Сын империи. Князь. Том 3

Глава 1

Дорогие читатели! Это третий том серии «Сын империи. Чароплёт».

Первый том «Сын империи. Волкодав» можно прочитать здесь: https://author.today/work/538200

Не забудьте добавить книгу в бибилиотеку, чтобы не потреять.

Приятного чтения!

В последний миг, перед тем как черное копье пронзило меня насквозь, оно внезапно остановилось. А следом за этим появилась мохнатая рука, поймавшая копьё, а после и её хозяин.

— Я до последнего надеялся, что это не ты, — раздался гулкий бас Волховеца, который полностью обратился в антропоморфного волка.

— Ахахаха! — раздался смех, какой я слышал только в фильмах про ведьм. — А вот и глупый братец явился.

— Как ты могла, Мара, — Волховец всё так же сжимал копьё, а я смог начать дышать, и заметил, как чернота снаряда пытается забраться на руку Волховеца, но не получается, она будто соскальзывала.

— Что я могла? — послышался возмущённый вопрос. — Может это я приняла человека, да еще и убийцу богов в своем доме и отдала за него свою дочь? Или я годами раболепствую перед людьми, пытаясь выторговать у них крохи? Или я распустила собственный лес настолько, что у меня под носом царствует анархия, а некоторые открыто заявляют о моей слабости? — она помолчала, после чего всё тем же тоном, но с издевательскими нотками продолжила: — Да вроде нет. Хотя стой, дай подумать. Точно! Это ведь ты!

Ее янтарные глаза зажглись в кромешной тьме, и повеяло такой жутью, что остатки завтрака вновь попросились на свободу.

— Я живу в гармонии с миром, — не дрогнул голос Волховеца.

— Приспособляться, подчиняясь — это что угодно, но не гармония.

— И что же ты предлагаешь? — холодно поинтересовался Волховец и с силой раздавил в кулаке копьё, которое тут же рассеялось темной дымкой.

— Подчинить их всех пока не поздно! Или ты думаешь, они вечно будут такими слабыми? Раньше я не обращала внимания на этих обезьян, но после той войны всё стало очевидно: либо мы, либо они!

Они говорили так, словно мы находились не посреди поля боя, а на светском ужине, но это было хорошо.

Я лихорадочно думал, что же могу сделать в сложившейся ситуации, а потом вдруг понял. Аспид, он говорил, что я могу оказаться потомком того императора, который владел всеми аспектами, а моя коса стала сильнее, когда я рубанул по голему плоти.

Есть конечно руны, что конвертируют одну энергию в другую, но это не тот случай. Ведь духовное оружие — не структурированное заклинание, а часть меня самого, просто отделённая физически. А значит, то, что умеет моя коса, умею и я. Осталось только найти якорь. Тело уже слушалось, но скверно, словно рука, которую отлежал и в которой теперь не хватало крови.

Успокоив разум, я начал перебирать варианты, что годились для якорей, но в голову ничего не шло.

— И какова была роль, уготованная Святому лесу? — зло прорычал Волховец, и от него потянуло силой.

Не так, как еще недавно жутью от Мары, а совсем наоборот. Рядом с ним тело и дух наполнялись бодростью и решимостью.

Я свободно вздохнул и размял затёкшие мышцы. Краем глаза заметил, что мои бойцы тоже поднимаются, а Илью подняли Антип с Багратионом — ему крепко досталось от Мары.

Бельский стоял рядом. Он был облачён в мощные доспехи космодесантника, а на его плече красовалась громадная секира. Общий вид был очень похож на его родственницу, которую я случайно встретил в самом начале своего пути в этом мире.

Я подошёл к тестю и положил руку ему на плечо. Якорь для нового аспекта, как и сердце, пространство и время, всегда был со мной с первых мгновений жизни.

— Я сам, — произнёс я, и тот на меня так посмотрел, что даже на волчьей физиономии каким-то загадочным образом прорезалось удивление.

— Тебе её не победить, — качнул головой Волховец.

— Я и не собираюсь её убивать, лишь преподам урок той, которая забылась и пошла против родни.

Внутри уже бушевала энергия, она потекла со всех сторон. В этом месте я был сильнейшим. Даже та, чей истинный аспект смерть и холод, не остановит меня.

Тьма действительно всегда была рядом, ещё в утробе матери она оберегала от внешнего мира и не давала солнечному свету сжечь не подготовленную кожу. Даже сейчас, когда мои глаза полностью открыты, она мельтешила на краю видимости.

— И как же ты это сделаешь, ничтожество? — вновь по-ведьмински захохотала Мара.

— Многие думали, что я теневик, после сражения с твоими людьми, но ТОГДА это было не так, — спокойно произнёс я.

Мара вновь засмеялась, потом вдруг запнулась и неверяще посмотрела на меня.

— Ты лжёшь, — нашлась она.

— Зачем? — улыбнулся в ответ я, и мой мир обратился во тьму.

***

Мара с ужасом смотрела, как сукин сын растворился в силе, которую она же и призвала.

Обычно теневики не очень сильны, но это только когда вокруг не разлита их родная стихия.

И тут до Мары дошло. Она вспомнила, что её каждый раз задевало при мысли об этом парне, но богиня смерти и холода всегда это списывала на его раздражительную везучесть. Оказывается, всё было не так.

Богиня немедленно окуталась ослепительно белой морозной шубой, и вокруг сразу же стало светлее, вот только она не владела светом, как Муромец. Подумать только, Алексей где-то откопал такой реликт и притащил за себя воевать, как же он раздражает!

Поэтому тени всё равно остались, почти невидимые и тончайшие, они тянулись к ней и через них она ощущала угрозу. Самую настоящую опасность для своей драгоценной жизни! Она! Богиня смерти и хлада!

Мара зарычала, будто раненый зверь, и во все стороны разлетелись волны смерти и льда. Но братец с подоспевшими дружинниками успели выставить защиту и остались невредимы, а вот Алексей… тот, чья истинная фамилия Романов, так и не появился.

Преподаст он урок! Подумать только, сопляк!!! Да она сейчас призовёт целое войско смерти, и от этого Святого леса, вместе с его защитниками и сыном империи, камня на камне не останется.

Она всё накручивала себя, вытаскивая из своей бездонной души тех, кто вскоре обретёт плоть и отправится сеять смерть.

И каждый, кто умрёт сегодня, станет частью её армии и силы.

Магия потекла полноводной рекой.

Волшебство привычно подчинилось своей хозяйке. Повсюду начали зажигаться красные точки глаз и начали доносится предсмертные стоны, с которыми когда-то эти души стали вечно неупокоенными.

— Я — Мара, богиня смерти и холода! — громом прогремел её голос, а рядом с ней, буквально на расстоянии вытянутой руки, насмешливо прошептал наглый имперский выродок:

— А я — убийца богов.

Мара мгновенно среагировала, отправив концентрированный поток энергии в сторону говорившего.

— Не попала, — хохотнули где-то рядом.

— Я сотру даже память о тебе!

— Думаю, руки было недостаточно, — услышала она нарочито задумчивый ледяной голос.

Несмотря на бурлящую вокруг силу, Мара ощутила лезвие его косы на своём горле.

— Пожалуй, на этот раз я заберу ногу, по колено. Ты же её легко восстановишь, верно? Но, может это тебя отрезвит.

— Я развею тьму, что призвала! — вскричала она. — И тогда…

Резкая боль пронзила её ногу, и она с ужасом опустила глаза.

— В следующий раз будет голова, — ледяным тоном произнёс Алексей. — Я не бью женщин, но, если ты не угомонишься, мне придётся отсечь твою дурную голову.

Мара смотрела, как ее божественная кровь стекает на землю, и в её голове что-то щёлкнуло.

— Я сегодня отступлю, — она и сама до конца не понимала почему это говорит. Её холодное сердце вдруг что-то ощутило, может, это так подействовала близость смерти, а может что-то ещё…

***

Мара несколько мгновений сверлила пустоту перед собой, после чего развернулась, подняв вихрь волос, и зашагала куда-то в сторону. И отрубленная нога ей в этом не мешала. С каждым её шагом уходил холод, а вместе с ним и красные голодные глаза, что осматривали всё вокруг.

И когда я уже решил было, что она сейчас исчезнет, она остановилась и, не поворачивая головы, произнесла:

— Я пока не уверена, что с тобой сделаю.

На этой неопределённой ноте она взмахом руки разрезала ткань реальности и шагнула в открывшийся портал.

В этот момент напряжение, что удерживало меня, рассеялось и я, не веря, что авантюра удалась, вывалился из тени.

Сил не осталось. Совсем. Каждая клетка тела ныла, а разум отчаянно желал отдыха, но воля не позволяла провалится в небытие. Нужно было решить вопрос с козлоногим, неизвестно, на сколько хватит энергии Алёне, чтобы удерживать его спящим.

Сделав несколько осторожных вдохов, ощутил, как грудная клетка зажглась огнем боли.

Видимо тот последний удар, сломавший в груди если не все кости, то большинство, аспект жизни не успел залечить, и моё состояние теперь удерживала лишь броня. Ну и моя воля, конечно же.

Я попытался прогнать немного силы по телу, но получил колоссальную отдачу, и если бы мог пошевелиться, то обязательно бы сжался в позу эмбриона, настолько было больно.

Ни один из аспектов не отзывался, а глаза стали слипаться сами по себе.

Я не должен спать… Только не сейчас!

***

Волховец поднял зятя. Парень почти не дышал, и, судя по всему, у него внутри было переломана не одна кость, не говоря уже о других, в том числе магических, повреждениях.

Он быстро создал несколько лечебных рун и дыхание Алексея выровнялось, но он не пришёл в себя. Что ж, значит здесь нужна Зевана.

С уходом Мары, тьма начала рассеиваться.

— Отец, — из открывшегося рядом портала выскочила дочь.

— Жив твой суженный, — он аккуратно положил совсем легкое тело зятя на землю. — Говорит всё сам, а потом, шагнул в тень! Представляешь, он реально оказался теневиком! А волки отряда в один голос били себя в грудь, что это всё уловкой было.

Зевана на мгновение оторвала взгляд от мужа, после чего вернулась к исцелению.

— В тот раз это и вправду была уловка.

— Хочешь сказать… — нахмурился Волховец, — он только что обрел такой сложный и редкий аспект, и сразу же смог войти в тень?! Да ещё и Мару отпугнуть?

— Всё же тётя… — не поднимая глаз, после небольшой паузы, произнесла Зевана.

— Алексей был прав, — помрачнел Волховец.

— В этот раз я не рада его правоте, — проговорила Зевана, водя светящимися изумрудной энергией руками.

С каждым её движением кожа парня становилась всё более здорового розового оттенка, а не бледно-пепельной, как была до лечения.

В это время к ним подошли выжившие бойцы.

Илья Муромец, один из немногих людей, участвовавших в войне с богами, сел рядом с парнем на колени и, погрузив ладонь в траву, вытащил оттуда пригоршню черной, самой обыкновенной земли. После чего он положил ее Алексею на грудь.

— Матушка земля поможет, — с этими словами он поднялся и зашагал к своему отряду, который сегодня пережил настоящий ад, и, судя по количеству оставшихся на поле боя, часть воинов пала.

Затем подошли Бельский и Багратион. Они тоже задержались около парня. Первый чинно кивнул, а второй зло зыркнул на Волховца. Видимо еще не простил и своё пленение, и то, что его господин стал зятем бога охоты, в некоторой степени поневоле.

Хотя сейчас, конечно, всё иначе. Волховец вспомнил тот разговор, что у них состоялся с Алексеем сразу после их с Зеваной свадьбы. А ведь он уже тогда что-то начал планировать, и в итоге старому волку придётся уйти на покой, чтобы молодой волкодав встал на его место. Действительно, иронично.

Всё это время Волховец внутренне сопротивлялся такому решению, но после проявленной парнем силы и отваги последние сомнения улетучились. Княжеству Святой лес быть!

— И вы правда готовы отдать ему вашу землю? — подошёл старик, которого Волховец не знал. — Вы же понимаете, что рано или поздно он станет императором, а императоры не могут быть одновременно ещё и князьями.

На это Волховец рассмеялся:

— Этот человек сегодня в одиночку, без моей помощи прогнал Мару, богиню холода и смерти. То, что для одних невозможно, для него лишь очередная трудная задачка.

Помолчали.

— Господин действительно уникален, — покачал головой старик, словно ему это не нравилось. — Обычно бог даёт либо разум, либо бесстрашие, и почти никогда эти две противоположности не встречаются вместе.

— Он чем-то похож на Чернобога. Тот тоже всегда просчитывал наперёд, но мог рискнуть, когда того требовала ситуация.

И тут от лечения Зеваны на теле Алексея вновь возникла чёрная броня.

— Да быть такого не может, — неуверенно произнёс старик.

— Как и встреча в кемеровской тайге с сыном империи, — подытожил Волховец.

***

Когда Иванушка пришёл в себя, то удивлённо воззрился на полупрозрачную фигуру, в которой угадывались черты его сестрицы Алёнушки.

— Сестрица! — подскочил он к ней и ощутил, как страх вновь вонзается в разум раскалёнными иглами.

Его руки тут же метнулись к лицу и шее. Шерсти не было! Светлая, гладкая кожа, какая была у него прежде.

— Иванушка, — затихающим голосом произнесла Алёнушка.

— Что мне делать, сестрица? — на Иванушку накатила волна паники. Он не желал возвращаться к лику монстра, а единственная, кто могла помочь, на глазах истаивала.

— Найди Алексея, и он тебе поможет, — Алёнушка окончательно растаяла в воздухе, а до его слуха донеслось приглушённое, словно издалека: — И не поддавайся страху… Верь в Алексея, как когда-то поверил в Безымянного.

Вера. Он уже и забыл, каково это во что-то искренне верить. Он ведь тогда действительно повёлся на сладкие речи Безымянного, и вот чем это закончилось.

С другой стороны, он за целую тьму лет впервые вновь стал человеком, и всё благодаря встречи с тем парнем. А ведь тот мог его попросту убить своей жуткой косой, но подарил шанс и даже больше.

Иванушка огляделся. Кругом сосны и ели, а где-то вдали шум битвы.

Интересно, сколько у него времени осталось до того, как Безымянный поймёт, что его главная марионетка в этой битве больше не его?

Иванушка выдохнул, вспоминая стародавние уроки сестрицы, предназначенные для концентрации и отрешения от реальности, и легким бегом направился в Святой лес.

Мысль о том, что Мара может уничтожить всех, царапнула разум, но под ледяной бронёй спокойствия не проникла в эмоции. Пока он не встретит Алексея, и тот ему не поможет, Иванушка не имел права ни на что, кроме равнодушия. Он и так единожды поддавшись на сиюминутную слабость, наворотил столько, что вовек не разгрести.

***

Мне снился сон. Я бы его назвал ярким, если бы это не было миром теней, в котором мне пришлось очутиться, приняв аспект тьмы.

Я бродил по бесконечно серому лесу, где живые существа воспринимались как тени, а всё остальное — лишь блёклой копией оригинала.

— Так я потомок первого императора? — произнёс я, почувствовав за спиной знакомую ауру.

— Не ты, — с явным недовольством произнёс призрак. — Тот, в чьём теле поселилась твоя душа.

— Это одно и тоже, — отмахнулся я, поворачиваясь к предку. — Теперь это моё тело, и нет смысла цепляться за прошлое. К тому же… — я приподнял иронично бровь, — ты сам меня посадил в него.

— Да-да, — ворчливо ответил он, отмахиваясь. — Я пришёл сказать, что тебе в этот раз повезло. Дважды.

— Перестань! — я закатил глаза. — Во-первых — удача тоже сила, а во-вторых, моя цель требует риска, иначе никак.

Тот, нахмурившись, замолк, сверля меня недовольным взглядом, и наконец произнёс:

— Когда вы уже потомков начнёте делать с этой твоей зверолюдкой?

— Она не зверолюдка, — нахмурился уже я. — Она моя возлюбленная супруга. И если ты ещё раз проявишь к ней неуважение, я выдавлю тебя отсюда.

— И как же? — развеселился он.

— Волей! — в душе начала разгораться ярость, которая перерастала в непоколебимую уверенность. — Это мой сон, моё тело и моя душа! И лишь я один властен над всем этим. Я вскоре встану во главе Святого леса. И мне плевать кто ты и чей я потомок. Я это я! И лишь это имеет значение.

Мы несколько мгновений бодались взглядами, после чего призрак вздохнул и неожиданно произнёс:

— За это я награжу тебя.

Глава 2

— Наградишь? За что? — это было настолько поразительно для этого невыносимого призрака, что я на какой-то миг опешил.

— За победу, за овладение сложнейшим в освоении аспектом тени! Ты ведь не понимаешь, что на самом деле свершил. Большинство теневиков после первого же посещения изнанки мира, там и остаются навечно, не в силах справиться с противоестественной средой. Так что ты не просто победил богиню смерти, но саму смерть одолел, — и ворчливо добавил: — В которой уже раз.

После этого в руке призрака появилась маленькая фигурка черного человечка, размером со спичечный коробок. Я с любопытством осматривал изящную поделку, то ли из камня, то ли из дерева. Больше всего она напоминала японского ниндзю, только без меча за спиной и в позе мумии в гробу, с руками крест на крест на груди.

— Это Степан. Он один из моих приближённых. Он отказался пойти на круг перерождения и остался со мной, — предок с теплотой смотрел на фигурку. — Этот дуралей заявил, что если он не сможет после смерти служить мне, то значит послужит достойному сыну империи.

— И что он умеет?

— Степан — величайший из когда-либо живших теневиков. Он не просто знает тень, он жил в ней долгие годы, пока мы однажды там не встретились.

— Жил? — я с недоверием посмотрел на фигурку, затем на пресный и бессмысленный мир вокруг, который в реальности ещё и постоянно давит, пытаясь удалить инородного человечишку из своего тела.

— Степан родился в крестьянской семье и, когда кочевники сожгли его дом и родных, он чудом спасся, нырнув в одну из теней. Там он и остался. Он почти не говорит и крайне редко улыбается, — при этих словах на лице призрака проступила лёгкая грусть. — В моё время была одна сплошная война, все сражались со всеми. Может с тобой он станет более человечным и сможет найти смысл жизни, кроме вечного служения.

— Постой, — наверное у меня сейчас глаза были огромными, как в анимешных мультиках, — он что, ещё жив?

Призрак, заметив моё удивление, довольно ухмыльнулся.

— Конечно! Когда я умирал, он сжимал мою руку и поклялся в вечной верности, даже после смерти. Поэтому я его и захватил с собой. Не хотел его обрекать на муки ожидания достойного.

— Но твои потомки, сын, внук и так далее, разве среди них не было никого подходящего?

— Они были и есть, — кивнул призрак, — но Степан не ужился бы с ними.

— Почему? — как говорится, нужно узнать все минусы приобретения, особенно если оно бесплатное.

— Всё из-за той войны, — с грустью произнёс призрак. — С моей смертью, кончилась и война. Наступил относительный мир, где мелкие конфликты решали армии, а не правители лично.

— Это да, — кивнул я, — у меня всё иначе.

— Ты же лично ведёшь войну со всем миром, выгрызая зубами себе место под солнцем, как когда-то давно это делало человечество со мной во главе. Степан это поймёт. Несмотря на его безусловную преданность, я хочу, чтобы он был счастлив, а не мучался от безделья и скуки.

— Хотел бы я сказать, что он будет скучать со мной, — хмыкнул я.

— Твои слова не сходятся с кровожадным выражением на лице, — широко улыбнулся призрак и бросил мне статуэтку. — Как проснёшься, просто позови его по имени и он пробудится.

— Спасибо, — поклонился я предку.

Какими бы у нас ни были отношения, но я верю его словам. Он действительно был тем, кто сражался и победил, ну или отстоял человечество в войне с богами.

— А с кем вы сражались в той войне? — неожиданно для себя спросил я, хотя не очень-то интересовался прошлым.

На это предок помрачнел и произнёс.

— У меня нет желания ворошить прошлое, но если это однажды придётся сделать, то я не утаю от тебя ничего. А теперь мне пора.

Серый теневой мир смазался, и я проснулся.

Знакомый потолок, а рядом ощущалась тёплая аура зеленовласки.

Повернув голову, я обнаружил Зевану, сладко спящую рядом.

Прислушавшись к себе, обнаружил что чувствую себя прекрасно.

Тихо поднявшись, я вышел из нашей комнаты, а жена даже не проснулась. Видимо, переутомилась меня исцеляя. Хотя я ощущал себя полностью опустошённым, как никогда. И это не мудрено, в последней битве я вычерпал свои силы до дна.

«Алёна», — мысленно позвал я, шагая по коридору на выход.

«Я здесь. Иванушка где-то рядом. Он огородил разум от Безымянного. Но это не навсегда. Ты должен принять его безусловную клятву верности».

«Отобрать у Безымянного одного из сильных бойцов? Отличная возможность, — улыбнулся я, ощущая в руке прохладную черную фигурку. — Сегодня отличный день для моей личной армии. Где он?»

На этом вопросе я влил энергии в Алёну, и та возникла рядом в своём сарафане с тугой косой.

— Я покажу.

— Хорошо, — кивнул я и перед глазами появилась картинка бегущего по лесу широкоплечего парня.

Я сконцентрировался на картинке и опираясь на пространство вокруг, словно отталкиваясь от упругого мостика у бассейна, телепортировался.

С удивлением обнаружил, что из замка Волховеца стало проще перемещаться, чем раньше.

Картинка сменилась, и я окликнул убегающего вперёд бывшего козлоногого.

Тот замер, словно ему остановили время, а в следующий момент он уже стоял рядом со мной. Равнодушный взгляд на безэмоциональном лице.

— Что я должен делать? — и такой же голос. Смотрел он, к слову, только на свою сестру.

— Принести клятву, — я вытащил из пространственного кармана бумаги договора.

Он перевёл взгляд на меня, после чего принял документ, а спустя секунду вернул.

— Я ничего не понимаю. Вроде знакомые буквы, но не все, — покачал он головой.

— Письменность была другой, — кивнула Алена.

— Но ты ведь сразу разобралась, — не понял я.

— Я дух, и смотрю в суть, а он живой. У нас разные способы восприятия реальности.

— Тогда диктуй ему, — пожал плечами я и поторопил: — Время не ждёт.

Спустя несколько минут, слова были сказаны, а клятва подтверждена магически.

— Теперь пойдёмте в святой лес, под купол гармонии, и там ты разблокируешь свои эмоции, — отдал приказ я и, взяв нового бойца за плечо, переместился обратно во дворец. И уже там, в одном из просторных залов продолжил: — Даже если Безымянный возьмёт верх, то ты не сможешь причинить вреда никому в Святом Лесе. Так что смелее возвращай эмоции.

Иван кивнул, и в следующий момент его лицо исказилось в целой гамме различных эмоций. Он смеялся и одновременно плакал, злился и тоскливо стонал, кривился и ярился, а потом его зрачок стал расплываться, обретая форму прямоугольного.

Он завыл, заблеял, зарычал, после чего схватился за голову.

Спустя несколько секунд Иван закатил глаза и рухнул на пол. Я деловито, словно заправский врач, проверил его зрачки на человечность, после чего приказал Алёне связать его и погрузить в более глубокий сон. Для начала достаточно. Пусть наберётся сил, потом продолжим. Всё-таки он слишком долго был под властью Безымянного.

Я не знаю, сколько сам проспал, но где-то там бьются мои люди против армии Безымянного, и мне следует поспешить.

Когда с Иваном закончили, я уже собрался переместиться поближе к сражению, как двери распахнулись и в зал вошёл Волховец. Его сопровождали Топтыгин, Муромец и Багратион с Антипом.

— Очнулся уже, — широко улыбнулся тесть. — И уже весь в делах, — он скосил взгляд на лежащее у ног тело.

— Знакомьтесь, — кивнул я. — Бывший козлоногий, некогда являвшийся рабом Безымянного.

— Иванушка? — хором произнесли Топтыгин с Волховцом.

— Я тоже слышал эту историю, — кивнул Муромец.

— А что с битвой то? — спросил я о важном.

— Безоговорочная победа. Я до последнего ждал, что Безымянный лично вступит в битву, но видимо он поставил на Мару с козлоногим, — произнёс Волховец.

— Какие у нас потери? И где Боровик Иваныч? — продолжил я задавать вопросы.

Топтыгин с Волховцом помрачнели.

— Потери есть, но незначительные с учётом масштабности битвы и во многом благодаря тебе и Боровику, — тяжело вздохнул тесть.

— Боровик держал гигантский барьер перед войском. Я так и не понял, что случилось. Враги обратились в бегство, а там, где стоял Боровик, возник настоящий ураган энергии, после чего никто его не видел, — с горечью рассказал Топтыгин.

Я сжал челюсти, в висках пульсом забилась ярость. Чёртовы Мара с Безымянным!

Однако, с этим я разберусь попозже, сейчас есть более срочные дела.

Через секунду я выдохнул и перевёл взгляд на Муромца.

— У нас тоже благодаря вам с волком почти нет потерь.

— Выплатишь компенсации семьям погибших, — распорядился я. — Можно дорогостоящими ингредиентами, можно деньгами. Волховец, тебе та же задача. По деньгам, вот, — я вынул из пространственного кармана последние волшебные камни, что оставил себе про запас. — Этого должно хватить.

— Но зачем? Тебе и самому они понадобятся. Тем более теперь казна Святого леса — твоя, — проговорил Волховец.

— Тогда передай камни Муромцу, пусть выплатит сверху всем выжившим премию, и подумав добавил: — Все должны знать, что я ценю своих людей не словом, а в первую очередь делом. И пригласите мне кого-нибудь из умелых чародеев, кто поможет мне найти Боровика Ивановича.

Мужчины переглянулись:

— Ты думаешь, он ещё жив?

— Я в любом случае найду его, — отрезал я. — И ещё, мы завтра с Зеваной возвращаемся в Великосибирск, но с собой никого не зову, вы все в праве оставаться на отдых здесь.

— Я иду, — прокряхтел Антип. — Куда ты, туда и я.

— И я тоже, — твёрдо заявил Багратион. — Мне тут некомфортно, — после чего бросил косой взгляд на Волховеца.

— Да хватит уже, — закатил глаза тесть. — Ну посидел ты несколько дней в клетке, и что теперь, всю жизнь вспоминать это?

— Ты женил господина на своей дочери! Принудил! — ответил Багратион, а я удивлённо заметил, что пропустил тот момент, когда стал для него господином.

— Стоп! — остановил я зарождающийся конфликт. — Багратион, во-первых, мы сами с тобой были недостаточно сильны, чтобы избежать плена, и виноватых можно найти только в отражении зеркала. Во-вторых, моя свадьба с Зеваной была моим решением, хоть на первый взгляд и кажется иначе. И в-третьих, вы теперь оба мои доверенные лица, и между вами не должно быть склок. Любые недопонимания постарайтесь улаживать мирным путём, а если не получается, идите ко мне.

Оба синхронно кивнули.

— Вот и славно. Илья, скажи всем, сегодня пусть отдыхают, а завтра утром у дворцовых ворот я открою портал в Великосибирск.

— Принял, — кивнул он.

— Волховец, призови совет Святого леса, будем обсуждать проблемы и искать пути решения.

— Ты уверен, что этим нужно заниматься именно сейчас, после нападения?

Я поднял бровь и тот опомнившись, кивнул.

— Вот и хорошо, собрание проведём здесь. Прикажи принести стол со стульями.

***

Знакомая Сова в человеческий рост, жрецы Чернобога, сам Волховец и Топтыгин, который теперь тоже входил в состав управляющего органа Святого Леса. Не хватало лишь Боровика Ивановича, но я задвинул мысли о наставнике. Пока я не понимаю, как ему помочь, любые эмоциональные порывы сделают только хуже. Я уже больше чем просто человек, отныне на мне ответственность за всех в Святом лесу, и у меня нет права на слабость. Хотя, попав в этот мир, не помню, что хотя бы раз мог себе позволить раскиснуть, ведь моя цель лежит в совершенно противоположном направлении.

— Господа, — обвёл я взглядом присутствующих, — завтра я отправляюсь в Великосибирск и начну оформляться как князь этих земель. Как только процедура закончится, в Святой лес потянутся торгаши, с которыми всем придётся иметь дело. Конечно, наши сегодняшние партнёры останутся в приоритете, как первые, но это не означает что к остальным должно быть пренебрежительное отношение, но без лебезения. У нас ценнейший товар в виде редких ингредиентов, которых обычные авантюристы почти не добывают. Подумайте, как это использовать, получив максимальную выгоду.

После чего я обвёл присутствующих взглядом и понял, что нужен тот, кто в этой теме куда лучше разбирается.

— Илья, зайди, — окликнул я.

Двери распахнулись, и в зал вошёл широкоплечий воин.

Народ явно напрягся, а Сова заухала:

— Это тот самый, ух, легендарный богатырь из минувшей войны богов, ух?

— Верно, — кивнул я, — и он моя правая рука. Илья отлично разбирается в закупе и продаже волшебных ингредиентов, и он будет курировать все сделки на первых порах, пока не найдёт себе грамотных помощников или не обучит.

— Я думаю, — задребезжал голос старика-жреца, — работа с людьми удел людей. Это разумно.

— Но это ещё не всё, — кивнул я. — В ближайшее время нужно будет провести среди населения курсы по экономике империи. Чтобы они понимали, как работает рынок, какие в нем есть плюсы и минусы.

— Думаю, моя академия просвещения примет людей преподавателей, ух-ух, — Сова тут же поняла о чем речь.

— Наши партнёры среди боярских родов уже готовят людей для этого, но я не могу им до конца доверять такой важный вопрос. Пока я не найду достойного экономиста, что станет контролировать процесс обучения, я не подпущу чужих учителей к моим подданным.

— Информация — страшная сила, — согласно кивнул Илья.

— Есть ещё что-то, что я должен решить лично?

— Мы уже подготовили несколько зданий для чиновников империи, для работы и жизни, но будет ли этого достаточно?

— Людям нужны определённые условия, — согласился я. — Но для каждого свои. И когда дойдёт до создания имперских органов на территории Святого леса, будет видно что к чему.

Народ замолчал, и слово взял Илья:

— Раньше я считал вас нечестью, живущей одними инстинктами. Так что готовьтесь к похожему отношению.

На этой ноте мы закончили собрание, и я отправился к жене.

Зевана уже не спала, а любовалась видами из окна, чуть вывалившись наружу, так что её аппетитная попа чуть приподнялась вверх, будто наживка, что так и ждёт наивного меня. Что ж, от такого я отказываться не намерен.

Остаток дня мы провели в постели. Ели всякие вкусности, в основном мясного происхождения, которые нам приносили слуги, занимались любовью, отдыхая душой и телом.

Ночь, слава богу, выдалась без реалистичных сновидений со всякими мутными типами, и я действительно выспался, проснувшись отдохнувшим.

— В город! — радостно взвизгнула Зевана и соблазнительно потянулась, да так, что её прелестная упругая грудь оголилась.

— Но только после, — я не договорил и прижал к себе счастливо засмеявшуюся красотку, нежно целуя в губы.

Благо что проснулись мы пораньше, и как раз успели к назначенному часу к дворцовым воротам, где нас уже ждали собравшиеся домой бойцы.

— Господа, — встретил я их улыбкой, пожимая руку каждого, — я рад что вы выжили и проявили себя достойно.

Люди одобрительно кивали, улыбаясь. Правда были и те, кто смотрели если не с ненавистью, то с неприязнью точно.

К одному из таких бойцов с рыжими кудрявыми волосами я подошёл и, не протягивая руки глядя в глаза, задал вопрос:

— Ты чем-то не доволен, боец? — в моём голосе сквозил холод, и мужик это почувствовал, инстинктивно поёжась.

— Вот я думаю, за что умер мой друг, Олежа Митяйкин, — всё же произнёс он, явно разозлившись на собственную реакцию.

Я выразительно поднял бровь и окинул взглядом собравшихся, после чего вынул из пространственного кармана сундук и привычно встав на него, выхватил из воздуха мегафон:

— Скажите мне, за что вы сражались и проливали кровь? За что наши братья, что разделили эту битву, отдали свои жизни?

Послышались вразнобой крики, в которых угадывались различные версии от «за бояр» до «за деньги».

Я несколько секунд давал им время накричаться, после чего поднял руку, в успокоительном жесте и, получив тишину, продолжил:

— Мы сражались за будущее. За мирное, светлое будущее. Каждый из вас за своё собственное и за будущее ваших детей. Потому что если бы Мара с Безымянным победили бы, то людей не ждало бы ничего, кроме смерти. Каждый из вас прошёл отбор битвой, и я приму его в свою дружину. Каждый из вас получил деньги от меня и может потратить их на своих детей, своё образование, на магическое развитие и многое другое. Все семьи погибших получат от меня не только компенсации, но и пенсии с возможностью переезда в Святой лес, когда он станет полноценным княжеством. К слову, ваши семьи тоже могут переехать за эти стены, если вы решите последовать за мной. Никто не будет брошен или отвергнут, — на этом я спрятал мегафон с сундуком и зашагал к месту, где Сильвестр подготовил руны для портала. Осталось внести координаты и наполнить энергией.

Сильвестр находился тут же.

— Привет, — безрадостно поздоровался он, явно переживая за судьбу учителя.

— Как ты? — участливо обратился я к нему.

— Держусь, — пискнул тот, а на фасетчатых глазах навернулись слёзы. — Работа спасает. Всё что великий наставник вёл, — он замолк, видимо сглатывая ком в горле, — всё передали мне.

— Я сделаю всё, чтобы его вернуть, — пообещал я.

После этого открыл портал и первым шагнул внутрь.

Глава 3

Площадь перед имперской академией была пустынна в этот ранний час, поэтому переброска бойцов прошла без проблем.

— А ты как будешь поддерживать связь со Святым лесом? — уточнил я у вышедшего из портала Ильи, имея ввиду его нынешнюю роль в налаживании торговли.

— Живой грибок сказал, что сделает мне постоянный артефакт, завязанный на двух точках, а пока буду держать с ним связь по этому… — и он показал мне небольшое зеркальце.

— Хорошо, — кивнул я.

Из портальной арки вышел Бельский.

— Для меня было честью сражаться с вами бок о бок. Когда вы станете князем, я и мой род присягнём вам на верность как вассалы.

Говорил он не много, как всякий военный человек, и исключительно по делу, что не могло не радовать.

— Добро, — кивнул я.

Люди выходили, и на их лицах я больше не видел неприязни. Воодушевление и печаль, что вполне нормально. Ведь моя речь не вернула погибших, но дала надежду на будущее.

Вскоре мы на площади остались вчетвером. Было ещё раннее утро, и академия была закрыта. В ожидании открытия я решил обсудить другие вопросы.

— Скоро занятия начнутся, а мне ещё документы оформлять. Дед Антип, можешь встретиться с купцом Сергиенко? Он мне должен был подготовить всё для становление боярином.

— Сделаю, — кивнул старик.

— Зевана и Багратион, ваша задача рекрутинг. Мне нужны сильные и верные люди. Багратион знает, как устроен этот мир, а Зевана поможет в определении внутренней гнили и потенциала. И ещё, нам нужен особняк и машины. Сами решите кто будет заниматься.

— Вот круто! — обрадовалась супруга.

— Всё будет в лучшем виде, — довольно сощурился Багратион.

В этот момент со стороны парковки вышла какая-то женщина неприметного вида и уверенно направилась к дверям академии.

— Тогда на этом расходимся, вечером в гостинице, — сказал я, и поцеловав жену, тоже направился к дверям.

— А вы кто, молодой человек? — спросила женщина, бросив на меня любопытный взгляд.

— Новый студент, будущий князь и просто хороший человек, — широко улыбнулся я.

Женщина, на вид ей было чуть больше сорока, с умными глазами, в аккуратных очках, удивлённо посмотрела на меня, но от комментариев отказалась.

Она лишь кивнула и открыла дверь, после чего мы вошли в академию.

Дальше было не интересно, потому последующие события можно уложить в несколько слов: выдача кипы документов гражданина империи и корочек студента второго курса боевого факультета, знакомство с расписанием, а перед этим всем ожидание начало рабочего дня, что заняло около часа.

До первого сентября осталось ещё несколько дней, поэтому, решив все вопросы, я направился на выход.

— Алексей Николаевич? — окликнул меня знакомый голос.

Я остановился и, обернувшись, увидел шагающего по холлу ректора.

— Мерлин Анатольевич, — улыбнулся я, пожимая протянутую руку.

— Пойдёмте ко мне в кабинет, я должен услышать вашу историю из первых уст.

Я на миг задумался, вспоминая свои дела, после чего кивнул. Тесное знакомство и хорошие отношения с этим человеком будут полезны как для моего развития, так и для Святого леса в целом.

— Конечно, — кивнул я.

Мы пересекли холл, после чего поднялись по лестнице на второй этаж, немного прошли по коридору и оказались у добротной массивной двери. Внутри нас встретила пустая приёмная.

— Секретарь отпросилась сегодня, — зачем-то объяснил ректор и добавил: — Чай, кофе?

— Нет, благодарю, — качнул головой я, усаживаясь в предложенное мягкое кресло.

— Ну, — тоже уселся он, — расскажите мне всё в подробностях, каких только это возможно, с того момента как вас каким-то образом перенесло из зала испытания. Этот вопрос меня больше всего интересует.

Я улыбнулся уголками губ в ответ.

Ректор мигом сообразил и исправился:

— Конечно, если сочтёте нужным посвящать в свои дела постороннего. Но на моменте переноса, я всё же настаиваю. Данный неприятный инцидент случился в стенах моей академии.

На это я вздохнул. Говорят, что, если хочется солгать, говори правду, всё равно не поверят.

— Я не знаю, — честно признался я. — Вот я на арене, а в следующий миг мир вокруг расплылся, и меня перенесло. Возможно, это связано с моим первым пробуждённым аспектом.

— Неужели вы интуитивно перенеслись туда, где произошло… Но что? Что на самом деле там произошло?

— Мерлин Анатольевич, — мягко произнёс я, — давайте я лучше расскажу вам то, что знаю точно?

Он на миг замер, словно я сказал что-то странное, после чего кивнул:

— Конечно-конечно, меня порой заносит, натура исследователя, знаете ли.

— Всё понимаю, у каждого свои цели в этой жизни.

А ведь действительно, если я обязан стать сильнейшим в мире, то почему бы работнику просвещения не задаться целью изучить всё необъяснимое или что-то в этом роде.

— Тогда расскажите мне всё, что сочтёте возможным, — покладисто произнёс ректор.

Я чётко слышал в его голосе властные нотки, видимо, он привык повелевать, и когда приходилось говорить с равными, становилось сложно менять привычный стиль общения. Оно и понятно, привычка — вторая натура. И тем не менее, он был предельно вежливый и дружелюбный.

Я изложил ему вкратце своё путешествие в горы, затем рассказал о противостоянии с Безымянным и его пособницей Марой. Так же намекнул, что Святой лес полон магов, у которых есть своя школа волшебников, и что вскоре собираюсь стать там полноправным правителем на имперском уровне.

— Значит, у меня в студентах будет целый князь? — с отрешённой улыбкой произнёс ректор, явно размышляя о чем-то своём. — Но ведь вы даже не представляете, как много будет тех, кто захочет убить вас и отобрать земли. До оформления вас попытаются подчинить, причём я не исключаю участие в этом сильного менталиста, а если не получится, то дождутся пока вы всё оформите и силой заставят подписать передачу всех прав.

— Это как? — поднял я бровь.

— Ну, знаете, если человек в первую пытку не сделал то, что нужно, то вторую он будет ждать с ужасом. А вообще обычно второй не бывает, это только в книжках смелые и отважные с гордо поднятой головой переносят иголки под ногтями.

— Буду иметь ввиду, — кивнул я, видя, что мой собеседник витает в своих мыслях. — Мерлин Анатольевич, как вы смотрите на то, чтобы поискать в Святой лес преподавателей? Законы империи, экономика, русский язык.

На лице ректора возникло недоумение.

— Вы же сможете в ответ отправить своих учеников в Святой лес для обучения магии.

— Я видел ту руну, — заинтересованно посмотрел он на меня. — Давайте я подумаю, сделаю несколько звонков и тогда свяжусь с вами.

— Хорошо, — улыбнулся я, вот мой номер.

Обменявшись контактами, мы попрощались, и я отправился по своим делам.

Шагая по улице, я размышлял о том, что нужно обеспечить безопасность как свою собственную, так и Зеваны. Деда Антипа с Багратионом будет явно недостаточно. Тем более, что им приходится выполнять и другую работу тоже.

В этот момент зазвонил телефон, прервав ход мыслей.

— Говори, — поднял я трубку.

— Алексей, — послышался немного хриплый голос деда Антипа, — по твоему поручению я всё выяснил. Завтра нужно с паспортом подойти в имперскую канцелярию. Очередь за тебя уже отстояли, ждут только личное присутствие.

— Очередь значит, — понятливо протянул я. Всё же есть какие-то неизменные константы для всех миров.

— Ага, — явно хмыкнул он. — Много желающих подать документы на становление боярином стало с тех пор, как статусы стали продавать за деньги.

— Явно не просто за деньги, — с сомнением произнёс я.

— Конечно не просто, — проворчал дед Антип. — Нужно подтвердить, что ты действительно богат и имеешь капитал в стране, вложиться в госкорпорацию или ещё куда на благо родины и каждый месяц потом отстёгивать туда суммы приличные. В противном случае, статус отберут.

— А с ним и все привилегии.

— Точно. Их там не то чтобы сильно много, но некоторые особенно приятные.

— Ладно, — я не стал развивать эту тему, заметив впереди магазинчик канцтоваров. — У меня дела. Завтра поедем в канцелярию, посмотрим, что к чему.

На этом мы попрощались, и я вошёл в светлое помещение. В нос ударил приятный аромат бумаги и свежей книги.

Колокольчики над дверью оповестили о моем приходе, и за прилавком показалась… женщина несколько специфического вида. Такую ожидаешь увидеть где угодно, но не в магазине продавцом.

Нет, у неё как и у всех людей был полный комплект глаз, рук, ног. Более того, у неё был внушительный бюст размера этак пятого, не меньше. Высокая, около двух метров, с копной-гривой чёрных волос и с лицом, покрытым шрамами. Она больше походила на зверя в обличии человека. При этом выглядела она лет на тридцать. Хотя весь вид говорил о том, что у неё богатый боевой опыт. И это было интересно.

Я невозмутимо подошёл к ней.

— Мне нужен полный комплект принадлежностей для обучающегося в имперской академии одарённых второго курса боевого факультета, с нуля.

Женщина бросила на меня оценивающий взгляд и уточнила:

— Что-то я тебя раньше не видела.

— Как и я вас, — хмыкнул я.

Мы несколько мгновений играли в гляделки. Уж не знаю отчего всем сильным людям, а она безусловно была таковой, магическое чутье ясно об этом говорило, хочется сверлить друг друга глазами.

Длилось это несколько секунд. Потом женщина широко улыбнулась и заговорила голосом, совершенно не вязавшимся с её внешностью.

— Дорогой клиент, меня зовут Фрида, я с удовольствием обслужу вас по самому высшему классу. Сейчас всё будет, — она лучезарно улыбнулась и ушла куда-то вглубь магазина.

Я удивился такому преображению. Дикий зверь моментально обернулся домашней кошечкой. Это что выходило? Она поняла мою силу. А раз сильный, значит, не бедный. А значит, хороший клиент.

Вернулась Фрида довольно-таки быстро и выложила передо мной множество тетрадей, учебников, и различных инструментов и приборов неизвестного назначения, от которых явственно фонило магией. М-да, а где же первая волшебная палочка, что выбрала меня сама? Или как было у классиков?

— Дорогой покупатель, скажите пожалуйста, нужно ли что-то ещё? — располагающая улыбка буквально озарила лицо женщины, даже шрамы стало незаметно.

Чёрт! Мне нужен такой специалист! Илья хорош в торговле, но его специализация немного другая. А тут замечательное умение работать с клиентом.

Однако, я не стал торопиться, решил понаблюдать. И не пожалел!

Фрида всё с той же милой улыбкой назвала сумму.

Я, конечно, не успел разобраться в ценовой политике местных, но как любой уважающий себя мужчина, успел заглянуть на сайт продажи автомобилей. Так вот, эта, не такаю уж и большая кучка канцелярских принадлежностей, инструментов и приспособлений стоила как средний авто.

Я приподнял бровь, мысленно восхищаясь её талантом.

— Девушка, вы не поняли, я не собираюсь приобретать крыло от самолёта, мне нужны студенческие принадлежности, ручки, тетрадки, может книжки какие, и не из золота.

Фрида даже глазом не моргнула.

— Уважаемый покупатель, второй курс имперской академии, да ещё и на боевом курсе, требует очень много всего от студентов и не только умения использовать волшебную силу.

— Эти безделушки действительно так дорого стоят? — не поверил я. Да и кто в здравом уме поверил бы.

Но мне нравилась уверенность, с которой меня собирались обобрать. Эх, эту бы уверенность да на пользу моему делу!

— Конечно! — закивала Фрида. — Это инструменты тонкой настройки. Именно с помощью этих вещей студенты учатся создавать сложные артефакты. А в вашем случае, ещё и смертельно опасные! Там ведь как? Что-то не так сделал и… взрыв. Поверьте, я столько лет работаю, столько всего повидала…

Я посмотрел на предложенные мне приборы и инструменты, каждый из которых имел отдельный, сейчас раскрытый на обозрение, футляр. Хоть я и не планировал ничем таким заниматься, но читал как-то об одном артефакторе, который был напичкан разными волшебными вещами и мог потягаться в бою с любым архимагом. В принципе, научиться самостоятельно создавать магические игрушки не плохая идея. Однако, я не сомневался, что цена завышена. Возможно даже сильно.

— Сударыня Фрида, — как можно ласковее улыбнулся я, и женщина отчего-то заметно напряглась. — Если вы сейчас решили нажиться за счёт моего незнания рынка, то я обязательно вернусь к вам и истребую не только стоимость артефактов, но и моральную компенсацию.

На этих словах в комнате потемнело, и тени потянулись ко мне, словно к свече в безлунную ночь.

— Теневик, — Фрида сузила глаза, но совершенно не испугалась, наоборот, в её взгляде появился азарт.

— Не только, — рядом вспыхнул огненный шар и закружил вокруг, создавая ещё большее количество теней. — Я не большой любитель торговаться, поэтому буду надеяться на вашу честность.

— И в тень уже умеешь нырять? — проигнорировала она моё предупреждение.

— Умею, — кивнул я. — А с какой целью интересуетесь?

— Как вы смотрите на то, чтобы за чашечкой чая обсудить некоторые моменты, возможно даже скидку. Может, даже хорошую.

Я поднял бровь и не тронулся с места. Не люблю такие игры.

Фрида, кажется, поняла, потому что совершенно серьёзно, без всяких заигрываний сказала:

— У меня есть для вас предложение, надеюсь, оно вас заинтересует.

— И что за предложение? — спросил я, по-прежнему оставаясь на месте.

В глазах Фриды снова появились чёртики, и она несколько игриво спросила:

— А если я скажу, что нужно кое-кого ограбить?

— Я отвечу, что не интересно, — усмехнулся я.

— А если я скажу, что это плохой человек, преступник, укравший у меня ценную вещь, и я хочу вернуть украденное?

— Я отвечу, что для таких целей есть полиция.

Фрида фыркнула с таким презрением, что я почувствовал возмущение за местных коллег.

А она тем временем продолжила:

— Думаете я не обращалась? Но там всё схвачено.

Я поневоле вспомнил, как разоблачил заговор, сколько высоких военных продались и только за обещание силы готовы были подставить род людской. А сколько народу собрала Мара для войны с нами?

А потому ответил:

— Хорошо, я выслушаю. Но ничего обещать не буду. И если я почувствую…

Я не успел договорить, как Фрида снова изменилась, теперь передо мной была соблазнительница. И даром, что красавицей её не назовёшь, она умела пользоваться тем, что ей дала природа.

— Конечно-конечно! Как скажете! — После чего достала из-под прилавка спортивную сумку и быстро сложила туда нужные мне принадлежности и протянула их мне: — Идём, пообщаемся без лишних ушей.

Я кивнул, принимая сумку и взамен протянул пачку купюр, которые у меня ещё остались с последней сделки с Ильёй.

Фрида положила деньги в кассу, отбила мне чек. Потом вышла из-за прилавка и заперла дверь, вывесив на двери с наружной стороны вывеску о перерыве.

Мы прошли в небольшую комнату. Подсобкой назвать её язык не поворачивался. Скорее переговорная.

Я сел за стол.

— Чай? Кофе?

— Чай, черный с сахаром, — не стал я отказываться от предложения.

— Конфеты?

— Благодарю, — кивнул я. — Тогда без сахара.

Горячий ароматный чай с вкусными шоколадными конфетами шёл на ура. Я смаковал напиток, в котором и вкус и запах были прекрасны.

Фрида тоже пила, и внимательно наблюдала за мной.

— Ты очень расслабленный, — заметила женщина.

— А почему я должен быть напряжён? Из-за ваших артефактов, что вы включили, как только узнали, что я теневик, или из-за вашего высокого боевого ранга? А может, потому что вы на класс, а то и на два выше меня?

В принципе, по всем этим пунктам выходило так, что Фрида была сильнее меня как по количеству энергии, что говорило о классе, так и по её качеству, о чем свидетельствовал ранг. Чем выше ранг, тем больше можно выжать пользы из одной капли силы, а чем выше класс, тем этой самой силы было больше. Всё весьма просто.

После достижения Чароплета я, возможно, уже превзошёл свой класс, но я решил больше не заморачиваться с этим. Классификация — это сознательное ограничение своих возможностей, поэтому я решил отказаться от этого. Я смогу всё, а если нет, то значит выверну себя наизнанку и всё равно смогу.

— Всё так, — её брови удивлённо приподнялись, после чего она довольно ухмыльнулась: — Наблюдательный, чуткий к магии, да и силой не обделён. Ты идеально подходишь.

— Для чего? — я отставил в сторону чашку, понимая, что Фрида решила перейти к делу. И мне было интересно, что она скажет.

— Для ограбления! — Фрида сказала это как нечто само собой разумеющееся.

Я вздохнул, почему в последнее время вокруг меня так много… странных людей и нелюдей?

— И кого нужно ограбить? — спросил я только чтобы спросить.

— После клятвы о неразглашении, — посерьёзнела она.

— Хорошо, — кивнул я, — но предупреждаю, если дело тёмное в плане совести и справедливости, я не соглашусь.

— Из благородных? — покивала она. — А чего перстень не носишь?

— Пока нет, — хмыкнул я. — В процессе оформления.

— Любопытно, — протянула она.

— Мне вот тоже, — хмыкнул я. — Фрида — женщина-воин высокого ранга, по сути редкость среди одарённых, держит магазин канцелярии, вместо службы, как та же Бельская.

— О, ты Аньку знаешь?

— Лишь мельком виделись, разок, — сдержанно улыбнулся я. — А вы её отлично знаете?

— Да, — Фрида откинулась на кресле и её глаза подёрнулись дымкой воспоминаний. — Мы вместе учились на военном факультете. Единственные девушки-бойцы на потоке.

— Но вы справились, — констатировал я.

— Верно, — она сфокусировалась на мне. — Но со временем оказалось, что дар, даже сильный, не определяет судьбу и предпочтения. В отличие от Аньки, я предпочла мирную жизнь.

Я не стал акцентировать внимание на её лице, покрытом шрамами, вместо этого произнёс:

— Так что, придётся грабить кого-то нищего или…

— Или, — кивнула она. — Скажу одно, нужно выкрасть артефакт, который украли у меня.

— И они его не перепродали? — поднял я бровь.

— Нет, — поморщилась она. — Эта гнида держит его у себя в сейфе.

— Ладно, давайте уже принесу клятву, и вы мне всё нормально расскажете, а я решу, засовывать голову в это или нет.

Ну а что? Чем больше я общался с этой женщиной, тем больше думал о том, что такой специалист мне будет полезен. Так почему бы не помочь ей? Так она останется мне должна, и мне будет проще договориться о сотрудничестве. Всё ж таки у меня предложение несколько специфичное — придётся налаживать торговлю Святого леса с империей.

Глава 4

После того как с магическими формальностями было закончено, Фрида рассказала мне о своей проблеме.

Семейный артефакт, назначение которого она не назвала, являлся памятью о её рано ушедшей за грань матери. Как-то раз она проболталась о его свойствах одному парню на вечеринке, а тот поведал своему дяде.

— А дядя у нас… — уточнил я.

— Савелий Карме по кличке Кирпич, — вздохнула женщина.

— Звучит сильно, — кивнул я.

— Он и сам сильный, — подтвердила мои слова Фрида. — Рождённый в семье простолюдинов, он получил благословение аспектом земли и вырос в чудовищно сильного одарённого. Денег у них не было, и Савелий организовал свою банду. А спустя двадцать лет стал криминальным авторитетом и купил благородный титул.

— Ясно, — я не увидел ничего необычного в этой ситуации.

Все наши «новые русские» бандиты, после девяностых стремительно превратились в законопослушных бизнесменов, чьё имущество, когда-то отжатое у других, стало вполне официальным.

— И вот однажды я пришла домой, — продолжала Фрида, — и обнаружила вскрытую дверь. Работал профессионал, отключил сигнализацию. Пропало многое, но главное — артефакт. Я долго искала кто, а потом случайно вспомнила о том парне, Володимир его звали. Поговорила с ним по душам и оказалось, что именно он разболтал своему дяде, а тот живо заинтересовался моей семейной реликвией.

— И что же ты предлагаешь за помощь? — с интересом посмотрел я на неё.

–А что ты хочешь?

— Мне нужны ценные кадры, особенно связанные с торговлей. Но не сторонние люди, а преданные мне.

— Звучит как предложение, — внезапно промурлыкала женщина.

— Работы, — хмыкнул я.

— Не больше? — не сдавалась она.

— Я женат, сударыня, — улыбнулся я.

— Вот как, — ничуть не расстроилась она. — Ну, в нашей стране, разрешено многожёнство.

— Вполне может быть, — не стал я спорить.

— Тогда так, — подвела она итог и наклонилась ко мне, чуть ли не обнажая внушительный бюст, — если ты вернёшь мне артефакт, я тебе отдамся.

— Как работник, — вновь дополнил её я.

— Вполне может быть, — вернула она мои слова и звонко рассмеялась.

Что за женщина? Но мне действительно нужны сильные преданные люди, у которых есть связи, а у Фриды они точно есть, не даром же её магазинчик в нескольких шагах от имперской академии находится.

— Тогда давай заключим контракт, — выхватил я из воздуха бумагу, после чего появилась и ручка. Пришлось вносить отдельным пунктом условия начала действия контракта.

— Ты удивительно предусмотрителен. Да ещё и два аспекта имеешь, — хмыкнула женщина.

— Клятва была двухсторонней, так что тс, — я приложил палец к губам.

На это Фрида вновь расхохоталась, и наклонившись близко ко мне, с жаром прошептала:

— Этот секретик будет в моём сердце всегда.

— Рассказывай уже, — остался невозмутим я.

Прошло то время, когда гормоны юного тела дурманили разум, а может дело в Зеване, с которой у нас всё просто отлично.

Фрида ничуть не расстроилась моей реакции и вчиталась в текст документа. С каждой секундой её брови поднимались всё выше и выше, а спустя несколько минут, за которые она успела прочитать всё дважды, она удивлённо подняла на меня глаза:

— Кто составлял этот дьявольский договор?

— Ну почему сразу дьявольский? Просто я не люблю недосказанностей и недомолвок, — я пожал плечами.

— Ты сам его придумал?

— Конечно, — кивнул я. — И пока никто не жаловался.

— Это что-то с чем-то! — Фрида покачала головой. — Если мне понадобится юрист, теперь я знаю к кому идти.

— Предупреждаю сразу, со своих денег не беру. А с чужих — очень много.

Фрида некоторое время задумчиво гипнотизировала меня, а потом, кивнув своим мыслям, произнесла:

— Чем не повод подписать его сейчас, даже до возвращения семейной ценности.

— И это будет мудрым решением, — подтвердил я её слова.

Фрида секунду смотрела на меня, после чего мы вместе расхохотались.

— Вот такой мне и нужен муж, — она утёрла слезу. — Надёжный как слова в этом договоре и весёлый, чтобы не лезть с ним на стенку от скуки.

На это я ухмыльнулся, но от комментария воздержался. В конце концов, я уже сказал, что женат.

После этого она дала мне точный адрес, где именно лежит её артефакт и как он выглядит.

— Ну, а что он делает-то? — я всё же решил добиться ответа. Ведь любопытно же. В конце концов, я принёс клятву.

— Он… — Фрида с опаской посмотрела на меня, словно решаясь, говорить или нет, достоин ли я этой информации. Но после короткой борьбы с собой всё же продолжила: — Артефакт помогает развивать аспект и может даже открыть ещё один, который до этого никак себя не проявлял!

— Вот как, — задумчиво произнёс я. — А если у человека уже два аспекта?

— Способность управления обоими будет расти!

— А если три?

— И управление тремя тоже, — она посмотрела на меня с непониманием.

— А скорость развития слабейшего будет выше, чем развитого или здесь нет прямой зависимости? — продолжал я уточнять. Если мне действительно доступны любые аспекты, то этот артефакт для меня бесценен.

— Я не знаю таких подробностей, — Фрида пожала плечами. — У меня самой никогда не было проблем с магическим развитием. Мне этот артефакт всегда был дорог, как память.

Фрида не врала. Под магической клятвой это невозможно. Поэтому я решил ввязаться в это дело, но был нюанс.

— Тогда давай так, ты мне дашь этот артефакт, при этом в любой момент можешь его забрать себе, а я аннулирую наш контракт, — предложил я.

Фрида задумалась, после чего медленно кивнула.

Как я и думал. Однако, пришла пора уточнить важные нюансы.

— А теперь объясни мне вот что, — я пристально посмотрел в её глаза. — Ты заключила сделку с абсолютно незнакомым человеком, имя которого узнала лишь когда читала контракт. Как это понимать?

Говорил спокойно. Своему контракту я доверял, Фрида не сможет его обойти и предать, пока мы его не расторгнем или пока он не будет исполнен. Однако, она отчаянно ухватилась за мои слова про тень, даже не проверив, насколько свободно я вхожу в тень и, главное, возвращаюсь. Ведь если вспомнить слова призрака, многие теневики впервые ныряя в стихию, там и остаются. И прожжённая жизнью Фрида не могла этого не знать.

Она помрачнела.

— Я уже несколько лет пытаюсь вернуть украденное, а этот гад знает, что я знаю, и ничего не делает. И ты уже не первый, с кем я заключала явно невыгодные для меня сделки под будущий успех операции.

— И раз мы с тобой здесь, значит никто из них не выжил, — кивнул я.

— Да, — горько усмехнулась женщина. — Но я этого и не скрываю, просто не все спрашивают.

— И этот криминальный босс не попытался тебя убить? — не поверил я.

— Когда я к нему пришла лично и потребовала вернуть семейную реликвию, он посмеялся мне в лицо и сказал, что любит смотреть как бессильные букашки пытаются отобрать у исполина хоть что-то.

— И ты посылаешь туда смертников, а он их убивает и отправляет тебе головы по почте, — протянул я.

— Откуда ты знаешь? — ошеломление было таким сильным, что Фрида аж подскочила. — Или ты один из его людей? Поэтому и контракт этот кабальный и всё у тебя с собой!

— Скажем так, — не суетясь произнёс я. — Я человек, который когда-то активно изучал характеры подобных индивидов.

— И что же ты понял? — недоверчиво спросила она, не спеша вернутся за стол.

— Думаю, артефакт находится в его личном сейфе, и этот человек действительно садист, — вздохнул я. — Возможно, все кто попадают в его руки, умирают в жутких пытках. Но это всё не точно и нужно проверять.

— Так ты возьмёшься? — с надеждой посмотрела она на меня.

— Дай мне всё что о нём знаешь, — кивнул я. — Нужно подготовиться.

***

Ночь и тишина. В отличие от вечно шумного города, здесь, в коттеджном посёлке со звучным названием «Ньютон» почти не было огней, а из прохожих — только вооружённая охрана по границе территории, обозначенной монолитной стеной с колючей проволокой поверху. Мало того, от неё ещё и магией веяло.

Всё это я наблюдал с небольшого холмика, на котором росло несколько клёнов.

Шагнув в тень, я оказался в сером мире.

Можно было бы призвать нового слугу-теневика Степана, и он всё сделал бы без пыли и шума, но я ощущал потребность в личном исследовании тени, причём в экстремальных условиях.

На самом деле вся эта история куда больше даст мне, чем Фриде. Хотя что это я, ведь её самолюбие сильного бойца было растоптано тем уродом, и он продолжает это унижение. Тут уже сам артефакт не столь важен, как факт исполнения мести.

Сегодня я решил потратить ночь на разведку и тренировку, и уже завтра отправиться за добычей. Как ни странно, но ощущал я себя не вором, а охотником за сокровищами, как Индиана Джонс или Лара Крофт.

Хмыкнув сравнениям, я неспеша двинулся к забору. Здесь, в тени, он тоже был, но словно прозрачный. Я протянул руку, и она легко прошла насквозь, а часть забора предо мной развеялась, будто иллюзия.

Интересно, а в этом измерении кто-то живёт?

В этот момент издали послышался приглушённый рёв. Не похоже было, что это какой-то зверь. Было в нём что-то такое…

И тут же в нагрудном кармане, где я носил фигурку теневика Степана, что-то завибрировало. Телефон? А разве здесь есть связь? Но разбираться с этим было некогда.

Всё произошло молниеносно. На краю видимости дерево стало более чёрным, хотя и так представляло из себя плотную тень, и из него выскочила ослепительно белая полоса.

Поставить щит я не успел. Точнее, я на автомате обратился к источнику в сердце, но не получил отклика, лишь слабый отзвук. А потому приготовился к ещё одной смерти. Вот только в последний миг ярко белую погибель, что выглядела откровенно нелепой в этом сером однотонном мире теней, поймала сама тьма.

Через секунду передо мной появилась широкая мужская спина в стальной рубашке, сплетённой из металлических колец. Я такую кольчугу однажды видел в музее во время школьной поездки.

— Беляки, — услышал я глухое от появившегося из ниоткуда воина. — Их здесь кишмя кишит.

—Степан? — догадался я. Так вот что вибрировало! Это статуэтка почуяла опасность для меня, и сама активировалась.

— Я, царевич. Рад, что Владимир Святославович всё же нашёл достойного преемника, — произнёс Степан и что-то сделал рукой, отчего раздался жалобный писк, а белая хрень втянулась обратно в ствол дерева.

— Степан, меня зовут Алексей Николаевич Волкодав, запомни, — сказал я ему.

— Добро, — кивнул он и повернулся. — Царевич Алексей, нужно покинуть это место, пока остальные не пришли.

— Хорошо, идём, — кивнул я и вышел из тени, а он последовал за мной.

Я взял за плечо моего нового союзника, и мы переместились к гостинице.

— Диво-дивное! — вертел он головой, глядя на залитый электрическим светом город. — Это как же…

— Наймём тебе учителя завтра же, он тебе всё расскажет.

— Добро, — кивнул Степан, при этом несмотря на его явно удивлённый тон, лицо его оставалось бесстрастным.

— Пока поселю тебя в номер рядом со мной и покажу, как и что работает, — я критически осмотрел его кольчужный наряд, прикидывая габариты. — И выделю один из своих костюмов, так нельзя по городу ходить.

Степан молча кивнул. Видимо жизнь в тени с самого детства не очень располагает к общению.

На ресепшене уже через полчаса всё оформили без проблем, благо что в этой гостинице не требовали паспорта, а было достаточно лишь денег, и как я подозревал больше, чем в других. Степана заселили в номер напротив нашего с Зеваной. Я показал ему как пользоваться ванной, где, что и как включать, рассказал про телевизор и научил пользоваться, а также про то, что он может заказать в номер еду и как это сделать.

После инструктажа, я со спокойной совестью вернулся к себе в номер и крепко уснул.

На утро постучал в номер Степана и не услышал ответа.

В этот момент меня посетила догадка, вполне логичная, но я решил проверить.

Толкнув незапертую дверь, я вошёл внутрь и обнаружил Степана спящим. На стене работал телевизор, а сам Степан был облачен в белый гостиничный халат. А ещё он храпел. Я сначала подумал, что этот звук исходил от работающего телеящика, но оказалось, что богатырский храп принадлежал Степану, да такой, что звук отражался от окон, отчего те дрожа звенели.

Хмыкнув, я подумал о том, что теневик должен предпочитать бодрствовать по ночам, а значит, стоило зайти к вечеру.

Отложив поход за артефактом, я занялся теорией магии, что не требовало постоянной практики, но съедало уйму времени. После чего решил пробежаться по купленным учебникам. В принципе буквы и слова понятные, а вот когда они складывались в предложения, то превращались в нечто непостижимое.

Я хмурился и думал о том, что ректор, возможно, поспешил с зачислением меня сразу на второй курс. Ведь не зная базы, как я могу всё это понять?

Пришлось залазить в интернет и искать информацию.

Так время пролетело до вечера, и в дверь постучались.

— Царевич.

— Зови меня просто — Алексей, — с улыбкой открыл я. — Пойдём, у нас много дел.

— Алексей Николаевич, — поклонился он. — Спасибо за то, что оказались достойны.

— А ты что, всё то время, пока находился с предком, был в сознании? — удивился я.

— Нет, но… Чувствую, что долго был в том состоянии, очень. Так долго, что мог бы и вовсе не проснуться, — без страха констатировал он.

— Тогда тебе повезло, — хмыкнул я, проходя в комнату, где до этого сидел с учебниками. — А теперь повторяй за ней.

Рядом возникла Алена и вопросительно посмотрела на меня:

— Читай ему контракт, — приказал я. — Степан так же, как и твой брат из прошлого и ничего не поймёт в написанном на бумаге.

Алёна обречённо вздохнула и начала читать, а теневик, простите за каламбур, без тени сомнения стал за ней повторять, впечатывая каждое слово себе в душу.

Я же в это время занялся учебником с телефоном на перевес, нужно было сначала «перевести» на человеческий язык ещё одну тему и потом уже заниматься Степаном.

В некотором смысле то, что я планировал сделать, а именно, обучиться владению аспектом тьмы, было для меня куда проще, чем с остальными аспектами. Ведь сейчас у меня была конкретная задача, и для неё я буду развивать навык.

— Итак, — встал я, захлопнув книгу, — обучи меня всему что умеешь в тени. Я должен для начала стать равным тебе, а потом превзойти. Задача ясна?

На это бесстрастное простоватое лицо Степана растянулось в широкой улыбке.

— Ца… Алексей Николаевич, всё будет сделано в лучшем виде, только… — тут он замялся, словно медведь перед тем, как сунуть морду в пчелиное гнездо.

— Ну, — подбодрил я его.

— Будет очень трудно.

— Понимаю, дело не быстрое. Но у нас есть несколько дней до моего поступления в Академию.

Степан непонимающе посмотрел на меня, видимо в поисках шутки на моём лице, и не найдя таковой, неуверенно кивнул:

— Значит по самому жёсткому варианту?

— Конечно.

— Но вы можете умереть.

— В любую секунду, — подтвердил я. — Люди вообще внезапно смертны, хотя планируют жить вечность. У меня же иная цель.

— И какова она? Ваша цель?

Я сделал паузу и с улыбкой произнёс:

— Моя цель проста — я стану сильнейшим в этом мире. И для этого мне нужен аспект тьмы, очень. Насколько мне известно, ни у одного из аспектов, кроме тьмы, нет отдельного измерения, даже у пространственного, хотя тут могут быть варианты, — я на миг замолк думая, что ещё сказать. — Так что тренируй меня так, словно от этого зависит моя жизнь. К слову, я и так собираюсь пойти через тень в то место, что кишит белыми тварями.

— Беляки, — нахмурился Степан. — Страшные чудища, от которых очень сложно отбиться, даже мне.

— Тем лучше, — кивнул я. — Чем сложнее задачка, тем больше пользы я из неё вынесу для себя. Кстати, а эти твои беляки имеют в себе какие-то ценные ингредиенты?

— Инг… — запнулся он, непонимающе глядя на меня.

Глава 5

— Ингредиенты — это ценные части, которые можно продать, — пояснил я непонятное для Степана слово, всё же он пожаловал из тех веков, когда Русь была ещё не единая, а раздробленная на вечно враждующие между собой княжества.

По сути, Степан, как и Иван, настоящий попаданец во времени! Почти как я. Ведь для него это время с огнестрелом и электроникой, такой же новый мир, как для меня, со всей этой магией и боярскими родами, хотя бог уберёг пока от тесного знакомства с последними.

Я вздохнул, вспомнив, что вскоре мне придётся учится с отпрысками всей этой аристократической братии. Не то чтобы я скептически к ним относился, просто для человека, родившегося в демократической стране с более-менее равными правами среди граждан, понимание, что здесь есть не только верховный правитель, но и те, кто априори стоят выше других, вызывало неприятие.

С другой стороны, та же Аглая — хорошая девчонка, да ещё и будущая жена, если не передумает до нашей новой встречи.

— Ценных частей у беляков нет, — разочаровал меня Степан. — Но есть эссенции, их хоть и нельзя продать, но можно использовать для развития дара тьмы. Чем здоровее беляк, тем больше в нём эссенции.

— Вот это уже дело, — улыбнулся я. Это действительно обнадёживало и превращало охоту на беляков в настоящую игру с полным погружением, где от каждого убитого моба даются очки опыта. — Давай уже начнём, — я предвкушающе потёр руки.

— Надеюсь вы не сдадитесь и не помрёте в процессе, — вздохнул он с тяжестью. — Бывали у меня юные ученики, которые, как и вы, горели желанием обрести истинную силу тени, но большинство из них сгинуло.

— Меньше слов, — хмыкнул я в ответ. — Времени до занятий осталось не много, а мне ещё штурмовать то место.

Степан понял о чём речь и с мрачной решимостью кивнул.

— Я превращу вас в сильнейшего теневика в мире! Клянусь!

От его слов на миг в комнате, где уже сумерки протянули длинные тени, воцарилась кромешная тьма, которая тут же рассеялась.

— Это что было? — с любопытством посмотрел я на удивлённое лицо моего союзника.

— Тьма приняла мою клятву. А ведь я и не думал о магической подпитке слов.

— Видимо, сам аспект благоволит нам! — улыбнулся я и спросил: — Степан, а как ты так хорошо понимаешь мою речь? Уверен, в те далёкие времена, когда вы с первым императором бок о бок сражались, язык хоть и был похожим, но всё же другим.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Возможно дело в магии запечатывания, которую использовал на мне император.

На это я кивнул, ещё раз убедившись, что волшебство — чистой воды читерство, способное абсолютно на всё. А если ты чего-то не можешь, то это лишь твои личные проблемы.

От этой мысли моё нетерпение усугубилось, и я произнёс:

— Ну что, сенсей, обучи меня своему кунг-фу, — и тут же поправился: — Я готов к обучению, вперёд.

Степан молча кивнул и шагнул в тень, а я последовал за ним.

— Это место для обучения лучшее из тех, что можно только представить, только нужно подняться на крышу.

Мы отправились по серым безлюдным коридорам. Лифт здесь тоже был, но мы предпочли лестницу. Вряд ли механизм станет работать в параллельном измерении, хотя, как-нибудь этот вопрос нужно будет проверить.

Легко пройдя сквозь теневую запертую дверь, что развеялась от ладони Степана, мы оказались на высоте птичьего полёта.

Вокруг раскинулся всё такой же серый и невзрачный мир. Интересно, что чем дальше, тем картинка становилась темнее, а вдали и вовсе распростёрлась непроглядная тьма.

— А что там? — кивнул я на горизонт.

— Тёмная зона, — ответил Степан. — А теперь…

Я ощутил опасность, которая исходила отовсюду, а потом что-то толкнуло меня в спину, и я полетел вниз. Причём ведь достаточно далеко стоял от края, но вот земля стремительно приближается, а я ничего не могу сделать в этом неправильном мире.

Мысли проносились на огромной скорости, словно болиды формулы один.

«Что делать? Что делать? Что делать?» — неумолимо крутился на репите один вопрос в голове, словно одинаковые удары сердца. Пространственный аспект не отзывался, а тень… Как можно использовать тень в мире, где её фактически не существует? Даже солнце на безоблачном лишённом синевы небе оставалось апатичным и блеклым.

— Да какого хрена! — зарычал я и обратился к аспекту тьмы.

Когда до земли осталось чуть меньше метра, я вспомнил. Если бы мог, то ударил бы себя по лбу за глупость! Тьма ведь всегда со мной, и с чего я решил, что, попав в серый теневой план, этот факт изменится? Не важно, что вокруг, тьма всегда внутри меня!

Я закрыл глаза и в этот миг ощутил энергию, что разом выплеснул перед собой.

Бах!

Из плюсов — я жив и смог использовать аспекты тьмы. Из минусов — всё тело превратилось в сплошную гематому, а аспект жизни не спешил приступить к скорейшему исцелению. Оно и не удивительно, я уже убедился, что другие аспекты тут не работают. Во время падения я пытался призвать плащ из брони, опереться о пространство вокруг, чтобы открыть портал, но всё тщетно. Хотя бы тьма работает и то хлеб.

Рядом материализовался Степан. Причём он будто вышел из тени, хотя тут ею и не пахло:

— Тьма внутри тебя, — отстранённо произнёс он. — Она всегда с тобой, но её крайне мало, поэтому мы ищем тень, а наше время — ночь.

— Ага, — я с трудом уселся на асфальт и посмотрел на кровь. Сначала она имела положенный алый цвет, но с каждой секундой теряла яркость. — Зачем толкнул?

— Это лучший способ понять, как использовать аспект в тени.

— Ладно, — морщась от боли сказал я, — мне нужно в реальность, подлечится.

— Царе… Алексей, — покачал головой Степан. — Это пространство и есть реальность, просто другая. Вы должны научиться использовать тьму не только как оружие и защиту, но и для всего остального.

— Это как?

— Прикажите вашей силе исцелить вас. Представьте, как всё ваше естество пропитывает тьма, исправляя учинённый вред, — говорил он это с уверенностью.

— Хорошо, — со скепсисом кивнул я, не представляя как это вообще возможно. Одно дело аспект жизни, что исходит из самого физического тела. А здесь якорем является темнота, как она может лечить?

Я закрыл глаза и в тот же миг ощутил опасность, после чего открыл глаза, уставившись на невозмутимо стоящего Степана.

Снова прикрыл глаза и опять чуйка забила тревогу.

— Степан, — нахмурился я.

— Вы не можете себе позволить такую роскошь, как закрывать глаза во время боя, — развёл руками он.

— И как же мне тогда быть? Где в этом проклятом месте взять тень? — начал раздражаться я.

Степан лишь молча смотрел на меня, даже не пытаясь подсказать. Ну конечно, как всегда, всё сам.

Я поискал глазами хоть какой-то намёк на темноту, но ничего. Асфальт под ногами, почти сливался с зданиями вокруг и лишь еле уловимые линии отделяли одно от другого, возможно, это мой мозг сам их дорисовывал, чтобы сохранить рассудок.

— Ваше тело, — он вытянул руку перед собой, — оно отличается от окружающей реальности.

Я опустил взгляд на свои ладони и с удивлением понял, что они не стали серыми как этот мир, а сохранили естественный цвет.

— Но как? — не сводя от рук поражённого взгляда, спросил я. — Насколько я помню, восприятие цветов зависит от освещения…

На это Степан довольно улыбнулся.

— Погоди… — я ошарашено поднял на него глаза, — как и беляки, я тоже испускаю свет?

— Беляки сильнее, люди в меньшей степени, — кивнул он. — Но все живые существа испускают свет в этом мире.

— Все? — я удивлённо посмотрел на Степана, который не светился.

Степан лишь улыбнулся и промолчал.

Что ж, если он столько жил в тени, то наверняка научился маскироваться. Вот бы и мне так научиться.

—Тогда тень… — я начал яростно массировать виски, стараясь активировать мыслительный процесс, а после посмотрел на кончики пальцев, до слёз напрягая зрение. Да не, бред же… Хотя… она везде.

После чего я сконцентрировался на кончике пальца, а спустя секунду из него хлынула тьма.

— Именно так. Весь этот мир плотная тень, даже воздух, поэтому свет не может её преодолеть, а насыщенная тьма образуется по контуру тела, — проговорил Степан.

— Я не понимаю физики всего этого, но с этим можно работать, — довольно кивнул я. — А теперь, — я снова поморщился от множественных ушибов, — мне нужно поработать тёмным лекарем.

Поняв, что тень теперь буквально окутывает меня, я прислушался к внутреннему голосу, тому, что отвечает за освоение магии, и представил, как вся кожа вмиг почернела, а потом тьма впиталась в тело, и стало легче. Боль тут же растаяла, а на её место пришла бодрость.

В который раз убеждаюсь, что в магии без образования делать нечего. Любого сильного одарённого, действующего на одной интуиции, уделает более слабый, но умелый. Как говорил мой сенсей по джиу-джитсу: «в любом сражении прежде всего нужна голова, а потом уже мышцы».

— Вот сейчас можно начать обучать вас премудростям тени, — белозубо ухмыльнулся Степан.

— Я готов, — улыбнулся я в ответ.

Обучение шло экстремально. Степан показывал, к примеру, как сформировать копьё тьмы, при этом указывая на необходимую плотность энергии, которая определялась по оттенкам чёрного, от светлой, она же слабая, до эссенции, самой сильной. Последняя, к слову, у меня никак не получалась, но я не унывал, а продолжал осваивать навыки и хитрости, особенно много было связано с перемещением. По словам Степана, благодаря «покрову тени», как он назвал тьму, что окутывала тело слоем в волос толщиной, если не меньше, в этом мире можно даже летать.

Но для этого требовался запредельный уровень контроля силы и полная адаптация к окружающей серости. Ни первого, ни второго у меня не было, но какие мои годы! Путь осилит идущий, а в моём случае, скачущий галопом, от того, что время безжалостно утекало сквозь пальцы. Скоро начало учёбы, а ещё проблемы с государством и боярами, которым придётся не по душе моё становление князем. И не просто князем, а правителем волшебной территории, что по факту является аналогом месторождения нефти в моём мире, только здесь вместо чёрного золота — волшебные ингредиенты и артефакты.

Так вот, каждый раз, когда Степан обучал меня чему-то новому, то мы обязательно это испытывали на практике, и обязательно в экстремальных условиях, будь то боевой шар тьмы или способ передвижения «мерцание шагов», где мне приходилось переходить то в реальность, то снова в тень, ежесекундно мелькая в обоих измерениях.

В обоих вариантах мне приходилось рисковать жизнью, используя лишь только что изученный навык. Степан стрелял по мне чёрными пулями, которые не были столь же быстрыми как от огнестрела, но от этого не становилось легче. Дважды я поймал такой заряд, после чего некоторое время рычал от боли, пока тьма исцеляла.

Зажимая ярко алую кровь, что пыталась выбраться из моего бедра, я думал о том, что сейчас я тоже в некоторой степени тень, и именно из-за этого тьма способна вылечить меня здесь. Как сказал Степан, в цветном мире это невозможно.

Когда до сентябрьской линейки остался один день, я вновь отправился к тому месту, где кишели беляки и меня ждал артефакт, усиливающий аспекты. И конечно, добыча из самих белых тварей. Время прокачать свой аспект тьмы!

— Царе… — Степан запнулся, видимо в его голове обращаться к потомку своего императора как-то иначе звучало кощунством, но Степан усиленно боролся с собой: — Алексей Николаевич, я не уверен, что вы готовы идти туда, — он кивнул на забор. — Вы, конечно, кое-чему научились, но «беляки» рождаются в тени, даже мне с ними туго.

— Я справлюсь, — решительно произнёс я, не сводя глаз с вражеской территории.

В этот момент вдали раздался знакомый странный рёв.

— Второй раунд, — оскалился я. — Только в этот раз я готов.

Сделав глубокий вдох, я шагнул в тень и неспеша двинулся к забору.

Степану я запретил следовать за мной и спасать в случае опасности. С одной стороны, я не хотел, чтобы кто-то решал за меня мои проблемы. А с другой, у меня нет иного пути: либо я из этой передряги выйду победителем и с добычей, либо умру, третьего не дано. Всё остальное — полумеры, а это как известно всегда слабость, что не имеет смысла для достижения моей цели.

Иногда я ловил себя на мысли, что мог бы как-то попридержать коней, но тут же отметал её. Если у меня отобрали шанс стать самым лучшим полицейским в моём мире, то в этот раз я приложу все усилия и добьюсь своего.

Преодолев забор, что развеялся передо мной словно дым, я перебирал в голове все свои возможности в тени, а было их не так уж и много, как хотелось бы. Как сказал Степан: «Нужны годы для постижения всех тонкостей и ежедневные занятия в теневом измерении».

Всё это он говорил с лёгким смущением на лице, нервно поправляя рубаху.

Кстати, об этом. В цветном мире Степан щеголял в выданной мной одежде. Но когда он перемещался в тень, то на нём была либо кольчуга, либо чёрная сорочка без воротника и той же расцветки широкие штаны, или как их называли, шаровары, из какой-то лёгкой ткани. А на ногах были тёмные сапоги. Эдакий Зорро, которому не хватало плаща, маски и шляпы со шпагой на боку. Даже удивительно, как одежда преображалась при переходе.

Размышляя о всяком, я шёл в тени по широкой улице, вдоль которой росли различные кусты и декоративные деревья, и прислушивался.

С каждым моим шагом то ли рычание, то ли завывания, всё усиливалось, как и тьма, которую я собирал вокруг себя, превращая в плотный кокон щита.

В какой-то миг на одной из однотонных стен сгустилась чернота и из неё выпрыгнуло нечто. Ослепительно белое на шести конечностях-ходулях, которые более всего походили на широкие кухонные ножи, и с лишённой волос продолговатой словно дыня безносой и безглазой башкой.

Я остановился, с любопытством разглядывая тварь, и попытался припомнить фильм ужасов, где мог видеть подобное, но тщетно.

Тем временем чудовище раскрыло свою пасть, что буквально разрезала напополам гладкую поверхность безглазого и безносого лица.

Увы и ах, там были не только бритвенно-острые жёлтые зубы, но и жвала, что на десяток сантиметров вылезли вперёд, медленно перебирая в воздухе, словно ища свежее, обязательно человеческое мясо.

Я поморщился от этой картины, и если бы уже не встречался с Марой, то возможно даже опешил. Вот только я видел вещи и похуже.

Одна из конечностей приподнялась и со скоростью пули выстрелила в меня, завязнув защите.

Я, не теряя времени, создал из тьмы косу и со всей силы взмахнул ей. Хоть в тени не работали другие аспекты, но, к счастью, моя коса и пространственный карман были мне доступны. Так же были доступны и микропорталы, правда они требовали огромное количество энергии.

Тварь, разбрызгивая из культи белоснежную светящуюся кровь, истошно заверещала. Так, что у меня заложило уши.

Ещё несколько взмахов и монстр перестал шевелиться, а из его тела вылетела небольшая искорка и зависла передо мной.

Я протянул к ней руку, и она притянулась в ладонь, а тьма вокруг меня будто стала плотнее.

В этот момент вспомнились слова Степана: «Проблема с „беляками“ состоит не в том, что они сильны и умеют использовать тень, а в их количестве».

Как по заказу, со всех сторон начали формироваться черные пятна, и даже у меня под ногами.

Я не стал ждать их появления и рванул вперёд. Улица начала покрываться червоточинами, из которых лезли беляки, порой сразу по паре из одной дыры. К тому же, некоторые сразу атаковали, как это было когда меня спас Степан. В таких случаях меня спасал мой кокон, и реже — реакция.

Аспект времени молчал, не подавая никаких сигналов. Видимо в тени этот аспект тоже не работал и не мог предупредить меня о смертельной опасности. Поэтому приходилось лишь гадать, что вылезет из следующего чернильного пятна.

Спустя несколько минут бега я достиг нужного здания и на мгновение замер.

— Иначе и быть не могло, — хмыкнул я, глядя, как двухэтажный особняк, где меня ждал ценный артефакт, полностью покрывается зарождающимися черными дырами.