он проиграет, дракон будет в ярости. Если же он ослабит зверя, то ты добьешь монстра. — Но это будет нечестно… — Ох, как же меня бесит твоя наивность и прямолинейность, Десер. Просто молчи.

У подножия горы Ардор внезапно остановился и спрыгнул с лошади. — Что, струсил? — спросил король. — Нет, просто нужно кое-что подготовить.

Он опустился на колено и стал ощупывать промерзшую землю, словно прислушиваясь к чему-то в глубине. Солдаты чуть не упали на землю со смеху, глядя на эту нелепую позу, но Трюмр и Десер напряглись. — Это же стойка наших врагов с Юга, — прошептал командир.

Ардор резко сжал кулаки. С тяжелым гулом земля под ним разошлась, открывая глубокую яму — ловушку, которую он создал своей магией. Король почувствовал странный холодок: юнец оказался не просто магом огня, он умел подчинять себе почву. — Ну что, пошли? — Ардор первым направился в пещеру.

Внутри он набрал воздуха и закричал так, что задрожали ледяные шипы на крыше пещеры: — Встава-а-ай!

Дракон поднялся. Он был огромен: прозрачная чешуя, шипы и когти острее любого лезвия. Это был истинный элементаль льда. Ардор бросился назад. Солдаты смеялись, но смех оборвался, когда дракон угодил прямо в яму-ловушку. В ту же секунду корни древних, замерзших деревьев, которые Ардор искал под землей, пробудились. Словно живые змеи, они окутали монстра.

Ардор ухмыльнулся и прикоснулся к корням. Те вспыхнули. Это пламя было похоже на маленькое солнце. От резкого жара снег на склонах гор, потревоженный магией дракона, сорвался вниз. Огромная лавина из мокрого снега и пара накрыла яму. Ардор приземлился на край, тяжело дыша.

— Ну что, король, время же… — Перебью тебя, сорванец, — Трюмр оставался спокоен. — Дракон не был бы драконом, если бы погиб от такого пустяка.

Земля задрожала. Лед сковал всё вокруг. Монстр восстал, подбросив Ардора. Дракон взмыл в небеса, и южанин едва удержался на его спине. Взмах хвоста — и Ардора припечатало к скале, а дыхание зверя замуровало его заживо.

— Он ранен! Добей его, Десер! — скомандовал король. — Но это не будет по-честному… — Это будет победа Гласиархельма!

Вдруг принцесса вскрикнула: — Смотрите! Там огонь!

Из ледяной глыбы вырвался столб пламени. Ардор, окутанный багровым маревом, устремился к дракону. Его кожа была покрыта багровыми пятнами — ледяными ожогами. Он привык к теплу Юга, и магия холода ранила его сильнее, чем обычное оружие.

— Я думал, ты просто очередной дракон, а ты сильнее, чем я ожидал! — закричал он, скрежеща зубами от боли и заливаясь безумной улыбкой.

Дракон понял, что дыхание не берет цель, и перешел на когти. Начался танец льда и огня. Ардор понимал: он на пределе. Тело ныло от ожогов и ран. «Нужно приземлить его, — думал он. — Бить в голову или крылья!»

Сконцентрировав всю энергию, Ардор создал копье из чистой плазмы. Он метнул его — луч прошил крыло дракона. Чудовище начало падать. Ардор взлетел над ним, окутал свой меч алым огнем и одним мощным ударом прорубил нёбо и бок дракона.

Грохот падения туши возвестил о конце битвы. Ардор приземлился на мертвого зверя, стиснув зубы от невыносимой боли в обожженном теле. Он поднял клинок над головой. —

Победа моя. Ну что... теперь точно наступило время желания.

Глава 2. Новый дом и горе короля

После победы над чудовищем силы окончательно покинули южанина. От полученных ран и ледяных ожогов Ардор упал замертво прямо на тушу поверженного зверя.

— Снова сломался... — раздался холодный голос принцессы. — Папа, твоя новая игрушка вышла из строя слишком быстро. Впрочем, для такого, как ты, это пустяк. Так почему ты так нервничаешь?

— Лекари! Излечить его немедленно! — проревел Король, не обращая внимания на колкость дочери. — Говоришь так, будто тебе плевать на него. Тебе ведь понравилось его шоу в замке.

— Простите, Король, что перебиваю, — вмешался Десер, — но почему вы так за него печётесь?

— Дай мне закончить! — Трюмр остановил командира, покрыв землю вокруг его ног коркой наледи. — Я думал, ты хоть чуть-чуть разбираешься в магии договоров. Скажи ему, доченька.

Принцесса скучающим тоном произнесла: — Для заключения такого пакта нужно чётко указать все нюансы: плюсы, минусы и условия. И в конце — произнести имена. Если бы он попытался сбежать, он сразу стал бы нашим слугой.

— Вот почему вы не смеялись, когда он бежал от дракона! — догадался Десер.

— Именно. Я не чувствовал в нём намерения сбежать, — подтвердил Король. — Если бы дракон убил его, пакт бы расторгся. Но дракон умер раньше... А значит, я обязан исполнить его желание. И если он сейчас умрет от ран, не успев загадать его, магия договора решит, что я виноват. И тогда умру я сам.

— Но вы же не произносили всех условий! — ахнул командир.

— Шар, что принесли маги, сделан из когтя этого самого дракона, — Трюмр кивнул на тушу. — Дракон был невидимым участником сделки. Теперь всё... Солдаты, забирайте этого героя и тело зверя. В замок! Живо!

Ардор пришел в себя спустя долгое время. Голова гудела, а кожа всё ещё горела, несмотря на лечебные мази. — Где я?.. Я же сражался с драконом...

Он обвел комнату взглядом. На комоде у кровати лежала чистая одежда из дорогой ткани. Ардор оделся и вышел наружу. Народ Гласиархельма, завидев его, начал ликовать. Люди приветствовали своего героя, но сам южанин пребывал в полном недоумении. В этот момент на балконе появился Король Трюмр. Толпа мгновенно затихла.

— Ну, герой, уже определился с желанием? — голос Короля был полон скрытой злобы.

— Прости... А где дракон?

— Ты победил его. Теперь проси чего хочешь: золото, графство, рабов, женщин... Я могу предложить тебе что угодно, только назови и убирайся, — процедил Трюмр.

— Нет, мне всё это не нужно, — Ардор дерзко улыбнулся. — Я путешествующий воин. Я хочу узнать ваш народ ледяных земель поближе. Мое желание — я хочу поселиться в твоем замке.

— Совсем обнаглел! — вскрикнул Король, занося руку для удара, но тут же скорчился от боли: ледяные цепи договора сжали его запястья. Ему пришлось подчиниться. — Ладно... Слуги! Приготовьте ему комнату... да подальше от меня!

— Нет-нет, — перебил его Ардор, — я хочу поселиться рядом. Хочу узнать аристократов получше.

— Чего?! — Король едва не задохнулся от ярости. — Эх... ладно. Слуги! Приготовить ему комнату рядом с моей... — он наклонился к уху слуги и прошептал: — Подальше на три комнаты, ясно?

Так Ардор остался в замке. Трюмр был в ярости, но со временем он понял, что такого бойца лучше держать при себе. Так Ардор стал генералом ледяных земель.

Глава 3. Первый день и показ сил

Прошло несколько недель с того дня, как тушу ледяного элементаля доставили в город. Весь Гласиархельм вышел на улицы, когда солдаты на огромных санях, запряженных десятками лошадей, ввозили мертвого зверя в ворота. Люди смотрели на прозрачную, как алмаз, чешую с суеверным ужасом и восторгом.

Замок Трюмра преобразился. Маги и лучшие мастера королевства трудились день и ночь, разделывая магическое существо. Теперь огромный скелет дракона, очищенный до зеркального блеска, был подвешен к потолку тронного зала. Его кости мягко светились в темноте, заменяя сотни свечей и напоминая каждому посетителю о могуществе короны.

Сам Трюмр теперь носил обновленный венец: в центр короны были вправлены клыки дракона, от которых исходил едва заметный морозный пар. Даже принцесса не осталась в стороне — ее прическу теперь украшали изящные шпильки, выточенные из прозрачных спинных шипов монстра. Казалось, весь замок пропитался магией холода, став еще величественнее и грознее.

Однако присутствие в этом замке живого «жара» — южанина Ардора — по-прежнему злило Трюмра. Но вскоре король понял, что Ардора можно использовать как сокрушительную артиллерию. Король нашел героя в городе, когда тот прогуливался среди обычного люда. Трюмр подошел не спеша, его шаги были бесшумны, а лицо — непроницаемо, как маска из льда.

— О, герой, — негромко начал Трюмр. — Скажи, не гоже ведь такому благородному воину нахлебничать, не так ли? Мы ведь помним наш уговор: услуга за услугу.

Ардор остановился и смерил короля взглядом. — Я всё понял. Я как следует изучил ваши земли и уже собирался уходить.

Трюмр лишь тонко улыбнулся, скрывая за спокойствием истинные мысли. «Сказочный идиот... Куда он собрался?» — Не спеши. Я не прогоняю тебя. Но прежде чем мы продолжим наш уговор, я хочу знать... кто ты такой на самом деле?

Король задал вопрос тихо, но в этом голосе была сила, способная остановить метель. — Не стоит держать нас за дураков, Ардор. В том бою ты вырыл яму магией земли. Ты скрывал это, но даже дитя бы заметило.

Южанин усмехнулся, потирая затылок. Его смуглая, золотисто-оливковая кожа ярко выделялась на фоне белого инея. — Догадался-таки... А я ведь так старался.

«Он и вправду тупица или просто притворяется? За кого он вообще нас принимает?» — пронеслось в голове у Трюмра.

Ардор полез за пазуху и бережно достал сверток из пожелтевшей звериной шкуры. Развернув её, он показал королю выжженные строки: «Я жду тебя на горе, что касается небес. Иди за мной, чтобы стать ещё сильнее. Воскресший из песков, отныне твое имя — Ардор».

— Мои родители были бедняками, — заговорил он, и его голос стал глубже. — Они умирали и верили в чудо. Назвали меня Прометеем, надеясь, что я стану их спасителем. Но я был слаб и ничем не смог им помочь. После их смерти меня, умирающего, нашел странствующий монах.

Ардор прикрыл глаза, и перед его внутренним взором всплыли картины прошлого: «— Природа не щадит слабых, — говорил наставник. — Слабые умирают, сильные живут. — Тебе-то легко говорить, ты родился сильным! А что делать тому, кто родился слабым? — Стань сильнее или умри от этого жестокого мира. — Как? Если бы это было возможно... — Не волнуйся, — монах положил руку ему на плечо. — Я тоже был слабым, как и мой учитель. Я наставлю тебя. Сила нужна для защиты народа, слабых и родных».

— Так он учил меня восемь лет, — Ардор открыл глаза. — С наставником я обрел дар элементов, и он дал мне имя Ардор. Потому что Прометей приносит огонь, а я и есть огонь. Я пришел в Гласиархельм только ради этой горы. Я найду его.

— Понятно, — Трюмр кивнул с поистине королевским спокойствием. — Раз ты ищешь гору, тебе понадобится провизия, снаряжение и... законное право находиться на закрытых территориях. Поэтому ты станешь моим генералом. Это и будет твоя вторая услуга.

Ардор, не задумываясь о политических ловушках этого назначения, коротко кивнул: — По рукам.

На следующий день он вышел на поле перед замком. Белоснежная генеральская форма совсем не шла к его смуглой коже. Южанин чувствовал себя в ней скованно, как в клетке. Солдаты в строю перешептывались: одни смеялись над «золотым мальчиком», другие возмущались, что чужак так быстро получил командование.

Но всё встало на свои места, когда враг начал наступление. Воины песка шли уверенно, но внезапно сама земля перестала им подчиняться. Песок поднялся огромным вихрем по воле Ардора, а следом с чистого неба на головы захватчиков обрушились исполинские глыбы льда.

Боевой дух врага пал в мгновение ока. Солдаты Гласиархельма, пораженные такой мощью своего нового лидера, в едином порыве вскинули щиты. В тот день они приветствовали его уже не как нахлебника, а как истинного генерала.

Прошло несколько недель, и замок Гласиархельм преобразился. Когда Ардор на своем коне въезжал в главные ворота, он почувствовал, как изменился самый воздух города. Люди, которые еще недавно со смехом и презрением смотрели на «рыжего южанина», теперь замирали, прижимая руки к груди. В их глазах больше не было насмешки — только благоговейный трепет. Теперь он был для них не чужаком, а защитником, генералом, сокрушившим древний ужас.

Ардор спешился и вошел в замок. Вскинув голову, он на мгновение остановился. Прямо над ним, на тяжелых цепях, парил остов ледяного монстра. Его кости, очищенные до зеркального блеска, мягко светились, отражая свет факелов. Ардор долго смотрел в пустые глазницы черепа и едва слышно пробормотал: — Теперь посмотри на себя, древний дракон. Ты стал лишь украшением в доме тех, кого презирал.

В тронном зале его уже ждали. Аристократы суетливо отводили взгляды, когда он проходил мимо. В центре зала, у стола с картами, стоял генерал Десер. О нем ходили легенды: говорили, что он единственный, кто выжил в дуэли с ледяным великаном, полагаясь лишь на сталь. Десер был молод — едва ли старше Ардора на пять зим, — но его тело казалось вылитым из камня. Он был лучшим воином Севера. Говорили, что Десер коснулся лишь основ магии договоров, используя её только для того, чтобы укрепить свои кости и закалить клинок. Он верил в холодную сталь больше, чем в капризные чары.

— Занимай свое место, генерал, — голос Десера был низким и резким. Он уверенным жестом указал на стул по правую руку от себя — место самого верного союзника.

Едва они сели, тяжелые двери распахнулись. Вошел король Трюмр, а за ним — его дочь. Принцесса была невысокой, с длинными, струящимися по плечам серебристыми волосами. Из-за вечной запертости в стенах замка её кожа казалась белым как снег, но в умных глазах светилась начитанность и тихая печаль. Те самые шипы дракона, превращенные в изящные шпильки, мерцали в её волосах. Она на мгновение встретилась с Ардором взглядом, и в её кроткой улыбке он прочитал искреннее восхищение.

Король тяжело опустился на трон. — Начнем, — сухо произнес монарх. Совет был открыт.

Глава 4. Цветы во льдах

Как только король занял трон, совет начался. Сначала обсуждали рутинные вопросы границ, но вскоре внимание всех присутствующих переключилось на нового генерала.

— Ну и как тебе командование войсками Севера? — с легкой усмешкой спросил один из советников, поправляя меховой воротник. — Ты всё еще считаешь наших солдат слабыми, южанин?

— Если честно, — Ардор хмыкнул, скрестив руки на груди, — впечатления так себе. Все настроены агрессивно только из-за моего происхождения. В бою нормально шла только пехота, а стрелки просто стояли, раскрыв рты.

— Они были ошарашены вашей силой, генерал, — вставил один из аристократов. — Но позвольте спросить о гильдиях. С тех пор как они появились, наша страна начала процветать...

— Процветать? Издеваетесь? — подал голос старый граф в углу стола. — В казне стало только хуже! Рынок перенасыщен частями тварей, которые приносят ваши охотники. Соседи не покупают столько кости и шкур, цены рухнули! Мы тратим золото на содержание наемников, пока склады забиты бесполезным хламом!

Ардор слушал это, и внутри него закипало раздражение. Он рискнул жизнью в пещерах, а они считали убытки в бухгалтерских книгах. В этой суматохе и криках никто не заметил, как принцесса, тихо спросив разрешения у короля, выскользнула из зала. Вскоре и Ардор, устав от скуки и шума, с молчаливого кивка Десера покинул собрание.

Коридоры замка напоминали лабиринт, высеченный в вечной мерзлоте. Ардор шел, касаясь пальцами стен, и чувствовал, как камень высасывает из него тепло. Он наткнулся на неприметную дверь, за которой царила тишина. Из любопытства он толкнул створки и замер.

Перед ним раскинулся сад. Но это не был сад в привычном понимании: здесь всё было создано из чистейшего льда. Цветы сверкали, словно хрусталь, а пол был устлан мягким ковром из ледяного мха. Ардору, видевшему лишь зелёные сады, которые со временем вяли, этот вечный застывший мир показался чудом. Ледяной мох под ногами не просто хрустел — он издавал тонкий, едва уловимый звон. Из любопытства он ходил по свему саду некоторые цветы были ему знакомы только в леденном виде а некоторых он видел впервые. Его изучение и любопытства вдруг прирвали

— В этой форме вы похожи на породистого пса, генерал, — раздался тихий голос.

Ардор обернулся. Принцесса сидела на скамье, почти сливаясь с прозрачными кустами роз.

— Только вот этот «породистый пёс» спас вашу страну от соседей и дракона, — ответил он.

— Я думала, что Север уже стал и для вас родиной.

— Простите, принцесса, но я — путешественник. Моя родина — это мир. А у вас, как я вижу, родина только одна — страна книг?

— Книги честнее людей, Ардор. В них заперты искренние эмоции авторов. Я доверяю книгам больше, чем тем, кто кричит сейчас в тронном зале.

— Но книги не отправят тебя на земли, которых ты никогда не видела.

— Зато это сделает тот, кто там побывал, — она подняла на него свои внимательные глаза. — Расскажите... как там в песках? В джунглях? Они действительно такие, как пишут?

Ардор присел на край ледяной скамьи и стал описывать места в которых побывал. — В джунглях воздух такой густой, что его можно пить. Там деревья сражаются за свет, а птицы кричат так громко, что закладывает уши. А пески... песок в пустыне поет. Когда ветер поднимает дюны, кажется, что земля вздыхает. Там нет этого бесконечного белого цвета. Там мир окрашен в золото и пурпур на закате.

Селена слушала его, затаив дыхание. Но его внутренняя магия, его природный жар начал нагревать холодный воздух. От невидимого тепла один из ледяных лепестков розы подтаял и с тихим звоном упал на мох.

В ту же секунду пространство дрогнуло. Король Трюмр возник прямо между ними. Он услышал тот звон даже с тронного зала. Его лицо было искажено гневом.

— Что ты здесь делаешь?! — прорычал он. — Тебя не учили не входить в чужие комнаты без спроса, дикарь? Убирайся живо!

— Остановись! — принцесса встала между ними. — Это я его позвала. Я хотела узнать о мире!

Король на мгновение замер. — Убирайся, — бросил он Ардору. — А ты — иди в свои покои.

Когда они ушли, король остался один. Его плечи поникли. Он поднял посох и с силой ударил им по полу. Ледяная волна восстановила сад, возвращая лепесток на место.

Прикрыв лицо рукой он сел на скамью и тихо пробормотал

— Чем больше я хочу запечатлеть этот момент, тем сильнее судьба хочет его отнять... — прошептал Трюмр. — Что же мне делать? Прошу, помоги мне, дорогая...

Глава 5. Тень сомнения и сталь дружбы

Ардор вернулся в свои покои, но сон не шел к нему. В голове, словно заезженная пластинка, прокручивался гнев короля. «Зачем она за меня заступилась? — гадал он, глядя в потолок. — Мы ведь просто говорили. Почему Трюмр так взбесился? Мы ведь ничего не сделали...»

Утром, чтобы унять головную боль от тяжелых мыслей, Ардор отправился в тренировочный зал. Это было единственное место в замке, куда король почти никогда не заглядывал. Ардор знал свою слабость — он привык полагаться на магию и мечи, но в рукопашном бою был уязвим. Он начал отрабатывать удары по тяжелым кожаным мешкам, когда двери распахнулись.

Вошел Десер. На нем была легкая одежда для тренировок, голова поднята, взгляд уверен. — Ты вчера здорово разозлил короля, — вместо приветствия сказал он. — Обычно он спокоен и холоден, но вчера он буквально вышвыривал тебя, не стесняясь в выражениях. Что ты натворил?

— Да ничего, — буркнул Ардор, нанося очередной удар. — Просто болтал с принцессой в саду.

Десер замер. — Ты издеваешься? Ты болтал с ней в Ледяном саду? И ты ушел оттуда живым?

— Как видишь. А в чем проблема?

— В том, что Трюмр хранит этот сад как зеницу ока, — Десер подошел ближе и прислонился к колонне. — Тех, кто просто открывает туда дверь без спроса, он обычно превращает в ледяные статуи. Тебе здорово повезло.

— Не верю, что у такого сухаря есть что-то, чем он искренне дорожит, — Ардор устало сел на скамью.

— Он не всегда был таким, парень. Человек изменчив. Запомни это правило: тот, кого ты знаешь сегодня, завтра может стать совсем другим. И короли не исключение. В детстве я помню его весьма мудрым правителем, но после смерти королевы внутри него что-то надломилось. Яне знаю что случилось но он уже был таким суровым когда я пришел как генерал.

— Значит, я окончательно подорвал его терпение, — вздохнул Ардор. — Нужно бежать, пока он меня не заморозил.

— Стой, идиот, — Десер усмехнулся. — Раз ты признал, что плох в рукопашной, я тебя подтяну. А потом мы пойдем к королю и предложим сделку. Там на вершине гор Травба есть пещеры, где растут цветы, которые когда-то любила покойная королева. Если принесешь их, его сердце может ну возможно оттаять.

У Ардора не было выбора. Несколько часов они провели в жестком спарринге. Десер двигался как тень, его удары были точными и скупыми. Постепенно Ардор начал понимать ритм боя без оружия.

После тренировки они предстали перед королем. Увидев Ардора, Трюмр снова потянулся к посоху, но Десер выступил вперед и озвучил план. Король долго молчал, его взгляд был тяжелым, как свинец, но в конце концов он сухо кивнул.

Путь к горам Травба был нелегким. По дороге им то и дело попадались банды мародеров и одичавшие твари, но дуэт двух генералов был неостановим. Ардор с восхищением наблюдал за Десером: его тело было словно из литой стали, а ледяной клинок не тупился, даже дробя кости исполинских монстров. А огонь Ардора была словно артелерия выжигая врагов с дороги.

У входа в пещеру стало подозрительно тихо. Десер нашел сухую ветку и протянул Ардору. — Разожги факел. Дальше магия будет работать нестабильно, воздух слишком разрежен и пропитан древним холодом. У тебя есть меч?

— Сломался еще в битве с драконом засепился за драконю кость, а на войне мне не предложили новый — признался Ардор.— Так что я использовать только магию.

— Тогда намотай эти ремни на кулаки, — Десер бросил ему полоски плотной кожи. — Это защитит кисти, когда будешь бить.

В глубине пещеры на них напали Зогрены — синекожие карлики с острыми когтями. Они нападали толпой, прыгая со стен. Десер отбивал их атаки с изящной легкостью, Ардору же приходилось сложнее, но уроки рукопашного боя не прошли даром.

Наконец они вышли в центральный зал. Там, прямо на каменных стенах, цвели хрустальные светочи, похожие на прозрачные лотосы. — Пещерная хрустальная роза, — прошептал Десер.

Но путь им преградил Зогрен-исполин — огромная туша, обросшая ледяными наростами. Бой был яростным. Ардор и Десер работали как одно целое, удар за ударом сокрушая мощь монстра. Когда великан наконец рухнул, из тени свистнула стрела. Десер, заметив её в последний момент, с силой вытолкнул Ардора из-под удара, приняв стрелу на себя.

Ардор мгновенно скрутил стрелка, а затем бросился к другу. Вытащив Десера из пещеры, он перевязал его рану. На обратном пути, сжимая в руках хрупкие хрустальные цветы, Ардор хранил молчание. Его мучила странная мысль: «А правильно ли мы поступили? Мы ворвались в чужой дом, покалечили его хозяев и забрали их сокровище только ради того, чтобы умилостивить короля...» После ссоры с Трюмром он начал замечать такие мелочи, о которых раньше, будучи наемником, никогда бы не задумался.

Глава 6. Последняя искра

Дорога назад казалась втрое длиннее. Метель в горах Травба не просто выла — она кусала кожу, стараясь добраться до самых костей. Ардор шел первым, по пояс проваливаясь в сугробы и пробивая путь своим телом. На его плече, тяжело опираясь, ковылял Десер.

Стрела, которую генерал поймал вместо южанина, оказалась подлой: наконечник был смазан ледяным параличом. Теперь вся правая сторона тела воина ветерана постепенно немела, покрываясь тонкой изморозью.

— Слышь, парень... — прохрипел Десер, едва переставляя онемевшие ноги. — Если я сдохну здесь, в этом сугробе, пообещай мне одну вещь.

— Не сдохнешь, — огрызнулся Ардор, поправляя на поясе мешочек с хрустальными розами. — Мы уже почти вышли на тропу.

— Нет, ты пообещай. Если найдут мой труп, скажи королю, что мои последние слова были полны пафоса, рыцарской чести и верности короне. Слышишь? Не вздумай говорить ему, что я в этот момент думал о том, как сильно у меня чешется левая пятка, которую я ни черта не чувствую из-за этого проклятого яда.

Ардор невольно усмехнулся, хотя мороз тут же сковал губы. Даже умирая, Десер оставался верен своему яду — словесному. — Я скажу ему, что ты до последней секунды жаловался на плохую погоду и правительство. Это больше похоже на правду.

— Справедливо, — Десер надсадно кашлянул, и на белый снег упало несколько капель темной, почти черной крови. — Знаешь, я ведь вытолкнул тебя из-под выстрелы не потому, что ты мне нравишься, поджигатель. Просто если бы ты погиб, мне пришлось бы самому тащить эти проклятые цветы. А мне лень. К тому же... Принцесса бы мне этого не простила. Она нашла в тебе что-то... чего я пока не вижу. Наверное, это твоя уникальная способность влипать в проблемы каждые пять минут.

— Это талант знаешь ли, — отозвался Ардор, придерживая генерала за пояс, чтобы тот не завалился в сугробы. — Но всё же, Десер... Почему ты так держишься за этот замок? Король превратился в ледяную глыбу, замок похож на склеп, а люди здесь забыли, как выглядит улыбка. Почему ты всё еще здесь?

Десер замолчал. В вое ветра его тяжелое дыхание казалось единственным живым звуком в этой мертвой пустыне. Когда он заговорил снова, его голос прозвучал на удивление трезво и печально.

— Потому что я помню свет, Ардор. Когда-то в этом замке было тепло, а Трюмр умел смеяться. Но когда королева ушла, он решил, что чувства — это слабость, которая ведет к боли. Он заморозил свое сердце намеренно, чтобы больше никогда не чувствовать потери. Он превратил себя в лед, чтобы не сломаться.

Десер споткнулся, и Ардор едва успел подхватить его, ощущая, какой холодной стала рука генерала.

— Селена — это последняя искра того костра, который когда-то согревал всё королевство. Она — единственное, что всё еще связывает короля с миром живых, единственная нить, которая не дает ему окончательно стать чудовищем. Пока она рядом и пока она любит его, в нем теплится хоть капля человечности. Если эта искра погаснет, Трюмр окончательно превратится в вечный лед, и тогда это место станет настоящим леденным адом.

— Тоже мне не уверен что у такого как он есть сердце. — Сколько раз тебе говорить все люди изменчиви даже короли

Ветеран поднял на Ардора тускнеющий взгляд. — Ты, южанин, сейчас не просто ее телохранитель. Ты — тот, кто должен закрыть эту искру от ветра своими ладонями. Укрой ее, пока она не набрала силу. Ты несешь эти цветы не для того, чтобы заслужить даверие, а чтобы старый дурак на троне вспомнил, каков на ощупь живой цветок.

Ардор посмотрел на мешочек у себя на поясе. Он вдруг понял, что несет не просто редкие растения, а единственное лекарство для целого королевства.

— Почти пришли, — выдохнул он, когда впереди, сквозь пелену снега, забрезжили огни аванпоста Гласиархельма.

— Отлично, — отозвался Десер, его голос становился всё слабее, голова бессильно упала на плечо Ардора. — Тогда у меня есть еще одна просьба... Если выживем, научи меня паре своих огненных фокусов. Обещаю не поджигать бороду королю сразу... хотя искушение, будет слишком велико.

Ардор крепче перехватил товарища и ускорил шаг. В этот момент он впервые почувствовал, что Гласиархельм перестал быть для него местом ссылки. Теперь это было поле боя за ту самую искру.

Тяжелые кованые ворота Гласиархельма со скрипом разошлись. — Лекаря! Быстро! — рявкнул один из стражей, узнав в обледеневшем, едва живом человеке генерала Десера.

Солдаты тут же окружили их, подхватывая раненого ветерана под руки. Ардор, чей огонь внутри почти угас от истощения, отказался от помощи. Его шатало, но взгляд был твердым. — Я должен идти к королю, — хрипло бросил он и, не дожидаясь ответа, направился в сторону главного шпиля.

В тронном зале было непривычно тихо. Селены не было — Трюмр явно не хотел их встречи, пока не будет вынесен вердикт. Король сидел на своем ледяном возвышении, подпирая голову рукой. Его взгляд, тяжелый и безразличный, замер на Ардоре.

— Где Десер? — вместо приветствия спросил Трюмр. Его голос прозвучал как треск ломающегося льда. — Ранен. Лежит в лазарете, — ответил Ардор, с трудом удерживаясь на ногах. — Ну и что же ты мне принёс, едва не погубив моего лучшего генерала?

Ардор молча развязал кожаный мешочек и достал хрустальные розы. В тусклом свете зала лепестки вдруг вспыхнули нежным сиянием. Впервые за всё время Ардор увидел, как в ледяных глазах короля что-то дрогнуло. На мгновение в них отразилось не величие, а затаенная, почти человеческая тоска.

— Садовников! — приказал Трюмр. — Немедленно в вазу. И отнесите их в Ледяной сад. Когда цветы унесли, король снова посмотрел на южанина. — Ладно. Я прощаю тебе твою оплошность. Но впредь не надейся на милость. Подведешь еще раз — и станешь одной из ледяных статуй в моем саду. Считай, что сегодня ты купил себе еще немного времени.

Ардор поклонился — скорее от усталости, чем из уважения — и вышел. Путь к лазарету лежал через внутренний двор. Внезапно он почувствовал легкое касание к волосам: на его голову мягко приземлилась птица, искусно выточенная из прозрачного льда.

Ардор обернулся и поднял взгляд. Высоко на балконе, кутаясь в меховую накидку, стояла Селена. Их глаза встретились. Ледяная птичка вдруг приоткрыла клюв и заговорила тихим, мелодичным голосом принцессы: — Возьми у моей служанки книгу... Там описано, как создавать таких птиц. Я буду ждать.

Птица тут же растаяла, оставив лишь каплю холодной воды на лбу Ардора.

Вечер он провел в лазарете у Десера. Генерал, уже перевязанный и наполовину пришедший в себя, ржал на всю палату, когда Ардор в красках описывал вытянувшееся лицо короля при виде роз. — «Статуей», значит? — хохотал ветеран, морщась от боли в боку. — Старый хрыч просто не хочет признавать, что ты его впечатлил. Поверь мне, парень, лед тронулся.

Вернувшись в свои покои, Ардор обнаружил на столе старый фолиант в кожаном переплете. Всю ночь он изучал схемы магических потоков. Принцесса создавала птиц из льда, но Ардор был сыном юга. Он сосредоточился, сплетая нити своего внутреннего пламени. К утру на его ладони затрепетала маленькая птичка из чистого, не обжигающего огня. Она вспорхнула и улетела в сторону высокого балкона.

Так началась их тайная переписка. Огненные и ледяные вестники кружили над замком, соединяя два сердца, пока однажды...

Глава 7. Танец по лезвию

Связь через птиц стала для Ардора и Селены единственным спасением от ледяного безмолвия замка. Но огонь в мире вечного льда — слишком яркая мишень.

Однажды, когда тронный зал опустел после приема просителей, король Трюмр остался один. Его взгляд, привыкший замечать малейшее движение теней, зацепился за странный золотистый блик под самым потолком. Маленькая огненная птица, трепеща крыльями, пыталась проскользнуть к лестницам, ведущим в покои принцессы.

Король не встал. Он просто вскинул руку, и поток ледяного воздуха сбил почтальона вниз. Трюмр подошел к упавшему огоньку и безжалостно раздавил его в кулаке, чувствуя, как жар пытается лизнуть его кожу.

Ардор в это время как раз шел по коридору. В его груди нарастала тревога: Селена не отвечала на послания уже несколько часов. На повороте он нос к носу столкнулся с королем. Трюмр выглядел мрачнее обычного, а в его глазах плясали холодные искры.

— Это твоих рук дело, «герой»? — процедил король, разжимая кулак, на дне которого еще тлели остатки магии Ардора.

Сердце южанина пропустило удар, но он не отвел взгляда. Нужно было импровизировать, иначе всё — и тайные переписки, и его жизнь — закончилось бы прямо здесь.

— Ну да, — Ардор пожал плечами, стараясь выглядеть расслабленно. — Я тренируюсь. Пытаюсь контролировать огонь, чтобы не спалить ваше величество ненароком. Смотрите.

Он щелкнул пальцами, и из тонкой струйки дыма соткалась маленькая огненная мышь. Она спрыгнула на пол и смешно засеменила в сторону, обходя сапоги короля. Трюмр, не меняясь в лице, резко опустил ногу, превращая огненного грызуна в облачко искр.

— Тренируйся в поле, — отрезал король. — Смотри у меня: если эти твои огоньки что-то испортят, особенно в тронном зале или моем ледяном саду — пеняй на себя. Я сделаю так, что твои руки больше никогда не почувствуют тепла.

Король прошел мимо, обдав Ардора холодом, от которого заиндевели брови. Ардор выдохнул только тогда, когда шаги правителя стихли. Он понял: Трюмр что-то подозревает, но пока считает это просто ребячеством и глупой тренировкой.

«Надо быть осторожнее, — подумал Ардор, глядя на балкон Селены. — Огненные птицы больше не полетят. Нам нужно встретиться лично»

После того случая в тронном зале Ардор несколько дней не смел посылать птиц. За каждым его шагом следил слуга, приставленный королем — молчаливая тень, фиксирующая каждое движение южанина. Ардору нужно было передать весточку Селене, и он решился на риск.

Якобы для тренировки он пришел на поле, откуда открывался лучший вид на балкон принцессы. Там уже был Десер, разминавший затекшее плечо. Ардор, не растерявшись, поприветствовал его, и между ними завязался разговор, пока часовой скучал неподалеку.

— Десер, друг, — вдруг спросил Ардор, внимательно наблюдая за тем, как генерал тренируется. — Я видел, как ты контролируешь лед. Когда ты создаешь меч, на его гарде расцветает ледяной цветок, а рукоять напоминает, ноту в музыке. Такое не каждому под силу. Смотри, хоть я и неплохо управляю пламенем, сложные формы мне даются с трудом.

Ардор щелкнул пальцами. Из искр соткалась маленькая птица. Она выглядела жалко: крылья дергались невпопад, она кренилась на бок и едва держалась в воздухе. — Смотри, — Ардор бросил её в небо. — Еле летит. Сейчас точно рухнет.

Десер проследил взглядом за ковыляющим огоньком и усмехнулся: — Ты к чему это клонишь, парень? Хочешь, чтобы я тебя похвалил?

— Просто интересно, — отозвался Ардор, краем глаза следя, как часовой, видя «неудачную» попытку магии, окончательно расслабился и потерял бдительность. — Почему ты не сразил дракона и наступающих тогда, в горах? Я слышал легенды, что когда ты являешься на поле боя, враги просто застывают и не могут двинуться.

Десер тяжело вздохнул и воткнул тренировочный клинок в снег. — Ну, слушай. Во-первых, как ты сам говорил, ледяную шкуру дракона льдом не пробить. В той битве от меня толку было мало. Во-вторых, у меня есть слабость — я не летаю. Против летучих тварей я не очень силен. Я пробовал запускать в него ледяные копья, но за облаками и его маневрами чертовски сложно попасть.

Ветеран прищурился, вспоминая старые сражения. — И в-третьих... даже среди дикарей, что напали на нас, были искусные маги песка. А они способны на многое: создавать подвижные щупальца из пыли, возводить твердую, как камень, броню. Ты сдувал их своими ветрами прежде, чем они успевали воспользоваться песком, и правильно делал. Лед — это однородный материал, им управлять легче. А песок, наравне с водой, требует дьявольской точности. Хоть они и дикари, но среди них встречаются гении. Чтобы так контролировать каждую песчинку, нужен очень хороший мозг.

— Да, учитель говорил мне, что магия песка произошла от магии воды, — задумчиво ответил Ардор.

Пока они увлеченно спорили о свойствах элементов, часовой окончательно опустил бдительность, решив, что двое воинов просто травят байки. В этот самый миг «неуклюжая» птица, которая якобы должна была упасть, резко выровнялась. Словно золотая искра, она промелькнула над стеной и нырнула точно в окно балкона принцессы.

Внутри птицы, скрытое в самом пламени, было короткое послание: « Когда мы встретимся внов. Нам нужно решить, что делать дальше».

Селена поймала огонек, и тот мгновенно растаял, оставив на её ладони лишь теплое воспоминание о южанине. Она посмотрела вниз на поле, где Ардор продолжал как ни в чем не бывало слушать лекцию Десера о баллистике ледяных осколков.

Проводив взглядом исчезнувшую птицу, Ардор заставил себя сосредоточенно кивнуть на очередное замечание Десера. Внутри всё пело от азарта — маневр удался.

Вечер в Гласиархельме тянулся мучительно долго. Ардор вернулся в свои покои под надзором немой тени-слуги. Он понимал: Ледяной сад отпадает. Король часто бродит там по ночам среди хрустальных роз, пытаясь найти покой в их безмолвии. Встретиться там — значит подписать обоим смертный приговор.

Ардор развернул клочок бумаги, который принесла ему ответная ледяная птичка Селены. На нем был начерчен краткий план: «Западная башня. Склад старых гобеленов. Там нет стражи — только холод и пыль. В полночь».

Это было идеальное место. Старая часть замка, заброшенная после великой стужи, считалась проклятой, и слуги обходили её стороной.

Южанин сел на кровать, не снимая сапог. Он смотрел на огонь в камине, который медленно догорал, превращаясь в серый пепел. Впереди была не просто встреча, а начало большой игры.

«Сделка, — прошептал он, глядя на свои ладони, в которых всё еще теплилась искра. — Гарантирую он мне предложить очень непростую сделку».

Глава 8. Выбор сердца и решающий договор

Утро в Гласиархельме началось с непривычного шума. К воротам замка потянулись караваны, груженные заморскими тканями и редкими мехами. На центральной площади открылись ярмарки и шумные торговые ряды; купцы со всего Севера съехались в столицу. Гласиархельм был величайшим королевством льдов, и каждый мелкий князь или богатый аристократ мечтал породниться с династией Трюмра.

Смотрины длились весь день. Тронный зал превратился в парад тщеславия. Один за другим женихи подносили Селене дары: золото, драгоценные камни, родовое оружие. Они рассыпались в комплиментах, но их слова были холоднее льда на стенах. Принцесса видела их насквозь — им не нужна была она, им нужен был трон и влияние её отца.

После каждого её «нет» следовало короткое и резкое подтверждение короля: «Отказ». Трюмр был суров, но он не собирался продавать дочь тому, кто не вызвал в её глазах даже искры интереса.

К вечеру, когда замок наполнился суетой пирующих гостей и звоном посуды на кухнях, Селена незаметно выскользнула из зала. Пользуясь шумом и неразберихой среди слуг, она пробралась в запретную, заброшенную часть замка. В старой башне было пыльно и тихо, лишь лунный свет пробивался сквозь узкие бойницы.

Она ждала, прислушиваясь к биению собственного сердца, пока из тени не донесся знакомый голос: — Принцесса, я здесь. И, кажется, это снова вам.

Ардор шагнул на свет, протягивая ей одну из хрустальных роз, которые он сохранил специально для этого момента. Селена улыбнулась — впервые за весь этот бесконечный, утомительный день. Они сели на старые сундуки, укрытые пыльными гобеленами, и заговорили о том, что ждет их дальше.

— Когда я займу трон, — тихо произнесла Селена, глядя в окно на заснеженные пики, — я хочу выйти за пределы наших границ. Посмотреть мир, который не скован вечной мерзлотой.

Ардор вздохнул, его взгляд стал задумчивым. — А я... я, наверное, отправлюсь к горам Небосвода. Там живет мой учитель. Я должен завершить свое обучение. — Понятно, — в голосе принцессы промелькнула горечь. — Значит, из нас всё равно не вышло бы команды.

— Команда? — Ардор искренне удивился. — Принцесса, до того как ты взойдешь на трон, пройдет уйма времени. Я успею навестить учителя и вернуться. Не волнуйся, я не оставлю тебя одну среди этих ледяных стен.

Заметив, как грусть тенью легла на её лицо, он встал и подошел ближе. Его голос стал мягче: — Мы сможем ускорить твой путь. Учитель говорил мне, что цветок, распустившийся в непогоду — самое ценное чудо на свете. Вы очень умная и красивая принцесса, Селена. И я бы...

Ардор не договорил. Он был так увлечен разговором, что не заметил часового, который, словно призрак, следовал за ним от самых покоев. Внезапно дверь башни с грохотом распахнулась.

В проеме, подсвеченный факелами стражи, стоял сам король Трюмр. Его лицо не выражало гнева — оно было каменным, что пугало гораздо сильнее.

— Продолжай, южанин, — ледяным тоном произнес король, входя в комнату. — Я очень хочу услышать, что ты «бы» сделал.

Тишина в старой башне стала осязаемой. Стражники, стоявшие за спиной короля, инстинктивно попятились, а часовой, приведший Трюмра, предпочел и вовсе исчезнуть в тенях. Все понимали: за такие слова в Гласиархельме лишаются головы.

Ардор сделал шаг вперед, заслоняя собой Селену. — Простите, мой король. Вы можете счесть это предательством, но я человек вольный. Я никогда не умел сдерживать ни ярость, ни злость, ни счастье... ни любовь. Я люблю вашу дочь.

Стража зашепталась. «Ему конец», — читалось в их глазах. Но каменный взгляд короля остался неподвижным. Он медленно перевел взор на дочь. — Скажи мне, Селена... что ты нашла в этом юноше? На твоем месте я бы выбрал сына рода Олафсон. Их семья — богатейшая на Севере после нашей. Этот поджигатель не даст тебе ни богатства, ни славы. Скажи что он может дать тебе?

— Целый мир, — твердо ответила Селена.

Трюмр горько усмехнулся: — Целый мир? Посмотри вокруг. Ты любишь свой народ, так защити его! На западе соседи уничтожены чудовищами, восток едва держится, а наша же страна в блогаполучии. Если ты бросишь свой народ ради призрачных путешествий... я не вечен, Селена, я тоже когда то умру. Тогда кто позаботится о них, когда я уйду?

— Твое «благополучие» — это золотая клетка папа! — вскрикнула принцесса. — Да, люди в безопасности, но они несчастны. Они замерзают изнутри! Мы должны общаться с миром, учиться отдавать и получать взамен. Мама ведь тоже этого хотела...

— Твоя мать тоже желала путешествий! — рявкнул король, и иней мгновенно покрыл стены башни. — И посмотри, что с ней стало! Её растерзали те самые мародеры, которых она хотела объединить с нами. Она верила в доброту, а получила сталь в сердце.

— Но, папа, ты ведь сам знаешь, что... — Никаких «но»!

Ардор снова вмешался, его голос звучал спокойно, несмотря на бушующую вокруг снежную бурю: — Мой король, я знаю юг как свои пять пальцев. Я смогу позаботиться о вашей дочери.

— Молчи! Тебя это не касается! — отрезал Трюмр. — Коснется. Я хочу жениться на ней. Хочу показать ей мир и сделать её счастливой.

Селена подошла к отцу и положила руку на его ледяную одежду: — Папа... если ты запретишь, я просто состарюсь здесь и умру в одиночестве. Род Гласиархельма прервется, и страна падет. На чьей совести тогда будет этот финал?

— На твоей, — бросил король, но его плечи едва заметно дрогнули.

Он долго молчал, глядя на них двоих — на огонь и лед, которые вопреки всем законам природы стояли рядом. Наконец, он выдохнул, и облако пара вырвалось из его губ. — Вечно ты со своим упрямством... Вся в мать. Ладно. Я готов разрешить ваш союз. Но с двумя условиями.

Ардор и Селена переглянулись. — Какими?

— Первое: когда я потребую от вас одну вещь — любую, какую пожелаю — вы должны будете отдать мне её без споров. И второе: ты, южанин, будешь защищать её до последнего вздоха. Если на ней появится хоть царапина — я лично превращу тебя в статую для своего сада.

Ардор посмотрел на Селену. В её глазах он видел надежду и тревогу одновременно. — Соглашаться? — шепнула она. — Если ты не против... я согласен. Он всё-таки твой отец. У тому же мы сможем в любой момент востоновит любую вещь пока у нас есть мы

— Ладно, — Ардор и Селена протянули руки королю. — Мы согласны.

Когда они сжали друг другу руку. В тот же миг магические цепи, видимые только мастерам, сковали их договор. Сделка была заключена. Сделка, цену которой им еще только предстояло узнать.

Глава 9. Пир на весь мир и встреча старых друзей

После той памятной ночи в башне король объявил во всеуслышание: жених найден. Весь Гласиархельм замер в ожидании, аристократы гадали, кто этот счастливчик, но когда в тронный зал вывели Ардора, ропот недовольства прокатился по рядам, как лавина. «Южанин? Простолюдин? Дикарь!» — шипели за спинами. Но один тяжелый взгляд Трюмра заставлял самых смелых критиков проглатывать слова.

Подготовка к свадьбе превратилась для Ардора в полосу препятствий. Король Трюмр использовал любую возможность, чтобы выставить зятя дураком или слабаком. Он издевался над его манерами, провоцировал на драки во время тренировок и заваливал невыполнимыми поручениями.

— Папа, может, перестанешь? — не выдержала Селена, когда застала отца за очередным едким замечанием. — У нас был договор, что ты разрешишь наш союз!

Король даже не обернулся, полируя свой ледяной клинок: — Нужно было уточнять условия, дочка. О том, что я не должен над ним издеваться, в договоре ничего сказано не было. Это... проверка на прочность.

Настал день свадьбы. Замок гудел, как встревоженный улей. Но когда в зал вошел Трюмр, шум мгновенно стих — величие правителя подавляло волю. Он прошел к передним рядам, где уже сидели его верные генералы. Его взгляд упал на Десера, и брови короля поползли вверх.

— Десер, это что еще за вид? — прорычал Трюмр. — Ты вырядился так, будто пришел на свадьбу своей лучшей подружки.

Генерал сглотнул, поправляя непривычно нарядный кафтан. — Э-э... ну да, мой король. Мы же с принцессой вроде как... близкие друзья же.

— Быстро сними это! — отрезал король. — И надень что-то подобающее генералу.

Десер поспешно кивнул, вытирая холодный пот. («Фух, король не заметил, что это костюм шафера — друга жениха. Если бы он понял, что я официально на стороне южанина, я бы не только звания, но и головы лишился!»)

Он уже собирался улизнуть, когда голос короля настиг его у самого выхода: — Десер, постой!

Генерал замер, мысленно прощаясь с жизнью. — Слушаю, мой король...

— А что это за цветы у тебя?

— Подарок невесте, — Десер прижал к себе букет редких морозостойких лилий. — Я должен отдать их Ардору, чтобы он вручил их Селене перед алтарем.

Трюмр протянул огромную ладонь: — Дай их мне. Я сам их отдам. А ты иди, сними это тряпье и возвращайся в генеральском мундире. Живо!

— Ладно... слушаюсь! — Десер отдал цветы и буквально испарился в коридоре.

Король сел на свое место, сжимая букет. На его лице промелькнула тень усмешки. Трюмр был уверен: без родителей со стороны жениха свадьба не будет законной, и этот букет в его руках был лишь частью его последней авантюры, призванной сорвать церемонию в самый важный момент.

Врата отворились во второй раз, и в зал вошел Ардор. На нем были непривычные, ослепительно белые одежды — символ чистоты намерений в северных традициях. Он чувствовал себя явно не в своей тарелке, то и дело поправляя воротник, но твердо занял свое место у алтаря.

Следом вошла Селена. Зал ахнул. Принцесса была прекрасна в своем белоснежном платье, которое казалось сотканным из самого чистого инея. Она шла тихо, с достоинством, и когда встала рядом с Ардором, даже мороз в зале, казалось, смягчился.

Король Трюмр медленно поднялся с места. Он подошел к паре, сжимая в руках букет, отобранный у Десера. — Знаешь, Ардор, — голос короля заполнил всё пространство, перекрывая шепот гостей. — У нас на севере есть традиция: на свадьбе обязаны присутствовать родители обеих сторон. Без благословения рода союз не может считаться законным.

Десер в первом ряду схватился за голову. («Черт, не нужно было отдавать ему эти цветы... он всё-таки решил разыграть эту карту!»)

— Папа, перестань! — прошептала Селена, и в её глазах заблестели слезы. — Ты же обещал! — Я обещал разрешить союз, но я не обещал закрывать глаза на законы предков, — отрезал Трюмр.

В этот момент тяжелые дубовые двери распахнулись с такой силой, что эхо прокатилось по всему замку. В зал вошел человек, который не просто шел — он словно парил над полом. На нем были легкие монашеские одежды, совершенно не по погоде, а его гладко выбритая голова и спокойный взгляд выдавали в нем мастера высшего ранга.

Король Трюмр мгновенно узнал его. Его лицо перекосилось от смеси удивления и ярости. — Учитель! Как вы здесь? — воскликнул пораженный Ардор.

— Давно не виделись, старый друг, — Монах подошел к алтарю, полностью игнорируя стражу. — Я вырастил этого мальчика как своего, я воспитал его и дал ему имя. Так могу ли я выступать в роли его отца? Ты ведь не против, Трюмр?

— Конечно зачем мне бы быть против старый друг. Со скрипом ответил король

Королю ничего не оставалось, кроме как швырнуть букет Ардору и с мрачным видом сесть на свое место. Цуан, ничуть не смутившись, устроился рядом с ним.

— Ну и как тебе среди яйцеголовых живется, Цуан? — процедил король, не глядя на соседа. — Нормально, — миролюбиво отозвался монах. — Только немного скучновато.

— Зря ты туда пошел, — Трюмр фыркнул. — Угробил такое будущее. Мог бы стать великим воином, но, видимо, туповат ты был для настоящей службы, раз выбрал отшельничество. — А ты всё так же слеп, — Цуан улыбнулся, прикрыв глаза. — Посмотри на меня: я счастлив. — Счастлив он... даже глаз открыть не можешь! — Трюмр скажи скучаешь небось по школьным временам? — Скучаю, — согласился. — Особенно по тому, как я тебе зад надирал на тренировках.

Цуан спокойно ответил: — Я тогда просто не мог твои леденные глыбы пробить, а так я уже летал, пока наш будущий король едва зад от земли поднимал, — подмигнул монах. — К тому же, если бы я не «угробил» свое будущее, я бы не встретил Ардора. И не сидел бы сейчас здесь, на почетном месте, а кис бы внизу вместе с твоими генералами.

Вся свадьба прошла в странной атмосфере: на алтаре царила любовь и тишина, а в первом ряду два «отца» продолжали грызться, вспоминая старые обиды. Но договор был скреплен, и теперь ничто не могло помешать Ардору и Селене стать семьей.